Учение Моллана Hen Shi Jiao Qing Мир магии и тайн становится ближе, когда появляется великий наставник Моллан. Он передаёт искателям древние знания и философию, помогая им пробудиться духовно и глубже понять себя и всё вокруг. Под воздействием его наставлений герои преодолевают опасности, распутывают загадки и черпают силы из собственной внутренней мудрости. Это вдохновляющее чтение для тех, кто ищет истину и готов отправиться в путь по мирам фантазии и духовного роста. ==================== Это конец Нин Шу стояла рядом с больничной койкой. Врач, одетый в белый халат, пронесся через нее к девушке на кровати. Нин Шу посмотрела на девушку на кровати. Ее лицо было бледно-белым, и у нее больше не было волос на голове. У нее больше не было бровей. Она просто тихо лежала на кровати. Люди выглядели действительно смешно без бровей. Нин Шу никогда бы не подумала, что ее будут волновать брови в такой момент. Ей казалось, что смерть не была такой уж страшной или болезненной. Прямо сейчас Нин Шу не чувствовала никакой боли. Правильно. Нин Шу была мертва. Она стояла неподалеку, глядя на свое тело. Она попыталась снова войти в свое тело. Хотя это было тело, которое мучилось от болезни, она все еще хотела жить. Это легкое и беспорядочное чувство заставило Нин Шу почувствовать себя очень неуверенно. Дверь в комнату открылась. Ворвалась супружеская пара. Подбежав, они обняли тело Нин Шу и заплакали. За ними стояли двое парней. Это были старшие братья Нин Шу. Нин Шу потянулась, желая обнять ее маму, но ее рука прошла через ее тело. - Мама, не будь такой грустной. Мейми, наконец, свободна, она ушла в другой мир, - старший брат Нин Шу поддерживал маму. >Мейми - младшая сестра. Термин может использоваться, как для кровных родственников, так и для всех других Нин Шу наблюдала за ними, как сторонний зритель. Она была свободна. Она жила в больнице с пятнадцати лет. В неделю ей приходилось проходить сеанс химиотерапии два раза. Боль в костях сопровождала ее уже более десяти лет. С самого начала ее семья часто навещала её и исполняла любые ее капризы. Однако со временем они все реже и реже появлялись в больнице. Скорее всего, до них дошел тот факт, что она действительно больна. Нин Шу не винила их. Напротив, ей посчастливилось, что она родилась в такой семье и смогла получить лечение. Она была благодарна им, что прожила десять лет, пускай даже на больничной койке. Улыбка расцвела на лице Нин Шу. Она была очень благодарна ее семье. Спасибо. Душе Нин Шу становилась все легче, пока она, наконец, не поплыла сама по себе в какое-то неизвестное место. Внезапно Нин Шу услышала звук. Холодный и безмолвный голос исходил из ее души. - Душа отвечает требованиям, происходит загрузка системы. Сразу после этого Нин Шу почувствовала, что что-то холодное затекает в ее душу. Нин Шу стала терять сознание. Прежде чем она упала без сознания, ее последней мыслью была надежда, что это не означает, что ей нельзя будет перевоплотиться. ... Пролежав без сознания некоторое время, Нин Шу, наконец, очнулась. Она чувствовала себя очень уставшей. Нин Шу потерла голову. Это был просто рефлекс, но неожиданно, когда она коснулась ее головы, казалось, что она дотронулась до хлопка. Нин Шу почувствовала приятное удивление и одновременно испугалась. Она не знала, хорошо это или плохо. Успокоившись, Нин Шу начала озираться. Вокруг был белый вакуум. Не было никаких звуков, никаких следов жизни. Было слишком тихо, устрашающе тихо. ---------- Ожидание судьбы Люди всегда пугались неизвестных вещей. Нин Шу также не была исключением. Даже если учесть тот факт, что она была душой, ее волосы все равно встали дыбом. Однако к лучшему это или к худшему, но она была еще жива, хотя это был другой тип «жизни». Поскольку она не могла понять это, она решила перестать думать об этом и просто принять то, что произошло. Хотя болезнь принесла Нин-Шу бесконечную боль и страдания, ей также нужно было признать, что та дала ей прочную силу духа. Без силы духа, любой, кто столкнулся бы с бесконечной болью и страданиями, совершил бы самоубийство. Нин Шу попыталась постучать по поверхности, на которой она стояла. Это было очень странно. Она наклонилась и коснулась ее рукой. Раньше она никогда не видела такого. Нин Шу бросила все попытки найти что-нибудь еще, и села на землю. Сидя так, словно собираясь медитировать, она закрыла глаза. Нин Шу не знала, было ли это иллюзией, но ей было очень удобно сидеть. Нет, даже не так - ее душа чувствовала себя так комфортно, как никогда. Теплые потоки текли по ее телу и Нин Шу чувствовать себя очень легко, почти воздушно. Но бесконечное ожидание неизбежно вызывало страх. Нин Шу открыла глаза. Ее взгляд был полон удивления и радости, когда она почувствовала свое собственное тело. Причиной радости было то, что ее тело немного изменилось. Прежде ее тело ощущалось мягким, как хлопок, но теперь ее тело стало более материальным. Конечно ненамного, но Нин Шу все же почувствовала. Что это за место? У него даже был эффект усиления души. Это всё было просто слишком волшебным. - Результат проверки отвечает требованиям, начинаю задание, - прозвучал холодный механический голос. В этом вакуумном пространстве он звучал необычно резко. Услышав этот голос, она почувствовала холод, как будто она слышала этот голос раньше. Она слышала его, прежде чем упасть в обморок. Нин Шу была осторожна в отношении вещей, которые она не понимала. Она ждала, что последует дальше. - Ваш текущий номер 2333. Номер 2333, вы хотите начать задание прямо сейчас? Хотя Нин Шу не знала, что именно это означает, она сразу же ответила: - Да. Нин Шу едва только успела произнести это, как перед ней появился проецируемый экран. На нем была отображена ее информация. Номер: 2333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 0 (0/10000) Душа: 60 Жизнь: 50 Харизма: (?????) Удача: 20 Воля: 120 Способности: Нет Приобретенные звания: нет Увидев эту информацию, Нин Шу почувствовала, как будто она играет в игру. Но... почему характеристика ее харизмы была скрыта вопросительными знаками? Тем не менее, это было не так важно сейчас, поэтому Нин Шу без возражений стала расспрашивать голос о других вещах. - Мой номер 2333, так значит ли это, что были люди до меня? - У игрока недостаточно прав, чтобы узнать это. - Что происходит после того, как мои очки опыта достигнут десяти тысяч? - У игрока недостаточно прав, чтобы узнать это. - Есть другие игроки кроме меня? - У игрока недостаточно прав, чтобы узнать это. - Почему моя характеристика харизмы скрыта? – вырвалось у нее. Голос машины приостановился на мгновение, прежде чем он сказал: - Пока Хост была жива, ни один человек не выразил симпатии к Хосту. Поэтому этот параметр Хоста невозможно определить. Нин Шу: ... ---------- Получатели Заданий В этой системе было много миров, и задача Нин Шу заключалась в том, чтобы входить в эти миры и выполнять просьбы поручителей. Эти поручители пожертвовали определенными вещами в надежде, что кто-то решит их проблемы вместо них. И вот тут в дело вступали получатели заданий. Когда Нин Шу узнала, что может вселяться в тела других людей, она была очень счастлива. Пока она работала над выполнением задания, она могла жить жизнью здорового человека. Однако то, что называло себя системой, словно окатило её холодной водой. - У вас есть только пять лет на то, чтобы выполнить эту задачу. Кроме того, у вас есть только 50 очков жизни. Одно очко жизни равно одному году жизни. Когда вы потратите все очки, вы полностью исчезнете. Конечно, вы можете остаться в мире этого задания и провести там всю оставшуюся жизнь, но это будет вашей последней жизнью. Нин Шу кивнула, давая понять, что ей всё ясно. - Для первой задачи я выбираю самую простую. Это мир школьного кампуса. Желаете начать задание сейчас? Голос системы был очень холодным, безэмоциональным. Каждый раз, когда Нин Шу слышала голос системы, её пробирал озноб. Она сразу же ответила: - Начни задачу. Сразу после того, как Нин Шу закончила говорить, у неё закружилась голова. Ей казалось, что всё её тело засунули в узкую бутылку. Она не могла сдвинуться ни на дюйм и чувствовала, что скоро умрет. - Убей эту проклятую суку! Она вообще, смотрела на себя в зеркало, прежде чем подходить к принцу! - Неужели эта толстокожая дура действительно думает, что она какая-то благородная мисс? Шлюха… Когда Нин Шу полностью обрела сознание, она сразу же услышала кричащие голоса. Её избивали руками и ногами, словно эти люди хотели переломать её кости. Что здесь происходило? Разве система не сказала, что это было самое легкое задание? Почему её избивали прямо в тот момент, когда она была сюда отправлена? Это же должна быть лёгкое задание? Нин Шу открыла глаза. Вокруг неё ходили большие белые ноги. Время от времени ноги с силой ударяли её в бок, и в момент удара она даже могла видеть нижнее белье этих людей. Над плиткой пола витал неприятный характерный запах. Нин Шу мгновенно осознала, с чем она столкнулась. Её били в туалете. Прямо сейчас её разум был совершенно чистым. Она пока не успела получить сюжетную линию этого мира. Нин Шу не могла не впасть в ступор, столкнувшись с такой ситуацией. Внезапно перед Нин Шу появилась рука и подняла её за воротник. Тело Нин Шу невольно приподнялось. Она открыла глаза и посмотрела на человека перед собой. Человек, схвативший её за воротник, был девушкой. На ней была школьная форма и короткая юбка. Её глаза были полны отвращения и презрения, когда она посмотрела на Нин Шу. Она процарапала лицо Нин Шу ногтями, словно хотела оторвать её лицо. Тело Нин Шу вздрогнуло от боли. Она перенесла более десяти лет мучений от болезни, но это тело не привыкло к боли, поэтому у неё невольно проскользнул крик боли. Увидев довольное выражение, появившееся в глазах девушки, сердце Нин Шу похолодело. Сколько надо иметь ненависти, чтобы выражать радость при подобном? Это было не просто насилие в кампусе. Когда эта девушка увидела выражение лица Нин Шу, она схватила её за волосы и ударила головой о стену. Нин Шу от удара потеряла ориентацию в пространстве и запаниковала. Дело в том, что она почувствовала, что её душа вот-вот выскочит из этого тела. Она не могла покинуть это тело. Если это случится, что будет с её заданием? Она могла инстинктивно понять, что если она потерпит неудачу, она может исчезнуть навсегда. Человек по имени Нин Шу перестанет существовать. Собрав волю в кулак, Нин Шу стала терпеть боль. Возможно, нападавшим наскучило, что она больше не сопротивлялась, поэтому эти девочки, наконец, отпустили её и ушли. Когда они уходили, они наступали на неё, отчего тело Нин Шу дёргалось от боли. Внезапно в сердце Нин Шу появилось трудно контролируемое чувство обиды и ненависти, а её тело задрожало от желания броситься и разорвать этих людей в клочья, чтобы они тоже испытали эту боль и унижение. Нин Шу была потрясена реакцией этого тела. Ей понадобилось некоторое время, чтобы взять себя в руки. Она встала с пола, зашла в кабинку и села на унитаз, не в силах сделать что-либо ещё. ---------- Академия Туза Уточнение (в комментариях просили): (Хост – человек, который попросил помощи у системы. Получатель Задания - это тот, кто исполняет поставленные хостом задачи. В начале арки получатель задания переносится по времени назад, к тому моменту с которого, по мнению хоста, всё и пошло наперекосяк и начинается сюжетная история из которой нужно выкрутиться) Тело Нин Шу пронзала боль. Эти проклятые девушки действительно не скупились на удары. Нин Шу ждала, пока окончательно не успокоится, прежде чем приступить к сюжетной линии этого мира. Академия Туза была школой Аристократов. Все люди, которые могли посещать эту школу, были из богатых семей. Это было место для детей богатых и могущественных. Была абсолютная иерархия, которая определялась в каждом семестре деньгами. Однако в этом месте, полном красивых лебедей, появился маленький гадкий утенок. Её внешность была пятном на красивой росписи роскошных цветов, существование которого портило картину. Следовательно, этот гадкий утенок испытал на себе злобу мира и ужасные издевки. В каждой школе неизбежно было несколько персон: красивых и богатых, обладающих всем, чем они пожелают, с такой семьей, что могла влиять на саму экономику мира. В академии таких людей было даже трое. И у этих троих были связи с гадким утенком. На самом деле, ничто из вышесказанного не имело отношения к нынешнему телу Нин Шу. Не она была гадким утенком. Имя этого тела было Лин Цзяцзя, она была второкурсницей в старшей школе. Её семья управляла довольно большой компанией. Единственная причина, по которой она смогла попасть в Академию Туза, это большая удача. Что касается причины, по которой эти люди избивали её... Это потому, что она обидела этого гадкого утенка. Этот гадкий утенок изначально была женщиной-культиватором в мире культивации. После того, как её тело было кем-то уничтожено, она перешла в тело этого гадкого утенка. Из-за того, что она вылечила болезнь знаменитого человека, ей позволили учиться в Тузе. Женщина-Культиватор не заботилась об этом теле, но у неё не было возможности его покинуть. Её сила исчезнет, ​​если она покинет это тело. Таким образом, ей пришлось использовать немного энергии духа, чтобы изменить свое тело. Первоначально серый гадкий утенок мгновенно превратился в гламурную богиню. Некоторые ученики издевались над ней и, гадкий утенок… Нет, не хотелось больше называть её гадким утенком - Линг Сюэ легко разобралась со всем этим. Линг Сюэ не собиралась оставаться в школе и продолжать вести тихую жизнь, но она, в конечном итоге, привлекла внимание трех принцев. Женщина-Культиватор прожила уже столько лет, так что ей не было дела до этой шпаны, но ей ничего не мешало использовать их для своего блага. Но это место не было таким жестоким, как мир культивации. Когда Линг Сюэ расслабилась, она с радостью позволила этим принцам бегать за собой. ---------- Не тот мир Куль… тиватор?! Челюсть Нин Шу упала. Разве это не был самый простой мир? Почему в нем есть настоящий культиватор? Нин Шу, естественно, знала, что такое культиватор. В глазах нормальных людей культиваторы были практически богами. Такой сверхсильный персонаж появился в мире школьного кампуса. Нин Шу больше не надеялась выполнить эту задачу. Она была обычным человеком, в то время как противник был существом, которое делало ставки на камни, создавало подпольные сообщества и каждым движением двигало мир. В школе её почитали как богиню, за пределами школы она была королевой ночи. >Ставки на камни - это явление, которое часто случается в новеллах про культивации. Люди делают ставки на то, окажется ли содержимое камня высококачественным камнем или нет. В реальной жизни это делают с нефритовыми камнями. А в новеллах про культивацию это обычно происходит с духовными камнями. Чувствовалось, что Линг Сюэ может сломать этот мир, играя с ним. Разница в способностях была слишком велика. Нин Шу подозревала, что это просто троллинг со стороны холодной системы. Это называлось простой задачей? Затем перед ней всплыла задача настоящего хозяина: Убейте высокомерную Линг Сюэ, сделайте так, чтобы Ленг Ао перестал её любить, и накажите всех людей, кто помогал Линг Сюэ издеваться надо мной. Нин Шу: ... Нин Шу действительно почувствовала, что задание, которое она получила, невозможно выполнить. У неё не было особых способностей. Перед лицом истинной силы все было тщетно Нин Шу попыталась связаться с системой. Желания хоста были слишком тяжелыми, она не могла помочь в этом мире. Она ценила свою маленькую жизнь. Неожиданно для Нин Шу, она действительно связалась с системой. С легким электрическим треском раздался механический голос Системы. - Почему ты здесь, в этом мире? Нин Шу оторопела. Откуда ей было знать, почему она здесь? - Это мир среднего уровня сложности. Как вы сюда попали? Вы не сможете выполнить задачу среднего уровня. Похоже, была ошибка в процессе трансмиграции. Да. У меня небольшая проблема, я не могу отправить вас обратно. Но, поскольку вы уже получили личность хоста и указания, то вам нужно выполнить задание до конца. Раздался шум электрических помех, затем система исчез. Нин Шу стояла ошеломленная. Итак, её трудность задачи оказалась увеличенной? Нин Шу внезапно вспомнила свой уровень удачи. Неужели ей слишком “повезло”? Ах, это действительно троллинг со смертельным исходом. Однако Нин Шу больше не боялась. То, что её загнали в угол, только укрепило её решимость. Однажды она умерла, так чего еще можно было бояться? Нин Шу почувствовала, что, наоборот, она выиграла от того, что ей удалось обрести такое здоровое тело. Нин Шу пока не знала всех вещей. Что касается избиения, то это было связано с тем, что настоящий хост побежала к Ленг Ао и сказала ему, что Линг Сюэ была связана с кем-то в банде, что Линг Сюэ имела отношения с боссом преступного синдиката. Она считала, что насторожила Ленга Ао и развеяла его иллюзии, но в любом случае она сильно разъярила Линг Сюэ. На самом деле сказанное изначальным хостом Лин Цзяцзя было правдой. Линг Сюэ была связана с кем-то в банде. У неё была власть в подпольном обществе, и её настоящая любовь была боссом синдиката. Что касается тех принцев, которые бегали за ней в школе, Линг Сюэ смотрела на них просто как на маленьких детей и просто играла с ними немного, когда ей становилось скучно. Когда Линг Сюэ узнала, что изначальный хост выставил её в плохом свете перед Ленгом Ао, она послала кого-то, чтобы научить Лин Цзяцзя уроку. Людям, которые били её в туалете, изначальный хост тоже хотела отомстить. Вздох. Дорога к завершению тяжелой задачи была долгой. Нин Шу до сих пор не знала, как это сделать. Открыв дверь, она вышла из туалета. Это было время занятий, поэтому никто не бродил по кампусу. Нин Шу направилась в медпункт, основываясь на том, что она помнила. Раны на этом теле должны были залечиться. Ничто не было более важным, чем здоровое тело. Не говоря уже о том, что пока она ничего не могла сделать кроме этого. Школьным доктором был мужчина лет двадцати. На нем были очки, которые добавили изысканное обаяние к его красивому лицу, и большой белый халат давал намек на сексуальность. Короче говоря, он был очень привлекательным человеком. Эта комната была полна “раненых” учениц – тех, у кого болит живот, кто растянул лодыжку; практически все это было предлогом, чтобы красивый доктор помассировал им живот. Губы Нин Шу дрогнули, когда она встала в очередь. Она посмотрела на студентку перед собой. Вероятно, она была единственной во всей комнате, которая была по-настоящему ранена, могли ли они её пропустить? ---------- Школьный доктор Нин Шу прислонилась к стене и, наконец, дождалась своей очереди. Школьный врач взглянул на Нин Шу. Увидев её ушибленное лицо, на его красивом лице появился шок. Было очевидно, что он видел слишком много притворяющихся школьниц. Внезапное появление настоящего травмированного человека было неожиданным и новым для него. Нин Шу указала на рану на лбу и прямо сказала: - Помогите мне. Что касается травм на её теле, она сама справится с ними. Она думала, что школьный врач будет женщиной, но он оказался мужчиной. Как и ожидалось, в том месте, где находилась главная женщин, даже школьный врач был таким привлекательным мужчиной. Взяв ватный тампон и погрузив его в спирт, школьный врач очень грубо стал обрабатывать рану на лице Нин Шу. Нин Шу стиснула зубы. Даже школьный врач был так жесток к ней, несмотря на отсутствие вражды между ними. Не связано ли это с Линг Сюэ? После этого школьный врач просто перевязал рану и заявил, что все сделано. - Готово. Как вы получили травму? Её лоб кровоточил и сильно опух. Как пациент, который пробыл в больнице более десяти лет, она чувствовала, что врач явно неуважительно и безответственно отнесся к её ране. - Это все? - Нин Шу заговорила об этом. Она указала на свой лоб, который был опухшим до такой степени, что он мог быть похож на рог. Она была очень недовольна этой грубой помощью Школьный врач поправил очки. Его глаза светились светом, который принес ему зловещее выражение, когда он мягко спросил: - Тогда как вы хотите, чтобы я вам помог? Замотал бинтами вас всю? Его школьная должность была просто украшением для школы. Какому из учеников в этой школе действительно нужен был школьный врач? У всех их семей были личные семейные врачи. Он нечасто сталкивался с ученицей, которой действительно нужен был доктор. Школьный врач посмотрел на Нин Шу, подняв брови. Нин Шу была сконфужена. Его уверенный и оправданный тон заставлял казаться, будто бы совсем не было причин, из-за которых стоило суетиться. Она трансмигрировала всего несколько минут, но ей уже казалось, что её прошлое мировоззрение было полностью разрушено. Как юные леди в школе могли быть такими жестокими? Как школьный врач, который работал в школе, мог быть настолько высокомерным, даже не беспокоясь, что школа его уволит? Нин Шу не знала, что сказать. У неё действительно не было никаких вопросов к нему, поэтому она была вынуждена встать и уйти. Прямо сейчас её мысли были сфокусированы на задании. Даже если оно трудное, она всё равно должна была постараться изо всех сил, чтобы выполнить его. ---------- Бросание камней У Нин Шу просто не осталось слов, которые она могла бы сказать о высокомерности и самодовольстве школьного доктора. Нин Шу просто встала и ушла с марлей, перевязанной вокруг лба. Доктор продолжал следить за ней глазами, пока её фигура не исчезла из виду. Нин Шу вернулась в класс, найдя дорогу воспользовавшись воспоминаниями настоящего хозяина. По правде говоря, она была очень тронута, когда увидела классную комнату. Она оставалась в больнице с пятнадцати лет, и с тех пор она ни разу не видела настоящий класс. Однако этот волнительный момент был прерван. Нин Шу собиралась войти, когда учитель в очках преградила ей путь. - Лин Цзяцзя, ты опоздала, поэтому тебе не обязательно заходить в этот класс, просто встань у двери. Миссис Лян сказала мягко, но её взгляд проявил презрение. Нин Шу была очень недовольна, но она знала, что не может сопротивляться, поэтому послушно встала у двери. Миссис Лян была обычной зрелой женщиной средних лет, не похожей на инженера человеческой души. >"Инженер человеческой души" - это фраза, описывающая учителей, которые формируют своих учеников. Они должны быть добрыми и мудрыми образцами для подражания. Академия Туза была аристократической школой, поэтому статус учителей в школе был ниже, чем у студентов. Более того, эти студенты не были теми людьми, которых учителя могли позволить себе обидеть. В настоящее время она была кем-то, на кого все в Тузе могли кричать, поэтому миссис Лян, естественно, присоединилась к тем, кто бросал в неё камни. Делая это, она могла выслужиться перед тремя принцами, которые имели богоподобную власть в школе. Воспоминания Лин Цзяцзя показывали, что тогда, когда вся школа издевалась над Линг Сюэ, миссис Лян создавала трудности Линг Сюэ на каждом шагу. Однако, когда Линг Сюэ взяла все в свои руки, миссис Лян немедленно изменила свое отношение и начала восхвалять Линг Сюэ. Нин Шу стояла в коридоре. Она слышала свист и смех, исходящий из классной комнаты. Некоторые даже привстали, чтобы посмотреть на неё с презрительными и насмешливыми взглядами. ... Что именно сделал хост, чтобы заставить этих людей так ненавидеть себя? Казалось, что она убила своего отца. Нин Шу потеряла дар речи. В этом мире Линг Сюэ играла абсолютную ведущую роль. Линг Сюэ может только двинуть пальцем, и бесчисленные люди будут сражаться за неё и слепо поклоняться ей. Нин Шу почувствовала, что она слишком медлит. У неё даже не было набросков плана для выполнения её текущей задачи. Ноги Нин Шу немного болели, поэтому она стояла на одной ноге, время от времени переминаясь с ноги на ногу. Звонок, который объявил о конце урока, наконец-то прозвенел, но прежде чем Нин-Шу смогла пойти, рой людей выскочил из класса и окружил её. Это были люди, которые избили Нин Шу в туалете. Ронг была девушкой, которая разбила голову Нин Шу об стену. Сейчас она, жуя резинку, посмотрела на Нин Шу. Со странным тоном она сказала: - Ты действительно осмелилась прийти на занятия? Похоже, память тебя подводит. Тело Нин Шу задрожало. Это тело боялось этого человека. В воспоминаниях эта девушка по имени Ан Ронг действовала как верный лакей Линг Сюэ, избивая хоста так сильно, что та постоянно была в синяках Обида и страх возникли в её сердце. Если было сказано, что Линг Сюэ была человеком, которого хост ненавидел больше всего, нужно было сказать, что хост ненавидел Ан Ронг не меньше. В конце концов, Ан Ронг лично сделала много неприятностей хосту. - Принц Ленг идет, принц Ленг идет ... ---------- Принц Ленг Раздался крик девушки. Обе стороны коридора были заполнены девочками, в середине образовался проход. Три принца пошли в направлении класса, где сидела Нин Шу. Взгляд Нин Шу сосредоточился на лице в самой середине тройки. Он был высоким с холодным выражением на лице, но эта холодность содержала некое сопротивление, что придавало его лицу мятежный характер. Он казался благородным и отчужденным, и в то же время надменным и холодным. Нин Шу почувствовала, как её сердце заколотилось, а лицо покраснело. Нин Шу поняла, что это реакция тела, а не её. Ронг сразу же стала милой девочкой, увидев трех принцев. Её надменный образ сразу куда-то делся. Все окружающие её девушки тоже покраснели. В сердце Нин Шу возникла горькая и обиженная мысль. Они все лисицы, проклятые лисицы! Нин Шу нахмурила лоб в раздумьях. Насколько сильно Ленг Ао нравился изначальному хосту? Даже когда Лин Цзяцзя предложила свою душу в поисках лучшей жизни, она не забыла дать задание спасти Ленг Ао от очарования Лин Цзю. - Принц Ленг, ты здесь для Линг Сюэ, да? Линг Сюэ в классе, я помогу тебе найти её, - взволнованно сказала Ан Ронг и бросилась в класс, чтобы позвать Линг Сюэ. Ах да, Линг Сюэ училась в одном классе с Лин Цзяцзя. Какое невезение. Линг Сюэ уже знала о ситуации снаружи. Когда она подумала о том, что должна была выйти на улицу, чтобы повидаться с этими простыми людьми, она почувствовала раздражение. Однако она напомнила себе, что эти маленькие детишки способны помочь с небольшими проблемами. Они могли обеспечить ей комфортную жизнь в школе. Принцы, нравившиеся всем девушкам в школе, действительно любили её. Хотя Линг Сюэ была культиватором, она также была женщиной, причем очень тщеславной и ей такое положение даже нравилось. Линг Сюэ улыбнулась, затем вышла из класса, слегка поправляя волосы на ходу. В тот момент все, кто смотрел на Линг Сюэ, чувствовали себя очарованными, как будто с неба падали сладкие душистые цветы. Когда Нин Шу увидела Линг Сюэ, она не могла не вздохнуть с восхищением. Как и ожидалось, та была невероятно красивой девушкой. Её черты были изысканными и благородными, и заставляли людей хотеть подойти к ней. Даже Нин Шу почувствовала желание приблизиться к Линг Сюэ, когда увидела её, как будто Линг Сюэ была тем человеком, которого она знала лучше всего, человеком, которого она любила больше всего. Нин Шу была в шоке. Что это было? Ореол главной женщины на самом деле был настолько мощным? Нин Шу тщательно думала об этом. Вероятно, это было связано с духовной энергией. Линг Сюэ была культиватором, который поглощал духовную энергию мира. Человеческие тела инстинктивно жаждут духовной энергии, что привело к этому чувству желания приблизиться к Линг Сюэ. Теперь все стало складываться по своим местам. Её ревностная любовь к Ленг Ао заблокировала эффект очарования Линг Сюэ. Очарование Линг Сюэ срабатывало хорошо - даже холодный Ленг Ао попался на её удочку. Духовная энергия, которую она использовала для преобразования этого тела, не была принесена в жертву напрасно. На самом деле, женщин-культиваторов, которые поднялись на вершины, используя свои силы, было немного. Большинство из них полагалось на мужчин, и становились человеческими котелками*. Но эти мужчины уже были очарованы ей и не могли выпутаться из её сетей. ______________________________________________________________________ п/п: человеческие котелки - это термин из дуальной культивации посредством сексуальных техник, в которых жертвы подобной практики обезличивались и назывались лишь котелками (сосудами). ---------- Розовый скелет Линг Сюэ огляделась и увидела, что все смотрят на нее, кроме Нин Шу, которая опустила голову. Она пришла в раздражение. Эта Лин Цзяцзя всегда вызывала у нее проблемы, ей даже пришлось пожаловаться на нее, и Ан Ронг немедленно заставила людей разобраться с ней. Нин Шу опустила голову, подавляя желание схватить Ленг Ао за плечи и встряхнуть его. Нин Шу чувствовала, что слишком слаба. Она оставалась под влиянием остаточных чувств в этом теле и должна была приложить много усилий, чтобы подавить эти чувства. Она знала, что она не может позволить себе эмоции изначального хоста, потому что в таком случае чем она будет отличаться от Лин Цзяцзя? В это время она вдруг почувствовала, как на нее навелся холодный взгляд. Нин Шу подняла голову и встретилась с взглядом с Линг Сюэ. Это был холодный, отчужденный взгляд, каким смотрят на муравья, который приносит проблемы. Нин Шу была озадачена. Она не вызывала неприятностей прямо сейчас, почему та так смотрела на нее? Нин Шу не решалась противостоять Линг Сюэ прямо сейчас. Она могла только тихо планировать и не будить спящего тигра. Если она его разбудит, то её бросят в реку на корм рыбам. Ленг Ао увидел, что взгляд Линг Сюэ был направлен на Нин Шу, он тоже перевел взгляд на нее. Тело Нин Шу сразу начало дрожать от волнения. Это был просто взгляд, почему её тело так сразу разволновалось? Нин Шу, которая уже успела умереть однажды, знала, что этот парень был просто «розовым скелетом». (П/п Розовый скелет - это человек, который внешне красив, но внутри не обязательно такой же) Ленг Ао посмотрел на Нин Шу, и в его глазах появилось отвращение. Было ясно, что он вспомнил, кто она. У него не было никаких положительных чувств к Лин Цзяцзя, которая постоянно глазела на него. Он чувствовал, что она отвратительна и по одному его слову вся школа начала издеваться над ней. Кто она такая? И она даже говорила ему держаться подальше от Линг Сюэ. Она, конечно, не знала, где ей место. Он почувствовал ее взгляд. А? Почему ее взгляд был таким ясным? Раньше её взгляд был наполнен тем, что он считал глубокой любовью, но прямо сейчас в ее глазах ничего не было. Она посмотрела на него, как будто она смотрела на незнакомца. Ленг Ао ухмыльнулся. Она пыталась провернуть уловку «игнора», чтобы привлечь его внимание? Как по-детски. Ленг Ао повернулся, чтобы посмотреть на Линг Сюэ. - Эй, мой день рождения в этот уик-энд. Вы придете на обед, верно? Линг Сюэ не интересовалась его днем ​​рождения, сейчас она была занята куда более насущными проблемами. Она действительно столкнулась с препятствием. Она полагалась на свое тело, модифицированное духовной энергией, полностью отличающееся от тела обычных людей. Но сейчас эта девушка не была подавлена ее аурой, когда смотрела на нее. Это сделало Линг Сюэ подавленной. В то же время она почувствовала желание подчинить её. Ленг Ао немного занервничал, когда Линг Сюэ не ответила. Он просто поднял подбородок и сказал: - Если ты не придёшь, то я этого так не оставлю. Как по-детски. Все женщины любили подчиняться сильному мужчине, исключением не была и Линг Сюэ, которая пришла из мира культиваторов. Для нее обычные люди были просто муравьями. Тем не менее... Линг Сюэ увидела нервозность и надежду в глазах Ленг Ао, и почувствовала, что действительно приятно вызывать такие эмоции у людей. Линг Сюэ нравился этот мир. Она чувствовала, что она была на вершине этого мира, и это было очень приятное чувство. - Я пойду, и принесу подарок, - спокойно сказала Линг Сюэ. Улыбка облегчения сразу появилась на лице Ленг Ао: - По крайней мере, чувство такта вам не чуждо. ---------- Цель существования Ленг Ао Нин Шу устала смотреть на эту сцену. Она не считала личность Ленг Ао симпатичной ей. Он смотрел на людей сверху вниз, и считал, что все ему что-то должны. Она чувствовала, что не стоит беспокоиться о таком человеке, который не мог отличить добро от зла. Нин Шу подозревала, что все существование Ленг Ао заключалось в единственной цели – существовать во благо Линг Сюэ. В тот момент, когда Нин Шу приняла решение не заботиться о Ленг Ао, тело, которым она обладало, начало сопротивляться её мыслям и даже начало отвергать её душу. Она была встревожена и поспешно повторила в своем сердце: - Я здесь, чтобы спасти принца Ленг, спасти принца Ленг, спасти принца Ленг ... Эмоции тела немного успокоились. Нин Шу посмотрела в небо, онемев. Её задачи и так были практически невозможны, и теперь остаточные эмоции в этом теле продолжали вызывать проблемы. Нин Шу почувствовала желание расплакаться. Как ей повысить свои очки удачи? Как ей повысить свою волю? Ленг Ао прошел мимо Нин Шу. Он посмотрел на неё, затем остановился. Он возвышался над ней, глядя на её лицо. Нин Шу не знала, что происходит, и моргнула, глядя на Ленг Ао. Ленг Ао посмотрел ей в глаза. Они были очень ясными, ясными до такой степени, что в них был отражен его силуэт. Сразу же после этого Ленг Ао понял, что уже забыл первоначальные намерения, и встряхнулся. Она всегда беспокоила его и докучала Линг Сюэ. - Не подходи ко мне. Ты никогда не будешь мне нравиться, тебе стоит оставить попытки. Если ты снова оклевещешь Линг Сюэ, я заставлю тебя пожалеть об этом. Тон Ленг Ао был бесчувственным. Нин Шу не сомневалась, что он говорил серьезно. Это было частью задачи, которую Нин Шу провалила. Хост явно испытывал глубокие чувства к Ленг Ао и настаивал на том, чтобы заставить его очнуться и все понять. Нин Шу посмотрела на высокомерное лицо Ленг Ао. Ленг Ао увидел, что её лицо резко потеряло цвет и побледнело. Он не испытывал сочувствия, напротив, он был доволен тем, что немного помог Линг Сюэ. Выговорив эти вещи беззаботным тоном, Ленг Ао ушел, даже не обратив ни малейшего внимания на ущерб, нанесенный его словами девушке. Издевательские взгляды людей вокруг, их насмешки и смех пронзили Нин Шу как иглы. Какой эгоистический человек. Он жил полностью в своем собственном мире. Нин Шу действительно не понимала, почему хосту так понравился Ленг Ао. Это из-за его внешности или из-за его богатства? С точки зрения Нин Шу, Ленг Ао был просто человеком, который делал все, что он захотел. Какая часть такого человека была симпатичной? ---------- Отец Лин Сердце Нин Шу онемело от боли, но одновременно с болью пришла ненависть к телу, к его реакции на слова Ленг Ао. Линг Сюэ слегка рассмеялась, вероятно, из-за того, что Ленг Ао попытался угодить ей. Она бросила взгляд на Нин Шу, когда проходила мимо. После неё в воздухе остался легкий цветочный аромат. Она была действительно привлекательной женщиной. Нин Шу не отрицала, что Линг Сюэ была привлекательной. Если бы она не была такой, она бы не смогла увлечь столько мужчин, как именитых, так и бесчисленных её помощников. Нин Шу к концу уроков не могла усидеть на месте, потому что все постоянно смотрели на неё. Когда занятия, наконец, закончились, и она вышла из школы, она увидела водителя, ожидающего возле входа. Когда водитель заметил Нин Шу, он тут же открыл дверь машины и сказал: - Мисс, Хозяин ждет вас. Нин Шу подняла брови, глядя на все частные машины, припаркованные у входа. Наконец она почувствовала, почему Академия Туза называется школой аристократии. Она выдернула личность «Учителя» из своих воспоминаний. Он был отцом Лин Цзяцзя. Её семья зарекомендовала себя, занимаясь розничной торговлей. Её отец считался богатым и влиятельным человеком, но в глазах настоящих аристократических семей, он и остальные члены семьи были просто выскочками. Как и говорилось ранее, Лин Цзяцзя попала в Академию Туза чисто из-за удачи. Эти люди уже забыли, что родословная Линг Сюэ все равно не могла сравниться с родословной Лин Цзяцзя. Все, что они знали - Лин Цзяцзя была той, которую все ненавидят. Положение Лин Цзяцзя было намного хуже, чем когда-то было у Линг Сюэ. Не каждый гадкий утенок мог стать лебедем. Отец отправил её в Академию Туза, чтобы наладить связи с этими аристократами. В Академии Туза училось молодое поколение из семей, влиятельных в деловом мире и в политическом секторе. А, как известно – любые связи помогают бизнесу. Однако Лин Цзяцзя фактически стала врагом всей школы. Эх, это было так сложно. Нин Шу вздохнула. Нин Шу только вошла в гостиную, как встретила сильную пощечину. Тот, кто дал пощечину, явно не сдерживал себя в силах. Черт, хватит! Сколько раз людям нужно было ударить её за день? Нин Шу уже почти рассердилась. В этом мире люди не способны говорить ртом? «Что с этим взглядом?» Отец Лин увидел, что его дочь смотрит на него со странным выражением в глазах и остолбенел на мгновение. Однако сразу после этого он еще более обозлился. Указывая на Нин Шу, он крикнул: - Семья Лин дала тебе еду и кров, и обеспечила такую жизнь, какой не могут наслаждаться многие люди! Но вместо того, чтобы помогать ей и наладить дружественные отношения, ты решила пойти и оскорбить всех в школе! Ты знаешь, кто эти люди? Что в твоей голове, собака? У тебя есть чувства к Ленг Ао? Человек уже сказал тебе не появляться перед ним. Твои действия уже повлияли на дела моей компании. Лин Цзяцзя, тебе не кажется, что ты все сделала не так!? Я отправлял тебя в Туз не для того, чтобы вызвать у меня и моей компании проблемы. У Нин Шу не было возможности сказать ни слова, пока шла тирада отца Линя. Нин Шу немного встряхнула голову. Её голова продолжала гудеть, у неё определенно было сотрясение мозга от удара. Он был поистине первоклассным отцом-говнюком. Нин Шу начала испытывать симпатию к изначальному хосту. Жизнь хоста была такой жалкой, но она все еще не забывала о спасении принца Ленг. Нин Шу уже хотела покинуть этот мир. Поведение этих людей было слишком невыносимым. ---------- ''Временные'' обстоятельства Отец Лин поднял чашку чая и отпил из неё. Он увидел, что Нин Шу молча опустила голову, и не был уверен, слушала ли она его или нет. Затем он подумал о том, насколько дела выглядели плохо для компании. Казалось, что эта компания должна была стать банкротом из-за дочери, от которой одни только проблемы. Инспекторы-проверяющие приходили в компанию каждый день. Сначала речь шла о налогах, а затем о других формальностях. В любом случае, они продолжали приходить по разным причинам, и отец Лин чуть ли не сходил с ума. Подняв чашку, он бросил её в Нин Шу, но та внимательно следила за действиями отца. Как только она увидела, как он двинулся, она увернулась. Чашка ударилась о пол и разбилась. Отец Лин указал на Нин Шу одной рукой, положив себе руку на грудь. Он выглядел так, словно у него был сердечный приступ. Как будто он страдал, но ничего не мог с этим поделать. - Цзяцзя, ты должна покинуть семью Лин. Это лишь временные обстоятельства. Через некоторое время, когда все успокоится, Отец вернет тебя в семью. Цзяцзя, Отец любит тебя, но у отца действительно нет другого пути. Не думай обо мне плохо. -... Отец, что вы имеете в виду? – Пробормотала Нин Шу. В сердце Нин Шу возникло плохое чувство. Она надеялась, что это не то, о чем она думала. Неужели её карма была так низка? 20 очков удачи, разве это слишком мало? (В играх, если вам сильно не везет, люди будут шутить, что это из-за плохой кармы, потому что у хороших людей все в порядке с везением.) - С этого момента ты больше не являешься дочерью семьи Лин. Отец Лин с болезненным выражением посмотрел на Нин Шу. - Не волнуйся, мы еще встретимся. Если бы не пощечина ранее, Нин Шу может быть поверила бы этому человеку. Нин Шу почувствовала, что у неё дела стали еще хуже. Она явно была здесь, чтобы решать проблемы за хоста, но в итоге она была изгнана из семьи. Она была слишком слаба? Нин Шу без колебаний ответила: - Отец, я вам верю. Отец Лин облегченно вздохнул, увидев, что Нин Шу не стала поднимать шум. Он чувствовал, что она была довольно умной и привлекательной дочерью, но вела в последнеё время себя глупо. Кто в Академии Туза не имел высокого статуса? Любой случайный ученик был человеком с большим влиянием и скрытой властью, но она пошла и потревожила Ленг Ао. Знала ли она, кто такой Ленг Ао? Отец Лин был амбициозным человеком, и он продвигался к цели шаг за шагом. Однако из-за этой дочери он мог потерять все, к чему он стремился. Нин Шу отправилась в комнату Лин Цзяцзя, чтобы собрать вещи. Она упаковала всю одежду в шкафу хоста, независимо от типа одежды, не оставив в нем ничего. Нин Шу не поверила ни одному слову, которые сказал Отец Лин. Нин Шу просто относилась к нему как к старому говнюку. Несмотря на то, что марля была повязана вокруг её головы таким очевидным образом, Отец Лин даже не заметил этой большой раны и ударил её. Нин Шу, которая так много лет оставалась в больнице, слишком хорошо разбиралась таких вещах. Она знала, как много людей действуют ради собственной выгоды. Ключевые моменты в жизни человека - рождение, старение, болезнь и смерть - произошли в больнице. Хотя Нин Шу никогда не была в обществе, она получила свое мироощущение в больнице. Нин Шу взяла все коробки с косметикой и ювелирными изделиями с туалетного столика в чемодан, а затем упаковала все фирменные сумки. Она могла потом обменять их на кучу денег. ---------- Дополнительная задача активирована Нин Шу закончила упаковку, набив доверху два больших чемодана. Взяв чемоданы, она открыла дверь и встретила женщину, ведущую мальчика, которому было около семи лет. Нин Шу сделала попытку вспомнить её. Она была матерью хоста, а мальчик был её младшим братом. Он был младше хоста почти на десять лет, но его любили намного больше. Даже Лин Цзяцзя любила его и всегда отдавала младшему брату все, что он хотел. Это было связано с тем, что её родители часто говорили ей, что братья и сестры должны любить друг друга, и что даже после того, как она выйдет замуж, ей все равно придется жертвовать всем, чтобы помогать ему. Однако Нин Шу была просто незнакомкой. Она видела, что эта семья хорошо относилась к своему сыну. Свою дочь же они рассматривали, как товар, который стоил определенную сумму. Когда её выгоняли, мать хоста осталась в своей комнате. Она не только не вышла и не заставила отца оставить свою дочь, она не удосужилась призвать Нин Шу остаться. Мать Лин достала толстый конверт и сказала: - Это деньги, которые я приготовила для тебя. В будущем тебе придется жить по своему усмотрению и позаботиться о себе. Этих денег, вероятно, будет достаточно, чтобы ты могла жить какое-то время. Нин Шу молча взяла конверт и наблюдала, как мать и сын входили в их комнату. Она чувствовала себя очень печальной. Они даже не потрудились притворяться грустящими. Не может быть, что хост был биологической дочерью этой семьи, верно? - Динь. Активирована скрытая сюжетная линия. Загадка идентификации хоста. Сюжетная линия: Маленький Головастик, Ищущий Свою Мать. Вы принимаете задание? Холодный механический голос внезапно появился в голове Нин Шу, и задача состояла в том, чтобы помочь найти биологических родителей настоящего хозяина! Первоначальная задача была уже достаточно сложной, что, черт возьми, добавляется к нему? -Вы принимаете задачу обнаружения истинной личности? - Нет. Нин Шу отвергла её, даже не подумав о ней. Все было уже очень нечисто, и теперь система хотел, чтобы она искала биологических родителей хоста? У неё было всего пять лет, чтобы выполнить свою задачу. Чем дольше она оставалась в этом мире, тем больше очков жизни будет исчерпано. Если все очки закончатся, она исчезнет, как дым по ветру. Людей в этом мире очень много, как можно найти среди них своих родителей? - Вы уверены, что хотите принять задачу обнаружения истинной личности? - Да. - Принята сюжетная линия: Маленький Головастик, Ищущий Свою Мать. - Что?! - вскричала Нин Шу. Когда она соглашалась начать задание? Она же не соглашалась начинать его. Система шёл на грязные вещи, чтобы заставить её принять задание. Жалкий ребенок с двадцатью очками удачи, даже система издевался над ней. С унылым выражением Нин Шу сунула конверт в чемодан и спустилась вниз, держа два больших чемодана. Внизу отец Лин увидел унылое, пустое и беспомощное выражение Нин Шу, и произнес: - Это всего лишь временные меры. Отец обязательно заберет тебя в ближайшее время. Нин Шу ничего не почувствовала, услышав фальшь в его словах. Хост не был его дочерью, но он взял к себе её и позволил ей прожить благополучную жизнь. Хотя это и было связано с мотивом её использования, Нин Шу не чувствовала к нему ненависти. Это тело тоже. Когда тело поняло, что она не биологическая дочь, она действительно расслабилась. Нин Шу вздохнула с облегчением. К счастью, не появилась задача мести отцу Лину и матери Лин. Ей не хотелось больше оставаться здесь, поэтому она подняла чемоданы и вышла за дверь. Она позвонила в такси, а затем нашла гостиницу, чтобы провести там ночь. ---------- Ты - сирота На следующий день Нин Шу арендовала квартиру недалеко от школы. Квартира была маленькой, но ей было достаточно места. Она перенесла вещи, затем тщательно убрала в квартире каждый уголок. Нин Шу удовлетворилась только тогда, когда дом стал выглядеть чистым и опрятным. Она стояла, держав руки на талии. В её прошлой жизни болезнь настолько разрушила тело, что она даже не могла ходить – только лежать на кровати каждый день. Нин Шу немного встряхнулась. Какое здоровое тело! Найдя место для житья, она отправилась в школу на следующий день. Все задачи были связаны с Академией Туза. Если бы она не ходила в школу, как бы она выполняла задачи? Однако в тот момент, когда Нин Шу вошла в школу, она обнаружила, что все смотрят на нее странно и говорят за ее спиной. Когда она подошла к ним, ученики разбежались, как будто она несла эпидемию чумы. Некоторые люди на самом деле морщили свои носы. Нин Шу принюхалась к себе. Она же не пахла ничем, в чем было дело? Когда Нин Шу вошла в класс, весь класс рассмеялся. Ронг подошла к Нин Шу, и, возвышаясь над ней, с презрительным выражением сказала: - Лин Цзяцзя, ты все еще осмеливаешься приходить? Ронг протянула руку к лицу Нин Шу. Нин Шу уклонилась и холодно сказала: - Держи руки при себе. Ронг не ожидала, что этот негодяйка, которая всегда позволяла себя ударить, решила уклониться. Ее лицо дрогнуло, и она вытащила газету и швырнула в Нин Шу. Нин Шу уклонилась, затем подняла газету с пола и развернула ее. Газета была открыта на странице, где была информация про отца Линя. Он разорвал все отношения со своей дочерью. Лин Цзяцзя перестала быть дочерью семьи Лин и теперь не имела никакого отношения к семье. - Ты теперь просто сирота, но у тебя хватило смелости прийти в школу? Академия Туза не является агентством по социальному обеспечению, - усмехнулась Ан Ронг. Когда Нин Шу слушала ее режущий уши смех, ей казалось, что ее мировоззрение вот-вот сломается. Нин Шу забыла, что Академия Туза, это мини-общество, даже более жестокое, чем обычное. Все студенты здесь были людьми, которые стояли на самой вершине пирамиды, люди, которых обычные массы не могли надеяться достичь. Самая большая ошибка Нин Шу была в том, что она была слаба. Она была заброшенной шахматной фигурой, у которой теперь не было даже семьи. Нин Шу сложила газету и положила ее в сумку. Затем, не обращая внимания на все презрительные взгляды, она пошла к своему месту. Когда Ронг увидела, что Нин Шу не отреагировала, она почувствовала себя очень недовольной. Она крикнула Нин Шу: - Стой! Место хоста находилось прямо за местом Линг Сюэ. Однако Нин Шу посмотрела на свою парту. Она была исполосована царапинами до неузнаваемости, как будто кто-то использовал нож. У парты также отсутствовала нога. Чертовы маленькие дьяволы. ---------- Если бы она могла стать культиватором Нин Шу придерживала стол рукой, чтобы тот не шатался. Она внимательно смотрела на синеглазого светловолосого учителя, который объяснял материал. От начала и до конца весь курс был на английском языке. Она, как человек, который находился в больнице со средней школы, не понимала ни слова. Нин Шу огляделась и обнаружила, что она была единственной «потерянной» в классе. Она переместила свой взгляд на спину Линг Сюэ. Даже спина ее казалось какой-то нереальной. Чувства Линг Сюэ сказали ей, что кто-то наблюдает за ней. Та обернулась и встретила взгляд Нин Шу. Нин Шу была встревожена, но, поскольку ее уже поймали, она решила просто продолжать уверенно смотреть. Линг Сюэ была раздражена тем, как Нин Шу посмела взглянуть прямо на нее. Она чувствовала, что ее провоцирует какой-то муравей. В мире культивации культиваторы могут начать сражение из-за единого взгляда. Ее взгляд стал ледяным, когда она вспомнила эту девушку. Линь Цзяцзя ходила и говорила всем плохо о ней. Она даже пыталась заставить Ленг Ао держаться подальше от нее. Линг Сюэ холодно улыбнулась. С тех пор, как Линг Сюэ пришла в этот мир, она стала еще более высокомерной. Даже когда она просто сидела в классе, она излучала свою ауру уверенности. Возможно, другие люди воспринимали это как сильную уверенность в себе. Вот почему Линг Сюэ смогла расположить к себе все могущественные семьи. Нин Шу была возмущена взглядом Линг Сюэ, которая, похоже, смотрела на нее, как на букашку. Однако она просто отвела взгляд, избегая этого убийственного взгляда. Сейчас она не могла позволить себе прямое противостояние с Линг Сюэ. Нин Шу подумала о задаче: ей нужно победить Линг Сюэ. Разве это не значит, что она должна была начать с переманивания союзников Линг Сюэ? Что она должна была сделать, чтобы от богини, за которой все бегают, все отвернулись? Как говорится, проще сказать, чем сделать. Влияние Линг Сюэ только увеличивается, и задача становится более сложной. Нин Шу массировала голову, ее задача была похожа на попытку разбить камень куриным яйцом. Если бы она была способна к культивированию, тогда она могла прямо сейчас выбить из нее дерьмо. Это прямо уничтожило бы то, на что полагалась Линг Сюэ. Культивация ... Хмм, она могла спросить систему, может ли она начать культивацию. В этом мире не было много духовной энергии, поэтому, вероятно, Линг Сюэ была не очень сильна. У нее будет шанс. - Система, могу ли я получить руководство по культивации? - Нин Шу вызвала систему. ---------- Обнаружена опасность Через некоторое время раздался механический голос, от которого ее голова онемела: - Мануал можно купить за очки, но у хоста в настоящее время нет очков, поэтому хост не может его получить. Нин Шу словно облили из ведра холодной водой. Как и ожидалось, в этом мире не было ничего бесплатного. - Я попала в этот мир только из-за вашей ошибки. Трудность задачи сильно завышена, разве вы не должны давать компенсацию? Система ответила монотонно: - Причина, по которой хост оказался в этом мире, была связана с ошибкой – это меня не касается. Нин Шу бросилась кровь в лицо. Система была всего лишь системой, но она действительно спорила с ней. Её мозг отказывался в это поверить. Единственный видимый путь, похоже, не получился. Нин Шу не могла не чувствовать себя подавленной. С другой стороны, Линг Сюэ, сидевшая перед Нин Шу, взволновалась в тот момент, когда появилась система. Она почувствовала рядом кое-кого могущественного. Линг Сюэ запаниковала: «Как в этом мире может существовать что-то опасное для меня? Это невозможно!» - Линг Сюэ неуверенно содрогнулась, холодный пот побежал по ее спине. У Культиваторов были очень острые чувства. Более того, Линг Сюэ особенно повезло в этом мире, где все для нее было гладким. Она не сталкивалась ни с одним опасным для себя существом. Это заставило ее волосы встать дыбом. Линг Сюэ стиснула зубы и огляделась вокруг, но не заметила ничего противоестественного. Кажется, ее подводило восприятие. Тем не менее, это чувство было не менее реальным, как и остальные. Линг Сюэ чувствовала, что сходит с ума. В тот момент, когда система покинула мир, Нин Шу и Линг Сюэ упали на стол, чувствуя слабость. Нин Шу упала из-за сильного удара по психике, а Линг Сюэ просто слишком разнервничалась, столкнувшись с такой угрозой. Теперь, когда та исчезла, все ее тело расслабилось, но ее лицо оставалось бледным В сердце Линг Сюэ осталась тень. Говоря откровенно, она была напугана. Конечно, Нин Шу не могла знать, что ее маленький разговор с системой сильно испугал Линг Сюэ. В настоящее время она беспокоилась о своих задачах. Раздался звонок. В момент, когда синеглазый, светловолосый учитель покинул класс, Ан Ронг подбежала и пнула ногой стол Нин Шу, и стол ударил Линг Сюэ, которая сидела впереди. Парта ударилась прямо о спину Линг Сюэ. Глаза Нин Шу расширились. Лицо Ан Ронг сразу же побледнело. Линг Сюэ резко поднялась и ударила по своему столу. Стол мгновенно превратился в пыль. - Ты хочешь умереть!? Сильная аура, которую она излучала, заставила Ронг упасть на землю. Нин Шу успела лечь на пол, так что аура не навредила ей. Под силой смертоносной ауры Линг Сюэ тело Ан Ронг неудержимо дрожало. Ее нос кровоточил, зубы дрожали, потом ее глаза откинулись назад, и она упала в обморок. Произошедшее сразу же вызвало шум в классе. Линг Сюэ вернулась к своим чувствам и поспешно подавила свою ауру. Она была очень раздосадована. В момент ее досады что-то ударило ее, и она сразу взорвалась. Культиваторы, как правило, следовали зову эмоций, и подавление гнева не было ее коньком. Ничего в этом мире не могло достаточно сильно рассердить ее, поэтому она всегда держалась отстраненно, глядя на этих простых людей. Однако недавнее ощущение вызывало в ее сердце неконтролируемые эмоции. Когда Линг Сюэ увидела встревоженные выражения людей в классе, смотревшие на нее, она стала еще более раздраженной. Она сжала губы и попыталась изобразить равнодушное выражение. Она не собиралась ни объяснять ничего, ни сделать попытку привести бессознательную Ан Ронг в чувство. Она бросила взгляд на Нин Шу, которая продолжала лежать на полу, и в ее глазах мелькнуло убийственное намерение. Нин Шу была сбита с толку. Ведь это не она ударила по столу, почему Линг Сюэ смотрела на нее таким грозным взглядом? Женщина-культиватор была своенравной и всегда делала все, что ей вздумается. ---------- Словить пулю, находясь в траншее Нин Шу почувствовала странную радость, увидев Ан Ронг в таком состоянии. Похоже, это были чувства ее тела. Она была избита Ан Ронг сразу после того, как она попала в этот мир. Она могла перенести ту боль, но ее удар головой об стену был самым болезненным и унизительным. Ленг Ао немедленно заставил кого-то принести новый стол, когда узнал, что стол Линг Сюэ обратился в пыль. Нин Шу молча поставила свой трехногий стол в вертикальном положении, наблюдая, как Ленг Ао беспокойно опрашивает Линг Сюэ. Он выглядел обеспокоенным, и вел себя как Цундэрэ. Нин Шу поморщилась от его чувства собственного величия. (Цундэрэ - архетип японской поп-культуры. Суть цундере сводится к смене своего отношения от высокомерного, раздражительного и хамоватого (цун-цун) к сентиментальному и любящему (дере-дере) за короткий промежуток времени, несколько минут.) На данный момент Линг Сюэ успокоилась и вернулась к своей обычной элегантной манере. Она слегка улыбнулась, когда говорила Ленг Ао: - Все в порядке. На лице Ленг Ао появилась улыбка. Затем, краем глаза, он увидел, что Нин Шу сидит, держась за стол одной рукой, выглядя неописуемо несчастной. Он сказал с отвращением: - Это ты навредила Линг Сюэ? Нин Шу моргнула, ничего не сказав. Почему ее пытались обвинить? - Эй, я с тобой разговариваю! - Ленг Ао ударом ноги опрокинул стол Нин Шу. Конечно, на этот раз стол не попал в спину Линг Сюэ. Нин Шу наблюдала, как ее стол упал на пол со скрипом. Стол был невиновен. Почему все они срывались на бедном столе? Нин Шу чувствовала, что эти люди были очень душевно больны. Каждый из них жил в своем собственном мире и видел все, что хотел. Все в классе видели то, что произошло раньше, но ни один человек не вышел, чтобы выступить за Нин Шу, когда Ленг Ао возложил на нее вину. Сердце Нин Шу заледенело, она почувствовала одиночество. Как именно хост мог терпеть то, что его игнорировали и так попирали другие? Нин Шу сделала усилие вспомнить смерть хоста. Когда Линг Сюэ окончательно надоела Лин Цзяцзя, она подослала подчиненного, чтобы разобраться с ней. Подчиненный Линг Сюэ был извращенцем. Как будто играя в игру, он связал хоста в форму Цзунцзы, а затем отошел недалеко и бросил топор. Топор вонзился в ключицу, в дюйме от шеи Лин Цзяцзя. (Цзунцзы – традиционное блюдо из китайской кухни, клейкий рис с начинками, завернутый в бамбуковый, тростниковый или другой любой лист, вареный на пару.) Позже извращенец скинул ее в море на корм рыбам. Смерть хоста была поистине ужасной. Нин Шу посмотрела на Ленг Ао и на то, как он смотрел на все с отвращением, словно он был богом. Она действительно хотела просто ударить его по лицу. Что именно заставило хоста так увлечься этим человеком, что она не могла забыть о нем даже после смерти? Нин Шу действительно не поняла, какая часть этого человека была очаровательна. Это было причиной того, что она слишком долго прожила в больнице. Нин Шу, чье чувство эстетики расходилось с чувством обычных людей, замечала такие вещи. Линг Сюэ потянулась к руке Ленг Ао: - Это не имеет никакого отношения к ней. Ленг Ао смотрел на красивые, тонкие пальцы на его руке. Каждый палец был как отполированный, первоклассный кусок белого нефрита. Сердце Ленг Ао растопилось, когда девушка положила свою руку ему на руку. Ленг Ао был так счастлив, что хотел прыгнуть от радости, но он просто высоко поднял подбородок и сказал Нин Шу: - Поскольку Линг Сюэ заступилась за тебя, я отпущу тебя на этот раз. Но с этого момента лучше держаться подальше от Линг Сюэ. Не появляйся перед ней снова, иначе я заставлю тебя пожалеть. С самого начала это не имело никакого отношения к ней, так что ей было отвратительно нынешнее великодушное отношение Ленг Ао. Она действительно словила пулю, находясь в траншее Эти люди были психически… больными... не так ли? Если вы больны, вы должны пойти в больницу и получить лечение. Тем не менее, что удивило Нин Шу, тот факт, что Линг Сюэ действительно заступилась. Но это не повод расслабляться Нин Шу. Она не забыла о смертоносном намерении в глазах Линг Сюэ. - Разве не будет правильно пригласить Лин Цзяцзя на день рождения? Линг Сюэ посмотрела на Нин Шу, - мы же одноклассники, верно? Ленг Ао изначально хотел сказать, что как такой человек моги прийти, но, поскольку об этом просила Линг Сюэ, ему пришлось согласиться. - Вы придете на мой день рождения? - сказал Ленг Ао. Затем он продолжил: - Но в будущем вы должны прекратить делать такие вещи. Не каждый человек будет так же добр, как и Линг Сюэ. «Любого человека можно назвать добрым, только не Линг Сюэ. Может ли человек, который не обращает внимания на закон и не имеет никаких моральных устоев, считаться добрым?» - подумала Нин Шу. ---------- Сердце красотки Сюжет возвращается к своему первоначальному варианту. В предыдущей жизни Лин Цзяцзя тоже получила приглашение на день рождения Ленг Ао. Но Лин Цзяцзя, в отличие от Нин Шу, до сумасшествия была рада получить приглашение Ленг Ао. Однако после этого девочки стали издеваться над ней еще больше. Хост молча вытерпел все это. Она не спала несколько ночей, чтобы связать шарф для Ленг Ао. Это был обычный шарф, но она считала, что вложила в него особый смысл ручной работой. Но в итоге, конечно, она была высмеяна. Ленг Ао при ней обернул шарф вокруг своего золотистого ретривера, и сказал: - Даже собака находит эту вещь уродливой. Лин Цзяцзя не могла понять. Он же пригласил ее на эту вечеринку, почему он так относился к ней? С тех пор над Лин Цзяцзя смеялись все в школе, куда бы она не пошла. Теперь же было понятно, что Линг Сюэ была причастна к этому событию – она была причиной того, что хост смог появиться на вечеринке. Каждый раз, когда Ленг Ао видел изучающий взгляд Нин Шу, он чувствовал себя раздосадованным. В прошлом она вилась хвостом за ним, как маньяк, но теперь она просто смотрела на него с презрением. Презрение. Какое право эта девушка может смотреть на него сверху вниз? Она была всего лишь никчемной сиротой. - Не нужно приносить подарок, просто придите на вечеринку, - презрительно сказал Ленг Ао. - Не похоже, чтобы вы могли позволить себе что-то дорогое. Нин Шу не собиралась покупать подарок. Сейчас у нее на счету был каждый пенни, зачем ей покупать ему подарок? Она все еще думала, идти ли на вечеринку или нет. Итак, зачем ей спасать этого проклятого принца? От этого задания ее тошнило. Кого заботит, умрет ли такой человек? Хост настаивал на том, чтобы вытащить его из-под влияния Линг Сюэ и вернуть в нормальное состояние. Нин Шу боялась, что она не способна этого сделать. Ленг Ао сказал Линг Сюэ торжественно: - Если что-нибудь случится, зови меня. С этого момента ты моя женщина. Уши Ленг Ао покраснели, когда он сказал это. Его глаза были полны предвкушения. Это предложение было эквивалентно признанию. - Хорошо, я позову тебя, если что-то случится, - ответ Линг Сюэ было неоднозначным. Похоже, что она согласилась, но одновременно кажется, что нет. Однако улыбка сразу же расцвела на лице Ленг Ао, когда он услышал это. В то же время он делал вид, как будто это не имело для него особого значения Когда Нин Шу увидела отношение Линг Сюэ к нему, она чувствовала, что неудивительно, что хост настаивал на спасении этого идиота-принца. Она еще ни на что не соглашалась, но он вел себя так, будто заполучил сердце красотки. ---------- Угроза Несмотря на то, что все считали, что Нин Шу не имеет права находится в Академии Туза, она так не считала. Нин Шу была настроена оставаться в этой школе, пока школа сама не подпишет документ на отчисление. Как она должна была спасать идиота-принца, если она покинет школу? Не говоря уже о том, что Культиватор в настоящее время студент Туза, и должна немного себя сдерживать. За пределами школьных ворот Линг Сюэ может выкинуть что угодно. Прозвище королевы ночи было дано не просто так. Она не знала, с чего начинать. Ее уверенность была почти полностью уничтожена из-за такой сложной задачи. Нин Шу вспомнила убийственный взгляд Линг Сюэ, и после небольших раздумий записалась на курс по тхэквондо в надежде на укрепление тела. Хотя это не даст особо много пользы, но, имея большую гибкость, это как минимум поможет скорости бега. Нин Шу предположила, что Линг Сюэ, вероятно, играла с ней и с хостом, как кошка с мышкой. Линг Сюэ использовала хоста для того, чтобы улучшать свою репутацию, поэтому Лин Цзяцзя закончила свою жизнь, как переполненный мусорный бак. Курс тхэквондо был не таким легким, как думала Нин Шу. Крутые движения, которые она видела по телевизору, были чрезвычайно трудными для исполнения. Когда она садилась на шпагат, инструктор даже положил на ее голову кирпич. Это было очень больно. К счастью, у хоста была база школы танцев, поэтому ее тело было довольно гибким. Каждый день после школы Нин Шу отправлялась на тхэквондо и использовала все свое свободное время для занятий. Каждый день она тащила свое измученное тело в класс. Нин Шу до сих пор не могла понять, что говорили учителя. Академия Туза отличалась от обычных школ, в ней занятия были еще и о таких вещах, как экономика, этикет и взаимодействие с окружающими. Студенты, закончившие школу, были абсолютной элитой общества. Конечно, эти ученики с самого начала уже имели знатную и богатую семью, и уже могли рассчитывать на высокие места в пирамиде общества. Поскольку Нин Шу ничего не могла понять, она отказалась от прослушивания и проводила большую часть своего времени, обдумывая принципы тхэквондо. Хотя эти учебные курсы были полезными, ее жизнь была в настоящее время в опасности, чтобы она концентрировала внимание на таких пустяках. Что касается Линг Сюэ, она ясно поняла, что Лин Цзяцзя, которая сидела за ней, теперь была другой. Однако она не могла точно сказать, в чем ее отличие. Она обернулась и сузила глаза, и сказала: - Мы пойдем на день рождения Ленг Ао вместе? - Что? - Нин Шу в шоке посмотрела на Линг Сюэ. Она всерьез не могла понять, о чем та думала. Это было что-то, чего не было в исходной сюжетной линии. В конце концов, как могла Линг Сюэ опуститься до того, чтобы идти на день рождения с муравьем, таким как Лин Цзяцзя? У Нин Шу было плохое предчувствие. Ведь Линг Сюэ не должна пока ее убивать, верно? Острые чувства Линг Сюэ сказали ей, что Лин Цзяцзя когда-то была полна злых намерений к ней. Однако, так как Лин Цзяцзя была слабой и беспомощной, Линг Сюэ просто игралась с той, когда ей было скучно. Тем не менее, теперь этот муравей, похоже, стал более сдержанным, и ее обида стала не такой явно очевидной. Это раздражало Линг Сюэ, а также заставило ее подозревать, что нынешняя Лин Цзяцзя это не прежняя Лин Цзяцзя Так как она получила шанс на возрождение, другие культиваторы тоже могли попасть в этот мир и поселиться здесь. Линг Сюэ уже испытала сладость быть непревзойденным существом в мире. Она не хотела отдавать эту роль другому культиватору. Тем не менее, она не ощущала никакой духовной энергии в теле Лин Цзяцзя. Линг Сюэ решила сначала исследовать Лин Цзяцзя. ---------- Я слишком хороша для этого Нин Шу наблюдала, как взгляд Линг Сюэ мерцал, и ее аура излучала жажду убийства. Нин Шу не знала, о чем думала Лин Сюэ, что так отразилось на ее ауре. Она немного опомнилась и сказала: - Я не могу позволить себе подарок, поэтому я не хочу идти. Нин Шу говорила правду. Подарки, которые получал Ленг Ао в дни своего рождения, были настолько дорогими, что большинство людей не смогли бы позволить себе купить их, даже работая целую жизнь. След презрения мелькнул в глазах Линг Сюэ: - Разве Ленг Ао не сказал, что тебе не нужно покупать подарок? Быстрая мысль пролетела в голове Нин Шу: когда человек был особенно внимателен без причины, он либо предатель, либо вор. Линг Сюэ, могущественный культиватор, хотела пойти на вечеринку с жалким муравьем? Слишком подозрительно. Под воздействием сильного давления Линг Сюэ Нин Шу обнаружила, что у нее нет возможности сделать выбор вообще. Она вот-вот хотела согласиться, но внезапно сказала: - Почему я должна идти с тобой? Если я пойду, то пойду одна. Её тон был наполнен отвращением – она искусно имитировала тон хоста. Помня её жажду убийства, она не могла пойти на вечеринку с ней. Линг Сюэ ее раскусила, она ее подозревала в чем-то! Нин Шу почувствовала холод в ее сердце. Неужели культиваторы могли ощущать даже изменения в душе? Линг Сюэ увидела выражение Нин Шу, и, сузив глаза, изучала ее. Взгляд заколол Нин Шу как иглы. Ее лицо невольно исказилось. Нин Шу посмотрела на Линг Сюэ и закричала: - На что ты смотришь? Прежде чем Линг Сюэ могла что-то сказать, соседка по парте опередила ее: - Лин Цзяцзя, Линг Сюэ позволила тебе пойти на вечеринку по случаю дня рождения принца Ленг Ао из-за доброты ее сердца. Если бы не она, ты бы не смогла туда попасть. Как вы платите за добрые намерения других? Нин Шу посмотрела на девушку, которая заговорила вместо Линг Сюэ, и сказала прямо: - Какое отношение это имеет к тебе? Я разговариваю с Линг Сюэ, куда ты лезешь своим клювом? Какая польза Линг Сюэ будет от лизанья ее обуви? Она сама еще ничего не сказала, а вы начали лаять. Как же это было круто, ах. В любом случае, эти люди не любили ее, так почему бы просто не отбросить притворную вежливость? Такая смелая раскованность освежала её. Когда ученица услышала резкие речи Нин Шу, она так рассердилась, что ее лицо покраснело: - Ты негодяйка! Ты негодяйка, негодяйка, ты негодяйка… Когда еще класс Нин Шу мог увидеть такое? Даже если кто-то ненавидел кого-то до смерти, он бы все равно вел себя дружелюбно, прежде чем воткнуть нож в спину противника. Но, по опыту прошлой жизни Нин Шу, это было самым эффективным способом взять верх над человеком. Как и ожидалось, эта студентка была вне себя от ярости, глядя на Нин Шу. Линг Сюэ остановила одноклассницу и пристально посмотрела на Нин Шу: - Хватит. Сердце Нин Шу ёкнуло, когда она увидела взгляд Линг Сюэ. - В чем необходимость так унижаться? Это бьет по вашему же достоинству, - сказала Линг Сюэ своей соседке по парте. Эта девушка также навела надменный взгляд на Нин Шу, как будто Нин Шу была какой-то никчемной простолюдинкой. Губы Нин Шу дрогнули в улыбке. Эта девушка оказалась щитом для Линг Сюэ, так что Линг Сюэ оставалась прекрасной и элегантной. Нин Шу действительно не понимала, чем эта девушка так гордилась. Какая идиотка! Она хотела спросить, смогла бы Линг Сюэ так обменяться оскорблениями с кем-то, сохранив свой образ? Этими действиями она успешно подтвердила впечатление женщины-Культиватора о себе. Однако это не имело значения. Важно то, что было здорово оскорблять людей. ---------- Эффект курсов тхэквондо Крик Нин Шу привлек внимание всего класса. Все смотрели на нее, как на сумасшедшую. С их точки зрения, Нин Шу была сиротой без поддержки друзей и семьи. Она не должна быть такой смелой, она должна забиваться в угол, как мышь, и отчаянно бежать от взглядов окружающих. Тем не менее, она фактически обнажала свои клыки и размахивала когтями! Она не знала своего места. Прямо сейчас Нин Шу не волновало, о чем думают окружающие. Даже если она была слаба, она не могла это показать. Показная слабость только станет поводом для издевок. Босые не боялись тех, у кого были туфли. Нин Шу в настоящее время не испытывала никаких трудностей и может сосредоточиться только на выполнении задачи. (Те, у кого нет обуви, относятся к нищим. Нищие не боятся «людей с туфлями», потому что им нечего терять) Нин Шу открыла кран и собиралась помыть руки, когда кто-то схватил ее за волосы сзади и начал тащить к двери уборной. - Черт. Эта маленькая сука уверена, что она может нанести вред Ан Ронг… - Правильно, мы должны отомстить за нее. Нин Шу посмотрела на этих людей и поняла, что они снова тащили ее в туалет. Неужели она выглядела той, которую легко запугать? Нин Шу схватила руку девушки. Потрясенная девушка сказала сердито: - Ты еще и сопротивляешься? Забьем эту сучку до смерти! Столько людей набросилось на одного человека, и это было воистину почетное сражение для них. В сердце Нин Шу поднялся гнев. Похоже, пришло время проверить свои навыки тхэквондо. Нин Шу подняла ногу и с размаху наступила на ногу девушки, которая схватила ее за волосы. Девушка сзади нее сразу же закричала от боли. Отпустив волосы Нин Шу, она присела, держась за ногу. - Ты сука! Сука ... Присутствующие рассвирепели. С их точки зрения, этот на вид непритязательный человек должен сидеть на своем месте и давать себя бить. Тем не менее, эта сука на самом деле посмела сопротивляться. Не говоря ни слова, Нин Шу подошла к девушке, которая проклинала ее больше всего, и ударила ее дважды в лицо. Лицо этой девушки сразу стало опухать. Девочка была так потрясена, что она застыла. Остальные также посмотрели на Нин Шу с недоверием на лицах. Нин Шу воспользовалась этим шоком, чтобы быстро наносить удары. Уборная мгновенно заполнилась криками тревоги и сердитых проклятий. - Убей ее! - Ох… Эти девочки вскоре вернулись к своим чувствам и бросились на Нин Шу. Нин Шу двум руками было сложно бороться против четырех рук. Лицо Нин Шу все было оцарапано, но девушкам тоже пришлось несладко. Нин Шу пришел в голову план – оказавшись в ногах, она резко спустила юбки девушкам. Девушки без юбок закричали в тревоге и перестали бить Нин Шу, чтобы надеть снова свои юбки. Пока они были заняты, Нин Шу могла бить их без отпора. Ее пальцы были полны выдернутых волос, но и у нее выдрали клок волос. Это было чертовски больно. Нин Шу прислонилась к стене, задыхаясь. Ситуация встала в тупик. Эти девочки, вероятно, были запуганы жестокостью Нин Шу, потому что они стояли напротив нее, не двигаясь. Некоторые из них стояли и потирали ушибленные места. Некоторые потеряли волосы в пальцах Нин Шу, и имели отпечатки ударов на лицах. Нин Шу сердито посмотрела на них. Те, кто встретил ее взгляд, рефлекторно отвели глаза. Нин Шу сплюнула кровь, ее лицо было все в глубоких царапинах. Она посмотрела на них в последний раз, затем вышла из туалета, прихрамывая. Люди в туалете могли только наблюдать за ее уходом, потому что боялись выйти раньше. Нин Шу стиснула зубы, ее лицо сильно пострадало, и ее голова также болела настолько, что она онемела. Она коснулась головы и обнаружила, что она кровоточит. Бои между женщинами всегда заканчиваются клоками выдранных волос. Она действительно завидовала Линг Сюэ за то, что та способна выглядеть такой изящной, когда она делала ход. Ей не было нужды махать кулаками. Раньше она лишила Ан Ронг сознания с помощью духовной силы, даже не приближаясь к ней. Нин Шу благодарила свою дальновидность за курс тхэквондо, иначе она была бы сильно избита прямо сейчас. Хотя она все равно получила раны, она смогла избить всех людей, которые обычно издевались над хостом. Нин Шу отправилась в медпункт – ей нужно вылечить ее раны. Если хост вернется к своему телу и обнаружит полное шрамов лицо, это будет провалом. Когда ожидающие в очереди девочки увидели лицо Нин Шу, на их лицах появилось уважение. Она действительно смогла пойти на такое, чтобы позволить красивому школьному врачу осмотреть ее? Ах, какая сильная выдержка. Нин Шу: ... ---------- Странная сцена Когда настала очередь Нин Шу, она села на стул и сказала: - Помогите обработать мое лицо Доктор поднял брови, и посмотрел на Нин Шу. Он взял ватный тампон и окунул его в спирт: - Что случилось на этот раз? Ваша голова еще не зажила, как вы уже получили новые ранения? Я знаю, что я очень популярен, но вам совсем не нужно так калечить себя, - доктор провел ватным тампоном по лицу Нин Шу: - Причинять боль себе ради такого, ах. Когда спирт оказался на открытой ране, лицо Нин Шу исказилось от боли. Врач-нарцисс бесцеремонно продолжал обработку. - Заткнись, ты так раздражаешь! Это было из-за ударов людей! - Крикнула Нин Шу. Доктор немного поправил очки, отчего те блеснули светом. Он промолчал, просто стал обрабатывать энергичней. Нин Шу сразу же изменила свой тон и сказала: - Я ошиблась, можно осторожней? Нин Шу вздохнула, увидев свое отраженное лицо в зеркале. Все лицо ее было залеплено лейкопластырями. Нин Шу почувствовала, что была одурачена этим доктором. Нин Шу не могла вернуться в класс с лицом, обклеенным пластырями, поэтому она решила вернуться в свою квартиру. После того, как она вышла из школы, она увидела кого-то, похожего на Линг Сюэ, скрытно бросившегося в переулок. Нин Шу захотела последовать, но она вспомнила, что Линг Сюэ была культиватором. Ее чувства были очень острыми, и поэтому она могла заметить, что кто-то шпионил за ней. Однако любопытство Нин Шу продолжало ее донимать. В конце концов, она решила следовать за ней. Она не решалась произнести ни единого звука. Спустя мгновение она достала два носовых платка и обернула их вокруг обуви. Таким образом, обувь производила меньше шума. Не нужно было спрашивать, откуда Нин Шу было об этом известно. Она узнала все это от просмотра дрянных детективов. Нин Шу аккуратно проскользнула и выглянула за переулок. Она увидела, что Лин Сюэ разговаривает с мужчиной. Как бы Нин Шу не напрягала уши, она не могла расслышать ясно. Внезапно она увидела, что Линг Сюэ протянула руку и положила ее на голову этого человека. У человека на лице возникло ликующее выражение. Поскольку Линг Сюэ стояла спиной к Нин Шу, та не могла видеть ее лицо. Все, что она могла увидеть, это то, что волосы и одежда Лин Сюэ начали подниматься, как будто поднялся сильный ветер. Тем не менее, Нин Шу не чувствовала никакого ветра. Эта сцена была довольно странной. ---------- Страшный секрет Эта сцена была очень странной. Нин Шу закрыла рот, чтобы не произнести ни звука. По какой-то причине у нее было ощущение, что она обнаружила какой-то страшный секрет. Мало того, что это не было в воспоминаниях хоста, это даже не упоминалось в сюжетной линии этого мира. Когда Нин Шу увидела, что ветер вокруг Линг Сюэ стихает, она без колебаний дернулась бежать. Она догадывалась, что Линг Сюэ заканчивала ритуал. Нин Шу втиснулась в книжный магазин и притворилась, что смотрит на книги. Когда она подняла глаза, она увидела проходящую мимо Линг Сюэ. Она не была уверена, что это было не воображение, но ее аура стала еще сильнее и холоднее. Линг Сюэ внезапно ощутила изумленный взгляд. Она остановилась и огляделась. Нин Шу, которая была в книжном магазине, сразу же перевела взгляд на книгу в руке и не решалась снова взглянуть на Линг Сюэ. Линг Сюэ нахмурила свое прекрасные брови. После небольшой паузы она ушла. Нин Шу осмелилась выдохнуть только через какое-то время. Ее спина была покрыта холодным потом. Нин Шу пришла обратно в свою квартиру и приняла душ, прежде чем отправиться на тхэквондо. Однако она все еще не могла подавить беспокойство в своем сердце. Независимо от того, насколько она тренировалась, она все еще была муравьем для Линг Сюэ. Она не имела никакого влияния, ни власти, ни помощи семьи. Она начала пересматривать сюжетную линию, чтобы увидеть, есть ли кто-нибудь, кто затаил обиду на культиватора. Она обнаружила, что антагонист Линг Сюэ был скрыт, если он вообще был. Вся история только о доминировании женщины и мужчины. Если бы не ограничивающие факторы, они, вероятно, смогли бы покорить космос. - Система, я тебя ненавижу, - Нин Шу в сердцах откинула голову назад. В этот день Нин Шу тренировалась до полночи. Однако она почувствовала, что что-то случилось, когда она вернулась домой. В тот момент, когда она открыла дверь, она услышала звуки изнутри. Пахло кровью. Там был кто-то. Нин Шу тихо сняла стальную трубу возле двери. Как женщина могла жить спокойно, не подготовившись к таким ситуациям? Волосы Нин Шу встали дыбом. Она крепко сжала трубу. В слабом свете уличного фонаря, она увидела, что на диване что-то шевелится. Даже не задумываясь, она подняла трубу и с размаху опустила ее на диван. Раздался глухой звук. Это было похоже на человека, поэтому Нин Шу стала продолжать наносить удары. - Эй, достаточно! Если продолжишь меня бить, я начну стрелять, - сказал человек, подавляя свой гнев, - включи свет. Когда Нин Шу услышала, что у него есть пистолет, ей было так страшно, что она чуть не выбросила трубу. Однако она вспомнила, что труба была единственным оружием. Если она выбросит ее, она окажется полностью беззащитной. - Включи свет, - голос звучал слегка болезненно: - Черт, я сказал тебе включить свет! Нин Шу услышала, как раздался щелчок предохранителя, и так испугалась, что немедленно побежала к двери и включила свет. Она стояла у двери, не смея входить в комнату. В то же время она подавила свое желание убежать. Независимо от того, как быстро она бегает, она не смогла бы убежать от пули Она нервно посмотрела на человека на диване, а затем вскрикнула от удивления: - Доктор!? ---------- Школьный доктор?! Это был школьный доктор, верно? Он был одет в черную ветровку и держал пистолет. Услышав голос Нин Шу, он обернулся и потянулся к носу, чтобы поправить очки, но понял, что он сейчас без очков. Затем он прищурился, глядя на Нин Шу: - Иди сюда, помоги мне перевязать мои раны. - Я… Я не знаю как, - Нин Шу посмотрела на доктора, чье поведение вообще не вязалось со школьным доктором, которого она видела. Если бы он не выглядел точь-в-точь как школьный доктор, она бы никогда не подумала, что это один и тот же человек. Он же не мог быть двойником, верно? - Ты - школьный врач, верно? Врач не ответил, а просто указал на нее пистолетом и сказал: - Подойди сюда. Нин Шу, которая видела уже все на свете, смертельно испугалась. Ее ноги дрожали, когда она шла к врачу. Лицо школьного врача было смертельно бледным. На данный момент даже его губы были серыми. Однако его выражение оставалось прохладным и безразличным, когда он снял одежду и повернулся к ней спиной. В спине возле лопатки у доктора виднелся предмет, который практически полностью зашел под его тело. Кровь хлестала ручьем. У школьного врача не было никакого способа справиться с этой травмой. Когда он увидел, что Нин Шу остолбенела, он крикнул: - Черт, поторопись! У меня скоро закончится вся кровь. Неужели этот грубый человек действительно был утонченным школьным врачом? Нин Шу дрогнула и поспешно побежала за аптечкой Она покосилась на едва заметное оружие и немного неловко спросила: - Как я должна это вытащить? - Вытащи пинцетом, поторопись! - Голос школьного врача был наполнен подавленной болью. Он был покрыт холодным потом. - Я выну это сейчас, - сказала Нин Шу. Она направила пинцет к ране. - Черт! Поторопись! - взревел школьный врач. Нин Шу от волнения случайно попала в рану пинцетом. Школьного врача скрутила такая боль, что содрогнулось все его тело, и он свернулся в клубок на диване. Нин Шу увидел, что рана хлестала фонтаном, и поспешно схватила марлю, чтобы вытереть кровь. Цвет лица врача тоже стал серым. Собрав волю в кулак, она наступила на него ногой, чтобы он не двигался, а затем быстро подцепила странный предмет пинцетом. Она резко дернула. Э-э ... не получилось, нужна еще одна попытка. Когда предмет оказался снаружи, на лицо Нин Шу попала кровь, и школьный врач, лежавший на диване, потерял сознание. Она особенно занервничала, когда увидела, что кровь медленно окрашивает всю марлю в красный цвет. Она взглянула на травму, затем осмотрела аптечку в поисках гемостатического средства. Она нашла пакетик, разорвала ее и посыпала порошком рану. Это было явно предназначено для приема внутрь, но она просто посыпала рану, потому что для приема внутрь понадобилось бы очень много времени. Он сильно истекал кровью. К тому времени, когда Нин Шу закончила перевязывать рану школьного врача, с нее градом шел пот. Она протянула руку и проверила дыхание врача. Хорошо, он все еще дышал. Она убрала пол от крови и марли и увидела пистолет на тумбочке. Сердце ее застыло, и она взглянула на человека без сознания, Подумав, она взяла пистолет и спрятала его. Назревали вопросы. Почему он не пошел в больницу, а пришел к ней домой? Откуда он получил травму? Кто был этим школьным врачом? Он вообще не был обычным человеком. Почему он решил стать школьным доктором Туза? ---------- Спасибо за вчерашнее Когда красивый школьный врач проснулся, его взгляд был пустым и смущенным. Он не помнил, где он был. Когда что-то вернулось к нему, он тут же сел на диван и ахнул от боли. - Ты проснулся? – Послышался слабый голос. Школьный врач обернулся и обнаружил, что за ним стоит девушка. Она держала чашку и ела из нее лапшу. - Кто ты? - Он чувствовал, что что-то потерял и не мог найти. Он даже снова забыл о ране и почувствовал такую боль, что лучше умереть. Нин Шу проглотила лапшу во рту и моргнула, глядя на него. Уголки ее рта дрогнули. Что за комедию он ломает? - Ты что-то взяла, не так ли? - Школьный врач с мрачным видом посмотрел на Нин Шу, а затем его желудок заурчал. – Ох, я вспоминаю тебя - ты та девушка, которая вчера помогла моему оружию исчезнуть, - захохотал врач, - сделай мне лапшу тоже, я хочу есть. Нин Шу согласилась, презрительно скривив губы, и пошла готовить лапшу для него. С его жизненными силами было все в порядке, раз он может так просыпаться следующий день после потери крови. Нин Шу положила лапшу перед ним, затем заговорила: - Хм, дядя ... - Неужто я выгляжу таким старым? В школе все девочки называют меня «Старшим братом» (Большим братом). Школьный врач подцепил немного лапши и попробовал ее. - То, как я обращаюсь к вам, не имеет значения. Вы тяжело ранены, вам следует пойти в больницу, - Нин Шу не хотела позволять этому опасному человеку остаться в ее доме. Школьный врач посмаковал и сказал: - Не очень вкусно. Эй, ты что-то сказала? Я не расслышал. Нин Шу закатила глаза. - Отдай мне это. Маленькая девочка вроде тебя не должна играть с такой опасной вещью. Увидев утонченную и элегантную манеру школьного врача, Нин Шу почувствовала желание плюнуть ему в лицо. Она поспешно ответила: - Что? Я ничего не брала. О, ты, должно быть, говоришь о скрытом предмете. Я отложила его и принесу тебе его прямо сейчас. Нин Шу достала коробку из-под стола и передала извлеченный предмет школьному доктору. Этот кольцевидный предмет был полностью черным, и имел острые углы по всему его внешнему краю. Кроме того, он излучал слабое свечение. Школьный врач взглянул на Нин Шу, затем осмотрел предмет. Убрав его, он протянул руку Нин Шу. Нин Шу взглянула на протянутую руку. Это была грубая рука, вся в мозолях от тяжелой работы. Она не соответствовала его привлекательной внешности. Нин Шу протянула руку и встряхнула: - Привет, привет. Школьный врач отбросил руку и сказал: - Мне нужен пистолет. Куда ты положила мой пистолет? Нин Шу посмотрела на него с тревогой и спросила: - Ты собираешься меня убить, если я отдам его тебе, не так ли? Примите во внимание, что я спасла вашу жизнь, так что давайте забудем и оставим нашу встречу. - Что, черт возьми, ты говоришь? Я могу избавиться от тебя даже без пистолета. Использование пистолета на тебя это практически пустая трата патронов. Отдай мне его, - раздраженно сказал доктор. Его отношение перевернулось так же быстро, как страницы книги. Нин Шу посмотрела на его ледяное выражение и пошла за пистолетом. Когда она передала его школьному врачу, она сказала: - Я просто подумала, что слишком опасно оставлять у вас пистолет. Что, если он случайно выстрелит? Школьный врач взял пистолет и заткнул его в сапог, не обращая внимания на слова Нин Шу. Он встал и сказал: - Спасибо за вчерашнее, я ухожу. Нин Шу наблюдала, как он пошел к двери. Он вообще не был ранен. Если бы не тот факт, что она вчера извлекала предмет из его тела, она бы не поверила, что он был ранен. Она открыла дверь и сказала школьному доктору с улыбкой: - Дядя, позаботься о себе. ---------- В следующий раз Школьный врач, возвышаясь над Нин Шу, сказал: - Интересно. Вы очень интересны. Нин Шу была ошеломлена, услышав такой поворот сценария, и удивленно уставилась на школьного врача. Этот парень не мог быть главным боссом? Она осмотрела школьного врача и сравнила его с описанием главного босса. Сам мужчина был безжалостным и деспотичным человеком, похожим на женщину-Культиватора. Эти двое полюбили друг друга, потому что они были настолько похожи, что чувствовали друг друга. Нин Шу спросил: - Дядя, кто ты? Как тебя зовут? Школьный врач заметил, что на ее лице мелькнуло удивление: - Зачем тебе нужно знать мое имя? Разве не ты нарекла меня дядей? Тогда ты можешь просто называть меня дядей. Нин Шу назвала его дядей только из-за злобной шутки. Он совсем не выглядел старым. Нин Шу называла его дядей из-за того, что сама была молодой. Почему она хотела узнать его имя? Потому что она хотела узнать, был ли главным боссом или нет! Нин Шу наблюдала, как школьный врач ушел в своей большой черной ветровке. Она думала о сюжетной линии. Сюжетная линия, похоже, не рассказывала, что главный босс был школьным врачом. Главный босс устраивал кровавые битвы и сцены убийства, он не занимался лечением, как школьный доктор. Если это было так, то кто был этим парнем? В истории не было такого персонажа. Она чувствовала, что мир сильно изменился. У нее было ощущение, что этот школьный врач был не простым человеком. Как мог человек, который бегал с пистолетом, быть простым человеком? После того, как он ушел, Нин Шу отправилась в школу. Когда она прошла мимо доски объявлений школы, она обнаружила, что там есть заметка о ее наказании. Из-за того, что она ввязалась в драку, многие ее кредиты были вычтены. Вероятно, она была бы исключена, если бы было вычтено еще несколько кредитов. Заметка гласила, что она была единственной, у кого были вычтены кредиты за курс. (Кредит – это зачет, который выставляется учащемуся за каждый прослушанный курс. Чтобы не вылететь с университета, нужно набрать необходимое количество кредитов. ) Это был жестокий мир, где она была сиротой без какой-либо силы, поэтому ей неизбежно пришлось столкнуться с издевательствами. Нин Шу ненавидела эту школу, но из-за этой задачи у нее не оставалось выбора, кроме как остаться здесь. Она вошла в класс. Все девушки, которые дрались с Нин Шу вчера, вели себя вежливо. Должно быть известно, что кредиты в Академии Туза были очень важны, потому что человек, исключенный из Академии, станет посмешищем на весь мир. Нин Шу пока не закончила задание, поэтому она решила, что в следующий раз она больше не будет драться в школе. Однажды, когда она уйдет из школы, она вынесет их всех в мешках и изобьет. Она села на свое место и подняла трехногий стол с земли. Она взглянула на Линг Сюэ перед собой. Когда она вспомнила странную сцену, которую она увидела вчера, она почувствовала холод. Она не знала, что Линг Сюэ сделала с этим человеком, но, вероятно, не было ничего хорошего. Линг Сюэ обернулась и подозрительно посмотрела на Нин Шу. Она холодно спросила: - Лин Цзяцзя, почему ты продолжаешь смотреть на меня? ---------- Разве я не выгляжу жалко? Нин Шу не ожидала, что чувства Линг Сюэ будут такими острыми. Она смотрела на нее меньше секунды, прежде чем ее поймали. - Ничего особенного. Я не могла не посмотреть на твою очаровательную спину, - сказала Нин Шу. Линг Сюэ сжала губы. Глаза у нее выдавали намерение убийства, когда она смотрела на Нин Шу. Эта девушка дразнила ее? Линг Сюэ чувствовала, что она была слишком снисходительна к этой девушке. Этот обычный человек, этот муравей действительно осмелился дразнить ее! Это было достаточно серьезно. Даже похвала Нин Шу не сработала. Нин Шу решила наброситься на нее: - На что ты смотришь? Чувствуется, будто ты завидуешь моей внешности. Выражение Линг Сюэ мгновенно стало холодным, и она посмотрела на Нин Шу так, как будто она смотрела на труп. Нин Шу решила, что, поскольку она собирается умереть в любом случае, она должна причинить Линг Сюэ максимум неудобств. Линг Сюэ безразлично взглянула на нее, затем отвернулась лицом. Вы думаете, что вы так круты, потому, что у вас есть власть? Это не означает, что вы имеете право играть с чужими жизнями, как с игрушками. Линг Сюэ смотрела на простых людей, как на муравьев, но она использовала свою власть, чтобы подчинять их. Муравьи провоцировали тебя каким-то образом? Что с тобой? Нин Шу чувствовала, что ей нужны дополнительные силы, чтобы победить Лин Сюэ. Независимо от того, насколько квалифицированным человек был в боевых искусствах, он может быть убит одной пулей. Говоря о пулях, она вспомнила школьного врача. Нин Шу почувствовала, что должна проверить свою удачу. После урока она побежала в медпункт. Сначала она думала, что школьный врач, возможно, не будет там, так как он был тяжело ранен. Однако, увидев толпу ожидающих в очереди девочек, она все поняла. Он серьезно посвящал себя своей работе. Когда школьный врач увидел Нин Шу, он незаметно поправил очки. После того, как все ученицы получили внимание врача, и ушли, Нин Шу сказала: - А как же твоя травма? Школьный врач сидел на диване и изящно скрестил ноги, глядя на Нин Шу: - Зачем ты здесь? Нин Шу чертила носком землю, выглядя очень застенчивой. - Что именно? - Школьный врач смотрел сквозь очки в золотой оправе. Без всякой вежливости он сказал: - Меня тошнит от твоего вида. (Особый тип очков. Очень популярен в Корее.) - Дядя, я могу кое-о-чем тебя попросить? Ты должен мне помочь, иначе я умру, - Нин Шу присела, схватившись за бедро школьного врача. (Обнимать чье-то бедро - это образное высказывание, когда кто-то лижет ботинки более сильному для получения благ. Но Нин Шу здесь делает это буквально) Школьный врач оттолкнул ее руки, затем отряхнул брюки, будто наступил на что-то грязное. Он бросил взгляд на Нин Шу и сказал холодно: - Почему ты считаешь, будто зависишь от меня? - К лучшему или к худшему мы - товарищи по войне, которые прошли испытания и несчастья вместе. Вы, наверное, не знаете, насколько я жалкая. Меня оставила моя семья, и после того, как меня оставили, я узнала, что я вообще не родная дочь своих родителей. Теперь я оскорбила школьную богиню. Богиня может стереть меня одним пальцем. Скажите, я действительно жалкая? Вся школа смеется надо мной. Меня избили, и вычли мои кредиты за курс. Когда она высказалась, она даже сама начала чувствовать, насколько жалок хост. - Это довольно драматично. Итак? - Школьный врач посмотрел на Нин Шу: - Зачем ты здесь? Неужели ее тирада не звучала, как просьба о помощи? Нин Шу вытащила платок и высморкалась в него: - Можешь одолжить мне свое оружие? ---------- Сегодня вечером Школьный врач поднял брови, затем холодно улыбнулся. Сняв с себя белое пальто, он сказал: - Почему я должен одолжить его тебе? И даже если я тебе его отдам, ты знаешь, как его использовать? - Я могу научиться, - возбужденно сказала Нин Шу, - это вопрос жизни и смерти! Дядя, если бы не тот факт, что у меня нет других вариантов, я бы не стала искать тебя. Школьный врач сузил глаза: - Кто ваш обидчик? - Кто, Богиня Линг Сюэ, - Нин Шу моргнула, глядя на школьного врача. Она смотрела на его безупречную нефритово-белую кожу. - Вам действительно нужен пистолет для защиты от студента? – Глаза доктора вспыхнули, - разве она не просто студентка? - Как вы можете говорить, что она обычный студент... Нин Шу оглянулась, затем приблизилась к доктору и сказала: - Линг Сюэ - не обычный человек. - Если ты собираешься говорить, просто говори. Зачем ты подаешься так близко? - сказал школьный врач, отодвигаясь от нее. Нин Шу немного отступила назад и повторила: - Линг Сюэ - не обычный человек. - Я знаю, разве ты это не сказала? - Школьный врач нахмурился. Старший бро, не мог бы ты уловить главное? Кто попросил его быть единственным человеком, которого она знала? Школьный врач принял серьезное выражение, и сказал: - Что ты имеешь в виду? Линг Сюэ - не обычный человек? Не может быть, что она Супермен, Человек-паук или Железный человек, верно? Нин Шу: @ # ¥% & * - Нет, Линг Сюэ - даосский бессмертный. Ты веришь, если я скажу, что она может убить телекинезом? - Выражение Нин Шу было совершенно серьезным. Ей казалось, что он не смеялся, когда услышал это. Неожиданно школьный врач сказал с серьезным выражением: - Может, она демон? (Китайские демоны больше похожи на духов и рождаются из таких вещей, как камни, бамбук и других вещей, в которые вложен смысл. Они поглощают духовную энергию в течение тысяч лет. По своей природе они не являются злыми, но часто имеют плохие отношения с людьми.) Она была уверена, что этот ублюдок дразнил ее. Она явно говорила о очень серьезном вопросе, вопрос, в котором решались человеческие жизни! Нин Шу почувствовала одиночество, как будто она была единственной трезвой в мире пьяных. Нин Шу была так взволнована, что у нее чуть ли не шла пена изо рта. Если он не хотел бы помочь, что бы это было. Было ли забавно дразнить людей? - Сегодня вечером, - сказал школьный врач. Нин Шу поспешно прикрыла тело: - Зачем вам меня искать? Я порядочная леди. Школьный доктор усмехнулся: - Тебе больше это не нужно? Она хочет, конечно, она хочет. Нин Шу поспешно сказала: - Хорошо, я буду ждать тебя сегодня вечером. Получив ответ от школьного доктора-дяди, Нин Шу больше не чувствовала себя слабой, когда сталкивалась с убийственным взглядом Линг Сюэ. Тем временем Линг Сюэ была довольна. Раньше у нее были опасения по поводу чего-либо сделать Лин Цзяцзя, потому что Лин Цзяцзя была ученицей Туза. Если бы ученик Туза пропал без вести, это привлекло бы много ненужных проблем. Однако сейчас она уже совсем одна и больше не имела семьи, поддерживающей ее. Пришло время заставить ее исчезнуть. Линг Сюэ ненавидела то, как эта девушка всегда смотрела на нее этим странным взглядом. Нин Шу не знала, что Линг Сюэ уже решила выгнать ее из школы. Сейчас она с нетерпением ожидала прибытия школьного врача. Если бы у нее был предмет, охраняющий ее, она чувствовала бы себя более уверенно в выполнении этой дерьмовой задачи. ---------- Взаимная выгода Нин Шу ждала до полуночи, прежде чем школьный врач, наконец, прибыл. Более того, он попал в квартиру напрямую, забравшись через балкон. После того, как он вошел, он сел на диван. Нин Шу пошла за чаем и налила воду для врача на диване. Школьный врач снова был одет в черную ветровку. Она не знала, была ли ветровка старой, или у него их много. Каждый раз, когда она видела ее, она чувствовала, что у нее было много вопросов, и она не знала с чего начать. Школьный врач поднял чашку с водой, но сразу же поставил ее, взглянув на Нин Шу. Он достал какой-то предмет в кожаном чехле, и бросил его в Нин-Шу. Нин Шу поспешно поймав чехол, взглянула на школьного врача, а затем открыла его. В нем лежал пистолет. Этот пистолет был очень легким в отличие от предыдущего. - Это леди-пистолет. В нем два предохранителя, он тебе подходит, - равнодушно сказал школьный врач. Нин Шу посмотрела на школьного врача со слезами на глазах: - Дядя, ты действительно хороший человек. У меня практически нет возможности отплатить тебе... - Я не хочу, чтобы ты платила своим телом, ты некрасива, - Школьный врач бросил на нее пренебрежительный взгляд, а затем протянул ей магнитную карточку: - Это адрес стрельбища. Чтобы учиться. Нин Шу взяла карточку, и почувствовала себя неловко. Почему он вдруг стал таким заботливым? Нин Шу спросила: - Дядя, мне надо сделать что-то для вас? Школьный врач усмехнулся: - Конечно, мне нужно, чтобы вы кое-что сделали. Вы узнаете, когда придет время. Наши отношения - это просто обоюдная выгода. «Пожалуйста, говорите на человеческом языке, я не понимаю» Школьный врач встал, затем вышел. Он ушел не через балкон, а через дверь. Когда Нин Шу наблюдала, как черная ветровка трепещет на ветру, ей снова захотелось начать задавать вопросы. Она схватила пистолет и почувствовала всплеск силы и мужества, наполнивших ее тело. Все это исходило из этого предмета. Нин Шу покрасовалась в разных позах с пистолетом у зеркала, прежде чем отложить карту и пойти спать. Независимо от того, кем был школьный врач, по крайней мере, она была теперь немного более защищена. Нин Шу не чувствовала в школе беспокойства насчет того, что она не понимала материал. Не то, чтобы IQ Нин Шу не был достаточно высок, это подаваемый материал был слишком продвинутым. Чувствовалось, что ходить в класс было пустой тратой времени. Поэтому она после школы сразу отправилась на стрельбище с карточкой. По адресу на карточке она нашла его сразу. Она думала, что стрельбище будет каким-то невероятным местом, или, по крайней мере, запоминающимся. Тем не менее, это место было маленьким магазинчиком... В котором продавалось всякое, в том числе порнографические журналы и запрещенные продукты. Разве здесь не должно быть стрельбищем? Когда Нин Шу вошла, старик подошел, чтобы поприветствовать ее. Она не знала, было ли это потому, что вокруг много запрещенных вещей, но улыбка старика казалась очень похабной. - Д ... дядя, я хотела спросить, здесь ли тир, - пробормотала Нин Шу. - Молодая леди, это просто продуктовый магазин, а не какой-то тир. Вы не в том месте. Это же был правильный адрес? Нин Шу внезапно вспомнила, что большинство заведений требовало какой-то пропуск или секретный код, поэтому она достала карточку, которую дал ей школьный врач, и показала старику. Этот старик взял карточку и взглянул на нее. Затем он достал откуда-то специальную машину и провел по ней карточкой. Он взглянул на Нин Шу и сказал: - Иди со мной. Нин Шу забрала карту, и пошла за стариком вглубь продуктового магазина. Старик открыл массивную дверь и сказал: - Входи. ---------- Стрельбище Затем Нин Шу вошла. Стрельбище было восхитительным, ослепительным, ярким и чистым помещением. Это было куда больше похоже на учебный полигон. Комната была заполнена перегороженными стойками. Все люди в стойках носили беруши, и сосредотачивались на стрельбе по мишени перед ними. Всю стрельбище было наполнено звуком выстрелов. Нин Шу подумала об этом, а затем почувствовала себя победителем в этом мире. Это был самый простой школьный сюжет, но теперь он станет сражением. Нин Шу стояла там, не зная, что делать. Казалось, здесь не было каких-либо служащих, которые занимались приемом. - Дядя, я хочу заниматься стрельбой, к... куда мне идти? - Нин Шу спросила человека неподалеку, который вытирал пот со лба. Мужчина взглянул на Нин Шу: это был только один взгляд, но Нин Шу почувствовала, как будто она стоит посреди кучи трупов. Она почувствовала, как холод налетел на нее. Его зловещая аура – аура убийцы – подсказывала ей, что этот человек закончил не одну человеческую жизнь. - Откуда взялась эта молодая девушка? Почему Старый Ли пускает случайных людей? Убирайся, - холодно сказал этот человек. Он протирал свой пистолет, смотря на Нин Шу. Казалось, он был близок к тому, чтобы случайно пустить ей пулю в лоб Нин Шу поспешно выудила свою карточку и сказала: - Меня пригласил сюда один человек. Когда тот увидел карточку в руке Нин Шу, его лицо сразу же замерло. Затем попытался изобразить улыбку, но это было похоже больше на оскал. - А, вас сюда пригласил Психо? Его место номер 2, вы можете занять пока его. Психо? Он говорит о школьном враче? Кем был школьный врач, если его имени было достаточно, чтобы заставить такого человека относиться к ней осторожно? Поскольку имя дяди школьного доктора было таким эффективным, она решила продолжать давить. Нин Шу сказала: - Дядя, я не знаю, как стрелять, не могли бы вы научить меня? Лицо этого человека исказилось в спазме, затем он сказал: - Конечно. Нин Шу в сердце поблагодарила школьного доктора за то, что его имя позволяет ей получить бесплатного инструктора. - Вы знаете, как вставить магазин? - Не знаю. - Вы знаете, как оттянуть затвор? - Не знаю. - Вы хотя бы знаете, как спускать курок? - Нет. Человек сузил глаза. Он был явно в сомнении, так как сразу же он слегка выдавил улыбку. - Что же, мне придется потревожить дядю. Люди, собравшиеся вокруг, услышали, что сказала Нин Шу, и издевались над ней из-за того, что она была новенькой и совсем не умела стрелять. То, чего она не знала, она не знала. Она никогда раньше не стреляла из пистолета, поэтому она не чувствовала, что ее это смущает. Если бы она умела стрелять, она бы не пришла сюда. - Не суетитесь, эту девушку пригласил Психо, - сказал мужчина с вымученной улыбкой. Услышав имя «Психо», все как-то рассеялись по полигону за несколько секунд. Да кем был ее школьный врач? Нин Шу не чувствовала, что школьный врач был таким удивительным. Он даже получил травму у кого-то всего пару дней назад. - Дядя, мы можем начать. Не волнуйся, я сделаю все, чтобы учиться. Таким образом, Нин Шу начала свои уроки по стрельбе. С инструктором, который, похоже, периодически удерживался от того, чтобы пустить ей пулю в голову, Нин Шу быстро научилась. Человеческий потенциал был поистине безграничен. ---------- Стрельба на практике Нин Шу начала заниматься непосредственно стрельбой. Под внимательным наблюдением инструктора Стрелка, Нин Шу выстрелила и промазала. Пуля улетела в молоко. Руки инструктора стали поглаживать пистолет, висящий на его поясе, и он нетерпеливо посмотрел на Нин Шу. Нин Шу мгновенно почувствовала холодок и сказала: - Позвольте мне попробовать еще раз. На этот раз я точно не промажу. «Ха-Ха» Нин Шу практиковалась, так как ее жизнь зависела от этого. В начале пули будут летать по всему полигону. Все в стрельбище избегали Нин Шу. Было вероятность отхватить случайную пулю от новобранца. Нин Шу держала оружие обеими руками. Если ее поза была неправильной, инструктор Стрелок вытаскивал пистолет. Нин Шу была так напугана каждый раз, поэтому она быстро поправлялась. С первых пор, когда она стреляла мимо цели, она натренировалась до такой степени, что уже начала попадать в цель. В эти дни Нин Шу все время проводила на стрельбище. Она ела здесь, пила здесь, ходила в туалет, она все делала здесь. Она практиковалась безостановочно. Позже выяснилось, что она не могла поднять рук от усталости. Ей казалось, что она становится отаку с мускулистыми руками. Однако она не жаловалась на то, как это утомляло. Это было умение, которое могло спасти ей жизнь. Чем больше навыков у нее было, когда она столкнется с опасной женщиной, тем больше шансов выжить. Инструктор дал Нин Шу бутылку медицинского масла. Вынужденно улыбаясь, он спросил: - Какие у вас отношения с Психо? Никаких отношений. Конечно, Нин Шу не осмеливалась это сказать. Если бы она действительно сказала это, инструктор, вероятно, застрелил бы ее на месте. Нин Шу рассмеялась, и показала глубокое и таинственное выражение. Инструктор озадаченно вертел пистолет. По внешнему виду он действительно хотел просто убить Нин Шу. Каждый раз, когда Нин Шу видела, как этот дьявол достает пистолет, ее сердце отчаянно колотилось от страха. Она была искренне благодарна дяде школьному врачу за то, что она, как лиса, могла использовать силу тигра. Нин Шу теперь практически жила на стрельбище. Она практиковалась каждый день и теперь могла попадать по всем пяти целям. Это было потрясающе! В этот день Нин Шу неожиданно получила из школы уведомление. Оно гласило, что если она не придет в класс, она будет исключена. Хорошо, она определенно не могла позволить себе быть исключенной. После долгого пребывания в стрельбище Нин Шу чувствовала себя немного не привыкшей к месту с такой мирной атмосферой. Когда Линг Сюэ увидела Нин Шу, она почувствовала ее изменение. Эта женщина стала еще более сдержанной. Тем не менее, ее аура только усилилась. Линг Сюэ была очень недовольна этим и встретила взгляд Нин Шу. Почувствовав взгляд Линг Сюэ, Нин Шу посмотрела в ответ. Нин Шу чувствовала, что она неплохо напрашивается на смерть. Будучи такой необузданной перед женщиной-Культиватором, как это назвать по-другому? Раньше Линг Сюэ игнорировала Нин Шу и просто смотрела на нее, как дурачащегося клоуна. Однако присутствие нынешней Нин Шу заставило ее почувствовать, будто у нее в горле застряла рыбная кость. У нее вдруг возникло ощущение, что если она не уничтожит этого клоуна, у нее будут проблемы. А Линг Сюэ очень доверяла своим ощущениям. Нин Шу узнала позже, почему школа уведомила ее, чтобы она приехала на занятия. Это было потому, что день рождения принца Ленг был завтра. Причина, по которой они сказали Нин Шу, чтобы она пришла в класс, должна была напомнить ей, чтобы она не забыла пойти на вечеринку Ленг Ао. Нин Шу на самом деле она думала, что она важна для школы, и из-за этого она получила предупреждение. Реальность показала, что ее ожидания были наивны. ---------- Печальная судьба пушечного мяса Нин Шу отправилась в медпункт, чтобы увидеть школьного врача. Когда она увидела, что комната ожидания снова заполнена ученицами, она спросила, что именно школьный врач делает здесь в качестве школьного врача. Как мог человек, которого боялся инструктор Стрелок, быть обычным школьным врачом? Когда школьный врач увидел Нин Шу, он осмотрел ее, затем шокировано спросил: - А? Ты все еще жива? Ты не пошла на стрельбище? Нин Шу: ... Нин Шу бросилась кровь в лицо. Этот ублюдок ясно знал, что стрельбище заполнено маньяками-убийцами, но он не стал предупреждать ее. Как мог человек быть злым? Была ли в его сердце какая-либо доброта? Нин Шу изобразила улыбку: - Спасибо. Она похлопала по пистолету на талии. Школьный врач мимолетом взглянул на нее, затем сказал: - У вас проблемы с школьным цветком, Линг Сюэ? (Школьный цветок - это термин для самой красивой девушки в школе. Школьная трава - для самого жаркого парня.) - Ты знаешь Линг Сюэ? Похоже, знаменитое имя Линг Сюэ поистине широко известно, - Нин Шу посмотрела на дядю школьного врача и спросила в шоке: - Дядя, здесь нет сомнений? - Нет сомнений в чем? - Нет сомнений в том, что вы тоже попали во влияние Линг Сюэ, - Нин Шу чувствовала, что жизнь ее была очень тяжелой. Школьный врач поднял брови, глядя на Нин Шу. - Почему ты думаешь, что мне нравится именно Линг Сюэ? Куда бы ни приходила Линг Сюэ, все мужчины оказывались поверженными. Никто не мог избежать влияния ауры «Мэри Сью». Школьный врач был высоким, красивым и хорошо сложенным парнем. Самое главное, у него была демоническая аура, поэтому он очень подходил на роль Главного Босса. - Дядя ах, в мире так много женщин, зачем вешать себя на одинокое дерево? Нин Шу почти плакала. Какого черта она должна была победить женщину-Культиватора, если у этого дяди были чувства к ней? Ей казалось, что она вот-вот развалится. Она собиралась встать на колени и просить дядю школьного врача. Школьный врач наступил на ногу Нин Шу. Ао, черт возьми, ой! Нин Шу обняла свою ногу, глядя на холодного школьного врача. Как и ожидалось, она была пушечным мясом. Жизнь была такой грустной. Если бы это была Линг Сюэ, он бы обнял ее. (Пушечное мясо - второстепенные персонажи, которые служат лестницей на пути главных героев) - Не действуй этим проклятым способом передо мной. Поскольку ты уродлива, не думай так претенциозно, - холодно сказал школьный врач. Нин Шу: ... По какой-то неизвестной причине она чувствовала, что нынешнему школьному доктору совершенно не хватает чувства нежности, которое она чувствовала, когда она впервые увидела его. Прямо сейчас, даже очки не могли скрыть злую ауру в его глазах. Дерьмо, он не мог быть дьяволом, носящим человеческую кожу, который пытался уничтожить мир, не так ли? - Как идет твоя практика? Ты уже стреляешь? - спросил дядя-школьный врач. Нин Шу сказала с небольшой гордостью: - Я могу поразить пять мишеней. - Какого черта, всего пять мишеней? - Школьный врач странно посмотрел на Нин Шу и сказал: - Вы же не можете сказать мне, что после такой долгой тренировки, вы даете такой результат? Улыбка на лице Нин Шу стихла. По какой-то причине, когда она услышала презрительный тон школьного врача, ей показалось, что она очень бесполезна. Она изменилась с наивной младшей сестры до младшей сестры, которая умела стрелять. Разве это не трогательно? Нин Шу бесстыдно называла себя младшей сестрой в своем сердце. - Вероятно, я уже потерял свое лицо перед всеми людьми на полигоне, - Школьный врач посмотрел на Нин Шу, его очки сверкали. Первоначально Нин Шу хотела сказать ему, что у нее есть инструктор, преподающий ей уроки, но она решительно отказалась от этой идеи, увидев школьного врача в злости. Если школьный врач узнает, он просто уничтожит ее. ---------- Чунибье Короче говоря, после того, как она испытала тираду школьного врача, Нин Шу поняла, насколько она была мусором. Она вышла из медпункта и бродила по школьному саду. Когда она смотрела на эти красивые цветы, она почувствовала, что было здорово снова жить. - Эй, женщина, ты кто? Что ты здесь делаешь? - Из-за спины раздался надменный голос, испугавший ее. Когда она обернулась, она увидела, что принц Ленг стоит рядом и смотрит на нее с поднятым подбородком. У него была одна рука в кармане, когда он посмотрел на Нин Шу. Его поза была невероятно крутой, но почему-то Нин Шу чувствовала, что он, на самом деле, был «чуни». («Чунибье» - синдром, также известный как синдром второго года в средней школе, является уничижительным разговорным термином на японском языке, используемом для описания человека, который глубоко отыгрывает придуманную им роль. Обычно это происходит в восьмом классе и проходит в течение 1-2 лет. Часто сокращается до «чуни») - Эй, я говорю с тобой. Не может быть, чтобы вы не знали, что это место запрещено? – У Ленг Ао вспыхнуло отвращение, когда он увидел ошеломленный вид Нин Шу. Нин Шу сказала «о» и готова была уйти. Ей не хотелось беспокоить этого глупого принца, поэтому она не хотела тратить время на споры с ним. На самом деле в Академии Туза были люди и влиятельнее, чем принц Ленг и другие два принца. Однако они не пытались быть в центре внимания, как эти трое, эти люди были очень сдержанными. Ленг Ао увидел, что Нин Шу немедленно повернулась, чтобы уйти, как будто она не видела его, и почувствовал себя недовольно. Такое обращение вызвало у него чувство дискомфорта. Ленг Ао схватил руку Нин Шу. Тем не менее, он быстро отбросил ее руку, как будто он взял в руки собачье дерьмо. Глядя пренебрежительно на Нин Шу, он сказал: - Что за отношение? Уголки рта Нин Шу дрогнули, когда она посмотрела на Ленг Ао. Она ранее сдерживалась, но теперь он останавливал ее с выражением «ты сделала меня несчастным». Нин Шу потеряла дар речи. Этот человек был психически больным, не так ли? Что она должна была сделать, чтобы он не причинял беспокойство без причины? - Отвечай! Я с тобой говорю! - Ленг Ао с отвращением посмотрел на Нин Шу, - Запомни, это не то место, в которое ты можешь войти. Ты должна помнить об этом, простолюдинка. Нин Шу действительно хотела вынуть пистолет и просто выстрелить ему в голову. Она почувствовала, как сердце этого тела начало биться, как только Ленг Ао приблизился, и ее дыхание стало коротким. Когда она услышала, как Ленг Ао поговорил с ней - ей показалось, что она практически упала в обморок от счастья. Насколько сильно хост любил глупого принца? У ее тела была такая реакция, когда она видела ее. Нин Шу почувствовала, как радостное ощущение передается в каждый дюйм этого тела. Она не хотела этого ощущать, но ощущения все равно передавались ее мозгу. - Да, я помню, я не буду снова сюда приходить, - сказала Нин Шу, подавляя свой гнев. - Правильно, кто ты? - Спросил Ленг Ао, увидев, что лицо Нин Шу было немного знакомо ему. Это был тот случай, когда «выдающийся человек имел плохую память», не так ли? Недавно он пригласил ее на вечеринку по случаю дня рождения Линг Сюэ, но сразу же забыл об этом. Нин Шу холодно рассмеялась. Уголки ее рта дернулись. Ленг Ао нахмурился, глядя на Нин Шу. После этого он, наконец, вспомнил, кто она, и еще более холодно посмотрел на нее. - Не смей беспокоить Линг Сюэ в будущем, или я заставлю тебя пожалеть. Я никогда не буду любить тебя, даже если ты вызовешь проблему у Линг Сюэ. Ты должна просто отказаться от своих намерений, - Ленг Ао уже почти плевал в лицо Нин Шу. Нин Шу: ... ---------- Чертов нарцисс Что было не так с ним? Хотя хост любил его, она ему не нравилась. Его нарциссическая манера действительно ощущалась болью в заднице. Знает ли сама его семья о его поведении? - У вас есть проблемы? - спросила Нин Шу, указывая на ее голову. - Единственная причина, по которой я пригласил вас на день рождения, состояла в Линг Сю, которая попросила меня об этом. Линг Сюэ достаточно щедра, чтобы не вспоминать прошлое, но я не позволю тебе причинить ей боль. Помни свой статус, простолюдинка, - Ленг Ао поднял подбородок и посмотрел на нее, как бог, глядя на смертного. Что именно было с мозгом этого человека? Он полностью жил в своем собственном мире. Все это время он произносил только одно предложение. - Ты лучше всего запомни мои слова. В противном случае я заставлю тебя заплатить. После того, как Ленг Ао закончил говорить, он повернулся и ушел. Нин Шу глубоко вздохнула. Мир был таким прекрасным, лучше было просто спешить и игнорировать негармоничные вещи. - Поскольку у вас есть психическое заболевание, вы должны принимать лекарство, почему вы отказываетесь от лечения? - крикнула Нин Шу, затем повернулась и побежала. На следующий день Нин Шу надела свою обычную одежду, заправила пистолет в пояс и отправилась на вечеринку по случаю глупого принца Ленга. Вечеринка проводилась в частном клубе. Нин Шу подошла к входу в клуб и увидела, что вход заполнен припаркованными машинами. Один за другим из автомобилей выходили красивые мужчины и красивые женщины в дорогой одежде. Нин Шу была явно неуместна в этой сцене. Все смотрели на Нин Шу с презрением. Некоторые девушки, одетые в ханьфу, даже закрывали рот и хихикали. Ронг тоже вышла из машины. Когда она увидела Нин Шу, она бросила на нее ожесточенный взгляд. Подняв подол своего вечернего платья, она подошла и сказала с холодным смехом: - Ты действительно пришла. Разве здесь требуется охранник у двери? Нин Шу посмотрела на Ронг. После травмы, полученной от Линг Сюэ, она не приходила в класс. Даже сейчас ее цвет лица был по-прежнему бледен. Она больше походила на то члена покойной процессии, а не на участника вечеринки. Нин Шу была удивлена, увидев, что кто-то заставил себя прийти на день рождения, даже будучи больным. Ронг ясно знала, что ее цвет лица не был идеален. Когда она увидела, что Нин Шу смотрела на ее лицо, она тут же взорвалась и сказала: - На что ты смотришь? Я не забуду, как ты оскорбила меня… Нин Шу не собиралась носить черный горшок и сказала: - Я ничего не делала, в этом повинна Линг Сюэ. Почему ты обвиняешь меня в этом? (Черный горшок - это вина за то, что вы не делали.) Ронг была ошеломлена на мгновение, затем она сказала: - Линг Сюэ не делала это нарочно. Точнее, она вообще ничего со мной не делала. - Я тоже ничего тебе не делала. Прямо сейчас я стою прямо перед тобой. Если бы у меня были силы Линг Сюэ, ты бы уже вернулась прямо на больничную койку. - В любом случае, Линг Сюэ не сделала бы этого со мной. Брось попытку посеять сомнения. Я тебе не поверю, - решительно сказала Ан Ронг. Ради того, чтобы возвысить главного героя – Линг Сюэ, в это мире все как будто имели низкий IQ. То, что произошло, было ясно, как день, но Ан Ронг отказывалась это понимать. Линг Сюэ всегда была права. Если Линг Сюэ ошибалась, то это была ошибка этого мира. - Без разницы. Это твое право, верить или нет, - Нин Шу собиралась войти. Ронг протянула руку и остановила Нин-Шу. Нин Шу обернулась и сказала: - Что? Ты хочешь драться? Ронг посмотрела на нее и сказала: - Я не хочу создать беспорядки в день рождения принца Ленг. Ты уверена, что я получила травму от рук Линг Сюэ? - Конечно. Если бы у меня были силы Линг Сюэ, я бы уже сделала тебя инвалидом и отомстила, - презрительно сказала Нин Шу. Ронг тоже нравился принц Ленг. Нин Шу не могла этого понять. Разве она не должна завидовать Линг Сюэ и ревновать принца? Тем не менее, она фактически стала приспешницей Линг Сюэ. ---------- Обсуждение суперсил В действительности, Ронг не помнила, что произошло тогда. Все, что осталось в ее памяти, это то, что она ударила ногой по столу, и он врезался в спину Линг Сюэ. Впоследствии ей показалось, что на нее упал валун, что ее тело было раздавлено. После этого она ничего не помнила. Когда она проснулась, прошло уже несколько дней. Когда Ан Ронг услышала, как Лин Цзяцзя сказала, что у Линг Сюэ были сверхсилы - первое, о чем она подумала – это о своих недавних ощущениях. - Эй, Лин Цзяцзя, все, что ты сказала – это правда? - высокомерно потребовала Ронг. Нин Шу закатила глаза и сказала: - Тебе решать, верить мне или нет. После этого она вошла в клуб, он ослепил ее роскошью. В главном зале звучал изящный звук скрипки. Высокая башня шампанского излучала сладкий и опьяняющий аромат. Эти люди собирались группами по два и три и болтали с бокалами в руке. Их движения были элегантными и красивыми. Они не казались старшеклассниками – они были элитой общества. В тот момент, когда Нин Шу вошла, люди, которые видели ее одежду, показывали презрительные выражения. Нин Шу не обратила внимания на взгляды этих людей и села на диван в углу. Она посмотрела на блюдо с фруктами на журнальном столике. Плоды были красочными и аппетитными. Нин Шу взяла один и начала есть. Вкус был превосходным! - Привет. Ты видишь, что кто-нибудь еще ест здесь кроме тебя? Деревенщина, - Ронг подошла и села с Нин Шу. Нин Шу взглянула на нее, затем проигнорировала и продолжила есть. Ронг толкнула Нин Шу. Нин Шу повернула голову и сказала: - Что ты делаешь? Отойди, не похоже, что мы близки. - Скажи, у Линг Сюэ действительно есть сверхсилы? - Ронг посмотрела на Линг Сюэ, которая сидела недалеко от нее. На Ан Ронг было черное вечернее платье, которое выглядело просто великолепно. Нин Шу посмотрела в направлении взгляда Ронг. Она смотрела на фигуру, сияющую здоровьем и энергией. Все люди в бальном зале смотрели на эту фигуру. В их глазах были такие вещи, как зависть, ревность и обожание. Кто мог быть этой фигурой, кроме Линг Сюэ? Такая женщина с сильной уверенностью в себе и несравненной красотой должна быть на ее месте. Проблема заключалась в том, что у нее под ногами оказывалось множество «пушечного мяса». И это недовольное меньшинство, не колеблясь, предложит свои души и запросит помощи у системы. - Линг Сюэ не похоже на кого-то с суперсилами, - продолжала Ан Ронг. Однако она чувствовала, что это было правдой. - Кто знал, что Супермен – это Супермен, прежде чем кто-то увидел его превращение? Разве можно суперсилу увидеть на ее лице? Ронг рассердилась, но не могла это опровергнуть, поэтому сказала: - Разве ты не можешь говорить вежливо? Нин Шу закатила глаза. В это время весь бальный зал успокоился. Был только элегантный звук скрипки. «Бог долголетия», принц-идиот, вышел очень эффектно. (“Богом долголетия” называют тех, чей день рождения справляют гости) Нин Шу не любила Ленг Ао по разным причинам, самой большой из которых являлась реакция этого тела. Всякий раз, когда она видела Ленг Ао, ее тело хотело броситься ему в объятия. Это было очень неприятно. Когда Ронг увидела Ленг Ао, на ее лице появилось выражение обожания и тоски. Румянец даже добавил цвет к ее бледному лицу. Ленг Ао шел к Линг Сюэ очень церемонно. Поклонившись, он протянул руку, чтобы пригласить Линг Сюэ на танец. Линг Сюэ в довольно надменной манере положила свою руку на его, затем они проскользнули в легкий и изящный танец. Все в зале просто наблюдали за этим танцем. ---------- Человек человеку волк Печаль появилась на лице Ронг, когда она наблюдала за двумя людьми на танцполе. Она произнесла с недоумением: - Только такое совершенство, как Линг Сюэ, достойна быть парой для принца Ленг, ах… - Кх… - Нин Шу постучала себе в грудь. Она подавилась фруктами. Затем она посмотрела на Ан Ронга. Какой менталитет, ах Женщины, если они не сражались за мужчин и «запасные шины» с Линг Сюэ, то они были похожи на Ан Ронг, которая была предана Линг Сюэ до такой степени, что могла уступить ей своего любимого парня. (Запасная шина - это термин для человека, которого девушка или парень не любит, но поддерживает хорошие отношения, как с «резервным» вариантом) Однако их участь была одинаковой. Все они были пушечным мясом. Если первые жертвуют жизнью, то последние жертвуют сердцем. После танцев с девушкой, которую он любил, Ленг Ао выглядел, как будто он на седьмом небе. Его невинный вид был настолько тупым, насколько это было возможно физически. Танцы не повлияли на дыхание Линг Сюэ. Она взяла стакан красного вина из подноса в руке официанта и сделала глоток. Вино этого мира действительно не могло конкурировать с вином мира культивации. Мало того, что в нем не было ни следа духовной энергии, так оно еще и загрязняло организм. Краем глаза она с удивлением заметила, что Ан Ронг сидит с Нин Шу. Она почувствовала себя немного недовольной. По ее мнению, Ан Ронг была одной из ее людей. Ей казалось, что ее предают, и она не могла терпеть предателей. Прогуливаясь изящно мимо, она спросила Ан Ронг: - Тебе лучше? Ронг поспешно встала и сказала: - Намного лучше. В действительности, Ронг чувствовала себя довольно несчастной. Если Линг Сюэ действительно заботилась о ней, почему она никогда не навещала ее? Более того, ее травма, похоже, была нанесена самой Линг Сюэ. Линг Сюэ оценила взглядом Нин Шу, которая сидела сбоку. Когда она увидела, что надето на Нин Шу, ее выражение сменилось неодобрением. - Хотя одежда ничего не означает, это все еще правило этикета Нин Шу убедительно сказала: - Ты знаешь, что я сирота. У меня нет денег на покупку одежды. Но ваша одежда действительно хороша. Когда Нин Шу заговорила, она чуть даже не дотронулась до нее. Тело Линг Сюэ немедленно отодвинулось, чтобы уклониться от рук Нин Шу. Она с отвращением нахмурилась. Как могла женщина не испытывать чувства собственного достоинства? Нин Шу выразила, что перед лицом смерти можно отказаться от незначительных вещей, таких как гордость. Даже Ронг не могла больше смотреть на вульгарную манеру Нин Шу. Она потянула Линг Сюэ и сказала: - Линг Сюэ, принц Ленг смотрит на тебя. Вероятно, он хочет поговорить с тобой. Цвет лица Линг Сюэ сразу же изменился, когда она увидела, что Ан Ронг защищала Лин Цзяцзя. Она холодно спросила: - Ронг, ты планируешь оставаться с ней? Ронг никак этого не ожидала. Ее тон голоса, казалось, прозвучал неодобрительно по отношению к Линг Сюэ, поэтому она поспешно сказала: - Линг Сюэ, о чем ты говоришь? Как я могу общаться с человеком такого низкого класса? Человек низкого класс, простолюдинка. Нин Шу уже слышала этот термин раньше от Ленга Ао. В Эйсе она была просто человеком низкого класса. Линг Сюэ высокомерно кивнула, затем повернулась и ушла. Взгляд Ронг был мрачным, когда она смотрела в спину Линг Сюэ. Нин Шу подняла брови, глядя на Ан Ронг. Она никогда не ожидала, что Ан Ронг действительно вступится за нее. Может быть, и Ан Ронг подменили? Хотя нет, ее не подменили. Вероятно, у нее возникли подозрения, что Линг Сюэ ранила ее раньше. Линг Сюэ была тем человеком, который говорил: У меня есть привилегия запугивать и предавать всех людей в мире, и я убью всех людей в мире, которые осмеливаются запугивать и предать меня. Ронг, вам лучше быть осторожной! Ронг была кем-то, кто, как и хост, хотел отомстить. Было бы лучше, если бы культиватор разобралась с ней. Сценарий, где собаки дерутся и выгрызают друг у друга ошметки меха, был действительно хорош. Тем не менее, Ронг за нее заступилась… ---------- Следуй за мной Нин Шу в конце наставляла Ан Ронг: - Ты должна быть осторожнее с Линг Сюэ. Она может убить, даже не оставив следа. Нин Шу оглянулась, а затем прошептал в ухо Ронг: - Я слышала, что Линг Сюэ - босс банды, у нее довольно много подчиненных. - Если ты собираешься говорить, просто говори. Что ты наклоняешься так близко, простолюдинка! - Затем Ронг ухмыльнулась: - Линг Сюэ - босс подпольного синдиката? Разве она похожа? Кто сказал, что все люди в синдикатах должны быть большими и толстыми, и не могут быть изящными и красивыми? Нин Шу было слишком лень объяснять. Она уже предупредила ее. Хотела ли она слушать или нет, это было ее дело. Вспоминая просьбу хоста и манеру говорить Ан Ронг про людей вроде нее, она приняла решение, чтобы в безлунную ветреную ночь надеть ей мешок на голову и выбить дерьмо из нее. То, как эта девушка говорила, слишком бесит! Когда Нин Шу доела, она увидела перед собой блестящую пару черных ботинок. Когда она подняла глаза, она увидела принца-идиота со своим сияющим ореолом. Ленг Ао посмотрел на Нин Шу. Когда он заметил сок фруктов на уголках ее рта, в глазах его промелькнуло отвращение. Он просто не мог понять, почему Линг Сюэ так заботилась об этом человеке. Просто, когда он смотрел на нее, у него начинали болеть глаза - Пойдем со мной, мне нужно поговорить с тобой кое-о-чем. Ленг Ао посмотрел сверху на Нин Шу сверху, затем ушел, не дожидаясь ответа Нин Шу. Казалось, он уверен, что она последует за ним. Нин Шу первоначально хотела пойти. Однако, когда она подумала о том, что он пришел за ней, несмотря на то, что он не любил ее, она знала, что что-то не так. Нин Шу не питала никаких заблуждений, что он внезапно изменил свое отношение к ней. Бросьте, парень был верным слугой Линг Сюэ! Если бы она убила ее, то этот идиот-принц перестанет быть под влиянием Линг Сюэ. Метод был простым и грубым, но эффективным. Нин Шу огляделась, но не увидела Линг Сюэ в бальном зале. У нее было плохое предчувствие. Подойдя к Ленг Ао, она спросила: - Куда ты меня отведешь? Ленг Ао сказал с презрительным тоном: - Просто следуй. Зачем тебе так много спрашивать? Нин Шу почувствовала что-то неладное и повернулась, чтобы убежать. Однако Ленг Ао сразу схватил ее воротник. Ленг Ао был раздражен до смерти. Он уже был недоволен, увидев эту простолюдинку, и теперь она сопротивлялась. Потянув ее за воротник, он сказал: - Не заставляй меня использовать силу, простолюдинка. То, что сделало Ленг Ао раздраженным, было то, что эта девушка действительно осмелилась сопротивляться ему. Девушки никогда не сопротивлялись ему. Они делали все, что он им говорил, и одного взгляда от него было достаточно, чтобы привести их в восторг. - Не испытывай мое терпение, и не пытайся привлечь меня своим деланным презрением. Ты мне не интересна, - сказал Ленг Ао, сжав зубы. По внешнему виду он находился на грани терпения. Ленг Ао поманил охранника, стоявшего на углу. Охранник в черном немедленно подошел и схватил Нин Шу. Нин Шу хотела выхватить оружие из-за пояса, но охранник перехватил ее руку. ---------- Пять мишеней Нин Шу была доставлена в комнату за бальным залом. Ленг Ао открыл дверь и затащил ее в комнату. Линг Сюэ была внутри, изящно сидевшая на дивани. Когда они вошли, та взглянула на Нин Шу. В комнате было еще двое. Это были два других принца из трех элит академии Туза. На Нин Шу те не произвели никакого впечатления. Один сидел слева от Линг Сюэ, другой справа от нее, Линг Сюэ между ними была похожа на королеву. Нин Шу бросили на землю. Она поспешно встала и стряхнула пыль с ее тела. Собственно, пыли не было вообще. Ее намерение заключалось в том, чтобы ощупать пистолет, скрытый в ее одежде. Когда она почувствовала тяжесть пистолета, ей стало намного спокойней. Линг Сюэ улыбнулась Ленг Ао и сказал: - Пожалуйста, выйдите на улицу, я хочу поговорить с ней. Два принца рядом с Линг Сюэ встали. Нин Шу взглянула на них и увидела, что их выражения были блаженны, как будто они наслаждались окружающим. Это выражение было очень знакомо ей. Нин Шу вспомнила, что Линг Сюэ сделала с этим человеком в переулке. Может быть, она то же самое сделала и с ними? Ленг Ао предупреждающе сказал Нин Шу: - Лучше не беспокой Линг Сюэ, иначе ты умрешь ужасной смертью. Не сомневайся в моих возможностях. Что она могла сделать Линг Сюэ? Вопрос сейчас стоял по-другому: что Линг Сюэ собиралась с ней сделать. Трое принцев вышли из комнаты и осторожно закрыли за собой дверь, оставив Нин Шу наедине с Линг Сюэ в комнате. Линг Сюэ встала и подошла к Нин Шу. Она сказала холодно: - Брось, я знаю, что ты не настоящая Лин Цзяцзя. Сердце Нин Шу заколотилось, но она закатила глаза и сказала: - Ты сошла с ума? Если я не Лин Цзяцзя, то ты считаешь, что Лин Цзяцзя это ты? Нин Шу твердо решила не признаваться, что она не Лин Ли Цзяцзя. - Давай возьмем твою душу и посмотрим, действительно ли ты Лин Цзяцзя. Как сказал Линг Сюэ, она потянулась к каналу небесного духа Нин Шу. (Канал небесного духа или skyspirit channel - это одна из точек акупунктуры, которая появляется в произведениях Сянься жанра культивации.) Нин Шу была ошеломлена. Черт! У культиваторов есть способности, которые настолько шли вразрез с обычным миром? Неважно, она не должна позволять достать свою душу. Нин Шу уклонилась от ее руки. Упав на землю, она вытащила пистолет из-за пояса и прицелилась в Линг Сюэ. Увидев, что маленький клоун действительно вытащил пистолет, Линг Сюэ была немного удивлена. Однако вскоре она оправилась и сказала холодно: - Как и ожидалось, ты не настоящая Лин Цзяцзя. Нин Шу держала пистолет, пытаясь казаться уверенной, когда она сказала: - Я не знаю, о чём ты говоришь. Это значит, что и ты не Линг Сюэ, верно? Ты психически больна или что-то в этом роде? Чем больше она заговаривала зубы, тем больше шанс на ошибку Линг Сюэ. Если злодей много говорит, он дает главному герою шанс вернуться в игру. Итак, Нин Шу сразу же нажала на курок, молясь, чтобы пистолет выстрелил. Она должна быть в состоянии выстрелить с такого расстояния? С ее умением бить прицельно по пяти мишеням, она должна же попасть, правда-правда? Впоследствии произошла шокирующая сцена. Перед Линг Сюэ появился прозрачный барьер и заблокировал пулю. Линг Сюэ, кто ты? Нин Шу собиралась рухнуть на колени. Пуля упала на пол, звеня и подскакивая. Лицо Линг Сюэ потемнело На этот раз она действительно разбудила тигра. Увидев выражение Линг Сюэ, Нин Шу не сдержалась и два раза выстрелила в Линг Сюэ. Однако это не возымело эффекта, поэтому она решила выпустить все патроны, оставшиеся в пистолете. В результате, духовный барьер Линг Сюэ заблокировал все пули. Нин Шу чувствовала себя подавленной. Достав из одежды, она подзарядила еще несколько патронов в пистолет Но Линг Сюэ и сама покрылась холодным потом. Она никогда не ожидала встретиться с подобным здесь. Этот муравей действительно осмелился напасть на нее! Она вытащит ее душу и будет мучить ее адским огнем! ---------- Больше стрельбы на практике Нин Шу и Линг Сюэ стояли друг напротив друга. После перезарядки пистолета Нин Шу снова прицелилась в Линг Сюэ. Линг Сюэ выглядела бледной, когда она удерживала духовный барьер. Духовная энергия у нее была тонкой, почти прозрачной. На данный момент почти вся духовная энергия, которую она накопила в течение столь длительного времени, уже исчезла. Ее Даньтянь на данный момент был пуст. Раньше она могла разбираться с подобными вещами щелчком пальцев, как у нее возникли подобные неприятности? Кроме того, она не могла двигаться вообще. Если она двинется, ей придется создать новый щит, но у нее уже не было никакой духовной энергии. - Ты действительно напрашиваешься на смерть. Мрачный голос Линг Сюэ раздался между стиснутыми зубами. Нин Шу сжала зубы. Она знала, что на этот раз она полностью разозлила женщину, но она не жалела об этом. Разве должно быть так, что она должна была послушно протянуть ей шею, чтобы Линг Сюэ тронула ее душу, не так ли? Нин Шу обхватила оружие обеими руками. Прищурившись, она заметила, что защитный барьер Линг Сюэ, казалось, стал слабее, поэтому она послала в него еще две пули. Ей казалось, что она стреляет в мишень, потому что Линг Сюэ стояла на месте - Ты заходишь слишком далеко! - Линг Сюэ взорвалась. Она никогда не была в таком убогом положении, с тех пор, как пришла в этот мир. Одна из пуль упала на землю, затем защитный барьер Линг Сюэ взорвался, и пуля ударила в ее ключицу. Нин Шу увидела шанс и снова выстрелила в нее, но Линг Сюэ проворно уклонилась. Она с ненавистью посмотрела на Нин Шу, желая убить ее, но вспомнила, что без духовной энергии она была просто обычным человеком. Она не была глупа до такой степени, что попыталась бы заблокировать это оружие своей плотью. Нин Шу вообще не заботилась о боевом этикете. В настоящее время Линг Сюэ была похожей на тигренка, если она не убьет ее сейчас, то Линг Сюэ восстановится. Она снова выстрелила в Линг Сюэ. Конечно, с ее умением стрелять по мишеням, она промахнулась. Похоже, ей нужно попрактиковаться больше. На этот раз женщина-лидер была неподготовлена, поэтому она стояла, как мишень. В следующий раз, когда женщина встретит ее, она обязательно убьет ее. Линг Сюэ посмотрела на Нин Шу, затем, прижимая рану, резко открыла дверь и побежала. Нин Шу поспешно преследовала ее с намерением убить, пока цель все еще болела. Никто не знал лучше нее, насколько беспощадной будет женщина-лидер. Нин Шу обернула пистолет одеждой, а затем последовала за Линг Сюэ. На вечеринке все еще играла музыка. Линг Сюэ была остановлена Ленг Ао. Линг Сюэ оглянулась на Нин Шу, которая догоняла их, затем посмотрела на Ленг Ао, который все еще раздраженно тянул ее к себе. Нин Шу, естественно, не начинала стрелять перед столькими людьми. Нельзя вызвать беспорядки и позволить Линг Сюэ скрыться в толпе. Она увидела, что Ленг Ао схватил Лин Сюэ, чтобы поговорить с ней. Линг Сюэ выглядела бледной, как призрак Поскольку она была одета в черный костюм, хотя у нее была рана, Ленг Ао вообще не заметил этого. Когда Линг Сюэ увидела, что Нин Шу была рядом, она тут же оттолкнула Ленг Ао и побежала к двери. Ленг Ао, которого отодвинули, был ошеломлен. Нин Шу тоже толкнула его на пути, и побежала в погоню. ---------- Погоня Линг Сюэ взглянула на преследователя. Тяжелое чувство в ее сердце и боль в груди разгневали Линг Сюэ. Похоже, она вернулась в мир культивации; это было ощущение охоты. Она чувствовала себя совершенно беспомощной. Линг Сюэ пообещала, что в будущем она обязательно будет убивать всех муравьев, появляющихся перед ней. Сегодня ее укусил муравей. Нин Шу могла только поблагодарить Господа за то, что она укрепила свою форму на тхэквондо. В противном случае такой марафон с преследованием Линг Сюэ потерпел бы неудачу Внезапно автомобиль заблокировал путь Линг Сюэ. Линг Сюэ было некуда бежать. Она не знала, был ли это враг или друг. Нин Шу, которая стояла за ней, остановилась. Спаситель женщины-лидера прибыл. Нин Шу не была уверена, что ее умения стрелять по мишеням было бы достаточно для того, чтобы устроить настоящую перестрелку. Мужчина вышел из машины и выстрелил в Нин Шу. Нин Шу сразу же упала подбородком в землю. Затем она поспешно поднялась и побежала. Линг Сюэ осторожно посмотрела на этого человека. Тем временем мужчина посмотрел на Линг Сюэ с взглядом, который, казалось, содержал тяжесть. Он коснулся своего носа, затем спросил: - Ты ранена? - Ты все видел, но ты все еще спрашиваешь? - немного рассердилась Линг Сюэ. - Планировал избавиться от меня, чтобы подмять под себя фракцию? Мужчина засмеялся, затем поднял Линг Сюэ, как принцессу, и бросил ее в машину. Он завел машину, дразня Линг Сюэ. - Королева ночи получила ранение от маленькой девчонки. Линг Сюэ зажала рану. У нее была сильная боль, поэтому, услышав, как он издевался над ней, она сказала яростно: - Заткнись. Нин Шу наблюдала из ее укрытия, как уезжает машина, затем долго вздохнула. С этого момента ей нужно будет смотреть за своей жизнью внимательнее. После такого, Линг Сюэ, вероятно, собиралась разорвать ее на части. Раздался звук гудка, который поразил Нин Шу. Она посмотрела на машину перед с собой. Окно автомобиля было открыто. Водителем был школьный врач. - Садись, - сказал школьный врач, и Нин Шу сразу же села. Тогда школьный врач завел машину, и она поехала с такой скоростью, как будто она летела. - Не мог бы ты уменьшить скорость? - Нин Шу почти вскрикнула. Когда она обернулась, она увидела, что школьный врач снова одет в черную ветровку. - Это та машина? - Спросил школьный врач, глядя на машину впереди. Нин Шу была немного удивлена и спросила: - Что? - Это машина Линг Сюэ?- Школьный врач посмотрел на Нин Шу с очень холодным взглядом, как будто он собирался разобраться с бесполезным куском мусора. - Да, это ее машина, - сказала Нин Шу. Нин Шу была немного озадачена. Почему школьный врач хотел догнать их? Может быть, он хотел спасти женщину-лидера? Дядя, не будь таким, она же так усердно трудилась, чтобы ранить Линг Сюэ. - Дядя, не может быть, что ты собираешься спасти ее? - осторожно спросила Нин Шу. - Мне нужна она, - ответил школьный врач. Черт. О, черт! Лицо Нин Шу сразу немного искривилось. Чувствуя себя обескураженной, она спросила: - Почему ты дал мне пистолет? Школьный врач странно посмотрел на Нин Шу и сказал: - А в чем проблема в тех обстоятельствах, что я дал вам пистолет, и мне нужна Линг Сюэ? Нин Шу: ... Школьный врач сказал, что ему нужна Линг Сюэ, но он дал ей пистолет, чтобы она стреляла в ту. Как будто он хотел провернуть какую-то схему с любовью и ее спасением. Нин Шу покачала головой. Что за сюжетная линия? Этого парня в сюжетной линии быть не должно, ведь не может быть, что этот парень был скрытым главным боссом? ---------- Когда обнаруживаешь бомбу Они преследовали автомобиль Линг Сюэ до самой ее виллы. Школьный врач повернулся, посмотрел на Нин Шу и спросил: - Девочка, почему ты смотришь на меня с таким странным выражением? Нин Шу взглянула на нее, но она уже в мыслях назвала школьного врача извращенцем. Он не хотел ухаживать за женщиной, а хотел просто прямо похитить ее. Он серьезно не хотел идти по нормальному маршруту. Автомобиль перед ними остановился. Человек поднял Линг Сюэ из машины и отнес ее в здание. Нин Шу расстегнула ремень безопасности, и скрытно последовала за ними. Когда она посмотрела на школьного врача, она увидела, что тот стоял прямо, не потрудившись даже хоть немного спрятаться. Школьный врач странно посмотрел на Нин Шу и спросил: - Что ты делаешь? - Я прячусь, прячусь, понимаете? Присядьте и вы, - сказала Нин Шу. Школьный врач холодно засмеялся и поглядел на виллу, сказав: - Здесь нет камер наблюдения. Даже если и есть, то ваши прятки бесполезны. Нин Шу последовала за школьным врачом в виллу. Та не выглядела живой и заселенной. В это время внезапно раздались звуки голосов, доносившиеся со второго этажа. Школьный врач достал пистолет, затем поднялся по лестнице, держась близко к стене. Нин Шу на цыпочках шла после него. Звук разговоров людей становился все громче, и еще раздавался непонятный звук. Школьный врач открыл дверь. Внутри на кровати лежали парень и девушка. Нин Шу двинулась взглянуть, и ее рот раскрылся от удивления. «Какого черта? Разве женщина не была ранена? Почему они вдруг стали трахаться?» Линг Сюэ была вынуждена обстоятельствами. У нее не оставалось никакой духовной энергии, а ее травма была очень тяжелой. Самый быстрый способ выздоровления состоял в том, чтобы пополнить энергию янь в дополнение к инь. В мире культивации это было одним из дьявольских способов выздоровления. Тем более, мужчина на кровати не был ей чужим. Не было никакой преграды в том, чтобы спать с ним однажды, тем более, если это давало ей пополнить духовную энергию. Нин Шу уже испытывала крайнее восхищение Линг Сюэ за то, что та смогла это сделать. В обычных обстоятельствах, разве она не должна сначала перевязать свою рану? Школьный врач положил руку на голову Нин Шу и толкнул ее за собой. Прямо в это время взгляд человека на кровати заострился, и он посмотрел в сторону двери. Школьный врач спрятался. Они заглянули в комнату снова, но там больше никого не было. Школьный врач пнул дверь. Нин Шу вошла за ним. Как они внезапно исчезли? Нин Шу посмотрел на школьного врача. - Куда они делись? Школьный врач осматривал комнату. Когда он увидел, что Нин Шу бездействовала, он потерял дар речи. Давая краткое объяснение, он сказал: - В этой комнате определенно есть какой-то механизм. Ищи его. Нин Шу стала ползать по комнате дюйм за дюймом, осматривая каждый предмет. Черт! Почему другие главные герои могли делать все так прекрасно, а ей приходилось ползать по полу? Школьный врач повернул цветочную вазу, и в районе стены образовался проход. Он зашел первым, и Нин Шу поспешно последовала за ним. Секретный проход был тусклым и чувствовался зловещим, потому что из освещения было только несколько масляных ламп. Нин Шу посмотрела на школьного врача, который наклонился над чем-то впереди. Раздался тикающий звук. Что это за звук? Нин Шу подошла ближе и обнаружила, что тот на самом деле осматривал бомбу. Числа на ее поверхности быстро менялись. Зачем здесь бомба? Неужели Линг Сюэ оставила ее? - Дядя, ты умеешь обезвреживать бомбы? - Знаю немного. Школьный врач сначала осмотрел бомбу, и почти сразу же начал разбирать ее. Нин Шу не могла не спросить, увидев его манеру: - Ты действительно знаешь, как это сделать? - Если ты так беспокоишься, то сделай это сама. Школьный врач бросил бомбу в руки Нин Шу. Нин Шу и поспешно сунула бомбу обратно в его руки. - Я больше не буду говорить, пожалуйста, обезвредь ее. ---------- Свинья-тиммейт Школьный врач взглянул на нее, затем вытащил блестящие медицинские ножницы. Без следа колебаний он разрезал провод бомбы, и тикающие цифры на дисплее застыли, а цвет его постепенно погас. Нин Шу вздохнула с облегчением, и ее сердцебиение, наконец, вернулось в норму. Она снова пошла за школьным доктором. Чуть позже что-то дошло до нее, и она спросила: - Эм, дядя, а почему мы обезвреживаем бомбу? Разве мы не должны бежать? Школьный врач вздрогнул, затем обернулся и сказал: - Не приставай ко мне, свинья-тиммейт. (Свинья-тиммейт (товарищ по команде) – игровой термин для обозначения плохо играющих игроков, тянущих тебя на дно) Хм. Это же произошло и с тобой, не так ли? - Нин Шу презрительно подумала. В любом случае, ей казалось, что бежать при виде бомбы – это нормально. Пройдя некоторое время в проходе, они, наконец, увидели свет впереди. Как только они вышли на свет, они встретили два пистолетных дула. Линг Сюэ и Мо Лэнсюань стояли бок о бок. Мо Лэнсюань наставил свой пистолет на школьного врача, и спросил: - Кто вы двое? Взгляд Линг Сюэ стал ледяным, когда она увидела Нин Шу. - Лин Цзяцзя, ты действительно зашла далеко. Линг Сюэ перенесла чрезвычайный позор и унижение в руках Нин Шу. Она была ранена этим муравьем. Она хотела вытащить душу Нин Шу и подвергнуть ее всяким пыткам, прежде чем уничтожить ее до такой степени, что ее душа разорвется и рассеется, и не перевоплотится никогда. Нин Шу посмотрела на Линг Сюэ и увидела, что, хотя та только что получила травму, ее цвет лица уже вернулся к норме. Окинув взглядом Линг Сюэ, Нин Шу испытала неладное чувство, и посмотрела на школьного врача. Она подумала, что школьный врач будет кем-то потрясающим, но он был захвачен врасплох вместе с ней. Она действительно не понимала, почему люди на стрельбище так трепетали при его имени. Линг Сюэ снова посмотрела на школьного врача. Когда она увидела его безразличное выражение, она чувствовала себя крайне раздраженной: - Почему ты следишь за мной? Тебе не хватило того скрытого оружия? Таким образом, предмет в нем той ночью был оружием Линг Сюэ. Насколько крепко привязан к ней школьный врач? Школьный врач хотел поправить очки, но он обнаружил, что он их не носит, поэтому он просто сказал: - Я уже говорил это раньше, ты мне нужна. Нин Шу: Черт... Дядя, смотри на ситуацию! Ты действительно хочешь говорить это перед главным боссом? Нин Шу потянула за рукав школьного врача. Линг Сюэ явно была в ярости. - Ты сумасшедший? Не следуй за мной больше, иначе я тебя убью. Взгляд Мо Лэнсюаня содержал глубокую враждебность, когда он смотрел на школьного врача. Сузив глаза, он спросил Линг Сюэ: - Кто этот человек? Какие у вас отношения? Линг Сюэ посмотрела на Мо Лэнсюаня, и немного зашевелилась. Ее сердце колебалось от какой-то эмоции, когда она сказала: - Я не знаю, откуда он, но он следит за мной. Лицо Мо Лэнсюаня немного улучшилось, услышав это, и его холодное выражение стало немного мягче. Он холодно сказал: - Мы должны просто убить этого парня. Какой смысл оставлять его живым? Когда он заговорил, он собирался нажать на курок. Нин Шу практически упала на колени. Он действительно умрет здесь, верно? Нин Шу вздохнула, затем приблизилась к школьному доктору, и прошептала: - Дядя, давай убежим. - Пожалуйста, отстань от меня, - школьный врач поспешно отмахнулся от нее. ---------- Возвращение старого знакомого Школьный врач сначала нашел время, чтобы выразить свое презрение к Нин Шу, затем медленно вытащил откуда-то бомбу. Эта бомба была действительно знакома ей, ах. Это ... разве не та бомба в проходе? Когда школьный доктор успел забрать ее? Кроме того, он ее тогда обезвредил, но теперь она снова тикала. Цифры мигали на таймере. То, что поразило Нин Шу, было фактом, что осталось только одна минута. Нин Шу уставилась на дядю доктора школы. Он действительно вел себя, как псих! Неудивительно, что все называли его «Психо». Мо Лэнсюань посмотрел на бомбу, которую держал школьный врач. Разве это не бомба, которую он заложил в проходе? Губы школьного врача застыли в улыбке. Он подошел к Линг Сюэ, а затем потянулся, чтобы погладить ее лицо. У него хватало ума, чтобы пойти на такую развратность? Какого черта? Нин Шу отступила на несколько шагов, затем крикнула школьному врачу: - Дядя, давай побежим! Школьный доктор дядя не обратил внимания на Нин Шу и продолжал сосредотачиваться на лице Линг Сюэ. Линг Сюэ чувствовала, будто по лицу ее скользила ядовитая змея, отчего у нее пошли мурашки по спине. Мо Лэнсюань никогда не сталкивался с человеком, который настолько не боялся смерти. Этот парень действительно касался его женщины перед ним самим. Мо Лэнсюань указал пистолетом на голову школьного доктора. В ответ этот псих схватил Линг Сюэ и сказал беззаботно: - Я не жалею, если я умру вместе с ней. Нин Шу: ... Моя дорогая мама, ах. Этот парень был сумасшедшим, не так ли? Услышав тиканье бомбы, Нин Шу так испугалась, что почувствовала сердечный приступ: - Дядя, что нам делать? Настроение Линг Сюэ было еще хуже, чем у Нин Шу, потому как ее в настоящее время обнимал проклятый муравей. Она не знала, откуда он. Он преследовал ее с тех пор, как она пришла в этот мир. Если бы не ее способности, она уже была бы поймана этим человеком давным-давно. Черт! Что теперь происходит? Линг Сюэ почувствовала холодный нож, прижатый к ее спине. Ледяное чувство сделало очень неудобным. Этот муравей действительно осмелился надавить на нее ножом! Это было непростительно! Звук тиканья бомбы продолжался. Линг Сюэ холодно спросила: - Что именно ты хочешь? Школьный врач: - Я не прошу многого. Я сказал, что ты мне нужна. Ты пойдешь со мной? Нин Шу хотела плакать. Разве дядя не видел текущую ситуацию? Мо Лэнсюань продолжил держать пистолет, нацеленный на школьного врача. Школьный врач продолжал обнимать Линг Сюэ. Нин Шу крикнула: - Разве вы не видите бомбу? Бомба вот-вот взорвется! Разве чувства конфликта достаточно, чтобы люди могли забыть о жизни и смерти? Школьный врач взглянул на бомбу в руке и, похоже, был удивлен: - И вправду, действительно. Мо Лэнсюань: ... Линг Сюэ: ... Нин Шу: ... ---------- Я одна? Линг Сюэ практически сошла с ума. Невозможно было договориться с этим психом. Все, что она могла сказать, было: - Давайте сделаем так, все выбросят оружие. Вы ... вы тоже выбросите бомбу. - Тогда вы, ребята, сначала бросаете свое оружие, - медленно сказал школьный врач, не испытывая никакого чувства срочности. Беспощадные люди боялись тех, кто не заботился о своей жизни. Мо Лэнсюань видел многих людей в этом мире, но он никогда не встречал таких, у кого в мозгах было что-то не так. Мо Лэнсюань холодно взглянул на Нин Шу и сказал: - Мы бросаем одновременно Нынешняя ситуация была очень странной. Когда Нин Шу бросила пистолет, она быстро упала на пол. Пуля пронеслась мимо, просвистев над головой. Черт! Он в самом деле выстрелил в нее! Мо Лэнсюань выстрелил в Нин-Шу, прежде чем выбросить пистолет. Если бы не тот факт, что Нин Шу быстро уклонилась, пуля бы попала в нее. - Нечестно, - Школьный врач посмотрел на Мо Ленгуксана. Скальпель, который был прижат к талии Линг Сюэ, пронзил ее кожу. Линг Сюэ застонала от боли, чувствуя, как что-то холодное проникло в ее тело. - Может, ты выбросишь бомбу? - Мо Ленгхуан был в очень плохом настроении. Когда он занимался сексом с Линг Сюэ, он почувствовал, что кто-то есть, поэтому он скрылся в секретном проходе и заложил бомбу. Для него это не было чем-то особенным, но эта нынешняя ситуация не была приятной вообще. Школьный врач пожал плечами и бросил бомбу в руки Лэнсюаня, который поймал бомбу. Когда тот увидел быстро меняющиеся цифры на бомбе, даже он - человек, который смотрел на обрушение горы Тай без изменения в лице - немного побледнел. Собрав силу в кулак, он отбросил бомбу максимально далеко. Затем, с громким грохотом, их охватила пылающая жара. Нин Шу лежала на полу, поэтому она не пострадала. Школьный врач спрятался за спиной Линг Сюэ, в результате чего Линг Сюэ обожгло волной тепла, а ее лицо стало ярко-красным. От ее спокойной элегантности не осталось следа. Нин Шу чуть не засмеялась. Она не могла охарактеризовать действия школьного врача. И это называется любовь? Нормальные мужчины обычно защищали своим телом Линг Сюэ, а он скрылся за ее спиной. Дядя, как ты мог испугаться? Женщина-лидер никогда не полюбит такого, как вы. Мо Лэнсюань поднялся с земли. Когда он увидел ярко-красное лицо Линг Сюэ ,он сказал школьному доктору: - Отпусти ее. - Почему я должен отпустить ее? - Школьный врач потащил Лин Сюэ к Нин Шу. Если бы это было возможно, Нин Шу не хотела бы, чтобы женщина-лидер была с ними. Линг Сюэ была магнитом для проблем. Школьный врач задел Нин Шу. - Свинья-тиммейт, о чем ты думаешь? Ты что, хочешь отступить? Нин Шу взглянула на Линг Сюэ. Она чувствовала, что Линг Сюэ не уйдет с ними. Не следует забывать, что Линг Сюэ была культиватором. У нее определенно был какой-то туз в рукаве. Линг Сюэ хотела использовать свои силы, но она была полностью без духовной энергии. Немного духовной силы, полученной от Мо Лэнсюаня, было использовано для лечения ее травмы. Но сразу после того, как ее травма исцелилась, этот муравей схватил ее. Она практически собиралась взорваться от гнева. Эти двое были в сговоре. Одна стреляла в нее из пистолета, а другой ударил ее ножом. Она поклялась заставить их заплатить. Мо Лэнсюань холодно наблюдал за тем, как школьный врач ухаживал за его женщиной. - Я заставлю тебя страдать до такой степени, что ты будешь просить смерти. - Разве не я тот, кто заставляет людей страдать? - Школьный врач был удивлен. Мо Лэнсюань серьезно хотел взорваться. Вены на лбу его вздулись. Этот парень был болен, не так ли? Нин Шу почувствовала, что в этой жизни было что-то не так. Черт! Какой смысл обмениваться такими фразами? Разве мы не должны бежать, и спасать жизни сейчас же? ---------- Мастер всех профессий Мо Лэнсюань достал свой телефон, вероятно, чтобы вызвать своих подчиненных. Он уставился на школьного врача и Нин Шу своими холодными глазами, которые, казалось, говорили, что с ними покончено. Взгляд босса преступного синдиката определенно не содержал никакой доброты. По крайней мере, Нин Шу почувствовала слабость в коленях от его взгляда. Она видела, что школьный врач все еще обнимает Линг Сюэ, отказываясь отпустить. - Дядя, что нам теперь делать? - спросила Нин Шу, - нам лучше бежать. Бежать, пока не пришли его подчиненные. Школьный врач кивнул и собирался бежать, таща Линг Сюэ, но Мо Лэнсюань догнал его и схватил Линг Сюэ. После этого, двое мужчин начали тянуть друг к другу Линг Сюэ, как будто они играли в перетягивание каната, из-за чего нож, который школьный врач прижимал к спине Линг Сюэ, вонзился еще глубже Нин Шу наблюдала широко раскрытыми глазами, как кровь выливалась на землю. Затем, увидев трагически бледное лицо Линг Сюэ, она не знала, смеяться или плакать. Вскоре после этого она услышала звук сирены. Вероятно, прибыли его люди. Она поспешно схватила школьного доктора за руку, и сказала: - Дядя, нам лучше уйти без нее. Его люди здесь. Школьный врач неохотно выпустил Линг Сюэ, затем быстро вытащил пистолет и выстрелил в Линг Сюэ. Впоследствии он схватил Нин Шу и побежал. Нин Шу повернулся, чтобы взглянуть на Линг Сюэ. Линг Сюэ тоже выглядела ошеломленным. Он сначала чуть не заколол ее, и теперь выстрелил в нее. Нин Шу повернулась, чтобы взглянуть на школьного врача и спросила между вдохами: - Дядя, ты разве не говорил, что она тебе нужна? Почему ты ее застрелил? Он выстрелил в нее без колебания. Ему действительно нравилась Линг Сюэ? Раздались крики подчиненных Мо Лэнсюаня. Время от времени раздавалось несколько выстрелов. Нин Шу и школьный врач выбежали на улицу, но мимо не проезжало никаких машин. А звуки толпы за ними только приближались к ним. Школьный доктор разбил окно припаркованной машины, открыл дверь и сел внутрь, пытаясь запустить. Разве это работает, кроме как в фильмах? Дядя, ты уверен, что знаешь, как это сделать? - Дядя, поторопитесь, они почти догнали нас. Быстрее, быстрее! - Сделай сама, - сказал школьный врач. Как будто она, черт возьми, знала как! Звуки становилось все громче и громче. Нин Шу поспешно села в машину. Когда она увидела, что школьный врач возится с машиной, ее сердце упало. Однако в решающий момент школьный врач сумел запустить машину. Нин Шу обернулась, чтобы посмотреть на людей, которые следовали за ними. Все, что они могли сделать, это смотреть, как машина уезжает. Сердце Нин Шу сразу наполнилось радостью. Это зрелище было слишком захватывающим. Ее сердце все еще колотилось. Рядом с ней школьный врач выглядел недовольным. Когда он увидел, что его горе-тиммейт смотрит на него, он холодно засмеялся и сказал: - Если бы не ты, я бы уже ушел с Линг Сюэ. Ты серьезный товарищ по команде. Нин Шу: ... К лучшему или к худшему они пережили сложную ситуацию вместе. - Дядя, ты знаешь, как обезвреживать бомбу, как угонять машину, что еще ты знаешь? - спросила Нин Шу. Школьный доктор практически казался мастером всех профессий. Если бы у нее были эти навыки, разве ей было бы не легче завершить это задание? Школьный доктор закатил глаза. - Это самые основы, хорошо? Забудь это. Такой тиммейт, как ты, никогда не сможет понять. Почему он говорит «тиммейт» без перерыва? Нин Шу взглянула на лицо школьного доктора и спросила: - Почему ты стрелял в Линг Сюэ? Разве ты не сказали, что она тебе нужна? - Можешь перестать задавать глупые вопросы? Ранив ее, мы отсрочили его месть. Разве ты не видела, что этот парень не преследовал нас? Что касается его приспешников, они просто мусор. ---------- Я знаю, кто ты Нин Шу сложила руки на груди: - Разве ты не сказал, что она тебе нужна? Почему ты ранил ее? Разве ты не любишь ее? - Я стрелял ей в плечо. Она же не умрет, - сказал школьный врач, как будто это было что-то само собой разумеющееся. Нин Шу: Ты уверен, что ты не извращенец…? Она не могла даже предположить, о чем думал этот человек. Она чувствовала, что ее мировоззрение полностью изменилось после встречи с этим дядей. Каким образом у него пересекались любовь и убийство? Хотя на этот раз они сумели убежать, потеря была слишком велика. Мало того, что она потеряла свой пистолет, она даже оскорбила Линг Сюэ и Мо Лэнсюаня. Они были главарями подпольных синдикатов и имели много подчиненных. Нин Шу знала, что в будущем все будет тяжело. - Дядя, ты должен защитить меня, ах. Моя жизнь в опасности. Эти люди будут мстить мне, - жалобно сказала Нин Шу. - Почему я должен тебе помогать? Ты такая бесполезная. Даже просто пребывание с тобой негативно влияет на мой интеллект, - холодно сказал школьный врач. Нин Шу изобразила жалкое лицо и сказала: - Дядя, ты не можешь быть таким. К лучшему или к худшему, мы товарищи, не так ли? - Я тебя не знаю. Нин Шу: ... Бессердечный, холодный, преднамеренно провокационный. Теперь Нин Шу не осмеливалась идти домой даже окольными путями, избегая аллей. Она оставалась в школе почти весь день. Как только время уроков заканчивалось, она шла ночевать в медпункт. Что шокировало Нин Шу, так это то, что Линг Сюэ вернулась в класс через несколько дней после инцидента. Хотя ее цвет лица был все еще немного бледен, она вообще не выглядела раненой. Нин Шу была ошеломлена. Неужели Линг Сюэ использовала эликсир или что-то такое, что она могла прийти в класс после травмы? Как она это сделала? Когда Лин Сюэ увидела Нин Шу, она усмехнулась. Ее взгляд был спокойным, и Нин Шу почувствовала трепет. Линг Сюэ села перед Нин Шу. Нин Шу поправила свою парту с тремя ножками, и прищурилась, глядя на Линг Сюэ. Они показали друг другу свое истинное «я», поэтому ни один из них не собирался отпускать другого. Этот факт действительно заставил пропасть страх в сердце Нин Шу. Она нащупала пистолет на талии. Это был не обычный пистолет, а ее спаситель, который ей дал школьный врач. После занятий Линг Сюэ прилегла на стол, похоже, задремав. Ронг подошла и спросила в беспокойстве: - Линг Сюэ, что случилось? Ты в порядке? Линг Сюэ подняла голову и покачала головой. - Я в порядке. Ронг тут же крикнула Нин Шу: - Ты беспокоила Линг Сюэ? Нин Шу: Что за черт ... Ронг подняла подбородок и сказала: - Ты хочешь, чтобы тебе устроили порку? Линг Сюэ встала и потянула Ан Ронг. - Я в порядке, она меня не беспокоила. - Это просто твой мягкий характер. Ты ничего не говоришь, когда что-то тебя беспокоит, даже если это не беспокоит тебя, - сказала Ан Ронг. Когда она увидела, какой тонкой казалась Линг Сюэ, она чувствовала, что Линг Сюэ не имеет суперсил. В последнее время вокруг школы распространялись слухи о том, что Линг Сюэ обладает суперсилами. Первоначально Ан Ронг в основном верила в них, но когда она увидела, как слабо Линг Сюэ в последнее время выглядит, она сразу же отвергла эти слухи. - Я говорю тебе, издевательство над Линг Сюэ означает, что ты издеваешься надо мной. Я заставлю тебя заплатить, поняла! - сказала Ронг, глядя на Нин Шу. ---------- Маленький лотос Что, черт возьми? Нин Шу посмотрела на Линг Сюэ. Линг Сюэ больше не обладала холодной аурой высокомерия, к которой она привыкла. Напротив, теперь она казалась застенчивым маленьким белым цветком, который качался от малейшего ветра. Нин Шу чувствовала отвращение, содержащееся во взглядах ее одноклассников. Было ясно, что они уже все пришли к выводу, что она издевалась над Линг Сюэ. Боевая способность женщины-лидера быстро росла. Раньше Линг Сюэ всегда стояла в стороне и совсем не обращала на всех внимания. Это было потому, что она была абсолютно уверена в своих способностях и считала, что может легко раздавить кого угодно. Однако теперь Линг Сюэ явно нацелилась на Нин Шу, и она даже использовала специальный метод, чтобы расправиться с ней. - Ты все еще говоришь, что не делала ничего с ней? Ты гонялась за Линг Сюэ во время вечеринки принца Ленг, но еще осмеливаешься сказать, что все нормально? Ей пришлось оставаться в постели столько дней, чтобы выздороветь, - с презрением сказала Ан Ронг. Она посмотрела на Нин Шу, как будто она смотрела на мусор. Нин Шу привыкла видеть эгоизм и гордость Линг Сюэ, она действительно чувствовала себя непривычно, видя нынешний облик Линг Сюэ. Ронг попыталась схватить Нин Шу за волосы. Нин Шу уклонилась, и ударила Ронг в плечо, заставив ту упасть и вскрикнуть от боли. Поскольку Линг Сюэ хотела притворяться маленьким белым цветком, было бы неправильно оправдываться, будто она ничего не делала Линг Сюэ. Поэтому, Нин Шу повернулась к Линг Сюэ, и ударила ту по щеке. Линг Сюэ была ошеломлена. Она прикрыла щеку рукой и безучастно посмотрела на Нин Шу. Она явно не могла поверить, что Нин Шу действительно осмелилась ударить ее. После этого ее взгляд стал холодным и пронзительным. Люди в классе тоже были ошеломлены тем, что Нин Шу ударила Линг Сюэ. С их точки зрения, эта сирота, эта простолюдинка практически сошла с ума. Она действительно осмелилась поразить богиню! Имя богини не было пустым названием – это было именем Академии Туза. Нин Шу не обратила внимания на взгляды ее одноклассников. Те, у кого босые ноги, не боялись тех, у кого были ботинки. Ее уже выгнали из семьи Лин и ее больше не связывали с ними никакие связи. Между тем, она все еще не нашла биологических родителей, так что ей было все равно. Однако Линг Сюэ не была такой же. Она должна быть сдержанной и прекрасной, быть украшением школы. Даже Ронг, которая только что поднялась, держась за талию, была ошеломлена. Она посмотрела на Нин Шу, как будто Нин Шу сошла с ума. Ронг была в ярости и смущена тем, что ее бросили на землю. Однако, когда она увидела сумасшедшее выражение Нин Шу, она немного отступила. Движение Ронг вызвало тонущее чувство в сердце Линг Сюэ. Она оглядела классную комнату и увидела, что никто не намерен вступиться за нее. Единственная причина, по которой Линг Сюэ вернулась в школу, это был тот факт, что Лин Цзяцзя все время пряталась в школе. Она оставалась в школе даже после окончания занятий. Ее подчиненные не имели возможности войти в Академию Туза, чтобы выследить ее. Эта школа была не такой простой, как она выглядела на поверхности. Пока она снова не наберется сил, она должна была вести себя в школе прилично. Чтобы исцелить ее травму, она поглотила жизненные энергии многих людей и даже несколько раз спала с Мо Лэнсюанем. Однако, возможно, потому, что она поглотила жизненную энергию от слишком многих людей, ее духовная энергия стала очень разной. Однако у нее не было другого выбора. Она могла защитить себя только культивацией. После того, как современное оружие несколько раз травмировало ее, Линг Сюэ больше не осмеливалась недооценивать ее. Раньше она предвзято относилась к оружию, теперь же она получила ранения от него. Когда она столкнулась с Лин Цзяцзя, ситуация стала не очень хорошей. Ей нужно сделать так, чтобы эта девушка больше не могла оставаться в этой школе. ---------- Бедная парта Когда Нин Шу увидела, как выглядит Линг Сюэ - как маленькая жена, с которой плохо обращается муж, она внезапно почувствовала желание вытащить пистолет и просто застрелить ее. Однако, отказалась от этой соблазнительной идеи. Она не могла позволить этому телу взять на себя преступление. Нин Шу толкнула Линг Сюэ, которая преграждала ей путь. Линг Сюэ пошатнулась и почти упала. Она выглядела крайне слабой, делая Нин Шу, напротив, чрезвычайно доминирующей. Черт! Нин Шу действительно чувствовала себя странно, видев новое поведение Линг Сюэ Женщина-лидер, что случилось с твоим образом? Как ты могла внезапно изменить стиль? После урока Нин Шу покинула класс, побежав в медпункт. Она увидела, что школьный врач, в настоящее время в очках, терпеливо объяснял менструальный цикл ученице, слушающей с застенчивым выражением. Нин Шу, казалось, увидела, как его глаза полыхнули. Нин Шу искренне не знала, что бы почувствовала эта ученица, если бы она знала, что этот школьный врач вытаскивал пистолет и стрелял в людей. Вероятно, она бы никогда больше не появилась в медпункте. Школьный доктор посмотрел на Нин Шу и сказал: - Что это? Еще не стемнело, разве уже время ночевать? - Нет, Линг Сюэ пришла в класс,- сказала Нин Шу. Школьный доктор немного удивился. Глядя на немое выражение Нин Шу, он сказал: - Это школа. Ты хочешь, чтобы я что-то сделал с ней в школе? Нин Шу понимала, что ей не получится поговорить с этим человеком сейчас. Она будто говорила на другом языке. То, что она имела в виду, Линг Сюэ пришла в класс. Ее дни в школе под угрозой. Нин Шу вернулась в класс. Она увидела, что место Линг Сюэ было окружено людьми, как мужчинами, так и женщинами. Те, которые выделялись больше всего, были тремя школьными принцами. В тот момент, когда Нин Шу вошла в класс, взгляды провожали ее. Когда она подошла к своему месту, она увидела, что Линг Сюэ лежала лицом на парте, игнорируя попытки каждого утешить ее. Это заставило сердце Ленг Ао раскалываться от боли. Когда он увидел, что Нин Шу шла так, как будто ничего не случилось, он вытянул ногу и ударил по ножке парты, куда Нин Шу только что села. Черт! Почему, черт возьми, они опять пинают ее стол!? У ее стола было только три ноги, ей уже было жаль его. Нин Шу подняла голову и безразлично взглянула на Ленг Ао. Ленг Ао почувствовал себя не в себе, увидев ее взгляд. Сразу же после этого он разгневался. Он испугался взгляда простолюдина, тем более девушки. - Я уже говорил вам несколько раз, чтобы вы не трогали Линг Сюэ, и что ты пожалеешь, если это сделаешь, - Лицо Ленг Ао немного покраснело от смущения. Было ясно, что ему было стыдно было испугаться взгляда девушки. Если бы не эта задача, она бы даже не хотела смотреть на него. - Эй! Папа разговаривает с тобой. Что за отношение? Ленг Ао почувствовал, что взгляд Нин-Шу, казалось, содержал недоумение и презрение, когда она смотрела на него. Этот человек низкого класса действительно осмелился смотреть на него с презрением! Она понимает свое положение? Она же просто сирота. ---------- Подними парту Нин Шу серьезно потеряла дар речи, когда она увидела образ Чуни Ленг Ао. Она посмотрела на свой стол, который был опрокинут на землю, и почувствовала, что это действительно выглядит жалко. - Извинись перед Линг Сюэ, или я сделаю так, что ты умрешь жалкой смертью. Ты все еще хочешь остаться в этой школе? Я могу тебя выгнать из этой школы, сказав одно слово. Нин Шу молча подняла голову и мягко сказала: - Подними стол. - Что ты сказала? - На лице Ленг Ао появилось недоверчивое выражение: - Ты ... ты приказала мне поднять свой стол? С ума сошла? Ты, должно быть, сумасшедшая. - Подними стол, - повторила Нин Шу равнодушно. - Ты, наверное, сошла с ума от горя? - Ленг Ао недоверчиво посмотрел на Нин Шу, словно смотрел на психа. - Ты знаешь, кто я? Он говорил, как бог, который не мог терпеть ни единого оскорбления. - Подними мой стол. Люди, которые наблюдали за ситуацией, все чувствовали, что с мозгами Нин Шу что-то не так. Она действительно осмелилась отвечать принцу Ленг . Все девушки осуждали ее за невежливость к принцу Ленг. Ленг Ао глубоко вздохнул и хрустнул суставами, немного потянул шею и сказал высокомерно: - Я уже говорил, что не бью женщин, но ты в настоящее время являешься исключением. Считай, что я нарушаю клятву. Нин Шу поднялась и дошла до Ленг Ао в несколько шагов. Пока Ленг Ао наблюдал в замешательстве, она быстро схватила его и сделала бросок через плечо. - Ничего себе ... - Ах ... Люди вокруг закричали в тревоге, смотря на Ленг Ао, который лежал на спине. Ленг Ао взялся за спину, и с недоверием посмотрел на Нин Шу. Он все еще не мог ничего понять даже сейчас. С детства его всегда все поддерживали. Впервые с ним когда-либо обращались жестоко. Линг Сюэ тоже с недоверием посмотрела на Нин Шу, затем посмотрела на Ленг Ао, который лежал на земле, и поспешно помогла ему подняться. Ленг Ао теперь ненавидел Нин Шу до мозга костей, потому что она поставила его в такое положение перед человеком, которого он любил. Он был брошен через плечо девушки на глазах у всех! Это как бросить его достоинство на землю и растоптать его. Все шокированные выражения пронзили Ленга Ао, как ножи. Смущение, ярость и ненависть вызвали желание у Ленг Ао разорвать Нин Шу на месте. Выражение Нин Шу было безразличным, но ей было немного плохо. Она почти вывихнула талию. Как и ожидалось, бросать мужчину через плечо было намного сложнее, чем бросать женщину. - Ты ищешь смерти! - Ленг Ао послал кулак в лицо Нин Шу. В этот удар были вложены все силы. Нин Шу увернулась, а затем ударила коленом Ленг Ао. Ленг Ао, перед всеми, упал на колени на землю. Нин Шу была сыта по горло Ленг Ао, поэтому она воспользовалась возможностью, когда он был на земле, чтобы ударить его по заднице еще раз, заставив его упасть вперед в позе «собака-ест-дерьмо». Ленг Ао: ... ---------- Взаимная привязанность Кто расскажет ему, что именно происходит? Мозг Ленг Ао теперь был совершенно пустым. Он хотел, чтобы он резко стал невидимым, чтобы никто не мог видеть его нынешнее затруднительное положение. Он поклялся расправиться с этой сумасшедшей. Линг Сюэ почувствовала, что девушка серьезно сошла с ума. Эти действия ее были практически подписанием смертного приговора. Чем скорее эта девушка будет выгнана из Академии тузов, тем будет лучше. Как только она выйдет из школы, ее будет ждать смерть. Цвет лица Ленг Ао был бледен, и он смотрел на Нин Шу с очень темным выражением в глазах. Он буквально выплевывал слова из-за стиснутых зубов: - Простолюдинка, ты заплатишь. Нин Шу не потрудилась обратить на него внимание и, подняв стол, села за него. У нее было много дел, у нее не было времени обращать внимание на какого-то проклятого принца, который жил в своем собственном мире. Ленг Ао был настолько ошеломлен отношением Нин Шу, что он чуть не взорвался. Однако он знал, что сегодня он оказался в невыгодном положении, и он мог его только усугубить. Таким образом, он высокомерно поднял подбородок и прошел мимо Нин Шу, подавляя порывы в своем сердце. Нин Шу знала, насколько она обидела Ленга Ао, но ей все равно. Все ее внимание было сосредоточено на Линг Сюэ. Она не могла понять, что планировала Линг Сюэ. Почему она внезапно так изменилась? Что именно она пыталась сделать? Нин Шу перебирала пальцами по пистолету на талии, когда она смотрела на Линг Сюэ. В следующие дни Линг Сюэ нацелилась на Нин Шу еще больше, делая ее дни в школе все более несчастными. Линг Сюэ думала, что Нин Шу будет вынуждена покинуть школу. Однако неожиданно, та, похоже, проводила все дни в этой школе. Линг Сюэ внутренне проклинала Нин Шу. К счастью, в ее теле теперь было много духовной энергии. Однако, несмотря на достаточное количество, ее энергия пестрила слишком большим количеством примесей, и ей было порой сложно ее использовать. Похоже, что энергия не принадлежала ей. Однако Линг Сюэ не знала, как очистить эту духовную энергию от смешанных примесей. В то же время она больше не могла перестать поглощать жизненные энергии людей. В этом мире было слишком мало духовной энергии. Прямо сейчас, Линг Сюэ почувствовала, что на самом деле это было болью в заднице. Как люди испортили этот мир? После того, как достоинство Ленг Ао понесло удар, он поклялся поквитаться с ней. Поэтому впоследствии Ленг Ао, взрослый человек, приходил к Нин Шу мстить каждый день. Нин Шу не утруждала себя вежливостью к этому мешку с песком. Она полностью использовала его для обучения боевым навыкам. В самом начале Нин Шу все еще считала это немного сложным. Девушке было явно трудно бороться с Ленг Ао, который был два метра ростом. После того, как он потерял лицо перед Нин Шу, Ленг Ао почувствовал себя очень расстроенным и занимался восстановлением своего достоинства. Он, мужчина, был избит женщиной. Более того, эта женщина становилась все более ожесточенной и свирепой. Все люди в Тузе привыкли к этому. Они привыкли к Ленг Ао, который каждый день шел мстить Нин Шу. И каждый раз после проигрыша принц Ленг клялся в том, что в следующий раз отомстит, и в следующий день он снова шел к ней. У Нин Шу не было чувства почтения к Ленг Ао, которым обладал хост, Лин Цзяцзя. Если он приходит беспокоить ее, она не будет утруждать себя вежливостьюю. Линг Сюэ действительно не нравился тот факт, что Ленг Ао каждый день шел мстить Нин Шу. Она вытащила Ленга Ао за руку, который опять сердито мчался, чтобы найти Нин Шу, и сказал: - Разве это не разрешится, она будет просто исключена из школы? Уже ходят слухи, что ты каждый день ее навещаешь. Говорят, вы двое проявляете друг к другу взаимную привязанность. - Взаимная привязанность? Что ?! - Ленг Ао не знал, смеяться или плакать. Он посмотрел на Линг Сюэ и решительно сказал: - Я делаю это для тебя, чтобы отомстить за тебя. ---------- Раздутый дурак Линг Сюэ чувствовала несчастье от того, как Ленг Ао был одержим Нин Шу. В прошлом только она была в его сердце, но сейчас он был полностью сконцентрирован на ней, на этом муравье. В любом случае, это был не хороший знак. Линг Сюэ отправилась искать двух других принцев. У нее была потребность в жизненной энергии, и эти два принца всегда любили следовать за ней. Почему она должна отвергать источники жизненной энергии, которые сами заходят в ее дверь? Ленг Ао опять нашел Нин Шу. Нин Шу прилагала все усилия, чтобы сосредоточиться на своих уроках. Несмотря на то, что это было трудно, она все еще старалась учиться. Ленг Ао тихонько подошел к ее столу, но, когда он собирался пнуть ее, Нин Шу пнула его в ответ. Она ожидала нападения. Ленг Ао внутренне холодно рассмеялся, и уклонился и от удара Нин Шу. Эта девушка действительно думала, что он снова упадет? В последнее время он очень много работал, чтобы улучшить свои боевые навыки. Она слишком много смотрела на него сверху, пока он лежал. Но Нин Шу увидела возможность и бросила его через плечо снова. Ленг Ао был в ярости, когда он лежал на земле. Нин Шу отряхнула руки, глядя на Ленга Ао: - Говорю тебе, не провоцируй меня. Ленг Ао принял безразличное выражение лица, но внутренне стал думать. В ее глазах он совершенно не имел никакого значения. Почему она так спокойно смотрела на него? В ее глазах точно не хватало обожания, которое он видел в глазах других девушек. Лин Цзяцзя всегда следила за ним с любовью в глазах. Однако теперь в ее глазах ничего не было. Нин Шу было слишком лень, чтобы заботиться о том, что думал Ленг Ао. Даже если бы она знала, она бы просто показала ему средний палец. Все эти люди были просто дебилами, полными дебилами. Ленг Ао отстранился и высокомерно поднял подбородок: - Я уже говорил об этом, не беспокой Линг Сюэ, или я заставлю тебя заплатить. Нин Шу: ... Он должен быть психически больным и тяжело больным. У нее даже не было времени на то, чтобы преследовать Линг Сюэ. Напротив, именно этот Ленг Ао продолжал беспокоить ее, чтобы реабилитироваться. - Тот, кто кружится вокруг меня, как москит, это ты. Не может быть, чтобы ты в меня влюбился? Поэтому ты продолжаешь приходить сюда, чтобы беспокоить меня? Тебе трудно признаться в этом мне, поэтому ты используешь такие методы? Нин Шу просто пробормотала какую-то глупость, потому что ей было очень досадно, что Ленг Ао продолжал беспокоить ее. Она действительно хотела сосредоточиться на учебе. Нин Шу пыталась впитать все знания, как губка. Любое знание здесь имело свое значение. Даже то, что она не могла понять это сейчас, она способна понять это в будущем. Однако, когда Ленг Ао услышал, что она сказала, он отреагировал, будто его укусил скорпион. Он начал смеяться, как будто услышал что-то оскорбительное и возмутительное. Его палец даже дрожал, когда он указал на Нин Шу. - Ты мне нравишься? Посмотри на себя. Какая часть тебя могла бы мне понравиться? Лин Цзяцзя, ты серьезно, как ты могла мне понравиться? Я не хочу тебя любить. Больше шансов, что я полюблю собаку, чем тебя Нин Шу: Чего ты так волнуешься? ---------- Случай в кладовой Ленг Ао был очень взволнован, но выражение Нин Шу было очень равнодушным, как будто она не слышала, что он вообще сказал. Ленг Ао почувствовал себя немного подавленным. Нин Шу было лень что-то говорить этому психу, поэтому она пошла дальше. Что она обнаружила в последнее время – это то, что школьный врач был действительно образованным и умным человеком. Он серьезно знал все. Нин Шу спрашивала его о многих вещах, и хотя школьный врач каждый раз проявлял досаду, он все равно объяснял их ей. - Эй, я говорю с тобой. Куда ты идешь? Эй, Лин Цзяцзя ... - Ленг Ао схватил за руку Нин Шу. Тем не менее, сразу же после этого он отбросил ее в сторону, как будто это было что-то отвратительное. Нин Шу пошла в медпункт, и Ленг Ао поплелся за ней, что вызывало у нее очень раздражение. Нин Шу перестала идти и подняла голову: - Что именно ты хочешь? Почему ты ходишь за мной? Ленг Ао было сделано немного некомфортно от взгляда Нин Шу, и он громко крикнул, чтобы развеять это: - Кто-то идет за тобой? Этот путь принадлежит только твоей семье? Только тебе разрешено ходить по нему? Я просто иду. Лин Цзяцзя, я говорю тебе, не смей думать, что есть какой-то другой смысл! Нин Шу: А я что-то думала!? Ленг Ао взглянул на нее и увидел, что ее выражение лица не изменилось. Внезапно, Нин Шу остановилась. Ленг Ао, который шел позади нее, врезался в нее. С холодной издевкой он сказал: - Почему ты остановилась? - Заткнись, - сказала Нин Шу тихим голосом, и утянула Ленг Ao вниз, за окно. Ленг Ао первоначально хотел избавиться от руки Нин Шу, но когда он увидел ее серьезное выражение, он понизил голос, и ответил: - Что? - Тсс, молчи, - Нин Шу слегка подняла голову и посмотрела через окно в комнату. Это было складское помещение, в котором хранилось спортивное снаряжение. Но, кроме обычного снаряжения, в комнате были три человека. Это происходит снова. Нин Шу наблюдала ситуацию внутри помещения. Это была Линг Сюэ и двое других принцев. Одежды Лин Сюэ порхали, будто в комнате был ветер. Два человека на мягком коврике у ошеломленного выражения лица их были бледны. - Что случилось с И Фэем и Фэй Яном? Что они делают? - Цвет лица Ленг Ао был очень беден. Тот факт, что Линг Сюэ была в комнате одна среди двух парней, вызывал у него чувство неудобства. В сердце Ленг Ао Линг Сюэ уже была его женщиной. Ленг Ао встал и бросился в комнату, но Нин Шу поспешно остановила его. Ленг Ао сказал, низко рыча: - Отпусти, я пойду туда. Нин Шу действительно хотела просто врезать ему, но беспокоились, чтобы не привлекать внимания. Она прошептала: - Тихо, терпи. Ленг Ао напрягся, когда он почувствовал тепло, ударившее в ухо. Он почувствовал онемение, и был слишком ошеломлен, чтобы двигаться. Нин Шу снова заглянула в комнату. Она была уверена, что Линг Сюэ использовала магию, из-за чего оба принца были бледны. В комнате, Линг Сюэ закончила ритуал. Она снова посмотрела на двух мужчин, затем начала трогать их чувственно, снимая с себя одежду. На лицах двух принцев появилось волнение, и они быстро начали стягивать одежду и с себя. Нин Шу обернулась и взглянула на Ленг Ао. Он выглядел так, словно его поразила молния. ---------- Секс втроем Цвет кожи Линг Сюэ был белым, как снег. У нее были тонко очерченные изгибы тела и длинные, прямые ноги. И Фэй и Фэй Ян, которые стояли перед ней, сразу взволновались, а их мужские достоинства уже стояли колом. «Значит, женщина-лидер просто так спит с мужчинами средь бела дня?» Втроем, это было втроем! Это уже был второй раз, когда Нин Шу видела, как Линг Сюэ спала с кем-то. Тела внутри обнимали друг друга, стали раздаваться звуки вздохов. Глаза Линг Сюэ остекленели, когда двое принцев ласкали ее тело. Нин Шу вспомнил, что в сюжетной линии Мо Лэнсюань был единственным мужчиной Линг Сюэ, но сейчас она занималась этим с другими. Нин Шу моргнула, чувствуя, что дыхание человека сзади становилось все тяжелей. Она обернулась и увидела, что глаза Ленг Ао были полны ярости. Просто из-за того, что эта сцена была слишком возбуждающей, тело Ленга Ао невольно слабело. Смущение, волнение, разочарование - эти многочисленные эмоции разрывали сердце Ленг Ао. Нин Шу внезапно увидела надежду на то, что она выполнит задачу спасения этого принца Ленг и сделает так, чтобы он больше не обманывался. Теперь, когда Ленг Ао видел Линг Сюэ такой, с несколькими мужчинами, этого должно быть достаточно, чтобы разрушить его иллюзии, верно? Затем она увидела, как Ленг Ао был практически на грани, как вулкан, и поспешно схватила Ленг Ао. Однако Ленг Ао стоял так, как будто его ноги были прибиты к земле. Он смотрел на сцену внутри комнаты, звуки вздохов все еще стояли в его ушах. Если бы не тот факт, что сейчас было не самое подходящее время, Нин Шу врезала бы ему пару раз, чтобы разбудить его. Но сейчас ей нужно было прилагать огромные усилия, чтобы оттащить его. Нин Шу отпустила его только тогда, когда они достигли лужайки цветника. Лицо Ленг Ао было смертельно бледным. Он повернулся и направился обратно в кладовую, но Нин Шу заблокировала ему дорогу: - Зачем вам возвращаться туда? - Я должен знать, почему она предала меня. Почему ... почему ... Ленг Ао тихонько взвыл, выглядя так, будто он сходил с ума и сильно страдал. Он выглядел опустошенным и обиженным, как будто весь мир предал его. Разве это твои его собственные иллюзии? Линг Сюэ не имела к тебе никаких чувств, все остальное это его придумки. Однако двусмысленные слова, которыми иногда одаривала его Линг Сюэ, дали Ленг Ао ложную надежду. Ленг Ао почувствовал, как будто мир рушится. Он был очень в ярости и смущении. Даже когда он смотрел на Нин Шу, его взгляд сопровождал негодование. Однако он не мог изменить то, что произошло сейчас. - Сначала тебе нужно успокоиться. С тех пор, как Нин Шу почувствовала, что есть надежда на выполнение задания, ее отношение к Ленгу Ао немного улучшилось. Когда Нин Шу увидела жалкого Ленг Ао, его разбитое сердце... она пришла в восторг, видя его страдания. Он этого заслуживал! ---------- У стариков свои достоинства Нин Шу подавила свое желание рассмеяться, и утешала Ленга Ао: - Хорошо, что ты узнал это. Ты хороший, Ленг, родом из благородной семьи, красивый. Не думай об этом. Нин Шу чувствовала ликование в сердце, когда она наблюдала, как Ленг Ао встал на колени на полу и ударился головой в траву. Ленг Ао лежал достаточно долго, прежде чем он перекатился и лег на траву. Нин Шу сидела рядом с ним, не говоря ни слова. Она увидела, что ресницы Ленг Ао были мокрыми. Вероятно, он действительно страдал. Линг Сюэ в этом случае повезло. У нее был мальчик, который так искренне любил ее, но она не обращала на него внимания. - На что ты смотришь, чертова женщина? - Ленг Ао встал и посмотрел на Нин Шу, подняв подбородок. Нин Шу потеряла дар речи. Игнорируя его, она взяла книги и отправилась на поиски школьного врача. Выражение Ленга Ао было очень неестественным, вероятно, потому, что она видела его смущение. Он смотрел на нее, словно он хотел убить ее, чтобы она ничего не разболтала. - Эй, женщина, куда ты идешь? - Ленг Ао последовал за Нин Шу. Когда она полностью проигнорировала его, ему было очень неловко. С одной стороны, это было из-за того, что она видела его смущение. С другой стороны, это было потому, что эта бессердечная женщина не удосужилась даже успокоить его после того, как это произошло. - Эй, женщина, я говорю с тобой, - сказал Ленг Ао низким голосом. «Что за способ меня называть?» - Не мог бы ты не преследовать меня? - Нин Шу повернулась к нему. - Просто иди, ищи свою Линг Сюэ. - Ты ... ты издеваешься надо мной? - Ленг Ао поднял кулак, его глаза налились кровью, - забудь об этом, я не бью женщин, - он снова опустил кулак. Он не бьет? Нин Шу холодно засмеялась. Кто же каждый день приходил к ней драться? Нин Шу вошла в медпункт и увидела школьного врача, который ухаживал за своими ногтями с помощью пилочки. Ленг Ао, следовавший за ней, увидел школьного врача, и в его сердце возникла враждебность. Он вопросительно спросил Нин Шу: - Кто он? - Ты болен? Разве ты не видишь белый халат? Он школьный врач, - без тени вежливости проговорила Нин Шу. - Я спрашиваю, какие у тебя с ним отношения. Тебе нравятся пожилые люди? - Ленг Ао издевался. Он осмотрел врача: - Он не что иное, как старик. Только у «стариков» есть свои достоинства. Разве Линг Сюэ не предпочла тебе Мо Лэнсюаня? Школьный врач положил пилочку для ногтей, поправил очки, затем посмотрел на Ленг Ао: - Твой парень? Прежде чем Нин Шу могла возразить, Ленг Ао вскочил, как будто он наступил на гвоздь: - Как я могу быть ее парнем? Она такая уродливая, что если бы даже я ослеп, я бы не выбрал ее. Школьный врач посмотрел на Ленг Ао очень равнодушно, как зрелый мужчина смотрит на ребенка. - Почему ты снова ищешь меня? Я говорю тебе, что в последнее время у меня плохое настроение. Не беспокой меня, - школьный врач лишь мимолетом взглянул на Ленг Ао, прежде чем повернулся к Нин Шу. - Мне нужно сказать тебе что-то ах, готовься, - Нин Шу действительно хотела увидеть лицо врача, когда он узнает, что Линг Сюэ спит одновременно с двумя парнями. - Зачем ты все еще стоишь здесь? - Школьный врач взглянул на Ленг Ао. Ленг Ао сказал холодно: - Думаешь, я хочу быть здесь? Он в последний раз обернулся и ушел. Как только он вышел, Нин Шу наклонилась к врачу с хитрой улыбкой. Школьный врач оттолкнул ее голову: - Если ты собираешься говорить, говори так. Зачем так близко? ---------- Красивое зрелище - Разве тебе не интересно вообще то, что я хочу тебе сказать? - Нин Шу взволнованно взглянула на школьного врача, представив себе, как он будет выглядеть, если он узнает. Школьный врач поднял брови, глядя на Нин Шу. Как скучно. Это безразличное выражение полностью подавило ее желание посплетничать. - Эм, Линг Сюэ сейчас с двумя принцами занимаются сексом. Они сейчас в хранилище. Должны ли мы... Врач встал и с отвращением посмотрел на Нин Шу: - Что у тебя с совестью, чтобы поглядывать за ними? У тебя есть чувство стыда? Почему он не осуждал грязный образ жизни Линг Сюэ? Если он хотел поговорить о том, что кто-то бесстыдствует, это должна быть Линг Сюэ! - Куда ты сейчас идешь? - Нин Шу увидела, что школьный врач вышел из медпункта, поэтому она поспешно последовала за ним. Кажется, он движется в сторону хранилища. - Дядя, ты точно хочешь пойти? Дядя, я знаю, что в своем сердце ты действительно заботишься о ней, - Нин Шу продолжила говорить, идя рядом со школьным доктором. - Заткнись. Школьный врач вытащил пистолет необычной формы. Нин Шу взволнованно воскликнуал: - Дядя, успокойся, успокойся! Ты же не хочешь убить кого-то, пока мы в школе, верно? Я знаю, что действия Линг Сюэ причинили тебе боль, но ты должен успокоиться! Увидев школьного врача таким, первая мысль Нин Шу заключалась в том, что он хотел убить принцев из ревности. -Заткнись, - Школьный доктор дядя практически не мог терпеть, - скажешь еще слово, и я застрелю тебя Нин Шу подняла руки: - Хорошо, хорошо, я больше ничего не буду говорить. Когда они добрались до хранилища, и услышали звуки, исходящие изнутри. Нин Шу хотела сказать, что у них было действительно много энергии, что они до сих пор могли заниматься этим. Школьный врач присел под окном и заглянул внутрь, затем слабо улыбнулся. Его улыбка в сочетании с пистолетом, который он держал, заставила сердце Нин Шу потревожиться. Она восприняла это как знак того, что школьный врач сходит с ума. - Разве мы не должны спешить, чтобы поймать их прямо здесь? – прошептала Нин Шу. Это было похоже на телевизионное шоу. - Я уже говорил об этом, если ты собираешься поговорить, то говори так. Не наклоняйся так близко. Пугающий белый свет отразился от очков школьного врача. Нин Шу молча отступила назад на пару шагов. Она наблюдала в изумленной тишине, как школьный врач спокойно зашел в дверь. Это было очень странное ощущение. Она немного подождала. В комнате больше не раздавалось никаких звуков. Она не могла не задаться вопросом, не присоединился ли дядя к их оргии. Дядя, ты же должен придерживаться каких-то моральных норм. Через некоторое время школьный врач вышел с бессознательной Линг Сюэ, перекинутой через плечо. Линг Сюэ уже была одета. Войдя внутрь, она увидела, что двое мужчин внутри лежали абсолютно голыми, доктор даже не потрудился прикрыть их. Нин Шу немедленно вышла из комнаты хранения и спросила школьного доктора: - Дядя, ах, что происходит? Школьный врач взглянул на Нин Шу, затем, почувствовав, что Линг Сюэ слишком тяжелая, чтобы нести на плече – взял Линг Сюэ так, как будто он несет принцессу. Это было действительно красивое зрелище. ---------- Основная профессия Нин Шу побежала за школьным доктором. Когда они добрались до медпункта, школьный врач торопливо нажал что-то на стене, и тут же в стене появился секретный проход. Что за секретный проход? Разве идти через секретный проход будет быстрее, чем на автомобиле? Это было нелогично. Нин Шу задумалась только на мгновение, затем последовала за школьным врачом. Медпункт вернулся к тишине, как будто секретный проход, который появился раньше, был просто обманом глаз Школьный доктор дядя шел очень быстро, неся Линг Сюэ, он бежал, словно невесомое перо. Между тем, Нин Шу задыхалась, пока она бежала. Прошло неизвестно сколько времени, когда Нин Шу почувствовала, что ее ноги вот-вот развалятся, и они, наконец, достигли места назначения. Школьный доктор дядя толкнул дверь перед ними, и им в глаза ударил свет. Нин Шу энергично прикрыла глаза ладонью, а затем посмотрела, что открылось перед ними. Она безучастно смотрела в комнату. Это была очень чистая лаборатория со всеми видами оборудования, преломляющим очень холодный свет. В этой большой лаборатории не было ни одного человека. Было так тихо, что каждый шаг вызывал эхо. Нин Шу внезапно поняла, что, возможно, попала в какое-то серьезное опасное место. Она огляделась и увидела, что в банках были заспиртованные органы. Цвет какой-то почки был уже желтым. Возможно, она лежала здесь в течение длительного времени. Нин Шу начало тошнить. Она больше не могла смотреть на образцы на полках и следовала за школьным доктором. Затем она увидела, что дядя школьного врача положил Линг Сюэ на операционный стол и закрепил ее конечности к столу. - Д ... дядя, что ты собираешься делать? - Зубы Нин Шу дрожали. Школьный доктор дядя улыбнулся в сторону Нин Шу, обнажив белые зубы, отразив белый свет от очков. Он был точно похож на извращенца, ах. - Ничего особенного, она просто под наркозом, поэтому она спит, - сказал школьный врач, - о, верно, я забыл сказать тебе, моя главная профессия – изучение генов. Для этого я предпочитаю вскрывать людей. Нин Шу указала на Линг Сюэ: - Ты хочешь ее вскрыть? - Я говорил раньше, что я нуждаюсь в ней. Причина, в которой я нуждаюсь в ней, - я хочу понять, почему она способна на культивацию. Может быть, потому, что она активировала продвинутый ген в своем теле? Школьный врач, глядя на Линг Сюэ на операционном столе, потянулся, чтобы погладить ее лицо: - В человеческом организме слишком много генов, которые простаивают. Многие продвинутые гены из-за влияния среды закончили тем, что перешли в разряд ненужных и неактивированных генов. У этой женщины такие великие способности, это, вероятно, из-за продвинутых генов. - Дядя, разве ты не читаешь книги? Только люди с духовной силой могут совершенствоваться, -Нин Шу не могла не высказаться. - Духовные силы... На мой взгляд, все в теле должно объясняться генами, - глаза школьного врача светились, когда он посмотрел на Линг Сюэ. - Нельзя ли пересаживать духовные силы? Возможно, духовная сила - это просто фрагмент продвинутого гена, и целью совершенствования является активизация других продвинутых генов в организме и повышение общего фундаментального качества организма ... Нин Шу слушала, как школьный врач очень много болтал о вещах, которые она не могла понять. Неудивительно, что все эти запугиванные люди в стрельбище боялись его и дали ему прозвище «Психо». Он действительно был психом , - Дядя, я хочу вернуться назад. Как мне вернуться? - спросила Нин Шу: - Могу я пойти по тому же пути? Нин Шу сейчас сожалела, что немного спровоцировала этого человека. Этот дядя давным-давно смотрел на Линг Сюэ и хотел вскрыть ее все время. Господи, это было слишком страшно. - Дядя, надеюсь, ты не хочешь сделать то же самое со мной? - Нин Шу осторожно посмотрела на школьного доктора. ---------- Гены, препятствующие развитию человечества - Дядя, ты не можешь меня разрезать, - Нин Шу посмотрела на школьного врача с мольбой в глазах. Школьный доктор быстро ножницами разрезал одежду Линг Сюэ. Он уже готовился к операции? Даже Нин Шу, девушка, была зачарована этой сценой. Сможет ли школьный врач начать вскрывать такую прекрасную девушку? Руки школьного доктора даже не дрогнули, когда он услышал, что сказала Нин Шу. Он просто презрительно взглянул на Нин Шу и сказал: - Ты? Ты даже не достойна того, что бы мои ножницы дотронулись до тебя. Твои гены препятствуют развитию человеческой расы. Самое прямое доказательство – твое лицо. Длинные ресницы Линг Сюэ затрепетали. Кажется, она просыпалась. Школьный доктор сел рядом с операционным столом, чтобы дождаться, когда она проснется. Когда Линг Сюэ проснулась, ей в глаза ударил ослепляющий свет. Ее глаза привыкли к нему только через некоторое время. Она была намертво прикована к операционному столу. Она попыталась освободиться, но обнаружила, что в ее теле нет сил. - Ты проснулась, - школьный врач посмотрел на Линг Сюэ. Линг Сюэ была поражена этим внезапным звуком. Она смотрела на школьного врача. На нем был большой белый халат, который делал его высоким и стройным. - Поторопись и отпусти меня, иначе я клянусь, что ты умрешь! - Крикнула Линг Сюэ, но ее крик не казался властным. Напротив, он звучал нежно и слабо, и чрезвычайно очаровательно. Нин Шу наблюдала со стороны. Когда она смотрела на эту сцену и слышала этот голос, она почувствовала, что, если бы она была мужчиной, она, вероятно, уже отпустила бы ее. Эта Линг Сюэ действительно была прекрасна. По сравнению с Линг Сюэ, ее тело не могло считаться таким же красивым. Нин Шу взглянула на школьного доктора, который поправлял очки и осторожно спросила: - Дядя, я могу пойти? Когда Линг Сюэ увидела Нин Шу, та еще больше взволновалась и посмотрела на нее с яростной ненавистью в ее глазах. Когда Нин Шу встретила взгляд Линг Сюэ, все, на что она могла сказать, было выражение «ха-ха-ха». Ее похитил школьный врач, а не она, почему та смотрела на нее таким злобным взглядом? Почему она так терпима мужчинам, но так жестока к женщинам. Линг Сюэ так ее ненавидела? Школьный доктор положил в сторону ножницы, затем поднял скальпель. Скальпель холодно блеснул при свете. Линг Сюэ чувствовала себя плохо: она изо всех сил старалась освободиться от оков, но не могла. Она не могла выбраться из них даже с помощью духовной энергии. Все, что она могла сделать, это сконцентрироваться на духовной силе, и попытаться разрезать оковы. Нин Шу почувствовала, что больше не должна оставаться здесь. Вероятно, было бы лучше, если бы ее здесь не было. Линг Сюэ испугалась, увидев приближающееся лезвие. Страх появился в ее глазах, и в ее взгляде появились слезы. Внешним видом она пыталась умолять школьного врача передумать. Нин Шу сглотнула. Сцена была поистине такой прекрасной, что даже у нее возникло соблазн прикоснуться к Линг Сюэ. Она покачала головой. О чем она думала? Очарование Линг Сюэ было слишком сильным. ---------- Как за каменной стеной Школьный врач сузил глаза, затем быстрым движением ... разрезал сухожилия в руках и ногах Линг Сюэ. Линг Сюэ вздрогнула от боли. Ее глаза расширились, когда она с недоверием посмотрела на школьного доктора, и она прикусила губы от кровотечения. Как он мог? Как он мог отрезать мои духовные меридианы? Как он мог!? Теперь, когда ее меридианы были разрушены, как она должна была использовать духовную энергию? Только теперь настоящий страх наполнил сердце Линг Сюэ. Ее взгляд заполнил яркий ужас и негодование, когда она посмотрела на школьного врача. Нин Шу тоже молча смотрела руку Линг Сюэ. Ни одна капля крови не пролилась с места пореза. Было ясно, что порез был очень точным. Школьный доктор безучастно смотрел на Линг Сюэ не как на прекрасную девушку, а просто на мертвый объект, ожидавший расчленения. Линг Сюэ и Нин Шу одновременно почувствовали холод. В дополнение к холоду Линг Сюэ почувствовала неконтролируемый страх. У нее было предчувствие, что ее жизнь закончится в этом месте. Она была одной из вершин этого мира, она была богоподобным существованием! Но она оказалась в ловушке в этой лаборатории без возможности увидеть дневной свет снова? Это было невозможно! Линг Сюэ отказывалась верить в это, но когда она попыталась пошевелить рукой, ее конечности еле двинулись, раздавшись острой болью. Духовная энергия, которая текла в ее теле, была остановлена. Нин Шу вздохнула с облегчением: она никогда не представляла, что именно так она закончит свою задачу. Линг Сюэ стала предметом испытания школьного врача для исследования генов. Она взглянула на Линг Сюэ, затем сказала школьному врачу: - Дядя, я иду. - Я провожу тебя, - школьный врач положил скальпель на поднос, а затем снял перчатки. Нин Шу чувствовала себя немного ошеломленной этой милостью, и сразу спросила: - Дядя, ты не собираешься меня убить, чтобы я замолчала? Школьный врач сделал паузу и задумчиво потер подбородок: - Это хорошая идея. - Дядя, ах, я просто пошутила, не воспринимай это всерьез. Дядя, я ничего не знаю. Нин Шу практически собиралась обнять ногу школьного врача, чтобы просить пощады. - Хватит, пойдем. Забудь обо всем, что произошло сегодня, - мягко сказал школьный доктор. Нин Шу опять чувствовала, как ее ноги отвалятся от ходьбы. Когда они, наконец, добрались до медпункта, Нин Шу глубоко вздохнула и, наконец, почувствовала себя более спокойно. Эта холодная лаборатория была слишком удушающей. - Дядя, а что будет дальше с Линг Сюэ? - осторожно спросила Нин Шу. Врач ответил с холодным выражением: - Тебе больше не нужно беспокоиться об этом. Департамент уже давно заметил ненормальность этой женщины. Это вопрос верхнего уровня, это не имеет никакого отношения к тебе. Вау, это было связано с высшей организацией. Тогда дядя врач был человеком из этой организации? Действительно, это не то, о чем она должна была знать. - Дядя, ты потрясающ, мое уважение к тебе льется как проливная речная вода ... - Если ты хочешь меня о чем-то попросить, то попроси нормально! – Школьный врач снял халат, и стал его отряхивать, хотя на нем не виднелось ни следа пыли, - о чем ты хочешь меня попросить? - равнодушно сказал школьный доктор. Теперь Нин Шу действительно поклонялась школьному врачу. - Дядя, ты слишком изумительный. Я поклоняюсь тебе ... Школьный доктор сложил пальцы жестом «достаточно», и Нин Шу тут же закрыла рот. - Дядя, не мог бы ты помочь мне найти настоящих родителей? - Нин Шу обнаружила, что задачи этого мира стали намного легче после того, как она встретила дядю. ---------- Принимая во внимание Школьный врач посмотрел на Нин Шу непроницаемым взглядом. Сердце Нин Шу начало прыгать неистово под его взглядом. Она махнула рукой и сказала: - Ничего, ты не должен помогать. Мои гены ужасны. Школьный доктор проследил за ее реакцией, а затем сказал с отвращением: - Посмотрите, как ты разочарована. Как ты могла так напугаться? К лучшему или к худшему ты должна иметь сдержанные манеры. - Хорошо, - Нин Шу скривила губы. - Я подумаю. Э-э-э, ты можешь пойти, - доктор продолжил очищать халат, на котором до сих пор не было ни следа пыли. - О, - сказала Нин Шу, затем послушно выбежала. Она только вошла в класс, как кто-то схватил ее за руку. Нин Шу стряхнула руку Ленг Ао и холодно спросила: - Чего ты хочешь? Ленг Ао посмотрел на нее. Он был возмущен ее отношением к тому, что его глаза вспыхнули, но он подавил чувство и спросил: - Куда ты ушла? Я нигде не мог тебя найти. Ты знаешь, куда пошла Линг Сюэ? - Откуда мне знать? Я не горничная Линг Сюэ и не хожу за ней все время, - сказала Нин Шу отстраненно, глядя на искаженное выражение Ленг Ао. Его глаза содержали горе, гнев, обиду, зависть ... Нин Шу чувствовала, что этот идиот опять сходит с ума от Линг Сюэ. Видя, как жалок этот парень был, Нин Шу с энтузиазмом насмехалась над ним: - Право, Линг Сюэ предала тебя, так почему ты до сих имеешь чувства к ней? Ты ведешь себя как девушка. - Ты ... - Ленг Ао так рассердился, что его рука тряслась, когда он указал на Нин Шу: - Ты проклятая женщина! Затем он повернулся и ушел. Исчезновение Линг Сюэ оказало огромное влияние на академию Туза. Линг Сюэ была слишком хорошо известна. Люди замечали, когда Линг Сюэ просто немного опаздывала, так что неизбежен тот факт, что они заметят, как она не приходит в школу несколько дней подряд. Когда прошло немного больше времени, и Линг Сюэ все еще не приходила в школу, начались слухи. Некоторые говорили, что Линг Сюэ пропала без вести, некоторые говорили, что ее убили. В любом случае вокруг ходили слухи. У каждого были разные мнения, разные слухи о красивой девушке. Нин Шу прислушивалась к слухам тщательно, так как ее задача состояла в том, чтобы заставить Линг Сюэ упасть в грязь лицом. Отсутствие Линг Сюэ стало центром дискуссии студентов. Появились всевозможные слухи, и слухи расползались все сильнее. От другого слуха Нин Шу чуть ли не рассмеялась в голос, когда она это услышала. Два голых принца были обнаружены вместе на коврике. Те не знали, что многие люди, как мужчины, так и женщины, пошли посмотреть на двух принцев. Некоторые немного более смелые девочки даже спокойно обсуждали это между собой. Никто не знал, что там была Линг Сюэ, и теперь все считали, что там была однополая любовь между двумя мужчинами. Студенты даже начали смотреть на Ленг Ао по-другому, думая, что Ленг Ао также был одним из них. На данный момент эмоции Ленг Ао можно описать только как сложные. Он практически считал тех принцев братьями, и теперь он был связан с этими слухами! Он был самым ошибочно обвиненным здесь! Когда эти двое пришли и спросили его, куда отправилась Линг Сюэ, он вымученно улыбнулся, а затем выбил дерьмо из них. На самом деле у них хватало смелости спросить его, куда отправилась Линг Сюэ? Ленг Ао поклялся, что никогда больше не будет иметь дело с этими двумя ублюдками! Они украли ее, и теперь спрашивали его о ней? Ленг Ао пнул каждого из двух на земле. Он обнаружил, что его способности в драке не так уж плохи. Однако почему он всегда проигрывал, когда сталкивался с Лин Цзяцзя? Серьезно! ---------- Первая задача завершена Ленг Ао снова рефлекторно ходил в класс за Нин Шу. Он приходил в этот класс практически каждый день. Раньше он делал это из-за Линг Сюэ. Позже он дрался с Лин Цзяцзя. Его ноги уже привыкли приносить его сюда. Он встал у двери и посмотрел на Лин Цзяцзя у окна. В настоящее время она сосредоточилась на чтении книги, ее выражение было серьезным. Под солнечным светом она выглядела подобно картине орхидеи. Нин Шу почувствовала, что кто-то смотрит на нее. Когда она обернулась и увидела Ленг Ао за окном, она нахмурилась. Вероятно, этот парень хотел спросить ее о Линг Сюэ. Она просто не могла этого понять. Почему Ленг Ао продолжал ходить к ней, чтобы спрашивать ее о Линг Сюэ? Сердце Ленга Ао прыгнуло, когда он увидел, что его обнаружили. Он почувствовал себя немного неловко и смущенно, как будто его поймали на том, чего он делать не должен был. Однако, когда он увидел раздраженное выражение лица Нин Шу, эти чувства немедленно сменились гневом. Он вошел в класс и пошел к Нин Шу. Подняв подбородок, он спросил Нин Шу надменным и требовательным тоном: - Куда пошла Линг Сюэ? - Я уже говорила, что не знаю. Почему ты хочешь узнать об этом именно от меня? Тебе лучше спросить двух своих братьев. - Я ... я ... - Ленг Ао не мог действительно опровергнуть, но он все еще продолжал настаивать: - Моя интуиция говорит мне, что ты определенно связана с исчезновением Линг Сюэ. Несмотря на то, что исчезновение Линг Сюэ было забыто, приспешники Мо Лэнгсюаня не сдались. Один из них даже хотел захватить и допросить ее, чтобы получить местонахождение Линг Сюэ. Нин Шу не решалась покидать школу, когда узнала, что люди из подпольных синдикатов скрываются за пределами школы. Когда Ленг Ао узнал, что некоторые люди хотят причинить Нин Шу проблемы, он подошел к ней и сказал высокомерно, что, если она согласится стать его подругой, он разрешит все ее проблемы. Нин Шу: ... Нин Шу никогда не планировала иметь какие-либо отношения с людьми в этом мире. Что касается этого парня, Ленг Ао, она просто оставит его хосту, настоящая Лин Цзяцзя сама разберется со своими чувствами. Она была человеком, который должен был покинуть этот мир. Что-то, что сделало Нин Шу действительно счастливой, было тем фактом, что школьный врач принес новости о настоящих родителях хоста. Хост был не кем иным, как дочерью, которая была продана ее родителями. Ее биологическая семья была слишком бедна. Когда они услышали, что какой-то богатый человек хочет купить их дочь, они продали ее без колебаний. Однако это уже не имело никакого отношения к ней. Она помогла хосту найти своих родителей. Она не была хостом, поэтому не ей принимать решений насчет ее родителей. Нин Шу почувствовала, что задачи уже в значительной степени закончены. Ей просто стало интересно, когда она покинет этот мир, когда в ее голове раздался механический голос системы. Задача завершена. Оставить мир? Да/нет. - Да. - Нин Шу выбрала без колебаний. Она действительно устала оставаться в этом мире. Задачи были слишком тяжелыми. Если бы не школьный врач, у нее не было ни малейшего шанса на задачу. Нин Шу могла только отправить школьному доктору искренние пожелания, чтобы его эксперименты продолжались гладко. ---------- Возвращение в систему Нин Шу почувствовала, как мир вращается вокруг нее, а затем упала на землю. У нее было настолько сильное головокружение, что ее чуть не стошнило. Она встала с земли и огляделась. Все вокруг опять было белым. Она вернулась в систему. Нин Шу долго вздохнула. - Поздравляем, игрок, вы вернулись в систему. Холодный, механический голос системы прозвучал в системном пространстве. Нин Шу сразу встала и спросила: - Почему моя душа стала такой тусклой? Разве выполнение задач истощает энергию души? - Единственная причина, по которой Игрок во время задания был под влиянием эмоций хоста, состояла в том, что душа игрока слишком слаба, - безэмоционально объяснила система. - Тогда есть способ укрепить душу? - спросила Нин Шу. У нее было ощущение, что путешествие между мирами сильно истощает душу. Если у нее не будет сильной души, ее душа рано или поздно сотрется. - Есть средство для укрепления души, которое можно купить на рынке. Существуют также секретные руководства по Культивации, которые также помогут укреплению души. Однако в настоящее время у вас нет прав, чтобы открыть рынок или систему обмена. Объяснение системы дало надежды Нин Шу, пока она не услышала о том, что у нее нет прав. - У игрока появится право открыть систему обмена, как только Игрок официально станет игроком. Хорошо. В настоящее время она даже не была стажером. Вероятно, она была обычным пушечным мясом, которое умирает посреди задачи. Открыть статистику? Да/нет - Да. Панель статистики сразу появилась перед Нин Шу. Номер: 23333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 4000 (4000/10000) Душа: 60 Жизнь: 50 Интеллект: 80 Харизма: (?????) Удача: 20 Воля: 120 Боевые искусства: 10 Обучение: 20 Способности: Умение стрелять по мишеням, Низкий навык ближнего боя Приобретенные звания: нет Нин Шу внимательно изучила каждый атрибут. Она была приятно удивлена, обнаружив, что на этот раз у нее есть 4000 опыта. Вероятно, это результат выполнения задания в среднем по сложности мире. Как и ожидалось, задания с высоким уровнем риска давали высокую награду. Игрок награжден десятью очками навыков Голос системы раздался снова. - В связи с тем, что первой задачей игрока был мир среднего уровня и тот факт, что задача была завершена успешно, вы получаете десять очков навыков. Нин Шу подумала, затем добавила один атрибут в харизму. Ее уровень Харизмы всегда вызывал у нее головную боль. Когда она подумала о ее еще более жалком уровне Удачи, она без колебаний добавила пять очков к Удаче, а затем добавила четыре очка к Обучению. После этого статистика Нин Шу изменилась. Номер: 2333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 4000 (4000/10000) Душа: 60 Жизнь: 50 Интеллект: 80 Харизма: 1 Удача: 20 (+5) Воля: 120 Боевые искусства: 10 Обучение: 20 (+4) Способности: Умение стрелять по мишеням, Низкий навык ближнего боя Приобретенные звания: нет Нин Шу увидела, что ее уровень харизмы изменился с вопросов на 1. Хотя это было не так важно, но, по крайней мере, она хотя бы видела свой уровень. - Вы хотите начать новую задачу? - спросила система. Нин Шу ответила: - Могу ли я начать чуть позже? - Вы можете. Система замолчала. ---------- Очарование одеждой Нин Шу снова посмотрела на свою душу. Если она начнет задачу, пока душа будет такой тусклой, то на нее, несомненно, повлияют эмоции хоста. Нин Шу решила сначала помедитировать. Она села и начала поглощать материю в системном пространстве, чтобы укрепить свою душу. Это был, несомненно, очень медленный процесс, но это был единственный вариант, который у нее был. То, что она хотела, самое лучшее сейчас - получить пособие по Культивации, которое могло бы укрепить душу. Как долго она должна была ждать становления официальным игроком? В системном пространстве не было понятия времени. Нин Шу сидела на земле, не двигаясь. Прошло неизвестно сколько времени, Нин Шу открыла глаза и посмотрела на свою душу. Ей казалось, что ее душа укрепилась еще немного. Когда она коснулась ее, она почувствовала приятные ощущения. - Система, ты здесь? Я хочу начать задание. Нин Шу подняла голову, глядя на стену напротив нее. Она понятия не имела, где находится система. Сразу после того, как она сказала, она почувствовала сильное удушье. Черт, не могли ли они дать ей время, чтобы подготовиться? Или по крайней мере послать уведомление. Нин Шу упала без сознания. В тяжелой темноте она чувствовала, что рядом с ней кто-то есть и разговаривает с ней. С большим трудом она открыла глаза. Ее голова была тяжелой, она не могла двигаться вообще, а только смотреть на балдахин кровати над ней. Когда девушка-слуга рядом с кроватью увидела, что она проснулась, она, казалось, была очень тронута, и сразу же опустилась на колени рядом с кроватью и воскликнула: - Принцесса, вы проснулись! Затем она поспешно послала кого-то за имперским врачом. Нин Шу повернула голову и посмотрела на горничную, которая стояла на коленях рядом с кроватью. Ее волосы были собраны в элегантную прическу с орнаментом в виде цветка. На ней были атласные одежды с рисунком магнолий, поверх которых лежала накидка из сетчатой ткани. Еще несформировавшаяся грудь едва проступала через ткань. Тело Нин Шу было очень тяжелым, а живот был совершенно пуст. У нее даже не было сил поднять руку. - Принцесса, вам не нужно утруждать себя такими действиями. Девушка-служанка плакала и смеялась в то же время от облегчения. Нин Шу приложила много усилий, чтобы сказать: - Принеси мне немного еды. Служанка вытерла слезы. Когда она услышала, что Нин Шу хочет поесть, слезы радости снова потекли по ее лицу. Она подняла свои одежды, и выбежала из комнаты. Нин Шу лежала на кровати, будучи голодной до такой степени, что у кружилась голова. Сколько это тело голодало? Она умерла от недоедания? Ее мозг чувствовал хаос и одновременно пустоту. Она решила подождать до еды, чтобы получить сюжет этого мира. Девушка ранее назвала ее принцессой. По внешнему виду это тело имело очень высокий статус. Она никогда не думала, что ее фантазия стать маленькой принцессой исполнится. Девушка вернулась с миской с конджи. Конджи – это хорошо проваренная рисовая каша с мясом и овощами. Нин Шу почувствовала этот аромат, ее живот начал урчать. Горничная помогла Нин Шу привстать и сказала: - Принцесса, служанка вас накормит. Нин Шу кивнула, и радость мгновенно озарила лицо горничной. Она взяла ложкой немного каши и подула на нее, прежде чем покормить ею Нин Шу. Неизвестно, как долго это тело голодало, поскольку даже ложка конджи отозвалась болью в животе. К счастью, ее тело медленно поправлялось. Нин Шу доела миску конджи. Горничная помогла Нин Шу лечь. Нин Шу посмотрела на горничную. Ей было около пятнадцати лет, она была очень чувственной и красивой. Тем не менее, взгляд Нин Шу был сосредоточен на одежде этой девушки в области груди. Одежда этой эпохи была довольно открытой, что было похоже на одежду династии Тан. Он закрывал грудь спереди, но если смотреть сверху, то все было на виду. Нин Шу видела, что эта девушка ухаживает за своей хозяйкой. Она не только относилась к ней с уважением, но и казалась очень обеспокоенной. Нин Шу еще не получила сюжетную линию, поэтому она все еще не знала настоящего характера хоста. Однако, основываясь на более раннем поведении горничной, у нее, вероятно, была довольно хорошая личность. Сразу после того, как Нин Шу легла, еще одна горничная ворвалась в комнату. Вероятно, из-за того, что она бежала, на ее покрасневшем лице выступил пот. - - (Одежда династии Тан) [[image:/storage/reader-images/30548798a6e2d66e928a93eb250c637e36823da9.jpg]] ---------- Принцесса Цзяхуэй Горничная обратилась к Нин Шу. - Принцесса, врач уже здесь. Теперь, когда она съела немного, ей стало намного лучше. Нин Шу еще не получила сюжетную линию и не знала личности первоначального хозяина, поэтому она просто сказала мягко: - Вы обе, можете идти Обе горничные поклонились и покинули дворец. Нин Шу осматривалась и оценивала окружающее. Дворец был огромным. На антикварных полках были всевозможные редкие игрушки и красивые яркие цветы, стоявшие в изысканных фарфоровых вазах. Успокаивающий запах благовоний чадил из ​​эмалированной горелки с основой в виде красного сандалового дерева. Неподалеку от кровати из розового дерева с инкрустированным мрамором был столик из дерева Птерокарпус и слоновой кости, на котором были выгравированы зимние цветки сливы. Только глядя на эти предметы комнате Нин Шу могла сказать, что жизнь этой принцессы была довольно успешной. Так какая великая ненависть или обида, или сожаление заставили ее попросить помощи у системы? Нин Шу глубоко вздохнула и стала получать сюжет. Несмотря на то, что на этот раз она была психически подготовлена, она все равно ощущала острую боль в голове. Ее звали Ли Сюэшань, и она была единственной принцессой династии Великих Юн и единственной младшей сестрой нынешнего Императора. Император дал ей титул принцессы Цзяхуэй и даже дал ей земли в Тайюане. Было ясно, что ее сильно баловали. Ни один из зрителей не знал, почему Император так привязался к принцессе Цзяхуэй. В конце концов, они были братьями и сестрами, рожденными от одной и той же матери, поэтому для них не было удивительна такая дружба. Но они понятия не имели, чем принцесса Цзяхуэй пожертвовала во время борьбы Императора за нынешний трон. Она часто рисковала жизнью, делая все, что просил Император. Бой за трон был невообразимо горьким и отчаянным – к концу боя весь дворец был окрашен кровью. Император не щадил никого. Борьба за трон испугала министров, поэтому у Императора не было никаких проблем в решении государственных вопросов. Горечь, наконец, закончилась для принцессы Цзяхуэй, и она начала испытывать сладость жизни. Жизнь ее избаловала, и даже Императрице пришлось относиться к ней вежливо и дружелюбно. Наложницы и супруги во Внутреннем дворце, естественно, пытались выразить свое уважение к ней. Было бы разумно сказать, что такая жизнь казалась раем. Тем не менее, принцесса Цзяхуэй была женщиной, и любовь была тем, чего женщины жаждали больше всего. Даже принцесса пала жертвой любви к молодому человеку. Принцесса Цзяхуэй не была впечатлена теми выдающимися и талантливыми учеными, которые претенциозно ходили, будто они являлись чем-то необычным. У нее не было интереса к людям, кто пудрится будто женщина, и у которых даже не хватало сил разделать цыпленка. Только такой человек, как Дуань Синхуэй, дарил Цзяхуэй чувство безопасности. Этот молодой генерал был красив и прост. Он был прекрасен, когда он катался на лошади в битве. Цзяхуэй несколько раз встречалась с Дуань Синхуэем и обнаружила, что у нее оставались только хорошие впечатления. Хотя он всегда говорил осторожно и почтительно, он давал людям ощущение, что он заслуживал доверия. Дуань Синхуэй глубоко уважал Цзяхуэй, но никогда не давал ей никаких обещаний. Этот факт только усилил ее благоприятное мнение о нем. Цзяхуэй много раз встречала людей, которые лгали ей, поэтому она ценила поступки больше, чем словесные обещания. Император знал об этой ситуации, но он пока не принимал решений. Вместо этого он сначала присматривался, мог ли он доверить свою младшую сестру этому Дуань Синхуэю. Отношения Цзяхуэй и Дуань Синхуэя были секретом, но на самом деле о них знали многие. Но в это время снова начались волнения на границах государства. Похолодало, и бородатые гунны начали вторгаться в Центральную равнину с севера в борьбе за припасы. Император послал Дуань Синхуэя на фронт, и величественно объявил, что если он вернется с победой, он отдаст ему в жены свою сестру. ---------- Эмоции - причины бедствий Война зашла в тупик, затем из фронта пришло известие о том, что Дуань Синхуэй погиб. Известие ошеломило Цзяхуэй. После этого она отказывалась есть или пить. В конце концов, Император не мог больше смотреть на это, и заставил ее снова начать есть. Однако Цзяхуэй страдала от горя, и ее здоровье продолжало ухудшаться. Она даже думала о том, чтобы побрить голову и стать монахиней. Те, кто ушел, навсегда остаются в сердцах тех, кто все еще жил. Более того, шрам в ее сердце только будет увеличиваться. Однако вскоре после этого считавшийся мертвый Дуань Синхуэй вернулся в столицу с женщиной. Когда Нин Шу добралась до этой части сюжета, она уже поняла следующее развитие. Надменную избалованную принцессу одурачили, а настоящая любовь была между Дуань Синхуэем и другой девушкой. Нин Шу глубоко вздохнула, чувствуя сочувствие к оригинальному хозяину. В этом мире бедствия вызвали только эмоции. После этого сюжетная линия продолжалась лишь таким образом - Цзяхуэй не желала принять судьбу, и занималась только тем, что вызывала проблемы для них двоих. Она использовала всю свою власть принцессы, чтобы втоптать в грязь эту деревенщину, которая появилась из-за какого-то случайного угла. То, что удивило Цзяхуэй, было то, что человек, который казался ей очень устойчивым и серьезным, приходил в ярость, когда дело касалось этой деревенской девушки. Он сердито ревел и кричал, как незрелый мальчик. Ради этой деревенской девушки он бросил вызов императорскому указу и даже публично заявил, что будет любить всю эту женщину всю свою жизнь. Цзяхуэй почувствовала, как ее одурачили, и лицо ее горело. Она практически стала посмешищем - благородная принцесса проиграла деревенской девушке. Она не могла этого принять. Кем себя возомнила та девушка? Она была принцессой. Гордость принцессы не позволила бы ей проиграть так. После многочисленных попыток очернить деревенскую девушку, все начали критиковать Цзяхуэй, заявив, что она деспот, и что она только позорит династию Юн. Даже Император разочаровался в ней. Репутация Цзяхуэй только ухудшалась. Гунны выиграли войну и затребовали наложниц. Император был действительно разочарован в своей сестре, поэтому он приказал отправить именно её. Очевидно, здесь была и вина генерала Дуань Синхуэя в том, что военная ситуация изменилась. Он принимал бессмысленные, но грандиозные решения для хвастовства, которые люди Центральной равнины рассматривали как позерство. Цзяхуэй была очень аристократичной и надменной принцессой. Более того, она до сих пор оплакивала Дуань Синхуэя. Теперь ей приходилось отправиться в очень плохую среду, где женщин даже не рассматривали как людей. Статус Цзяхуэй, как принцессы, не принес ей никаких преимуществ, а даже наоборот – гунны издевались над ней еще больше. Гунны были порочными и били женщин под малейшим предлогом Жизнь, в которой она жила, была хуже смерти для нее. Сердце Цзяхуэй онемело, и ее прежде красивое лицо стало разъеденным песчаным ветром. Она не знала, что делала неправильно. Просьба настоящей Цзяхуэй: Во-первых, она не хотела больше любить этого жестокого и бессовестного Дуань Синхуэя. Во-вторых, она хотела заставить этих двух людей пострадать и заплатить за то, что они сделали. В-третьих, она хотела стать благородной и возвышенной принцессой. Она не хотела, чтобы что-то когда-то могло ее одолеть, она не хотела разочаровывать своего старшего брата-Императора, она не хотела, чтобы ее выдавали замуж, она не хотела идти в это дикое место, полное унижений. Нин Шу: ... В конце концов, она могла распутать это дело. Дуань Синхуэй был источником всех страданий Цзяхуэй. Он был как ключ, открывший ящик Пандоры. То, что заставило Нин Шу немного напрячься, было фактом, что она попала в историю немного поздно. Прямо сейчас, уже появились новости о смерти Дуань Синхуэя. Цзяхуэй отказывалась есть и пить. У нее было намерение умереть вместе с ним. ---------- Дальнейшая жизнь Лин Цзяцзя Лин Цзяцзя тяжело подняла голову со школьного стола. Она попыталась сфокусироваться на учителе, но она лишь видела движения его рта. Голова кружилась и отдавала болью. Лин Цзяцзя рефлекторно посмотрела на место перед собой. Женщины, которую она ненавидела больше всего, больше не было. Может, это ей показалось? Или все вещи во сне действительно произошли? Линг Сюэ действительно исчезла из ее жизни. Человек во сне был ею, но это была не она. Она наблюдала со стороны, как все происходило. Раздался звонок, который сигнализировал о завершении занятия. Лин Цзяцзя поднялась со своего места, и трехногий стол упал на землю. Это было неловким моментом, но почему-то сердце Лин Цзяцзя было очень спокойным, и она неторопливо подняла стол. Все вокруг только взглянули на нее и отвели взгляд. Они больше не обращали на нее особого внимания. Их отношение ненависти и насмешек сменилось беззаботностью. Когда Ронг, которая всегда издевалась над ней, встретила ее взгляд, она просто отвела взгляд. Лин Цзяцзя озадачилась еще больше. Неужели все, что она видела во сне, было реальным? Прямо в этот момент двое парней занесли стол в класс. Этот стол был совершенно новым. Они заменили стол Лин Цзяцзя на новенький. - Что вы, ребята, делаете? - спросила Лин Цзяцзя. Ее старый стол был исцарапан, порезан ножом, и у него даже отсутствовала одна ножка. - Распоряжение школы. Ваш стол разбит, поэтому, конечно, его нужно заменить, - ответил один из сотрудников школы. Губы Лин Цзяцзя дрогнули. Почему они не подумали об этом раньше? Однако Лин Цзяцзя помнила свое положение, и могла сказать только: - Спасибо. - Я попросил их заменить ваш стол, - Ленг Ао подошел к Лин Цзяцзя, держа руки в карманах. Он продолжал смотреть на нее сверху вниз. Когда Лин Цзяцзя увидела Ленг Ао, она рефлекторно нахмурилась. Она чувствовала себя немного озадаченной своей реакцией. Логически говоря, она должна была быть очень взволнована и счастлива видеть Ленг Ао, почему ее сердце наполнилось такой неприязнью к нему? Это было невозможно. - Что ты имеешь в виду? - Лин Цзяцзя не знала почему, но ее руки чесались. Она действительно хотела сразиться с Ленг Ао и бросить его через плечо. Ленг Ао нахмурился. - Ты недовольна? Я принес тебе новый стол. - Спасибо, - равнодушно сказала Лин Цзяцзя, смотря на Ленг Ао. Он был высоким с очень красивыми яркими глазами. Это был первый раз, когда она была так близка к Ленг Ао, но она не чувствовала себя взволнованной. - Тебе нравится? - Ленг Ао увидел, что Лин Цзяцзя изучает его. По какой-то причине он вдруг почувствовал себя нервно. Когда он говорил, он касался переносицы. - О, спасибо, - сказала Лин Цзяцзя. Ленг Ао поднял подбородок и спросил: - В прошлый раз я предлагал свою дружбу. Ты подумала над этим? Подруга? Когда это случилось? Она этого не помнила. Так много вещей изменилось. Линг Сюэ исчезла, и теперь Ленг Ао фактически хотел, чтобы она была его подругой. Это все, о чем она даже не осмеливалась бы мечтать в прошлом. Стать подругой Ленг Ао? Лин Цзяцзя колебалась. Надежда в глазах Ленг Ао немного потускнела, но он сказал: - Поскольку ты не отвечаешь, я расцениваю это как согласие. - Я не соглашалась. Ленг Ао, пожалуйста, не решай по собственной инициативе, - холодно сказала Лин Цзяцзя. А? Как она может говорить с таким равнодушием и силой? Ленг Ао изменился в лице - его лицо выражало боль и сердитость. Лин Цзяцзя обошла его и покинула класс. Она была немного смущена. Как изменился мир после того, как она вздремнула? ---------- Дальнейшая жизнь Лин Цзяцзя (2) В тот момент, когда она вышла из класса, она увидела мужчину в белом медицинском халате. Прислонившись к балкону, он выглядел очень высоким и очень молчаливым, а очки в золотой оправе только придавали холода и элегантности его лицу. Когда Лин Цзяцзя увидела этого человека, ее сердце внезапно прыгнуло. Ее интуиция сказала ей, что этот человек был очень опасен, поэтому она обогнула его, направляясь в уборную. Его рука схватила ее. - Школьный врач? - инстинктивно вырвалось у нее. Школьный врач прищурился, глядя на Лин Цзяцзя очень глубоким и изумительным взглядом. Он пристально осматривал ее лицо дюйм за дюймом, словно искал что-то. - Вам что-то надо? - спросила Лин Цзяцзя. Школьный врач посмотрел на Лин Цзяцзя и обнаружил, что ее выражение было безразличным. Бывших случайных улыбок больше не было. Он отпустил ее руку и спросил равнодушно: - Ты не она? - Что? - Лин Цзяцзя была полностью сбита с толку. Глаза школьного доктора выглядели холодно, но сразу же он снова улыбнулся. - Видимо, я принял тебя за кого-то. Сказав это, он ушел. Лин Цзяцзя покачала головой. Ей нужно некоторое время, чтобы успокоиться. Затем следующие события заставили ее еще больше потерять дар речи. Ее отец услышал, что Ленг Ао хотел, чтобы она была его подругой, и поэтому он хотел вернуть ее в семью Лин. Что это было? Они выгнали ее, и теперь они хотят вернуть ее обратно? Лин Цзяцзя никогда не думала о желании вернуться в семью Лин. Несмотря на то, что она была в одиночестве, она чувствовала себя совершенно свободной в этой жизни. Когда они попытались сказать ей, как они любят ее, и как у них не было другого выбора, Лин Цзяцзя просто улыбнулась. Когда они не нуждались в ней, они использовали ее как щит. У нее все еще была газета, в которой они заявляли, что разорвали с ней все связи. Лин Цзяцзя не знала, кто именно был в ее теле, но она была искренне благодарна этому человеку от всего сердца. Она никогда не думала, что однажды ее жизнь может быть настолько свободной. Ей не нужно было снова слушать разговоры отца каждый день о том, как ей нужно жертвовать собой ради семьи. Она даже не была их биологическим ребенком. Просто семья Лин не имела детей даже после долгого брака, и, согласно суеверию, гласившему, что если они усыновят или удочерят ребенка, у них родится свой, они купили Лин Цзяцзя у бедной семьи. Кроме того, поскольку Академия Туза больше не намерена была ее исключать, она продолжала ходить в школу. Лин Цзяцзя улыбнулась. Теперь, когда она была явно бессильной сиротой, аристократическая школа все еще позволяла ей учиться. С тех пор как она отвергла Ленг Ао, он упорно ходил за ней по пятам. Иногда она становилась слишком раздраженной и про давала ему взбучку. Но Ленг Ао, казалось, уже привык к этому способу взаимодействия. На его лице не было никакого недовольства. Может быть, Ленг Ао нравилось это? Когда все относились к нему с уважением, он всегда реагировал безмолвно. Она была холодной и высокомерной по отношению к нему, но ему, похоже, нравилось это? Разве это не мазохизм? Выражение Линь Цзяцзя стало очень странным. Было так, что слишком много людей уважали его, поэтому ему нравились люди, которые относятся к нему холодно? ---------- Человек-айсберг Нин Шу почувствовала головокружение после получения сюжета. Ее сердце слегка болело. Нин Шу вздохнула. Для человека, который когда-то считал больницу домом, не было ничего более важного, чем здоровое тело. Зачем вредить себе таким образом? Главное желание хоста, чтобы разлюбить этого жестокого и недобросовестного генерала, было тем, что Нин Шу могла бы сделать. Что касается отмщения этой скромной паре и избегания брака... Все, что она могла сделать, это начать двигаться шаг за шагом Нин Шу чувствовала, что эта задача легче, чем задача последнего мира. По крайней мере, там не было такого сверхсущества, как Линг Сюэ. Более того, она была принцессой, и имела высокий статус. По сравнению с деревенской девушкой у нее было довольно много преимуществ. Когда Нин Шу думала об этих вещах, она снова заснула. Это тело было слишком слабым. Почему она всегда была в таком жалком состоянии, когда она входила в мир задач? Она не знала, как долго она спала. Когда она проснулась снова, ее тело было липким от пота. Ей пришлось сделать усилие, чтобы открыть глаза. Первое, что она увидела, - кто-то сидел молча рядом с кроватью. Его присутствие испугало ее, и она невольно воскликнула «ах», а ее сердце так сильно подпрыгнуло, что чуть не выпрыгнуло из ее груди. Когда человек увидел удивление Нин Шу, он просто сказал мягко: - Ты проснулась. - Император, - Нин Шу попыталась сесть. Она знала из воспоминаний хоста, кто этот человек. Этот человек был нынешним Императором Ли Вэнем. Хотя его имя звучало нежно, оно не соответствовало его внушительной ауре, его холодному и достойному выражению лица. (Ли означает сливу, Вэнь означает тепло. Это имя считается именем для доброго человека) Ли Вэнь был одет в робу с изображением драконов. У него были очень красивые и очерченные черты, похожие на штрихи картины. Его манеры были жесткими и холодными, как лед. Его высокомерие и уважаемый статус сделали его очень привлекательным мужчиной с обаянием, перед которым ни одна женщина не могла устоять. Одним словом, он был айсбергом. Даже когда он стоял перед хостом, перед своей младшей сестрой, он не улыбался. Его привязанность доказывалась делом - он подарил ей необычайно хороший статус и другие блага. Ли Вэнь был прирожденным монархом. Он был опытным в действиях, осторожным со словами и выражениями, и никто не мог прочитать его. Тело Нин Шу подсознательно напряглось. Ее острые чувства говорили ей, что он опасен, словно лев, который спрятал свои когти. - Все в порядке, если ты будешь лежать, - мягко сказал Ли Вэнь. Он посмотрел на лицо Нин Шу. После паузы он сказал: - Этот еще не подтвердилось. Ты не должна разрушать свое собственное здоровье таким образом. Он нахмурил брови. Увидев, что голова его сестры была покрыта холодным потом, а ее волосы были влажными, он смягчил его тон. - Цзяхуэй, не будь такой упрямой. Нин Шу почувствовала холод и потеряла дар речи. Ее траур из-за смерти ее будущего мужа просто превратился в упрямство. Нин Шу открыла рот и, наконец, сказала: - Цзяхуэй понимает. - Кто-нибудь, зайдите, - крикнул Ли Вэнь в дверь. Его голос таким был глубоким, что заставляло людей инстинктивно подчиняться ему. В комнату вошли сразу две девочки-слуги. Нин Шу сузила глаза. Одной из них была Мяо Цин, другой - Юань Дун. Эти двое были служанками хоста. Они были очень интересными персонажами. Ей стало смешно. Ли Вэнь сказал им: - Позаботьтесь о принцессе. - Поняла вас, - сказали Мяо Цин и Юань Дун в унисон. Ли Вэнь, казалось, был занят правительственными делами. После того, как он спросил о здоровье Нин Шу, он ушел. Нин Шу не знала, заметил ли Ли Вэнь какую-то странность или нет. ---------- Молчание перед лежащим тигром Когда Юань Дун поднялась и увидела, что лоб Нин Шу был покрыт потом, она сразу же смочила платок и протерла лоб Нин Шу. Нин Шу посмотрела на нее. У этой девушки была красивая внешность. Было просто позором, что она была той, у кого есть свои мечты в жизни, но она должна прислуживать ей. Нин Шу сказала Мяо Цин, которая поправляла одеяло: - Я ... принцесса хочет поесть. Мяо Цин подпрыгнула от неожиданности и тут же бросилась готовить еду Нин Шу. Нин Шу наблюдала, как та вышла из дворца. Кадры пронеслись сквозь ее глаза. В конце Мяо Цин стала супругой Ли Вэня. Нин Шу перевела взгляд на Юань Дун. Эта девушка уйдет с ней, когда ее отправят, как наложницу, к гуннам, и тоже станет их игрушкой. Однако это не означало, что она была очень предана хосту. Более того, эта девушка сама полюбила Дуань Синхуэя. Тем не менее, Дуань Синхуэй влюбился в деревенскую девушку и уничтожил надежды Юань Дун стать его спальной горничной. Хотя это был морганатический брак, у всех жен были специальные спальные служанки. Когда у жены была менструация или беременность, спальная служанка заменяла ее в постели. (Морганатический брак – брак между лицами неравного положения, при котором супруг более низкого положения не получает в результате брака такого же высокого социального положения. Такой брак является частым случае мезальянса.) Цзяхуэй и Юань Дун преследовали одну и ту же цель, поэтому они работали вместе, чтобы уничтожить деревенскую девушку. Кстати, имя деревенской девушки было Эр Я. Это было типичное сельское имя. Позже оно было изменено на другое, новое и приятное. Спустя некоторое время Мяо Цин вернулась со специальной, мягкой едой. Нин Шу незачем было разрушать свое здоровье, как это делал хост. Сейчас не было ничего более важного, чем здоровое тело. Мяо Цин начала кормить ее. Нин Шу не брезговала этим, поскольку это сейчас была единственная возможность съесть хоть что-то.. После того, как она съела миску Конджи, Мяо Цин вытерла рот Нин Шу платком. Нин Шу видела, что служанки на самом деле очень внимательны к хосту. Однако, в конце концов, они обе предали своего хозяина ради любви. После еды Нин Шу закрыла глаза, чтобы снова заснуть. Сон естественно восстановил здоровье. Прямо сейчас Нин Шу нуждалась в здоровом теле, чтобы выполнить свою задачу. Она ненавидела людей, которые злоупотребляли своими возможностями. Они не знали, что основными сокровищами были их собственные тела. Ли Вэнь снова посетил ее ночью. Он стоял рядом с кроватью без звука и опять испугал Нин Шу настолько, что она даже не могла говорить на мгновение. - Император. - Чувствуешь себя лучше? - Ли Вэнь посмотрел на Нин Шу. Увидев, что ее цвет лица немного улучшился, он кивнул и сказал: - У тебя с утра улучшился цвет лица. - Спасибо, Старший брат-Император, за вашу заботу. Нин Шу очень тронута. Ли Вэнь не ответил, и атмосфера сразу стала немного странной. Нин Шу не знала, что сказать, поскольку чем больше человек говорил, тем больше ошибок делал. Было бы ужасно, если бы она разоблачила себя. Человек перед ней был очень опасен. Просто взглянув в эти темные глаза, она почувствовала холод, как будто столкнулась с тишиной. Нин Шу чувствовала себя очень непросто внутри. Почему ты стоишь там, как деревянный столб? Конечно, Нин Шу осмеливалась сказать это только в своем сердце. У нее все еще не хватало смелости спровоцировать Императора. Они двое молчали. Нин Шу наклонила голову и взглянула на Ли Вэня. Он слегка прищурил глаза, и в результате вся его аура стала очень напряженной. Нин Шу была очень подавлена. Что именно он хотел? Это молчаливое ожидание сводило ее с ума. Она, наконец, больше не могла этого вынести и взяла на себя инициативу, чтобы сказать: - Старший брат-Император, вы можете заняться правительственными делами спокойно. Цзяхуэй в порядке. ---------- Мяо Цин Когда Ли Вэнь услышал просьбу Нин Шу, он сузил свои темные глаза и сказал мягко: - Я уйду. Ты должна следить за своим здоровьем. Даже если Дуань Синхуэя не станет, кроме него есть еще женихи. Ли Вэнь тоже говорил это в другой сюжетной линии, но принцесса Цзяхуэй ответила тогда ему: - В мире только один Дуань Синхуэй. Сейчас, конечно, Нин Шу не сказала бы этого. В прошлой жизни она настолько раздражила Ли Вэня, что он решил отправить ее в качестве наложницы. Нин Шу позволила себе показать скорбь на лице, и почтительно ответила: - Император, прямо сейчас у Цзяхуэй хаос в голове, и она не хочет ни о чем думать. Глаза Ли Вэня слегка прищурились. По какой-то причине каждый раз, когда Нин Шу видела, как он прищуривался, она чувствовала, как впадает в панику. Она старалась изо всех сил подражать выражениям и привычкам хоста. Может быть, ее актерское мастерство было таким дрянным? Ли Вэнь кивнул и сказал: - Если вам что-нибудь понадобится, я всегда буду готов. Затем он повторил служанкам: - Служите принцессе. - Да, ваше высочество! - Две горничные опять ответили одновременно. Тем не менее, глаза Мяо Цин оставались приклеенными к Ли Вэню, пока он не покинул Дворец Сада Орхидей. Нин Шу наблюдала за ней со стороны, затем покачала головой. Предыдущая Цзяхуэй серьезно не обращала внимания на своих личных служанок. Она понятия не имела, что одна из них любит ее брата Ли Вэня, а другая полюбит Дуань Синхуэя. Как грустно. В последующие дни Нин Шу спокойно проводила время, сосредоточившись на восстановлении. Тем не менее, именно в эти дни она действительно испытала, насколько избалован был хост. Наложницы приходили к ней каждый день. Количество получаемых подарков, которые она получала каждый день, приходилось подсчитывать с помощью корзин. Все они были обычно как минимум редкими драгоценностями. Были даже носовые платки индивидуального пошива и дорогие туфли. Конечно, Нин Шу не встречала этих людей лично, ее тело еще не оправилось. В конце концов, внутри дворца было слишком много женщин. Она не знала никого из гарема императора. Нин Шу видела, что Мяо Цин и Юань Дун не удивлялись подаркам. Они даже смотрели на этих наложниц с некоторым презрением. Нин Шу могла предположить, что эти служанки следовали примеру самой Цзяхуэй, которая сама выражала презрение. - Принцесса, вы позволите служанке донести эти вещи до хранилища? - Мяо Цин спросила Нин Шу, чтобы проверить ее выражение лица. После короткой нерешительной паузы она сказала: - Принцесса, этими подарками наложницы просто хотят заработать репутацию в глазах его высочества. Хост и Нин Шу обе знали это, нужна ли им служанка, чтобы напоминать им об этом каждый день? Однако Цзяхуэй действительно считала, что Мяо Цин была очень хорошим человеком. Нин Шу знала, поскольку чувствовала, как бы отреагировал хост. Мяо Цин любила Ли Вэня. Из-за Цзяхуэй Мяо Цин имела гораздо больше шансов увидеть Императора, чем большинство наложниц во Внутреннем дворце. Единственная причина, по которой Мяо Цин говорила это, была тем, что она была раздражена и завидовала этим супругам. Нин Шу просто взглянула на нее равнодушно. Раньше, когда хост услышала это от Мяо Цин, она была в ярости из-за того, что эти женщины пытались ее использовать. Когда Мяо Цин увидела, что принцесса не обратила на нее никакого внимания, ее сердце утонуло. Она молча пошла складывать вещи в хранилище. ---------- Неожиданный эффект Как и ожидалось от дворцовых женщин, ни одна из них не была обычной. Кто-то продолжил бы пытаться посеять разногласия, но Мяо Цин ясно знала, когда остановиться. Нин Шу чувствовала, что и хоста определенно нельзя назвать простой. В битве за трон она взяла на себя инициативу, чтобы сделать все для Ли Вэня, и видела довольно много темных вещей. Однако ее считали глуповатой и тщеславной, поскольку она очень обидела всех женщин во Внутреннем дворце. Она смотрела на всех девушек во Внутреннем дворце, как на тех, кто живет за чужой счет. В конце концов, ни один человек не заступился за нее в конце, когда ее отправляли за границу. Все согласились, чтобы ее отослали. Это также было довольно впечатляюще, поскольку отношения между ними должны быть действительно ужасными. Нин Шу немного подумала, затем сказала: - Запишите всех их, и разошлите ответные подарки в соответствии со стандартами этикета. Мяо Цин и Юань Дун, которые разбирали подарки, застыли, потому что принцесса никогда не дарила подарки в ответ. Ее внезапный приказ на раздачу подарков вверг их в полный шок. Однако, они обе были опытными дворцовыми горничными и быстро сориентировались. Взаимодействие между людьми всегда основывалось на взаимности. То, как Цзяхуэй принимала подарки, но не дарила подарки в ответ, выражало ее нехотение контактировать с этими женщинами. Это может быть не обидно? Хотя девушки во Внутреннем дворце стискивали зубы и проклинали ее, они не могли ничего сделать с хостом. Стена упадет, только если все толкнут. Множество факторов способствовало тому, что Цзяхуэй окажется в таком положении. - Принцесса, ты действительно хочешь подарить им подарки? - спросила Мяо Цин, - это дарит им лицо. Нин Шу просто взглянула на нее, не сказав. Это вызвало беспокойство Мяо Цин. Она и Юань Дун видели, сколько страданий перенесла принцесса. Однако теперь она была такой спокойной, что это было страшно. Не может быть, что она сошла с ума от боли? Конечно, они могли только молча удивляться этому. Хотя обе горничные сильно не хотели, но они быстро справились с задачами и уже отправили подарки всем женщинам в ответ. Жены и наложницы были удивлены и тронуты, когда получили подарки от принцессы Цзяхуэй. Нин Шу задавалась вопросом, стоит ли ей искать Дуань Синхуэя. Однако она отвергла эту идею сразу после ее появления. В это время Дуань Синхуэй, вероятно, уже был спасен девушкой Эр Я. Более того, если принцесса захочет пойти на поиски, это должно было быть сделано с адекватной защитой и королевским достоинством. Ей придется притащить туда кучу людей, а когда они достигнут границы, Дуань Синхуэй может уже вернуться. Дуань Синхуэй и Эр Я нашли друг друга без всяких посредников. Когда Эр Я ухаживала за Дуань Синхуэем, который был ранен, у них произошел физический контакт. Знакомство порождает любовь, сухая древесина начала гореть, зажегся огонь любви. Короче говоря, двое людей влюбились, это была настоящая любовь. Задача должна была подождать, пока Дуань Синхуэй не вернет Эр Я обратно в столицу. До тех пор она должна просто сосредоточиться на восстановлении ее репутации в глазах Императора. Поскольку она не хотела, чтобы ее отправляли к гуннам, ей приходилось показывать свою ценность. Чем она могла помочь Ли Вэню? У него и так слишком много людей, чтобы заниматься такими вещами, наливание ему воды и чая. Эффект увеличения благоприятного впечатления к ней был бы небольшим, но все же этим стоило заниматься. Нин Шу искренне сосредоточилась на выздоровлении. В течение всего времени на ее лице не было намека на улыбку, поэтому Мяо Цин и Юань Дун, которые посещали ее, были сильно смущены. Они были очень осторожны во всем, что они говорили. Мяо Цин больше не осмеливалась провоцировать Нин Шу. Нин Шу заметила, что глаза Юань Дун были немного красными, но каждый раз, когда она спрашивала об этом, Юань Дун говорила только, что это из-за того, что сильно терла глаза. Нин Шу многозначительно смотрела на них. Ее непонятный взгляд заставил двух девиц чувствовать себя еще более напуганными. Они чувствовали, что глаза принцессы, казалось, проникают в них и видят тайны, скрытые в глубине их сердец. Следовательно, Мяо Цин и Юань Дун стали более внимательными к Нин Шу. Их всесторонняя внимательность помогла тому, чтобы дни Нин Шу проходили куда легче. Это был эффект, который Нин Шу не могла ожидать. ---------- Младшая сестра Большого Босса Нин Шу выздоровела за полмесяца обильной еды и хорошего ухода. Теперь ее лицо стало белым и цветущим. Не похоже, что она убивалась по кому-нибудь. В тот момент, когда супруги и наложницы во Внутреннем дворце услышали, что принцесса Цзяхуэй оправилась, они все собрались навестить ее. Нин Шу массировала голову. Комната была наполнена девушками, и ароматы от их духов, которые они применяли, смешались и создали такой сильный запах, что у нее болела голова. У жен были разные стили и темпераменты. Были очаровательные, прекрасные, невинные, одинокие, нежные, добродетельные ... Были девушки всех типов. Ли Вэню с этим повезло. Нин Шу естественно поняла, что единственная цель, для которой эти супруги приходили в дворец Сада Орхидей, - это увидеть Ли Вэня. Хотя жены прилагали много усилий, чтобы найти темы для разговора и спрашивать о ее здоровье, они постоянно смотрели на вход во дворец. Нин Шу не трудилась разоблачать их. Она только что приехала в этот мир и должна была узнать о текущей ситуации во дворце. Из слов, которые говорили жены, она могла понять, какие из них были любимыми женами императора, а какие нет. Она могла даже определить из колючих слов жен, кто на кого держал обиду, и, исходя из этого, выяснила фракции. - Император прибыл, - из-за двери раздался очень неприятный и скрипучий голос. Однако для женщин в комнате этот голос был приятнее любого другого. Каждая из них оживилась и посмотрела на вход с сияющей улыбкой. Ли Вэнь вошел во дворец. Нин Шу сразу почувствовал холод. - Ваше Величество, надеюсь, вы в добром здравии. Все комнатные женщины бросились к Ли Вэню. Их движения были прекрасными и очаровательными, а их голоса самыми нежными. Они показывались Ли Вэню в самом лучшем свете. Некоторые более смелые даже пытались случайно оголить их хорошо округлую белую грудь, казалось бы, непреднамеренно. Это была потрясающая сцена сотен девушек, конкурирующих между собой. Нин Шу внутренне потеряла дар речи, глядя на комнату красивых женщин. Любая из этих женщин, помещенная в современный мир, будет преследоваться бесчисленными поклонниками, но все они застряли в этом месте, в сражении за одного человека. Это была серьезная трата ресурсов. Ли Вэнь был безразличен к женщинам в комнате и просто сказал: - Вы можете подняться. Жена, которая была рядом с Ли Вэнем, целенаправленно споткнулась и попыталась упасть в руки Ли Вэня. Ли Вэнь шагнул в сторону, и девушка упала на землю. Губы Нин Шу дрогнули в улыбке. Этот Император серьезно был не с самым лучшим характером. Что, было так трудно словить свою собственную жену на секунду? Да, это была девушка, которая притворялась, но это была прекрасная девушка. Поймай он ее хоть раз, она бы растаяла от радости. Ли Вэнь даже не потрудился взглянуть на жен, и направился прямо к Нин Шу, чтобы спросить мягко: - Ты выглядишь так, будто ты выздоровела? Нин Шу поклонилась. - Большое спасибо за беспокойство, старший брат-Император. Цзяхуэй намного лучше. Ли Вэнь кивнул, его выражение все еще осталось холодным. - Даже если Дуань Синхуэй не появится, в Великом Юне есть еще хорошие люди, моя сестра. Нин Шу автоматически перевела его слова. Ты младшая сестра Большого Босса, ты можешь выбрать себе любого человека в мире. Нин Шу показала грустное выражение, и сказала : - Спасибо, старший брат-Император, за вашу заботу. Младшая сестра не хочет думать об этом сейчас. Ли Вэнь пристально посмотрел на Нин Шу. Он посмотрел на лицо Нин Шу, затем кивнул. После того, как он сказал «гм», он больше не говорил и просто сидел на стуле некоторое время перед отъездом. - Император уходит ... Главный евнух Цзян, исполнил упрямый и мелодичный призыв своим резким голосом. ---------- Благородная Жена Ду и Императрица Когда Ли Вэнь ушел, все обратили завистливые взгляды на Нин Шу. Нин Шу чувствовала, что их взгляды содержали зависть, ревность и некоторые даже крайнюю ненависть. Нин Шу оглянулась и увидела женщину, одетую в ночную фиолетовую шелковую одежду дворцового дворца. Ее выражение было надменным и суровым, а глаза несли неудержимую зависть и отвращение. Нин Шу о чем-то вспоминала, а затем ухмыльнулась при виде этой женщины. Это была Благородная Жена Ду. Ненависть между Благородной Женой Ду и хостом фактически началась из-за Императрицы. В сердце хоста была только одна невестка, и это была Императрица. Цзяхуэй всегда чувствовала неуважение ко всем другим женщинам. Между тем, Императрица и Благородная Жена Ду были равны в своей власти. Однако усилиями хоста Императрица получила преимущество. Вот почему Благородная Жена Ду не питала положительных чувств к принцессе Цзяхуэй. Единственной причиной, по которой она приходила во дворец Сада Орхидей, было то, что все жены пошли, и она не смогла бы объяснить, почему она не пошла. Она сделала это только для Ли Вэня, поскольку он очень любил младшую сестру. Нин Шу продолжала массировать лоб, чувствуя головную боль. Действительно ли было хорошей идеей вмешиваться в дела старшего брата? Хост принимала участие во дворцовых сражениях до самого конца, когда лучшим решением было просто оставаться в стороне. Инцидент, благодаря которому Цзяхуэй отправили, как наложницу, состоялся в том числе благодаря поддержке Благородной Жены Ду. Иначе говоря, хост была идиоткой в вопросах человеческих отношений. Отчасти это было связано с тем, что она считала выше своего достоинства налаживать с кем-то отношения. Цзяхуэй не могла считаться плохим человеком - ее мысли были совершенно чистыми, но ее личность была слишком высокомерной. Она была просто тщеславной. - Благородная Жена Ду выглядит такой, потому что старший брат-Император говорил с этой принцессой, но не говорил с тобой? Вот почему ты так сердишься? - прямо сказала Нин Шу. Выражение лица Благородной Жены Ду превратилось в лед. Эта дура сказала первое, что пришло в голову. Во дворце каждому человеку приходилось уделять пристальное внимание каждому слову, чтобы оно не могло никого обидеть, и Благородная Жена Ду была не из тех, кто мог сказать такое колючее и прямое предложение. Все в комнате почувствовали себя неловко, вероятно, из-за слишком откровенных слов. Нин Шу наблюдала, как благородная супруга Ду в гневе, и улыбнулась. У них не было никакого способа установить связь. Так как это было не изменить, лучше просто снять маску сердечности, чтобы это сделало ее нерешительной. Нин Шу решила нанести визит Императрице. Хост обычно все рассказывала своей невестке, и их отношения по-прежнему считались довольно хорошими. Однако, могла ли быть настоящая дружба во Внутреннем дворце? Тем более между младшей сестрой и ее невесткой. Нин Шу отправилась в Дворец Озер Феникса. Когда она вошла во дворец, она увидела, что Императрица сидит на украшенном драгоценными камнями троне из палисандра. Когда императрица увидела Нин Шу, она поспешно встала и направилась к Нин Шу. Нин Шу пошла навстречу к ней. - Мое уважение Императрице-невестке. Императрица поспешно остановила Нин Шу. Взяв ее руку, она показала теплую улыбку. - Ты прекрасно выглядишь! Цзяхуэй, дитя, ты серьезно испугала свою невестку. Император очень беспокоится о тебе. - Спасибо, Императрица, Цзяхуэй уже лучше, - сказала Нин Шу. ---------- Оставить Императорский дворец Императрица очень беспокоилась насчет Нин Шу. Несомненно, она просто хотела показать, что она очень заботилась о своей невестке. Некоторое время Нин Шу поддерживала разговор. Затем императрица плавно переместила тему на то, насколько сложна борьба во Внутреннем дворце и, без следа неестественности, на тему того, кто из жен что делает. Императрица рассказывала, что во Внутреннем дворце не было ни одного человека, который бы не боялся Ли Вэня. Императрица призывала Нин Шу пожаловаться Ли Вэню. Слова Императрицы были полны лукавых поворотов, но все же они эффективно заставляли Нин Шу чувствовать отвращение к этим женам. В предыдущей жизни хост закончил именно тем, что стал щитом Императрицы. Хотя, Нин Шу должна была признать, что хост была подходящей на роль пушечного мяса. Император также использовал хоста. Однако после того, как он получил то, что хотел, он дал ей все, что хотела она. А императрица использовала ее за так, ничего не вернув. Нин Шу чувствовала, что этот дворец также полон опасности. Но ее задачей был Дуань Синхуэй и Эр Я, поэтому она не хотела ни с кем бороться. Более того, Нин Шу могла заметить, что в этом дворце не было никого, кто мог бы ей помочь. Было бы здорово, если бы эти люди просто не добавляли ей проблем. Нин Шу решила покинуть Императорский дворец. - Цзяхуэй, о чем ты думаешь? - Императрица увидела, что, хотя она много говорила, человек, с которым она разговаривала, казался рассеянным, а не негодующим, как у нее получалось делать в прошлом. Как женщина, Императрица не хотела делиться своим мужем еще с кем-то. Однако ее нынешняя позиция не позволяла ей напрямую встревать в дворцовую борьбу. Она была лицом нации. Она должна быть добродетельной, великодушной и должна помогать Императору присматривать за его женщинами, чтобы Император не беспокоился о делах Внутреннего дворца. Не нужно было упоминать, какую боль Императрица чувствовала, глядя на остальных жен. Ради удовлетворения Императора она делала все. Однако Император все еще был холоден и безразличен к ней. Императрица не только ненавидела жен во Внутреннем дворце, но и завидовала этой принцессе, потому что отношение Ли Вэня к ней было намного лучше. Даже ей, Императрице, не нравилось такое обращение. - Человек уже скончался. Цзяхуэй, ты должна заботиться о своем здоровье. Ты сестра императора, единственная принцесса Великого Юна. Есть бесчисленное множество хороших людей, ты всегда можешь выбрать из них, - сказала Императрица, чтобы успокоить Нин Шу. Нин Шу не знала, показалось ли ей, но на самом деле она услышала небольшую остроту в разговоре императрицы. Нин Шу чувствовала себя немного усталой от этого. Она взглянула на императрицу. На самом деле Императрица была очень красивой женщиной. Просто ей приходилось поддерживать свое величественное выражение лица, поэтому ее манера казалась немного жесткой и высокомерной. Тот факт, что она преднамеренно подставила ее в прошлом, показал, что Императрица была очень небезопасна в глубине души. Однако хост действительно чувствовала, что такая Императрица была достаточно хороша, чтобы быть ее невесткой. Цзяхуэй чувствовала вражду к женам Внутреннего дворца, и чувствовала, что ее невестка тоже много страдала. С точки зрения Нин Шу Императрица просто использовала сочувствие хоста к ней. Нин Шу, подражая хосту, рассказывала о своих проблемах императрице: - Императрица, у меня так болит сердце. Почему он просто ушел? - Нин Шу прижала свой платок к глазам, взглянув на выражение Императрицы. Слезы восторга быстро вспыхнули в глазах Императрицы, но на ее лице было такое выражение, как будто она испытывала такую ​​же боль, что и у Нин Шу. Нин Шу молча сделала твердое обещания, что она покинет дворец. Если она останется здесь, ей пришлось бы иметь дело с этими невесткой. Это бы тратило слишком много умственных и физических усилий. Жены здесь либо ненавидели, либо опасались ее, либо пытались перетащить ее на свою сторону. Из-за того, что Ли Вэнь любил свою сестру, было неизбежно, что ее затащат в свои ссоры во Внутреннем дворце. У нее не было сил воевать с этими женщинами. Вместо того, чтобы приезжать сюда, чтобы поприветствовать Императрицу, было бы лучше просто сосредоточить усилия на Ли Вэне. Более того, Императрица не была так хороша, как она выглядела. Она, как фрукт, выглядела сладким снаружи, но очень горьким внутри. Нин Шу поговорила еще немного с императрицей, а затем взяла свой носовой платок, чтобы стереть свои несуществующие слезы, прежде чем отправиться обратно в свой дворец с Мяо Цин и Юань Дун. ---------- Упаковать вещи - Вы двое, соберите все вещи в кладовой, - сказала Нин Шу: - Упакуйте все, не оставляйте ничего. Юань Дун и Мяо Цин переглянулись. Мяо Цин взглянула на Нин Шу, затем поклонилась: - Принцесса, почему? В кладовой Принцессы много вещей. Принцесса действительно хочет, чтобы все они были упакованы? Нин Шу взглянула на нее и мягко сказала: - Не оставь ни одной иголки. Мяо Цин затрясло, когда принцесса с таким холодным выражением взглянула на нее. Ей казалось, что принцесса стала нечитаемой с тех пор, как она проснулась. На ее лице не было следов боли. Она была холодной и спокойной до такой степени, что это было страшно, хотя раньше она билась в сильной агонии. - Поняла вас, - Мяо Цин больше не осмеливалась задавать вопросы. Мяо Цин привела других молодых дворцовых горничных, чтобы помочь им собрать вещи. Тем временем Нин Шу отправилась на поиски Ли Вэня. Она нашла его просматривающим свои заметки. Когда он увидел Нин Шу, он положил киноварную кисть и закрыл книгу. (Киноварная кисть - это просто кисточка, смоченная киноварью. Киноварь используется в официальных документах и ​​материалах, потому что красные чернила контрастируют с типичными черными чернилами) Простого взгляда Ли Веня было достаточно, чтобы женщины не могли убежать от его очарования. Однако, когда Нин Шу столкнулась с Ли Вэнем, ее внимание не фокусировалось на его красоте. Она чувствовала себя очень напуганной и неуверенной. Главной причиной ее решения покинуть Императорский дворец было то, что она хотела уйти от Ли Вэня. Этот человек был слишком опасен. Его мысли были спрятаны слишком глубоко, чтобы угадать. Нин Шу даже подозревал, что он видит ее. - Почему ты пришла? - равнодушно спросил Ли Вэнь. Нин Шу заняло секунду, чтобы собраться со словами, а затем она показала печаль. - Старший брат-Император. Младшая сестра хочет жить вдали от дворца. Ли Вэнь был ошеломлен на мгновение, прежде чем улыбнуться. Когда Нин Шу увидела фальшивую улыбку на лице, ее сердце перевернулось. Что означала эта улыбка? Лицо Нин Шу дрогнуло, губы дрожали. - Император, младшая сестра хочет отдохнуть от дворцовой суеты. Ли Вэнь поднял чашку чая и сделал глоток, прежде чем положить его обратно, все еще не говоря ни слова. Нин Шу была в беспокойстве, но ей все еще приходилось держать выражение «Я очень ранена, мое сердце болит». Ли Вэнь, наконец, заговорил: - Где ты планируешь жить? - Младшая сестра хочет поехать в Усадебный сад, - осторожно сказала Нин Шу, взглянув на выражение Ли Вэня. Этот парень был серьезно похож на глыбу льда! У него не было даже намека на эмоции. Она не могла сказать по его виду, согласен ли он на это или нет. Ли Вэнь не кивнул и не покачал головой. Он просто сказал: - Усадебный сад слишком далеко, это небезопасно. Строительство твоей резиденции Принцессы уже давно закончилось, ты просто можешь жить там Лицо Нин Шу исказилось. Это резиденция принцессы была очень близка к резиденции Дуань Синхуэя. Она действительно не хотела оставаться в резиденции принцессы. Однако у нее не было выбора. Хотя статус принцессы считался благородным и благородным, вся она зависела от одного предложения Ли Вэня. Может ли быть жизнь печальнее? Как она могла заставить это ледяное лицо почувствовать хоть любую эмоцию? Мысли Нин Шу беспорядочно метались. ---------- Возможно, это паралич лицевого нерва У Нин Шу не было другого выбора, кроме как отправиться в резиденцию принцессы. Если бы она попыталась договориться с Ли Вэнем, она может привести его в раздражение и вообще покинуть дворец. По крайней мере, если ее выгонят, ей не придется иметь дело с ссорами внутри дворца. - Младшая сестра благодарит старшего брата-Императора. Нин Шу обернулась к Ли Вэню и немедленно собралась поклониться ему. Чем больше она могла избегать Ли Вэня, тем лучше. - Подожди минутку, - Ли Вэнь остановил Нин Шу. Нин Шу обернулась и вопросительно посмотрела на него. Он сказал мягко: - Иди сюда и помоги развести чернила. Нин Шу сказал «о» в ответ, и подошла. Приподняв рукав назад мягко одной рукой, она добавила немного воды, и принялась размалывать чернильным камнем брусок киновари. Нин Шу внутренне очень нервничала. Раньше она никогда не делала такого; она просто делала то, что умел хост. Хотя движения были незнакомыми ей, она делала работу. Ли Вэнь взглянул на нее. Когда она встретила его взгляд, она тут же улыбнулась ему. Ли Вэнь перевел взгляд на его заметки. Подняв киноварную кисточку, он продолжил кружить кисточкой по страницам. Нин Шу не осмеливалась взглянуть и опустила голову, смотря на чернильный камень. В комнате было очень тихо, только легкий скрип чернильного камня. Нин Шу действительно хотела уйти. Когда она была возле Ли Вэня, у нее волосы вставали дыбом. Она не чувствовала этого, даже когда она сталкивалась с Линг Сюэ в последнем мире. Она не могла понять, о чем думал Ли Вэнь. Она даже не могла понять, какое настроение у него сейчас. Счастье, несчастье, гнев или радость – она не имела понятия. По мнению Нин Шу, Ли Вэнь был человеком, который потерял свою человечность, отказавшись от всех эмоций. Из-за этого его невозможно было прочитать. - Почему ты вдруг захотела покинуть дворец? - резко сказал Ли Вэнь. Нин Шу глубоко задумалась и была поражена внезапным вопросом Ли Вэня. Ее руки резко остановились, в результате чего часть киноварных чернил выплеснулась. Некоторая часть попала на Ли Вэня, а другая забрызгала книгу Ли Вэня перед ним. Цвет лица Нин Шу изменился. Маленькая девочка в ее сердце держалась за голову и визжала: моя жалкая короткая жизнь, ах, неужели она закончится здесь. Нин Шу поспешно достала носовой платок и вытерла красные брызги на заметках. Затем поспешила вытереть киноварь на одежде Ли Вэня. Ли Вэнь заблокировал движения Нин Шу рукой и положил киноварную кисть, а его выражение было равнодушным, как всегда. Сердце Нин Шу быстро ударило дважды. - Младшая сестра не делала этого нарочно и надеется, что старший брат-Император простит ее. Ли Вэнь поднял брови и спросил: - О чем ты думала, чтобы быть такой рассеянной? - О Дуань Синхуэе. Нин Шу использовала Дуань Синхуэя везде, как козла отпущения, даже не задумываясь об этом. На лице Ли Вэня все еще не было никаких эмоций. Нин Шу серьезно подозревала, что у этого парня паралич лицевого нерва; все нервы на его лице, вероятно, умерли. - Я хочу спросить тебя, почему ты вдруг захотела покинуть дворец. Кто-то во дворце причинил тебе неприятности? - Ли Вэнь не продолжил тему, вместо этого повторил свой ранний вопрос. - Младшая сестра хочет изменить обстановку, - честно ответила Нин Шу. Ли Вэнь ничего не сказал и просто махнул рукой Нин Шу, чтобы она ушла. Нин Шу вышла, как будто ей была предоставлена ​​амнистия. Она покинула Императорские покои, а затем прошла весь путь из дворца, прежде чем вздохнуть с облегчением. Независимо от того, она достигла своей цели. Ли Вэнь наблюдал, как Нин Шу уходила, и слегка прищурил глаза. ---------- Как она хотела Нин Шу была покрыта холодным потом. Первое, что она сделала после того, как она вернулась во дворец Сада Орхидей, она приняла ванну. Выйдя, она спросила Мяо Цин: - Как складывается упаковка? Мяо Цин поспешно поклонилась и ответила: - Принцесса, все упаковано. Мяо Цин собрала всю свою смелость, чтобы спросить: - Куда принцесса планирует переехать? Нин Шу взглянула на Мяо Цин, и сказала: - Принцесса собирается жить в резиденции принцессы. Цвет лица Мяо Цин изменился. Ее лицо сначала побледнело, потом наполнилось беспокойством. Она спросила Нин Шу: - Почему принцесса вдруг захотела покинуть дворец? Принцесса – одно из самых почетных званий в Великом Юне, и где ей жить, как не в самом престижном месте? Почетное или нет, в конце концов, разве ее звание не зависело от одного предложения Ли Вэня? Нин Шу увидела, что Мяо Цин так огорчилась, что ее раскрасневшееся лицо очаровательно сияло. Как Мяо Цин могла не забеспокоиться? Она могла видеть Его Величество только во дворце. Смогла бы она снова увидеть Его Величество после того, как они покинут дворец? Мяо Цин была очень взволнована, но она не знала, как убедить принцессу, и только с тревогой смотрела на нее. Нин Шу проигнорировала взгляд Мяо Цин и пошла проверять, как идет упаковка. Она обнаружила более дюжины сундуков, и все они содержали редкие и драгоценные вещи. Принцесса была точно не бедной. Мяо Цин последовала за Нин Шу. Она не могла вынести мысли о том, чтобы покинуть дворец и спросила: - Принцесса, как долго вы планируете жить вдали от дворца? Нин Шу посмотрела на Мяо Цин: - Если не произойдет никаких неожиданных инцидентов, то всю мою жизнь. Мяо Цин услышала это, и почувствовала тонущее ощущение. С отчаянным выражением она сказала: - Принцесса, разве не намного комфортнее в Императорском дворце? Нин Шу не обратила на нее внимания и сосредоточилась на просмотре вещей в сундуках. Несколько сундуков содержали всевозможные книги. Во время ужина Императрица собрала огромную группу людей, огромные ряды церемониальных слуг - даже Ли Вэнь не имел такой огромной процессии - в дворец Сада Орхидей. Когда Императрица увидела Нин Шу, она взяла ее руку с выражением, как будто она очень неохотно расставалась и сказала с беспокойством: - Цзяхуэй, почему ты решила, что хочешь жить вдали от дворца? Разве невестка плохо заботилась о вас? Ты младшая сестра императора, принцесса Цзяхуэй династии Великих Юн, как ты можешь покинуть дворец? Не уходи. Невестка будет скучать по тебе. Нин Шу знала, что Императрица, как никто другой, будет рада ее уходу. Нин Шу отчаянно ответила Императрице: - Императрица, я действительно чувствую себя не очень хорошо, поэтому я хотела бы сменить обстановку. Цзяхуэй будет возвращаться во дворец, чтобы посещать свою невестку. Когда Императрица увидела, что Цзяхуэй решила уйти, улыбка на ее лице немного поблекла и сменилась беспокойством. Она забеспокоилась об изменениях, которые произойдут в Императорском дворце, как только Принцесса уйдет. - Ребенок, как только ты почувствуешь себя лучше, ты должна вернуться во дворец. Ты девушка, как ты можешь жить вдали от дома? - Императрица беззаботно произнесла несколько слов, затем ушла. Как только Императрица ушла, все жены и наложницы из Внутреннего дворца пришли искать Нин Шу как рой пчел. Каждый из них допросил ее, чтобы увидеть, действительно ли она собирается покинуть Императорский дворец. Большинство жен были счастливы, что принцесса покинула Императорский дворец. В конце концов, это означало, что было меньше людей, которые могли привлечь внимание Императора. Жены и наложницы выразили свои пожелания Нин Шу и подарили ей подарки. Нин Шу не потрудилась быть вежливой, и приняла все эти вещи. На неискренние беспокойства и призывы остаться Нин Шу прямо ответила, что она устала и хочет побыть одной. Реакция Юань Дун и Мяо Цин была совершенно разной. Мяо Цин вовсе не хотела покидать Императорский дворец, но, будучи личной служанкой принцессы, ей пришлось остаться у принцессы. Мяо Цин так волновалась, что ее губы были искусаны до крови. Между тем, Юань Дун, похоже, совсем не заботило происходящее. Мяо Цин действительно не нужно волноваться, Нин Шу позволит ей остаться во дворце, как та хотела. ---------- Неверный слуга На следующий день Нин Шу встала рано утром. Мяо Цин помогала ей расчесать волосы. Нин Шу посмотрела в зеркало на Мяо Цин и увидела, что та казалась немного рассеянной, а глаза её были опухшими и красными. В ее глазах была неудержимая паника, и вокруг глаз был намек на темные круги. По внешнему виду она плохо спала прошлой ночью. Нин Шу придержала свои волосы и сказала: - Помоги мне надеть шпильку с фениксом. - Принцесса, вы про шпильку из белого мрамора, цвета сливы, в виде девятихвостого фазана, с драконом и четырьмя фениксами? Нин Шу просто сказала «угу». Это было такое длинное имя, как она могла его запомнить? Мяо Цин немедленно достала шпильку из феникса из шкатулки для драгоценностей и закрепила ею волосы Нин Шу. После того, как она привела себя в порядок, Нин Шу вышла из дворца Сада Орхидей. Она увидела, что около ее сундуков стояла дюжина императорских гвардейцев. В сундуках были все вещи хоста. Красивое лицо Мяо Цин сгорало. Как ей увидеть Его Величество после того, как они покинут дворец? Нин Шу повернулась и взглянула на нее. Она мягко сказала: - Мяо Цин, вы остаетесь во дворце Сада Орхидей, ухаживать за предыдущим домом. Лицо Мяо Цин наполнилось радостью, но почти сразу же она впала в депрессию. Хотя она остается во дворце, это не означает, что она сможет увидеть Императора. Будет ли Император все еще посещать Дворец Сада Орхидей, когда принцессы больше не будет? Нин Шу не потрудилась обратить внимание на сложные эмоции Мяо Цин и покинула дворец с Юань Дун. Юань Дун повернулась, чтобы посмотреть на Мяо Цин, которая прислонилась к двери. Нин Шу сначала попрощалась с Ли Вэнем. Как только она добралась до дверей дворца, она увидела, что Ли Вэнь уже ждал там. Рядом с Ли Вэнем стояла Императрица в вышитом ярком золотом наряде с фениксом. За ними была огромная толпа жен. Они были здесь, чтобы увидеть принцессу. Нин Шу поспешно подошла. Было довольно страшно ожидать, что император ждет ее, и тем более, когда это был Ли Вэнь. Когда она подошла ближе, она повернулась к Ли Вэню: - Младшая сестра выказывает уважение старшему брату-Императору. Ли Вэнь сказал «гм», и осмотрел Нин Шу с ног до головы. Затем он взглянул на людей, стоящих за ней, прежде чем спросить: - Насчет Дуань Синхуэя ты все решила, сестра? - голос Ли Вэня был безразличным, - ты можешь грустить, но не переусердствуй. Нин Шу вдруг поняла. Ли Вэнь был Императором. Как он мог позволить своей сестре быть настолько повешенной и убитой горем? Это бы повредило престижу Императорской семьи. Хост, вероятно, уже потерял милость и терпение Ли Вэня, когда она скорбела о Дуань Синхуэе. Действия хоста после возвращения Дуань Синхуэя, вероятно, вызвали у Ли Вэня полное отвращение к ней. Нин Шу была потрясена этим внезапным осознанием. Она на мгновение встретила взгляд Ли Вэня, затем опустила голову и сказала: - Младшая сестра – Принцесса Династии Юн. Дуань Синхуэй - не что иное, как обычный человек. Сестра думала об этом. Поскольку человек уже скончался, Принцесса должна отпустить его и не разочаровывать старшего брата-Императора. Ли Вэнь кивнул. Заметив, что с ней была только одна служанка, он спросил: - Почему с тобой только один человек? На самом деле Ли Вэнь, этот Император, очень хорошо относился к оригинальному хозяину. Пока хост не пересекал границ власти Ли Вэня, он был готов дать ей лицо. Например, эта сцена прямо сейчас. Он привел всех жен из своего Внутреннего дворца - это было достаточным проявлением его уважения к ней. Нин Шу, похоже, начала оказывать благоприятное впечатление на Ли Вэня. Любовь была не единственной в жизни, но некоторые люди, ради любви, отказывались от всего и бросались к ней, как моль на пламя. Нин Шу, наконец, по-настоящему улыбнулась Ли Вэню: - Одна девушка не хотела покидать дворец, поэтому Принцесса решила просто оставить ее во дворце. Ли Вэнь был ошеломлен, увидев улыбку Нин Шу. Затем его глаза потемнели, когда он сказал: - Это неверный слуга. Избавление от нее – будет правильным выбором. ---------- Большой Босс Нин Шу задавалась вопросом, сможет ли Мяо Цин стать супругой Ли Вэня после того, как он расценил ее поступок, как предательство. Она почувствовала облегчение. Мяо Цин была волком, который укусил кормившую его руку. В прошлом, после того, как она стала супругой Ли Вэня, она прилагала все усилия, чтобы создавать проблемы Цзяхуэй. - Цзяхуэй, ах, посещайте меня во дворце, - Императрица протянула свою руку и взяла руку Нин Шу, в то же время оценивая ее наряд. Сегодня Цзяхуэй была одета в вышитые золотом парчовые одежды. Волосы расчесаны в очень сложную и изящную прическу. На ногах у нее туфли с инкрустированным жемчугом. Ее наряд украсил ее и подчеркнул черты ее лица. Даже внушительная аура Императрицы потерялась в сравнении с ней. Нин Шу специально оделась таким образом, чтобы люди видели, что она не сбегала тайком из дворца. Таким образом, когда Дуань Синхуэй вернется, люди не будут говорить, что она уехала жить в резиденцию Принцессы из-за душевной боли. Руки Императрицы сжались, и в ее глазах мелькнула зависть. Первоначально она думала, что смерть Дуань Синхуэя заставит Цзяхуэй страдать. Неожиданно, что та действительно быстро выздоровела. Императрица использовала Цзяхуэй, в этом будучи похожа на других женщин во Внутреннем дворце. Внутренне она завидовала тому, что к Цзяхуэй Ли Вэнь питал особое отношение. Например, прямо сейчас, здесь было так много людей, сопровождающих ее. Какая еще Принцесса получит такое отношение? Ли Вэнь не относился так даже к своим дочерям. Нин Шу вытащила руку из хватки Императрицы и обменялась с ней еще несколькими словами, прежде чем повернуться к Ли Вэню: - Младшая сестра сейчас уходит. Старший брат-Император должен заботиться о себе. Ли Вэнь сказал «гм» в ответ, и сказал: - Ты можешь ехать. Нин Шу, которой помогала Юань Дун, села в карету, украшенную символами Восьми Сокровищ, а также зеленым нефритом и жемчугом. Маленькие золотые колокольчики свисали с четырех углов кареты, издавая звонкий звук, когда дул ветер. Две большие крепкие лошади стояли бок о бок и фыркали, ударяя копытами о землю. Нин Шу села на мягкое сиденье в карете и вздохнула с облегчением. Наконец она покидала Императорский дворец. Затем она закрыла глаза, и быстро заснула. Когда Юань Дун увидела заснувшую хозяйку, она не смела говорить и тактично стояла в стороне, слегка кланяясь. Она чувствовала, что с тех пор, как она проснулась, Хозяйка прозрела насчет Мяо Цин. Глаза принцессы теперь казались способными видеть все. Юань Дун чувствовала, что Принцесса теперь знает все ее самые скрытые тайны. В коляске стало очень тихо. Только раздавался мелодичный звук звонких золотых колоколов, смешавшийся с ритмичным звуком лошадиных копыт. Коляска слегка покачивалась; это было очень удобно. По прошествии неизвестного времени Юань Дун осторожно толкнула Нин Шу. Нин Шу открыла глаза, и Юань Дун поклонилась в объяснении: - Принцесса, мы прибыли в резиденцию Принцессы. Нин Шу кивнула, затем медленно вышла из кареты. Она посмотрела на большие двери резиденции, затем перевела взгляд выше, на надпись «Резиденция Принцессы», написанную ярким каллиграфическим почерком. Эти слова были написаны Ли Вэнем, когда достроили резиденцию. Вид этих слов обладал суровой аурой, достаточно сильной, чтобы охватить мир. Эта аура не вязалась с обычным, холодным и сдержанным Ли Вэнем. Именно из этих слов можно было сказать, что Ли Вэнь делал все с осторожностью. Вероятно, он когда-нибудь станет известным императором, запомнившимся за его талант и силу. Нин Шу внезапно осознала. Поскольку Ли Вэнь был Императором, который заботился о своей стране, она должна сосредотачивать свое внимание не на нем, а на гражданах этой страны. Ах. Первоначально она думала, что эта задача будет простой, но ее ожидания были разрушены. Ли Вэнь оказался большим боссом, с которым ей придется иметь дело. ---------- Необычная книга Резиденция Принцессы была очень большой, с множеством павильонов и зданий, цветным стеклом и глазурованной плиткой, садами камней, проточной водой и прекрасными безмятежными дорожками. Это было действительно неплохо. Нин Шу поняла, что она чувствует себя очень комфортно. Сундуки с ее имуществом уже были перевезены в резиденцию Принцессы. Несмотря на то, что здесь никто не жил и не контролировал уборку, она была очень чистой, а слуги стояли аккуратным рядом, ожидая приветствия своего хозяина. Когда Нин Шу добралась до своей комнаты и увидела ее, она тоже осталась довольна ею. Отныне это был ее дом. Он был намного удобнее дворца, и, самое главное, ей не нужно было сталкиваться с Ли Вэнем, чьи мысли казались таинственными и глубокими, как море. Юань Дун посмотрела на декорации и расположение комнаты и заговорила, как бы жалуясь Нин Шу: - Принцесса, эта комната действительно маленькая, ах. Она действительно не может сравниться с дворцом. Нин Шу просто равнодушно взглянула на нее: - Это подарок старшего брата-Императора. Принцессе нравится все, что дает старший брат-Император. Лицо Юань Дун побледнело, когда она поняла смысл слов, и поспешно сказала: - Да, щедрость Его Величества поистине огромна. Когда Нин Шу добралась до кладовой, она увидела, что охранники переносили сундуки в комнату. Юань Дун немедленно открыла сундук для Нин Шу, чтобы дать ей посмотреть. Этот сундук был заполнен книгами. Нин Шу подняла пару книг и небрежно просмотрела. Она не испытывала особого интереса к ним. Это были все традиционные книги, их нужно было читать сверху вниз; это было серьезно утомительно. Интересно, были ли здесь детские дома? Было бы неплохо просто пожертвовать все эти книги, а не оставлять их здесь, чтобы просто захламлять складское помещение. Она узнала из воспоминаний хоста, что та не любила много читать. В лучшем случае она читала любовные истории о талантливом ученом и прекрасной даме, или о легендах и мифах. Короче говоря, она редко читала научную литературу. Нин Шу также не очень интересовалась этими книгами и просто рылась в них случайно. На дне сундука она обнаружила пожелтевшую книгу, пахшую плесенью. Сердце Нин Шу прыгнуло. Вероятно, это было что-то хорошее. В конце концов, это было помещено в самое дно, поэтому хост, вероятно, очень ценил эту книгу. Нин Шу взволнованно вытащила ее и встряхнула. Пыль сразу же заполнила воздух. Юань Дун, которая была рядом, кашлянула. Когда она увидела, что глаза Нин Шу засияли, она спросила: - Принцесса, что это? Нин Шу приблизила лицо, чтобы прочитать название книги. Там было всего три больших слова: Непревзойденные Боевые Искусства. Нин Шу: Какого черта? Неудивительно, что хост положил эту книгу на дно сундука и проигнорировал ее. Книга была старой и отсыревшей. Нин Шу перевернула страницу, и увидела, что там были изображены фигуры, показывающие движения медитации и боевых искусств. По внешнему виду, книга была серьезной. - Откуда взялась эта книга? - спросила Нин Шу, продолжая листать книгу. Юань Дун подошла, и взглянула на книгу. Поразмыслив немного, она наконец-то вспомнила и сказала: - Это был подарок от администратора, который управляет землей принцессы в Тайюане. Он слышал, что принцесса любила читать, и он послал ее. Нин Шу: ... Нин Шу отряхнула книгу, сметая пыль на землю. Хотя название было немного смешным для нее, она была очень заинтересована в вещах, которые могли бы увеличить ее силу. ---------- Побочный эффект Книги Боевых Искусств Выйдя из кладовой, Нин Шу увидела, что дом был полностью охраняемым – через каждые десять шагов стоял охранник. Все эти стражи пришли из дворца по приказу Ли Вэня. Воистину, Ли Вэнь очень хорошо относился к хосту. Просто хост была погружена в свои печали и не видела ничего из этого. Семья, нация, дружба. В мире было много значимых вещей, разве нужно было так цепляться за одну любовь? Нин Шу сняла обувь и забралась на кровать. Она поставила книгу перед собой, а затем скопировала позу медитации, изображенную в книге. Она чувствовала, что это была крайне дурацкая идея - копировать движения из книги. Что, если это закончится тем, что приведет к отклонению Цигун? (Отклонение Цигун - это когда что-то в духовно-боевом искусстве идет не так. Результат «неправильной практики») Однако, по какой-то причине Нин Шу чувствовала, что эта книга была непростой. Она глубоко вздохнула и собиралась начать медитировать. Вдруг она услышала голос системы. С тех пор, как она пришла в этот мир, система не издавала ни звука. Ее голос был механическим и бесчувственным, но в этот момент Нин Шу действительно почувствовала, что ее тон слегка приподнялся. Хотя глупо полагать, что бездушная система могла изменить тон голоса. - Динь. Открыто руководство по боевым искусствам. Преобразовать его? Да / Нет. Голос системы испугал Нин Шу. - Как только я преобразую руководство, могу ли я по-прежнему учиться по нему? - спросила Нин Шу. - Вы можете. - Тогда преобразуйте! - Нин Шу преобразовала руководство и получила 100 очков. Так мало очков. Нин Шу: Пфф… Однако тот факт, что система признала книгу, означает, что это руководство было подлинным игровым предметом. Это успокоило Нин Шу и она больше не думала, что произойдет отклонение Ци Она сидела на кровати и отпустила все мысли, следя за движениями в книге. И затем ... И затем, после целой ночи медитации, Нин Шу не почувствовала ничего. Только усталость от того, что не спала всю ночь. Нин Шу вымыла руки в горячей воде, затем Юань Дун помогла ей вытереться. Нин Шу думала. Дуань Синхуэй, вероятно, вернется через некоторое время, и Эр Я также приедет с ним. Начнется настоящая битва. Прежде чем это произойдет, ей придется сначала разобраться с вопросом о женитьбе, а это означало, что она должна была показать Ли Вэню ее ценность. Однако она понятия не имела, как это сделать. Во время завтрака Нин Шу съела три чашки Конджи и пять кунжутных булочек, но не почувствовала сытости. Что это было? Юань Дун удивилась тоже, увидев, что аппетит принцессы претерпевает такие огромные изменения. - Принцесса, служанка знает, что ты чувствуешь себя подавленной, но по-настоящему нехорошо есть так много. Она ест не из скорби, она голодна. Даже Нин Шу сама не знала, что происходит. С равнодушным выражением на лице она съела еще три пирожка Баоцзы на пару. Пока Юань Дун наблюдала с искаженным выражением, она съела еще две кунжутных булочки. Только тогда она почувствовала, что ее голод утих. Не может быть, что побочный эффект от практики Непревзойденных Боевых Искусств заключался в том, что ты становишься обжорой? После завтрака она вернулась в свою комнату и начала медитировать на кровати. Она отказалась сдаться только из-за этого, и была полна решимости узнать все про «Непревзойденные боевые искусства». И затем ... И затем, в обед Нин Шу съела пять мисок риса и все блюда на столе. Это подтвердило гипотезу Нин Шу о том, что ее тело меняется. Чтобы преобразоваться, организму требовалось большое количество энергии. Говорили, что в древние времена люди, которые практиковали боевые искусства, могли есть целую корову, потому что их тела просто требовали слишком много энергии. Юань Дун с беспокойством наблюдала за принцессой. Любой был бы ошеломлен, увидев, что такой красивый человек так много ел. Более того, куда же отправлялась вся еда? Принцесса вела себя ненормально. Неужели принцесса делала это от отчаяния? Юань Дун вздохнула. Генерал Дуань ах, генерал Дуань, где ты? Юань Дун не верила, что Дуань Синхуэй умер. Ей казалось, что он обязательно вернется однажды. Нин Шу положила чашу и отрыгнула. Впоследствии она отчетливо ощутила, как ее желудок переваривает пищу. После этого, какая-то сила разлилась по ее телу. Хотя руководство не дало ей так много очков, Нин Шу была счастлива, что она занимается чем-то полезным. ---------- Слухи о жирной принцессе Получив руководство по «Непревзойденным боевым искусствам», Нин Шу начала пренебрегать сном и забывать о еде, постоянно практикуясь. Конечно, забывать о еде – это сказано образно. Она наоборот, ела слишком много, поэтому она не могла забыть о еде, даже если захочет. Юань Дун смотрела на Нин Шу с недоумением, каждый раз, когда Нин Шу ела. Принцесса ела досыта каждый раз, но через четыре часа ее желудок снова становился пустым. Юань Дун действительно хотела попросить принцессу не есть так много, но по какой-то причине она чувствовала себя нехорошо, когда она встречалась глазами с принцессой. Казалось, что мысли, которые она похоронила в самой глубокой части ее сердца, были вырезаны и оставлены на открытом свете. Позже появился странный слух о резиденции Принцессы. Они гласили, что принцесса сошла с ума от горя. Она отказывалась выходить из дверей, и начала есть целыми днями. Ходили слухи, что принцесса Цзяхуэй растолстела, и стала огромной и жирной. Даже Ли Вэнь, который был в Императорском дворце, услышал эту новость. Он немедленно вызвал Нин Шу во дворец. Когда он увидел, что Нин Шу не разжирела, он действительно вздохнул с облегчением. Нин Шу вообще не обращала внимания на эти слухи, но когда Ли Вэнь смотрел на нее, не сказав ни слова, ее сердце забилось от страха. Наконец, она больше не могла больше молчать и спросила: - Император, у вас есть какие-то вопросы к младшей сестре? Ли Вэнь сказал мягко: - Как тебе резиденция Принцессы? - Мне очень понравилась. Украшенная окружающая среда очень подходит для выздоровления, - почтительно ответила Нин Шу. - Я слышал, что ты много ела в последнее время, - Голос Ли Вэнь был равнодушным, - переедание очень вредит телу. Неужели ты все еще не можешь забыть Дуань Синхуэя? Нин Шу поспешно махнула руками в страхе, проясняя это недоразумение - Император, младшая сестра занимается по руководству «Непревзойденные Боевые Искусства». Люди, которые занимаются боевыми искусствами, естественно, должны питаться больше. Шок появился на лице Ли Вэня. Это был первый раз, когда Нин Шу увидела его проявление эмоций. - Значит, ты счастлива, - мягко сказал Ли Вэнь. Было ясно, что он не верил, что Нин Шу практиковала боевые искусства. - Старший брат-Император, младшая сестра взяла с собой «Непревзойденные Боевые Искусства». Нин Шу поспешно достала руководство по боевым искусствам и показала его Ли Вэню. Ли Вэнь посмотрел на книгу. Когда он увидел надпись на книге, он лишился дара речи. Он поднял глаза на Нин Шу и сказал: - Такого рода вещи следует убирать после находки. - Император, почему бы вам не попробовать его? Эта вещь действительно работает. Он укрепляет организм и продлевает жизнь, - Нин Шу энергично продвигала руководство. - Динь. Игрок уже присвоил руководство и не имеет права передать его кому-то другому. Внезапно появился холодный механический голос системы. Нин Шу была потрясена. Она не могла распоряжаться свои руководством? Нин Шу могла только выдавить улыбку: - Старший брат-Император, но это руководство может по-прежнему содержать какую-то опасность, поэтому просто позвольте младшей сестре испытать на себе его в первую очередь. Таким образом, если есть какая-то опасность, я вам расскажу. Ли Вэнь посмотрел на нее с улыбкой, не похожей на улыбку, а затем жестом показал, что она может пойти. Нин Шу охотно подчинилась и покинула дворец. ---------- Тайный сад Принцессы Нин Шу погрузилась в практику и отбросила все остальные дела. Нин-Шу уже больше не обжиралась. Слабая энергия теперь текла по ее телу. Эта энергия чувствовалась теплой, путешествуя по телу, укрепляя и наполняя его жизненной силой. Ее ум был ясен так, как никогда раньше не ощущался, ее мысли были спокойными, и она была наполнена чувством, что мир прекрасен. Это было очень волшебное чувство. Нин Шу потерла руку и обнаружила, что, хотя ее кожа все еще была атласной и гладкой, она теперь была наполнена энергией. К счастью, она не превратилась в цельный кусок мышц. Нин Шу почувствовала триумф. После этого она с окружением в виде слуг пошла в Усадебный сад, бывший сад Императорской семьи, ныне принадлежавший ей.. Усадебный сад был очень большим, он содержал сады, фермы и все виды растений. У Нин Шу уже был план. Из основных жизненных потребностей - еда, одежда, жилье и транспорт - еда стояла на самой вершине. Она не знала, есть ли в этом мире какие-либо культуры, как сладкий картофель или хотя бы обычный картофель, который был высокоурожайным и устойчивым к засухе, не говоря уже о питательности этого клубня. Если бы произошли какие-либо стихийные бедствия, такие культуры могли бы спасти много жизней. Нин Шу прогуливалась по всему саду-усадьбе, но была разочарована тем, что ничего подобного здесь не было. Она нашла менеджера усадебного сада и спросила его об этом, но он ответил, что ничего подобного здесь не было. Ха. Это было нелогично. В 2000 году до нашей эры в истории человечества был обнаружен картофель, но в этом мире его еще не было? Может быть, люди в этом мире до сих пор не обнаружили его? Нин Шу вошла в лес без слуг, чтобы попытаться посмотреть, есть ли что-то вроде дикого картофеля или сладкого картофеля. Лес в Усадебном саду был очень мрачным и холодным. На протяжении многих лет на земле накопился толстый слой листьев с муравьями и жуками, ползающими по ним. Нин Шу с помощью ветки разворошила подлесок, исследовав землю на предмет картофельных лоз. Дальше в лесу были более плотная концентрация деревьев. Их листья были настолько широкими и толстыми, что за ними не было видно неба. Листья плотно запечатали пространство, и в воздухе витал небольшой дымок. Нин Шу не смела продолжать идти дальше. Эти пары, вероятно, были токсичным газом, выделяемым увядшими листьями. Нин Шу весь день прогуливалась по лесу. Когда она проголодалась, она поймала кролика, зажарила и съела его. Это подняло Нин Шу настроение, когда она обнаружила, что она действительно стала очень гибкой. Она едва приложила все усилия, чтобы поймать кролика. После еды Нин Шу продолжила блуждать. Урожая было не много, но она нашла несколько маленьких дикорастущих растений. Она осторожно вырыла их и взяла с собой. Когда она вернулась, она приготовилась лично пересадить ее во двор. Когда Юань Дун увидела это, она слегка озадачилась: - Принцесса, почему бы вам не позвать своих слуг? На самом деле Нин Шу ничего не понимала в сельском хозяйстве, но она жила в эпоху интернета, поэтому запомнила несколько вещей. Однако в Усадебном саду было много менеджеров и фермеров, которые, вероятно, понимали больше в земледелии, чем она, поэтому, вероятно, было бы лучше оставить это все им. На следующий день Нин Шу продолжила бродить по лесу. У нее не было большой надежды, но она просто не хотела сдаваться. Почему не было даже дикого сладкого картофеля? Это было нелогично. Прогуливаясь около полудня, Нин Шу все еще ничего не нашла. Сидя на стволе дерева, она достала свой паек и начала есть, глядя вдаль. Вокруг были деревья, окутанные парами белого цвета. Здесь было очень загадочно. Нин Шу удивилась, когда внезапно почувствовала, как оее рука стрельнула болью. Она посмотрела вниз и обнаружила, что на ее пальце появились две маленькие красные точки, и еда из рук исчезла. Нин Шу встревожилась. Ее что-то укусило? Она вообще ничего не видела. Она торопливо сжала свой палец, так как не знала, был ли укус ядовитым. Появилась кровь, но она не показывала никаких признаков яда. Ей надо скорее идти – это место небезопасно. И, вероятно, здесь вообще нет картофеля, он просто не существует в этом мире. ---------- Страстное преследование Нин Шу она начала испытывать некоторый страх перед этим лесом. Она быстро зашагала по лесу, чтобы вернуться в Усадебный сад. Теперь она начала чувствовать себя нехорошо. Ей казалось, что кто-то неустанно наблюдает за ней, отчего у нее волосы встали дыбом. Это не мог быть призрак, верно? Неужели ей повезло до такой степени, что она столкнулась с призраком, или это было какое-то дикое животное? Нин Шу обернулась, чтобы осмотреть окрестности, но ничего не увидела. Все, что она могла услышать, это скорбную трель птиц, из-за которой лес казался почти зловещим. Боже, ах, это было слишком страшно! Нин Шу начала бешено бежать, она не могла избавиться от этого странного чувства. Она бежала неизвестное количество времени, пока она не устала настолько, что не могла даже поднять руки, но мурашки на ее теле все еще оставались. Нин Шу теперь разозлилась. Что это было? Если у него кишка не тонка, пускай сам появится у нее на виду. Или оно хочет, чтобы жертва напугалась, прежде чем убить ее? Нин Шу решила просто сесть на ствол дерева и снова оглянуться. Однако она все еще ничего не видела. Черт, не могло быть, что она действительно столкнулась с призраком, верно? Нин Шу напомнила себе, что произошло раньше. Ее что-то укусило - на ее пальце остались еще две маленькие царапины - и ее паек был украден. Может ли это быть, что то же, что ее укусило, украло и ее паек? Нин Шу достала из сумки кусок каштанового пирога и сосредоточила все свое внимание на окрестностей. Все, что она слышала, это звук шелеста листьев, затем что-то серое полетело к ней. Существо двигалось так быстро, что Нин Шу не могла ничего разглядеть, кроме того, что пирог в ее руке исчез Нин Шу потерла глаза, затем снова посмотрела на свою пустую руку. Она даже осмотрела землю вокруг себя. Он исчез. Что это было? Это было слишком быстро, все, что она видела, было серым пятном. Однако, поскольку он хотел есть, тогда это, вероятно, это был не призрак. Нин Шу все еще была очень осторожна - она видела, насколько быстрой было это существо Раньше Нин Шу чувствовала, что ее скорость стала довольно быстрой после изучения Боевых Искусств, но теперь, когда появилось существо с другой скоростью, оказалось, что ей нечем хвастаться. Нин Шу почувствовала, что ее самооценка пострадала. Поскольку путь запуска крупномасштабной программы по улучшению благосостояния граждан не представлялся возможным, Нин Шу решилась на другую стратегию. Она учила Боевые Искусства, чтобы она могла пойти на войну и помочь стране. А также получить лояльность Императора. Она шла лесу, думая об этом. Не думая ни секунды, она сняла мешок с едой, висящий на ее талии, и бросила его перед собой. Затем она услышала звуки скрипов. Они звучали как мышь, но также в этом было что-то от лисицы. Она не могла разобрать точно. Она нашла лежащий ствол дерева, забралась на него, и стала наблюдать за мешком с едой. ---------- Хозяин или питомец? Она увидела, что какое-то пушистое и серое существо размером с кулак помчалось к мешку. У существа не было даже ни намека на нос или рот. Это маленькое существо ткнулось в мешок с едой. Вероятно, оно не могло знать, как он открывается, поэтому быстрыми движениями оно разорвало мешок в клочья. Когда Нин Шу увидела это, ее волосы встали на дыбы. Вот это острые когти! Ее кишки должны быть благодарны тому, что они сейчас не на месте этого мешка. Паек и сладости были съедены этим существом в одно мгновение. Нин Шу решила потихоньку сбежать. Ей явно не надо было провоцировать этого маленького пушистого зверька. Сразу после того, как Нин Шу зашевелилась, она увидела, что зверек смотрит на нее. Нин Шу нравились пушистые животные, но этот маленький паренек не был мягкой игрушкой. - Не следуй за мной больше. Я дала тебе все, что у меня есть, - Нин Шу слезла с бревна, и похлопала по телу, показывая, что она не лжет. Маленький серый шар проскрипел несколько раз, затем в мгновение ока появился перед Нин Шу. Он встал прямо и обнажил острые когти. Его тело было размером с кулак человека, поэтому и его когти были очень маленькими, однако те сверкали, будто черное железо. Нин Шу была встревожена. Ее лицо дрогнуло, когда она улыбнулась маленькому комку. - У меня действительно больше нет. Маленький серый шар уставился на Нин Шу своими черными глазами-бусинками. Глаза у него блестели. Нин Шу молчала. Что это за ситуация? У нее молчаливый диалог со странным существом? Спасите меня, ах. Нин Шу и эта маленькая вещь долго смотрели друг на друга, затем этот маленький серый шар снова что-то проскрипел. Нин Шу: ... Я действительно не могу понять, что ты пытаешься сказать. Нин Шу подумала. Раз этот комок любил пирог и прочие сладости, то почему бы... - Как насчет того, что ты отпустишь меня, и я дам тебе пирожных? Нин Шу почувствовала, что сходит с ума. Она вела переговоры с животным? Шутки в сторону. Этот маленький серый шар посмотрел на Нин Шу, затем зацепился за одежду Нин Шу, и медленно поднялся. Добравшись до плеча Нин Шу, он сел, как будто он устал. Нин Шу сузила глаза, и повернула голову, чтобы посмотреть на существо. Может быть, оно хотело пойти с ней? Нин Шу быстро побежала в Усадебный сад. Ее сердце не могло успокоиться даже сейчас. Когда она добралась до Усадебного сада, она сразу же приказала Юань Дун принести всевозможные десерты для серого шарика. Юань Дун была удивлена, увидев маленький серый шар на плече у Нин Шу. Еще более она удивилась, когда увидела, как он поглощает принесенные ей блюда. Всего за несколько минут исчезло несколько тарелок выпечки. Ее челюсть практически упала на землю. Юань Дун не могла не спросить: - Принцесса, что это за штука? Нин Шу не знала, что это за черт. Она вздохнула. Она искала дикий картофель и в итоге обнаружила такую обжору. Нин Шу с ужасом взглянула на маленький серый шар на столе, который лежал не двигаясь. Вероятно, он съел слишком много. Нин Шу все еще чувствовала себя не способной принять факт отсутствия картофеля, и решила снова прогуляться по лесу. Картофеля не было, потому что почва здесь не пригодна для выращивания картофеля? Однако, что она должна делать с этой маленькой штукой? Может, ей воспользоваться моментом, пока она тяжела от сытости, чтобы выбросить ее? - Цзи.. Цзи ... - Маленький серый шар на столе, который лежал, как труп, внезапно начал скрипеть. Нин Шу была немного удивлена. У этого маленького комка поразительно острые чувства. Нин Шу улыбнулась. Она просто передаст эту вещь Ли Вэню в подарок. ---------- Ради тортов и пирогов Это незнакомое существо стало частым гостем Усадебного сада. Он всегда куда-то убегал после еды, но когда он хотел есть, он появлялся на столе и начинал шуметь. Нин Шу догадывалась, что это существо было мутированной мышью. Но все равно не было понятно, как такая маленькая вещь столько ест. Нин Шу отправилась в лес, снова прогуляться. Если бы она не найдет картофель сейчас, ей нужно возвратиться в резиденцию. Уже время возвращения Дуань Синхуэя и Эр Я. Это было одной из задач. Нин Шу вздохнула. Она ворошила палкой по земле. Сладкий картофель любит темноту, так что у нее есть шанс найти его в этом темном лесу. - Цзи.. Цзи, - Серый комок продолжал следить за Нин Шу. Нин Шу нагнулась к нему и спросила: - К лучшему или к худшему, вы - уроженец этого места. Вы знаете, здесь есть что-то, что называется сладким картофелем? - Цзи… - Не Цзи-цзи, а сладкий картофель. Нин Шу уже собиралась сдаться, когда, наконец, увидела растение, с листьями, похожими на листья сладкого картофеля. Она тщательно вырыла растение с корнями. Это был ярко-красный картофель небольшого размера. Хотя клубни были не очень большими, Нин Шу взволновалась, увидев его. Она практически видела своими глазами завершение задания. На самом деле Нин Шу даже нравилась эта жизнь. Но чем дольше она остается в мире, тем больше истончается ее душа, а в конечном счете и вовсе исчезнет. Нин Шу положила картофельные клубни, лозы, и все - в мешок. Она разворошила остальные листья и нашла еще одно такое же растение неподалеку. Это означает, что здесь был еще картофель помимо найденного. Как она и ожидалось, она нашла еще картофеля. Она не собиралась выкапывать все эти растения, она просто взяла еще несколько с собой. - Джиджи ... – скрипел шар, следуя за Нин Шу. Когда Нин Шу вернулась в Усадебный сад, она тут же обратилась к управляющему с просьбой создать специализированные грядки для экспериментов. Сладкий картофель – растение, размножающееся бесполым путем. Даже если вы обрежете ножницами картофельную лозу, то она все равно может вырасти. Нин Шу оставалась и наблюдала за ростом картофеля еще несколько дней, пока не убедилась, что сладкий картофель прижился. Она попросила управляющего тщательно следить за картофелем, несмотря ни на что. Нин Шу все еще немного волновалась, поэтому она использовала имя Ли Вэнь: - Это нужно Его Величеству, поэтому вы должны внимательно следить за ними. Если вы преуспеете, то будете вознаграждены. Когда менеджер услышал, что в этом заинтересован Ли Вэнь, он сразу посерьезнел. После этого Нин Шу ушла из сада. То, что удивляло Нин Шу - это то, что маленький серый шар теперь следовал за ней постоянно. Нин Шу не чувствовала, что серый шар следовал за ней, потому что она нравилась ему; это было полностью ради тортов и пирогов. Ну, если оно хочет следовать за ней, то пускай. Она будет относиться к нему как к домашнему животному, который любит поесть. ---------- Встреча у городских ворот Нин Шу с процессией медленно направилась к резиденции Принцессы . Как только она добралась до городских ворот, она столкнулась с группой войск. - Принцесса, принцесса! Это генерал Дуань, это генерал Дуань ах ... -Юань Дун увидела человека во главе войска и поспешно крикнула Нин Шу, которая сидела внутри экипажа. Юань Дун выглядела очень удивленной и счастливой, настолько, что ее глаза были красными от эмоций. Однако выражение Нин Шу было очень равнодушным. Это был действительно случай, когда враги встретились на узкой дороге. Нин Шу посмотрела на улицу и встретила взгляд Дуань Синхуэя. Она слегка прищурилась, глядя на Дуань Синхуэя, облаченного в броню. Его взгляд был ярким, но его глаза были темнее, чем осталось в памяти хоста. Самое смешное, что, сидя на лошади, он держал в руках женщину. Говорили, что Дуань Синхуэй делал все спокойно и с осторожностью, но Нин Шу не чувствовала этого. Она перевела взгляд на Эр Я, которая сидела с Дуань Синхуэем. Кожа Эр Я пылала здоровым цветом пшеницы. Однако благородные женщины династии Великих Юн считали красотой именно бледность, поэтому Эр Я не могла считаться в их глазах красивой. Любая случайно избранная дочь благородной семьи в столице имела бы внешность лучше, чем у Эр Я. Неудивительно, что хост не могла принять этого. Она была уважаемой принцессой, но она проиграла девушке из сельской местности. Когда Дуань Синьхуэй встретил взгляд Нин Шу, он обнаружил, что ее взгляд был ясным и холодным. Он первым отвел взгляд. Дернув поводья, он на лошади медленно приблизился к Нин Шу Дуань Синхуэй отсалютовал Нин Шу. - Генерал почтительно приветствует Принцессу и желает Принцессе крепкого здоровья. Нин Шу смерила Дуань Синхуэя взглядом. На войне он не потерял конечностей, его лицо лишь немного похудело. Она кивнула и сказала: - Итак, генерал Дуань вернулся. Генерал Дуань, первым делом вы должны сообщить об этом Его Величеству. Отношение Нин Шу к Дуань Синхуэю было очень вежливым и деликатным, она сохраняла официальный тон. Выражение лица Дуань Синьхуэя немного изменилось. Отношение Нин Шу заставило его почувствовать себя немного расстроенным. Он уже думал о том, как справиться с неизбежными вопросами Принцессы и последующей громкой сценой, но она вела себя так, к чему он не мог подготовиться. Дуань Синхуэй чувствовал, что его самооценка пострадала от удара. Он был человеком с очень высоким эго, и от Эр Я он получал искреннее почтение и обожание. Нин Шу оглядела Эр Я. С расстояния Эр Я не выглядела красивой. Она казалась немного загорелой. С близкого расстояния ... она была еще более загорелой. Тем не менее, это только выделяло ее большие миндалевидные глаза. Дуань Синхуэй заметил яркую красоту Эр Я. - Генерал Дуань, вы собираетесь заходить? - холодно спросила Нин Шу. Дуань Синхуй почувствовал чувство беспокойства, когда столкнулся с этой холодной принцессой Цзяхуэй. Если бы эта Принцесса закатила сцену, ему было бы легче, потому что этого следовало ожидать. Казалось, она относилась к нему как к незнакомцу и, похоже, не была довольна тем фактом, что он вообще жив. Кроме того, ее тон заставил Дуань Синхуэя почувствовать досаду. Тем не менее, он мог только заглушить гнев, который заставил его почувствовать себя еще более неважно. Эр Я, которая была в руках Дуань Синхуэя, с любопытством смотрела на Нин Шу. Когда она увидела уравновешенную и элегантную принцессу, ее охватило чувство неполноценности. Более того, принцесса была так прекрасна, что она не находила слов, чтобы описать ее красоту. Принцесса, сидевшая в роскошном паланкине, казалась ей феей, которая спустилась в мир смертных. Нин Шу наблюдала, как Эр Я расценивала ее. Ее взгляд был ошеломленным, полным восхищения и осознания своей неполноценности. Было ясно, что она нервничает, потому что ее слегка грубые руки крепко хватались за вожжи. - Дерзкая! Кто ты, чтобы осмеливаться взглянуть на члена императорской семьи! - Прежде чем Нин Шу сказала что-то, - Юань Дун крикнула строгим тоном. Очаровательное и привлекательное лицо Юань Дун было наполнено внушительным выражением. В конце концов, она была личной служанкой принцессы, поэтому у нее также было какое-то достоинство. ---------- Пион против сорняка Юань Дун указала на Эр Я с суровым выражением на лице. - Как ты посмела не поприветствовать Принцессу? Смущение появилось на загорелом лице Эр Я. Несколько мгновений она была слишком ошеломлена, чтобы сказать что-то. - Я, я… (Невозможно передать это, но Эр Я говорит с диалектом) След неудовольствия мелькнул на лице Дуань Синхуэя, так как человек, которого он любил, забеспокоился. Он недовольно сжал губы, прежде чем сжать кулаки и сказать Нин Шу: - Принцесса, Эр Я родом из сельской местности и не очень разбирается в этикете. Принцесса великодушна, поэтому, пожалуйста, будьте терпимы к ее недостаткам. Черт! Если это ей не понравится, значит, она нетерпима и великодушна? Это полностью принуждало ее отнестись к ней вежливо. Выражение Нин Шу стало холодным. Нин Шу мягко сказала: - Генерал должен быстро отправиться во дворец, чтобы сообщить Его Величеству. - Большое спасибо за беспокойство принцессы, - Дуань Синхуэй приобнял Эр Я. Дуань Синхуэй обладал красивым и острым взглядом. Более того, его выражение было обычно равнодушным, поэтому в целом он казался надежным человеком. Если девушка в его руках была бы красавицей, то создалась бы прекрасная сцена героя и красоты. Тем не менее, Эр Я, к сожалению, довольно далека от красоты, и это создавало несогласованность в образах. - Принцесса, как ты можешь примириться с этой грубой женщиной? - Юань Дун жаловалась Нин Шу. Нин Шу, гладя пушистое тело маленького серого шарика, посмотрела на Юань Дун. Юань Дун была очень взволнована, и ее лицо было наполнено ревностью. - Юань Дун, помни свой статус, - мягко сказала Нин Шу. Сердце Юань Дона екнуло, и она мгновенно смутилась. Она краем глаза взглянула на Эр Я. - Принцесса, что у вас в руках? - Эр Я увидела маленький серый шар в руках Нин Шу, и удивленно спросила. Нин Шу внезапно улыбнулась. Она поняла личность Эр Я. Это был простой чистый человек с небольшим комплексом неполноценности, которые испытывали люди низкого класса. Так что это был тип девушки Дуань Синхуэя. Личность хоста была полной противоположностью Эр Я. Цзяхуэй была высокомерна, и неполноценности просто не существовало в ее характере. Можно было только сказать, что принцесса Цзяхуй не была парой Дуань Синхуэю. Она просто надеялась, что Эр Я сможет сохранить свою простую личность и по-прежнему оставаться ярким лунным светом в сердце Дуань Синхуэя после того, как она прочувствует жизнь в столице. На лице Эр Я снова появилось смущение, и она больше не говорила. Принцесса только улыбнулась, но, когда Эр Я увидела улыбку Нин Шу, ее комплекс неполноценности заставил ее почувствовать, будто принцесса смеется над ней. После того, как она спасла Дуань Синхуэя от опасности, она влюбилась в этого красивого и холодного человека. Он обладал благородной аурой, поэтому она с самого начала знала, что он не простой персонаж. Однако она никогда не думала, что Дуань Синхуэй окажется генералом. Эр Я из маленького внутреннего двора ее дома молча наблюдала, как армия маршировала в деревню с флагами, развевающимися на ветру, чтобы вернуться за Дуань Синхуэем. Когда она наблюдала, ее эмоции вздымались. Она посмотрела на Дуань Синхуэя. Ей даже показалось, будто он стал выше. Неожиданно Дуань Синхуэй действительно захотел взять ее с собой. Эр Я любила Дуань Синхуэя глубоко и ради него рассталась с семьей, со своим домом. Однако, прежде чем она даже вошла в столицу, она столкнулась с Принцессой. Если принцесса была деревом пиона, то Эр Я чувствовала, что она была сорняком. ---------- Мнение Ли Вэня о Дуань Синхуэе Эр Я посмотрела на цветную стеклянную карету с орнаментированной нефритовой крышей. Шелковые занавески были задрапированы вокруг кареты, и со всех четырех углов кареты свисали золотые колокольчики, громко и чисто звеневшие от дуновения ветра. При виде этой роскоши в сердце Эр Я появилась зависть. Обе процессии не говорили друг с другом, и атмосфера стала очень тяжелой. Был только звук флагов, развевающихся на ветру, и звон колоколов кареты. - Принцесса, Генералу нужно идти, - сказал Дуань Синхуэй, держав поводья. Нин Шу просто сказала «угу» даже не подняв головы, продолжая поглаживать маленький серый шар в руке. Дуань Синхуэй немного смутился от игнорирования и оставил попытки сказать что-либо. С самого начала и до конца Нин Шу даже не смотрела на Дуань Синхуэя. Юань Дун же, наоборот, бледнела всю поездку, но не решалась говорить. Когда войска Дуань Синхуэя вошли в город, Юань Дун, наконец, больше не могла этого вынести и спросила: - Принцесса, а что за девушка в руках Генерала Дуань Синхуэя? Как он мог к вам так отнестись? Юань Дун, казалось, сражалась за сердце Нин Шу. Нин Шу промолчала, поскольку она думала обо всем. Теперь, когда главные актеры пьесы вернулись, что ей делать дальше? Как она должна отомстить Дуань Синхуэю и Эр Я, и разрушить их брак? Так, забудь об этом. Все люди склонны к обратной психологии. Чем больше ты пытаешься кому-то помешать, тем больше человек будет чувствовать, что он делает все правильно. Нин Шу нахмурилась, немного раздражившись. Когда она впервые увидела Дуань Синхуэя, в ее сердце возникли всевозможные сложные эмоции. Было возмущение и ненависть, но в ней был отголосок любви. Когда она увидела Эр Я, зависть и вражда смешались в ее сердце. Она тогда хотела просто исцарапать лицо деревенской девушки. Чувства хоста были слишком сильными, и она должна была бороться, чтобы подавлять их. Забудь про это. Самое главное – это выслужиться перед Ли Вэнем. Она чувствовала, что самая важная часть этой задачи заключалась именно в том, чтобы ее не отправили замуж. Вскоре после того, как Нин Шу вернулась в резиденцию Принцессы, она получила императорский указ от Ли Вэня, который попросил ее поспешить и прийти во дворец. Нин Шу направилась во дворец. Ей было неловко перед Ли Вэнем, каждый раз, когда она разговаривала с ним, она чувствовала себя как на допросе. Пройдя в Имперские покои, Нин Шу повернулась в сторону Ли Вэня. - Младшая сестра почтительно приветствует старшего брата-Императора. Ли Вэнь положил киноварную кисть и взглянул на Нин Шу. После паузы он сказал: - Дуань Синхуэй вернулся. - Младшая сестра видела его у городских ворот, - мягко ответила Нин Шу. Ли Вэнь смотрел на выражение лица Нин Шу острым взглядом, прежде чем сказать: - Мы узнали, что Дуань Синхуй выжил, еще несколько дней назад и послали людей, чтобы его достать. Изначально я хотел тебе об этом сообщить, но тебя не было в резиденции Принцессы. Нин Шу подняла брови и подошла, положив руку на плечо Ли Вэня: - Брат, я не хочу ничего сказать, но этот Дуань Синхуйэ – не что иное, как побежденный генерал. Зачем брать на себя труд и отправлять войско, чтобы позволять ему вернуться с честью? Ли Вэнь легко взглянул на руку на его плече, и Нин Шу сразу же убрала ее. Она опустила голову и сказала: - Младшая сестра перегнула. - Если ты еще хочешь быть с Дуань Синхуэем, - Ли Вэнь без выражения посмотрел на Нин Шу, - я могу издать имперский указ. - В этом нет необходимости, - Нин Шу помахала рукой и сказала: - Старший брат-Император, не связывайте пожалуйста меня с Дуань Синхуэем. Более того, у Дуань Синхуэя уже есть женщина. Блеск вспыхнул в глазах Ли Вэня, и улыбка появилась на его губах: - Ты наша младшая сестра, благородная принцесса династии Великих Юн. Зачем цепляться за Дуань Синхуэя? Более того, он стал Генералом, который проиграл первый бой, в который он вступил. Нин Шу: Пфф… Так вот, что Ли Вэнь думал о Дуань Синхуэе. Поэтому в сюжетной линии любовь Цзяхуэй к Дуань Синхуэю, которого Ли Вэнь считал никчемным, он расценил, как потерю лица Принцессы. ---------- ''Властная'' аура главного героя Ей казалось, что оставаться на стороне Ли Вэня и не вмешиваться в дела Дуань Синхуэя, было правильным решением. Нин Шу повернулась к Ли Вэню и сказала твердо: - Младшая сестра больше не испытывает чувств к Дуань Синхуэю и больше не хочет иметь с ним никаких отношений. Младшая сестра чтит честь Императорской семьи. Ли Вэнь посмотрел на Нин Шу, кивнув. - Хорошо, что ты понимаешь. Из этого инцидента можно было видеть, что Дуань Синхуэй не очень хороший человек. Он нарушил законы этикета и привел женщину с поля боя. Нин Шу выразила свое согласие. - Старший брат-Император. Вы правы! Ли Вэнь слегка улыбнулся, затем сказал: - Ты можешь идти. Когда Нин Шу поклонилась и собиралась уйти, маленький серый шар выпрыгнул из ее воротника и быстро полетел к Ли Вэню. Нин Шу чуть не обмочилась от испуга. Когти этого маленького существа были очень острыми. Если он нанесет рану Ли Вэню, она не сможет загладить свою вину и за десять жизней. Ей не нужно будет беспокоиться о женитьбе – ее отправят сразу на плаху. - Старший брат, л… ожись, - воскликнула Нин Шу рефлекторно. Маленький серый шар ласково потирал лицо Ли Вэнь, обнимая его ухо когтями. Нин Шу почувствовала подавленность еще больше. Она дала этому комку хорошую еду, хорошие напитки и приют. Но в конце концов, он мгновенно забыл обо всем этом, когда увидел Ли Вэня. Лицо Ли Вэня показывало удивление, когда он снял маленькую вещь с лица, чтобы посмотреть на нее. Глянцевые глаза-бусинки сверкали ему в ответ. - Что это? - Ли Вэнь положил маленький серый шар на стол. Нин Шу скривила губы от несчастья и ответила: - Это что-то, что младшая сестра нашла в Усадебном саду. Сестра не знает, что это, оно просто любит много есть. - О ... - Ли Вэнь поднял брови, взял печенье, и отдал его маленькому серому шару. Маленький серый шарик взял печенье и начал жужжать от счастья. Сцена выглядела невинной и восхитительной. - Хорошо, ты можешь забрать его, - сказал Ли Вэнь после того, как маленький серый шарик закончил есть. Нин Шу подошла, чтобы схватить маленький серый шар. - Цзицзи… - Маленький серый шар прыгнул на плечо Ли Вэню, крепко схватившись за воротник. Нин Шу: ... Что, черт возьми !? Всей выпечки, которой она кормила его, оказалось недостаточно, в отличие от одной печеньки? - Старший брат-Император, если вам нравится серый зверек, вы можете забрать его, - сказала Нин Су с яркой улыбкой, - если Император устанет писать, он может поиграть со зверьком. Рассматривайте это как подарок от младшей сестры. - Тогда, большое спасибо, Цзяхуэй, - уголки губ Ли Вэня поднялись. - Пожалуйста, пожалуйста, - Нин Шу неуверенно усмехнулась. Она стрельнула взглядом в направлении серого комка, затем покинула Императорские покои. ---------- Императрица - специалист по абортам и директор по планированию семей Сразу после того, как она вышла из Имперских покоев, придворная горничная подошла к ней: - Служанка приветствует Принцессу. Ее Величество Императрица приглашает Принцессу в свой дворец. Нин Шу подумала мгновение, затем решила пойти. Если она не пойдет, то пожалеет в будущем. Вероятно, после того, как она покинула дворец и переехала в резиденцию Принцессы, она уже потеряла расположение Императрицы Когда она добралась до дворца Императрицы, та встретила ее с теплой улыбкой. Нин Шу чувствовала, что эта Императрица тоже жалка. Ей приходилось управлять всеми женами из Внутреннего двора, оставаясь доброй и великодушной. Иногда ей даже приходилось работать за нескольких, например, выступать в качестве специалиста области абортов и директора по планированию семьи. (В Китае существует политика «планирования семьи», которая в основном ограничивает количество детей, которое может иметь каждая семья, чтобы снизить рост населения. Раньше это был только один ребенок, сейчас можно иметь двоих.) Цвет лица императрицы теперь показывал усталость, даже косметика не могла этого скрыть. По внешнему виду, ситуация Внутреннего дворца вызывала у Императрицы немало неприятностей. Нин Шу чувствовала, что Императрица занимается бессмысленным делом. Она была Императрицей, она могла отдалиться от всего этого. Какая была необходимость в ней участвовать в борьбе жен? Честно говоря, она была просто помешанной на контроле, и настаивала на том, чтобы все было как на ладони. Неудивительно, что она так устала. Императрица с очень искренним выражением попросила ее вернуться во дворец, но Нин Шу только отмахнулась. Когда Императрица увидела, что она вообще не может поколебать Нин Шу, ее выражение изменилось. Когда Нин Шу покинула дворец, ей довелось столкнуться с остальными женами. Нин Шу нашла это глупым. Жены, вероятно, просто пытались выяснить, собирается ли Принцесса возвращаться во дворец, и получала ли она внимание от Ли Вэня позже. Нин Шу была исчерпана от общения со всеми этими людьми, поэтому она просто надела высокомерную маску «вы мусор, вы не имеете права разговаривать с принцессой» Вскоре Нин Шу узнала новость о том, что Ли Вэнь издал указ об увольнении Дуань Синхуэя со своего поста Генерала 1-го ранга. Итак, теперь Дуань Синхуэй был просто обычным гражданином без какой-либо официальной поддержки. Юань Дун была той, кто принесла ей эту новость. Юань Дун уделяла очень пристальное внимание новостям про Генерала. Когда она получила известие о том, что Дуань Синхуэй был снят с должности, она поспешно приехала сюда, чтобы рассказать об этом Нин Шу. Было ясно, что она надеялась, что Нин Шу попросит Императора проявить снисхождение. Однако Нин Шу была очень рада услышать эту новость. Когда она увидела, как волновалась Юань Дун, она холодно ухмыльнулась в сердце, и спросила: - Почему ты так много внимания уделяешь Генералу? Взгляд Юань Дун вспыхнул, когда она сказала: - Принцесса, служанка делает это только ради тебя. Генерал Дуань - твой будущий муж! - Юань Дун, помни свой статус, - взгляд Нин Шу стал суровым, - когда Дуань Синхуэй стал моим мужем? Ты хочешь разрушить мою репутацию этим? Юань Дун сразу опустилась на колени перед Нин Шу, ее лицо побледнело. - Служанка перегнула с этим. Принцесса, пожалуйста, будьте великодушны и простите свою служанку. Она никогда не посмеет больше сказать, что Дуань Синхуэй – это будущий муж Принцессы. С другой стороны, Эр Я вернулась в резиденцию Генерала с самим Дуань Синхуэем. Резиденция была очень большой и была украшена великолепно и роскошно. Эр Я была так взволнована, что ей казалось, что двух глаз ей не хватает, чтобы все осмотреть. Мадам Дуань, мать Дуань Синхуэя радовалась новости о том, что ее сын вернулся живым, и чуть не упала в обморок, когда Дуань Синхуэй сказал, что Эр Я будет его женой. Мадам Дуань раскрыла рот, когда увидела, что Эр Я, одетая в хлопчатобумажную одежду, с темной от загара кожей, похоже, не знала никакого этикета. Ей было нелегко воспитывать ее сына, когда она осталась овдовевшей. Однако ей удалось сделать это так хорошо, что он собирался стать зятем Императора. Будущее казалось идеальным с бесконечными перспективами и без препятствий. Так откуда взялась эта деревенская девушка!? Мадам Дуань была очень проницательной женщиной. Хотя она внутренне собиралась просто похоронить Эр Я собственными руками, на поверхности она все еще сохраняла теплую улыбку. Когда Дуань Синхуэй увидел улыбку на лице матери, его обычно суровое выражение смягчилось в улыбке: - Мама, Эр Я очень милая дама. Она проста и восхитительна, и обязательно покажет вам свое почтение. Лицо мадам Дуань дрогнуло, и теплая улыбка на ее лице почти исчезла. Проста и восхитительна? Мадам Дуань посмотрела на загорелую Эр Я. Она выглядела даже старше, чем Дуань Синхуэй. Ее сын, что, слепой? ---------- Имперский указ Когда мадам Дуань узнала, что у них уже был физический контакт, она закрыла голову, желая, чтобы это просто был сон. Теперь она нашла Эр Я еще более неприятной. Эта женщина не знала никакого стыда и согласилась на незаконные сексуальные отношения с мужчиной даже без свадьбы. Даже у проститутки больше достоинства. Мадам Дуань была очень решительной женщиной. Несмотря на то, что она внутренне ненавидела Эр Я, она хорошо отнеслась к ней, и даже подарила ей двух служанок. Обе горничные выглядели лучше, чем Эр Я. Эр Я не привыкла к таким ситуациям, и выглядела очень растерянной, поэтому она смотрела на Дуань Синхуэя с мольбой в глазах. Тем не менее, Дуань Синхуэй был очень доволен своей матерью. Он видел это как доказательство того, что его мать уже приняла Эр Я, поэтому он был доволен так, что не мог удержать улыбку на лице. Когда мадам Дуань увидела, как лицо Дуань Синхуэя озарилось радостью, вены на ее лбу запульсировали, но ей удалось подавить ее гнев. Остальная часть ее жизни будет зависеть от Дуань Синхуэя. Женщина, поженившись, повиновалась мужу, а после того, как овдовела, повиновалась сыну. Мадам Дуань должна была поддерживать теплый и доброжелательный образ перед своим сыном. Она не позволит девушке из какой-то сельской деревни вызвать разрыв в их отношениях. Мадам Дуань посчитала, что нет необходимости вступать в спор и разрушать отношения с сыном только из-за женщины. Однако за короткое время императорский указ пришел из дворца: Дуань Синхуэй был уволен с должности генерала. Г-жа Дуань была возмущена и встревожена этой новостью. Возмущение, страх и всевозможные эмоции смешались вместе, отчего она упала обморок. «Эта женщина сулит несчастье!» - была последняя мысль, которая прошла через голову мадам Дуань, прежде чем та упала в обморок. Она совершенно забыла, что Эр Я спасла жизнь ее сыну. Она считала, что сын, которого она растила течение стольких лет, был уничтожен одним событием. Дуань Синхуэй выслушал императорский указ со сжатыми губами. Евнух, прочитавший сообщение, ждал указаний. Он подавил холодный смешок. О чем думал этот Дуань Синхуэй? Как о будущем муже Принцессы? Теперь он был всего лишь простым гражданином, кем-то, кого Император не любил. Смазливым генералом, который проиграл в первый раз, когда отправился на войну. Эр Я все еще дрожала в стороне от страха. Она была совершенно в растерянности, и чувствовала, как будто она вступила в мир гигантов. Она даже не могла понять, что было в императорском указе. Все, что она видела, было то, что мадам Дуань упала в обморок, и лицо Дуань Синхуэя побледнело. - Что-то случилось? - спросила Эр Я. Она чувствовала себя не в своей лодке, потому что не могла ничего понять. Дуань Синхуэй был исчерпан. Поскольку Император послал людей, чтобы найти его и вернуть обратно, он думал, что Император высоко ценит его из-за его способностей. Но теперь он был уволен с официальной должности. Может быть, это из-за принцессы Цзяхуэй? Когда он встретил принцессу Цзяхуэй у городских ворот, она ничего не сказала, и выражение ее лица было очень холодным и безразличным. Мысль о том, что принцесса Цзяхуэй была вовлечена в этот вопрос, еще более усложнила его мысли. Он считал, что у него есть настоящие способности, но оказалось, что Его Величество оказал ему почет только благодаря принцессе Цзяхуэй. Теперь, когда у него больше не было поддержки Принцессы Цзяхуэй, его отправляли в ад. Дуань Синхуэй крепко сжал губы. Он не слышал, что говорила Эр Я. Эта среда была совершенно незнакома Эр Я, и единственное, на кого она могла положиться, это на Дуань Синхуэя. Тем не менее, Дуань Синхуэй вообще не обращал на нее никакого внимания, поэтому Эр Я почувствовала еще больший страх. В ее сердце она начала сомневаться в ее выборе. -Дорогой ... - Голос Эр Я дрожал. Только тогда Дуань Синхуэй снова опомнился. Когда он увидел страх и беспокойство на лице Эр Я, его сердце смягчилось, и он сказал: - Ничего страшного Однако Эр Я не чувствовала облегчения, она продолжила волноваться. Это место полностью отличалось от того места, где она жила. Здесь единственное, что у нее было, это Дуань Синхуэй, поэтому она могла только крепко держаться за него. Теперь Эр Я обосновалась в резиденции Дуаня. Она была ни хозяйкой, ни слугой, а осталась на очень неловком положении. ---------- Мадам Дуань Когда Мадам Дуань очнулась, ей пришлось выпить две чашки отвара из семян лотоса, чтобы успокоиться. Сразу же после этого она сказала: - В резиденцию Принцессы, срочно! Нин Шу не знала, что происходило в резиденции Дуаня. В этот момент она практиковала искусство обращения с кнутом. С тех пор, как она закончила изучать Непревзойденные Боевые Искусства, она нашла себе оружие. Если у нее не будет оружия, все ее силы будут бесполезны. В конце концов, Нин Шу выбрала кнут, потому что он был быстрым и мощным оружием. Она размахивала черным кнутом, холодно блестевшим на солнце. Кнут издавал свистящий рассекающий звук. Нин Шу взмахнула кнутом, и ударила один из камней в саду камней, оставив на нем выемку от удара. Она опустила кнут, чувствуя себя вполне удовлетворенной результатом. Кнут был подарком Ли Вэня, и, как она слышала, он был сделан из стали и покрыт сверху шипами. Если бы он попал по человеку, он выдрал бы кусок мяса. Как и ожидалось от вещи, произведенной Императорской семьей, она была великолепна. - Принцесса, Мадам Дуань ждет вас, - сказала Юань Дун, повернувшись к Нин Шу. Нин Шу подняла брови, затем внезапно улыбнулась, привязывая кнут к ее талии: - Как долго она была здесь? Юань Дун почтительно ответила: - Принцесса, она ждала почти два часа. Казалось, она была здесь для чего-то важного, поскольку она действительно ждала два часа. Нин Шу вытерла пот, и направилась к Мадам Дуань, чтобы узнать причину посещения. Нин Шу вошла в гостиную и посмотрела на сидевшую на стуле Мадам Дуань. Мадам Дуань была одета в парчовые одежды, вышитые павлинами и украшенными жемчугом. Она хорошо заботилась о своей коже и волосах, поэтому она обладала аурой богатой и ухоженной женщины. Выражение лица Мадам Дуань содержало вину и нетерпение. Увидев Нин Шу, она поспешно встала и поклонилась ей: - Приветствую Принцессу. Нин Шу не сразу разрешила Мадам Дуань встать, и вместо этого обошла ее и села. Она сделала глоток чая, прежде чем сказать мягко: - Вы можете встать. Искали меня? Мадам Дуань была подавлена отношением Нин Шу к ней. Ее поразили всевозможные эмоции, но она не могла озвучить их. Мадам Дуань осмотрела Нин Шу и увидела, что та была одета в повседневную одежду, волосы ее связаны в хвост, а на талии висел кнут, который блестел холодным светом. Ее изысканные черты казались отчужденными из-за безразличного выражения, а ее глаза были такими же холодными и ясными, как звезды. Принцесса была похожа на Таинственную Леди Девятого Неба, несравненно холодную и уравновешенную. Мадам Дуань снова почувствовала раздражение. Почему ее сын выбрал деревенскую девушку, а не эту выдающуюся Принцессу? Она серьезно не могла понять своего сына. - Я специально пришла навестить Принцессу. Это пирожные из грецкого ореха, которые я сделала лично, - Мадам Дуань указала на горничную за ее спиной, и служанка немедленно принесла коробку с пирожными. Юань Дун посмотрела на Нин Шу. Когда она увидела, что Нин Шу никак не отреагировала, она подошла, чтобы взять коробку. Нин Шу не знала, смеяться или плакать. В прошлой сюжетной линии Мадам Дуань никогда не делала пирожных для принцессы Цзяхуэй, а принцесса Цзяхуэй уважала Мадам Дуань, как будто она была ее собственной бабушкой. Однако Мадам Дуань использовала принцессу Цзяхуэй, чтобы победить Эр Я. ---------- Преступление, наказуемое смертью Трагический конец хоста был вызван из-за многих факторов, и мать Дуань Синхуэя была ответственна за их большую часть. Она считала Эр Я уродливой, и то, что ее статус слишком низок для ее сына. В то же время она беспокоилась о том, что она может своими действиями повлиять на отношения с сыном, поэтому она делала все руками Цзяхуэй, пользуясь ее гневом на Эр Я. Это привело к тому, что Дуань Синхуэй все больше и больше ненавидел Принцессу, и вся критика общества обрушилась на Цзяхуэй, в то время как мадам Дуань оставалась белой и чистой, она сохраняла свой статус уважаемой мадам. Нин Шу сжала губы, когда она внутренне произносила проклятье. Возможно, принцесса Цзяхуэй и понимала, что происходит, но она не могла преодолеть гнев от того, что ее мужчину украла какая-то деревенская женщина, поэтому продолжала попытки ее уничтожить. В любом случае, репутация Принцессы Цзяхуэй становилась все хуже. Между тем, Эр Я спасла жену маркиза и стала крестницей Маркиза. Ее статус сразу же прыгнул вверх, и она стала женщиной очень высокого статуса, под стать Дуаню. Мадам Дуань сразу с радостной улыбкой пригласила Эр Я в резиденцию Дуаня. Все у них сложилось хорошо. Это была семья с доброжелательной матерью, с детьми, которые жили счастливы. К черту это! Прибытие Мадам Дуань сегодня, вероятно, должно было начать эту цепочку событий. Когда Нин Шу подумала об этом, ее выражение стало еще холоднее. Мадам Дуань почувствовала настроение принцессы и чувствовала себя неловко. Внутренне она проклинала Эр Я. Та была такой некрасивой, что ей закрадывалась в голову мысль, что Эр Я использовала какую-то магию. - Принцесса ... - Мадам Дуань начала плакать, прежде чем она даже начала говорить. Она вытащила носовой платок и прижала его к глазам, продолжая: - Принцесса, пожалуйста, поверьте моему сыну. Эта женщина однажды спасла моего сына, и теперь она шантажирует Синхуэя. Она дошла до того, что его уже выгнали с официального поста. Синхуэй не будет меня слушать, несмотря на то, что это касается его же будущего. Мадам Дуань всхлипнула: - Принцесса, Синхуэй очень уважает вас. Можете ли вы просто немного увещевать его и сказать ему, что он не должен относиться к своему будущему, как к шутке? Губы Нин Шу дрогнули, когда она прислушивалась к жалобам мадам Дуань. Первоначально она не планировала участвовать в делах Дуань Синхуэй и Эр Я, но что ей делать теперь, когда Мадам Дуань пыталась использовать ее? Мадам Дуань явно не просто хотела проинформировать Нин Шу об этом, это было своего рода обвинением. Мадам Дуань считала, что Дуань Синхуэй потерял свой статус из-за того, что Принцесса попросила Ли Вэня его уволить. Нин Шу не собиралась ничего объяснять. Она холодно засмеялась и сказала: - Вы, женщина из внутренней палаты, смеете вмешиваться в политику!? Это решает суд. Может быть, вы ожидали, что Император вознаградит генерала, который проиграл в своей первой кампании? Пусть скажет спасибо, что Император не взвалил на него ответственность за смерть солдат. Он покинул казарму без разрешения, будучи главнокомандующим! Отсутствие без разрешения - это страшное преступление, наказуемое смертью. Если вы недовольны решением Императора, то можете пойти во Дворец и оспорить его. Мадам Дуань была ошеломлена. В прошлом принцесса Цзяхуэй всегда относилась к ней с почтительным уважением и никогда не разговаривала с ней высокомерно. Тем не менее, Нин Шу даже не потрудилась быть вежливой к ней, отчего у той появилось тонущее чувство на душе. Она полагалась на то, что Принцессе очень нравился ее сын. Однако, сейчас Принцесса была очень похожа на незнакомку. В ее словах и поведении не было никаких следов тепла; все, что присутствовало, было аурой Монарха, и это пугало мадам Дуань. Казалось, что Принцесса хотела, чтобы Дуань Синхуэй взял на себя ответственность за поражение на фронте. Неужели она хотела, чтобы Дуань Синхуэй умер? Мадам Дуань в шоке уставилась на Нин Шу, ее зрачки расширились. Теперь она плакала по-настоящему: - Принцесса ах... Неужели вы хотите видеть, как Синхуэй саморазрушается? - Вы считаете, что побежденный Генерал имеет право жениться на Принцессе? Мадам Дуань, эта Принцесса надеется, что вы прекратите разрушать ее репутацию. Нин Шу говорила, не утруждая себя вежливостью. Она была принцессой, зачем ей прятать свои чувства? Она вообще ничего не чувствовала к Дуань Синхуэю, так почему же ей надо заботиться о его матери? Она должна поднять всю мощь Императорской семьи и показать этим людям свое место! ---------- Принцесса уже не та, что раньше Лицо Мадам Дуань горело от словесных пощечин. Сын, которым она так гордилась, был выставлен в таком свете, но она не могла вступиться за него, потому что это говорила Принцесса династии Великих Юн. Нин Шу увидела, что Мадам Дуань едва сдерживалась от гнева. Она сузила глаза, а затем продолжила: - Я слышала, что генерал Дуань, ах, какая ошибка, Дуань Синхуэй больше не является генералом, он теперь обычный гражданин. Дуань Синхуэй даже привел женщину с собой. Судя по всему, он действительно любит эту женщину. Поздравляю, мадам, за то, что вы получили такую ​​прекрасную невестку. Нин Шу не могла скрыть презрение в ее тоне, когда она говорила. Лицо Мадам Дуань исказилось. Она чувствовала, что тон принцессы не содержал ни следа дружественности, когда она говорила о Дуань Синхуэе. Теперь Мадам Дуань действительно паниковала. Без Принцессы, как ее сын должен снова подняться? Неужели он действительно останется обычным гражданином до конца своих дней? Сердце Мадам Дуань практически кровоточило. Она отложила в сторону свое достоинство и стала умолять о снисхождении: - Принцесса, можете ли вы, пожалуйста, принять во внимание нашу прошлую дружбу и дать Сянхуэю шанс снова проявить себя и искупить свое преступление? - Искупить его преступление? Солдатам на фронте это уже не поможет, - сказала Нин Шу без всякой вежливости. Принцесса устала. Юань Дун, помоги ей найти выход. Нин Шу ушла сразу же, как заокнчила говорить. Позади нее осталось побледневшее лицо Мадам Дуань. Она беспомощно покинула резиденцию Принцессы и упала в обморок, едва достигнув своего дома. Дуань Синхуэй с серьезным выражением обнял свою бессознательную мать, и спросил служанку Мадам Дуань.: - Что случилось с моей матерью? Взгляд Дуань Синьхуэя был наполнен жаждой убийства, поэтому горничная задрожала: - Мадам направилась к Принцессе, чтобы просить снисхождения, Генерал. Дуань Синхуэй уже догадался, что мадам Дуань отправилась за помощью к Принцессе Цзяхуэй. Он этого не одобрял, так как это только ввергало его в унижения. К тому же он считал, что он может справиться со всем сам, без помощи Принцессы Цзяхуэй. Черты лица Дуань Синхуэя исказились. Он рассердился на принцессу Цзяхуэй. Когда он коснулся рукояти клинка на талии, его лицо наполнилось желанием убийства. Почему принцесса Цзяхуэй так отнеслась к его матери!? Дуань Синхуэй обернулся и собирался уйти, когда слабый голос позвал его. - Стой. - Я отомщу за тебя, мама, - Дуань Синхуэй чувствовал, что независимо от того, как его ненавидела принцесса Цзяхуэй, она все равно не должна так унижать его мать. - Стой, ты с ума сошел? Ты хочешь добиться справедливости таким образом? - Мадам Дуань очень беспокоилась и понятия не имела, что делать. Принцесса была уже не такой, как раньше, она не могла использовать ту, манипулируя ее эмоциями. ---------- Как проходной двор - Мама, не волнуйся, все со мной будет в порядке, - Дуань Синхуэй ускользнул в дверь. Мадам Дуань, которая лежала на кровати, хотела снова упасть в обморок, но она стиснула зубы и сказала горничной: - Помоги мне дойти. Мадам Дуань чувствовала себя слишком слабой, чтобы ходить, поэтому ее повезли в резиденцию Принцессы. - Принцесса, генерал Дуань снаружи просит встретиться, - Юань Дун выглядела возбужденной, когда она поспешно доложила эту информацию Нин Шу. Нин Шу привязывала кнут к талии, прищурившись, глядя на Юань Дун, которая выглядела очень возбужденной и счастливой. Чувствуя взгляд принцессы, сердце Юань Дун замерло. Она тщательно подобрала слова и сказала: - Генерал Дуань пришел к Принцессе, разве Принцесса не счастлива? - В чем счастье? Кто такой Генерал Дуань? Он просто Генерал, которого уволили со своего поста, но ты все еще смеешь называть его так? - холодно сказала Нин Шу, - ты, кажется, очень счастлива. Ты счастлива, что пришел Дуань Синхуэй? Лицо Юань Дун сразу же побледнело: - Служанка просто радуется за Принцессу. - Помни свой статус. Принцесса не имеет ничего общего с Дуань Синхуэем. Если ты попытаешься свести Принцессу с Дуань Синхуэем, я не пощажу тебя, - холодно сказала Нин Шу. Юань Дун задрожала, опустилась на колени, и схватила юбку Нин Шу: - Служанка знает, что Принцесса сейчас злится. Принцесса сердится на Генерала Дуаня за то, что у него другая женщина. Но Принцесса все равно должна пойти выслушать Дуань Синхуэя. Служанка полагает, что ему есть что сказать вам. Черт! Почему никто не слушал, что она говорит!? Это все из-за прежней глубокой любви Цзяхуэй. - Принцесса, Дуань Синхуэй все еще ждет снаружи, - снова напомнила Юань Дун. Господи Иисусе! Ее резиденция Принцессы как проходной двор. Одна пришла, вышла, потом пришел еще один. Эти люди думали, что ее легко запугать? Может быть, ей встретиться с ними? В дверях резиденции Принцессы раздавался шум. Юань Дун посмотрелана Нин Шу, но не могла перестать говорить: - Принцесса, есть некоторые вещи, которые служанка должна сказать, даже если она рискует своей жизнью. Генерал Дуань был, несомненно, будущим мужем принцессы, но он полюбил женщину, вышедшую из ниоткуда. Принцесса действительно согласна принять это? Нин Шу холодно посмотрела на Юань Дун. В оригинальной сюжетной линии Юань Дун также спровоцировала принцессу Цзяхуэй таким образом. - Это разве связано с тобой !? - Нин Шу ухмыльнулась, - Принцесса знает, что ты питаешь чувства к Дуань Синхуэю. Не волнуйся, Принцесса все устроит для тебя.. - Принцесса ... - Голос Юань Дун треснул, и она упала на землю. Глядя на Нин Шу с шоком и страхом в глазах, она схватила юбку Нин Шу и отказывалась признать это. - Принцесса, как служанка может иметь чувства к Генералу? Служанка беспокоится о Принцессе. В чем смысл отрицать это? Нин Шу не собиралась верить ни одному слову. На данный момент шум в дверях резиденции становился все громче и громче. Слышались сердитые крики Дуань Синхуэя. Нин Шу сняла кнут с талии, и направилась к дверям. Нин Шу вышла и увидела, что Дуань Синхуэй был полностью одет в черное, и держал меч так, как будто он собирался прорваться в резиденцию Принцессы. Какое чувство могло быть, когда кто-то с ножом захочет проникнуть в ваш дом? У Нин Шу было только одно чувство – она хотела убить чертового ублюдка. ---------- Высокий статус - это ваш грех - Дерзость! - Холодно вскрикнула Нин Шу, взмахнув кнутом. Кнут попал в меч в руках Дуань Синхуэя и отбросил его с громким звоном. Меч воткнулся в стену и остался там, слегка дрожа. Все это произошло в течение нескольких секунд. Дуань Синьхуй был ошеломлен, обнаружив, что меч уже не был в его руках, затем безучастно посмотрел на Нин Шу. Сегодня Нин Шу носила очень простой наряд - одежду для верховой езды, и выглядела очень по-героически. Великолепная одежда и украшения отсутствовали, на ней не осталось ни одного лишнего предмета. Дуань Синхуэй никогда не видел Цзяхуэй такой. Она была несравненно изысканной, но безразличной. Дуань Синхуэй почувствовал сильное чувство утраты в своем сердце. Он привык к Цзяхуэй, которая глядела на него взглядом, наполненным обожанием. Если исчезает что-то, что всегда было, это неизбежно заставляет людей чувствовать себя расстроенными. Дуань Синхуэй чувствовал, что это и была мужская слава, когда женщина высокого статуса, как Принцесса, восхищалась им, поэтому он не мог не чувствовать себя досадно. - Генерал приветствует Принцессу. Хотя он и не хотел, он все равно должен был приветствовать ее. Это было то, что Дуань Синхуэй не мог заставить себя принять. Он, человек, на самом деле должен был приветствовать женщину, пускай и возможно его жену! Нин Шу усмехнулась: - Генерал? Разве старший брат-Император восстановил вас в звании, что вы можете звать себя Генералом? В оригинальной сюжетной линии, Дуань Синхуэй не был уволен Ли Вэнем, но теперь его статус очень похож на статус Эр Я. Нин Шу презрительно улыбнулась. Цзяхуэй, благородная Принцесса, должна была опуститься до того, чтобы ухаживать за эгоистичным шовинистом Дуань Синхуэем. Сердце Дуань Синхуэя утонуло, и он сказал тихим голосом: - Простолюдин знает, что принцесса затаила обиду на него, но мать невиновна в этом. Боже. Итак, прямо сейчас Дуань Синхуэй пытался добиться справедливости для мадам Дуань? Нин Шу рассмеялась и сказала: - Принцесса ничего не сделала мадам Дуань, но даже если это так, что ты собрался делать? Она видела, что Дуань Синхуэй сжимал кулаки в ярости, и нанесла ему удар по самому болезненному месту. Поскольку Дуань Синхуэй был мужским лидером этого мира, он инстинктивно чувствовал, что весь мир должен вращаться вокруг него. Теперь, когда он был унижен Нин Шу, в нем было только одна мысль, которая заключалась в том, что ему повезло, что он не женился на этой женщине, похожей на скорпиона. - Дерзкий и злой простолюдин! Мало того, что ты хотел проникнуть в резиденцию Принцессу, ты хотел напасть на нее! -Нин Шу четко изложила это, в результате чего уши Дуань Синхуэя стали красными от смущения. Он резко поднял голову, чтобы посмотреть на Нин Шу с глазами, наполненными нескрываемым разочарованием и отвращением. - Принцесса Цзяхуэй, я никогда не думал, что вы на самом деле такой человек, - надменный, деспотичный, и беспощадный! У вас нет следа достоинства, которое должна иметь женщина. Вы знаете, почему вы мне не нравились? Потому что вы всегда были такой. Каждый ваш ход основан на этикете, связанным правилами. Вы всегда щеголяли своим высоким статусом. Ваш благородный статус при рождении не дает вам права проявлять презрение к другим людям! - А вот Эр Я отличается от вас. Она живая и яркая, как солнце, а ее простая и чистая красота похожа на свежий весенний ветер. Какая в этом логика? Неужели это была вина принцессы Цзяхуэй за то, что она родилась в состоятельной семье, неужели это ее грех? Боже, эта логика была невероятной. Нин Шу перевела тираду, изданную Дуань Синхуэем. Она гласила, «что твой статус был слишком высок и сильно угнетал меня, поэтому я не любил тебя» Черт возьми. Нин Шу показала ему средний палец. ---------- Принцесса может быть такой бессердечной? Сердце Нин Шу немного болело. Это были эмоции хоста. Настоящая Цзяхуэй никогда не разговаривала так с Дуань Синхуэем. Она всегда была похожа на любимую маленькую девочку, смотревшую на него с любовью и обожанием . Принцесса Цзяхуэй думала, что Дуань Синхуэй любил ее, но оказалось, что он презирал ее статус. Если бы он обладал способностью к реинкарнации, у Нин Шу были большие сомнения в том, что Дуань Синхуэй не переродился бы именно Императором Ли Вэнем, а не обычным крестьянином. - Если бы я назвала тебя SOB, что бы ты ответил? – спросила Нин Шу. (SOB – Son of bitch) Хотя Дуань Синхуэй не понимал, что сказала Нин Шу, у него было чувство, что там не было ничего хорошего. Нин Шу играла со своим хлыстом: - Что ты думаешь? Ты думаешь, что достоин симпатии Принцессы? Ты всего лишь побежденный Генерал. Если бы эта Принцесса понесла ответственность за жертвы на войне, ей было бы стыдно взглянуть людям в глаза. Лицо Дуань Синхуэя исказилось в спазме, и он посмотрел на Нин Шу красными глазами, как будто она сильно оскорбила его достоинство. - Всегда найдутся простолюдины, которые захотят убить Принцессу, - Нин Шу взмахнула кнутом в направлении лица Дуань Синхуэя. Если бы шипы вонзились в лицо Дуань Синхуэя, ему пришлось бы попрощаться с его красивым лицом в этой истории. Цвет лица Дуань Синьхуэя быстро изменился. К лучшему или к худшему, он был генералом, поэтому у него были быстрые рефлексы. Он успел прикрыть лицо руками. С громким свистом кнут ударил по руке Дуань Синхуэя. Острые шипы впились в его руку. Дуань Синхуэй с недоверием посмотрел на Нин Шу. Она рассмеялась, затем вернула кнут к себе – на кнуте осталась алая кровь. Она знала, что ее хлыст был довольно быстрым, но она никак не ожидала, что сможет попасть в Дуань Синхуэя. - Принцесса, - губы Дуань Синхуэя дрожали. Его лицо было смертельно бледным, и он казался очень потрясенным. Было ясно, что он не ожидал, что она сможет на него напасть. Нин Шу просто холодно засмеялась, затем сказала с равнодушным выражением: - Арестуйте этого человека! Он пытался убить Принцессу! Дуань Синхуэй приглушил стон, держась за руку. Кровь просачивалась между его пальцев и капала на мостовую. - Как принцесса может быть такой бессердечной? - Глаза Дуань Синхуэя были совершенно красными, когда он посмотрел на Нин Шу. То, как он говорил, было так, будто она его подвела; это было бесстыдство. Он был явно тем, кто эгоистично ушел и решил жениться на ком-то еще, но он еще и говорил ей, что бессердечна именно она? «Дуань Синхуэй, что-то не так с твоими мозгами? Ты пришел убить Принцессу, но получив отпор, ты сказал, что она бессердечна? Понятие «SOB» действительно тебе подходит.» Черт, все эти люди серьезно жили в своих собственных мирах. Все, что они могли видеть, это то, что другие подводят их. Они закрывали глаза на вред, причиненный их действиями. ---------- Как Принцесса может быть такой бессердечной? (2) Мадам Дуань прибыла в резиденцию. Увидев окровавленный кнут Нин Шу и ее раненого сына, ей казалось, что ее сердце сейчас расколется на части. Она всегда любила своего сына и никогда не поднимала на него руку. Возмущению в сердце Мадам Дуань не было конца. Она собиралась допросить Нин Шу о произошедшем, когда увидела ее холодный взгляд. Ее мысли сразу же прояснились. Она собиралась допросить Принцессу! Мадам Дуань почувствовала такое беспокойство от удушающего гнева, что она сходила с ума. Мадам Дуань возмущалась сразу насчет Принцессы, не похожей на себя, и насчет новоиспеченной невесты Эр Я. Если бы не Эр Я, Дуань Синхуэй не был бы уволен, и не разозлил бы Цзяхуэй. Раньше у Мадам Дуань все еще таилась надежда. Она думала, что Нин Шу все-таки выйдет замуж за него, и Император восстановит его в звании. Однако теперь, когда Принцесса Цзяхуэй ранила Дуань Синхуэя без малейшего колебания, Мадам Дуань поняла, что старых чувств у Цзяхуэй к ее сыну больше не осталось. Как это могло произойти? Мадам Дуань была психически и физически истощена, но она все же слезла с носилок и подошла к Дуань Синхуэю посмотреть его раны. - Принцесса, за что вы с ним так бессердечно? – Сейчас Мадам Дуань плакала по-настоящему с беспомощностью и страхом. Ситуация заходила так, что у Дуань Синхуэя не было никаких надежд. Единственная надежда заключалась в том, что Принцесса Цзяхуэй пошла к императору и потребовала снисхождения, но и она разбилась последней. Это карма. Приходит другой человек и тоже называет ее бессердечной. Как и ожидалось – у матери и у сына были одинаковые мысли. Нин Шу усмехнулась: - Я бессердечна? Дуань Синхуэй пытался прорваться в резиденцию Принцессы, чтобы убить меня. Все присутствующие могут засвидетельствовать это. Сердце Мадам Дуань укатилось в живот, она полностью запаниковала. В конце концов, в конце концов, она была всего лишь работницей внутренней палаты, совершенно бесполезная в таких ситуациях. - Принцесса, пожалуйста, позвольте обычной женщине привести к ее сыну врача. Кто-то помог Дуань Синхуэю встать, и тот приготовился уходить. - Стоп, - скомандовала Нин Шу, - Мадам Дуань, что вы делаете? Вы действительно хотите помочь преступнику, виновному в убийстве? Нин Шу взглянула на капли крови на земле, а затем на лицо Дуань Синхуэя, бледное от потери крови, и почувствовала, что ее сердце наполняется удовлетворением. Теперь мадам Дуань рассердилась. - Принцесса, вы хотите загнать нас в угол? Не забывайте, что Синхуэй - ваш будущий муж. Выражение Нин Шу стало холодным, когда она сказала: - Мадам Дуань, вы должны быть осторожны с вашими словами. Если вы продолжите разрушать репутацию этой Принцессы, она может попросить помощи Его Величества. Дуань Синхуэй уже простой гражданин, я уверен, что он не захочет брать на себя это преступление. Нин Шу пошла им навстречу. Мадам Дуань невольно задрожала. Она пристально посмотрела на кровавый хлыст, ее лицо побледнело. Дуань Синхуэй прикрыл свою рану рукой, подошел к Мадам Дуань, и закрыл ее своим телом. - Не приходите сюда, перестаньте раздражать Принцессу. Если вы еще раз нагрянете сюда, Принцесса сделает так, что ваша семья больше никогда не сможет жить здесь. Принцесса еще не разрешила проблемы, связанные с вашей ложью, поэтому, Дуань Синхуэй, следи за своим статусом. Лицо Дуань Синхуэя было бледным и смущенным. Мадам Дуань помогла ему удержаться на ногах. Они развернулись, и пошли к выходу. - Подождите. Дуань Синхуэй и Мадам Дуань одновременно подпрыгнули и застыли на месте. Дуань Синхуэй сжал губы, затем повернулся, чтобы посмотреть на Нин Шу. Нин Шу слегка улыбнулась, и ее холодное выражение стало чуть теплее, в результате чего Дуань Синхуэй на мгновение оторопел. Когда человек с холодной личностью внезапно улыбался, это давало сильный эффект. - Дуань Синхуэй, у Принцессы есть служанка, которая, можно сказать, несет в себе глубокое восхищение тобой, - сказала Нин Шу. Дуань Синхуэй был ошеломлен. Он не мог понять, что хотела Нин Шу. ---------- Это не относится ко мне - У служанки есть глубокие чувства к тебе, и я, как ее хозяйка, не могу игнорировать их. К лучшему или к худшему она уже много лет служит Принцессе. Принцесса надеется, что ты будешь хорошо к ней относиться. Нин Шу увидела недоверчивое выражение Дуань Синхуэя. Даже Мадам Дуань странно посмотрела на Нин Шу. - Принцесса? - Юань Дун была в настороженном восторге. Она была рада возможности быть с генералом Дуанем, но она боялась из-за того, что Нин Шу читала ее, как раскрытую книгу. Короче говоря, чувства Юань Дун были очень смешанными. - Служанка не хочет покидать Принцессу. Принцесса, пожалуйста, не гоните ее, - Юань Дун опустилась на колени перед Нин Шу, будто бы она была предана ей до самой смерти. Нин Шу просто сказала мягким тоном: - Ты теперь живешь в резиденции Дуаня. Служи семье Дуаня верно. В конце концов, Юань Дун почтительно отошла и встала рядом с Дуань Синхуэем. - Принцесса, простите этого простолюдина за то, что не он может принять ее. Бесполезный простолюдин уже имеет настоящую любовь. В этот момент Дуань Синхуэй уже забыл о травме на руке, и поклонился Нин Шу. Нин Шу казалась безразличной: - Как твоя настоящая любовь касается меня? Дуань Синхуэй обнаружил, что ему по какой-то причине было очень трудно общаться с Принцессой Цзяхуэй. Нин Шу повернулась и ушла, не обращая больше внимания на этих людей. В конце концов, у Дуань Синхуэя больше не было выбора, кроме как принять Юань Дун и вернуться обратно в свою резиденцию. Когда трое добрались до резиденции, Эр Я стояла у входа в ожидании. На ней была яркая шелковая одежда, из-за которой ее кожа казалась еще более темной. Она была больше похожа на переодетого леопарда. Глаза Юань Дун были глубокого презрения, когда она увидела Эр-Я. Когда Эр Я встретила взгляд Юань Дун, она почувствовала волну смущения. Она повернулась и побежала обратно в резиденцию, плача. Когда она убегала, она даже не заметила травмы на руке Дуань Синхуэя. Женская интуиция позволила ей почувствовать враждебность Юань Дун к ней, а также заставила ее почувствовать такую ​​же враждебность к самой Юань Дун. Когда Дуань Синхуэй увидел, что его любимая женщина убежала, он безрассудно побежал за ней. - Сянхуэй, ах! Ваша травма! - Крикнула Мадам Дуань. Дуань Синхуэй и Эр Я выглядели так, будто они играли в догонялки. - Генерал ... - Когда Юань Дун увидела, что Дуань Синхуэй бежал за этой деревенской женщиной, она была шокирована. Почему эта уродливая негодяйка? Почему она!? ---------- Игра в самих себя Поскольку Юань Дун больше не служила ей, Нин Шу пошла, и на роль личной служанки выбрала случайную служанку из своей резиденции. Хотя на самом деле Нин Шу никто не был особо нужен. Кухня всегда сама посылала к ней курьера с едой. В эти дни, когда Нин Шу была свободна, она практиковала боевые искусства. Она практиковалась каждый день, усовершенствую свою технику, потому что у неё было слабое предчувствие, что ей придется отправиться на войну. Вероятно, ей придется показать свою ценность Ли Вэню, и убедить его, что она больше полезна в службе за родину, чем в качестве наложницы. Нин Шу положила кнут и приняла полотенце, предложенное служанкой. Вытирая пот на лице, она спросила: - Какие новости из резиденции Дуаня? Маленькой служанкой была Сяо Хун. Её тонкие черты были достаточно симпатичны, но её нельзя было назвать прекрасной. Однако она была очень живая и сообразительная и обладала яркой индивидуальностью. Когда она услышала вопрос Нин Шу, она быстро ответила: - Только то, что Юань Дун и Эр Я столкнулись, вызвав огромный шум. Дуань Синхуэй страдает, будучи зажатым между двумя женщинами, - сказала Сяо Хун. Нин Шу улыбнулась. Это был именно тот эффект, которого она добивалась. Кто просил использовать её в качестве щита? Ей хотелось бы узнать, как Юань Дун и мадам Дуань будут вести себя с Эр Я. Кстати, это было также смешно. Теперь, когда она, обладатель высокого статуса, не будет устраивать шумиху, то что будет с их «настоящей любовью»? Любовь Синхуэя и Эр Я была полностью создана ​​на руинах репутации хоста. Вот почему Нин Шу решила отправить туда Юань Дун - чтобы столкнуть её с Эр Я. Последний период был непростым для Дуань Синхуэя. Это было серьезно тяжело; он был измотан. Эр Я стала очень чувствительной и все больше прилипала к нему. Каждый раз, когда он смотрел на неё, он видел, что её простое лицо было наполнено беспокойством. Дуань Синхуэй много раз говорил, что не предаст её, но Эр Я все еще чувствовала себя неловко. Кроме того, Юань Дун раздувала пламя, из-за чего Дуань Синхуэй чувствовал себя как никогда уставшим Однако, поскольку Юань Дун была кем-то из резиденции Принцессы, а он больше не занимал должность чиновника, он не мог сделать так, как хотела Эр Я, и выгнать Юань Дун. Если бы он это сделал, Принцесса Цзяхуэй подняла бы шум, и последствия были бы ужасными. Когда Эр Я увидела, что Дуань Синхуэй ничего не собирается с этим сделать, она подняла шум. Эр Я была из сельской местности, поэтому, когда она вызывала шум, это был серьезный шум. Вся резиденция Дуань была перевернута вверх ногами. Дуань Синхуэй чувствовал себя смущенным и беспомощным. Теперь, когда Принцесса Цзяхуэй не стояла между ними, у Дуань Синхуэя и Эр Я начались проблемы из-за их различного социального статуса. Несмотря ни на что, Дуань Синхуэй по-прежнему был благополучным джентльменом, которого воспитывали в столице. Он серьезно не привык к подобным сценам. Эр Я была внутренне напугана, так как она отказалась от всего, чтобы приехать в столицу с Дуань Синхуэем. На данный момент Дуань Синхуэй был единственной спасательной веревкой, за которую она могла держаться, поэтому она почувствовала, что ей нужно только крепко сжать её. Чем больше Дуань Синхуэй выражал нетерпение к ней, тем больше она пугалась, и тем больше устраивала сцен истерии. Иногда Дуань Синхуэй задавался вопросом, действительно ли эта Эр Я была такой же чистой и невинной, как при встрече. Дуань Синхуэй был очень огорчен, но он все еще сдерживался и терпеливо слушал Эр Я. Просто он немного устал от этого. Изначально Мадам Дуань планировала посмотреть поединок Эр Я и Юань Дун, но когда она увидела совершенно невнятное поведение Эр Я, у неё не было выбора, кроме как найти кого-то, кто научил бы Эр Я. этикету. Она не могла допустить, чтобы это продолжалось, иначе Резиденция Дуаня станет посмешищем всей столицы. Её сын не захотел Принцессу, и предпочел ей деревенскую девушку. Все окружающие говорили, что мозг Дуань Синхуэя превратился в месиво. Если это продолжится, почувствовала Мадам Дуань, она не сможет даже ни с кем поздороваться на улице. Когда Эр Я была вынуждена изучить этикет, она начала поднимать шум, потому что она действительно не хотела учиться. Еда, сон, даже ходьба были основаны на подробных правилах этикета. Все это смутило Эр Я, а также сделало жизнь очень тяжким испытанием. Эр Я выросла в деревнях, поэтому некоторые вещи были выгравированы в её костях, и изучение этикета было для неё ненормально трудным испытанием. Ей казалось, что кто-то пытается обрезать её крылья. Дуань Синхуэй также почувствовал большую боль. В его сердце Эр Я была свободной, но теперь она должна была быть такой же, как и все женщины в столице, и стать продуктом установленных стандартов. Однако с одной стороны была женщина, которую он любил, а с другой - мать, которая в одиночку вырастила его. Когда Дуань Синхуэю нечего было делать, он уходил из резиденции выпить. Однако, каждый раз, когда он был вне резиденции, люди смотрели на него так, словно смотрели на дурака. Увидев эти взгляды, сердце Дуань Синхуэя не могло не дрогнуть. Было ли ошибкой отказаться от принцессы Цзяхуэй? Люди, которые всегда были смиренными и пресмыкающимися перед ним в прошлом, смотрели на него высокомерно. Неужели он действительно допустил ошибку? ---------- Разве можно так разговаривать с Принцессой? Дуань Синхуэй удержался на своем мнении. Та, кого он любил, была Эр Я. Просто почему бы ей немного не посочувствовать ему? Когда человек теряет работу, его источник гордости, он всегда немного сдает. Нынешний Дуань Синхуэй каждый день был в пьяном состоянии, и чувствовал, что дорога впереди только темнее. Когда он возвращался в резиденцию с бутылкой вина, он наткнулся на мадам Дуань, которая выбежала с тревогой - Мама, что случилось? - спросил Дуань Синхуэй. Когда мадам Дуань увидела, во что превратился Дуань Синхуэй, ее сердце заныло. Тем не менее, существовала более насущная проблема, поэтому она поспешно сказала ему: - Эр Я отправилась поднимать суету в резиденцию Принцессы. Дуань Синьхуй вздрогнул и слегка протрезвел. Он бросил бутыль вина, и тотчас же с беспокойством посмотрел в сторону резиденции Принцессы. Даже сам он не был уверен, почему он так беспокоится. Однако нельзя отрицать, что он вдруг почувствовал желание увидеть принцессу Цзяхуэй. Это было небольшой надеждой, что принцесса Цзяхуэй все-таки вступится за нее. Когда Дуань Синхэуй добрался до резиденции Принцессы, он увидел, что Эр Я, одетая в зеленое, стояла на коленях перед резиденцией Принцессы. Охранники, стоявшие у входа в резиденцию, наблюдали за Эр Я. Вокруг столпились люди и зеваки. По какой-то неизвестной причине, у Дуань Синхуэя даже не хватило смелости пойти к Эр Я. Он чувствовал столько противоречивых эмоций, что его сердце онемело. Когда Нин Шу услышала от Сяо Хун, что Эр Я ждала снаружи, она была раздражена. Несмотря на то, что она сидела дома, все люди из резиденции Дуань приходили сюда и устраивали ей неприятности. Нин Шу погладила кнут на ее талии. Сяо Хун знала, что Принцесса рассердилась. Все охранники в резиденции Принцессы были «обучены» принцессой. Принцесса часто использовала охранников в качестве тренировки по боевым искусствам. Нин Шу подошла к дверям. Ей не хотелось, чтобы ее обвиняли в невежливости. В тот момент, когда Нин Шу вышла, время, казалось, замедлилось для Дуань Синхуэя. Принцесса Цзяхуэй, как всегда, носила одежду для верховой езды, ее волосы были собраны в длинный хвост, а на талии висел кнут. Ее внешность была одновременно освежающей и изящной, заставляя людей невольно вздыхать от восхищения. Нин Шу остановилась, чтобы оценить Эр Я, которая стояла на коленях на земле. На лицо Эр Я была нанесена косметика, ее брови были выщипаны в тонкие линии, и на ней была шелковая одежда. Нин Шу могла только сказать, что наряд не был ей к лицу. У Эр Я изначально были широкие брови и большие глаза, поэтому из-за тонких бровей ее лицо выглядело неестественно. Эр Я сильно отличалась от той, которую она видела у ворот. Тем временем, когда Эр Я посмотрела на Нин Шу, и ей показалось, что принцесса окружена ореолом света. Ее лицо было безупречным, и хотя на ней не было ни одного ювелирного изделия, она казалась несравненно элегантной и благородной. Комплекс неполноценности Эр Я стал еще сильнее. Она вспомнила, что сказала ей Юань Дун: изначально Принцесса Цзяхуэй должна была быть женой Дуань Синхуэя. Юань Дун сказала, что причиной увольнения Дуаня была личная просьба Принцессы, поэтому Дуань потерял свою должность генерала. Эр Я хотела приехать сюда и попросить принцессу Цзяхуэй больше не обвинять Дуань Синхуэя. - Принцесса, вы помните меня? - Эр Я спросила Нин Шу. Нин Шу: ... Разве можно было разговаривать с Принцессой в таком тоне? -Принцесса, произошла тысяча ошибок, но они все принадлежат мне. Прошу вас, пожалуйста, не обвиняйте Дуаня больше, - воскликнула Эр Я, - пожалуйста, не сердитесь на него. Не обвиняйте Дуань Синхуэя – обвините меня. Сердце Дуань Синхуэя металось в разных эмоциях - и он чувствовал, что это приносит ему только унижение. Тем временем Нин Шу почувствовала негодование. Что это за выдумка? Это давало неправильное представление о том, что она была негодяйкой, которой нравилось разбивать семьи. Она не хотела затрагивать их любовь, те начали это сами. Эр Я говорила, будто она использовала государственную должность, чтобы отомстить в личных целях. Почему они не шли к Ли Вэню, чтобы разобраться с этим? Издавшим Имперский Указ был Император, зачем они шли к ней? ---------- Это не хорошо, совсем не хорошо Нин Шу взяла в руки кнут. Она ударила прежде Дуань Синхуэя, и ей так хотелось ударить и Эр Я. О нет, как она стала такой жестокой? В этом не было ничего хорошего, совсем ничего. Когда Дуань Синхуэй увидел, как Принцесса взялась за кнут, его рука заныла от одного его вида. Он поспешно подбежал, поднял Эр Я, которая стояла на коленях на земле. Нин Шу спокойно достала кнут. С самого начала она заметила, что Дуань Синхуэй был в толпе. Тц. Разве можно позволять свой жене стоять на коленях, а самому прятаться в толпе? Нин Шу действительно не знала, какая часть этого Дуань Синхуэя понравилась хосту. Вероятно, хост приняла эту ситуацию слишком близко к сердцу, поэтому гнев заставлял ее бегать за этим человеком. Вещи, как и люди, становились ценными только тогда, когда они кому-то нужны. Если бы она смотрела на него трезво, она бы поняла, что Дуань Синхуэй вообще не был хорошим человеком. Эр Я некоторое время смотрела на Дуань Синхуэя, затем начала плакать. Под всеобщим наблюдением она с облегчением зацепилась за Дуань Синхуэя. - Простолюдин приветствует Принцессу Цзяхуэй, - Дуань Синхуэй отдал честь Нин Шу. Нин Шу ничего не сказала. Она просто осталась стоять на ступеньках, и смотрела вниз на Дуань Синхуэя. Это заставило Дуань Синхуэя чувствовать себя очень неудобно. Хотя он знал, что принцесса Цзяхуэй действительно больше не испытывала к нему чувств, он все равно чувствовал досаду. В прошлом Принцесса Цзяхуэй никогда не проявляла к нему такого презрения. - Принцесса, этот вопрос не имеет ничего общего с Эр Я, но в чем же необходимость быть такой жестокой? Эр Я - женщина, как она может противостоять кнуту Принцессы? – Как Дуань произносил это, его голос становился все более виноватым. Нин Шу на мгновение сжала губы, и внезапно рассмеялась. - Дерзкий! Ты обвиняешь принцессу? Дуань Синхуэй, тебе лучше позаботиться о своей женщине, иначе вы, ребята, можете покинуть столицу. Принцесса сделает так, что вы не сможете продолжать оставаться в столице. Если я увижу вас еще раз ... - Нин Шу указала на них своим хлыстом, - я буду бить ваши лица, пока они не станут неузнаваемыми! - Ты действительно считаешь, что резиденция Принцессы - это проходной двор? Ты будешь постоянно приходить сюда и устраивать шум? - Нин Шу взмахнула кнутом и ударила Дуань Синхуэя в плечо. Дуань Синьхуй издал приглушенный стон, и его лицо сразу стало бледным. Эр Я пошатнулась , затем упала на колени и закричала: - Дорогой, дорогой ... Глаза Эр Я теперь были в страхе, когда она посмотрела на Нин Шу. Ее темное лицо мгновенно побледнело и выглядело намного красивее. Дуань Синхуэй закрыл травму рукой. Его предыдущая травма только исцелилась, как он получил новую. Он поднял глаза. Когда он увидел, что выражение Нин Шу было холодным и раздраженным, его сердце задрожало. Только теперь он действительно понял, что принцесса Цзяхуэй не была нежным и внимательным человеком, которого он уже знал; она была наполнена с ног до головы достоинством и гордостью члена Императорской семьи. ---------- До свидания, гармоничные отношения матери и невестки Когда Мадам Дуань увидела, что ее сын снова ранен, она почувствовала душевную боль и гнев, направленный на Нин Шу и Эр Я. Разумеется, Мадам Дуань не осмеливалась показать свой гнев Принцессе Цзяхуэй из-за ее статуса. Эр Я же статусом не обладала. Мадам Дуань послала яростный взгляд Эр Я, не утруждая себя вежливостью. Когда Нин Шу увидела блеск в глазах Мадам Дуань, она не сомневалась, что в этот момент Мадам Дуань хотела убить невестку. Гармоничные отношения матери и невестки, которые существовали в прошлой сюжетной линии, были разрушены. Нин Шу очень обрадовалась. Гармоничные отношения Дуань Синхуэя и Эр Я, даже счастье Мадам Дуань, все было построено на руинах репутации хоста. Нин Шу все еще считала невероятным, что Принцесса в прошлый раз закончила именно таким образом. - Принцесса, зачем вы это сделали? - Лицо Дуань Синхуэя было бледным, а голос дрожащим. Почему она это сделала? Нин Шу ухмыльнулась. Потому что это радует меня! Когда она увидела недоверчивое выражение Дуань Синхуэя, прикрывавшего свою рану, она мягко сказала: - Принцесса лишь слегка выкинула кнут, но ты зачем-то бросился на него. Услышав такую ​​чистую ложь, Дуань Синхуэй почувствовал, что у него кипит кровь. Он посмотрел на Нин Шу со зловещим взглядом в глазах. Дуань Синхуэй без генеральской ауры представлял собой жалкое зрелище. Небритость на его лице придавала ему образ крестьянина. Не было следа спокойствия, с которым он разъезжал на лошади в воспоминаниях хоста… Когда Дуань Синхуэй увидел, что Принцесса изучает его, он почувствовал волну смущения. Он не хотел, чтобы принцесса видела его таким; он хотел, чтобы Принцесса увидела его самое лучшее. Он подсознательно немного выпятил грудь. Нин Шу перевела взгляд, и сказала Мадам Дуань: - Мадам Дуань, Принцесса уважает вас как старшую и просто просит вас правильно управлять своими членами семьи. Если это повторится, Принцесса ничего вам не гарантирует. Мадам Дуань посмотрела на Принцессу Цзяхуэй, а затем опустила голову. Она стиснула зубы, затем поклонилась и сказала: - Большое спасибо за великодушие Принцессы. Я обещаю, что следующего раза не случится. Сердце Мадам Дуань было растоптано. Она рано потеряла мужа и трудилась на протяжении многих лет, воспитывая своего сына. Она была жесткой личностью, но то же время очень умной. Тем не менее, Принцесса Цзяхуэй, которую она контролировала без особых проблем, внезапно перестала быть восприимчивой к ее контролю и даже относилась к ней как к простолюдинке. Мадам Дуань почувствовала себя оскорбленной. Говоря откровенно, Мадам Дуань была испорчена Цзяхуэй в прошлом. Теперь она не могла принять новый характер Принцессы, и исправиться. Мадам Дуань спрятала свои эмоции, и стала помогать Дуань Синхуэю идти. Нин Шу увидела, как Мадам Дуань крепко держит талию Эр Я. Эр Я почувствовала такую боль, что она вскрикнула, но Мадам Дуань сделала вид, будто не замечает. Нин Шу улыбнулась. Возможно, следующие дни не понравятся Эр Я. У Мадам Дуань было много опыта в общении с людьми. Теперь, когда его мать будет против Эр Я, будет ли Дуань Синхуэй относиться к своей матери так же холодно, как к хосту? Ха-ха ... Нин Шу рассмеялась без следа сочувствия. Она прикинула в уме дни, а затем вывела лошадь из конюшни и приготовилась отправиться в Усадебный Сад, чтобы проверить, как растет картофель. Этот сезон должен быть сезоном для сбора сладкого картофеля. ---------- Урожай сладкого картофеля Нин Шу самолично отправилась в Усадебный Сад на лошади. Если вспомнить о лошадях, с ними у нее была удручающая история. Дорога к обучению верховой езды была наполнена тяготами и слезами. К лучшему или к худшему, спустя три месяца она могла ездить на лошади, не падая с нее. Когда она добралась до Усадебного сада, она передала вожжи смотрителю, и направилась прямо к посаженному картофелю. Когда она добралась до места посадки, она обнаружила, что оно было ухожено и хорошо полито. По внешнему виду слуги внимательно следили за ними. Нин Шу взяла мотыгу и выкопала немного сладкого картофеля. Результат был приятным сюрпризом – красным молодым картофелем. Она радостно засмеялась. Не имело значения, входит ли это в задание это или нет, но у простых людей появится еще один источник пищи. - Выкопайте картофель для Принцессы, затем взвесьте. Принцесса хочет посчитать урожай, - громко крикнула Нин Шу. В Усадебном Саду было много фермеров, и им потребовалось совсем немного времени для этого. После этого смотритель начал взвешивать сладкий картофель. - Принцесса, урожай получился примерно в тысячу Кэтти - сказал менеджер. (Кэтти равняется примерно 600г) Нин Шу была очень довольна результатом. В эту эпоху происходили всевозможные факторы, сезонные катастрофы, такие как засухи или наводнения. Кроме того, год считался урожайным, если собрали по крайней мере семьсот Цзиней. Во время чрезвычайных ситуаций, сладкий картофель мог спасти жизни, поскольку он хорошо переносил засуху. (Цзинь равняется 500г) - Отправьте часть в резиденцию Принцессы, остальное отнесите в подвал. Позже придет Его Величество, чтобы посмотреть на урожай. На этот раз вы, ребята, провели отличную работу. Вас вознаградят. Радость появилась на лице у смотрителя и фермеров, и они сказали в унисон: - Большое спасибо, Принцесса. Фермеры отправили большую корзину сладкого картофеля в резиденцию Принцессы. Когда Нин Шу вернулась в резиденцию, первое, что она сделала, - пожарила картошку. Затем она верхом направилась в Императорский Дворец с едой. Как только она добралась до дверей дворца, она спустилась с лошади и пошла прямиком к Ли Вэню. Ли Вэнь вел переговоры с министрами, поэтому Нин Шу пришлось долго ждать у двери, прежде чем министры ушли. Когда министры увидели Нин Шу, их лица выглядели озадаченными. Сердце Нин Шу пропустило удар. Она вдруг вспомнила, что это было примерно в то время, когда гунны запросили наложниц. Итак, что означали эти взгляды? Может быть, ее уже отдали замуж? Дерьмо. Нин Шу отбросила всякие мысли, и вошла в кабинет с корзиной еды. Она увидела, что маленький серый шар лежал на столе и спал. Она не знала, казалось ли ей, но маленький серый шар стал толще и круглее, чем раньше. Ли Вэнь сузил глаза: - Ты искала меня? - Старший брат-Император, младшая сестра принесла кое-что для вас, - Нин Шу подняла корзину с картошкой. Ли Вэнь мягко взглянул на корзину. К нему приходило достаточно людей с подарками, поэтому он действительно не интересовался ими. Когда маленький серый шар услышал голос Нин Шу, он открыл глаза, и его влажный маленький нос слегка дернулся. После этого он встал и помахал когтями в сторону корзины. Нюх этого парня был очень сильным. - Старший брат-Император, вы будете рады видеть эту вещь, - Нин Шу еще больше заволновалась, когда увидела безразличное выражение Ли Вэня. Он же не мог уже отправить ее замуж? Серый шар зашумел. Нин Шу открыла корзинку и достала жареный сладкий картофель. Воздух мгновенно заполнился сладковатым запахом жареной картошки. Внешний вид картошки был не очень привлекательным, но Ли Вэнь сузил глаза, глядя на еду в корзине. Внезапно, как будто он что-то придумал, он посмотрел на Нин Шу вопросительным взглядом. ---------- Очень хорошо, Цзяхуэй Маленький серый шар понесся к корзине, но Нин Шу поспешно отмахнулась от него. Она выбрала одну картофелину, сломала ее пополам и съела половинку, прежде чем передать вторую половину Ли Вэню. Этот жест должен был показать Ли Вэню, что эта вещь не содержала яда. Ли Вэнь взял картофель. Кожица картофеля была покрыта сажей, поэтому Ли Вэнь сначала снял ее, прежде чем надкусить. Вкус был очень сладким. Ли Вэнь кивнул, затем спросил: - Что это? Нин Шу увидела, что Ли Вэнь выглядел довольно заинтересованным, и сказала: - Старший брат-Император, младшая сестра назвала это картофелем. Сестра обнаружила его, гуляя по Усадебному Саду. Младшая сестра проконтролировала посадку этих растений, и урожай достиг тысячи Кэтти, - сказала Нин Шу, - картофель хорошо утоляет голод. - Это правда? - У Линь Вэня на лице появилось удивление и волнение. Было ясно, что он осознал ценность этого предмета, - в Усадебном Саду есть еще? - Его осторожно хранят слуги в подвале у Усадебного Сада, - ответила Нин Шу. Ли Вэнь кивнул: - Сейчас же едем в Усадебный Сад. - Хорошо. Она ожидала, что Ли Вэнь серьезно отнесется к тому, что влияет на благосостояние общества. Ли Вэнь и Нин Шу поехали верхом в Усадебный сад в сопровождении войск. Когда они добрались до Усадебного сада, Ли Вэнь сначала отправился посмотреть на количество картофеля, а затем отправился на поле, где был посажен картофель, и его люди изучили поле. Цифры сошлись. Слабая улыбка появилась на холодном лице Ли Вэня. Его глаза были очень яркими, а взгляд его, когда он смотрел на Нин Шу, стал немного мягче: - Очень хорошо, Цзяхуэй, очень хорошо. Нин Шу просто ответила с улыбкой: - Цзяхуэй счастлива, что может помочь. Цзяхуэй знает, что сердце Императора занимает его страна. Младшая сестра знает, что зависит от граждан этой страны, поэтому пытается всеми силами помочь им. Многие аристократы жили, пользуясь трудами простых граждан, но все равно смотрели на них сверху вниз. Ли Вэнь, по-видимому, не ожидал, что Нин Шу может догадаться о чем-то подобном, и с удовлетворением заметил: - Цзяхуэй выросла и стала разумной. Ты больше не одержима этими случайными непонятными вещами. - Я тебя еще побеспокою насчет этих растений, - на лице Ли Вэня появилась легкая улыбка. - На самом деле это была просто случайная находка. Однако здорово, что это может помочь Его Величества. - Ах, да, а как ты узнала, что оно съедобно? - Спросил Ли Вэнь, прищурив глаза. Сердце Нин Шу пропустило удар. Она же не могла сказать, что просто знала это? - Кстати говоря, мне помог в этом ваш спутник. Младшая сестра обнаружила картофель, когда серый шар обнимал это растение, поэтому она попробовала его. Сырым, его вкус был значительно хуже, - Нин Шу решительно прикрылась серым шаром, так как Ли Вэнь знал о том, насколько он любил поесть. ---------- Проблема примирительного брака Ли Вэнь кивнул, затем повернулся, и ушел в сторону дворца.. Только тогда Нин Шу вздохнула с облегчением. Наконец ей удалось доказать свою ценность Ли Вэню. Теперь он хотя бы поколеблется перед отправлением ее к гуннам, верно? Тем не менее, на сердце Нин Шу было тяжело. Удастся ли ей выполнить задачу или нет, будет зависеть от решения Ли Вэня. На самом деле она уже в значительной степени справилась с этой задачей. Не любить Дуань Синхуэя? Все сделано. Удостовериться, что Дуань Синхуэй и Эр Я не получат удовольствия от брака? Сделано. Между чувствами Эр Я и Дуань Синхуэя возникнет барьер. В прошлом сюжете Эр Я получила признание Мадам Дуань после того, как она спасла маркизу и получила высокий статус. Теперь, из-за того, что теперь туда вмешалась Юань Дун, Эр Я не может даже выйти из дверей дома, изучая этикет целыми днями. Как только Эр Я стала связанной правилами этикета, будет ли Дуань Синхуэй по-прежнему нравиться ей? Хахаха ... Как ожидала Нин Шу, делегация гуннов прибыла в столицу. Тем, кто пришел на этот раз, был второй сын короля Хан, Второй Принц равнин. Это был муж хоста в предыдущей жизни. Второй Принц слышал о том, как хост разрушила свою репутацию, пытаясь вырвать мужчину у другой женщины, поэтому у него было очень плохое впечатление о ней. После того, как они поженились, он относился к ней бесчеловечно. Место, где жили гунны, было местом без чувства приличия, справедливости, целостности или чести. Женщины там рассматривались как товары. Хотя хост стала второй женой принца, то, что уничтожило ее полностью, было то, что братья Второго Принца разделили и унизили ее. Это было практически местом, где жили дьяволы. Но хост боялся Второго Принца больше всех. Тело Нин Шу невольно начало дрожать, когда она услышала имя Второго Принца. Со страхом смешалась ненависть, но страха было больше. После стольких мучений, тело хоста реагировало на него, как мышь реагирует на вид кошки. Нин Шу сжала кулак. Независимо от всего, она не должна выйти замуж. Если она попадет к гуннам, то как она изменит судьбу хоста? Чтобы изменить ее судьбу, нужно переломить исход этого момента. Как и в оригинальной сюжетной линии, делегация гуннов предложила примирительный брак, и потребовала Принцессу Великих Юн. Все министры просили руки Нин Шу, но Ли Вэнь ничего не сказал. Казалось, он согласился с этой идеей, но не показал виду. Это сделало привело гуннов в раздражение, но они не посмели быть слишком наглыми. Этого следовало ожидать. Несмотря на то, что репутация Нин Шу не была запятнана, и она не участвовала в скандале Принцессы, пытающейся вырвать мужчину у другой женщины, она все еще могла не избежать этой судьбы. Опять судьба пушечного мяса была очень жалкой, ах. Что ей теперь делать? Все, что она могла сделать, просто встать и продолжать работу. То, что принесло Нин Шу немного облегчения, это то, что Ли Вэнь сразу не согласился на брак. Было ясно, что ей удалось выиграть немного расположения Ли Вэня из-за истории с картофелем. Как и ожидалось, это было правильным выбором. Поскольку она жила рядом с Императором, который полностью контролировал страну, нужно было угадать мысли Императора. Очевидно, она сделала правильную ставку. Делегация устроилась в столице. То, что шокировало Нин Шу, было фактом, что Второй Принц самолично приехал в резиденцию Принцессы, чтобы навестить ее. Нин Шу сказала бы ему только одно слово: катись. Как и ожидалось, он действительно не знал никакого этикета. Что подумают другие люди, если он посетит ее так? Они подумают, что она уже имела контакт с ним. Черт. Второй Принц был действительно коварным и злым. Нин Шу, думала, что хуже этого Второго Принца никого нет. В памяти хоста Второй Принц был беспощадным и хитрым, как дикий волк. Цзяхуэй была замучена до смерти в течение двух лет. Нин Шу осталась в резиденции и отказалась выходить. Второй Принц не смог увидеть Принцессу Цзяхуэй и вернулся с разочарованием. Ему сказали, что Принцесса Цзяхуэй была очень красивой девушкой. ---------- Это Второй Принц Как только Второй Принц ушел, Нин Шу собралась с мыслями, и решила вернуться во дворец. Она не верила, что Второй Принц осмелится на что-то в императорском дворце. Более того, там был Ли Вэнь. Даже если бы Второй Принц был в десять раз храбрее, он все равно не рискнул сделать что-то перед Ли Вэнем. Нин Шу села в карету и направилась императорскому дворцу. Она не знала, почему, но ей было немного неловко. Нельзя отрицать, что страх хоста влиял и на нее. Она почувствовала желание разыскать Ли Вэня. Первоначально она считала, что задача довольно проста. Отношения Дуань Синхуэя и Эр Я действительно не считались чем-то сложным по сравнению с этой политической сделкой, в которой участвовало государство. И самой важной частью этой задачи было не выходить замуж. Пока Нин Шу размышляла над этими вещами, экипаж резко остановился, и лошадь заржала. Внутри кареты Нин Шу едва удержалась от падения. - Что случилось? - П ... принцесса, кто-то, похоже, остановил лошадь, - сказал кучер, дрожа от страха. У Нин Шу было плохое предчувствие. Прикусив губу, она отодвинула занавеску и увидела, что мужчина тянет лошадь за поводья, заставляя ее остановиться. Когда Нин Шу вспомнила этого человека, ее тело стало невольно дрожать от страха. Это Второй Принц. Черт. Нин Шу стиснула зубы и решительно подавила эти неспокойные эмоции. Она сняла кнут и ударила им этого человека. Однако Второму Принцу удалось уклониться от атаки Нин Шу. Прыжком он кинулся за лошадь, и посмотрел на нее с удивлением. Сердце Нин Шу упало. Второй Принц действительно смог уклониться от ее кнута. Она много практиковалась, и знала, что ее движения были очень быстрыми, поскольку ей удалось дважды ударить Дуань Синхуэя. Тот факт, что Второй Принц смог уклониться, означал, что он намного сильнее, чем Дуань Синхуэй. - Ты Принцесса Цзяхуэй. Почему ты напала на меня? - Второй Принц осмотрел Нин Шу резким и откровенным взглядом, в его глазах появилось удовлетворение. Тело Нин Шу продолжило дрожать от ужаса. Это тело боялось этого человека. - Ты знаешь, кто я? - Второй Принц спросил Нин Шу. Его голос был очень низким и слегка чувственным. От его голоса на спине у Нин Шу поползли мурашки. Нин Шу, не произнося ни слова, снова взмахнула кнутом. Она беспокоилась, что тот услышит ее дрожащий голос, если она скажет хоть слово. Второй Принц снова уклонился, затем сузил глаза: - Принц говорит с тобой, почему ты не отвечаешь? Ты Принцесса Цзяхуэй, или нет? Черт! Как этот человек может быть таким сильным? Нин Шу закусила губу. Она должна была победить страх, полностью захватить контроль над этим телом. Она задавалась вопросом, когда она сможет подавить эмоции хоста в рамках задач. Нин Шу глубоко вздохнула, затем с криком спрыгнула с коляски, чтобы опять напасть на него. Сжимая зубы, она использовала все силы, чтобы размахнуться. Кнут издал в воздухе пронзительный свист. ---------- Ты психопатка? Когда Второй Принц увидел, что Нин Шу напала на него, будто он убил ее отца, он посерьезнел. Он попытался подойти, чтобы схватить ее, но Нин Шу не дала ему приблизиться кнутом. Но у него, похоже, закончилось терпение, и он схватил кнут Нин Шу рукой. Шипы на кнуте сразу же врезались в его ладонь. Он удивленно отпустил кнут, и посмотрел на свою окровавленную ладонь. Вскинув брови, он спросил: - Что ты делаешь? Я просто хотел немного поговорить с тобой. Ты психопатка? Тело Нин Шу было покрыто холодным потом, и она больше не чувствовала сильный страх перед Вторым Принцем. Но до дворца было далеко, поэтому Нин Шу не оставалось ничего, кроме как проигнорировать его. -Ты Цзяхуэй? - Спросил Второй Принц, не обращая внимания на свою кровоточащую руку. Нин Шу сдержанно подняла подбородок, ответив холодно: - Меня зовут Принцессой Цзяхуэй. Вы по-настоящему дерзки, если осмелились заблокировать экипаж Принцессы. Когда Второй Принц услышал, как Нин Шу призналась, что она Принцесса Цзяхуэй, его глаза загорелись, и он сказал с улыбкой: - Ты, наверное, знаешь, кто я. Я человек, который выйдет за тебя замуж, Хэ Ляньин, поняла? Нин Шу хотелось и смеяться и сердиться. Почему он думает, что она хочет выйти за него замуж? Она просто села в карету и сказала кучеру: - Во дворец. На этот раз, Хэ Ляньин больше не пытался блокировать ее дорогу. Он просто смотрел, пока экипаж не повернулся и скрылся из виду, прежде чем опустить голову и посмотреть на свою ладонь. Свежая кровь стекала на мостовую тротуара улицы. - Принцесса Цзяхуэй, Ли Сюэшань. Нин Шу впервые вернулась во дворец Сада Орхидей, и ее с энтузиазмом приветствовала Мяо Цин. Нин Шу почувствовала, что Мяо Цин сильно осунулась с того момента, когда она ее бросила. Уход за пустым дворцом не был приятным занятием, но Нин Шу все еще чувствовала, что она этого заслуживает. Чуть ли не через несколько секунд, как она вошла во дворец Сада Орхидей, прибыла Императрица. Первое, что она попросила Нин Шу, это остаться во дворце подольше. Когда Нин Шу кивнула, улыбка расцвела на лице Императрицы, и та начала трещать вежливыми замечаниями. Через какое-то время выражение ее лица стало грустным: - Это просто позор, что вас собираются отправить замуж в знак перемирия. Невестка попытается убедить Императора и попросить его не отправлять вас в это варварское место. Тем не менее, это будет трудно, так как Благородная Жена Ду препятствует этому. Насколько жестока Благородная Жена Ду, что пытается вас выдворить из дворца? Отношения между Императрицей и Благородной Супругой Ду всегда были напряженными. Даже в этой ситуации Императрица хотела стравить Нин Шу с Благородной супругой Ду. Было ясно, что Императрица уже списала ее со счетов и решила извлечь из нее пользу. Императрица обещала замолвить за нее словечко Ли Вэню, но Нин Шу не поверила этому. Нин Шу очень устала от этого и прямо заявила: - Императрица, это решать будет Император, не вы, и не Благородная Жена Ду. Она не потрудилась быть вежливой вообще. Она почти что сказала: держи свой нос дальше от моих дел! Императрица пришла в раздражение. В сердце она проклинала Принцессу, но она начала успокаивать Нин Шу: - Вы не должны слишком волноваться. Ваш старший брат любит вас так сильно, что он никогда вас не отпустит. Хотя это были слова, которые были предназначены для успокоения, ее тон содержал ревность. Нин Шу просто сказала: - Императрица, я сильно устала. Выражение Императрицы застыло на мгновение, затем она ушла. После того, как Императрица ушла, супруги и наложницы Внутреннего дворца роем пришли к дворцу Сада Орхидей. Нин Шу не хотела тратить время на встречи с этими людьми. ---------- Место, куда приходят народы, чтобы выразить почтение! Встретив Второго Принца по дороге во дворец, она еще больше наполнилась решимостью не жениться. Это произошло не только из-за задачи, но из-за реакции этого тела. Страх и отчаяние заполонили сердце Нин Шу. Не было никакой стойкости, просто чувство неконтролируемого страха, как у скота, который отправляется на бойню. Нин Шу направилась искать Ли Вэня. Ли Вэнь, казалось, ожидал Нин Шу, поскольку ее сразу впустили внутрь. Она глубоко вздохнула и вошла. Ли Вэнь что-то читал. Он не поднял голову, когда она вошла: - Ты пообедала? - Я не могла, - честно ответила Нин Шу, - я обеспокоена, у меня нет аппетита. - Ох. Он прямо спросил: - Второй Принц Северной Монголии, Хэ Ляньин, хочет жениться на тебе. Брак положит перемирие между нашими народами. Что ты думаешь? Нин Шу ухмыльнулась. Варвары всегда останутся варварами. Неужели, они думали, что перестанут быть варварами, если просто назовут себя людьми Северной Монголии? - Старший брат-Император хочет услышать правду или ложь? - Нин Шу встретила взгляд Ли Вэня. Ли Вэнь поднял брови. - Просто скажи, что ты думаешь. Нин Шу опустилась на колени. Кусая губы, она сказала: - Младшая сестра не поддерживает такой брак. - А в чем же причина? - Выражение Ли Вэня было равнодушным, как будто он не был удивлен отказом Нин Шу. - Младшая сестра уже немного подралась с Хэ Ляньином. Он очень сильный, и у него есть более сильный старший брат-Принц, - сказала Нин Шу, зажав зубы. Согласно памяти хоста, после того, как она женилась, два принца сражались за нее между собой. - Вы дрались? Ты ранила его? - Голос Ли Вэня стал вежливым. - Старший брат-Император, они - бандиты. Гунны совершали грабежи на границах Великого Юна и убивали много людей из Великого Юна. Такое поведение не заслуживает прощения. Младшая сестра получила честь быть частью Императорской семьи и была бы готова согласиться на брак. Однако это только раззадорит их. - Более того, на этот раз гунны хотят не только получить Принцессу Великих Юн, они хотят отнять богатство, которое было результатом крови нашего народа, пота и слез. Если мы удовлетворим их требования – они придут еще раз. И еще раз. Тон Нин Шу содержал печаль и негодование. Она не просто убеждала Ли Вэня; это были истинные чувства хоста. Хост засвидетельствовала своими глазами, как граждане на границе были захвачены и превращены в рабов. Но в то время она уже была в аду. Ее болезненное существование было еще более трагичным, чем жизнь рабов. Выражение Ли Вэня стало немного холодным. Неизвестно, было ли это из-за слов Нин Шу или чего-то еще, но его холодная внушительная аура увеличилась. Она стиснула зубы и решительно сказала: - Старший брат-Император, младшая сестра хочет стать мечом Императора и добиться того, чтобы династия Императора никогда не соглашалась на мирные браки, не оплачивала репарации, не теряла территорию, и не платила дань. Принцесса поможет превратить эту династию в место, где законный Император, Сын Небесный, охраняет дверь нации, куда все народы приходят, чтобы выразить свое почтение! Ли Вэнь был ошеломлен. Он со сложными эмоциями в глазах спросил у Нин Шу: - Что ты хочешь сделать? - Я хочу отрезать беспокойные руки, которые пытаются обокрасть Великий Юн и отвадить гуннов. Я готова взять отряд под командование и отправиться на поле битвы! - заявила Нин Шу убежденно. Ее тело дрожало от эмоций. У Ли Вэня появилась улыбка на лице. Он обошел стол Нин Шу и помог ей подняться с колен. Он не мог не рассмеяться, когда говорил: - Разве в истории когда-либо была женщина, командовавшая войсками? Много. Была Хуа Мулан, Му Гуйин ... но, видимо, не в этом мире. - Я тоже не согласен с мирным браком. Что касается другого вопроса, я подумаю над этим. Ты должна поесть, - тепло произнес Ли Вэнь. Наконец он хоть немного стал похож на старшего брата. - Цзяхуэй, ты выросла. Каждый раз, когда Нин Шу слышала, как Ли Вэнь говорил, что она выросла, она чувствовала мурашки по коже. ---------- Банкет для северо-монгольской делегации Нин Шу почувствовала слабость от облегчения. Ее спина была покрыта холодным потом, но беспокойство, надвигающееся на ее сердце, наконец, исчезло. Когда она вернулась во дворец Сада Орхидей, немного поела, затем легла на кровать и заснула. Она спала до тех пор, пока Мяо Цин не разбудила ее и не сказала, что начался банкет для северо-монгольской делегации. Нин Шу сняла свою одежду для верховой езды и надела роскошную одежду Принцессы, которую она долго не носила. Теперь ее волосы полны заколок и украшений, и ее наряд стал намного сложнее привычного, с бесчисленными слоями и длинными рукавами. Нин Шу не привыкла к нему, и ей казалось, что ее шея будет раздавлена под тяжестью украшений. Мяо Цин хотела пойти с Нин Шу, но Нин Шу не могла позволить ей увидеть Ли Вэня. Ее план состоял в том, чтобы та была заперта в четырех стенах. Пока Мяо Цин смотрела на нее с глубоко скрытым негодованием, Нин Шу направилась в банкетный зал. Зал был ярко освещен, и музыка заполняла каждый уголок. Когда Нин Шу вошла, атмосфера в зале стала серьезной на мгновение. Все посмотрели на нее. Внутренне Нин Шу выругалась. Эти люди наслаждались, отмечая перемирие, в результате которого наложницы уйдут на верную смерть. - Цзяхуэй, иди сюда! - Ли Вэнь поднял руку и поманил Нин Шу. Нин Шу проигнорировала пристальный взгляд Второго Принца и подошла к Ли Вэню. Повернувшись к нему, она села на свое место. Взгляд Ляньина неуклонно следил за ней, что приносило ей неудобство. Какого черта ты смотришь? Раньше она не обращала внимания, когда она сражалась с этим парнем, что он действительно выглядел довольно грубым и диким. Его длинные волосы свободно ниспадали на его плечи, а воротник был слегка открыт. На его бронзовой от загара шее было ожерелье, вероятно, сделанное из волчьих клыков. Плечи его были широкими, а талия узкой. С головы до ног он излучал мужество и серьезность. Он совершенно отличался от людей Великого Юна, которые все стремились быть изящными и утонченными. Но каким бы мужественным он ни выглядел, он не мог скрыть своей дрянной природы. Он был жестоким и безжалостным. Этот тип мужчин был худшим кошмаром для женщин. Когда Второй Принц заметил, что Нин Шу изучает его, он ухмыльнулся. Его глаза были полны решимости получить ее, и он практически почувствовал, как его кровь закипела, когда они встретились взглядами. Этот варварский фокус и ожидание были такими же, как у дикого волка, который открыл добычу. На ней была другая одежда. Одежда из-за этого выглядела доблестным и придавала ей холодную ауру суровости. Ее нынешняя шикарная одежда дополняла ее холодное выражение и подчеркивала ее гордость и уважаемый статус. Хэ Ляньин вдруг улыбнулся. Его белоснежные зубы стали видны полностью. Он поднял свой бокал с вином и сделал тост в направлении Нин Шу. Нин Шу ухмыльнулась, затем отвернулась, делая вид, что не видит тоста. ---------- ''Любовь с первого взгляда'' Увидев самодовольное выражение Ляньина, Нин Шу презрительно рассмеялась. Он был так уверен, что она выйдет за него замуж. Разве он не слишком самоуверен? Великий Юн был огромной территорией, а Принцесса не обладала такой скверной репутацией, как в другой сюжетной линии. В середине банкета, как только ушли танцоры, Ляньин встал и пошел к центру зала. Его движения были наполнены уверенностью в себе, подобно прогуливающемуся льву. Просто его мужественного внешнего вида было достаточно, чтобы очаровать многих женщин. Жаль, что за ним скрывалась черная натура. Когда присутствующие увидели, что Ляньин встал, они поняли, что главное событие начинается. Этот банкет был местом, где решится судьба Принцессы. Нин Шу сидела с безразличным выражением, которое содержало немного цинизма. Хэ Ляньин внезапно улыбнулся, затем поклонился Ли Вэню, сказав: - Ваше Величество, Император Великого Юна, мы готовы заключить примирительный брак с династией Великого Юна. Хэ Ляньин посмотрел на Нин Шу: - Второй Принц влюбился в принцессу Цзяхуэй с первого взгляда. Нин Шу закатила глаза. Любовь с первого взгляда? Нин Шу внутренне подняла средний палец. Вероятно, ему понравилось в ней ее приданое и вассальная земля Цзяхуэй. Нин Шу даже не потрудилась взглянуть на Хэ Ляньина и сосредоточилась на бокале фруктового вина перед собой. Взгляд Ли Вэня путешествовал между ним Ляньином и Нин Шу. Его выражение стало немного недовольным. Он мягко спросил: - Цзяхуэй, что ты думаешь? Тебе нравится Второй Принц Северной Монголии? - Ли Вэнь даже не назвал имя Ляньина, просто назвав его Вторым Принцем. Нин Шу встала и сказала твердо: - Младшая сестра не любит Второго Принца Северной Монголии. Ли Вэнь удовлетворенно кивнул и сказал Ляньину: - Цзяхуэй - наша единственная сестра, поэтому мы, естественно, не желаем отправлять ее в далекие страны. Выражение лица Ляньина застыло на мгновение, прежде чем он посмотрел на Нин Шу. Он не настаивал. Он понимал, что это не принесет никакой пользы. Только теперь Нин Шу действительно вздохнула с облегчением. Наконец она избежала судьбы женитьбы, но цена была довольно высока. Она взглянула на Ляньина, и он встретил ее взгляд. Его глаза были мрачными и темными. Нин Шу чувствовала, как волк смотрит на нее. Поскольку примирительного брака не случилось, гунны не получили ни репараций от Великого Юна, ни приданного Принцессы. Прежде чем делегация Северной Монголии уехала, они публично поклялись, что Великий Юн заплатит за это. Хэ Ляньин сидел на лошади и с высоко поднятой головой смотрел на Нин Шу, стоявшую на вершине городских ворот. На ней снова была легкая одежда для верховой езды, а волосы ее собраны в хвост. Нин Шу сузила глаза, наблюдая за Ляньином. У нее было ощущение, что она снова увидит этого парня. Они были мужем и женой в прошлом, поэтому его участие не закончится просто так. Хэ Ляньин протянул руку к Нин Шу, как будто он мог прикоснуться к ней, несмотря на расстояние. Затем он слегка поцеловал пальцы, словно целуя Нин Шу. После этого он улыбнулся ей, прежде чем развернулся на лошади и ускакал. Нин Шу поспешила вернуться в резиденцию Принцессы. ---------- Назначение в авангард Как только делегация Северной Монголии ушла, Ли Вэнь немедленно назначил Шэнь Фэна главнокомандующим, и отправил войска к границе. Все знали, что Северная Монголия не оставит это просто так. Шэнь Фэн был сорокалетним генералом, имевшим богатый боевой опыт. Никто не удивился этому назначению. Что удивило всех, так это то, что Ли Вэнь фактически назначил Принцессу Цзяхуэй во второй авангард. Это был беспрецедентный шаг, позволивший женщине идти на войну, поэтому это вызвало бурю эмоций. Были волны возражений, но Ли Вэню удалось заткнуть этих гнилых аристократов одним предложением. - Если вы не хотите, чтобы шла Принцесса Цзяхуэй, вы можете пойти вместо нее. Ли Вэнь, казалось, был серьезен насчет этих гражданских чиновников, у которых не хватало сил свернуть шею цыпленку. Он даже, казалось, был готов их на месте собрать и отправить на фронт. Эти люди немедленно отступили и замолчали. Когда Нин Шу получила императорский указ с назначением, она начала собирать вещи. Ей надо подготовить все необходимое. Сяо Хун помогла Нин Шу организовать все, а затем спросила: - Принцесса, ты действительно собираешься на войну? Имперский указ уже был разослан, как могло быть иначе? Она уже сказала об этом Императору, и теперь ей надо было подтвердить свои слова делом. Нин Шу сначала пошла увидеть Шэнь Фэня. Он, похоже, не особо возражал против того, чтобы Нин Шу присоединилась к битве. Он говорил, что поле битвы не проводит различия между полом. Нин Шу выразила готовность подчиняться его приказам. Тем не менее, Нин Шу не ожидала увидеть там Дуань Синхуэя рядом с Шэнь Фэном. Нин Шу удивленно посмотрела на него. Шэнь Фэн заметил это, и объяснил: - Дуань Синхуэй теперь мой телохранитель. Я чувствую, что Дуань Синхуэй довольно способен. Единственная причина, по которой он потерпел поражение в первый раз, состояла в том, что у него не было опыта. Куда бы он ни пошел, везде были влиятельные люди, которые ему помогали. Он даже сумел стать телохранителем главнокомандующего, поэтому после этой битвы ему непременно припишут добросовестное служение. С этим ему повезло. Однако Нин Шу ничего не сказала. Когда дело касалось вопросов, связанных с нацией, личные проблемы должны отойти на второй план. - Сянхуэй, покажи путь Принцессе, - сказал Шэнь Фэн. Дуань Синхуэй сжал кулак в ладони, поклонившись Шэнь Фэну, прежде чем обратиться к Нин Шу. - Принцесса Цзяхуэй, пройдемте. Нин Шу равнодушно взглянула на него, затем повернулась и пошла. Дуань Синхуэй последовал за ней, глядя на то, как элегантно развеваются её волосы. Прошло некоторое время, но принцесса Цзяхуэй не заговорила с ним. Когда он увидел, что она полностью игнорирует его, он внезапно почувствовал разочарование. Он должен был признать, что принцесса Цзяхуэй была очень выдающимся человеком. На этот раз они отправятся вместе на поле битвы. По какой-то неизвестной причине Дуань Синхуэй почувствовал энтузиазм. - П ... принцесса. Дуань Синхуэй хотел поговорить с Нин Шу, но Нин Шу, выйдя из резиденции Генерала, сразу же прыгнула на лошадь и ушла, даже не взглянув на него. Голос Дуань Синхуэя слабо растворился в воздухе. У Дуань Синхуэя не было другого выбора, кроме как отправиться обратно в резиденцию на лошади. Эр Я сильно взволновалась, узнав, что Дуань Синхуэй снова отправляется на битву. - Дорогой, ты забыл, как ты был ранен в прошлый раз? – С беспокойством сказала Эр Я, - дорогой, не уходи, хорошо? Дуань Синхуэй чувствовал себя беспомощным, он мог только сказать: - Я солдат, достижения и честь - это моя жизнь. Поле битвы должно быть моим домом. ---------- ''Свобода заключается в смелости'' - Роберт Фрост Эр Я продолжила уговаривать Дуань Синхуэя, пытаясь убедить его не пойти на фронт. Она помнила, как спасала истекавшего кровью Дуань Синхуэя, который был почти на последнем дыхании. Эта сцена оставила у нее глубокое впечатление. Кроме того, Дуань Синхуэй был единственным человеком в столице, к которому она близка, на кого она может положиться. Если Дуань Синхуй покинет столицу, она будет сама по себе. Просто мысль об этом пугала ее. Все остальные смотрели на нее сверху вниз. Кроме того, Юань Дун всегда относилась к ней жестоко, а Мадам Дуань и вовсе ненавидела ее. Прекрасная невинность, которую она имела, уже перестала быть видна. Из-за строгих правил Мадам Дуань, первое, о чем она думает, когда делает что-либо - соблюдает ли она все правила. Всякий раз, когда она совершала ошибки, женщины-инструкторы мучали ее изощренными средствами. - Это потому, что ты не можешь забыть Принцессу Цзяхуэй? Ты идешь за ней, потому что она собирается на фронт, не так ли? Ты смеешь говорить, что это не из-за нее? - Слезы текли по ее лицу, смывая косметику и показывая темную кожу за ней. Дуань Синхуэй закрыл глаза. Когда он снова открыл глаза, полные разочарования, он сказал: - Это не имеет ничего общего с Принцессой Цзяхуэй. Я потерял свою должность генерала, поэтому я должен реабилитироваться в глазах Императора. - Дорогой, все и так хорошо. Тебе не нужно рисковать своей жизнью, - всхлипывала Эр Я. Дуань Синхуэй глубоко вздохнул, подавляя гнев. Эр Я не понимала его великих устремлений. Это означает, что он должен провести остаток своей жизни без единого достижения? - Я должен идти. Я уже пообещал об этом главнокомандующему. Может быть, ты хочешь, чтобы меня обезглавили? - Дуань Синхуэй уже был очень раздражен. Раньше он видел в Эр Я чистоту, теперь он видел в ней незрелость. Похоже, она не понимала общую картину. Эр Я не понимала, чего он хочет. Он хотел снова встать и отправиться на поле битвы. Богатство и честь не приходят без риска. Дуань Синхуэй чувствовал себя беспомощным, когда видел слезы Эр Я. Образ холодного выражения Принцессы Цзяхуэй появился у него в голове. Он не мог себе представить плачущую Цзяхуэй. Они обе были женщинами, но принцесса Цзяхуэй была такой сильной, что она могла без страха отправиться на поле битвы. Тогда как Эр Я, словно робкий цветок, цеплялся за него. Он вспомнил, как впервые увидел Эр Я. Его первое впечатление о ней, когда она, яркая и чистая, держала цветы в руках. Когда она улыбнулась ему, он почувствовал, что она самая красивая девушка в мире. Но теперь в Эр Я не было ни намека на свободу. Дуань Синхуэй очень устал, видя, что Эр Я все еще плачет. Неизбежно появилась мысль в его сердце: слишком устал, чтобы любить. Когда Мадам Дуань услышала, что ее сын снова отправится на поле битвы, она выразила решительное одобрение. Это было необходимо для восстановления славы семьи Дуань. Но, когда она увидела, что Эр Я выглядела очень подавленной и думала, что ее муж отправляется на самоубийство, она сразу же разозлилась и молча пообещала разобраться с Эр Я, как только Дуань Синхуэй уйдет. Эр Я задрожала, когда почувствовала взгляд Мадам Дуань, и она почувствовала себя еще более опустошенной. Она посмотрела на Дуань Синхуэя глазами, полными страдания. Однако Дуань Синхуэй не заметил. Он был слишком занят подготовкой к войне. Эр Я чувствовала, что она погружается в ледяную волну отчаяния. ---------- Вернуться целой и невредимой Нин Шу была немного взволнована, когда пришло время отправляться. Она была одета в полный комплект брони. Ее коротко постриженные волосы были заправлены в шлем, а на ее спине был красный плащ, который развевался на ветру. Нин Шу посмотрела на себя в медное зеркало, довольная своим видом. - Принцесса выглядит, как грозный Генерал! - похвалила Сяо Хун: - Вы, наверное, самый красивый Генерал! - Девочка, ты точно знаешь, о чем говоришь, - Нин Шу постучала пальцем по кончику носа Сяо Хун, затем сказала: - Принцесса уходит. Позаботься о ее резиденции. - Служанка будет ждать возвращения Принцессы! - сказала Сяо Хун, немного захлебываясь от эмоций, - Принцесса должна вернуться в полном здравии. Когда Нин Шу встретила взгляд Сяо Хун, в голове появилась странная мысль. Сяо Хун будто бы провожала своего любимого, который шел на поле битвы. Нин Шу немедленно повернулась, чтобы скорее уйти. Ей казалось, что она никогда не уйдет от этого взгляда. - Принцесса, вернитесь целой и невредимой. Служанка будет ждать вас, ах! - Сяо Хун крикнула Нин Шу, помахав носовым платком. Нин Шу сначала чуть не упала с лошади. Она торопливо сжала вожжи и бросилась к плацу. В тишине плаца витала суровая аура. Можно было услышать только звук развевающихся флажков. Каждый солдат был облачен в доспехи, и держал копье с красной кистью. Порядок на плаце был впечатляющим. Копье с красной кистью (Red tassel spear). Красная кисть служит для скрытия наконечника копья, что усложняет его перехват. Также она не дает растечься крови по всем копью Великолепная внушительная аура, казалось, заполнила небо. Страсть заполнила сердце Нин Шу. Впервые она поняла красоту в холодной, жестокой войне. За семью. За страну. За нацию! Она чувствовала мурашки по всему телу от страстного патриотизма. Это были не только ее чувства, но и чувства хоста. Она пошла в сторону Шэнь Фэна. Он тоже был одет в доспехи, и его слегка убеленная сединой борода давала ему мудрый вид героя, прошедшего многие лишения. Нин Шу заметила, что рядом с ним стоял Дуань Синхуэй. Судя по всему, Шэнь Фэн очень поддерживал Дуань Синхуэя. Дуань Синхуэй тоже был в доспехах, и это придавало его лицу доблесть и красоту. Неудивительно, что хост влюбилась в него. Дуань Синхуэй неотразим, когда он был на коне Шэнь Фэн приветственно кивнул Нин Шу. Нин Шу только взглянула на Дуань Синхуэя, прежде чем перевести взгляд. Дуань Синхуэй хотел поприветствовать ее, но увидел, что она относится к нему как к совершенно незнакомому человеку. Его сердце сжалось от гнева и беспомощности. Бум, бум, бум… Рокочущий гул барабанов раздавался по всему плацу. Ритм барабанов, казалось, стучал в такт с сердцебиением солдат, раззадоривая и возбуждая их. После этого раздался крик: - Его Величество прибыл! Вышел Ли Вэнь. Ли Вэнь был одет в черную мантию с вышитыми золотыми драконами и короной Императора на голове. Он излучал величественную ауру, как будто он правил всем миром. В тот момент, когда появился Ли Вэнь, атмосфера стала более торжественной и строгой. Все затаили дыхание в ожидании. Раздалась волна грохота, когда солдаты равномерно опустились на колено, и закричали: - Да здравствует Император! ---------- Мечта о Золотом веке В этот момент тысячи солдат сосредоточили свои взгляды на нем. Ли Вэнь стал центром мира для них, даже Дуань Синхуэй, главный герой этого мира, стал ниже Ли Вэня. Краем глаза Нин Шу увидела, что Дуань Синхуэй смотрел на Императора в изумлении и зависти. Ли Вэнь поднял дух солдат страстной речью, пока они не взбодрились, желая отправиться на поле битвы прямо сейчас. Губы Нин Шу дрогнули. Она не ожидала, что Ли Вэнь, который, как правило, молчал, способен поднять боевой дух солдат так, что они в ту же минуту захотят отдать жизнь за свою нацию. Она могла также сказать, что Ли Вэнь серьезно относился к ситуации с Северной Монголией. Только стоимость пропитания для двухсот тысяч солдат была ужасно высокой, но он заплатил эту цену за то, чтобы преподать этим бандитам урок. Когда Ли Вэнь произносил последние слова в речи, темп барабанов постепенно ускорялся и смешивался с приветствиями солдат, пока вся столица не завибрировала в этих звуках. - Цзяхуэй, - Ли Вэнь поманил Нин Шу. Она тут же спрыгнула с лошади и подошла к Ли Вэню. Опустившись на колено, она крикнула: - Младшая сестра приветствует Императора! Ли Вэнь положил маленький серый шар на плечо Нин Шу. Когда Нин Шу с удивлением посмотрела на него, Ли Вэнь сложил руки за спиной и сказал: - Этот маленький парень очень чувствителен к опасности. Мы пытались накормить его отравленным пирогом, но он отказался есть его. Когда мы попытались выбросить его в яму со змеями, он сразу же исчез. - Пусть он будет с тобой, он, вероятно, поможет тебе, - Ли Вэнь потянулся и тяжело похлопал ее по плечу. От силы хлопка ее плечо наклонилось. - Вернись живой. В глазах Нин Шу защипало, и она почти заплакала. Вероятно, это были эмоции хоста. Даже Нин Шу чувствовала, что, хотя Ли Вэнь казался очень холодным, он не потерял привязанности к младшей сестре. Ее голос немного гнусавил: - Император, не забудьте также заботиться о себе. Здоровье - это все. Можно добиться всего, если у вас хорошее здоровье. Только тогда вы сможете реализовать свою мечту о создании золотого века. Выражение Ли Вэня было немного сложным, когда он сказал: - Иди сейчас. Маленький серый шар скрипел без остановок и поспешно прыгнул на Ли Вэня. Было ясно, что он не хотел расставаться с Ли Вэнем, он цеплялся за одежду Ли Вэня крошечными когтями и беспрерывно пищал. Нин Шу потеряла дар речи. Ли Вэнь отдавал его ей, но тот не хотел уходить? Она рассердилась и подошла, чтобы схватить его. Маленький серый шар продолжал скрипеть даже в руке Нин Шу. Этот звук был настолько скорбным, что те, кто слышал, чувствовали боль в сердце. Когда войска направились к воротам, Нин Шу ехала на лошади и смотрела на граждан и членов семьи, которые пришли, чтобы поддержать солдат. Они плакали, глядя на солдат с беспокойством и надеждой. Это было очень торжественное и волнующее. Увидев это, Нин Шу начала понимать, почему Ли Вэнь хотел построить золотой век для простых людей. Золотой век требовал постоянной борьбы и может быть создан только на костях мертвых. Разумеется, конечной целью будет мир, безопасность и счастье. Нин Шу заметила в толпе Эр Я, Юань Дун и Мадам Дуань. У Юань Дун было много жемчужных украшений в ее волосах и она выглядела как состоявшаяся замужняя женщина. Однако она выглядела очень подавленной. Дуань Синхуэй, вероятно, оставил Юань Дун увядать. Дуань Синхуэй тоже заметил свою мать и девушку, которую он любил. Однако по какой-то причине он почувствовал желание сначала взглянуть на Нин Шу. Когда он обнаружил, что выражение ее лица равнодушно и беззаботно, он внутренне вздохнул с облегчением, даже когда его сердце заполнилось неописуемым разочарованием и горечью. Можно только сказать, что человек учится ценить только то, что потерял. В оригинальной сюжетной линии, когда Цзяхуэй мечтала быть рядом с Дуань Синхуэем, Дуань Синхуэй смотрел на нее сверху вниз. Теперь, когда она не обращала на него внимания, Дуань Синхуэй чувствовал себя разочарованным. Если Нин Шу узнает об этом, она только покажет ему средний палец. ---------- Первый марш Через четыре часа армия покинула столицу. Солнце стояло высоко в небе, и погода была довольно теплой. Особенно тепло было солдатам, носящим доспехи, так как броня спасала от колючего холодного ветра. Нин Шу оглянулась и увидела, что солдаты позади нее обливались потом; казалось, что их загар светится, а изо рта вырываются клубы пара. - Принцесса, может, разобьем лагерь? - спросил Шэнь Фэн. Нин Шу могла прочитать выражение Шэнь Фэна, что тот не хочет создавать лагерь, поскольку на войне мобильность была особенно важна. Он спросил так только из-за статуса Принцессы Цзяхуэй. Нин Шу покачала головой и сказала: - Главнокомандующий Шэнь, Цзяхуэй соблюдает военные правила и подчиняется всем вашим приказам. Если они разобьют лагерь сразу после выхода из столицы, сколько времени им потребуется, чтобы добраться до Северной Монголии? - Солдаты, ускоряемся! - крикнул Шэнь. После того, как он дал эту команду, солдаты, державшие флаги, помахали желтыми знаменами, чтобы передать это сообщение. Шэнь Фэн больше не беспокоился о том, что женщина в походе, и теперь самым строгим образом руководил армией. Марш продолжался до самой ночи, затем они разбили лагерь. Нин Шу могла, наконец, расслабиться, когда она сидела одна в простенькой палатке. В конце концов, она была женщиной и Принцессой; она не могла спать в одной палатке с мужчинами. Однако ее еда была такой же, как и у обычных солдат. Нин Шу не была придирчивой и без жалоб ела грубый кукурузный хлеб, овощи, и мясной суп. В конце концов, если ее желудок будет полным, она может сражаться. Тем не менее, она осознала, что для того, чтобы выполнить задачу, она должна надеть доспехи и отправиться на поле битвы. Сердце Нин Шу вздрогнуло от беспокойства. Что касается маленького серого шара, он был подавлен с тех пор, как он покинул столицу и продолжал грустить. Даже после того, как Нин Шу отдала ему половину своей еды, он все еще сидел, прислонившись к ней, и с грустью смотрел в небо. Нин Шу потеряла дар речи. Что именно эта маленькая вещь делала? Он грустил о Ли Вэне? Маленький серый шар казался гораздо более человечным, чем раньше. После того, как Нин Шу закончила есть, она получила немного воды, чтобы вымыться. Однако это было непросто. Этого следовало ожидать, женщине не было легко мыться среди солдат. Ее удивил тот факт, что кто-то ходил около ее палатки ночью. Движения были не случайными, и производились не одним и тем же человеком. Нин Шу холодно улыбнулась. Как и ожидалось, женщины на войне всегда были в таком положении. Если они что-то сделают с ней, они просто скажут, что она умерла в бою. Она считала, что лучший способ защититься - наказать одного из таких в качестве примера. В противном случае, в будущем будет все больше и больше похотливых людей. Эти люди не заходили слишком далеко, вероятно, их в первую очередь беспокоило то, что Нин Шу была Принцессой. Ведь большинство из этих людей были только военными офицерами среднего звена, не обладающими большой властью. Нин Шу поклялась, что в один день они будут барахтаться в луже собственной крови. Во время марша на следующий день, Дуань Синхуэй проехал на лошади перед Нин Шу, и спросил ее: - Принцесса, вы в порядке? С самого начала Нин Шу была в плохом настроении, поэтому, услышав этот вопрос, она почувствовала, что Дуань Синхуэй злорадствует, и холодно ответила: - Страж Дуань, почему ты думаешь, что Принцесса может быть не в порядке? ---------- Мертвая зона Дуань Синхуэй тоже знал, что в армии были и солдаты с нехорошими мотивами. Тем не менее, он чувствовал, что это естественно, когда в армии появляется девушка, похожая на Цзяхуэй. Дуань Синхуэй был подавлен. Он просто беспокоился о ней, почему она смотрела на него таким настороженным взглядом? Отношение Принцессы к нему изменилось очень быстро. Времена, когда она любила его, теперь казались ему сном. Будучи смущенным, Дуань Синхуэй повернул свою лошадь и направился в сторону главнокомандующего Шэнь Фэна. Армия продолжала наступать. Когда марш-бросок затягивался, Нин Шу становилось трудно держать темп. Было десятое марта, и ее ноги уже были стерты в кровь от трения. Когда боль уже было невозможно терпеть, она сшила мягкие подушки и привязала их к ногам, чтобы облегчить боль. Между тем, некоторые солдаты, казалось, становились все более смелыми, они рассматривали Нин Шу, как девушку для удовлетворения своих желаний. Когда Нин Шу узнала об этом, она просто рассмеялась. Она стала избивать всех, кто приближался к ее палатке, независимо от того, кто это был. Поняв, насколько Нин Шу была жестокой, большинство солдат больше не осмеливались прогуляться перед ее палаткой. Был шанс стать избитым, даже если просто проходить мимо. Следовательно, площадь вокруг палатки Нин Шу практически стала мертвой зоной. Нин Шу только обрадовалась этому. Эти сволочи понимали все только через силу. По мере того как марш продолжался, окружающие их пейзажи становились все более пустыми. Поля простирались далеко, но на них ничего не росло. Даже поля, на которых осталось хоть что-то, выглядели заброшенными. Гунны и тартары обращались с гражданами, живущими на границе Великого Юна, как с овцами. Они приходили, чтобы стричь их, когда их шерсть становилась длинной. Даже зимой, когда не было урожая, они все равно шли на грабеж. (Тартары – грубое обозначение граждан Тартарии, или маньчжуров) Нин Шу была в ярости. Гунны и тартары все были крепкими и сильными, но они использовали свою силу не для честной работы, а для грабежа. Выражение Шэнь Фэна тоже было задумчивым, когда он гладил свою бороду и оглядывался. Вздохнув, он сказал: - Жизнь нелегка для тех, кто живет на границе Шэнь Фэн еще не видел, насколько ужасная жизнь была для граждан, захваченных тартарами. Ему еще предстояло увидеть, насколько жалкой станет их жизнь, когда их возьмут в плен. Когда тартары будут просто пить алкоголь и бить этих рабов. Ярость вспыхнула в сердце Нин Шу, и она почувствовала желание прямо сейчас сразиться с гуннами. Чем ближе они дошли до границы, тем тяжелее становилось солдатам. Деревни здесь были настолько пустынными, что в них почти никого не было. Чем ближе они добирались до границы, тем серьезнее казалось опустынивание. Шэнь Фэн нашел деревню, в которой они и разбили лагерь. В этой деревне были только старые и больные люди, а также дети. У них едва было несколько обрывков хлопка в качестве одежды, которой просто не хватало, чтобы согреться. Их губы были слегка фиолетовыми от холода. Когда жители деревни увидели войска, страх и отчаяние появились на их лицах. Несмотря на то, что эти войска не носили одежду гуннов, сельские жители все равно боялись. Солдаты любили «помародерствовать», когда они проходили через деревни, поэтому неудивительно, что те так испугались. Нин Шу сказала Шэнь Фэну: - Главнокомандующий, лучше, если мы не войдем в деревню. Мы не должны их беспокоить. Шэнь Фэн отдал приказ о создании лагеря в месте недалеко от деревни. Кроме того, он дал приказ, запрещающий солдатам беспокоить селян. ---------- Вы не пограничники? Нин Шу села в свою палатку и сняла подушки, которые были обвязаны вокруг ее ног. Благодаря им, состояние ее ран не ухудшилось. Она посыпала лекарственный порошок на красные области. Внезапно она услышала звук девушки, кричащей о помощи. Она поспешно вышла из палатки. Снаружи солнце уже садилось. Она слабо слышала звук лошадиных копыт. Нин Шу поднялась на дерево, чтобы осмотреться, и увидела вдали, что около двадцати гуннов на лошади гоняются за бегущей женщиной. У мужчин были бессердечные улыбки на лицах, когда они играли в эту жестокую игру в кошки-мышки. Нин Шу была в ярости. Она спрыгнула с дерева и направилась прямо к самой большой палатке. Войдя в палатку, она сказала: - Главнокомандующий, я обнаружила следы тартар. Прошу Главнокомандующего Шэнь Фэна выделить мне солдат. Шэнь Фэн спросил высокопоставленных офицеров в палатке: - Кто хочет пойти с ней? Статус Принцессы Цзяхуэй был только чуть ниже, чем у Шэнь Фэна, но ни один из этих мужчин не захотел подчиняться женщине. Когда Нин Шу увидела их отношение, она взмахнула кнутом и сказала: - Или вы идете с Принцессой, или Принцесса изобьет вас до смерти! Дуань Синхуэй вызвался первым, затем Шэнь Фэн выделил ей около ста солдат, и те начали движение Когда они достигли гуннов, гунны уже поймали женщину и разорвали ее одежду. Гунны окружили эту женщину, и их смех смешался со звуком панических криков женщины. Нин Шу так рассердилась, что у нее чуть не шел пар со рта. Она остановила лошадь и ударила мужчину, который был поверх женщины. Этот человек был в процессе, когда кнут ударил его по спине. Он почувствовал боль, а затем онемение. Кнут Нин Шу повредил позвоночник человека, и на мгновение тот был обездвижен. Все были потрясены этим внезапным развитием и уставились на человека, который взмахнул хлыстом. Нин Шу воспользовалась этим моментом, чтобы наклониться, схватить локоть женщины и втащить ее на лошадь. Женщина безучастно посмотрела на Нин Шу и, казалось, погрузилась в чистые холодные глаза Нин Шу. Когда тартары увидели, что их трофей был схвачен, они тут же начали яростно кричать. Гунны всегда брали свое, здесь, на границе, и никогда раньше не встречали отпора. Нин Шу сняла свой красный плащ и обернула им женщину. Женщина казалась потерянной. Когда плащ накрыл ее, она вздрогнула, затем опустила голову. Войска догнали Нин Шу всего лишь в несколько мгновений. Когда Дуань Синьхуй увидел гуннов, он выглядел таким сердитым, словно столкнулся с личным заклятым врагом. В прошлый раз из-за гуннов он потерял все. Сначала гунны сердито кричали на языке, который Нин Шу не могла понять, но когда они увидели, что появилось много солдат, один из гуннов, заикаясь, сказал на языке Великого Юна: - Вы ... вы, не пограничники? Все пограничники уже были избиты ими, и старались не попадаться им на глаза. Это была главная причина, по которой они были настолько безрассудны на земле Великого Юна. ---------- Первый последователь В конце концов, она добила насильника. Возможно, Нин Шу показывала остальным пример, или потому, что девушка ненавидела тартар, она добила его ударом «в то место» Это была самая незащищенная часть. Если нанести мужчине такой удар между ног, он сразу же потеряет половину своей жизни. Все присутствующие мужчины почувствовали холод в их промежности. Увидев кровавое нечто, что осталось от тартара, даже солдаты Великого Юна испугались. Только когда тартар окончательно умер, женщина разразилась криком. Она взвизгнула и стал звать маму и папу. Через некоторое время она вытерла слезы и упала на колени перед Нин Шу. Из-за этого движения плащ подернулся и раскрылся. Однако все мужчины быстро опустили головы, не смея смотреть на девушку. Событие раньше уничтожило всю похоть, которую они имели. Нин Шу посмотрела на женщину перед собой. Ее кожа была слегка темной, характерной для людей, живущих около границы. Ее нельзя было назвать красавицей, но ее густые брови давали ей вид очень твердой и настойчивой личности. - Пожалуйста, позвольте мне следовать за вами и пойти в бой, чтобы убивать тартар – умоляла женщина: - Мне больше некуда идти. Тартары убили мою семью и уничтожили мой дом. Нин Шу потянулась и помогла ей забраться на лошадь, прежде чем спросить: - Как тебя зовут? Теперь ты можешь остаться со мной. - Я ... эта слуга, эта простолюдинка, эта скромная ... - Женщина не могла понять, как сослаться на себя, и ее лицо покраснело. - Ты можешь просто называть себя служанкой. Отныне ты будешь служить мне. Можешь называть меня Принцессой. Собственно, Нин Шу хотела иметь служанку. Это бы облегчило ее жизнь. - Принцесса? - Женщина с изумлением посмотрела на Нин Шу. Было ясно, что она не ожидала, что Принцесса действительно придет воевать на границу. - Служанка просит Принцессу дать ей имя. Принцесса спасла жизнь служанки, поэтому она теперь принадлежит ей! - Заявила женщина с убежденностью. Ее голос был торжественным и решительным. На лице Нин Шу появилась улыбка. Кто сказал, что женщины не могут сравниться с мужчинами? Возможно, они не могли сравниться с мужчинами в физической силе, но не следует недооценивать их рвение. - С этого момента ты будешь служить мне. Я даю тебе имя «Цай Сан». Нин Шу была очень довольна. У нее, наконец, были свои последователи! Даже если это был только один человек, этот человек полностью принадлежал ей. Раньше, когда она хотела привести сюда солдат, никто не обратил на нее внимания. Мужчины всегда смотрели сначала на пол. Несмотря на то, что она была Принцессой, из-за ее пола они рассматривали ее просто как женщину. Они считали, что все женщины должны просто оставаться дома и воспитывать детей, и что поле битвы полностью принадлежало мужчинам. Цай Сан очень уважала Нин Шу. Она теперь не сидела рядом с ней, а шла возле лошади, ведя ее вместо Нин Шу. - Захватите остальных и отведите их на допрос. Они, вероятно, разведчики, - Нин Шу дала команду с холодным безразличием. Она должна была поддерживать образ холода и бесчувствия. На самом деле, вести себя так постоянно было нелегко. Когда Нин Шу развернулась на лошади и собиралась отправиться в лагерь, она услышала звук лошадиных копыт. По звуку – людей сюда направлялось много Выражение ее лица стало серьезным, и она дала указание Дуань Синхуэю: - Поспеши послать сигнальный огонь Дуань Синхуэй вытащил сигнальную ракету и выстрелил в небо. ---------- Принцесса Великого Юна! Вскоре прибыла группа тартар. Их большие лошади подняли копытами огромный шторм пыли. Это зрелище заставило солдат Великого Юна паниковать. Нин Шу крикнула: - Отставить панику! Держать строй! Независимо от ситуации в битве, войска должны держать порядок Нин Шу сузила взгляд на человеке во главе тартар. Это был Второй Принц, Хэ Ляньин. - Второй принц, второй принц ... - Захваченные тартары начали кричать, когда увидели Хэ Ляньина. Затем они посмотрели на Нин Шу с самодовольными и злобными выражениями. Нин Шу просто взмахнула кнутом. Он издал острый, пронзительный звук, прорезав воздух, и мгновенно заставил замолчать тартар. Когда солдаты Великого Юна увидели, что принцесса Цзяхуэй была в состоянии напугать тартар одним свистом своего кнута, они встали более уверенно. На Хэ Ляньине была звериная шкура, оголяющая грудь, что сделало его вид еще более грубым и диким, чем тогда, в столице. С головы до ног он излучал соблазнительную жестокость. Хэ Ляньин сначала взглянул на тартара на земле, который был избит до неузнаваемости, и в его глазах мелькнула неясность. После этого он посмотрел на Нин Шу, которая была в полном облачении. - Ты не должна была этого делать, - тон Ляньина был неторопливым, но низким и опасным. - Ты отказалась от примирительного брака, и теперь привела свои войска в бой. Принцесса Цзяхуэй, ты действительно превзошла все мои ожидания. Только такая женщина, как ты, достойна быть моей женой. Ляньин протянул руку в ее сторону и сделал шаг. Мрачно улыбаясь, он продолжил: - Ты должна просто согласиться на брак. Какой смысл приходить сюда и мучить себя и остальных? Ты убила воина Северной Монголии, за это я спрошу с твоих солдат. За смерть одного воина будут убитыми сто солдат и сто граждан. Если вы убьете двух моих солдат, взамен я убью пятьсот солдат, - Хэ Ляньин оскалил зубы в дикой усмешке. Его голос отзывался холодным ветром в ушах, отчего многие невольно вздрогнули. - Принцесса Цзяхуэй, иди со мной, - Хэ Ляньин посмотрел на Нин Шу, - если ты пойдешь со мной, я отпущу остальных - Принцесса, пожалуйста, позвольте мне вызвать его на дуэль, - сердито вмешался Дуань Синхуэй. - Вернись назад, - сердито сказала Нин Шу. Дуань Синхуй неохотно посмотрел на нее, и вернулся в строй. - Значит, ты хочешь пойти со мной сейчас? - Улыбка, которая содержала некоторую радость, появилась на лице Ляньина, когда он протянул руку к Нин Шу. - Ты первая женщина, которая получила мою признательность. Нин Шу действительно хотела плюнуть ему в лицо. Такой высокомерный тон! Нин Шу рассмеялась, затем взмахнула кнутом в сторону одного из захваченных тартар. И добила его одним движением Ее движения были настолько быстрыми, что даже Хэ Ляньин был ошеломлен на мгновение. После этого он сжал кулаки, и посмотрел на Нин Шу с темным и зловещим выражением. - Принцесса Цзяхуэй, я бы посоветовал тебе не провоцировать меня. Даже солдаты Великого Юна с изумлением и благоговением смотрели на Нин Шу. Нин Шу проигнорировала раздраженное выражение Ляньина и сказала: - Это в отместку за унижение женщины из Великих Юн. Я буду убивать каждого обидчика. Вы, бандиты, захватили продовольствие, принадлежащее нам, и разграбили дома наших людей. Если я не буду бить таких людей, как вы, я не заслуживаю быть Принцессой Великого Юна! - «Никакого чувства приличия, справедливости, честности и чести» - это описание для таких ублюдков, как вы. Принцесса не согласится на примирительный брак, даже если это будет единственный шанс спастись! Кто ты такой, Хэ Ляньин? ---------- Стань моей Принцессой! - Может быть, у вас, северных монголов, нет зеркал, чтобы посмотреть на себя со стороны? Я не понимаю вашей уверенности в том, что вы на вершине этого мира. Нин Шу была рада, наконец, выговориться. Каждый раз, когда она видела Хэ Ляньина, расхаживающего с видом «я большой, я сильный, ты должна быть рада, что я на тебя взглянул», она приходила в недоумение. Тартары были так рассержены тирадой Нин Шу, что каждый из них смотрел на нее так, как будто они хотели съесть ее живьем. Нин Шу просто ухмыльнулась, но внутренне она ругалась, что именно делал Шэнь Фэн? Почему он все еще не здесь, когда это место было всего в нескольких шагах? Сердце Нин Шу немного опустилось. Если ей удастся вернуться, надо будет разобраться со всем этим. Будет нехорошо, если такие события повторятся еще раз. На лице Хэ Ляньина тоже появился гнев, и он сказал холодно: - Принцесса Цзяхуэй, если ты намеренно провоцируешь меня, это означает, что ты не заботишься о солдатах позади тебя? Нин Шу холодно засмеялась. - Конечно, Принцессе все равно. В конце концов, даже если дело дойдет до смерти моих солдат, это будет только после того, как Принцесса погибнет первой. Хэ Ляньин, тебе не кажется, что ты считаешь землю Великого Юна своим собственным задним двором? Единственное, что Нин Шу могла делать прямо сейчас, - это заниматься словесной перепалкой. У них не было надежды на бой прямо сейчас, поскольку это было бы избиение младенцев. - Принцесса Цзяхуэй, это не из-за высокомерия Принца, и не из-за наглости воинов Северной Монголии. Это из-за того, что солдаты Великого Юна - трусы, которые цепенеют при виде наших воинов. У них нет мужества. Над страной с такими мужчинами Принц может только смеяться… Черт тебя побери, - Нин Шу внутренне выругалась. Слова Ляньина заставили всех жителей Великого Юна почувствовать унижение. - Принцесса, пожалуйста, дайте мне сразиться, - сказал Дуань Синхуэй с решительным выражением. Нин Шу потеряла дар речи. Была ли возможно выиграть, если они сразятся в этой ситуации? - Ты хочешь сразиться в одиночку? - спросила Нин Шу тихим голосом. Когда Нин Шу наклонилась к нему, чтобы спросить его об этом, почему-то Дуань Синхуй почувствовал, как его сердце резко забилось. Он поднял грудь выше и сказал ей: - Позвольте мне сначала поединок с лидером противника! Черт! Сначала будет индивидуальная дуэль, поэтом все перерастет в групповой бой? Хэ Ляньин увидел, что Нин Шу тихо переговаривалась с мужчиной, и это раздражило его. Он холодно крикнул: - Принцесса Цзяхуэй! - Что ты кричишь? Разве ты не видишь, что мы сейчас что-то обсуждаем? – слегка раздраженно огрызнулась Нин Шу. Хэ Ляньин поднял руку, и тартары позади него немедленно двинулись окружать группу Нин Шу. Солдаты Великого Юна стояли спиной друг к другу, когда тартары с копьями в руках окружили их. Выражение Нин Шу стало холодным, когда она посмотрела на Хэ Ляньина. Тот расслаблено сидел на лошади и наблюдал за Нин Шу. Когда она посмотрела на него, он самодовольно улыбнулся и спросил: - Принцесса Цзяхуэй, ты приняла решение? - Я буду вынуждена стать твоей женой. Хэ Ляньин, если ты хочешь взять меня в жены, то какой статус получит Принцесса? - У Нин Шу не было выбора, кроме как притворяться, что она всерьез рассматривает предложение Ляньина. - Принцесса ... – сорвался крик Дуань Синхуэя. Нин Шу проигнорировала его. Шэнь Фэна все еще не было. Он вообще уважал Принцессу? - Естественно, ты будешь моей Принцессой. Земля, скот, слуги – все, что есть у меня, будет принадлежать вам, - голос Линьяна звучал очень заманчиво. Тем не менее, Нин Шу действительно хотела просто плюнуть ему в лицо. Чего ей не хватало, что было у Линьяна? Что касается земли, то территория, которая ей была дарована, была намного больше по сравнению с землей Линьяна. ---------- Дуэль - Принцесса Цзяхуэй против Хэ Ляньина - Хэ Ляньин, Принцесса всегда хотела сразиться с тобой. Давай посмотрим, сможешь ли ты заставить Принцессу пойти с тобой. Пусть твои подчиненные отойдут, и давай сразимся. Нин Шу знала, что эта дуэль была обязательной, не только для поддержания боевого духа солдат, но и для того, чтобы остановить страх перед Ляньином. Это тело рефлекторно трепетало от его взгляда. Нин Шу стиснула зубы. Она должна была доказать себе, что Хэ Ляньин не был непобедимым. Ей все равно придется сразиться с Ляньином будущем. Могла ли она это делать, когда ее тело все дрожало? Нин Шу погладила кнут на талии, а затем сказала Ляньину: - Приступаем. Хэ Ляньин посмотрел на Нин Шу очень снисходительным взглядом, как будто он смотрел на непослушного питомца, который пытался поцарапать хозяина своими когтями. - Как хочешь. Означает ли это, что если ты проиграешь, ты поедешь со мной? – Его губы сложились в улыбке. С криком Нин Шу слезла с лошади и взмахнула хлыстом в направлении Ляньина. Она приложила все силы, но он легко уклонился от удара. Нин Шу пришлось сражаться, подавляя дрожь своего тела. Хэ Ляньин изначально планировал просто подразнить Нин Шу, но он увидел, что она была настроена абсолютно серьезно. У него не было выбора, кроме как начать сражаться серьезно. Он выхватил широкий меч и заблокировал резкий удар Нин Шу. Дуань Синхуэй нервно наблюдал за боем, его губы сжимались взволнованно. Он внимательно следил за фигуркой Нин Шу. Когда он заметил, что Хэ Ляньин очень сосредоточенным взглядом смотрит на Принцессу Цзяхуэй, на его сердце стало неудобно. Ляньин рассмеялся очень низким и диким соблазнительным смехом. Он поймал кнут Нин Шу, схватил его, и потянул кнут вместе с Нин Шу на себя. Нин Шу: ... Ей было противно ощущать его руку вокруг своей талии. Она пыталась освободиться, но не могла. - Отпусти Принцессу, - холодно потребовала Нин Шу. Ляньин взглянул на нее холодным взглядом. - Непослушная маленькая дикая кошка, - пробормотал Хэ Ляньин, обхватив ее талию. Еще немного, и она умрет от отвращения. Хэ Ляньин, этот ублюдок, определенно был самым большим барьером, который мешал ей выполнить задачу. - Ты проклятый тартар! Отпусти Принцессу! - Крикнул Дуань Синхуэй в беспокойной ярости. Хэ Ляньин не обратил внимания на Дуань Синхуэя и просто продолжал смотреть на Нин Шу. Нин Шу рассмеялась, затем подняла ногу, чтобы пнуть его. Ляньин сжал ногу Нин Шу своими ногами, из-за чего она не могла двинуться. Затем он опустил голову, чтобы посмотреть выражение ее лица. Черт! Нин Шу была в ярости от унижения. Хэ Ляньин издевался над ней. Нин Шу глубоко вздохнула и молча напомнила себе, что она практиковала Непревзойденные Боевые Искусства. Она согнула колено и решила ударить его в то самое место. ---------- Этот аромат восхитителен Нин Шу планировала пнуть его в то самое место, но Хэ Ляньин уклонился. Однако из-за этого он ослабил свою хватку, и она тут же применила на нем кнут. Хэ Ляньин не мог среагировать достаточно быстро, и кончик кнута ударил его. Он сразу почувствовал, как боль растекается по руке. Его цвет лица мгновенно побледнел, и на лбу появился холодный пот. Нин Шу вскочила на лошадь и повернулась, чтобы посмотреть на него. Когда она увидела его состояние, она не могла не спросить с довольной ухмылкой: - Как чувствуется? Разве это не замечательно? Кнут пропитан в остром перце, и еще кое в чем. Как тебе мой яд? Красивые брови Ляньина слегка нахмурились, его лицо дрогнуло, но затем он ухмыльнулся Нин Шу. - Принц нашел вкус восхитительным. Хэ Ляньин был извращенцем, чтобы быть в состоянии по-прежнему шутить с ней в такой ситуации. - Второй принц ... - Когда люди, стоявшие за Ляньином, услышали, как Нин Шу сказала, что ее хлыст был ядовитым, они взволновались. Все они впились взглядом в Нин Шу и проклинали ее. - Презренная женщина Великого Юна! Ха-ха, у этих тартар действительно была совесть, чтобы называть ее презренной? Как бы она ни была презренна, она не могла сравниться с бесстыдством этих грабителей. Хэ Ляньин не стал беспокоиться, и продолжал смотреть на Нин Шу. Он облизнул губы, а затем приказал: - Убейте всех помимо Цзяхуэй. - Вас поняли. Выражение Нин Шу стало серьезным, и она усилила голос: - Солдаты, тартары топчут землю нашего народа и унижают наших жен и дочерей. Мы должны отогнать этих бандитов с нашей земли, чтобы защитить наш народ, защитить наших жен и детей! - Защитим наш народ! - Раздалось низкие и единые голоса, наполненные торжественным убеждением. Выражения солдат стали решительными. Когда они смотрели на Принцессу Цзяхуэй, которая держала кнут, они чувствовали, как их кровь становится горячее. Хэ Ляньин тоже наблюдал за Нин Шу. - Неужели ты думаешь, что твои люди могут победить Второго Принца? Цзяхуэй, иди со мной. Принц даст тебе несравненную славу. Ты станешь женщиной Принца на всю жизнь, ты будешь его единственной женщиной. Нин Шу ударила бегущего к ней тартара в шею. Брызнула кровь, и тело тартара упало бездыханным. - Хэ Ляньин, я - Принцесса Великого Юна. Даже если бы Принцесса погибнет, она погибнет на земле Великого Юна. Ты хочешь, чтобы Принцесса пошла с тобой? Просто продолжай мечтать! – ухмыльнулась Нин Шу. Хэ Ляньин покачал головой. Его взгляд был наполнен странной мягкостью, когда он смотрел на нее. - Принц просто любит за тобой наблюдать. Ты, кажется, еще более дикая, чем женщины Северной Монголии. Нин Шу: Как этот ублюдок может так игнорировать чужие слова? ---------- Принцесса - честный человек Вокруг раздавались звуки клинков. Свежая кровь лилась на землю, когда мечи врезались плоть, и бесчисленные люди кричали в агонии. Нин Шу сжала зубы. Краем глаза она увидела, как лошади тартаров топчут трупы солдат Великого Юна. Неожиданная печаль и ненависть возникла в сердце Нин Шу, и она бросилась к набегающему потоку татар, раздавая удары кнутом. Шипы разрывали кожу и ослепляли тартар. - Вперед, вперед ... - Наконец, раздался звук лошадиных копыт. Вдалеке показалась долгожданная спасательная группа. Показался великий генерал Юн. Когда он увидел сражение, он тут же скомандовал войскам: - Приготовьтесь к битве! Когда Хэ Ляньин увидел появившиеся вдалеке войска, он ненадолго взглянул на Нин Шу, которая была так покрыта кровью, что виднелись только ее яркие глаза, а затем сказал своим войскам: - Отступить. Тартары быстро отошли за Ляньина. Нин Шу вытерла кровь на лице. Ее нос был наполнен тяжелым, отвратительным запахом крови. Она не осмелилась сводить глаз с Хэ Ляньина. Ее рука слегка дрожала, когда она сжимала свой кнут. Хэ Ляньин беззаботно улыбнулся Нин Шу. Хотя он был явно ранен, единственным видимым признаком этого было то, что его лицо было слегка бледным. Кроме этого, он, похоже, не испытывал боли. Он был жестоким, но и по отношению к самому себе Хэ Ляньин указал на захваченных татар и сказал: - Освободи наших северных монгольских воинов Нин Шу рассмеялась. Разве он не понимал ситуацию, в которой он был? Она не могла не спросить: - Что, если Принцесса откажется? Какое это имеет значение, даже если солдаты вашей Северной Монголии так сильны? У Великого Юна будет по десять солдат на каждого вашего одного. Если десять солдат не хватит, мы пошлем сто. Зрачки Ляньина на мгновение расширились, затем он рассмеялся. За это время, когда он смотрел Нин Шу, его смех становился ярче и ярче. Хэ Ляньин вытер губы. - Кто бы мог подумать, что человек с непреклонным характером, существует в месте, где люди живут в пьяном оцепенении? Даже пограничные генералы Великого Юна не посмеют в таком стиле говорить с Принцем. Цзяхуэй, ты не должна жить здесь, ты должна скакать со мной по равнинам. Нин Шу просто ухмыльнулась. Ради того, чтобы не выходить за него замуж, она заплатила бы любую цену. В настоящее время Нин Шу не была уверена, сможет ли она выполнить эту задачу. Когда дело доходило до столкновения между народами, один человек становился бессилен. Однако, несмотря ни на что, она должна помочь хосту освободиться от этого человека. Он был сволочью, который хотел только того, чего не мог получить. Когда он женился на хосте, он относился к ней бесчеловечно. Теперь он действительно хотел, чтобы она пошла с ним? Вероятно, Хэ Ляньин делал это, чтобы обрушить моральный дух Великого Юна. Только представьте. Если Принцесса вашей страны убежит с вражеским Принцем, то это будет огромным позором. Нин Шу ухмыльнулся: - Ваша Северная Монголия - это место, где монархи не соответствуют своему статусу, ни у кого нет чувства приличия: место, в котором отсутствуют принципы добродетелей. Как такое дерьмовое место может подходить Принцессе? Лицо Линьяна было бледным, и он кашлянул кровью. Конечно, как мог человек, такой бесстыдный, как Ляньин, разозлиться до кашля? Это был эффект отравления. - Ты действительно использовала яд? - Хэ Ляньин вытер черную кровь в уголке рта. Нин Шу расправила руки и невинно пожала плечами. - Принцесса - честный человек, я никогда не лгу. Хэ Ляньин пристально смотрел на лицо Нин Шу, и осматривал его на дюйм за дюймом. В конце он рассмеялся. - Принцесса Цзяхуэй, будь готова. Принц не остановится, пока не заполучит тебя. - Принцесса очень боится тебя. Ей просто нравится, как ты выглядишь, когда хочешь заполучить ее, но не можешь, - Нин Шу скрестила руки на груди. - Идем, - Хэ Ляньин еще раз откашлялся кровью, скомандовав войскам отступить. ---------- Люди, которые считают себя мужчинами Хэ Ляньин развернулся на лошади и приготовился уйти. Нин Шу холодно засмеялась. Он считает, что может свободно приходить и уходить из Великого Юна? Она схватила свой лук и, вложив в него стрелу, натянула тетиву. Кончик стрелки сверкал холодным светом, указывая на спину Хэ Ляньина. Она отпустила тетиву, и стрела полетела прямо в Ляньина. Ляньин, что-то почувствовав, пригнулся к шее лошади, и стрела пролетела над ним, врезаясь в ствол дерева. Хэ Ляньин посмотрел на стрелу в стволе дерева, затем не смог удержаться, чтобы не взглянуть на Нин Шу. Она сидела высоко на лошади, и ее холодный взгляд был наполнен убийственным намерением. Нин Шу была немного разочарована тем, что не смогла убить Хэ Ляньина. Как говорится, «плохие живут тысячу». (Есть китайская поговорка, в которой говорится, что хорошие люди умирают молодыми, плохие люди живут за тысячу лет) На самом деле было бы нереалистично, чтобы Хэ Ляньин так легко погиб. Хосту и Ляньину, вероятно, суждено пересечься, так как в их последней жизни они даже поженились. Разве можно легко разорвать связи судьбы? Нин Шу перестала думать об этом и повернулась, чтобы сказать холодно: - Очистите поле битвы и запишите имена всех солдат, погибших в бою. Оцените их заслуги и вознаградите их соответственно. Дайте их семьям компенсацию в трехкратном размере от обычной. Нин Шу посмотрела на трупы на земле. Кое-кто был растоптан до неузнаваемости, а некоторые тела были раскроены на две части, обнажая еще теплые внутренности. Пыльная почва была окрашена кровью, которая, когда высохла, превратилась в пятна черного цвета. Зловоние крови, парящее над этим полем битвы, было настолько тяжелым, что у людей начиналось головокружение. Война была жестокой. Нин Шу холодно поглядела на генерала, который приехал так поздно. Когда тот заметил взгляд Нин-Шу, он застыл и сразу перевел взгляд. После этого он поприветствовал Нин Шу кулаком: - Принцесса, а как насчет этих тартар? Их головы можно сдать и получить за них звание и военные заслуги, - взгляд этого генерала сиял, когда он смотрел на лежащих тартар. Он опоздал, и еще хотел нажиться на этом? Нин Шу была очень раздражена генералами Великого Юна. Неудивительно, что тартары делали все, что захотят. Если у них было так много энергии для всяких схем, почему они не использовали ее для борьбы с тартарами? Нин Шу холодно посмотрела на него и сказала: - Принцесса покалечит любого, кто посмеет тронуть этих тартар. Значит, тебе нужны заслуги? - Генерал не смел и думать, - генерал поспешно опустил голову. Нин Шу была не просто Принцессой, она была главой левого авангарда, поэтому ее статус был выше его даже в военном звании. В его сердце появилось недовольство и несчастье, рожденное тем, что он опустил голову перед женщиной Однако Нин Шу не волновало, что эти люди думали, и закричала: - Возвращаемся в лагерь! Спасенная Нин Шу девушка, Цай Сан, последовала за Нин Шу на коне, ее ярко сияли. Когда они вернулись в лагерь, Нин Шу заставила солдат вывести двадцать пленных тартар на плац. Тартары, вероятно, слишком привыкли к тому, что они свободно расхаживали по границам Великого Юна, они все еще были уверены, что люди Великого Юна не посмеют убить их. Они смотрели на солдат слегка презрительно. Нин Шу вошла в палатку главнокомандующего и опустилась на колено перед Шэнь Фэнем. После этого она сообщила об этой ситуации, в том числе о том, что военный офицер шел неторопливо, показывая, насколько ему все равно на жизнь своих товарищей. Выражение офицера сразу же потемнело, и он сердито посмотрел на Нин Шу. Нин Шу просто рассмеялась в ответ. Как они должны были бороться с гуннами с таким полным отсутствием единства? Нин Шу почувствовала, что ей нужно было поднять свой авторитет, чтобы остановить этих людей, которые не воспринимали ее всерьез, поскольку она была женщиной. Нин Шу вышла на плац, холодно заявив: - Тартары убивают наших братьев и сестер! Топчут нашу землю! - Убить, убить… Солдаты скандировали, а пленные тартары побледнели. Когда они увидели, как Нин Шу прошла мимо них с кнутом, они стали быстро что-то бормотать на своем языке. ---------- Идеальная погода для заготовки сушеного мяса Нин Шу взмахнула кнутом и ударила одного из тартар по нижней части. Накрепко связанный тартар был поражен такой болью, что его глаза откинулись назад. Он испустил предсмертный крик. Солдаты, которые все еще повторяли «убить», так ужаснулись, что они полностью замолчали, и минутная тишина прокатилась по двухсоттысячной толпе. - Это цена за оскорбление женщин Великого Юна! - Крикнула Нин Шу. Нин Шу взмахнула кнутом снова и снова, и продолжила бить татарина, пока нижняя часть тела не превратилась в кровавое месиво. Затем она повернулась, чтобы осмотреть своих солдат. Солдаты, которые встретили взгляд Нин Шу, почувствовали, как их волосы встают дыбом. Тем временем, Цай Сан, которая также была на плаце, смотрела на Нин Шу с почитанием в глазах. Остальные татары умирали друг за другом от ударов Нин Шу. Даже Шэнь Фэн, который провел половину своей жизни на поле битвы, никогда не видел, чтобы кто-то унижал врага так, как это сделала Нин Шу. - Принцесса, этого достаточно. Перед армией вы должны проявлять и добрые качества, иначе какая разница между нашим Великим Юном и паразитической Северной Монголией? - Шэнь Фэн сказал Нин Шу. Нин Шу посмотрела на Шэнь Фэна и ответила: - Главнокомандующий, Цзяхуэй не может согласиться с тем, что вы сказали. Если мы будем проявлять «доброжелательность и праведность», наши враги будут смотреть на это, как на слабость, которую можно использовать. Использовать насилие, чтобы бороться с насилием, отомстить смертью за смерть - это единственный способ победить врага. Шэнь Фэн больше не пытался убедить Нин Шу. Он понял, что не сможет этого сделать. Нин Шу поманила Цай Сан, и Цай Сан сразу же спросила: - Принцесса, у вас есть какие-то инструкции? - Найди пару мясников и приведи сюда. - Поняла. После того, как Цай Сан привела мясников, Нин Шу приказала им выпотрошить этих людей. Несколько из мясников были настолько ошеломлены, что чуть не обмочились от страха. Их занятие – разделывать свиней, а не людей. Не только мясники были встревожены, даже солдаты на плаце чувствовали, как их волосы встают дыбом. Их взгляды были полны восхищения и страха, когда они смотрели на Нин Шу, у которой было безразличное выражение на ее лице. В конце концов, мясники повиновались и выпотрошили тартар. После того, как они сделали свою работу, Нин Шу приказала осыпать их солью и подвесить у городских ворот. На дворе был декабрь, поэтому стояла идеальная погода для приготовления «сушеного мяса». Метод Нин Шу действительно восхитил всех. Шэнь Фэн постоянно качал головой, глядя на Нин Шу, но Нин Шу проигнорировала его и продолжила заявлять: - Это цена посягательства на наш Великий Юн! Трупы висели друг за другом возле городских ворот для поддержания страха. Она хотела показать им, что люди, которых они так долго угнетали, также имели способность сопротивляться. Эти трупы долгое время висели на городских стенах. Из-за ветра и солнца трупы стали еще более жесткими. Все тартары, которые проходили мимо городских ворот, чувствовали холод от этого зрелища. Затем слухи о том, что принцесса Цзяхуэй была дьяволом, тихо начали распространяться. Если в прошлом некоторые люди все еще питали желание Принцессы Цзяхуэй, теперь, когда они ее видели, они чувствовали холод в промежности. Нин Шу вошла в свою палатку, затем все ее тело пошатнулось от усталости. Но, несмотря на это, она чувствовала себя неописуемо счастливой и легкой. Вероятно, это были эмоции хоста. Принцесса Цзяхуэй ненавидела тартар, так как она в унижении была убита ими после того, как она вышла замуж, поэтому ей было радостно от этого зрелища. Нин Шу улыбнулась. Было здорово немного помочь хосту. ---------- Протест министров После этого инцидента Нин Шу приобрела прочную репутацию в армии. Естественно, это было из-за страха перед ней. Однако Нин Шу устраивало это. Что-то, что удивило ее, было то, что Цай Сан начала изучать боевые искусства. Каждый день она служила Нин Шу - посещала ее, делала стирку и готовила еду. Но в промежутке между делом она находила время заниматься боевыми искусствами. Она сказала, что хочет отправиться на поле битвы, чтобы убивать, поэтому Нин Шу позволяла ей поступать по своему усмотрению. Возможно, именно потому, что репутация Нин Шу была настолько жестокой, но многие женщины, у которых не оставалось ничего, те, кто были ограблены и обесчещены тартарами, просили у Нин Шу помощи. Через некоторое время собралось более ста девушек, и они фактически стали женской армией. Это добавило немного цвета в скучные казарменные дни. Эти женщины считали, что Нин Шу – это их последняя надежда. Все они заявили о своих желаниях отправиться на поле битвы и отомстить тартарам. Нин Шу подумала об этом и почувствовала, что очень важно создать отряд надежных подчиненных, которые будут следовать ее прямым командам, поэтому она взяла этих женщин и решила научить их основным боевым искусствам. Возможно, из-за того, что они нашли новую цель в жизни, эти женщины были не менее энергичными и жестокими, чем мужчины-солдаты. Возможно, женщины не могли сравниться с мужчинами в силе, но мужчины не могли конкурировать с упорством женщин, которым нечего терять. Однако армия не могла продолжать кормить этих женщин бесплатно. Даже Шэнь Фэн тактично намекнул, что эти женщины не могут оставаться в бараках. Нин Шу указала на то, что эти женщины много помогали в казармах. Женщины готовили еду, шили одежду и тому подобное. В конце концов Шэнь Фэн уступил. Что Нин Шу не знала, так это то, что в столице вспыхнула волна протеста против нее. Естественно, их аргумент заключался в том, что ее методы были слишком кровавыми и жестокими. На самом же деле, эти гнилые старые конфуцианские ученые беспокоились о том, что она позволила женщинам вступить в армию. Если женщинам разрешат отправиться на поле битвы, как тогда им подчиняться конфуцианским предписаниям и сидеть дома? (Конфуцианские предписания для женщин: подчиняться, в свою очередь, трем мужчинам - отцу, мужу и сыну) Группа министров пришла на протест Ли Вэнь сидел на троне. На его лице не было никакого выражения, но в его глазах было игривое выражение. Он прочитал поданное ему письмо. На его лице мелькнула улыбка, когда он закончил читать о том, что сделала Нин Шу. Затем он посмотрел на министров внизу и сказал равнодушно: - Да, ее методы были безжалостными. Как насчет этого? Вы, ребята, кидаете жребий. Этот человек отправляется на войну, и, если он вернется живым, я смещу Принцессу Цзяхуэй с ее поста. Министры: ... Его Величество хотел, чтобы все они умерли ах, не так ли? Ли Вэню всегда было все равно, были ли эти министры или нет. Если кто-то умрет, на его место придет другой. Поэтому Ли Вэнь скорее надеялся, что эти гнилые старые служители наконец умрут. Все министры отступили и попытались сжаться и слиться со стеной так, чтобы не быть заметными. Вскоре Нин Шу получила письмо Ли Вэня, посланное ей. Там было всего два слова: очень хорошо. Нин Шу сразу поняла, что имел в виду Ли Вэнь. По его мнению, Ли Вэнь одобрил то, как она справлялась. Теперь она почувствовала себя более уверенно, что получила поддержку Ли Вэня. На данный момент палатка Нин Шу стала запретной зоной для мужчин. Это была женская база. Нин Шу наблюдала, как женщины, одетые в броню, размахивали копьями. Их движения были удивительно осознанными и энергичными. На лице Нин Шу появилась легкая улыбка. Если у хоста будут хотя бы эти преданные женщины, то жизнь той будет намного легче, когда она покинет этот мир. ---------- Спокойствие перед битвой Нин Шу шла по вершине величественной городской стены и смотрела на висевшие трупы снизу. Затем она перевела взгляд на горизонт. За огромными прериями были заснеженные горы. Прекрасное зрелище. Цай Сан, одетая в доспехи, следовала за Нин Шу, и спрашивала: - Принцесса, у Северной Монголии такие огромные земли, почему они приходят нас обкрадывать? - Кража вызывает привыкание. Тартары - это не те люди, которые могут заставить себя заняться трудными вещами вроде сельского хозяйства, - мягко сказала Нин Шу. Возможно, потому что Хэ Ляньин был серьезно ранен, тартары с тех пор пока не нарушали границ Великого Юна. Каждый день, кроме практики по боевым искусствам Нин Шу думала о том, как победить тартарскую конницу. Самой сильной стороной тартаров была их конница – их лошади обладали крепким телосложением , поэтому ей пришлось думать над способом справиться с ними. Они не могли и в самом деле менять сотню своих воинов на одного тартара. Сделать это Принцессе не позволит совесть. Существовал определенно другой путь. Когда Нин Шу ходила по городской стене неторопливо, она натолкнулась на Дуань Синхуэя. Дуань поприветствовал ее. - Генерал приветствует Принцессу. Нин Шу просто прошла мимо него. Дуань Синхуэй увидел, что Принцесса Цзяхуэй даже не потрудилась взглянуть на него, и сказал: - Принцесса Цзяхуэй, вы уедете со Вторым Принцем Северной Монголии? Нин Шу остановилась и обернулась на Дуань Синхуэя, нахмурившись. - Страж Дуань, этот вопрос не касается тебя. Если ты будешь распространять слухи в армии, Принцесса тебя не пощадит! Дуань Синхуэй слегка поклонился и сказал: - Генерал понимает. Нин Шу вернулась с Цай Сан в казарму. Тартары любили помародерствовать, поэтому их пехота вообще не могла сравниться с их кавалерией Большие снежинки спускались с неба словно легкие перья. Менее чем через день все было покрыто снегом. Выражение Шэнь Фэна стало очень серьезным. Овцы и коровы были подвержены замерзанию, и именно в это время татары обычно приходили на грабеж. Он отправил много элитных солдат на разведку территорий. Нин Шу все еще не придумала иного способа справиться с кавалерией. Самым эффективным способом было просто использовать лучников. Шэнь Фэн не был молодым и горячим, и не имел большой уверенности в победе. Следовательно, его мышление заключалось не в победе над врагом, а в том, чтобы избежать ошибок и защитить границу. Тем временем Нин Шу хотела нанести серьезный урон тартарам, поэтому она предложила Шэнь Фэну защитить стену лучниками. Шэнь Фэн кивнул. Дуань Синхуэй помог Шэнь Фэну это все организовать. Теперь, когда намечалась огромная битва, Дуань Синхуй чувствовал, что он должен попытаться успокоить Нин Шу. - Принцесса, на самом деле, нам нужно просто защитить городскую стену, чтобы победить в этой войне. Нин Шу промолчала. Что имел в виду Дуань Синхуэй, сказав ей это? Нин Шу готовилась к предстоящей битве. - Принцесса, пожалуйста, позвольте нам пойти, - Цай Сан попросила Нин Шу: - Все они тоже хотят на войну. В тот момент, когда Нин Шу вышла из своей палатки, она увидела, что женская армия стояла аккуратным рядом перед ней. Эти женщины были не очень красивы и не имели заманчивых фигур, но никто не мог сравниться с внушительной аурой, которой они обладали. Их выражения были серьезными. Когда они увидели, что Нин Шу вышел, все они опустились на одно колено. - Приветствую, глава левого авангарда! В ответ Нин Шу крикнула: - Встать! Скоро произойдет большая битва. Вы боитесь? - Мы не боимся! - Голоса женщин, смешавшись, произвели очень мелодичный звук. - С этого момента начинайте практиковаться с луком и стрелами. При стрельбе из лука следует обратить особое внимание на прилагаемую рукой силу. Перекрестный огонь из лука – лучший способ победить конницу тартар, поэтому начните практиковаться сейчас. Нин Шу указала на мишень. - Стрелять нужно в цель. Нин Шу натянула тетиву своего лука и отпустила стрелу. Стрела вылетела с такой силой, что она пробила середину мишени насквозь. ---------- Демоническая улыбка Принцессы Цзяхуэй Нин Шу надеялась, что эти бедные женщины, которые пришли к ней на приют, смогут выжить и жить дальше. Чтобы это произошло, им придется тяжело тренироваться. Только тогда у них будет шанс выжить на поле битвы. Как и было предсказано, после того, как снег прекратился, Хэ Ляньин возглавил армию тартар, чтобы напасть на город. Нин Шу стояла на городских стенах и встретила взгляд Хэ Ляньина. Внутренне она была очень расстроена. Почему он все еще не умер? Может быть, яд не был достаточно сильным? Чушь! Сегодня он был в одежде из меха. Мех, обрамляющий его шею, заставлял его казаться более диким и мощным. Он поднял глаза на Нин Шу и ухмыльнулся. Затем махом руки он приказал солдатам приставить лестницы к городским стенам, чтобы начать осаду. Ударили боевые барабаны. Нин Шу крикнула холодно: - Начать обстрел! Дождь стрел осыпал тартар, и большинство татар, атаковавших город, мгновенно оказались ими поражены. - Еще раз! Солдаты с заряженными луками немедленно менялись местами с теми, кто отстрелялся впереди. Краем глаза Нин Шу увидела, что несколько женщин-солдат погибли от стрел, прилетевших снизу. На мгновение ее сердце задрожало, но затем снова успокоилась. - Переключитесь на катапульты. Катапульты были одним из сильнейших древних орудий , особенно когда они стояли сверху на стене. Некоторые татары, только что достигнувшие вершины, встретились с глыбой льда. Они упали с лестницы и врезались в землю, где и остались лежать. Хэ Ляньин посмотрел на странные объекты на стене, которые были припорошены снегом, а затем резко перевел взгляд на Нин Шу с подозрением в его глазах. Нин Шу улыбнулась ему. Это было правильно, это было именно то, о чем ты думал. Это были трупы этих тартар. У тартар, которые висели на стене, теперь зияли только черные пустые глазницы, так как их глаза уже были склеваны птицами. Если принимать такое решение, тогда надо идти до конца без компромиссов. Лицо Хэ Ляньина сразу же стало холодным, а его взгляд наполнился опасным и мрачным намерением убийства, когда он посмотрел на Нин Шу. В то же время его взгляд все еще содержал странную привязанность. Нин Шу протянула руку, и солдат тут же вручил ей лук. Она нацелила стрелу в Хэ Ляньина, но он просто засмеялся и в свою очередь тоже пустил в нее стрелу. Две стрелы, казалось, испустили искры, когда они скользнули мимо друг друга. Зрачки Нин Шу расширились, глядя на стрелу, летящую к ней. Она наклонила голову в сторону, но стрела все же задела кожу на лице. - Принцесса, вы в порядке? - Сердце Дуань Синхуэя почти остановилось, когда он увидел эту сцену, и он поспешно расправился с тартаром, который залез на стену, и бросился к Нин Шу. Нин Шу демонически улыбнулась, вытерев кровь на ее лице. Не обращая внимания на Дуань Синхуэя, она повернулась, чтобы посмотреть на Ляньина. Когда Дуань Синхуэй увидел улыбку принцессы Цзяхуэй, его сердце начало стучать. Принцесса Цзяхуэй в этот момент была очаровательной, как никогда прежде. Даже кровь на ее лице только подчеркивала ее красоту. ---------- Повышение до главы правого авангарда В конце концов, тартары не преуспели в попытке осады, и бежали. Они бежали в беспорядке, как рыба, которая, наконец, выбралась из сетей. Хэ Ляньин снова повернулся в направлении Нин Шу, затем поцеловал пальцы, прежде чем отвернуться и пойти. Лицо Нин Шу дрогнуло. Именно из-за этого они так ненавидели этих тартар. Они отступают, затем возвращаются в большем количестве – это делает борьбу с ними очень трудозатратной. Нин Шу была очень раздражена. Она натянула тетиву и отправила еще одну стрелу в спину Второго Принца. - Принцесса, Хэ Ляньин очень хитер. Он бежит нарочно. Если Принцесса последует за ним, вы попадете в его ловушку, так как кавалерия лучше сражается на открытой местности, - Дуань Синхуэй не мог остановить себя от попытки убедить Нин Шу, когда увидел, насколько она была не удовлетворена результатом. - Помня твой опыт, Принцесса не будет повторять твоих ошибок, - ответила Нин Шу, - запиши всех солдат, которые погибли при обороне города. Дуань Синхуэй чувствовал, что его слова, произнесенные с озабоченностью, всегда воспринимались как слова со скрытыми намерениями. То, как принцесса Цзяхуэй всегда сыпала соль на рану, заставляло его чувствовать себя сердитым и немного грустным. Принцесса Цзяхуэй полностью относилась к нему как к врагу. На самом деле, враг - не самое правильное описание. В настоящее время у него нет власти или статуса, поэтому она просто не рассматривала его. Что касается Нин Шу, ей было грустно, потому что осталась только половина из сотни женщин. Люди, которые были еще живы только вчера, теперь стали холодными трупами, оставшимися лежать на земле. Цай Сан лично похоронила их и записала их имена. Они были женщинами, но они также были героями. Они не должны быть лишены своей законной чести только потому, что они женщины. Они заслуживают записи в истории. Несмотря на то, что у выживших женщин цвет лица был бледным, их глаза все еще горели решимостью Татары продолжали атаковать город, не зная устали. Нин Шу почувствовала беспокойство на лице Ляньина. Вероятно, это было связано с тем, что в его армии не хватало провизии из-за того, что каждую зиму Северная Монголия полагалась исключительно на рейдерство для получения пропитания. Однако теперь они не могли даже прорваться сквозь городские стены. Взгляд Ляньина был отстраненным, когда он смотрел на Нин Шу на стене. В этом году, благодаря Принцессе, солдаты отказывались впускать их даже ценой своей жизни. В прошлом охранники только показывали попытку защитить город на некоторое время, прежде чем признать поражение и позволить им ограбить город. Таким образом, каждый год это был быстрый процесс добычи, а затем возвращение в Северную Монголию. Принцесса Цзяхуэй, эта женщина. Нин Шу вовсе не наслаждалась этим достижением. Она начинала оцепеневать от того, что бесчисленные солдаты погибали при обороне. Однако, смерть этих людей и становилась причиной, по которой они не должны сдаваться. Если они сдадутся, то, значит, эти люди умерли зря? Была еще одна важная причина - если они проиграют, эти отвратительные тартары вторгнутся вторгнуться на территорию и разграбят ее. В это время Северная Монголия, несомненно, вновь воссоединит мирный брак, и это приведет к разочарованию Ли Вэня в ней. Следовательно, ей придется приложить все усилия. Примерно в это же время, поскольку Дуань Синхуэй сделал несколько военных достижений, Шэнь Фэн повысил его до главы правого авангарда. Это практически поставило его на равных с Нин Шу. Как и ожидалось от него в этом мире, он чувствовал себя, как рыба в воде. Какая ему польза от его удачи? Однажды Нин Шу увидела стрелу, летящую прямо в него, но стрела убила другого солдата за ним. У Нин Шу пропал дар речи. Она также не знала, что именно Шэнь Фэн нашел в Дуань Синхуэе, чтобы продвигать обычного солдата на такой пост. У Дуань Синхуэя теперь было право давать команды на поле боя, поэтому он стоял рядом с Нин Шу. Когда он увидел Ляньина, он не мог не прийти в раздражение. Нин Шу чувствовала себя невыносимо горестно, каждый раз, когда умирала женщина из ее отряда. Они сражались, как львицы, наравне с мужчинами. Остались только самые ловкие и умные. Хэ Ляньин был вынужден отступать раз за разом. Каждый раз, когда он отступал, он долго смотрел на Нин Шу. Нин Шу было не по себе от этого взгляда. ---------- Отклонение стрелы Хэ Ляньин, казалось, был уверенным в действиях против Нин Шу. Он приходил каждый день нападать на город, кроме тех случаев, когда шел дождь или снег. Он показывал безошибочную ​​точность, приходя во время начала утренней программы по гимнастике. Но разница была в том, что здесь реками проливалась кровь. Нин Шу проклинала этого ублюдка, стоя на вершине городской стены. Сражения стоили денег и еды. Только количество пайков, необходимых для поддержки армии на один день, было удивляющей цифрой. Она не знала, как долго они будут продолжать это делать. Кроме того, великий маршал Шэнь Фэн, похоже, сдавал позиции. Однако, если они отступят, то все жизни, уже потерянные при обороне города, станут потерянными ни за что. Следовательно, все, что они могли сделать, это продолжать сражаться. Нин Шу получила еще одно письмо от Ли Вэня. Это было личное письмо только для нее, и его смысл был очень ясен. Он надеялся, что Нин Шу сможет победить, но больше этого он надеялся, что Нин Шу осталась сильной и не растеряла боевой дух. Ближе к концу письма были некоторые слова беспокойства, свойственные старшему брату. Что касается того, насколько искренны эти слова, Нин Шу не стала задумываться над этим. Как Император, каждое его движение и слово часто содержали куда более глубокие значения. Сегодняшняя погода была очень приятной. После дня ветра и снегопада земля была покрыта толстым слоем снега. Первоначально Нин Шу считала, что Хэ Ляньин сегодня не нападет на город, потому что в этом снегу было трудно ходить, не то, что бегать. Однако, на удивление, он все же пришел. Лица тартар содержали тревогу и отчаяние, как будто они были на пределах своих возможностей. Середина зимы, а они в этом году еще не получили своего урожая. Даже Хэ Ляньин, который всегда казался невозмутимым, была нахмурен. Его выражение было холодным, когда он сузил глаза и посмотрел на Нин Шу, которая стояла рядом с флагом. Когда яркий солнечный свет сиял на ней, он не мог даже различить ее лица. Дуань Синхуэй стоял рядом с Нин Шу и увидел, что Хэ Ляньин долго смотрел на Принцессу Цзяхуэй. Он чувствовал себя недовольным и не мог остановить себя от слова: - Принцесса, тартары Северной Монголии - все презренные предатели, поэтому независимо от того, никакая Принцесса не должна идти на компромисс с ними. Нин Шу почувствовала желание закрыть уши. Она слышала эти слова почти каждый день. Изначально казалось, что Дуань Синхуэй был сдержанным человеком, поэтому он всегда казался старшим братом Принцессы Цзяхуэй. Однако теперь, когда он ее доставал, это было очень неприятно! Ляньин поджал губы, наблюдая за двумя на стене. Он не мог остановить себя от того, чтобы выхватить лук и пустить стрелу в Дуань Синхуэя. Неизвестно, из-за ветра это или нет, но стрела, которая явно направлялась в Дуань Синхуэя, повернулась к Нин Шу. Нин Шу: $% @ # * Как и ожидалось, когда ты стоишь рядом с Дуань Синхуэем, ты обречен быть пушечным мясом. Нин Шу собиралась увернуться, но ее тело внезапно перестало отвечать ей. Ее душа, казалось, собиралась выбраться из тела. Нин Шу была потрясена. Что именно происходит? Почему она не могла двигаться? Дуань Синхуэй увидел, что стрела летела в Принцессу Цзяхуэй, и та просто стояла на месте, как будто мысль об уклонении не приходила ей в голову. Его сердце мгновенно заполнилось страхом, и он поспешно ударил по стреле мечом, но было слишком поздно, и стрела пронзила плечо Нин Шу. Нин Шу произнесла приглушенный стон. Она слышала звук стрелы, пронзающей ее плоть. Сразу после этого по телу ударила невероятная боль. О, черт возьми, это больно! Динь. Задание завершено. Оставить мир? Да / Нет. Холодный механический голос появился в сознании Нин Шу. - Да, да, да ... - Нин Шу хотела уйти как можно скорее. Даже если ей пора уходить из мира, зачем в нее стрелять? Система опять троллит меня! Душа Нин Шу немедленно покинула тело Принцессы Цзяхуэй. ---------- Не того я хотел убить! События произошли слишком быстрою. Потребовалось некоторое время, чтобы до всех дошло, что только что стрела пронзила высокопоставленного военного офицера Великого Юна. Северно-монгольские тартары начали стучать в барабаны и громко кричать. Их мораль значительно возросла, и они посмотрели на своего Второго Принца с воодушевлением. Тем не менее, лицо Хэ Ляньина стало бледным, он крепко сжал лук, глядя в недоумении. Она явно могла уклониться. Он никогда и близко не попадал в нее. Более того, она не была тем человеком, которого он хотел убить. Хэ Ляньин поднял руку и закричал: - Сигнал к отступлению! Тартары: … Это был лучший шанс напасть на город, почему они отступали? - Второй Принц, боевой дух взлетел так, что полпути уже пройдено, зачем нам отступать? - Высокопоставленный тартар спросил Ляньина. Хэ Ляньин ударил этого офицера и зарычал: - Принц сказал отступить, так что отступаем! Хэ Ляньин развернулся на лошади. Он снова взглянул на место, где обычно стояла Принцесса Цзяхуэй. Там больше не было никого. Она, же не умрет так легко, верно? Дуань Синхуэй принёс Принцессу Цзяхуэй к палатке военного врача, крича: - Спаси ее, пожалуйста, поспеши! Дуань Синхуэй с тревогой ждал снаружи палатки. Его сердце было наполнено тревогой и ужасом. Он действительно не хотел, чтобы она умерла. Когда мысль о том, что эта женщина, которая всегда смотрела на него, могла умереть, он почувствовал столько боли, что его сердце вот-вот разорвется. Когда извлекли стрелу, Принцесса Цзяхуэй приглушила стон и слегка приоткрыла глаза. Она увидела, что она лежит в простой палатке. Как она осталась жива? Волна боли охватила ее, и она снова упала в обморок. Принцесса Цзяхуэй оказалась в порядке. Все в армии ощущали волну облегчения, особенно Шэнь Фэн. Хотя у мечей не было глаз на поле битвы, если Принцесса нации умрет, особенно если она была сестрой Императора, Императору было бы безразлично, как хорошо он служил. Тем временем Принцесса Цзяхуэй чувствовала, что ей все приснилось. Она не могла сказать, была ли жизнь до того, как в нее выстрелили из лука, или это было сном. Она посмотрела на женщин, которые стояли на коленях перед ней. Их выражения были торжественны, а глаза слегка покрасневшими. Она коснулась кнута на ее талии, а затем улыбнулась. Несмотря ни на что, она больше не была в трагической ситуации, как во сне. Она не была унижена, и она больше не жила с постоянной болью. Она не разочаровала императорского старшего брата и была благородной Принцессой Великого Юна. Когда она увидела Дуань Синхуэя, она рассмеялась. Этот человек, которого она так любила во сне, в настоящее время с беспокойством смотрел на нее. Так что с того, что она была женщиной? Она была готова никогда не жениться и сражаться за Императора всю свою жизнь. Независимо от того, какие лишения она могла испытать, это не могло сравниться с жизнью, когда ее использовали бесчисленные люди и когда она питалась кормом для свиней. Та жизнь не была жизнью человека; это была жизнь без достоинства, без цели. Она даже не знала, для чего она жила. - Принцесса, вы в порядке? - Принцесса Цзяхуэй смотрела на Дуань Синхуэя нечитаемым и слегка странным взглядом, поэтому он решил ее спросить. Принцесса Цзяхуэй была на мгновение ошеломлена. Похоже, прошло много времени с тех пор, как она услышала голос Дуань Синхуэя. ---------- И снова атака Ради того, чтобы убедиться глазами, что Принцесса Цзяхуэй была в порядке, Хэ Ляньин снова напал на город. Он долго смотрел на Принцессу Цзяхуэй, которая, как и всегда, стояла на стене. Внезапно он улыбнулся. Его улыбка была наполнена радостью и облегчением. Принцесса Цзяхуэй с удивлением посмотрела на него. Этот человек, подобный демону, тоже может улыбаться? Жестокий человек, которого она знала, никогда бы не улыбнулся таким образом. Почему он улыбался? Может быть, он с ума сошел от разочарования, узнав, что она не умерла? Принцесса Цзяхуэй холодно приказала: - Выпустить стрелы Дуань Синхуэй наблюдал за ней. Принцесса Цзяхуэй казалась еще более достойной и благородной, и было небольшое ощущение, будто она переродилась. Она больше не отдавала холодным безразличием. Теперь, когда она поджимала губы, она казалась настоящей Принцессой. Ее аура снова изменилась. Дуань Синхуэй чувствовал себя полностью запутанным из-за изменений Принцессы Цзяхуэй. Раньше Принцесса Цзяхуэй смотрела на него ледяным холодным взглядом. Она казалась способной видеть все, что было скрыто в его сердце, и ее взгляд всегда содержал презрение и насмешку. Нынешняя Принцесса Цзяхуэй сначала взглянула на него странным взглядом, в котором было немного облегчения и радости. После этого она просто смотрела на него, как на незнакомца. Его сердце, казалось, раскалывалось. Когда он смотрел на спину Цзяхуэй, он чувствовал, что потерял что-то важное навсегда. Сердце его было опустевшим. Эта битва продолжалась до начала весны. Когда снег начал таять, Хэ Ляньин привел то, что осталось от его войск обратно домой. Перед тем, как он уходил, он снова взглянул на Принцессу Цзяхуэй. Принцесса Цзяхуэй презрительно рассмеялась. Она уже не была такой жалкой женщиной из ее сна. Теперь она была самой уважаемой принцессой Великих Юн. Они торжественно вернулись во дворец. Когда принцесса Цзяхуэй увидела Ли Вэня, она не могла сдержаться от счастья. В этом мире старший брат-Император был единственным родственником из семьи, которую она оставила. Ли Вэнь с благодарностью смотрел на Принцессу Цзяхуэй. Спустя некоторое время он спросил: - Ты снова изменилась? - Что? – Смутилась Принцесса Цзяхуэй. Ли Вэнь издал указ, дающий право Цзяхуэй на захоронение в имперской гробнице. Это была большая честь. Ни одна принцесса в истории никогда не получала такой чести. Хотя Принцесса была младшей сестрой Императора, она все еще была женщиной, и как только она выйдет замуж, она станет принадлежать другой семье. Эта идея не давала министрам покоя, о чем они ему открыто и рассказали. Ли Вэнь ничего не сказал и просто послал самых упертых министров за границу. Те, кто жили роскошной жизнью в столице, и продолжали критиковать ее, не сделав ничего для государства, также были отправлены на границу. После этого, когда пришло время оценивать военные заслуги и даровать награды, когда настал черед награждать Дуань Синхуэя, Ли Вэнь посмотрел на Принцессу Цзяхуэй. Она мягко сказала: - Просто смотрите на его достижения. Императору не стоит беспокоиться о предыдущих событиях. Когда Дуань Синхуэй узнал, что его повысили до Генерала 2-го ранга, его чувства были очень смешанными. Он посмотрел на Принцессу Цзяхуэй, которая сидела в большом зале. Скорость движений Дуань Синхуэя все замедлялась и замедлялась, когда он возвращался в свою резиденцию. Он уже не ощущал приступов, но на его сердце ощущалось необъяснимо тяжелое чувство. Он больше не мог этого отрицать, он испытывал большое сожаление. ---------- Сожаление о потерянной красоте Резиденция Дуань была очень оживленной. Дуань Синхуэй величественно вернулся в полном облачении. Увидев сына, мадам Дуань была так счастлива, что заплакала. Она заметила тоном, полным душевной боли, что он истощал. Взгляд Дуань Синхуэя пронесся мимо Юань Дун, чтобы остановиться на Эр Я. На ней была голубая шелковая одежда, а волосы были заколоты шпилькой. Она казалась очень счастливой и широко улыбалась от радости. Однако через мгновение она почувствовала, что это неуместное поведение, и тут же закрыла рот. Она робко улыбнулась одними губами. За несколько месяцев Эр Я потеряла всю свободу и красоту, которой Дуань Синхуэй когда-то был очарован. Нынешние движения Эр Я были неестественными, как у деревянной марионетки. Когда Дуань Синхуэй увидел ее улыбку, в его памяти возникло лицо Цзяхуэй. Дуань Синхуэй женился на Эр Я, что сделало ее вне себя от радости. Во время праздничного обеда Дуань Синхуэй много пил и даже плакал. Возможно, он оплакивал прошлое, или, может быть, он сожалел. Жизнь Дуань Синхуэй и Эр Я не получилась особенно счастливой. Дуань Синхуэй сделал Эр Я главной женой, но он не обещал быть верным только ей на всю жизнь. У него были и другие женщины на стороне. Теперь, когда принцесса Цзяхуэй исчезла, Дуань Синхуэй не заботился о том, сколько женщин было с ним. Он больше не видел радости в жизни. Эр Я не могла этого принять, но у нее также не было выбора, кроме как вынести то, что ее мужчина спит с другими девушками. После окончания войны Северная Монголия послала дипломата и предложила подписать договор о ненападении, который продлится сто лет. Там было только одно условие, которое заключалось в том, что принцесса Цзяхуэй выйдет замуж за Второго Принца Северной Монголии, Хэ Ляньина. Амбиции этого волка все еще не умерли. Принцесса Цзяхуэй рассмеялась. Она лучше умрет, чем отправится Северную Монголию. На этот раз Ли Вэнь отказался сразу, не спрашивая ничего у Принцессы Цзяхуэй. После ухода дипломата Северной Монголии Принцесса Цзяхуэй сказала Ли Вэню, что она готова пойти охранять границу. Она больше не желала вступать в брак вообще и решила посвятить свою жизнь защите границы от северо-монгольских тартар. Принцесса Цзяхуэй прямо заявила, что в этом мире не было человека, который мог бы подойти ей. Ли Вэнь спросил в шутку: - Ты не выйдешь замуж, даже если вы встретишь такого человека выдающегося, как старший брат-Император? Принцесса Цзяхуэй улыбнулась: - В мире нет такого человека, как старший брат-Император. Когда Дуань Синхуэй, который также был в большом зале, услышал эту фразу принцессы Цзяхуэй, он вспомнил, что когда-то давно принцесса Цзяхуэй говорила ему эти слова. Сейчас же ему было стыдно появится на глазах у Принцессы. В ту же ночь принцесса Цзяхуэй вернулась на границу и патрулировала городские стены со своими женщинами-солдатами. Ряд трупов тартаров больше не покрывался льдом и снегом, поэтому они висели, устрашая своим видом врагов. У их лиц были искаженные выражения агонии, а их трупы были высушены. Цай Сан сказала Принцессе: - Тартары даже не осмеливаются смотреть на эти трупы, и те тартары, которые приезжают в город, чтобы торговать, больше не чувствуют себя так самоуверенно. Граждане здесь называют Принцессу «Богиней Войны». Я слышала, что они даже планируют возвести в вашу честь статую. Принцесса Цзяхуэй слегка улыбнулась, ничего не сказав. Однако вскоре после этого в городе действительно была установлена ​​огромная статуя. Это была статуя принцессы Цзяхуэй в полной броне. Ее волосы были собраны в длинный хвост, ее взгляд был торжественным и достойным, а на ее талии висел родной хлыст. Когда Принцесса Цзяхуэй увидела эту статую, она прослезилась. Она была уважаемой принцессой Великого Юна, Принцессой Цзяхуэй, которую все почитали. ---------- Второе задание завершено Когда Нин Шу вернулась в системное пространство, она коснулась плеча, чтобы проверить, действительно ли это так. Да, все еще болит. Она слишком привыкла к полноценной жизни. Прошло много времени с тех пор, как она чувствовала такую ​​сильную боль. Нин Шу почти забыла, что она умерла в больнице. Она посмотрела вниз, затем вздохнула. Она поспешила сесть и начать медитировать, поглощая энергию пространства. Нин Шу немного подумала о Непревзойденных Боевых Искусствах, затем решила поглощать энергию, основываясь на знаниях из этой книги. Просто направление энергии, медленно текущей в ее тело, занимало слишком много времени. Нин Шу начала пробовать метод культивации. Она не знала, будет ли это работать или нет, так как она в настоящий момент была душой. У нее не было тела, не было духовных меридианов, как метод культивации должен был переправлять энергию в ее теле? Она чувствовала себя довольно глупой, пытаясь это сделать. Несмотря на это, она села на землю и закрыла глаза. Она была приятно удивлена, почувствовав, что скорость немного увеличилась. Кроме того, поглощение энергии стало приятным процессом. Это было освежающе прохладное ощущение. В системном пространстве появился холодный механический голос. - Поздравляем игрока с возвращением! Открыть статистику? Да/Нет - Да. Сразу после того, как Нин Шу ответила, перед ней появился экран, на котором была показана ее статистика. Номер: 2333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 7100 (7100/10000) Душа: 60 Жизнь: 50 Интеллект: 80 Харизма: 1 Удача: 25 Воля: 120 Боевые искусства: 10 Обучение: 24 Карма: 2 Способности: Умение стрелять по мишеням, Низкий навык ближнего боя, Непревзойденные Боевые Искусства (начинающий) Приобретенные звания: Богиня войны Нин Шу была ошеломлена на мгновение, увидев титул «Богиня войны». Когда она получила его? Но это не так занимало ее. Главная проблема заключалась в том, что на этот раз она получила только 3000 очков опыта. Когда к этому добавились очки, которые она получила от прочтения книги «Непревзойденные боевые искусства», сумма составила всего лишь 7100 очков. И что это еще за карма? Несмотря на все кровопролитные битвы, в которых она даже не могла сказать, она была покрыта собственной кровью, или кровью врагов, она получила лишь такую награду. Хорошо. Было уже хорошо, что у нее есть хоть какие-то очки. А возможность вернуться живой еще лучше. - Вы получили пять дополнительных очков навыков, куда бы вы хотели их добавить? - Спросила Система. Нин Шу постучала по экрану. Она добавила 3 очка к Удаче. Она заметила, что ее удача страдала больше всего. Даже ее выход из мира сопровождался попаданием в нее стрелы. Остальные 2 очка она добавила к Обучению. Нин Шу закончила распределение очков навыков, и на экране теперь отразились изменения. Номер: 2333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 7100 (7100/10000) Душа: 60 Жизнь: 50 Интеллект: 80 Харизма: 1 Удача: 25 (+3) Воля: 120 Боевые искусства: 10 Обучение: 24 (+2) Карма: 2 Способности: Умение стрелять по мишеням, Низкий навык ближнего боя, Непревзойденные Боевые Искусства (начинающий) Приобретенные звания: Богиня войны Войти в мир задач? Да/Нет Нин Шу покачала головой. - Я войду позже. Ее душа была измучена от переживаний последнего мира и снова стала тусклой. Кроме того, в последнем мире она прошла путь от обычного доброго гражданина к генералу, руки которого были по локоть в крови. Ей пришлось остановить свои эмоции. В противном случае она сойдет с ума. Нин Шу разобралась во всем. Она была собой, только она, она была Нин Шу. Независимо от того, что она испытала, она все еще была самой собой. Возможно, она жила жизнь за других людей, но от начала до конца она была Нин Шу. ---------- Она попала прямо посреди... Нин Шу даже не заметила этого, но ее душа укрепилась со временем. Ее глаза были расслаблены и закрыты, и она, казалось, наслаждалась этим процессом. По прошествии некоторого времени Нин Шу открыла глаза. Ее душа чувствовалась теперь намного лучше, чем раньше. Она поставила своей целью получить больше очков опыта и пособий для культивации. - Я готова вступить в мир сейчас, - сказала Нин Шу. Сразу после того, как она это сказала, она почувствовала, как мир кружится вокруг ее спины. Черт! Так было каждый раз! Неужели системе сложно хотя бы дать ей предупреждение? Возможно, потому, что ее душа стала немного сильнее, ей не было так же больно, как раньше, когда она очнулась. Однако вокруг нее было очень шумно, когда она проснулась. - Ты взрослый, для чего ты препираешься с ребенком? - холодно сказал кто-то. - Более того, Дабао не делал этого нарочно, почему ты так суетишься? Су Жань самой должно быть стыдно. - Зять, как ты можешь так говорить? Жань только что потеряла своего ребенка, и все это было из-за этой Су Мэн! Как можно простить ребенка после того, как он толкнул кого-то? - Печально сказал кто-то. Голос человека звучал сердито: - Я не хочу ничего слышать о Су Мэн от тебя. - Ты… Нин Шу слушала все это, изо всех сил пытаясь открыть глаза. - Жань, дорогая, ты проснулась? - Женщина с беспокойством посмотрела на Нин Шу со слезами на глазах. Нин Шу ответила утвердительно, и попыталась немного пошевелиться, но сильная боль сразу же сковала ее живот. Казалось, что он был полон ножей. Нин Шу была ошеломлена. Что случилось на этот раз? - Не двигайся. Так можно сделать только хуже, - Женщина уложила Нин Шу назад. Нин Шу огляделась, чтобы оценить обстановку. Она чувствовала запах дезинфицирующего средства в воздухе. По внешнему виду, это место было больницей. Ее взгляд остановился на мужчине, одетом в черный костюм, который стоял у кровати. Он был высоким и широкоплечим, поэтому костюм шел ему, Его выражение было холодным, а его костюм хорошо выглаженным. Он излучал ауру тирана, как будто мир поклонялся ему. Он был очень харизматичным человеком, но сейчас он смотрел на нее недружественным взглядом, который, казалось, даже содержал отвращение. Казалось, он смотрит на врага. Нин Шу смущенно моргнула. Она еще не получила сюжетную линию и понятия не имела, что происходит, поэтому она предпочла молчать. Когда человек увидел, что Нин Шу проснулась, он рассмеялся, затем поднял куртку с дивана и повернулся, чтобы уйти. Отношение мужчины возмутило женщину, которая так утешала Нин Шу, что она затряслась от ярости, когда она смотрела, как он уходит. Затем она обернулась и посмотрела на Нин Шу, грустно заплакав: - Моя маленькая Жань, моя дорогая дочь, ах. Нин Шу чувствовала себя плохо. Её живот сильно болел. Это же не то, о чем она думает, верно? - Я устала, - сказала Нин Шу. Первым делом ей нужно было получить сюжет. - Тогда просто отдохни, хорошо? Ты находишься в середине послеродового периода, поэтому тебе не нужно слишком беспокоиться. Подумай о других вещах после выздоровления, - сказала Мадам Су Нин Шу. Господи Иисусе! Неудивительно, что ее живот болел, у нее же случился выкидыш! Она, молодая леди, которая даже не выходила замуж раньше, просто перепрыгнула через столько стадий, чтобы сразу испытать выкидыш и послеродовой период. Когда мадам Су увидела, что выражение ее дочери стало странным, она подумала, что ее дочь пострадала из-за потери своего ребенка и сказала: - Мама больше не будет говорить, хорошо? Просто отдохни. После этого Мадам Су вытерла слезы, и сказала: - Пойду, приготовлю куриный суп для тебя. ---------- Пожалуйста, не спрашивайте После того, как мадам Су ушла, Нин Шу подавила неприятное чувство в животе и перевернулась. Почему каждое ее вхождение в мир было так похоже на остальные? Если не избиение до смерти и не голодание, то теперь, пожалуйста – выкидыш прямо в начале. Она решила, что отныне она будет все очки навыков вкладывать в удачу. Неужели с ней все плохо? Это был такой троллинг? Нин Шу закрыла глаза, чтобы получить сюжет. У нее сразу заболела голова. Эта сюжетная линия была очень простой. Это была история о том, что кое-кто переспала с кем-то, а затем убежала с ребенком. Тело, в которое попала Нин Шу, звали Су Ран. Она была двоюродной сестрой главной женщины этого мира - Су Мэн, а также соперницей в любви. История началась с того, что родители Су Мэн погибли в автокатастрофе, которая, похоже, возникла в результате интриг родителей Су Ран. Борьба за власть и влияние в богатых семьях всегда была такой суровой. Во время похорон Су Мэн обвинила дядю в смерти ее родителей, но у нее не было доказательств. В горе она побежала к бару, и напилась. Ее родители, которые ее так любили, оставили ее. Она была сиротой, и у нее не было возможности отомстить. В отчаянии она пила все больше и больше. В баре был богатый парень, который увез девушку к себе. К лучшему или к худшему Су Мэн выросла в богатой семье и знала, чего хочет этот парень. Однако в тот момент у нее не было контроля над собой, и она позволила ему увезти себя в гостиницу. Там ей выпал шанс перебежать в другую комнату. Но, оказалось, что в той комнате и жил этот богатый парень. Пожалуйста, не спрашивайте, почему этот парень был в этой комнате, и не спрашивайте, почему он решил пожить в гостинице, а не в своей вилле. Нин Шу ничего не понимала, все произошло случайно. Некоторое время они спорили, а затем дело перешло к кровати. Гром искрил, земля дрожала, и горы качались. Когда богатый парень, главный мужчина этого мира, проснулся на следующий день, рядом с ним никого не оказалось. Рядом с кроватью лежала тысяча долларов, а также записка, в которой говорилось, что это была плата за ночь. Сяо Янь был в ярости. С утра он проснулся с желанием продолжить вчерашние события, поэтому, увидев деньги и записку, он пришел в гнев. После этого он поклялся найти эту девушку... Не спрашивайте, почему она с похмелья проснулась раньше него. Нин Шу могла только предположить, что Сяо Янь был слишком физически активен. Тем временем, вернувшись к Су Мэн, она, казалось, поймала паранойю и почему-то подумала, что ее дядя захочет убить и ее, поэтому улетела самолетом из страны. Таким образом, несмотря на то, что Сяо Янь перевернул каждый участок земли в стране, он не мог найти ее. ---------- Восьмилетний дьявол Су Мэн обнаружила, что она была беременна только после того, как она покинула страну. Поскольку у неё больше не осталось семьи, она решила сохранить ребенка. Ей посчастливилось родить двойняшек – сына и дочь. Оба ребенка были невероятно милыми, разумными и послушными. Они в таком возрасте умели зарабатывать деньги, и вообще не были похожи на детей. Старший брат заботился не только о своей младшей сестре, но и, время от времени, заботился о своей матери. Сяо Янь, который так и не смог найти Су Мэн, согласился с просьбой своих родителей жениться, и нашел подходящую партнершу, которой оказалась Су Ран, двоюродная сестра Су Мэн. Спустя семь лет Су Мэн вернулась в страну с двумя детьми. Благодаря вмешательству её сына Дабао она столкнулась с Сяо Янем. Сяо Янь узнал её с первого взгляда. Когда он увидел двух детей рядом с ней, его сердце забилось сильнее. Тем временем Су Мэн уже знала, что этот человек жил с её двоюродной сестрой, поэтому она смотрела на него еще более пренебрежительно и презрительно. Несмотря на то, что она была матерью-одиночкой, у неё все еще было много женихов и мужчин, которые её защищали. Что касается хоста, она, естественно, пришла в ужас, когда узнала, что у её мужа были незаконнорожденные дети от её двоюродной сестры, и дети уже были такими взрослыми. Почти за пять лет замужества за Сяо Яном у них не родилось ни одного ребенка. Из-за того, что отношения их родителей не были безупречными, отношения Су Мэн и Су Ран были еще хуже. Более того, Су Мэн явно пыталась увести её мужа. Как ей это объясняла Су Мэн: - Я не интересуюсь твоим мужем, поэтому смотри за ним сама. Только Су Ран ненавидела её больше. Если у неё не было интереса, тогда почему она постоянно появлялась и ругалась с ним? Тем не менее, Сяо Янь был одурманен Су Мэн, тем более что она родила таких очаровательных детей. Эти двое детей очаровали всю семью Сяо, особенно его родителей. Причиной этому было то, что Су Ран не могла родить ребенка. Но некоторое время назад Су Ран узнала, что она была беременна, и заплакала от радости. Однако вскоре после этого шестилетний Дабао толкнул её на лестнице. Когда Су Ран лежала в луже собственной крови, она услышала, как Дабао сказал озорным голоском, что сделал это не нарочно. Он сказал, что тетя сама хотела толкнуть его, но он уклонился, и тетя сама упала на лестницу. И тогда Сяо Янь сказал, что это именно то, что он должен был сделать, его сын же такой умный. Боль, исходящая от её тела, не могла сравниться с болью, которая наполняла её сердце. Как эти дети могли считаться милыми? Это были просто злые создания, которые проявляли такую жестокость! Как мог Дабао с его интеллектом не знать последствий такого падения? Умение зарабатывать деньги, высокий интеллект и несвойственный его возрасту опыт. Главным героем этого мира был, вероятно, Дабао. Он был практически читоподобным человеком. Нин Шу чувствовала отвращение к тому времени, когда она закончила получать сюжет. Что это за мир? Хозяйка, которая родила незаконнорожденных детей вне брака, могла сменить место законной жены и жить счастливо после этого? Она чувствовала, что её мировоззрение пошатнулось. А вот и задания от самого хоста: 1.Защитить семью Су и не дать победить семье Сяо. 2. Оставаться в браке, несмотря ни на что, и сделать так, чтобы Су Мэн навсегда осталась позорной любовницей, а эти двое злобных детей - незаконными ублюдками. Поскольку все говорили, что она злая, тогда она и в самом деле будет вести себя так. Личность хоста казалась совершенно неуступчивой, так как она решилась на этот путь. На данный момент происходили события, когда Дабао толкнул её на лестнице, и её привезли в больницу. Человек, который говорил с матерью хоста, когда Нин Шу просыпалась, был Сяо Янем. Он выглядел красивым, но то, как он относился к своей собственной жене, казалось ужасным. Один момент, от которого Нин Шу почувствовала облегчение, состоял в том, что ей не придется спать с Сяо Янем. В противном случае она, вероятно, набила бы ему морду. На самом деле, даже если Сяо Янь захочет с ней переспать, ему придется внимательно следить за своим лицом. Если он захочет кого-то, пускай возьмет Су Мэн. Су Мэн же пришла в недовольство, узнав о беременности Су Ран. Тот факт, что Су Ран была беременной, означал, что Сяо Янь спал с Су Ран даже после того, как она вернулась. Это сделало Су Мэн очень раздраженной. Именно из-за этого Сяо Янь проявил такое отвращение к Су Рану в больничной палате. Казалось, ему никогда не приходило в голову, что ребенок Су Ран тоже был его ребенком. Любовь – это замечательная вещь. Однако, когда она построена на разрушении другого счастья, то она становится отвратительной. ---------- Печальная жизнь в послеродовой период Итак, Нин Шу начала жить печальной жизнью послеродового периода. Она не могла помыть ни себя, ни свои волосы. Мадам Су даже не хотела, чтобы Нин Шу чистила зубы, но Нин Шу настояла на своем. В течение всего времени, когда она была в больнице, ни один человек из семьи Сяо не приехал навестить её. Независимо от всего, разве она не была молодой миссис семьи Сяо? Тем не менее, казалось, что её совершенно не существовало для семьи Сяо. Несмотря на это, хост все еще настояла на браке. Не лучше ли развестись и просто жить своей жизнью? Какой смысл быть в таком положении? Если бы все продолжалось так, Сяо Янь определенно запланировал бы убить её, чтобы официально жениться на Су Мэн. Когда Нин Шу напомнила себе, как закончила Су Ран, она могла только сказать, что те, кто не делали глупостей, выжили. Неизбежная судьба для тех, кто стоит на пути между Сяо Янем и Су Мэн. Мадам Су была очень недовольна тем, как семья Сяо пренебрегала Су Ран. Она оставалась в больнице и слушала все просьбы Нин Шу без единого упрека. Нин Шу чувствовала себя немного тронутой этим. Хост должна действительно взглянуть на то, кто из людей заботится о ней. Зачем тратить энергию на человека, который не хотел её? Мадам Су всегда выглядела очень расстроенной, когда она смотрела на дочь. Она делала все с особой осторожностью, чтобы случайно не затронуть чувства дочери от потери её ребенка. Нин Шу вообще не любила больницы. Когда она была жива, она проводила все свои дни в больнице, поэтому ей даже смотреть на больничную палату было больно. Сяо Янь не посещал её, даже когда её послеродовой период близился к концу. К лучшему или худшему, она была его женой, разве это нормально? Нин Шу сначала подумала, что она сможет спокойно провести время, но когда она была почти готова покинуть больницу, к ней приехала в гости Су Мэн. Су Мэн пришла навестить её?! Нин Шу лежала на кровати, глядя на Су Мэн. У Су Мэн была изящная фигура и слегка волнистая прическа. С её круглым маленьким лицом она казалась очень симпатичной и миниатюрной, точно не матерью двух шестилетних детей. Нин Шу поковырялась в уголке глаза, и вытерла об одежду Су Мэн. Су Мэн мгновенно затряслась, будто её поразила молния. Её губы дрогнули, и она поспешно положила букет рядом с кроватью и отпрыгнула. Су Мэн молчала, поэтому Нин Шу тоже не произносила ни слова. Тем временем мадам Су посмотрела на Су Мэн глазами, полными отвращения. Было ясно, что она ненавидела её до мозга костей. Су Мэн не обращала внимания на мадам Су. Су Мэн ясно знала, что, хотя они были родственниками, они были врагами. Её родители потеряли жизнь из-за семьи дяди. Нин Шу спросила: - Зачем ты сюда приехала? Су Мэн посмотрела на Нин Шу с противоречивым выражением на лице. Наконец, она сказала: - Дабао уже рассказал мне о том, как ты упала с лестницы. Он не нарочно. Нин Шу: ... Она была здесь, чтобы ударить её по больному месту? Нин Шу сжала губы, молча смотрев на Су Мэн. Су Мэн продолжила: - Что касается этого, извини, но это возмездие. Возмездие? Нин Шу поперхнулась, потом рассмеялась. - Тогда почему ты не объяснишь, за что возмездие? Я думаю, что возмездие за убийство неродившегося ребенка, будет куда грознее. Я уверена, что все четко знают, что именно произошло, но теперь ты приходишь сюда, чтобы поговорить со мной о возмездии. ---------- Су Мэн должна быть наивной Су Мэн немного испугалась взгляда Нин Шу и не могла не почувствовать, что этот человек заставлял себя уважать. Затем в ее сердце поднялся гнев, и она холодно сказала: - Ты знаешь сама, какие кровавые зверства совершала ваша семья. Неудивительно, что даже твой ребенок не желал признавать тебя мамой и поступил таким образом. - Ты, негодяйка, говоришь это, пытаясь украсть мужа у своей двоюродной сестры! И ублюдок, которого ты родила, не имеет совести. Су Мэн, ты негодяйка! Какое право ты имеешь так говорить с моей дочерью? Бесстыдная сука! Ты забралась на мужскую кровать и родила от него детей! Если бы я была тобой, я бы уже спрыгнула с крыши! - Мадам Су взорвалась. Су Мэн тихонько отступила от мадам Су, затем задрала подбородок: - Вы, обе, рано или поздно понесете наказание. Нин Шу улыбнулась и сказала Су Мэн, которая, очевидно, только выглядела решительно: - Какое наказание я понесу? Ты крадешь мужа женщины, уничтожая ее семью. Все будут называть тебя любовницей и детьми, которых ты родила, ублюдками, кто даже не имеет право на их дом. Это ты должна беспокоиться о наказании. Нин Шу обнаружила, что Су Мэн на самом деле была наивной. Разумеется, она должна быть наивной и простой. Многим мужчинам нравились эти качества. Как себя ведет Су Мэн? Пример: Сяо Янь: Женщина, вы наступили мне на ногу. Су Мэн (взволнованно): Извините, извините, мне очень жаль ... Сяо Янь: Женщина, вы все еще стоите на моей ноге. Она ничего не знала и не понимала причинно-следственной связи. Что касается смерти родителей Су Мэн, Нин Шу узнала из сюжетной линии, что ее отец действительно хотел их убить. Однако они умерли прежде, чем он начал действовать. Он был ошеломлен больше всех, услышав по новостям об их смерти. Он только решил убить их, как они погибли сами. Су Мэн подумала, что семья Су Ран убила ее родителей, поскольку у отца хоста действительно был мотив. Нин Шу вздохнула. У нее было ощущение, что родители Су Мэн умерли лишь для того, чтобы Су Мэн могла встретиться со своим принцем. Когда Су Мэн услышала, как Нин Шу назвала ее любовницей, она так рассердилась, что на ее миндалевидных глазах выступили слезы. Она сердито сказала: - Я не какая-то любовница! Разве можно хотеть кого-то вроде твоего мужа? Даже если бы твой муж приполз ко мне на коленях, я не смогла бы принять человека, который уже был использован! Нин Шу пожала плечами и посмотрела на Сяо Яня, который стоял рядом с дверью с угрюмым выражением на лице. Она заметила: - Твоя настоящая любовь сказала, что ты использованный человек, поэтому она не может быть с тобой. Су Мэн обернулась и увидела, что там стоял Сяо Янь. Когда она увидела его холодное выражение лица, ее сердце задрожало. Она обернулась и сердито указала на Нин Шу. - Ты специально обманула меня! Нин Шу бы сказала, что это был не обман, а правда Сяо Янь выглядел так, будто его сердце остановилось, когда он подошел к Су Мэн. Су Мэн дала холодный смешок, затем повернулась, чтобы покинуть комнату, но Сяо Янь схватил ее за руку. Су Мэн попыталась освободиться, и закричала: - Иди, схвати свою жену за руку! Говорю тебе, я никогда не полюблю тебя! - Я говорю тебе, Су Мэн, ты принадлежишь только мне! - Сяо Янь схватил Су Мэн и крепко обнял ее. Обняв ее за талию, он сказал с серьезным выражением: - Я уже говорил это раньше, ты моя единственная жена. ---------- Козлы отпущения Уголки губ Нин Шу дрогнули, когда она наблюдала, как Сяо Янь и Су Мэн боролись друг с другом. Они практически обнимались. Хотя Су Мэн сопротивлялась, их тела постепенно приближались. Разве это сопротивление? Она явно флиртует, ах! - Отпусти меня, отпусти! - Су Мэн стучала в грудь Сяо Яня, крича нежно: - У тебя уже есть жена. Я не буду твоей любовницей. Сяо Янь крепко обнял талию Су Мэн, и усмехнулся: - Я никогда не брошу тебя. Ты моя женщина, не пытайся уйти от меня в этой жизни. Ты уже родила двух детей от меня. Ты мать моих детей. - Я… Нет! - Су Мэн надулась, слегка ударив Сяо Яня. Сяо Янь просто улыбнулся. - Ты моя, если я так сказал. Они оба разговаривали так, как будто вокруг никого не было. Нин Шу всерьез не могла этого терпеть, и ее чуть не вырвало. Обнимающиеся сразу же посмотрели на нее. Нин Шу помахала рукой: - Извините, я серьезно не могу удержаться. Я никогда не видела в моей жизни настолько отвратительного. Извините, вы, ребята, можете продолжить. Найдите другое место для продолжения. Эта сцена разрушала все ее представления о морали и этике. Проявлять любовь к любовнице средь бела дня прямо перед женой, этот парень практически раздавил сердце жены ради удовольствия. Су Мэн толкнула Сяо Яня и указала на него безупречно-белым пальцем. Она говорила сердито, как будто у нее истерика. - Я предупреждаю тебя, не подходи ближе ко мне и не трогай меня! У меня нет интереса к мужу другой женщины! Нин Шу: Спасите меня, пфф ... Нин Шу даже не знала, как описать ее. Глупо слащавая? Наивная и деликатная? Кажется, это было не так. Вероятно, наиболее точное описание был термин «Цундэрэ». Хотя она говорила, что не хочет его, ее тело говорило об обратном. Если бы она действительно не интересовалась Сяо Янем, она могла бы прятаться так же, как и семь лет назад. Или она могла бы найти «козла отпущения», который будет отцом ребенка. Во всяком случае, у нее было много козлов отпущения, бегавших за ней. Су Мэн сказала еще много вещей, которые, по ее мнению, были очень страстными, затем повернулась и ушла. Сяо Янь преследовал ее с возмущенным и беспомощным выражением на лице. Нин Шу рефлекторно потерла талию, словно желая почувствовать на ней кнут. Могла она просто убить этих двоих? Однако желание хоста состояло в том, чтобы остаться в браке. Сердце Нин Шу наполнилось жаждой убить. Она серьезно влюбилась в этот грубый и эффективный способ решения проблем. - Су Ран, я тебе говорил, я никогда не полюблю тебя. Та, кого я люблю, это Су Мэн. Сяо Янь, который отправился в погоню за Су Мэн, вернулся в комнату, чтобы прокричать Нин Шу эти слова. Нин Шу была ошеломлена. Она безучастно смотрела на этого идиота, который кричал на нее без причины, затем наклонила голову. Черт, должно быть что-то не так с его мозгом! Я ничего не делала. Если ты любишь Су Мэн, кто тебе мешает? Зачем тебе возвращаться и кричать на меня? ---------- Большая сестричка даже убивала людей - Су Ран, лучше, если ты будешь действовать более разумно, и больше не будешь беспокоить Су Мэн, иначе, я клянусь, ты умрешь, - выражение Сяо Яня было холодным, а глаза - полны отвращения. Казалось, у него чесались руки, чтобы просто избавиться от нее, но он беспокоился о последствиях. Нин Шу отбросила одеяло, затем встала и подошла к Сяо Яню. Сяо Янь просто рассмеялся в ответ. - Су Ран, тебе нужно просто сдаться. Я никогда не полюблю такую злую и фальшивую женщину, как ты. Нин Шу обнаружила, как только она подошла к Сяо Яню, что тот был довольно высоким. Его широкие плечи и узкая талия составляли идеальную треугольную форму. Костюм, который он носил, великолепно дополнял его красивое лицо. Он был красив и имел много денег, не говоря уже о том, что у него был силы удовлетворять семь раз за одну ночь. Все хорошее в мире собралось в его теле. Он обладал всем, о чем мечтают женщины. Но черт! Нин Шу никогда не видела, чтобы кто-то был таким глупым. Он имел любовницу, но вел себя так, будто он праведник. Ни единого следа ответственности, которую он должен был иметь по отношению к семье и своей жене. У него не было чувства долга, какое должен иметь мужчина. Напротив, он относился к своей жене как к величайшему препятствию на пути его любви. Их мир поистине был чем-то, что мы, простые люди, не могли понять. Нин Шу холодно засмеялась, затем подняла колено и ударила нижнюю половину Сяо Яня. Она использовала все свои силы, поскольку у нее не оставалось терпения. Сяо Янь никогда не думал, что Нин Шу нанесет такой сильный удар. Он тут же закричал от боли, и его красивое лицо исказилось. Он прижал одну руку к стене, чтобы удержаться, закрывая свою промежность другой рукой. Его колени были сжаты, когда он наклонился к талии в резкой боли. - Ты ... - Резко выдохнув, Сяо Янь посмотрел на Нин Шу налитыми кровью глазами. Его выражение было наполнено шоком и болью. Было ясно, что он не ожидал этой женщины, которая обычно так любила его, что она внезапно сделает это. Нин Шу холодно засмеялась, погладив лицо Сяо Яна. - Больно? Чувствуешь, как боль проникает в твою душу? Больно, как будто твое тело ломается? Боль, которую я почувствовала, когда потеряла своего ребенка, была в сто тысяч раз больше, чем ты чувствуешь. - Су Ран ... - Голос Сяо Яня протиснулся сквозь сжатые зубы, и он прозвучал очень темным и зловещим. С его налитыми кровью глазами, он выглядел так, будто хотел убить Нин Шу на месте. Он потянулся и схватил запястье Нин Шу, как будто хотел раздавить его. Выражение Нин Шу не изменилось вообще. Выдержав боль, она собрала все силы в другой руке и ударила его. Раздалось громкое «шлеп». Лицо Сяо Яня повернулось в сторону. Нин Шу мягко сказала: - Отпусти. Сяо Янь, казалось, был ошеломлен этим ударом. После этого ярость, вызванная чувством унижения, наполнила его сердце. Раньше его никто никогда не бил, тем более по лицу. Выражение Нин Шу не изменилось вовсе, несмотря на его устрашающий оскал. Большая сестричка даже убивала людей, разве ее должен испугать оскал? - Отпусти, - мягко повторила Нин Шу. Сяо Янь еще сильнее сжал руку Нин Шу. Нин Шу почувствовала, что ее запястье вот-вот сломается. - Отпусти. Шлеп! Тяжелая пощечина. - Отпусти. Шлеп! Еще один тяжелый удар. - Говорю тебе, отпусти. Пощечины раздавались одна за другой. ---------- Ты как будто сходишь с ума по мне Несмотря на то, каким Сяо Янь был человеком, у него была очень приятная кожа. Она была очень мягкой и гладкой. Через некоторое время половина лица Сяо Яня опухла. Это резко контрастировало с другой красивой половиной его лица. Сяо Янь медленно повернулся к Нин Шу с полными злобы глазами. - Хорошо, очень хорошо... - Сяо Янь пытался запугать Нин Шу, но когда он заговорил, лицо его заболело до слез на глазах. Сяо Янь сходил с ума от гнева. Когда он увидел, что Нин Шу собиралась снова ударить его, он, рукой, которой прикрывал нижнюю часть тела, схватил руку Нин Шу. Он крепко сжал обе ее руки, крикнув: - Ты сука! Нин Шу ухмыльнулась. Если она не могла ударить его рукой, она могла сделать это ногой. Поэтому она пнула его по промежности. Этот удар практически заставил глаза Сяо Яна выскочить из орбит из-за боли. Он упал на землю, закрыв промежность и крича. Нин Шу согнула свое запястье. Запястье, которое Сяо Янь сдавливал, было ушиблено. Она холодно наблюдала, как Сяо Янь катается по земле. Он действительно был бесполезным мусором. В последнем мире Нин Шу хотела дать Ляньину «уничтожающий потомство» удар, но у нее ни разу не получилось. Хотя они очень похожи, Сяо Янь был слабым цыпленком. - Ран, ты в порядке?! - Мадам Су наблюдала все это со стороны. Когда она видела это, она думала, что ее дочь с ума сошла от ревности Нин Шу покачала головой. - Я в порядке, мама. Затем она подошла к кровати и нажала кнопку, чтобы вызвать врача. - Медсестра, тут пациент с разбитыми яйцами. Пожалуйста, поспешите, чтобы спасти его, - спокойно сказала Нин Шу. Когда Сяо Янь, который все еще испытывал сильную боль, услышал, что сказала Нин Шу, он посмотрел на нее своими налитыми кровью глазами. - Тебе не хватило? - Нин Шу подняла брови, глядя на Сяо Яня. Затем она подняла ногу и сказала: - Я могу продолжить. - Су Ран, ты пожалеешь ... ты пожалеешь об этом! - Слова Сяо Яна прерывались со свистом из-за частого дыхания. После того он встал, прислонившись к стене, и вышел, сжимая колени. Сяо Янь никак не мог остаться в больнице. В противном случае заголовки в завтрашних новостях будут гласить: председатель корпорации «Клан Сяо» вынужден встретиться с андрологом. Он не мог позволить себе потерять лицо. Каждый шаг причинял боль Сяо Яню до такой степени, что его тело невольно дрожало, а его спина покрывалась потом. Даже его мускулы лица ныли от боли. После того, как Сяо Янь вышел из больничной палаты, он обернулся и сказал сквозь стиснутые зубы: - Су Ран... Нин Шу сказал игриво: - Это выглядит так, как будто сходишь с ума по мне. Сяо Янь закашлялся: - Су Ран, ты бесстыдница! Нин Шу пожала плечами. Кто в мире был более бесстыдным, чем ты? Ты самый бесстыдный. ---------- Она должна начать волноваться за свою жизнь После того, как Нин Шу нажала на кнопку, прибыли медсестры. Когда они увидели Сяо Яня, стоявшего у двери с опухшим лицом и сжатыми от боли коленями, они проигнорировали все его протесты и заставили лечь на койку, сказав, что они повезут его в операционную. Нин Шу злобно подумала, будет ли любить Су Мэн Сяо Яня после того, как удалят его мужскую часть. Ей стало немного жаль. Если бы только она могла применить Непревзойденные Боевые Искусства в этом мире, то одного ее удара хватило бы, чтобы вызвать у того сотрясение мозга. В этом мире она попыталась практиковать Непревзойденные Боевые Искусства, но ей не удалось. У каждого мира, вероятно, был свой собственный набор правил. Просто мысль о том, как человек прыгает с крыши на крышу и скользит по стенам в этом мире с автомобилями и технологиями, не кажется очень реалистичной. Более того, в этом мире не было достаточно духовной энергии для совершенствования. - Ран, - Мадам Су с беспокойством посмотрела на Нин Шу: - Разве Сяо Янь не будет ненавидеть тебя? Ты хочешь только оттолкнуть от себя Сяо Яня? - Не волнуйся, мама. Я знаю, что делаю. Внутренне Нин Шу рассмеялась. Поскольку хост не просила ей вернуть Сяо Яня, у нее не было причин молча терпеть эти оскорбления. Мадам Су увидела, что Нин Шу казалась спокойной и не проявляла никаких следов сумасшествия, поэтому она сказала: - К лучшему или к худшему, ты должна хотя бы поддерживать образ жены. Ваши тесть и свекровь будут недовольны, если вы будете относиться к Сяо Яню таким образом. Ее существование было ошибкой само по себе, поэтому независимо от того, что она будет делать, родители Сяо Яня будут недовольны. Теперь, когда у них было два драгоценных внука, Су Ран была уже не нужна. Единственная причина, по которой он еще не развелся с ней – чтобы не потерять лицо семьи. Звание «Молодая миссис» семьи Сяо было теперь просто пустым звуком. - Завтра ты выписываешься из больницы. Ты вернешься в семейный дом Сяо или семейный дом Су? - спросила мадам Су. Она подумала на мгновение, затем сказала: - Прямо сейчас, эта негодяйка Су Мэн в настоящее время находится в сильной позиции, так как она родила двух детей Сяо Яню. Почему бы нам просто не вернуться домой? Потом определенно найдется возможность разобраться с ним. Прямо сейчас Сяо Янь очень заинтересован в этой негодяйке, но как только его интерес исчезнет, ​​это будет наш шанс нанести удар. Нин Шу покачала головой и сказала: - Я молодая миссис семьи Сяо, поэтому мне нужно вернуться в семейный дом Сяо. Через некоторое время я вернусь в семейный дом Су. Мне нужно кое-что обсудить с папой. Если верить сюжетной линии, то сейчас семья Су сотрудничала с семьей Сяо. Однако в результате одного проекта семья Сяо заставила семью Су обанкротиться. Это была месть Сяо Яня за родителей Су Мэн. Разумеется, главный мужчина этого мира должен был отомстить за женщину, которую он любил. Плюс то, что она недавно сделала с ним, Сяо Янь, вероятно, хотел съесть ее живьем. Теперь, подразнив тигра, ей нужно было начать беспокоиться о своей собственной жизни. Она просто хотела убить Сяо Яня. ... Тц, тц, это было совсем нехорошо. Нин Шу почувствовала, что она была очень нежным человеком, а иначе как же она могла позволить Сяо Яню так легко умереть? Более того, убийство кого-то было против закона. Сейчас не древние времена, когда человеческие жизни не стоили ничего. Хост, вероятно, тоже не хотела быть убийцей. Нин Шу подумала еще. Если Сяо Янь потеряет свой статус и богатство, ей хотелось бы посмотреть на их «счастливый брак» с Су Мэн. Обычные люди проводят большую часть своего времени, пытаясь заработать достаточно денег на пропитание, как у них может быть время и деньги, чтобы тратить время на романтику? Будет ли Су Мэн по-прежнему оставаться с Сяо Янем, который потеряет свою славу и будет трудиться, чтобы обеспечить их пропитанием? У нее были большие сомнения на этот счет. Итак, Нин Шу решила сначала сосредоточиться на том, чтобы не позволить Сяо Яню привести семью Су к банкротству. ---------- Сяобао и Дабао На следующий день Нин Шу покинула больницу и вернулась в семейный дом Сяо с сумкой вещей. Семейный дом Сяо был очень большим. Он состоял из виллы и сада, украшенным скульптурами, а посередине стоял фонтан. С первого взгляда можно было сказать, что это принадлежало исключительно богатой семье. Никто не вышел поприветствовать её, когда она вернулась, все ходили так, будто её не было. Обычный человек давно бы ушел оттуда из-за такого отношения. Однако Нин Шу просто спокойно пошла к гостиной. Она услышала, как из комнаты раздался смех. Голоса взрослых говорили весело и беззаботно, слышался яркий смех детей. Нин Шу огляделась и увидела, что на полу просторной украшенной гостиной лежали всевозможные игрушки. Родители Сяо Яня сидели на диване и играли с двумя детьми. Нин Шу изучила двух драгоценных детей. Одним из них был Су Дабао. Он был чрезвычайно красив с белоснежной кожей, большими глазами и слегка вьющимися волосами. Он носил комбинезон, а на рубашке - маленький красный бант. Взгляд маленького ребенка, пытающегося выглядеть серьезно, заставлял сердца людей таять. Между тем, Су Сяобао, была в костюме, который делал её похожей на куклу, также имела слегка вьющиеся волосы, как у Су Мэн. Она выглядела несравненно красиво в платье маленькой принцессы. Дети были действительно восхитительны. Если бы не то, что Су Дабао сделал... Нин Шу практически почувствовала желание погладить их по голове. В тот момент, когда Нин Шу вошла, счастливая атмосфера стала тяжелой, словно пронесся холодный ветер. Взгляды всех были сосредоточены на Нин Шу. Су Дабао наклонил голову, глядя на Нин Шу. След злобного лукавства вспыхнул в его глазах, заставив волосы Нин Шу встать дыбом. Это был взгляд ребенка? Су Дабао был опасным существом. Он был умным, но без всяких моральных правил. Он просто делал то, что хотел. Одним из примеров было, когда Су Ран забеременела. Су Дабао сразу понял, что ребенок в животе хоста угрожает отношениям отца и матери, поэтому он толкнул её на лестнице. Это была невинная жестокость ребенка. У Нин Шу впечатление от Су Мэн стало еще хуже. Поскольку она родила этих детей, она обязана воспитывать этих детей и прививать им правила хорошего тона. Тем не менее, она не потрудилась этого сделать, продолжая бегать и привлекать собой мужчин. Иногда ей даже понадобился Су Дабао, ребенок, чтобы справиться с её проблемами. Только деньги, которые получал Су Дабао, спасали Су Мэн и позволяли ей жить в комфорте. Он был очень зрелым ребенком. Су Дабао чувствовал себя счастливым, защищая свою мать и сестренку. Нин Шу вошла, как будто вокруг никого не было. Мадам Сяо встала и сказала: - Ты вернулась. Нин Шу ответила «гм», затем поднялась наверх. Выражения Мастера Сяо и Мадам Сяо стали неприязненными, когда они увидели, что Нин Шу полностью игнорирует их. Мастер Сяо недоверчиво нахмурился. Если бы не тот факт, что они были перед детьми, мадам Сяо уже начала бы ругаться на Нин Шу за то, что та постоянно занимает туалет. Мадам Сяо тоже не очень хорошо приветствовала Су Мэн, но она приняла её из-за детей. Однако у Су Ран не было никакого чувства такта. Если бы у неё был хоть какой-то такт, она должна взять на себя инициативу, и развестись! Лицо Су Дабао мгновенно развернулось, затем он улыбнулся и бросился в объятия мастера Сяо. - Дедушка, не сердись. Дабао не хочет, чтобы дедушка злился. Мама сказала, что злиться не хорошо для здоровья. - Хм, Сяобао тоже не хочет, чтобы дедушка сердился, - сказала Су Сяобао сладко, положив куклу, которую она держала. Мастер Сяо тут же снова улыбнулся и взъерошил волосы Су Дабао. - Хорошо, хорошо, дедушка не сердится. Дедушка не любит сердиться. - Гм! Вы, ребята, только заботитесь о том, чтобы ваш дедушка рассердился. Бабушка тоже рассердилась. Хотя Мадам Сяо сказала обиженным голосом, на её лице все еще была искренняя и доброжелательная улыбка. Су Сяобао погладила лицо Мадам Су, сказав с серьезным выражением: - Бабушка, не сердись. Ты станешь старой, если будешь сердиться. Сяобао надеется, что бабушка всегда будет такой молодой и красивой. Мадам Сяо чувствовала, что её сердце тает. Эти двое были сокровищами, которые небеса даровали семье Сяо. ---------- Я не похож на устрицу Нин Шу не обратила внимания на их бессмысленное, слишком слащавое проявление привязанности и направилась прямо к своей спальне. Затем она приступила к упаковке украшений и других дорогих вещей с туалетного столика. Многие из ценных вещей были приданным хоста. В оригинальной сюжетной линии, когда семья Су рухнула, Сяо Янь одарил Су Мэн вещами хоста и оправдал подарок тем, заявив, что эти вещи должны были принадлежать Су Мэн. Это было так бесстыдно, чертовски бесстыдно. Нин Шу положила ювелирные изделия вместе с важными сертификатами акций в свою сумку, а затем приготовилась отправиться в банк, чтобы открыть новую депозитарную ячейку. Не нужно было упоминать, что хост не хотела бы, чтобы это все досталось в руки этих тварей. Нин Шу спустилась вниз с сумкой, и веселая атмосфера, которую сумели построить Су Дабао и Су Сяобао, снова разрушилась. Нин Шу почувствовала, что она стала королем неловких молчаний. Когда она подошла к двери, она обернулась и сказала людям в гостиной: - Я возвращусь на обед, поэтому не забудьте оставить для меня еды. Я хочу поесть устриц, так что не забудьте сказать на кухне, чтобы они оставили нескольких. Вы должны убедиться, что они это сделают. У меня был выкидыш, мне нужно соответствующее питание. Глаза Нин Шу были на Су Дабао все время, когда она говорила. Су Дабао встретил ее взгляд с невинным выражением лица: - Тетя, зачем ты смотришь на меня? Я не похож на устрицу. Нин Шу подошла к нему, сказав с искренним выражением: - Тебе не следует называть меня тетушкой, ты должен называть меня матерью. В древнюю эпоху статус твоей матери звали наложницей, поэтому я ваша настоящая мать. Выражение Су Дабао сразу же потемнело, и он впился взглядом в Нин Шу, сделав пальцем движение возле горла. Хоть это движение и было ошеломляющим для маленького ребенка, выражение Нин Шу не изменилось вообще. В конце концов, он все еще был ребенком и, вероятно, не мог хорошо контролировать свои эмоции, поэтому она решила подлить масла в огонь. - В будущем, не забудь звать меня матерью, понял? Что касается твоей матери, ты можешь просто называть ее любовницей. Су Дабао смог удержаться, но Су Сяобао заплакала. - Мамочка не любовница, нет! Ты, плохая женщина! Родители Сяо отчаянно успокаивали ее, пытаясь заставить ее перестать плакать. - Су Ран, о чем ты говоришь? Что за вздор? - Мадам Сяо выстрелила взглядом в Нин Шу, не забывая успокаивать: - Дорогая. Не плачь, ты заставляешь сердце бабушки болеть. Губы Нин Шу дрогнули. В чем ее логика? Все, что она сказала, это правда. Неужели, Су Мэн было разрешено это делать, но другим людям не разрешено указывать на это? ---------- Ха. Ха...Ха Нин Шу больше не интересовалась их проявлением привязанности, и просто сказала слугам: - Не забудьте про устрицы. Слова Нин Шу заставили дедушку, бабушку и внуков снова взглянуть на нее. Взгляд Су Дабао был особенно зловещим даже во время утешения своей младшей сестры. Су Сяобао громко вопила, смотря сквозь пальцы на Нин Шу. Всякий раз, когда она встречалась глазами с Нин Шу, она начинала плакать с новой силой. - Ребенок плачет, но ты все еще думаешь об устрицах? Су Ран, ты голодна? Разве ты никогда не ела устриц? - Мадам Сяо впилась взглядом в Нин Шу. Нин Шу просто повернулась и ушла, не беспокоясь о них. Даже маленькие дети знали, как нужно причинять ей проблемы. Интересно, как эта идиотка Су Мэн смогла родить таких проницательных детей, или это гены семьи Сяо? Родители семьи Сяо были в ярости от ее отношения. Эта невестка была настолько высокомерной! Главным качеством жены должна быть добродетельность, и как такая женщина могла стать будущей хозяйкой семьи Сяо? Однако Нин Шу не волновало, что думала семья. Сначала она должна была открыть депозит, чтобы сохранить свои вещи. Сделав это, Нин Шу отправилась в семейный дом Су, чтобы посетить отца хоста. Нин Шу не могла понять, как человек, который провел половину своей жизни в коммерческом рынке, оказался в ловушке Сяо Яня, который был намного моложе и неопытнее него. В этом мире определенно нарушается общая логика. Всякий раз, когда обычные люди встречались с главным мужчиной этого мира, их интеллект сразу же куда-то пропадал. Отец Су Ран был человеком среднего возраста со спокойным характером. С первого взгляда можно понять, что он очень опытный бизнесмен. Когда он увидел Нин Шу, он смерил ее взглядом, потом сказал: - Тебе лучше не ходить после выписки из больницы. Нин Шу улыбнулась и сказала: - Папа, я уже полностью выздоровела. Когда отец Су увидел улыбку на лице Нин Шу, он нахмурил брови: - Как ты можешь улыбаться? Ты не смогла защитить своего ребенка, и попала в схему шестилетнего ребенка! Тебе не стыдно за себя? Разве ты моя дочь? Нин Шу внутренне заметила, что тот тоже попал в схему Сяо Яня. Сяо Янь выдоил семью Су, не оставив ни копейки. - Папа, я была неправа, но что еще я могла сделать? Эти двое детей очаровали всю семью Сяо, от родителей до слуг. У меня нет места в семье Сяо, - жалобно сказала Нин Шу. - Ты меня разочаровала. Ты даже не можешь победить детей? Если так будет продолжаться, наше сотрудничество с семьей Сяо, вероятно, развалится. - Папа, - Нин Шу искренне посмотрела на Су Бо: - Лучше всего, если мы больше не будем сотрудничать с семьей Сяо. Су Мэн и Сяо Янь страстно влюблены друг в друга, и Сяо Янь говорил, что собирается помочь отомстить Су Мэн за своих родителей. Су Мэн всегда считала, что ты ответственен за смерть ее родителей, поэтому лучше всего, если мы поищем другое направление в бизнесе. Нин Шу старалась держать подавленное выражение на лице и прилагала все усилия, чтобы казаться печальной. Выражение Су Бо изменилось немного. Он скептически отнесся к этой новости: - Бизнес - это бизнес. Сяо Янь не пойдет на риск, чтобы разрушить бизнес нашей семьи ради женщины. Единственный ответ, который Нин Шу могла дать: ха, ха. Сяо Янь был готов сделать все ради Су Мэн. Как еще он мог выразить свою любовь к Су Мэн? ---------- Еще одна жертва Мэри Сью - После женитьбы твоя обязанность - поддерживать мужа и воспитывать своих детей. Твое место в доме, не вмешивайся в мои дела, - сказал Су Бо: - Позаботься о своем теле. Только ребенок, которого ты родишь, станет настоящим наследником семьи Сяо. Дети Су Мэн - это просто незаконнорожденные дети; они не смогут поколебать твой статус. Сердце Нин Шу немного опустилось. Она не ожидала, что Су Бо будет так упрям ​​и не поверит ей. Может быть, что крах семьи Су – это неизбежно? Нин Шу подумала об этом, а потом почувствовала, что она слишком нетерпелива. Деловые отношения между семьей Сяо и семьей Су всегда было хорошим, и никаких проблем никогда не возникало. Было вполне ожидаемо, что Су Бо не поверит ей, когда она вдруг скажет, что семья Сяо планирует нанести вред семье Су. Су Бо, вероятно, подумал, что она слишком эмоционально пострадала от потери своего ребенка. Нин Шу чувствовала, что необходимо найти доказательства, чтобы убедить Су Бо, но в то же время она не должна возлагать на него особых надежд.. Наконец она поняла, почему семья Су закончила так печально. Это произошло потому, что Су Бо слишком доверял семье Сяо и никогда не думал, что Сяо Янь приведет его к банкротству. - Ран, ты пообедаешь? - Мадам Су спросила Нин Шу. Нин Шу покачала головой. Она уже достигла сегодняшней цели. - Я не буду. Нин Шу предупредила Су Бо всерьез еще раз. - Папа, через некоторое время семья Сяо начнет дело с земельным участком. Вероятно, это будет проект, в котором Сяо Янь соберется на решительные действия против нашей семьи. Возможно, я переусердствую с бдительностью, но папа, лучше, если ты немного позаботишься. Этого было достаточно для Нин Шу, чтобы увидеть, как Су Бо относится к ней. Кроме того, поскольку она уже вышла замуж, она больше не считалась членом семьи Су. Су Бо, вероятно, внутренне рассердился, что она вернулась, чтобы попытаться посеять вражду между семьями. Нин Шу подумала об этом и почувствовала, что оставаться бессмысленно. Она вернулась, чтобы предупредить его, но он не оценил этого. Она собиралась уйти, когда вернулся младший брат. Су Лань учился в колледже. Когда он увидел Нин Шу, он поздоровался. Затем его взгляд переместился на живот Нин Шу, и он сказал: - Сестра, не обижайся. Дети слишком юны, чтобы знать о последствиях. Нин Шу слегка прищурилась. Он считал, это был несчастный случай? Нин Шу посмотрела на Су Ланя. Су Лань был очень похож на Су Бо. На нем была белая рубашка и он выглядел очень утонченным. Вероятно, он был одним из самых красивых мальчиков школе. - Кто сказал вам, что Су Дабао не сделал это нарочно? - Нин Шу нахмурилась. На лице Су Ланя появилось противоречивое выражение. - Кузина Су Мэн уже рассказала мне, что ее сын не сделал этого нарочно. Сестра, тебе определенно больно, потому что ты потеряла своего ребенка, но ты не должна винить маленького ребенка. Эти слова практически говорили, даже если ты хочешь кого-то обвинить, ты не должна обвинять Су Дабао. Нин Шу внутренне воззвала к разуму: это еще один человек, который стоит на коленях перед Мэри Сью! Почему так много мужчин ей поклоняются? Нин Шу почувствовала прилив боли, исходящей от ее сердца. Ее собственный младший брат не верил ей и вместо этого фактически принял сторону Су Мэн и говорил ее устами. (Мэри Сью – архетип персонажа, которого автор наделил гипертрофированными, нереалистичными достоинствами, способностями и везением.) Хост очень рассердилась на своего младшего брата, но ей так и не удалось его убедить, из-за чего она еще больше невзлюбила Су Мэн. ---------- Су Лань Нин Шу никогда не думала, что младший брат хоста на самом деле будет таким идиотом. Может быть, это было связано с сюжетной линией? Нин Шу посмотрела на Су Ланя. Он был похож на «маленькое свежее мясо» с очень незрелым темпераментом. Он не был таким диким и таким же крутым, как у главного мужчины, Сяо Янь. Это был преемник семьи Су? В будущем ответственность за семью Су упадет на Су Ланя, этого безумного идиота. ( Маленькое свежее мясо – очень модное выражение в Китае, используемое для описания красивых молодых мужчин. Чаще всего используется для обозначения знаменитостей, восходящих звезд.) - Су Лань, извинись перед своей сестрой, - Мадам Су увидела, что ее дочь казалась раздраженной: - Она твоя старшая сестра, как ты можешь верить в то, что говорит Су Мэн? - Мадам Су очень любила своего сына, но ее дочь тоже была ее плотью. Она возненавидела Су Мэн еще больше, так как Су Мэн стала причиной разногласий ее детей. Су Лань нахмурился и сказал упрямо: - В этом случае сестра была неправа. Все очень огорчены тем, что она потеряла своего ребенка, но не настолько, чтобы обвинять непричастных. Нин Шу закатила глаза и внутренне рассмеялась над этим. Она подошла к Су Ланю, и встала прямо перед ним. Она была не такой высокой, как он, и ей пришлось поднять голову, чтобы взглянуть на него, но ее взгляд все равно вызвал дрожь в сердце Су Ланя. Ее взгляд был очень холодным и безразличным, что заставило Су Ланя почувствовать себя немного взволнованным. Нин Шу нахмурилась, глядя на Су Ланя. - Ты присутствовал там? Видел, как все произошло? До того, как Су Лань успел ответить, Нин Шу так сильно ударила его по щеке, что его голова повернулась в сторону. Су Лань обернулся, глядя на нее с яростью в глазах. Поведение Нин Шу ошеломило присутствующих. Су Бо пришел в гнев, когда он увидел, что его дочь ударила его сына. Более того, его дочь уже вышла замуж, поэтому она считалась принадлежащей другой семье, но теперь она совала нос в семейные дела и била его детей! Су Бо холодно засопел, но Нин Шу ничего не ощутила. В жизни нужно спасать себя, а не уповать на небеса. У Нин Шу было очень плохое впечатление от Су Бо, отца семьи. Она не могла решить эту задачу с семьей Су, когда глава семьи был старым закостенелым человеком, а младший брат уже давно упал на колени перед Су Мэн. Только Су Ран и Мадам Су смогли устоять перед Су Мэн, поскольку они были женщинами. Однако из-за этого, в сердце Су Ланя, он видел свою старшую сестру и маму плохими людьми. Мадам Су молча смотрела на Нин Шу мгновение, прежде чем сказала: - Что ты делаешь? Зачем вредить своей семье, позволяя своим противникам спокойно гулять? Нин Шу засмеялась. Проигнорировав взгляд Су Ланя, она подняла руку и еще раз ударила его. - Ты уже взрослый человек, но не можешь отличить хорошее от плохого. Без семьи Су ты просто мусор. Он был не чем иным, как братом, который жил, как маленький принц, полагаясь на семью Су. Когда Сяо Янь уничтожит семью Су, этому маленькому принцу осталось бы только есть грязь. Человек, такой как Су Лань, легко мог быть одурачен. Нин Шу посмотрела на Су Ланя. Он даже не понимает, как им играют женщины. Вероятно, Сяо Яню не понадобится даже шевельнуть пальцем, как Су Лан с удовольствием предложит ему семью Су, чтобы компенсировать «страдания» этой женщины. - Какое право ты имеешь бить меня!? Су Ран, ты бессердечная эгоистка! Правильно, что тебя никто не любит! Твоя жизнь бессмысленна, а сердце злонамеренно. Нин Шу: Как такой глупый человек смог родиться? Она улыбнулась и подняла руку, чтобы дать ему еще одну пощечину. Нин Шу внезапно поняла, что она влюбилась в ощущения даваемых пощечин. ---------- Давайте будем мягче, сестра - Ты сказал, что меня никто не любит, но твоя любовь нужна мне еще меньше. Я бью тебя, потому что ты клевещешь на меня, - Нин Шу подула на руку: - Что это, черт возьми? Не забывай, Су Мэн – твоя кузина. По твоим действиям люди подумают, что ты в нее влюбился - Какого черта ты сочиняешь? - Поспешно закричал Су Лань, его лицо побледнело: - Что за мерзость! - На кого ты кричишь? - Нин Шу снова дала Су Ланю ​​еще одну пощечину. Су Бо встал и крикнул: - Хватит! Сколько можно продолжать? Взгляд Су Бо переместился между Нин Шу и Су Ланем, прежде чем, наконец, остановился на Нин Шу. - После того, как ты вышла замуж и стала женой, ты должна упорно трудиться, чтобы служить законом твоей семье и твоего мужа. Как ты можешь закатывать сцены по таким причинам? Куда делся весь твой этикет? - Отец ... - Нин Шу даже не хотела называть его отцом. Во всяком случае, он не был фактическим отцом. Она всегда относилась к людям так же, как они относились к ней. В этом мире у нее не было никакой неразделенной любви и не было никакой несправедливой ненависти. За исключением мадам Су, Нин Шу ненавидела всю семью Су. - Прежде чем я уйду, я просто скажу одну последнюю вещь, - Нин Шу с презрением указала на Су Ланя. - С преемником семьи Су, подобным этому, будет лучше, если семья Сяо просто поглотит нашу семью. В любом случае, похоже на то, что Су Мэн – это его семья. У него нет никакого чувства такта ко мне, к старшей сестре, что же до вас, родителей… - Су Ран, ты злая женщина! Ты с ума сошла? - Когда Су Лань услышал, что сказала Нин Шу, он сразу бросился опровергать: - Ты сказала, что я не отношусь к тебе, как к старшей сестре, но слова, которые ты сейчас говоришь, тоже отражают отношение ко мне, младшему брату. - Я не считаю тебя своим младшим братом, - равнодушно ответила Нин Шу, - потому что в твоем сердце только Су Мэн - твоя настоящая сестра. В таком случае, конечно, я не буду считать тебя братом Нин Шу подняла руку, и Су Лань немедленно отступил назад, думая, что она снова ударит его. Фраза «запасное колесо Су Мэн» была практически написана на его лбу. - В будущем лучше всего, если ты меня больше не будешь беспокоить. В противном случае, я ударю тебя еще раз, - мягко сказала Нин Шу. Нельзя было разговаривать с такими ограниченными людьми, поскольку они победят вас передергиванием логики. Однако, если вы хотите спросить, почему эти люди стоят послушно и позволяют Нин Шу ударить их? Это было потому, что Нин Шу была в безопасном месте во время удара. Если бы человек мог отказаться от своей гордости, он, естественно, мог и ответить ей. Однако было ясно, что Су Лань не был таким человеком. Кроме того, рефлексы Су Ланя были довольно медленными. Даже после того, как Нин Шу ударила его, он долгое время стоял в ошеломлении. Выйдя из дома семьи Су, она посмотрела в небо. На этот раз она не могла работать над этим миром, начиная с задачи семьи Су, поэтому ей нужно было найти новые силы. Хорошо, что семья Су была не единственной силой, с которой она могла бы сотрудничать. Более того, сейчас Нин Шу чувствовала, что семейство Су заставляло ее нести страдания. Она тоже была человеком, а не безмолвной машиной. У нее были свои чувства, поэтому во время задач она также демонстрировала свои предпочтения. Первоначальное желание хоста состояло в том, чтобы защитить семью Су и не позволить семье Сяо поглотить ее. Если она устроит крах семьи Сяо, то она, естественно, выполнит задачу. Первоначально Нин Шу хотела объединить силы с семьей Су, но семья Су явно смотрела на нее, как на чужую дочь. Поэтому ей больше нечего было обсуждать с семьей Су. Вероятно, она больше не посетит семейный дом Су. Нин Шу решила продать акции, доставшиеся от семьи Су. Только деньги могут обеспечить старт ее дела. ---------- Я подожду, пока ты не простишь меня Нин Шу решила продать все акции, потому что только осязаемые деньги в руках считались действительными. Тем временем главный любовник с опухшим лицом отправился к Су Мэн. Су Мэн сначала не узнала его, и хотела позвать на помощь. У Сяо Яня не было другого выбора, кроме как использовать его демонически очаровательный взгляд, неловко произнося неясные слова: - Это я, Сяо Янь. Су Мэн замерла на мгновение, затем спросила в беспокойстве: - Что с тобой случилось? Сяо Янь хотел улыбнуться, но поморщился от боли. Только через некоторое время он смог заговорить: - Ты беспокоишься обо мне? - Пфф… - Су Мэн дала холодный смешок, и отвернулась: - Не похоже, чтобы у нас были какие-то отношения, почему я должна беспокоиться о тебе? Я не хочу тебя видеть, так что уходи. Сяо Янь улыбался одними глазами. - Я знаю, что ты беспокоишься обо мне. Зачем скрывать это? - У тебя уже есть жена, что беспокоится о тебе, - надулась Су Мэн. - Не произноси имя этой женщины, это из-за нее эта травма на моем лице! – Процедил Сяо Янь. Его тон был наполнен зловещим отвращением. Су Мэн закрыла рот от удивления, и ее миндалевидные глаза расширились. Сяо Янь обрадовался, увидев ее реакцию. - Хотя я очень ненавижу Су Ран, я знаю, что она все еще любит тебя. Как она могла ударить тебя? Это так безжалостно, - Су Мэн протянула руку и осторожно коснулась щеки Сяо Яня. Глаза Сяо Яня загорелись. Раньше Су Мэн злилась, узнав о беременности Су Ран, поэтому она игнорировала его с тех пор, как у Су Ран случился выкидыш. Однако теперь она проявляла заботу о нем. Он тут же схватил руку Су Мэн с шипением. - Мое лицо действительно болит. - О ... - Глаза Су Мэн расширились, и она посмотрела на Сяо Яня своими огромными глазами: - Я сделала тебе больно? Пойду, поищу лекарство для тебя. Сяо Янь схватил Су Мэн, собиравшуюся искать лекарство, и обнял ее. Его глаза соблазнительно сверкнули, и он сказал мягко: - Ты мое лекарство. Всякий раз, когда я вижу тебя, боль исчезает. Он крепче обнял Су Мэн. Су Мэн немного боролась, но в конце она закрыла глаза. Когда Сяо Янь увидел, что Су Мэн не отвергла его, его сердце сразу же воспрянуло от радости, но его тело не могло ему помочь. Су Ран! Эта проклятая ненавистная женщина! Он сразу отправился искать Су Мэн после того, как доктор сказал ему, что он в порядке. Место в паху было еще немного опухшим от удара Су Ран, но доктор обещал спад отека. Су Мэн беспокойно открыла глаза. Сяо Янь поцеловал Су Мэн в лоб. Затем он сказал мягко: - Я подожду, пока ты меня не простишь. Су Мэн несколько раз моргнула, затем оттолкнула Сяо Яня. Поправив воротник, она сердито посмотрела на Сяо Яна и крикнула: - Что ты делаешь? У тебя уже есть жена! - Бесстыдный! – Сердито упрекала Су Мэн. Сяо Янь потянул Су Мэн обратно к нему. Су Мэн боролась и била его кулаками в грудь. - Отпусти меня, ты, бесстыдный! ---------- Злая и фальшивая женщина - Да, я бесстыдный. Что такого, если я буду заниматься этим с женой? - Сяо Янь искренне посмотрел на Су Мэн, - ты - моя единственная жена в этой жизни. Су Мэн застыла. - Ты мне лжешь, у тебя все еще есть моя кузина! Помни, у нас нет никакой связи вообще, никакой! Нет, это неправильно, у нас есть связь. Ты муж моей кузины. - Ты моя единственная жена, и это всегда останется так. Что касается Су Ран, я заставлю ее заплатить, - мрачно сказал Сяо Янь, - и не просто Су Ран, а всю семью Су. Я заставлю заплатить их за все страдания, через которые ты прошла, я отомщу за своего тестя и свекровь. На лице Су Мэн появился румянец. Она почувствовала себя немного тронутой, но вслух сказала: - Почему ты называешь моих родителей тестем и свекровью? Я никогда не думала о том, чтобы вообще жениться на тебе. Сяо Янь потом сделал много обещаний Су Мэн, и атмосфера вскоре стала такой же сладкой, как мед. Выйдя из маленькой квартиры Су Мэн, Сяо Янь направился прямо в больницу. Всякий раз, когда он вспоминал проблему, он вспоминал отвратительную женщину, которая была его женой по имени Су Мэн. Он облегченно вздохнул, когда доктор сказал ему, что он не пострадал, и спросил, почему так болит при касании. Врач сказал, что он должен быть осторожным и сказал ему время, требуемое для выздоровления. В течение двух месяцев ему нельзя заниматься сексом. Су Ран ... Су Ран, эта сука! На обратном пути в семейный дом Сяо Янь давил на газ, но Нин Шу все же вернулась раньше, чем он. Когда Нин Шу вернулась, внутри было совершенно тихо. Мастер и Мадам Сяо оба ушли, и Су Дабао и Су Сяобао тоже не было. Нин Шу наткнулась на слугу и спросила: - Куда все ушли? Когда слуга увидел, что его спрашивает молодая мадам, на лице появилось презрительное выражение. - Я не знаю. Ха. Теперь даже слуги в семье Сяо осмеливались проявлять презрение к ней. Нин Шу схватила слугу за локоть, и холодно переспросила: - Куда они пошли? Я задаю тебе вопрос. Слуга испугался холодного выражения Нин Шу, и собирался ответить, когда их разговор прервался рычанием. - Су Ран ... Этот голос был ей знаком, ах. Она обернулась, обнаружив, что Сяо Янь стоит за ней, а его лицо все еще было в синяках. Сяо Янь быстро подошел к ней и крикнул: - Су Ран, ты злая женщина! Что тебе сделал слуга? Нин Шу ухмыльнулась. Она даже не хотела смотреть на этого идиота. Что это за хрень? Теперь он называл ее злой? Так что, если она была злой? Если она не была злой, как ей служить контрастом для вашей прекрасной настоящей любви? Глаза Сяо Яня содержали непримиримое отвращение и ненависть, когда он смотрел на Нин Шу. Всякий раз, когда он вспоминал, что сказал доктор, он чувствовал бы желание разорвать Нин Шу на куски. Из-за этой злой, жадной и фальшивой женщины пострадала женщина, которую он любил. Такой человек не стоил и волоса Су Мэн. Когда слуга увидел Сяо Яня, он поспешно сказал: - Молодой мастер, маленький мастер и младшая мисс были доставлены в больницу. Прямо сейчас, Мастер и Мадам ждут в больнице. ---------- Что ты сделала с ними?! Когда Сяо Янь услышал, что его двух драгоценных детей доставили в больницу, цвет его лица быстро изменился. Его глаза покраснели, когда он кричал на Нин Шу: - Что ты сделала с ними?! Нин Шу: @ # $% & Что я сделала? Я не знаю, что я сделала. - Су Ран, если что-нибудь случится с моими детьми, я похороню тебя! - Сяо Янь впился взглядом в Нин Шу, а затем бросился к своей машине, чтобы отправиться в больницу. Нин Шу осталась в замешательстве. Она прижала руки к груди, чувствуя себя очень уставшей. Почему все люди в мире были настолько нелогичными? - Где эта больница? - Спросила Нин Шу у слуги. Когда слуга увидел, что молодой мастер ненавидит юную мадам, он стал больше презирать Нин Шу. Притворство по отношению к хозяину и презрение к тем, кого презирает хозяин, часто встречается у прислуги. Слуга ответил раздраженно: - Не знаю. Нин Шу продолжала смотреть на слугу очень безразличным выражением: - Я спрашиваю тебя, в какой они больнице. Даже если у меня нет статуса в этой семье, я смогу добиться того, чтобы тебя уволили. - Они в больнице в центре города, - поспешно ответил слуга. Он не мог сказать этого раньше? Нин Шу планировала проверить это, так как для обоих детей было очень странно попасть в больницу вдвоем. Особенно для Су Дабао, читерского существа. Когда Нин Шу вошла в больницу, первое, что она услышала, - это сердитый крик Су Мэн. Сердце Нин Шу забилось. Может быть, дети умрут? Нет, это было невозможно. Эти двое были важными инструментами для продвижения отношений Сяо Яня и Су Мэн. Правильно сказано, они инструменты. По мнению Нин Шу, эти двое детей были опорой Су Мэн. Она опиралась на Су Дабао, который кормил семью, и опиралась на Су Сяобао, которая переманивала родственников на ее сторону. Эти двое детей убирали препятствия для Су Мэн. Им удалось переманить бабушку и дедушку на сторону Су Мэн. В то же время они помогли отцу избавиться от ненавистной жены, чтобы воссоединиться вместе со своей мамой. Это были не дети, а монстры. Их существование было слишком нелогичным. Нин Шу вошла в палату, и увидела, что Су Мэн плакала так сильно, что она, казалось, падала в обморок на руках Сяо Яна. Сяо Янь выглядел очень обеспокоенным, пытаясь успокоить Су Мэн. Нин Шу подошла и успешно привлекла внимание всех. Внутренне Нин Шу чувствовала себя обезмолвленной. Вероятно, это достижение - стать кем-то, кого все возненавидели с первого взгляда. - Зачем ты пришла? - Сяо Янь поднял подбородок, глядя на Нин Шу, - не провоцируй меня, иначе пострадаешь. Нин Шу нахмурилась. Она действительно не знала, как общаться с этими людьми. Они могли вести адекватный разговор? Нин Шу с трудом удерживалась от проклятия, когда она видела, как он ходит с выпяченной грудью. Су Мэн, опирающаяся на Сяо Яна, посмотрела на Нин Шу покрасневшими глазами, и грустно сказала: - Су Ран, дети невиновны. Если ты чем-то недовольна, ты можешь решить дела со мной. Я просто прошу тебя не причинять вреда моим детям. Нин Шу: ... - Ты не можешь убрать руки от чужого мужа? Разве ты не чувствуешь, что это звучит странно, когда ты обнимаешь мужа другой женщины? - Нин Шу затем мягко спросила: - Что я сделала с вашими детьми? Если бы она что-то сделала, она бы приняла вину без отговорок, но прямо сейчас она даже не знала, что произошло. Она чувствовала себя сумасшедшей. Су Мэн сердито посмотрела на Нин Шу своими большими миндалевидными глазами. Она поспешно изо всех сил пыталась освободиться от рук Сяо Яня. - Не приближайся ко мне. Я просто хочу, чтобы мои дети были в порядке. Сяо Янь посмотрел на Су Мэн с болью на лице и вернул ее в свои объятия. - Все в порядке, наши дети будут в порядке. Су Мэн боролась в объятиях Сяо Яна, и всхлипнула: - Не трогай меня. Моим детям плохо, когда я рядом с тобой. Я не хочу, чтобы что-то случилось с моими детьми. Сяо Янь, пожалуйста, просто отпусти меня. Нин Шу: Спасите меня... Большую часть времени главная женщина не уделяла внимания двум детям и просто оставляла их в доме. Су Мэн особо не беспокоилась о них, и, несмотря на то, что она была матерью двух детей, продолжала жить как молодая девушка. То, как она вела себя, заставило Нин Шу почувствовать стыд. - Перестаньте суетиться, - Мастер Сяо оборвал акт трагической любви. Сяо Янь утешил Су Мэн и спросил: - А что же случилось с детьми? Нин Шу чуть не рассмеялась. Пока он разыгрывал трагическую сцену, пока флиртовал с ней, он даже не потрудился узнать, что случилось с его детьми? Это было невероятно. Мадам Сяо бросила взгляд на Нин Шу, которая не могла сдержать смех, и сказала: - Это все твоя вина! Это все твоя вина за то, что ты хотела съесть устриц, обжорливая женщина! Нин Шу: Какое, черт возьми, это имеет отношение ко мне? ---------- Устрицы - это грех - Мама, что именно случилось? - Сяо Янь впился взглядом в Нин Шу: - Как и ожидалось, Су Ран, ты ядовита, как змея, если у тебя нет милосердия даже к детям. - Это все из-за этой женщины, которая хотела поесть устриц. Во время обеда дети получили расстройство из-за переедания устриц, поэтому им пришлось лечь в больницу, - Мадам Сяо посмотрела на Нин Шу. Мастер Сяо согласился: - Мы запретим устрицы, чтобы такого больше не повторялось. Сяо Янь с отвращением взглянул на Нин Шу. Нин Шу засмеялась. - Я не заставляла их есть устриц, и насильно не кормила их. Или вы считаете, что я отравила устриц? Как с ней связано переедание? - Ты все еще осмеливаешься спорить? Ты знала, что дети захотят съесть всех устриц, - ухмыльнулась Мадам Сяо. Нин Шу: ... Она очень устала. Почему все люди в этом мире настолько глупы? Где была логика, мораль? На нее постоянно перекладывали вину. Нин Шу уже получила представление о ситуации. Дети съели всех устриц после ее упоминания о том, что она хотела бы их поесть на обед. Дети легко получали расстройство желудка, поэтому они сразу попали в больницу. Устрицы были не виноваты, и она была не виновата, но эти люди обвинили всех, кроме самих себя. - Су Ран, я не позволю тебе навредить моим детям, - Сяо Янь посмотрел на Нин Шу, - я развожусь с тобой. Мечтай, я скорее умру, чем разведусь с тобой. ---------- По крайней мере, у меня есть могила Нин Шу, естественно, была против решения Сяо Яня о разводе. Если они разведутся, то это будет поражение для нее. Она потратила столько усилий на этих идиотов, что ей будет жалко проиграть. Она повернулась к Сяо Яню и сказала яростно: - Если ты скажешь это еще раз, я выбью из тебя дерьмо Слова Нин Шу потрясли всех присутствующих. Лицо Сяо Яня стало почти фиолетовым. - Су Ран, ты злая женщина! Я никогда тебя не полюблю, поэтому брось использовать брак, чтобы связывать мне руки, - Сяо Янь кричал на Нин Шу, - в этой жизни, следующей и следующей! Я никогда не полюблю тебя! Нин Шу приложила ладонь к уху и сказала: - Тихо. Если ты будешь таким кричать, ты помешаешь врачам промывать желудки, что может повредить твоим драгоценным детям. Сяо Янь был в ярости, когда услышал, что сказала Нин Шу, но он тоже беспокоился о детях и вынужден был подавить напор. - Ты ... - Мадам Сяо указала на Нин Шу: - Как ты смеешь ему угрожать?! Мастер Сяо тоже смотрел на Нин Шу недружелюбным выражением. Было ясно, что он чувствовал, что такое обращение к сыну порочило его честь. Су Мэн встала за Сяо Янем и сказала Нин Шу: - Кузина, Сяо Янь тебя не любит, так почему ты все еще так упряма ​​и настаиваешь на сохранении брака? Брак без любви - это могила. Нин Шу холодно посмотрела на Су Мэн. - По крайней мере, у меня есть могила. Что касается тебя, твой труп просто должен гнить в пустыне. - Ты ... - Су Мэн сердито топнула ногами. - Я просто даю тебе советы, принимая во внимание тот факт, что мы обе женщины. Ты даже не видишь добрых намерений! - Тогда не могла бы ты увидеть, что одна из нас не крала чужого мужа? - Нин Шу преклоняла колени перед ее логикой. Та стояла рядом с мужем другой женщины, и призывала ее развестись, потому что между ними не было любви. - Больше нам не о чем говорить. Су Ран, я подготовлю документы. Все, что тебе нужно сделать, это подписать. - Сяо Янь говорил очень отчужденно и строго. В этот момент двоих детей, которым промыли желудки, вернули на больничные койки. Их дыхание было прерывистым, лица бледными, а глаза потускневшими. Все сразу бросили тему развода и окружили этих детей. Когда Су Мэн увидела детей, она закричала, как будто она вот-вот умрет. Тем временем Нин Шу просто взглянула на них со стороны, а затем двинулась, чтобы выбраться оттуда. Сейчас у нее не было времени тратить на эту клоунаду. Единственное, чего Нин Шу хотела сейчас, это как можно скорее покинуть этот мир. Она действительно больше не хотела оставаться в этом мире. Этот мир был просто невероятным. Он полностью вращался вокруг главных мужчины и женщины. Если они считали что-то правильным, то это было правильным. В таком нелогичном мире обычный человек сойдет с ума. Нин Шу сидела в кафе, ожидая кого-то. Она подняла руку, чтобы взглянуть на часы. Черт! Уже прошло полчаса. У этого человека было какое-то чувство такта? Человек, которого она ждала, опоздал. Некоторое время он походил по кафе, затем направился к Нин Шу. - Мои извинения. У меня были дела, - извинился человек перед Нин Шу. Внутренне Нин Шу рассмеялась. Если бы вместо нее сидела Су Мэн, он бы опоздал? ---------- Нин Шу слышала из ее уст Человек, сидящий перед ней, выглядел очень благородным и излучал вежливую грациозность. Но Нин Шу видела только большие выгравированные слова на лбу - «запасное колесо Сяо Яня». Тот, у кого не было недостатков, не мог стать главным мужчиной этого мира. Вот поэтому чунибьё Сяо Янь стал главным мужчиной, в то время как Ли Сювэнь оказался в роли его поддержки. Ли Сювэнь, одетый в серебряный костюм, сидел перед Нин Шу. Почему у главного мужчины и его окружения было такое плохое зрение, когда дело касалось Су Мэн? Неужели все мужчины так любили наивных женщин? Может быть, они считали забавным наблюдать за ней? - Вы…? - Ли Сювэнь посмотрел на Нин Шу. Его голос журчал словно ручей, звук которого было очень приятно слышать. Нин Шу почувствовала, что тот не знает, кем она была. Она была соперницей главной женщины, а Сяо Янь был соперником главного мужчины. В этом и смысл. Мы оба несчастные души, пушечное мясо. Нин Шу кашлянула, прочистила горло, затем ответила прямо. - Я жена Сяо Яня, я Нин ... Су Ран. Ли Сювэнь кивнул и взглянул на часы. - У вас что-то есть меня? Мне нужно скоро уйти. После того, как кто-то ждал вас полчаса, вы собираетесь уйти через пять минут? Нин Шу отказалась от первого впечатления Ли Сювэня. Какая к черту вежливость? Это дерьмо было только для главной женщины. - Нет, постой, красавчик. Если ты уйдешь так быстро, разве это не означает, что я потеряла полчаса своего времени? По крайней мере, позволь мне сказать то, что я должна сказать, - Нин Шу больше не церемонилась. Ли Сювэнь слегка нахмурил брови: - Если это так, пожалуйста, говорите. Нин Шу чувствовала, что Ли Сювэнь нетерпелив. Су Мэн, вероятно, уже наговорила ему плохих вещей о ней. Не было никаких сомнений в том, что та сказала, что она злая и фальшивая. Нин Шу почти слышала эти слова из уст Су Мэн. - Я пришла предложить тебе сотрудничество, - Нин Шу приступила прямо к делу, - я знаю, что ты любишь Су Мэн, но Су Мэн уже родила двух детей от Сяо Яня. Ли Сювэнь посмотрел на Нин Шу с двусмысленной улыбкой. - Как мы можем помочь друг другу? Притворство? Он так быстро согласился? Нин Шу взглянула на улыбку на лице Ли Сювэня. Что он прячет под фальшивой улыбкой? Нин Шу просто ушла бы, но она терпела его, потому что она помнила, что не было человека, который был еще более важен, чем Ли Сювэнь. Она продолжила: - Если семья Сяо исчезнет, ​​чувствуешь ли ты, что Су Мэн разочаруется в Сяо Яне? Глаза Ли Сювэня сверкнули, и он покачал головой. - Миссис Су, мы не можем сотрудничать. Я не сделаю ничего, что могло бы повредить Су Мэн. Нин Шу: ... Она чуть не захлебнулась от злости. Как она забыла, что он был человеком, который стоял на коленях перед Мэри Сью? Он был из тех людей, кто был готов умереть за нее без всякого сожаления? Нин Шу посмотрел на Ли Сювэня. Какая замечательная благородная позиция. * Саркастично * Ли Сювэнь наблюдал за метаморфозой женщины перед ним. Цвет ее лица за несколько секунд поменялся на фиолетовый, и теперь снова стал нормальным. ---------- Сгореть от системы Нин Шу почувствовала, что для того, чтобы разговаривать с этими людьми на равных, ее должен лягнуть в голову осел. Может быть, эта глупость была заразной? Говоря о Ли Сювэне, о поддержке Сяо Яня, все его качества были хорошими. У него была хорошая семья, хорошая внешность, но он влюбился в Су Мэн с первого взгляда. Когда он учился за границей, он встретил Су Мэн, чей живот уже был большим. После этого он внимательно следил за Су Мэн, пока та не вернулась в страну. И Ли Сювэнь стал «хорошим старшим братом» главной женщины, часто вызывая ревность ее любовников. Его роль была настолько благородной, ах. Ли Сювэнь посмотрел на сидящую перед собой женщину. Ее выражение быстро изменялось, но он понятия не имел, о чем она думает. Он протянул свои тонкие пальцы и постучал по столу, делая короткий ритмичный звук. Он вырвал Нин Шу из своих мыслей. - Что именно вы хотите сказать? Извините, но мне нужно уйти, - выражение Ли Сювэня потемнело. Нин Шу догадалась, что он, вероятно, не хотел продолжать смотреть на такую ​​злую и фальшивую женщину, как она. Могла ли она просто убить этих людей и считать задачу законченной? Динь! Нин Шу услышала треск электрического тока. Это ощущение было слишком знакомым. Прошло много времени с тех пор, как она услышала голос системы. - Мысль игрока неуместна и не соответствует правилам этого мира. Игрок должен отказаться от этой идеи. Хост предложила свою душу, чтобы получить шанс на лучшую жизнь, не для того, чтобы проснуться и оказаться в тюрьме. Голос системы был как всегда механическим и бесчувственным, но почему-то ей казалось, что она сейчас сгорит. Ли Сювэнь снова взглянул на женщину перед собой. Ее выражение снова исказилось. Он чувствовал, что с этой женщиной определенно что-то не так. Он покачал головой, когда вставал, чтобы уйти. Внутренне, он думал, что жена Сяо Яня была психически больной. Нин Шу только вернулась в чувство, когда Ли Сювэнь встал. Она поспешно схватила его за локоть, дернула его, потом холодно сказала: - Что с тобой? Человек даже не ответил, но ты собрался уйти. - Не поздно уйти, услышав, что я должна сказать, - Нин Шу посмотрел на Ли Сювэня, и прямо сказала: - Я хочу сотрудничать с тобой и заставить семью Сяо рухнуть. Половина добычи будет принадлежать мне, давайте сделаем это как можно быстрее. Ли Сювэнь поднял брови. - Зачем мне сотрудничать с вами? И что вы можете предложить за такое сотрудничество? Более того, семья Сяо - такая огромная корпорация, но вы требуете ее половину? Ли Сювэнь почти спросил, была ли у нее совесть? Нин Шу холодно засмеялась и хладнокровно вытащила кучу приятных шуршащих денег, а затем бросила их на стол. - У мэм много денег. Давайте сотрудничать. - Но я чувствую, что ничего не выиграю, - Ли Сювэнь элегантно развел руками, - после того, как я приложу столько усилий, потрачу столько денег, чтобы разрушить семью Сяо, я должен отдать вам почти столько же. Нин Шу почти сказала раздраженно: Не будь таким жадным, ты получишь Су Мэн, что тебе еще надо? Это же твоя главная мечта. Знаешь ли ты, какая это удача для такого, как ты, чтобы оказаться с главной женщиной этого мира? Это выходит за рамки этого мира, ты перестанешь быть поддержкой главного мужчины. Но ты еще чем-то недоволен? - И вы все равно не сможете получить Сяо Яня, - мягко сказал Ли Сювэнь. - Пфф… - Нин Шу поперхнулась кофе. Это было наполовину потому, что она была поражена и наполовину из-за отвращения. ---------- Боится, что потеряет деньги -Ха-ха-ха, - Нин Шу холодно засмеялась, затем начала загребать деньги обратно в сумку. Когда Ли Сювэнь увидел ее движения, он в замешательстве спросил: - Разве мы не обсуждаем падение семьи Сяо? Кажется, вы собираетесь уйти. Красавчик, я ухожу. Ты заслужил свою жалкую судьбу быть приложением к Сяо Юню. Ли Сювэнь остановил Нин Шу: - Успокойтесь, давайте обсудим еще кое-что. Почему бы вам не выложить все деньги из сумки? Позвольте мне посмотреть, сколько у вас есть. - Я не могу, - твердо сказала Нин Шу, - слишком опасно показывать все. Я беспокоюсь, что тогда они под угрозой. Ли Сювэнь: ... Он посмотрел на нее, как будто он смотрел на психа. В конце концов, это было сложно, но им удалось заключить сделку. Почему было так сложно? Именно потому, что этот ублюдок, поддерживающий Су Мэн, требовал девять десятых от добычи. Нин Шу не могла этого допустить. Поскольку он получал главную женщину, даже если он потеряет все деньги, это будет считаться для него хорошей сделкой. Поэтому Нин Шу всеми правдами и неправдами выторговала 40%. - Дружеский совет: найди компанию, под видом которой все будет проходить. Перед Су Мэн ты должен сохранять невинную дружбу, - Нин Шу похлопала его по плечу и ушла. Когда она вернулась в семейный дом Сяо, там было тихо. Нин Шу нашла атмосферу очень расслабляющей. Родители семьи Сяо были в больнице, чтобы ухаживать за своими милыми внуками. В то время как Нин Шу наслаждалась тишиной, Сяо Янь испытывал сильную боль. Его дети лежали на кроватях, едва дыша, и Су Мэн плакала так, что ее глаза были опухшими и красными. Он чувствовал, что, если он ничего не сделает, он не достоин ее. Сяо Янь чувствовал, что существование семьи Су неправильно. Они получили так много денег от семьи Сяо, но вернули им злую женщину, такую ​​как Су Ран. Су Бо, этот ублюдок, убил родителей Су Мэн. Он определенно должен получить по заслугам Таким образом, Сяо Янь предложил сотрудничество, как и в оригинальной сюжетной линии. Тем не менее, у Су Бо возникли некоторые сомнения, поэтому он не отдал все деньги семьи Су, хотя он все еще не верил, что семья Сяо будет обманывать своих друзей. Когда мадам Су позвала рассказать Нин Шу об этом, Нин Шу промолчала. Поскольку семья Су все равно доверяла Сяо Яню, то рано или поздно Сяо Янь добьется своей цели. У нее не было желания прилагать усилия для защиты семьи Су, просто для того, чтобы глупый младший брат отдал все Су Мэн. Нин Шу и Ли Сювэнь должны спешить. Сяо Янь уже начинал действовать, поэтому она планировала напасть на него в самый счастливый для него момент. Между тем Су Дабао и Су Сяобао использовали свою болезнь. Они прилагали все усилия, чтобы улучшать отношения между Су Мэн и Сяо Янем. Больничная комната была заполнена двумя детскими голосами. Старики смеялись с удовольствием, когда смотрели на них. Сцена опять была гармоничной и красивой, как у дружной и любящей семьи. Сяо Янь пламенно и страстно смотрел на Су Мэн. Каждый раз, когда Су Мэн тянулась, чтобы схватить что-то, он брал ее за руку, заставив лицо Су Мэн гореть. В более скрытых местах в больнице они обнимались и целовались. Двое маленьких бесов смотрели на это озорными выражениями. ---------- Прорыв сквозь последнюю линию обороны Чувства Су Мэн и Сяо Яня быстро воспылали, и они занялись любовью. Тем временем Нин Шу, законная жена, могла жить одна в большом доме, который был настолько пуст, что ее голос раздавался в нем эхом. Тем не менее, Нин Шу находила это удобным. Пока эти двое не ходили вместе перед ней, она могла притворяться, что ничего не знает. Когда она увидела темное выражение на лице у Ли Сювэня, ее сердце наполнилось радостью. Нин Шу пока побывала только в двух мирах. В одном ей, к счастью, удалось встретить школьного врача Психо, также занимающегося генетическими исследованиями. Во втором мире она просто использовала свой статус Принцессы, и ее кнут, чтобы решить все проблемы. Ей еще предстояло побывать в битве семей, поскольку ей надо было уничтожить семью Сяо. Она пользовалась каждой возможностью учиться. Если бы у нее была возможность создать свою империю самостоятельно, ей не пришлось бы столкнуться с трудностями вроде сотрудничества с Ли Сювэнем. Вот почему Нин Шу чувствовала, что ей необходимо учиться. Ли Сювэнь, похоже, не был рад видеть Нин Шу. Когда он увидел, что она была совершенно безразличной, он не мог не сказать: - У вашего мужа роман с другой, почему вы ничего не делаете? Нин Шу посмотрела на него с недоверием. Так что, если человек, которого я «люблю», спит с другим человеком? Какая тебе разница? - Разве я не просила тебя поторопиться? Исходя из того, насколько быстро растет их страсть, вполне нормально, что они спят вместе. Если был первый раз, будет второй раз. В будущем такое будет повторяться, поэтому ты должен просто привыкнуть к этому, - Нин Шу утешила Ли Сювэня. Сначала Су Мэн не могла принять Сяо Яня. Хотя она уже родила двух детей Сяо Яню, она по-прежнему была довольно сдержанна. Если Сяо Янь хотел успешно продвигаться в отношениях с ней, ему определенно придется постараться. Гостиная, диван, кухня ... У них было все, чтобы развить их страсть. Ли Сювэнь не чувствовал себя утешенным. Напротив, его выражение стало еще более хмурым, и он с недоверием посмотрел на Нин Шу: - Ваш муж вместе с другой женщиной, но вы все еще ... Ли Сювэнь даже не знал, как описать Нин Шу. Он раздраженно стучал по столу. - Ты так любишь своего Сяо Яня, что тебе даже не нужно, чтобы он был именно с тобой? Люблю кого? Сяо Яня? Даже идиот мог сказать, что ей не нравится Сяо Янь. Может быть, что бы она ни делала, это должно было быть связано с любовью? Хорошо. Поскольку Ли Сювэнь был ошарашен недавними событиями, она сказала только: - Тебе нужно поспешить и сделать свой ход. В противном случае, если их чувства будут расти и ... ты знаешь. Нин Шу поиграла бровями в вульгарной манере. Ли Сювэнь глубоко вздохнул и указал на дверь: - Уходи… Нин Шу откинула волосы назад и ушла счастливо. Когда она вернулась в семейный дом Сяо, слуга сказал ей, что в гостиной есть люди, которые ожидают ее. Когда Мадам Су увидела Нин Шу, она улыбнулась и спросила: - Ран, как твое здоровье? Нин Шу улыбнулась мадам Су и ответила: - Со мной все хорошо. Нин Шу не возвращалась в семейный дом Су с того раза, когда она ударила младшего брата. Ее действия, казалось, подразумевали тот факт, что у нее не было намерений больше общаться с семьей Су. Тем не менее, они внезапно пришли сюда. Нин Шу быстро поняла, что это из-за совместного проекта с семьей Сяо. Они решили поверить Сяо Яню, а не их дочери, но они все-таки пришли ко мне? ---------- Положение семьи Су -Кхе, кхе… - Су Бо прочистил горло, затем сказал: - Ран, ты знала об этом заранее? - Он продолжил слегка уныло: - Семья Су получила серьезный урон. Наши активы упали в десять раз. Нин Шу сказала «о» равнодушно без какой-либо реакции на лице. Нынешняя ситуация для них была намного лучше, чем в оригинальной сюжетной линии. Тогда семья Су полностью рухнула, и Су Бо сбежал с Су Ланем, оставив хосту и мадам Су, двух слабых женщин, участь проституток. Это вполне ожидаемый конец для пушечного мяса, каким она являлась. Су Дабао потом еще приходил в ночной клуб, чтобы унизить ее. Он специально устраивал все таким образом, что даже ночные клубы больше не осмеливались брать ее ее. Су Ран выросла без единого шанса заработать на жизнь, и так и умерла от оспы в нищете. Конец действительно был жалким. - Ты можешь поговорить с Сяо Янем и занять немного денег для семьи? - спросил Су Бо. Нин Шу закатила глаза. Семья Сяо вознамерилась уничтожить семью Су, но ты все еще веришь, что они дадут тебе денег? Су Бо, вероятно, хотел проверить отношение их с семьей Сяо отношения. - Разве папа не сказал, что женщины не должны участвовать в мужских делах? - Нин Шу прямо ответила. Нин Шу чувствовала, что хост была наивной. Она думала, что если она защитит семью Су, то она будет жить счастливо. Она не принимала во внимание тот факт, что Су Бо не заботила ни она, ни ее мать. Выражение Су Бо стало неприятным, когда он услышал это. - Ты родилась в семье Су, и семья Су дала тебе богатство и честь, но ты придумываешь всевозможные оправдания, когда мы просим тебя немного помочь? Без семьи Су ты далеко не уйдешь и с семьей Сяо. Мадам Су посмотрела на мужа и на дочь. В конце концов, она вздохнула, ничего не сказав. Су Лань сказал Су Бо: - Папа, разве я не говорил, что нам незачем ее спрашивать? Су Ран заботится только о себе. Она эгоистична и зла. Нин Шу посмотрела на Су Ланя и сказала без выражения: - Либо ты заткешься, либо я побью тебя, пока ты не заткнешься. Почему ты жалуешься на меня? Почему бы тебе не найти человека, который тебя обманул и не накричать на него? Ты похож на девочку. Теперь, когда семья Су больше не имеет денег, ты можешь продать себя людям, которые заинтересованы в таких слабаках, как ты. Лицо Су Ланя мгновенно покраснело от гнева. Он сжал кулаки: - Су Ран, ты пытаешься снова меня унизить? Я предпочел бы стать нищим и бездомным, чем просить помощи у такой злонамеренной женщины, как ты. Су Лань обернулся, чтобы уйти, но Су Бо остановил его. Су Лань сказал сердито: - Папа, пойдем. Давайте просто оставим эту проклятую женщину, чтобы она заботилась о себе сама. Вы слышали, что она сказала, она вообще не заботится о семье Су, а тем более обо мне, о своем младшем брате. Когда Нин Шу услышала жалобы Су Ланя, она не могла не задаться вопросом, были ли все мужчины, стоящие на коленях перед Мэри Сью, такими упрямыми и напыщенными? Они всегда стояли в позиции, которую они считали благородной и обвиняли других в вещах, не размышляя о своем собственном поведении. Су Лань говорил, что она не заботится о нем, но что же с ним? Он всегда был лоялен к Су Мэн, а к своей старшей сестре относился как к смертельному врагу. Смешно. ---------- Дядя не похож на нее В этом мире было так много идиотов, что Нин Шу чувствовала желание уничтожить мир. - Папа, я ничего не могу сделать, поэтому вы, ребята, просто оставьте как есть. У вас же еще есть деньги? Этого должно быть достаточно, чтобы поправить дела. Текущая ситуация семьи была намного лучше, чем оригинальной сюжетной линии, но он все равно не был удовлетворен. Все, что можно было сказать, было то, что люди бывают такими жадными. - Смотри, папа, я же говорил… - Заткнись. Тебе не разрешено говорить, иначе я тебя побью, - отрезала Нин Шу в тот момент, когда Су Лань открыл рот. Су Лань в гневе и страхе посмотрел на Нин Шу, но Нин Шу не обратила на него внимания. По ее мнению, Су Лань вовсе не был человеком. У него не было чувства ответственности, которое должен иметь человек. Когда Су Бо услышал, как его дочь отказалась, он в ярости посмотрел на Нин Шу. Когда он уже собирался уйти, слуга крикнул: - Мастер и Мадам вернулись. Поторопитесь поприветствовать их. Всего за несколько минут были сформированы два аккуратных ряда слуг, которые простирались от входа в гостиную. Мастер Сяо был первым, кто вышел из машины. За ним вышел Сяо Янь, неся Су Сяобао, а Су Мэн вышла, держа за руку Су Дабао. Семья медленно вошла по роскошному ковру. Мастер Сяо держался с достоинством, а мадам Сяо – с изяществом. Сяо Янь нес маленькую принцессу в пышной юбке, и его красивые черты служили дополнением невинной красоты ангелочка. Губы Нин Шу дрогнули. Они были уверены, что выздоровеют. Она перевела взгляд на Су Мэн. Она выглядела так, будто она гуляла по облакам. Было видно, Сяо Янь балует ее. Когда Сяо Янь увидел Нин Шу в гостиной, на его красивом лице появилось презрение и отвращение. Когда Су Мэн увидела Нин Шу, на ее лице мелькнула тень недовольства. Однако она успокоилась, сказав себе, что Сяо Янь любил именно ее. - Приветствую, - Су Бо сердечно приветствовал Мастера Сяо и Мадам Сяо. Мастер Сяо слегка приподнял глаза, чтобы взглянуть на Су Бо, затем мягко сказал: - Прошу прощения за отсутствие приема. Дети попали в больницу и нуждались в уходе Выражение Су Бо застыло, но он заставил себя улыбнуться. - Да, дети – это важно. Су Лань посмотрел на Су Мэн и спросил: - Кузина, как дети? Су Мэн подарила ему милую улыбку, которая содержала немного страха, смешанного с облегчением: - В порядке. Дети! Идите сюда. Поприветствуйте дядю, - Су Мэн позвала детей Су Дабао и Су Сяобао послушно поздоровались: - Дядя. На лице Су Ланя появилась улыбка. Он явно был сильно тронут: - Вы, ребята, не болейте в будущем, поняли? Посмотрите, как беспокоится ваша мама. Су Сяобао посмотрела на Нин Шу, затем сказала своим невинным ребяческим голосом: - Дядя не похож на нее. Нин Шу потеряла дар речи. ---------- Может, поищешь другую жизнь? Су Лань не заметил неловкой атмосферы, и просто работал над тем, чтобы представить себя хорошим дядей перед детьми кузины. Этот человек должен быть чрезвычайно благодарен, что ему посчастливилось родиться в богатой семье. Если бы он родился в семье низшего класса, такой болван, как он, умер бы бесчисленное количество раз. Мадам Су, стоявшая рядом с Нин Шу, была настолько возмущена этой сценой, что практически упала в обморок. Ее сын на самом деле пытался выслужиться перед детьми шлюхи!? Нин Шу протянула руку и сжала руку мадам Су. Она могла понять текущие чувства мадам Су. Она взглянула на двоих детей, и те сразу же испугались и обняли Сяо Яня, как будто она что-то сделала с ними. Сяо Янь заслонил телом своих детей. Он посмотрел на членов семьи Су, затем сказал с презрением: - Поскольку вы, ребята, все здесь, я расскажу вам об этом. Сяо Янь указал на Нин Шу: - Я собираюсь развестись с ней. Семья Сяо на самом деле не проявила особой реакции, когда Сяо Янь сказал, что хочет развестись, но семья Су мгновенно взорвалась. Мадам Су была особенно взволнована, и она спросила Мадам Сяо: - Почему вы, ребята, вдруг хотите развестись? Что моя дочь сделала не так? Даже если вы, ребята, хотите развестись, вы должны хотя бы дать нам объяснение. Лицо Су Бо побледнело. Он надеялся, что его дочь может помочь им получить денег у семьи Сяо, но семья Сяо только что указала его дочери на дверь. Наконец он понял, что семья Сяо целенаправленно обманула семью Су. Вероятно, они сделали это с намерением захватить семью Су. Су Бо сразу начал отчаиваться. Тем временем Нин Шу казалась безразличной. На ее лице не было никакого выражения, она не плакала и не суетилась. Су Мэн сказала Нин Шу: - Хотя между нами много недоразумений, я все же надеюсь, что ты найдешь кого-то, кто будет любить тебя. Я когда-то думала о мести, но теперь ... - Су Мэн взглянула на Сяо Яня, и они улыбнулись друг другу. Взяв его руку, Су Мэн продолжила: - В мире есть вещи, более прекрасные. Кузина, ты должна отпустить эту жизнь и искать новую. Если ты будешь упрямиться, все будут страдать. Нин Шу почувствовала, как ее кровь кипит. Семья Су уже была обманута семьей Сяо, но вы болтаете о том, чтобы я не мстила? И даже просите отступить, чтобы вы, ребята, могли иметь счастливую и красивую жизнь? - Я не соглашаюсь с разводом, - твердо сказала мадам Су. Она зловеще посмотрела на Су Мэн. Сяо Янь подошел к Су Мэн, чтобы защитить ее от убийственного выражения Мадам Су, и холодно сказал: - Как и ожидалось, какая дочь, такая и мать. У вас обеих злобные сердца. Этот развод не обсуждается. Это произойдет, нравится вам это или нет. Су Лань нахмурился: - Нет никакой любви между сестрой и шурином. Мама, если ты продолжишь заставлять их быть вместе, это вызовет несчастье для всех. - Ты ... - Мадам Су посмотрела на своего сына с недоверием и пошатнулась от шока и разочарования. Шлеп! Нин Шу повернулась к Су Ланю ​​и дала ему две пощечины. Су Лань взглянул на Нин Шу в шоке: - Ты снова ударила меня!? Су Мэн указала на Нин Шу. - К-как ты могла ударить его? Когда Сяо Янь увидел это, он вспомнил, как Нин Шу ударила его в больнице. Прямо сейчас, эти пощечины, казалось, причиняли боль и ему. Он возмущенно посмотрел на Нин Шу. ---------- В этом мире было что-то кроме любви?! К черту любовь! В этом мире было что-то кроме любви? Долг, ответственность, например? Нин Шу подавила свой гнев. С тех пор, как она пришла в этот мир, она пыталась перенести этих идиотов. Мэм не хочет препираться с вами, мэм просто убьет вас, ребята, только позже. Нин Шу ударила Су Ланя еще пару раз, затем отбросила его в сторону и пошла к Сяо Яню. Сяо Янь был намного выше, чем Нин Шу, настолько, что Нин Шу можно было назвать миниатюрной в сравнении с ним. Однако выражение Нин Шу было чрезвычайно холодным. Сяо Янь не мог подсознательно отступить на шаг. Однако он понял, что не может показать страх перед этой женщиной, и с холодным смехом поднял грудь. - Ты так относишься даже к младшему брату? Семья Сяо определенно не сможет примириться с такой женщиной, как ты. Нин Шу некоторое время смотрела на Сяо Яня, затем свалила его на землю ударом. Несмотря на то, что система оценивала ее боевые навыки как посредственные, неожиданные удары были по-прежнему эффективны.. - Ты ... - Су Мэн указала на Нин Шу, вздрогнув от шока. Нин Шу быстро послала Су Мэн пощечину, а затем снова ударила ее тыльной стороной ладони. Лицо Су Мэн мгновенно опухло, и она рассерженно посмотрела на Нин Шу. Сяо Янь был в ярости, когда увидел, что она ударила Су Мэн. Он собирался встать, когда Нин Шу жестоко ударила его в грудь. Лицо Сяо Яня стало смертельно белым, и он резко выдохнул. - Бабушка! Двое детей громко закричали. Было ясно, что на этот раз они действительно испугались. Даже Су Дабао со страхом смотрел на Нин Шу. Нин Шу сказала холодно: - Заткнитесь. Голос Нин Шу излучал сильное намерение убить, поэтому двое детей немедленно закрыли рот. Однако они продолжили икать от страха. Су Дабао мрачно посмотрел на Нин Шу, с выражением, полным негодования. - Это возмутительно! - вскрикнула Мадам Сяо, указывая на Нин Шу. Даже члены семьи Су были ошеломлены действиями Нин Шу. Мастер Сяо посмотрел на Нин Шу:. - Ты полностью вышла из-под контроля! Ты не уважаешь семью Сяо! Лица двух родителей были пепельно-бледными. Когда они увидели, как испугались двое детей, они направили свой гнев на Нин Шу. Нин Шу придавила грудь Сяо Яня. Лицо Сяо Яня стало еще более бледным, и он издал приглушенный стон боли. Она была явно женщиной, как она была такой сильной? Ее нога тысячами кэтти сокрушала его грудь. Еще более невыносимым был тот факт, что ее действия полностью разрушали его достоинство. Он был Сяо Янем! Эта женщина, эта женщина ... как она смеет !? Сяо Янь действительно хотел убить ее. Нин Шу убрала ногу и оглядела присутствующих людей. Все, кто ощущал ее взгляд, чувствовали, что их кожа покрывалась мурашками. - Я уничтожу всех, кто посмеет сказать о разводе. - Ты ... -Сяо Янь поднялся с земли и мрачно посмотрел на нее. Его выражение было точно таким же, как у Су Дабао. Су Мэн закрыла лицо и посмотрела на Нин Шу, как на преступницу. - Тебя уже не спасти. На этот раз Сяо Янь больше не говорил о разводе, и просто ушел с Су Мэн и двумя детьми. Похоже, он решил никогда не возвращаться. Нин Шу рассмеялась, наблюдая, как четверо уходят. Они должны отказаться от любой надежды когда-либо вернуться на эту виллу в этой жизни. ---------- Если не развод, то... Семья Су ушла с Су Ланем, лицо которого оставалось опухшим. Выражение главы семьи Су тоже было очень холодным. События ранее полностью разорвали связь между двумя семьями, поэтому время семьи Су было поставлено на счетчик. Мадам Су с беспокойством посмотрела на Нин Шу. Между тем, Мастер Сяо и Мадам Сяо оба впились взглядом в Нин Шу, затем повернулись, чтобы пойти за детьми. Нин Шу не заботило то, что двое детей смотрели на нее с отвращением. Сяо Янь вернулся с Су Мэн и детьми в маленькую квартиру Су Мэн. Как только они вошли в квартиру, двое детей начали плакать, обнимая ноги Сяо Яня. Это был первый случай, когда Сяо Янь увидел, как его дети так горько плачут. Они всегда были очень разумными и зрелыми, поэтому его сердце болело, когда он видел, как они так плакали. Он подошел и обнял их. Затем он увидел, что Су Мэн сидит на диване, закрыв лицо, поэтому он подошел, чтобы обнять и Су Мэн. Мягко гладя ее лицо, он поклялся через стиснутые зубы: - Не волнуйся, я отомщу за тебя. Су Ран много раз унизила меня, я не отпущу ее так. Су Дабао вытер слезы: - Папочка, неужели эта женщина будет запугивать маму? - Не волнуйся, этого не повторится, - Сяо Янь взъерошил голову Су Дабао и мрачно сказал: - Не повторится. Эта женщина исчезнет. Если она не хочет разводиться, тогда она должна просто умереть. Губы Дабао застыли в улыбке. Су Сяобао улыбнулась сквозь слезы и обняла Сяо Яня за руку. - Папочка, ты лучший! На лице Су Мэн появилась неуверенность, и она взглянула на Сяо Яня своими миндалевидными глазами. - Это не очень хорошо. - Мамочка, ты просто слишком добра. Такая злая женщина заслуживает наказания, - сказал Су Дабао осуждающе. - Да, да, старший брат прав! - Су Сяобао кивнула с невинным выражением. Улыбка появилась на лице Су Мэн. Су Мэн чувствовала себя счастливой. Хотя Су Ран все еще мешала, она была уверена, что любовь между ней и Сяо Янем будет иметь счастливый конец. Нин Шу не знала об опасности, ожидающей ее. Она только что узнала от Ли Сювэня, что все идет по плану. Цель клюнула на наживку. Эта схема была нацелена не только на Сяо Яня, но на людей, работающих в компании Сяо Яня. Внезапно Нин Шу почувствовала холод, и ее сердце забилось. Она испытывала это чувство много раз в последней жизни. Это чувство, которое тревожило ее каждый раз, когда была опасность. Это был предупреждающий знак. Нин Шу сузила глаза. Вероятно, она слишком сильно разозлила Сяо Яня, и он решил просто убить ее, чтобы жениться на Су Мэн и продолжить счастливую жизнь. Она помнила это, и поселилась семейном доме Сяо, не выходя из него ни на шаг. Каждый день Мадам Сяо проклинала ее, но как бы она не изощрялась на проклятия, Нин Шу пропускала все это мимо ушей. Однако всякий раз, когда Мадам Сяо встречала холодный взгляд Нин Шу, она сразу же замолкала. Мастер Сяо и Мадам Сяо поддержали Сяо Яня, тоже покинув дом семьи Сяо. В конце концов, что может быть хуже для женщины, чем ненависть ее мужа? Она заслуживала того, чтобы ее ненавидел ее муж и заслуживала того, чтобы ее оставили, подумала мадам Сяо, злобно наблюдая, как Нин Шу поднимается наверх. ---------- Ночной гость Нин Шу чувствовала, в доме что-то было не так. Она чувствовала, что кто-то наблюдает за ней. Из-за чувства опасности ее волосы вставали дыбом. Нин Шу давала голову на отсечение, это проделки этого ублюдка, Сяо Яня. Нин Шу пыталась найти человека, который наблюдал за ней, но не преуспела в этом. Поэтому ей приходилось следить за каждым своим шагом. Одна вещь, которая делала ее счастливой, заключалась в том, что их заговор против семьи Сяо был практически приведен в исполнение. Ей до сих пор приходилось сталкиваться с издевательством мадам Сяо, но она просто относилась к ним, как к лаянью собаки. Нин Шу не утруждала себя ответом, из-за чего мадам Сяо возненавидела ее еще больше и начала использовать другие методы. К примеру, она приказывала слугам не стирать одежду Нин Шу или не готовить еду. Короче говоря, она сделала положение Нин Шу в доме настолько низким, даже ниже, чем у слуги. Мадам Сяо часто издевалась над ней за то, что она курица, которая не могла нести яйца. Мадам Сяо целенаправленно сыпала соль на рану Нин Шу. Каждый раз, когда ее тело слышало такие оскорбления, оно чувствовало боль. Хорошо, что сейчас с Мадам Сяо столкнулась именно Нин Шу. Если бы это переживала настоящая Су Ран, она бы уже сошла с ума. Нынешняя Мадам Сяо ненавидела ее даже больше, чем в оригинальной сюжетной линии. Вероятно, потому, что она вредила им куда больше, чем хост. Между тем, Мастер Сяо ходил так, как будто ничего не происходило. Нин Шу не возражала против их отношения. Единственное, о чем она заботилась, это о наблюдавшем за ней человеке в этом доме. Прошло уже полмесяца с тех пор, как Сяо Янь ушел. Мадам Сяо стала просто невыносимой. Нин Шу: ... В эту ночь Нин Шу спала, когда ее сердечный ритм внезапно ускорился, а ее тело внезапно покрылось потом. Когда она открыла глаза, она обнаружила, что над ней блеснул холодный свет. Ее тело среагировало быстрее, чем ее мозг, и она перекатилась в сторону. Она услышала звук ножа, ударившего в кровать. Черт! Кто-то пытался убить ее ножом! Нин Шу была ошеломлена от таких простых и грубых методов. Она думала о разных событиях, но не ожидала, что он пойдет по такому простому пути. Человек повернулся, чтобы убежать, но Нин Шу ударила его. После этого раздался стук, и ночной гость ударился о землю. Нин Шу быстро включила свет и повернулась, чтобы посмотреть на человека на земле. Это была женщина, и она все еще держала большой нож в руке. Нож был достаточно большим, чтобы дробить кости. Если бы не реакция, она могла лишиться головы. Женщина подняла руки, чтобы заблокировать удары Нин Шу. Прежде чем она смогла отреагировать, Нин Шу уже вырвала нож из ее рук. После этого Нин Шу яростно ударила ее пару раз. Сердитое ворчание пожилой женщины прервало тишину ночи. Нин Шу схватила женщину за шкирку и потащила в гостиную. ---------- Время вызвать полицию Через какое-то время гостиная заполнилась людьми. Даже Мастер и Мадам Сяо проснулись. Мадам Сяо с неудовольствием посмотрела на Нин Шу. - Что ты делаешь посреди ночи? Ты пыталась нанести вред семье? Нин Шу окинула взглядом мадам Сяо, затем ударила женщину на земле. - Она пыталась убить меня. Я уже позвонила в полицию. Нин Шу узнала эту женщину. Она была поваром семьи Сяо. Когда Мастер Сяо услышал, что Нин Шу уже вызвала полицию, он тут же строго сказал: - Ты дошла до того, чтобы вызывать полицию по таким незначительным вопросам? Разве тебе не стыдно выставлять на свет свои личные дела и дела своей семьи? Похоже, ты и не задумывалась об этом. Нин Шу: ... Если бы не ее рефлексы, она уже была бы мертва прямо сейчас. Эти люди были невероятны тупы. Нин Шу давно заметила, что в этом мире все было искажено в сторону главных мужчины и женщины. По-видимому, не было никакого закона. Казалось, если Сяо Янь убил бы кого-то, люди бы только зауважали его Вскоре после этого раздались звуки полицейских сирен, и прибыла полиция. Капитан полиции спросил: - Кто вызывал полицию? Прежде чем Нин Шу что-то сказала, Мастер Сяо заворчал с презрением: - Будить людей посреди ночи! Эти манеры, ах. Нин Шу потеряла дар речи. Эта семья Сяо удивительна, в конце концов, они были всего лишь бизнесменами. Однако они все еще осмеливались разговаривать с полицией так, как будто они сидели в правительстве. Наконец она поняла, откуда появилась идиотская личность Сяо Яня. Это наследственное. Капитан полиции на мгновение был ошеломлен отношением Мастера Сяо. Он и так был недоволен тем, что его выдернули из постели посреди ночи, поэтому его выражение стало очень сердитым. - Я вызвала полицию. Лежащий на земле человек пытался убить меня. Это оружие, которое она использовала, - Нин Шу сделала испуганное лицо: - Я не знаю, почему она хотела меня убить. Капитан не задавался вопросом, почему убийца, о котором идет речь, лежал на земле, в то время как жертва была в полном порядке, и просто сказал остальным полицейским: - Одеть ее. Два офицера подняли женщину, и ушли с ней. Их отношение раздражало Мастера Сяо. Он кашлянуля: - Что вы за полиция? Это произвол! По мнению мастера Сяо, к лучшему или к худшему, повар принадлежал семье Сяо. То, как эти полицейские вели себя , демонстрирует полное отсутствие уважения к семье Сяо. Капитан не обратил внимания на Мастера Сяо и просто сказал Нин Шу: - Вы должны пойти с нами, чтобы составить письменное заявление. Нин Шу последовала за ними полицейский участок, чтобы написать заявление. Прежде чем она ушла, она намекнула полиции, что повар в одиночку на это не способен, и что за ним есть еще кто-то. После всех формальностей, когда Нин Шу вышла, уже светало. Она повернулась, чтобы взглянуть на полицейский участок. Государство всегда будет сильнее, чем граждане. Перед государством семья Сяо была просто песчинкой. Когда Нин Шу вернулась в семейный дом Сяо, ее приветствовал недовольный взгляд Мастера Сяо. Он всегда ходил так высокомерно, будто бы имел контроль над судьбами каждого. По какой-то причине члены семьи Сяо всегда чувствовали, что они были лучше всех. Кто знал, откуда взялось это чувство превосходства? Может быть, это связано с тем, что Сяо Янь был главным героем этого мира? Сразу после того, как Нин Шу вернулась в дом, Сяо Янь зашел в дверь с двумя маленькими детьми. На лице Сяо Яня была спокойная улыбка. Дети тоже сладко улыбались. ---------- Повариха ненавидит ее После того, как Сяо Янь и двое детей вошли в дом Сяо, они увидели Нин Шу, и их выражения застыли и сменились недоверием. Сяо Янь был взрослым, поэтому он сразу же скрыл свое разочарование, но двое детей выглядели так, как будто они были на грани плача. Су Сяобао рассердилась. Она вытерла слезы, с недоумением и разочарованием плача в сторону Нин-Шу. Нин Шу подняла брови. Ну как? Им было так горестно видеть ее живой? Мастер Сяо и Мадам Сяо сразу улыбнулись, увидев своих драгоценных внуков. Они начали говорить, что они скучали, как их сердце болело, и прочая болтовня. В тот момент, когда пришли дети, атмосфера в семье Сяо потеплела. Нин Шу встретила взгляд Сяо Яня, и Сяо Янь мгновенно почувствовал, будто на него льется ведро с холодной водой. Он понял, что все, о чем он думал, было видно на его лице. Это заставило его почувствовать себя виноватым и злым от унижения. - Что на этот раз? - крикнул Сяо Янь. Нин Шу просто холодно смотрела на него. Сяо Янь инстинктивно отступил назад. Когда он понял, что он действительно боится этой фальшивой и злой женщины, он тут же закричал, чтобы скрыть свое смущение. - Ты… В дверь, постучав, вошел человек в полицейской форме. Это был капитан вчерашнего патруля. Никто из семьи Сяо не поздоровался с ним, когда он вошел, поэтому Нин Шу взяла на себя инициативу выступить первой: - Капитан, женщина созналась? Капитан посмотрел на Нин Шу, и сказал: - Она созналась. Она сказала, что она решила убить тебя, потому что она тебя ненавидела. Какая ненависть могла быть между ней и поваром?! Нин Шу взглянула на Сяо Яня. Он сидел на диване со слегка улыбающимся выражением на лице, с презрением смотря на полицию. Капитан сказал Нин Шу: - Основываясь на ее признании, она говорит, что вы всегда ее унижали, заявляли, что ее стряпня никуда не годится, и даже избивали ее временами Нин Шу: ... Сяо Янь усмехнулся. - Су Ран, я не могу поверить, что ты настолько жестока по отношению к слугам! Нин Шу обернулась и посмотрела на Сяо Яня. Ее сердце было наполнено желанием убить. Она даже не знала, что Сяо Янь обещал поварихе. Капитан ничего не сказал. Он обменялся еще несколькими фразами с Нин Шу, а затем ушел. Нин Шу повернулась, чтобы взглянуть на Сяо Яня, который выглядел самодовольным, потом рассмеялась. Сяо Янь был очень разочарован, обнаружив, что Нин Шу все еще жива. Он больше не хотел смотреть на нее и сразу ушел с двумя детьми. Хотя Мастери мадам Сяо хотели, чтобы дети остались, они чувствовали, что детям небезопасно оставаться здесь. Нин Шу игнорировала все обращённые на неё презрительные, недовольные взгляды и спокойно ждала, когда семья Сяо рухнет. ---------- Конфискация дома В это раннее утро атмосфера семьи Сяо была натянутой, как тетива лука. Тем не менее, Нин Шу завтракала, не подавая виду. Мастер Сяо сидел на диване, крепко сжимая трость. Когда Мадам Сяо увидела, что у Нин Шу все еще есть аппетит, она сердито посмотрела на нее. Через некоторое время Сяо Янь вошел с Су Мэн и двумя детьми. Зайдя, он сразу спросил Мастера Сяо: - Папа, что случилось? Почему акции компании неожиданно упали? Мастер Сяо ударил по полу своей тростью: - Произошел демпинг акций. Я думал, что мы сможем это проконтролировать. Су Мэн ничего не понимала, поэтому она просто повернулась к Нин Шу, и упрекнула ее: - Су Ран, как ты можешь быть такой спокойной? Ты вообще не беспокоишься? - Твое лицо уже в порядке? - Нин Шу равнодушно взглянула на Су Мэн, - хватит трогать меня, иначе я исправлю это. Су Мэн закрыла руками лицо от страха. Когда Су Дабао увидел, что над его мамой издеваются, он развел руками: - Тебе не позволено запугивать мою маму! - решительно сказал Су Дабао. Его лицо светилось героическим светом, когда он указывал на Нин Шу: - Не смей обижать мою маму! Нин Шу: ... Компания семейства Сяо была в упадке, стоимость их акций опустилась на дно. Многие акционеры собрались перед дверями компании с жалобами. Нин Шу не удивилась, что такая монопольная компания Сяо так внезапно рухнула. Ли Сювэнь был не единственным, кто хотел уничтожить семью Сяо. У семьи Сяо было много других противников, которые давно точили на них зубы. Этому результату способствовало множество факторов. Переворот произошел быстро и без крови. Семья Сяо полностью рухнула. Это случилось так быстро, что члены семьи Сяо даже не успели осознать, что они обанкротились. Мастер Сяо, казалось, прибавил в десяти годах за одну ночь. В конце концов, у него не было выбора, кроме как объявить, что семья Сяо обанкротилась. Поскольку они обанкротились, этот дом теперь принадлежал банку, и они больше не могли оставаться здесь. События произошли, что Нин Шу осознала, что помощник Главного Мужчины действительно не уступает самому лидеру. Он может быть даже более сильным, чем Сяо Янь. Он смог заставить семью Сяо рухнуть без единого шума. Тем не менее, такой талантливый человек влюбился в главную женщину этого мира и был вынужден стать помощником Сяо Яня. Вскоре после всех событий, пришел капитан полиции и арестовал Сяо Яня. Тот изо всех сил боролся и кричал: - Какое право ты имеешь на арест? - Вы арестовываете людей без причины? Закон еще существует? - холодно сказал мастер Сяо. Хотя дело семьи Сяо уже рухнуло, он оставался высокомерным и продолжал смотреть сверху вниз на капитана. Капитан спокойно вытащил лист бумаги и сунул под нос Мастеру Сяо: - Это ордер на арест. Сяо Янь подозревается в попытке убить свою жену. Он будет привлечен к допросу. Тело Сяо Яня застыло, затем он повернулся, чтобы закричать на Нин Шу: - Ты злая женщина! Я найду тебя! Нин Шу проигнорировала крики Сяо Яня, просто сказав капитану: - Капитан, смотрите, он угрожает мне Сяо Янь кинул в нее затравленный взгляд. - Кузина, как ты могла это сделать? - Су Мэн отступила на несколько шагов с недоверчивым выражением на лице, - Неужели ты так ненавидишь Сяо Яня? Ты чувствуешь себя лучше из-за мести? Твои действия просто заставят Сяо Яня ненавидеть тебя. Он никогда не полюбит тебя. - Заткнись, или я вырву тебе язык. ---------- Тюремное заточение Сяо Яня В конце концов Сяо Яня увезли. После долгого болезненного расставания с семьей, его поместили в машину. Су Мэн бежала за полицейской машиной очень долго, прежде чем, наконец, рухнуть на улице. Су Дабао и Су Сяобао вопили без остановки. Взгляд Су Дабао теперь был наполнен зловещей ненавистью, когда он смотрел на Нин Шу. Хотя Сяо Янь был арестован, почему-то родители семьи Сяо казались совершенно невозмутимыми и уверенными, что Сяо Янь будет в порядке. Это дало Нин Шу ошибочное представление о том, что у Мастера Сяо был какой-то козырь в рукаве, но Мастер Сяо просто приказал ей вернуть Сяо Яня и сказать полиции, что это просто недоразумение. Когда Нин Шу услышала, как произнес это таким тоном, что она не могла не обомлеть. Неужели он думал, что правительство освободит человека по одном слову? Нин Шу не обратила внимания на Мастер Сяо и продолжала заниматься своими делами. Мастер Сяо так сердился, что ходил, стукая по земле своей тростью. Нин Шу чувствовала, что он был полным идиотом. Банк собирался конфисковать этот дом. Разве он не должен беспокоиться о том, где он теперь будет жить? Как и ожидала Нин Шу, вскоре после того, как Сяо Янь был арестован, люди из банка пришли описывать дом. Каждый предмет был обклеен бумажками, указывающими, что эти вещи больше не принадлежали семье Сяо. Даже украшения Мадам Сяо не избежали этой участи. Маленькая квартира, которую Сяо Янь отдал Су Мэн, также была конфискована государством, поэтому Су Мэн переехала со своими двумя детьми в квартиру, которую Ли Сювэнь специально устроил для нее. Ли Сювэнь даже послал слуг, чтобы присматривать за ней. Су Мэн, конечно, была очень благодарна. А вот Мастеру и Мадам Сяо не повезло, и их выгнали. Старики наслаждалась роскошной жизнью ранее, а теперь понятия не имели, куда идти. Нин Шу подняла свой чемодан и приготовилась уйти. Когда Мадам Сяо увидела, что Нин Шу собирается уйти, она поспешно схватила ее и спросила: - Куда ты идешь? Собираешься бежать сразу после того, как взяла деньги семьи Сяо? Мадам Сяо, естественно, не знала, что ее невестка сотрудничала с кем-то, кто разрушил семью Сяо. Просто она и Мастер Сяо не знали, куда идти прямо сейчас, поэтому их лучшим выбором было напрячь Нин Шу. Они игнорировали безразличное выражение Нин Шу, и просто следовали за ней. Нин Шу холодно засмеялась. Не обращая внимания на них, она направилась в небольшой квартал. Ранее она купила дом в этом районе для этой ситуации. Мадам Сяо вошла в дом, затем пожаловалась с презрением: - Почему он настолько маленький? Все комнаты, соединенные вместе, не могли сравниться с площадью одной только кухни в их прежнем доме. Мастер Сяо также выглядел недовольным: - Ты заставляешь нас жить в таком доме? Нин Шу просто сказала: - Если вы, ребята, не хотите здесь жить, вы можете уйти. Этот дом был не маленький, в нем более ста квадратных метров. Мастер и Мадам Сяо не оставалось ничего другого, кроме как остаться в доме. Когда пришло время обеда, они сели за обеденный стол и посмотрели на Нин Шу. Нин Шу засмеялась. - Если вы хотите поесть, двигайте своими руками. Здесь нет слуг, чтобы прислуживать вам, ребята. Затем она взяла сумку, и направилась на выход. ---------- Вкус первой стряпни Мадам Сяо рассердилась до такой степени, что ее тело тряслось от проклятий. В конце концов, Мастер Сяо больше не мог вынести голода, и заставил Мадам Сяо приготовить поесть. Мадам Сяо никогда не делала чего-то подобного. После того, как Мастер Сяо поел приготовленную ею еду, у него был понос целый день. Нин Шу отправилась на встречу с Ли Сювэнем. Ли Сювэнь хотел устроить Сяо Яню смерть в тюрьме, но Нин Шу не согласилась на это. Разрешить Сяо Яну просто умереть было бы слишком легкой участью для него. Она сказала Ли Сювэню: - Если Сяо Янь действительно закончит смертью в тюрьме, разве это не покажет Су Мэн, что она права в своей любви к Сяо Яню? Если их разлучит смерть, то у нее останутся о нем только хорошие воспоминания. На лице Ли Сювэня появилось понимающее выражение, и он постучал пальцем по столу: - Это правда. Прямо сейчас для вас действительно лучшее время, чтобы покорить сердце Сяо Яня. Сейчас два варианта – либо вы завоевываете сердце Сяо Яня, либо я сделаю это с Су Мэн. Нин Шу получила то, что по праву принадлежало ей. Теперь сумма всего имущества семьи Сяо и Су не могли сравниться с тем, что имела она. Приговор Сяо Яня был исполнен в действие. Из-за преступления, связанного с наймом убийцы с намерением убить, он был приговорен к двум с половиной годам годам тюрьмы. Сяо Янь отказался признать преступление и высокомерно требовал апелляции, но никто не обращал на него внимания. Свидетельства были уже неопровержимыми, поэтому кто заботился, признает ли он вину или нет. Когда двое из семьи Сяо получили эту новость, они попытались заставить Нин Шу вытащить Сяо Яня, но Нин Шу игнорировала их. Мадам Сяо с возмущением смотрела на Нин Шу. Сейчас Мадам Сяо было очень тяжело. Она вопрошала, почему она должна делать все сама. Ее тщательно оберегаемые руки уже стали грубыми, а внешность - изможденной. Нин Шу вообще не ела дома, а у Мастера и Мадам Сяо не было денег, поэтому у них не было выбора, кроме как делать что-то самим. Готовка и стирка стали обязанностями мадам Сяо, которая когда-то жила в роскоши. Когда Мадам Сяо видела, как комфортно живет Нин Шу, она исходила завистью. Она чувствовала несравненную тоску по тому времени, когда им прислуживали слуги. Мастер Сяо попытался использовать свои старые связи, чтобы получить немного денег. В прошлом, когда он звонил, эти люди отвечали вежливо, но теперь никто даже не трудился ответить на звонок. Это разозлило Мастера Сяо до того, что его давление поднялось. Ублюдки, которые бросали камни в кого-то, кто встретил несчастье! Они смиренно кланялись ему в прошлом, но теперь они сразу стали все самонадеянными и отстраненными! Прошла почти неделя тех пор, как Сяо Янь был арестован. Су Мэн думала, что Мастер Сяо сможет вызволить Сяо Яня, но Сяо Янь уже был там в течение такого долгого времени. Сердце Су Мэн почувствовало боль, когда ей пришло в голову, что Сяо Янь страдает, поэтому она взяла двух детей, и пошла искать Нин Шу. Когда Су Мэн встретила Нин Шу, она упала на колени перед ней и посмотрела на нее глазами, содержавшими невыносимую боль: - Су Ран, я знаю, ты ненавидишь меня! Та, кого ты ненавидишь, это я, это не имеет никакого отношения к Сяо Яню! Одного твоего слова хватит, чтобы выпустить Сяо Яна. Может быть, ты хочешь смотреть на то, как он гниет в тюрьме? Нин Шу посмотрела на Су Мэн с недоверчивым выражением. Сяо Янь был преступником, он совершил преступление. Что она имела в виду под «одним словом» от нее? Она думала, что закон работает именно так? - Мамочка, не вставай на колени перед этой женщиной. Я попробую спасти папу, тебе не нужно унижаться, - Су Дабао попытался поднять Су Мэн, но Су Мэн осталась на коленях перед Нин Шу. Су Дабао повернулся, и взглянул на Нин Шу очень зловещим и злым выражением глаз. ---------- Должность хозяйки семьи Сяо Нин Шу посмотрела на Су Мэн, которая стояла на коленях перед ней. Выражение Су Мэн было наполнено болью и беспомощностью, как будто она сильно страдала. - Су Ран, я знаю, ты ненавидишь меня, но Сяо Янь не имеет к этому никакого отношения. Я умоляю тебя, пожалуйста, спаси Сяо Яня. Если ты его спасешь, я клянусь, что никогда больше не появлюсь перед ним, - выражение Су Мэн было полно решимости. У Нин Шу просто не было слов. Пол лицу Су Мэн текли ручьи слез: - Если ты пообещаешь отпустить Сяо Яня, я соглашусь разойтись с ним. Бац! Мастер Сяо также опустился на колени перед Нин Шу. Мускулы на его лице дрогнули, как будто он только что перенес какое-то великое унижение: - Пожалуйста, отпусти Сяо Яня. Если ты это сделаешь, ты станешь хозяйкой семьи Сяо, а Сяо Янь не разведется с тобой. Когда Су Мэн услышала это, она обомлела и сползла на землю. Господи Иисусе. Какая польза в том, чтобы стать хозяйкой семьи Сяо? Мало того, что семья Сяо без единого гроша, Сяо Янь теперь был преступником. Даже родителям семьи Сяо некуда идти, так что привлекательного в этой роли? Почему Мастер Сяо все еще так уверен в себе? Он действительно думал, что другие люди будут заботить о его сыне? Нин Шу не потрудилась ответить и только позвала Ли Сювэня. Ли Сювэнь скоро прибыл. Когда он увидел Су Мэн на коленях на земле, он поспешно помог ей и спросил: - Ты в порядке? Су Мэн покачала головой, все еще плача. - Я в порядке. Я просто очень беспокоюсь о Сяо Яне. Когда Су Мэн сказала это, Нин Шу увидела лицо Ли Сювэня на мгновение, прежде чем он вернул свою маску вежливости. Было ли действительно хорошей идеей приводить Ли Сювэня? Она забыла, что Су Мэн могла повлиять на него. Ей повезло, что Ли Сювэнь оказался невосприимчивым к этому. Ли Сювэнь ушел с еще плачущей Су Мэн и Су Дабао, у которого на лице оставалось темное выражение. Мастер Сяо все это время стоял на коленях. Он уже был довольно старым и долго стоял на коленях, так что они онемели. Когда он увидел, что Нин Шу не обратила на него внимания, его лицо начало искажаться. Ему было унизительно, что тесть стоит на коленях перед невесткой. Вот почему, хотя Мастер Сяо стоял на коленях, он смотрел на Нин Шу с отвращением и ненавистью в глазах. Нин Шу нашла это невероятным. Любой нормальный человек не стал бы помогать Сяо Яню, если бы он столкнулся с выражением лица Мастера Сяо. Если ты собираешься просить кого-то, сделай хотя бы нормальное лицо. Тем не менее, Нин Шу решила вызволить Сяо Яня из тюрьмы, поскольку это давало Сяо Яню относительную свободу на два с половиной года. Что, если он использует свою ауру босса в тюрьме и выйдет из нее главой преступного синдиката? Следует помнить, что Сяо Янь был главным мужчиной этого мира, его удача была достаточно высокой, чтобы так легко отправить его на небеса. Лучше проконтролировать его, а затем предпринять шаги, чтобы гарантировать, что у него не будет возможности вернуться. Нин Шу пришлось использовать деньги и связи, чтобы освободить Сяо Яня. Она посмотрела на Сяо Яня, который, постриженный под ноль, в тюремной форме, казался уже не таким красивым. Это доказывало важность хорошей прически. Тем не менее, глаза Сяо Яна сохранили высокомерное выражение. Когда Сяо Янь увидел Нин Шу, первым предложением было: - Су Ран, ты, злая женщина! Я не полюблю тебя, даже если ты спасешь меня. Нин Шу: ... ---------- Воссоединение с семьей Сяо Янь холодно взглянул на Нин Шу, затем сел в машину. Нин Шу молча поехала обратно в маленький район на машине. Первая реакция Сяо Яня на входе в дом была в точности такой же, как и у родителей семьи Сяо. Семья Сяо была очень тронута и счастлива увидеть Сяо Яня. Они начали сразу рассказывать ему обо всех плохих вещах, которые им сделала Нин Шу. Глаза Сяо Яна приобрели холодный блеск. Когда он услышал, что та заставила его отца встать на колени, его глаза сменились убийственным блеском. Нин Шу просто рассмеялась в ответ. Сяо Янь источал унылую ауру, как будто он был водным драконом, выловленным на берегу и потерявшим всякую надежду. Он заперся в своей комнате и отказывался есть. Мастер и Мадам Сяо пытались его переубедить, но он не выходил. Нин Шу посмотрела на еду перед дверью. Если он в самом деле отказывался, то пусть будет так. Она выбросила пищу в мусорную корзину. Ранее Мадам Сяо возмущалась действиями Нин Шу до икоты, но не решалась ничего сказать. В конце концов, семья Сяо полностью полагалась на деньги Нин Шу. Если они разозлят ее, и она не даст денег, им придется снова голодать. Уже был случай, когда они голодали целый день. Мадам Сяо вынуждена была отказаться от своей гордости и попросить у Нин Шу денег, чтобы они могли, наконец, что-нибудь поесть. Мадам Сяо и Мастер Сяо смотрели на Нин-Шу такими взглядами, будто она была их мучительницей. Когда Мадам Сяо увидела, что Нин Шу выбросила пищу ее сына, она сказала с ненавистью: - Су Ран, как ты можешь быть такой жестокой? Как ты можешь выбрасывать его пищу? Он не ел ни разу с тех пор как вышел! - Если он и в самом деле не хочет есть, тогда он и вправду будет голодать. - Ты ... - Мадам Сяо посмотрела на Нин Шу: - Ты получишь по заслугам. Нин Шу ответила холодно: - Получу я по заслугам или нет, я не знаю. Но я знаю, что ты точно получишь по заслугам. Когда Мадам Сяо услышала это, она задрожала. Однако, поскольку она все еще хотела получить денег от Нин Шу, она могла только подавить свой гнев. В конце концов, Сяо Янь больше не мог терпеть голод и вышел, чтобы поесть. Нин Шу лично вручила ему еду, но Сяо Янь отреагировал холодным смехом и презрительно сказал: - Су Ран, тебе не получится задобрить, мое мнение о тебе не изменится. Затем он взял чашу из рук Нин Шу, как будто он сделал ей одолжение, и начал есть. Однако, поскольку он слишком хотел есть, он давился от еды. Он выглядел крайне печально с лысой головой. Наблюдая, она холодно улыбнулась. Молись, чтобы ты выжил после стряпни Мадам Сяо. Когда Су Мэн услышала, что Сяо Янь пришел, она вышла с двумя детьми. Когда она увидела Сяо Яня, ее губы задрожали, и она бросилась ему на руки. Она погладила лысину Сяо Яня, сказав дрожащим голосом: - Ты пострадал? Почему эта сцена была проклятой комедией? Ли Сювэнь стоял недалеко. Нин Шу не знала, как описать его сложное выражение лица. Двое детей начали плакать, держась за Сяо Яня. Сяо Янь сказал Су Мэн серьезно: - Я должен собраться, чтобы у тебя и у детей был кто-то, на кого можно положиться. Слезы текли по лицу Су Мэн, она закрыла рот и покачала головой. Сяо Янь был взволнован ее ответом. - Я не позволю тебе и детям страдать, я обещаю. Су Мэн продолжила тихо плакать. Затем она с мучительным выражением взглянула на Нин Шу. Сяо Янь заметил взгляд Су Мэн и тут же повернулся, чтобы закричать на Нин Шу: - Что ты сделала с Су Мэн? ---------- Возвращение надежного плеча Злая женщина. Сяо Янь даже не называл ее по имени. Он называл ее просто «злой женщиной». Сяо Янь обнял Су Мэн, посмотрев на Нин Шу: - Я не прощу тебя, если ты навредишь Су Мэн. Су Мэн покачала головой: - Это не имеет никакого отношения к ней. Я была той, кто принял решение оставить тебя. Сяо Янь, ты должен просто забыть меня. - Ты моя женщина. Я не позволю тебе убежать от меня, - крикнул Сяо Янь, крепко обнимая ее. Затем он посмотрел на Нин Шу. - Су Ран, злая женщина, ты угрожала Су Мэн!? Нин Шу даже не понимала, чем она могла угрожать Су Мэн. Это же сама Су Мэн говорила, что уйдет от Сяо Яня, если она его спасет. Нин Шу ударила Сяо Яня. Затем она ударила его снова и снова. Сжав кулаки, она сказала: - Сяо Янь, тебе следует открыть глаза и внимательно посмотреть на ситуацию. Если ты продолжишь называть меня злой женщиной то ты закончишь печально. Сяо Янь был полностью ошеломлен. Семья Сяо обанкротилась, затем он оказался в тюрьме, и теперь даже любимая женщина покидала его. Весь задушенный гнев в его груди мгновенно воспламенился. С безумным ревом он потянулся, чтобы ударить Нин Шу, но Нин Шу схватила его за руку и тут же сделала красивый бросок. Сяо Янь с грохотом врезался в землю. Сяо Янь почувствовал, что его талия вот-вот переломится. Прежде чем он успел даже отреагировать, он почувствовал, как его лицо придавила нога Нин Шу. Все ошеломленно смотрели на Нин Шу. Первым, кто пришел в себя, был Су Дабао. Он побежал и начал бить Нин Шу: - Отпусти моего папу, злая женщина! Нин Шу оттолкнула Су Дабао. Су Дабао упал на землю и начал плакать. Су Мэн поспешно подошла и обняла Су Дабао. - Су Ран, что сделал тебе ребенок, чтобы сделать это? - Дети должны вести себя как дети. Поторопитесь и валите из моего дома, - Нин Шу указала на дверь, - катитесь! Ли Сювэнь ушел с Су Мэн. Когда они уходили, Су Мэн все время смотрела на ушибленное лицо Сяо Яня. В конце концов Ли Сювэнь, наконец, нетерпеливо увел ее от этого зрелища. Су Дабао, уходив, снова обиженно посмотрел на Нин Шу. Когда Мастер и Мадам Сяо увидели это, они разозлись до такой степени, что они больше не могли говорить. В то же время они не могли говорить потому, что они слишком зависели от Нин Шу. Им приходилось просить у нее денег даже если им нужно было купить пучок зеленого лука. Сяо Янь снова закрылся в своей комнате. Затем, после того, как он больше не мог терпеть голод, он вышел, чтобы поесть. После еды он снова заперся в своей комнате. Никто не знал, что он делает. Мастер Сяо все еще надеялся, что его сын может вернуться, и попросил Нин Шу дать денег, чтобы Сяо Янь мог начать свой бизнес. Мастер Сяо продолжал говорить о том, как муж и жена должны разделять горести и радости, и о прочем дерьме. Нин Шу закатила глаза. Мастер Сяо был настолько возмущен ее реакцией, что его давление резко поднялась. Он уже так смирил свой характер, но она все еще не соглашалась!? Оставаясь вне ситуации в семье Сяо, Су Мэн страдала. Сначала Ли Сювэнь вежливо утешал ее. Однако позже Ли Сювэнь больше не мог этого терпеть и, наконец, переспал с ней. Су Мэн почувствовала, что весь мир рушится. Этот вежливый человек так поступил с ней во время величайшей печали? ---------- Секретный ингредиент Су Мэн, казалось, была в полном отчаянии. Ли Сювэню нравилась Су Мэн, поэтому он продолжал относиться к Су Мэн осторожно, но Су Мэн отказывалась простить его. Су Мэн казалось, что она предала Сяо Яня и чувствовала негодование по отношению к Ли Сюувену. Вскоре у Ли Сювэня и Су Мэн начался страстный, садомазохистский сюжет. После секса с ним она плакала. После плача они спали вместе. Проснувшись, они опять спорили. После споров они снова спали друг с другом. Тогда появился Су Дабао со своим читоподобным интеллектом. Он использовал свои навыки взлома, чтобы взломать банк и получить Сяо Янь сумму денег, чтобы он смог вернуться. Су Дабао был настроен на то, чтобы его мама и папа оказались вместе. Когда Нин Шу обнаружила, что Сяо Янь, который слонялся без дела, начал улыбаться ей, она сразу почувствовала, что что-то было подозрительно и дала Сяо Яню взбучку. Она нашла у него банковскую карточку. Когда она узнала, что Су Дабао дал ему эти деньги, она вздохнула, чувствуя себя немного удивленной от сыновьего благочестия Су Дабао. Затем она позвонила в полицию. Такой человек, как Су Дабао, который не чувствовал нравственности, ни преданности нации, он, скорее всего, стал бы террористом. Было бы хорошо, если бы страна могла контролировать его, чтобы он не нанес большого урона. Узнав о таких потерях, полиция действовала быстро. Су Дабао немедленно арестовала вооруженная полиция. Только тогда Нин Шу узнала, что Су Дабао использовал лазейку в системе банка, чтобы получить для Сяо Яня несколько сотен миллионов. Несколько сотен миллионов, Боже мой! После ареста Су Дабао был отправлен в охраняемый центр содержания несовершеннолетних. Когда до Су Мэн дошли эти новости, она упала в обморок. Сначала она побежала к Сяо Яню, но когда она увидела его, она была так потрясена, что забыла даже заплакать перед ним. Это было потому, что Сяо Янь потолстел. Все его тело выглядело опухшим, как большой воздушный шар. Невозможно было увидеть ни следа его прошлой красоты на его лице. Земля практически сотрясалась от его шагов. Лицо Су Мэн было бледным, и она с недоверием наблюдала, как Сяо Янь приближается к ней, как гора движущейся плоти. Если бы это было красивое лицо, как раньше, то Су Мэн покраснела бы и почувствовала, что ее сердце трепещет. Сейчас же Су Мэн побледнела, как будто она вот-вот упадет в обморок. Она повернулась и ушла, не сказав ни слова, даже не попросив, чтобы Сяо Янь спас ее сына. Когда Сяо Янь увидел, как Су Мэн ушла, как будто она пыталась убежать, дряблое его лицо задрожало. Сяо Янь обернулся и проревел Нин Шу, которая прислонилась к двери: - Что ты со мной сделала, злая женщина? Ха. Ха. Нин Шу скрестила руки невинно, глядя на теперь невероятно толстого Сяо Яня. На самом деле это она сделала. Нин Шу добавляла в его пищу гормоны, поэтому Сяо Янь быстро потолстел. После потери его семейного богатства и его сексуального внешнего вида где была их «настоящая любовь»? Ха. Ха. Ха. ---------- Порочный цикл Сяо Янь начал есть еще больше. Сейчас его тело больше походило на бочку. Чем больше он ел, тем толще он становился, но чем толще он становился, тем больше он ел. Это стало порочным кругом. Мастер Сяо вздыхал каждый день, когда видел, как ест его сын. У него была надежда на внука, но теперь даже его внук был отправлен в центр для несовершеннолетних. Не было ничего более болезненного, чем крушение надежд. В этот короткий период времени волосы Мастера Сяо стали совершенно белыми. Между тем, Мадам Сяо должна была стирать, готовить и мыть полы каждый день. Ее ухоженная кожа быстро потеряла упругость и начала провисать. У нее больше не было обаятельного и молодого облика, к которому она привыкла, у нее не было ни времени, ни денег для этого. Мадам Сяо теперь подобострастно улыбалась каждый раз, когда ей приходилось просить денег Нин. Ее некогда величественные манеры ушли. Они прибавила в годах за эти дни. От старого облика Сяо Яня не осталось ни следа, хотя иногда в уголках его глаз появлялся блеск злобы. Нин Шу с первого взгляда могла понять, что он планирует что-то идиотское. Она холодно засмеялась, затем сказала перед всеми членами семьи Сяо: - Я уже написала завещание. Если я умру, все мое имущество будет пожертвовано на благотворительность. Этот дом также будет пожертвован, поэтому вы, ребята, будете есть грязь. - Воровка, негодяйка! Злая женщина! Я твой муж! Твои деньги тоже мои деньги, как ты смеешь отдавать их на благотворительность!? Негодяйка! Должно быть, это плата за жизнь с тобой, – дряблое лицо Сяо Яня дрожало. Нин Шу холодно засмеялась и ответила: - Не я причина твоих неудач. Эту роль должна примерить на себя Су Мэн. Семья Сяо обанкротилась после того, как ты начал с ней встречаться. Не забывай, что мы были женаты шесть лет, и ничего подобного не произошло. Блестящее лицо Сяо Яня оскалилось в ярости. - Ты негодяйка! – Кричал он, - я не верю твоим словам. Нин Шу не собиралась оправдываться перед Сяо Янем. Сяо Янь на самом деле пытался убедить себя. Хотя он не верил словам Нин Шу, в его сердце осталась тень. У Су Мэн не было другого выбора, кроме как попросить Ли Сювэня помочь спасти ее сына. Су Мэн сделала решительный и самоотверженный поступок: если ты спасешь моего сына, ты можешь сделать все, что ты захочешь. Она все еще чувствовала боль от предательства Сяо Яня, но у нее не было выбора. В конце концов, Ли Сюэвнь сдался и попытался спасти Су Дабао. Однако он даже не смог увидеть его. Люди в следственном изоляторе для несовершеннолетних изолировали его от внешнего мира. У этого маленького ребенка были такие удивительные способности, что они не могли позволить ему вернуться в общество. Более того, люди в центре обнаружили, что мышление его было слишком искажено. У него не было никакого чувства правильного или неправильного. Это было слишком опасно. Независимо от того, какое влияние имел Ли Сювэнь, он не мог спасти Су Дабао, который был назван опасным для страны. Было бы хорошо, если Су Дабао успешно промоют мозги, но если его не переучат, тогда им остается только устранить его. Су Мэн потеряла всякую надежду, когда узнала, что даже Ли Сювэнь не смог спасти Су Дабао. Она плакала каждый день. После каждодневного столкновения с ее заплаканными глазами Ли Сювэню стало немного досадно, и он отстранился от нее. Су Мэн отчаялась еще больше. Ей казалось, что она была оставлена ​​всем миром, и она стала еще более расстроенной. Она обнимала Су Сяобао каждый день и плакала. Выражение Су Сяобао было немного мрачным, когда она утешала ее маму. Однако, после того, как это стало продолжаться долгое время, Су Сяобао отказалась от попыток и просто слушала, как Су Мэн плакала весь день. ---------- Она больше не искала Сяо Яня Даже в такой ситуации Су Мэн не пошла искать Сяо Яня. Лицо Сяо Яня, вероятно, принесло ей слишком большой шок. Позже Ли Сювэнь женился на дочери одной из богатых семей, а не на Су Мэн. Когда Су Мэн узнала об этом, она почувствовала, как весь мир обрушился. Ли Сювэнь, этот вежливый человек, тоже предал ее. Су Мэн чувствовала, что небеса заставляют ее переносить все страдания мира. Во время свадебной церемонии Ли Сювэня и его невесты, Су Мэн публично обвинила его в предательстве. Лицо Ли Сювэня потемнело, и он приказал своим людям выдворить Су Мэн. Когда Нин Шу обнаружила, что помощник главного мужчины отверг главную женщину, она презрительно скривила губы. Он был близок к своей цели, но решил, что больше не хочет Су Мэн? Видимо, после того, как основная пара – Сяо Янь и Су Мэн - были уничтожены, ореол «помощника» над головой Ли Сювэня тоже исчез. Новая жена Ли Сювэня сразу же попросила забрать квартиру назад у Су Мэн. Ли Сювэнь приказал ей уходить, и Су Мэн, которой некуда было ехать, арендовала небольшую и грязную квартиру. На данный момент Су Сяобао было уже шесть лет, школьный возраст, но этот факт, похоже, не заботил Су Мэн. Она проводила свои дни, скорбя о потерянном прошлом, и даже не думала о заработке денег. Когда у них, наконец, закончились деньги, Су Мэн могла только беспомощно смотреть на Су Сяобао. Наконец, она сказала Су Сяобао, что мамочка будет работать. Су Мэн не думала о Сяо Яне на этот раз. Она уже отправилась на поиски Сяо Яня однажды, только чтобы узнать, что Сяо Янь теперь толстый, как свинья. Мало того, у него не было ноги. Из-за того, что он был слишком толстым, чтобы хотя бы влезть в кресло-коляску, он лежал на кровати весь день. В комнате стоял тошнотворный запах - он ел, пил и гадил в комнате. Что касается того, как именно Сяо Янь потерял ногу – он узнал, что его сын будет заключен в тюрьме на всю жизнь и упал с лестницы, раздробив кость. Тем не менее, он мог обойтись гипсом, но когда Нин Шу услышала рассказ доктора, она просто переспросила «в самом деле?». Затем подписала документы и сказала: - Я думаю, лучше ногу ампутировать. Когда Сяо Янь узнал, что потерял ногу, он практически сошел с ума. Взглянув на Нин Шу, он поклялся: - Су Ран, если я стану призраком, я буду портить тебе жизнь. Нин Шу не обратила на него внимания. Су Мэн с тех пор больше не искала Сяо Яня. Когда Нин Шу узнала об этом, она просто безразлично улыбнулась, ничего не сказав. Это была их «истинная любовь». Им не приходилось бороться, сводить концы с концами, у них было богатство, и они наслаждались романтичной жизнью. Они могли целыми днями ничего не делать, кроме как любить друг друга. Это была несравненно красивая любовь, не прошедшая проверку в реалиях мира. ---------- Раз уж нет харизмы... Су Сяобао сидела у двери грязной арендованной квартиры. Ее лицо было немного грязным, и восхитительная невинность, которую она имела раньше, куда-то ушла. В двери раздавались хрюканье, стоны и тяжелое дыхание. Вскоре после этого из комнаты вышел толстяк. Проходя мимо, он посмотрел на Су Сяобао с похотью в глазах. Су Сяобао вошла в комнату, в которой стоял странный запах. Су Мэн лежала на кровати, ее лицо горело. Когда она увидела, что пришла Су Сяобао, она отдала ей деньги, и сказала, что это на целый день. Су Сяобао без раздумий взяла деньги. Нин Шу была немного ошеломлена, когда узнала, что Су Мэн стала продавать свое тело, чтобы выжить, прямо как Су Ран в оригинальной сюжетной линии. Однако, когда она подумала об этом, все выглядело логичным. Су Мэн и Су Ран были обе избалованными дочерями из богатых семей. Они не умели жить самостоятельно. Су Мэн повезло стать главной женщиной, поэтому были люди, которые обеспечивали ее жизнь. Характер Су Мэн был невинным и деликатным. Она была персонажем, не столкнувшимся превратностями мира. Однако теперь, ради выживания, у нее не было выбора, чтобы принести в жертву предыдущее мировоззрение. Мадам Су привела Су Ланя для извинений перед Нин Шу. Когда Нин Шу увидела, что Су Лань стоял, задрав подбородок, она решила просто не отвечать ему. Су Лань больше не был похож на элегантного богатого принца. Теперь вокруг него стояла мрачная аура. Казалось, что изменение финансовой ситуации в семье сильно потрепало его. Нин Шу вышла и тайком дала Мадам Су большую пачку денег. Мадам Су с удивлением посмотрела на Нин Шу. Нин Шу прямо сказала той, что она не должна говорить Су Бо и Су Ланю этих деньгах. Следует помнить, что в оригинальной сюжетной линии Су Бо убежал с Су Ланем, бросив жену и дочь. Она дала Мадам Су деньги, потому что была стопроцентно уверена, что у Су Бо остались деньги, но он скрывал это. У Нин Шу было ощущение, что задачи этого мира закончены. Ну же, уйти. Дайте мне уйти... Динь! Задача завершена. Оставить мир задач? Да / Нет Донесся механический голос системы. Нин Шу никогда не находила голос системы таким приятным, как сейчас. - Да, - поспешно ответила Нин Шу. После этого она почувствовала, как мир вокруг нее вращается. К тому времени, как она снова смогла открыть глаза, она уже была в системе. Нин Шу глубоко вдохнула, а затем выдохнула, как будто пытаясь очиститься от предыдущего воздуха. Она никогда не чувствовала такой усталости. Она чувствовала себя психологически истощенной. Открыть статистику? Да / Нет - Да. Панель статистики появилась перед Нин Шу. Номер: 2333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 8600 (8600/10000) Душа: 60 Жизнь: 50 Интеллект: 80 Харизма: 1 Удача: 25(+3) Воля: 120 Боевые искусства: 10 Обучение: 24(+2) Виртуозные Достижения: 2 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны Когда Нин Шу увидела, что на этот раз она получила только 1500 очков, она не на шутку рассердилась. Она подумала, что на этот раз она сможет избавиться от унизительной роли пушечного мяса и станет официальным игроком без номера 2333. Тем не менее, очков, полученных в этом мире, не хватало. Как только она успокоилась и призадумалась, она поняла, почему на этот раз было так мало очков. Это было из-за того, что просьба хоста состояла в том, чтобы защитить семью Су, но она не захотела предотвращать ее падение. Таким образом, она не выполнила эту задачу. Ничего страшного, мало очков так мало очков. - Вы получили пять дополнительных очков характеристик, куда бы вы хотели их добавить? – спросила система. Нин Шу немного задумалась, и все же решила снова прокачать Удачу, так как ей казалось, что это облегчит ее жизнь. Затем она добавила один пункт к параметру Души. Чем сильнее была ее душа, тем лучше. После распределения очков на экране отразились изменения. Номер: 2333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 8600 (8600/10000) Душа: 60 ​​(+1) Жизнь: 50 (+1) Интеллект: 80 Харизма: 1 Удача: 28 (+3) Воля: 120 Боевые искусства: 10 Обучение: 26 Виртуозные Достижения: 2 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны - Игрок, почему ваш параметр Харизмы так низок? Параметр Харизмы равен одному пункту, - сказала система. Нин Шу посмотрела на одинокую единичку в параметре Харизмы. Она вдруг почувствовала, что система ее троллит. Почему она не могла сказать ей до распределения очков? - Какая польза от этой Харизмы? - спросила Нин Шу. - Харизма повышает благоприятное впечатление о вас, - коротко ответила система. Хорошо. Это больше похоже на жульничество. Почему нельзя было сказать это раньше? Забудь. Раз у нас нет харизмы, мы используем грубую силу. Это одинаково решает проблемы. ---------- Четвертый мир задач Нин Шу села и стала медитировать. На этот раз ее душа стала намного более тусклой, чем в предыдущие два раза. Господи, это нанесло ей такую душевную боль. Последний мир был даже более утомительным, чем постоянные битвы за династию Великого Юна. Нин Шу закрыла глаза, затем расслабилась. По прошествии некоторого времени она снова открыла глаза. Когда она увидела, что ее душа снова укрепилась, она приподнялась: - Система, я хочу войти в мир задач. Подожди, а следующий мир ... эээ, он как выгляд… Прежде чем она договорила, мир начал кружиться. Когда Нин Шу окончательно очнулась в теле, она уже собиралась открыть глаза, когда кто-то ударил ее ногой по ноге. Это было не особо больно, но неприятно. Нин Шу открыла глаза. Свет пронзал ее глаза, и она попыталась прикрыться рукой. - Вставай, сколько еще спать будешь? - спросил мужчина. Нин Шу опустила руку. Человек перед ней выглядел очень обыденно. Ей показалось, что ему было лет тридцать-сорок, и на нем была слегка грязная футболка. Он был типом, который легко сливался с толпой, но сейчас тело Нин Шу напряглось. Она чувствовала, что этот человек очень опасен. - Иди есть. Ты постоянно всех тормозишь. Человек говорил раздраженно. Затем он прошел мимо нее и бормотал: - Почему из всех людей Старший Командир послал ее? Нин Шу последовала за этим человеком. Она только что вошла в этот мир и еще не получила сюжетную линию, поэтому она понятия не имела, что происходит. Она огляделась и увидела, что они, похоже, находятся на заброшенной фабрике. Она инстинктивно коснулась ее талии и почувствовала оружие. Она сразу почувствовала себя намного безопаснее. По крайней мере, у нее было что-то, чтобы защитить себя. Она немного понюхала воздух. Она не знала, было ли это ее неправильное восприятие, но воздух, казалось, был наполнен странным запахом, который царапал ее легкие, заставляя их гореть. Небо также казалось мрачным и пасмурным. У нее было плохое предчувствие насчет этого мира. Вот и начало новой арки. Переводчик с анлейта настоятельно рекомендовал прочесть первую арку, поскольку оттуда появится полюбившийся многим персонаж… ---------- Зомби?! Нин Шу последовала за человеком в комнату. В комнате было еще четыре человека, но они даже не взглянули на нее, полностью сосредотачиваясь на поглощении пищи. Нин Шу чувствовала презрение этих людей к ней. - Ты должна съесть хоть что-то. Ты же еще ребенок. Человек, который привел ее в комнату, толкнул к ней коробку печенья и бутылку воды. Нин Шу поблагодарила его, затем начала оценивать людей в комнате. Она обнаружила, что в комнате есть еще одна женщина. Ее выражение было очень холодным и безразличным, и она была одета в хороший костюм, подчеркивающий ее формы. Нин Шу тайно изучала лица других. Она обнаружила очень красивого мужчину. Встретившись с ним глазами, Нин Шу почувствовала холод. Этот человек укрывал убийственное намерение по отношению к ней. Хотя это убийственное намерение было очень слабым, Нин Шу заметила его. Она посмотрела на остальных участников группы. Помимо этого мужчины и женщины, остальная часть людей выглядела очень обыденно. Они были обычными до такой степени, что их лица забывались сразу же, как только она отворачивала взгляд. Нин Шу внезапно почувствовала желание найти зеркало и посмотреть, как она выглядит. Неужели она выглядела так же? Так же обыденно, чтобы служить контрастом для этой парочки? В какой они ситуации, а? Черт подери это ощущение неведения. Нин Шу укусила печенье и чуть не сломала зуб. Сколько лет оно пролежало?! Она увидела, что все остальные съели свое печенье, не оставив ни единой крошки, поэтому она тоже заставила себя съесть его, запив водой. Прямо сейчас Нин Шу хотела получить сюжет. Она понятия не имела, что здесь происходило. - Все поели? Если вы, ребята, закончили, давайте обсудим наш следующий курс действий. Куда нам идти дальше? - сказал мужчина с красивым лицом. Его голос был неожиданно звонким. Он производил впечатление плейбоя, слишком страстного и романтичного для такой ситуации. Хотя это казалось так, Нин Шу все еще чувствовала, что он очень опасен. Нин Шу молчала, потому что не знала, что сказать. Один из мужчин заметил с раздраженным выражением: - Психо неплохой бегун. Куда он, черт возьми, убежал? Психо, какой Психо? Выражение Нин Шу было озадаченным. - Я чувствую, что нам следует продолжать идти вперед. Если мы продолжим движение вперед, мы достигнем границы. Зомби там не очень много, так что, вероятно, туда и направился Психо. Более того, он уже знает, что страна хочет его арестовать, - женщина казалось очень холодной и отстраненной. Подождите, зомби? Зомби!? Нин Шу почувствовала еще большую необходимость получить сюжет. Все горячо обсуждали, но она была единственной, кто не говорил. Хотя никто не беспокоился об этом. Все полностью игнорировали ее существование. Как только обсуждение закончилось, все они стали садиться во внедорожник. Нин Шу послушно последовала за ними. Устроившись удобнее, она спросила мужчину, сидящего напротив нее: - Что за Психо? - Дейзи, ты идиотка? Ты что, после сна забыла о задаче? - Мужчина выглядел очень нетерпеливым. Нин Шу тут же заткнулась. Дейзи. Это имя этого тела? Забудь об этом, она должна просто ждать возможности получить сюжет. Нин Шу некоторое время смотрела в окно. Это была явно дорога, но на ней почти не было транспортных средств. В течение всего времени, что они путешествовали, ни одна машина не проехала мимо. Нин Шу решила помедитировать. Она хотела посмотреть, можно ли в этом мире применить Непревзойденные Боевые Искусства. Ей нужна сила, чтобы выполнить задачу. ---------- Первая миссия Дейзи Нин Шу не знала, как долго она медитировала, но она уже чувствовала энергию, растекающуюся теплом по телу. Это принесло ей удивление - у нее уже получилось? Когда она была принцессой, ей потребовалось больше месяца, чтобы получить хоть какие-то результаты. Когда Нин Шу проснулась, ее живот громко урчал, но у нее не было еды. Это чувство было слишком знакомым. Ее тело нуждалось в огромном количестве энергии, поэтому она чувствовала, что голодает. Проблема в том, что ей нечего было есть прямо сейчас. Нин Шу собралась с духом и попросила у женщины, сидящей рядом с ней, две упаковки печенья. Под презрительные взгляды других она съела это печенье. Внезапно раздался звук нечеловеческого рычания и в воздухе поднялся запах гнили. - Здесь зомби, осторожнее! Выражение человека, управляющего автомобилем, стало серьезным, но он не остановил машину. Вместо этого он сильнее вжал педаль в пол, и сбил зомби на дороге. Машину немного тряхнуло, но она продолжила движение. Нин Шу посмотрела на толпы зомби за окном. Их рычание заставляло ее нутро дрожать. Тела зомби были совершенно серыми, некоторые были полностью гнилыми, с ранами, полными копошащихся личинок. Глаза, выглядевшие блеклыми шарами, казались абсолютно невидящими. Хоть их движения и были медленными, но они казались чрезвычайно сильными. Тела зомби, сбиваемые машиной, оставляли на стекле глубокие трещины. Что это за монстры? В них не теплилось не следа жизни, но по какой-то причине неведомая сила держала их гнилые тела на ногах и позволяла им двигаться. Это было так странно, черт возьми. Машина двигалась очень быстро и успешно сбивала этих зомби. Нин Шу вздохнула с облегчением, и атмосфера внутри автомобиля тоже расслабилась. - Волк, давай остановимся на отдых, - девушка попросила красивого человека за машиной. Тот усмехнулся. - Понял. Человек, которого назвали «Волк», нашел заброшенный дом. Он был очень маленьким и неказистым, но никто не высказал ни слова недовольства. У Нин Шу было только одно чувство, чувство голода, ах. После того, как группа подкрепилась, Волк начал делить ночные смены между участниками. Вероятно, из-за того, что Нин Шу была маленькой девочкой, он не включил ее в список. Нин Шу наконец получила шанс узнать сюжет. События начались с того, когда группа нечеловечески сильных монстров вышла из лаборатории. Кроме их огромной силы они не чувствовали боли. Они не подавали никаких признаков жизнедеятельности, но они жаждали человеческой плоти. Кроме того, они обладали способностью заражать. Если пойманный ими человек не был разорван ими на куски, он становился зомби. Вирус, который несли зомби, быстро распространился и привел к разрушению человеческого мира. Однако из-за чего Нин Шу почувствовала себя по-настоящему нехорошо, это из-за того, что этих монстров создал некто ученый-генетик, более известный как «Психо». Это был школьный доктор, боже! Дядя, ты чертовски хорош, ты это знал? Ты бесцеремонно превратил идеальный мир школьного кампуса в мир апокалипсиса! Имя хоста было Дейзи. Она была агентом секретной службы. Ей только что исполнилось семнадцать, и это была ее первая миссия. Эта миссия заключалась в том, чтобы найти этого «Психо» и забрать у него Эссенцию гена. Если им удастся захватить и доктора, это будет еще лучше. С помощью Эссенции гена он создал существ-зомби, но эта Эссенция также имела шанс пробудить скрытые способности человека. Но проблема была в том, что школьный врач уже давно сбежал с Эссенцией, поэтому миссия этой группы заключалась в том, чтобы найти Психо. ---------- Пожелания хоста В этой команде было пятеро специальных агентов, кроме Дейзи. Все пятеро являлись специальными агентами страны, имевшими большой опыт. Дейзи была единственной, у которой не было опыта, и она оказалась бременем для всей команды. Вот почему все остальные члены команды не любили Дейзи. На самом деле Дейзи понятия не имела, что специальные агенты в этой команде уже предали страну, и на самом деле следовали за Волком и Фениксом. Когда они нашли Эссенцию, они использовали ее сами. Все пятеро успешно пробудили свои особые способности и создали собственную базу. В то время все больше людей заражались, и страна полностью развалилась. Страна оказалась раздробленной на отдельные независимые лагеря, продолжавшие бороться с зомби. Сразу после того, как команда получила Эссенцию, они убили Дейзи и бросили ее в толпу зомби. Дейзи была мгновенно разорвана даже без шанса стать зомби. Хорошо, эта маленькая девочка не могла даже считаться поддержкой главной женщины. Всем, чем она могла считаться, это пушечным мясом. Совершенно ничтожным пушечным мясом. Как она подозревала, Волк и Феникс были главными мужчиной и женщиной. Когда остальные из группы обладали весьма заурядной внешностью, Волк и Феникс сильно выделялись своей красотой. Лидер-мужчина был красивым и высоким, лидер-женщина – красивой и отстраненной. Пожелания хоста: 1. Выжить в этом мире апокалипсиса. 2. Отправить Эссенцию в страну, не позволить Фениксу и Волку получить ее. Нин Шу посмотрела на эти две задачи и почувствовала, что по сравнению с предыдущими задачами они были, как минимум, не легче. Невозможно было описать, как трудно бороться с главными персонажами мира. Нин Шу знала, почему хост хотела отдать Эссенцию стране. Собственно, она не очень заботилась о нации. Она просто хотела помочь старшему командиру отдела спецслужб. Старший командир был тем, кто вырастил ее, и научил ее всему, что она знала. Она упорно трудилась, чтобы выполнить эту миссию, чтобы отплатить старшему командиру за все, что он сделал для нее. Эта маленькая девочка была довольно наивной и глупой. Она даже не поняла, что случилось с группой. Оригинальная сюжетная линия не говорила о том, что случилось с человеком, ответственным за падение мира. Группа просто нашла Эссенцию в комнате. Нин Шу хотела плакать. Мама, этот мир слишком опасен! Не только зомби, ее товарищи по команде тоже хотели ее убить! - Эй, пора вставать. Ты не можешь спать целый день. Нин Шу почувствовала легкий тычок. Когда она открыла глаза, она увидела, что уже светало. Нин Шу посмотрела на того, кто ее разбудил. Кодовым именем этого человека было «Паук». Он был экспертом во всех видах огнестрельного оружия. В настоящее время Паук выглядел очень раздраженным. - Ты специальный агент, но у тебя нет даже элементарного чувства бдительности во сне. Бесполезного человека, подобного тебе, нужно просто отдать зомби. Нин Шу не ответила и просто последовала за Пауком к группе со смущенным взглядом на лице. Сегодня они опять ели печенье. Нин Шу больше не ломалась и съела все, не оставив ни одной крошки, потому что она была серьезно голодна. ---------- Эволюционировавшие зомби! Озираясь вокруг, Нин Шу обнаружила, что Волка и Феникса здесь нет, поэтому она спросила Паука: - Куда ушел лидер? Поскольку здесь не было Феникса, Нин Шу допустила неприличную мысль, что эти двое ушли куда-то в уединенное место. - Следи за собой. Зачем ты суешь нос в дела других? - огрызнулся Паук. Другие также проигнорировали Нин Шу. Нин Шу хотела оставить эту команду, и самостоятельно найти Эссенцию. Однако эта идея была немного рискованной. В настоящее время у нее не было никаких средств для выживания или транспорта, даже не было еды и воды. Было уже поздно предпринимать что-либо такое. Если она внезапно покинет команду, это привлечет внимание Волка и Феникса, и они могут принять решение убить ее раньше. Волк и Феникс были очень безжалостными людьми, которые склонны прибегать к убийствам для решения вопросов. Следовательно, на данный момент лучше оставаться в команде, пока они не обнаружат Эссенцию. Однако Нин Шу должна была признать, что эти люди хотя бы мыслили в правильном направлении. В последнем же мире, главные герои, пользуясь беззаконием, обвиняли во всем других. После завтрака Нин Шу хотела немного поговорить с этими людьми, но никто не обратил на нее внимания. Те, кому нужно было разобрать и смазать свои пистолеты, сидели и приводили в порядок свое оружие. Те, кому нужно было наточить свои мечи, сидели и натачивали мечи. Короче говоря, они полностью игнорировали ее. Нин Шу: ... Она отказалась от попыток поговорить с этими людьми. Ей казалось, что хост был довольно жалким. Она была настолько бесполезной, что никто даже не считал нужным с ней общаться. Но у хоста был и свой плюс. Единственное, о чем она заботилась, это о завершении миссии, поэтому она никогда не испытывала соблазна забрать Эссенцию себе. Внезапно дверь открылась с треском. Все подняли глаза и увидели Волка и Феникса. Те выглядели испуганными. - Готовьтесь! - Выражение Волка было серьезным, он стоял перед Фениксом, будто защищая ее. - Лидер, что случилось? - Паук поднял пистолет и осторожно огляделся. Нин Шу вытащила пистолет в тот же момент, когда они вошли. Она почувствовала, как приближается большая опасность. Эти двое определенно что-то спровоцировали. Главный герой был элементом истории. После того, как главные герои спровоцируют что-то, с чем они не смогут совладать, будет умирать бедное пушечное мясо, а главные герои всегда будут в порядке. Холодный пот покрывал лоб Нин Шу. Это угнетающее давление было настолько сильным, что ей было тяжело дышать. У всех в комнате были очень серьезные выражения. Даже Феникс, которая всегда была холодной и элегантной, была смертельно бледной. Нин Шу сделала шаг назад, и молча бросилась за спины участников группы. Волк, который был впереди, с презрением взглянул на нее, но ей было все равно. Ты спровоцировал конфликт, ты и разгребай. Когда воздух стал искриться от напряжения, внезапно у двери появилась фигура. Скорость существа была настолько быстрой, что никто не успел среагировать. Нин Шу успела выстрелить, но попала только в остаточное изображение существа. Это был эволюционировавший зомби! Нин Шу сразу обернулась и побежала. У нее не было возможности сразиться с этим существом. Другие были заняты зомби, поэтому Нин Шу смогла ушмыгнуть. За несколько мгновений все оружие, огнестрельное и холодное, было сосредоточено на зомби. Однако зомби смог уклониться от всего. Челюсть Нин Шу чуть не упала землю. Апокалипсис же только начался, как такое мощное существо уже появилось? Это было практически массовое оружие убийства. У очень немногих людей был шанс победить его. Волк и Феникс знали, кого надо спровоцировать. ---------- Зомби тоже чувствуют..? - Грр… - Гррр… Звуки рычания зомби слышались все ближе, и, судя по всему, их было много. К тому же, перед ними до сих пор стоял тот огромный зомби. Они оказались окружены зомби. Нин Шу видела, что все использовали свои способности на максимум, но, к сожалению, пули были бесполезны против этого зомби, он просто уклонялся от них. Нин Шу чувствовала, что взгляд толпы зомби был сосредоточен на ней. Черт! Зомби хотели ее съесть!? Зомби начали окружать группу. Запах гнили был настолько сильным, что от него хотелось блевать. Нин Шу прострелила голову зомби, уже собиравшегося схватить ее, а затем посмотрела на огромного зомби, с которым до сих пор боролся Волк. Нин Шу чувствовала, что этот зомби был особенно настойчив в борьбе с ними. Каким именно образом Волк и Феникс спровоцировали его? Внезапно Нин Шу почувствовала, как ее волосы встали дыбом. Она почувствовала холодный ветерок позади нее, и рефлекторно сделала кувырок. Кувырнувшись, она уклонилась от зомби, который вот-вот собирался схватить ее за волосы. Нин Шу крикнула Фениксу: - Ты что-то взяла? Феникс поспешно покачала головой. - Я ничего не делала. Нин Шу почувствовала, что она лукавит. Если она ничего не брала, за что сражался этот зомби? - Все, садитесь в машину, срочно! - воскликнул лидер команды, Волк, взяв на себя инициативу сесть первым. Затем он крикнул Фениксу: - Садись, скорее! Мы не сможем победить этого зомби! Нин Шу последней скользнула внутрь машины и резко захлопнула дверь. Все по-прежнему испытывали страх и остаточный адреналин. Нин Шу пыталась отдышаться, оглядываясь вокруг. Она обнаружила, что кое-кого не хватает - один человек погиб. Сюжетная линия изменилась. В оригинальной сюжетной линии Дейзи была единственной погибшей после этой битвы. Все остальные были в порядке, и все они в будущем успешно пробудили свои способности. Интуиция Нин Шу подсказывала, что Феникс что-то скрывает. - Бам! Внезапно раздался громкий звук, и крыша автомобиля прогнулась. Эволюционировавший зомби оказался на крыше! У Нин Шу было очень плохое чувство насчет этого. Когда она повторно услышала стук, она сжала рукоятку пистолета. Волк несколько раз затормозил машину, а затем ускорился, пытаясь стряхнуть зомби. Салон тряхнуло с такой силой, что Нин Шу почувствовала тошноту, но зомби на крыше, похоже, прицепился очень крепко. Нин Шу повернулась и обнаружила, что за окном было лицо. Пепельно-белое лицо зомби. Она резко отвернулась. Что им теперь делать? Этот зомби, похоже, не сдавался. Глухие стуки с крыши не прекратились. Крыша салона уже начала идти трещинами, а окна вылетели от вибраций. Нин Шу выстрелила в руку зомби в окне. Пуля пронеслась мимо серой руки, не нанеся ему никакого ущерба. Мечи и пули были бесполезны. Как они должны работать против него? - Что ты делаешь? Ты только разозлишь его! - крикнула Феникс Нин Шу. Кто в этой ситуации заботился, злится монстр или нет? - Черт, бензин кончился, - закричал Волк. Несколько мгновений спустя машина медленно убавила ход. После того, как машина остановилась полностью, зомби, который был на крыше автомобиля, спрыгнул вниз и потянулся к телу Феникса. Нин Шу: ... Зомби тоже чувствовали ... похоть!? ---------- Возвращение ШД! Лицо Феникса было смертельно белым. Казалось, она потеряла способность защищаться от атак зомби. Она апатично уставилась на него. - Феникс, уклоняйся! - Волк крикнул Фениксу, выстрелив в зомби. На удивление, зомби не атаковал Феникса, а только что-то вытащил из-за ее шеи. Нин Шу сузила глаза, чтобы рассмотреть предмет в руках зомби. Это был стеклянный флакон, который мерцал от солнечного света. Прозрачная жидкость в стеклянном флаконе была чуть более вязкой в отличие от воды. Что это было? - Зомби забрал Эссенцию! - крикнула Феникс. Все были ошеломлены. Эссенция гена!? Феникс нашла Эссенцию? Нин Шу тоже была удивлена. Почему зомби нужна была Эссенция? Кажется, в оригинальной сюжетной линии не было такой сцены. - Нет времени объяснять. Мы должны сначала вернуть Эссенцию! - крикнула Феникс. Как только зомби получил Эссенцию, его перестала беспокоить группа Нин Шу, и он просто медленно ушел. - Эй, остановите его! Мы должны получить Эссенцию! - крикнул Волк группе. Нин Шу с недоверием посмотрела на него. Она не видела возможности убить его, зачем тратить усилия? Тем не менее, Нин Шу не хотела ослушаться прямого приказа, и покорно выстрелила в зомби. И это было совершенно бесполезно. Разве они не должны праздновать то, что зомби не собирался их убивать? Зомби мгновенно пришел в ярость, обернулся, и со зловещим выражением уставился на Нин Шу. Нин Шу: (⊙o⊙) Зомби нацелился на нее, потому что она выглядела самой слабой из группы? Остальные только изобразили короткое драматическое шоу, будто они хотели ей помочь, но сразу же отступили. Они не собирались помогать ей, только она могла позаботиться о себе. Зомби пошел навстречу Нин Шу, послав в нее облако смрада из пасти. Зловоние было настолько сильным, что Нин Шу передернуло. Она нацелилась на голову зомби, и нажала на спусковой крючок, но зомби уклонился, и продолжил приближаться к ней. Его руки практически сомкнулись на ее шее. Зрачки Нин Шу расширились от этого зрелища. Внезапно голова зомби взорвалась, и лицо Нин Шу забрызгали серые комковатые мозги. Нин Шу: !!! Нин Шу не единственная была потрясена. Остальная часть группы тоже была в удивлении. Защитные способности этого зомби они проверили самолично, поэтому было трудно поверить, что он может так умереть. Нин Шу вытерла лицо, прежде чем открыть глаза. Неподалеку стояла припаркованная машина. Нацелив дуло пистолета, стоял человек, одетый в черную ветровку, слегка трепещущую от ветра. Он продолжал держать пистолет, аккуратно переместив его прямо на Нин Шу. Нин Шу так не испугалась зомби, как этого оружия. Этот пистолет смог убить даже эволюционировавшего зомби! - Н-нет! - Нин Шу поспешно махнула рукой: - Мы все люди, люди! Нин Шу не ожидала, что снова встретится со школьным доктором. Школьный доктор все еще носил ту ветровку, которая вызывала многочисленную критику у людей. Нин Шу уже прошла через несколько миров, поэтому, когда она снова увидела школьного врача, ей показалось, что она попала в недалекое прошлое. - Друг, спасибо тебе за помощь, - Волк взял на себя инициативу разговора. Школьный доктор равнодушно взглянул на Волка, все еще держа пистолет в направлении Нин Шу. Волосы Нин Шу стояли дыбом, словно она была под напряжением. - Возьми Эссенцию с земли, - сказал школьный врач Нин Шу. - Вы можете убрать пистолет? Я боюсь! - крикнула Нин Шу школьному врачу. Школьный доктор усмехнулся, затем указал пистолетом на лежащую Эссенцию: - Поторопись. Нин Шу разжала руку зомби, достала Эссенцию, затем подошла к школьному врачу. Феникс хотела опередить Нин Шу, но Волк остановил ее. Она неохотно остановилась и уставилась лихорадочным взглядом на Эссенцию в руке Нин Шу. Нин Шу медленно подошла к школьному врачу. Тот нахмурил брови: - Не приближайся так близко. Ты воняешь. Нин Шу: ... Его мизофобная личность не изменилась. ---------- Возвращение извращенца Нин Шу собиралась выразить свою радость, увидев старого знакомого, но ее энтузиазм быстро был погашен презрительными словами школьного доктора. Школьный доктор, вероятно, не узнал ее. Нин Шу осмотрела его. Он был точно таким же, как и раньше, высоким и с худым, но хорошо сложенным телом, которое создавало у людей впечатление, что он полный извращенец. Это впечатление дополняли золотые очки, отражавшие свет. Он до сих пор указывал на нее пистолетом с равнодушным выражением. Нин Шу выразила, что ей действительно было страшно. Это был человек, который смог убить главную женщину и начать апокалипсис! Нин Шу просто хотела сказать, чтобы он ее пощадил. Волк и Феникс сжали кулаки, но не посмели переступить черту. Феникс с недовольством посмотрела на Нин Шу. Похоже, она обвиняла Нин Шу в том, что та собиралась передать Эссенцию в чужие руки. Обстановка накалялась и сердце Нин Шу заколотилось еще быстрее. Прямо сейчас, она была мишенью для обеих сторон, поэтому она, безусловно, будет первой, кого убьют. Порыв ветра растрепал ветровку школьного врача. Ветер пронесся мимо лица Нин Шу, и она ощутила элегантный аромат. Вероятно, это был аромат, исходящий от школьного доктора. Нин Шу: На дворе апокалипсис! Неужели доктор даже в такой ситуации пользовался одеколоном!? Может быть, он не чувствовал никакого сожаления или чувства вины за то, что он сделал? - Друг, давай уберем оружие и проведем дискуссию, как цивилизованные люди. Наше столкновение это просто пустая трата времени. Мы можем закончить тем, что привлечем еще больше зомби, - сказал Волк. Нин Шу внезапно осознала проблему, которая заключалась в том, что Волк и другие специальные агенты, похоже, не узнали школьного врача. Разве школьный врач не был преступником? У них даже не было его фотографии? Этот человек должен быть более ценным, чем эта Эссенция гена! Однако хост, похоже, не знала, как выглядел ученый-генетик по имени Психо. Их отправили искать Эссенцию без какой-либо полезной информации. У их начальников, вероятно, не было большой надежды, что они действительно найдут Психо. Лицо Нин Шу дрогнуло. Она слегка приподняла голову, но, встретив черное дуло пистолета, решила опустить голову и притвориться, что ничего не видит. Когда школьный доктор услышал, что сказал Волк, он издал звук «гм». Волк подумал, что человек перед ним согласился на его предложение, но следующие слова школьного доктора привели его в ярость. - Вытри мозги с руки, затем протри начисто флакон, - сказал школьный врач Нин Шу. Когда она подняла голову, и он увидел, как на ее лице блестели серые мозги, он отвернулся: - Протри и лицо. Какая в этом была необходимость в их ситуации? Тем не менее, Нин Шу все же вытерла руки об одежду, а затем протерла флакон Эссенции. Флакон с Эссенцией гена был очень маленьким и имел размеры примерно соответствующие бутылочке пенициллина, поэтому в ней вряд ли могло быть много Эссенции. Когда Нин Шу передавала флакон школьному доктору, Феникс больше не могла сдерживать себя и выстрелила в Нин-Шу. Тем не менее, Нин Шу была наготове, поэтому, как только она увидела движение Феникса, она кувырком бросилась за спину школьного врача. Она снова почувствовала элегантный аромат. Как она и ожидала, он действительно исходил от школьного врача. Но сейчас она поняла, что это аромат не одеколона. Вероятно, это был запах от ванны с благовониями. Почему ей казалось, что школьный врач живет не в мире апокалипсиса? Феникс была очень уверена в своих навыках с оружием и в том, что она сможет убить Дейзи, эту идиотку, с одного выстрела. Однако, на ее удивление, она промахнулась. Как Дейзи могла передвигаться так быстро? От промаха выражение Феникса стало еще холоднее. Она крепко стиснула зубы. Школьный врач дядя указал своим оружием на Феникса, в результате чего вся группа напряглась. Все четверо нацелились на школьного доктора в ответ, но он был невозмутим, что заставило четверых еще больше нервничать. Что это за ситуация, ах? - Не подходи, ты воняешь - сказал школьный доктор Нин Шу. ---------- Не время обсуждать - Не время обсуждать. Дядя, мы должны бежать, - Нин Шу почувствовала, как она взволновалась, произнося эти слова. У нее было сильное чувство дежавю. Почему школьный врач всегда своими поступками заставлял людей чувствовать страх? Школьный врач заметил: - Кажется, что-то подобное произошло раньше. - Гррр… Толпа зомби догоняла их. Эти зомби, похоже, пришли в ярость после того, как эволюционировавший зомби скончался. Когда они учуяли запах людей, они стали рычать еще громче. - Хорошо, хорошо, зомби – вот основная опасность. Надо держаться вместе, чтобы победить их, - казалось, в настоящее время Волк пребывал в плохом настроении, - я сейчас все четко объясню. Давайте сохраним союз хотя бы на то время, пока мы боремся с зомби. Нин Шу скривила губы. Она не верила ни одному слову Волка. Школьный доктор просто продолжил стрелять по головам ближайших зомби, не потрудившись ответить. Скорость выстрелов была настолько быстрой, что все были ошеломлены. Выражение Волка было озадачено, когда он смотрел на пистолет, который держал школьный доктор: - Новейшая разработка? Нин Шу не могла похвастаться особыми знаниями об оружии, но она могла отметить, что скорость выстрелов пистолета и его пуль была аномально быстрой. Пули оставляли после себя остаточный след из белого пара. - Грр… Зомби не знали страха. Они ощущали только запах человеческой плоти. Когда зомби спереди умирали, те, кто плелись сзади, просто перелезали через них и продолжали наступление. Нин Шу изо всех сил отбивалась от зомби, но вскоре ее патроны закончились, поэтому она подняла с земли увесистую палку, и, собрав все силы, обрушила ее на голову зомби. Мозг зомби взорвался, как перезрелый арбуз, и серая мозговая масса опять окатила лицо Нин Шу. Школьный врач, который был рядом с Нин Шу, сделал пару шагов назад и крепко сжал губы от презрения. Когда Нин Шу увидела, что школьный доктор удалился, она поспешно бросилась за ним. Честно говоря, она предпочла бы скорее довериться ему, чем группе Волка. В конце концов, Феникс пыталась убить ее всего несколько минут назад. Школьный доктор снял пистолет с пояса и бросил его ей. - Убирайся. Ты омерзительно пахнешь Нин Шу поспешно поймала пистолет, а затем выстрелила в зомби, собиравшегося ее схватить. Голова зомби мгновенно взорвалась. - Слишком много зомби, нужно уходить! - крикнула Феникс. Эта группа зомби не была даже и частью орды. Большинство зомби принялись поедать труп эволюционировавшего зомби, поэтому через некоторое время здесь появится еще больше зомби. - Как мы уйдем? Бензин кончился! - закричал Волк, сделав еще один выстрел. Взгляд всех переместился на школьного доктора. Школьный доктор, похоже, не заметил это, и продолжал стряхивать пыль с одежды. - Друг… - как только Волк открыл рот, дядя школьного врача отрезал его: - Нет. Лицо Волка стало пурпурным от гнева. Казалось, что сейчас разразится еще одна битва. Вечно равнодушное лицо школьного доктора всегда располагало всех к драке. ---------- Восемнадцать специальных навыков СС После того, как в автомобиле закончился бензин, и после встречи с эволюционировавшим зомби участники стали приходить в отчаяние. Единственная их надежда заключалась в школьном враче, но он в конечном итоге отказался им помогать. Рычание зомби раздавалось все ближе, а у них не было транспорта. Может быть, им удастся убежать? Все чувствовали, что сегодня был не их день. Нин Шу увидела, что зомби тянется, чтобы схватить ее, и убила его выстрелом. Затем она повернулась к школьному врачу с лицом, на котором остались засохшие куски мозгов, и убедительно сказала: - Дядя, нам лучше бежать. Школьный доктор посмотрел стеклянным взглядом, не глядя в лицо Нин Шу: - Держись подальше от меня. Волк о чем-то посовещался со своей командой и начал медленно двигаться к машине школьного врача. Все остальные делали вид, что серьезно сражаются с зомби, чтобы отвлечь внимание владельца машины. Нин Шу увидела, как Волк начал копошиться у двери машины, и стала волноваться. Вряд ли Волк хотел взять ее и школьного доктора с собой. Эти люди были безжалостными. Они могли убить, не моргнув глазом, ради выполнения задания нации. - Дядя, дядя, - Нин Шу потянулась к рукаву школьного доктора, но тот быстро уклонился. Его мизофобия действительно была раздражающей. Нин Шу поспешно сказала: - Дядя, они собираются забрать твою машину! Может быть, ей все-таки придется столкнуться с судьбой - быть разодранной на части толпой зомби? Школьный доктор резко схватил Нин Шу за плечи, и защитился от брызг мозгов ближайшего зомби. Мозговое вещество опять забрызгало лицо Нин Шу. Нин Шу: Черт, ублюдок! Нин Шу сердито повернулась, чтобы увидеть, что дядя уже уходит. Она немедленно отложила свой гнев, и побежала за ним. Волк все еще боролся с дверью машины и даже пытался открыть капот машины, но машина до сих пор не сдвинулась с места. Феникс и остальные так беспокоились, что они практически испускали пар. Они уже прямо отказались от сражения с зомби и побежали к машине помогать. Они использовали все восемнадцать специальных навыков отдела секретной службы, но не смогли открыть дверь этой машины. Школьный доктор достал из кармана ключ от машины, и автомобиль издал звук разблокировки. У Волка не было желания встретиться с пулей из этого пистолета. Он поднял руки в капитуляции с выражением покорности на своем красивом лице. - Это недоразумение, - Волк выжал из себя эти слова. Школьный доктор холодно усмехнулся и сел в машину. Нин Шу уселась на пассажирское место. Когда она оказалась в прочной и закрытой машине, она внезапно почувствовала себя в безопасности. Когда Волк и другие увидели, что этот человек не собирался брать их с собой, они начали паниковать и хлопать в окно, открывая рты, и что-то беззвучно говоря. Однако Нин Шу не слышала ни звука. Звукоизоляция была действительно хорошей. Зомби приближались. Волк пришел в отчаяние. Орде зомби не видно было конца! Феникс стучала в окно школьного доктора с тревожным умоляющим выражением. Школьный доктор сузил глаза, глядя на нее. Он слегка опустил окно, и Феникс тут же схватила его за рубашку и крикнула: - Пожалуйста, возьмите нас с собой. Я умоляю вас! Феникс с жалобным умоляющим выражением посмотрела на школьного доктора, но тот холодно взглянул на свою схваченную рубашку, затем нажал на кнопку окна. Окно снова начало подниматься. Феникс забеспокоилась, что ее рука может быть серьезно травмирована этим окном, и отпустила одежду школьного врача. Но, как только она высунула руку из окна, он снова опустил окно. Что за цирк? Если ты не хочешь ее брать, какого черта ты открываешь и закрываешь окно!? Но Нин Шу быстро догадалась, что к чему. Это опять была его мизофобия, он не любил, когда его кто-то трогал. Нин Шу обнаружила, что школьный доктор на самом деле был весьма снисходителен к ней, хотя и использовал ее в качестве щита против летящих останков зомби. Нин Шу посмотрела на школьного врача. Боковой профиль выглядел очень круто и безукоризненно, на его черной ветровке не было пылинки. Его ноги выглядели еще более стройными и длинными, когда он сидел в кресле. Она не понимала, почему он не уезжает. Нин Шу спокойно наблюдала, как группа Волка отбивалась от зомби, отчаянно стуча в окна автомобиля. Это чувство было ... чрезвычайно освежающим. - Кто эти люди снаружи? – Школьный врач обернулся, чтобы задать Нин Шу этот вопрос, но тотчас же снова отвернулся. Он потянулся своими тонкими пальцами, взял салфетку и бросил ее Нин Шу. Нин Шу салфеткой вытерла лицо. - Мы агенты отдела секретной службы, - честно ответила Нин Шу. Школьный доктор поднял брови, глядя на нее. - Ты? Специальный агент? Пффф… Нин Шу: ... ---------- Нулевые перспективы Из этих нескольких слов Нин Шу почувствовала бесконечное презрение школьного врача. Она молча подумала, не все обладали таким талантом, как ты! Пройдя два мира, Нин Шу вернулась, обнаружив, что этот парень уже изменил направление человеческого прогресса и стал великим разрушителем мира. А она осталась такой же никчемной. Уголки губ Нин Шу дрогнули, она стала молча вытирать лицо салфеткой. Когда люди на улице стали выбиваться из сил, школьный врач, наконец, открыл окно автомобиля, Феникс разобралась с зомби перед ней и поспешно подбежала. На этот раз она не потянулась за одеждой школьного доктора. Феникс слегка задыхалась. Ее лицо сияло от пота. Капля пота соскользнула с ее шеи и упала в ложбинку между внушительными грудями. Нин Шу сглотнула слюну. Школьный доктор обернулся, чтобы взглянуть на Нин Шу, и с презрением сказал: - Нулевые перспективы. Нин Шу: (⊙o⊙) Почему она не могла понять, о чем говорит школьный доктор? - Какими бы ни были ваши требования, просто скажите их, - Феникс нахмурилась: - У нас почти закончились патроны, пожалуйста, помогите нам. Школьный доктор равнодушно спросил: - Я могу потребовать все, что захочу? - Его взгляд пронесся по лицу Феникса. Лицо Феникса побледнело, и она взглянула на Волка. Цвет лица Волка был очень бледным, но он кивнул ей. Феникс глубоко вздохнула и сказала: - Все в порядке, спаси нас. - Хорошо, - школьный доктор кивнул, затем продолжил: - О, кстати, моя машина заминирована. Если я умру, я успею взорвать машину перед смертью. Кроме того, окна пуленепробиваемы, поэтому вы, ребята, не сможете уйти, как только войдете. Волк и остальные замерли на секунду, и тут же стали забираться в машину. Школьный доктор внезапно вытащил пистолет и выстрелил в голову одного из мужчин. Шок остался последней эмоцией на лице этого человека. - Что ты делаешь?! - Что, черт возьми?! Феникс и Волк оба направили оружие на школьного доктора, а Паук указал своим оружием на Нин-Шу. Противостояние вернулось. Нин Шу: Не я убила человека, почему ты нацелился на меня? ---------- Я видел кого-то такого же тупого, как ты Нин Шу не понимала, почему дядя внезапно выстрелил в парня. Если он не хотел их спасать, зачем тогда он позволил им сесть в машину? Она действительно не могла понять. Школьный доктор дядя убрал пистолет, и сказал, нахмурившись: - Разве вы, ребята, не заметили, что его укусил зомби? Вытолкните его из машины. А? Феникс не поверила ему и начала осматривать своего мертвого компаньона. В конце концов, она нашла на его руке рану, оставленную зубами зомби. Плоть вокруг этой раны уже начинала чернеть. - Вытолкните его, - повторил школьный врач. Феникс стиснула зубы и открыла дверь машины, а затем вытолкнула труп, и быстро захлопнула дверь. Труп, оказавшись на улице, был мгновенно разорван на части голодной толпой. У всех на лицах были очень сложные выражения. Нин Шу спросила школьного доктора: - Откуда ты узнал, что он был укушен зомби? Школьный доктор с презрением взглянул на Нин Шу: - Неужели ты не чувствуешь запах крови? Как и ожидалось от специалиста по вскрытиям, он был очень чувствителен к запаху крови. Паук, до сих пор нацелившийся на Нин-Шу, сказал с издевкой: - Дейзи много раз была забрызгана мозгами зомби, она тоже могла заразиться. Мы должны вытолкнуть и ее. Черт, у этого парня была обида на нее или что? Школьный врач посмотрел на Нин Шу: - Ты заражена? - Ни в коем случае, я не заражена! - Нин Шу поспешно махнула рукой, опровергая. Как человек, который изучал Непревзойденные Боевые Искусства, она знала, что с ее здоровьем было все в порядке. - Какое доказательство у тебя есть, что ты не была заражена? - Паук улыбнулся, что сделало его невзрачный вид достаточно зловещим. - Достаточно, Паук, - сказала Феникс. Затем она сказала школьному врачу: - Спасибо, что спасли нас. - Нет нужды благодарить, - школьный врач поправил очки с золотой оправой, блеснув стеклами. Когда Нин Шу наблюдала это, ей почему-то казалось, что школьный врач опять что-то запланировал. Не может быть, что он снова положил глаз на главную женщину, верно!? Школьный доктор уперся в газ и стряхнул с машины особо наглых зомби. Проехав некоторое время, он остановил машину. - Зачем ты остановился? - Волк невзлюбил этого человека. Похоже, что с тех пор, как этот человек появился, все у них пошло не так. Даже его позиция в качестве руководителя группы была поставлена ​​под угрозу. Школьный доктор отряхнул свою одежду от пыли. Кажется, он не слышал, что сказал Волк. - Эй, отвечай! Я говорю с тобой! - Волк почувствовал желание вытащить пистолет и просто выстрелить в этого парня. Нин Шу обнаружила, что школьный врач был очень хорош в общении с такими людьми. Она спросила: - Дядя, почему мы не едем? - Зомби могут учуять людей только в радиусе двух километров, - школьный доктор дал объяснение. Нин Шу практически хотела встать на колени перед ним. Она спросила: - Откуда ты это знаешь? - Я изучал это. Меня всегда интересует изучение нового, - Школьный врач обернулся и посмотрел на Нин Шу: - Я видел кого-то, такого же тупого как ты - Ха. Ха ... - Нин Шу засмеялась, не отвечая. ---------- Отряхнешь волосы - я убью тебя Вольф начал отряхивать свои волосы в досадной манере: - Даже если так, мы просто должны сидеть здесь и ждать, пока зомби нас не догонят, затем проехать два километра, чтобы опять подождать? Школьный доктор посмотрел на Волка холодно. Его очки в золотой оправе блеснули холодным светом: - Если ты еще раз отряхнешь свои волосы и оставишь пыль на моей машине, я убью тебя. Руки Волка застыли. Он хотел проигнорировать слова этого человека, но когда он увидел у того пистолет на талии, у него не было выбора, кроме как остановиться. Губы Нин Шу дрогнули. Друг, ты слишком уверен в себе. Это уже не тот нормальный мир. Выжить теперь куда более сложно, так что мог бы ты не возражать против таких мелочей? Феникс и Паук признавали силу и авторитет школьного доктора, поэтому они предпочли помолчать. Феникс сжала руку Волка, показывая, что лучше и ему прекратить говорить. Волк еще больше разозлился. Он был унижен перед своей женщиной. Это полностью разрушало его мужское достоинство. - О, кстати, у меня нет лишней еды для вас, ребята, так что вам лучше вернуться за своими рюкзаками, - мягко сказал школьный доктор. Участники группы: … Однако у них не было выбора. Школьный доктор вернулся к месту, где ранее произошла битва. Зомби уже не было, но их машина все еще стояла там. Волк первым вышел из машины школьного доктора и направился к внедорожнику, чтобы проверить, остались ли их вещи. Нин Шу тоже хотела пойти, но школьный врач остановил ее. - Останься. Там ты вызовешь больше проблем, чем здесь. Нин Шу: ... Нин Шу осталась в машине со школьным доктором. Несмотря на то, что группа Волка смотрела на нее с убийственным намерением в глазах, она чувствовала себя довольно безопасно в компании школьного доктора. Когда она отвернулась от окна машины, она увидела, что пристальный взгляд школьного доктора был сфокусирован на Фениксе. Феникс была особым агентом, поэтому ее чувства были очень острыми. Она чувствовала, что кто-то смотрит на нее, и все ее тело напряглось. Взгляд наблюдателя был настолько резким, что ей стало трудно дышать. Нин Шу спросила: - Дядя, тебе нравится Феникс? - Нравится? - Школьный доктор слабо улыбнулся, что сделало его выражение гораздо мягче. - Просто немного заинтересован, - школьный доктор постучал пальцем по рулю. Нин Шу внезапно почувствовала, что наблюдает последние часы спокойствия Феникса. Школьный доктор когда-то сказал другой главной женщине: ты мне нужна. В конце концов, он схватил ее и использовал в качестве лабораторной мыши. Он говорил, что работает над генетическим развитием человека и хочет активировать гены высшего класса у людей, но, в конце концов, он испортил весь мир. Итак, что он имел в виду под «немного заинтересован»? Он действительно любил ее или хотел ее вскрыть? Школьный доктор приподнял голову рукой, выглядя довольно вялым: - Мы встречались раньше? Почему ты называешь меня дядей? Ах. Она слишком привыкла называть его дядей, что она теперь скажет? Должна ли она сказать ему, что они когда-то были партнерами в преступлении? Как только Нин Шу собиралась ответить, раздался треск электрического тока, затем холодный механический голос сказал: - Игрок не может раскрыть свою личность. Игрок является временным гостем и не может нарушать правила мира. Ну, она все равно не хотела раскрывать ему свою личность. Вдруг школьный доктор решит вскрыть и ее. - Хм? - Школьный доктор поднял брови, глядя на Нин Шу. - Я молодая леди, которой в этом году исполняется лишь восемнадцать лет. Дядя, вы определенно старше меня. Я называю вас дядей из уважения к старшему, - Нин Шу быстро нашла причину. Хотя ее телу и вправду было всего семнадцать лет. Пока люди внутри машины разговаривали, Феникс и Волк снаружи горячо спорили. Главный мужчина, Волк, не хотел продолжать путешествие со школьным доктором, но Феникс настаивала на этом. Она сказала, что, по крайней мере, им надо добраться до безопасного места. ---------- Осталось три человека в группе У Феникса были веские основания настаивать на следовании за школьным врачом. Они были близко к границе, здесь не было живых. Кроме того, у них было очень много припасов. Неужели он хотел взвалить их на спину и пойти пешком? Более того, в их группе осталось всего три человека - она, Волк и Паук. Феникс уже подсознательно вычеркнула Нин Шу из группы. Что они будут делать, если они столкнутся с зомби? Смогут ли они обогнать зомби, неся эти вещи на себе? Что, если они столкнутся с эволюционировавшими зомби? Они ничего не могли противопоставить эволюционировавшим зомби. Волк знал, что он поднимает шум только из-за того, что он не хотел оставаться с этим человеком. Этот человек вызывал у него опаску, поэтому Волк был против идеи путешествия с ним. После того, как Паук присоединился к стороне Феникса, их стало двое против одного, и у Волка не было другого выбора, кроме как сдаться. Он взял руку Феникса и сказал: - Ты должна держаться подальше от этого человека. Кажется, он смотрит сейчас на тебя, и он определенно не имеет благих намерений. Тебя не следует вестись. Школьный доктор, которого только что обвинили в том, что он извращенец, совершенно не беспокоился об этом. Нин Шу не могла не восхищаться его способностью оставаться невозмутимым. Собственно, Нин Шу могла понять, почему Волк не хотел идти со школьным доктором. Школьный доктор серьезно подавлял его своей аурой.. Кем был главный мужчина? С тех пор, как он родился, у него было такое чувство превосходства, он всегда был лучше всех. Насколько он обрадуется тому, что его поставили вторым человеком? Однако сейчас у Волка не было другого выбора, кроме как перетерпеть свою гордость. Когда он нес вещи к машине, он пристально смотрел на школьного доктора. Школьный доктор просто осматривал свои ногти, не обращая внимания на Волка, из-за чего лицо Волка стало пурпурным из-за ярости. Трое вернулись в машину, как только закончили собирать вещи. Когда Паук увидел, что Нин Шу сидела совершенно без дела, он пожаловался: - Некоторые люди только и умеют, что отдыхать, пользуясь благами других. Как именно она обидела этого парня? Почему он всегда накидывался на нее? - Разве вам не удалось все это принести самим? Там я была или нет, это не сыграло значения, - Нин Шу откинулась назад, не опасаясь, поскольку школьный доктор все еще сидел в машине. - Ты ... - Паук резко поднял кулак, но затем испуганно взглянул на школьного врача, и опустил кулак. Он решил послать Нин Шу устный удар: - Радуйся, что нашла кого-то сильного, кто может тебя защитить.. Выражение Нин Шу все еще оставалось самодовольным. - Паук, достаточно, - Феникс упрекнула Паука, а затем сказал школьному врачу: - Друг, куда ты планируешь поехать дальше? Нин Шу не могла понять, казалось ей, или голос Феникса казался гораздо более очаровательным, когда она говорила со школьным врачом. Однако это не было чем-то необычным. Специальные агенты, подобные им, должны были использовать все преимущества, которые они имели для выполнения миссий. Изящная фигура Феникса и красивая внешность были одними из ее самых сильных преимуществ. Нин Шу посмотрела на свое лицо в зеркало заднего вида. Лицо у нее все еще в остатках мозгов зомби, но через серую комковатую массу прослеживались совершенно обычные черты лица и совершенно обычные беспорядочные волосы. Можно охарактеризовать ее внешний вид двумя словами - невыносимо смотреть. Нин Шу взглянула на красивое лицо главной женщины, затем молча попыталась хоть немного расчесать свои волосы. Господи, ах, она действительно стала просто пушечным мясом – контрастом для главной женщины. В группе было всего две женщины. Ее существование просто служило для того, чтобы подчеркнуть красоту Феникса. Она подозревала, что это главная причина существования хоста. Как грустно! ---------- Школьный доктор вступил в ряды Когда школьный доктор услышал, что сказала Феникс, он поднял брови и обернулся, чтобы посмотреть на нее. Феникс слегка приподняла грудь, затем повторила: - Куда ты собираешься поехать? Школьный доктор немного поправил очки: - Куда вы, ребята, хотите отправиться? Я поеду туда. На лице Феникса появилась улыбка, которая только подчеркнула ее красоту. Однако выражение Волка оставалось холодным. Именно так в ряды участников группы вступил и школьный доктор. Он ехал туда, куда Феникс велела ему ехать, заставляя Волка сжимать кулаки в бессильной ярости. Как только они столкнутся с зомби, он бросится первым в атаку и выместит на них гнев. Феникс все больше и больше стала доверять школьному доктору. Нин Шу же, когда она видела, как очки школьного доктора холодно блестели, чувствовала озноб. Но когда она увидела, что Феникс начинает разговаривать со школьным доктором робко и застенчиво, она еще больше испугалась. Дядя, ты полностью на пути свержения главного мужчины! В экстремальной среде апокалипсиса все возвращалось к примитивной человеческой природе. Правило сильнейшего стало проявляться гораздо сильнее. Поклонение сильным людям уже вошло в инстинкты. Школьный доктор обладал продвинутым оружием, с которым он очень умело управлялся, поэтому он никогда не проявлял паники при столкновении с зомби. Самое удивительное, что этот парень, похоже, жил не в апокалипсисе. Его одежда всегда была чистой, ногти всегда были подстрижены, и на нем не было ни следа грязи, что вызывало еще большую привлекательность. Волк же, напротив, всегда сердито убивал зомби без единого следа элегантности, поэтому его одежда постоянно была грязной и пропитанной потом. Поэтому, в отличие от школьного доктора, Волк стал тусклым. Его аура главного мужчины настолько истончала, что перестала быть видна. Однако Нин Шу больше беспокоилась о цели Феникса в путешествии с ними. Они уже искали много дней, но до сих пор не обнаружили Эссенции. Нин Шу коснулась флакона Эссенции в кармане. Это был тот флакон Эссенции, который она вытащила из рук эволюционировавшего зомби. Тогда школьный врач не взял его, потому что бутылка была грязной, и с тех пор он не просил ее об этом. Нин Шу было любопытно, как такой маленький флакон с Эссенцией мог похоронить мир. Основываясь на памяти хоста, старший командир сказал ей, что нация хотела укрепить человеческий организм за счет улучшения человеческих генов. Человек, который отвечал за исследование этого, был ученым-генетиком, известным как Психо. Однако они не ожидали, что он действительно добьется успеха. К сожалению, не все смогли стать сильнее. Около пятидесяти процентов людей успешно активировали более продвинутые гены в своих телах и получили особые способности, но остальные пятьдесят процентов стали чрезвычайно сильными монстрами, которые не чувствовали боли и только хотели пожирать внутренности людей. Кроме того, эти монстры несли вирус, который превращал людей в подобных им. Человек, ответственный за это, школьный доктор, схватил вещи и сбежал. Монстры сбежали из лаборатории и начали разрушать мир. Люди, которым посчастливилось пробудить свои особые способности в лаборатории, были подготовлены нацией. Команде Нин Шу была поручена миссия найти Эссенцию гена, которую школьный доктор забрал с собой. Волк и Феникс знали о возможностях Эссенции, поэтому они решили предать страну и сохранить Эссенцию для себя. И для чего дядя остался с этой группой? Может быть, он увлекался расчленением женщин? - Иди сюда. – Школьный доктор поманил Нин Шу, словно она была его собачкой. Нин Шу подошла с темным выражением, и спросила: - Дядя, что нужно? - Подойди ближе. Возьми этот прут, - сказал школьный врач, указывая на усиленный стальной прут толщиной в палец. Нин Шу: Что это, черт возьми? ---------- Подойди, позволь мне почувствовать Когда Нин Шу услышала, что школьный врач действительно хотел, чтобы она сломала стальной прут, она подумала, что ей послышалось. - Почему ты хочешь, чтобы я сломала его? - спросила Нин Шу. Школьный врач посмотрел на Нин Шу, и его очки сверкнули, что сделало его вид очень угрожающим. Нин Шу сразу же подняла стальной прут на земле, не сказав ни слова более. - Используй все свои силы, чтобы сломать его, - сказал школьный врач. Нин Шу кивнула и изо всех сил сдавила стальной прут. Ей не удалось сломать его, но она прилично погнула его. Она спросила: - Все в порядке? Школьный доктор кивнул, затем протянул руку к руке Нин Шу. Нин Шу немедленно бросила стальной прут, и отбежала недалеко, потом повернулась и осторожно взглянула на него: - Дядя, что ты делаешь? Черт, ей было страшно, что он коснется ее. - Я просто проверю твою силу. Я сразу заметил, что ты кажешься необычайно сильной, - Школьный доктор поманил Нин Шу. - Подойди, позволь мне почувствовать. Нин Шу: Пфф... - Иди сюда, позволь мне почувствовать твои мышцы, - повторил школьный врач. Нин Шу чувствовала себя неловко с головы до ног. Причина, по которой она была необычайно сильной, заключалась в том, что она практиковала Непревзойденные Боевые Искусства. Говоря об этом, каждый раз, когда она вспоминала название этого руководства, она чувствовала себя очень смущенной. Нин Шу подошла к школьному доктору. Когда она видела, как он бесцеремонно осматривает ее, она чувствовала холод. Почему она чувствовала, что школьный врач вот-вот ее расчленит? После того, как школьный доктор внимательно изучил ее мышцы, он кивнул: - Хотя у тебя нет больших мышц, они очень компактны. Это идеальное состояние. Дядя хотел вскрыть и ее? Но за что? - Вот ваши рационы, - Феникс подошла и прервала разговор Нин Шу и школьного доктора. Феникс держала две упаковки печенья и две бутылки воды, которые она вручила школьному врачу. Тот передал Нин Шу одну из упаковок с печеньем и воду. Нин Шу поспешно взяла еду. Она так голодала! Когда Феникс увидела это, ее глаза замерцали, и она сказала Нин Шу: - Дейзи, выйди на секунду. Я хочу поговорить с тобой. Нин Шу была немного смущена. Почему Феникс хочет поговорить с ней? Однако она все равно последовала за Фениксом. Дом, по которому они шли, был старым и отсыревшим. Он, похоже, был сделан из грязи, поэтому старые жители покинули его. Это было просто временное место отдыха для группы. Когда они вышли на улицу, Феникс остановилась. Нин Шу стояла примерно в двух метрах от Феникса. Это было самое безопасное расстояние. - Зачем ты меня искала? - спросила Нин Шу. Феникс протянула тонкую руку к Нин Шу. Когда она увидела полностью озадаченное выражение Нин Шу, она холодно сказала: - Дейзи, отдай мне Эссенцию, чтобы мы могли завершить миссию. - Эссенцию? У меня нет Эссенции, - ответила Нин Шу. Выражение лица Феникса стало холоднее. - Прекрати обманывать! Я говорю об Эссенцию гена, которая выпала из рук зомби. Именно ты забрала ее. Нин Шу показала, как будто она вдруг поняла, о чем говорила Феникс: - А, эта Эссенция! Я уже потеряла ее. Если бы ты не сказала об этом, я бы даже не вспомнила. После этого Нин Шу изобразила раскаяние. - Сестра Феникс, мне очень жаль. Это моя вина. Феникс была раздражена, когда Нин Шу назвала ее сестрой. Когда она увидела не отмеченное умом лицо Нин Шу, она холодно сказала: - Дейзи, мы все из секретного отдела. Ты хочешь, чтобы мы провалили эту миссию и были наказаны старшим командующим? Внутренне Нин Шу закатила глаза. Вы, ребята, уже предали страну, так почему бы и вам не быть наказанными? Но нет, единственной наказанной в этой истории будет хост, глупая и наивная девочка. ---------- Психо мертв Нин Шу сделала плачущее выражение, и с беспокойством спросила: - Что нам теперь делать? Я действительно потеряла генную Эссенцию. Тогда ситуация была накаленной, вокруг были зомби, я даже не знаю, где я ее потеряла. - Ты ... - Феникс была настолько зла, что не могла даже сказать ни слова. В конце концов, она холодно хмыкнула и ушла. Нин Шу скривила губы от презрения, прежде чем отправиться на обед. Они ели это печенье каждый день, поэтому вкус почти заставил ее почувствовать себя похожей на себя. Тем не менее, печенья были удобны, компактны, поэтому они были лучшим выбором для путешествий. Школьный доктор пил взятое откуда-то молоко. Когда он увидел, что Нин Шу вошла, он спросил: - О чем она хотела поговорить с тобой? Мысли Нин Шу закружились, когда она подумала, должна ли она говорить правду или нет. Если она расскажет, разве это не будет предупреждением? Что, если он решит покинуть группу? Однако она все равно сказала правду: - Она спросила меня об Эссенции. Школьный доктор ответил «о», а затем отвернулся, продолжая пить молоко, даже не предложив его Нин Шу. Нин Шу была немного тронута. Дядя, ты такой хороший человек, хотя ты извращенец. После ухода Феникс вскоре вернулась. На этот раз Феникс была не единственной, кто пришел. Паук и Волк тоже были с ней. Когда Волк вошел в комнату, он прохладно засмеялся и взволнованно посмотрел на школьного врача. Его красивое лицо было немного нервным, и он не выглядел ничем иным, как местным тираном, которым он опять очень хотел стать. Все сели за стол. Волк, который сидел во главе, кашлял и пытался держаться внушительно. Однако это выглядело как ложная бравада. - Феникс, ты можешь говорить, - сказал Волк Фениксу. Сам он не хотел говорить с этим человеком. Всякий раз, когда он видел этого человека, он чувствовал себя угнетенным. Группа была разделена на две фракции. Одна фракция состояла из Волка, Феникса и Паука, в то время как другая фракция состояла из Нин Шу и школьного доктора. Эти две фракции имели посредника между собой – Феникса. - Вы знаете, в чем наша миссия? - Феникс спросила школьного врача. Школьный доктор сделал глоток молока, промолчав. Феникс, похоже, привыкла к личности школьного врача, и просто продолжила: - Наша цель - найти генную Эссенцию. Все смотрели на школьного доктора, но на его лице не появилось никакого выражения. Феникс почувствовала себя немного разочарованной. С этим человеком было тяжело справиться. Она завершила много миссий, но никогда не сталкивалась с таким человеком, который был совершенно безразличен к ней. - Эссенция способна пробуждать особые способности человека и укреплять их тело. На данный момент в мире появляется все больше и больше зомби, поэтому людям становится все труднее защищаться. Мы ищем Эссенцию для пробуждения особых способностей большего количества людей, чтобы мы могли бороться с зомби, - сказала Феникс с серьезным выражением. Школьный доктор, наконец, закончил пить молоко. Он толкнул печенье, которое он не закончил, в сторону Нин Шу. Это был знак Нин Шу, что она могла доесть, поэтому Нин Шу молча съела оставшиеся печенья школьного доктора. - Если вы, ребята, ищете генную сущность, то в этом нет необходимости. Эссенция – незаконченный продукт, а сам Психо уже мертв, - сказал школьный доктор. - Кхх.. - Нин Шу поперхнулась печеньем, когда услышала слова дяди, и поспешно запила водой. Он спокойно говорил, что он умер. Что именно он пытался сделать? Он хотел, чтобы люди обсуждали, что Психо уже мертв, поэтому сделал первый вброс? Волк нахмурился и вопросительно посмотрел на школьного врача: - Откуда ты это знаешь? И откуда ты знаешь, что Психо мертв? Кто ты такой? Ты самый загадочный человек во всей этой группе. Ты даже не сказал свое имя. Подозрение тоже появилось на лице Феникса, и она спросила: - Откуда ты знаешь, что Психо мертв? - Я был тем, кто убил Психо, - спокойно ответил школьный доктор. На его лице появилось выражение жалости: - Он уничтожил Эссенцию. Нин Шу снова поперхнулась и была вынуждена стучать себя в грудь. ---------- Это не я потерял Эссенцию У Нин Шу были смешанные чувства, когда она слушала, как школьный доктор сочиняет бессмыслицу с совершенно серьезным выражением. Как единственный, кто знал правду, она просто захотела закричать, что Психо – это он. Как он мог убить Психо, если он сам Психо? Разве что только самоубийство. Школьный доктор поднял брови, глядя на Нин Шу. Когда он увидел, что ее трясет так сильно, что ее глаза начинают закатываться, он протянул руку и ударил ее по спине. Затем он мягко спросил: - У тебя слишком сильная реакция на эти новости. У тебя есть возражения? Нин Шу махнула рукой и сказала: - У меня нет никаких возражений. Какие у нее были возражения? С холодным безразличным лицом школьного доктора перед ней она не осмелилась бы сказать возражения, даже если бы имела их. - После утери Эссенции ты все еще смеешь оставаться здесь? Ты вообще не чувствуешь никакой вины? - Феникс закричала раздраженно, - бесчисленные люди оказались убитыми и зараженными из-за тебя! Нин Шу: (⊙o⊙) (п/п - каждый раз смеюсь, когда вижу этот смайлик) Когда Нин Шу услышала обвинение Феникса, она рефлекторно взглянула на школьного доктора. Вероятно, это предложение должно быть адресовано ему? Человек, создавший этих монстров, похожих на зомби, должен быть тем, кто чувствует себя виноватым. Когда школьный доктор увидел, как Нин Шу смотрела на него, он пожал плечами и сказал: - Это не я потерял Эссенцию гена, не смотри на меня. Нин Шу: Пфф... Она еще раз убедилась в характере школьного доктора. У него была, без сомнения, самая толстая кожа в мире. - Дейзи, я говорю с тобой! Где ты потеряла Эссенцию?! Разве ты не знаешь, насколько важна Эссенция? - Феникс спрашивала Нин Шу с темным выражением. Нин Шу закатила глаза: - Я не знаю, где я ее потеряла. Тогда было так много зомби. Мне потребовались все силы, чтобы отбиваться от зомби, как я могла держать это в голове и тем более заботиться о какой-то Эссенции? - Ты должна защищать ее даже ценой своей жизни! - Феникс обвиняла Нин Шу. Это было бесполезно. Нин Шу хлопнула по столу и мгновенно развалила старый стол: - Феникс, ты хочешь подраться со мной? В прошлом, хотя Феникс не любила ее, она поддерживала элегантный и величественный образ. Однако теперь она решила открыто унизить ее. Нин Шу взглянула на школьного доктора, который казался безразличным. Может быть, главная женщина завидовала тому, что она была близка к школьному доктору? - Дейзи, я не спорю с тобой, потому что я принимаю во внимание тот факт, что ты моложе. Однако ты думаешь, что ты можешь вести себя как угодно, потому что кто-то тебя поддерживает? - холодно сказала Феникс. Затем она взглянула на школьного доктора с молчаливой просьбой в глазах. У Дейзи не было хорошей фигуры или какой-либо выдающейся внешности. По сравнению с ней, Дейзи была просто уродливым клоуном. Однако почему этот человек более охотно был с Дейзи, чем с ней? После этих мыслей выражение Феникса стало еще более угрюмым. Волк заметил выражение Феникса, цвет его лица сразу потемнел, и он закричал: - Зачем вы, ребята, спорите? Прямо сейчас мы должны решить, куда идти дальше, а не спорить над этими пустяками! Феникс ответила: - Без Эссенции любые дальнейшие планы бесполезны. Волк взглянул на школьного врача со сложным выражением, прежде чем, наконец, сказать: - Поскольку Психо уже мертв, а Эссенция гена уничтожена, давайте вернемся назад. Значение слов Волка было ясным: больше не было смысла продолжать миссию, они должны готовиться к возвращению. У Нин Шу не было никаких возражений. В любом случае у нее была Эссенция, поэтому, если бы они вернулись, она могла передать ее старшему командующему и посчитать ее задачу выполненной. Впоследствии она могла просто провести время, размышляя о смысле жизни. Однако она не могла позволить им узнать, что она хочет вернуться, поэтому она сказала с запинкой: - Как мы можем вернуться так, без каких-либо результатов? Мы будем наказаны. Феникс закатила глаза: - Как думаешь, кто понесет ответственность? Определенно не она. В конце концов, группа единогласно согласилась вернуться. Так как они не нашли Эссенцию, Волк и Феникс не могли разбудить их особые способности, им все еще нужно было уйти под защиту народа. Из-за этого, мысль о предательстве страны до них не дошла. Атмосфера снова сгустилась. Прежде чем Волк ушел, он с досадой и убийственным намерением взглянул на Нин Шу. Нин Шу подбежала ближе к школьному доктору. Он холодно встретил взгляд Волка. Волк хмыкнул, затем повернулся и ушел. ---------- Происхождение Эссенции - Ты довольно сильна. Ты родилась такой? – Школьный доктор задал ей вопрос, поправив очки. Стекла его очков мерцали, вызывая опасное чувство. Как она должна ответить на этот вопрос? Почему она чувствовала, что он интересовался не просто так? Дядя любил вскрывать людей с особыми способностями и изучать их. Нин Шу ответила с вымученной улыбкой: - Да, я родилась такой. Школьный доктор довольно хмыкнул в ответ, затем поманил Нин Шу рукой. Нин Шу тут же направилась прямо к нему. - Не подходи так близко, - сказал школьный доктор. Нин Шу скривила губы, но подчинилась и сделала несколько шагов назад. Когда уже дядя исправится? - У тебя есть Эссенция. Ты никогда не думала о возможности пробудить особые способности? - спросил школьный врач. Нин Шу почти прыгнула от шока. Когда она увидела безразличие на лице дяди, она отказалась от попыток спорить и честно ответила, покачав головой: - Я не хочу. - Почему? Все твои товарищи по команде хотят получить Эссенцию, чтобы пробудить свои особые способности, почему бы тебе этого не сделать? - Школьный доктор поднял брови, глядя на Нин Шу.: - Ты боишься превратиться в зомби? Честно говоря, этот пятидесятипроцентный успех был такой рулеткой. Человек мог либо получить мгновенный успех, либо стать зомби, который ничего не мог, кроме как пожирать человеческую плоть. Нин Шу кивнула поспешно. - Я боюсь стать зомби. Лицо школьного доктора презрительно скривилось: - Ты боишься попробовать даже с таким большим шансом на успех? Нин Шу услышала явное презрение в голосе. Однако она выразила мысль, что в любом случае ей нельзя использовать Эссенцию. Она все еще нуждалась в ней, чтобы выполнить эту задачу. - Дядя ... - Нин Шу села рядом со школьным доктором, затем наклонилась, чтобы спросить: - Дядя, скажи, откуда взялась эта Эссенция гена? Нин Шу некоторое время назад задалась вопросом, как была создана эта Эссенция гена. Школьный доктор мягко взглянул на нее и сказал: - Если ты собираешься говорить, просто говори. Почему ты наклоняешься так близко? Школьный доктор опять в своем духе. Нин Шу немного отодвинулась. На самом деле она не ожидала, что школьный доктор вообще ответит ей. В конце концов, он всегда был себе на уме, и делал все, что хотел. Школьный доктор поправил очки и сказал: - В действительности все атрибуты культивации в фольклоре – это просто атрибуты особых способностей. Так называемый корень духа - это просто ген высшего класса. Психо создал эту Эссенцию в результате экспериментов над одной женщиной. Он извлек фрагмент гена высшего класса из ее тела. Причина, по которой некоторые люди не могут пробудить свои способности, состоит в том, что их гены несовместимы с генами Эссенции. Гены встают на неправильные места, и происходит превращение в монстра. Однако некоторые люди могут успешно принять новые гены и активировать гены высшего класса, спрятанные в их телах. Нин Шу: (⊙o⊙) Дядя, твоя семья знала, что ты сумасшедший? Женщина, о которой говорил дядя, была главной женщиной мира школьного кампуса. Тот факт, что она закончила лабораторной мышью, определенно говорил о ней, как о самой жалкой главной женщине в истории. Теперь она, вероятно, была мертва. ---------- Еще один лидер зомби Первоначально предполагалось, что они ищут Эссенцию, но они искали долгое время без каких-либо успехов. К настоящему времени группа изрядно поредела, поэтому, когда школьный доктор сказал, что Психо мертв, а Эссенции не было, группа Волка сразу же решила вернуться назад. Другой не менее важной причиной этого решения было то, что они начали сталкиваться со все большим количеством зомби под началом эволюционировавших зомби. На данный момент они уже столкнулись с тремя эволюционировавшими зомби, и у тех, похоже, была способность призывать обычных зомби. Группе было очень сложно разбираться с ними, поэтому почти все согласились с идеей вернуться назад. Единственное, что Нин Шу не понимала, почему дядя шел с ними. Он хотел быть пойманным вместе с ними? - Дейзи, время вставать, - школьный доктор толкнул Нин Шу ногой. Глаза Нин Шу мгновенно открылись. Она сонно терла глаза, следуя за ним в машину. Феникс хотела сесть на переднем пассажирском сиденье, но Нин Шу опередила ее, поэтому та посмотрела на Нин Шу, прежде чем сесть назад. Во время всей поездки Нин Шу чувствовала холод на затылке. Ей не нужно быть особо догадливой, чтобы понять, что это был взгляд Феникса. Нин Шу теперь была уверена, что Феникс отбросила романтику и всерьез нацелилась на дядю. Она уже слышала, как Феникс и Волк спорили. Ты меня предаешь? Бла-бла-бла. Я не предательница, бла-бла. Между тем, школьный врач, который был главным вовлеченным человеком, оставался невозмутимым, как будто все это не имело к нему никакого отношения. Он просто занимался своим делом. Он так сильно злил Волка, что тот чувствовал желание убить дядю. Нин Шу, естественно, не хотела, чтобы что-то случилось с дядей. Как только что-то случится с дядей, она будет следующей. В конце концов, Волк желал убить и ее. Школьный доктор вдруг нахмурил брови, затем мягко сказал: - Снова зомби. Атмосфера в автомобиле сразу же стала напряженной. - Черт, это конец! - проклинал Паук. Они уже столкнулись с бесчисленными зомби по дороге сюда. Они чувствовали, что они были единственными, кто еще жив в этом мире. Они до сих пор не видели ни одного человека. У них почти закончилась еда, а последний патрон был израсходован еще давно. Нин Шу использовала топор для обороны от зомби, либо прут. Единственным, у кого было оружие, был школьный доктор, но он не показывал никаких признаков готовности помочь. В лучшем случае он немного помогал, когда Нин Шу была близка к тому, чтобы получить укус. О других же он вообще не проявлял заботы. Сразу после слов дяди, они начали слышать рычание. Некоторые зомби подбежали, чтобы попытаться окружить машину. Школьный доктор молча нажал на педаль газа, и машина сбила зомби, преграждавших путь. Машину затрясло так сильно, что Нин Шу почувствовала боль. Бац. С крыши машины раздался громкий звук, и весь автомобиль затрясся. Выражения всех помрачнели. Они столкнулись с эволюционировавшим зомби. Нин Шу взглянула на школьного доктора. Его лицо было спокойным и безразличным, но его губы были плотно сжаты, указывая на то, что сейчас он был в ярости. Нин Шу спросила: - Дядя, может, нам выйти из машины, чтобы расправиться сначала с лидером зомби? - Дейзи, не говори глупости. Снаружи много зомби, мы будем мгновенно окружены. Кроме того, есть еще главный зомби. Ты даешь глупые советы, - холодно сказала Феникс. Паук и Волк тоже посмотрели на Нин Шу. Нин Шу нахмурилась и сказала: - На крыше сидит эволюционировавший зомби. Что, если он сломает машину? Если мы потеряем машину, это будет означать для нас смерть. Неужели они действительно думали, что она была счастлива выйти и встретиться с зомби? ---------- Быстрее, чем моя пуля Бум! Эволюционировавший зомби стал стучать по крыше автомобиля. Тем не менее, автомобиль дяди был довольно прочным, так что пока машина была в порядке. Дядя нажал на газ и стряхнул обычных медленно движущихся зомби, потом остановил машину и сказал людям в машине: - Выйдите и разберитесь с этим зомби. У них не было выбора, кроме как выйти из машины, и начать стрелять всем, что у них было, в зомби на крыше. Однако ни один из них не ранил зомби. У всех были беспомощные выражения на их лицах, поскольку разница в силе между ними и врагом была слишком велика. Нин Шу продолжала попытки его убить, но он просто уклонялся от всех ее пуль. Что за черт? Как такой зомби может существовать? Школьный доктор сузил глаза, направив оружие на зомби. Однако он не стрелял, возможно, потому, что зомби был слишком быстрым. Волк отбросил пистолет, когда закончились патроны, и использовал скрытое оружие, но это было совершенно бесполезно. Зомби быстро приблизился и потянулся к его сердцу. - Волк ... - воскликнула Феникс. - Поторопись, стреляй! - Волк упал на землю и перекатился в сторону, чтобы уклониться. Паук и Феникс помогли, но зомби, похоже, нацелился на Волка. Он хотел сначала убить главного мужчину, а потом приступить к остальным. Школьный доктор не стрелял. Он продолжал целиться, но не нажимал на спусковой крючок, как будто ожидал подходящей возможности. Зомби снова напал на Волка. На этот раз Волк не смог увернуться. Когда казалось, что Волк умрет, молниеносный свет вырвался из руки Волка и ударил зомби. Тело зомби сразу окуталось белой дымкой. Зомби застыл. Он явно был удивлен этим, страх появился на его пепельно-белом лице. Все остальные были ошеломлены, молча смотрев на руку Волка. Даже Волк был озадачен на минуту, прежде чем на его лице появилась дикая радость. - Это особая способность, особая сила ... Школьный доктор воспользовался этим моментом, пока зомби все еще был ошеломлен, чтобы сделать выстрел. Голова зомби сразу же взорвалась. Несмотря на то, что школьный доктор убил зомби, сердце Волка было наполнено гневом, и он сердито спросил: - Почему ты не начал стрелять раньше? Волк посмотрел на школьного доктора. Его руки продолжали испускать треск молнии. Было ясно, что он хотел убить школьного врача. Нин Шу занервничала, и поспешно сказала Волку: - Дядя много думал об этом. Он просто пытался помочь тебе разбудить особые способности, поставив тебя в отчаянную ситуацию. Когда Волк услышал вынужденное объяснение Нин Шу, он сказал с издевкой: - Если бы не моя особая способность, меня бы уже убил этот зомби. Я не могу отпустить этого парня. Нин Шу могла сказать, что, получив новые силы, Волк хотел отомстить. Поступая таким образом, он также сможет вернуть прочную репутацию в группе. Молния в руках Волка потрескивала. Он очень хотел убить дядю. Школьный доктор поднял пистолет, и прицелился в лоб Волка. Он сказал с насмешкой: - Это всего лишь новая пробужденная способность. Ты хочешь проверить, быстрее ли ты, чем моя пуля? Лицо Волка дрогнуло. Он посмотрел на черное дуло пистолета, а затем на молчаливого школьного доктора. Наконец, он неохотно убрал руку с молнией. ---------- Любишь доедать за мной? После пробуждения особой способности, Волк преобразился, и приобрел высокомерное чванство, как будто он покорил весь мир. Нин Шу едва останавливалась от циничных комментариев. Волк даже выглядел так, словно хотел выгнать ее и дядю, и уехать на их машине. Несмотря на то, что он боялся пистолета дяди, его эго возросло, и он стал давать ей и дяде все меньше и меньше пищи. Нин Шу все больше и больше презирала его. Продолжая идти вперед, они встречали много зомби. Волк убивал по многу зомби за раз, поэтому вскоре он стал намного более искусно использовать свою способность. Во время одной атаки зомби Феникс пробудила и свои особые способности, которые оказались ледяными атаками. Вскоре после этого Паук тоже пробудил способность атак землей. Из пяти участников группы, Нин Шу и школьный доктор были единственными, кто не пробудил свои особые способности. Нин Шу не знала, почему она не может пробудить особые способности. Однако ее сила все равно возрастала, и ее тело становилось все более гибким. Это была, несомненно, работа Непревзойденных Боевых Искусств. Если у нее не было особых способностей, то ничего страшного. Нин Шу утешила школьного доктора, сказав: - Все в порядке, не волнуйся. Дядя, ты тоже сможешь пробудить свои особые способности. Школьный доктор закатил глаза, затем сказал с издевкой: - Тебе лучше беспокоиться о себе. Не погибни от рук этих людей. Нин Шу икнула. По правде говоря, школьный доктор мог легко отправить их на тот свет своим оружием. Если бы у нее был хлыст, то она могла тоже сделать вклад в оборону от этих людей. - Дядя, почему бы нам просто не убежать? Давай не будем оставаться с этими людьми, - Нин Шу наклонилась ближе к уху дяди, чтобы тихо предложить это. Горячее дыхание Нин Шу коснулось уха школьного доктора, и дядя немного отодвинулся. - Я ненавижу больше всего, когда ты так близко. Ты не можешь говорить нормально? Выражение Нин Шу рухнуло. - Дядя, мы в настоящее время обсуждаем важный вопрос. Разве ты не можешь отбросить эти мелочи? - Трое из них смогли пробудить свои особые способности, - сказал школьный доктор. - Вот почему мы должны бежать, - с беспокойством сказала Нин Шу, - мы не сможем победить их, ах. - Ни в коем случае, - дядя отверг эту идею. Нин Шу спросила с широко раскрытыми глазами: - Почему, черт возьми, нет? - Эти трое являются очень хорошим материалом для изучения, - сказал дядя. Нин Шу: Пфф... Что вознамерился сделать дядя? Может быть, он хотел вскрыть этих троих? Нин Шу действительно хотела отговорить дядю от этой абсурдной идеи. - Вот ваш паек, - Феникс бросила коробку с печеньем и бутылкой воды на землю перед школьным доктором и Нин Шу. Бутылка с водой и упаковка печенья были покрыты пылью. Было повезло, что упаковка не повредилась, иначе не было бы возможности их съесть. Уголки губ Нин Шу дрогнули. Раньше Феникс все еще проявляла интерес к школьному доктору, но после того, как она и Волк пробудили свои силы, ее отношение к нему развернулось на 180 градусов. Главная женщина сама, вероятно, чувствовала, что ей нужен был кто-то сильный. Поскольку она и стала сильной, у нее не было никакой необходимости оставаться с дядей, так как у него не было особых способностей. Феникс бросила на пол еду, удаляясь надменной и холодной фигурой. Дядя поправил очки и наблюдал, как Феникс ушла. Нин Шу взяла печенье и воду в бутылках. Она отряхнула пыль с упаковки: - Она больше не интересуется тобой. Школьный доктор ничего не сказал и просто подпер подбородок, когда он посмотрел на Нин Шу. Его выражение было очень ленивым: - Я не понимаю, о чем ты говоришь. Нин Шу ответила «тц». Она не могла поверить, что школьный доктор не заметил интереса Феникса к нему. Нин Шу разорвала упаковку печенья, а также открыла бутылку с водой, прежде чем передать их дяде. - Дядя, ты поешь первым, но оставь немного и для меня. Дядя принял бутылку и выпил глоток, затем съел немного печенья. Впоследствии он передал воду Нин Шу. Нин Шу не стеснялась пить из этой же бутылки и заедать печеньем. Когда школьный доктор увидел, что Нин Шу ест с удовольствием, он ухмыльнулся. - Ты любишь доедать за мной? - Пфф... - Нин Шу постучала в грудь. Кто, черт возьми, любил доедать за другими? Это была проклятая мизофобия дяди. Если ей поесть первой - дядя бы вообще не коснулся еды. Даже если это была последняя их еда. Она не была такой разборчивой и относилась спокойно к тому, чем она могла набить живот. Школьный доктор протянул руку к спине Нин Шу. Затем он, казалось, почувствовал, что спина Нин Шу была немного грязной, поэтому он вытер руку об одежду Нин Шу, прежде чем убрать ее. ---------- Помой руки На следующий день Феникс подошла, чтобы уведомить школьного доктора и Нин Шу, что они выдвигаются. Остальная группа уже ждала в машине. Похоже, они были в очень плохом настроении. Одной из причин, почему Волк все еще не попытался убить школьного врача, было то, что они не умели водить машину. Они даже не могли понять, как завести ее. Кроме того, они беспокоились о бомбе, о которой говорил школьный врач. Не нужно было объяснять, с каким раздражением Волк смотрел на школьного врача и Нин Шу. Когда они встречались взглядами, он смотрел на них с таким презрением, как будто они жили только по его милости. Нин Шу игнорировала презрительные взгляды Волка, и искусно становилась глухой к насмешкам Паука. Ее кожа действительно стала намного толще. Они встретили еще много зомби, прежде чем они, наконец, достигли города. Группа вошла в город, и обнаружила, что он заполнен зомби. В поле зрения не было ни одного человека. Первоначально они планировали обыскать окрестности на наличие еды и припасов, но после беглого осмотра они обнаружили, что все супермаркеты были пусты. Это ввергло ее в отчаяние. Нин Шу было интересно, действительно ли нация пала? Неужели люди уже разбились на отдельные лагеря? Черт, кому она должна была отдать Эссенцию, если нация исчезнет? Настроение Нин Шу стало крайне подавленным. Была поздняя ночь. Группа нашла небольшую квартиру на привал. В коридорах бродило несколько зомби, поэтому им потребовалось некоторое время, чтобы справиться с ними. Нин Шу открыла кран. Хотя пошла вода, Нин Шу не была уверена, что она пригодна для питья. В конце концов, она решила не пить. Вирус уже распространился по миру до такой степени, что даже источники воды стали загрязненными. Нин Шу посмотрела на школьного доктора. Этот парень был силой, разрушившей мир! - Дядя! - крикнула Нин Шу. Школьный доктор взглянул на Нин Шу: - Что? Нин Шу схватила его руку и попыталась уговорить его: - Дядя, ты должен просто отказаться от Феникса. В городе много заброшенных автомобилей, поэтому Волк больше не нуждается в нас. Разве он не заметил, что Волк смотрел на них с убийственным намерением с тех пор, как они прибыли в город? Школьный доктор опустил глаза, взглянул на руку Нин Шу, затем презрительно вытащил руку из ее хватки. - Твои руки слишком грязные. Вымой их. Нин Шу завопила: - Дядя ... ---------- Человек низшего класса То, что всегда удивляло и раздражало Нин Шу, было то, что она очень серьезно относилась к дяде, но он всегда реагировал именно таким образом. Это серьезно бесило! - Дядя, ах... - беспомощно воскликнула Нин Шу, - еще немного, и я умру от досады! Школьный доктор подпер подбородок, глядя на Нин Шу. Когда он увидел ее недовольное выражение лица, он сказал невозмутимо: - Я действительно не знаю, почему ты так постоянно сердишься. Девочка, ты не можешь вести себя нормально? Нин Шу: ... Какого черта? Он хоть слушал ее!? Ха. Ха. Ха... Группа продолжила движение вперед и, наконец, нашла лагерь, где расположились люди. Вокруг основного входа ходило много людей. Это было очень трогательное зрелище после такого долгого путешествия. Нин Шу последовала за школьным доктором ко входу в лагерь. Первое, что она собиралась сделать, когда она попадет на базу - это принять душ! Волк и Феникс встали в очередь. У охранника на входе было очень высокомерное отношение ко всем. Когда настала очередь Волка, он спросил: - Как тебя зовут? Сколько тебе лет? Есть пробужденные способности? Волк ничего не сказал, и просто продемонстрировал, как молния появляется из его руки. Вокруг раздались удивленные вздохи. - Способность создавать молнии? У вас на самом деле есть способность типа Молнии! – Лицо охранника вытянулось в удивлении. Его выражение сразу же стало почтительным, и он спросил: - Могу я спросить, как вас зовут? Таким образом, базе будет легче найти место для вас. Все вокруг смотрели на Волка с завистью и ревностью. У тех, кто обладает особыми способностями, были лучшие условия жизни, пропитание и качество жилья были намного лучше, чем у рядовых граждан. Те, кто не пробудил особые способности, рассматривались как люди низшего класса. Их жизнь была очень сложной, и у них не было выбора, кроме как делать всю грязную работу на базе. - Волк, двадцать восемь лет, способность типа Молнии, - ответил Волк в отвратительной манере. После этого вышла Феникс. Способность типа Льда также вызвала сенсацию, и она сразу же получила ключ от комнаты. Затем появился Паук с его способностью типа Земли. После того, как и он получил свой ключ от комнаты, он обернулся к Нин Шу, и сделал характерное движение от уха до уха. Нин Шу взглянула на Паука. Она понятия не имела, чем она обидела этого парня, чтобы он так ненавидел ее. Когда дело дошло до школьного доктора, Нин Шу слушала особенно внимательно, так как ей очень давно хотелось узнать его имя. Охранник посмотрел на школьного доктора и спросил: - Как тебя зовут и каковы твои способности? - Психо, - ответил школьный доктор. - Кхх... - закашлялась Нин Шу, которая была вынуждена постучать по груди, чтобы задышать. Он серьезно говорил о своем кодовом имени так открыто? Охранник явно не знал никого по имени «психо». Когда он услышал это имя, он просто подозрительно посмотрел на дядю и сказал: - Я говорю о вашем имени. Ваше имя Психо? - Угу, - ответил школьный доктор, не изменяясь в лице. - Каковы твои способности? Школьный доктор покачал головой: - У меня их нет. - Те, у кого нет способностей - люди низшего класса, - равнодушно сказал охранник. Нин Шу все это время стояла возле школьного доктора, поэтому, когда наступила ее очередь, она сразу же сказала: - Дейзи, никаких особых способностей. Регистратор разочарованно покачал головой. - Еще одни человек низшего класса. Нин Шу: ... ---------- Главнокомандующий Нин Шу подошла к школьному доктору: - Дядя, что нам теперь делать? Мы люди низшего класса, нам даже не положено место для проживания. В этом лагере «людям низшего класса» предоставляли либо базовые припасы, либо место в многолюдных общежитиях. Волк и остальные уже ушли, так как их проводили в их дома. Нин Шу и дядя остались в более печальной ситуации. Дядю, похоже, это совсем не смущало, он просто шел по лагерю. Нин Шу поспешно последовала за ним. - Подожди меня, я сначала займусь кое-какими делами. Жди меня здесь, не убегай никуда, я скоро вернусь, - школьный доктор повернулся и ушел. Нин Шу ждала послушно, не двигаясь. С интересом оглядываясь, она обнаружила, что все, кто прошел мимо, делились на два типа. Одни ходили с мрачными безжизненными выражениями лица. Их глаза были совершенно тусклыми, как будто они не видели никакого будущего. Они были похожи на ходячие трупы. Другие излучали мощную и властную ауру. Большинство из этих людей пробудили особые способности, поэтому ходили с самодовольными выражениями лица. Те, кто пробудил свои особые способности, смотрели на Нин Шу изучающе, как будто они пытались определить, была ли она одной из них. - Дейзи? – Сзади раздался голос. Нин Шу обернулась и увидела, что человек в военной форме подходит к ней с удивленным выражением лица: - Ты еще жива? Нин Шу знала из воспоминаний хоста, что этот мужчина средних лет был главнокомандующим спецслужб. Нин Шу была удивлена и немного рада видеть его. Она почтительно поздоровалась с ним: - Главнокомандующий. - Где остальные? - Спросил главнокомандующий, глядя на Нин Шу. Нин Шу ответила: - Волк и остальные вернулись, но мы потеряли двух человек. Глаза главнокомандующего заполнились печалью. Он вздохнул и сказал: - Вскоре после того, как вы ушли, нация распалась. Нин Шу не знала, что она должна сказать. Немного подумав, она вытащила Эссенцию и протянула главнокомандующему: - Это Эссенция гена, которую я нашла. Волк и другие об этом не знают Главнокомандующий покачал головой и сказал: - Ты должна сохранить ее для себя. Ты пробудила свои особые способности? Люди теперь способны самостоятельно пробудить свои особые способности, поэтому в Эссенции больше нет нужды. Если ты не пробудила свои особые способности, просто используй Эссенцию. У главнокомандующего на лице появилось меланхолическое выражение: - Мир апокалипсиса очень жесток. Ты должна хорошо зарекомендовать себя перед людьми. Когда Нин Шу услышала это, она не могла не вздохнуть. Этот человек взял хоста из приюта и воспитал ее, обучая ее всем основным навыкам. Вероятно, он был самым важным человеком в сердце Дейзи. - Главнокомандующий, вы должны просто взять эту Эссенцию. Это первая миссия Дейзи, Дейзи действительно хочет выполнить задачу, которую поручил ей Главнокомандующий, - искренне сказала Нин Шу, передавая ему Эссенцию. Главнокомандующий больше не пытался отговорить ее и просто взял Эссенцию. Затем он спросил: - У тебя есть место на ночлег? Нин Шу покачала головой и сказала: - Еще нет. Я не знаю, где мне жить. - Позволь мне помочь найти тебе место, - сказал он. Нин Шу как раз собиралась кивнуть, когда услышала голос школьного врача. - Дейзи. Нин Шу и главнокомандующий посмотрели на школьного доктора. Он шел длинными, элегантными шагами в их направлении. Его присутствие, казалось, делало все вокруг бледным и безжизненным. Вероятно, он был единственным, кто обладал такой сильной аурой. Школьный доктор подошел к разговаривающим. Нин Шу представила: - Дядя, это Главнокомандующий. Школьный доктор взглянул на улыбку на лице Нин Шу, затем потянулся, чтобы пожать руку главнокомандующего. - Привет. Главнокомандующий внимательно изучил лицо школьного доктора. - У тебя знакомое лицо. Мы встречались? Школьный врач не ответил, и просто поднял руку, чтобы показать Нин Шу ключ: - Я нашел место, где можно пожить. ---------- Высшее качество Школьный доктор сумел найти жилье буквально после простой прогулки. Она посмотрела на ключ, который держал в руке школьный доктор, и сказала: - Дядя, я уже нашла место для проживания. Главнокомандующий сказал, что он мне поможет с этим. Главнокомандующий был похож на отца хоста, поэтому он вызывал доверие. Нин Шу инстинктивно чувствовала себя ближе к нему. Когда школьный доктор услышал это, он поднял брови и посмотрел на пожилого главнокомандующего: - Ты нашел место для этой девушки? И быстро, до того, как главнокомандующий успел ответить, школьный доктор сказал Нин Шу: - Это ключ от комнаты самого высшего класса. Нин Шу моргнула, затем ответила: - Спасибо, дядя. Главнокомандующий похлопал по плечу Нин Шу, и сказал: - Поскольку у тебя есть компаньон, ты можешь просто пойти с ним. Хотя я высокопоставленный чиновник на этой базе, мне действительно не хотелось бы использовать свои связи для личных дел. Мир апокалипсиса очень суровый, хорошо, что на кого-то можно положиться. После того, как главнокомандующий сказал это, он сложил руки за спину, и ушел. Нин Шу напряженно обернулась и сказала неловко: - У главнокомандующего есть чувство юмора. Школьный доктор сжал ключ в кулаке, затем взглянул на Нин Шу и ухмыльнулся: - Безнадежно. Нин Шу неуклюже последовала за школьным доктором, пока не добралась до нового дома. Это место действительно было впечатляющим. - Дядя, ах, как ты получил эту комнату? - спросила Нин Шу. Дядя открыл дверь, а затем взглянул на Нин Шу: - Ты действительно хочешь знать? В голове Нин Шу появились сцены убийства и шантажа. Такого рода вещи были чрезвычайно распространены в мире апокалипсиса. Сейчас все разговаривали на языке силы. Когда Нин Шу и дядя говорили, дверь рядом с ними открылась, и вышла девушка. Когда они увидели друг друга, они были ошеломлены. Нин Шу была поражена умением дяди составлять планы, он даже комнату выбрал рядом с главной женщиной. Между тем, Феникс была шокирована тем, что два человека низшего класса без особых способностей смогли получить здесь комнату. Феникс оценила Нин Шу и школьного доктора взглядом: - Почему вы здесь, ребята? Нин Шу пожала плечами. Она тоже не знала. Когда она увидела, что Феникс выглядела так, будто она проглотила муху, она чувствовала себя подавленной. Почему им не разрешено быть здесь? Феникс выглядела так, словно они здесь только загрязняли воздух. Школьный доктор безразлично взглянул на Феникса, затем потянул Нин Шу в комнату за локоть. Дверь захлопнулась. Феникс, которая осталась снаружи, была в ярости. Они были просто низшими людьми, у которых даже не было способностей! Этот человек не смотрел на нее с самого начала, и даже после того, как она разбудила свои особые способности, этот человек все равно не обращал на нее внимания. Простая истина заключалась в том, что попытки Феникса очаровать школьного врача были безуспешны, и она начала испытывать негодование по отношению к нему. Почему ты не пал передо мной? Какое право ты имеешь игнорировать меня!? Нин Шу оценила взглядом комнату. До апокалипсиса такая комната могла считаться обычной. Она была не очень большой, в лучшем случае ее площадь равнялась семидесяти, либо восьмидесяти метрам. Однако, в нынешних условиях, эта комната была очень красивой и могла считаться роскошной резиденцией. В конце концов, лагерь должен был содержать огромное количество людей. Тот факт, что они смогли достать себе даже такую комнату, означал великую удачу. Нин Шу стало еще более любопытно, как дядя получил эту комнату. - Я пошел принимать душ, - сказал школьный врач Нин Шу. Затем он немного наклонился и вошел в ванную. Высота дверного проема была небольшой, поэтому школьному доктору приходилось наклоняться каждый раз, когда он входил или выходил. ---------- Сколько мне можно терпеть тебя? Нин Шу ответила «угу», затем приступила к небольшой уборке комнаты. Когда она закончила, она услышала звук и повернулась, чтобы увидеть, что школьный врач уже принял душ, и выходил из двери ванной. Школьный доктор вышел, и на нем было только полотенце, обернутое вокруг его талии. Полотенце на нем висело свободно, поэтому была видна его соблазнительная трапециевидная фигура. Эти длинные ноги, это мускулистое тело... Горло Нин Шу начало чувствовать сухость. Хотя она была молодой девушкой, дядя, ты все равно не должен быть таким легкомысленным! Школьный доктор маленьким полотенчиком вытер влажные волосы, из-за чего его влажные волосы сексуально ниспадали на его лицо. Нин Шу: ... Черт! Ее тело действительно хотело этого парня! Школьный доктор увидел, что Нин Шу смотрела на него без остановки, и нахмурил брови: - Почему ты еще здесь, а не в душе? Разве ты не видишь, насколько ты грязная? Сколько мне можно терпеть тебя? Нин Шу: Как ты можешь говорить это леди? К лучшему или к худшему она была девушкой, хотя и очень молодой. Однако школьный доктор, похоже, не воспринимал ее как женщину и полностью относился к ней как к ребенку. Нин Шу сузила глаза. Хотя это тело было молодым, ее психологический возраст был ближе к нему, чем к хосту. Она вошла в ванную и увидела, что на полке стояло много шампуней, одеколонов и других гигиенических принадлежностей. Неужели все это принадлежало школьному доктору? Ее прежнее впечатление от школьного доктора вернулось опять. Одержимость этого парня чистотой не поддавалась никакому объяснению. Нин Шу с комфортом приняла ванну, наслаждаясь приятными ароматами. Когда она вышла, она целенаправленно появилась перед школьным доктором пару раз. Школьный доктор взглянул на Нин Шу, затем нахмурился: - Почему твое лицо выглядит ужасно даже вымытым? Его тон звучал так недоверчиво и пренебрежительно, что Нин Шу даже стало больно от этого. Дядя, разве ты не можешь подумать о чувствах человека, прежде чем сказать что-то такое? Было слишком обидно, слишком обжигающе. - Ты умеешь готовить? – Он спросил Нин Шу. Хм. Нин Шу на мгновение посмотрела на школьного доктора, а затем сказала смущенно: - Дядя, я не умею готовить. Дядя ответил с презрением: - Разве ты не агент? Если твоя миссия проходила бы в более экстремальном месте без еды, ты бы просто умерла голодной смертью? Я никогда не видел, чтобы особенный агент был таким слабым, как ты. Что, черт возьми? Почему дядя включил режим комментариев? Он критиковал каждую ее часть от пальцев ног до самых концов ее волос. В конце концов, когда школьный врач увидел, что Нин Шу казалась совершенно беспомощной, он надел одежду и приготовился уходить: - Я ушел искать еду. Не уходи, иначе тебе придется разбираться самой, если кто-то захочет тебя убить. Нин Шу кивнула. Дядя что, направился, чтобы снова ограбить кого-то? Через некоторое время дядя вернулся с сумкой, перекинутой через плечо. Нин Шу взяла у него сумку и открыла ее, чтобы увидеть, что в ней лежал рис. - Где ты нашел это? - Кое-кто дал его мне, - равнодушно ответил школьный доктор, стряхивая пыль с его одежды. В этом мире апокалипсиса осталось мало ресурсов, кто, черт возьми, мог дать тебе еду!? - Готовь, - сказал школьный доктор Нин Шу. Ах, эм. Нин Шу застыла. Она провела половину своей жизни в больнице. Она никогда не готовила в новых мирах. Означает ли это, что ей нужно получить новое умение? ---------- Чувства Феникса к дяде В конце концов, Нин Шу ничего так не приготовила. Школьный доктор просто взглянул на беспокойное выражение Нин Шу, и сказал, что ее готовка – это просто трата еды. Так что дядя только что закончил готовить парное мясо. Мясо было порезано такими аккуратными кусками, будто это делала машина, а не человек. Дядино ОКР было серьезным. (Обсессивно-компульсивное расстройство) Нин Шу съела столько риса и мяса, что ей хотелось зарыдать. Она чувствовала себя тронутой. Мир апокалипсиса был слишком жестоким. Да, когда она была маленькой принцессой, она перепробовала кучу деликатесов. Однако сейчас ей эта еда казалась гораздо более вкусной. После стольких дней поедания пресного и безвкусного печенья ее вкусовые рецепторы практически умерли, и вкус риса и мяса, сочащегося маслом, был настолько восхитительным, что Нин Шу хотела отбросить всю гордость и обнять бедро дяди. Дядя не коснулся мяса, удовлетворившись поеданием жареных овощей. Его движения были неторопливыми и элегантными, когда Нин Шу уплетала все как хищный волк. Школьный доктор нахмурил брови, наблюдая, как Нин Шу жадно ела. Когда он увидел, что ее лицо было покрыто маслом, его губы дрогнули, и он отвернулся. Он больше не мог смотреть на это зрелище. После того, как Нин Шу закончила есть, она положила чашу и рыгнула. Она подняла большие пальцы вверх, и сказала: - Дядя, ты потрясающ! Ты умеешь угонять машины, вскрывать людей, и даже готовить! - Нин Шу внезапно застыла. Она случайно проговорилась о том, что произошло в мире школьного кампуса. Она взглянула на дядю и увидела, что он, похоже, не слушает, поэтому вздохнула с облегчением. Дядя был потрясающим! Единственное – его характер портила мизофобия и ОКР, и то, что его язык был слишком ядовитым. Хорошо, что она обладала сильной волей и могла игнорировать все удары дяди. Школьный доктор сузил глаза и отвернулся. - Разве ты не можешь поговорить со мной после того, как ты умоешь свое лицо? Нин Шу: ... Это была самая досадная часть в дяде. Она пошла в ванную, чтобы вымыть лицо, но прежде чем она закончила, прозвучала сирена пронзительным звуком. Было так громко, что казалось, что ее барабанные перепонки вот-вот лопнут. Нин Шу поспешно вышла из туалета и спросила дядю: - Что случилось? Дядя нахмурился: - Зомби атакуют базу. Собери свои вещи, мы пойдем сражаться с зомби. - Мне тоже нужно пойти? - спросила Нин Шу, указывая на себя. Школьный доктор закатил глаза. - Поскольку мы претендуем на лояльность базы, нам нужно показать им свою ценность, поняла, девчонка? Нин Шу с удивлением посмотрела на школьного доктора. Когда дядя стал настолько разумным? Сирена становилась все громче и громче. Дядя вручил Нин Шу пистолет, и сказал: - Будь осторожна, не спеши в атаку. У тебя нет особых способностей, поэтому не спеши умирать. Независимо от того, насколько ты сильна, ты не сможешь сражаться сразу с толпой. Нин Шу взяла пистолет. Когда она услышала, что сказал школьный врач, она похлопала по груди и уверенно сказала: - Если будет опасность, я сумею убежать. Звуки сирены становились все более громкими. Дядя и Нин Шу отправились в путь и наткнулись на Волка и Феникса, которые жили по соседству. Волк заметил насмешливо: - Люди низшего класса, у которых даже нет особых способностей, хотят сражаться с зомби? Не закончите участью зомби. Школьный доктор просто скользнул по нему взглядом. Он просто хмыкнул, затем потянул Нин Шу за локоть, проходя мимо Волка и Феникса. Выражение Волка стало очень злым, когда он понял, что он, как обладатель способности, действительно испугался человека низшего класса, у которого не было способностей. Это было поистине позорно. Феникс посмотрела на школьного врача, который все еще носил ту же черную ветровку. Все в нем было привлекательным, его единственным недостатком было то, что у него не было особых способностей. В этом мире апокалипсиса, в котором сильные создавали правила, просто быть привлекательным было недостаточно. Сила была обязательной. Вещь, которая вызвала такой гнев у Феникса, заключалась в том, что этот человек низшего класса фактически не интересовался ею, но так хорошо относился к Дейзи. Кто вообще эта Дейзи? Феникс, которая никогда не испытывала проблем с мужчинами, понесла поражение, когда столкнулась со школьным врачом. Поэтому она хотела заставить его упасть перед ней, чтобы смыть это поражение. ---------- Если бы я только мог изучить их Феникс смотрела, как школьный врач уходит с Нин Шу. Что было такого хорошего в этой бесполезной Дейзи? Нин Шу последовала за дядей к воротам базы, и увидела, что у ворот кишат толпы зомби. Запах гнили был настолько сильным, что от него подкашивались ноги. На стенах базы были установлены пушки, гранатометы, и другие новые виды оружия. Люди, управляющие ими, расстреливали толпу, но, хотя они и наносили большой урон, этого было недостаточно, чтобы справиться с этим огромным количеством зомби. Люди без способностей использовали ножки от стула и мотыги для борьбы с зомби, но результат был очень печальным. Большинство из этих людей оказались разорванными на части. Эти зомби, похоже, не заботились о еде в этот момент и просто разрывали трупы на куски. Сцена была очень кровавой. Главнокомандующий в настоящее время руководил оборонными войсками. Когда он увидел Нин Шу, он крикнул: - Что ты здесь делаешь? Звуки пушек были очень громкими, поэтому Нин Шу пришлось напрячь уши, чтобы услышать, что говорил главнокомандующий. Она закричала в ответ: - Я здесь, чтобы сражаться с зомби! Главнокомандующий увидел, что школьный врач рядом с ней, поэтому он больше ничего не сказал и вернулся к командованию войсками. Обладатели способностей показывали красивый бой. Они использовали свои способности, убивая зомби с легкостью. Способность типа молнии Волка была особенно яркой и мощной. Все зомби сразу же погибали от его атак. Бесчисленные люди смотрели на Волка с изумлением и поклонением в их глазах. Волк чувствовал их взгляды и это его раззадорило. Похоже, он целенаправленно пытался показать себя. Нин Шу начала стрелять в по толпе зомби. Школьный доктор стоял рядом с Нин Шу, но не стрелял. Он сказал Нин Шу: - Эта атака очень организована и имеет огромный масштаб, поэтому зомби, стоящий за всем этим, очень силен. Если он придет на поле боя, беги. Ты не сможешь справиться с ним, - мягко сказал школьный доктор. Кажется, он не чувствовал, что бежать от опасности было чем-то стыдным. Нин Шу нахмурилась, спрашивая: - Эволюционировавший зомби? - Эволюционировавший зомби, но он сильнее всех тех, с которыми мы столкнулись до сих пор. Зомби развиваются гораздо быстрее, чем люди, - школьный доктор переключил свой взгляд на отряд людей со способностями: - Если бы я только мог проанализировать несколько людей со способностями и изучить их гены. Эссенция не должна быть таким незаконченным продуктом, она должна полностью пробуждать особые способности... Нин Шу услышала, как школьный врач что-то бормотал про себя, поэтому она приблизилась к нему и спросила: - Дядя, что ты сказал? - Зомби идут, - мягко ответил он. Нин Шу утвердительно ответила и продолжила стрелять в зомби. Когда зомби подошли на расстояние удара, она подняла палку и начала бить ей по головам зомби. Головы зомби немедленно взорвались от ее ударов. Нин Шу теперь стала более умной и просто уклонялась после ударов, чтобы избежать попадания на нее мозгов. Школьный доктор стоял неподалеку и наблюдал, как Нин Шу убивает зомби. Он убивал только случайно забредших зомби, если они оказывались возле него. На хаотичном поле битвы все старались остаться в живых. Грр! Внезапно послышался рев. Услышав его, зомби ожесточились и бросились ко входу в город с новыми силами. Потери людей также постепенно увеличивались. Воздух становился все более грязным , стояла вонь крови, гниения и пыли ... ---------- Когда преступник находится рядом с вами Грррр! Волна мощного рева нарастала. Этот звук ускорял сердцебиение людей. Главнокомандующий крикнул: - Отступать к базе, поторопитесь! - Дейзи, поспеши! - крикнул он и Нин Шу. Нин Шу убила зомби перед собой, затем забежала в базу и встала возле школьного доктора. Зомби затопили морем стены и вход в базу и пытались проникнуть внутрь. Нин Шу почувствовала мурашки по всему телу от этой сцены. - Оно уже здесь, - мягко сказал школьный доктор. Нин Шу обернулась и увидела, что черная точка быстро движется в их направлении. Затем она зависла над воздухом. Это был зомби, но он ничем не отличался от обычного человека, за исключением того факта, что его лицо было нечеловечески бледным. Кроме того, его глазные яблоки двигались, указывая на то, что в отличие от других зомби он мог видеть. Челюсть Нин Шу упала. Она резко повернулась и сказала с запинкой: - Д ... дядя. Оно может летать. Это полностью противоречило закону гравитации Ньютона. Зомби, с которыми они сталкивались раньше, могли только высоко прыгать и быстро двигаться, но зависание в воздухе – это было слишком сложно для человеческого восприятия. Дядя сузил глаза, глядя на зомби, плывущего в воздухе. Этот человекоподобный зомби немедленно вызвал шум в базе. Тот факт, что он мог парить в небе, ошеломил всех, а также заставил их чувствовать себя крайне беспомощными. Этот зомби был слишком сильным. Атмосфера отчаяния начала распространяться, в результате чего все стали еще больше паниковать. - Жри! – Обладатель способности выстрелил золотым лучом в зомби, но зомби даже не сделал попытки уклониться. Нин Шу была удивлена. Этот зомби не был же таким слабым, не так ли? Способность прошла прямо через тело зомби. Потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что способность ударила в остаточное изображение. Куда делся зомби? - Ааа...! - Послышался крик. Все обернулись и увидели, что зомби стоял перед выстрелившим в него обладателем способности. В окровавленной руке зомби все еще пульсировало вырванное сердце. Взгляд зомби был очень безразличен. Он бросил труп убитого в кучу зомби, и труп был немедленно разорван. После этого эволюционировавший зомби поднялся в воздух и начал есть окровавленное сердце. Когда Нин Шу увидела это, ее чуть не вырвало. Эта сцена была тяжело кровавой и отвратительной. Все чувствовали, будто зомби грыз их сердце. После этого яркого примера никто больше не осмеливался сделать опрометчивый ход. Поле боя стихло, несмотря на огромное количество присутствующих людей. Это сделало вой сирены еще более громким и пронзительным. После того, как эволюционировавший зомби закончил есть сердце, он облизнул кровь вокруг рта, потом взглянул на толпу людей. Он оценивал их, как будто он высматривал следующую жертву, из-за чего кровь стыла в жилах. Нин Шу интересовалась, способствовали ли люди с особыми силами и навыками аппетиту этого зомби? - Дядя, что нам теперь делать? - Нин Шу приблизилась к школьному врачу. Для чего он все еще здесь стоял? Школьный доктор, даже отвечая, продолжил смотреть на зомби: - Что еще мы можем сделать? Бежать. Нин Шу: ... Хотя это было правдой, она действительно не смела двинуться. Что, если она поймает внимание зомби и тот вырвет ее сердце? Люди со способностями испытывали наибольшее давление, поскольку эволюционировавший зомби был наиболее сосредоточен на них. Он пристально рассматривал их бессердечным взглядом, как будто он пытался понять, какими они будут на вкус. - У нас нет выбора. Все, давайте атакуем вместе, - сказал Волк с мрачным выражением, - давайте сражаться вместе! Сразу после того, как Волк произнес эти слова, все люди со способностями начали атаковать эволюционировавшего зомби своими навыками, но скорость этого зомби была настолько быстрой, что ему удавалось уклониться от всех их атак. Нин Шу: ... Этот зомби был серьезно силен. Как такое опасное создание могло существовать? Кроме того, виновником всего этого был школьный доктор, который стоял рядом с ней. Тем не менее, она стеснялась даже заворчать на него. Эта ситуация была безысходной! ---------- Природа зовет Благодаря тому, что люди со способностями атаковали со всех сторон, даже этот зомби не мог уклониться от всех атак сразу. Некоторые атаки дошли до своей цели, и зомби взревел от гнева. Несмотря на то, что многим удалось попасть, их положение было все еще тяжелым. Главнокомандующий поручил обычным войскам сосредоточиться на убийстве толпы зомби, чтобы поддержать людей со способностями. Любой, кто был на поле, мог сказать, что ситуация не была хорошей. Люди со способностями были очень ценными. Смерть даже одного наносила огромный урон базе. Хотя некоторые люди смогли пробудить свои способности без Эссенции, их все равно не хватало, и каждая база боролась за их получение. Главнокомандующий так волновался, что его лицо блестело от пота, а желваки ходили ходуном. Нин Шу не могла ничего сделать, кроме как смотреть на поле боя, потому что у нее не было подготовки, чтобы принять участие в таком организованном сражении. Некоторое время она думала, а затем схватила палку и направилась к группе людей со способностями. После Непревзойденных Боевых Искусств ее скорость и сила чрезвычайно увеличились, поэтому она могла бы, вероятно, помочь против этого зомби. Хотя у обороняющихся и были особые способности, их скорость и сила не могла сравниться с ее физическими параметрами. - Куда ты идешь? – Школьный доктор поднял брови, и схватил Нин Шу за руку. У Нин Шу было предчувствие, что, если она скажет, что она отправляется убивать зомби, дядя ответит ей презрением. Поэтому она ответила: - Природа зовет. Школьный доктор: ... - Оставайся здесь. Если ты пойдешь туда, ты просто попадешь под огонь своих. Не переоценивай свои способности, - мягко сказал школьный доктор. После этого он вынул пистолет с пояса и сузил глаза, нацелившись в зомби. Нин Шу: ... Этот зомби слишком быстрый. Если он сможет попасть в него, мэм преклонит колени перед ним. Дядя нажал на спусковой крючок. Выстрел был направлен не точно в зомби, а с небольшим упреждением. Нин Шу увидела очень удивительную сцену. Он попал? Нин Шу упала на колени. Черт возьми! Разве это возможно!? Зомби завис на секунду. Затем мышцы вокруг груди судорожно вытолкнули пулю из его тела. Рот Нин Шу раскрылся. Почему они оба были настолько антинаучными? Однако, пока зомби выталкивал пулю, люди со способностями воспользовались этой паузой, чтобы атаковать его всеми силами. Огромная сила заставила зомби тяжело врезаться в землю, вызвав такую мощную ударную волну, что, казалось, произошло землетрясение. В воздух поднялся столб пыли. Одежда зомби превратилась в лохмотья, а на теле были раны, которые обнажали кости. Он блуждающим взглядом сначала охватил людей со способностями, потом вперился взглядом в школьного доктора. Казалось, это были злоба и впечатление от человека, которому удалось попасть в него. ---------- Секрет божественного навыка стрельбы Хотя эволюционировавший зомби был поражен множеством способностей, он не выглядел таким уж раненым. Это заставило всех чувствовать себя беспомощными. Между тем, школьный доктор был совершенно невозмутим, несмотря на то, что эволюционировавший зомби смотрел на него. Нин Шу подумала, может быть, лицевые нервы дяди были повреждены, поскольку он всегда был бесстрастным. Однако, когда он издевался над ней, выражение его презрения появлялось на его лице. - Грррр… Эволюционировавший зомби зарычал на школьного доктора. И, когда все подумали, что следующей жертвой будет дядя, эволюционировавший зомби обернулся и улетел. Всего за несколько минут черная точка растворилась горизонте. Нин Шу: Он убежал... Все тяжело вздохнули с затяжным облегчением на лицах. Феникс посмотрела на школьного врача со сложным выражением на лице. Когда она увидела, что он невозмутимо помог Дейзи подняться с земли, ее сердце кольнуло. По какой-то причине она завидовала Дейзи за то, что у нее был такой мужчина. Волк стоял рядом с Фениксом и, естественно, мог видеть гнев и зависть на ее лице. Он холодно сказал: - Он не кто иной, как человек низшего класса, у которого нет никаких способностей. Все, что у него есть, - это какой-то навык обращаться с оружием, а ты относишься к нему как к герою. Феникс, о чем ты думаешь? Феникс подняла взгляд, и сказала Волку: - Я так отношусь к нему, потому что его аура - полная тайна для меня, которая заставляет меня приходить в недоумение. Когда Феникс увидел, что Волк казался скептичным, она продолжала попытки объяснить: - Он просто обычный человек без всяких способностей, он не должен выживать в этом мире апокалипсиса. Однако, по какой-то причине, он излучает опасную ауру, поэтому это вызывает у меня такой интерес. Волк посмотрел на Феникса, когда он сказал холодно: - Очень надеюсь, что это так. Затем он повернулся и ушел. Феникс нахмурилась, и поспешила догнать Волка. - Что ты хочешь этим сказать? Ты сомневаешься во мне? Если это так, то в чем смысл оставаться вместе? У тебя даже нет доверия ко мне. - Итак, давай просто расстанемся! - Сердито прокричала Феникс в спину удаляющемуся Волку. Нин Шу была полностью в восторге от божественных навыков стрельбы школьного доктора, и приставала к нему из-за этого. Школьный доктор взглянул на Нин Шу, и сказал: - Можно предсказать направление, в котором мишень будет двигаться, основываясь на ее поведении. Если помнить расстояние между собой и мишенью, и время, за которое пуля достигает своей цели, то шансы на успех будут определенно высокими. Школьный доктор сказал это так, как будто это было очень просто. Нин Шу упала на колени. Это было слишком сложно, это требовало молниеносной работы мозга. Она выразила мысль, что вместо таких усилий проще просто размахнуться и ударить топором. - Ты постоянно падаешь на колени, они у тебя не болят? – Школьный доктор презрительно взглянул на Нин Шу: - Ты безнадежна. Сначала она не замечала этого, но после того, как дядя поднял ее, ее колени так сильно болели, что, казалось, что коленные чашечки разбиты. Когда они вернулись домой, дядя направился в ванную, чтобы снова принять душ. Он же принимал душ совсем недавно? Она молча опустила голову и потянула свой воротник, чтобы понюхать. После долгого пребывания рядом с таким мизофобным человеком, как этот дядя, она не могла не чувствовать себя слизняком. Дядя вскоре закончил принимать душ и вышел, завернутый в полотенце, как прежде. Руки Нин Шу внезапно почувствовали зуд. Она чесались, чтобы стащить полотенце дяди. - Ты тоже можешь пойти принять душ, - сказал школьный врач, высушив волосы. - Я думаю, что со мной все нормально, я могу принять душ в следующий раз, - сказала Нин Шу. Чистой питьевой воды было так мало, было ли хорошо тратить столько воды на душ? Школьный доктор застыл, затем посмотрел на Нин Шу прохладным взглядом. Этот взгляд заставил волосы Нин Шу встать дыбом. Школьный доктор скрестил ноги, заставляя их выглядеть еще длиннее и стройнее. Нин Шу наклонила голову, чтобы посмотреть под полотенцем дяди. Искушение было слишком сильным. ---------- Где твой сосед? - Дейзи, я говорю с тобой, - когда дядя увидел, что Нин Шу тупо смотрела, наклонив голову, он не мог не вздохнуть: - Достаточно с того, что ты была такой медленной, у тебя даже с ушами проблемы. Нин Шу вернулась в чувство, и направилась к ванной. Однако прямо в тот момент раздался звонок в дверь, и она поспешно подошла, чтобы открыть дверь. Главнокомандующий стоял у двери. Нин Шу была удивлена, увидев его, и спросила: - Главнокомандующий, вы искали меня? - Не тебя, а твоего компаньона, - главнокомандующий вошел в комнату и огляделся. Когда он не увидел в ней школьного врача, он спросил Нин Шу: - Где он? Он был здесь всего лишь минуту назад. Нин Шу ответила: - Он, вероятно, пошел одеваться. Дядя вышел из ванной с обернутым вокруг тела банным полотенцем. Главнокомандующий посмотрел на Нин Шу, и спросил: - Ты в таком возрасте спишь с ним? Нин Шу: ... Главнокомандующий подумал, что дядя голый, потому что он занимался этим с ней? Губы Нин Шу дрогнули. Каким бы извращенцем дядя не был, она даже не знала, нравятся ли ему женщины. Через некоторое время в комнату вошел школьный доктор. На нем была белая рубашка под той же старой черной ветровкой. Он не удивился тому, что главнокомандующий был здесь. - Мне есть о чем с тобой поговорить, давайте поговорим на улице? - Старший командир очень почтительно обращался к школьному доктору. Школьный доктор взглянул на Нин Шу, затем кивнул и ушел с главнокомандующим. Однако, прежде чем они ушли, он обернулся и сказал Нин Шу: - Если ты голодна, съешь печенье. Не прикасайся к другой еде. Лучше дождись, когда я вернусь и приготовлю все сам. Нин Шу кивнула. Она не знала, о чем они будут говорить, но тот факт, что они не обсуждали это перед ней, вероятно, означал, что это какой-то секрет? Вскоре после того, как школьный доктор ушел, звонок в дверь снова зазвонил. Нин Шу была немного удивлена. Они вернулись так быстро? Однако, когда она открыла дверь, она обнаружила, что это на самом деле была Феникс. Феникс холодно посмотрела на Нин Шу, поэтому Нин Шу рефлекторно попыталась закрыть дверь. Феникс быстро отреагировала и остановила ее, затем холодно спросила: - Дейзи, что за отношение? Нин Шу собралась со всеми силами, и закрыла дверь, а затем отстранилась от нее. Никто не посещает чужой дом без определенной цели, посетитель определенно укрывал недобрые намерения, поэтому она даже не захотела дать Фениксу даже возможность высказаться. Феникс постучала в дверь, но Нин Шу отказалась ответить. Феникс холодно сказала: - Дейзи, я бы посоветовала тебе поторопиться и открыть дверь, или я сломаю ее своей способностью. Нин Шу спросила, не открывая дверь: - Зачем ты здесь? - Я ищу не тебя, я ищу своего соседа по комнате,- сказала Феникс: - Дейзи, открой дверь. Разве сегодня особый день? Почему столько людей пришли в этот день? Не может быть, что все они были впечатлены навыками стрельбы дяди. - Дяди нет, приходите завтра, - сказала Нин Шу. - Дейзи, я говорю тебе открыть дверь! Что за отношение? Может быть, ты думаешь, что можешь делать все, что захочешь, потому что здесь есть главнокомандующий на этой базе, а кроме него еще один человек, готовый защищать тебя? Громкий голос Феникса доходил до нее даже через дверь. ---------- Как это относится ко мне? Нин Шу потеряла дар речи. Она никоим образом не провоцировала Феникса, но та продолжала ее донимать. Она держала дистанцию ​​от главной женщины, так почему они продолжали искать ее? Может быть, ее Харизма была слишком низкой? Она подумала над тем, что ей стоит добавить очков к ее уровню Харизмы. В конце концов, одного очка Харизмы было слишком мало. Нин Шу размышляла над вопросом, почему главная женщина так ее не любила. Тем временем Феникс стучала в дверь без остановки, и кричала Нин Шу: - Дейзи, Дейзи...! Это звучало так, будто она бросалась проклятиями. Нин Шу открыла дверь и спросила раздраженным тоном: - Что именно ты хочешь? - Я ищу твоего соседа по комнате, - Феникс отодвинула Нин Шу в сторону и вошла в комнату, чтобы осмотреться. Когда она не нашла школьного доктора, она спросила у Нин Шу: - Где он? Нин Шу почувствовала, будто она оказалась собачьим дерьмом. На каком основании та расспрашивала ее таким гневным тоном? Нин Шу сказала: - Я уже говорила, что его здесь нет. - Куда он пошел? - спросила Феникс. Нин Шу закатила глаза: - Откуда я знаю? Феникс решила сесть на диван, чтобы подождать. Когда Нин Шу увидела это, она была ошеломлена. Что делает Феникс? Может быть, она хочет подождать, пока не вернется школьный врач? Они сидели молча, и в комнате стало тихо. Нин Шу не собиралась быть гостеприимной. Она не предложила Фениксу даже стакана воды. - Дейзи, ты знала своего соседа по комнате до того, как мы с ним столкнулись? - Феникс вдруг начала расспрашивать Нин Шу: - И как его зовут? Она не знала имени школьного доктора. Она знала только, что его позывным было «Психо». Нин Шу покачала головой: - Не знаю. Лицо Феникса стало разгневанным: - Дейзи, что ты имеешь в виду? Все, о чем я прошу, это сказать его имя! Да, черт! Она действительно не знала имя дяди! Нин Шу сказала раздраженно: - Я сказала, что не знаю, значит, я не знаю! - Ты ...! - Феникс пришла в ярость: - Дейзи, не будь такой самодовольной. Почему самодовольной? Нин Шу не могла понять, о чем говорила Феникс. Может быть, Феникс думал, что она специально держит имя дяди в секрете? Это было просто имя. У нее не было причин скрывать это. Выражение Феникса стало холоднее, и она сформировала в руке ледяной шип. Нин Шу немедленно вытащила пистолет и сказала холодно: - Феникс, что ты пытаешься сделать? - Дейзи, ты просто человек низшего класса, у которого нет никаких способностей, как ты смеешь так говорить со мной? Знаешь, даже если я убью тебя, главнокомандующий ничего не скажет, - холодно сказала Феникс. Нин Шу потеряла дар речи. Она сузила глаза, глядя на Феникса и громко сказала: - Феникс, что-то не так с твоей головой? Ты пришла сюда, чтобы убить меня? - Мне было бы неразумно убивать тебя, даже исходя из твоего отвратительного поведения, - ледяной шип в руке Феникса стал быстро крутиться, выделяя пар из-за трения с воздухом. Черт! Она была серьезно безумна! Что, черт возьми, было в ее мозгах? Когда Нин Шу увидела, что Феникс яростно впилась в нее взглядом, она снова начала перебирать воспоминания, чтобы вспомнить, сделала ли она ей что-нибудь. Но она не могла вспомнить ни одного конфликта Фениксом с тех пор, как они пришли на базу. Школьный доктор, который вышел поговорить с главнокомандующим, вернулся. Как только он вошел в комнату, двое повернулись к нему. Он поднял брови и спросил: - Что вы делаете, ребята? Дядя вытащил пистолет с пояса и указал на Феникса. Феникс заметно напряглась. В конце концов, дядя был тем, кто смог поразить даже того зомби. Школьный доктор посмотрел в сторону Нин Шу, и медленно сказал: - Что, черт возьми, ты делаешь? Ты позволила врагу зайти в дом? Ты серьезно безнадежна. Нин Шу: ... Феникс испарила ледяной шип и сказала школьному доктору: - Убери оружие, я не враг. Школьный доктор отложил пистолет и спросил равнодушно: - Почему ты здесь? На мгновение Феникс не знала, что сказать. Она пришла искать его сразу же после спора с Волком. - Я вступила в спор с Волком, - Феникс выкрикнула первое, что вертелось на ее языке, затем посмотрела на школьного врача. Тот был полностью озадачен. Это был первый раз, когда Нин Шу видела такое выражение на его лице. - Как это относится ко мне? – Спросил школьный доктор. Нин Шу: Пфф.. ---------- Ты хочешь спать со мной? Лицо Феникса побледнело. Когда она увидела, что Нин Шу сидела, давясь смехом, она покраснела до кончиков ее ушей. Она выбежала из комнаты и так сильно хлопнула дверью, что пыль упала со стен. Нин Шу зажала уши. Это было громко. Она обернулась и спросила дядю: - Дядя, она была здесь устраивать истерику, чтобы ты ее успокоил. - Какого черта? - Дядя нахмурил брови, затем сказал Нин Шу: - На диване пыль. Нин Шу: - Что? - На диване пыль. Ты должна стряхнуть ее, - школьный доктор говорил с таким видом, будто он объяснял что-то ребенку. Нин Шу: (⊙o⊙) Его не спасти. Школьный доктор приготовил немного еды для Нин Шу. Этого хватило бы только на одного человека, поэтому Нин Шу спросила: - Ты не будешь есть? - Я поел, - ответил дядя. Нин Шу скривила губы. Почему главнокомандующий не пригласил ее на ужин? - Дядя, здесь только одна кровать, и где я должна спать? Это была однокомнатная квартира, поэтому здесь была только одна кровать. Школьный доктор мягко спросил: - Ты хочешь спать со мной? Его очки с золотой оправой блеснули зловещим светом. Нин Шу поспешно махнула рукой и сказала: - Я могу поспать на диване. Дядя ответил «гм», явно очень довольный этим ответом. Нин Шу скривила губы от презрения. К лучшему или к худшему она была женщиной. Разве не он должен предложить ей лечь на кровать, а самому устроиться на диване? Разве он не должен показывать хоть какие-то манеры? Похоже, дядя вообще не относился к ней как к женщине. Ночью Нин Шу свернулась на диване и перед сном сердито посмотрела на кровать дядя. Он действительно заставлял ее спать на диване! Раздался пронзительный звук сирены. Нин Шу крепко спала, когда в середине ночи ее разбудил пронзительный сигнал. Она рефлекторно села, все еще ошеломленная. Когда она обернулась, она увидела, что дядя спрыгнул с кровати и надевал куртку. - Зомби пришли, поторопись! - Дядя надел браслет, затем начал застегивать рукава. Нин Шу: Осада посреди ночи? Что, черт возьми? Однако она все равно спрыгнула с дивана и взяла пистолет, дубинку и топорик со стола, и последовала за дядей. Сонные люди бросились к воротам базы. Многие, полуголые, одевались на ходу. Когда они подошли к воротам, Нин Шу увидела толпу зомби в свете огромного прожектора на стене. Эти зомби неустанно мчались к базе. Их не останавливала даже электрическая ограда, они все равно продолжали двигаться вперед без колебаний. ---------- Возвращение порки Зомби воняли слишком сильно. Вонь была настолько сильной, что от нее можно было упасть в обморок. Нин Шу чувствовала себя очень жалкой, когда она стояла на стене базы и смотрела на зомби снизу. Она уже была в мире апокалипсиса так долго, и даже передала Эссенцию главнокомандующему, так почему же ее задача все еще не завершена? Почему система не позволяла ей вернуться? - Грррр… Это рычание звучало очень знакомо. Она могла вспомнить, что это был эволюционировавший зомби. Это конец? Неужели ему так понравилась эта база или что-то в этом роде? Много зомби полегло, но толпа продолжала двигаться вперед. Ночь была очень темной, почти на пределе человеческого зрения. Это влияло куда меньше на людей со способностями, поскольку у них было очень сильное ночное зрение, но обычным людям было сложно разбираться в темноте. Эволюционировавший зомби плыл в воздухе, как раньше. Все прожекторы теперь были сосредоточены на нем. Потрепанная одежда на нем сменилась обычной, и теперь он ничем не отличался от обычного человека. Нин Шу немного рассердилась, наблюдая за этим зомби. Этот зомби был умным, как люди, и имел столько зомби в подчинении. Его способности были просто читами! Нин Шу стреляла по головам обычных зомби, а люди с суперсилами сосредоточили огонь на эволюционировавшем зомби. Даже с таким количеством одаренных людей они по-прежнему чувствовали себя очень бессильными, поскольку малейшая ошибка стоила одному из них жизни. Даже пока Нин Шу стреляла в зомби, она краем глаза следила за главным зомби. Между тем, дядя даже не шевелил пальцем, как будто вся эта ситуация его не касалась. Однако никто ничего не сказал. Похоже, никто не наблюдал за ним. Когда Нин Шу убила зомби перед собой, она внезапно почувствовала, как огромная сила ударила ее по спине, и ее тело невольно полетело вперед. Хуже всего было то, что она, черт возьми, летела навстречу эволюционировавшему зомби! Она поспешно перегруппировалась и мягко приземлилась прямо среди зомби. Когда она оглянулась, она увидела, что это была Феникс. Она разразилась проклятьями в своем сердце. Сюжет, похоже, ее не обманывал. Неужели она действительно умрет от рук Феникса? Нин Шу внезапно поняла, почему система не предложила ей покинуть мир. Все еще стояла проблема. - Дейзи, осторожнее! – Школьный доктор крикнул Нин Шу, выстрелив в ее сторону. Пуля поразила не Нин Шу, а зомби позади нее. Однако, перед своей смертью, зомби успел зацепить ее за спину своей рукой. Она почувствовала, как ногти зомби раздирали ее спину. Нин Шу была в ярости. Она побежала в направлении Феникса, безрассудно стреляя в нее. Феникс мгновенно сформировала ледяной щит, чтобы заблокировать пули Нин Шу. Нин Шу: Б**! Даже если я умру, я заберу тебя с собой! Нин Шу использовала все силы, чтобы схватить Феникса за воротник. После этого она размахнулась Фениксом как кнутом, ударяя ее об землю ... Лицо Феникса было фиолетовым, из ее рта текла кровь. Ее взгляд был наполнен страхом, когда она смотрела на Нин Шу. ---------- Когда становишься зомби Когда Волк увидел Феникс, он поспешно подошел, чтобы помочь ей. Нин Шу использовала всю свою силу, чтобы метнуть заостренный колышек в грудь Феникс, но та переместилась, и колышек, вместо того, чтобы попасть в сердце, попал в живот. Феникс закричала от боли. Волк догнал ее, и его рука с электрическим треском уже собиралась ударить Нин Шу, когда пуля пронзила его ладонь. Нин Шу застыла на секунду, но в этот момент кто-то схватил ее за запястье. Она рефлекторно подняла палку, чтобы атаковать. - Девочка, это я, - голос школьного доктора был очень мягким. Только тогда Нин Шу успокоилась и подняла голову на него. - Ты безнадежна, - школьный доктор потащил Нин Шу за руку в лагерь, не обращая внимания на других зомби. К тому времени, как они вернулись в комнату, спина Нин Шу чертовски болела. Ей казалось, что ее рану прижигали огнем. Было так больно, что ее тело начало трясти в лихорадке. Неужели она действительно не сможет выполнить задачу на этот раз? - Ложись, - сказал школьный доктор Нин Шу. Нин Шу смотрела на иглу в его руках: - Дядя, что ты делаешь? - Ты заражена вирусом, - школьный доктор воткнул иглу в руку Нин Шу так глубоко, что вся игла вошла в ее плоть. Черт! Разве он не мог быть немного мягче? После этого Нин Шу поняла, что есть проблема. Она была ранена зомби и заразилась вирусом, это ведь означает, что она станет зомби? Черт! Как это могло произойти? Она вспомнила, как школьный доктор без колебаний убил специального агента, и не могла не задаться вопросом, не сделает ли он это с ней. Нин Шу подавила боль и спросила дядю: - Дядя, что ты ввел мне? Может быть, он принял во внимание их знакомство и любезно ввел ей препарат эвтаназии? Школьный врач нахмурился, глядя на Нин Шу: - Этот препарат до определенной степени может помочь предотвратить заражение твоего мозга Услышав это, Нин Шу внутренне облегченно вздохнула. Дядя не убьет ее прямо сейчас. Вероятно, он собирался сохранить ее в качестве предмета исследования. Это было очень хорошо. - Дядя, не мог бы ты дать мне обезболивающее? - Нин Шу почувствовала, что скоро умрет от боли. Область, где зомби поцарапал ее, горела, и огонь начинал распространяться по всему ее телу. Она практически слышала, как каждая клетка в ее теле кричала, пока вирус разрушал их. Даже ее мозг начинал болеть от обжигающей боли. Когда вирус начал ударять ей в голову, она наконец поняла, почему зомби стали безмозглыми гуляющими трупами. Мощь этого вируса была подавляющей. - Дейзи, сосредоточься, - школьный доктор похлопал по лицу Нин Шу. Нин Шу изо всех сил старалась не закрывать глаза и сфокусироваться на лице дяди. Спустя некоторое время ее зрение начало плыть. Заманчивый аромат, которого раньше не было, влетел в ее нос. Она чувствовала голод, как никогда раньше. Она хотела наброситься на мужчину перед собой, толкнуть его, укусить шею, вырвать восхитительное энергично пульсирующее сердце. Нин Шу хотела сказать что-то, но она обнаружила, что ее способность говорить уже была нарушена. Единственный звук, который она могла произнести, это хрипение. Черт. Жизнь была тяжелой. Она и на самом деле превращалась в зомби. Она попыталась подключить свои внутренние силы, но они куда-то исчезли. Ее контроль над ее телом тоже стал пропадать. Нин Шу: ... Но она была действительно голодна сейчас, да, очень голодна. Там был такой большой живой человек ... Нин Шу потянулась, чтобы схватить школьного врача. Холодное черное дуло прижалось к ее лбу. Нин Шу вздрогнула и тут же убрала свою руку. Школьный доктор посмотрел на Нин Шу: - Ты в сознании? Нин Шу не могла слышать четко, что говорил дядя. Вирус уже испортил слух и ее зрение. Развилась сильная близорукость. Она не могла ничего различить уже начиная с десяти метров. ---------- Никогда не находила его таким привлекательным Школьный доктор продолжал говорить с Нин Шу, но она просто смотрела на него туманным выражением. Она не могла слышать, что он говорил. Он перестал говорить с ней и начал что-то искать в коробке. Затем он повесил слуховой аппарат на ухо Нин Шу. Нин Шу: ... - Ты слышишь меня сейчас? – Школьный врач повысил громкость. Нин Шу кивнула с трудом. Она все еще слышала очень плохо, но, по крайней мере, могла различать звуки. Она не знала, было ли это из-за лекарства дяди или ее решимости закончить задание, но ей действительно удалось оставаться в адекватном и рациональном состоянии. Однако ее стремление к человеческой плоти нисколько не уменьшилось. Ее обоняние стало намного острее, и база пахла очень вкусно. Хотя Нин Шу от всего сердца испытывала отвращение от мысли о потреблении человеческой плоти, она инстинктивно жаждала этого. Черт. Эта внутренняя борьба была безумной. Пройдя трудную ночь, она полностью превратилась в зомби. Она не могла говорить, ее движения были медленными, и она постоянно голодала. Она чувствовала желание съесть этого человека все время, но всякий раз, когда эта мысль приходила к ней, на нее смотрело дуло пистолета. Когда это случалось, сердце Нин Шу пропускало удар. Что творилось? Что будет с ее задачей сейчас, черт возьми? - Нам нужно покинуть базу сейчас, - сказал школьный доктор. Нин Шу было очень сложно разобрать эти слова, но она одобрила этот план. В настоящее время она зомби, монстр, которого все в базе попытаются убить. Более того, если Феникс будет в порядке, она обязательно придет искать мести. А Нин Шу была уверена, что Феникс так легко не умрет. К лучшему или к худшему, Феникс была главной женщиной этого мира с высоким уровнем удачи. Проблема в том, что сейчас Нин Шу не могла ходить быстро. Она наблюдала, как школьный доктор шел впереди нее длинными шагами, но независимо от ее стараний, она не могла его догнать. Школьный доктор обернулся и увидел, что Нин Шу двигается, как улитка, поэтому он присел на корточки перед ней, и громко сказал: - Я понесу тебя. Нин Шу посмотрела на безупречно белую рубашку дяди и черную ветровку. Если она испачкает их, дядя убьет ее. - Поторопись и продолжай. Нам нужно воспользоваться этим шансом, пока они заняты. Нин Шу остановилась, школьный доктор взял ее руки и закинул себе за шею. Нин Шу была тронута. У нее потекли слюнки ... Когда она увидела белоснежную шею дяди, ей действительно захотелось ее укусить. Он так хорошо пахнул. Она никогда не чувствовала, насколько дядя привлекателен. - Дейзи, если ты уронишь слюну на меня, приготовься к тому, что твоя голова взорвется, - холодно сказал дядя. Нин Шу чувствовала себя очень несправедливо обвиненной. В настоящее время она была инвалидом, ах. Такая вещь, как слюнотечение, - это не то, что она могла контролировать сейчас Дядя толкнул Нин Шу в машину и уехал из базы, в то время как все были слишком отвлечены, чтобы вовремя спохватиться. Рука Волка, в которую попал дядя, уже была перевязана, когда он возвращался мстить. Когда он добрался до дома Нин Шу, он обнаружил, что это место уже покинуто. Он был так зол, что уничтожил все в комнате. Тем временем школьный доктор уже был очень далеко от базы. Нин Шу хотела спросить дядю, куда они идут, но она не могла говорить. Каждый раз, когда она открывала рот, дядя целился в нее из пистолета, потому что думал, что она вот-вот его укусит. Это вызвало у Нин Шу серьезную депрессию. Она просто пыталась поговорить, ах. ---------- Если бы он только дал ей немного своей крови Школьный доктор привел Нин Шу в лабораторию. Эта лаборатория была спрятана в секретном месте. Вход был расположен под увядшим деревом. Однако, когда Нин Шу вошла внутрь, она была поражена чувством дежавю. Она была здесь раньше. Возможно, эта лаборатория была центром операций дяди? Затем она увидела, что в огромном стеклянном цилиндре лежал труп. Это был труп очень красивой женщины. Когда Нин Шу увидела лицо человека, она испытала огромный шок. Разве это не Линг Сюэ? Ее лицо выглядело искаженным. Казалось, что она сильно страдала, прежде чем умерла. Нин Шу почувствовала холодок. Школьный доктор определенно привел ее сюда не из добрых намерений. Не может быть, что ему стало так скучно препарировать людей, так что теперь он хочет сделать это с зомби?! Нин Шу посмотрела на школьного доктора. Школьный доктор снял свою черную ветровку, облачившись в белый лабораторный халат. Вкупе с очками с золотой оправой он выглядел маньяком. - Ложись, - дядя поправил очки. Нин Шу: Что ты говоришь? Я не слышу тебя. Не слышу, не могу ... - Ложись на операционный стол, - школьный доктор крикнул Нин Шу. На этот раз звук прозвучал намного громче и эхом разошелся в лаборатории. Нин Шу ошеломленно посмотрела, как будто она ничего не слышала. В конце концов, она же не могла послушно лечь на операционный стол, чтобы он ее вскрыл? - У тебя просто талант вести себя глупо, - школьный доктор подошел к Нин Шу, но та отступила. Школьный доктор поймал ее и потащил на операционный стол. После этого ее конечности были зафиксированы. По телу Нин Шу пробежал холодок. Наконец она поняла, что чувствовала Линг Сюэ, лежа на этом столе. Спасите!! Дядя, пожалуйста, отпусти меня. На улице так много зомби, почему ты хочешь вскрыть именно меня? Когда школьный доктор увидел, что глаза Нин Шу быстро заморгали, он заметил: - Хм? Ты слепнешь? Может ли это означать, что у эволюционировавшего зомби был другой тип вируса… Нин Шу: ... Школьный доктор взял шприц, чтобы взять кровь из руки Нин Шу, но не смог найти вену. Через некоторое время он, казалось, немного нетерпеливо воткнул шприц прямо в артерию на шее Нин Шу. Мама, спаси меня, ах! Хотя вирус повредил ей нервы, поэтому она не чувствовала никакой боли, это было ужасно. Когда она увидела, что дядя начал работать над чем-то сам и не собирался вскрывать ее, она облегченно вздохнула. Она огляделась своим близоруким взглядом. Когда она увидела белый труп, погруженный в формалин, ей пришлось проглотить слюну. Ей действительно хотелось съесть его. Она умирала от голода. Она чувствовала себя отвратительно, но в то же время жаждала этого. Это практически сводило ее с ума. Когда она взглянула на дядюшку, который изучал ее кровь, и чувствовала запах тела дяди, ее сердце еще больше горело от жажды. Пожалуйста, дай мне поесть. Нин Шу чувствовала себя монстром, который заботился только о еде. Поработав некоторое время, дядя несколько раз вымыл руки, а потом снова сел рядом с операционным столом. Когда он посмотрел на Нин Шу, он сказал: - Девочка, постарайся оставаться в сознании. Нин Шу хотела плакать. Ты, конечно, не понимаешь мою внутреннюю боль. Школьный доктор съел немного печенья и выпил воды перед Нин Шу. Когда он увидел, что она смотрит на него, он спросил: - Ты хочешь поесть? Я хочу съесть тебя! Нин Шу вскрикнула в сердцах. Однако она заставила себя кивнуть. Дядя отрезал кусок печенья и поместил его в рот Нин Шу. Нин Шу немного пожевала с трудом, затем проглотила его. Это было совсем не вкусно. Это было похоже на спрессованный песок. Если бы только дядя дал ей чуть-чуть своей крови. ---------- Жизнь подопытной мыши Нин Шу не знала, как долго она была в лаборатории. Она голодала каждый день, но не умирала от голода. Тяга к еде была просто пыткой. Школьный доктор держал пробирку в одной руке, и поднял подбородок Нин Шу другой. Он налил ей в рот какую-то жидкость. Нин Шу выпила ее. На самом деле не было никакого вкуса. Что это было? Нин Шу с трудом спросила дядю, что это было. - Это Эссенция, - ответил школьный доктор. Нин Шу: Пфф ... Что Эссенция даст зомби? Школьный врач нахмурился: - Ты ничего не чувствуешь? Нин Шу покачала головой. Она ничего не чувствовала, но она голодала уже не так сильно. Может ли быть, что эта Эссенция была источником энергии? - Девочка, а теперь? Что ты чувствуешь? - спросил школьный врач. Нин Шу хотела сказать, что больше не чувствовала себя голодной. - Ты не чувствуешь себя голодной? - предположил школьный доктор. Нин Шу тут же кивнула. Мысль проскользнула по лицу школьного доктора. - Неудивительно, что зомби так интересуются Эссенцией. Интерес зомби к потреблению людей, вероятно, проистекает из их инстинкта улучшить гены в их телах. Это проявляется стремлением к человеческой плоти. Нин Шу: ... Независимо от того, были ли они людьми со способностями или зомби, их конечная цель была одинаковой - стать эволюционировавшим человеком. Школьный доктор дал выпить еще одну пробирку Эссенции Нин Шу. Нин Шу нашла вкус превосходным. Теперь ей было намного легче контролировать свое тело. Школьный доктор снял свой белый лабораторный халат и натянул черную ветровку. Похоже, он собирался куда-то отправиться. Нин Шу уставилась на школьного доктора, словно говоря, куда ты уходишь? Дядя поправил очки с золотой оправой и сказал: - Я ухожу на некоторое время. Веди себя хорошо и никуда не уходи. Нин Шу проводила его глазами. Ты должен вернуться, ах! Лаборатория затихла. Нин Шу лежала на операционном столе без возможности пошевелиться. Не нужно было упоминать, насколько подавленной она себя чувствовала. Хуже всего то, что, став зомби, она больше не могла спать. Даже если бы она захотела спать, она не могла. Бессонница была тяжелой болезнью. Через некоторое время школьный доктор вернулся с тем, что осталось от женского трупа. Половина тела, казалось, была съедена зомби. Это было ужасное зрелище. Тем не менее, выражение школьного доктора не изменилось вообще, поскольку он положил труп на другой рабочий стол и начал его препарировать, чтобы собрать образец. Когда Нин Шу наблюдала со стороны, она почувствовала желание встать на колени перед дядей. Его невозмутимая манера серьезно внушала уважение. Она подумала, где дядя нашел этот труп. Вероятно, он вырвал его прямо из ртов зомби. Школьный врач собрал несколько образцов из трупа Линг Сюэ и начал их сравнивать. Нин Шу осталась лежать на операционном столе, скучая. Все, что ей сейчас хотелось, - это прогуляться, но дядя не собирался ее отпускать. Дядя, ты слишком много думаешь. Я не осмелилась бы коснуться и пальцем до тебя. Школьный доктор был настолько поглощен работой, что, похоже, забыл о существовании Нин Шу, поэтому Нин Шу начала производить звуки, чтобы попытаться напомнить о своем присутствии. Однако школьный доктор все равно не обращал на нее внимания. Скучая, она смотрела на его лицо. У него был холодный, красивый взгляд и очень высокое и сексуальное тело. Его аура была чрезвычайно загадочной. Через некоторое время дядя, наконец, закончил то, что он делал, и бросил труп в ванну с раствором формалина. Он много раз помыл руки, потом немного поел, прежде чем сказать Нин Шу: - На этот раз давай попробуем Эссенцию, которую я извлек из человека со способностями. Нин Шу была вынуждена выпить непроверенную Эссенцию. Когда она пила ее, ей показалось, что это была вода с перцем. С тех пор, как она стала зомби, она не чувствовала боли, но, черт возьми, выпивая Эссенцию, ей казалось, что она пила серную кислоту. После того, как она закончила пить, ее голова стала намного яснее. Ее мозг не был таким медлительным, как раньше. Дядя не стал задавать вопросов и просто лег спать на соседнем операционном столе. Нин Шу молча посмотрел на дядю. Черт, действительно было горько смотреть, как другой человек спит, когда она не может. Как только она подумала об этом, ее глаза начали слипаться, и она, в конце концов, заснула. Нин Шу даже не поняла, как это произошло. Раньше ей не удавалось заснуть. ---------- Презрительное выражение лица - Дейзи, проснись, - школьный доктор растолкал Нин Шу. Когда она открыла глаза, то была ошеломлена на мгновение, потому что теперь ее зрение стало четким. Она видела дядю перед собой. - Как ты себя чувствуешь? - Спросил школьный доктор. Нин Шу кивнула и обнаружила, что ей стало намного легче двигаться. Школьный доктор заметил, что движения Нин Шу были гладкими и уже не такими жуткими и роботизированными, как раньше, поэтому он влил ей в рот еще одну пробирку Эссенции. - Попробуй сказать что-нибудь, - сказал дядя, записывая что-то в блокнот. Нин Шу открыла рот, а затем покачала головой. Она все еще не могла говорить. Казалось, было нелегко заставить зомби говорить. В конце концов, даже эволюционировавший зомби, атаковавший базу, не знал, как говорить, и мог только рычать, как зверь. Затем школьный доктор быстро снял одежду Нин Шу. Нин Шу: (⊙o⊙) Дядя, что ты делаешь?! Нин Шу хотела выразить шок, но ее лицевые мышцы не слушались ее. Школьный доктор не обратил внимания на Нин Шу, и, взяв ведро с водой, приступил к протиранию тела Нин Шу. В его движениях не было никакой разницы, протирал он тело или пробирки после экспериментов. Выражение дяди было очень безразличным, но его рот изогнулся в презрении: - Я никогда не видел кого-то такого же грязного, как ты. Нин Шу: ... В настоящий момент она была зомби, но ей все равно приходилось мириться с жестокой мизофобией дяди. Встреча с дядей поистине была самым ужасным событием в ее жизни. Когда Нин Шу смотрела, как дядя без колебаний протирает ее тело, она не могла не почувствовать смущение. Как только он закончил вытирать ее, он вымыл ее волосы, затем распылил по ней дезинфицирующее средство с ног до головы. Нин Шу: ... Он издевался над ней, так как она не могла говорить, ах. Как только дядя закончил, он сел рядом с Нин Шу, и спросил ее с ленивым выражением: - Хочешь встать? Нин Шу поспешно кивнула. Она действительно хотела встать. Она больше не хотела лежать на операционном столе, это чувство было ужасным, особенно когда дядя держал в руках сверкающий скальпель. - Ты еще не можешь, - сказал школьный врач, положив скальпель на поднос. Он достал шприц, вколол его в главную артерию Нин Шу и начал извлекать кровь. - Мне нужно проверить твой статус деления клеток, - сказал дядя, смотря на пробирку с кровью через свет. Нин Шу: ... Черт, не мог он быть немного мягче? ---------- Я не хочу говорить с тобой прямо сейчас Школьный доктор и Нин Шу продолжали оставаться в лаборатории, не покидая ее. Школьный доктор проводил свои дни, изучая изменения в ее теле. Всякий раз, когда у него было свободное время, он брал у нее из шеи кровь на пробу. Она не была уверена, что это связано с тем, что она выпила много Эссенции, но в прошлом, когда дядя колол ее, она ничего не чувствовала, однако теперь чувствовала что-то вроде комариного укуса. Это указывало на то, что ее нервные окончания начали восстанавливаться, но дядя оставался таким же грубым, как и прежде. К сожалению, она не могла сказать дяде, что это больно. Нин Шу чувствовала себя совсем как маленькая подопытная мышь. Она была объектом для исследования, который дядя использовал для изучения эволюции зомби. Тем не менее, Нин Шу уже была очень довольна тем, что она была живой. - Девочка, ты хочешь встать? - Школьный доктор поднял брови, глядя на Нин Шу. Нин Шу безумно закивала. Она действительно хотела походить. Каждый день дядя дезинфицировал ее дважды. Каково это было, когда твои волосы моют два раза в день? Она скоро начнет лысеть! Дядя отвязал ее, сказав: - Если ты тронешь хоть что-то в этой лаборатории, готовься к ужасной смерти. Нин Шу: ... После того, как ее выпустили, она немного размяла конечности, и все кости в ее теле захрустели. Она встала и сделала несколько шагов, потом немного подпрыгнула. Ее тело теперь было очень легко контролировать, а прыжки получались намного лучше, чем раньше. Значит ли это, что она стала эволюционировавшим зомби? - Как ты себя чувствуешь? - Спросил школьный доктор. Нин Шу подняла большой палец. Когда она вернула руку назад, она случайно коснулась полки, и та опрокинулась. Все лабораторные колбы, пробирки и бутылки с лекарствами с грохотом посыпались на землю. Нин Шу: ... Она едва коснулась полки, почему она упала? Нин Шу взглянула и увидела, что лицо школьного доктора не выражало ничего, но его очки в золотой оправе вспыхнули холодным светом. Нин Шу хотела объясниться, но когда она открыла рот, все, что у нее получилось, было «ах», поэтому она сдалась и попыталась собрать с пола бутылки с лекарством. Однако, как только она взяла одну, та взорвалась, и лекарство внутри расползлось. Нин Шу: ... У нее появилась огромная сила? У нее не было такой силы даже после практики Непревзойденных Боевых Искусств Школьный доктор посмотрел на Нин Шу. Нин Шу чувствовала себя несправедливо обвиненной. Когда она увидела, что школьный доктор потирал пистолет на талии, она практически упала на колени. Черт, если она скажет, что это был несчастный случай, дядя поверит ей? Дядя начал собирать с пола пробирки. Нин Шу хотела помочь, но школьный доктор коротко взглянул на нее, и она поспешно отодвинулась. Черт. Она определенно должна поспешить научиться управлять этим телом. После того, как школьный доктор закончил уборку лаборатории, он вытащил Нин Шу на улицу. Нин Шу попыталась спросить у него языком жестов, куда они пошли? Школьный доктор вообще не обращал внимания на Нин Шу, и продолжал вести машину, как будто он что-то искал. Уши Нин Шу слегка дернулись. Рядом были зомби. Нин Шу хотела предупредить дядю, но дядя просто взглянул на нее, и сказал: - Я не хочу говорить с тобой прямо сейчас. Нин Шу: ... Дядя все еще сердился из-за того, что произошло в лаборатории? Как неожиданно. - Гррр… Звук рычания зомби становился все ближе и ближе. Когда Нин Шу увидела, что дядя все еще казался невозмутимым, она не могла не задаться вопросом, не сошел ли он с ума. Через некоторое время зомби окружили их. Тем не менее, школьный доктор ехал не спеша, как будто на прогулке. Затем он остановил машину. Вокруг было так много зомби, что сердце Нин Шу начало дрожать. Она тихо наклонилась ближе к дяде, но он оттолкнул ее, затем открыл дверь машины и вытолкнул ее. Нин Шу: ... Она была в недоумении. Что делал дядя? Почему он бросил ее в эту толпу зомби!? Спасите меня! Здесь много зомби! Нин Шу взглянула на зомби вокруг нее, затем отчаянно постучала в окно. Дядя, спаси меня, ах! Она же будет разорвана! - Дейзи, ты зомби, а не человек, - сказал школьный врач, увидев ее панику. Нин Шу: (⊙o⊙) ---------- Каково это, быть суперчеловеком? Но она все равно чувствовала себя человеком, а не зомби! Однако, оглядевшись, Нин Шу обнаружила, что никто так и не попытался напасть на нее. Казалось, что зомби даже немного боялись ее. Она внутренне вздохнула с облегчением. Черт, ей не стоит бояться. Она думала, что зомби ее разорвут. - Дейзи, убей этих зомби, научись контролировать свои силы, - сказал школьный доктор изнутри машины. Услышав это, Нин Шу ошеломленно замерла на мгновение, затем отправилась к зомби. Эти зомби, казалось, чувствовали приближение Нин Шу и старались убраться подальше, будто бы избегая ее. Нин Шу схватила ближайшего зомби и сжала его голову. Та легко взорвалась в ладонях, как кусок тофу. Кусочки серого мозгового вещества попали на ее руки и лицо. Она ошеломленно уставилась на свою грязную руку. Почему ее сила была такой безумной? - Дейзи, у меня нет дезинфицирующего средства для тебя. Смотри, будь аккуратнее, - когда школьный врач увидел, что лицо Нин Шу снова покрылось мозгами зомби, ему стало невыносимо смотреть на нее: - Человеком ты была неряшливой, но и став зомби, ты не изменилась. Нин Шу получила общее представление о своей силе, поэтому она взяла палку с земли и ударила зомби по голове. Голова зомби сразу же взорвалась. Это было похоже на раздавливание грецкого ореха, поэтому ей стало весело. - Хватит, возвращайся! - крикнул школьный врач. Когда Нин Шу услышала, она потянулась, чтобы открыть дверь машины и войти, но в итоге вырвала дверь. Она безучастно смотрела на дверь, которую она держала, затем перевела взгляд на лицо школьного врача. Очки школьного доктора мерцали. Нин Шу: ... Внезапно она ощутила, что становилась суперчеловеком. - Сядь на крышу автомобиля, - холодно сказал школьный доктор, указывая на крышу. Нин Шу сжала губы, но послушно поднялась на крышу и села. Ай, ​​здесь было так много пыли, которая мгновенно набилась ей в рот. Когда они вернулись в лабораторию, дядя отправил Нин Шу в бассейн для мытья, а сам начал есть. Нин Шу пришлось сглотнуть слюну, увидев дядю. Естественно, она смотрела не на бисквит, который держал дядя, а на его шею. Ей действительно хотелось ее прокусить и выпить немного горячей душистой крови. Нин Шу молча приблизилась к дяде и глубоко вдохнула. Он так хорошо пахнул. Она медленно наклонилась к его шее. Резко обернувшись, дядя тут же столкнулся губами с лицом Нин Шу. С отвращением сплюнув, он вытащил пистолет и прижал его ко лбу Нин Шу. Нин Шу, невинно глядя на него, смущенно отодвинулась в сторону. Дядя достал бутылку с Эссенцией и бросил ей: - Выпей это. Нин Шу аккуратно отвернула крышку, а затем проглотила. Как обычно, она горчила, как перечная вода. ---------- Хорошо, давай спустимся ниже Голод Нин Шу всегда утихал после того, как она выпивала Эссенцию, поэтому ароматный запах, исходящий от тела школьного врача, больше не соблазнял ее. Эта Эссенция действительно была сокровищем. Значит ли это, что отныне ее единственным источником пищи будет эта Эссенция? Но это тоже сложный путь. Дядя вряд ли мог постоянно доставать ее. Нин Шу села на землю, прислонившись к стене, чтобы немного поспать. После Эссенции она всегда чувствовала сонливость. - Дейзи, как ты себя чувствуешь? - спросил школьный врач. Нин Шу подняла веки и сделала движение рукой, обозначающее сон. Дядя записал что-то в своей книге, сказав Нин Шу: - Иди спать на операционном столе. Как ты можешь спать, где попало? В тебе нет ни следа женского приличия. Нин Шу: ... Дядя, разве сон на операционном столе не был бы более странным решением? Кроме того, теперь она была зомби, поэтому определение «женщины», вероятно, больше не подходило ей. - Иди спать на операционном столе, - школьный доктор снова указал на операционный стол. У Нин Шу не было выбора, кроме как подняться на стол и лечь. После этого школьный доктор вколол еще один шприц ей в шею. Рассматривая пурпурно-черную кровь, он сказал: - Дейзи, твоя жизнь будет очень длинной. У всех обычных зомби такая же долгая продолжительность жизни, но им приходится терпеть муки бесконечного голода. Однако, к счастью, эволюция зомби идет по пути становления развитым существом. - Это способность людей и зомби идти разными путями к одной и той же конечной цели эволюции, - школьный врач встряхнул кровь в пробирке: - Деление клеток в твоем теле происходит очень медленно, клетки регенерируют и практически не умирают. Это означает, что твоя жизнь будет практически вечна. Нин Шу: ... Так сложно! Она была ребенком, который никогда не ходил в школу. Нин Шу, имевшая только образование начальных классов, отметила, что не понимает, о чем говорит дядя. Школьный доктор снова начал изучать кровь, поэтому Нин Шу вскоре захрапела на операционном столе. Она не знала, как долго длился ее сон, но ей было хорошо, когда она проснулась. Она больше не чувствовала себя зомби, и когда она заглянула в зеркало, то единственным оставшимся признаком ее состояния было ее лицо - все еще пепельное и сухое. - Пойдем, - сказал школьный доктор Нин Шу. Когда он увидел, что Нин Шу смотрела в зеркало, он взглянул на ее лицо и заметил: - Нет никакой разницы между твоим состоянием в виде зомби и в виде человека – ты уродлива одинаково. Нин Шу почувствовала, как стрела внезапно пронзила ее сердце. Разве он не мог подумать о том, что его слова могут ранить ее? Следуя за дядей из лаборатории, она задавалась вопросом, куда он отвезет ее на этот раз. Может быть, они снова собираются убивать зомби? - Сядь на крышу, - сказал дядя. Нин Шу: Почему? Разве ты еще не починил дверь автомобиля? Поскольку школьный врач молча смотрел на нее, у Нин Шу не было выбора, кроме как подняться на крышу. Это была дискриминация! Он был против нее, потому что она была зомби! Он даже не позволял ей быть в машине! На этот раз дядя не искал зомби и просто привел Нин Шу к небоскребу, и они поднялись по лестнице на крышу. Нин Шу посмотрела вниз. Было довольно высоко - не менее двадцати метров. Черт, она боялась высоты... Нин Шу немного отступила назад и посмотрела на школьного врача с изумленным выражением. Почему мы пришли на крышу? Просто, чтобы насладиться ощущением того, что мы видим мир? Школьный доктор посмотрел на Нин Шу. Нин Шу сразу овладело плохое предчувствие и она отступила на пару шагов, осторожно глядя на дядю. Школьный врач схватил руку Нин Шу. Нин Шу была ошеломлена. Что он делает? Затем он движением попытался сбросить Нин Шу с крыши здания, но Нин Шу крепко сжала его руку и посмотрела на него жалким, умоляющим выражением лица. Дядя, пожалуйста, не сбрасывай меня ах! Черт, дядя планировал сбросить ее вниз, ах. Пожалуйста, отпусти! Я умру! - Отпусти, - школьный врач попытался стряхнуть руку, но ему это не удалось, поэтому он повторил: - Отпусти. Нин Шу покачала головой. Если она упадет с этой высоты, она превратится в мясную пасту. - Дейзи, ты зомби. Даже если ты упадешь, ты не умрешь, - сказал школьный врач: - На данный момент ты способна преодолевать гравитацию и парить воздухе. Нин Шу: (⊙o⊙) Выдумки! В любом случае, не нужно было сбрасывать ее из здания, верно!? Что делать, если произойдет несчастный случай? Как бы вы себя чувствовали, если бы вас собирались сбросить с крыши здания? - Ты безнадежна, - сказал школьный доктор, прекратив попытки ее сбросить. Нин Шу похлопала себя по груди, чтобы успокоить страх. - Если ты так боишься, мы можем попробовать начать с более низкой высоты, - презрительно скривился дядя. ---------- Принудительный прыжок Он все еще хотел продолжить? Нин Шу с испуганным выражением на лице последовала за дядей вниз. Когда они добрались до пятнадцатиметровой высоты, школьный доктор посмотрел на нее. Нин Шу поспешно покачала головой. Это было слишком высоко. Лицо школьного доктора не выражало ничего, но его очки сияли жутким светом. Нин Шу опустила голову, ей было страшно смотреть на него. После этого дядя, ведя за руку Нин Шу, спустился на десятиметровую высоту и снова посмотрел на нее. Нин Шу повторно покачала головой. Это все равно много для нее. Впоследствии они дошли до этажа, который находился всего в пяти метрах от земли. Губы школьного доктора были тесно сжаты, когда он смотрел на Нин Шу. Он испускал гнетущую ауру. Если бы она снова сказала, что ей слишком высоко, он, вероятно, взорвался бы на месте. - Как тебе эта высота? - спросил школьный доктор очень холодным тоном. Нин Шу кивнула головой, подтверждая. Она действительно хотела попросить его, чтобы они отправились на второй этаж. Однако, поскольку дядя был готов взорваться в любую секунду, она бодро закивала. Прежде чем она смогла отреагировать, дядя вытолкнул ее из здания. Боже мой! Нин Шу внутренне кричала, пока ветер свистел у нее в ушах. Мама, я боюсь! С громким «шмяк» она упала лицом в сад. Подняв голову, она выплюнула грязь, набившуюся ей в рот. Ее жизнь была очень грустной. - Дейзи, иди сюда, поторопись, - голос дяди звучал как голос злого демона. Нин Шу встала и начала проверять себя на предмет ранений. После осмотра она не нашла ни царапины. Подожди, если она не была ранена, это означает, что они будут продолжать это?! - Девочка, иди сюда, - дядя снова позвал ее. Только тогда Нин Шу медленно зашагала, пытаясь подняться по лестнице. Однако дядя сказал: - Не поднимайся по лестнице, попытайся запрыгнуть прямо сюда. Нин Шу: О, черт…. Он не собирался отпускать ее, пока она не умрет, не так ли? Нин Шу подняла голову и встретилась глазами с дядей, после чего молча перевела взгляд и начала искать что-то, что могло бы помочь ей запрыгнуть наверх. Она выбрала большое дерево недалеко от здания, и быстро забралась на него. Примерившись, она прыгнула с него в сторону дяди. Она просто сделала случайную попытку, но у нее, к удивлению, получилось с первого раза. Подлетая к дяде, она вытянула руки и обняла его, повалив на пол. Нин Шу лежала на дяде, и ее рука была у него на груди. Она чувствовала пульсацию его сердца. С непроницаемым выражением он прижал пистолет ко лбу Нин Шу. Нин Шу тут же вскочила с него, и помогла ему подняться. Школьный доктор взглянул на нее, с отвращением смахивая пыль с одежды. Он выглядел очень злым. Ох уж это его ОКР в сочетании с мизофобией. Дядя, тебя не спасти. ---------- Обратно в дикую природу Школьный доктор использовал бесчеловечные методы обучения, чтобы заставить ее научиться парить в воздухе. У Нин Шу не было выбора, кроме как начать учиться использовать свою способность прыгать в полной мере, а затем и парить в воздухе без какой-либо поддержки. Это было невозможно с точки зрения науки, но дядя, даже будучи ученым, все равно настаивал на том, чтобы она сделала это на практике. Важную роль сыграло и то, что из дяди вышел не особо хороший учитель. Каждый раз, когда она делала ошибку, он раскритиковывал ее в пух и прах. Когда же она наконец сможет убраться из этого мира? Когда это закончится? Ей приходилось наблюдать, как дядя постоянно записывал информацию в блокнотик каждый день. Это заставляло ее снова чувствовать себя пациенткой. Школьный доктор посмотрел на Нин Шу, затем разочарованно покачал головой. - Зомби, которому удалось сохранить сознание, действительно не может сравниться с зомби, который приобретает его самостоятельно. Нин Шу: ... На самом деле, она тоже это чувствовала. В душе Нин Шу все еще чувствовала себя человеком в шкуре зомби, поэтому она сильно отличалась от эволюционировавшего зомби. К счастью, теперь она могла двигаться очень быстро и научилась парить в воздухе. Когда они вернулись в лабораторию, дядя дал Нин Шу бутылку Эссенции. Нин Шу была очень тронута, и улыбнулась дяде широкой улыбкой. Дядя тут же отвернулся. Нин Шу выпила Эссенцию, хотя ей и казалось, что в этом больше не было нужды, так как она уже не ощущала такого сильного голода, как раньше. Кроме того, теперь она чувствовала, что ее тело сейчас самое слабое звено. Вероятно, ей нужно было развиваться дальше, но она не знала как это сделать. На данный момент ее тело уже было очень сильным и мощным, оно даже могло парить в воздухе. Нин Шу пыталась разговаривать, но из ее рта вылетали одни лишь простые слоги. Похоже, что у нее не было выбора, кроме как учиться говорить снова, как маленький ребенок. Школьный врач ел печенье, но вдруг обернулся и уставился на Нин Шу, ничего не произнося. Заметив это, Нин Шу бросила на него озадаченный взгляд и пробормотала: - Ч-что...? Школьный доктор нахмурился и непонимающе произнес: - Твое тело в настоящее время улучшается генами высшего класса. Гены, естественно, склонны исправлять недостатки в организме, так почему же твое лицо осталось таким? Нин Шу: Какой вздор! Сколько еще раз он собирается издеваться над ее лицом? Нин Шу очень сильно хотелось повалить школьного доктора на пол, разорвать его горло и вырвать сердце из его же груди. Слова дяди были слишком обидными. Ядовитый язык, мизофобия и OКР были сосредоточены в одном человеке. Дядя, в этой вселенной нет никого, кто мог бы спасти тебя. Тебе определенно суждено быть одному вечно. Наутро школьный врач дал Нин Шу сумку. Открыв ее, она обнаружила внутри маленькие бутылочки с Эссенцией. Нин Шу была немного озадачена. Почему же дядя дал ей столько Эссенции сразу? Ничего не объясняя, школьный доктор отправился к выходу. Пока Нин Шу шла за ним наверх из лаборатории, то чувствовала, что атмосфера между ними становится немного напряженной. Она вела себя очень хорошо и, не возражая, забралась на крышу машины, но школьный врач подозвал ее и сказал: - Садись внутрь. Что-то было не так? Он вел себя как-то странно. Нин Шу молча села в машину. Школьный доктор начал движение, казалось, что ему было все равно куда ехать. - Дя…дя, - проговорила Нин Шу. Дядя нажал на тормоз и повернулся к Нин Шу. Если ему есть что сказать, пусть говорит. С самой их первой встречи он и так выглядел холодным и очень отстраненным, поэтому теперь, когда его выражения лица стало мрачным... Дядя, похоже, уровень твоей аморальности уже достиг максимума! - Выйди из машины, - сказал он Нин Шу, - И возьми с собой сумку. Нин Шу издала удивленных вздох и вышла. Школьный доктор тоже вышел и подошел к ней: - Ты зомби. Ты должна привыкнуть к новому образу жизни. Нин Шу ошеломленно моргнула. Что он имеет в виду? - Эссенции должно хватить на некоторое время, к тому же твое тело уже не так сильно нуждается в ней. У меня есть важные дела, поэтому я не смогу взять тебя с собой, - ровно произнес школьный доктор. Черт, дядя отказался от нее. Раньше дядя постоянно мучил ее, но ей все равно было больно расставаться с ним. Она уже считала дядю ее вторым отцом, поэтому, потянув его за рукав, Нин Шу медленно проговорила: - Дядя, возьми меня с собой ... я хорошо сражаюсь. Школьный доктор протянул руку и ткнул пальцами в ее лоб. Он сказал с издевкой: - Я не хочу брать с собой такую бесполезную девчонку. Так как рано или поздно нам придется расстаться, то я предпочту попрощаться первым. Нин Шу: ... Школьный врач сел в машину и уехал. Спустя всего пару мгновений он исчез из ее поля зрения, оставив Нин Шу совершенно опустошенной. Нин Шу чувствовала себя животным, которое отпустили назад в природу. ---------- Одинокий самурай, путешествующий по миру Какое-то время Нин Шу потратила на размышления, а потом побежала в том направлении, куда уехал дядя. Однако ей так и не удалось найти его, и в конце концов она столкнулась с целой толпой зомби. Эти зомби не атаковали Нин Шу. Очевидно, они думали, что она одна из них. Некоторые зомби даже пытались следовать за ней, скорее всего из-за того, что была на ступень выше, чем они. Ей пришлось использовать всю свою огромную силу, чтобы отшвырнуть этих зомби. Ей не хотелось, чтобы за ней повсюду следовала толпа постоянно рычащих зомби. Они стали бы настоящей пыткой для ее ушей. Потратив кучу времени на поиски, она, наконец, отыскала их лабораторию, но там никого не было. Дядя уже уничтожил все вещи, поэтому внутри было совершенно пусто. Куда же ей теперь идти? Нин Шу чувствовала себя потерянно и не знала, что делать дальше. Почему она все еще здесь, в этом мире? У нее не было конкретной цели, когда она покидала лабораторию. Подумав немного, она решила найти Феникс и отомстить ей. Приняв решение, она почувствовала себя намного увереннее. В течение дня она беспорядочно блуждала в поисках баз, в которых еще оставались люди. Время от времени она сталкивалась с эволюционировавшими зомби, но если они не провоцировали ее, то она просто проходила мимо. То, что удивляло Нин Шу больше всего, были зомби, следующие за ней хвостом. Что вообще привлекало их к ней? Рука Нин Шу коснулась сумки на поясе. О, точно. Эссенция. Теперь это был ее единственный источник пищи, поэтому она не могла поделиться ею с другими. Поскольку дядя ушел, то она даже не знала, получится ли раздобыть еще Эссенции после того, как эта закончится. На данный момент Нин Шу сможет продержаться полмесяца на имеющихся запасах, поэтому она ждала до последнего, а потом выпивала совсем немного Эссенции, когда терпеть уже не могла. Неторопливо шагая, Нин Шу внезапно почувствовала себя одиноким самураем, который путешествовал по миру. Иногда она равнодушно наблюдала за сражениями между людьми и зомби. Она ничего не чувствовала, когда видела, как зомби разрывают людей на куски. По ее мнению, оба вида сражались за выживание. Их действия уравновешивали друг друга, поэтому не было никакой великой праведности и серьезного греха. Первоначально, Нин Шу хотела раздобыть какой-нибудь транспорт и поехать на нем. Хотя она и не уставала, но просто идти в течении долгого времени было очень скучно. Вот только что она могла сделать? Она не умела взламывать автомобили как дядя. - Гррр… Чрезвычайно знакомый рык донесся до ее ушей. Казалось, он прозвучал очень далеко, но Нин Шу немедленно остановилась и прислушалась. Черт, раз уж она пока не нашла Феникс, то сначала отомстит этому зомби! ---------- Мэм здесь, чтобы подраться с тобой! Нин Шу бросилась в направлении звука, чтобы найти этого зомби и отомстить. Когда Нин Шу нашла эволюционировавшего зомби, который парил в воздухе, ее глаза сразу же покраснели от ярости. Черт, она никогда так не страдала за все свое время, посещая другие миры. Сейчас он за это ответит. Толпа зомби была под предводительством главного зомби. Они окружили группу людей. Группа людей со способностями использовала все силы, чтобы отбиваться от зомби и защищать припасы в грузовике. Нин Шу только окинула их взглядом, и тут же заметила Феникса. Феникс была в облегающих черных кожаных штанах, которые подчеркивали ее тонкую талию и заманчивые формы. Когда она убивала зомби, ее черные волосы качались в такт ее движениям. Как и ожидалось, она осталась жива, несмотря на то, что ее пронзил деревянный колышек. Нин Шу холодно засмеялась. Мир так тесен. Она осмотрела остальных, но никого, кроме Феникса, она не узнала. Феникс действительно отправилась на поиск припасов? - Гррр… Эволюционировавший зомби, летящий в воздухе, внезапно обернулся и рыкнул в сторону Нин Шу. Нин Шу заметила, что рычание зомби, казалось, содержало определенную частоту, которая передавала какое-то сообщение. - Грррр, гррр! Эволюционировавший зомби снова прорычал в сторону Нин Шу куда более нетерпеливым тоном. Нин Шу поняла. Этот зомби хотел, чтобы она пошла сражаться с людьми. С людьми? Мэм здесь, чтобы подраться с тобой! Движения эволюционировавшего зомби привлекли внимание людей. Феникс оглянулась, и ее лицо наполнилось шоком, когда она увидела Нин Шу. Она ударила ближайшего зомби ледяным шипом и осторожно посмотрела на Нин Шу. Тело Нин Шу развернулось, и она полетела к главному зомби. Тот, наклонив голову, смерил взглядом Нин Шу. Его нос слегка дрогнул, когда он с недоумением смотрел на нее. Он был уверен, что она такая же. Нин Шу остановилась в воздухе и посмотрела на Феникса. С яркой улыбкой она поздоровалась с Фениксом: - Давно не виделись. В тот момент, когда Нин Шу заговорила, Феникс еще больше оказалась сбита с толку: - Дейзи, ты все еще жива? Феникс огляделась, но не увидела человека, который обычно был с Дейзи. Когда она поняла, что Дейзи могла ходить в воздухе, как зомби, ее лицо исказилось. - Что ты такое? - спросила Феникс. Зомби не могли говорить, в отличие от Дейзи. Нин Шу, глядя на Феникса, скрестила руки на груди: - Угадай. - Дейзи, ты стала зомби. На самом деле, это просто означает, что кристаллическое ядро ​​в твоем мозгу теперь будет принадлежать мне. Раньше ты была слабым и бесполезным человеком, и даже будучи зомби, ты все равно так же бесполезна, поэтому я любезно принимаю твое кристаллическое ядро! - Феникс элегантно подняла брови. Нин Шу смущенно почесала голову. Что такое кристаллическое ядро? Похоже, она уже не шла в ногу с новыми понятиями после того, как она оказалась взаперти. Феникс выстрелила шипом в ​​сторону Нин Шу, но Нин Шу только слегка сдвинулась в сторону и уклонилась. Когда Феникс увидела, что Нин Шу сумела легко уклониться от ее атаки, выражение ее лица стало холоднее. Она закусила губы, коснувшись шрама на животе. Тогда она была на грани смерти. Если бы Волк не сделал все ради ее спасения, она бы не была сейчас здесь. Поэтому, увидев, что Нин Шу стала сильнее, Феникс была в ярости от негодования. Она посылала ледяные шипы в Нин-шу без остановок. Нин Шу внезапно появилась возле Феникса и послала удар прямо в голову Феникса. Глаза Феникса расширились, и она создала ледяной щит, чтобы заблокировать атаку Нин Шу. Нин Шу просто рассмеялась и продолжила налегать. Ее кулак пробился сквозь щит и продолжил двигаться к голове Феникса. Лицо Феникса было смертельно бледным, когда она смотрела на кулак. Ее лицо скривилось в страшном ужасе. Скорость Нин Шу была слишком быстрой, у нее не было надежды уклониться. Нин Шу думала, что она сможет раскроить голову Феникса, но кто-то внезапно появился перед ней, обнял Феникса и собственной спиной заблокировал удар Нин Шу. Нин Шу была ошеломлена и тут же попыталась остановить удар, но кулак все равно приземлился на спину этого человека. Человек и Феникс рухнули от удара. Нин Шу нахмурилась, глядя на человека, который защитил Феникса. Его рот был полон крови, но он только обеспокоенно спросил Феникса: - Ты в порядке? ---------- И он перестал дышать Феникс застыла от шока, затем начала вытирать кровь, которая текла из губ мужчины. Она закричала дрогнувшим голосом: - Линь Вэнь, Линь Вэнь! Почему ты такой глупый? - С тобой все в порядке, только это имеет значение, - когда тот говорил, из его рта лилась кровь. Феникс обернулась и с ненавистью посмотрела на Нин Шу: - Дейзи, я тебя убью. Ты осмелилась навредить ему? Слышишь, я тебя убью! Нин Шу: ... По какой-то причине она вдруг почувствовала себя главным злодеем этого мира. Человек, жертвующий своей жизнью ради главной женщины, вероятно, был помощником главной женщины. Следовательно, каждый раз, когда главные мужчина или женщина сталкиваются с опасностью, всегда будет кто-то, кто их спасет даже ценой своей жизнью, так что те могут продолжать бороться со злом ​​во имя правосудия. Тьфу. Она вовсе не была «главным злом»! Не было никакого зла или справедливости, только разные точки зрения. В конце концов, может быть, она должна была стоять на месте и позволять главной женщине извлечь кристаллическое ядро из ее мозга? Из тела Феникса вырвалась огромная сила. Нин Шу сузила глаза, потому что она почувствовала, что это была в том числе и энергия зомби. Похоже, что люди со способностями используют кристаллические ядра зомби, чтобы улучшить свои способности. Что-то ей подсказывало – эта энергия не то, к чему можно относиться легкомысленно, поэтому Нин Шу осторожно отступила и поднялась в воздух, смотря на Феникса сверху. Лицо той было наполнено горем, Феникс сердито посмотрела на Нин Шу с глубокой ненавистью. Нин Шу потеряла дар речи. В такой ситуации, ей что, надо было оказать первую помощь бедному пострадавшему слуге главной женщины? Даже если Фениксу удастся ее убить, будет слишком поздно спасать его. Феникс сконденсировала огромный кусок льда, и послала его в Нин Шу. Нин Шу быстро уклонилась. - Дейзи! Если у тебя кишка не тонка, перестань уклоняться и прими дуэль! - крикнула Феникс с возмущением. Почему, черт возьми, ей нельзя уворачиваться? Ей нужно стоять мишенью? Нин Шу усмехнулась. - Аааа ... – раздался крик агонии. Феникс обернулась и увидела, что эволюционировавший зомби вырвал сердце Линь Вэня. Глаза ее покраснели, и она как сумасшедшая начала стрелять шипами в эволюционировавшего зомби, но тот уклонился от них и вернулся в состояние парения над землей, удерживая сердце с равнодушным выражением. - Линь Вэнь, Линь Вэнь ... - Феникс, которая всегда была холодной и отчужденной, обняла тело мужчины. - Феникс... Затем голова мужчины откинулась в сторону, и он перестал дышать. ---------- Страдай в исследовательском центре! После того, как она увидела сцену пожертвования жизнью ради главной женщины, чувства Нин Шу были очень сложными. Выглядело так, что Линь Вэнь был всего лишь инструментом, вся роль которого заключалась в спасении Феникса. Если бы Феникс не настаивала на том, чтобы убить ее ради «справедливости и мести» и вместо этого попыталась убежать с ним, тогда этот парень, вероятно, не умер бы. Таким образом, были люди, которые могли собой пожертвовать во имя любви и не просили ничего взамен. Они хотели только, чтобы любимая была счастлива, пусть и с другим человеком. Серьезно, это было ... альтруистично и глупо. Похоже, что все, кто жил ради главной женщины, не имели собственных мыслей. Она нашла удивительным, что главная женщина больше хотела отомстить ей, чем попытаться спасти его. Разве его спасение не будет более важным делом? Нин Шу посмотрела на эволюционировавшего зомби, который стоял перед ней. Он все еще держал окровавленное сердце в руке. Нин Шу уставилась на него, потеряв дар речи. В это время камуфлированные армейские танки появились на поле боя. Нин Шу была ошеломлена на мгновение. Черт возьми, это на самом деле были танки! Более того, на этих танках были установлены ракетницы дальнего действия! Нин Шу сразу почувствовала опасность, и эволюционировавший зомби, казалось, чувствовал ее тоже, потому что он взревел, и приказал толпе зомби двигаться на танки. Однако эти танки просто раздавили зомби, даже не заметив. Когда Феникс увидела танки, на ее лице появилась радость. Она посмотрела на Нин Шу и крикнула: - Дейзи, сегодня день твоей смерти! Ты убила Линь Вэня, поэтому я заставлю тебя заплатить своей жизнью! Нин Шу указала на эволюционировавшего зомби: - Это была не я, это был он. Разве ты не видишь, что он все еще держит сердце твоего запасного колеса? - Все вы умрете сегодня! - крикнула Феникс. Она была настолько злой, что ее лицо было полностью красным, - Дейзи, я не только извлеку из тебя мозг, я брошу тебя в исследовательский институт, чтобы ты страдала, пока не умрешь! Нин Шу похлопала по груди. О, она была так напугана, ах. Когда она наблюдала, как танки подбирались все ближе и ближе со своими ракетами, ее чувство опасности стало бить тревогу, поэтому она обернулась и побежала. Плоть не могла справиться с таким оружием. Боеприпасы с чрезвычайно высокой температурой, такие как ракеты, просто испарят ее. - Дейзи, куда ты бежишь? Это низко! - когда Феникс увидела, что Нин Шу сбежала, не проявляя никакого достоинства, то разозлилась еще больше. Однако Нин Шу не обратила внимания на слова Феникса. Если она не может справиться с танками, зачем ей оставаться? Когда эволюционировавший зомби увидел, что Нин Шу убегает, то после некоторого колебания полетел за ней. Когда Нин Шу оглянулась и увидела зомби, она чуть не упала с воздуха. Она же не провоцировала его, так почему он шел за ней? Однако так даже лучше. Это избавит ее от необходимости искать его позже. Она увеличила скорость, зомби сделал то же самое. Спустя некоторое время Нин Шу нашла заброшенный склад и решила остаться там на время. Хотя она и стала зомби, внутри она все еще была человеком. Она не могла заставить себя есть и спать на открытом воздухе. Эволюционировавший зомби последовал за Нин Шу на склад. Нин Шу обернулась, чтобы осмотреть зомби. Его выражение было очень холодным и отстраненным. У большинства зомби не было никакого выражения на лице, только ужасающие серые глаза. Зомби предложил ей кровавое сердце, которое он держал в руках. Судя по внешнему виду, он хотел подружиться с ней. Нин Шу покачала головой, отказываясь. Она была зомби, но не могла заставить себя съесть это. - Грррр? - зомби прорычал Нин Шу. Нин Шу не обратила на него внимания. Когда эволюционировавший зомби увидел, что Нин Шу действительно не собиралась его принимать, он начал есть сердце сам. Вот и 1 очко Харизмы дало эффект ---------- Ле-фу Нин Шу сглотнула. Это было слишком отвратительно. - Эй, перестань есть. Это совершенно бесполезно, - Нин Шу чувствовала, что эволюционировавший зомби был похож на нее, тело было тоже его слабым звеном. Простое поедание трупов людей с умениями для улучшения генов уже не работало. Однако зомби не понял, что сказала ему Нин Шу. Съев сердце, он повернулся к ней и коротко зарычал. Что за черт? Нин Шу ударила кулаком по лицу зомби. Это было все равно, что бить стену. Второй удар она нанесла уже по животу. На этот раз ей удалось отправить его в полет, зомби врезался в стену и развалил ее. - Грррр! - зомби возмущенно зарычал на Нин Шу, как будто требовал объяснить, почему она напала на него. Зомби, вероятно, чувствовал себя обиженным. В конце концов, он даже предложил ей сердце, так почему она все равно напала на него? Нин Шу холодно засмеялась. Если бы не этот ублюдок, она бы не стала такой. И если бы не дядюшка, она бы уже превратилась в обычного зомби! Если бы она стала зомби, который чувствовал инстинктивный голод, она, вероятно, никогда не смогла бы вернуться в Систему и в конечном итоге была бы убита, прежде чем смогла бы даже понять, что произошло. Когда Нин Шу подумала об этом исходе, то не могла не почувствовать холодок в груди. Она еще сильнее рассердилась на этого зомби и начала избивать его. Эволюционировавший зомби, рыча, смотрел на Нин Шу своими пепельными глазами. Бум! Зомби врезался в землю. Нин Шу без остановок стала топтать зомби ногами в ярости, пока не разворотила землю, но зомби все еще был в порядке. Нин Шу вздохнула и прекратила пинать его. Как же трудно убить этого зомби. Эволюционировавший зомби сердито зарычал на Нин Шу. Нин Шу сказала ему: - Если ты собираешься говорить, говори нормально. Ты не можешь перестать рычать все время? Если ты не знаешь, как говорить, тогда просто заткнись. - Грр…Гррр! Нин Шу: ... Нин Шу осторожно взглянула на зомби. Когда она увидела, что тот не пытается напасть на нее, то пошла искать место для ночлега. Зомби последовал за Нин Шу. Когда он увидел, что Нин Шу легла, то скопировал ее действия и лег рядом с коротким рычанием. Когда Нин Шу увидела, что делал этот зомби, она, наконец, поняла, почему этот зомби следовал за ней. Он пытался научиться у нее. Хотя он был чрезвычайно сильным и умным, он по-прежнему подчинялся инстинктам. Черт, почему она чувствовала, что снова столкнулась с неприятностями? Нин Шу перевернулась, и зомби рядом с ней тоже повернулся. Нин Шу: ... Что за черт? Нин Шу села, рассердившись, и посмотрела на эволюционировавшего зомби. Зомби обернулся и встретил ее взгляд. - Уходи! Быстро! - взревела Нин Шу. - Ле ... - произношение зомби было не очень точным. Он не сводил глаз с губ Нин Шу. Нин Шу: ... - Леее… фууу, - на этот раз Нин Шу говорила специально медленно, чтобы облегчить ему задачу. - Ле…Ху, - эволюционировавший зомби говорил свистящим голосом. - Ле…Фу, Ле…Фу! - громко крикнула Нин Шу. - Ле…Фу, - на этот раз зомби, наконец, сказал правильно, но это все равно звучало неказисто. Нин Шу почувствовала эмоциональное истощение и легла спать обратно. Рядом с ней зомби продолжал повторять: - Леееф, леееф, леееф. (В оригинале Нин Шу сказала leave (уходи), и зомби попытался повторить звучание этого слова. Подобрать подходящее по звучанию слово не удалось, поэтому оставляю так) ---------- Слепой хвост Он постоянно следовал за Нин Шу. Всякий раз, когда Нин Шу говорила что-то, он копировал ее слова и повторял их снова и снова, пока они не начали эхом повторяться в мозгу Нин Шу. Почему она всегда сталкивалась с такими странными людьми? Независимо от того, что она делала, эволюционировавший зомби копировал все. Хуже всего было то, что она тоже не могла его убить! Поэтому она не могла ничего поделать с тем, что он преследовал ее. Она действительно скучала по дяде, ах. Внезапно она поняла, как к ней относился дядя. Должно быть, он тоже чувствовал, что она была настолько тупой, что ему приходилось бороться с желанием ее задушить. Тем не менее, все относительно, был бы контраст. Нин Шу чувствовала, что на самом деле она довольно умна по сравнению с этим эволюционировавшим зомби. Если бы перед этим зомби стоял школьный врач, он определенно бы уже вытащил пистолет и пристрелил его. - Дей-зи, мое имя – Дей-зи, - Нин Шу указала на себя, говоря слог за слогом. - Деей… - повторял зомби. -Дей-зи, - повторила Нин Шу. - Дееей… Возможно, это имя было слишком сложным для него. Нин Шу нашла слишком утомительным его поправлять, тем более, он почти произносил ее имя. - Дееей, дееей, - зомби повторял и повторял новое слово. Иногда эволюционировавший зомби убегал, а потом возвращался через некоторое время с окровавленным сердцем в руках, чтобы предложить его Нин Шу. Нин Шу: ... Потратив много времени на объяснение этому идиоту, она, наконец, вбила в его голову, что не ест такое, и он прекратил приносить ей окровавленные сердца. Когда Нин Шу увидела его таким, то больше не чувствовала негодования по отношению к нему. Этот идиот, вероятно, даже не помнил, что однажды ранил ее. В конце концов, было много людей, которые умерли от его рук. Через какое-то время, Нин Шу, наконец, серьезно задумалась о том, что стоит научить его говорить достаточно хорошо для того, чтобы поддерживать хотя бы простой разговор. Для удобства общения Нин Шу придумала ему имя Сяо Мин. Зомби с радостью принял это имя. Впоследствии, если он не повторял «Дей», то повторял «Сяо Мин». После долгого пребывания на заброшенном складе Нин Шу почувствовала скуку, и решила снова поискать Феникса. Первым делом нужно было проверить базу, где она встретилась с главнокомандующим. Феникс, вероятно, все еще находилась там. - Сяо Мин, я ухожу, поэтому больше не иди за мной, - Нин Шу планировала отправиться одна. Ей казалось, что она обязательно встретит Феникса. В конце концов, Феникс ненавидела ее так сильно, что сюжетная линия определенно дала бы Фениксу возможность отомстить. Сяо Мин посмотрел на Нин Шу, пробормотав: - К…куда? - Я не знаю, - небрежно ответила Нин Шу, пожав плечами. - Я иду, - сказал Сяо Мин. Нин Шу задумалась. К лучшему или худшему, но у этого парня были сильные боевые способности, и он способен постоять за себя. Кроме этого, он мог командовать зомби. Некоторое время она задавалась вопросом, почему же тогда она не могла ими командовать. - Можешь пойти со мной. После этого она проводила все свои дни в пути, ощущая за собой слепой хвост. Всякий раз, когда она была в настроении, то преподавала Сяо Мину уроки языка, поэтому Сяо Мин вскоре смог говорить гораздо лучше. Нин Шу вытащила склянку с Эссенцией, чтобы проверить, не захочет ли Сяо Мин вырвать ее из рук, но оказалось, что она слишком переоценивает ее важность. Сяо Мин, похоже, не любил пить Эссенцию. При выборе между Эссенцией и окровавленным сердцем, Сяо Мин твердо выбирал сердце. Нин Шу догадалась, что Сяо Мин, вероятно, слишком привык к этому источнику пищи, поэтому, если она проголодается, то без проблем может пить Эссенцию при нем. Несмотря на то, что поход длился уже несколько дней, они никого не встретили. Были только зомби, бродящие вокруг, поэтому казалось, что человеческая раса полностью исчезла. Нин Шу сказала Сяо Мину: - В будущем не убивай так много людей, особенно тех, что с умениями. - Почему? - Сяо Мин в замешательстве посмотрел на Нин Шу. Для Сяо Мина люди были просто пищей. - Если ты убьешь всех людей, что ты будешь есть? - огрызнулась Нин Шу. Выживание человека было очень тяжелым. Обычные зомби всегда мучались от голода, и жили жизнью, которая была хуже смерти, но эволюционировавшие зомби намного превосходили их. Казалось, что Сяо Мин наконец-то понял. Его глаза остекленели, когда он задумался об этом. ---------- Не суй нос в чужие дела! Нин Шу думала, что, поскольку люди теперь могут использовать кристаллические ядра зомби для улучшения своих способностей, они станут сильнее. Раньше она вскрывала мозги зомби и обнаружила, что в некоторых мозгах зомби есть необъяснимое кристаллическое ядро. Некоторые зомби имели его, некоторые - нет, у некоторых оно было размером с зерно риса, у других – с большой палец. Эти предметы, вероятно, были источником энергии зомби. Когда Нин Шу спросила Сяо Мина, есть ли у него что-то подобное, он кивнул. Она потерла себе голову. Она вдруг подумала, есть ли у нее что-то подобное в ее мозгу. Тот факт, что в ее мозгу был инородный объект, но не давал никаких сторонних ощущений, был очень странным. Казалось, что зомби и люди находятся во взаимозависимом положении. Зомби нуждались в том, чтобы поедать людей, в то время как людям нужны кристаллические ядра зомби, чтобы улучшать свои особые способности. Нин Шу подумала, когда этот хрупкий баланс рухнет. Если это произойдет, она надеялась, что это не разрушит ее планы. Нин Шу и Сяо Мин долго блуждали, прежде чем, наконец, увидели едущую машину. Сяо Мин уже хотел скомандовать толпе зомби, но Нин Шу остановила его. Сяо Мин посмотрел на Нин Шу, смущенно: - Почему? - Мы будем тайно следить за ними, чтобы узнать, из какой базы эти люди, - сказала Нин Шу. - Почему? - Снова спросил Сяо Мин. - Я ищу человека, поэтому я должна следовать за ними, - сказала Нин Шу. - Почему бы тебе не спросить их? - У Сяо Мин все еще были вопросы. Почему так много почему!? Нин Шу потеряла терпение и сказала: - Просто слушай меня, хорошо? Если мы спросим их так, мы будем атакованы. - Я могу ... позвать ходячих, - сказал Сяо Мин, - не бойся их. Ходячие. Сяо Мин говорил о простых зомби, у которых не было интеллекта. Тем не менее, они все дальше и дальше уходили от главной темы, поэтому Нин Шу сказала: - Заткнись, мы следим за ними. - Заткнись, заткнись, заткнись... - Сяо Мин снова стал повторять. Нин Шу: ... Нин Шу осторожно выдвинулась за транспортным средством, который мчался вперед. Сяо Мин последовал её примеру. Каждый раз, когда она видела, как Сяо Мин подражал всему, что она делала, независимо от того, была ли это хорошая привычка или плохая, она чувствовала, что совершает великий грех. Она не могла не задаться вопросом, каким выйдет Сяо Мин, если он будет подражать ей во всем. Она надеялась, что Сяо Мин вырастет культурным, вежливым и умным человеком с моралью. Машина скоро подъехала к базе и заехала в ворота. Когда Нин Шу посмотрела на эту базу, она тихо вздохнула. Это была действительно та база. Она не знала, может быть, она рисковала своей жизнью, так ища встречи с Фениксом. Когда Сяо Мин увидел базу, он рефлекторно приготовился снова позвать своих ходячих. Нин Шу потянула его за рукав и сказала: - Найдем место возле базы на ночлег. - Почему? - Спросил Сяо Мин. - Я не уверена в том, что тот, кого я ищу, находится на этой базе, - ответила Нин Шу. - Если придут ходячие, тот выйдет. Люди боятся монстров, - серьезно сказал Сяо Мин. Нет, они боятся тебе еще больше! Нин Шу почувствовала, что устала спорить, когда услышала простую и грубую идею Сяо Мина. - Не злоупотребляй своей силой и позволь другим делать свою работу. Не суй нос в чужие дела! - Ох, - ответил Сяо Мин. ---------- Позовешь ходячих? Нин Шу нашла заброшенное здание недалеко от базы. Затем, в следующие дни она бродила около базы и подслушивала разговоры людей. Сяо Мин следовал за Нин Шу, хотя он и не знал, что она делает. По его мнению, все, что делала Нин Шу, было бессмысленным. Все, что делалось не ради добычи, было бессмысленным. Конечно, Нин Шу не знала, что Сяо Мин внутренне смотрит на нее сверху вниз. В конце концов, она узнала новости, которые она искала. Волк и Феникс были на этой базе, и уровень их умений стал очень высоким, поэтому их все почитали. Они даже собирались стать лидерами базы. Фениксу поклонялись как богине. Благодаря ее особым способностям все называли ее Богиней льда. Богиня, ах! Нин Шу услышала это с завистью. Раньше ее никогда не называли богиней. Бог справедлив. После того, как он дает вам уродливую внешность, он дает и низкий IQ, чтобы соблюдать гармонию. Нин Шу хотела знать, где главнокомандующий. Теперь, когда Волк практически захватил базу, куда делся предыдущий лидер? У нее было ощущение, что в этом не было ничего хорошего. - Хорошо, давай вернемся назад, - мягко сказала Нин Шу. Она несколько дней ждала у базы, но Волк и Феникс вообще не покидали базу. Она была очень разочарована. Сяо Мин посмотрел на Нин Шу, и спросил: - Что ты делаешь? - Разведываю ситуацию, - сказала Нин Шу. - Может, уже позовем ходячих? – Сказал Сяо Мин. - Хорошо, - Нин Шу кивнула. Когда Сяо Мин услышал, что Нин Шу согласилась, его глаза немного расширились, он взмыл в воздух и испустил рев. Всего за несколько мгновений зомби начали наводняться к базе со всех сторон. База среагировала моментально. Они издалека могли услышать пронзительную сирену. Нин Шу стояла в толпе зомби, чтобы не привлекать внимание, наблюдая за ситуацией. Она оглядывалась повсюду, но не видела главнокомандующего. Раньше, когда зомби атаковали базу, главнокомандующий всегда был тем, кто организовывал защиту против обычных зомби. Почему он не пришел сегодня? Может быть, что-то случилось? Нин Шу обратила внимание на Волка и Феникса, которые стояли на передовой. Оба шли элегантно, как мировые кинозвезды. Самым удивительным сюрпризом было то, что Волк парил в воздухе, и мог стоять лицом к лицу к Сяо Мину. Сяо Мин с серьезным выражением оценил мужчину перед ним. Этот человек не был слабым. Выражение Нин Шу также было мрачным. Способности Волка сильно улучшились. Казалось, что по мере развития зомби сила людей также возрастает. В отличие от Нин Шу и Сяо Мина, боевой дух людей был явно очень высоким. Все смотрели с благоговейным восхищением на Волка, который плыл в воздухе. Волк наблюдал за Сяо Мином холодно, сжимая в руке электрическую сферу. Сяо Мин внимательно наблюдал за сферой в руке Волка. - Волк, это зомби, который убил Линь Вэня! - Феникс указала на Сяо Мина, ее лицо исказилось от ненависти. Волк сузил глаза и выстрелил сферой в сторону Сяо Мина. Ударил гром, сфера заискрилась. Это выглядело чрезвычайно опасно. Сяо Мин уклонился от удара сферой, та приземлилась в обычного зомби и мгновенно превратила того в золу. Нин Шу: ... Он не просто убил его, он сжег его дотла! Что это за способность?! Сяо Мин посмотрел на то, что осталось от этого бедного зомби. Когда он снова взглянул на Волка, в первый раз его глаза показали тревогу. Нин Шу показала жест отступления Сяо Мину, но Сяо Мин все еще стоял в шоке и вообще не замечал ее движения, поэтому она крикнула: - Бежим! Голос Нин Шу мгновенно привлек внимание Феникса. Когда Феникс увидела Нин Шу в толпе зомби, она крикнула: - Дейзи! Иди сюда и готовься умереть! - Феникс выглядела зловеще, когда она рычала: - Я отомщу за Линь Вэня! Нин Шу закатила глаза и снова крикнула Сяо Мину: - Бежим! Сяо Мин обернулся и быстро полетел к Нин Шу. Когда Волк увидел, что его цель убегает, он немедленно выдвинулся в погоню. Он не мог позволить этому зомби выжить. Более того, кристаллическое ядро ​​такого сильного зомби должно быть очень ценным. Если он получит это кристаллическое ядро, он, вероятно, сможет повысить уровень своей способности. Когда Сяо Мин увидел, что человек преследует его, он поспешно взревел пару раз, чтобы призвать обычных зомби на атаку базы. Волк увидел, что на базу надвигается очередная волна зомби, у него не было выбора, кроме как отправиться на ее защиту. ---------- Великий грех Нин Шу и Сяо Мин пробежали еще некоторое время, прежде чем остановиться. Нин Шу плюхнулась на землю. Сяо Мин тоже сел, и стал рисовать на земле палкой. - Дей, тот человек действительно очень сильный, - сказал Сяо Мин. Нин Шу кивнула. Он был очень силен. Нин Шу сказала: - В будущем, давай не будем туда идти, если нет прямой необходимости - Дей, ты нашла того, кого искала? - Сяо Мин не забыл о ее цели. Нин Шу покачала головой. Главнокомандующий не появился, когда зомби атаковали базу. Казалось, что Волк уже стал лидером базы. Хуже всего то, что Волк уже мог убить главнокомандующего. Нин Шу впала в депрессию, когда подумала об этой возможности. Затем она сказала: - С этого момента мы просто будем внимательно следить за этой базой. Сяо Мин ответил: - О, - затем заметил: - Я хочу съесть его сердце. Нин Шу: ... Как амбициозно. После этого Нин Шу и Сяо Мин стали командой из двух зомби. Они проводили дни, блуждая около базы. Как только люди покидали базу, они проучивали тех всякими грязными трюками. Это очень сильно разозлило Феникса и Волка, поэтому они сформировали небольшую команду людей со способностями, способных справиться с этими двумя зомби. Сяо Мин выучил много грязных трюков и хитростей Нин Шу, и его чистый менталитет сильно испортился. Теперь он часто повторял эти трюки на людях. Каждый раз, когда Нин Шу видела это, она чувствовала, что совершила великий грех. Сяо Мин превратился из зомби, который разрывал людей на части, в зомби, который игрался с людьми, как с игрушками. Причиной, по которой Волк и Феникс настолько нацелились на убийство Нин Шу и Сяо Мина, являлась не месть или безопасность базы, самая важная причина заключалась в том, что они хотели получить их кристаллические ядра. База оказывала все большее давление на Нин Шу и Сяо Мина. Феникс и Волк, казалось, были полны решимости убить их, поскольку они посылали все больше и больше людей с самым передовым оружием. Нин Шу и Сяо Мину становилось все сложнее, поэтому Сяо Мину приходилось вызывать все больше зомби, чтобы отвлекать своих противников. Время от времени Волк даже руководил группой зачистки. Конечно, его основной целью было получить кристальное ядро ​​из мозга Сяо Мина. Каждый раз, когда появлялся Волк, Нин Шу и Сяо Мин немедленно убегали. В конце концов, способности типа молнии наносили зомби большой урон. Черт! Им было стыдно, но необходимо было бежать, поскольку они не могли победить. Это заставило Феникса и Волка сердиться до потери пульса. Нин Шу почувствовала, что играет с огнем. Если она продолжит провоцировать главных мужчину и женщину, то это рано или поздно приведет к ее смерти. Она взглянула на Сяо Мина, который снова рисовал на земле и сказала: - Отныне, не следуй больше за мной к базе. Они тебя убьют. Ей не хотелось лишний раз тащить Сяо Мина с собой и провоцировать Волка и Феникса. ---------- Романтизм отличается от реализма Она не должна тащить Сяо Мина в пекло из-за ее личных отношениях с главными мужчиной и женщиной. Если Сяо Мин погибнет, вина будет лежать на ней. В конце концов, она за время общения привязалась к нему, поэтому она заботилась о нем. Сяо Мин посмотрел на Нин Шу. Когда он услышал, что Нин Шу не хочет, чтобы он следовал за ней, он немного вскочил и спросил: - Почему? - Ты умрешь, - сказала Нин Шу. - Честно, нет, - искренне ответил Сяо Мин, - я не умру. Ты думаешь, ты не умрешь, потому что ты так сказал? - Хорошо, если ты так хочешь следовать за мной, ты можешь сделать это. Но, если дело зайдет слишком далеко, беги. Не подвергайся таким чувствам, как долг и порядочность. - Что такое порядочность? - Сяо Мин наклонил голову. Нин Шу ответила мягко: - Я не знаю, что это такое. - Дей, смотри, разве она не похожа на тебя? - Сяо Мин указал на рисунок на земле. Это был очень абстрактный рисунок, поэтому Нин Шу потребовалось время, чтобы найти какое-то отдаленное подобие себя. - Глаза слишком маленькие, у меня большие глаза, - Нин Шу указала на рисунок на земле, - и у меня овальное лицо, но ты нарисовал его круглым и плоским. Большие различия, ты должен практиковаться больше. Сяо Мин взглянул на Нин Шу, затем сказал: - По-моему, я все правильно понял. - Разве вы не понимаешь, чем романтизм отличается от реализма? Романтизм, понимаешь? Сяо Мин: - Нет. Нин Шу махнула рукой. ... Нин Шу и Сяо Мин вернулись туда, где была расположена база, и своими действиями снова начали вызывать у той проблемы. Их действия накалили атмосферу на базе. Два эволюционировавших зомби постоянно атаковали их, убегали, а затем возвращались снова. Люди на базе не могли избавиться от них, поэтому они были в бешенстве. Нин Шу сделала глоток Эссенции, затем спросила Сяо Мина: - Хочешь? Сяо Мин покачал головой, выражая явное неприятие, поэтому Нин Шу открыла ему рот и влила в нее несколько капель, сказав: - Пей. Это полезно тебя. Сяо Мин с отвращением скривил губы. - Мне это не нравится, - сердито сказал Сяо Мин. - Тсс, молчи. Кто-то выходит из базы, - Нин Шу увидела, что из дверей выезжает машина, и она была совершенно удивлена, так как стояла ночь. Немногие покидали базу ночью. В конце концов, ночью человеческое зрение было очень ограничено, в отличие от зрения зомби, поэтому было очень необычно, когда кто-то покидал базу посреди ночи. - Мне вызвать монстров? - Спросил Сяо Мин. Нин Шу покачала головой: - Сначала выясним ситуацию. - Давайте следовать за ними, - Нин Шу решила пойти за машиной. В это время другой автомобиль выехал из базы и стал преследовать машину, которая только что уехала. К тому времени, когда Нин Шу и Сяо Мин догнали эти машины, люди в обеих машинах уже начали сражаться. Вспышки ослепительных способностей, которые были выпущены одной из сторон, ночью были особенно яркими. - Что они делают? - Спросил Сяо Мин. Нин Шу сузила глаза, наблюдая за битвой. Когда она услышала его вопрос, она ответила: - Они сражаются. - Зачем? Они оба люди, - спросил Сяо Мин. Зомби никогда не атаковали его, поэтому он не мог понять, зачем людям сражаться друг с другом. - Человеческий мир очень сложный, ты не поймешь, - сказала Нин Шу. ---------- Помощь главнокомандующему Понаблюдав некоторое время, Нин Шу заметила, что среди них был и главнокомандующий. Волосы его поседели, и он выглядел намного старше, чем раньше. Прямо сейчас он сражался с группой преследователей. Главнокомандующий смог пробудить свою особую способность. Она была весьма неожиданной, но при этом не такой уж сильной, поэтому мужчине приходилось пользоваться ей в комбинации с огнестрельным оружием. - Сяо Мин, быстро, зови зомби! - когда Нин Шу увидела, что группа главнокомандующего оказалась в невыгодном положении, то поспешно позвала Сяо Мина. - ГРР…! - Сяо Мин так громогласно прорычал, что его рык отразился эхом в голове Нин Шу. Стоило обеим группам услышать рев Сяо Мина, как они тут же перестали сражаться, нервно обернувшись. Одна из групп быстро вернулась к своей машине, и скрылась в направлении базы. Когда Нин Шу увидела, что преследователи отступили, то поспешила побежать к главнокомандующему, но его люди сразу же направили на нее оружие. Яркий свет фонарика ударил ей прямо в глаза, высветив ее лицо. Нин Шу поспешно сказала: - Главнокомандующий, это я, Дейзи. Выражение лица главнокомандующего было сложно понять из-за темноты, но в его голосе сквозило подозрение: - Дейзи, разве тебя не убили зомби? Я слышал, как Феникс сказала, что ты стала зомби. Как зомби может говорить? - Этот вопрос довольно сложный. Может быть, вы сначала опустите оружие? - спросила Нин Шу. - Опустить оружие, - скомандовал главнокомандующий. Затем он снова направил фонарик на Нин Шу, и повел им вверх и вниз, чтобы лучше осмотреть ее: - Ты сейчас человек или зомби? - Зомби, - честно ответила Нин Шу. Когда другие услышали, что она зомби, то сразу же направили оружие на Нин Шу и Сяо Мина. Сяо Мин тихонько зарычал, но Нин Шу успокоила его, а затем обратилась к главнокомандующему: - Старший командир, поверьте мне, я не причиню вам вреда. Скажите, почему вы покидаете базу так поздно ночью? И почему эти люди пытались вас убить? - Опустить оружие, - повторил главнокомандующий. Затем он сказал Дейзи: - Хорошо, что ты жива. Волк и Феникс захватили базу и предали страну. Перспективные солдаты с умениями были убиты Волком. Я выпил Эссенцию, которую ты мне дала, и, к счастью, смог пробудить способность. Причина, по которой Волк оставил меня в живых, состояла в том, что он хотел склонить меня на свою сторону. Однако я решил воспользоваться этим шансом, чтобы сбежать с моими подчиненными, но был обнаружен. Стоило ему увидеть Нин Шу в компании с эволюционировавшим зомби, как он понял, что Дейзи и сама стала зомби. Он просто не знал, что Дейзи смогла сохранить свои воспоминания после того, как превратилась. Как и ожидалось, главные мужчина и женщина уже находились на пути к тому, чтобы стать гегемонами этого мира. Нин Шу спросила главнокомандующего: - Тогда куда вы планируете идти? - Мы собираемся основать новую базу и начать все заново. Мы не можем продолжать оставаться в этой базе, пока она под властью Волка и Феникса, - его тон, когда он говорил об этих двоих, был полон разочарования. Подчиненные, которых он лично тренировал, предали его. Нин Шу немного подумала, затем сказала: - Главнокомандующий, почему бы нам не сопроводить вас к новой базе? Таким образом, вам не нужно будет беспокоиться о встречах с зомби на пути к цели. - Эээ ... - главнокомандующий колебался. Наконец он вздохнул: - Не нужно, мы сами справимся. - Главнокомандующий, не нужно быть таким вежливым. Мы просто будем следовать за вами, пока вы, ребята, не найдете базу. После мы немедленно уйдем, - предложила Нин Шу. Было бы неплохо иметь возможность помочь человеку, которого хост любила и считала своим отцом. - Ладно, но держитесь подальше, - ответил главнокомандующий и, подойдя поближе к Нин Шу, тихо предупредил: - Не нужно подходить слишком близко. Люди в группе неуправляемы, а кристаллические ядра зомби очень редки… Нин Шу кивнула. После этого Нин Шу и Сяо Мин следовали за группой на расстоянии, сопровождая главнокомандующего в его поисках новой базы. Группа даже не ощущала присутствие Нин Шу и Сяо Мина. В то же время зомби не нападали на них. Дело дошло даже до того, что некоторые люди почувствовали в этом свою выгоду. Некоторые даже попытались убедить главнокомандующего использовать Нин Шу в своих целях. После того, как это вышло из-под контроля, Сяо Мин перед всеми вырвал сердце зачинщика. Как и сказал главнокомандующий, сегодняшние люди были неуправляемы. Эти люди не испытывали никакой благодарности за защиту, и хотели использовать своего спасителя. Это была людская ненасытная жадность. ---------- Могу ли я основать свою базу? Через некоторое время группа, наконец, нашла новую базу. Как только Нин Шу увидела, что главнокомандующий благополучно основал базу, то тут же развернулась и ушла с Сяо Мином. Хотя теперь она могла думать и говорить, она все еще была другой, а люди всегда убивали тех, кто был другим. Таким образом, Нин Шу даже не задумывалась о возможности остаться с главнокомандующим. В конце концов, это было просто невозможно. Нин Шу неоднократно подчеркивала это в этом теле. Раз за разом она повторяла себе, что теперь она отличается от людей и больше не может сосуществовать с ними. Нин Шу боялась, что как только она уйдет, наивная хост попытается жить с людьми. - Дей, - Сяо Мин позвал Нин Шу. Нин Шу обернулась: - Чего тебе? - Дей, давай не будем оставаться с этими людьми. Они меня раздражают, - сказал Сяо Мин. Нин Шу кивнула. - Не будем. - Уху, уху... - голос Сяо Мина звучал очень счастливо, и Нин Шу тоже расслабилась. Нин Шу и Сяо Мин нашли место для отдыха. На самом деле им не нужно отдыхать, но Нин Шу все еще чувствовала себя человеком и не могла изменить привычкам. Нин Шу посмотрела на Сяо Мина, сидящего рядом с ней, и тихо сказала: - Сяо Мин, я должна попросить тебя позаботиться обо мне в будущем. Ты сделаешь это? Сяо Мин взглянул на Нин Шу и кивнул: - Я позабочусь о тебе. - Не позволяй мне жить с людьми. Если мой мозг внезапно изменится, и я в конечном итоге захочу приблизиться к людям, ты должен остановить меня, понял? Если человек убьет меня и извлечет мое кристаллическое ядро, никто не сможет составить тебе компанию. Сяо Мин искренне посмотрел на Нин Шу и сказал: - Я не позволю людям убить тебя. - Хорошо, - Нин Шу закрыла глаза и подумала, когда же это, наконец, закончится. Она начала чувствовать себя немного обеспокоенной, так как не могла сказать, насколько далеко она продвинулась в задании. Прошло много времени с тех пор, как звучал голос Системы. Почувствовав, что Сяо Мин толкает ее, Нин Шу открыла глаза и спросила: - Что? - Я просто хотел посмотреть, спишь ты или нет, - сказал Сяо Мин. Нин Шу: ... Сяо Мин теперь говорил очень плавно, и его способность мыслить была не хуже, чем у человека. Нин Шу решила вернуться и продолжить причинять беспокойство Волку и Фениксу. Сяо Мин ничего не сказал и только следовал за Нин Шу, слепо бродившей. Он всегда думал о чем-то. - Дей, скажи, могу ли я создать базу, как у людей? - спросил Сяо Мин. Нин Шу: Ч-что? Как опекун, она, вероятно, не должна ослаблять его рвение, поэтому она похлопала Сяо Мина по плечу и сказала: - Создай, если ты действительно хочешь этого. Я поддержу тебя. На лице Сяо Мина появилась искаженная улыбка. Нин Шу молча отвернулась от этого взгляда. В чем будет смысл этой базы? Может быть, он хотел собрать кучу безмозглых зомби, которые только жаждали плоти? - Мы соберем зомби, таких же умных, как мы, - сказал Сяо Мин. Нин Шу была ошеломлена. Сяо Мин амбициозно хотел создать базу эволюционировавших зомби. - Это может сработать, - одобрила Нин Шу. Сяо Мин был очень доволен и снова начал рисовать на земле. Затем он спросил Нин Шу: - Как насчет атаки на базу Волка, чтобы сделать ее нашей? Нин Шу: - Хорошо. Сяо Мин: - Скажи, сколько эволюционировавших зомби, ты думаешь, будет на нашей базе в будущем? - Наверное, много, - сказала Нин Шу. Нин Шу удивило то, насколько серьезно выглядел Сяо Мин. Она подумала, что у всех разумных существ было желание основать собственные города. - Динь. Задача завершена. Оставить мир задач? Да/Нет. Система, которая долго молчала, наконец, издала звук. Нин Шу была ошеломлена на мгновение, но сразу же выбрала покинуть этот мир. Она была немного разочарована тем, что до этого так и не смогла увидеть школьного врача еще раз. Это уже было невероятное везение, что они смогли встретиться целых два раза. Вероятно, они больше никогда не увидятся... Дядя, спасибо. Голова Нин Шу закружилась. Пока ее сознание угасало, она слабо слышала, как Сяо Мин зовет ее: - Дей, Дей… ---------- Система №2333 Когда Нин Шу снова открыла глаза, то уже была в ослепительно белом системном пространстве. Она глубоко вздохнула, будто пытаясь прогнать весь стресс, который накопился во время этого задания. Она посмотрела вниз и увидела, что её душа снова тускнеет. - Поздравляем! Игрок вернулся в системное пространство. Проверить статистику? Да / Нет - раздался знакомый металлический голос. - Да. Едва только слово слетело с губ Нин Шу, перед ней появилась информация о ней. Номер: 2333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 8600 (8600/10000) Душа: 61 Жизнь: 50 Интеллект: 80 Харизма: 1 Удача: 31 Воля: 120 Боевые искусства: 10 Обучение: 26 Заслуги: 2 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны Степень завершения задания: 100% Получено 5000 очков. Получено 10 очков характеристик. Пожалуйста, распределите очки. Нин Шу заметила, что на этот раз она получила пять тысяч очков опыта. Это было много, ах. Вероятно, это было связано с тем, что она спасла главнокомандующего. Нин Шу подумала, и распределила 10 очков характеристик в интеллект, харизму и удачу. После этого панель статистики обновилась, отражая получившиеся изменения. Номер: 2333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 13600 (13600/10000) Душа: 61 Жизнь: 50 Интеллект: 80(+5) Харизма: 1(+2) Удача: 31(+3) Воля: 120 Боевые искусства: 10 Обучение: 26 Заслуги: 2 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны - Поздравляем игрока за накопление первых десяти тысяч очков опыта. Вы теперь официальный игрок, - после того, как система закончил говорить, раздался звук фейерверков, даже сопровождаемый музыкой: - Я люблю тебя, ты любишь меня, мы счастливая семья ... Нин Шу: ... С Системой все в порядке? После того, как эта песня закончилась, Система сказал: - Требуется обновление системы. Использовать накопленные очки опыта для обновления системы? Да/нет. Использовать десять тысяч очков, чтобы обновить систему? Нин Шу подумала, потом сказала: - Нет. - Обновление является обязательным. Как только вы станете официальным игроком, вам придется иметь дело с гораздо большим количеством функций. Если ваша система низкого уровня, это будет ограничивать вас. Кроме того, усовершенствованная система обладает более высоким интеллектом, - сказала система. Черт, что мешало сказать ей все это раньше? Нин Шу процедила между стиснутыми зубами: - Обновляй. - Подождите, система обновляется. Сердце Нин Шу болело. Все её накопленные очки опыта теперь шли на обновление системы, и она даже не знала, что из этого выйдет. Система все еще находился на стадии обновления, поэтому она села и начала медитировать, чтобы укрепить свою душу. - Динь, обновление системы завершено. Нин Шу открыла глаза и увидела, что вокруг неё до сих пор белым-бело. Никаких изменений. - Система-сама, ты еще здесь? - Привет, я Система №2333, рад служить вам, - в пространстве появился голос, но этот голос звучал не так механически и безэмоционально, как раньше. Однако Нин Шу отреагировала с негодованием. - Почему ты всё ещё 2333? Иди нахер 2333! #комментарий анлейта: На самом деле песенка была не из мультфильма про Барни. На китайском там была песенка про Славную Козочку и Злого Волка. Песенка называлась "Не смотри на меня, я просто козочка" и Система напевал: "Маленькая Славная Козочка, Маленькая Красивая Козочка, Маленькая Ленивая Козочка..." Китайскую версию можно посмотреть тут: https://youtu.be/JQSTat-QHsg А система вёл себя так, словно Microsoft, который постоянно предлагал обновиться до Windows 10. И так каждый день, пока я случайно не нажала на "Да". ---------- Почему этот номер!? Почему опять 2333? Она думала, что сможет избавиться от этого числа, как только закончится стажировка, но теперь появилась система, которая называла себя номером 2333. Каждый раз, когда Нин Шу слышала число 2333, у нее вскипала кровь. - Дорогой игрок, с этого момента система №2333 будет служить вам в качестве вашей личной системы. №2333 должна следить за игроком во всех аспектах, включая психическое состояние игрока. Когда игрок недоволен, система отвечает за подбадривание игрока; когда игрок счастлив, система должна праздновать это с игроком. Система должна предложить все, чтобы помочь игроку выполнить свое задание Нин Шу: ... Почему у нее плохое предчувствие? Ей почему-то казалось, что она скорее предпочла бы старую холодную систему, чем эту новую. Нин Шу потерла лоб: -Эм, номер 2333... - Игроку что-то требуется? - №2333 поспешно спросила ее, как рядовой сотрудник, который хотел хорошо выслужиться перед боссом. - Почему бы тебе сначала не объяснить мне ситуацию? - сказала Нин Шу. - Какую ситуацию? - спросила №2333. - Я теперь официальный игрок, поэтому я хотела бы узнать о других игроках, - Нин Шу подавила раздражение. Она потратила более десяти тысяч очков, но это все, что она получила? Как удручающе. №2333, казалось, чувствовала, что Нин Шу не очень счастлива, и поспешно сказала: - В настоящее время у игрока нет возможности узнать о других игроках. - Тогда о чем я могу спросить? - спросила Нин Шу, сузив глаза. - Вы можете спросить о своей задаче и происхождении системы, - сказала система №2333: - Игроки выбраны по тому критерию, что их души сильнее, чем у обычных людей, поэтому они могут переносить ущерб, который вызывает межпространственное путешествие души. В свою очередь, есть люди, которые испытали сильную обиду в своей жизни и предлагают свою собственную душу или что-то важное для них в обмен на то, что их судьба изменилась. Задача игроков - удовлетворить запросы этих людей. - Функция игроков – исправлять судьбы людей. Они – механики, которые чинят миры,- сказала система №2333. Нин Шу кивнула и сказала: - Я поняла. - А есть ли какие-то секретные пособия по совершенствованию, которые помогут мне укрепить душу? Я чувствую, что моя душа все еще слишком слаба. Сейчас, безусловно, было очень важно сделать ее душу максимально сильной. - Есть, но у игрока недостаточно очков, поэтому игрок не может произвести обмен, - ответила №2333. Черт, ей действительно хотелось взять систему за воротник и вытряхнуть ее очки назад. Эта система совершенно бесполезна! - Хорошо. Кстати, как ты выглядишь? Покажись, дай мне взглянуть, - сказала Нин Шу. - Прошу прощение, но у меня нет физического тела. Я – операционная система этого пространства, - ответила №2333. Черт, а ей так хотелось избить ее, чтобы успокоить свой гнев. - О, чтобы мне не забыть, как только вы станете официальным игроком, вы отправитесь на специальную миссию, которая определит ваш стиль решения задач. После этого я сделаю все возможное, чтобы назначать вам именно те задачи, которые соответствуют вашей индивидуальности, - сказала №2333. - Хорошо, - сказал Нин Шу, - мне нужно выполнить эту специальную задачу прямо сейчас? - Нет нужды спешить. Игрок должен сначала увидеть людей с запросами, - сказала №2333. Нин Шу нашла неудобным, что №2333 постоянно называет ее «игроком», поэтому она сказала: - Ты можешь звать меня прямо по имени. - Хорошо, Нин Шу, - весело ответила 2333, - вы хотите их увидеть прямо сейчас? - Да, - сразу после того, как Нин Шу заговорила, в пространстве медленно появилась фигура. Фигура была немного тусклой, это была душа, подобная Нин Шу. ---------- Леди Ци Перед ней стояла женщина, одетая в одежду древней эпохи. Шпильки в ее волосах выглядели грубыми, а одежда – не особо качественной. Ее лицо было слишком бледным, но она была очень красивой. У нее была изящная фигура и чувственные руки, что, вероятно, указывало на то, что она занималась танцами. Оглядевшись, женщина перевела взгляд на Нин Шу. Она высокомерно обратилась к Нин Шу: - Ты из тех, кто может помочь даме? Даме? Нин Шу сказала: - Это я. Могу я спросить, кто вы? -Я леди Ци, - женщина выпрямилась, с гордостью заявляя о своей личности. Нин Шу замерла в замешательстве. Эта леди Ци вела себя так, как будто все должны ее знать. Но она не знала этого человека. №2333 напомнила Нин Шу: - Это леди Ци из династии Хань, которая была превращена в человеческую свинью. - О ... – осознание озарило лицо Нин Шу, затем она спросила: - Разве ты не умерла около двух тысяч лет назад? Человек, который жил тысячу восемьсот лет назад и был повинен в гибели почти двух тысяч человек, в настоящее время стоял перед ней. Хотя она встретила только ее душу, Нин Шу все еще была очень удивлена. - Я не могу это принять! – та не слушала ее, - я не могу согласиться с тем, что Лу Чжи, эта злонамеренная женщина, превратила меня в человеческую свинью! Ты знаешь, как это было больно? - лицо леди Ци исказилось, когда она выплевывала слово «человеческая свинья». «Человеческая свинья» - это своего рода пытка, которая превращает человека в свинью. Отрубают все четыре конечности, вырывают глаза, а медь заливают в уши, чтобы заставить человека оглохнуть. Потом специальным средством уничтожают голосовые связки и отрезают язык. После этого человека кидают в хлев к свиньям. Иногда даже отрубали нос, и вырывали все волосы наголо. (Не только брови и волосы, вырывали также и ресницы). Впоследствии для уничтожения волосяных фолликулов применялось специальное лекарство. Когда волосяные фолликулы умирают, они больше не восстанавливаются, поэтому у этих людей никогда не будет волос. Волосы, которые остались, просто вырывали. Некоторые палачи считали этот процесс слишком хлопотным и вырывали их за один раз, часто снимая так много кожи, что люди погибали в процессе пыток. Тех, кто выжил, помещали в свинарник и называли «человеческими свиньями» Самым известным случаем пытки было событие, когда Лу Чжи из династии Хань превратила леди Ци в человеческую свинью. Она даже договорилась о том, чтобы специальный человек «поработал» над леди Ци, прежде чем бросить ее в хлев. Уши леди Ци были отрезаны, и ее лицо было обезображено до такой степени, что стало неузнаваемым. Это была пытка, которую императрица Лу придумала исключительно для леди Ци. Нин Шу посмотрела на леди Ци и спросила: - Тогда что ты хочешь? Темная ненависть наполнила глаза леди Ци, когда она прорычала: - Я хочу, чтобы Императрица Лу почувствовала, каково быть человеческой свиньей. Мой сын, Жуи, был так молод, но эта женщина убила его! Нин Шу ответила: - Ты можешь идти. Я не стану принимать эту задачу. Леди Ци ответила с удивлением: - Почему? Если ты поможешь мне отомстить, я дам тебе половину своей души. №2333 тоже спросила: - Но почему, Нин Шу? Основная причина заключалась в том, что Нин Шу не хотела противостоять Императрице Лу, которая имела многолетний опыт завоевания власти. У этой женщины было много трюков в рукаве, и она была безжалостна в своих методах. Вторая причина заключалась в том, что у Нин Шу не было хорошего впечатления о леди Ци, и она не любила Лю Бана, этого императора. Он был совершенно испорченным человеком, который брал то, что хотел, ложью и силой. Хотя судьба леди Ци была очень трагичной, Нин Шу не испытывала сочувствия к ней, так как та сама напросилась на это. Совершенно очевидно, что если не соответствовать большим амбициям в таком жестоком месте, как Внутренний дворец, то это закончится плачевно. - №2333, могу ли я отказаться от этой задачи? Я не хочу этого делать, - сказала Нин Шу. - Вы можете, но в таком случае вам нельзя будет отказаться от следующей задачи, - ответила №2333. Душа леди Ци начала мерцать. Вероятно, она покидала это системное пространство. Она зарыдала, крича на Нин Шу: - Почему?! Почему ты не помогаешь мне?! Разве я заслужила, чтобы меня мучила Императрица Лу?! Я не могу это принять! Не могу согласиться! ---------- 3% судьбы, 7% труда Стоило леди Ци услышать, что Нин Шу не хочет помогать ей, ее лицо скривилось от гнева, и она закричала: - Почему?! Нин Шу мягко ответила: - Ты сама виновата в смерти своего сына. Как мать, ты не потрудилась защитить его и заботилась только о своем богатстве и славе. - Нет, Жуи был убит Лу Чжи! – отчаянно закричала Леди Ци, когда услышала слова Нин Шу. - Изначально твой сын не мог стать императором, он был обычным принцем, но ты настаивала на этом. Было бы странно, если бы после этого Лу Чжи отпустила твоего сына, - сказала Нин Шу. После того, как Лю Бан умер, леди Ци сразу же приказала надеть на Лу Чжи тюремную одежду и кандалы, как на преступницу. Она была заключена в тюрьму в Нинбо и вынуждена была очищать рис. Душа леди Ци становилась все более тусклой. Вероятно, она уже почти покинула системное пространство. Вскоре она исчезла, но системное пространство все еще отражало эхо криков леди Ци. - Нет! Это не так! Не так! Нин Шу с силой выдохнула. У нее не было желания вмешиваться во что-то настолько грязное. На самом деле она была на стороне законной жены. Даже если принять тот факт, что многоженство в древнюю эпоху было разрешено, она все равно чувствовала, что это неправильно. Лу Чжи, как дочь из богатой семьи, была выдана замуж за императора Лю Бана, который в то время ничего не делал. Она была вынуждена готовить и убирать для Лю Бана, и даже воспитывать его детей, поэтому ее юная красота вскоре была измотана повседневными требованиями жизни. Она даже была захвачена Сян Юем и находилась в заложниках в течение двух лет. Она проводила болезненные дни в ожидании спасения Лю Баном, однако Лю Бан в это время просто наслаждался леди Ци. Леди Ци купалась в лучах славы императора, в то время как у Лу Чжи было только официальное положение императрицы. Кроме того, леди Ци была очень амбициозной и подстрекала Лю Бана, чтобы тот избавился от наследного принца и предлагала своего сына в качестве наследника, поэтому в последствиях, которые привели ее к неудаче, виновата только она сама. Лу Чжи была безжалостной и жестокой, но была причина такой метаморфозы из преданной, умной и невинной молодой девушки, которой она когда-то была. За каждым бессердечным и жестоким человеком скрывался человек, который больше не верил в преданность и доброту. Слишком много боли, разочарования и отчаяния превратило бы даже самое мягкое сердце в холодное, твердое железо. Нин Шу почувствовала, что если бы она была Лу Чжи, она бы сделала то же самое. Конечно, сначала она бы убила Лю Бана. Такой император, который забывает о целомудрии и справедливости, отвратителен ей. - Позволь мне увидеть следующую задачу, - сказала Нин Шу №2333. №2333 поспешно сказала: - Нин Шу, вы не сможете отказаться от задачи на этот раз. Независимо от того, какая это задача, вы должны будете ее принять. - Хорошо, я поняла, - кивнула Нин Шу. Сразу после того, как она договорила, в пространстве появилась еще одна фигура. Когда эта фигура, наконец, показала свое лицо, Нин Шу была ошеломлена. Это была девушка, очень красивая девушка. Ее душа, казалось, была сильнее души леди Ци, потому что она выглядела как настоящий человек из плоти и крови. Она носила красивую и качественную одежду, и хотя в пространстве не было ветра, одежды на ее теле, казалось, слегка колыхались, придавая ей ощущение легкости. Это был первый раз, когда Нин Шу увидела такую красивую женщину. Ее черты лица казались невинными и незапятнанными миром, у нее была очень хорошая фигура. Ее тонкая талия была подчеркнута поясом. Она была такой прекрасной, какие у нее могли быть неприятности? Как говорится, судьба решает 3 процента твоей жизни, труд – 7 процентов, а остальные 90 процентов решает твое лицо. Те, кто были пушечным мясом, имели совершенно обычную внешность. Нин Шу почувствовала, что эта женщина не была простой. По какой-то причине у нее было плохое предчувствие. Войдя в пространство, женщина огляделась и спросила Нин Шу: - Ты – та, кто может мне помочь? Ее голос был мягким и чувственным. Когда Нин Шу услышала этот голос, она невольно вздрогнула. Она почти потеряла контроль над собой, когда услышала его, а ведь Нин Шу была девушкой. Мужчины же наверняка полностью оказывались во власти его звуков. Ее голос звучал чарующе, он был мягким и нежным, и одновременно содержал невинность. - Это я, - кивнула Нин Шу. ---------- Пожалуйста, помоги мне сбежать от этих людей! Когда женщина услышала, что сказала Нин Шу, то быстро подошла к ней. Нин Шу зачарованно смотрела на ее движения. Талия женщины была настолько тонкой, что Нин Шу была обеспокоена тем, что она может сломаться. Женщина схватила за руку Нин Шу и закричала: - Сестра, пожалуйста, помоги мне! Когда Нин Шу увидела ее безупречное лицо в такой близости, ее рот пересох. Она спросила: - Что вы подразумеваете под помощью? - Пожалуйста, помоги мне, я не хочу больше перевоплощаться, я серьезно устала от этого цикла. Я предпочла бы перевоплотиться в новой жизни. Если сестра сможет помочь мне и позволить освободиться от этого цикла реинкарнаций, Яньмэн готова отказаться от целой души. Все, что я хочу, это перейти к следующей жизни. Когда Нин Шу услышала, что та назвалась Яньмэн, ее сердце подпрыгнуло. С неба никогда не сыплются подарки, поэтому она уточнила: - Пожалуйста, представьтесь. - Меня зовут Му Яньмэн, я дочь премьер-министра страны, - сказала Му Яньмэн. Это была Госпожа Идеал, ах. - Ваша задача - сбежать от этих людей. С меня достаточно! Я пережила эту самую жизнь три раза, поскольку думала, что в итоге смогу уйти от них, но независимо от того, что я делала, у меня не получилось. В первый раз, когда я пережила перерождение, то попыталась убежать, но все же попалась им в руки. Во второй раз я решила просто покончить жизнь самоубийством через повешение, но они спасли меня. Она прожила три человеческих жизни. Неудивительно, что ее душа была такой сильной. Му Яньмэн с надеждой смотрела на Нин Шу: - Сестра, я хочу освободиться от этой судьбы. Конечно, если бы ты проучила этих мужчин, то было бы куда лучше. Губы Нин Шу дрогнули: - Сколько их, этих мужчин? Глаза Му Яньмэн были очень ясны, когда она сказала: - Довольно много. Нин Шу: ... - №2333, я не хочу выполнять эту задачу, - сказала Нин Шу системе. - У вас нет выбора, - осторожно ответила система, - вы отклонили предыдущую задачу, поэтому не можете отказаться от этой. В противном случае вы будете уничтожены на месте. Нин Шу: ... Она обернулась и с вымученной улыбкой обратилась к Му Яньмэн: - Я ... соглашаюсь с этой задачей. - Спасибо, сестра,- на лице Му Яньмэн появилась светлая улыбка. Она действительно была красивой. Му Яньмэн была очень счастлива, когда Нин Шу сказала, что она выполнит её задачу. Прежде чем она ушла, то сказала: - Сестра, ты действительно хороший человек. Все остальные отказались принять мою задачу, а те, кто согласился – потерпели неудачу, так что спасибо. Нин Шу: Постой-ка, что ты сказала?! Как только Му Яньмэн ушла, Нин Шу почувствовала себя еще хуже и спросила №2333: - Кто она? - Му Яньмэн – главная женщина в своем мире, - ответила №2333, - однако она уже дважды переродилась. Не желая больше проходить через это, она искала игрока, который сделает все за нее. - Если она главная женщина, то зачем ей какой-то игрок? - раздраженно сказала Нин Шу. ---------- Бесстыдный мир Она всегда была игроком, выполняющим задания пушечного мяса. А теперь ей нужно было выполнить задачу главной женщины этого мира. Слишком невероятно. №2333 сказала: - Как я уже говорила, это особая задача. После ее выполнения вы вновь вернетесь к обычному состоянию пушечного мяса. И это «забота» об эмоциональном состоянии игрока? Нин Шу села и начала поглощать материю в пространстве, чтобы укрепить свою душу. Она определенно собиралась купить пособие по укреплению души, как только у нее появится достаточно очков. Сейчас процесс занимал слишком много времени. Спустя какое-то время Нин Шу открыла глаза и с удовлетворением обнаружила, что ее душа стала намного крепче. Затем она спросила: - №2333, ты все еще здесь? - Я здесь, - №2333 ответила сразу, как только она задала этот вопрос. Очевидно, что №2333 ждала, пока Нин Шу не проснется. - Ты можешь поменять свое имя? – поинтересовалась Нин Шу. №2333 ответила: - Я не могу. Это имя моё с тех пор, как я появилась на свет. Его нельзя изменить. Нин Шу: Черт... - Давай начнем задание. - Хорошо. Нин Шу сразу же почувствовала сильное головокружение, от которого ее чуть не стошнило. Понадобилось время, чтобы это чувство исчезло. Когда она открыла глаза, то обнаружила, что была в тусклой комнате. При свете свечей на стуле спала девушка. Вероятно, она была ночной сиделкой. Нин Шу потерла голову, глядя в окно. На улице было темно, поэтому Нин Шу решила получить сюжет в первую очередь. У премьер-министра Му из Дунхуа (кит. 东华 - Обитель Бессмертных. Так же является одним из названий Кореи) была дочь, которая была настолько красива, что весь город был от нее без ума. Ее звали Му Яньмэн. К ней приходило очень много людей с предложениями руки и сердца. Все гадали, кто же в конечном итоге сможет привести эту красоту к себе домой. Однако, неожиданно, государство Дунхуа пало за одну ночь, и на резиденцию премьер-министра было совершено нападение. Премьер-министр Му дал своей дочери сбежать, прежде чем отправится в совершенно другом направлении. В тот момент, когда Му Яньмэн покидала резиденцию, ее поймал генерал. Он изнасиловал Му Яньмэн, что стало для нее началом запутанной и безнравственной жизни. Му Яньмэн все же влюбилась в этого генерала по итогу, но затем другой принц увлекся Му Яньмэн, и генерал передал ее принцу в качестве подарока. Му Яньмэн была сильно потрясена и ранена бессердечностью генерала. После этого у нее начались сложные любовно-ненавидящие отношения с принцем. Это звучало так: я не люблю тебя, даже если ты овладеешь моим телом, ты не овладеешь моим сердцем, и бла-бла-бла ... Отдав Му Яньмэн, генерал внезапно понял, что он ее любит, поэтому он пошел и договорился с принцем. После этого произошел еще более позорный инцидент для нее. У них случился секс втроем. Нин Шу: ... Не вынеся страданий, Му Яньмэн вскоре сбежала и встретила в дальнейшем множество других людей: имперского купца, благочестивого доктора, главу альянса боевых искусств, ученого и лидера демонической секты. Ближе к концу сюжетной линии все эти люди влюбились в Му Яньмэн и решили просто поделить ее. Так у нее продолжилась еще более бесстыдная и развратная жизнь. Нин Шу была в ужасе от всех этих людей, и самое главное, каждый раз, когда Му Яньмэн сталкивалась с одним из них, тот насиловал ее. Позже этот человек понимал, что Му Яньмэн была той, кого он действительно любил, и терял интерес к другим женщинам. Было много разбитых сердец, выкидышей, недоразумений и физических мук. Это был драматичный, но бесстыдный мир, ах. Неудивительно, что Му Яньмэн хотела обратиться в систему после троекратного проживания одной и той же жизни. Эти люди были проклятыми садистами, а Му Яньмэн – мазохисткой. В конце концов, она смогла пожить счастливо в такой ситуации. Нин Шу посчитала мужчин по пальцам: храбрый генерал, деспотичный принц, двуликий имперский купец, апатичный доктор, кокетливый руководитель секты, верный глава альянса и талантливый ученый. Да, их было в общей сложности семеро. Если бы каждый из них приходился на один день, это бы отлично заполнило неделю Нин Шу уже хотела вернуться домой. Этот мир был настолько грязным. ---------- Чмок! - [Дин!] Нин Шу, чмок! Это я - №2333, - внезапно в голове Нин Шу появился голос, и она чуть не упала с постели. - Чего тебе? - холодно спросила Нин Шу. Что это еще за «чмок»? Ха. Ха... №2333 сразу же перешла к делу: - Так как вы выполняете задание Му Яньмэн, то, чтобы избежать ее судьбы, вы не можете лишиться девственности с этими людьми. Му Яньмэн была угнетаема ими во всех ее трех жизнях, поэтому Нин Шу, если вы хотите получить больше очков, то должны отомстить им. - Чем больше очков травмы вы наберете, тем больше получите очков опыта. Эта задача очень сложная, потому что правила в этом мире очень жесткие. Жизнь Му Яньмэн строго линейна, поэтому она и не смогла избежать своей участи даже после перерождения, - объяснила №2333. Нин Шу поняла, что этот мир похож на железнодорожный состав. У нее не было выбора, кроме как следовать сюжету. Даже если она исказит сюжетную линию, мировые правила вскоре заставят ее вернуться к первоначальному сюжету. Внезапно она почувствовала огромное давление. Черт возьми, почему завершить эту задачу так тяжело? Получится ли у нее, если все остальные, кто пробовал ранее, уже провалились? Черт! В любом случае, ее работа состояла в том, чтобы изменить судьбу Му Яньмэн, а также нанести этим людям психологический ущерб. Это имело смысл. Если она не разберется с этими сумасшедшими отморозками, разве может быть вариант, что они соберутся и в веселой компании отпразднуют Новый год? Нин Шу села в кровати и попыталась заняться Непревзойденными Боевыми Искусствами. Если у нее не будет сил, она не сможет отбиться от насильников, а у нее не было желания быть изнасилованной. Долгое время она глубоко выдыхала, затем снова вдыхала. Она с грустью обнаружила, что это тело вообще не способно совершенствоваться. Она практиковалась в течение почти четырех часов, но в ее теле не было никаких следов энергии. Без силы она окажется просто подстилкой для этих людей! Она не допустит этого! - Невозможно начать культивацию, Нин Шу, вам просто нужно сдаться... - раздался голос №2333 в голове у Нин Шу. Она чувствовала себя эмоционально истощенной. Все обретало смысл - предназначение прекрасной главной девушки заключалось в том, чтобы люди наслаждались ею без ее разрешения. Если бы она успешно научилась Непревзойденным Боевым Искусствам, то стала бы чрезвычайно сильной. И как, спрашивается, тогда эти люди смогли бы ее изнасиловать? Прекрасным, но слабым телом легко было овладеть, и любое сопротивление только добавляло удовольствия. Позволить женщине обрести огромную силу? Ни за что. Нин Шу села на кровать и вздохнула. Внезапно дверь распахнулась. Девушка, спящая на стуле, была настолько потрясена этим громким звуком, что упала на землю. Она встала в замешательстве и прокричала Нин Шу: - Мисс, мисс! В чем дело? Откуда мне знать, что происходит? Нин Шу посмотрела в сторону двери. Та отворилась, и зашла группа людей с симпатичным мужчиной средних лет во главе. Он с беспокойством посмотрел на Нин Шу и произнес: - Яньмэн. Поторопись, мы уходим. Это был отец хоста. Неужели генерал уже атаковал город? Даже теперь ее сердце продолжало заходиться от затяжного страха. - Поспеши, помоги мисс собрать ее вещи, - премьер-министр Му крикнул горничной, чье лицо побледнело. Маленькая служанка поспешно начала складывать вещи. Премьер-министр Му посмотрел в сторону Нин Шу и вздохнул: - Государство Дунхуа пало. Нин Шу тоже вздохнула. Это было началом трагедии хоста. - Отец, куда мы идем? - Нин Шу чувствовала, что не сможет сбежать. В конце концов, сюжет здесь был довольно линеен. ---------- Апокалипсис после (1) Мир апокалипсиса находился в постоянных сумерках. Весь мир выглядел так, словно в воздухе стояла пыль. Из-за угрозы вируса и постоянного рычания зомби атмосфера была наполнена чувством отчаяния и тоски. Человек вернулся к своей природе и жил по закону джунглей, где решала только сила. В этой постоянной борьбе за выживание сильные стали еще сильнее, а слабые были уничтожены. В настоящее время одну базу окружили ревущие зомби, безумно мчащиеся прямо к ней. В воздухе над базой парили люди и разумные зомби. Феникс крикнула Дейзи: - Дейзи, у тебя совсем нет совести? Как ты можешь атаковать нашу базу каждый день?! Чего именно ты хочешь?! Рядом с Дейзи парил Сяо Мин, который теперь был одет в костюм. Сяо Мин не обратил внимания на Феникса и обернулся к Дейзи: - Дей, держись за мной. Я займусь этой женщиной. Дейзи покачала головой, и сказала, глядя на Феникса: - Я сама справлюсь. Феникс убила ее, толкнув в толпу зомби. У нее были с ней личные счеты. Дейзи сумела вспомнить только то, что, когда их группа обнаружила Эссенцию, Феникс толкнула ее в толпу зомби. Она не помнила, что произошло после этого, но по какой-то причине она стала разумным зомби, и с ней был даже зомби по имени Сяо Мин. Она не знала, кто придумал ему такое дурацкое имя. На слова Сяо Мина, что именно она придумала это имя, Дейзи выразила уверенность, что она не могла этого сделать. Если бы она выбирала ему имя, она бы выбрала нечто вроде Сяо Дуна[1]. Сяо Мин кивнул и сказал: - Если ты почувствуешь, что не сможешь победить ее, беги. Не настаивай на продолжении борьбы с этой женщиной, она намного сильнее, чем раньше. - Я сделаю это, - Дейзи кивнула. Хотя Сяо Мин был зомби, он был очень хитрым и умным тактиком - Феникс, я заставлю тебя заплатить! - Дейзи сжала кулаки и бросилась на Феникса. Феникс издевалась: - Тебе просто повезло, что ты стала эволюционировавшим зомби. Ты думаешь, что ты сверхчеловек? Независимо от того, кем ты стала, ты все равно бесполезна. Твоя единственная ценность – это кристаллическое ядро в твоей голове! Дейзи промолчала, уклоняясь от ледяного шипа Феникса, затем снова напала. Дейзи никогда не понимала ее. Все они были агентами специальных сил, которых лично тренировал главнокомандующий, но Феникс и Волк фактически предали его. Они были зверями в человеческом обличии! - Ты просто негодяйка. Твой мужчина - бандит, а ты – шлюха, не заслуживающая того, чтобы называться богиней. Ты не чувствуешь стыда? Теперь ты притворяешься такой чистой и отстраненной, - Дейзи насмехалась над Фениксом во время сражения. Феникс была настолько взбешена словами Дейзи, что ее глаза покраснели, потому что, когда она выполняла миссии, ей действительно нужно было использовать свое тело, и не единожды. Однако это было необходимо для завершения миссии. Раньше Фениксу все равно, но теперь она была лидером этой базы. Она не могла не беспокоиться об этой истории. Теперь, когда она была одной из самых сильных в базе, как люди могли узнать о таком ее прошлом? - Дейзи, если ты продолжишь болтать, я порву тебе глотку, - процедила Феникс между стиснутыми зубами. Когда она увидела, что все вокруг смотрят на нее странно, то почувствовала желание разорвать Дейзи на части. Дейзи с яркой улыбкой смотрела на Феникса. Когда она увидела, что Феникс собиралась выстрелить в нее ледяным шипом, она поспешно увернулась и крикнула Сяо Мину: - Я не могу победить ее, нужно отступать! Сяо Мин был посреди битвы с Волком, но когда он услышал это, то немедленно повернулся, схватил Дейзи и побежал. Всего за несколько секунд они исчезли из поля зрения. ---------- Апокалипсис после (2) Когда Дейзи снова убежала, лицо Феникса вспыхнуло от гнева. В ярости она ударила льдом по всем зомби оставшимся внизу. - Дейзи, клянусь, я убью тебя! Феникс серьезно рассердилась на Дейзи. Время от времени Дейзи приходила с огромной волной зомби, беспокоя базу, но как только ситуация для нее начинала ухудшаться, то сразу разворачивалась и убегала. Волк нахмурил брови и сказал Фениксу: - Этот зомби и Дейзи даже создали свою базу разумных зомби. Вероятно, они уже лидеры той базы. Феникс еще больше разозлилась. Кроме того, Дейзи и второй зомби создали базу совсем недалеко от них. Феникс почувствовала, что Дейзи делает это нарочно, но, несмотря ни на что, люди не могли победить бесчисленных неиссякаемых зомби. Если бы они могли, Феникс уже давно отправилась бы на рейд их базы. Некоторое время спустя Сяо Мин и Дейзи остановились и стали неторопливо перемещаться по воздуху, направляясь к своей базе. Дейзи увидела, что недалеко от них стоит машина. Прислонившийся к ее двери человек смотрел на них, подняв голову. Выражение его лица было очень холодным и безразличным, на носу поблескивали очки с золотой оправой. Его высокая и стройная фигура была одета в черную ветровку, слегка развевающуюся на ветру. Дейзи почувствовала, как его острый взгляд охватывает ее лицо. Она почувствовала, как каждый дюйм ее лица был проанализирован. Она подсознательно понимала, что этот человек не обладает суперспособностями, но имеет куда более серьезную и загадочную ауру. - Грр… - тревожно прорычал Сяо Мин, увидев школьного доктора. Немного порычав, он приготовился напасть на него и вырвать его сердце. Дейзи поспешно одернула Сяо Мина. Сяо Мин в замешательстве посмотрела на нее, поэтому она объяснила: - Он не нападает на нас, так что давай просто отпустим его. Сяо Мин нахмурился, но больше не пытался нападать. Однако он не сводил глаз с человека, прислонившегося к дверце машины. Все мышцы его тела дрожали от напряжения. Он был готов атаковать, дай человек хоть малейший предлог. - Пошли, - Дейзи взяла Сяо Мина за руку и потянула за собой. Уходя, она повернулась, чтобы взглянуть на этого человека. Тот поправлял свои очки, заставляя их сверкать жутким светом. Школьный доктор поднял брови и на мгновение улыбнулся. Затем он открыл дверь, завел машину и поехал. Машина вскоре исчезла в облаках пыли. Стоило уйти подальше от этого странного человека и Дейзи стало легче дышать. По какой-то причине вид этого человека заставлял ее всем телом ощущать неловкость. Сяо Мин и Дейзи вошли в свою базу. Сяо Мин создал эту базу не так давно, и она была заполнена эволюционировавшими зомби. Когда эволюционировавшие зомби увидели Сяо Мина и Дейзи, то тут же встали на колени, чтобы показать свое уважение. Закон джунглей проявился еще ярче среди зомби. - Дей, этот человек, кажется, знает тебя? - подумав о произошедшем, Сяо Мин почувствовал, что человек, вероятно, должен знать Дейзи. Дейзи покачала головой. - Я его не знаю. Люди и зомби боролись друг с другом исключительно ради выживания. Война Дейзи с Волком и Фениксом попадала в эту категорию. Волк, который также был возмущен всеми этими атаками, организовал свою собственную армию для контратаки на базу зомби. Это была непрерывная битва, которой не было конца. Сяо Мин становился все сильнее, и ему больше не нравилось питаться сердцами. Теперь он всегда оставлял трупы людей со способностями зомби рангом пониже. Сяо Мин становился все более похожим на обычного человека. Если бы обычный человек посмотрел на него, он бы никогда не принял его за зомби. Возможно, он уже был человеком - человеком продвинутым. ---------- Если бы отец был рядом... - И, почему мы убегаем? Разве мы не можем просто сдаться? - спросила Нин Шу. Премьер-министр Му имел довольно высокий статус в Дунхуа, поэтому, если бы он сдался, то его, вероятно, не тронули бы и пальцем. Красивое лицо премьер-министра Му стало суровым: - Твой отец - ученый. Как я могу совершить что-то настолько бесчестное? Нин Шу: ... Если вы так беспокоитесь о чести, почему же убегаете? Просто оставайтесь и объявите, что вы жили здесь, и умрете здесь. Вы войдете в историю как храбрый и неуступчивый ученый. Однако, простая правда заключается в том, что вы боитесь смерти, не так ли? - Мастер, мисс, я закончила, - маленькая горничная с трудом удерживала мешок с вещами. Нин Шу не хотела уезжать с премьер-министром Му, поэтому она сказала: - Отец, сначала должны уехать вы с матерью. Разъедемся по разным путям. - Зачем же нам поступать так? Мы семья. Если мы расстанемся, то кто знает, когда мы сможем снова увидеть друг друга. Кроме того, поскольку мы расстаемся в таком хаосе, возможен шанс, что мы не увидимся до самой смерти, - премьер-министр Му нахмурился. Было ясно, что он не одобряет предложение Нин Шу. - Мать и отец должны уйти со Старшим и Младшим Братом. Таким образом, семья Му сможет сохранить свою родословную. Дочь пойдет другим путем. Премьер-министр Му немного подумал, затем сказал: - Это может сработать. Нин Шу: ... Почему он не беспокоился о том, что оставляет свою дочь? Однако, вероятно, в этом была виновата сюжетная линия. В конце концов, в сюжете постоянно были постельные сцены. Если бы отец был рядом, это бы выглядело странно... Таким образом, по сюжетной линии Му Яньмэн всегда была одна. - Вот, держи деньги, - премьер-министр Му достал кучу банкнот и передал их Нин Шу. Нин Шу взяла их и сказала: - Спасибо, отец. - Отец оставит тебе кое-кого, кто защитит тебя. Это мой личный телохранитель. Отныне он будет защищать тебя из тени, - премьер-министр Му указал на своего телохранителя, который держал меч. Нин Шу посмотрела на телохранителя. У этого охранника был совершенно уникальный вид. Его лицо было идеально квадратным, а подбородок – непропорционально широким. Разве был этот охранник частью оригинальной сюжетной линии? Нин Шу с трудом вспомнила, что этот охранник действительно появлялся однажды. Однако после этого о нем больше ничего не было известно. Либо он убежал, либо главный мужчина убил его. - Он защитит тебя из тени. Еще с тобой останется служанка, - после того, как премьер-министр Му торопливо закончил говорить, он с печалью посмотрел на Нин Шу, - отец уезжает. Обязательно позаботься о себе. Генерал вот-вот ворвется, так что тебе тоже нужно поторопиться и бежать. Как только он закончил это говорить, то сразу же ушел и вскоре исчез из поля зрения. Охранник, который остался с ней, взглянул на Нин Шу, затем выпрыгнул из окна. Вероятно, он искал место, чтобы спрятаться и наблюдать за ней из тени. Почему же ей казалось, что это слишком ненадежно? Нин Шу убрала деньги, которые дал ей премьер-министр, затем сказала горничной: - Тебе тоже следует уйти, не обязательно оставаться со мной. - Слуга будет следовать за мисс, она не боится! – однако, когда маленькая горничная говорила, ее зубы стучали, а ноги дрожали от страха. Нин Шу села на кровать и сказала мягко: - Я никуда не ухожу. - Слуга все равно последует за мисс! В жизни Юэ Лань является слугой мисс, в смерти Юэ Лань станет призраком мисс! - стойко сказала Юэ Лань. Нин Шу махнула рукой: - Хорошо, делай, что хочешь. Принеси мне немного еды, я голодна. Юэ Лан положила мешок и отправилась за едой для Нин Шу. Из окна Нин Шу видела, что небо над входом в город было охвачено заревом. Воздух наполнялся криками. Зловоние крови чувствовалось уже совсем рядом, и казалось, будто все государство охватил хаос. - Хм, охранник, ты все еще там? - крикнула Нин Шу в окно. Она ждала некоторое время, но от него не было ответа. Она мрачно подумала, что тот уже убежал. - Здесь, - внезапно раздался голос. Нин Шу: ... Скорость рефлексов этого парня действительно удивляла. Ему потребовалось столько времени, чтобы ответить? - Как я могу с тобой связаться? Ей что, в будущем придется ждать, пока чай остынет, прежде чем она получит ответ? Кроме того, она даже не знала, насколько он надежен. Эх. Жизнь была такой унылой. Перед Нин Шу появилась фигура в черном, поразившая ее. Его лицо было скрыто черной тканью, оставлявшей на виду только его глаза. - Мисс, это я, - сказал охранник. Нин Шу похлопала себя по груди: - Почему ты закрываешь свое лицо? - Это правило для нас, скрытых стражей, - ответил охранник. С твоей внешностью никто даже и не запомнит твоего лица. По-моему, ты только привлекаешь больше внимания, надевая эту маску. - Это свисток. Как только мисс свистнет, я появлюсь. Охранник передал Нин Шу свисток. Когда Нин Шу взяла его, то спросила: - Ты можешь услышать его независимо от того, где ты находишься? Этот вопрос оказался немного сложным для охранника, потому что он долго молчал. В конце концов, он ответил: - Пока я нахожусь рядом с мисс, и мисс свистнет в свисток, я смогу его услышать. - Спасибо, - Нин Шу убрала свисток. К лучшему или к худшему она чувствовала себя немного безопаснее. ---------- Ожидание прибытия генерала Вернувшись с едой, Юэ Лань сказала Нин Шу: - Мисс, в резиденции больше никого не осталось, поэтому служанка смогла приготовить только лапшу. Нин Шу не была придирчивой, поэтому она съела все, что принесла Юэ Лань. - Тебе тоже нужно что-нибудь есть, - сказала Нин Шу. После этого она просто села и принялась ждать, пока прибудет генерал. После долгого времени, когда она почти задремала, кто-то, наконец, ворвался в резиденцию премьер-министра. Она услышала громкие шаги снизу. Бам! Дверь вылетела из проема и рухнула на пол, подняв пыль. Нин Шу потеряла дар речи. Разве нельзя было нормально открыть дверь? Почему им непременно нужно было выбить ее? Нин Шу продолжила сидеть, молча смотря на вошедших людей. Человек, который шел первым, был одет в доспехи и испускал мощную и властную ауру. Нин Шу посмотрела на него. Это был первый мужчина Му Яньмэн, Сыту Цинъюй! - Ничего себе, генерал, здесь такая красотка. - Да, красавица… - И вправду, красавица... Когда Нин Шу увидела, как эти люди уставились на нее своими отвратительными горящими глазами, то почувствовала, как в ее сердце поднимаются проклятия. Они как будто зрительно изнасиловали ее. Однако раньше к ней никто так не обращался. Как и ожидалось, она больше привыкла быть честным и обычным пушечным мясом. - Все вы, уходите, - сказал Сыту Цинъюй солдатам позади него. Его голос был глубоким и содержал холодное достоинство. Однако на офицеров и солдат это не подействовало, поскольку Нин Шу, эта заманчивая девушка, была прямо перед ними. Офицер сложил кулак и ладонь в знак приветствия и сказал: - Генерал, эта красотка, безусловно, знаменитая красавица Му Яньмэн. Наши братья хорошо поработали эту ночь, что вы думаете, генерал? - Генерал велел вам убраться! - холодно сказал Сыту Цинъюй, обнажив меч, - или что? Вам больше не нужно слушать генерала? Или вы, ребята, не хотите подчиняться военному командованию? Теперь уже все сразу поняли, что генералу понравилась девушка, и он захотел овладеть ею первым. Глаза всех мужчин у двери были приклеены к Нин Шу. Некоторые даже пускали слюни. Однако в присутствии Сыту Цинъюя у них не было никаких шансов коснуться этой красоты. Сыту Цинъюй создал очень сильную репутацию генерала, поэтому эти люди очень боялись его. Несмотря на крайнюю неохоту, они все-таки ушли, оставив Сыту Цинъюя наедине с Нин Шу. ---------- Сыту Цинъюй Как только все остальные солдаты ушли, Сыту Цинъюй подошел к Нин Шу, и бросил свой меч на стол. Маленькая горничная Юэ Лань была так напугана, что ее колени подкосились, и она рухнула на землю, широко раскрыв глаза. Сердце Нин Шу сильно колотилось, но она продолжала держать выражение лица невозмутимым. Черт, если бы только она могла практиковать здесь Непревзойденные Боевые Искусства, то выбила бы из него все дерьмо. Сыту Цинъюй посмотрел на Нин Шу и усмехнулся. - Должен признаться, я не ожидал, что Леди Му будет такой храброй. Ты ждала генерала? Хотя Сыту Цинъюй был генералом, у него была приятная внешность и доблестная осанка. Его глаза были наполнены горящим желанием, когда он смотрел на Нин Шу. Нин Шу кашляла, изо всех сил стараясь сделать свой голос немного грубым: - Генерал собирается убить девушку? - Убить? Тебя? Как генерал может тебя убить? – говоря это, он внезапно вытащил еще один меч, и белый свет, отражающийся от лезвия, засиял на лице Нин Шу. Сыту Цинъюй поднес клинок по лбу Нин Шу, но Нин Шу не пыталась увернуться, просто продолжая смотреть. - Мисс! - крикнула Юэ Лань с побледневшим лицом. Когда Сыту Цинъюй увидел, что выражение Нин Шу вообще не изменилось, он опустил клинок, протянул другую руку и проворно вытащил шпильку, вставленную в ее волосы. Затем он поднес ее к носу и вдохнул. - Какой аромат, - пробормотал он глубоким голосом. Губы Нин Шу дрогнули, но она промолчала. Она должна была поддерживать холодный и отчужденный вид, чтобы уменьшить свое очарование, потому что тело Му Яньмэн только и кричало: поспеши и возьми меня! Однако, вероятно, не должно быть человека, которому понравится женщина с вечно холодным выражением лица, не так ли? Сыту Цинъюй вложил шпильку обратно в волосы Нин Шу: - Эта шпилька идеально тебе подходит. Он был опытен даже во флирте. В оригинальной сюжетной линии Сыту Цинъюй овладел Му Яньмэн насильно. Таким образом, резиденция премьер-министра после этого стала для него местом для наслаждения. Женщина не могла не испытывать особых чувств к своему первому мужчине. Кроме того, более близкое знакомство порождает любовь, поэтому Му Яньмэн вскоре полюбила Сыту Цинъюя. Сначала Му Яньмэн считала, что Сыту Цинъюй отвечает ей взаимностью. В конце концов, если бы он не любил ее, зачем же ему спать с ней каждый день, причем делать это так страстно? Но в итоге он обошелся с ней как с проституткой и без колебаний отдал ее другому человеку. Это разбило сердце Му Яньмэн. Когда Сыту Цинъюй увидел, что Нин Шу не обращает на него никакого внимания, на его губах появилась нечитаемая улыбка, и он мягко заметил: - Интересно, очень интересно. Нин Шу: Господи, это был самый классический прием для привлечения девушек. Следующая строка должна быть, вроде: «девушка, ты привлекла мое внимание». - Ты привлекла мое внимание, - Сыту Цинъюй слегка наклонился и приблизил лицо к Нин Шу. Это движение наводило на разные мысли, поскольку казалось, что он собирается ее поцеловать. Этим действием он повысил накал в комнате, что ускорило бы сердцебиение любой женщины. Тем не менее, Нин Шу уже сталкивалась с навыками флирта Сыту Цинъюя, поэтому она просто взглянула на него бесстрастно. Сыту Цинъюй поднял подбородок Нин Шу, приблизившись с ней лицом. Впечатление, будто он собирается ее поцеловать, усилилось. Все его тело пахло кровью. Этот парень пахнул, как будто он работал мясником. Нин Шу сжала кулак и направила его прямо в лицо Сыту Цинъюя, но тот перехватил ее руку. Он посмотрел на нее со своей нечитаемой улыбкой, охватив своей широкой рукой ее кулак. - Генералу нравятся твои ледяные манеры, но огненная страсть, которую ты проявишь после того, как твоя ледяная оболочка сгорит в удовольствии, будет еще более очаровательной, - Сыту Цинъюй не использовал изящный литературный язык, но в паре с его красивым лицом эти слова звучали крайне соблазнительно. Нин Шу: Пфф... Черт, похоже, что ее план вести себя холодно и отчужденно не удался. ---------- Немного напряженная ситуация Сыту Цинъюй опустил голову, чтобы поцеловать ее руку, но Нин Шу вытащила руку из его хватки, потянулась за свистком, висящим на ее шее, и подула изо всех сил. В окно вскочила черная фигура. Поскольку он был одет во все черное и носил маску, то был самой заметной фигурой в этой ярко освещенной комнате. - Убей этого парня за меня! Этот ублюдок осмелился воспользоваться твоим промахом! Отрежь к чертям его член! - Нин Шу указала на Сыту Цинъюя. Теперь не было ни следа ее отчужденных и холодных манер, так что Сыту Цинъюй немного озадачился. Было ясно, что он был в замешательстве относительно того, почему темперамент красавицы изменился так внезапно. Сыту Цинъюй поднял брови и сказал с усмешкой: - Получается, у тебя есть помощник. Моя красавица, генерал любит слышать, как ты разговариваешь. Даже когда ты ругаешься, твой голос по-прежнему радует ухо. Нин Шу: ... Что за черт. Теперь она хотела отравиться. Это была жалкая жизнь главной женщины. Даже когда ей было плохо, выражение на ее лице все равно было заманчивым и привлекательным, что заставляло мужчин хотеть еще больше мучить ее. Нин Шу сжала свое горло и сделала все возможное, чтобы уменьшить очарование своего голоса: - Отрежь его проклятый член! Сыту Цинъюй вступил в бой со стражем Нин Шу. Спустя несколько секунд в комнате уже была разрушена половина мебели. Юэ Лань приблизилась к Нин Шу, не сводя глаз со сражающихся. Ее голос дрогнул, когда она спросила: - Мисс, что такое член? Нин Шу: ... Бац. Черная фигура упала на пол перед Нин Шу. Стоило ей увидеть, что это был ее охранник, она почувствовала себя плохо. Охранник встал, прижимая руку к груди: - Мисс, этот человек слишком сильный. Я не смогу победить его, мне нужно залечить свои раны, - только закончив говорить, он выпрыгнул из окна и исчез. Черт! Какая от тебя польза, если ты так бесполезен? Если уж собираешься бежать, то почему бы тебе не взять с собой своего хозяина?! Нин Шу снова напустила на себя холодный вид и высокомерно подняла подбородок, глядя на Сыту Цинъюя. Тот был немного ослаблен битвой, у него даже виднелась кровоточащая рана. - Генерал, что случилось? – на шум вбежал охранник, стоявший у двери. Сыту Цинъюй просто усмехнулся Нин Шу, показывая свои совершенные белые зубы. А затем мягко ответил: - Ничего, просто немного напряженная ситуация, - эти слова имели двойной смысл. Вошедший человек издал пошлый смешок и удалился. Сыту Цинъюй поманил пальцем Нин Шу: - Подойди сюда, перевяжи рану генерала. Нин Шу не знала, как это сделать, поэтому просто проигнорировала его слова. - Если ты не подойдешь, генерал сам подойдет к тебе. Однако если генерал подойдет, то все не закончится простой перевязкой раны. Проклятье. Она молча проклинала его, пока шла. Сделав несколько шагов, Нин Шу заметила, что ее талия качается в такт движениям. Это происходило совершено инстинктивно. ---------- Очки травмы +5 Ее тело автоматически соблазняло окружающих. Этому телу было наиболее комфортно, когда ее талия соблазнительно покачивалась, но Нин Шу сжала ноги и прекратила виляние бедрами. Она решительно подошла к Сыту Цинъюю. Сыту Цинъюй быстро снял верхнюю одежду, показывая свою мускулистую фигуру. Единственное, что нарушало этот прекрасный вид - рана на руке. Сыту Цинъюй мягко сказал: - Перевяжи рану генерала. Нин Шу ответила категорически: - Я не знаю, как это сделать. Сыту Цинъюй сузил глаза, посмотрев в упор на нее: - Ты даже не знаешь, как перевязать рану? Твоя богатая семья действительно избаловала тебя. Голос Цинъюя был наполнен усмешкой. Он сказал холодно: - Девушки, как ты, всегда смотрят на других свысока, но сейчас ты моя пленница, поэтому ты должна делать все, что я тебе скажу. Нин Шу презрительно скривила губы и начала обматывать руку Сыту Цинъюя полосками ткани, которые нарезала Юэ Лань. Сыту Цинъюй, казалось, предался воспоминаниям, и очнулся только сейчас, с отвращением посмотрев на Нин Шу: - Разве ты не должна сначала очистить рану? Или ты ставишь себя выше обычных людей? Нин Шу стала протирать рану Сыту Цинъюя тряпкой, но делала это с такой силой, что тот вскрикнул от боли и холодно посмотрел на Нин Шу: - Ты сделала это нарочно. - Нет, я не хотела, - мягко ответила Нин Шу. - Как и положено, все вы, девочки из богатых семей, которые любят выглядеть чистыми и невинными, на самом деле полные суки, - Сыту Цинъюй был настолько возбужден, что его слова становились все более грязными. - Динь. Очки травмы +5. Голос №2333 внезапно появился в мозгу Нин Шу. Нин Шу была ошеломлена, что такого она сделала? Только что это она была обругана, так каким образом травма была нанесена Сыту Цинъюю? Нин Шу была смущена, но продолжила быстро двигать руками. Вскоре она закончила перевязку руки Сыту Цинъюя, но тот продолжал смотреть на нее с мрачным выражением. Это полностью озадачило ее. Что с ним случилось? Сыту Цинъюй встал. - Убирайся, - прорычал он Юэ Лань. Казалось, вся комната задрожала. Юэ Лань упала в страхе и посмотрела на Нин Шу со слезами. - Ты должна выйти на улицу, - спокойно сказала Нин Шу. - Но, мисс, если служанка уйдет, то мисс придется остаться с этим варваром в наедине. Служанка обеспокоена тем, что может случиться с мисс,- хотя Юэ Лань была напугана, она по-прежнему хотела остаться с Нин Шу. - Не трогай мисс! Сделай со мной все что хочешь, но не трогай ее! - крикнула Юэ Лань Сыту Цинъюю, вздернув подбородок. Нин Шу: ... - Убирайся! - Сыту Цинъюй с яростью набросился на Юэ Лань. - Выйди на улицу, - мягко повторила Нин Шу. Юэ Лань подчинилась и ушла, тихо всхлипывая. ---------- Сначала убить, потом изнасиловать? Как только Юэ Лань ушла, Сыту Цинъюй снова повернулся к Нин Шу. Нин Шу спокойно взглянула на него в ответ, ощущая холод ножниц, спрятанных в ее длинных рукавах. Она тайно взяла эти ножницы после того, как Юэ Лань нарезала ими ткань. Если Сыту Цинъюй попытается что-то сделать с ней, она без колебаний ударит его прямо в сердце. Что с того, что он красив? Каким бы красивым он ни был, он все еще был насильником. - Генерал ненавидит девушек из богатых семей, таких как ты. Перед другими людьми вы ведете себя невинно и добродетельно, но за закрытыми дверями вы злоупотребляете своим положением, - Сыту Цинъюй ущипнул подбородок Нин Шу и сказал мрачно: - Вот почему, когда генерал видит таких девушек, как ты, он сначала насилует их, а потом убивает. Черт! Он на самом деле был умственно нестабильным парнем. Хотя она заметила, что хоть Му Яньмэн и изнасиловали, но не убили. Выражение Нин Шу не изменилось, и Сыту Цинъюй спросил: - Скажи, что генерал собирается с тобой сделать? - Сначала убить, а потом изнасиловать? – на самом деле все делалось наоборот, но она была главной женщиной, а, значит, для нее все должно быть по-особенному. - Угадай, что случилось с молодой мисс, которая когда-то заставила генерала встать на колени и лизать ее ботинки? - казалось, Цинъюй хочет пообщаться с Нин Шу, хоть тема была и не очень приятной. - Угадай, что сделал с ней генерал? - Сыту Цинъюй сел и слегка улыбнулся Нин Шу, однако его глаза оставались полны отвращением. Нин Шу моргнула и сказала: - Ты определенно пытал ее каким-нибудь нечеловеческим образом. - Этот генерал бросил ее в стаю волков. Эти волки были под действием специальных средств, поэтому они трахали ее, разрывая на куски. Однако генерал не хотел, чтобы она так быстро умерла, поэтому ее жизнь была продлена на полмесяца, и она провела все это время под волками. В конце концов, она умерла от потери крови. К тому времени, когда она была мертва, генерал даже не мог узнать ее когда-то высокомерное лицо, - Сыту Цинъюй посмотрел на Нин Шу. - Что ты думаешь об этом методе пыток? Нин Шу: ... Ей было очень отвратительно. После этого Сыту Цинъюй продолжал рассказ. Короче говоря, история заключалась в том, что Сыту Цинъюй, когда-то был бедным мальчиком и страдал от рук женщин из богатых семей. Поскольку Сыту Цинъюй был очень высоким и красивым, то вызывал у богатых дам желание поиграть с ним, поэтому они заставляли его вставать на колени, лаять как собака, и даже лизать их туфли. Это оставило глубокую тень в сердце Сыту Цинъюя и навсегда изменило его сознание. Когда он добился успеха и признания, то сразу же отомстил этим людям и подверг их жестоким и самым злым пыткам. Нин Шу, наконец, поняла, почему Сыту Цинъюй поймал и изнасиловал Му Яньмэн. Неудивительно, что потом он без колебаний отдал ее принцу. Сыту Цинъюй ненавидел девушек из богатых семей, а Му Яньмэн была дочерью премьер-министра Дунхуа. Таким образом, стоило Сыту Цинъюю увидеть Му Яньмэн, как он сразу же обрушил на нее всю свою ненависть. Тем не менее, тело ее было слишком привлекательно, поэтому Сыту Цинъюй утвердил Му Яньмэн как его исключительную собственность и запер в своем имении. Большую часть времени он спал с ней. Нин Шу потеряла дар речи. Так-так, он оказался дрянным негодяем, который мстил всему обществу и всем женщинам только потому, что страдал от огромной обиды. Когда Сыту Цинъюй увидел презрение на лице Нин Шу, его лицо потемнело. - Что это за выражение? Ты смотришь на меня сверху вниз? Ты действительно считаешь, что ты все та же влиятельная девушка, которой была? - Я ничего тебе не говорила. Ты разговаривал сам с собой. Что ты пытаешься сказать? - Нин Шу покачала головой, - ты пытаешься самоутвердиться из-за того, что женщины насмехались над тобой - Ха, самоутвердиться? Ты оцениваешь себя слишком высоко. Я слышал, что ты самая красивая женщина в Дунхуа. Что было бы, если бы ты кричала подо мной от удовольствия, а затем стала проституткой, которую все могут использовать? - голос Сыту Цинъюй слегка задрожал, и он посмотрел на Нин Шу со злым выражением лица. Ебаный извращенный психопат. Нин Шу ответила без выражения: - Откуда мне знать? - Тогда как ты узнаешь, если не попробуешь? – спросил Сыту Цинъюй. И хоть голос его излучал сексуальность, но глаза были полны неприкрытой похоти и ненависти. ---------- Рожденный сукой Стоило Нин Шу увидеть, что глаза Сыту Цинъюя наполняются похотью, как она четко осознала его намерения. Однако даже если в задаче не было бы указано, что она должна защищать свою девственность, у нее не было никакого желания вступать в физический контакт с этим психопатом. - Что ты собираешься сделать? - Нин Шу посмотрела на Сыту Цинъюя с холодным убийственным намерением в глазах, но тот ответил насмешливым тоном: - Не смотри на меня с такой гордыней, иначе я не смогу остановить себя от того, чтобы вырвать тебе глаза. Эти негодяйки смотрели на меня так же. После этого они больше никогда не могли видеть. Чертов извращенец. - И ты спрашиваешь меня, что я собираюсь сделать? Когда мужчина с женщиной одни в комнате... Что еще нам остается делать? Ты будешь трахаться, как сука, - угрожающе сказал Сыту Цинъюй. Нин Шу: ... Трахаться? Почему главные мужчины разговаривают вульгарно? Однако, благодаря своей хорошей внешности, он все равно казался очаровательным. Нин Шу рассмеялась: - Ты тоже был рожден сукой. - У тебя острый язык. Генерал заставит тебя запомнить его имя, - Сыту Цинъюй усмехнулся, - вся резиденция премьер-министра уже под моим контролем. Ты думаешь, что сможешь убежать? Ты считаешь, что ты непобедима только потому, что у тебя есть скрытый охранник? Нин Шу слегка приподняла подбородок и посмотрела на него с высокомерием и презрением: - Ты просто вонючий жук. Ты думаешь, что если тебе удалось подняться повыше, то уже можно унижать слабых? Так как Сыту Цинъюй хорошо помнил о своем прошлом, она решила растеребить его старую рану, обильно посыпав ее солью. Сыту Цинъюй был настолько взбешен неуважением Нин Шу, что его глаза покраснели, а мышцы на его лице стали ходить ходуном. Он процедил сквозь стиснутые зубы: - Ты играешь со смертью! [Динь] - Очки травмы +10. Текущее количество очков травмы – 15, - голос №2333 голос вдруг вновь появился в ее голове. Нин Шу мгновенно почувствовала, что она на правильном пути. Сыту Цинъюя действительно задевало его прошлое. - Даже если это будет означать смерть, я все равно буду смотреть на тебя свысока. Неудивительно, что эти женщины чувствовали презрение к тебе и унижали тебя. Такой человек, как ты, заслуживает оскорбления. Лицо Нин Шу было исполнено презрения: - Почему ты не винишь свою мать за то, что она родила тебя? - Ты напрашиваешься на смерть! – Сыту Цинъюй побагровел. Он потянулся и схватил шею Нин Шу. Воздух Нин Шу был мгновенно перекрыт. Серьезно, это тело слишком слабое. - Му Яньмэн, ты меня спровоцировала, - Сыту Цинъюй сжал руки сильнее. Ему казалось, что он может сломать эту тонкую шею одним движением. Одно движение – и в его руках закончится ее жизнь. Это ощущение наполнило его сердце безумным восторгом. Нин Шу вытащила ножницы, которые она спрятала в своих одеждах, и ударила ими в запястье Сыту Цинъюя. Из раны сразу же хлестнула кровь. Сыту Цинъюй на мгновение был ошеломлен, поэтому Нин Шу воспользовалась этим шансом, чтобы ударить его ниже пояса. Мэм уничтожит твою главную ценность. В этот удар она вложила все свои силы, но это было бесполезно. Сыту Цинъюй издал лишь приглушенный стон. Нин Шу: Черт! Насколько же слабым было это тело?! ---------- Специальное умение - OOXX Сыту Цинъюй посмотрел на Нин Шу так, как будто она была уже мертва, потом перевел взгляд на запястье, которое продолжало кровоточить. Нин Шу напала на него, используя движение «божественного дракона, размахивающего своим хвостом», чтобы свалить его на землю, но ей даже не удалось заставить его сдвинуться с места. Нин Шу почувствовала, что она борется с тигром. Ни один из ее рукопашных боевых приемов не удавался против него. Это все из-за этого тела. Почему, черт возьми, оно такое хрупкое? - Я решил, я все равно не стану убивать тебя. Генерал хотел бы посмотреть на то, как такая девушка как ты, влюбится в меня. Как ты будешь плакать и просить меня переспать с тобой, - на лице Сыту Цинъюя появилась оскаленная улыбка. Однако Нин Шу тайно вздохнула с облегчением. Оказалось, что, к лучшему или к худшему, ее статус главной женщины помогал ей. Если бы она была обычным пушечным мясом, ее бы уже убили за такие действия. Из-за ауры главной женщины Сыту Цинъюй хотел влюбить ее в себя, чтобы он мог разбить ей сердце, отбросить ее в сторону и сделать ее жизнь более болезненной, чем смерть. Сыту Цинъюй уже больше не интересовался физическими пытками, а перешел к психологическим пыткам. Нин Шу сразу же отреагировала, подняв подбородок: - Как мисс может понравиться такое животное, как ты? Смешно. Ты же просто вонючий жук! - Динь. Очки травмы +5. Текущее количество очков травмы - 20. Люблю тебя, Нин Шу, - появился голос №2333. Черт. Почему система не шевелилась, когда Сыту Цинъюй душил ее? - Не проверяй терпение генерала, - Сыту Цинъюй сжал кулак, из-за чего рана на его запястье снова стала кровоточить. На земле уже образовалась лужа крови. Он холодно кашлянул и повернулся, уходя. Когда он подошел к двери, он пнул ее, и вторая половина двери тоже упала на землю. Тело Нин Шу расслабилось после его ухода. Она потерла шею. Черт, Сыту Цинъюй, вероятно, оставил синяки на ней. Однако тот факт, что ей удалось избежать изнасилования Сыту Цинъюем, уже был большой подвиг, кроме того она получила за него 20 очков травмы. Эти очки травмы были получены путем посыпания соли на рану. В человеческой жизни есть семь горечей: жизнь, старость, болезнь, смерть, ненависть, безответная любовь и неоправданные ожидания. Не было ничего более болезненного, чем хотеть что-то, что не в состоянии получить. Так как Сыту Цинъюй хотел, чтобы она влюбилась в него, Нин Шу решила проучить его своими методами. Однако как ей это сделать? Нин Шу не знала, с чего начать. - №2333, ты там? Могу я проконсультироваться с тобой? - спросила Нин Шу, - как мне влюбить в себя Сыту Цинъюя? - После секса, он, естественно, полюбит вас, - ответил №2333. Нин Шу: ... Что было такого в теле главной женщины, чтобы заставлять мужчин влюбляться в нее после секса? Это особая способность? Нин Шу сразу же отказалась от этого метода. Она была не из тех, кто мог соблазнить другого. В конце концов, у нее не было никаких чувств к этому человеку, так зачем же мучить себя, пытаясь его соблазнить? Лучше просто схватить его за слабое место и потоптаться на нем, размолоть его посильнее, и еще получить за это очки травмы. Поскольку Сыту Цинъюй был высокомерным и имел комплекс неполноценности, она с энтузиазмом собиралась поиздеваться над ним. - Мисс, мисс! С вами все в порядке? Бедная мисс ... - Юэ Лань вбежала в комнату, жалобно плача, но увидела, что Нин Шу сидит, скрестив ноги на табурете и, казалось, совершенно в порядке. Юэ Лань ожидала сцену, где ее мисс в разорванной одежде лежит безжизненно на кровати. Поскольку эта ситуация была совершенно иной, чем она ожидала, она замолчала так резко, как утка, которую схватили за шею. - OO – войти, XX – выйти, OOXX означает секс. ---------- Собачья лазейка Юэ Лань спросила Нин Шу смущенным тоном: - Мисс, с вами все в порядке? - Ты ожидала, что со мной что-то случится? - Нин Шу откинулась назад. На лице Юэ Лань появилось выражение облегчения, и она облегченно похлопала себя по груди, заметив: - Хорошо, что с вами все в порядке, мисс, это действительно хорошо. Нин Шу сказала: - Пойдем, поедим. Я немного голодна. - Мисс, все в резиденции разграблено. На кухне не осталось ни крошки хлеба, - плачуще возразила Юэ Лань. Юэ Лань была девочкой четырнадцати лет с детским лицом, которое само было похоже на булочку. Не может быть, что Сыту Цинъюй пытался заморить их до смерти? - Тогда пойдем в ресторан, - Нин Шу махнула рукой в браваде, - Твоя госпожа, то есть я, накормит тебя хорошей едой Юэ Лань с грустью посмотрела на Нин Шу: - Мы окружены со всех сторон охранниками. Мы не сможем даже покинуть это здание. Нин Шу: ... Нин Шу немедленно отправилась искать свисток, который висел у нее на шее. Однако, так как у нее были соблазнительно большие формы, ей приходилось напрячься, чтобы найти его. Она подула в свисток. Звук был очень мелодичным и красивым. Она дула еще очень долго, пока ее щеки не начали болеть, но охранник так и не появился. Нин Шу: ... Он же не мог убежать, не так ли? Как и ожидалось, он оказался ненадежным. Что ей теперь делать? Она не могла ждать дальше, чтобы умереть от голода, верно? Нин Шу кашлянула и сказала: - Есть ли какая-то лазейка для собаки или что-то подобное поблизости? Мы прокрадемся и купим немного еды. Юэ Лань посмотрела на Нин Шу, и нерешительно сказала: - Мисс - благородная дочь, как вы можете пользоваться собачьими лазейками? - Все в порядке, мисс может делать что угодно. Пользоваться лазейками – это не страшно, - Нин Шу вообще не беспокоилась на этот счет. Если это делалось для достижения цели, она могла использовать любые приемы. - Мисс ах, моя жалкая мисс, вы должны жить в роскошной обстановке золотых ветвей и нефритовых листьев, вам не нужно делать ничего такого, - снова начала плакать Юэ Лань. - Перестань плакать. Где лазейка? - Нин Шу уложила волосы в простую прическу, затем сказала Юэ Лань: - Пошли туда. Юэ Лань продолжала смотреть на Нин Шу видом, полным раскаяния и душевной боли. - Это вина служанки за то, что он не заботилась хорошо о мисс. Служанка предала доверие госпожи. Нин Шу: ... Похоже, эта девушка действительно слишком переживала. Разве она выглядела так жалко? ---------- Каково это - ползти через собачью лазейку? Юэ Лань привела Нин Шу в пустынный задний двор резиденции и раздвинула сухую траву у основания стены, открывая проход. Нин Шу посмотрела на Юэ Лань: - Откуда ты знаешь, что здесь есть собачья лазейка? Ты пользовалась ею? - Мисс, как вы можете говорить такое о служанке? - глаза Юэ Лань наполнились слезами. - Служанка – подчиненная мисс, как служанка может опускаться до таких проходов? Служанка всегда пользуется только главным входом, - Юэ Лань защищала свое достоинство. Нин Шу: ... Нин Шу с большим трудом поползла через проход. Она застряла по пути, и если бы Юэ Лань сильно не подтолкнула ее сзади, она, вероятно, осталась бы там навсегда. Это был первый раз, когда она обнаружила, что иметь большие формы не всегда хорошо. После нее Юэ Лань легко пролезла через лазейку. Когда она увидела, что Нин Шу недовольно потирала шею и остальные места, она поспешно подошла, чтобы помочь отряхнуть грязь и траву с одежды Нин Шу. - Мисс, зачем вам такое унижение? У мастера заболит сердце, если он узнает, - сказала Юэ Лань. Нин Шу было все равно. Разве это можно назвать унижением? То, что произошло с Му Яньмэн в оригинальной сюжетной линии – это было истинным унижением. - Ого, посмотрите. Это появление прекрасной мисс, дочери богатой семьи? Что она чувствовала, когда лезла через собачий проход? - внезапно раздался голос Сыту Цинъюя. Нин Шу огляделась, но не увидел его. - Мисс, он ... он там, - голос Юэ Лань задрожал. Нин Шу посмотрела наверх и увидела, что Сыту Цинъюй спокойно стоял на стене. Нин Шу откинула испачкавшиеся волосы назад, и мягко сказала: - Было очень удобно. - Хаха… - Сыту Цинъюй холодно усмехнулся, затем грациозно спрыгнул вниз. Нин Шу сделала шаг назад. Сыту Цинъюй приземлился перед Нин Шу, и холодно сказал: - У тебя хватило мужества, чтобы скрыться из резиденции без разрешения генерала. Какое наказание он изберет для тебя? Нин Шу потянула Юэ Лань за руку и отступила назад: - Что ты собираешься делать? Лицо Сыту Цинъюя дрогнуло, и он спросил тихим голосом: - В твоем сердце генерал – это большой сексуальный дьявол? Нин Шу кивнула в ответ. Определение «большой сексуальный дьявол» хорошо подходило ему. Ситу Цинъю засмеялся. - Если генерал ничего тебе не сделает, разве он не изменит своему имиджу? Он уже протянул руку к Нин Шу, но Нин Шу внезапно закричала: - Смотри! Нин Шу плюнула прямо в лицо Сыту Цинъюю, затем взяла Юэ Лань за руку и побежала. Сыту Цинъюй легко уклонился от плевка Нин Шу, но не погнался за ней, а просто впился взглядом в спину, пока она убегала из его поля зрения. - Мисс, пожалуйста, подождите, служанка не может больше бежать, - Юэ Лань, казалось, сейчас упадет в обморок. Нин Шу перестала бежать и огляделась в отдышке. Сыту Цинъюя не было нигде в поле зрения, казалось, что он не пошел за ними. - Мисс, вы действительно пострадали, - Юэ Лань все еще не оправилась от того, как Нин Шу бесстрашно плюнула тому в лицо, - мисс нежная и благородная, но теперь вы стали такой. Мастер был бы так огорчен, если бы он узнал. - Да, да, это плохо. Куда бы нам пойти поесть? Когда Нин Шу увидела изображение фаршированных паровых булочек с мясом на витрине соседнего магазина, у нее потекли слюнки. - Пожалуйста, дайте нам две корзины с булочками,- сказала она, зайдя в магазин. - Пшел, пшел, мы не приветствуем нищих! – агрессивно встретила их владелица магазина. Юэ Лань тут же подняла брови и закричала: - Дерзкий! Осмелиться на такую невежливость по отношению к моей мисс! - Если вы не уйдете прямо сейчас, я изобью вас до смерти! Проклятые нищие! - владелица заорала на них. Нин Шу чувствовала себя подавленной. К лучшему или к худшему она была главной женщиной, которую должны встречать благодетели везде, куда бы она ни отправилась. Почему хозяин этих паровых булочек был так жесток к ней? - Ты знаешь, кто моя мисс? - Юэ Лань носовым платком вытерла грязь с лица Нин Шу, затем поправила ее волосы: - Ты можешь сказать прямо сейчас? Ты видишь, кто моя мисс? Владелица широко раскрыла глаза и сказала: - Кого волнует, кто вы? Если у вас есть деньги, вы можете купить булочки. Если у вас их нет, тогда убирайтесь! Нин Шу: ... - Забудь об этом, давай просто пойдем, - Нин Шу увидела, что вокруг собиралось все больше людей. Главная женщина была столпом истории, поэтому независимо от того, куда она пойдет, она будет привлекать к себе массовое внимание. ---------- Инцидент с паровыми булочками Нин Шу не хотела тратить время на споры с владелицей этого магазина. В конце концов, в этом не было никакого смысла. Разве это единственный магазин с паровыми булочками? Однако Юэ Лань вела себя так, как будто владелица магазина надругалась над могилой ее предков, и стала яростно спорить с ней. Она продолжала отстаивать достоинство своей госпожи. Нин Шу не могла решить, должна ли она чувствовать себя оскорбленной или просто оттащить спорящую Юэ Лань. Владелица несколько мгновений смотрела на них своими глазами-бусинами, затем ее глаза загорелись идеей, и она обвинила их в том, что они украли ее паровые булочки: - Вы, воры! Вы осмелились украсть мои паровые булочки, и еще и кричать на меня? Проклятые нищие! Юэ Лань сердито посмотрела на нее и сказала: - Лгунья! Когда мы могли украсть твои булочки? Бесстыдная лгунья! Нин Шу задавалась вопросом, стоит ли просто провалиться под землю и начать плакать прямо сейчас. - Что происходит? – сзади появился суровый и достойный голос. Когда Нин Шу услышала этот голос, она застыла. Голос этого человека ей знаком. Это определенно был главный мужчина. Нин Шу прищурилась, глядя в сторону голоса. Человек, с украшенной перьями короной на голове, сидел на коне. Восседая на коне и держась за поводья, он представлял собой красивую спокойную картину. Красивый, безукоризненно одетый, это был образ совершенного человека. - Простолюдинка приветствует принца, - владелица сразу же опустилась на колени перед мужчиной. Нин Шу потеряла дар речи. Что с ее удачей? Она только вышла, чтобы купить немного еды. Она забыла принести деньги, но это бы ничего не изменило, поскольку владелица магазина все равно выгнала бы их, приняв за нищих. Она даже обвинила их в краже. Теперь внезапно появился принц. Нин Шу была уверена, что это была героическая сцена спасения красавицы. - Что происходит? - Ло Цзюньянь изящно спрыгнул с лошади. Когда Юэ Лань увидела, что появился кто-то, обладающий высоким статусом, и который мог бы разобраться в ситуации, она поспешно сказала: - Эта скверная, грязная хозяйка обвинила служанку и мисс этой служанки, что они украли ее паровые булочки. - Мисс? - Ло Цзюньянь взглянул на Нин Шу с грязным лицом и со спутанными волосами, - ты из какой-то семьи? - Моя мисс ... – но Нин Шу поспешно зажала рот Юэ Лань, прежде чем та успела сказать полностью. Затем Нин Шу кашлянула и напрягла горло, чтобы изменить свой голос: - Я не мисс. Нин Шу не только сделала ее голос грубее, она прищурилась, как будто она была настолько близорукой, что ничем не отличалась от слепых. В любом случае, она уже выглядела дерьмово, поэтому она должна просто притворяться нищей. Если бы она посмотрела на него своими невероятно ясными и чистыми глазами, разве она не была бы немедленно разоблачена? - Мы, пожалуй, пойдем! - Нин Шу потянула Юэ Лань за руку. - Подожди, - Ло Цзюньянь остановил Нин Шу и сказал: - Вопрос еще не прояснился. Означает ли это, что вы согласны с обвинением в краже? Нин Шу хотела сказать, что она ничего не украла, поэтому ей нечего бояться. У главного мужчины было действительно много свободного времени. Он даже зачем-то сумел засунуть свой нос в магазин паровых булочек. Притягательная сила между главными мужчиной и женщиной вызывала смех. Сюжетная линия настаивала на том, чтобы свести их вместе несмотря ни на что. - Говорите, эти двое украли ваши паровые булочки? - Ло Цзюньянь мягко посмотрел на владелицу магазина. Однако владелица магазина так испугалась, что все ее тело задрожало, и она едва могла говорить. Нин Шу была уверена, что владелица этого магазина была простым NPC, который существовал исключительно ради того, чтобы дать Ло Цзюньяню встретиться с главной женщиной и «спасти» ее. Нин Шу внутренне почувствовала онемение. Как и ожидалось, сюжет был линейным. Здесь она не была подарена Ло Цзюньяню и, как только она появилась на свободе, чтобы купить немного еды, она самолично столкнулась с ним. Неудивительно, что Му Яньмэн не смогла убежать от этих людей даже за три жизни Ха. Ха. Ха... ---------- Упакуйте все булочки! - Принц хочет услышать правду. Здесь много свидетелей, поэтому, если вы посмеете солгать, ваша жизнь закончится в тюрьме, - голос Ло Цзюньяня был спокойным и авторитетным и заставлял людей инстинктивно чувствовать к нему уважение. Лицо хозяйки магазина стало смертельно бледным, она опустилась на колени. Сделав несколько поклонов, она сказала: - Они не крали мои булочки. Простолюдинка ложно обвинила их. - Ах ты негодяйка! Как ты посмела это сделать? - Юэ Лань выразила свое презрение к владелице магазина. Ло Цзюньянь посмотрел на Нин Шу и сказал: - Правда прояснилась. Леди, как бы вы хотели наказать эту злую хозяйку? Нин Шу широко раскрыла свои глаза, продолжая молчать. - Леди нет нужды бояться. Принц добьется справедливости для вас, несмотря ни на что, - твердо сказал Ло Цзюньянь. Один его голос заставлял людей чувствовать себя в безопасности. Большинство женщин, безусловно, были бы без ума от него. Однако Нин Шу ничего не почувствовала. Она, продолжая искажать голос, сказала хозяйке: - Упакуйте все паровые булочки! Юэ Лань, помоги ей. Мы берем с собой все булочки. - Поняла ... - Юэ Лань поспешно начала собирать все булочки в магазине. - Эй, моя дорогая леди, пожалей. Это все-таки малый бизнес, - лицо хозяйки поморщилось, и она посмотрела на Нин Шу с жалостью. - Тот факт, что мисс понравились твои паровые булочки, благоприятно говорит о тебе. Но ты обвинила мисс в краже своих булочек, поэтому ты должна чувствовать благодарность и облегчение, что она не отправила тебя в тюрьму, - Нин Шу не проявила добросердечия, которую должна иметь главная женщина, и полностью показала свое высокомерие, пользуясь обстоятельствами, чтобы запугать хозяйку магазина. - Ай ... – хозяйка магазина страдальчески ахала и охала, но не могла ничего сказать в овтет. Это заставило Нин Шу почувствовать, что она какая-то злодейка. В оригинальной сюжетной линии эти люди влюблялись в добрую и нежную девушку. Теперь, когда она стала настолько высокомерной, будут ли они любить ее такой? Нин Шу обернулась, чтобы посмотреть на Ло Цзюньяня. Появится ли на его лице отвращение? Но она увидела только слабую улыбку на его лице. Нин Шу схватилась за грудь. Она уже настолько ушла от прежней доброй и мягкой девушки. Что с его глазами не так? - Мисс, я закончила упаковку, - Юэ Лань собрала все булочки. Юэ Лань и Нин Шу, уходя, обе прижимали кучу булочек к груди. Нин Шу даже начала есть одну из них. Ее лицо испачкалось, когда она вгрызалась в булочку, как будто голодала годами. Не нужно было вдаваться в подробности о том, насколько неприглядно она сейчас выглядела. - Леди, вы собираетесь уйти именно так? - Ло Цзюньянь снова остановил Нин Шу. Нин Шу раздражилась, и холодно прорычала: - Чего ты хочешь? - К лучшему или к худшему, принц помог вам выйти из неприятной ситуации. Вы действительно собираетесь уйти именно так? – Ло Цзюньянь нахмурился, и его аура посуровела. Нин Шу подумала, а затем протянула ему булочку, чтобы отблагодарить его. Она случайно уронила ее, и булочка покатилась по земле. Нин Шу улыбнулась извиняющимся тоном, поднимая булочку и вытирая ее об одежду. Затем она вставила булочку ему в рот и сказала: - Отнеситесь к булочке, как к вознаграждению. Ло Цзюньянь поспешно выплюнул булочку в омерзении. ---------- Ло Цзюньянь - хороший человек? Ло Цзюньянь нахмурился: - Никто никогда не обращался так с принцем. Женщина, ты меня провоцируешь. Когда Ло Цзюньянь начал говорить, из его рта вырвался запах китайского лука. Нин Шу и Юэ Лань одновременно сделали шаг назад, чтобы избавиться от него. - Тогда чего ты хочешь? Может быть, ты хочешь, чтобы я расплатилась своим телом? - Нин Шу потянула Юэ Лань за собой и ушла, не дожидаясь ответа. Ло Цзюньянь, наблюдая, как они уходят, пробормотал: - Интересно, интересно. Он был принцем-регентом. Всякий раз, когда женщины видели его, они делали все возможное, чтобы понравиться ему, но эта женщина так обошлась с ним. (Регент - князь, исполнявший обязанности монарха вследствие недееспособности, малолетства, длительного отсутствия последнего) Ведет себя незаинтересованно, чтобы привлечь внимание, ха-ха ... Во время еды Юэ Лань заметила, что цвет лица Нин Шу был нездоровым, поэтому она попыталась поговорить с ней: - Мисс, человек ранее был таким хорошим. Он даже помог нам выйти из этой ситуации. Хороший человек!? Нин Шу сказала с внутренней издевкой: - Ешь булочку. Ло Цзюньянь определенно не мог считаться хорошим человеком. В сюжетной линии, когда он увидел Му Яньмэн в резиденции премьер-министра, он сразу же решил забрать ее у Сыту Цинъюя. В то время Му Яньмэн и Сыту Цинъюй уже имели половые контакты. Когда она была подарена Ло Цзюньяню, она уже была беременна, но это была очень ранняя беременность, поэтому даже сама Му Яньмэн не знала об этом. Как только человек получил красотку, конечно, он сразу же попробовал ее. Ло Цзюньяню было все равно, что Му Яньмэн чувствовала предательство по отношению к тому, кого она любила. Когда он обнаружил, что Му Яньмэн не был девственницей, его отношение к ней сразу же переменилось, и он начал оскорблять и бить ее. Ло Юнььян был принцем с благородным статусом, и на свете было много женщин, которые считали, что быть с ним – это великая удача, но весь его любовный путь закончился на Му Яньмэн. Его ненасытное стремление к женщине было для него унижением. Он начал мучить Му Яньмэн разными путями. Он считал ее грязной и бесстыдной женщиной, которая обманула его своим прекрасным видом. Ему никогда не приходило в голову, что Му Янмэн, женщина, не может контролировать свою судьбу. Ему не пришло в голову, что ее изнасиловали, и не могла сопротивляться. Ло Цзюньянь обвинил Му Яньмэн в том, что та не смогла защитить свое целомудрие. Он не смог сдержать свой гнев и обрушил его на тело Му Яньмэн. Когда он позже обнаружил, что Му Яньмэн была беременна, он еще больше разъярился и жестоко изнасиловал ее, пока у нее не случился выкидыш. Она потеряла много крови, но Ло Цзюньянь не прекратил мучить Му Яньмэн. Когда он увидел свежую кровь, он возбудился еще больше. Он наслаждался, чувствуя удовольствие, которого никогда раньше не испытывал. К сожалению, Му Яньмэн, потеряв своего ребенка, все равно должна была мучиться. Судьба не отпускала ее. Она бы умерла, если бы не тот факт, что главной женщине нельзя уйти из этой истории. Принц принес бессознательную Му Яньмэн имперским врачам и крикнул им: - Вы должны вылечить ее! Если вы не спасете ее, готовьтесь лечь в могилу вместе с ней! Тело главной женщины было похоже на наркотик. После секса с ней сердце мужчины принадлежало только ей, и никакие другие женщины больше не могли удовлетворить его. Хотя Му Яньмэн была спасена, ее сердцу была нанесена эмоциональная рана. Она была предана любимым человеком, потеряла своего ребенка, и на данный момент ее мучил и держал взаперти Ло Цзяньянь. В конце концов, Му Янмэн оставалась женщиной древней эпохи, поэтому она придавала большое значение целомудрию. Однако ее судьба оказалась такой жестокой. Му Яньмэн ненавидела Ло Цзяньяня до мозга костей. Тем не менее, Ло Цзяньянь был влюблен в Му Яньмэн, и всегда выбирал особое время месяца, самое неудобное для нее, для изнасилования. Он увлекся этим чувством купания в крови. Это было похоже на открытие двери в совершенно новый мир. Иисусе, ах. Когда дело доходило до такого уровня извращения, даже генерал не мог сравниться с этим принцем. Вот почему Нин Шу издала кашель, когда услышала, как Юэ Лань говорит, что принц был хорошим человеком. Все они были теми, кто не считали женщин за людей, как они могли считаться хорошими людьми? Какой извращенный, грязный мир, ах. Похоже, весь мир был наполнен зловонием этих отморозков. ---------- Пойдешь с войском Нин Шу съела целых пять фаршированных булочек, прежде чем удовлетворенно отрыгнуть. Юэ Лань спросила ее: - Мисс, куда мы теперь пойдем? - Назад, - Нин Шу постучала себя в грудь. Черт, как будто одна из булочек застряла у нее в горле. Ей нужно было срочно вернуться в резиденцию и выпить немного воды. - Зачем? - Юэ Лань с изумлением взглянула на Нин Шу, - мисс, нам было нелегко убежать, зачем нам возвращаться? Мисс родилась с внешностью, которая затмевает луну. Если мы вернемся, мы попадем в логово волка. Служанка не позволит вам вернуться. Нин Шу сказала: - Мисс испытывает сильную жажду. Мы возвращаемся в резиденцию, чтобы утолить ее. Юэ Лан тяжело вздохнула, следуя за Нин Шу обратно в резиденцию премьер-министра. - Если бы я знала раньше, как мисс будет страдать здесь, служанка бы убедила ее пойти с Мастером. Нин Шу думала, что, даже если бы они ушли с премьер-министром Му, ничего бы не изменилось. К ним приближался звук лошадиных копыт и солдатского марша. Нин Шу взглянула и увидела, что Сыту Цинъюй на коне возглавлял группу войск. Он посмотрел на нее сверху. Когда он увидел Нин Шу, прижимающую к груди булочки, он помахал охранникам позади него и приказал: - Приведите ее мне. Несколько охранников немедленно выдвинулись, чтобы поймать Нин Шу и Юэ Лань, но Нин Шу ответила истерическим криком: - Вы что, слепые собаки? Вы осмеливаетесь коснуться мисс!? За это мисс отрежет вам руки! - Точно, вы слепые собаки! - Юэ Лань немедленно поддержала его. После того, как Нин Шу взревела на них так уверенно, охранники заколебались и посмотрели на Сыту Цинъюя. Когда Сыту Цинъюй увидел заносчивую манеру Нин Шу, в его глазах промелькнуло отвращение. Он насмешливо усмехнулся, говоря: - Мисс Му специально ведет себя так, чтобы прокатиться на лошади? - он протянул руку Нин Шу, словно приглашая к себе на лошадь. Только полный идиот сел бы к нему на лошадь. Нин Шу мягко сказала: - Мисс пойдет пешком. - Ха-ха-ха ... – Сыту Цинъюй усмехнулся, - тогда ты можешь идти с остальным войском. Мисс показала себя превосходно в беге. Но если ты не поспеешь за войском ... – Сыту Цинъюй указал на Юэ Лань, - твоя служанка станет военной проституткой. - Мисс, - голос Юэ Лань задрожал, она посмотрела на Нин Шу со слезами. Нин Шу попыталась успокоить ее: - Не волнуйся, твоя мисс не отстанет. - Привязать ее! – Сыту Цинъюй ухмыльнулся Нин Шу, - генерал лично тебя поведет. Нин Шу: ... Такой извращенец. Охранник достал веревку и крепко завязал запястья Нин Шу, потом передал другой конец Сыту Цинъюю - Ты будешь бежать за лошадью генерала. Если ты не будешь бежать достаточно быстро, у генерала не будет выбора, кроме как потащить тебя волоком. Было бы жаль твою прекрасную белую кожу, так что постарайся, - сказал Сыту Цинъюй мягко, как будто он делал замечание о погоде. ---------- Оружие есть Он хотел, чтобы она бежала за ним, пока он ехал верхом. Если она не будет бежать достаточно быстро, ее поволокут по земле! Это грозило не просто повреждением кожи, а, возможно, и смертью! Он определенно делал это, потому что ранее она плохо к нему отнеслась. Он был генералом, но кто-то осмелился плюнуть ему в лицо. Исходя из его высокомерия, он не мог отпустить ее просто так. Она была неправа, что Ло Цзюньянь мог сравниться с Сыту Цинъюем в извращении. Сыту Цинъюй был определенно большим извращенцем, чем Ло Цзюньянь. - У тебя все еще есть время попросить милосердия. Мисс Му, ты, похоже, все еще не знаешь о своем нынешнем положении. Ты больше не благородная дочь премьер-министра, теперь ты просто пленница. Генерал может легко решить, будешь ли ты жить или умрешь, если не перестанешь провоцировать генерала. Глаза Сыту Цинъюя слегка расширились. Нин Шу могла сказать, что он не такой спокойный, как раньше. Вероятно, он все еще злился от инцидента ранее. Нин Шу ненавидела таких людей больше всего. Так что, если у него есть привилегии? Он использовал их только для того, чтобы запугивать слабых, поэтому здесь нечем восхищаться. Нин Шу в мыслях позвала №2333: - №2333, дай мне пистолет. Я хочу убить этого ублюдка. - Чмоки, Нин Шу. Оружие есть, - голос №2333 появился в голове Нин Шу. Нин Шу была в восторге и поспешно сказала: - Тогда быстрее дай мне пистолет, я больше не могу терпеть этого ублюдка - Это возможно, но это стоит две тысячи очков. У вас нет очков, поэтому обмен не может быть произведен, - ответила №2333. Нин Шу стиснула зубы, мысленно ответив: - Позволь мне купить его в кредит. - Извиняюсь, вы не можете использовать здесь совершенное оружие, такое как пистолет. Если вы выберете элемент из другого пространства-времени, вы вызовете волнение, которое повлияет на стабильность мира, - объяснила №2333 терпеливо, - ваша задача - исправить проблемы, а не уничтожить их, вы поняли? Я понимаю, черт тебя дери! Нин Шу почувствовала, как у нее закипает кровь. Она собиралась расспросить №2333 еще о некоторых вещах, когда кто-то вдруг спросил: - Генерал Сыту, что вы делаете? Когда Нин Шу услышала этот голос, ее губы тут же скривились от презрения, но Юэ Лань отреагировала с радостью, и взволнованно прошептала Нин Шу: - Мисс, это тот принц, который помог нам ранее. Мы спасены! Нин Шу взглянула на нее. Ты слишком наивна. Ло Цзюньянь все так же сидел на лошади. Когда он увидел, что руки Нин Шу были связаны, он поднял брови и спросил Сыту Цинъюя: - Какое преступление она совершила? - Генерал приветствует принца. Эта женщина-служанка является пленником генерала. Она сбежала из резиденции, поэтому генералу пришлось поймать ее, - не слишком вежливо ответил Сыту Цинъюй Ло Цзюньяню. Ло Цзюньянь сказал с интересом: - Поскольку это всего лишь служанка, почему бы вам не отдать ее принцу? Его Величество только что завоевал государство Дунхуа, так что не стоит обращаться с такой жестокостью к обычным людям. Сыту Цинъюй разъярился, и атмосфера вокруг него мгновенно стала жесткой. Он был похож на ежа, который ощерился и поднял иглы в ответ на опасность. - Служанка принадлежит генералу. Генерал не собирается отпускать ее. Ло Цзюньянь слегка нахмурился, на него навалилось сильное чувство разочарования. Внезапно он почувствовал прилив желания получить эту служанку. Хотя он чувствовал это ощущение странным, оно было слишком сильным. Его оскорбило поведение, которое продемонстрировал ему Сыту Цинъюй. Он был принцем-регентом и имел один из самых высоких статусов в стране, но этот варвар, который знал только, как убивать, так неуважительно к нему относился. Ло Цзюньянь чувствовал, что его статус был оскорблен, поэтому он почувствовал еще большее желание заполучить эту женщину. ---------- В жизни - слуга генерала, в смерти - призрак генерала! Нин Шу смотрела на происходящее со стороны. Она почувствовала отвращение, когда внезапно появился Ло Цзюньянь. Главная женщина была воплощением удачи, само ее тело было ее преимуществом. В конце концов, без этого соблазнительного тела, как она должна была выступать в роли главной героини этой хентай истории? Когда Сыту Цинъюй отказался еще раз, Ло Цзюньянь раздражился еще больше и хотел просто схватить Нин Шу и убежать. Однако, увидев охранников за Сыту Цинъюем, он заставил себя успокоиться и сказал холодно: - Поскольку генерал Сыту не может расстаться с ней, давайте забудем об этом Однако после того, как он сказал это, он почувствовал еще большее разочарование. Это чувство было для него неожиданностью, ему стало неудобно. Казалось, что это чувство не исчезнет, ​​пока он не получит эту служанку. - Вы согласны уйти с принцем? - Ло Цзюньянь неожиданно спросил Нин Шу. Сыту Цинъюй тоже посмотрел на Нин Шу, сжав губы в недоумении. В сердце Нин Шу раздался голос, который велел ей пойти с этим принцем. Он вещал, что она будет защищена, если пойдет с ним. Голос сказал, что он хороший человек, так как ранее он помог ей проучить жадную хозяйку магазина. Нин Шу почувствовала холодок. Это была сюжетная линия. Она хотела, чтобы она поменяла место жительства с резиденции премьер-министра на резиденцию принца. В сюжетной линии произошли незначительные изменения, так как Сыту Цинъюй не отдал ее Ло Цзюньяню. Однако есердце говорило ей идти с этим принцем. Нин Шу внутренне засмеялась. Ты хочешь, чтобы я пошла с Ло Цзюньянем? Я отказываюсь! Нин Шу сказала: - Эта женщина - служанка генерала, поэтому она, естественно, будет следовать за генералом. И Сыту Цинъюй и Ло Цзюньянь были ошеломлены, услышав это. Удивление мелькнуло на лице Сыту Цинъюя, так как он был уверен, что Нин Шу захочет уйти с принцем-регентом. Между тем, на лице Ло Цзюньяня появилось разочарование. Он открыл рот, чтобы сказать что-то еще, но Нин Шу прервала его, сказав: - В жизни эта женщина будет служанкой генерала; в смерти эта женщина станет личным призраком генерала. Глаза Сыту Цинъюя расширились. Выражение Ло Цзюньяня стало холодным, и он повернулся, дернув поводья. Однако, прежде чем он ушел, он оглянулся на Нин Шу со странным выражением. Сыту Цинъюй сразу же спросил Нин Шу после того, как ушел Ло Цзюньянь: - То, что ты сказала ранее, это серьезно? Нин Шу посмотрела на него и спросила: - Что? Выражение лица Сыту Цинъюя снова потемнело: - Я изначально собирался отвязать веревку, но, похоже, в этом нет необходимости. - Иди, - Сыту Цинъюй потянул веревку, поэтому Нин Шу не было выбора, кроме как начать идти. - Быстрее, - Сыту Цинъюй поторопил ее, из-за чего Нин Шу споткнулась. Однако, к счастью, Сыту Цинъюй не погонял лошадь. Если бы он ускорился, ее жизни настал бы конец. Наконец она вернулась в резиденцию премьер-министра. Юэ Лань продолжала смотреть на нее с сердечной болью в глазах. Как только они добрались до входа в резиденцию, Сыту Цинъюй спрыгнул со своей лошади и подошел, чтобы снять веревку с рук Нин Шу. Когда он это сделал, он сказал с усмешкой: - Мисс Му весьма уверена в искусстве соблазнения мужчин. Только одна поездка заставила принца-регента предложить тебе место в его резиденции. Похоже, он сильно ревновал. Нин Шу согнула свои слегка онемевшие руки. Когда Сыту Цинъюй увидел, что она не обращает на него внимания, он притянул ее за запястье и прижал другую руку к стене позади нее. Он навис над ней огромной стеной. ---------- Смотри, там идиот! Сыту Цинъюй излучал очень сильную угнетающую ауру. Прижав ее к стене таким образом, он наклонился над ней, практически обняв ее. То, как он смотрел на нее сверху, заставило бы сердце любой девушки забиться быстрее. Нин Шу: (⊙o⊙) Она никак не ожидала, что станет главной женщиной и испытает на себе жизнь, полную флирта. Такое внимание со стороны психопата только вгоняло ее в депрессию. Сыту Цинъюй действительно был экспертом в манипулировании чувствами. Он был жесток несколько минут назад, привязывая ее и заставляя ее бежать позади него, но теперь он перешел к такой вызывающей позе. То, как он мог быть и жестоким и горячим, действительно нравилось девушкам, но Нин Шу хотела только пистолет, чтобы выстрелить в этого парня. Голос Сыту Цинъюя прозвучал необычно тихо: - То, что ты говорила раньше – это правда? Ты действительно думаешь так о генерале? И в жизни, и в смерти? - Нет, это была ложь, - ответила Нин Шу, не задумываясь. Выражение лица Сыту сразу потемнело. - Динь. Очки травмы +10. Текущее количество очков травмы - 30, - сообщил №2333. Нин Шу была ошеломлена на мгновение, увидев, что Сыту Цинъюй, похоже, обиделся. Если бы это сказала главная женщина, она, вероятно, почувствовала бы себя плохо. Главная женщина была такой глупой и сентиментальной. Нин Шу сказала: - Как мисс может понравиться такой бессердечный человек, как ты, который убивает без единой мысли? Эта мисс скорее полюбит пса. Сыту Цинъюй посмотрел на нее: - Ты играешь с огнем. Будет ли его следующей фразой: ты играешь с огнем, который ты зажгла, поэтому несешь за него ответственность? - Смотри, там идиот! - Нин Шу указала на Сыту Цинъюя, но тот просто нахмурился, глядя на нее. - На самом деле есть, посмотри, - подтвердила Нин Шу. Сыту Цинъюй обернулся, и Нин Шу проскочила у него под рукой, схватила Юэ Лань и побежала. Сыту Цинъюй: ... Нин Шу и Юэ Лань скользнули свою комнату. Юэ Лань, задыхаясь, положила булочки, которые держала, на стол, и спросила Нин Шу: - Мисс, почему вы не ушли с принцем? Почему вы решили вернуться в логово волка? Мисс, служанка всерьез не понимает вас. В чем разница между логовом волка и логовом тигра? Нин Шу выпила большую чашку воды, затем взяла еще одну булочку и начала есть. Она сказала: - У вашей мисс, естественно, были свои причины для этого. Бам! Черная фигура влетела в окно и покатилась кубарем по земле на Нин Шу, и та пнула ее ногой. Охранник поспешно встал с земли и начал набивать булочки со стола в рот. Он был все так же одет в черное, и его маска все еще висела на шее. - Где ты был, когда я раньше свистела? Разве ты меня не слышал? - раздраженно спросила Нин Шу. Однако она не могла отрицать, что почувствовала себя немного безопаснее, когда увидела его рядом. Она и подумать не могла, насколько бессильной могла быть главная женщина. Охранник сказал с набитым ртом: - Я слышал тебя. Я лечил свои раны. Так как у тебя было все хорошо, я не появлялся. Что это за охранник? Мало того, что его внешний вид не отличался ничем особенным, он был настолько ненадежным. Не говоря уже о том, что он молниеносно сбежал с поля боя, но сразу же появился для еды. Какой был смысл в таком охраннике? - Перестань есть, если ты все съешь, что нам останется? Юэ Лань, убери еду, - сказала Нин Шу. - Ты охранник, разве ты не можешь сам себе раздобыть еды? Тебе не стыдно красть еду, которую было так трудно получить двум хрупким дамам? Охранник проглотил булочку, затем натянул черную маску на лицо, скрывая нос и рот, оставив только свой прямоугольный лоб и глаза. Когда Нин Шу увидела это, она почувствовала подавленность. Похоже, что характеры пушечного мяса были простыми и невыразительными. - Мисс, если я понадоблюсь вам, просто дуньте в свисток, и я немедленно появлюсь, - сказал охранник. У его дыхания был запах китайского лука. Нин Шу потеряла дар речи. Она чуть не взорвалась. В прошлый раз она хотела, чтобы охранник достал для них пищу, и долго свистела, но этот парень даже не показал лица. Было ясно, что этот охранник вообще не надежен. ---------- Потому что это бесплатно Нин Шу подумала об этом, затем достала банкноту и сказала: - Вот, возьми эти деньги. Отныне покупай для нас еды один раз в день. И когда будешь покупать еду, сними свой чертов костюм. Можешь идти, я не хочу видеть тебя прямо сейчас, - Нин Шу неохотно махнула рукой охраннику. Охранник спрятал банкноту в своей одежде. Нин Шу добавила: - Сходи в банк, обменяй купюру на серебро, не пытайся оплатить покупку этой банкнотой. Охранник кивнул и сказал: - Я это знаю. Нин Шу: ... Все равно по какой-то причине этот парень чувствовался ненадежным. Охранник прыгнул прямо через окно и исчез. Ночью, когда приехал Сыту Цинъюй, он приготовил для нее богатый ужин из экзотических деликатесов. Нин Шу была очень обеспокоена. Тот, кто неожиданно был особенно внимателен без причины, преследовал нехорошую цель. После того, как она съест это, следующая сцена, вероятно, состоится на кровати. Разве ты не чувствуешь презрение этой мэм? Что ты можешь приготовить, что я не ела раньше? Сыту Цинъюй, возвышаясь над Нин Шу, говорил так, как будто он оказывал ей большую услугу: - Генерал приготовил эту еду специально для вас. Тебе нужно просто выбросить свои булочки. Нин Шу покачала головой: - Мисс предпочитает эти паровые булочки. Я съела слишком много этих деликатесов в прошлом, поэтому у меня поменялся вкус. Сыту Цинъюй засмеялся: - Это все из-за принца-регента? Я слышал, что принц-регент помог тебе выйти из сложной ситуации в магазине. Вот поэтому ты любишь эти паровые булочки? Потому что он помог тебе получить их? Нин Шу: Это воображение, эта логика.... Она ест булочки, потому что они бесплатны. Когда она не ответила, Сыту Цинъюй воспринял это как молчаливое утверждение и сразу же взревел: - Му Яньмэн! Как ты смеешь смотреть на этого генерала? Сегодня, нравится тебе это или нет, ты будешь есть! - Динь. Очки травмы +5. Текущее количество очков травмы – 35, - №2333 снова появился, чтобы напомнить о себе. Нин Шу не привыкла к такому присутствию системы. Раньше система едва появлялась в течение задачи, но теперь эта обновленная система выскакивала постоянно. Это было очень неприятно. №2333, казалось, почувствовал неприязнь Нин Шу, и сказал глупо: - Я просто хотел сообщить вам продвижение задачи, зачем вам раздражаться? Вы причиняете мне боль… Когда Нин Шу услышала грустные слова системы, она вздрогнула. Черт, у этой системы ни стыда, ни совести. Она почти ничего не сделала, но очки травмы уже достигли 35. Эти очки травмы были результатом злости Сыту Цинъюя Его собственное чувство неполноценности ставило его в зависимость от слов Нин Шу. Любое движение бросало на его сердце тень. Казалось, что невозможно стать главной мужчиной, если у вас нет недостатков. Нин Шу подняла подбородок и с презрением сказала: - Что в этом особенного? В прошлом мисс ежедневно видела эту еду на столе. Мисс давно устала от этого вида пищи, но вы считаете, что именно ваша пища должна быть особенной? Цвет лица Сыту Цинъюя стал пепельно-серым. - Каждый раз, когда я вижу, как ты ведешь себя, как будто ты выше всех остальных, я чувствую стремление сокрушить твою гордость. Ты будешь ползать у меня под ногами. Он чувствовал себя неполноценным, и терпеть не мог других, кто казался высокомерным? Невероятно. ---------- (ノ ಠ 益 ಠ) ノ 彡 ┻━┻ Сыту Цинъюй перевернул стол в гневе, подняв в воздух все блюда и тарелки, и те упали на землю с диким грохотом. Черт, ты думаешь, что обладаешь впечатляющей силой? Так вот знай, что я тоже могла перевернуть стол, когда я практиковала Непревзойденные Боевые Искусства! - Следите за двором. Чтобы ни крошки хлеба не попало извне! - Сыту Цинъюй крикнул охраннику, стоявшему у двери, потом повернулся к Нин Шу и холодно сказал: - Поскольку ты не хочешь есть, так умри с голоду. Нин Шу надменно усмехнулась и продолжила смотреть на него с презрением и жалостью. Сыту Цинъюй разозлился еще больше, и сказал мрачно: - Кажется, тебе больше не нужны твои глаза, раз ты так осмеливаешься смотреть на генерала. Затем он рассмеялся: - Говорят, что как только ты обретешь контроль над женским телом, ты в конце концов обретешь контроль над ее сердцем. Несмотря на свою тщеславную гордость, как только генерал доберется до тебя, ты будешь плакать и кричать, что ты любишь генерала и просить его любви. Нин Шу: ... Сыту Цинъюй подошел ближе к Нин Шу, его глаза потемнели. Было ясно, что он решил снова применить к ней силу. Однако Нин Шу осталась безразличной, заметив: - От тебя воняет объедками. Когда Сыту Цинъюй перевернул стол, тарелки с едой опрокинулись на него. Лицо Сыту Цинъюя скривилось: - Му Яньмэн, ты неоднократно испытывала терпение генерала. Генерал заставит тебя заплатить за это. После этого он обернулся и ушел. Нин Шу скривила губы от презрения. У него было очень большое эго в сочетании с комплексом неполноценности. После того, как Сыту Цинъюй приказал прекратить доставку еды, и Нин Шу и Юэ Лань просто ели из тайного запаса булочек. Время от времени охранник с квадратным лицом приносил им немного еды. Нин Шу проводила свои дни комфортно. Сыту Цинъюй в уверенности ожидал, что Му Яньмэн приползет к нему на коленях, но это не произошло даже спустя несколько дней. Когда он увидел, что она жива и все так же прекрасна, он холодно засмеялся. Он забыл, что у этой женщины все еще был тайный охранник. Он злобно сказал: - Если генерал убьет твоего помощника, на кого ты сможешь положиться? Нин Шу ответила саркастическим смехом. Она не интересовалась разговором с психопатами. Выражение лица Цинъюя стало холодным. - Генерал серьезно не может понять, откуда твоя гордость. Ты больше не дочь богатой семьи, больше не благородная мисс Дунхуа, ты всего лишь пленник этого генерала, рабыня. Твоя жизнь и смерть зависят от прихоти генерала. То, что ты должна делать, - это получать одобрение генерала, предлагая свое сердце, твою душу, твое тело. Ты не должна продолжать провоцировать этого генерала, иначе это вызовет последствия. Нин Шу: ... Он успешно провел разговор сам с собой. Когда Сыту Цинъюй увидел, что его слова не повлияли на Нин Шу, он решил снова применить силу. Нин Шу, недолго думая, дунула в свисток. Замаскированный охранник прыгнул через окно. Сыту Цинъюй холодно посмотрел на него - Если генерал не убьет тебя сегодня, то он не является Сыту Цинъюем. Оба столкнулись в битве. На этот раз охранник не убегал сразу и сразился с Сыту Цинъюем. Они казались вполне равными - Генерал, принц прибыл и ждет вас в гостиной, - охранник за дверью сообщил Сыту Цинъюю. Сыту Цинъюй застыл на мгновение, и страж немедленно воспользовался этим, и напал на него. Сыту Цинъюй приглушил стон и схватился за грудь, вытирая кровь, льющуюся из уголков рта. Он опустил холодный взгляд на стража Нин Шу, сказав: - Ха, очень мило. Охранник мгновенно выпрыгнул в окно. Сыту Цинъюй взглянул на Нин Шу, затем повернулся и ушел. Нин Шу с облегчением похлопала по груди, сказав: - Удалось избежать этого снова. - Мисс ах, оставьте это место уже. Оно слишком опасно, - сказала Юэ Лань, ее лицо побледнело. Нин Шу медленно выдохнула. Через некоторое время служанка доложила Нин Шу: - Генерал позвал вас в гостиную. Принц хочет вас видеть. Генерал передавал, чтобы ты оделась понеряшливее. Ло Цзюньянь хотел ее увидеть? Одеться понеряшливее? - Юэ Лань, помоги мне одеться. Приложи все силы, чтобы привести меня в порядок и сделать красивее, - сказала Нин Шу. Юэ Лань немедленно ответила: - Поняла! Юэ Лань надеялась, что принц-регент может вызволить их отсюда. ---------- Принц паровых булочек Горничная, услышав, что сказала Нин Шу, поспешно повторила: - Генерал сказал вам одеться небрежно и добавил, что было бы лучше, если бы вы натерли лицо пеплом. Но Нин Шу и Юэ Лань не обратили на нее внимания. Умелыми руками Юэ Лань Нин Шу была приведена в порядок, и та почувствовала ослепление от красоты, увидев свое отражение в зеркале. Горничная несколько минут смотрела на Нин Шу, а затем покачала головой: - Вы не можете этого сделать. Генерал вас убьет. - Все в порядке, можешь идти, - Нин Шу подняла голову, выдохнула и напрягла мышцы, чтобы не допустить раскачивания бедрами. Атмосфера в гостиной стояла тяжелая. Выражение Сыту было холодным, а у Ло Цзюньяня на лице застыла непроницаемая легкая улыбка. Кажется, они не особо наслаждались разговором. Когда Нин Шу вошла, оба мужчины были ошеломлены. Лицо Сыту Цинъюя сразу же потемнело. Он знал, что принц-регент был здесь ради Му Яньмэн, поэтому он не хотел, чтобы она показывала свою красоту. Очаровательные черты стали еще более прекрасными благодаря макияжу. Сыту Цинъюй был в ярости и взирал на Нин Шу, словно она была добычей, которую он хотел разорвать. Тем временем, глаза Ло Цзюньяня были полны изумления, когда он смотрел на Нин Шу. Он не ожидал, что эта служанка будет такой красивой. Казалось, она могла быть самой красивой в городе. Неудивительно, что Сыту Цинъюй не желал дарить ее ему. - Ах, вы все еще помните этого принца? - спросил Ло Цзюньянь, подойдя к Нин Шу. Нин Шу снова притворилась холодной, и сказала нарочито хриплым голосом - Кто ты? Когда Ло Цзюньянь услышал ее голос, он застыл. Это было слишком дисгармонично. Кто-то, обладающий подобной внешностью, должен иметь нежный, приятный голос, очаровывающий своей мелодичностью… - Что случилось с вашим горлом? Оно травмировано? - спросил Ло Цзюньянь, нахмурив брови, - не волнуйся, принц обязательно вылечит ваше горло. Нин Шу подняла брови, ничего не сказав. Когда Ло Цзюньянь увидел, что Нин Шу не ответила, он с готовностью спросил: - Вы забыли? Помните паровые булочки, приготовленные на пару, помните? Мы столкнулись друг с другом в магазине паровых булочек. Нин Шу презрительно уставилась на него. Как и ожидалось, он проявил интерес к красоте Му Яньмэн. Однако, после того, как он ее достанет, он растопчет ее, как траву. Он играл с ней, особо специализируясь на мучениях. Его вкусы действительно были специфичным. - Уходи, - холодно сказал Сыту Цинъюй Нин Шу. Прежде чем Нин Шу ответила, Ло Цзюньянь сказал: - Сыту Цинъюй, принц пришел сегодня, чтобы увезти ее. Сыту Цинъюй засмеялся: - Принц, она в настоящее время принадлежит генералу. Может быть, вы хотите взять ее силой? Ой, они будут сражаться за нее? ---------- Старший брат с квадратным лицом Сыту Цинъюй не собирался позволять Нин Шу уезжать с Ло Цзюньянем. Это немного отличалось от оригинальной сюжетной линии. Тем не менее, Нин Шу сразу поняла, почему. Это было потому, что Сыту Цинъюй еще не спал с ней. То, что было вне досягаемости, всегда казалось лучшим. Если бы это было слишком легко получить, он бы не боролся за нее. И вот, появился принц-регент. Было очевидно, что этот парень пришел с плохими намерениями. Кроме того, его статус и влияние были выше, чем у Сыту Цинъюя, и он совсем не уступал тому во внешности. Это заставило Сыту Цинъюя почувствовать, что его положение находится под угрозой. Пища, которую ты отбираешь, была вкуснее, женщина, которую ты отобрал силой, была более красивой. Как и ожидалось, люди были подонками. Ло Цзюньянь деспотично заявил: - Такую женщину надо тщательно оберегать, она не должна страдать в грубых руках. Вы на самом деле связали ее руки и публично заставили ходить по улицам за вами! Разве вы не чувствуете, что это жестоко? - Она слуга этого генерала, поэтому она моя, что бы ни произошло. Как это относится к принцу? - холодно сказал Сыту Цинъюй. - Принц уже сказал, что отныне она будет принадлежать ему. Даже если она просто женщина-служанка, принц имеет право дать ей благородный статус. Сыту Цинъюй, вы должны помнить свое место. У вас нет прав спорить с принцем, - с презрением сказал Ло Цзюньянь. Сыту Цинъюй ненавидел больше всего, когда люди смотрели на него сверху вниз. Когда Ло Цзюньянь, указывая на статус, смотрел на него сверху вниз и угнетал его, он сразу же пришел в ярость. - Тогда что хочет сделать принц? Я буду стоять на своем до конца, - выражение лица Сыту Цинъюя стало мрачным и решительным. Тем временем Нин Шу просто стояла в стороне и смотрела, как оба спорят. Было довольно грустно, что она, как главный объект спора, даже не имела права говорить. Нин Шу скроила выражение боли на лице и посмотрела на них со слезами на глазах, схватившись за грудь: - Как вы можете так говорить? Я человек, а не предмет. У меня свои мысли. Я не то, за что вы можете сражаться, а потом делить.. Не могли бы вы проявить ко мне какое-то уважение? Ууууу ... – Нин Шу, вытерев слезы, побежала небольшими шажками, не дожидаясь сцены сражения в комнате. - Мисс, пожалуйста, подождите служанку! - Юэ Лань побежала за Нин Шу. Когда Нин Шу оглянулась и увидела, что Юэ Лань преследует ее, она поспешно увеличила скорость. Юэ Лань продолжала кричать ей: - Мисс! Подождите служанку! Нин Шу, устав, прислонилась к перилам, пытаясь отдышаться. Юэ Лань почти упала в обморок от напряжения. Задыхаясь, она спросила: - Мисс, вы ... почему вы так быстро бежали? - Ты так сильно гналась за мной, как я могла не бежать? - ответила Нин Шу, - смотри на это как на оздоровительное упражнение. Они вернулись в свою комнату. Первое, что сделала Нин Шу – это большой глоток воды. Юэ Лань спросила, смущенно сжав губы: - Мисс, почему вы не ушли с принцем-регентом? Принц-регент намного лучше, чем этот генерал. Сыту Цинъюй был невероятно жестоким человеком Нин Шу подперла подбородок, глядя на Юэ Лань. Затем она приподняла подбородок Юэ Лань кончиком пальца и сказала дразняще: - Малышка, а ты довольно милая. - Мисс, служанка обсуждает с вами серьезный вопрос. Более того, как служанка может сравниться с мисс? Даже до того, как мисс стала совершеннолетней, вы уже были знамениты в штате Дунхуа из-за своей красоты. Красота? Чушь! Скорее всего, это было связано с мужской похотью. Она стала знаменита из-за желания мужчин переспать с ней. - Достаточно, у твоей мисс, конечно, есть план. Где твой старший брат с квадратным лицом, который должен принести нам еду? - Мисс, что вы говорите? Какой старший брат с квадратным лицом? Тайный охранник - не брат служанки! - Юэ Лань горячо опровергла, - у служанки нет такого уродливого старшего брата. Нин Шу: ... Она обернулась, как раз вовремя, чтобы увидеть, как охранник влезает в окно. Вероятно, он успел услышать, что сказала Юэ Лань. ---------- Ты должен гордиться Охранник бросил пищу на стол, затем холодно взглянул на Юэ Лань. Лицо Юэ Лань покраснело, так как она была поймана человеком, о котором плохо отозвалась. Нин Шу попыталась снять напряжение: - Юэ Лань просто шутила. Ты не уродлив, твоя внешность совершенно уникальна. Я никогда не видела лица столь же квадратного, как твое. Углы настолько заметны и отчетливы, ты, наверное, единственный в мире, у которого такое прекрасное квадратное лицо, ты должен гордиться этим. Охранник: ... Тайный охранник снова холодно посмотрел на Нин Шу и Юэ Лань, затем выпрыгнул из окна. Юэ Лань была немного обеспокоена, и спросила Нин Шу, которая уже начала есть курицу: - Мисс, этот охранник не бросит нас из-за того, что мы назвали его уродливым, не так ли? Нин Шу облизала пальцы, затем невозмутимо сказала: - Не волнуйся, твоя мисс утешила его. Юэ Лань взглянула на Нин Шу: - Мисс говорила это, чтобы успокоить его? Служанка чувствует, что это было больше похоже на посыпание соли на рану. Между тем, возможно потому, что Нин Шу поступила истинно как настоящая Му Яньмэн, теперь, когда они встречались глазами, взгляд Сыту Цинъюя был очень сложным. Его взгляд давал Нин Шу чувство, что ее кишки завязываются узлом, но на ее лице оставалось холодное и отстраненное выражение. Сыту Цинъюй больше не ограничивал движения Нин Шу, и позволял ей бродить вокруг, поэтому она оставалась довольной резиденцией премьер-министра. Также возобновилась регулярная доставка пищи. Юэ Лань была озадачена этим внезапным изменением. Юэ Лань была не единственной сбитой с толку, Нин Шу тоже смутилась. Может быть, Сыту Цинъюй теперь собирался идти по другому пути? Или это из-за той ее истерики? Это не имело значения, она никогда не отказывалась от еды. Всякий раз, когда Сыту Цинъюй отправлял ей подарки в виде украшений, она также принимала их, и тихонько сдавала тайному охраннику, который в свою очередь продавал их за деньги. После того, как она закончит здесь свои дела, ей все равно придется отправиться в путешествие по миру. Сначала ей придется посетить императорского купца, затем отправиться в сельскую местность в случайном уголке мира, и найти ученого. После этого ей придется найти богатого врача, который любил прятаться в лесах, затем подняться на гору, чтобы найти лидера секты, который был заперт в пещерах, как пещерный человек. Без денег она никогда не смогла бы провернуть подобное дерьмо. Однако у охранника никогда не получалось обменять товар на большие деньги. Нин Шу не могла понять, было ли это из-за того, что Сыту Цинъюй дарил ей подделки, или этот охранник был настолько тупым, что его каждый раз обманывали. Нин Шу стояла в павильоне, наблюдая, как Сыту Цинъюй исполняет танец меча. Красивая сцена была наполнена мягкими лепестками цветка, опадающими на землю. Обычно, эта сцена также требовала, чтобы рядом красавица играла на цине, но, к сожалению, у Нин Шу не было этого навыка. Сыту Цинъюй закончил танец, и Нин Шу зааплодировала, сказав с фальшивой искренностью: - Браво, блестящее зрелище! Сыту Цинъюй слегка улыбнулся Нин Шу. Когда он повернулся к ней, его лоб слегка блестел от пота. - Му Яньмэн, генерал спрашивает тебя, ты готова остаться с ним? – Сыту Цинъюй серьезно спросил Нин Шу. Сыту Цинъюй, казалось, сдерживал свою обычную вспыльчивую и безжалостную натуру, без которой он казался просто мужественным и надежным человеком. Его широкие плечи и твердое тело казались идеальной опорой для женщины. Нин Шу стала еще более подозрительной. Почему его стиль внезапно изменился? Нин Шу спросила: - Почему? Почему ты так плохо относишься к скромной девушке? Она очень испугана внезапной поблажкой от начальника и не может не испугаться его возможных намерений… Сыту Цинъюй: ... ---------- Вымой свою черную душу Сыту Цинъюй был не единственным, кто внезапно изменил свое отношение к ней, Ло Цзюньянь теперь каждый день приходил в резиденцию премьер-министра с подарками. Нин Шу стала еще более подозрительной. Эти двое пытались ее обмануть? Она никогда не представляла, что, к человеку, у которого не было даже 5 очков Харизмы, могло быть такое отношение. Когда она была пушечным мясом, к ней никогда так не обращались. Однако ее волнение вскоре ушло. Охранник сказал ей: - Эти двое сделали ставку на то, кто первый влюбит вас в себя. Не спрашивайте меня, как я это знаю – мне положено это знать. Хорошо, я просто подслушал. Нин Шу почувствовала себя глупо. Оказалось, что это просто простая ставка на то, кто первый заполучит сердце красавицы. Нин Шу: ... Как и ожидалось, собаки не могли изменить своей привычке есть дерьмо. На мгновение она и в самом деле подумала, что это ее харизма, но главного мужчину привлекала именно главная женщина. Это не имело ничего общего с ее личным обаянием. Теперь Ло Цзюньянь снова навис над ней. Нин Шу сделала холодное выражение, потому что она знала, что сейчас начнется. - Пойдемте с принцем. Принц может дать вам благородный статус и роскошную жизнь, - Ло Цзюньянь протянул руку Нин Шу, - принц будет лелеять вас. - Я слышала, что в вашей резиденции уже более тридцати наложниц. Если эта скромная девушка пойдет с вами, разве она не будет немедленно разорвана этими наложницами? - Нин Шу сделала боязливое и беспомощное выражение, потом покачала головой, - а здесь не так много женщин. - Этот принц готов распустить всех своих наложниц ради вас. Вы - единственная, кого хочет этот принц! - Ло Цзюньянь был так взволнован, что он приблизился к ней. Нин Шу поспешно прикрыла лицо платком, оставив только свои большие глаза, и сказала: - Скромная девушка не осмеливается поверить принцу. И что делать другим женщинам, если их выгонят? - С этого момента вы станете единственной женщиной этого принца. Принц не может и думать о других женщинах. Вам не нужно беспокоиться о них, принц даст им сумму денег, которой им будет достаточно, чтобы жить дальше, - страстно пообещал Ло Цзюньянь. Нин Шу: Какой отморозок! Они ему нужны были только для того, чтобы спать с ними, и как только они стали ему не нужны, он выгоняет их на улицу? Как отвратительно. Нин Шу было отвратительно. Ло Цзюньянь никогда не думал о том, как трудно могло быть тем женщинам, которых выгонят. Это была чрезвычайно строгая древняя эпоха, которая по-прежнему поддерживала устаревшие принципы. Даже когда главная женщина счастливо жила со своими внебрачными детьми, им все равно приходилось искать скрытое место, чтобы избежать общественного мнения. Нин Шу подняла чашку с каменного стола, и плеснула воду ему в лицо. Негодяй, вымой свою черную душу. - Ах! Что случилось с моей рукой? Почему она не слушается меня? Ууууууу... , - вытирая слезы, она выбежала из павильона, не обращая внимания на выражение шока на мокром лице Ло Цзюньяня. - Мисс, подождите служанку, подождите, ах! - Юэ Лань бежала за Нин Шу: - Мисс! Нин Шу вернулась в свою комнату. Юэ Лань устала так сильно, что едва не могла дышать. Прерывисто дыша, она запиналась: - Мисс, почему ... почему вы никогда не дожидаетесь своей служанки? Нин Шу выпила чашку чая, потом долго вздохнула. После этого она повернулась к Юэ Лань и сказала: - Твоя мисс собирается покинуть это место. Что ты думаешь? - Служанка будет следовать за мисс. И в случае смерти она станет призраком мисс. Мисс, пожалуйста, не оставляйте служанку, - выражение Юэ Лань было решительным. Нин Шу больше не хотел иметь дело с этими двумя, поэтому она решила поспешить и уйти, пока она еще могла. Однако, прежде чем она уйдет, ей нужно сначала нанести генералу и принцу как можно больше душевных травм. Тот факт, что ей удалось избежать изнасилования этих двоих, считалось завершением половины задачи, поскольку в некотором роде ей удалось избежать исходной сюжетной линии. Она больше не могла откладывать. Если у этих двоих закончится терпение, то они просто изнасилуют ее. ---------- У генерала несгибаемый характер Нин Шу вытащила свисток из глубины декольте, и пронзительно свистнула. Буквально спустя несколько минут в окно запрыгнул старший брат, тайный охранник, который был все так же одет в черное. Нин Шу каждый раз чувствовала, что тот разобьется. - Подготовь повозку и немного еды. Мы уходим, - Нин Шу посмотрела на него и серьезно: - Наши жизни в твоих руках. Постарайся. Охранник посмотрел на Нин Шу: - Почему вы уходите? Эти двое – самые успешные среди мужчин, и они оба так любят вас. Зачем вам уходить? - Ты ничего в этом не понимаешь, - сказала Нин Шу, подняв подбородок. Охранник взглянул на нее, затем презрительно заметил: - Это сумасшествие, - и сразу же выпрыгнул из окна. Сыту Цинъюй пришел во время трапезы Нин Шу, и сел напротив нее. Внезапно он протянул руку и схватил руку Нин Шу, отчего у той пошли мурашки по коже. Она ничего не сказала и просто попыталась отдернуть руку. Сыту Цинъюй сжимал очень крепко, поэтому она потянула еще сильнее. Сыту Цинъюй неожиданно отпустил руку Нин Шу. Прозвучал звук пощечины. Ее рука оказалась на ее лице, и Нин Шу даже упала от неожиданности. - Мисс, вы в порядке? - Юэ Лань подошла, чтобы помочь ей встать. Нин Шу почувствовала онемение от боли, но продолжала поддерживать поддерживала отстраненное и холодное выражение на лице. Нин Шу: Проклятый ублюдок. - Почему ты здесь? - Нин Шу потерла свою пятую точку. Сыту Цинъюй смотрел на нее с замешательством. Он попытался снова схватить руку Нин Шу, но та сложила руки за собой. Увидев это, он сказал: - Яньмэн, ты все еще сердишься на меня за издевательство над тобой раньше? Поэтому ты так холодна и безразлична ко мне? Ага. Нин Шу покачала головой и сказала: - Яньмэн знает, что генералу больно вспоминать об этом. Раньше ты подвергался насилию со стороны женщин и был вынужден делать ужасные вещи, например, есть дерьмо, и лизать обувь. Вот почему Яньмэн может понять, почему генерал так обращался с ней. Однако Яньмэн не может не обидеться. В конце концов, Яньмэн не мучила тебя, не заставляла тебя есть дерьмо или лизать туфли, не заставляла тебя лаять, как собака, не каталась на тебе, как на лошади, и не обращалась с тобой бесчеловечно. Поэтому Яньмэн действительно чувствует себя обиженной. - Динь. Очки травмы +5, +10, +20. Текущее количество очков травмы – 70, - голос №2333 звучал очень возбужденно. Машина способна возбуждаться? Нин Шу увидела, что желваки Сыту Цинъюя заходили ходуном, его глаза покраснели от ярости. Нин Шу торопливо раскрыла глаза и закрыла рот рукой с выражением сожаления. Она поспешно сказала: - Извини, я не должна была произносить эти вещи. Даже с таким постыдным прошлым у генерала несгибаемый характер. Эти женщины действительно не должны были делать это с тобой. Ты, черт возьми, заслужил это. - Если бы это была Яньмэн, она бы определенно не обращалась с тобой так. Я бы просто избила тебя до смерти. - Генерал, ты же не будешь винить меня? Я не нарочно говорила об этом. ---------- Настоящие чувства этой скромной девушки Даже после того, как Нин Шу поразила его больное место, Сыту Цинъюю все же удалось подавить свой гнев. Он снова попытался схватить руку Нин Шу, но те были сложены за ее спиной, поэтому он взял ее за плечи, сказав искренним выражением: - Му Яньмэн, у меня есть чувства к тебе. Нин Шу состроила гримасу в ответ. Сыту Цинъюй придвинулся, чтобы поцеловать Нин Шу. Когда его лицо приближалось, она почувствовала желание плюнуть ему в лицо. Несмотря на все, что он сказал, правда заключалась в том, что он просто хотел получить ее тело. Нин Шу отвернулась, избегая его губ, и сказала досадно: - Генерал просто пытается получить тело Яньмэн? След раздражения промелькнул на лице Сыту Цинъюя. Спор, который он заключил с принцем-регентом, был не более чем охотничьим азартом, но эта женщина сопротивлялась ему. Ее отношение сбивало его. Нин Шу, естественно, заметила его раздражение: - Генерал, пожалуйста, уважай меня. Если ты любишь меня, ты должен меня уважать. Мы все еще не поженились, мы не можем сделать что-то подобное вне брака. Может быть, все, чего хочет генерал, это тело Яньмэн? Сыту Цинъюй скрыл выражение неудовольствия и крепко сжал плечи Нин Шу. - Генерал немного потерял контроль, потому что ты слишком обаятельна. Скоро прибудет паланкин с восемью перевозчиками, которые официально отправят нас на свадебную церемонию, поэтому подготовься к тому, чтобы стать моей женой. Нин Шу почувствовала себя еще более измученной и опустила голову, чтобы скрыть свое отвращение. Она сказала смущенно: - Спасибо, генерал. Но вы должны сначала уйти. Скромная девушка немного устала. Затем она повернулась, вошла в свою комнату и захлопнула дверь. Лицо Цинъюя потемнело. Он ушел, сложив руки за спиной. Нин Шу наблюдала за ним в щель между дверями. После того, как он ушел, она потерла щеку, обдумывая ситуацию. Сыту Цинъюю не хватало терпения. Казалось, он серьезно нацелился на то, чтобы завладеть ею. Черт. Ей действительно нужно было спешить покинуть это место, иначе ее действительно изнасилуют. На следующую ночь Нин Шу подготовила богатый ужин и несколько бутылок хорошего вина. В каждом бокале она растворила хорошую пригоршню снотворного порошка. Она засучила рукава и хорошенько взболтала бутылки со снотворным, чтобы порошок хорошо размешался. После того, как она закончила все приготовления, она подождала, когда появятся Сыту Цинъюй и Ло Цзюньянь. Они прибыли вместе и осветили собой комнату. Нин Шу внутренне вздохнула. Такие красавцы, это был просто позор, что они были извращенцами. - Пожалуйста, присаживайтесь. Эта скромная девушка пригласила вас сюда сегодня, потому что у нее есть что сказать вам двоим, - Нин Шу вежливо пригласила Сыту Цинъюя и Ло Цзюньяня сесть. Ло Цзюньянь посмотрел на Нин Шу, и сказал: - Вы сегодня очень красивы. Нин Шу усмехнулась и коснулась щеки. Она задержала дыхание, пока ее лицо не покраснело, прежде чем сказать: - Большое спасибо, принц, за комплимент. Это слишком сильная лесть для скромной девушки. - Ты прекрасна. Твоя репутация самой красивой девушки в городе оправдана, - сказал Сыту Цинъюй. Нин Шу опустила голову и улыбнулась. Затем она поставила перед каждым из них большую чашу и сказала: - Яньмэн хорошо понимает, как со временем легко исчезает красота. Тем не менее, это уже большое счастье, что красота держится столько времени и Яньмэн понравилась принцу и генералу. Разговаривая, она разливала вино по чашам. - Эта скромная девушка пригласила вас сегодня, чтобы рассказать вам о ее истинных чувствах - Яньмэн, не стесняйся, просто скажи это, - с беспокойством сказал Ло Цзюньянь. Нин Шу снова задержала дыхание, чтобы сделать ее лицо красным. - Но Яньмэн смущается ... Сначала попробуйте немного вина. ---------- Доброе дело Ло Цзюньянь первым опрокинул чашу вина, не оставив ни одной капли. Сыту Цинъюй же не коснулся вина. Он был военным, поэтому относился ко всему гораздо осторожнее. Кроме того, он не особо доверял Нин Шу. Когда Нин Шу увидела, что Ло Цзюньянь выпил все на одном дыхании, она сделала застенчивое выражение и слегка опустила голову, сказав: - Принц, ты потрясающий. Лицо Ло Цзюньяня немного покраснело от алкоголя. Когда он услышал, что сказала Нин Шу, он выдохнул и сказал: - Этот принц - тот, кто служит одному и управляет тысячами. Я обязательно буду хорошо относиться к вам. Нин Шу смотрела на него своими ясными глазами, словно она любила его в глубине души, но обстоятельства не давали ей в этом признаться. Сыту Цинъюй нахмурил брови и кашлянул, потом выпил вино на одном дыхании. Нин Шу сразу сказала: - Генерал, ты такой же удивительный, как и принц! Нин Шу наполнила чашу Сыту Цинъюя. - Генерал прошел многочисленные войны без каких-либо поражений, ты действительно восхитительный и героический человек. Яньмэн никогда не встречала такого человека, как генерал, который дает мне такое сильное чувство безопасности. Ло Цзюньянь поднял свой бокал и сказал с раздражением: - Генерал Сыту, принц предлагает выпить вместе. Выражение лица Сыту не изменилось, он опустил чашу напротив Ло Цзюньяня, и выпил одновременно с ним. Нин Шу потопала ногами взволнованно и сказала: - Не надо соревноваться, попробуйте остальные блюда. Пить вино так плохо для вашего здоровья. Ло Цзюньянь протянул руку, останавливая ее, и сказал мягко: - Это битва между мужчинами, это не имеет никакого отношения к тебе. Нин Шу прижала руки к груди и покачала головой. - Но Яньмэн не хочет, чтобы вы вели себя так, пожалуйста, остановитесь. Да, да, пейте. Будет лучше, если бы вы напились до смерти. - Не вмешивайся, - сказал Сыту Цинъюй. Нин Шу послушно отошла в сторону и молчала, пока те продолжали соревноваться. Поначалу они все еще пили из чаш, но потом они переключились на питье из горла бутылок. Нин Шу села на стул и скрестила ноги, наблюдая, как двое мужчин пьют, как будто их жизнь зависела от этого. Спустя некоторое время эти двое рухнули, потеряв сознание. - Девочка, пора работать, - сказала Нин Шу Юэ Лань. Юэ Лань спросила, держав сумку в руках: - Мисс, мы уходим сейчас? - Подожди немного. Доброе дело должно быть доведено до конца. Перетащи их на кровать, - сказала Нин Шу, засучив рукава. Юэ Лань послушно схватила за одежду и потащила Сыту Цинъюя на кровать. Ничего себе. Кто бы мог подумать, что эта девушка такая сильная? Нин Шу потянула за одежду Ло Цзюньяня изо всех сил, пока ее лицо не раскраснелось, но тело Ло Цзюньяня не сдвинулось ни на сантиметр. - Мисс, что вы делаете? - Юэ Лань спросила Нин Шу, - мы должны идти, охранник ждет нас Нин Шу ахнула: - Иди сюда и помоги мне, я не могу его перетащить. Юэ Лань поспешно подошла, помогая поднять Ло Цзюньяня на кровать. Нин Шу принялась раздевать Ло Цзюньяня. Всего через несколько минут Ло Цзюньянь был полностью обнажен. Было оголено даже его причинное место. Юэ Лань смотрела зачарованно. Она закрыла глаза и спросила: - Мисс, что вы делаете? - Совершаю доброе дело, - Нин Шу затем быстро сняла одежду и Сыту Цинъюя, оставив обоих парней в чем мать родила. - Мисс ... - Юэ Лань смотрела на обнаженных мужчин сквозь пальцы, закрыв лицо ладонями. ---------- Дверь в новый мир Нин Шу взглянула на двух обнаженных парней и грубо засмеялась. Поздравляю вас с открытием двери в новый мир. -Поехали! – сказала Нин Шу Юэ Лань. Когда она увидела, что Юэ Лань продолжала стоять и смотреть на мужчин на кровати, она схватила ее за рукав и потащила наружу. - Мисс, служанка чувствует себя очень взволнованной, - сказала Юэ Лань с пылающими глазами. Нин Шу потеряла дар речи. - Из-за чего? - Когда служанка увидела, что они лежат на кровати вместе, ее сердце забилось быстрее. Я чувствую, что мои волосы встали дыбом, а по всему телу пошли мурашки. Я очень взволнована, - лицо Юэ Лань покраснело. Челюсть Нин Шу чуть не упала на землю. Не только Сыту Цинъюй и Ло Цзюньянь открывали дверь в новый мир, Юэ Лань, эта маленькая девочка, тоже собиралась сделать это. Юэ Лань хотела еще раз взглянуть, но Нин Шу схватила ее за воротник и свистнула в свисток. Черная фигура прыгнула в комнату через окно, но сразу же спрыгнула назад. Нин Шу: ... Они же стояли снаружи во дворе, почему квадратноголовый охранник продолжал прыгать внутрь? - Вы сделали то, что я попросила вас сделать? Охранник кивнул и сказал: - Карета находится во дворе. Мы можем уехать. Нин Шу облегченно вздохнула и сказала: - Тогда пойдем. Троица, избегая людей Сыту Цинъюя, патрулировавших резиденцию, добрались до стены, за которой их ожидала карета. Нин Шу спросила: - Как нам ее преодолеть? Охранник хладнокровно сказал: - Я понесу вас двоих. После этого охранник взял их на руки и побежал на стену, пытаясь перепрыгнуть через нее. Однако суровая реальность заключалась в том, что тот переоценил свои способности, и все трое упали вниз. - Какого черта? Ты это можешь сделать или нет? - Нин Шу стряхивала грязь с одежды. Охранник сказал: - Я могу перепрыгнуть через стену. Я думал, что смогу сделать это и с двумя людьми. Нин Шу: ... - Забудь об этом, Юэ Лань и я пойдем через лазейку - раздраженно сказала Нин Шу. - Нет, - Юэ Лань твердо отвергла предложение Нин Шу: - Служанка пролезет через собачью лазейку. Мисс должна перебраться через стену с охранником. Невероятно. Она опять за свое. Нин Шу перелезла через лазейку, чувствуя боль в груди. Выйдя, она попросила Юэ Лань: - Дай мне руку, я не могу стоять, у меня болит грудь. - Мисс, позвольте помочь служанке. Нин Шу: ... Охранник подъехал на карете. Нин Шу и Юэ Лан поспешно вошли в нее. Он спросил Нин Шу: - Мисс, куда мы едем? - В Паден-Сити. Двуликий имперский купец был в этом городе. Город Паден был не очень далеко отсюда, поэтому добраться до этого места займет только один день. - У мисс есть родственники в Паден-Сити? - спросил охранник, - или это задание лорда, который сказал вам пойти туда, чтобы встретиться с ним? - Нет, я просто хочу поехать в Паден-Сити, - ответила Нин Шу. Карета вскоре покинула столицу. Когда она смотрела, как городские ворота исчезают вдалеке, она облегченно вздохнула. Она, наконец, убежала от этих людей, не будучи изнасилованной, беременной, ей не приходилось страдать все это время. Нин Шу довольная, устав после тяжелой работы ночью, заснула, прислонившись спиной к Юэ Лань. ---------- Великий новый мир Резиденция премьер-министра – палата леди. Комната была наполнена сильным ароматом, и сквозь полупрозрачные занавески, освещенные лунным светом, можно было увидеть две фигуры, шевелящиеся на кровати. Один был наполовину на коленях, а другой лежал под ним, их тела слились в одно. - Динь. Очки травмы +100. - Динь. Очки травмы +100. Нин Шу проснулась на следующий день и услышала хорошие новости от №2333. Она использовала много наркотиков, поэтому надеялась, что эти двое будут заниматься сексом до тех пор, пока не умрут от чрезмерной эякуляции. Она получила эти препараты от системы, поэтому их эффект был гарантирован. Нин Шу купила их в кредит, так что позже ей придется заплатить с процентами. Поскольку она потратила такое огромное количество очков, наркотики должны сильно травмировать их. Хотя, стойте, она же явно помогала им? Помогала открыть дверь в великий новый мир. Нин Шу покупала наркотики, стиснув зубы. Черт, похоже, эта система старалась разорить ее. Она потянулась и подняла занавес кареты и увидела, что они ненадолго остановились в лесу. Охранник разжег костер и на данный момент кипятил на нем воду в чайнике. Нин Шу слегка толкнула Юэ Лань, которая крепко спала, и та тут же вскочила в тревоге и стукнулась головой о потолок кареты. Держась за голову, она спросила: - Мисс, что случилось? Нин Шу вышла из кареты и подошла к охраннику, занятому готовкой. - Доброе утро, - Нин Шу села рядом, - как далеко мы от Паден-Сити? - Мы уже почти там. Как только мы поедим, мы продолжим путь. Генерал и принц, возможно, послали людей в погоню. Охранник вытащил еды для Нин Шу и Юэ Лань, и налил им воды. Она была неправа, этот охранник был действительно надежным. Поедая пшеничный блинчик, она спросила: - Почему ты меня защищаешь? Ты защищаешь меня только потому, что твой отец сказал тебе? Разве ты не находишь эту задачу неудобной? Охранник повернулся и посмотрел на Нин Шу своим квадратным лицом: - Премьер-министр спас меня. Он кормил меня и давал ночлег. Защищать вас, мисс, это моя задача. Я остановлюсь только после того, как вам больше не понадобится моя защита, или когда я умру. Когда Нин Шу посмотрела на него, она внезапно почувствовала, что его квадратное лицо на самом деле очень красивое и привлекательное. Причина, по которой она не помнила сцен с ним, крылась в том, что он, вероятно, умер от чьей-то руки. После быстрого завтрака трое продолжили свой путь в Паден-Сити. Они понятия не имели, что Сыту Цинъюй и Ло Цзюньянь уже заполонили столицу своими людьми. С самого начала Сыту Цинъюй не любил женщин и после того, как Нин Шу ежедневно осмеивала его и холодно относилась к нему, он окончательно возненавидел их. Поэтому, переспав с мужчиной, он, казалось, уничтожил эту тонкую стену в своем сердце и смог, наконец, почувствовать себя свободным. В этом процессе он мог быть как мужчиной, так и женщиной. Это было такое странное и ликующее чувство. Таким образом, его самой большой целью было сделать это снова с Ло Цзюньянем. Однако Ло Цзюньяню было отвратительно от этого опыта. Он был благородным и уважаемым принцем-регентом, но случилось невероятное – с ним в разных позах переспал генерал. Каждый раз, когда он ходил в уборную, у него шла кровь. Он чуть не покончил жизнь самоубийством из-за этого. Этот ублюдок, этот чертовски больной ублюдок! Когда он чувствовал страстный взгляд Сыту Цинъюя, который был наполнен жарким желанием, его сердце охватывало отвращение. Он был мужчиной, как он мог встречаться с генералом Сыту? Более того, статус генерала не мог сравниться с ним. Му Яньмэн, эта сука! Как только он поймает ее, он замучает ее до смерти! Только это облегчило бы огонь в его сердце. Короче говоря, это стало отдельным рассказом о злом двуличном семе и с уке-цундэрэ. Сыту Цинъюй и Ло Цзюньянь начали новую страстную садомазохистскую историю, которая почти не касалась Нин Шу. Первоначально их судьбы были тесно переплетены с Му Яньмэн, теперь они флиртовали между собой. (Не хочу делать ремарку о том, что значит семе и уке. Если хотите, сами погуглите) ---------- Двуличный имперский торговец Город Паден был таким же процветающим, как и столица. В то время как столица была заполнена чиновниками и знатью, Паден-Сити был городом богатых купцов. Две девушки в оборванных одеждах ехали на грубо сколоченной тележке. Из-под соломенной циновки на тележке торчали две грязные ноги. С первого взгляда было понятно, что под циновкой лежал труп. Все инстинктивно избегали их. Девушками на тележке были Нин Шу и Юэ Лань, а человек, притворяющийся мертвым, был охранником. Нин Шу была измотана поездкой. Она огляделась и решила остановиться на самой оживленной части улицы. После этого она с Юэ Лань перетащила охранника с телеги и положила его на улицу. Нин Шу вытащила деревянную табличку, на которой были слова: «Продаю себя за похороны отца» (Продает себя в рабство, это не связано с проституцией) Она опустилась на колени перед лежащим охранником и закричала: - Отец, дочь тебя подвела, дочь подвела тебя! - Мисс, пожалуйста, не плачьте больше. Господин знает о том, как вы почитали его, - Юэ Лань сначала попыталась успокоить Нин Шу, затем бросилась на охранника и тоже заплакала: - Господин, вы умерли такой трагической смертью! Мой бедный господин! Нин Шу увидела, что Юэ Лань обнимала руками очень интимное место у охранника, но Юэ Лань, казалось, не заметила этого и просто плакала, обнимая это место. Нин Шу заметила, что циновка, под которой лежал охранник, начала приподниматься. Нин Шу поспешно оттащила Юэ Лань с лежащего охранника. Юэ Лань спросила, вытерев слезы: -Мисс, что? Нин Шу хотела ответить, что она трогает место, которое не следовало бы трогать, но когда она увидела недоумение Юэ Лань, она сказала: - Не трогай останки Отца. Юэ Лан ответила: «о», затем тихо села рядом с ней, слезы текли по ее щекам. Когда Нин Шу наблюдала за ней, она не могла не почувствовать глубокое уважение. Юэ Лань действительно была прирожденной актрисой. Они издали столько шума, что их услышала вся улица. Вскоре вокруг собралось много зрителей. Однако, даже видев выступление Нин Шу и Юэ Лань, ни один из них не подошел, чтобы предложить Нин Шу цену. Тем не менее, Нин Шу не возражала против этого, поскольку ее целью были не эти люди, а имперский купец, этот проклятый богатый извращенец. - Мисс, что нам теперь делать? Мы здесь давно, но никто не спросил нас о цене, - с беспокойством спросила Юэ Лань. Нин Шу ответила: - Не волнуйся. Когда Юэ Лань увидела, что никто не собирался разговаривать с ними, она перестала плакать и просто вытерла слезы грязным платком. Люди просто обходили их. Многие люди останавливались, чтобы взглянуть на это зрелище, но ни один человек не спросил у них цены. Нин Шу почувствовала небольшое разочарование. Если бы она раньше знала, что будет так, она бы не разыгрывала такой спектакль. Нин Шу так долго стояла на коленях, что почти заснула. Рядом с ней Юэ Лань уже заснула, опираясь на телегу. - Продаешь себя за похороны отца? - раздался низкий мужской голос. Нин Шу проснулась и растолкала Юэ Лань. Юэ Лань проснулась и сразу же заплакала. - Господин, это вина служанки за то, что она не смогла защитить мисс. Теперь она пала до такой степени, что ей приходится продавать себя, чтобы устроить вам похороны. Мисс ах, моя жалкая мисс, - Юэ Лань обняла Нин Шу и завопила. Нин Шу использовала все свои силы, чтобы стряхнуть с себя Юэ Лань, а затем надела грустную маску: - Сэр, я скромная девушка из провинции Чу. У скромной девушки действительно нет выбора, кроме как продать себя, чтобы устроить отцу надлежащие похороны. - Подними голову и позволь этому сэру взглянуть. Нин Шу сразу подняла голову и посмотрела на мужчину. Человек засиял, как солнце, и все позади него было стало размыто. Этот чувак определенно был главным мужчиной. Тело Ци Шэна было наполнено благородной, но, казалось бы, жестокой красотой. Он казался заслуживающим доверия, но что-то выдавало в нем опасность. Его глаза были очень темными и нечитаемыми. Это был двуличный имперский купец Ци Шэн. ---------- Он действительно умер!? Ци Шэн слегка прищурился, когда оценивал грязное лицо Нин Шу. Затем он закрыл свой веер и постучал им по ладони: - Почему ты не вымыла свое лицо? Если ты сделаешь себя красивее, ты сможешь продать себя за большую цену. Нин Шу хотела ответить, но Юэ Лань перебила ее: - Моя мисс говорила, что хороший человек захочет помочь нам вне зависимости от нашего внешнего вида. Ци Шэн был одет в одежду высокого качества, которую явно шили для него искусные швеи. Даже кулон на его веере, был выточен из нефритового камня высокой ценности. С одного взгляда можно было сказать, что он богат. Каждый его ход отличался элегантностью богатства. Ци Шэн присел на корточки и использовал свой веер, чтобы приподнять соломенную циновку. Он наклонил голову, глядя на квадратное лицо охранника, затем посмотрел на Нин Шу и сказал: - Ты совсем не похожа на своего отца. Нин Шу мягко ответила: - Моя мать была прекрасна, этим она компенсировала уродство моего отца. Она почувствовала обиду за большого брата-охранника. Достаточно того, что он был не красавцем, он еще и годился ей в отцы. Ци Шэн не обнаружил никаких подозрений относительно того, как охранник мог иметь дочь в таком возрасте. Нин Шу с нетерпеливой надеждой посмотрела на Ци Шэна. - Сэр, у вашей семьи нет горничной? Если вы дадите мне достаточно денег, чтобы устроить отцу похороны, эта скромная девушка будет работать у вас служанкой. Ци Шэн развернул свой веер и спросил с любопытством: - Сколько ты хочешь? Нин Шу показала один палец. Ци Шэн взглянул на нее и спросил: -Один таэль? Что, черт возьми? Кто будет притворяться, что плачет по мертвому телу, чтобы заработать один таэль? Этого было недостаточно даже для того, чтобы купить три чашки лапши! Почему все богатые настолько скупы? Нин Шу смущенно сказала: - Сэр, одного таэля недостаточно, даже чтобы купить гроб. Ци Шэн слегка вздохнул: - Скажи свою цену. - К лучшему или к худшему, мой отец был государственным служащим. Хотя звание и не сильно высокое, тем не менее, он был официальным лицом. Если мы не устроим ему достойные похороны, как он сможет поднять голову среди своих предков? Сэр, не могли бы вы немного увеличить цену? Нин Шу потянула Юэ Лань за рукав. - Впоследствии мы обе будем работать в вашей резиденции в качестве горничных. - Короче говоря, вы хотите больше денег? - Ци Шэн был невозмутим, - сколько? - Десять тысяч таэлей, - твердо сказала Нин Шу. Выражение Ци Шэна не изменилось. Веки Нин Шу дрогнули, когда она увидела это. Как и ожидалось, он был коварным имперским торговцем. Он показал пять пальцев. Нин Шу нахмурилась и спросила: - Пятьдесят тысяч таэлей? - Пять таэлей. Если цена не подходит, давай просто забудем об этом, - мягко сказал Ци Шэн, потом развернулся. Когда Нин Шу увидела, что Ци Шэн серьезно собирался уходить, она поспешно встала и побежала через охранника, догоняя Ци Шэна: - Сэр, пожалуйста, подождите! - Пфф, кхе-кхе, - охранник внезапно начал кашлять после того, как Нин Шу наступила на него. Юэ Лань была ошарашена и понятия не имела, что делать. Нин Шу тут же бросилась к нему и завопила: - Отец, это, должно быть, ваши предсмертные слова! Что вы хотите рассказать своей дочери? Это вина дочери за то, что она не смогла дать вам достойные похороны и заставила вас потерять лицо перед нашими предками. Охранник сердито посмотрел на Нин Шу, затем закрыл глаза. Нин Шу сразу закричала: - Отец, ах ... Юэ Лань быстро последовала за ней: - Господи, Господи! Ци Шэн поднял брови и на сунул руку под нос стража, проверяя дыхание, потом обратился к Нин Шу: - Мои соболезнования. Нин Шу: (⊙o⊙) Он действительно умер!? ---------- Временная остановка Ее одного удара ногой было достаточно, чтобы положить конец жизни охранника? Ци Шэн достал из кошелька горсть серебра и кинул Нин Шу: - Здесь двадцать таэлей. Похорони своего отца, а затем приходи в резиденцию Ци. - Большое спасибо, сэр, - Нин Шу спрятала серебро. Вместе с Юэ Лань они подняли тело охранника на тележку и помчались из города. Нин Шу и Юэ Лэнь убегали практически со скоростью ветра. Ци Шэн поднял брови, наблюдая за этим. Внезапно он почувствовал, что его обманули. Тот, кого прозвали «хитрым лисом Ци», оказался обманут кем-то? Когда они добрались до леса за городом, Нин Шу подняла соломенную циновку и похлопала по щекам охранника: - Эй, очнись, очнись! - Мисс, может быть, он действительно умер? - лицо Юэ Лань немного побледнело. Затем Юэ Лань присоединилась к ней и начала шлепать охраннику по лицу, всхлипывая: - Очнись! Через некоторое время охранник тихонько кашлянул и проснулся. Его изначальное квадратное лицо раздулось и стало намного круглее. Охранник коснулся лица и спросил: - Что? - Ты, наконец, проснулся! Мы думали, что ты мертв! - Юэ Лань начала плакать от облегчения, - что нам тогда делать без вашей защиты? Охранник продолжил потирать лицо, а затем поморщился: - Я использовал технику дыхания черепахи, чтобы задержать дыхание. В противном случае нас бы разоблачили. После того, как вы наступили на меня, состояние моей старой раны ухудшилось. Я получил ранение, когда сражался с генералом, - объяснил охранник. Нин Шу немедленно почувствовала раскаяние. - Тебе нужно подлечиться. Иди, купи любое лекарство, в котором ты нуждаешься. Разве я не дала тебе денег ранее? - Эти деньги принадлежат вам, мисс. Как я могу их тратить? - сказал охранник. Впечатление Нин Шу от охранника было намного лучше, чем раньше. Она сказала: - Не волнуйся, используй столько, сколько нужно, чтобы оправиться от травмы. Нет ничего важнее, чем здоровье. Юэ Лань тоже облегченно вздохнула, когда охранник очнулся. Она с мисс были женщинами, поэтому с мужчиной, тем более знавшим боевые искусства, она чувствовала себя намного безопаснее, тем более, что ее мисс была такой деликатной и хрупкой. Нин Шу и Юэ Лань облачились в более качественные хлопчатобумажные одежды. Затем Нин Шу нанесла макияж, подведя кроваво-красной помадой рот и размалевав брови. Она даже добавила черную точку на подбородок, чтобы сделать свой вид как можно более вульгарным. - Аах... это вы ... Мисс? - Юэ Лан закричала так громко, что по лесу разлетелись птицы, - мисс, что не так? Почему вы идете таким путем? - Юэ Лань с душевной болью посмотрела на Нин Шу. Нин Шу почувствовала, что эмоционально утомительно иметь такую ​​горничную. - Почему вы так работаете над тем, чтобы попасть в резиденцию Ци? Может быть, вы хотите быть служанкой всю оставшуюся жизнь? – охранник нахмурил брови. Нин Шу махнула рукой: - Мое желание - путешествовать по миру. Это всего лишь временная остановка для меня. Как только придет время, я уйду. Через несколько дней Нин Шу отправилась с Юэ Лань в резиденцию Ци под защитой охранника из тени. Когда они добрались до дверей резиденции, Нин Шу улыбнулась молодому человеку, который охранял дверь, и сердечно сказала: - Не могли бы вы помочь нам передать сообщение? Пусть хозяин этой резиденции знает, что мы пришли, чтобы принести ему благодарность. Молодой человек, охранявший дверь, был ошеломлен кровавой красной улыбкой Нин Шу. После короткого шока он сказал: - Откуда ты появилась, уродливая девушка? Ты, должно быть, очарована внешностью моего молодого мастера, но ты действительно надеешься привлечь его внимание? Ты выглядишь странно. Нин Шу: Ты выглядишь еще хуже. ---------- Истинный джентльмен - Объясни ему, - сказала Нин Шу Юэ Лань, - он не верит, что мы здесь, чтобы принести благодарность его хозяину. Юэ Лань положила руки на бедра и начала излагать все события молодому человеку, охранявшему дверь. Она говорила очень быстро, поэтому глаза охранявшего округлились, когда он старался не отставать от того, что она говорила. - И вот что случилось. Но как моя мисс и я были оценены двадцать таэлей? Это возмутительно! - вскрикнула Юэ Лань. Молодой человек сразу ответил: - Судя по вашему виду, хозяин переплатил, отдав вам двадцать таэлей. Юэ Лань хотела продолжить спор, но Нин Шу остановила ее. К двери подъезжал паланкин. Внутренности Нин Шу говорили ей, что в нем сидел главный мужчина. Она уставилась на паланкин. В тот момент, когда занавеска отодвигалась веером, она, имитируя грубый голос, закричала: - Я, наконец, нашла вас! Когда Ци Шэн, который выходил из паланкина, услышал этот голос, он поднял глаза и обнаружил, что это кричала ужасно накрашенная женщина. Пальцы, держащие веер, дрогнули, и он спросил, нахмурившись: - Ты…? - Двадцать таэлей, продажа себя за похороны отца, мисс в ужасном состоянии, - Нин Шу указала на свое лицо, - вспоминаете меня? Ци Шэн отвел взгляд. - Раньше, хотя твое лицо было грязным, оно все равно имело красивые черты. Почему же ты стала так уродлива, несмотря на то, что ты вымыла лицо? Нин Шу: ... - Большое спасибо, сэр, за двадцать таэлей, которые вы нам дали. Эта скромная девушка уже устроила отцу надлежащие похороны. Отныне эта скромная девушка и ее служанка являются служанками этой резиденции. Капля благодати должна быть отблагодарена ручьем благодарности. Скромная девушка - человек с принципами, ответственностью и моралью. Ци Шэн, не смотря на лицо Нин Шу, ответил: - Хорошо. Я действительно думал, что ты не вернешься. После этого Нин Шу и Юэ Лань поселились в резиденции Ци. К лучшему или к худшему, у нее все еще была аура главного героя. Их поместили в одну комнату, и каждой из них выдали форму служанки. Юэ Лан с жалостью посмотрела на Нин Шу, и спросила: - Мисс, вы действительно будете работать служанкой? - Конечно. Я преодолела все эти неприятности, чтобы попасть сюда, конечно, я буду работать здесь и слугой! Если ей не приблизиться к Ци Шэну, как ей скрыться от сюжетной линии? Даже если бы она не пришла, сюжетная линия заставила бы ее встретить его так или иначе. В сюжетной линии Му Яньмэн мучили Сыту Цинъюй и Ло Цзюньянь, изорвав ее тело и душу в клочья. После секса втроем ей удалось воспользоваться минутой и сбежать, пока они ослабили внимание. Что касается того, как Му Яньмэн удалось убежать с ее слабым телом, это было полной тайной. В любом случае, ей удалось выбраться, но у нее не было ни одной серебряной монеты. Она росла в палатах леди и практически не выходила на улицу, поэтому, как только она сбежала из резиденции, она потерялась и оказалась сбита с толку. Кто-то обманул ее и заманил в публичный дом за миску лапши. Когда хозяйка борделя увидела, как ошеломительно выглядела Му Яньмэн, она решила выставить ее на аукцион. И именно так Му Яньмэн была куплена Ци Шэном за большую цену, прежде чем она даже осознала случившееся. Несмотря на то, что Му Яньмэн избежала борделя в двух следующих перерождениях, она все равно не смогла избежать встречи с этими людьми. Независимо от того, какие решения она принимала или какой дорогой она шла, она все равно сталкивались с этими людьми. Это было серьезно плохое положение дел. После того, как Ци Шэн купил Му Яньмэн, он ничего с ней не сделал. Он просто поселил ее во внутренний двор, а не изнасиловал ее, как Сыту Цинъюй и Ло Цзюньянь. Когда у него было время, он сидел во дворе с Му Яньмэн и разговаривал с ней. Они говорили о стихах, жизни, философии и других утонченных, культурных вещах. Короче говоря, Ци Шэн повел себя как истинный джентльмен. ---------- Учащенное сердцебиение Му Яньмэн чувствовала, что Ци Шэн уважает ее. Он не был похож на других мужчин, он отличался нежностью, и относился к ней с уважением, хотя она была фактически куплена им. В резиденции Ци, Му Яньмэн почувствовала мир и спокойствие - чувства, давно чуждые ей. В отличие от резиденции премьер-министра здесь не было мужчин, которые вынуждали ее ежедневно совершать унизительные действия. Му Яньмэн думала, что она, наконец, сможет провести остаток своей жизни мирно. У нее было очень хорошее впечатление о Ци Шэне, и она вскоре настолько доверилась ему, что рассказала о себе, и о том, что с ней делали мужчины. Ци Шэн не испытал отвращения к Му Яньмэн, даже услышав, что она пережила. Он и так знал все про нее. В конце концов, в столице ее повсюду разыскивали. Он сказал, что его не заботит ее прошлое. Му Яньмэн почувствовала еще большее уважение к нему, когда услышала это. Из этого следовало, что один мужчина и одна женщина постепенно продвигались к физической связи. Му Яньмэн была в самом комфортном месте, где она была с тех пор, как страна Дунхуа рухнула, даже несмотря на то, что она проводила все дни в ожидании Ци Шэна. Однако Ци Шэн не давал Му Яньмэн четкого статуса. Она не была наложницей или законной женой. Иногда Му Яньмэн беспокоилась о том, что Ци Шэн действительно чувствовал неуважение к ней за то, что она была с двумя мужчинами и даже имела выкидыш. Впоследствии был длительный период времени, когда Ци Шэн не посещал Му Яньмэн. Му Яньмэн думала, что Ци Шэн попал в беду. В конце концов, она узнала, что пришла любовь детства Ци Шэна. Му Яньмэн, услышав эту новость, почувствовала, что ее мир рушится, и опрометчиво решила разыскать Ци Шэна. Она застала его прямо на кровати с любовью детства. Му Яньмэн потребовала объяснения от Ци Шэна. Ци Шэн обнял свою настоящую любовь и сказал, что Му Яньмэн была не чем иным, как изношенной обувью, проституткой, которую он купил. Он сказал, что она ничто по сравнению с его чистой и ангельской любовью. Му Яньмэн принялась страдать от того, что ее снова бросили. Хотя Ци Шэн в устной форме выразил свое презрение к Му Яньмэн, он все еще был очень увлечен ее телом и часто разыскивал ее, чтобы переспать с ней. Однако с тех пор, как Му Яньмэн узнала о суровой правде из его уст, она больше не позволяла ему делать это с собой. В течение нескольких дней она плакала так, как будто ее мир закончился. Реакция Му Яньмэн раздражала Ци Шэна. Хотя ее тело было красивым и желанным, никто не мог любить женщину, которая просто лежала, как мертвая рыба. Таким образом, Ци Шэн начал проводить больше времени со своей настоящей любовью. Му Яньмэн стало еще больнее, она не могла больше есть и спать, и вскоре стала бледной и желтой. Хотя Ци Шэн чувствовал отвращение к Му Яньмэн, он все равно часто искал ее, потому что хотел с ней переспать. Однако Му Яньмэн с плачем отвергала его каждый раз. В то же время настоящая любовь Ци Шэна, поддержка главной женщины, начала ненавидеть Му Яньмэн. Вскоре начался процесс злых козней женщины по отношению к главной женщине. Любовь Ци Шэна фальсифицировала беременность и получила безграничную любовь главного мужчины на глазах Му Яньмэн, причиняя ей сильную боль. У любимой Ци Шэна на самом деле не могло быть ребенка, поэтому она позже подделала выкидыш и обвинила в этом Му Яньмэн. Таким образом, ребенок, который никогда не существовал, перестал существовать официально. Когда Ци Шэн узнал об этом инциденте, он в ярости бросил Му Яньмэн в тюрьму, не слушая объяснений. Му Яньмэн подверглась пыткам в тюрьме. В это время в бизнесе Ци Шэна возникла проблема. Он погрузился головой в эти проблемы, поэтому он полностью забыл о Му Яньмэн. В тюрьме Му Яньмэн мучила возлюбленная Ци Шэна, пока ее тело и лицо не стало полностью покрыто шрамами. Любовь Ци Шэна завидовала лицу Му Яьнмэн, поэтому первое, что она сделала, это уничтожила внешность Му Яньмэн. К тому времени, когда Ци Шэн вспомнила о существовании Му Яньмэн, та едва дышала. Поскольку ее лицо было обезображено, Ци Шэн легко согласился на предложение свой любимой и отправил Му Яньмэн в усадьбу, которая находилась на расстоянии около миллиона миль от резиденции Ци. Му Яньмэн была отправлена туда с покрытыми ранами сердцем и телом. Однако, после того, как она ушла, Ци Шэн начал скучать по ней больше и больше, и когда он узнал, что его любимая – это вовсе не ангел, а настоящий дьявол во плоти. Он пошел искать Му Яньмэн, и обнаружил, что она исчезла. Таким образом, Му Яньмэн оставляла о себе глубокие, незабываемые воспоминания каждому человеку, с которым она сталкивалась. ---------- Что делает служанка? Нин Шу почувствовала, что Ци Шэн был еще более отвратительным, чем Сыту Цинъюй и Ло Цзюньянь. Он использовал грязный прием «лягушки в кипятке», чтобы Му Яньмэн влюбилась в него. Он медленно завоевывал сердце Му Яньмэн, и как только он его получил, он растоптал его. Хотя позже он понял, что у него действительно были чувства к Му Яньмэн, было уже слишком поздно. Из-за его жестокости Му Яньмэн заплатила огромную цену, ни одна часть ее первоначально белоснежной кожи не осталась без внимания. Это было ужасно трагично, и тот факт, что Му Яньмэн была нерешительной личностью, только усугублял положение. Даже Нин Шу, сторонний зритель, чувствовала, что ее внутренние органы переворачиваются от этой истории. Нин Шу и Юэ Лань работали вместе, приводя в порядок свою комнату. Вскоре в комнату зашла домработница и сказала Нин Шу: - С этого момента вы являетесь личной служанкой молодого мастера. Нин Шу: (⊙0⊙) С тем, как ужасно она выглядела прямо сейчас, почему она оказалась в качестве личной служанки Ци Шэна? Может быть, Ци Шэн все еще любил ее, даже несмотря на ее внешность? Может ли это быть результатом притягательной силы, которая объединяет их воедино? Сюжетная линия настаивала на том, чтобы их объединить? - Домработница, что должна делать личная служанка? - произнесла Нин Шу с застенчивым выражением. - Вы слишком много думаете, - плюнула горничная, - вам нужно только наливать чай для молодого мастера и выполнять для него небольшие задачи. Вы же не думаете о том, чтобы залезть в кровать к молодому мастеру, верно? У молодого мастера есть мисс Юйфэй, поэтому вам следует просто сосредоточиться на выполнении своей работы. Если вам в голову заползут сомнительные мысли, молодой мастер заставит вас пожалеть. Нин Шу сделала испуганное выражение. Юэ Лань ответила сердито: - Как ты относишься к моей мисс? Моя мисс красива, как цветок, как ты смеешь смотреть на нее сверху вниз! Она дочь… Нин Шу поспешно прикрыла рот Юэ Лань, и сказала домработнице: - Служанка помнит, она обязательно будет строго придерживаться правил и сделает все возможное, чтобы служить молодому мастеру. В ответ домработница недовольно хмыкнула. Нин Шу поспешно протянула ей связку монет. Глаза хозяйки сразу засветились: - Я могу сказать, что у вас есть большой потенциал. - Большое спасибо за похвалу. Я буду вам помогать, - ответила Нин Шу. Как только домработница ушла, Юэ Лань тут же закричала: - Мисс, что вы делаете? Почему вы опускаетесь до роли служанки? Вы отдали ей половину денег, которые мы заработали на «похороны» отца. Сердце служанки истекает кровью! - У мисс, естественно, есть план, - сказала Нин Шу, сев и хладнокровно скрестив ноги. ---------- Твоя мисс талантлива и способна Поскольку теперь Нин Шу была личной служанкой Ци Шэна, она заварила чай и принесла его в кабинет Ци Шэна. Открыв дверь и войдя внутрь, она увидела, что Ци Шэн сейчас занят работой. Так как он был преемником своего семейного бизнеса, он действительно был очень занят. Тем не менее, он всегда находил время на флирт с Му Яньмэн, и, как только появилась его любовь детства, он успевал флиртовать и с ней. В оригинальной сюжетной линии он совсем не казался занятым. Нин Шу поставила чашку рядом с рукой Ци Шэна. Ци Шэн посмотрел на чашку, затем перевел взгляд на Нин Шу. Нин Шу сразу же широко раскрыла рот в кривляющейся усмешке: - Молодой мастер, пожалуйста, выпейте чаю. - Никто не сказал тебе, что я пью только чай, который остыл до комнатной температуры? - мягко сказал Ци Шэн. - Извините, служанка не слышала об этом. Служанка сменит чай, - сказала Нин Шу с выражением позора на лице, торопливо подойдя, чтобы взять чашку. Однако она сделала неуклюжее движение и в итоге опрокинула чашку с кипящим чаем на руку Ци Шэна. - Что ты делаешь?! - лицо Ци Шэна исказилось от боли. Его рука мгновенно покраснела. Выражение лица Нин Шу наполнилось паникой, и она вынула свой носовой платок, чтобы оттереть его руку. В тот момент, когда она вытащила этот платок, Ци Шэн почувствовал отвратительную смесь запаха духов и вонючих носков. Он рванул и поспешно закрыл нос рукой, забыв, что ее протерла Нин Шу своим платком, и вдохнул полной грудью отвратительный запах. Он выбежал из комнаты. Нин Шу сжала губы, бросив платок в чайную чашку, подняла чашку с пола и ушла. Когда она вернулась в комнату, сразу же подошла Юэ Лань и спросила: - Мисс, он вас беспокоил? - Нет. С тем, насколько способна и талантлива твоя мисс, как он мог найти повод? - сказала Нин Шу, сев и скрестив ноги. - Мисс - благородная дочь премьер-министра, должна жить роскошной жизнью, а не служить кому-то, - сказала Юэ Лань слабым голосом, - мисс, ах, моя жалкая мисс ах. - Хватит, перестань плакать, твоя мисс отлично себя чувствует, - сказала Нин Шу с раздражением. Юэ Лань немедленно заткнулась, но продолжила грустно всхлипывать. Хотя Нин Шу успешно вызвала отвращение Ци Шэна, тот все еще держал ее в качестве своей личной служанки. Несмотря на то, что Нин Шу всегда все портила и выглядела безобразно, он был полон решимости сделать ее своей служанкой. Даже когда сопли Нин Шу попадали в еду, когда она накрывала ему обед, или когда она уронила ведро с кипящей водой во время купания, которое ошпарило его до такой степени, что он бегал по комнате голым ... Кроме того, Нин Шу всегда оставляла за собой запах сильных духов, смешанных с запахом носков. Именно это больше всего вызывало отвращение Ци Шэна. Однако он все это терпел. Нин Шу не могла не восхититься им. Притяжение между главным мужчиной и главной женщиной действительно непросто было разорвать. - Что это за запах? - Ци Шэн, наконец, поднял этот вопрос. Нин Шу широко раскрыла глаза и взволнованно сказала: - Это духи османтуса. Служанка каждый день носит одежду с парфюмом и носовые платки с тем же запахом. Молодой Мастер, разве запах не восхитителен? Нин Шу прижала платок к его лицу. Ци Шэн поспешно отвернулся и сказал, нахмурившись: - Ты пахнешь приятно, естественно. Нет необходимости использовать такие духи, они подавляют твой естественный аромат. Нин Шу: (⊙ｏ⊙) Ух ты, посмотрите, как хорошо он говорит! Как и следовало ожидать от недобросовестного купца. Было ясно, что он просто не мог больше терпеть этот запах, его не заботил свежий естественный запах. Его умение играть со словами и было причиной того, что хост оказалась обманута. Элегантная внешность скрывала его жестокую натуру. ---------- Быть естественной - это красиво Нин Шу улыбнулась, ее раскрашенный рот раскрылся, и Ци Шэну стало невыносимо смотреть на нее. Ци Шэн отвернулся. Ему потребовалось некоторое время, чтобы набраться смелости и снова взглянуть на нее. - Быть ​​собой, быть естественной - это прекрасно. Эта косметика не подходит для твоей кожи. Кроме того, ты сейчас молода. Эта косметика скрывает твою естественную красоту. На самом деле Ци Шэну очень хотелось вымыть ее лицо, чтобы увидеть, как она на самом деле выглядит. Нин Шу подняла густо накрашенные брови и прижала руки к груди: - У Баобао есть трудности, но Баобао не будет говорить о них. - Разве тебя не звали Сяо Хун? Почему ты называешь себя Баобао? - спросил Ци Шэн в замешательстве. Нин Шу махнула рукой и сказала: - Не обращайте внимания на эти мелкие детали. Служанка унаследовала внешность своего отца. Поскольку эта служанка так уродлива, у нее нет другого выбора, кроме как использовать косметику, чтобы скрыть эти уродливые черты. Молодой Мастер, вы не понимаете, как много трудностей она испытывает из-за этого. Служанка даже не смеет смывать макияж ночью, опасаясь, что ее примут за призрака. Затем она погладила свое лицо: - К счастью, кое-кто научил меня пользоваться косметикой. С косметикой служанка теперь увереннее в себе! Мышцы лица Ци Шэна сжались, когда он услышал это. - Твое лицо передали тебе родители, ты не должна проявлять такую ​​неприязнь к нему. Нет необходимости быть такой, когда ты со мной, я не из тех, кто обращает внимание только на внешность. В будущем тебе не придется переживать столько проблем с нанесением макияжа. Твое естественное я - самое прекрасное, - взгляд Ци Шэна был очень искренним и заставлял людей чувствовать, что его слова полностью исходили из сердца. Эти слова звучали по-настоящему трогательно. Нин Шу искренне чувствовала тепло, которое когда-то чувствовала Му Яньмэн. После такой сильной боли появился такой мягкий человек, который был готов принять все ее недостатки и прошлую боль. Тогда Му Яньмэн, должно быть, была сильно тронута, и результат оказался трагическим. Под этой нежной внешней оболочкой были расчетливые и безжалостные амбиции. Его единственным мотивом было получить сердце Му Яньмэн, поэтому он использовал нежные слова, чтобы поразить ее в самое сердце. Он покорил ее так же, как заключал коммерческие сделки: исследуя человека, понимая его, затем манипулируя им, пока он не сыграет ему на руку. Только когда Му Яньмэн исчезла, он, наконец, понял, что испытывает чувства к ней. Нин Шу чувствовала, как извергает всю проклятья на свете. - Большое спасибо за заботу, молодой мастер, но служанка боится. Без макияжа она не может заставить себя выйти за дверь. Только эта косметика способна придать служанке достаточно уверенности в себе и смелости, чтобы противостоять жизни, - сказала Нин Шу с благодарным выражением на лице. Лицо Ци Шэна снова исказилось. Почему он почувствовал, что эта девушка больна? Может ли быть так, что она была слепой? Она вообще смотрелась в зеркало? Как она могла назвать этот макияж красивым? Ци Шэн слабо помахал рукой. - Пусть будет так, если ты счастлива. Нин Шу сразу сказала: - Молодой Мастер, вы действительно хороший человек. Ци Шэн:… Его взгляд медленно скользнул по ее лицу. Благодаря своему многолетнему опыту обращения с красавицами, он чувствовал, что эта девушка, вероятно, очень хорошо выглядит, так почему она так портила свою внешность? Ци Шен неожиданно сказал: - Я слышал, что сегодня вечером будет запуск небесных фонариков, ты пойдешь со мной, но вымой свое лицо начисто. Ночью темно, люди не смогут увидеть, как ты выглядишь, поэтому нет необходимости наносить такой макияж. Нин Шу:… Казалось, ему было очень интересно увидеть ее настоящую внешность. Нин Шу застенчиво улыбнулась, и сказала в женственной манере: - Ай, уже так поздно. Мама мне говорила, что девочки не должны гулять поздно ночью. Ци Шэн: … ---------- Настолько ярко, чтобы ослепнуть Попытка Ци Шэна заставить Нин Шу помыть лицо не удалась. Несколько мгновений он смотрел на нее, затем сказал: - Раз ты не хочешь, то давай просто забудем об этом. Я слышал, что там много красивых фонариков. Нин Шу не интересовалась фонариками. Она просто знала, что тот, кто вдруг стал внимательным, был либо предателем, либо вором. Ее цель состояла в том, чтобы не дать Ци Шэну сбить себя, отбить его сахарные атаки, и ждать, пока его истинная любовь не проявится. Дни Нин Шу в резиденции Ци шли очень комфортно для нее. Ци Шэн был имперским купцом, поэтому у него было много денег. Еда, одежда и жилье были высшего качества. Даже слуги получали довольно качественную еду и одежду. Однажды ночью Ци Шэн внезапно вбежал комнату Нин Шу. Юэ Лань осторожно посмотрела на него и спросила: - Что вы здесь делаете!? Вы пытаетесь что-то сделать с моей мисс? Нин Шу же с улыбкой спросила: - Молодой Мастер, у вас есть инструкции для служанки? - Сегодня вечером запуск небесных фонариков. Мне нужна служанка для сопровождения, поэтому ты пойдешь со мной, - Ци Шэн посмотрел на Нин Шу с нежным предвкушением в глазах. Это заставляло людей чувствовать, что было жестоко отказаться. Нин Шу ответила: - Молодой Мастер, служанка пойдет. - Хорошо, тогда иди, готовься. Я подожду тебя снаружи, - Ци Шэн улыбнулся и вышел. Юэ Лань, смотря в спину удаляющегося Ци Шэна, спросила: - Мисс, вы действительно собираетесь идти? Возьмите с собой и меня! У этого парня явно плохие намерения! Нин Шу начала наносить макияж. Юэ Лань уставилась выпученными глазами на Нин Шу: - Мисс, почему вы так настаиваете на этом макияже? – ее голос дрожал. Нин Шу просто отмахнулась от комментариев Юэ Лань и просто направилась во двор. Ци Шэн стоял в элегантной позе и смотрел на дерево. Нин Шу остановилась позади него и застенчиво сказала: - Молодой Мастер, служанка готова. Ци Шэн обернулся посмотреть на Нин Шу, и его глаза расширились от шока. Он не мог выговорить ни слова в течение длительного времени. Нин Шу моргнула темными кругами двух глаз и застенчиво продолжила: - Молодой Мастер, как выглядит служанка? Ци Шэн тяжело сглотнул. Выражение его лица практически искривилось, когда он извлекал из себя слова: - Твоя красота действительно уникальна. Ее глаза были густо раскрашены кругами, лицо было покрыто пудрой, а губы намазаны ярко-красной помадой. И это был еще не конец. Она носила ярко-красную верхнюю одежду с ярко-зеленой юбкой. Ци Шэн даже не знал, как описать это зрелище. Нин Шу почувствовала радость, когда увидела, что Ци Шэн выглядел так, будто из его глаз текла кровь. Приготовься чувствовать смертельное отвращение? Ее глаза были черными, прямо копирующими глаза панды, и эта безвкусная комбинация ярко-красного и ярко-зеленого была настолько яркой, что любой бы ослеп. Она чувствовала, что этот наряд был идеальным! Ци Шэн был немного раздражен, и это немного отразилось на его тоне. - Разве я уже не говорил, что естественность - это самое прекрасное? Почему ты так ходишь с этим макияжем? Каждый человек уникален, почему ты так боишься столкнуться с собой? Послушай меня, иди смой это с лица, - тон Ци Шэна снова стал очень искренним: - Ты моя служанка, никто в этом городе не посмеет над тобой смеяться. Нин Шу:… Он был таким ненастоящим. Он явно понимал, что ее внешность приведет к тому, что он потеряет лицо, и старался создать впечатление, будто он помогает восстановить ее уверенность в себе. Нин Шу сказала «о», затем ответила: - Служанка не может этого сделать. Без макияжа она не сможет жить. Этот слуга надеется, что Молодой Мастер сможет понять. [Динь] - Очки травмы +5, - голос №2333 появился в ее голове. ---------- Я понимаю, я все понимаю Ци Шэн схватился за грудь. Он был так зол, что его дыхание стало прерывистым, а лицо побледнело. Нин Шу, будучи наивной маленькой милой девочкой, как будто не заметила, что Ци Шэн скоро умрет от раздражения, и очень вежливо сказала: - Молодой Мастер, вы действительно такой хороший человек. Хорошо, что служанка никуда не пойдет. Затем она вернулась в свою комнату. Вместо того, чтобы куда-то идти, удобнее поспать под одеялом. На этот раз Ци Шэн не остановил ее. Он был, вероятно, слишком взбешен, чтобы сделать это. Кто просил тебя притворяться нежным? Давай посмотрим, как долго ты сможешь держаться. Юэ Лань последовала за Нин Шу в комнату и одобрительно сказала: - Выбор мисс был хорошим. Этот парень явно не очень хороший человек. После этого Ци Шэн больше не говорил о фестивале фонариков. Однако его цвет лица оставался фиолетовым. Вероятно, он все еще злился, поскольку Нин Шу продолжала вести себя так, как будто она ничего не замечала. В конце концов, Ци Шэн больше не мог это терпеть и сказал ей беспомощным тоном: - Ты, хлопотная маленькая девочка. Сладкая безумная любовь, содержащаяся в его тоне, заставила Нин Шу содрогнуться. Черт, это было так грубо, что она покрылась мурашками. Этот сценарий произошел слишком внезапно. Между ними не произошло никаких отношений, так почему он говорил с ней таким тоном!? Она посмотрела на него своими глазами панды. Что-то не так с его головой? Ци Шэн протянул руку, чтобы схватить Нин Шу, поэтому та перехватила инициативу, и схватила его первой. Ци Шэн сразу почувствовал, как будто коснулся сала. Это липкое и маслянистое ощущение привело его в отвращение. Ци Шэн выдернул руку из ее рук и поспешно вытерся носовым платком. Он не смел больше пытаться схватить ее за руку после этого шокирующего опыта. Нин Шу посмотрела на него с застенчивым выражением лица: - Молодой Мастер, что случилось? Ци Шэн посмотрел на Нин Шу взглядом, полным понимания, сочувствия и заботы, из-за чего волосы Нин Шу вздымались дыбом. Что за ерунда? Почему он так смотрел на нее? - Я уже знаю о твоей личности. Ты действительно сильно пострадала, - сказал Ци Шэн, - я понимаю, я все понимаю. Нин Шу: О грёбанный боже, говори на человеческом языке. Она изобразила смущенное и очень тупое наивное выражение: - Служанка не понимает, что говорит Молодой Мастер. Ци Шэн покачал головой с больным выражением и сказал: - Ты все еще не доверяешь мне? Ты чувствуешь, что я не заслуживаю доверия? Ты уже давно со мной, может быть, ты все еще не понимаешь, какой я человек? Нин Шу нашла его вопрос странным. Они общались только в течение полумесяца, не больше. - Ты все еще не хочешь сказать мне правду? Я знаю, что ты дочь премьер-министра Му, Му Яньмэн. На данный момент Сыту Цинъюй и принц-регент обыскивают город в поисках тебя, поэтому твоя осторожность - это очень хорошо, - сказал Ци Шэн с пониманием. Нин Шу в замешательстве уставилась на Ци Шэна: - Служанка не понимает, о чем вы говорите. Кто такая Му Яньмэн? Эта служанка - Сяо Хун, ее зовут не Му Яньмэн Ци Шэн нахмурился, но вскоре его брови разгладились: - Ты очень осторожна. В будущем, когда другие люди спросят тебя, ты должна отрицать это, как делаешь это сейчас. Тем не менее, ты можешь доверять мне. Твой молодой мастер надежен. Нин Шу кивнула и с благодарным выражением сказала: - Хотя я не знаю, о чем вы, я все равно благодарю вас, молодой мастер. - Яньмэн, можешь показать мне свою настоящую внешность? Молодой мастер хочет запомнить твой истинный облик, - сказал Ци Шэн со страстью в глазах. А, наконец, он дошел до своего истинного мотива. ---------- Пусть господь благословит вас сыном! Хотя Нин Шу отрицала тот факт, что ее звали Му Яньмэн, Ци Шэн был убежден в этом. Его глаза были наполнены хищным интересом. Нин Шу не обращала на него внимания. Так что, если он знал, что она была Му Яньмэн? Когда пришла его настоящая любовь, он сразу же забыл про нее. Ци Шэн явно наслаждался процессом погони за девушкой. Но как только он получит ее, он сразу же забудет про нее, потому что у него есть настоящая любовь, чистый ангел, которого он любил всем сердцем. И даже несмотря на то, что у него всегда была кто-то, кого он любил, его это не останавливало. Однажды он пошел в публичный дом, чтобы купить Му Яньмэн. Вероятно, он не так уж и сильно любил свою Юйфэй, ведь, в конце концов, он смог так легко бросить ее, обнаружив, что его истинная любовь не похожа на ангела. Для сравнения, Му Яньмэн была добрее, поэтому он полюбил ее. «Поскольку ты злая, я больше не люблю тебя. Я был слеп, когда влюбился в тебя» - разве это любовь? С тех пор, как Ци Шэн узнал, что Нин Шу на самом деле была Му Яньмэн, он стал лучше относиться к ней. Он не заставлял ее выполнять много задач, которые должны были выполнять служанки, и баловал ее, как будто она была богатой мисс. Что касается Нин Шу, так как Ци Шэн отказался поручать ей работу, она проводила дни за чаепитием или за прогулкой по саду, ожидая следующего события. Настоящая любовь Ци Шэна скоро должна была прийти. Ли Юйфэй хоть и выглядела нежной и дружелюбной на поверхности, но на самом деле она была гнилой до глубины души. Она полностью изуродовала хоста и мучила ее, пока на ее теле не осталось ни единого дюйма кожи без шрамов. Она была идеальной моделью злого женского героя. Нин Шу потеряла дар речи. Это была роль, которую она должна была сыграть. Но по какой-то причине она на этот раз оказалась доброй женщиной. Что это за задание? Вскоре, когда Нин Шу увидела, что лицо Ци Шэна было наполнено радостью, и он выглядел так, словно позади него летали розовые пузыри, она поняла, что его «настоящая любовь» вот-вот придет. - Яньмэн, Юйфэй скоро вернется, - сказал Ци Шэн Нин Шу. Какое это имеет отношение ко мне? Нин Шу удивленно спросила: - Кто такая Юйфэй? Ци Шэн посмотрел в глаза панды Нин Шу, и эмоционально сказал: - Она женщина, которую я любил очень долгое время, так долго, что даже не помню, когда это началось. Она замечательная женщина. Нин Шу сразу же широко улыбнулась. - Поздравляю, молодой мастер! Ци Шэн хотел схватить Нин Шу за руку, но затем вспомнил, чем это чревато, и остановился. - Хотя Юйфэй и возвращается, я все равно буду защищать тебя, так что не волнуйся. Юйфэй очень добрая. Когда она узнает, кто ты, она тоже будет тебя защищать. Нин Шу: Что за херня? Он хотел их обеих!? Хотя его настоящая любовь вернулась, он все равно пытался покорить ее обещаниями? Нин Шу почувствовала недоумение. Она впервые увидела своими глазами человека, который пытался сесть в две лодки одновременно. Однако это имело смысл. В оригинальном сюжете, до того, как настоящая любовь, Ли Юйфэй вернулась, Му Яньмэн и Ци Шэн уже начали спать вместе. Поскольку Ци Шэн уже успешно добился ее, он, очевидно, будет ценить женщину, которой он еще не добился. Однако прямо сейчас у Нин Шу и Ци Шэна даже не было намека на отношения. Даже если их отношения и наводили на размышления, все предложения исходили исключительно от стороны Ци Шэна. Поэтому Ци Шэну нужно было обнадеживать ее, чтобы она не ушла, пока он ее не заполучит. Он действительно был необычайным подонком. Му Яньмэн, после стольких мучений, должна была жить с ним счастливо? Это было невероятно. Нин Шу, глядя на Ци Шэна, искренне сказала: - Поздравляю, молодой мастер, поздравляю! Пусть господь благословит вас сыном! Ци Шэн:… ---------- Цвета жизни должны быть яркими и контрастными Иногда Ци Шэн задавался вопросом, действительно ли эта женщина была Му Яньмэн. Ее поведение всегда было таким странным. Однако в приказах об аресте была названа пара – хозяйка и служанка. Может ли быть, что служанкой и была Му Яньмэн? Тем не менее, Юэ Лань, казалось, не была особой красавицей. Ци Шэн давно знал о красотке номер один в Дунхуа, Му Яньмэн, но ее статус был слишком высок. У него не было надежды подняться достаточно высоко, чтобы даже встретиться с ней. Однако теперь она стояла прямо перед ним. Он не хотел ничего, кроме как вылить на нее ведро воды и смыть все это с ее лица, чтобы взглянуть на нее. Желание было настолько сильным, что требовались все силы, чтобы оставаться спокойным. - Тогда, пожалуйста, подготовь и укрась комнату Юйфэй. Я верю в твой вкус, - Ци Шэн, очевидно, делал это, чтобы вызвать у Нин Шу ревность, однако Нин Шу не повелась, и радостно ответила: - Не волнуйтесь, молодой мастер, служанка сделает все хорошо. Затем Ци Шэн вспомнил запах от тела Нин Шу, и ее красно-зеленые одеяния. Ее вкусы действительно были уникальными. Он поспешно сказал: - Я подумал, ты раньше не выполняла таких задач, поэтому я просто скажу, чтобы это сделал другой слуга. Ты не привыкла делать такую ​​грубую работу. Нин Шу знала, о чем думал Ци Шэн. Он был явно обеспокоен тем, что она все испортит. Однако она ​​нетерпеливо улыбнулась и сказала: - Пожалуйста, позвольте служанке сделать это для мисс Юйфэй. Возможно, после этого этот слуга может даже стать сестрой мисс Юйфэй. Стать сестрой ... Ци Шэн посмотрел на Нин Шу, размышляя о возможных значениях ее слов. Вероятно, это был смысл, которого он с нетерпением ждал. Он сделал шаг вперед и уже собирался схватить ее за руку, но на полпути заставил себя остановиться. Он радостно сказал: - Юйфэй очень добросердечная девушка. Вы обязательно станете хорошими сестрами. Ха, как хочешь. Нин Шу чувствовала, что ее взгляды на мир пошатнулись. Если человек добросердечный, он примет тебя таким, какой ты есть. Если он не принимает, то он вовсе не добросердечный. Ха. Ха. Каждый раз, когда Нин Шу видела, как Ци Шэн смотрит на нее с нежной и глубокой страстью, она чувствовала желание просто ослепить себя. Его лицемерные поступки только вызывали у нее тошноту. Итак, ее цель состояла в том, чтобы стать свахой и сделать так, чтобы Ци Шэн остался со своей настоящей любовью навсегда. Нин Шу пошла с Юэ Лань, чтобы подготовить комнату для Юйфэй. Юэ Лань начала вытряхивать одеяло, жалуясь: - Мисс, моя бедная мисс, несмотря на ваш благородный статус, вы должны выполнять работу слуг. Если бы лорд знал, его сердце наверняка заболело. Премьер-министр Му, вероятно, уже жил где-то далеко. К сожалению, от него было мало вестей. В этой истории он был просто прохожим. Нин Шу сняла красивые и элегантные шторы и заменила их новыми, ярко-красными и зелеными, вызывающими боль в глазах. Это должен быть особый прием для Юйфэй. Нин Шу задавалась вопросом, как нежная и добросердечная женщина отреагирует на такую ​​ярко окрашенную комнату. Юэ Лань оглядела комнату, затем протерла глаза, спрашивая: - Мисс, когда вы начали любить эти цвета? Это, это… - После всех этих недавних событий твоя мисс наконец-то поняла, что цвета жизни должны быть яркими и контрастными - сказала Нин Шу, отряхивая руки. После того, как Нин Шу закончила обустраивать комнату, Ци Шэн захотел войти и посмотреть. В конце концов, любовь его детства была чистым светом в его сердце. В течение этого периода ему нужно было, чтобы она привязалась к нему, поэтому он беспокоился, что Нин Шу все испортит. - Молодой мастер, пожалуйста, поверьте. Служанка преподнесет мисс Юйфэй большой сюрприз! - Нин Шу настояла, чтобы Ци Шэн не заходил в комнату. Ци Шэн щелкнул по носу Нин Шу и сказал обожающе: - Молодой мастер, естественно, верит в тебя. Черт, ты хочешь потерять свою руку!? ---------- Прибытие ''Настоящей Любви'' Ци Шэн и Нин Шу с нетерпением ждали у входа в резиденцию Ци. Наконец, она появилась. Перед ними остановилась карета. Занавеска была приподнята двумя белыми руками. Нин Шу уставилась на них, ожидая увидеть, как выглядит Ли Юйфэй. Однако вышедшей была служанка с двойным пучком на голове. После того, как служанка вышла, из кареты появилась другая рука. Эта рука была элегантной и белоснежной, как снег. Нин Шу почувствовала волнение Ци Шэна. Он смотрел на карету, не моргая. Женщина, одетая в бледно-желтые цвета, слегка склонив голову, вышла из кареты с поддержкой служанки. Затем она медленно и грациозно пошла к Ци Шэну. У нее было идеальное овальное лицо и легкая улыбка на губах, излучающая женственность и элегантность. Одним взглядом она заставляла людей чувствовать желание защищать и баловать ее. У Ци Шэна был довольно хороший вкус. Если бы не Му Яньмэн, Ли Юйфэй, вероятно, осталась бы мягкой и доброй к миру. Однако из-за зависти она стала безжалостной и злобной, обезобразив внешность Му Яньмэн. Еще до того, как она подошла, Ци Шэн уже помчался к ней. - Юйфэй, вы пришли. Нин Шу почувствовала, что Ци Шэн страстно любил хватать людей за руки. Он хватался за руки каждой женщины, которую он видел. Это просто показывало, что он на самом деле прирожденный мошенник. Ли Юйфэй улыбнулась, вытаскивая руку из его руки. - Старший брат Шэн, мой отец передает вам привет. - С дядей все в порядке? - Ци Шэн посмотрел на Ли Юйфэй очень нежным взглядом, как будто он хотел прожечь ее насквозь своими глазами. Ли Юйфэй немного смутилась, и ее щеки покраснели, хотя внешне она осталась спокойной. Нин Шу посмотрела на нее своими глазами панды. Ли Юйфэй испугалась, и ее голос звучал слегка пронзительно: - Кто вы? Ци Шэн с энтузиазмом представил ее: - Это Сяо Хун, она подготовила комнату для вас. Это моя личная горничная. Когда Ли Юйфэй услышала, что ее комната была подготовлена ​​этой уродливой служанкой, ее сердце дрогнуло. Что будет с комнатой? Однако, когда она услышала, что это была личная служанка Ци Шэна, она сразу же дружелюбно улыбнулась и сказала: - Мне жаль, что побеспокоила вас, Сяо Хун. Нин Шу приоткрыла рот и широко улыбнулась, показав зубы: - Я слышала, что мисс Юйфэй - любовь всей жизни молодого мастера, поэтому служанка сделала все возможное, чтобы преподнести мисс Юйфэй приятный сюрприз. Когда Нин Шу подошла ближе к Ли Юйфэй, та осторожно отступила назад и поднесла к носу носовой платок: - Старший брат Шэн, Юйфэй немного устала и хочет отдохнуть. Ци Шэн сказал с теплой улыбкой: - Я провожу вас до вашей комнаты. Ци Шэн и Ли Юйфэй шли рядом, а Нин Шу следовала за ними. Когда они добрались до комнаты, Ци Шэн открыл дверь и сказал: - Сяо Хун специально подготовила это для вас. Ли Юйфэй посмотрела внутрь и застыла. Когда Ци Шэн увидел реакцию Ли Юйфэй, он поспешно заглянул ей за плечо, и увидел, что комната наполнена яркими кислотными цветами. Шторы были сделаны из тканей ярких цветов, которые были переплетены в случайном порядке. На это было больно смотреть. На столах стояли вазы с цветами. Вазы были уродливыми, а в них стояли цветы рапса. - Сяо Хун, о чем именно ты думала!? Разве я не говорил тебе тщательно подготовить комнату и сделать ее красивой и аккуратной? Что ты сделала!? - на этот раз Ци Шэн выглядел сильно рассерженным. В конце концов, он потерял лицо перед своей любовью из-за Нин Шу. [Динь] - Очки травмы +5. Текущее количество очков травмы – 10, - голос №2333 появился в голове Нин Шу, - почему у этого человека так мало очков травмы? ---------- Готовка ур. 0 приобретена? Ци Шэн выглядел хорошим снаружи, но внутри он был очень расчетливым и бессердечным человеком. После того, как Ци Шэн упрекнул ее, Нин Шу поспешно изобразила грустное надутое лицо: - Извините, извините, это моя вина. Я приложила все усилия, чтобы хорошо выполнить эту задачу, но все равно я не справилась. Я так виновата. Ли Юйфэй едва ли хотела сейчас улыбаться. Тем не менее, она вспомнила свои мотивы для поездки сюда и пересилила себя. Она улыбнулась и мягко сказала: - Все в порядке. Сяо Хун не знает о моих предпочтениях, и ее украшения не так уж и плохи. Нин Шу сразу же улыбнулась в облегчении и подошла, чтобы взять за руки Ли Юйфэй. - Мисс Юйфэй, вы такой хороший человек! Ли Юйфэй была мгновенно поражена этой ужасной вонью. Кроме того, казалось, что руки той были жирными и потными. От этого ощущения ей хотелось вырвать. Небеса, что это за человек? Почему Ци Шэн держит такого человека рядом с собой? Она просто отвратительна. Ци Шэн, казалось, увидел внутреннюю борьбу Ли Юйфэй и поспешил спасти ее из рук Нин Шу. Ли Юйфэй вытерла руку платком, подавляя рвоту. Нин Шу глупо улыбнулась, словно не заметив отвращения Ли Юйфэй. - Иди на кухню и попроси приготовить ужин. Тебе нужно только сказать, не нужно помогать им, - Ци Шэн позаботился о том, чтобы добавить последнее предложение, потому что он уже на собственном опыте узнал, насколько ужасной была еда Нин Шу. Она была больше похожа на яд. Нин Шу поспешно спросила: - Вы уверены, что служанка не должна помогать? Мисс Юйфэй наконец пришла. Служанка хочет приготовить несколько лучших блюд этого слуги для приветствия мисс Юйфэй. - В этом нет необходимости! - поспешно ответил Ци Шэн. Затем он, казалось, заметил, что его ответ был слишком резким, поэтому он смягчил тон и сказал: - В этом нет необходимости. Юйфэй только приехала. Она, вероятно, не будет много есть. Когда Ли Юйфэй услышала, что сказала Ци Шэн, она слегка нахмурила брови. Что Ци Шэн имел в виду под этим? Может быть, он не рад ей? Затем Ли Юйфэй сказала: - Сяо Хун, вам действительно не нужно переживать по этому. Пусть кухня начинает готовить. Я действительно не буду много есть. Нин Шу кивнула и ушла. Как только она ушла, Ци Шэн и Ли Юйфэй одновременно вздохнули с облегчением. Запах, который испускала эта женщина, был слишком отвратительным. Ли Юйфэй прикрыла лицо носовым платком, подавляя рвотные позывы. Ци Шэн сделал вид, что не видит поведения Ли Юйфэй, и тепло сказал: - Я сделаю так, чтобы вашу комнату переделали. Я не мог и подумать, что Сяо Хун украсит комнату таким образом. Однако она сделала это не со зла, поэтому, пожалуйста, не вините ее. Ци Шэн действительно хотел, чтобы у Ли Юйфэй было хорошее впечатление о Нин Шу. ---------- Кто такой Ци Шэн? Когда Ли Юйфэй услышала, что сказала Ци Шэн, она нахмурила брови, но быстро разгладила лицо. Она улыбнулась и озорно наклонила голову, сказав: - Старший Брат Шэн, почему вы так хорошо относитесь к этой служанке? Не может быть, что она нравится вам? Ци Шэн повернулся и страстно заглянул ей в глаза: - Как вы можете так говорить о Старшем Брате Шэне? Разве вы не знаете, что за человек ваш Старший Брат Шэн? Ли Юйфэй сморщила нос и сказала: - Старший брат Шэн, вы не ответили на вопрос Юйфэй. Вам нравится эта горничная? Вы знаете, я могу вам помочь. Ци Шэн покачал головой и твердо сказал: - Не думайте о том, чего нет, она всего лишь моя личная горничная. Она даже использует странный макияж, так как слишком уродлива. Ли Юйфэй облегченно вздохнула, услышав, что Сяо Хун уродлива, поскольку уродливая девушка не представляет большой угрозы. Все, что она сказала ранее, было просто проверкой, любит ли ее Ци Шэн. Большинство женщин, как правило, осознавали, когда мужчина их любил, и Ли Юйфэй с презрением смотрела на обожание Ци Шэна. Они были вместе с детства, поскольку оба они родились в купеческих семьях. Ци Шэну нравилась Ли Юйфэй, но Ли Юйфэй имела большие амбиции и, естественно, не интересовалась Ци Шэном. Единственная причина, по которой она решила его разыскать этот раз, заключалась в том, что бизнес ее семьи столкнулся с проблемой, и они нуждались в помощи этого имперского купца. Однако после приезда она не могла не признать мужскую ауру Ци Шэна, особенно когда такая красавица, как Му Яньмэн, его полюбила. Вещи, за которые борются конкуренты, всегда кажутся слаще. Потом, когда Ли Юйфэй в итоге переспала с Ци Шэном, эти чувства переросли в любовь. Она пришла сюда с намерением использовать Ци Шэна, но в итоге влюбилась в него. Нин Шу направилась на кухню сначала, чтобы передать заказ, а затем вернулась в свою комнату. Она увидела, что Юэ Лань что-то шьет. Жуя яблоко, она заглянула за плечо Юэ Лань, чтобы посмотреть, что та шьет: - Ты вышиваешь? Это же для мужчины. Юэ Лань, у тебя уже есть парень? Лицо Юэ Лань покраснело, и она принялась отрицать: - Мисс, что вы говорите? Как у служанки может быть молодой человек?! Пожалуйста, не клевещите на слугу! Нин Шу еще раз откусила яблоко и со смехом сказала: - Ты уже готовишь подарок, как это у тебя нет мужчины? Скажи мне, кто это? Это кто-то из резиденции Ци? Наверное, нет, правда? Нин Шу смотрела на Юэ Лань глазами, полными смеха, и Юэ Лань немедленно уступила под давлением. - Это не то, о чем вы думаете, мисс. Это просто тот парень. - Ци Шэн? - Челюсть Нин Шу отвисла. Хотя Ци Шэн был красивым и богатым, он все равно был подонком. Он никак не мог быть достоин ее маленькой Юэ Лань. Юэ Лань тупо уставилась на Нин Шу и спросила: - Какое это имеет отношение к Ци Шэну? Кто такой Ци Шэн? Оказалось, что Юэ Лань до сих пор не знает имени хозяина резиденции. Нин Шу спросила: - Тогда для кого это? Лицо Юэ Лана было очень красным, и она застенчиво сказала: - Мисс, пожалуйста, не спрашивайте больше. Ваша помада испачкана, вы должны нанести макияж снова - Не пытайся отвлечь внимание твоей мисс. Ответь мне, кто этот мужчина? Я хочу посмотреть, насколько этот человек заслуживает доверия, чтобы я доверила тебя ему, - серьезно сказала Нин Шу. Нин Шу действительно очень любила Юэ Лань. Хотя иногда та была немного странной, она была хорошей девчонкой. Было бы хорошо, если бы до ухода из этого мира Нин Шу смогла убедиться, что эта девушка будет встречаться с кем-то заслуживающим доверия. ---------- Что не так с вашими глазами? Юэ Лань сказала: - Мисс, у служанки действительно нет парня. Она планирует только сшить обувь для нашего охранника. Служанка недавно увидела, как его туфли разваливаются. Он так усердно работает, защищает нас, поэтому мы должны кое-что сделать, чтобы отплатить ему. Нин Шу кивнула. Она вспомнила квадратное лицо старшего брата-стражника, а затем посмотрела на нежное и красивое лицо Юэ Лань. Между ними вспыхнула искра? Первоначально она хотела спросить Юэ Лань, как та относится к охраннику, но та вряд ли бы ответила ей честно. Поэтому она пошла, снова нанесла макияж, и отправилась на ужин к Ци Шэну и Ли Юйфэй. Когда она добралась до гостиной, Ци Шэн и Ли Юфэй уже начали есть. Она поспешно сказала: - Молодой господин, почему вы не сказали служанке, что вы собираетесь есть, чтобы служанка могла накрыть для вас стол? Мисс Юйфэй, позвольте служанке принести вам еды. Лицо Ли Юйфэй немного изменилось, но она сдержанно изобразила улыбку: - Сяо Хун, в этом нет необходимости. Я могу сделать это сама, так что вы можете просто позаботиться о своем молодом мастере. Нин Шу немедленно повернулась к Ци Шэну: - Тогда, Молодой Мастер, служанка принесет поесть вам. Ци Шэн нахмурил брови и, прикрывая нос, мягко сказал: - В этом нет необходимости. Вы тоже должны пойти поесть. Юйфэй и я разберемся сами. Конечно, Нин Шу прекрасно понимала, что этим двоим не нравится ее присутствие. Ее целью было довести их до смерти! Большинство людей обычно не чувствуют запах от своих тел. Нин Шу не была исключением, она почти не ощущала вонь. Когда она увидела, что эти двое изо всех сил пытались терпеть запах, так как их статус не давал им ничего сказать, она почувствовала злую радость. Ци Шэн и Ли Юйфэй были людьми одного типа. Они оба были поддельными и двуличными. Одна в настоящее время вела себя как нежная красавица, другой – как внимательный мужчина, но правда заключалась в том, что оба они находили ее отвратительной. - Как мне оставить вас? Я - личная служанка Молодого Мастера и должна служить Молодому Мастеру! Нин Шу подняла пару палочек для еды и обхватила кусочек курицы. Тем не менее, она не смогла справиться с ним и в итоге уронила его в куриный суп, в результате чего суп выплеснулся на Ли Юйфэй. Ли Юйфэй вскрикнула и вскочила со стула. Сразу после этого она поняла, что ее реакция не соответствовала манерам леди, и она прикусила губы, со слезами на глазах глядя на Ци Шэна. Ци Шэн тоже нахмурился. Нин Шу растерянно извинялась, вытащив свой носовой платок, пахший духами и старыми носками, чтобы протереть пятна на одежде Ли Юйфэй. Ли Юйфэй опять почувствовала тошноту при виде этого платка. Она оттолкнула Нин Шу и посмотрела на Ци Шэна со слезами на глазах: - Старший Брат Шэн, означает ли это, что вам больше не нравится Юйфэй?! Почему ваша личная служанка делает это? Если Старший Брат Шэн хочет, чтобы Юйфэй ушла, Юйфэй сейчас уйдет. - Что здесь делаешь до сих пор? Убирайся! Посмотри, сколько беспокойства ты причинила! - Ци Шэн крикнул Нин Шу. Нин Шу нахмурилась и сказала: - Служанка сделала это не нарочно. - Убирайся! - Ци Шен выглядел негодующе. Когда Нин Шу увидела, что глаз Ци Шэна безостановочно дергался, она с беспокойством спросила: - Молодой Мастер, что у вас с глазом? Почему он так сильно дергается? Жалкий молодой хозяин служанки, похоже, у вас начинается слепота. Ци Шэн:… Ли Юйфэй тоже обеспокоенно спросила: - Старший брат Шэн, вы в порядке? У Ци Шэна заболела голова, он никогда раньше не встречал такого глупого человека, как Сяо Хун. ---------- Нужен ''Серп и Молот'' Ци Шэн строго сказал: - Уходи. Нам будет хорошо и без тебя. Нин Шу продолжила колебаться, поэтому Ци Шэн повторил: - Уходи. Ты не подчиняешься своему Молодому Мастеру? Хочешь, чтобы я продал тебя? Нин Шу повернулась и ушла. После этого Ци Шэн сказал Ли Юйфэй: - Юйфэй, не забивай себе голову. Эта неуклюжая горничная постоянно доставляет неприятности. Как я могу хотеть, чтобы ты ушла? Ты знаешь, как я к тебе отношусь. Ли Юйфэй улыбнулась и спросила: - Старший Брат Шэн, если эта горничная всегда такая неуклюжая, зачем вам держать ее у себя? И от нее всегда странный запах. Как вы можете ее терпеть? Ци Шэн не знал, что сказать. Причина, по которой он держал эту женщину у себя, заключалась в том, что вполне возможно, что она была красавицей номер один в стране, Му Яньмэн. Он бы никогда не отказался от такого шанса. Даже если он будет ухаживать за Ли Юйфэй, он всегда будет держать путь отступления. - Старший Брат Шэн, почему вы не отвечаете Юйфэй? - Ли Юйфэй нахмурила брови. Ци Шэн крепко сжал ее руку и сказал: - Юйфэй, ты можешь мне сказать, почему ты до сих пор задаешь мне такие вопросы? Ты всегда была единственной в моем сердце. Моей величайшей мечтой всегда было взять тебя в жены. Ли Юйфэй застенчиво опустила голову, не говоря ни слова. Тело Ци Шэна бросило в жар, и он наклонился и поцеловал ее. После этого сухое дерево загорелось сильным огнем. На полпути Нин Шу обнаружила, что уронила носовой платок, и пошла назад, чтобы найти его. Этот носовой платок играл одну из самых главных ролей в этой партии, было бы неразумно оставить его так. В тот момент, когда она достигла двора, она услышала странные звуки, исходящие из дома. Она была ошарашена. Разве они не обедали минуту назад? Как они оказались на кровати? Кроме того, Ли Юйфэй только что прибыла в резиденцию Ци. Как она стала такой раскованной, чтобы уже спать с главным мужчиной? Как и следовало ожидать, в мире хентая не было логики. Ли Юйфэй приехала сюда только для того, чтобы манипулировать Ци Шэном, чтобы вызволить свою семью из кризиса, но в итоге влюбилась в него. Это было очевидно работа сюжетной линии, и ее роль была определенно подловить их на этом романе. Нин Шу потерла подбородок. Так как же ей это сделать? Она тихо на цыпочках кралась, пока не оказалась у кровати. Два человека на кровати были посреди напряженной сцены, поэтому они ее вообще не заметили. Те уже успели перепробовать множество поз с выражением восторга на лицах. Затем раздался тихий голос: - Молодой Мастер, служанка может приготовить вам ванну? - Аааааа…. - Ли Юйфэй поспешно прикрыла грудь, издав пронзительный вопль, и оттолкнула Ци Шэна. Маленький друг Ци Шэна оказался на свободе, поднялся в воздух и ударил по лицу Ли Юйфэй, заставляя ее снова закричать. Будучи потрясенным Нин Шу, затем снова потрясенным Ли Юйфэй, маленький друг Ци Шэна сразу же уменьшился и, казалось, больше никогда не мог подняться. Так-так-так, что это за грязная сцена? Здесь не обойтись без чистящего средства «Серп и Молот». Ли Юйфэй успокоилась и перестала прикрывать грудь. Ее груди показались в полный рост и немного покачнулись, как будто она целенаправленно выставляла их напоказ Нин Шу. Нин Шу расправила плечи. Ты думаешь, что у тебя единственной такая большая грудь? Двое на кровати не собирались надевать одежду. Как бесстыдно! Ци Шэн крикнул Нин Шу: - Молодой Мастер велел тебе убраться! Или ты стоишь здесь, потому что хочешь присоединиться? Нин Шу стало так противно, что ее чуть не стошнило. - Служанка приготовит ванну для молодого мастера. О, молодой мастер, вы были настолько удивлены криком мисс Юйфэй, что стали бессильны? Вам нужны лекарства? - Нин Шу, изображая беспокойство, задавала вопросы. [Динь] - Очки травмы +15. Текущее количество очков травмы - 20. №2333 затем поспешно добавил: - Нин Шу, вы не можете продолжать смотреть. Ваш разум испачкается, и вы больше не будете чистой. - Убирайся! - сердито крикнул Ци Шэн в сторону Нин Шу. Нин Шу поспешно сказала: - Служанка уберется сразу же! Молодой Мастер, веселитесь. О, и если вам нужно лекарство, служанка принесет его. Служанка сейчас уйдет. Нин Шу увидела, что выражение Ци Шэна было особенно злым, на нем не было ни следа его обычной мягкости. На этот раз она, вероятно, разозлила его по-настоящему. ---------- Вы изменились Нин Шу вышла, но не ушла полностью. Она присела на корточки возле окна, чтобы подслушать происходящее. - Нин Шу, почему вы это делаете? Вы изменились. Раньше вы были очень чисты, - сказала №2333. Нин Шу огрызнулась в ответ: - Ты меня знаешь? Если нет, то перестань извергать из себя такие вопросы. - Первая система зафиксировала, что вы были очень чистым человеком, почему вы изменились? В прошлых заданиях вы только один раз видели, как кто-то занимается сексом, но теперь вы берете на себя инициативу шпионить за тем, кто занимается сексом, - звучал голос №2333. - Разве это имеет отношение к тебе? Если у тебя есть такая возможность, то не отправляй меня в такие миры. Но теперь ты сетуешь, что я стала грязной? Какое отношение моя "чистота" имеет к тебе? №2333 была обижена. - Как вы можете так зло относиться ко мне? Хотя я и система, у меня все еще есть чувства. Теперь мы компаньоны, мы можем даже застрять друг с другом до конца наших дней. Вы должны быть дружелюбнее по отношению ко мне. - Тогда я могу получить другую систему? Я не хочу тебя, - ответила Нин Шу. - Гм! Я больше не буду с тобой разговаривать! - голос №2333 исчез. Пока Нин Шу и 2333 ссорились, у Ци Шэна и Ли Юйфэй шел разговор. - В чем дело? Старший Брат Шэн, почему он не поднимается? - Попробуй ртом, - голос Ци Шэна звучал нетерпеливо. Нин Шу заглянула в окно внутрь, Ци Шэн стоял на коленях на кровати, в то время как Ли Юйфэй усердно пыталась расшевелить его, маленький друг Ци Шэна оставался мягким и вялым. - Старший Брат Шэн, это… Юйфэй никогда не делала этого раньше, - стыдливо сказала Ли Юйфэй. Тем не менее, Ци Шэн сейчас был очень раздраженным, поэтому он просто взял ее за голову и прижал ее между своих ног. Следующая сцена была очень грязной. Нин Шу протерла глаза, затем продолжила смотреть. К сожалению, несмотря на усилия Ли Юйфэй, маленький друг Ци Шэна не хотел подниматься. Нин Шу молча подумала, стал ли он бессильным из-за шока. Таким образом, много молодых женщин были спасены этим радостным событием. Ци Шэн был зол и испуган, когда он не чувствовал своего маленького друга, он оттолкнул Ли Юйфэй в сторону. Ли Юйфэй была шокирована и закричала с удивлением: - Старший Брат Шэн?! Нин Шу увидела, что, хотя лицо Ци Шэна было серым, он все же заставил себя повернуться и утешить Ли Юйфэй. - Юйфэй, я устал, - нерешительно объяснил Ци Шэн. Затем он поцеловал ее в лоб и начал надевать одежду. ---------- Вы изменились (2) Казалось, что маленький друг Ци Шэна больше не был способен ни на что. Когда Нин Шу увидела, что больше ничего не происходит, она поспешно побежала обратно в свою комнату, затем вытащила свисток и с силой подула в него. Когда Юэ Лань увидела, как Нин Шу свистит, она поспешно положила обувь, над которой работала, и спросила: - Мисс, что-то случилось? Зачем вы вызываете охранника? Что-то случилось? Конечно, что-то случилось. Теперь, когда Ци Шэн больше не сможет это делать, он определенно придет, чтобы найти ее. Хотя Ли Юйфэй также принимала участие в этом деле, именно Нин Шу была инициатором. После заигрывания со смертью ей нужен был охранник, чтобы защитить ее. Я глупая и наивная маленькая героиня этого мира, мне нужна защита. Ей пришлось долго свистеть, прежде чем охранник влез через окно в своем черном наряде. - Мисс, что случилось? - спросил охранник. Нин Шу сказала: - Я просто хотела проверить, что ты рядом. Я нахожусь в опасности в настоящее время, поэтому постарайся откликнуться сразу же, как только я свистну. Охранник молча смотрел на нее, а затем спросил: - Мисс, что вы сделали на этот раз? Нин Шу невинно сказала: - Я ничего не делала. Однако всегда найдутся злые простолюдины, которые хотят навредить твоей мисс. Так что держи ухо востро, хорошо? Может быть, кто-то планирует навредить твоей мисс прямо сейчас! - сказала Нин Шу. В глазах охранника было презрение, когда он сказал: - Я понял. - О, кстати, Юэ Лань сделала тебе пару туфель, - сказала Нин Шу. Охранник пристально посмотрел на Юэ Лань, и та покраснела. Она топнула ногами, жалуясь: - Мисс, как вы можете так это рассказать? - Почему нет? - Нин Шу просто взглянула на нее. Охранник поблагодарил Юэ Лань, затем выпрыгнул в окно. Нин Шу спросила: - Это потому, что ты не сможешь сделать ему сюрприз? Юэ Лань бросила на нее взгляд, затем недовольно надулась: - Теперь, когда вы сказали это, служанка чувствует себя неловко. Нин Шу удивилась, затем предложила: - Если ты передашь ему обувь тайно, ты не должна чувствовать неловкость. - Мисс, как вы могли это сделать? Вы изменились. Вы не были такой, - Юэ Лань печально посмотрела на нее. Да черт возьми. Почему два разных человека сказали ей одно и то же сегодня? - Все в порядке. Если нет, то сшей еще одну пару обуви и удиви его этим. Он будет ожидать только одну пару, поэтому, если он получит две пары, он удивится, не так ли? - сказала Нин Шу, утешая Юэ Лань. Юэ Лань посмотрела на нее со слезами на глазах: - Мисс, как вы можете быть такой? Ясно же, что между нами ничего нет, но теперь, когда вы сформулировали это так, кажется, что что-то есть, хотя ничего и быть не могло. Как служанка могла полюбить квадратное лицо этого охранника? Нин Шу поспешно прикрыла рот Юэ Лань и сказала: - Хотя все, что ты говоришь, правда, не говори это вслух. Что, если Старший Брат-Охранник услышит, и уйдет, потому что ему станет больно? Юэ Лань покачала головой. Нин Шу отпустила ее, и Юэ Лань сказала: - Служанка чувствует, что Старший Брат-Охранник – хороший человек. ---------- Ты здесь, чтобы отомстить за своего маленького друга? Как и ожидала Нин Шу, Ци Шэн пришел к ней ночью. Она потеряла дар речи. Что он хотел сказать ночью, чего не мог сказать днем? Было очевидно, что он питал дурные намерения. Когда она открыла дверь, Ци Шэн небрежно обмахивался веером, прислонившись к краю двери. Увидев Нин Шу, он сказал: - Сяо Хун, прогуляйся с Молодым мастером. Ему есть что рассказать тебе. Нин Шу моргнула глазами панды и спросила: - Молодой Мастер, уже так поздно, что вам нужно сказать служанке? Служанка хочет спать. Ци Шен нахмурился, оглядывая Нин Шу: - Ты не смываешь макияж и ночью? Почему ты даже спишь с этим макияжем? Косметическая пудра вредна для кожи. Иди, умой лицо, а затем прогуляйся с молодым мастером. Нин Шу смущенно погладила свое лицо, сказав: - Служанке нравится этот макияж. Она не хочет смывать его даже ночью. Гнев вспыхнул в глазах Ци Шэна, но вскоре он снова подавил его и мягко сказал: - Хорошо. Тогда иди так. Нин Шу последовала за Ци Шэном. Ци Шэн шел очень медленно. Его движения были вялыми и расслабленными, а его фигура напоминала картину под ярким лунным светом. Ци Шэн молчал, поэтому Нин Шу тоже ничего не говорила. Когда они добрались до павильона, Ци Шэн молча сел на каменный стул. По правде говоря, хотя Ци Шэн в настоящее время выглядел чрезвычайно благородным, Нин Шу навсегда в голове сохранилось изображение, когда он, тощий и голый, смотрел на нее затравленным взглядом. Карпы медленно кружились в пруду, время от времени вызывая брызги на поверхности… Нин Шу резко почувствовала себя преследуемой, и ее волосы встали дыбом. - Молодой… Молодой мастер, луна сегодня вечером большая и круглая, - Нин Шу прервала молчание. Ци Шэн посмотрел на Нин Шу. В холодном лунном свете ее лицо выглядело смертельно бледным, а темные круги вокруг глаз стали еще более заметными. Ее губы также стали еще вызывающе красными, из-за чего она выглядела как злобный призрак. Он отвел глаза и сказал: - Я хочу поговорить о том, что произошло сегодня днем. Об этом инциденте? Нин Шу незаметно коснулась свистка. Может ли быть так, что Ци Шэн потерял мужскую силу и теперь собирался отомстить? Нин Шу сделала несколько шагов назад: - Что хочет сказать молодой мастер? Ци Шэн сказал Нин Шу: - Садись. Я хочу поговорить с тобой о Юйфэй. Нин Шу: О чем тут говорить? - Юйфэй - это женщина, в которую я влюблен с детства. В будущем мы обязательно поженимся, - Ци Шэн страстно смотрел на Нин Шу с таким выражением, как будто ему было больно говорить. - Я надеюсь, что ты сможешь понять. - Конечно, служанка может понять. Поздравляю, молодой мастер, - Нин Шу дала прямой ответ. Радость сразу появилась на лице Ци Шэна. Он резко встал, чтобы схватить Нин Шу за руки, но на полпути снова остановился. - Я просто знал, что ты добрый человек. Как только Юйфэй и я поженимся, я смогу убедить Юйфэй принять тебя. Юйфэй такая же добрая, как ты, - радостно сказал Ци Шэн. Что за хрень? Что за чертовщина? Нин Шу очень хотела просто ударить его по голове. После всего, что произошло, этот парень все еще хочет встать на две лодки одновременно? Он собирался жениться на своей настоящей любви и одновременно иметь наложницу? Черт, и она думала, что он здесь ради мести, потому что он стал бессилен. Но оказалось, что он здесь, чтобы опять соблазнить ее! Мужская сила главного героя этого мира действительно не может быть подавлена. После всего этого он все равно оказался в порядке. Она должна была просто убедиться, что корень всех преступлений был уничтожен навсегда. Тогда не надо ни о чем беспокоиться. Нин Шу не могла понять одного. Она уже сделала все, чтобы на нее было невыносимо смотреть, но Ци Шэн все равно в состоянии убедить себя, что она прекрасная красавица. Нин Шу застенчиво улыбнулась: - Молодой мастер и мисс Юйфэй – вы были выбраны небесами. Молодой Мастер уже сказал, что мисс Юйфэй - женщина, которую Небеса любезно предоставили вам, поэтому Молодой Мастер правильно делает, что дорожит Юйфэй. Итак, почему Молодой Мастер хочет убедить мисс Юйфэй принять служанку? Служанка - просто мимолетная роза, она не хочет ввязываться в великую любовную историю. ---------- Без тебя я умру Нин Шу просто хотела преклонить колени перед логикой Ци Шэна. С утра занявшись сексом с одной, он пришел к ней ночью, чтобы убедить ее стать его наложницей? Это было невероятно. Нин Шу хотела спросить, действительно ли Ци Шэн любил свою настоящую любовь. Он был таким несдержанным. Что за подонок. Губы Нин Шу презрительно изогнулись, она посмотрела на Ци Шэна, элегантно позирующего под луной. - Молодой мастер, вы любите мисс Юйфэй? Ци Шэн кивнул. - Я люблю ее, как любил много лет. Нин Шу:… Так если ты так сильно любишь ее, почему ты украдкой встречаешься с другой женщиной посреди ночи? Это настоящая любовь, или он просто пытается обмануть ее, чтобы влюбить ее в себя? Независимо от его ответа, она чувствовала к нему только презрение. - Я уверен, что Юйфэй примет тебя. Вы двое определенно будете близкими сестрами, так как вы обе такие добросердечные женщины, - выражение лица Ци Шэна стало немного болезненным, - за все время я обнаружил, что влюбился в тебя. Я не могу с тобой расстаться. Это был самый странный бред, который она когда-либо слышала. Она чувствовала, что может умереть от отвращения. Что за ерунда? В этом мире не было ни одного нормального главного героя? Один был психом из-за детской травмы, другой - упрямым шовинистом, а третий любил флиртовать сразу с двумя. Черт, что же тогда с другими мужчинами? Если они заболели, им следует пойти к врачу, а не мучить Му Яньмэн. - Если кто-нибудь из вас оставит меня, мое сердце разобьется, - Ци Шэн страстно смотрел на Нин Шу. Нин Шу тяжело сглотнула. Она действительно хотела плюнуть ему в лицо. - Яньмэн, без тебя я умру, - Ци Шэн собрал всю свою решимость и схватил Нин Шу за руки. Цвет его лица сразу изменился, но он держался. Тогда иди и умри. Нин Шу вытащила руки и застенчиво опустила голову: - Служанка жутко уродлива, она не подойдет Молодому Мастеру. - Нет, я знаю, что ты делаешь это, чтобы защитить себя. Я видел тебя однажды в столице. Я только мельком увидел, но я запомнил твою красоту. Твои глаза были чисты, как вода, а твои волосы были как шелк. Я понимаю, почему ты пытаешься защититься. Нин Шу:… Что за хрень? Неудивительно, что этот парень терпел ее до сих пор. Он уже знал, как выглядела Му Яньмэн. Нин Шу моргнула своими черными обведенными глазами, в которых не было ни следа чистоты, подобной воде, и покачала головой. - Молодой Мастер, служанку зовут Сяо Хун, а не Му Яньмэн. Молодой Мастер, вы сошли с ума от шока сегодня утром? Вы должны пойти и принять лекарство. Ци Шэн сказал тоном, полным любви: - Хорошо, хорошо. Ты Сяо Хун, а не Му Яньмэн. В будущем, если другие люди спросят тебя, ты должна так ответить. В конце концов, Му Яньмэн - очень известное имя, поэтому ты будешь в опасности. Каждое его слово звучало фальшиво. Нин Шу могла дать голову на отсечение и поклясться на небесах, что единственной заботой этого ублюдка было трахнуть ее. Если она влюбится в него, следующей сюжетной линией будет то, как она подвергнется пыткам со стороны главной женщины, Ли Юйфэй. После этого Ци Шэн внезапно осознает, что та, кого он любил, была Му Яньмэн, а не Ли Юйфэй, эта злая женщина. Он почувствует, каким он был слепым, что он любил не того человека, поскольку она на самом деле оказалась такой злой. Вся ее нежность и доброта в прошлом были фальшивыми и бла-бла-бла… Ци Шэн подошел ближе к Нин Шу, чтобы поцеловать ее в лоб, но как только он приблизился, он почувствовал отвратительный запах немытых волос. Вместо этого он решил нацелиться на ее щеку, но не мог заставить себя дотронуться до этого густого красного порошка на ее лице, поэтому он, наконец, сдался. Нин Шу внутренне усмехнулась. Она знала, что Ци Шэн не сможет заставить себя сделать это, поэтому она даже не удосужилась увернуться. В конце концов, Ци Шэн стремился к несравненно красивой Му Яньмэн, а не к вонючей и уродливой Сяо Хун. ---------- Специальная сила OOXX Нин Шу взглянула на Ци Шэна и спросила: - Молодой Мастер, мисс Юйфэй знает, что вы здесь, со служанкой? Ци Шэн покачал головой: - Юйфэй не знает, но я не думаю, что она будет против. Откуда он был так уверен? Губы Нин Шу дернулись. Затем она вздрогнула и сказала: -Ай, сегодня довольно холодно. Служанка возвращается домой. Как только Нин Шу повернулась, Ци Шэн схватил ее за руку. Она обернулась и подняла густо накрашенные брови. В ярком лунном свете ее лицо было ужасным. Ци Шен был немного поражен, но он быстро улыбнулся и сказал: - Хорошо укройся ночью. Не простудись. Братан, что ты говоришь? Сейчас же лето. Ты должен был пожелать мне хорошей ночи, и чтобы не кусали комары. Как лицемерно. Нин Шу кивнула и серьезно ответила: - Служанка знает это. Пусть Молодой Мастер тоже не забудет об одеяле. Ци Шэн смотрел ей вслед, как она убегала прочь. Когда она вернулась в комнату, Юэ Лань немедленно схватила и начала осматривать ее с головы до ног. - Мисс, вы в порядке? -Я в порядке. Что может случиться с твоей мисс? - Нин Шу бесцеремонно махнула рукой. Юэ Лань, все еще волнуясь, сказала: - Мисс, нам лучше покинуть это место. Такое чувство, что Молодой Мастер питает к тебе дурные намерения. Так было и в резиденции премьер-министра. Даже после того, как мы поменялись местами, это все равно осталось так. Почему эти люди такие злые? - Твоя мисс - это основа истории, поэтому везде, куда бы я ни пошла, везде будет так. Независимо от того, куда пойдет Му Яньмэн, она все равно будет привлекать мужчин. Юэ Лан вздохнула, затем обрушила на нее поток слез: - Мисс была прекрасна с незапамятных времен. Все в мире говорили о красоте мисс, о том, какое счастливое будущее ее ждет. И как же это обернулось? Моя бедная, жалкая мисс ах! Ее слезы появлялись мгновенно, даже минуты подготовки. Служанка действительно была настоящей актрисой. Если бы главная женщина не была красивой, то как ей зачаровывать всех мужчин до такой степени, что они бросали все, чтобы жить с ней? Нин Шу приподняла грудь рукой и сказала: - Не плачь больше. Хотя твоя мисс сейчас ужасно выглядит, по крайней мере, у нее красивая грудь Юэ Лань:… Ци Шэн думал, что Нин Шу, похоже, согласилась с его предложением прошлой ночью, поэтому на следующий день его взгляд, когда он смотрел на Нин Шу, содержал любовь и игривость. Когда Ли Юйфэй увидела взгляд Ци Шэна, она сразу почувствовала, что ее позиция пошатнулась. Она и Ци Шэн уже достигли хороших отношений, и Ци Шэн был очень уверенным в постели, поэтому Ли Юйфэй чувствовала к нему еще большее влечение. Несмотря на то, что она спала с ним с намерением использовать его чувства, чтобы помочь бизнесу своей семьи, после она действительно влюбилась в него. Главная женщина была не единственной, у кого была возможность заставить другую сторону влюбиться в них после секса, это мог делать и главный мужчина. Кроме того, он был особенно силен по отношению к поддержке главной женщине и прочему пушечному мясу. Поэтому, когда Нин Шу почувствовала, как эти два взгляда устремлены на нее, она почувствовала желание вылить им на голову горячий суп. ---------- Что ест охранник? Глаза Ли Юйфэй были острыми и настороженными, она прожигающим взглядом изучала Нин Шу. Нин Шу поставила горячий суп на стол и идиотски широко улыбнулась, сказав: - Молодой Мастер, мисс Юйфэй, я принесла суп. Ци Шэн сказал: - Тебе нет необходимости находиться здесь, ты можешь идти. Ли Юйфэй тепло сказала: - Сяо Хун, приходи ко мне в комнату позже. Твой макияж нужно немного доработать, поэтому я научу тебя другому способу макияжа. Нин Шу:… Ха. Ха. Ли Юйфэй определенно пыталась понять, как она выглядит. Глаза Ци Шэна загорелись: - Поскольку вы теперь сестры, пусть Юйфэй научит тебя, как наносить макияж. Нин Шу не обратила внимания на двоих и просто ушла. Когда она вернулась в комнату и увидела, что Юэ Лань ест, ей вдруг что-то пришло в голову: что ест старший брат-охранник? Нин Шу спросила Юэ Лань: - Что ест твой старший брат-охранник? Юэ Лань положила палочки для еды и надулась, сказав: - Он не мой старший брат. Каждый раз, когда служанка идет есть, она всегда берет дополнительную порцию и относит ее охраннику. Если бы этот служанка ждала, пока мисс вспомнит об этом, он бы уже умер от голода. -Ай, прости, прости, мисс не подумала об этом. Хорошо, что у старшего брата-охранника есть Юэ Лань, эта маленькая девочка, думающая о нем, иначе он действительно умер бы от голода, - Нин Шу похлопала Юэ Лань по плечу и сказала: - Позже, когда мисс больше не будет здесь, ты и твой старший брат-охранник должны заботиться друг о друге. Юэ Лань поспешно спросила: - Почему мисс не будет здесь? Служанка всегда будет рядом с мисс. Пока она жива, она будет служить мисс. Если служанка умрет, она станет призраком мисс. - Хватит, хватит, - Нин Шу махнула рукой, - твоя мисс поняла, что ты имеешь в виду. Юэ Лань снова залилась слезами: - Мисс, куда бы вы ни пошли, вы всегда можете положиться на меня. Казалось, что слезы этой девушки похожи на воду из-под крана. В ту секунду, когда ты поворачиваешь кран, из него льется вода. - Я обязательно возьму тебя с собой, не волнуйся, - сказала Нин Шу. - Вы Сяо Хун? Моя мисс хочет вас видеть, - вошла служанка. Когда она увидела Нин Шу, в ее глазах промелькнул след презрения: - Поспешите, моя мисс хочет видеть вас, и мастер Ци Шэн тоже ждет вас. Вам лучше поторопиться. Не стоит заставлять хозяев ждать слишком долго. Казалось, что Ли Юйфэй, наконец, захотела смыть ее макияж. - Поспешите, чего вы ждете? - сказала раздраженная служанка. Нин Шу слегка сжала губы, следуя за служанкой во двор Ли Юйфэй. Когда она вошла в комнату, она обнаружила, что ее красочные украшения уже были сняты и заменены новыми высококачественными и элегантными украшениями. Это был совершенно другой стиль. Ци Шэн сидел в главном зале. Когда он увидел, как вошла Нин Шу, он сказал: - Это правда, тебе следует немного изменить свой имидж. Ли Юйфэй согласилась: - Сначала искупайся, - Ли Юйфэй изначально хотела сказать ей, чтобы она смыла этот странный запах, но она не могла быть настолько невежливой, когда рядом с ней сидел Ци Шэн. Нин Шу не собиралась раскрывать свою внешность, так как у нее не было желания быть обезображенным Ли Юйфэй. Это было так больно, когда тебе ножом снимают кожу с лица. Ревность женщин была действительно ужасной. ---------- Что не так с Сяо Хун? - Горячая вода уже готова, поэтому ты должна пойти помыться. Я научу тебя, как наносить макияж после того, как ты вымоешь свое лицо, - когда Ли Юйфэй увидела, что Нин Шу не двигается, то напомнила ей. Нин Шу внезапно плюхнулась на землю, чем сильно потрясла Ци Шэна и Ли Юйфэй. Ли Юйфэй поспешно спросила: - Сяо Хун, что вы делаете? - Не сиди так, земля холодная, - сказал Ци Шэн, - если тебе есть что сказать, просто скажи это. Мы отнесемся с пониманием, что бы это ни было. Нин Шу начала плакать: - Пожалуйста, мисс Юйфэй, не заставляйте служанку смывать свою косметику, иначе служанка никогда не сможет показать свое лицо. - Почему? - Ли Юйфэй была удивлена. - По правде говоря, служанка действительно безобразна. Правая половина ее лица полностью черная из-за большого родимого пятна, поэтому служанка всегда использует такой толстый слой косметической пудры, чтобы скрыть его, Нин Шу вытерла рукавом часть своего лица, обнажая черную кожу. Кожа была очень темной и пятнистой, и выглядела отвратительно. Ци Шэн был ошеломлен. Он запнулся: - Как у тебя может быть родимое пятно? Это же не так, правда? Когда Нин Шу увидела, что Ци Шэн выглядит так, будто его мечты рухнули, она внутренне почувствовала презрение. Ци Шэн постучал веером по столу, а потом крепко сжал его. Выражение его лица на мгновение стало очень зловещим, он повернулся и сказал Ли Юйфэй: - У меня еще есть дела, о которых я должен позаботиться, поэтому я ухожу. Вы двое можете не торопиться. Затем он ушел, не оборачиваясь. Ли Юйфэй обернулась и посмотрела на наполовину черное лицо Нин Шу и тепло улыбнулась: - Тебе сейчас не очень легко, поэтому я тебя не держу. Ты можешь идти. Нин Шу повернулась и ушла, но на обратном пути она встретила Ци Шэна с пепельным лицом. Он нахмурился, спросив: - Ты действительно не Му Яньмэн? Нин Шу моргнула глазами панды и сказала: - Молодой Мастер, когда служанка говорила, что она Му Яньмэн? Она всегда подчеркивала, что служанку зовут Сяо Хун. Сяо от слова маленький, Хун от слова красный. Имя служанки не Му Яньмэн. Молодой Мастер постоянно говорил, что этой служанкой была Му Яньмэн. Служанка отрицала это каждый раз, - Нин Шу изо всех сил старалась втирать соль в его рану. [Динь] - Очки травмы +10. Текущее количество очков травмы – 20, - голос №2333 был немного раздраженным: - Почему так мало очков травмы? Нин Шу:… Откуда мне знать? Было бы странно, если бы этот хитрый человек был чувствительным. - Тогда что с горничной, которая была с тобой? Твоя горничная - это та девушка, которая указана на плакатах розыска, - Ци Шэн предпринимал последнюю отчаянную попытку. Нин Шу посмотрела на Ци Шэна черной половиной лица и сказала: - Эта девушка - разыскиваемый преступник? Служанка не знала. На самом деле ... - Нин Шу немного стыдливо опустила голову: - Эту девушку служанка встретила на дороге. Она упала в обморок посреди дороги, поэтому мы с папой спасли ее. Впоследствии, когда мой отец умер, я сказала ей называть меня «мисс». На самом деле, отец служанки не был чиновником, я просто хотела хоть немного почувствовать себя дочерью дворянина. Молодой мастер… - Достаточно, достаточно, - Ци Шэн закрыл лицо, затем разочарованно потер глаза: - Почему ты солгала мне? Почему я солгала ему? Когда Нин Шу услышал это, она чуть не плюнула ему в лицо. Она широко раскрыла ошеломленные глаза и удивленно спросила: - Когда служанка вам лгала? Служанка никогда не лгала вам. Лицо Ци Шэна исказилось, он закричал: - Имя, подобное Сяо Хуну, явно звучит как псевдоним! Я думал, что ты Му Яньмэн! - Что не так с именем Сяо Хун? У нее даже есть старший брат по имени Сяо Мин. Служанку зовут Сяо Хун, - Нин Шу твердо закивала. Ци Шэн сильно сжал кулаки. - Черт, я не хочу тебя видеть прямо сейчас. Ты действительно осмелилась солгать мне. Нин Шу обернулась и побежала. ---------- Достоинство главной женщины С тех пор, как Ци Шэн узнал, что Нин Шу не была Му Яньмэн, его отношение к ней полностью изменилось. Всякий раз, когда она заваривала ему чай, он жаловался, что он либо слишком горячий, либо слишком холодный. Также он теперь открыто закрывал нос и жаловался, что она воняет. Он был близок к тому, чтобы просто сказать, что она чертовски уродлива, и почему бы ей просто не умереть. Но он все еще не выгнал Нин Шу и оставил ее в качестве своей личной горничной. Вероятно, это было из-за остаточных связей между главными женщиной и мужчиной. Нин Шу продолжала рисовать черные круги вокруг глаз и красить губы в ярко-красный цвет, и расхаживать так перед Ци Шэном. Отношение Ци Шэн к ней стало очень плохим, но отношение Ли Юйфэй к ней значительно улучшилось. Ли Юйфэй стала настолько дружелюбной, что Нин Шу чувствовала мурашки по коже. Она не могла понять, о чем думала Ли Юйфэй. Неужели Ли Юйфэй действительно хотела подружиться с ней? Может Ли Юйфэй почувствовала, что уродливая внешность служанки подчеркивала ее красоту? Или она чувствовала облегчение от того, что служанка не представляет для нее никакой угрозы? - Вот, Сяо Хун, этот кошелек твой. Внутри немного серебра, купи себе косметику получше, - Ли Юйфэй вручила Нин Шу вышитый мешочек. В ответ на подобную благотворительность поддержки главной женщины, любая главная женщина, которая имела достоинство, должна была показать гордость и отклонить это предложение, но Нин Шу поспешно взяла мешочек и радостно улыбнулась: - Спасибо, мисс Юйфэй, - она открыла мешочек прямо перед Ли Юйфэй. Внутри было не так много серебра, но она все равно одарила Ли Юйфэй яркой усмешкой, а затем с хитрой ухмылкой спросила: - Мисс Юйфэй нужна служанка, чтобы что-то купить? Что-то вроде покупки наркотиков или подобных забавных вещей? Нин Шу была готова помочь. Ли Юйфэй сделала несколько шагов назад и прикрыла нос платком, сказав: - В этом нет необходимости. Просто я заметила, что ты пользуешься дешевой косметикой, поэтому я хочу, чтобы ты купила косметику получше. В конце концов, ты личная служанка Молодого Мастера Шэна. Твое лицо – это лицо Старшего Брата Шэна. Даже если тебе все равно, как ты выглядишь, ты должна думать о репутации Молодого Мастера. Столкнувшись с оскорблениями поддержки главной женщины, главная женщина должна защищать себя, защищать свое достоинство. - Мисс Юйфэй, хотя я и уродлива, у меня все еще есть гордость, - Нин Шу приподняла подбородок. Ли Юйфэй:… Ци Шэн вошел. Когда он увидел, что они обе вместе, он холодно вздохнул при виде Нин Шу, и нежно спросил Ли Юйфэй: - Тебе удобно? Ли Юйфэй так мягко улыбнулась в ответ, что она, казалось, залилась ореолом теплого света. - Старший брат Шэн, Юйфэй приготовила еду. Давайте есть вместе, - застенчиво попросила Ли Юйфэй. Ци Шэн бросил взгляд на Нин Шу и взял Ли Юйфэй за руку: - Юйфэй отлично знает мои предпочтения. Еда, которую ты приготовила, безусловно будет вкусной. Улыбка Ли Юйфэй стала еще более застенчивой, но Нин Шу не могла понять причину смущения. Затем Ци Шэн крикнул Нин Шу: - Что ты стоишь? Иди, помоги накрыть стол. Ты моя горничная! Нин Шу сжала свои кроваво-красные губы. Ли Юйфэй поспешно сказала: - Она твоя личная служанка. Если она сделала что-то не так, просто наставь ее внимательно, и в следующий раз она не допустит таких ошибок. Ци Шен холодно посмотрел на Нин Шу, а затем сказал Ли Юйфэй: - Ты действительно самый добрый человек, которого я знаю. Однако некоторые люди просто не меняются. Если бы не эти двадцать таэлей, я бы уже выгнал ее. Нин Шу:… Ей казалось, что нынешний Ци Шэн стал действительно грубым. Этот парень, вероятно, чувствовал, что она солгала ему и обманула его. Какая жалость, что он и был тем, кто хотел обмануть ее, чтобы она влюбилась в него. Теперь, когда он получил ответную реакцию, он перевел стрелки на нее? Как бесстыдно. Ци Шэн и Ли Юйфэй вошли в комнату, держась за руки. Нин Шу последовала за ними и принялась брать блюда на двоих. У Ци Шэна было отвращение, он не мог вынести запах, исходящий от нее, но все равно настаивал на том, чтобы она служила им. Он должен быть психически болен. ---------- "Какой же ты грязный" - Старший Брат Шэн, попробуй этот суп. Юйфэй специально приготовила его для тебя, потому что ты, должно быть, устал от работы весь день, - Ли Юйфэй поднесла к его рту ложку супа. Ци Шэн мягко улыбнулся, взяв Ли Юйфэй за руку и, поднеся ложку к губам, выпил с удовольствием. Он пил с таким наслаждением, что Нин Шу подумала, что он пьет афродизиак. - Юйфэй, ты тоже должна поесть, - Ци Шэн взял ложку, зачерпнул немного супа, и поднес его к губам Ли Юйфэй. Итак, они сладко проводили трапезу, медленно кормя друг друга. Нин Шу стояла в стороне, слившись с деревом, и наблюдала, как вокруг них летали розовые пузыри. Это было так лицемерно и поддельно. Ци Шэн и Ли Юйфэй были людьми одного типа. Они оба носили добрую и нежную маску, скрывая свою истинную природу. Ли Юйфэй не была такой доброй, как казалась, а Ци Шэн не был таким терпеливым и нежным, как он вел себя. - Уходи, - Ци Шэн бросил взгляд на Нин Шу. Она уже клевала носом, поэтому, когда она услышала, что сказал Ци Шэн, она сразу же повернулась, чтобы уйти. Ци Шэн стиснув зубы, сказал: - Закрой дверь и подожди снаружи. Тебе не разрешено уходить, поэтому жди снаружи. Когда Нин Шу услышала его приказ закрыть дверь, она замерла. Зачем им закрывать дверь в середине дня? Вздремнуть? Затем она увидела покрасневшее лицо Ли Юйфэй и ее челюсть отвисла. Что за черт! Они собирались заняться этим в середине дня? И он действительно хотел, чтобы она ждала у двери!? Его вкусы были действительно уникальными. Неужели он думает, что он император, поэтому ему нужен охранник у двери? Нин Шу смотрела на него с выражением «какой же ты грязный». Ци Шэн истолковал выражение Нин Шу как любопытство, и отчаянно сказал: - Зачем ты все еще здесь? Выйди и закрой дверь! Нин Шу вышла, закрыла дверь, затем прислонилась к ней и закрыла глаза. Через некоторое время из комнаты начали доноситься подозрительные звуки. Оттуда раздавались всевозможные кокетливые слова, скрип кровати и тихие стоны Ли Юйфэй. Нин Шу покачала головой. Спать с другими женщинами перед главной женщиной было, вероятно, самым эффективным способом разбить ей сердце. Если бы здесь была настоящая Му Яньмэн, ее сердце, вероятно, было бы разбито. Нин Шу села на ступеньки и под эти звуки, как под колыбельную, заснула. Этот чертов мир без морали. Она проснулась от рева: - Сяо Хун ...! Нин Шу вздрогнула и проснулась. Она поспешно встала, затем сонно потерла глаза, обернувшись, чтобы спросить: - Ты уже закончил, так быстро? Лицо Ци Шэна стало еще более агрессивным, он сжал в руках веер и сейчас выглядел так, словно хотел им избить Нин Шу до смерти. Когда она увидела его пепельное лицо, она сразу поняла, что сказанула лишнего, поэтому закрыла рот. Неужели его мужское достоинство до сих пор не работало? ---------- Му Яньмэн была благородной красавицей Лицо Ци Шэна начало дергаться, когда он увидел скептический взгляд Нин Шу. Ее скептическое и вульгарное выражение еще раз убедило его, что эта женщина не была Му Яньмэн. Му Яньмэн была благородной красавицей, она не могла быть такой. - Убирайся, я не хочу тебя видеть, - Ци Шэн раздраженно потер нос. Нин Шу уже собралась уходить, но Ци Шэн снова позвал ее: - Сяо Хун, подожди. Нин Шу обернулась и спросила: - Молодой Мастер, есть что-то еще? Ци Шэн подошел к Нин Шу и торжественно спросил: - Сяо Хун, я спрошу тебя в последний раз, ты Му Яньмэн? Это последний раз, когда молодой мастер дает тебе шанс, так что говори правду. Ты Му Яньмэн или нет? Выражение лица Ци Шэн было очень серьезным, но Нин Шу просто махнула рукой и спросила: - Молодой Мастер, что с вами? Служанка уже говорила, что она не Му Яньмэн. Служанку зовут Сяо Хун, сколько раз вы собираетесь заставить ее у повторить это? - Хорошо, очень хорошо. Тебе весело, когда ты постоянно так обманываешь меня? - лицо Ци Шэна стало пепельным. Отныне ты больше не моя личная служанка. Теперь ты обычная уборщица, - после того, как Ци Шэн сказал это, он повернулся и ушел. Однако после нескольких шагов он повернулся и добавил: - Это возмездие за обман молодого мастера. WTF? Он сам себе это придумал. Она никогда не говорила, что она Му Яньмэн, но в итоге оказалась виноватой. Была ли в этом какая-то логика? Как только она была лишена статуса личной горничной, отношение экономки к ней сразу же изменилось. Она привела Нин Шу к месту, где стояли ночные горшки. - Отныне твоя задача - выливать фекалии и чистить ночные горшки. Нин Шу: Черт, Ци Шэн ... Как жестоко! Этот запах был даже хуже, чем вонь, которая обычно сопровождала ее. Хозяйка вздохнула и сказала: - Ты не знаешь, где твое место. Когда я впервые увидела тебя, я сразу поняла, что ты ненадежна. Ты продержалась совсем немного, но уже разозлила молодого мастера. Нин Шу протянула руку. Экономка в замешательстве спросила: - Что ты делаешь? - Тогда верни мне серебро, которое я тебе дала. Ты говорила, что у меня большой потенциал, - категорически сказала Нин Шу. Глаза экономки сузились. - Когда я принимала серебро от тебя? Нин Шу:… Хорошо, тогда у экономки болезнь Альцгеймера. Нин Шу сказала с холодным смешком: - Тогда просто воспринимай это как мой вклад в оплату твоего гроба. - Ты на самом деле осмеливаешься угрожать мне? - лицо экономки исказилось: - Ты просто уродливая сука, ты действительно думаешь, что молодой мастер позовет тебя обратно? Наглая негодяйка. - Это ты - наглая негодяйка, которая осмелилась обозвать мою мисс. Ты знаешь статус моей мисс? Как ты смеешь заставлять мою мисс делать такую ​​грязную работу? - Юэ Лань подняла грудь и высокомерно ответила экономке. Та не могла не удивляться. Но, как и следовало ожидать, у слуги из резиденции премьер-министра было гораздо больше опыта. Нин Шу показала Юэ Лань большой палец, и та улыбнулась в ответ, растеряв внушительную ауру. Экономка посмотрела на них обеих, а затем вышла с разъяренным выражением лица. Как только главная женщина попала в тяжелое положение, неизбежно должно было появиться какое-то злобное пушечное мясо, которое хотело запугать ее. Но Нин Шу не чувствовала никакого страха, потому что сюжетная линия не могла позволить ей умереть, пока она была главной женщиной. Если она спасется от семерых мужчин, задание будет считаться выполненным. По правде говоря, Нин Шу предпочитала иметь дело с пушечным мясом, так как всякий раз, когда она имела дело с главным мужчиной, существовала постоянная угроза быть изнасилованной. По крайней мере, сейчас она работала фекалиями и горшками, так что ей не нужно было беспокоиться о том, что у нее произойдет контакт с мужчиной. ---------- Восхитительный запах ''Перерождения Зерна'' Юэ Лань закрыла нос и спросила: - Мисс, мы действительно будем это делать? Такая вонь. Нин Шу отряхнула руки и мягко сказала: - Твоя мисс – благородная леди, как она может опускаться до такого? Даже стирка более элегантное занятие по сравнению с этим. - Тогда, мисс, давайте просто уйдем. Разве мисс не сказала, что она собирается путешествовать по миру? Тогда давайте просто уйдем сейчас. Мисс, свистните, и охранник выведет нас отсюда в любую минуту, - Юэ Лань затаила дыхание так сильно, что ее щеки покраснели. Нин Шу подняла голову и посмотрела в небо своими очаровательными глазами. В сочетании с ее клоуноподобным лицом это было неописуемо жуткое зрелище. - У твоей мисс все еще остались здесь дела, - вздохнула Нин Шу. Юэ Лан:… - Служанка вообще не может понять, что пытается сделать мисс, - Юэ Лан твердо кивнула, - но куда бы ни пошла мисс, служанка последует за ней. Пустив слезу, Нин Шу сказала: - Этот запах слишком резкий. Запах кала и мочи действительно был невыносимым. - Да, мисс, - Юэ Лань вытерла слезы. - Сяо Хун, моя мисс ищет тебя, - служанка крикнула Нин Шу издалека. Нин Шу увидела, что это была горничная Ли Юйфэй, и в ее голове промелькнули всевозможные сценарии. Возможно, Ли Юйфэй заметила, что Ци Шэн больше не любит ее, и решила начать пытки? - Сяо Хун, поторопись! - Горничная увидела, что Нин Шу не двигается, но она не осмеливалась подойти, поэтому просто продолжила нетерпеливо кричать. Нин Шу подошла, и сильное зловоние, которое она несла с собой, немедленно вызвало тошноту горничной. Горничная поспешно доставила сообщение: - Мисс ищет тебя! Затем убежала. Нин Шу не могла вспомнить ни одной причины, по которой она могла понадобиться Ли Юйфэй. Она, не утруждая себя умыванием, направилась во двор Ли Юйфэй. С тех пор, как она прибыла в Резиденцию Ци, она изобретала всевозможные комбинации запахов. Теперь, когда она применила порошок "Перерождение Зерна", вонь от нее исходила неимоверная. Ли Юйфэй закрыла нос, когда вошла Нин Шу, и закричала: - Что это за запах!? Иди умойся сперва. Мне нужно поговорить с тобой о чем-то. После того, как ты помоешься, обязательно нанеси немного парфюмерной пудры, - сказал Ли Юйфэй, сильно нахмурившись. Нин Шу стало еще более любопытно. Что именно планировала Ли Юйфэй? Неужели Ли Юйфэй действительно хотела с ней подружиться? Это было невозможно. У главной женщины была аура, которая вызывала зависть у всех женщин. Это приводило к тому, что все чувствовали раздражение по отношению к ней, и без всяких причин доставляли ей неприятности. Может быть, ауры нет, потому что она была на самом деле пушечным мясом? Это было бы нечестно! К счастью или к несчастью, она все равно главная женщина в этом мире! Нин Шу вернулась и умылась. После этого она поступила так, как просила Ли Юйфэй, и нанесла парфюмерную пудру – всю коробку. Нин Шу приобрела новый аромат, достаточно концентрированный, что он мог вызвать удушение. Она вошла в комнату с этим ароматом, и Ли Юйфэй сразу же чихнула. Она прикрыла нос и спросила: - Сколько пудры ты нанесла? У тебя есть обоняние? - Служанка пахнет очень хорошо. Убедитесь сами, мисс Юйфэй, - Нин Шу приблизилась к Ли Юйфэй. Ли Юйфэй слегка побледнела и поспешно отступила: - Сяо Хун, я позвала тебя сегодня, потому что хочу кое-что спросить. ______________________________________________________________________ "Reincarnation of Grains" - это завуалированное название для переваренных зёрен чего-либо. Продукты жизнедеятельности. Каловые массы. По сути, она изобрела самый дерьмовый замах и придумала ему красивое название. ---------- Служанка Ли Юйфэй Нин Шу была удивлена. О чем Ли Юйфэй может ее попросить? Поэтому она наклонилась ближе и спросила: - У мисс Юйфэй есть что спросить у служанки? Ли Юйфэй сделала еще один шаг назад и прикрыла нос, спросив: - Ты личная служанка Старшего Брата Шэна. Ты знаешь, есть ли у него кто-то, кого он любит сильнее меня? Нин Шу моргнула глазами панды и подняла черные толстые брови: - Почему мисс Юйфэй спрашивает об этом? Вы настоящая любовь молодого мастера. Нет, я имею в виду - служанка хочет сказать, что мисс Юйфэй – единственная, к кому у молодого Мастера есть чувства. Слова Нин Шу явно порадовали Ли Юйфэй, потому что на ее лице появилась улыбка. Она с любовью посмотрела на Нин Шу, заставив ее содрогнуться. Она не была Ци Шэном, почему Ли Юйфэй так кокетливо на нее смотрела? - Конечно, я знаю, что Старший Брат Шэн заботится обо мне, - Ли Юйфэй слегка покраснела. Нин Шу:… Было ли это причиной, зачем она ее позвала? Это чтобы попытаться задеть ее чувства? - Но… - улыбка Ли Юйфэй исчезла, и она серьезно посмотрела на Нин Шу, - но я чувствую, что сердце Старшего Брата Шэна занято другой. Шестое чувство женщины действительно было страшным. Она была права. Нин Шу махнула рукой и сказала: - Мисс Юйфэй, вы слишком много думаете об этом. Понятно, почему у вас такие чувства. Это из-за того, верно? - Из-за чего? - Ли Юйфэй нахмурила брови, глядя на Нин Шу. Нин Шу застенчиво переминаясь, сказала: - Ай, мисс Юйфэй, вы не знаете? Лицо Ли Юйфэй посуровело, она сказала: - Ближе к делу. - Хм… - Нин Шу тихо кашлянула, затем сказала: - Мисс Юйфэй, разве вы не чувствуете, что на кровати он немного утомлен. Молодой Мастер, возможно, устал от вас? - Что за… что за чушь ты говоришь? - Лицо Ли Юйфэй покраснело от смущения. Нин Шу: Я не видела ни следа твоего смущения, когда ты посреди дня занималась с ним сексом. - Разве всем мужчинам не нравятся новые и свежие вещи? - Нин Шу обнажила свои кроваво-красные губы в вульгарной улыбке. Ли Юйфэй посмотрела на нее и спросила: - У тебя есть решение? - Если вы хотите завладеть сердцем человека, вы должны заставить его безудержно желать вас, - сказала Нин Шу в очень опытной манере. Ли Юйфэй посмотрела на Нин Шу. - Что ты имеешь в виду под безудержным желанием? У тебя есть в этом опыт? - Пффф… кхе. Мисс Юйфэй, о чем вы! - Нин Шу закрыла лицо платком, - это просто догадки! Ли Юйфэй прищурилась. - Теперь ты будешь моей горничной. Я поговорю об этом со Старшим Братом Шэном. Какой сумасшедший поворот. Как она оказалась горничной Ли Юйфэй? Однако жизнь всегда была такой. Сначала она подумала, что ей действительно придется чистить горшки. - Расскажи мне все, - сказала Ли Юйфэй тоном богатой госпожи: - Если все будет хорошо, ты получишь свою долю. Нин Шу:… Время пойти на крайние меры. Нин Шу вульгарно улыбнулась, похлопала себя по груди и уверенно сказала: - Мисс Юйфэй, просто оставьте все служанке! Она определенно справится со всем! Ли Юйфэй хмыкнула. ---------- Так будет даже интереснее Ночью, когда Ци Шэнь пришел к Ли Юйфэй, и увидел, что Нин Шу стояла у двери, он строго спросил: - Что ты здесь делаешь? Разве ты не должна мыть посуду? Нин Шу ответила мягко: - Служанка теперь личная горничная Ли Юйфэй. Ли Юйфэй подошла и мягко сказала: - Старший Брат Шэнь, Юйфэй чувствует, что эта девушка не такая простая, как на первый взгляд, поэтому она взяла ее себе. Старший Брат Шэнь же не против, верно? Ци Шэнь взял Ли Юйфэй за руку и страстно сказал: - Это всего лишь горничная. Все в порядке, если ты счастлива. Тем не менее, эта горничная очень глупа и всегда все портит, когда что-то делает. Кроме того, она невероятно уродлива. Почему бы тебе не выбрать горничную получше? - Старший брат Шэнь, ты так заботишься о Юйфэй. Юйфэй хочет быть с тобой всегда в этой жизни. - Ли Юйфэй прильнула к груди Ци Шэня. Нин Шу молча смотрела на все это со стороны. Они флиртуют прямо на публике. Когда-нибудь они задумывались над тем, что чувствуют зрители? Ли Юйфэй бросила взгляд на Нин Шу, и та немедленно вышла и закрыла за собой дверь. Ли Юйфэй ловко сняла одежду, обнажив белоснежную кожу. Теперь она была только в нижнем белье современного вида. Сексуальные трусики, которые она носила, подчеркивали ее стройную талию и стройные ноги. Вид ее заставил Ци Шэня поперхнуться чаем и смотреть в ошеломленном изумлении. Ли Юйфэй медленно подошла к Ци Шэню и села на его ногу. - Старший Брат Шэнь, Юйфэй приготовила это для тебя. Тебе нравится? Ци Шэнь зарылся лицом в грудь Ли Юйфэй. На лице Ли Юйфэй появился восторг. Это был первый раз, когда он казался таким взволнованным. - Старший Брат Шэнь, Юйфэй приготовила для тебя еще один сюрприз, - заманчиво сказала Ли Юйфэй. Дыхание Ци Шэня стало тяжелым, и его голос хрипел: - Что это за сюрприз? Я уже очень удивлен. Когда Ли Юйфэй услышала это, она почувствовала еще большую уверенность в правильности метода Сяо Хун. Она открыла коробку и достала кнут. Ци Шэнь посмотрел на нее с озадаченным выражением лица, как она сексуально взмахивала кнутом. Нин Шу услышала пронзительный крик Ци Шэня. Он начал кричать: - Ли Юйфэй, что ты делаешь!? Зачем ты хлещешь меня? Ли Юйфэй обиженно сказала: - Старший Брат, ты разве не счастлив? - Ее голос стал еще более надутым, - Юйфэй надела такие вещи ради Старшего Брата Шэня и даже взяла кнут, чтобы сделать все еще интереснее. - Нет никакой необходимости в кнуте... Оххх! Стоп. - Старший Брат Шэнь, разве ты не любишь Юйфэй? Ли Юйфэй изменилась только потому, что ты ей нравишься. Старший Брат Шэнь, это будет очень интересно, - разговаривая, Ли Юйфэй продолжала размахивать кнутом. - Юйфэй, сначала положи кнут. Конечно, я знаю, что ты меня любишь. Я тоже тебя люблю. Положи кнут, аааа... Свист кнута смешивался с криками боли Ци Шэня. Нин Шу заглянула в щель двери, чтобы посмотреть, что происходит. Возможно, потому, что они слишком возбуждены, они начали прямо на полу. Они, казалось, не заботились о том, что там было холодно. Даже люди за пределами двора могли слышать громкие стоны и крики. Тц-тц, вы не могли бы быть немного тише? Вся резиденция Ци, вероятно, уже знает, что вы занимаетесь сексом. У вас, ребята, никакого чувства стыда. Когда она увидела синяки на Ци Шэне, оставленные кнутом, она с сожалением покачала головой. Судя по ранам, кнут был без шипов. Если бы только у нее был тот кнут с шипами, пропитанными смесью порошка чили. Ощущения от этого кнута были бы намного более освежающими. Было бы замечательно, если бы она могла сделать порку сама. Нин Шу почувствовала грусть. Она внезапно вспомнила с сожалением то время, когда у нее была сверхчеловеческая сила. ---------- Такие вещи должны внедряться постепенно Нин Шу стояла снаружи так долго, что ее ноги начали неметь, но те внутри до сих пор продолжали свои дела. Если в прошлом Нин Шу задавалась вопросом, случилось ли что-то с мужским достоинством Ци Шэня, то теперь стало очевидным, что у него все в порядке. Однако этого следовало ожидать. В конце концов, что могло случиться с мужским достоинством главного героя? Нин Шу стала переминаться с ноги на ногу, пытаясь снять онемение. Затем она услышала, как дверь со скрипом открылась, и Ци Шэн вышел с притворным спокойствием. Его лицо покраснело, он выглядел так, как будто сильно наслаждался, но также чувствовал и унижение. Ци Шэн посмотрел на уродливое лицо Нин Шу, и хрипло сказал: - В будущем, когда твой Мастер будет приходить, оставайся снаружи. Он не хочет видеть твое лицо. Нин Шу: Как будто я желаю видеть твое чертово лицо. Она опустила голову, не говоря ни слова, и Ци Шэн ушел с холодным лицом. Когда она вошла в комнату, она сразу почувствовала сильный запах похоти. Ли Юйфэй лениво сидела на стуле в одном нижем белье. Ее лицо было наполнено удовлетворением, и она, казалось, все еще наслаждалась послевкусием. Ли Юйфэй открыла глаза. Когда она увидела Нин Шу, она улыбнулась и сказала: - Твой метод действительно работает. Я никогда не видела Старшего Брата Шэна таким возбужденным. Он был таким страстным и диким, как будто пожирал меня. Я до сих пор слегка прихрамываю. Нин Шу поспешно сменила тему: - Почему молодой Мастер не остался на ночь? Ли Юйфэй застенчиво сказала: - Мы еще не поженились, поэтому старшему брату Шэню не стоит оставаться на ночь. Нин Шу:… Они кувыркались здесь без одежды всю ночь, вся резиденция знает об этом. К чему такие формальности? Нин Шу тупо уставилась на Ли Юйфэй, но та уснула с лицом, все еще пылающим от удовольствия. Нин Шу: Уснула бы хотя бы под одеялом. Разве это прилично спать голой в главном зале? Нин Шу повернулась и ушла, не удосужившись даже закрыть дверь. Когда она вернулась в свою комнату, Юэ Лань поспешно подошла и спросила: - Мисс, эта женщина вам что-то сделала? - Нет. С твоей мисс все отлично, - Нин Шу чувствовала себя очень уставшей и заснула сразу же, как только легла на кровать. На следующий день Нин Шу все еще крепко спала, как вдруг ее разбудили. Она открыла глаза. - Сестра, что же такого случилось, что приходится будить спящего человека? Горничная сказала: - Разве ты не знаешь, который час? Как ты можешь спать до сих пор? Мисс ищет тебя. Нин Шу встала и недовольно последовала за горничной к Ли Юйфэй. Ли Юйфэй выглядела так, как будто вокруг нее был розовый ореол. Она практически излучала свет. - Сяо Хун, подойди сюда. Это для тебя, - Ли Юйфэй подарила Нин Шу вышитый мешочек. Нин Шу открыла его и увидела, что в нем лежит два тяжелых слитка серебра. Она быстро спрятала его. Деньги – это всегда хорошо. - На этот раз у меня все получилось, - сказала Ли Юйфэй, - но прошлой ночью Старшему Брату Шэню, похоже, не особо понравился кнут. Есть что-то еще? Нин Шу подняла густые брови и сказала: - Если ему не нравится кнут, то поиграйте с воском. Но все же используйте кнут. На этот раз пусть он будет хлестать им вас. Такие вещи должны внедряться постепенно. Как только молодой мастер привыкнет к этому захватывающему методу, он потеряет интерес к другим женщинам, и его сердце будет принадлежать исключительно вам, мисс Юйфэй. - Помоги мне приготовиться, - сказала Ли Юйфэй. Нин Шу кивнула. ---------- Маленьким детям эти вещи знать не обязательно Нин Шу подумала, что Ци Шэн больше не придет к Ли Юйфэй, судя по крикам прошлой ночью, но он все же пришел. Огненная боль от кнута заставляла его дрожать от боли, но отчасти и от восторга. Это чувство было очень странным для него. Он никогда раньше не испытывал такого удовольствия. Так что после долгих разногласий по этому поводу он все же снова пришел к Ли Юйфэй, но обнаружил, что та вводит новый стиль игры. Воск свечи капал ему на грудь, выражение лица Ци Шэна исказилось от боли и удовольствия. Он размахивал кнутом, пока Ли Юйфэй не упала на пол на четвереньках. Он продолжал и продолжал наносить удары по белой коже Ли Юйфэй, пока та не покрылась пурпурно-красными отметинами. От этого зрелища кровь ударила ему в голову. Он был так взволнован, что, казалось, каждая клеточка его тела дрожала. Ли Юйфэй продолжала кричать от боли, но это только подстегивало Ци Шэна. Нин Шу смотрела на эту сцену в дверную щель. Считается ли это, что она открыла им дверь в новый мир? Не нужно благодарности. Ли Юйфэй и Ци Шэн проявили неиссякаемый энтузиазм. Это было вне ожиданий Нин Шу. Э-этот трюк сработал!? Впрочем, что и следовало ожидать от этого иррационального мира. Для того, чтобы разжечь огонь, достаточно было только одной искры. Ли Юйфэй расспрашивала Нин Шу обо всем, что та знала, затем Ли Юйфэй и Ци Шэн начали придумывать новые способы. Нин Шу была совершенно ошарашена тем, что видела. Они уже начали переходить на отношения рабыни и господина. Это зашло так далеко, что Нин Шу даже чувствовала себя немного не в себе. Поистине, некоторым людям достаточно одного толчка. Нин Шу решила уйти сейчас. Так как Ци Шэн и Ли Юйфэй, казалось, наслаждались происходящим, она просто оставит их наслаждаться вместе. Той ночью Нин Шу поднялась над стеной двора и уставилась на комнату Ли Юйфэй. Комната была освещена свечами. В настоящее время она ждала удобного момента. Когда он наступит, она немедленно отправится во Францию. - Мисс, вы уже закончили? У служанки кончаются силы, - сказала Юэ Лань, задыхаясь. Ее руки крепко сжимали лодыжки Нин Шу, в то время как Нин Шу стояла на ее плечах. - Я почти закончила. Извини, что беспокою тебя, - Нин Шу продолжала смотреть в комнату Ли Юйфэй, не моргая. Вскоре она услышала вопль агонии Ли Юйфэй. Это было совершенно не похоже на обычный крик удовольствия и боли. Нин Шу хотела откинуть голову назад и зарычать от смеха. Вопли продолжались, но Нин Шу уже услышала то, что хотела. Она спрыгнула с плеч Юэ Лань и сказала: - Ты действительно хорошо поработала, моя маленькая. Старший брат-охранник, одетый в черное, молча смотрел на них двоих. Затем он спросил: - Мисс, что вы пытались увидеть? Здесь можно просто сидеть на стене, а не стоять на чужих плечах. Нин Шу почувствовала, что старший брат-охранник говорил это, потому что ему было жаль Юэ Лань, поэтому она подтолкнула ту локтем. Юэ Лань посмотрела на нее с озадаченным выражением. - Мисс, что именно вы видели? - спросила Юэ Лань. Нин Шу махнула рукой: - Маленьким детям эти вещи знать не обязательно. ---------- Боль в заднице Все трое покинули Падон-Сити под покровом ночи, в тот самый момент, когда ярко освещенная комната в резиденции Ци была полна крови и похоти. Ци Шэн держал кнут в руке и изо всех сил стегал им Ли Юйфэй. Все тело Ли Юйфэй было покрыто кровавыми отметинами от ударов. Она непрерывно стонала: - Старший брат Шэн, не бей Юйфэй. Больно. Тело Ли Юйфэй вздрагивало от каждого удара кнутом. Казалось, что каждый удар срывал плоть с ее тела. Глаза Ци Шэна были налиты кровью, он был сильно возбужден. Тяжело дыша, он утешал Ли Юйфэй: - Все в порядке. Разве это чувство не освежает тебя? Юйфэй, я люблю тебя все больше и больше. Я искренне люблю тебя до такой степени, что хочу просто истязать до смерти. Ли Юйфэй была унижена и рассержена тем, что он бил ее так сильно. Ей было так больно, что она чувствовала, что вот-вот умрет. Несмотря на то, что ее раны были залиты кровью, она собрала все силы, улыбнулась Ци Шэну и сказала: - Старший брат, теперь очередь Ли Юйфэй. Взяв кнут, она начала яростно бить Ци Шэна. Ци Шэн кричал от боли, но он испытывал и сильное удовольствие. В конце концов, две окровавленные фигуры обнялись и продолжили получать удовлетворение всеми возможными способами. ... Нин Шу сидела в карете, довольно посвистывая и наблюдая, как Падон-Сити медленно исчезает на горизонте. Она была очень счастлива. Белоснежная кожа Ли Юйфэй, вероятно, уже изуродована. Будет ли и ее лицо изуродовано, Нин Шу не знала. Она с особыми усилиями подошла к этому кнуту. Его крошечные шипы были пропитаны солью и порошком чили. Раны, оставленные этим кнутом, воспалятся, и с очень высокой вероятностью оставят шрамы. Нин Шу помнила, как Ли Юйфэй пытала Му Яньмэн, так что это осталось ее легкой местью. После того, как Нин Шу смыла с лица толстый слой косметической пудры, она почувствовала, что ее голова стала на несколько фунтов легче. Это было действительно приятное чувство, поэтому она снова начала насвистывать. - Мисс, вы можете перестать свистеть? - Лицо Юэ Лань покраснело. Нин Шу спросила: - Почему? - От вашего свиста служанке хочется в туалет, - прошептала Юэ Лань. Сразу, как только она сказала это, карета остановилась. Нин Шу ухмыльнулась Юэ Лань: - Посмотри, как внимателен и чуток наш старший брат-охранник. Лицо Юэ Лань стало еще краснее. Она отодвинула занавеску и вышла из кареты. Живот Нин Шу пробурчал, поэтому она добавила: - Пойдем вместе. Желудок мисс тоже не в порядке. Вероятно, это связано с тем, что кое-кто вчера съел слишком много куриных ножек. Нин Шу присела на корточки рядом с Юэ Лань: - Юная леди, ты уже не маленький ребенок. Ты когда-нибудь задумывалась о том, чтобы найти место, где можно осесть? Нехорошо бегать все время за одной мисс. - Служанка всегда будет ходить за мисс. Куда бы ни пошла мисс, служанка будет рядом, - Юэ Лань закрыла нос и сказала: - Мисс, в будущем вам стоит есть меньше мяса. Такое чувство, что у вас в последнее время оно плохо переваривается. Нин Шу:… Разве это не жестоко, говорить такое красавице? Красавицы были выше еды обычных смертных. Нин Шу не могла найти ничего, что помогло бы ей подтереться, поэтому она решилась использовать лист с ближайшего куста. В древнюю эпоху было тяжело. В следующий раз ей нужно не забыть купить бумагу. Колючки на листьях стали ее настоящей болью в заднице. ---------- Гладким камнем удобнее Когда они вернулись в карету, охранник спросил Нин Шу: - Куда мы направляемся? - Дай мне подумать, - Нин Шу тоже понятия не имела, где был следующий персонаж - ученый. В сюжетной линии Ци Шэн отослал подальше еле дышащую Му Яньмэн, однако он не ожидал, что сразу после того, как Му Яньмэн покинет резиденцию, Ли Юйфэй пошлет за ней убийц. Му Яньмэн ускользнула от них, но во время побега упала со скалы. Ученый нашел ее, спас, и привел в свой дом. Нин Шу понятия не имела, где находится эта крошечная деревня. Может быть, ей придется опять прыгнуть со скалы? - Мисс, все же, куда нам ехать? - снова спросил старший брат-охранник. Откуда мне знать? Нин Шу сказала: - Едем прямо по этой дороге. Если дорога разветвится, то сворачивай налево, пока мы не встретим деревню. Охранник:… Так что, если это было нелогично? Неважно, что они будут делать. Рано или поздно они встретят главного мужчину. Юэ Лань с тревогой спросила: - Мисс, а что если мы потеряемся? - Все в порядке. Тогда обязательно кто-нибудь появится, чтобы подсказать путь, - сказала Нин Шу, подняв подбородок. Юэ Лань помотала головой: - Служанка не понимает. Нин Шу вдруг что-то вспомнила, и спросила у охранника: - У тебя не найдется бумаги? - Для чего мисс нужна бумага? - спросила Юэ Лань. - Я привыкла использовать бумагу, а не листья, - ответила Нин Шу. Глаза Юэ Лань снова наполнились слезами, и она скорбно сказала: - Мисс всегда пользовалась бумагой в прошлом, но теперь ей пришлось пасть до такого уровня. Если бы хозяин знал, его сердце наверняка бы заболело. Мисс, пользоваться листьями неудобно. Намного удобнее использовать гладкий камень. Нин Шу закрыла лицо. Она просто попросила бумагу, но это привело к такой грязной теме. Она чувствовала, что сходит с ума. Пока они болтали, их постепенно начало клонить в сон, поэтому они задремали, опершись друг на друга. Стук копыт лошадей был ритмичным и успокаивающим, а в лесу было довольно тихо ночью. Молчание время от времени прерывалось странными криками птиц. - Динь! Дин-динь! Динь-динь-динь! Ли Юйфэй: +100 очков травмы. Ци Шэн: +100 очков травмы, - голос №2333 появился в голове Нин Шу. Нин Шу лениво потянулась и улыбнулась. Тот факт, что ей начисли 100 очков травмы за Юйфэй, вероятно, означал, что ее кожа была изуродована. Что касается того, почему она получила столько очков за Ци Шэна, она не знала. Фактически, травмы Ци Шэна были связаны с тем, что он проснулся на следующий день и обнаружил, что служанка по имени Сяо Хун исчезла. Он обыскал всю резиденцию Ци, но не смог ее найти, и не смог избавиться от чувства потери. Это чувство не имело ничего общего с любовью. Это было досадное разочарование, как будто он позволил журавлю выскользнуть из рук. Ци Шэн был почти уверен, что эта Сяо Хун была Му Яньмэн, иначе она бы не убежала. Он был в ярости из-за того, что оказался обманут, и отправился к Ли Юйфэй. Но Ли Юйфэй на данный момент была занята попытками спасти свое лицо. Раны, оставленные кнутом, воспалились и опухли, у нее сейчас были другие заботы. Кроме того, она ненавидела эту Сяо Хун, поскольку кнут был ее рук делом. Тот факт, что Сяо Хун убежала, только подтверждал ее догадки. Ци Шэн был в ярости, но он также не мог напрямую сказать Ли Юйфэй, что Сяо Хун была Му Яньмэн. Ци Шэн все еще не мог с этим расстаться с Ли Юйфэй, тем более что они обнаружили общие интересы. Однако он не мог перестать думать о Му Яньмэн. В его голове всплыло изображение светлой и безупречной кожи Му Яньмэн, расцветающей кровавыми полосами под ударами его кнута. Именно эта случайная мысль заставляла его тело дрожать от экстаза. Он был взволнован, поэтому он стащил Ли Юйфэй с кровати и надел ей на шею ошейник. - Давай, принимайся лаять. Травмы Ли Юйфэй до сих пор не зажили, и они жгли противной болью от трения одежды. Однако, когда она увидела темное выражение лица Ци Шэна, ее тело также начало дрожать от волнения. ---------- Хочу мяса! - Внутренний крик Нин Шу Группа Нин Шу довольно долго бродила вслепую. Нин Шу была немного сбита с толку. Они так долго путешествовали, но так и не нашли ученого. Что случилось с притяжением между ней и главным мужчиной? Как сюжет должен двигаться дальше? Нин Шу отдернула занавеску и сказала охраннику: - Неужели нам негде отдохнуть? Лицо охранника по-прежнему закрывала маска, которая оставляла видимыми только его глаза и его квадратный лоб. Он оглянулся на Нин Шу и сказал: - Я пока что не встретил ни одной деревни. Нин Шу нахмурила брови. Юэ Лань спросила: - Мисс, почему мы не поворачиваем направо? Если мы не можем найти кого-то слева, нам стоит попробовать другой путь. Нин Шу:… - Забудь об этом, я немного устала. Давайте разобьем лагерь, - сказала Нин Шу, махнув рукой. Охранник сказал: - Не нужно тратить лишние силы на разбивку лагери. Вы и Юэ Лань можете просто отдохнуть в карете, а я найду дерево, чтобы вздремнуть. - Я не хочу больше сидеть в карете. Я хочу поспать в горизонтальном положении, - сказала Нин Шу с горьким выражением лица. Она не могла даже выпрямить ноги в карете. Это было так утомительно. Охранник посмотрел на нее, словно думая, «это в тебе разбушевалась твоя натура принцессы»? Нин Шу разозлилась и сказала: - Нас здесь только трое, зачем ты скрываешь свое лицо? Разве ты не знаешь, как сильно выделяешься? Мы пытаемся не вызывать подозрений, но как мы можем не вызывать подозрений, когда ты выглядишь так, будто собираешься грабить богатых и раздавать бедным? Охранник ничего не сказал, но и маску не снял. Он пошел искать место для разбивки лагеря. Нин Шу взялась за сердце, как будто она была ранена, и сказала Юэ Лань: - У твоего охранника такое холодное сердце. Юэ Лань строго ответила: - Мисс, охранник не принадлежит семье служанки; он из вашей семьи. Нин Шу:… У охранника явно оставались какие-то чувства, потому что он вскоре принес дичь и поджарил на костре. Охранник держал перед ними что-то, похожее на жареного голубя, и Нин Шу поспешно потянулась к нему, но его руки миновали ее и отдали пищу Юэ Лань. Юэ Лань была ошеломлена на мгновение, прежде чем она приняла жареную птицу. Увидев лицо Нин Шу, она предложила ей: - Мисс, поешьте первой. Лицо Нин Шу дернулось, и она заставила себя сказать: - Все в порядке, ешь. Старший брат-охранник дал ее именно тебе. - Мисс, вы должны поесть, - настаивала Юэ Лань. Нин Шу: - Я не буду Юэ Лань: - Мисс, поешьте. Служанка знает, что вам нравится мясо. Нин Шу: - В этом нет необходимости, ешь. Старший брат дал это тебе. Юэ Лань: - Почему бы просто не поделить пополам? Лицо Нин Шу содрогнулось. Была ли необходимость делить такую крохотную пищу? Она сунула птицу в рот Юэ Лань. - Я сказала тебе есть, значит, просто ешь! Зачем тратить столько времени на разговоры? Юэ Лань начала грызть ароматную жареную птицу, приговаривая: - Мисс, как же она вкусно пахнет. Неудивительно, почему знать так любит мясо. Мисс, просто подождите немного, охранник готовит следующую. Нин Шу уставилась на птицу, которую держал охранник, и сглотнула. Внезапно охранник бросил птицу в огонь и, выхватив меч, направил в пустоту и крикнул: - Кто там? Юэ Лань бросила обглоданные кости жареной птицы и вскочила, героически защищая Нин Шу. Копируя строгий тон старшего брата-охранника, она крикнула: - Кто там? Выходи и готовься к смерти! Ты не навредишь моей мисс! Нин Шу: Зачем сдавать меня? Нин Шу поспешно закрыла лицо платком и оставила открытыми только глаза. Раздался шорох в кустах и к ним подошел человек в зеленом, неся бамбуковую корзину. Поприветствовав их, он сказал: - Путник не собирался беспокоить вас. Уже темнеет, поэтому он хотел одолжить немного огня. Нин Шу прищурилась, глядя на этого человека. Она не могла увидеть его лицо, потому что было слишком темно, но его утонченная манера разговоров и ее странная реакция сердца подсказывали ей, что этот человек был главным героем. Нин Шу деликатно кашлянула, затем сказала: - Каждая встреча - это судьба. Итак, сэр, почему бы не присоединиться к нам и не выпить воды? Мужчина прижал кулак и с поклоном сказал Нин Шу: - Большое спасибо, мисс. ---------- Ученый или доктор? Человек, одетый в зеленое, опустил бамбуковую корзину на землю. Когда Нин Шу увидела, что в нем лежат травы, она пришла в недоумение. Этот парень ученый или чертов доктор? Нин Шу сказала охраннику: - Проверь, ту жареную птицу в костре еще можно съесть? Если да, то принеси ее, пожалуйста. Охранник взглянул на Нин Шу, затем вытащил черный уголек из костра. Судя по всему, он был не съедобен. Человек, одетый в зеленое, поспешно сказал: - Брат мой, в этом нет необходимости. У меня есть пища, - он вытащил кукурузную лепешку. Когда он увидел, что все трое смотрят на него, он достал еще одну и сказал Нин Шу: - Это пища простолюдинов, поэтому я не знаю, сочтет ли ее леди приемлимой. - Все в порядке, - Нин Шу взяла лепешку и укусила ее. У нее чуть не выпали зубы. После одного укуса она передала ее Юэ Лань и сказала: - Попробуй, крупное зерно хорошо помогает пищеварению. Когда мужчина услышал, что сказала Нин Шу, он нахмурился, но промолчал. Юэ Лань взяла лепешку и откусила, затем передала ее охраннику. Охранник откусил кусочек, затем убрал лепешку и мягко сказал: - Ее довольно трудно жевать. Человек в зеленом поспешно махнул рукой и сказал: - Ничего страшного. Она просто сделана из грубого зерна местного помола. Съев лепешку в один присест, он выудил воду из бамбуковой корзины. Нин Шу и остальные просто смотрели в ошеломленном изумлении. Твердость его зубов была действительно впечатляющей. Нин Шу тихо кашлянула, затем спросила: - Гм, могу ли я узнать имя сэра? Этому человеку, похоже, не понравилось, что его назвали сэром. Он отложил лепешку и, сжав кулак другой рукой, сказал: - Меня зовут Вэнь Жухуа. О, это был ученый. Действительно, их скитания были бы абсолютно бесполезными, если бы не притяжение между ней и главным персонажем этого мира. Нин Шу внезапно схватила его за руки, ввергая того в удивление. Он нахмурился, аккуратно вынув свои руки из хватки Нин Шу. - Леди, мужчина и женщина не должны касаться друг друга. Охранник и Юэ Лань странно посмотрели на Нин Шу. Нин Шу взволнованным голосом сказала: - Кузен, я Циньсян, я Бай Циньсян, ах! Кузен!? Охранник и Юэ Лань удивленно уставились на нее. Тем временем Вэнь Жухуа выглядел таким шокированным, как будто его ударила молния. Он уставился на Нин Шу, и его голос дрожал от неуверенности: - Кузина? - Да, это я, - Нин Шу ответила прямо. Лицо Вэнь Жухуа побледнело. Он выглядел обиженным, тронутым и одновременно счастливым. - Кажется, ты сильно изменилась? - Вэнь Жухуа скептически посмотрел на нее, - ты действительно кузина Циньсян? - Это я! Я Бай Циньсян, - уверенно сказала Нин Шу. Выражение лица Вэнь Жухуа исказилось, он крикнул ей: - Тогда зачем ты вернулась? ---------- Этот мир полон грязи! Вэнь Жухуа кричал на Нин Шу, дрожа от ярости. Он был так взволнован, что чуть не повис над ней, поэтому она поспешно сделала шаг назад: - Кузен, ты все еще в обиде на Циньсян? Лицо Вэнь Жухуа посерело. Он был так зол, что даже не мог произнести ни слова. Юэ Лань не могла больше молчать и прошептала, потянув Юэ Лань за рукав: - Мисс, когда вы сменили имя? И когда у вас появился такой дальний родственник? Нин Шу похлопала Юэ Лань по голове и утешила ее: - Тсс, твоя мисс знает, что делает. Вэнь Жухуа посмотрел на Нин Шу со сложным выражением лица и спросил: - Зачем ты вернулась? - Конечно, чтобы найти тебя, кузен, - ответила Нин Шу. Вэнь Жухуа захлестнула еще одна волна гнева, и он посмотрел на Нин Шу: - Ты уже замужем, зачем я тебе? Да, на самом деле это сложная и глупая история, которая изменила судьбу Вэнь Жухуа. Просто Вэнь Жухуа и его младшая двоюродная сестра были влюблены друг в друга. Вэнь Жухуа был очень талантливым и происходил из знатной семьи. Он обещал жениться на Бай Циньсян, как только сдаст имперский экзамен. Однако гром среди ясного неба прозвучал еще до того, как Вэнь Жухуа успел сдать экзамен. Отец Бай Циньсян, несмотря на обещание, выдал ее замуж за другого знатного чиновника. И этот чиновник был не тем, с кем Вэнь Жухуа мог побороться. Он разыскал Бай Циньсян и потребовал объяснений. Когда они встретились, та виновато сказала: - Извини, кузен, я не могу больше ждать. Вместо того, чтобы ждать того далекого дня, когда ты сдашь имперский экзамен, я бы предпочла выбрать человека, который уже сделал себе имя. Кузен, ты должен просто забыть меня. Ты встретишь ту, что заслуживает твоей любви больше. Вэнь Жухуа не мог в это поверить. После долгих любовных отношений она так бессердечно разорвала их связи. Все обещания прошлого, их клятвы, что их сердца бьются как одно, они были ничем! Вэнь Жухуа был так зол, что чувствовал, что он взорвется изнутри. Все женщины были скромными негодяйками, что любили только богатство и славу. Все чиновники были тираническими деспотами, которые не заботились о простых людях. Этот мир полон грязи! После того, как Вэнь Жухуа напился, он бросил свою семью, поселился в глухой деревне и стал работать учителем. Он часто сетовал, что все его знания политики теперь бесполезны, но в то же время он испытывал презрение к нечестным чиновникам. Он поклялся себе, что никогда не коснется политики в этой жизни. Вэнь Жухуа ненавидел чиновника , который украл человека, которого он любил. Он решил стать отшельником, чтобы уйти от такой «испорченной» жизни. Губы Нин Шу дернулись. Казалось, что мозг Вэнь Жухуа работал совсем не так, как у нормальных мужчин. Большинство сильных характером мужчин разработали бы план мести, попытались бы подняться выше по званию, чем его соперник, нанести ему пощечину и показать своей бывшей девушке, как она упустила свой шанс. Однако Вэнь Жухуа просто бросил все и спрятался, раздираемый своим горем. Нин Шу почувствовала, что она бы тоже не полюбила такого человека. События показали, что Вэнь Жухуа был незрелым и необоснованно темпераментным человеком. - Скажи же что-нибудь! Зачем ты вернулась!? Это потому, что этот сын чиновника наконец-то отказался от тебя? Ты никогда не была красавицей, неудивительно, что он отказался от тебя, - голос Вэнь Жухуа был немного резким, когда он выражал свой гнев. - Динь, очки травмы +20. Нин Шу, мур! Ты скучала по мне? - Голос №2333 появился в голове Нин Шу. Нин Шу: Заткнись. - Ой, цундэрэ. - №2333 деланно вздохнула, а затем исчезла. - Почему ты ничего не говоришь? Почему ты решила меня разыскать? Думаешь, я смогу тебя принять? Я был обманут тобой однажды, теперь меня не обмануть! - Вэнь Жухуа закричал на Нин Шу. Нин Шу была отвлечена голосом системы, и этот внезапный крик чуть не порвал ее барабанные перепонки. Она закрыла уши и посмотрела на Вэнь Жухуа. Он выглядел элегантным и утонченным ученым, почему же он такой ранимый? Дорогой разгневанный юноша, ваш образ рушится на глазах. ---------- Как маленькая девушка-Дракон - Эй, кем ты себя возомнил, что ты смеешь так говорить с моей мисс!? У неё есть охрана, между прочим! - крикнула Юэ Лань Вэнь Жухуа, - тебе лучше помнить о своем статусе. Моя мисс - это не тот человек, на которого ты можешь позволить себе кричать! Лицо Вэнь Жухуа наполнилось ненавистью, он насмешливо улыбнулся: - Правильно, ах, с моим статусом я, естественно, ничто по сравнению с ней, женой чиновника. Юэ Лань посмотрела на Вэнь Жухуа, как на идиота. Должно быть, он вообще не заподозрил её мисс во лжи. Он даже не удосужился проверить факты, прежде чем кричать на кого-то. Определенно было что-то не так с его головой, и это было довольно серьезно. Охранник тоже не выдержал и спросил Нин Шу: - Мисс, мы предлагаем этому джентльмену - я имею в виду, вашему кузену - палатку? Прежде чем Нин Шу раскрыла рот, Вэнь Жухуа крикнул: - В этом нет нужды! Бай Циньсян, мне не нужны твои подачки. Я посплю на улице Нин Шу:… Как он непреклонен. Нин Шу полагала, что он просто уйдет. Неужели он действительно думает, что этим действием он продемонстрирует твердость своего характера? Она зевнула. Сегодня ей надоело слушать Вэнь Жухуа, поэтому она просто втянула Юэ Лань в палатку. - Туши свет и засыпай. Снаружи Вэнь Жухуа пристально смотрел на палатку со сложным выражением лица, как будто он хотел сжечь эту палатку своими глазами. Охранник мельком взглянул на Вэнь Жухуа, потом взял веревку и натянул между двух деревьев. Затем он залез на импровизированный гамак, как маленькая девушка-Дракон, и заснул. Ну, на самом деле ему не удалось проделать это так же элегантно, как девушке-Драконихе. примечание анлейта: "Маленькая девушка-Дракон" - персонаж из новеллы "Возвращение героев Кондора" Цзинь Луна. Когда Вэнь Жухуа увидел, что никто не обращает на него внимания, он прислонился к дереву и просто отошел, глядя на палатку Нин Шу. Его глаза покраснели, и время от времени он скрипел зубами. В тихой ночи этот звук был довольно жутким. Однако в палатке Нин Шу крепко спала, обнимая Юэ Лань. Она понятия не имела, что Вэнь Жухуа беспокойно вышагивает снаружи. Ну, даже если бы она знала, её бы это не побеспокоило. Тем не менее, Вэнь Жухуа не мог не задаться вопросом, что случилось с Бай Циньсян и почему она пришла к нему. Как она считала? Она думала, что сможет отказаться от него и принять его, когда захочет? Но почему на его сердце было так беспокойно? Почему он до сих пор страдает от этой бессердечной женщины? Вэнь Жухуа ходил вокруг палатки целую ночь. Когда утром он увидел, как Нин Шу вышла и неторопливо потянулась, гнев, который он подавлял всю ночь, чуть не вышел наружу. Однако, когда он увидел глаза Нин Шу, не скрытые её вуалью, он застыл в ошеломленном изумлении. ---------- А ну позови меня обратно! Когда Вэнь Жухуа увидел ее глаза, он замер, затем выпалил: - Бай Циньсян, почему ты выглядишь совершенно иначе, чем раньше? Ты точно Бай Циньсян? Раньше в темноте он не мог хорошенько ее разглядеть. Теперь, когда ему удалось увидеть при дневном свете, он почувствовал, что эта женщина не может быть его кузиной. В лучшем случае черты Бай Циньсян можно было бы назвать хрупкими и простыми. Она также была не очень высокой, но у девушки перед ним явно виднелись длинные стройные ноги и элегантная соблазнительная фигура. Это явно не Бай Циньсян. Нин Шу подняла брови и ответила: - Кузен, я Бай Циньсян. Я знаю, что нарушила наше обещание и предала тебя, но я уже была наказана за это. Вэнь Жухуа нахмурился. Он был уверен, что девушка перед ним не Бай Циньсян, но, похоже, она знала о том, что произошло между ним и Бай Циньсян. Что происходит? Он был полностью потерян. - Разве ты не видишь, что я изменилась? В конце концов, я была замужем за богатым человеком. Дорогие огурцовые лосьоны, устрицы и молочные ванны очень благоприятны для молодого организма. Если ты хорошо питаешься и живешь в хороших условиях, твое тело, естественно, видоизменяется. Бай Циньсян было всего пятнадцать лет, когда она вышла замуж. Вполне могло произойти так, что Вэнь Жухуа мог и не узнать ее. - Ты хвастаешься роскошной жизнью? - Вэнь Жухуа холодно посмотрел на нее, - тогда зачем тебе я? - Динь, очки травмы +20. Текущее количество очков травмы - 40. №2333 казалась немного взволнованной, - ничего себе, неплохо. Ты набрала 40 очков травмы всего за одну ночь. Нин Шу, продолжай усердно работать. Успех близок на этот раз! Нин Шу: - Отвали! - Бессердечная женщина, я больше не буду с тобой разговаривать! - №2333 вытерла слезы. Затем Нин Шу услышала звуки бегущих шагов. Через несколько секунд №2333 застенчиво закричала: - А ну извинись и позови меня обратно! Нин Шу: - Свали!.. Куда-нибудь… Нин Шу повернулась к Вэнь Жухуа. Его зеленая одежда была испачкана грязью и травяными разводами, а он сам выглядел очень измученным. Спутанные волосы ниспадали ему на лицо. Больше всего задевало Вэнь Жухуа то, что его кузина вышла замуж за другого, кто был более богат и именит. Любого случайного слова, сказанного Нин Шу, было достаточно, чтобы поразить его в самое сердце. Нин Шу чувствовала, что Вэнь Жухуа жалок и отвратителен. Он был слабым и бесполезным человеком, который не мог принять даже небольшой удар от жизни. Он был тем, кто отказался от своей собственной жизни. Как такой человек может быть мужчиной? Она чувствовала, что даже когда он делился Му Яньмэн с шестью другими мужчинами, он подвергался издевательствам с их стороны. У всех остальных мужчин были либо власть, деньги, сила или стойкость характера. Но у Вэнь Жухуа не было никакой основы, никакого стержня. Все, что он имел, было знанием книг, но как оно могло ему помочь? Он, вероятно, корил себя каждый раз за то, что происходило с ним по его же вине. Мысли Нин Шу начали отходить от основной темы ... Вэнь Жухуа поднял свою бамбуковую корзину и приготовился уходить. Нин Шу поспешно спросила: - Куда ты идешь? Вэнь Жухуа холодно сказал: - Конечно, я возвращаюсь. Нин Шу сказала: - Я пойду с тобой. Вэнь Жухуа сурово закричал: - Бай Циньсян, я не тот человек, от которого ты можешь просто отказаться, потом вернуть по мановению пальца! Нин Шу не обратила на него никакого внимания и вернулась в карету, следуя за Вэнь Жухуа. ---------- Самый жалкий человек на свете Вэнь Жухуа сердито ускорился, но человек не мог быть быстрее лошади. Даже если бы он задействовал свою маленькую третью конечность, он бы не смог оторваться от них. В конце концов, поскольку он ничего не мог сделать со следующей за ним каретой, он решил это просто проигнорировать. Юэ Лань подняла занавеску, посмотрела на Вэнь Жухуа, затем спросила Нин Шу: - Мисс, что-то не так с мозгами этого человека? - Ему просто кажется, что он самый жалкий человек на земле, и он потворствует своим собственным страданиям, - мягко ответила Нин Шу. Из-за недостойной женщины он похоронил свое будущее. Он похоронил всю свою жизнь. Уйдя из дома, не обращая внимания на судьбу своих стареющих родителей, он приехал в эту отдаленную деревню, чтобы преподавать. В сюжетной линии Му Яньмэн упала с обрыва, пытаясь спастись от убийц, которых послала Ли Юйфэй, и в итоге ее спас Вэнь Жухуа, который собирал травы. Хотя она выжила, она осталась изуродована, на ее теле было полно ран, оставленных пытками. Самая красивая женщина в мире теперь превратилась в уродливого монстра. У Му Яньмэн не было иного выбора, кроме как носить ткань на лице, чтобы скрыть свои уродливые черты. Сердце Му Яньмэн уже затвердело из-за всех событий, поэтому ей было все равно, что она была изуродована. Какая-то часть ее даже чувствовала, что ее внешность была причиной всего. Вэнь Жухуа не выгнал Му Яньмэн после выздоровления, поэтому они начали жить вместе. Их отношения были тихими и спокойными. Му Яньмэн была благодарна Вэнь Жухуа за спасение, поэтому она помогала ему с домашними делами, стирала, рубила дрова и готовила еду. Время от времени, когда Му Яньмэн приносила еду в школу, ученики Вэнь Жухуа издевались над ней и называли ее уродиной. Некоторые более смелые и озорные ученики даже бросали в нее камни. Вэнь Жухуа чувствовал, что из-за Му Яньмэн он терял лицо перед учениками, поэтому он велел ей больше никогда не приходить в школу, иначе он прогонит ее. Му Яньмэн было больно. Такая разница в поведении Вэнь Жухуа шокировала ее. Хотя она была изуродована, ее глаза остались очаровательно чистыми и яркими. Из-за них она понравилась сыну вождя деревни. Тот был не очень разборчив и сказал, что, хоть она и изуродована, ее глаза были чрезвычайно красивы. А что касается женщин, при выключенном свете и под одеялом они все одинаковы. Когда Вэнь Жухуа услышал об этом, он стал насмехаться над ней то, что она соблазняла мужчин даже с такой внешностью. Он считал, что всем женщинам нравится совращать мужчин. Сын вождя деревни действительно считался человеком с властью в деревне. Это опять натолкнуло Вэнь Жухуа на воспоминания о богатом и властном человеке, отобравшем его жену. Он бушевал, почему все женщины были такими неблагодарными и бессердечными? Вэнь Жухуа обижался на всех, кто имел власть и влияние, поэтому он плохо ладил с сыном вождя деревни. Если бы не тот факт, что он был единственным учителем в деревне, тот бы уже давно избавился от него. Он ненавидел его, но не смел сказать это прямо. Тем временем сын вождя только начал догадываться, что с головой Вэнь Жухуа что-то не так. ---------- Зверь в человеческой шкуре Деревенский тиран был раздражен тем, что Вэнь Жухуа всегда критиковал его, изображая из себя праведного героя, который отказывается уступать силам зла. Он пытался заставить Му Яньмэн воздействовать на Вэнь Жухуа и предупредить его, чтобы тот не был таким высокомерным не на своей территории. Однако Вэнь Жухуа был рассержен до смерти и выместил свою злость на Му Яньмэн. Той же ночью он изнасиловал Му Яньмэн, сказав: раз ты так сильно хочешь мужчину, я рад тебе помочь. Он чувствовал большое презрение к Му Яньмэн. Когда он обнаружил, что она не была девственницей, он начал презирать ее еще больше. Натянув штаны, он стал швырять оскорбления в Му Яньмэн, которая в тот момент просто хотела умереть. После того, как он изнасиловал Му Яньмэн, Вэнь Жухуа вел себя с деревенским тираном так, будто он был на стороне правосудия. Он как бы говорил, ну и что, что ты сын вождя деревни? Даже если ты заполучишь Му Яньмэн, она уже была его использованными ботинками. Му Яньмэн никогда не думала, что она еще столкнется с такой судьбой даже после того, как она была изуродована. Когда она поняла, что это будет повторяться до бесконечности, она решила покончить жизнь самоубийством. Она предприняла попытку повеситься, но Вэнь Жухуа спас ее. Он угрожал ей и сказал, что если она выкинет еще что-то подобное, он отдаст ее деревенскому тирану. Даже если от нее останется лишь труп, он все равно отправит ее тому в качестве мести. Му Яньмэн была так напугана, что не смела снова пытаться покончить с собой. Таким образом, они продолжали жить вместе. Вэнь Жухуа все равно продолжил спать с Му Яньмэн. В его сердце Му Яньмэн была просто проституткой для него, чтобы утолить его физиологические желания. Он не считал ее равной себе вообще. Нин Шу глубоко вздохнула, словно почувствовала зубную боль. Му Яньмэн действительно страдала. Она была замешана в вещах без собственной вины и, куда бы она ни пошла, ей всегда выпадал плохой расклад. Вэнь Жухуа был зверем в человеческой шкуре. Как он мог гордиться запугиванием изуродованной женщины? Когда он навязал ей себя, у него все еще хватало смелости проявить презрение к ней? Это было смешно. И это было ничто по сравнению с тем, что произошло дальше. Даже деревенский тиран пожалел Му Яньмэн из-за того, как Вэнь Жухуа обращался с ней, поэтому он предложил помочь ей уехать. Когда Вэнь Жухуа, который возвращался из школы, увидел вместе деревенского тирана и Му Яньмэн, он сразу же неправильно понял ситуацию и бросился в свой дом за мечом, который достался ему по наследству. Размахивая мечом, он случайно попал по животу Му Яньмэн. Впоследствии оказалось, что Му Яньмэн была беременна, и у нее началось кровотечение. Вэнь Жухуа был ошеломлен. Му Яньмэн прыгнула в реку перед домом. Все жители деревни обыскивали реку в течение нескольких дней, но не смогли найти ее труп. Вэнь Жухуа это расстроило. Он понял, что влюбился в Му Яньмэн после того, как она исчезла. Получив еще один сильный удар от жизни, он почувствовал желание броситься в реку за ней. Однако деревенский вождь остановил его и громко сказал, что дети в школе нуждаются в нем. Вэнь Жухуа сказал в своем сердце, что поскольку люди нуждались в нем, он не может покончить с собой. Когда придет время, он пойдет и найдет ее. Сказал, что он любит ее и бла-бла-бла… Нин Шу теперь не просто тяжело дышала, а покрывалась холодным потом. Когда Юэ Лань увидела, что лоб Нин Шу покрыт испариной, она поспешно вытащила платок и вытерла лицо той, спрашивая: - Мисс, что случилось? ---------- Оружие перевоплощения - Твоя мисс только что испытала ужасный шок, - сказала Нин Шу, скорчив гримасу. Этот ученый, который на вид не мог обидеть и мухи, был злым, как убийца. Юэ Лань поспешно огляделась. Ее лицо побледнело, и она подошла ближе к Нин Шу, запинаясь: - Мисс, что вы видели? Неужто вы видели привидение? Нин Шу оттолкнула Юэ Лань и раздраженно спросила: - Как мог привидение могло появиться средь бела дня? Юэ Лань вздохнула с облегчением. - О, это верно, ведь сейчас только день. Тогда что вас напугало? - Дети не должны задавать столько вопросов, - Нин Шу подняла занавеску и взглянула на Вэнь Жухуа, который шел перед ними. Он уже шел намного медленнее. Вероятно, он устал. - Кузен, не хочешь сесть в карету? Ты ученый и не привык к таким физическим нагрузкам! - крикнула Нин Шу. Вэнь Жухуа остановился и повернулся к Нин Шу. Он холодно спросил: - Как долго ты планируешь следовать за мной? Бай Циньсян, между нами больше нет отношений. Конечно, не было никаких отношений, ах. Настоящая Бай Циньсян наслаждалась счастливой жизнью и давно забыла о тебе. Нин Шу сказал: - Куда бы ни пошел кузен, Циньсян последует за тобой. Ей больше некуда идти, у нее нет выбора. Вэнь Жухуа разозлился, все его тело дрожало. Он уставился на нее пепельно-белым лицом. - Почему ты не зайдешь внутрь, кузен? - сказала Нин Шу с улыбкой. Вэнь Жухуа махнул рукой и холодно бросил: - Не стоит женщине и мужчине сидеть в одной карете, если они не состоят в отношениях. Я не сяду. Затем он снял свою корзину и, обняв ее, сел рядом с охранником. Нин Шу:… Нин Шу чувствовала, что образ мышления Вэнь Жухуа был действительно уникальным. Если бы у него действительно был хребет, он бы просто отказался наотрез садиться в карету. Может быть он думал, что показывает характер, сидя снаружи? Или он привык всегда находить оправдания своим действиям? Нин Шу закатила глаза и опустила занавеску. Сквозь занавес она сказала: - Кузен, почему ты пришел собирать травы? У тебя нет денег на их покупку? - Динь, очки травмы +10. Текущее количество очков травмы - 50. Нин Шу подняла брови. Она снова обидела Вэнь Жухуа? Быть его двоюродной кузиной было поистине великим оружием. Любое случайное замечание, которое содержало намек на презрение, было достаточно, чтобы эмоционально ранить ученого. Вэнь Жухуа холодно вздохнул и резко сказал: - Когда ты, богатая девушка, могла понять нашу жизнь простых людей? Хотя я трачу столько сил на зарабатывание денег, это все равно лучше, чем жить за счет богатства, полученного путем предательства. По крайней мере, у меня сохранилась чистая совесть. Раз тебе так непривычно от таког образа жизни, зачем следовать за мной? Так-так, посмотрите, как праведно и осуждающе звучат его речи. Если бы не очки травмы, она действительно подумала бы, что ему все равно. Он, вероятно, много думал об этом. Его невеста оставила его именно ради богатства и славы, поэтому деньги и влияние были шипами в его сердце. Он действительно в тайне желал всего этого, но в то же время он отвергал их из-за своего сильного эго. Нин Шу снова закатила глаза. Она чувствовала, что все книги, которые он читал, делали его еще более странным. Говорят, что чтение книг делает вас более непредвзятым и мудрым, но Нин Шу чувствовала, что Вэнь Жухуа понимает книги по-иному. ---------- Должно быть, ты искал долго В полном молчании экипаж продолжил свой путь по пыльной дороге. Атмосфера стала немного напряженной. Вэнь Жухуа посмотрел на охранника, сидящего рядом с ним. Взгляд того был бесчувственным и холодным, а тело излучало сильную убийственную ауру. Было ясно, что он очень силен в боевых искусствах. Бай Циньсян жила теперь в другом мире, в отличие от него. Она всегда ходила с охранником и служанкой. То, как она жила, соответствовало образу богатой мисс. Нин Шу и Юэ Лань заснули, но их нельзя в этом обвинять. Было трудно не почувствовать сонливость от укачивающих движений кареты. После того, как Нин Шу проснулась, она подняла занавеску и спросила Вэнь Жухуа: - Насколько далеко находится деревня? Зачем же ты ушел далеко, чтобы собирать травы? Когда Вэнь Жухуа услышал, что сказала Нин Шу, он покраснел, затем цвет его лица сменился на пепельный. Он холодно сказал: - Разве сбор трав имеет какое-то отношение к тебе? Нин Шу откинула волосы и заметила: - Ты, наверное, собрал всю траву возле деревни, поэтому тебе пришлось зайти так далеко, верно? Кузен, я думала, что у тебя будет жизнь лучше после нашего расставания. Лицо Вэнь Жухуа вспыхнуло. Он был так зол, что его дыхание стало прерывистым. - Динь, очки травмы +10. Текущее количество очков травмы - 60. Нин Шу с презрением скривила губы и опустила занавеску, ясно показывая, что больше не хочет с ним разговаривать. Даже внутри кареты она все еще слышала звук сердитого дыхания Вэнь Жухуа. - Остановите карету, я хочу сойти! Бай Циньсян, что именно ты пытаешься сделать? Ты пришла сюда специально, чтобы унизить меня? - Вэнь Жухуа крикнул в сторону Нин Шу. Нин Шу ответила мягко: - Кузен, Циньсян пришла просить убежища у тебя. Циньсян некуда идти, у нее есть только кузен. Вэнь Жухуа пришел в ярость. - И ты просишь меня об одолжении? Бай Циньсян, говорю тебе, я тебе ничего не должен! Тебе не стыдно появляться передо мной? - Кузен, разве Циньсян уже не извинилась? Циньсян обидела тебя в прошлом, сейчас она это понимает. Из-за Циньсян кузен не смог сдать имперские экзамены. Циньсян действительно тронута и чувствует себя действительно виноватой, поэтому она вернулась, чтобы побудить кузена выучиться и сдать имперские экзамены, - импровизировала Нин Шу. Глаза Вэнь Жухуа выпучились. Как эта женщина могла говорить такие вещи без тени смущения? Тогда она ушла, не оглядываясь, но теперь она вернулась и сказала, что хочет составить ему компанию, пока он учится? Вэнь Жухуа был так зол, что его кровь практически кипела. Как женщина может быть такой презренной, такой бесстыдной? Может быть, она вообще не чувствовала вины или стыда? Вэнь Жухуа хотел сойти с кареты, но охранник не останавливался. Поскольку у него не было смелости спрыгнуть с кареты, у него не было выбора, кроме как продолжать сидеть там с пепельным лицом, пока они не прибыли в деревню. Нин Шу посмотрела на дым, поднимающийся из дымоходов, затем спросила Вэнь Жухуа: - Как ты нашел такую ​​отдаленную и уединенную деревню? Должно быть, ты искал долго. Вэнь Жухуа не ответил и просто слез и побрел к деревне. Нин Шу сказала охраннику и Юэ Лань: - Мы тоже идем. Давайте найдем там место для ночлега Охранник посмотрел на Нин Шу, затем сказал: - Мисс, я останусь охранять карету. Вы можете потом просто попросить Юэ Лань принести мне немного еды. Это хорошее решение. Иначе охранник всех селян распугает. - Хорошо, тогда охраняй нашу карету. Нам она пригодится. ---------- Время для специальной атаки! Нин Шу вместе с Юэ Лань вошли в деревню. Вэнь Жухуа у входа в деревню разговаривал с какой-то миловидной девушкой. Ее глаза сияли от обожания, когда она смотрела на него. Однако лицо Вэнь Жухуа выражало только отвращение. Обернувшись, он увидел Нин Шу. Впервые Вэнь Жухуа обратился к ней без раздражения: - Кузина, почему ты так долго? Я ждал тебя. Еще до того, как Нин Шу успела ответить, женщина с золотой брошью уже скрестила руки на груди. Указав на Нин Шу, она резко спросила Вэнь Жухуа: - Мистер Вэнь, кто эта девушка? - Мои отношения с ней - это не твое дело, Леди Хэ. Я надеюсь, что в будущем ты больше не будешь беспокоить меня по этому поводу. Если люди будут распространять слухи, это повлияет и на твою репутацию. Хэ Сяохуа нахмурились, и она сказала ему, положив руки на бедра: - Кто в деревне Хэ посмел бы распространять слухи обо мне? Ты мне нравишься, что из этого? Если ты женишься на мне, твоя жизнь станет лучше. В будущем тебе не придется так сильно страдать от нищеты. Вэнь Жухуа услышал резкие, прямые слова Хэ Сяохуа, и сурово сказал: - Леди Хэ, я говорю еще раз, мы ни за что не окажемся вместе. Ты должна оставить эти попытки. Хэ Сяохуа была зла и унижена. Яростно крикнув: «этого ты хотела?» Нин Шу, она убежала, вытирая слезы. Нин Шу подняла брови и сказала Вэнь Жухуа: - Эта девушка довольно мила, и ты ей искренне нравишься, так в чем же дело? Вэнь Жухуа посерел, как будто любовь Хэ Сяохуа была чем-то унизительным. Тем более унизительным для него было то, что Хэ Сяохуа явно уступала Бай Циньсян в красоте. Вэнь Жухуа не мог отрицать, что нынешняя Бай Циньсян была очень красивой. Хотя ее лицо было скрыто вуалью, ее изящная фигура не шла ни в какое сравнение с фигурой Хэ Сяохуа - Динь, очки травмы +10. Текущее количество очков травмы - 70, - голос №2333 звучал очень взволнованно, - продолжай в том же духе, Нин Шу! Время для специальной атаки, ты можешь увеличить количество очков травмы до 100! Специальная атака? Она только задала случайный вопрос, как ей удалось попасть в больное место Вэнь Жухуа? Почему у него такое нежное сердце? Вэнь Жухуа издал холодный смешок: - Я не могу быть с Хэ Сяохуа. Ее старший брат пользуется тем, что его отец является главой деревни, и терроризирует деревню. Независимо от того, насколько ужасно мое положение, я все равно не женился бы на такой варварской и беззаботной девушке. Нин Шу:… Этот парень был слишком нарциссичен. Если бы он с его отношением оказался в современном обществе, где соотношение мужчин и женщин было чрезвычайно непропорциональным из-за нехватки женщин, его бы наверняка закидали камнями. Казалось, что Вэнь Рухуа вообще не знал, как вести себя в обществе. Он был напыщенным идиотом, поэтому неудивительно, что старший брат Сяохуа так не любил Вэнь Жухуа. Нин Шу просто засмеялась, никак это не прокомментировав. Рядом с ней Юэ Лань также презрительно сжала губы. Нин Шу последовала за Вэнь Жухуа в соломенный дом. Вокруг дома были бамбуковые заборы, а внутри ограды были посажены беспорядочные растения. Было так грязно,везде росли сорняки. Недалеко от дома была большая река. Это была та река, в которую бросилась Му Яньмэн после того, как у нее случился выкидыш от удара мечом. ---------- Бредовое мышление жертвы Нин Шу одного не могла понять. Почему Вэнь Жухуа выбрал место для дома так близко к реке? Разве не существует опасность наводнения? Или это было сделано для того, чтобы Му Яньмэн прыгнула туда в попытке самоубийства и пошла дальше по сюжетной линии? Нин Шу стояла перед забором, не заходя внутрь. Вэнь Жухуа обернулся и насмешливо сказал: - О, я забыл, ты жена важного чиновника, как ты можешь вынести вид обычного соломенного дома? Нин Шу торжественно покачала головой и сказала: - Я действительно не привыкла к такому зрелищу. Кузен, я никогда не думала, что ты живешь в таких ужасных условиях. Ты мог просто попросить у меня помощи, я бы нашла дом с белыми стенами и качественной черепицей. Тебе не нужно терпеть такие ужасные условия. Лицо Вэнь Жухуа исказилось от гнева, и он закричал: - Заткнись! Твое богатство было получено от продажи твоего достоинства. Это отвратительно! Нин Шу:… Нин Шу чувствовала, что с головой Вэнь Жухуа действительно что-то не так, он был словно мучеником, обиженным всей жизнью. Нин Шу отдаленно могла понять Бай Циньсян. Та выбрала мужчину, который сможет обеспечить ей лучшую жизнь. Это жестоко и честолюбиво, но все же это не сравнится с тяжким грехом Вэнь Жухуа. Ему никогда не приходило в голову, что отчасти это была его проблема, поскольку он не мог дать Бай Циньсян чувство безопасности? Нин Шу почувствовала, что хорошо, что Бай Циньсян смогла убежать от Вэнь Жухуа. Если ты собираешься пройти через испытания и несчастья с мужчиной, он должен заслуживать доверия. Вэнь Жухуа был человеком без какого-либо чувства ответственности. Судя по тому, насколько незрелым он показал себя сейчас, он определенно ничего не будет значить в будущем. Нин Шу сжала губы и достала небольшой слиток серебра. Она сильно швырнула его на землю, оставив на нем вмятину, и надменно сказала: - Кузен, я серьезно, Циньсян не хочет жить в таком доме, как этот. Дай серебра плотнику, пускай он починит дом. Этот соломенный дом выглядит так, как будто он не защитит даже от дождя. Лицо Вэнь Рухуа стало зловещим. Он поднял серебро с земли и бросил в нее, рыча: - Убирайся! Возьми свои чертовы деньги и убирайся отсюда! Даже если я буду умирать от голода, я не приму твои грязные деньги. Нин Шу увернулась от броска, затем взяла серебро и не спеша положила его обратно в сумочку. - Циньсян чувствует, что кузену тяжело, и только хочет немного помочь материально. Таким образом, ты сможешь тратить свое время на учебу, а не на сбор трав. Кузен очень талантлив, не стоит так разбрасываться временем. - Какое отношение к тебе имеют мои обстоятельства? С того дня, когда ты предала наше обещание, мы стали незнакомцами! - когда Вэнь Жухуа услышал слова Нин Шу о том, что от что она хочет помочь ему финансово, он почувствовал себя униженным. Он скорее умрет, чем примет деньги этой женщины. Хотя он может и выглядит жалким, он считает себя выше всего этого. Он никак не мог сдаться Бай Циньсян. Нин Шу, наконец, пошла на компромисс: -Хорошо, Циньсян примет во внимание твое мнение и больше не будет пытаться дать денег. Кузен, где мне остановиться? Когда Вэнь Жухуа услышал, что Нин Шу выразила почтение, его сердце наполнилось самодовольным восторгом. С тех пор, как они снова встретились, Бай Циньсян вела себя холодно и надменно. Она не показывала той кротости, которую она должна иметь, прося об одолжении. Нин Шу и Юэ Лань выбрали комнату. Комната была настолько хлипка, что казалось, порыв ветра может обрушить стены. Кроме того, комната была влажной, а некоторые участки травяной стены уже порядком сгнили. Как человек может жить в таком доме? ---------- Специальная атака Юэ Лань огляделась. Ее лицо побледнело, и она сказала: - Мисс, как бы вам ни было сложно, вам никогда не приходилось падать так низко, чтобы спать в такой комнате. Как можно жить в таком доме? Здесь же куча тараканов! Почему бы нам просто не установить палатку во дворе? Даже там лучше, чем в этой комнате Нин Шу вздохнула. Когда Му Яньмэн была изуродована, она должна была жить в таком месте, сталкиваясь с постоянными насмешками и подколами Вэнь Жухуа. Позже ей даже пришлось помогать по хозяйству, попутно удовлетворяя похоть Вэнь Жухуа. Хост пострадала очень сильно. Неудивительно, что она решила просто броситься в реку. Смерть была более привлекательной по сравнению с такой жизнью. - Тогда давай просто установим палатку во дворе, - поморщилась Нин Шу, - не стоит останавливаться здесь и спать среди тараканов. Они работали вместе, устанавливали палатку, пока Вэнь Жухуа смотрел на это с темным выражением лица. Он холодно сказал: - Если ты не хочешь ночевать в моем доме, зачем ты пришла сюда? У тебя же много денег. Ты всегда можешь найти лучшее место. Нин Шу краем глаза посмотрела на него и сказала с презрением: - Кузен, неужели ты никогда не думал о том, почему я не вышла за тебя замуж? - Динь, очки травмы + 10. Текущее количество очков травмы - 80. Ааа, Нин Шу, поторопись, давай быстрее, ну же! - возбужденный голос № 2333 появился в мозгу Нин Шу. Нин Шу: Заткнись. - Почему? - Вэнь Жухуа с усмешкой ответил, - разве не потому, что ты хотела жить роскошной жизнью? Нин Шу махнула рукой. - О, нет, конечно, это не так. Если ты хочешь знать, почему, то я могу сказать. - Хотя твоя внешность и не плоха, ты не можешь платить за еду своим лицом. Хотя ты прочитал много книг, ты не пытался сдать имперский экзамен. Шансы, что ты успешно сдашь экзамен и станешь известным ученым, были спорными. Ты учился с детства, но когда пришло время показать свои знания, ты ничего не сделал. Имперские экзамены должны сдаваться уровень за уровнем. Столько времени у тебя уходит на ожидание, столько времени уйдет на пересдачу, что к тому времени, как ты сдашь последний экзамен, я уже состарюсь. Даже если я предала наше обещание, оно того стоило, и это был выбор, о котором я не сожалею. Причина, по которой я вернулась сейчас, состоит в том, чтобы помочь тебе сдать имперский экзамен. - К лучшему или к худшему, ты должен показывать хороший пример детям в Деревне Хе и дать им понять, что образование - это то, что позволит им выделиться среди своих сверстников. Ты так долго учился, но живешь в дерьмовом доме и носишь ​​рваную одежду. Ты не можешь себя прокормить. Если у детей в школе создастся впечатление, что учеба приводит только к такому плохому будущему, зачем обучаться у тебя? Есть ли у тебя до сих пор влияние и авторитет перед детьми? Только сильные внушают уважение. Авторитет, деньги и способности - вот что делает сильных сильными. Кузен, ты чувствуешь, что у тебя есть из этого? - Я признаю, что предала тебя в прошлом, но то, что ты давал мне, было отдаленными, неопределенными перспективами; недосягаемыми и неуловимыми обещаниями. Почему я должна была отказаться от стабильной и безопасной жизни, променяв их на недосягаемые обещания? Нин Шу искренне посмотрела на Вэнь Жухуа своими ясными глазами. - Кузен, я же права? ---------- Мыши убегают, плача «Кузен, ты чувствуешь, что у тебя есть из этого?? Что из этого? Что из этого ... ” «Кузен, я же права? Я же права? Я ... » Эти слова отразились эхом в голове Вэнь Жухуа. Он споткнулся и схватился за грудь. Когда он встретил искренний взгляд Нин Шу, он почувствовал гнев в своем сердце. Его охватила волна головокружения, и казалось, что его сердце сжимает чья-то рука. Он крикнул: - Ты просто пытаешься оправдаться за то, что ты сделала! Это все оправдания! На уголках его губ выступила кровь. Все, что сказала Бай Циньсян, было издевательством по поводу его положения. Это она была тем, кто предал свое обещание. Какое право она имеет так говорить? Нин Шу презрительно сжала губы. Даже животные стремились выбрать сильных партнеров, чтобы обеспечить шансы их потомкам на выживание. Такова была жизнь, для чего, черт возьми, ты вообще выдумал это дерьмовое обещание?Если Бай Циньсян действительно ждала Вэнь Жухуа, пока он, наконец, сделает себе имя, то человеком, который в итоге нарушил обещание, был именно он. - Динь! Динь-Динь! Динь-Динь-Динь! Очки травмы +20. Общее количество очков травмы достигло 100. Ах, Нин Шу, ты потрясающая! Продолжай усердно работать! Делай это снова, снова! - прозвучал голос №2333. Нин Шу почувствовала легкое смущение. Почему №2333 стала такой? Это такой позор. Нин Шу: "Свали". Вен Жухуа шагнул в свою комнату и захлопнул дверь. Юэ Лань смотрела на Нин Шу с обожанием в глазах. - Мисс, вам удалось заставить кого-то плеваться кровью от гнева, вы действительно удивительны! Ваше умение красноречиво спорить просто великолепно! Нин Шу подняла бровь: - Умение красноречиво спорить? - Это верно, ах. У нас есть еще проблемы? - Юэ Лань в замешательстве посмотрела на Нин Шу. Нин Шу похлопала Юэ Лань по плечу. - Все в порядке, пока ты счастлива. Нин Шу и Юэ Лань некоторое время продолжали усердно работать и, наконец, разложили палатку. Настало время обедать, но Вэнь Жухуа все еще был в своем доме и не собирался выходить. Было так тихо, что Нин Шу задумалась, не умер ли он там внутри. Она подошла к двери и закричала: - Кузен, ты здесь? Если да, пискни один раз. Никакого ответа. Нин Шу подняла брови. Неужели главный мужчина был настолько слаб, чтобы умереть просто так? Она снова закричала: - Кузен, пора обедать. Но что мы едим? На кухне нет ни единого куска еды, нет даже рисового зерна. Даже мыши, плача, убежали. Кузен, как же ты попал в такие условия? Кузен, ты здесь? В комнате все еще было тихо. У Нин Шу было плохое предчувствие, и она сказала Юэ Лань: - Юэ Лан, поторопись и постучи в дверь. Что-то могло случиться с моим кузеном. Не нужно беспокоиться, что эту дверь нужно будет потом чинить. В любом случае, здесь нет ничего, что можно будет украсть. Дверь не надо жалеть, она в любом случае старая и гниющая. Юэ Лань ответила «окей», затем глубоко вздохнула и приготовилась броситься на дверь. Но дверь сама со скрипом открылась. Вены Вэнь Жухуа пульсировали на лбу, когда он смотрел на Нин Шу. Уже было достаточно, что Бай Циньсян предала его в прошлом, но она продолжала издеваться над ним. Она была еще более отвратительной, чем раньше. Можно сказать, что Вэнь Жухуа уже счел Нин Шу своим заклятым врагом. ---------- Мир черный, как перья вороны Нин Шу вела себя так, будто не замечала ненависти в глазах Вэнь Жухуа: - Кузен, а что нам есть? Вэнь Жухуа холодно ответил: - У тебя же много денег? Просто найди сельского жителя и купи у него еды. Нин Шу спросила: - Тогда что будешь есть ты? - Это не твое дело. Бай Циньсян, я не возражаю против того, чтобы ты оставалась здесь. В любом случае, я не имею права говорить тебе, что делать, но не пытайся вмешиваться в мою жизнь. Ты просто пытаешься ослабить чувство вины в своем сердце! - холодно сказал Вэнь Жухуа. Нин Шу внутренне выразила свое презрение. Почему ему не пришло в голову, что она здесь для мести, для того, чтобы сделать его жизнь несчастной? Однако, поскольку он отказался от еды, у нее не было поводов жалеть его. Она схватила Юэ Лань и приготовилась пойти за едой. Перед тем как уйти, она неискренне спросила: - Кузен, почему бы нам не пойти вместе? Вероятно, прошло много времени с тех пор, как ты ел мясо. Я заплачу им немного за курицу. Ты должен хорошо питаться, чтобы сосредоточиться на подготовке к экзаменам. Ты же не хочешь провести всю свою жизнь здесь, в глуши, верно? Цвет лица Вэнь Жухуа посерел. - Ты никому не нужная жена! Женщина, от которой отказался мужчина! После того, как твой муж решил, что он больше не хочет тебя, ты обратилась ко мне за помощью. И у тебя все еще есть смелость критиковать мою жизнь? Что бы я ни делал, у тебя нет прав это осуждать! Буду я сдавать имперские экзамены или нет, это не твое дело! Бай Циньсян, предупреждаю тебя, больше не напоминай мне об имперских экзаменах! Я отказываюсь ступить на темный путь чиновника. Я предпочту остаться здесь и бороться каждый день! - Вэнь Рухуа объявил свое решение, выпятив грудь. Нин Шу:… Он говорил так, словно он был уверен, что сумеет пройти экзамен с первой попытки. Его путь мыслей дошел даже до коррумпированных чиновников ... Это было невероятно. То, как он вел себя так, будто он был ниспослан на землю с небес, чтобы бороться и вносить справедливость. Ее лицо дернулось: - Неужели кузен никогда не думал стать чиновником, чтобы добиться справедливости для простых людей? Если многие чиновники коррумпированы, не означает ли это, что кузен как раз должен сдать экзамен, чтобы очистить мир от коррумпированных чиновников? Вэнь Жухуа нахмурился. - Ты живешь в своем мире, но настоящий мир чёрный, как перья вороны. С древних времен чиновники защищали себя и свое имущество. Я всего лишь один человек, как я могу победить такую ​​большую организацию? Я давно потерял всякую надежду на политику. Нин Шу удивленно посмотрела на него. Казалось, что он не был действительно глупым. Тем не менее, все, что он умел, это громко говорить. По правде говоря, он просто боялся сдавать экзамены и придумывал всевозможные оправдания, чтобы избежать переживаний и неудач. Не было смысла продолжать с ним разговор, поэтому Нин Шу приготовилась уйти с Юэ Лань. Однако она вдруг почувствовала запах мяса. Она обернулась и увидела, что за забором стоят два человека. Одной из них была Он Сяохуа. Она держала в руках еду и кричала Вэнь Жухуа: - Мистер Вэнь, я принесла вам немного еды. - Добро пожаловать, добро пожаловать. Пожалуйста, входите, - Нин Шу поспешно поприветствовала их. - О, так ты красотка, которую спас ученый-шарлатан? Почему ты решила последовать за Вэнь Жухуа, за этим упертым болваном? - Рядом с Хэ Сяохуа стоял толстощекий мужчина, державший веер. Этот элегантный аксессуар резко контрастировал с его пухлым лицом. Его чрезмерно гордый и надменный характер только вносил дисгармонию в сцену. Видеть эти пухлые пальцы-сосиски, сжимающие тонкий веер, было смешно и любопытно. ---------- Деревенский тиран и деревенский цветок Цвет лица Вэнь Жухуа стал еще более серым, когда он увидел гостей. - Что вы делаете здесь? Вас здесь не приветствуют. Хэ Дахуа, Хе Сяохуа, даже если все в этой деревне боятся вас двоих, это не значит, что и я принадлежу к их числу! Хэ Сяохуа выглядела немного обиженной. - Мистер Вэнь, я просто пришла, чтобы принести вам немного еды. Почему вы такой злой? Нин Шу сразу сказала: - Леди пришла сюда из благих намерений, ты не должен быть таким. Леди Хэ, мы проголодались. Спасибо, что принесли нам еду. Вэнь Жухуа быстро сказал Нин Шу: - Я запрещаю тебе это есть! Я, Вэнь Жухуа, никогда не приму милостыню, тем более что это кровь народа, пот и слезы, которые отбирал силой деревенский тиран. Толстое лицо Хэ Дахуа наполнилось гневом, он указал на Вэнь Жухуа своим пальцем. - Мистер Вэнь! Когда мой отец что-нибудь отбирал? Твои глаза, должно быть, растут прямо из задницы! Все здесь создано руками нашей семьей! Кажется, что проблема не только в твоей голове, но и в твоих глазах! Вэнь Жухуа равнодушно ответил: - Кто знает? - Айя, терпеть не могу этого человека! Хэ Сяохуа, не давай ему еду. Лучше отдать ее собаке, потому что собака, по крайней мере, будет вилять хвостом в знак благодарности, - деревенский тиран Хэ Дахуа крикнул своей сестре, - Кормить такого человека - это просто пустая трата еды! - Старший брат, не говори так. Мистер Вэнь не такой, - Хэ Сяохуа поставила еду на простой каменный стол во дворе, повернувшись к Вэнь Жухуа. - Мистер Вэнь, так как у тебя гости, нужно хорошо их принять. Просто отнесись к этой еде как к моему вкладу в обучение детей. Нин Шу смотрела со стороны, качая головой. Эта Хэ Сяохуа была на самом деле неплохой девушкой. - Это верно, это правильно. Спасибо, леди Хэ. Мы проголодались. Я Бай Циньсян, двоюродная сестренка Вэнь Жухуа. Я пришла за помощью к двоюродному брату, - сказала Нин Шу. Глаза Хэ Сяохуа сдерживали враждебность, она положила руки на бедра и спросила: - Какие у тебя отношения с мистером Вэнем? Нин Шу пригласила Юэ Лань поесть, а затем ответила: - Разве я не говорила вам, что я его двоюродная сестренка? Не волнуйтесь, мы относимся друг к другу только как брат к сестре. Хэ Сяохуа сомневалась, но она приняла это и попросила Нин Шу поесть. Замявшись, она повернулась к Вэнь Жухуа: - Мистер Вэнь, вам тоже следует немного поесть - Я не буду это есть, - Вэнь Жухуа ушел к себе и захлопнул дверь. Выражение лица Сяохуа стало немного грустным. Тем временем Хэ Дахуа будто случайно сел рядом с Нин Шу. Он с интересом рассматривал Нин Шу. - Красотка, ах, зачем мучать себя пребыванием с кем-то вроде Вэнь Жухуа? Почему бы тебе не остаться жить в доме Старшего Брата Дахуа? Ты могла бы жить в хорошей комнате и есть мясо каждый день. У Вэнь Жухуа нет будущего. Нин Шу обернулась, чтобы взглянуть на этого мясистого деревенского тирана. Он, старший брат был деревенским тираном, а младшая сестра - деревенским цветком. Они были действительно колоритными персонажами. Однако Нин Шу нашла, что Хэ Дахуа гораздо приятнее для глаза, чем Вэнь Жухуа. В оригинальном сюжете Хэ Дахуа пытался отослать Му Яньмэн частично потому, что ему было плохо из-за Му Яньмэн и потому что его младшая сестра была безумно влюблена в Вэнь Жухуа и попросила тогоё отослать ее. Хэ Дахуа и Хэ Сяохуа не были злыми людьми. По крайней мере, они были куда более прямолинейными, чем Вэнь Жухуа. Несмотря на то, что он был ученым, Вэнь Жухуа был неблагодарным и бессердечным. Казалось, что все книги, которые он читал, служили ему не во благо. ---------- ***** Книги Древней Эпохи Нин Шу ответила прямо: - Спасибо, Дахуа. Но в этот раз я пришла сюда для того, чтобы остаться с моим кузеном. Хэ Дахуа взмахнул своим веером с презрительным выражением лица. - Вэнь Жухуа даже не считается за мужчину. Тебе не стоит общаться с ним слишком много, а не то заразишься его психической болезнью. Нин Шу улыбнулась, но не ответила. ______________________________________________________________________ Нин Шу и Юэ Лань наелись досыта. Чтобы поблагодарить Хэ Сяохуа, Нин Шу подарила ей румяна отличного качества и несколько шёлковых украшений в виде цветов. - Юная Леди, вам не стоит носить золотые заколки. Вы молоды, так что шёлковые цветы будут на вас лучше смотреться, - сказала Нин Шу. Хэ Сяохуа была в восторге от подарков и похлопала Нин Шу по плечу. От этого похлопывания Нин Шу чуть не поперхнулась. Боже, эта девушка была слишком сильной! - Маленькая красотка, хочешь остаться в доме Старшего Брата Дахуа? Это место совсем не подходит для людей. Даже мой свинарник и то лучше выглядит. Хэ Дахуа начал обмахивать себя веером в притворно-элегантной манере. Нин Шу: … Как только брат и сестра Хэ ушли, дверь позади неё со скрипом открылась. Вэнь Жухуа вышел из дома с мрачным выражением на лице и гневно уставился на Нин Шу, после чего вошёл в кухню. Он схватил ковш с остывшей водой и начал есть кукурузные оладьи. Что за горькое и обиженное выражение лица, ах. Нин Шу потеряла дар речи. Она действительно не могла понять, о чём думал Вэнь Жухуа. Она вошла в его комнату и увидела, что на потрёпанном столе лежит много книг. Она была удивлена, так как он совсем не был похож на столь занятого наукой человека. Она небрежно взяла книгу и начала её листать. А потом она резко переменилась в лице. Эта книга была о том, как потерявший всё учёный встретился с духом лисы. Большая часть книги описывала то, какой сексуальной была дух лисы и всякие эротические вещи, которые учёный проделывал с этим духом лисы. Нин Шу: … Она взяла ещё одну книгу и пролистала её. Эта книга была о приключении рыцарского героя и его борьбе со злом. О том, как он убивал коррумпированных чиновников и которого почитали люди. Все книги, что лежали на столе, были примерно одного типа: учёный и женщина в квартале удовольствий, учёный и молодая дочь из богатой семьи… К тому же, все подробности были слишком сфокусированы на этом. По сути, это были просто порно книги древней эпохи. И вот такие книги Вэнь Жухуа интенсивно читает? Теперь было вполне понятно, почему он не хотел сдавать имперские экзамены. Возможно ли, что он проводил всё своё время читая эти книги и теребя себя? Внезапно у неё возникло такое чувство, что все пятна, которые были на столе – это те самые следы Вэнь Жухуа. - Кто разрешал тебе трогать мои вещи? – Вэнь Жухуа ворвался в комнату и выхватил книгу из руки Нин Шу. – Убирайся! И не смей больше никогда трогать мои книги! Нин Шу вытерла свою руку платком, чувствуя отвращение. А затем она спросила: - Кузен, это вот такие книги ты обычно читаешь? Неужели ты вообще не перечитываешь учебники? Как именно ты обычно обучаешь детей? Нин Шу это всё было отвратительно. Вэнь Жухуа казался диким зверем. - Я уже запомнил те книги, поэтому мне не нужно в них смотреть. Я такие книги листаю лишь иногда, от скуки, - ответил Вэнь Жухуа, и на его лице не было ни следа смущения. – Женщины не должны лезть в дела мужчин. - Итак, Кузен, ты любишь читать книги о героях, которые защищают справедливость? – спросила Нин Шу. – Этот герой полностью игнорирует законы и убивает всех, кого пожелает, даже несмотря на то, что чиновники, совершившие преступление, всё равно в итоге будут наказаны по законам имперского двора. То, как ведёт себя герой, очень похоже на то, что он считает людей простой травой. Вэнь Жухуа холодно хмыкнул. - А тебе-то откуда знать? Бюрократия полностью коррумпирована. Кто знает, сколько пройдёт времени, пока их поймают и накажут? Чем раньше их убьют, тем меньше обычным гражданам придётся страдать. Так как закон не карает тех коррумпированных чиновников, которые выдаивают деньги простолюдинов, которые они заработали тяжёлым трудом, герой вроде этого должен вступиться, чтобы восторжествовала справедливость для обычных людей. ---------- Пора Применить На Практике Нин Шу лишь посмотрела на него, ничего не говоря. Она сказала всего несколько слов, а он вёл себя так, словно он всей душой почувствовал оскорбление. Вероятно, он считает этого героя убийцу чиновников своим альтер-эго. Нин Шу почувствовала, что личность Вэнь Жухуа была немного опасной. Если выражаться мягко, то его можно было бы назвать склонным к резкости и зависти. Но если говорить более прямо, то он был антисоциальным и не терпел людей, у которых было мнение, отличное от его. Она внезапно почувствовала, что Му Яньмэн достойна восхищения за то, что она пожертвовала собой ради успокоения этого больного человека. - Убирайся отсюда! И больше не входи в мою комнату и вещи мои тоже не трогай! У подобных тебе нет права трогать мои вещи. Бай Циньсян, я тебя предупреждаю, не смей доводить меня до крайности. Как будто ей было интересно трогать такие потрёпанные и грязные вещи. Нин Шу молча выразила своё отвращение, а потом развернулась, чтобы уйти. Как только она вышла, она увидела круглолицего деревенского тирана, стоящего там с букетом полевых цветов в руке. То, как он стоял за забором с кучей полевых цветов, выглядело очень… тупо. - Маленькая красотка, я принёс тебе немного цветов. Полевые цветы для прекрасной леди. Когда Хэ Дахуа увидел Нин Шу, он подошёл и всунул цветы ей в руку. Юэ Лань начала насмехаться над ним: - Эти цветы такие уродливые. Они ни за что не понравятся моей мисс. Хэ Дахуа усмехнулся. - Не злись, прекрасная девица. В следующий раз я и тебе немного принесу. Юэ Лань холодно и надменно хмыкнула. - Хмф, как и ожидалось. Куда бы ты ни пошла, ты всегда себя так ведёшь. Ты всегда пытаешься соблазнить мужчин с деньгами и властью. Ты, наверное, ещё не говорила Хэ Дахуа, что ты уже была замужем до этого, верно? Ты просто женщина, которую бросил другой мужчина! Вэнь Жухуа презрительно усмехнулся, а потом пошёл куда-то с книгой. Вероятно, он направлялся в школу. Нин Шу закричала в спину Вэнь Жухуа: - Тот факт, что кто-то подарил мне цветы, означает, что я привлекательная. Неужели быть привлекательной – это грех? Вэнь Жухуа остановился и развернулся, чтобы взреветь: - Ах ты, бесстыдная шлюха! Насколько же бесстыдной ты можешь быть, чтобы говорить нечто подобное? Тебя даже нельзя сравнивать с животным, бесстыдная ты шлюха! Бай Циньсян, ты поистине становишься всё более и более отвратительной. Ты теперь уже всё себе позволяешь, да? Раз такое дело, то почему бы тебе просто не написать своё имя на табличке в борделе? Похоже, что ты всегда будешь жаждать мужчин. Эти слова были просто отвратительными. Даже сейчас Нин Ну всё равно не видел в Вэнь Жухуа и следа ауры главного мужчины. Как такой отвратительный хлыщ вроде него мог быть главным мужчиной? Не может же быть, чтобы сюжетная линия просто силой впихнула этого парня в историю, чтобы собрать семь Братьев Калебаш? (известный китайский детский мультсериал, выходивший в 1986 году) Однако она вынуждена была признать, что этот Вэнь Жухуа был строптивым как главный мужчина. У него было мировоззрение, что мир вращается вокруг него, и что он никогда не ошибается, потому что это мир ошибается. - Кузен, я пойду сейчас и повешу табличку. А ты приходи навестить Циньсян, да? Всё же, ты прочитал так много книг, так пора бы уже наконец-то начать применять то, чему ты научился, на практике, верно? Вэнь Жухуа был в такой ярости, что всё его тело тряслось. Он взмахнул своими рукавами и пошёл прочь, крича: - Ах ты, бесстыдная сука! ---------- Ох, Такой Праведный Как только Вэнь Жухуа ушёл, Нин Шу повернулась к Хэ Дахуа и сказала: - Спасибо за цветы. - Маленькая красотка, почему ты живёшь с кем-то вроде Вэнь Жухуа? – Хэ Дахуа говорил это уже бесчисленное множество раз, но его выражение лица оставалось искренним. – Даже если красотка вроде тебя не выбирает такого выдающегося мужчину, как я, ты всё равно не должна выбирать мужчину вроде Вэня Жухуа. - Хм? Похоже, что ты сильно ненавидишь Вэня Жухуа? Но твоя младшая сестра, похоже, очень его любит? – спросила Нин Шу с улыбкой. Хэ Дахуа тут же стал возмущённым. Плоть на его лице исказилась в маске отвращения, когда он выплюнул слова: - Да моей сестре должно быть собачье дерьмо в глаза попало, раз она влюбилась в этого зверя в человеческой шкуре. Он же просто маленький красивый мальчик. Его внешность – это всё, что нравится моей сестре. Если бы не тот факт, что мой старик наверняка сломает мне ноги, я бы отвёл свою младшую сестру в бордель, чтобы показать ей, что есть красивые мальчики, которые даже симпатичнее чем Вэнь Жухуа! Нин Шу: … Этот парень тоже довольно уникален. Он даже хочет отвести свою младшую сестру, чтобы она сходила к проституткам-мужчинам? Он был освежающе прямолинеен и его личность тоже была довольно хорошей. Жаль только, что ему не хватало ещё внешнего вида. Если бы этот парень был главным мужчиной, то Му Яньмэн не пришлось бы столько страдать. Она согласно кивнула. - Вэнь Жухуа действительно бесполезный мужчина. - Вот именно. Наконец-то, есть хоть один человек, который это видит. Маленькая красотка, почему бы нам не стать побратимами? Хэ Дахуа потянулся, чтобы схватиться за руки Нин Шу. Нин Шу сделала шаг назад. - Даже не смей пытаться воспользоваться мной. Хэ Дахуа от всей души рассмеялся и очень порывисто раскрыл свой веер. ______________________________________________________________________ Прошло некоторое время и Нин Шу очень подружилась с братом и сестрой из семьи Хэ. Это они приносили ей еду каждый день. Когда она сказала им, что у неё есть тайный охранник, Хэ Дахуа тут же уговорил свою семью готовить дополнительную порцию. Однако, Нин Шу платила за всю эту еду. Всё же, деревенские жители с трудом её добывали. Поначалу Хэ Дахуа отказывался от этой договорённости, но Нин Шу продолжила настаивать, поэтому Хэ Дахуа наконец согласился. Нин Шу постепенно начала понимать, что Хэ Дахуа на самом деле не был деревенским тираном, который выдаивает из жителей деревни плоды их тяжёлого труда, как говорил Вэнь Жухуа. Хэ Дахуа был просто кокетливым и он любил время от времени поддразнивать юных дам из деревни. Он даже никому ничего плохого не делал до сих пор. Однако для Вэня Жухуа это было даже подлее зверя, вот так гоняться за невинностью женщин. Он был уверен, что женщины были в ярости, но просто слишком напуганы, чтобы говорить об этом. Нин Шу чувствовала, что Вэнь Жухуа просто завидует бесстрашию Хэ Дахуа, так как всё, что он мог делать – это прятаться в своей комнате и читать порно. С чего бы Вэню Жухуа вести себя более благородно, чем Хэ Дахуа? Однако Вэнь Жухуа оказался, всё же, довольно волевым. Он отказывался есть любую еду, которую приносили брат и сестра семьи Хэ, и просто ел чёрствые кукурузные оладьи или водянистую кашу, когда они уходили. Нин Шу была потрясена тем, что Вэнь Жухуа не превратился в кожу да кости, от того, что каждый день так питался. Он даже умудрился оставаться красивым. Это было слишком нелогично. Каждый раз, когда Хэ Дахуа приходи навестить Нин Шу, Вэнь Жухуа холодно критиковал Нин Шу за то, что она бесстыдно соблазняет мужчин. А затем он насмехался над Хэ Дахуа за то, что желает обувь, которую уже кто-то выбросил. Даже Хэ Сяохуа оказалась теперь вовлечённой. Он всегда высмеивал Хэ Сяохуа за то, что она женщина, которую никто не хочет, и говорил, что никто не женится на ней, даже если им заплатят. Нин Шу выразила своё восхищение способности Вэня Жухуа выпаливать язвительные замечания. Как человек может стать настолько хорош в разговоре? Вероятно эту его злонамеренность можно было даже счесть за навык. Чего и следовало ожидать от учёного, который читает много книг. Нин Шу и Хэ Дахуа не особо заботило то, что о них говорил Вэнь Жухуа, но вот Хэ Сяохуа было очень обидно. Ей нравился Вэнь Жухуа. И тот факт, что человек, который ей нравился, демонстрировал такое неуважение и презрение по отношению к ней, очень ранил её. Спустя некоторое время она снова взорвалась. Уперев руки в бёдра она закричала на Вэня Жухуа: - И что с того, что мне чего-то не хватает?! Мой отец – глава деревни, поэтому у моей семьи полно еды, а ещё я хорошо выгляжу. Какое ты имеешь право смотреть на меня свысока?! Ты же не более чем учитель. Ты даже не зарабатываешь достаточно, чтобы прилично есть! Какое ты имеешь право смотреть на меня свысока?! Вэнь Жухуа, я тебе говорю, ты должен быть польщён тем, что ты мне нравишься. Не смей плевать на щедрость других людей! - Да я лучше буду всю свою жизнь одинок, чем женюсь на тебе, - решительно сказал Вэнь Жухуа. - Ты, ты… Хэ Сяохуа начала плакать от гнева, а потом сбежала, вытирая свои слёзы. ---------- Я о Тебе Говорю! Нин Шу понятия не имела, откуда появилось чувство превосходства Вэня Жухуа, отчего он смотрел на Хэ Сяохуа так, словно имел очень высокий статус. Тц, тц. Он серьёзно бредил. Хэ Дахуа указал на Вэня Жухуа своим веером и злобно прокричал: - Если хоть что-то случится с моей младшей сестрёнкой, то я тебя живьём закопаю! Ты знаешь, что я держу своё слово. Только потому, что жители деревни не смели тебе ничего говорить, ты забил себе голову чем-то и что думаешь, будто ты какой-то особенный? Хэ Дахуа потом развернулся и сказал Нин Шу: - Маленькая красотка, тебе, всё же, стоит пойти жить у старшего братца Дахуа. Этот человек слишком отвратителен. - Тебе стоит пойти утешить свою сестру, - сказала Нин Шу. Хэ Дахуа убежал вслед за своей сестрой. Нин Шу глянула на Вэня Жухуа, а затем развернулась и пошла к своей палатке. Вэнь Жухуа холодно прокричал: - Бай Циньсян, нам нужно поговорить. Нин Шу подняла бровь, пока разворачивалась. - И о чём кузен хочет поговорить? Ты наконец-то решил всерьёз заняться обучением и сдать имперские экзамены? - Не напоминай мне об этих экзаменах! Я отказываюсь сдавать их в этой жизни! Я хочу сказать тебе, чтобы ты следила за своим имиджем! Ты хоть знаешь, что о тебе говорят деревенские жители? Они говорят, что ты не обращаешь внимания на свой замужний статус и используешь свою внешность, чтобы соблазнять мужчин. Все дети в школе спрашивают меня, почему в моей семье есть такая женщина. Как мне теперь держать голову прямо перед моими учениками в таких обстоятельствах? Бай Циньсян, если собираешься и дальше быть такой развязной и несдержанной, то тебе лучше уйти из Деревни Хэ. Это место тебе не подходит. Тебе больше подходят бордели. Вэнь Жухуа ещё некоторое время не затыкался. Нин Шу просто сказала: - А твои ученики знают, что ты читаешь об учёных, которые ходят по проституткам? Интересно, как бы они тогда на тебя стали смотреть? Лицо Вэня Жухуа тут же посерело, и он завопил: - Бай Циньсян, я сейчас о тебе говорю! Не смей менять тему разговора! Нин Шу вообще не хотела разговаривать с Вэнь Жухуа. Она лишь нагнулась и вошла в палатку. Вэнь Жухуа был просто лицемерным ханжой. Ему не нравилось, когда другие люди делали что-то, но когда он сам делал эти же вещи, для него это было в порядке вещей. Он был словно чиновник, который разжигает костёр, но запрещает простым гражданам разводить костёр, чтобы согреться. Он был таким мерзавцем! От того, как он смотрел на женщин свысока, он выглядел лишь лицемерным бастионом мужского шовинизма, тц, тц. - Бай Циньсян, ты… - Кузен, Циньсян устала и хочет теперь отдохнуть. Как добропорядочный джентльмен, ты же не будешь стоять у палатки Циньсян, верно? Кузен наверняка не будет делать чего-то столько постыдного, верно? Нин Шу зевнула. А снаружи палатки цвет лица Вэня Жухуа потемнел. Вокруг него была очень мрачная аура, когда он гневно уставился на палатку. Наконец, он сдался, холодно хмыкнул и ушёл в свой дом, хлопнув за собой дверью. Внутри палатки Юэ Лань сказала: - Мисс, давайте уйдём. Почему мы всё время сталкиваемся с такими странными людьми? Просто главные мужчины были такими своевольными и странными, что тут поделать? - Когда придёт время уходить, твоя мисс, конечно же, уйдёт. Однако это время ещё не пришло. Нин Шу снова зевнула, а потом закрыла глаза, чтобы поспать. Она не обратила никакого внимания на слова Вэня Жухуа. Когда ей предоставлялась возможность, она ходила в поход с братом и сестрой из семьи Хэ, или отправлялась рыбачить у реки. Она наслаждалась этими днями беззаботного удовольствия. ---------- Личное Благополучие и Безопасность Однажды Хэ Сяохуа пришла навестить Нин Шу и спросила: - Почему Вэнь Жухуа меня не любит? Нин Шу откусила от дикого фрукта, а потом спросила: - Почему ты хочешь, чтобы он тебя любил? Всё, что есть у Вэня Жухуа – это красивая внешность. Больше у него ничего нет. Он не сможет гарантировать тебе стабильную жизнь. Он едва себя может прокормить, так как он поможет тебе выращивать детей? К тому же, у него мерзкая личность. Жизнь с кем-то вроде него будет явно утомительной. Хэ Сяохуа застенчиво ответила: - А мне и не нужно, чтобы он заботился обо мне. Так как он всё время сам по себе, я хотела, чтобы он влился в нашу семью. Мой папа тоже с этим согласен. - Пффф… Нин Шу выплюнула кусок фрукта, которой у неё только что был во рту. Хэ Сяохуа хочет, чтобы Вэнь Жухуа влился в их семью? Если бы он это узнал, то снова почувствовал бы себя сильно оскорблённым. Нин Шу похлопала Хэ Сяохуа по плечу. - Удачи тебе. Вэнь Жухуа ни за что не согласится. Единственный способ заставить его это сделать – это провернуть какую-нибудь хитрость. Когда Нин Шу вернулась с прогулки, она увидела, что Вэнь Жухуа стоит во дворе с мрачным выражением лица. У него практически пар шёл из ушей. - Бай Циньсян, ты всегда говоришь, что пришла сюда, чтобы присматривать за мной. Чтобы я готовился к имперским экзаменам, но, похоже, что на самом деле ты пришла сюда, чтобы соблазнять мужчин. Ты теперь официально парочка с Хэ Дахуа, верно? Ты уже даже не пытаешься скрывать своих постыдных действий. Бай Циньсян, я действительно был тогда слеп. Значит ты действительно настолько бесстыдная. Неужели ты настолько жаждешь мужчин? Если ты действительно не можешь терпеть, то так и быть, я тебя удовлетворю. Когда Нин Шу услышала это, она застыла. Разве это не были те же самые слова, которые Вэнь Жухуа говорил Му Яньмэн в оригинальном сюжете? Но теперь она была Бай Циньсян. - Если начиная с этого момента, ты не начнёшь себя сдерживать, то я исполню твои желания. Вэнь Жухуа холодно хмыкнул и прошёл мимо неё, задев её плечом. Нин Шу уставилась ему в спину. Похоже, что она подтолкнула Вэнь Жухуа к самому краю. Но она ведь ничего не делала? Это всё произошло из-за того, что Вэнь Жухуа был помешан на контроле и настаивал на том, чтобы она держалась подальше от Хэ Дахуа. Нин Шу почувствовала, что ей нужно подумать над личным благополучием и безопасностью, поэтому она вошла в дом и взглянула на семейную реликвию, меч, который висел на стене. Эх, давай используем его для защиты. Она спрятала меч в своей палатке. Юэ Лань спросила: - Мисс, зачем вы это сделали? Зачем вы положили оружие рядом с постелью? Такие вещи предвещают дурное. Они вызывают кошмары. - Всё в порядке, твоя мисс сильная. У твоей мисс тоже есть оружие. Нин Шу приподняла руками свою грудь. Юэ Лань: … >требуется пояснение: оружие (凶(свирепый) 器(инструмент) сёнг чи), "оружие" (胸(грудь) 器(инструмент) сёнг чи). Второе слово на самом деле не слово. Это гомофонная шутка. - Мисс, почему бы нам не сказать, чтобы тайный охранник пришёл сюда? – предложила Юэ Лань. Нин Шу махнула рукой. - Я одним пальцем смогу разобраться со слабым цыплёнком вроде Вэня Жухуа. Не нужно звать твоего старшего брата тайного охранника. Или ты просто по нему скучаешь? Ты можешь сходить к воротам деревни, чтобы навестить его. Юэ Лань топнула ногой. - Мисс, что вы такое говорите? Между мной и тайным охранником ничего такого нет. Но вы всегда говорите так, словно между нами что-то есть. Нин Шу выпила немного воды, а потом серьёзно посмотрела на Юэ Лань. - Я действительно надеюсь, что между тобой и тайным охранником что-то есть. Так у тебя будет кто-то, на кого ты сможешь положиться в будущем. - Мисс, поверьте этой служанке. Эм, все мужчины ненадёжные. Без поддержки мисс, этот тайных охранник уже начал бы издеваться надо мной, - сказала Юэ Лань. Нин Шу вздохнула. Она искренне надеялась, что между старшим братцем тайным охранником и этой младшей сестрёнкой Юэ Лань промелькнёт искра. ______________________________________________________________________ - Маленькая красотка, ахх, спаси меняяя! Скорее спаси твоего старшего брата Дахуа… Хэ Дахуа вбежал во двор, и всё его тело колыхалось. Земля практически дрожала под его ногами. Это выглядело так, словно к ней прискакал огромный шар мяса. Нин Шу поперхнулась чаем. Хэ Дахуа подбежал к ней, а потом плюхнулся на стул. Стул опасно затрещал. Хэ Дахуа дышал так тяжело, что его дыхание звучало почти как храп. Губы Нин Шу дрогнули, когда она спросила: - Кто-то пытается тебя убить? - Всё даже ещё страшнее. Ты единственная, кто может мне помочь. Хэ Дахуа выдавил несколько слезинок, глядя на Нин Шу. #коммент анлета: Этот Вэнь Жухуа бесит меня даже больше, чем та парочка Су Мэн. Больше всего я ненавижу бесполезных, невежественных, упрямых и предвзятых лицемеров! Слава богу, что в реальной жизни мне не приходилось так часто с ними сталкиваться. ---------- Мы Же Такая Прекрасная Пара Нин Шу увидела, что лицо Хэ Дахуа было таким сморщенным, что она даже не видела его глаз, поэтому она спросила: - Что случилось? Хэ Дахуа потянулся к ней, чтобы схватить её за руки, поэтому она подсунула ему чайную чашку. - Маленькая красотка, раз мы такая прекрасная пара, то почему бы тебе просто не выйти за меня замуж? Я чувствую, что наши характеры тоже хорошо сочетаются друг с другом. Мы оба очень свободные и отрешённые люди, которые не пререкаются из-за всяких мелочей. Хэ Дахуа искренне заглянул в глаза Нин Шу на мгновение, а потом взвыл: - Мой отец хочет, чтобы я женился. Он сказал, что выгонит меня из деревни, если я этого не сделаю. Нин Шу пренебрежительно поджала губы. - С каких это пор мы стали хорошей парой? Мы с тобой максимум банда жуликов, собутыльники или просто кивающие друг другу знакомые. Что ты имеешь в виду, прося меня выйти за тебя замуж? Прежде чем он успел ответить, она снова заговорила. - Разве ты не можешь быть чуть более рациональным? – продолжила она раздражённым тоном. – В деревне полно девушек из которых ты можешь выбрать. К тому же, ты такой уродливый, а что если это повлияет на детей? Нин Шу закончила свою речь хорошей атакой. Хэ Дахуа шлёпнул по своему бедру, размером с ногу слона и рассмеялся. - Маленькая красотка, ты знаешь, что мне больше всего в тебе нравится? Я люблю твоё чувство юмора! Всё-таки, если ты обыщешь всю Деревню Хэ, где ты найдёшь мужчину, хоть отдалённо настолько же выдающегося как я? Нин Шу: … Юэ Лань нахмурила брови и холодно хмыкнула. - Да как ты можешь жениться на моей мисс? Моя мисс – дочь премьер… - Кхм! Нин Шу кашлянула, чтобы прервать её. Юэ Лань топнула от досады, а потом надулась. - Мисс, неужели вы действительно собираетесь выйти замуж за этого человека? Хэ, он же… Юэ Лань даже не знала, как описать Хэ Дахуа. - Маленькая красотка, не волнуйся, как только ты выйдешь за меня замуж, ты сможешь принимать все решения. Все курицы, утки и рыба у нас дома будут принадлежать тебе, и я тоже будут принадлежать тебе. Хэ Дахуа похлопал себя по груди, отчего его жир всколыхнулся. - Я этого не позволю! – внезапно прозвучал голос Вэня Жухуа. Хэ Дахуа обернулся, чтобы посмотреть на него. - И чего этот назойливый идиот пытается всё время нос свой сунуть? Если я сказал, что это возможно, значит это возможно! Вэнь Жухуа был так зол, что его лицо стало пепельного цвета. Он повернулся и начал насмехаться над Нин Шу: - Бай Циньсян, а у тебя полно хитростей в запасе. Прошло всего несколько дней, а ты уже соблазнила деревенского тирана до такой степени, что он хочет жениться на такой брошенной женщине как ты и даже отдать тебе всё семейное богатство. У тебя явно аномальная страсть к богатству и славе, Бай Циньсян, ты снова меня использовала! Использовала меня, чтобы снова взобраться по социальной лестнице! Хэ Дахуа поднял свои брови, похожие на гусениц, и посмотрел на Нин Шу. - Ты понимаешь, что он говорит? Потому что я точно не понимаю. - Та женщина, на которой ты хочешь жениться, не более чем брошенная женщина! Она мелкая жадная шлюха! – Вэнь Жухуа посмотрел на Хэ Дахуа с презрением. – У тебя явно что-то плохо со зрением, раз тебе нравится женщина, которую выгнал из семьи её мужчина. Хэ Дахуа плюнул в Вэня Жухуа, а потом поднял свой подбородок. - А тебя это каким боком касается? Какое тебе вообще дело до того, кто мне нравится? Я женюсь на той, которая мне, чёрт возьми, нравится! Вэнь Жухуа почувствовал отвращение от поступка Хэ Дахуа, а ещё он почувствовал себя изрядно оскорблённым, поэтому он холодно хмыкнул и с топотом вернулся в свою комнату. Хэ Дахуа снова повернулся к Нин Шу. - Маленькая красотка, старшему братцу Дахуа нравится твоя индивидуальность. Твоё прошлое для меня не имеет никакого значения. На самом деле, ты первая, кого я считаю подходящей под мои вкусы. Ты совершенно не сдержана в своей грубости, поэтому наши характеры очень хорошо сочетаются. Всё-таки, я не хочу жениться на какой-нибудь застенчивой и утончённой женщине. Айи, это будет та ещё боль. ---------- Обескураживающая Логика Нин Шу подумала, что Хэ Дахуа был довольно интересным мужчиной. Он не считался за хорошего, но и плохим тоже не был. У него было высокое положение в Деревне Хэ, поэтому он делал всё по своим правилам, но он ещё и был довольно хитёр, когда имел дело с людьми. Такие люди не страдают от потерь. Хоть он и был немного лукавый, но в душе своей он не был плохим. Единственная проблема была в том, что он выглядел слишком неприглядно. В мире, где людей оценивают по одёжке, он не сможет высоко подняться. Нин Шу глянула на него с жалостью. Если бы у него была возможность поднимать свой статус, то ему наверняка досталась бы роль короля или маркиза. Его характер был совсем не таким, как к нему относился Вэнь Жухуа со своей предвзятостью. Нин Шу показалось, что этим мужчинам немного не хватает манер и толстой шкуры. Только тогда они смогли бы хорошо жить. - Маленькая красотка, пожалуйста, обдумай это серьёзно и дай мне ответ в ближайшие дни. Хэ Дахуа начал обмахивать себя веером, когда медленно пошёл прочь. Теперь его поведение резко контрастировало с тем хныкающим и сопливым видом, который у него был, когда он только прибежал. - Жаба, которая пытается съесть мясо лебедя! Мисс, почему бы этому Хэ Дахуа не взглянуть в зеркало? Как он может просить вас выйти за него замуж? – с презрением сказала Юэ Лань. Однако Нин Шу не возражала и просто мягко ответила: - Судьба человека никогда не бывает определённой. Может сейчас он такой, но, спустя некоторое время, может даже десяток лет, он будет другим. Над некоторыми людьми нельзя издеваться, но все могут издеваться над кем-то вроде Вэня Жухуа. Любой мог с первого взгляда понять, что он вряд ли чего-то достигнет в своей жизни. ______________________________________________________________________ Небо потемнело. Когда Нин Шу и Юэ Лань были посреди ужина, дверь со скрипом открылась и появился Вэнь Жухуа. Он вошёл и наложил себе тарелку овсяной каши, после чего начал молча есть. После того, как он закончил есть, он опустил тарелку и палочки, а затем спросил с мрачным выражением на лице: - Ты действительно собираешься выйти замуж за Хэ Дахуа? Нин Шу продолжила спокойно есть, когда ответила: - А почему бы и нет? Вэнь Жухуа холодно рассмеялся. - Только не говори мне, что ты не знаешь, что за человек этот Хэ Дахуа? Нин Шу кивнула. - Конечно же я знаю, что он за человек. Вэнь Жухуа начал распаляться. - Раз ты знаешь, что он за человек, то ты знаешь, как он тиранит деревню! И ты хочешь выйти замуж за подобного человека?! Нин Шу надменно поджала губы. - А почему я не могу выйти за него замуж? Даже если отложить пока вопрос о том, тиранит ли он деревню или нет, если он ко мне хорошо относится, то почему бы мне не выйти за него замуж? На самом деле это был довольно запутанный вопрос. Если твой мужчина – подонок, но он тебя любит, стоит ли тебе выбирать такого мужчину? Но какое отношение этот мир имеет ко мне? Сердце женщины было очень маленьким и могло вместить лишь одного мужчину. И поэтому Нин Шу даже не пыталась уделять внимание Вэнь Жухуа, пока тот пытался использовать Великий Замысел, чтобы надавить на неё. - Бай Циньсян, тебя действительно уже не спасти. Ради твоих материалистических желаний, ты даже готова пойти на такое? Возможно ли, что ты вообще уже не чувствуешь вины?! – завопил Вэнь Жухуа на Нин Шу. Какого хрена? Что она сделала? Какое отношение то, что Хэ Дахуа тиранит деревню, имеет к тому, готова ли она выйти за него замуж? Он пытался использовать всевозможные доводы, чтобы не дать ей выйти замуж за Хэ Дахуа. У него что, винтиков в голове не хватает? Неужели Хэ Дахуа перестанет тиранить деревню только потому, что она отказалась выйти за него замуж? Эта логика просто обескуражила её. Вэнь Жухуа сказал холодно: - Бай Циньсян, если ты действительно желаешь мужчину, то я могу тебя удовлетворить. Тот факт, что ты даже готова выйти замуж за мужчину вроде Хэ Дахуа показывает, что ты уже просто в отчаянии. Шлёп… Нин Шу влепила ему пощёчину прямо в лицо. Вэнь Жухуа застыл и тупо уставился на Нин Шу, словно до сих пор не понял, что произошло. Поэтому Нин Шу замахнулась и левой рукой, а потом правой, закидав его лицо пощёчинами. ---------- Если Ты Не Будешь Учиться, То Умрёшь, Ясно? С тех пор, как Нин Шу пришла в этот мир, она никогда никого не била своими руками, потому что это тело было просто до жалкого слабое. Однако Вэнь Жухуа внушил ей слишком большое отвращение. Он оскорбил и унизил женщину, чтобы чувствовать себя лучше, просто используя тот факт, что Бай Циньсян однажды нарушила обещание. Он верил в то, что все женщины – это зло и только он прав. Он был настоящим мерзавцем. Даже если бы она действительно была Бай Циньсян, она всё равно ничего не должна была Вэню Жухуа. Это лишь сам Вэнь Жухуа держался за старое обещание и чувствовал жалость к себе. - Юэ Лань, твоя очередь. Твоя мисс немного устала. Руки Нин Шу тряслись от перенапряжения. - Да как ты смеешь?! – Вэнь Жухуа прижал руку к своему лицу и недоверчиво уставился на Нин Шу. – Ты действительно ударила меня?! Нин Шу подула на свою ладонь, а потом равнодушно посмотрела на него. – Если ты ещё раз начнёшь тявкать передо мной, то эта мадам тебя покалечит! - Бай Циньсян, я тебя убью! Вэнь Жухуа хотел уже убежать в комнату, чтобы взять фамильный меч, но Нин Шу лишь холодно сказала: - Ты уверен? У меня всё ещё есть высококлассный охранник неподалёку. Стоит мне только подуть в этот свисток, как о тебе доложат в Жёлтые Источники раньше, чем у тебя даже появится шанс меня убить. Вэнь Жухуа застыл. Нин Шу подошла к нему, поэтому он отступил, гневно глядя на Нин Шу. - Ничтожная дрянь, что ты пытаешься сделать? Нин Шу нежно сказала ему в ответ: - Кузен, я хочу, чтобы завтра же ты начал учиться. Хватит читать те бесполезные книги и подтяни свои знания, чтобы сдать имперские экзамены. - Я уже говорил тебе, что я не собираюсь сдавать эти экзамены! И какое тебе вообще есть дело до того, какие книги я читаю? – закричал Вэнь Жухуа, и его лицо стало пепельным. Нин Шу спокойно сказала: - Слишком много читать такие книги – это плохо. Теребить себя так много – это плохо для твоего тела. К тому же, кузен, твоя еда изначально недостаточно питательная, так что если ты продолжишь себя вот так теребить, то умрёшь от перенапряжения. - Я не понимаю о чём ты говоришь. Отойти, я пойду спать, - холодно сказал Вэнь Жухуа. Голос Нин Шу остался очень нежным: - Кузен, завтра утром Циньсян разбудит тебя, чтобы ты мог начать учиться. Если ты не будешь учиться, то ты умрёшь, ясно? Нин Шу приподняла свисток, который висел у неё на шее. Вэнь Жухуа глянул на свисток, а потом убежал в свою комнату и захлопнул дверь. Нин Шу презрительно поджала губы, а потом сказала Юэ Лань. - Идём спать, но будь бдительна сегодня ночью. Нин Шу вошла в палатку и проверила, что меч лежит под одеялом, прежде чем легла спать. ______________________________________________________________________ Летняя ночь была заполнена кваканьем лягушек. Вэнь Жухуа метался и крутился на своей постели, не в состоянии уснуть. Он потянулся руками к своему лицу, а потом зашипел от боли, тихо проклиная Бай Циньсян за то, что она была такой грубой. Чего и стоило ожидать от этой ехидной женщины, от этой ненавистной суки! Лунный свет проник через окно, освещая бледное лицо Вэня Жухуа, которое было искажено от гнева. От этого он выглядел словно злобный призрак. Это выглядело ужасно зловеще. Дыхание Вэня Жухуа начало становиться неровным из-за гнева. Он сел на постели и посмотрел на палатку во дворе. Затем он поднялся с постели и обулся, после чего осторожно открыл дверь и пошёл к палатке. Когда он услышал медленное и равномерное дыхание, слышимое внутри, он холодно улыбнулся. Он осторожно забрался в палатку и подошёл к постели. Он потянулся к свистку, который был подвязан на шее у Нин Шу. Это был первый раз, когда он делал нечто подобное, поэтому он нервно задержал дыхание и его пальцы дрожали, пока он развязывал узел. И вот когда он уже почти закончил, перед его глазами мелькнул белоснежный свет. Прежде чем он даже успел отреагировать, он почувствовал, как нечто холодное вонзается в его живот и он рефлекторно согнулся от боли. ---------- Я Думала Это Был Вор Вэнь Жухуа закричал от боли. Когда он почувствовал, что холодный предмет глубоко вонзился в его тело, он закричал ещё громче. - Мисс, ч-что такое? Юэ Лань начала просыпаться. Нин Шу холодно сказала: - Зажги лампу. Вэнь Жухуа рухнул на землю, продолжая стонать. Он был в ужасе. Когда он услышал голос Нин Шу, он слабо вскрикнул: - Кузина, это я. Спаси меня. Нин Шу притворилась, что она не услышала голоса Вэня Жухуа и вела себя так, словно она заметила его только тогда, когда Юэ Лань зажгла лампу. К тому времени Вэнь Жухуа уже лежал в луже собственной крови, а его лицо было отвратительно бледным. - Ааах! Нин Шу закричала так пронзительно, как только могла, и тут же нарушила тишину ночи. Когда деревенские собаки начали лаять, тихая ночь стала становиться оживлённой. - Кузен, почему это ты? Что случилось? Пожалуйста, не пугай меня. Нин Шу заставила себя выдавить две слезинки, словно она была слишком напугана, чтобы касаться Вэня Жухуа. Она действительно боялась… запачкать свои руки кровью. - Кузен, прости меня. Я думала, что это был вор. Что же мне делать? Нин Шу выглядела очень взволнованной. Вэнь Жухуа был напуган и зол. Он чувствовал, как его жизнь вытекает вместе с его кровью. Когда он услышал, что главная виновница всего этого просто стоит и разговаривает, ничего не делая, он почувствовал такую ненависть, что едва мог дышать. - Позови доктора, - вяло сказал Вень Жухуа. Его губы уже начали становиться фиолетовыми. Нин Шу тут же ответила: - Ладно, ладно. Ты только подожди, я сейчас пойду и поищу доктора. - Во дворе есть травы, которые останавливают кровотечение. Принеси мне немного. У Вэня Жухуа ушло немало сил на то, чтобы сказать эти слова. Нин Шу словно совсем не обратила на это внимания и спросила: - Кузен, так мне сначала привести доктора, или сначала поискать травы? Я мало что знаю о травах, как они выглядят? Что если я возьму те, от которых кровь не так свернётся? О, нет, кузен, ты так сильно истекаешь кровью! Вэнь Жухуа очень хотел просто убить эту негодницу. - Маленькая красотка, что случилось? Я слышал твой крик даже у себя в доме. Хэ Дахуа подошёл к дому, с кучей деревенских жителей, следующих за ним по пятам. Нин Шу поспешно сказала ему: - Скорее, посмотри на моего кузена. Он сильно ранен. Хэ Дахуа заглянул в палату, а затем начал давать распоряжения жителям деревни. - Ты, иди и поищи доктора. Остальные, отнесите мистера Вэня на его кровать. - Помогите мне сначала нарвать травы, - с трудом произнёс Вэнь Жухуа. Хэ Дахуа спокойно сказал: - Тогда, ребята, сначала отнесите его, чтобы нарвать травы. Как только Вэнь Жухуа набрал трав, Нин Шу сунула немного себе в рот и пожевала её, прежде чем прижать к ране Вэня Жухуа. Юэ Лань тоже помогала жевать травы. Они были такие горькие, что у неё всё лицо перекосило. Хэ Дахуа, похоже, особо не заботило состояние Вэня Жухуа. Он поднял свои брови, похожие на гусениц и спросил: - Как это он поранился в твоей палатке? Лицо Нин Шу стало отображать неловкость и вину. - Я это не специально. Просто мой кузен пришёл в мою палатку посреди ночи. Когда я услышала шум, я подумала, что это вор, поэтому достала свой меч для самозащиты. - Тц, тц… - Хэ Дахуа неодобрительно щёлкнул языком. – Любой, кто приходит в комнату женщины посреди ночи, явно задумал нечто недоброе. Разве по-настоящему добропорядочный благородный человек станет делать нечто подобное? Он всегда так хвастался тем фактом, что он сын дворянина и вокруг него всегда была такая благородная атмосфера, но повёл себя как обычный насильник. Если подобный человек – дворянин, то я, наверное, ослеп. ---------- Главный Мужчина Так Легко Не Умрёт Сознание Вэня Жухуа ускользало. Он чувствовал, что действительно может умереть тут. Однако, когда он услышал, что Бай Циньсян причитает ему в ухо так, словно он уже скончался, ему захотелось встать и придушить её насмерть. Эта женщина бросила его в прошлом, а теперь она убила его! - Доктор, доктор тут! Деревенский житель привёл с собой доктора. Нин Шу тут же закричала Вэню Жухуа в ухо: - Кузен, доктор пришёл. Ты обязательно поправишься! Я правда не специально, ты только не умирай, ладно? Что будет делать Циньсян, если ты умрёшь? Кузен… Доктор проверил пульс Вэня Жухуа, а потом покачал головой. - Он потерял слишком много крови. Это немного опасно. Нин Шу: … Неужели главный мужчина умрёт так легко? - Кузен, о, мой бедный кузен! Доктор, вы можете что-нибудь сделать? Если вы спасёте моего кузена, я сделаю всё, что угодно! А потом Нин Шу запричитала: - Кузен, мне так жаль. Было темно, я не знала, что это ты. - Если у вас есть нечто вроде женьшеня, то это поможет сохранить его жизненно важные органы. Доктор также знал, что это было очень маловероятно. Только у богатых семей было нечто вроде женьшеня в хранилище. А в этой деревне, хорошо если они могли прокормить себя, так откуда же у кого-то может быть собственный женьшень? У Нин Шу было полно денег, но среди ночи, вероятно, было трудно купить женьшень. Более того, женьшень не был обычным предметом, который можно купить когда пожелаешь. Более того, Нин Шу не хотела тратить свои деньги на Вэня Жухуа. Поэтому она твёрдо верила в то, что главный мужчина не умрёт так легко. - У моей семьи есть женьшень, - сказал Хэ Дахуа. Когда Вэнь Жухуа услышал то, что сказал Хэ Дахуа, то больше не мог поддерживать своё обычное презрение по отношению к Хэ Дахуа и посмотрел на него с мольбой во взгляде. - Иди в мой дом и скажи моей сестре принести женьшень, - сказал Хэ Дахуа одному из жителей деревни. Нин Шу глянула на Хэ Дахуа. Когда это он стал таким щедрым, что даже решил использовать женьшень, чтобы спасти Вэня Жухуа? Это было так же немыслимо, как если бы солнце взошло на западе. Доктор перевязал рану Вэня Жухуа, и травы для сокращения кровотечения тоже были эффективны, так что он уже почти не истекал кровью. Однако Вэнь Жухуа всё ещё чувствовал себя так, словно он был на пороге смерти. Спустя всего немного, послышался звук торопливых шагов. Хэ Сяохуа вбежала в комнату, и выглядела она слегка растрёпанной. Когда Хэ Сяохуа увидела, что Вэнь Жухуа лежит на постели, её лицо смертельно побледнело, и она поспешно достала коробку с женьшенем. Этот женьшень был толщиной с палец и его концы были очень аккуратными. Это было очень высококачественный женьшень. Кто бы мог подумать, что у главы деревни на самом деле есть нечто настолько хорошее? - Доктор, как его использовать? Хэ Сяохуа была очень взволнованной. Когда Вэнь Жухуа увидел женьшень, он вздохнул с облегчением. Теперь Хэ Сяохуа гораздо больше радовала его взгляд. Однако Хэ Дахуа протянул руку и выхватил женьшень из рук Хэ Сяохуа. Хэ Сяохуа удивлённо посмотрела на своего брата и встревожено сказала: - Старший братец, что ты делаешь? Мистер Вэнь ждёт этот женьшень. - Как мы можем отдать ему нечто столь ценное так сразу? Ценность Вэня Жухуа как человека не стоит даже ворсинки с этого женьшеня. Это драгоценная малышка нашего папы, знаешь ли? Нин Шу вытерла платком свои слёзы и сказала: - Какие бы требования у тебя ни были, просто скажи их. Я готова сделать всё, что угодно, чтобы спасти своего кузена. Это всё моя вина, это я виновата, что кузен оказался в таком положении. Кузен, Циньсян очень сожалеет. ---------- Выходишь Замуж За Труса, Следуешь За Трусом - Я дам тебе все деньги, что у меня есть, - сказала Нин Шу. Хэ Дахуа махнул рукой и многозначительно посмотрел на Нин Шу. - С нашими-то отношениями, есть ли смысл говорить о деньгах? - Старший Брат, чего же ты хочешь? Мистер Вэнь больше не может ждать, - нетерпеливо сказала Хэ Сяохуа. - Нечто настолько хорошее естественно должно быть использовано лишь для кого-то из нашей собственной семьи. Если Вэнь Жухуа согласится жениться на Сяохуа и вступить в семью Хэ… - выражение лица Хэ Дахуа было очень холодным. – Конечно, ты можешь отказаться. Щёки Хэ Сяохуа тут же покраснели, и она застенчиво опустила взгляд. - Не… Глаза Вэня Жухуа округлились, когда он громко прокричал "НЕ…", словно это был последний предсмертный рывок. - Неплохо! – Нин Шу взяла на себя вольность закончить слова Вэня Жухуа. – Отплатить своим телом за спасение жизни, капля милосердия с источником благодарности… так всё и должно быть! Я принимаю предложение от лица моего кузена, поскорее, поспеши дать лекарство моему кузену. Вэнь Жухуа выпучил глаз, а его лицо исказилось, когда он гневно уставился на Нин Шу. В его горле зародился гортанный звук гнева, а потом он потерял сознание. Хэ Дахуа глянул на Нин Шу. - Он убьёт тебя, когда очнётся. Нин Шу моргнула с невинным видом. - Неужели я что-то не так сказала? Кузен у нас учёный, и он естественно понимает эти принципы. Хэ Дахуа раскрыл свой веер и начал обмахивать себя, с презрением глядя на Вэня Жухуа. Доктор использовал лишь кусочек кончика женьшеня, чтобы сварить лекарство, а потом вылил его в горло Вэня Жухуа. После чего предупредил о некоторых вещах, которых стоит опасаться, и ушёл. Хэ Сяохуа теперь относилась к Вэню Жухуа так, словно он уже был её мужем. Она вытирала холодный пот с его лба и помогла вытереть его руки. И она делала всё это робко, словно уже была на седьмом небе от счастья. Нин Шу зевнула. Когда она обернулась, то увидела, что Юэ Лань уже уснула, прислонившись к двери. Она громко храпела и у неё изо рта текла слюна. У этой девушки явно крепкая психика. Нин Шу толкнула локтём Юэ Лань и та сразу же открыла глаза. - Мисс, ну как всё прошло? - Он не умрёт, - спокойно ответила Нин Шу. Так как состояние Вэня Жухуа стабилизировалось, жители деревни разошлись по домам. Хэ Дахуа зевнул, а потом приготовился уходить вместе с Хэ Сяохуа, но та сказала, что она хочет остаться и позаботиться о Вэне Жухуа. Хэ Дахуа позволил ей делать то, чего она желала. Затем он подошёл к Нин Шу и сказал: - Маленькая красотка, я никогда бы не подумал, что, несмотря на свою нежность и деликатность, ты действительно можешь атаковать так безжалостно. Теперь даже мне немного страшно. Нин Шу тут же выдавила пару слезинок и раскаянно сказала: - Я это не специально. - Он всё равно заслужил это. Любой, кто не спит среди ночи, явно задумал недоброе. А потом Хэ Дахуа укатился прочь, словно большая котлета. Нин Шу повернулась к Хэ Сяохуа и сказала: - Сяохуа, мой кузен, похоже, тебя не любит. Даже если ты выйдешь за него замуж, то ты можешь не обрести счастья. - Если ты выходишь замуж за труса, то ты следуешь за трусом. Если ты выходишь замуж за пса, то ты следуешь за псом. Как только он вступит в мою семью, я буду устанавливать правила! К тому же, какая часть меня недостаточно хороша, чтобы быть ему парой? Всё что нужно, это немного постепенной тренировки. Хэ Сяохуа, похоже, ничуть не беспокоилась о том факте, что Вэнь Жухуа её не любит. Когда они поженятся, то всё будет решено. Нин Шу: … Неужели она действительно смогла женить Вэня Жухуа?! Нин Шу глянула на Вэня Жухуа, который лежал без сознания, и тихо прошептала "Амитабха Будда"*. Затем она вместе с Юэ Лань ушла обратно спать. - Мисс, когда мы уже сможем уйти из этого места? – лицо Юэ Лань выражало негодование. – Этот человек даже пытался пробраться в нашу палатку посреди ночи! Что он пытался сделать?! Неужели он пытался сделать что-то с вами, мисс? Да этот парень просто дикий зверь! Нин Шу нащупала свой свисток. Вэнь Жухуа вероятно пытался украсть её свисток, а потом сделать с ней это. Всё же, в оригинальной истории Вэнь Жухуа изнасиловал Му Яньмэн. __________ * Амитабха Будда — самая почитаемая фигура в буддийской школе. В Японии и Корее традиционно, при молитве об усопших или поминовении, упоминается имя Амитабхи. ---------- Бросать Своё Мужское Достоинство На Землю Вообще-то догадка Нин Шу попала прямо в точку. Вэнь Жухуа пытался украсть её свисток, но в основном это было для того, чтобы он смог с ней переспать. Когда он услышал, что Нин Шу говорила о том, что собирается выйти замуж за Хэ Дахуа, то он был зол и чувствовал себя униженным. Эта женщина была готова опуститься так низко, чтобы выйти замуж за кого-то вроде Хэ Дахуа, и всё равно она смотрела на него с таким презрением, что даже не удосужилась проявить уважение? Это явно было из-за того, что Хэ Дахуа имел влияние в этой деревне. Эта женщина летит к тем, кто обладает властью, словно муха, почувствовавшая запах дерьма. Чего и следовало ожидать от ничтожной дряни! Вэнь Жухуа хотел первым овладеть телом Бай Циньсян. Таким образом, даже если Бай Циньсян выйдет замуж за Хэ Дахуа, она будет не более чем изношенной обувью, которую он использовал раньше. Так он смог бы отомстить Бай Циньсян и унизить Хэ Дахуа. Однако, несмотря на то, что в мечтательных мыслях Вэня Жухуа всё было в порядке, реальность оказалась совершенно иной. Как тот фамильный меч оказался в руках Бай Циньсян? После того, как Нин Шу и Юэ Лань вышли наружу, они увидели тайного охранника, который был одет в чёрное и стоял во дворе. Если бы не тот факт, что этой ночью луна светила ярко, они бы даже не заметили его. - Мисс, почему вы кричали? Я услышал вас от самого входа в деревню, - сказал тайный охранник. – И почему тут пахнет кровью? Кого-то ранили? Нин Шу махнула рукой и сказала: - Ничего такого, можешь возвращаться и спать дальше. Всё уже разрешилось. Тогда тайный охранник обратился к Юэ Лань: - Тебе стоит быть осторожной и беречь себя. Мисс очень неблагонадёжная. Эй, как ты можешь очернять кого-то в её же присутствии? Ты больше не хочешь быть друзьями? Юэ Лань кивнула. - Я поняла. Как только тайный охранник ушёл, Нин Шу спросила Юэ Лань: - Неужели я действительно такая неблагонадёжная? Юэ Лань посмотрела на Нин Шу с очень горьким выражением лица. - Когда эта служанка вместе с мисс, эта служанка поистине понятия не имеет, что произойдёт в следующую секунду. Нин Шу: … Она и сама не знает, что произойдёт в следующую секунду, она же не была гадалкой. - Пойдём спать. Это была утомительная ночь. Нин Шу легла спать. ______________________________________________________________________ На следующий день, когда она проснулась, был уже день. Первым делом она пошла в дом, чтобы проверить, как дела у Вэня Жухуа. Вэнь Жухуа всё ещё был без сознания, и Хэ Сяохуа всё ещё присматривала за ним. - Ты проснулась? На столе осталось немного еды, - сказала Хэ Сяохуа Нин Шу. Нин Шу почувствовала, что эта Хэ Сяохуа была очень хорошей, просто она была немного сверхзаботливой. Однако, как дочь главы деревни, она имела право быть своевольной. Впрочем, если не обращать внимания на эти мелочи, то Хэ Сяохуа была очень хорошей женщиной. Вэню Жухуа просто повезло, что у него была аура главного мужчины. Проспав несколько дней, Вэнь Жухуа наконец-то проснулся. Первым делом после пробуждения он потребовал, чтобы Хэ Сяохуа проваливала. Вторым делом он потребовал, чтобы к нему пришла Нин Шу и ухаживала за ним, чтобы расплатиться за то, что пошла против его желания и согласилась на свадьбу. Однако, ни Хэ Сяохуа, ни Нин Шу не обратили на него никакого внимания. Он так разозлился, что у него открылась рана, и снова началось кровотечение, поэтому он не посмел больше злиться. Хэ Сяохуа теперь относилась к Вэню Жухуа как к собственному мужу, поэтому говорила более свободно и часто случайно ранила гордость Вэня Жухуа. К тому же, так как Хэ Сяохуа раньше не училась, она не знала сложных слов и постоянно смущалась, когда Вэнь Жухуа говорил нечто, что имело завуалированный смысл. Вэнь Жухуа чувствовал себя так, словно он готов скорее умереть, чем жениться на такой женщине. К тому же, после брака он вступит в её семью. Это было практически равноценно тому, что он бросит своё мужское достоинство на землю и растопчет его. ---------- Не Нужно Благодарности Вэнь Жухуа больше всего ненавидел Нин Шу. Он ненавидел её наглое и отчуждённое поведение, ненавидел тот факт, что она не проявила покорность и не позволила ему трахнуть её, ненавидел её за то, что она ранила его, ненавидел её за то, что она дала согласие на брак, и ненавидел её за то, что она изображала фальшивую заботу. Нин Шу, естественно, видела эту ненависть в глазах Вэня Жухуа, но вела себя так, словно не видела. Он уже не мог вытерпеть только лишь после такого? Тогда ему никак не понять ту боль, что чувствовала Му Яньмэн ото всех его оскорблений и унижений. Он вонзил в неё меч, когда она была беременна, отчего она впала в такое отчаяние, что бросилась в реку! С заботливым выражением на лице Нин Шу спросила: - Как ты себя сегодня чувствуешь, кузен? Вэнь Жухуа гневно уставился на Нин Шу. - Должно быть ты разочарована, что я не умер. - Кузен, да что ты такое говоришь? Как Циньсян может вынести твою смерть? Циньсян правда не хотела такого. Всё же, кто бы мог подумать, что кузен войдёт в мою палатку посреди ночи? Я думала, что это какой-то зверь в человеческом обличье, какое-то животное, которое не сравнить даже собакой, потому что у него были плохие намерения, и поэтому оно забралось внутрь, вот почему я атаковала. Если бы я знала, что это кузен, то я бы ни за что не стала этого делать. Всё же, кузен – добропорядочный джентльмен, а не какое-то там прогнившее животное, которое даже нельзя назвать зверем. У Вэня Жухуа лицо стало зловещим, и он начал тяжело дышать, гневно глядя на Нин Шу. - Проваливай! Я не хочу тебя видеть. Нин Шу беспомощно вздохнула и поправила одеяло на Вэне Жухуа. - Кузен, Циньсян знает, что ты злишься на то, как Циньсян тебя ранила, но я уже всё ясно объяснила. К тому же, насчёт твоей свадьбы с леди Хэ. Циньсян приняла в расчёт то, насколько леди Хэ любит кузена, и тот факт, что семья Хэ спасла твою жизнь. Циньсян почувствовала, что эта свадьба вполне разумное продолжение, вот почему Циньсян согласилась вместо тебя, кузен. Кузен, не нужно благодарности для Циньсян, потому что именно так Циньсян и должна поступать. Так что тебе нужно лишь сфокусироваться на восстановлении. Как только тебе станет лучше, глава деревни назначит твою свадьбу. Нин Шу проигнорировала яростное выражение лица Вэня Жухуа и сказала: - Тот факт, что кузен наконец-то сможет обрести своё счастье, очень радует Циньсян. Циньсян наконец-то сможет снять эту ношу со своих мыслей. - Уходи, проваливай! Глаза Вэня Жухуа налились кровью, и он выглядел, словно раненый зверь, когда завопил: - Бай Циньсян, убирайся отсюда! - Ладно, не злись ты так, я уже ухожу. Нин Шу развернулась и вышла, даже не оглянувшись назад. Вэнь Жухуа чуть не разозлился до смерти. Он почувствовал, что самой большой его неудачей в жизни была встреча с Бай Циньсян. Эта женщина разрушила его жизнь. После того, как она бросила его, она снова начала искать его, а потом вернулась и снова навела в его жизни полнейший бардак! И вот теперь Вэнь Жухуа начал жить как пациент, прикованный к постели. Хэ Сяохуа очень хорошо относилась к Вэню Жухуа. Она всегда готовила уток и куриц и другие питательные вещи, а потом кормила его, поэтому Вэня Жухуа обслуживали практически как принца. Однако Вэнь Жухуа всё равно смотрел на Хэ Сяохуа с отвращением и презрением. Даже Нин Шу, которая была лишь сторонним наблюдателем, почувствовала, что усилия Хэ Сяохуа того не стоят. Мужчины вроде этого всегда были бессердечными и заботились только о себе. И как бы ты не потворствовала их жадности, эгоистичные люди всегда такие, они этого не ценят. Нин Шу ничего не могла с собой поделать, поэтому попросила Хэ Сяохуа передумать, но Хэ Сяохуа лишь покачала головой и сказала, что она делает это всё добровольно. Она сказала, что она рада просто быть рядом с мистером Вэнем, и она обязательно натренирует его, как только они поженятся. Она заставит его влюбиться в неё. Когда Нин Шу увидела решительное и отважное поведение Хэ Сяохуа, она могли лишь искренне благословить её. Рана Вэня Жухуа была очень глубокой, поэтому она периодически воспалялась. Он часто впадал в лихорадку. Это восстановление было очень мучительным и настолько тяжёлым, что Вэнь Жухуа стал настолько худым, что у него даже кости торчали. Его щёки ввалились, и он выглядел более изнурённым и удручённым по сравнению с прежним собой. А как только он стал худым, он потерял своё единственное достоинство, свой красивый внешний вид. К тому же, всё это время Вэнь Жухуа был очень мрачным, поэтому вокруг него постоянно витала тёмная аура. Мрачная холодность в его чертах вызывала у людей очень неприятное чувство. ---------- Как Родственник Вэня Жухуа по Материнской Линии Как только Вэнь Жухуа восстановился достаточно, чтобы снова ходить, семья главы деревни немедленно начала приготовления к свадьбе Вэня Жухуа и Хэ Сяохуа. По всей деревне появились яркие красные фонари и разноцветные флаги, а Вэнь Жухуа разгневался до такой степени, что снова рухнул на постель. Нин Шу подумала, что она также считается родственницей Вэня Жухуа по материнской линии, поэтому она всерьёз приготовила несколько нарядов, совершенно новое одеяло и несколько серебряных слитков. Она показала их Вэню Жухуа, сказав, что это приданное, которое она приготовила для него. Когда Вэнь Жухуа услышал слово "приданое", то он взорвался и шлепком руки обился от слитков, после чего гневно уставился на Нин Шу. - Да я лучше умру, чем возьму Хэ Сяохуа в жёны. Нин Шу подобрала деньги с земли, а потом поправила его: - Кузен, в данный момент ты женишься и вступаешь в семью Хэ. Это леди Хэ берёт тебя в мужья, а не ты берёшь её в жёны. - Бай Циньсян, ты правда успокоишься только когда уничтожишь меня? Худощавое лицо Вэня Жухуа теперь выглядело очень зловещим. Нин Шу притворилась ошарашенной, а потом сказала с обиженным выражением лица: - Кузен, как ты мог так подумать? Всё, что я делаю – это для твоего собственного блага. Если бы не женьшень от леди Хэ, то ты бы уже был в глубинах ада, а не разговаривал с Циньсян. Вэнь Жухуа: … Нин Шу продолжила: - Не волнуйся, кузен. Ты только сфокусируйся на восстановление, а остальное оставь на меня. Я обязательно сделаю великолепные приготовления, чтобы ты смог гордо поднять голову, когда вступишь в их семью. Вэнь Жухуа: … - И ещё, много народу придёт, чтобы засвидетельствовать это событие. Неужели ты собираешься притвориться, будто не придумал свадебную клятву? Неужели ты собираешься испортить репутацию леди Хэ? Ты же сам больше всего ненавидишь такое поведение! Разве ты не смотрел всегда свысока на то, как Хэ Дахуа дразнит женщин и портит их репутации? Кузен, ты же ни за что так не сделаешь, верно? Губы Вэня Жухуа дрожали от гнева, но Нин Шу проигнорировала это и продолжила: - Циньсян сделала это только для того, чтобы спасти твою жизнь. Леди Хэ – очень хорошая леди, она для тебя хорошая пара. - Ты ранила меня, а потом продала меня за женьшень и теперь говоришь, что это было ради моего собственного блага? Бай Циньсян, тебе не стоит испытывать судьбу! – завопил Вэнь Жухуа. Нин Шу притворилась, что почувствовала себя ещё более обиженной. - Кузен, я же сказала тебе, я не знала, что это был ты. Если бы я знала, то ни за что не сделала это. Тебе стоило окликнуть меня снаружи палатки, а не прокрадываться внутрь. Любой подумает, что тот, кто посреди ночи прокрадывается в комнату леди – задумал недоброе. К тому же, женьшень уже был использован и не на мне, так как ты можешь говорить, что я продала тебя за женьшень? Вэнь Жухуа был так зол, что даже не смог найти слова и просто закричал, чтобы она проваливала. Поэтому Нин Шу поспешно ушла и оставила Вэня Жухуа стонать от боли и зажимать свою рану. Глава деревни воспользовался древним календарём, чтобы выбрать благоприятный день для свадьбы. Погода в этот благоприятный день была очень хорошей. Семья главы деревни зажгла множество хлопушек, поэтому атмосфера была очень оживлённой. Эта оживлённая атмосфера даже дошла до дерьмового соломенного дома Вэня Жухуа. Нин Шу с энтузиазмом принимала гостей. Тем временем, жених, Вэнь Жухуа, уже поправился и был силой наряжен в малиновый свадебный наряд. В данный момент его вывели из дома и посадили на спину быка, чтобы отвезти к дому главы деревни. Лицо Вэня Жухуа было совсем пепельным, и на нём не было ни следа счастья. Его взгляд был полон ненависти, когда она смотрел на Нин Шу, но Нин Шу лишь сладко улыбнулась и сказала: - Кузен, ты должен идти первым. Я скоро приду. Лицо Вэня Жухуа стало даже ещё более пепельным, а его тело затряслось так сильно, что он был готов вот-вот свалиться на землю. Когда Вэнь Жухуа добрался до дома главы деревни, то он увидел, что двор был заполнен овощами, кудахчущими курицами и крякающими утками. Всё это были поздравительные подарки, присланные жителями деревни. У грубоватых деревенских жителей были лица, которые имели явные признаки бедности, когда они стояли на своих местах, продолжая вонять фекалиями животных. Вэнь Жухуа не был готов смириться с этим. В глубине души он завопил, что это не его жизнь. Его жизнь не должна быть такой! Она не должна быть такой! Когда он увидел, как выводят невесту, это чувство стало ещё интенсивнее. Это была не та жена, на которой он бы хотел жениться. Это совсем не было той жизнью, которой он хотел! К тому же, он вступал в семью, а это означало, что он должен будет подчиняться семье главы деревни. Вэнь Жухуа повернулся, чтобы осмотреться по сторонам. Когда он увидел Нин Шу, то его сердце внезапно заполнилось едким чувством. Это была ненависть, но в ней была ещё более мягкая и томительная эмоция. Вэнь Жухуа не мог избавиться от этого чувства, разрываясь между любовью и ненавистью. ---------- Вот Приданое, Которое Я Приготовила для Моего Кузена - Благоприятный час уже почти наступил. Почему жених всё ещё сидит на быке? – многозначительно сказал Хэ Дахуа. Вэнь Жухуа не обратил на него внимания и уставился только на Нин Шу. Нин Шу тут же подошла к нему. - Кузен, пришло время тебе слезать и исполнить ритуальное преклонение. - Я уже говорил тебе, я не женюсь на Хэ Сяохуа. Вэнь Жухуа прозвучал раздражённым, но, при этом, он выглядел так, словно надеялся на что-то, глядя на Нин Шу. Тем временем Хэ Дахуа уставился на Вэня Жухуа убийственным взглядом. Лицо главы деревни почернело, и он приказал кому-то стащить Вэня Жухуа с быка и привести к главному залу. Вэнь Жухуа пытался сопротивляться, но слабый учёный вроде него ни за что не смог бы справиться с жителем деревни, который привык к грубой работе, особенно учитывая то, что он был ранен. Вэнь Жухуа был вынужден пройти через ритуальные действия. Когда он услышал слова "церемония завершена", что-то в его сердце словно взорвалось, и он почувствовал пустоту. Нин Шу наблюдала за тем, как на красном от гнева лице Вэня Жухуа мелькают различные эмоции. Единственная эмоция, которая не появлялась на его лице – это радость. Она подошла к главе деревни и сладко улыбнулась. - Глава Деревни, я оставляю кузена на вашу заботу. Вот приданое, которое я приготовила для моего кузена. Я слышала, что тот женьшень, который спас жизнь моему кузену, был вашим самым большим сокровищем, поэтому я специально отправила гонца в город, чтобы он купил ещё один женьшень. Нин Шу взяла женьшень из рук Юэ Лань и передала его главе деревни. Когда глава деревни открыл коробку, то он увидел, что качество этого женьшеня не сильно отличалось от того, который был у него, поэтому его лицо сразу же осветилось радостью. - Ладно, ладно, не обязательно быть такой учтивой. Мы же все из одной семьи, мы теперь одна семья. Когда Вэнь Жухуа увидел женьшень, то его глаза стали красными, и он заявил: - Почему ты не достала этот женьшень раньше? Почему? Почему?! Если бы Бай Циньсян достала этот женьшень раньше, то ему бы не пришлось жениться на Хэ Сяохуа и проходить через столь унизительный опыт. Она должна была просто отдать женьшень обратно семье Хэ! Если бы она это сделала, то ему бы не пришлось оказаться в такой критической ситуации из-за того женьшеня. Нин Шу мысленно ответила, потому что мне нравится твой вид, когда ты бесплотно пытаешься бороться с происходящим. Нин Шу притворилась, словно она была шокирована. - У меня раньше не было женьшеня. Я лишь попросила кое-кого купить женьшень, раз ты собрался жениться и сделать тебе свадебный подарок. Кузен, я сделала что-то не так? Сердце Вэня Жухуа пылало от гнева. Он почувствовал сильное желание расцарапать себе грудь и закричать в небо. Он почувствовал, что вот-вот сойдёт с ума, если продолжит вот так подавлять свой гнев. Вэнь Жухуа сорвал со своей груди большой красный цветок, сделанный из ленточек, и бросил его на землю. - Вы получили свой женьшень обратно, так что я теперь ни за что не женюсь на Хэ Сяохуа. Выражение лица главы деревни стало холодным. Хэ Дахуа сказал: - Ах ты, проклятый ублюдок! Хочешь поспорить, что ты сможешь выбраться из этого зала для церемоний живым? Если сможешь, то я сменю свою фамилию на твою! Тем временем, Хэ Сяохуа сняла свою вуаль и уставилась на Вэня Жухуа. С тем выражением лица, что было у неё, её обычный праздничный красный макияж стал выглядеть зловещим, когда она сказала: - Заткнись, мы отправляемся в супружескую спальню! ---------- Ожидая ''Возвращения Невесты'' Так как Вэня Жухуа утащили в супружескую спальню, словно свинью на скотобойню, Нин Шу даже не знала, как развернётся ситуация в той супружеской спальне. Нин Шу подумала, что Хэ Сяохуа нужно быть с ним немного полегче. Всё же, у Вэня Жухуа всё ещё дыра в животе. После того, как Нин Шу поела на свадебном банкете, она приготовилась вернуться в соломенный дом. - Маленькая красотка. Хэ Дахуа спрыгнул с невысокого склона и изобразил элегантность, раскрывая свой веер и обмахиваясь им. - Маленькая красотка, раз Вэнь Жухуа уже женился на моей младшей сестре, то как насчёт того, чтобы и нам тоже пожениться? Мы же практически созданы друг для друга, мы даже ближе, чем родственники. У Нин Шу для него было лишь одно слово. - Отвали. - Маленькая красотка, не будь ты такой. Раз моя сестра вышла замуж, то мой старик теперь примется за меня. Мои дни будут наполнены страданием, - Хэ Дахуа начал бежать, чтобы поспевать за Нин Шу. – Неужели этот мужчина недостаточно хорош для тебя? Нин Шу посмотрела на него. - Вали ещё дальше. Хэ Дахуа потёр свой нос. - Ты не могла бы быть немного тактичной? К счастью, моя грудь широка, а иначе это меня бы точно ранило. Нин Шу видела, что Хэ Дахуа на самом деле говорит не всерьёз, поэтому она сказала с презрением: - Что если ты встретишься с леди, которая воспримет твои слова всерьёз? Хотела бы я посмотреть, что ты тогда будешь делать. Хэ Дахуа обмахнул себя веером и искренне рассмеялся. - Это будет очень хорошо. Если кто-то воспримет это всерьёз, то я немедленно на ней женюсь. Разве я тут не раскинул свои сети? Нин Шу: Вали к чёрту. Нин Шу планировала покинуть это место, раз Вэнь Жухуа уже нашёл своё счастье. В будущем он, наверное, будет много бороться с Хэ Сяохуа на постели и у них будет полное гнёздышко детишек. Больше он к ней никакого отношения иметь не будет. - Всё правильно, почини немного эту дерьмовую соломенную хижину. Через три дня моя младшая сестра приведёт Вэня Жухуа обратно, чтобы он навестил свою семью по материнской линии. Это место теперь твоё и ты достаточно близкий родственник Вэню Жухуа, чтобы считаться семьёй по материнской линии. Тц, тц. Я давно уже хочу разломать эту соломенную хижину. Она просто слишком неприглядная, - сказал Хэ Дахуа. Нин Шу: … Приведёт Вэня Жухуа обратно, чтобы навестить семью по материнской линии?! Нин Шу глянула на Хэ Дахуа. - Если ты оскорбишь моего кузена такими словами, то он обязательно попытается убить тебя. - Учёным требуется сто лет на то, чтобы начать восстание. Мне даже не нужно с ним ничего делать, моя сестра научит его покорности, - сказал Хэ Дахуа голосом, заполненным презрением. - Раз ты так пренебрежительно относишься к моему кузену, то почему ты согласился на этот брак? – озадаченно спросила Нин Шу. Хэ Дахуа ответил: - Первая причина в том, что Хэ Сяохуа действительно очень любит его. А вторая… Видишь ли, мой старик очень уважает учёных. Он хочет, чтобы его внуки умели читать и писать. О, так значит Вэнь Жухуа просто будет служить им, как заимствованный инструмент. Изначально Нин Шу собиралась уйти, но раз Вэнь Жухуа вернётся к своей семье по материнской линии, то она решила, что она не должна пропускать столь редкое событие. Поэтому она начала тихо ждать ритуала "возвращение невесты". ---------- Он Хочет Сбежать Со Мной! Утром третьего дня Нин Шу уже не спала и ждала у входа во двор с самого восхода солнца. Она даже попросила Юэ Лань подвесить две связки хлопушек. Вскоре она увидела две фигуры, направляющиеся в их сторону. Хэ Сяохуа была одета в яркий разноцветный фестивальный наряд, а Вэнь Жухуа был одет в совершенно новую одежду. Однако сам Вэнь Жухуа выглядел очень зелёным, даже, несмотря на то, что Хэ Сяохуа выглядела так, словно она вся светится. Похоже, что Вэнь Жухуа очень хорошо её обслужил. - Зажигай хлопушки, - сказала Нин Шу. Юэ Лань задрожала, когда она осторожно зажгла фитили хлопушек. Внезапный звук громких хлопков ошарашил Вэня Жухуа и Хэ Сяохуа. Слегка покраснев, Хэ Сяохуа поприветствовала Нин Шу и даже назвала её кузиной. Нин Шу радостно поприветствовала Хэ Сяохуа и тоже назвала её кузиной. Лицо Вэня Жухуа тут же стало пепельным. Казалось, что Вэнь Жухуа был просто ящиком с взрывчаткой. Он так сильно реагировал на всякие мелочи. Хэ Сяохуа вручила кое-какие подарки, а потом направилась на кухню, чтобы приготовить обед, так они собирались покушать тут. Нин Шу спросила Вэня Жухуа: - Как поживаешь, кузен? Вы с Сяохуа выглядите очень счастливыми. Лицо Вэня Жухуа исказилось, а потом он даже улыбнулся в сторону Нин Шу. В тот момент, как Нин Шу увидела эту улыбку, у неё все волосы на теле встали дыбом от отвращения. Лицо Вэня Жухуа теперь было очень измождённым, и из-за его бледного цвета кожи, его улыбка выглядела очень неестественно и уродливо. Нин Шу шлёпнула себя по губам. - Кузен, ты выглядишь очень измождённым. - А из-за чего это, как ты думаешь?! Вэнь Жухуа не смог удержаться от того, чтобы накричать на Нин Шу. - Что такое? Хэ Сяохуа вышла из-за кухонной двери с котелком и озадаченно посмотрела на Нин Шу и Вэня Жухуа. Вэнь Жухуа тут же ответил: - Да ничего такого. - Говори со своей кузиной как полагается, ты почему на неё кричишь? С этими словами, Хэ Сяохуа вернулась обратно на кухню. Нин Шу странно посмотрела на Вэня Жухуа. - Кузен, ты, похоже, неплохо поладил с Сяохуа? Вообще-то, всё выглядело так, словно Вэнь Жухуа немного побаивался Хэ Сяохуа. Неужели Хэ Сяохуа действительно смогла подавить Вэня Жухуа за эти три дня? Вэнь Жухуа потянулся, чтобы схватить Нин Шу за руки, но Нин Шу убрала руки подальше от него. Лицевой мускул Вэня Жухуа исказило спазмом, но он всё равно тепло произнёс: - Кузина, давай сбежим. - Пффф… Кхе, кхе. Нин Шу постучала по своей груди. Она подавилась собственной слюной. - Что ты такое говоришь? Нин Шу удивлённо посмотрела на него. Вэнь Жухуа тут же посмотрел на неё с агонией и томительной влюблённостью на лице. В его глазах было сожаление, глубокая привязанность и беспомощность, когда он сказал: - Кузина, теперь я очень сожалею. Мне не стоило быть таким упрямым в прошлом и отказываться от тебя. Только когда я женился на Хэ Сяохуа, я понял, что ты та единственная, которую я всегда любил. Всё, что я делал, было потому, что я заботился о тебе. Кузина, идём. Давай путешествовать по миру. Если ты хочешь, чтобы я сдал имперский экзамен, то я смогу это сделать. Я лишь хочу быть с тобою вечно. Нин Шу: … Она совсем лишилась дара речи. - Но ты уже женился на кузине Сяохуа, как ты можешь её бросить? Как она сможет сохранить своё лицо перед миром? – сказала Нин Шу с презрением в голосе. Вэнь Жухуа махнул рукой. - Какое отношение ко мне имеет Сяохуа? Единственная причина, почему я женился на ней – это потому, что меня вынудили. Я её совсем не люблю. Кузина, давай уйдём отсюда вместе. - Кузен, что с тобой произошло? Если ты скажешь мне, то мы вместе сможем что-нибудь придумать. Циньсян чувствует себя плохо, видя, как тебе больно, - нежно сказала Нин Шу. Вэнь Жухуа болезненно заскрежетал зубами, а потом глубоко вдохнул и сказал: - Циньсян, я никогда не видел женщины столь несдержанной, как Хэ Сяохуа. В постели она невероятно жестокая и не обращает внимания на мои чувства, и она всегда в таком радостном возбуждении. Ты должна знать, что у меня нет никаких чувств к Хэ Сяохуа. Я вообще не хотел с ней никак общаться. Циньсян, с самого начала и до конца, ты была той единственной, кого я люблю. У меня нет ни капли чувств к Хэ Сяохуа, но она даже не принимает мои чувства в расчёт. Потому что ты это охренеть как заслужил. Ты вообще думал о чувствах Му Яньмэн, когда насиловал её? Нин Шу закричала в сторону кухни: - Кузина Сяохуа, мой кузен сказал, что хочет сбежать со мной! Он хочет сбежать со мной! ---------- Не Стоит Складывать Все Яйца в Одну Корзину Вэнь Жухуа ошарашено уставился на Нин Шу. Всего мгновение назад она вела себя так сочувственно и нежно, а в следующее мгновение она бессердечно бросила его под лошадь. Вэнь Жухуа был так шокирован, что даже не знал, как отреагировать. Хэ Сяохуа выбежала из кухни со сковородкой в руке. Она схватила Вэня Жухуа за ухо и начала его выкручивать. - С кем это ты там собрался сбежать? Что-то ты совсем зажрался! Ты уже женат на мне, и всё равно пытаешься сбежать с кем-то ещё?! - Отпусти моё ухо! Хэ Сяохуа, я же сказал тебе отпустить моё ухо! Лицо Вэня Жухуа совсем побледнело, но он не мог вырваться из хватки Хэ Сяохуа. - Бай Циньсян, как ты могла меня предать? Я же так хорошо к тебе относился, а всё напрасно! – закричал Вэнь Жухуа. Когда он увидел, что Бай Циньсян спокойно пьёт чай, пока он в таком жалком состоянии, ему захотелось просто умереть. - Кузина, что у тебя за отношения с Жухуа? Почему он хотел сбежать с тобой? – спросила Хэ Сяохуа. Нин Шу беспомощно развела руками. - Он хотел сбежать от тебя и поэтому пытался вовлечь меня в это. Он пытался обхитрить меня, чтобы я помогла ему сбежать, потому что у меня есть повозка и так будет быстрее, чем если убегать пешком. Вэнь Жухуа чуть не закашлял кровью. Он завопил: - Бай Циньсян, ах ты сука! - Кузина, мы уходим. Хэ Сяохуа потащила Вэня Жухуа прочь, не отпуская его ухо. Нин Шу позвала Юэ Лань присесть за стол вместе с ней. - Не стоит давать всей этой еде пропадать, раз мы уходим. Юэ Лань кивнула. - Хэ Сяохуа поистине удивительная женщина. Пока Нин Шу ела, она сказала: - Завтра мы уезжаем. - Отлично! После обеда Юэ Лань начала с энтузиазмом упаковывать их вещи. Нин Шу разделила свои средства на две половины и дала одну половину Юэ Лань, оставив себе вторую половину. Юэ Лань посмотрела на банкноты, а потом спросила: - Мисс, зачем вы даёте этой служанке так много банкнот? - Не стоит складывать все яйца в одну корзину. Если случится что-то неожиданное, то нам останется только есть землю, - сказала Нин Шу, лёжа на постели и наблюдая за тем, как Юэ Лань упаковывает вещи. Так как они собирались завтра снова начать путешествовать, Нин Шу и Юэ Лань легли спать раньше, чтобы выехать на рассвете следующего дня. Однако посреди ночи кто-то растолкал её. В сонном состоянии она подумала, что это снова Вэнь Жухуа и поспешно достала фамильный меч, чтобы скорее ткнуть в того, кто был возле постели. Однако она этого так и не сделала. - Мисс, это я, - прозвучал голос тайного охранника. – Пришли конокрады. - Чего? – Нин Шу проснулась и задрожала. – Кто пришёл? Юэ Лань тоже проснулась. Когда она услышала то, что сказал тайный охранник, её лицо тут же побледнело. - М… мисс, пришли бандиты. Нин Шу практически выскочила из постели. С какой стати бандитам приходить посреди недели в эту крошечную деревню? Зачем они грабят кого-то посреди ночи? Они же не какие-то там грёбанные воры. Подобной сцены не было в изначальной истории. Что происходит? У Нин Шу внезапно появилось плохое предчувствие. Она поспешно обулась. Когда она вышла из палатки, то увидела, что то место, где стоял дом главы деревни, было ярко освещено. ---------- Избавление от Хэ Сяохуа Нин Шу тут же поняла, почему у неё возникло плохое предчувствие. Вэнь Жухуа изначально был главным мужчиной, который должен быть связан с главной женщиной. Однако так вышло, что он женился на Хэ Сяохуа. Всё слишком отклонилось от изначальной истории. Чтобы исправить историю, сюжет должен избавиться от Хэ Сяохуа, его жены. Вот почему сразу же после того, как она решила уйти, бандиты появились прямо среди ночи. Вот серьёзно. Это уже безумие какое-то. И всё это из-за неё. - Юэ Лань, скорее прячься. Впрочем, забудь. Тайный Охранник, забери Юэ Лань с собой и спрячьтесь. Вы, ребята, можете поискать меня потом. Нин Шу сунула свои вещи в руки Юэ Лань. Зубы Юэ Лань застучали, когда она взяла свёрток и крепко обняла его. Она с беспокойством спросила: - А что насчёт вас, мисс? Мисс, давайте просто уйдём вместе. Это же бандиты. Они убивают не моргнув глазом. - Сначала найдите место, где вы со старшим братом тайным охранником сможете спрятаться. Твоей мисс нужно сначала кое о чём позаботиться, - Нин Шу повернулась к тайному охраннику. – Уведи отсюда Юэ Лань, скорее. Тайный охранник тут же схватил Юэ Лань и исчез в ночи. Нин Шу глубоко вздохнула и направилась в сторону дома главы деревни. Она нашла неподалёку место, где можно спрятаться. Группа людей блокировала вход в дом главы деревни и среди них был один мужчина на коне. Он выглядел как лидер, так как все остальные мелкие сошки ходили пешком. В данный момент семья главы деревни, которая состояла из главы деревни, Хэ Дахуа, Хэ Сяохуа и Вэня Жухуа, была схвачена. Хэ Дахуа нахмурил свои брови-гусеницы и сказал лидеру бандитов: - У вас, сэров, тут какое-то дело? Все наши посетители – это гости. Проходите, выпейте кружку воды! - Ты хочешь избавиться от нас, предложив лишь кружку воды? – сказал лидер бандитов, излучая сильное убийственное намерение. Хэ Дахуа стал выглядеть очень напуганным и жалобно ответил: - Кончено же я предлагаю не просто кружку воды! Уже так поздно, вы, ребята, наверное, устали. Хорошее вино и вкусные закуски будут скоро приготовлены! - Вина и закусок тоже недостаточно, нам нужны ещё и женщины. Вот эта женщина может пока обслужить меня, а вы созывайте остальных женщин деревни, - нахально сказал лидер бандитов. Глава деревни тут же отказался. - Ишь, чего захотел, зверь! Если ты хочешь тронуть женщин из моей деревни, то только через мой труп! - Чёртов старый пердун, я прямо сейчас заставлю твою дочь обслужить меня! Лидер бандитов спрыгнул со своего коня, подошёл к Хэ Сяохуа и разорвал её одежду. Хэ Сяохуа завизжала. Рядом с ней был Вэнь Жухуа, чей взгляд заметался, а потом он закричал лидеру бандитов: - Постойте. Когда Нин Шу увидела, что Вэнь Жухуа заговорил, она подумала, что наконец-то он хоть раз в жизни повёл себя как мужчина и встал на защиту своей женщины. - Чего ты хочешь? Лидер бандитов глянул в сторону Вэня Жухуа. Вэнь Жухуа с элегантностью учёного протянул горсть в сторону лидера бандитов. - Вы, ребята, наверняка желаете богатств. Я знаю где спрятаны все ценности в этом доме. Я могу их принести вам, но вы должны позволить мне присоединиться к вам. Я раньше изучал стратегию, поэтому я могу стать вашим стратегическим советником. Слова Вэня Жухуа ошарашили как членов семьи Хэ, так и Нин Шу. - Ладно, ладно, в нашей группе всем рады. К тому же, ты даже учёный, это вообще идеально! С этих пор ты будешь нашим советником. Лидер бандитов похлопал Вэня Жухуа по плечу. Вэнь Жухуа улыбнулся, но эта улыбка выглядела холодной и жуткой. Он поднял меч, который лежал на земле и сказал лидеру бандитов: - У меня есть одна просьба, я хочу убить эту женщину своими собственными руками. Голос Вэня Жухуа дрожал, как и всё его тело, когда он заявил это с мрачным выражением лица. Члены семьи Хэ посмотрели на Вэня Жухуа с недоверием. Хэ Дахуа прикрыл собой Хэ Сяохуа, которая была в полнейшем отчаянии, и холодно сказал: - Вэнь Жухуа, твои родители зря тебя обучали. Сяохуа твоя жена. Неужели ты собираешься убить свою собственную жену? Ты поистине бессердечный зверь. - Я никогда и не считал Хэ Сяохуа своей женой. Единственная причина, почему я женился на ней – это потому что вы меня заставили. Я ненавижу её, я ненавижу больше всего на свете! – холодно процедил Вэнь Жухуа. – Каждый раз, когда я вынужден спать с ней, я чувствую такое отвращение, что мне хочется блевать. ---------- Слетел с Катушек Вэнь Жухуа теперь полностью обратился ко тьме и его антисоциальная личность раскрылась в полную силу. В изначальной истории, Му Яньмэн приходилось выносить его оскорбления и терпеть его личность, поэтому, в итоге, когда Му Яньмэн исчезла, после того, как Вэнь Жухуа ударил в неё мечом, Вэнь Жухуа наконец-то понял, что у него были чувства к Му Яньмэн. Однако Нин Шу не терпела его, так как у неё не было причин терпеть такое отношение. С самого начала Вэнь Жухуа был очень предубеждённым и негативным человеком, который старался избегать реальности, поэтому, после того, как он столкнулся со всем этим, он совсем слетел с катушек и теперь хотел убить Хэ Сяохуа своими собственными руками. Вэнь Жухуа начал медленно приближаться к Хэ Сяохуа. Кончик клинка царапал по полу, создавая душераздирающий скрежет. Щёки Хэ Сяохуа были залиты слезами, когда она покачала головой. - Вэнь Жухуа, ты не можешь ко мне так относиться! Её единственным ответом со стороны Вэня Жухуа был лишь холодный смех. - Мисс, - прозвучал рядом с ухом Нин Шу голос тайного охранника. Нин Шу прошептала в ответ: - Ты спрятал Юэ Лань? Тайный охранник ответил: - Угу. Вы уже уходите? - Подожди немного. Нин Шу закусила губу. Она должна была изменить судьбу Му Яньмэн, но она не должна была втягивать невинных людей в эту битву. Она сделала слишком большой шаг в сторону и сильно изменила истории, вот почему законы этого мира пытаются силой вернуться к изначальной истории. Нин Шу сказала тайному охраннику: - Не сразу. Помоги мне остановить этих бандитов, чтобы люди из семьи Хэ смогли сбежать. Тайный охранник посмотрел на Нин Шу. - А что насчёт вас? - У меня есть свои способы. Нин Шу наблюдала за тем, как Вэнь Жухуа медленно приближается к Хэ Сяохуа. - Моя задача – это защищать вас, мисс. Остальные – это не моё дело, - ответил тайный охранник беспристрастным тоном. Нин Шу строго сказала: - Я твоя мисс, так что ты должен подчиняться мне. - Ладно. Нин Шу сделала глубокий вдох, а потом забежала во двор и закричала: - Вэнь Жухуа, а ну остановись немедленно! Вэнь Жухуа, который в данный момент расшаркивался с Хэ Дахуа, застыл на мгновение, а потом холодно сказал: - Бай Циньсян, что ты тут делаешь? Я надеюсь, что ты не думаешь, будто я пожалею тебя только потому, что ты моя кузина. - Прекрасная. Эта женщина такая прекрасная. Идеальное появление. Когда лидер бандитов увидел Нин Шу, то у него чуть не полилась слюна изо рта. - Что ты тут делаешь? Это опасно. В поведении Хэ Дахуа тоже не осталось и следа былой фривольности. - Нет времени объяснять. Хватай свою сестру и отца, а потом беги, - сказала Нин Шу. - А что насчёт тебя? Что ты собираешься делать? Хэ Дахуа нахмурил свои брови. Вэнь Жухуа увидел их обеспокоенный обмен фразами, а потом холодно рассмеялся. - Никто из вас не сможет сегодня уйти. - Вэнь Жухуа, ты поистине отвратителен! – Нин Шу плюнула в Вэня Жухуа, а потом повернулась к Хэ Дахуа. – Вам надо уходить. Я смогу их задержать. - Какой пердёж ты там собралась сдер… жать. Прежде чем Хэ Дахуа успел договорить, рядом с Нин Шу появился мужчина, одетый во всё чёрное. - Маленькая красотка, старший братец Дахуа запомнит твоё милосердие и однажды отплатит тебе. Хэ Дахуа больше ничего не сказал. Глянув в последний раз на Вэня Жухуа, он поднял свою сестру себе на спину и потащил за собой отца, поспешно сбегая прочь. Хэ Дахуа был довольно решителен и поспешно направился в сторону горы, даже не побеспокоившись взять что-либо из дома. ---------- Таким Он и Должен Быть - Хотите сбежать? Никто ещё не сбегал от меня! Лидер бандитов развернулся, чтобы крикнуть своим людям, и все эти мелкие сошки тут же побежали вслед за Хэ Дахуа. Тайный охранник достал свой меч, чтобы остановить этих людей. Мелькнуло несколько вспышек его клинка и земля покрылась трупами. Когда лидер бандитов увидел, что тайный охранник был силён, он закричал: - Убейте этого человека, тогда эта красотка будет нашей! Мы её разделим! Глаза его людей наполнись похотью, когда они посмотрели на Нин Шу, а затем помчались в сторону тайного охранника с безрассудной непринуждённостью. Каким бы опытным ни был тайный охранник, он не смог справиться с такой толпой народа. Нин Шу увидела, что у тайного охранника проблемы, поэтому она подняла свою юбку и побежала. Она надеялась, что так сможет облегчить трудную задачу тайного охранника. - Ловите её! Эта женщина не только потрясающая красотка, но она ещё и благородная жена высокопоставленного чиновника! Если вы поймаете её, ребята, то мы сможем разбогатеть! Вэнь Жухуа намеренно сказал так, чтобы эта идея прозвучала очень соблазнительно. Лидер бандитов поспешил взять с собой кучу своих людей и отправился вместе с Вэнем Жухуа в погоню за Нин Шу. Небо постепенно становилось светлее, поэтому все петухи в деревне начали кукарекать. Нин Шу бежала, подняв юбку, а следом за ней неслась большая волна людей. И хотя она бежала изо всех сил, она не могла бежать очень быстро. Люди, что бежали за ней, гнались так, словно кот, преследующий мышь. Они словно ждали, пока она не выдохнется от бега, чтобы они могли поймать её без сопротивления. Нин Шу уже едва могла двигаться, а перед ней была лишь река. Это была как раз та самая река, в которую прыгнула Му Яньмэн. - Почему ты больше не убегаешь, Бай Циньсян? Продолжай бежать, что же ты? Вэнь Жухуа держал в руке меч, который значительно увеличивал его тёмную и угрюмую ауру. Нин Шу развернулась и плюнула в сторону Вэня Жухуа. - Вэнь Жухуа, ты же просто затаил обиду, потому что завидуешь тому, как высокопоставленные чиновники могут получить всё, что пожелают, а ты ничего не можешь получить? Ты хочешь стать как они, но у тебя нет способности. Вот почему твоя зависть превратилась в ревность и ненависть. - Заткнись! Ничего подобного! – возразил Вэнь Жухуа. – Я делаю это ради справедливости для жителей всего мира, чтобы они могли жить ещё лучше. Простые люди только тогда смогут по-настоящему жить, когда все коррумпированные чиновники умрут! - Тьфу! Вэнь Жухуа, ты же присоединился к бандитам. Ты хоть знаешь, кто такие бандиты? Они грабят, жгут и убивают, после того, как украдут всё, что хотят. Это как раз они – те люди, кто тиранизирует всех вокруг, - сказала Нин Шу с презрением. – Ты просто жаждешь власти, но у тебя нет способности её получить, поэтому ты пытаешься использовать маску праведности, чтобы скрыть свою уродливую душу. Неужели ты не чувствуешь стыда? Чуть погода твои ребята будут грабить эту деревню и убивать её жителей. Как это отличается от тех коррумпированных чиновников? Нин Шу уже начала очень тревожиться. Почему тайный охранник всё ещё не пришёл? Она глянула в сторону реки. Неужели ей действительно придётся прыгать туда? - Да, я жажду власти. Если бы у меня была власть, то выбрала бы ты того сына высокопоставленного чиновника? – спокойно сказал Вэнь Жухуа. – Как только у меня будет власть, я убью всех коррумпированных чиновников в мире. Нин Шу ответила всего тремя словами: - Ха. Ха. Ха. - Босс, я расскажу тебе секрет. Эта деревня на самом деле таит в себе огромный секрет. Вэнь Жухуа проигнорировал Нин Шу и повернулся к лидеру бандитов. Лидер бандитов спросил: - О? И что за секрет? Вэнь Жухуа подошёл к лидеру бандитов и наклонился к его уху, словно собирался прошептать что-то, а потом он вонзил свой меч прямо в грудь лидера бандитов. - Угх… Лидер бандитов с недоверием посмотрела на Вэня Жухуа, когда упал на землю. - Босс! Босс… - закричали остальные мелкие сошки, пребывая в шоке и с опаской глядя на Вэня Жухуа. Нин Шу тоже была ошарашена и уставилась на меч в руке Вэня Жухуа, с которого текла кровь. Выражение лица Вэня Жухуа было крайне равнодушным. Та угрюмость, которая всегда витала вокруг него, словно испарилась. Его аура стала совсем другой, словно таким он и должен быть. Вэнь Жухуа поднял окровавленный меч и его голос громко прозвучал, когда он крикнул: - С этих пор я – босс этой группы! С этих пор, я поведу всех! Я сделаю так, что все будут жить лучше, у всех будет больше денег и прекрасных женщин! Любой, кто будет возражать – закончит так же, как и он. Вэнь Жухуа пнул труп бывшего лидера бандитов. ---------- Почему Отношение к Ней Было Совсем Другим? После того, как Вэнь Жухуа запугал этих мелких бандитов, он обернулся, чтобы взглянуть на Нин Шу. Протянув к ней руку, он холодно сказал: - Кузина, иди сюда. Я что, похожа на дурочку? Нин Шу сделала шаг назад. Позади неё была лишь река, поэтому ей больше некуда было отступать. Вэнь Жухуа ухмыльнулся, обнажая свои белоснежные зубы. Его голос прозвучал гипнотически, когда он нежно сказал: - Бай Циньсян, иди сюда. Или ты просишь, чтобы я лично подошёл и поймал тебя? Или ты ждёшь своего охранника? – холодно добавил Вэнь Жухуа. – Я успею поймать тебя прежде, чем он приблизится. Он начал идти, не выпуская меч из руки. Нин Шу тут же сказала: - Не подходи ко мне! Если ты сделаешь ещё один шаг, то я спрыгну! Я правда спрыгну! - Судя по тому, как сильно ты любишь богатство и влияние, у тебя не хватит духу убить себя. Вэнь Жухуа даже не остановился. Он явно очень хорошо понимал Бай Циньсян. Лицо Нин Шу исказилось паникой, когда она подняла свою юбку и закричала: - Не подходи ко мне! Я… Я правда прыгну. Вэнь Жухуа уже не был прежним. Он не был одиноким учёным. Теперь у него было полно подчинённых, поэтому она не смогла бы его победить. Она почувствовала, что она ведёт себя как дура и дразнит смерть. Если бы не тот факт, что она сейчас была в шкуре главной женщины, то её могила уже наверняка была бы покрыта травой в полметра высотой. Айи… - Вэнь Жухуа, я правда-правда спрыгну! Блять, я уже прыгаю! – закричала Нин Шу, крепко сжимая свою юбку. Вэнь Жухуа лишь усмехнулся. Нин Шу сделала глубокий вдох. Она знала, что она не могла позволить себе попасть в руки Вэня Жухуа. Если она попадёт, то, вероятно вернётся к изначальной истории и Вэнь Жухуа будет её пытать. Теперь, когда под его управление столько бандитов, основываясь на том, как сильно он её ненавидел, скорее всего, он заставит её обслуживать этих бандитов, словно проститутку. Когда мысли Нин Шу дошли до этой точки, она больше не колебалась и прыгнула в реку. Она нахлебалась воды, но, когда она оказалась на поверхности. Она услышала, как Вэнь Жухуа кричит: - Бай Циньсян, я не отпущу тебя, даже если ты умрёшь» - Мисс?! Появился тайный охранник. Если бы ты появился хоть на одну грёбанную секунду раньше, то ей не пришлось бы прыгать! Стремнина была очень сильной, поэтому через несколько секунд Нин Шу исчезла. Тайный охранник тут же отправился искать вдоль реки. А Вэнь Жухуа тем временем кричал на своих бандитов: - Найдите её! Даже если она умерла, я хочу увидеть её труп! Бай Циньсян, ах ты тварь! Волны больно били по ней, пока она изо всех сил старалась держаться над водой. Когда Нин Шу вспомнила, что Му Яньмэн пришлось прыгнуть в реку раненной и сразу после выкидыша, она почувствовала, что её вариант был не таким уж и отчаянным. С самого начала Вэнь Жухуа был очень ущербным человеком с дерьмовой личностью. Если бы он жил в современном мире, то наверняка стал бы террористом и угрожал стабильности общества. А сейчас, когда он стал бандитом, он, вероятно, будет создавать беспорядки, везде, где появится. И будет заявлять, что всё это во имя справедливости. Это было просто отвратительно. Немного поплавав по-собачьи, она совсем выдохлась. Сильное подводное течение ударило по ней. Это было так больно, словно всё её тело разрывалось на части, поэтому она потеряла сознание. ______________________________________________________________________ Когда она очнулась, её вынесло на берег, но половина её тела всё ещё мокла в воде. К счастью, она выжила, но, разве она сейчас не должна быть в доме божественного доктора? Почему она была просто брошена тут? Они с Му Яньмэн обе были главными женщинами, так почему отношение к ней было совсем другим? Нин Шу попыталась пошевелиться и почувствовала боль. На руке у неё был сильный порез, вероятно оставленный подводным рифом. Она огляделась вокруг и увидела, что неподалёку кто-то был. Он сидел у реки в белом костюме и, вроде как, рыбачил. Нин Шу тут же закричала: - Герой, пожалуйста, спаси меня! Мужчина обернулся и глянул на Нин Шу. Потом взял свою удочку и бамбуковую корзину, после чего пошёл прочь. Охренеть, она никогда не видела столь бессердечного человека. #комментарий анлейта: Как думает, каким будет этот парень? ---------- Должно Быть Это Воля Небес! Нин Шу поспешно поднялась, немного выжала воду со своей юбки и побежала вслед за этим человеком. У неё не было судьбы главной женщины, но она чуть не подхватила синдром принцессы. Оказалось, ей всё равно нужно полагаться на себя. В тот момент, как она оказалась вблизи того мужчины, она почувствовала присутствующий вокруг него аромат медикаментов. Его волосы были тщательно закреплены деревянной заколкой, а всё его тело излучало ледяную ауру. Эта неумолимая прохлада пронизывала его от самых костей, и от этого люди инстинктивно держались от него на расстоянии. Этот парень был членом гарема Му Яньмэн, божественным доктором. В оригинальной истории Му Яньмэн была спасена жителем деревни, который принёс её в дом божественного доктора. Божественный доктор обычно не занимался такими вещами, но в этот раз Му Яньмэн была в ужасном состоянии с ранами по всему телу. Возможно, доктор решил, что это вызов для него, потому что он решил спасти Му Яньмэн. А потом со своими читерскими способностями, он не только спас её, но и вылечил все старые шрамы на её теле и лице. Это было даже более жестоко, чем дермабразия*. Однако Нин Шу могла понять логику. Не могла же Му Яньмэн всё время оставаться обезображенной. Без её прекрасной кожи, как она могла продолжать очаровывать так много мужчин настолько, что они отказались от своих жизней, чтобы разделить её между собой? Этот божественный доктор был самым спокойным и сдержанным мужчиной в гареме Му Яньмэн. А ещё он был самым холодным. Единственный раз, когда между ними что-то произошло, это когда он делал какой-то медицинский порошок, но что-то пошло не так и получился афродизиак. Он был таким сильным, что ему никто не мог воспротивиться. Не спрашивайте, как божественный доктор смог случайно приготовить афродизиак, совершенно очевидно, что это всё было ради сохранения истории. Под влиянием этого лекарства божественный доктор изнасиловал Му Яньмэн. Нин Шу глянула на его спину. Разве у него нет, мать его, собственной руки? Он не мог просто потеребить себя? Божественный доктор повёл себя так, как и должен его персонаж. После того, что произошло, он дал Му Яньмэн медицинскую пилюлю и сказал, что если она засунет её туда, то основа станет девственницей. А невысказанным значением этого было то, что он не собирался брать на себя ответственность. Му Яньмэн приняла пилюлю, ничего не говоря. После этого божественный доктор никогда больше не касался Му Яньмэн. В отличие от других мужчин, божественный доктор не лишился рассудка от тела Му Яньмэн. Даже когда он потом поделился Му Яньмэн с другими мужчинами, а другие мужчины сражались за право воспользоваться Му Яньмэн, божественный доктор не принимал в этом участия и просто тихо уходил заниматься своими делами. Однако Му Яньмэн любила этого божественного доктора. Нин Шу не могла понять, почему этот божественный доктор засчитался за участника гарема. Вероятно, он больше и не встречался с Му Яньмэн после этого, и не сражался ради обладания её телом. Божественный доктор обернулся и безразлично посмотрел на Нин Шу. - Почему ты меня преследуешь? Его голос был очень холодным и заставлял сердца людей рефлекторно сжиматься. Нин Шу выдавила пару слезинок и, запинаясь, произнесла: - Эта скромная женщина была брошена одна, и ей не на кого положиться. После того, как она разочаровалась в жизни, эта скромная женщина собрала всю свою решимость и спрыгнула в реку. Если я выживу, то это будет означать волю Небес. Если я умру, то такова моя судьба. Нин Шу сжала руки в кулаки и страстно сказала: - Но я выжила. Это значит, что Небеса хотят, чтобы я жила, значит, я должна быть сильной и продолжать жить! Божественный доктор глянул на неё, словно она была душевнобольной, а потом проигнорировал её. Нин Шу продолжила: - Этот герой, тот факт, что мы встретились, тоже можно считать судьбой. Вы были первым человеком, кого я увидела, когда очнулась. Раз мы так связаны судьбой, то давай станем друзьями. Божественный доктор продолжил игнорировать Нин Шу. Нин Шу продолжила давить: - Божественный Доктор, пожалуйста, позвольте мне стать вашей ученицей! Я хочу знать, как вылечить того, кто принял афродизиак! ______________________________________________________________________ * Дермабразия – современный аппаратный метод механического пилинга кожи, основанный на послойной её шлифовке. Проводится процедура при помощи аппарата с абразивными насадками. ---------- Отравлю Тебя Насмерть Откуда ты знаешь, что я – божественный доктор? – холодно спросил её божественный доктор, развернувшись к ней лицом. – Кто тебя послал? Нин Шу икнула, а потом сказала: - Я почувствовала запах трав от вас, поэтому я назвала вас божественным доктором, чтобы быть вежливой. Всё же, когда вы встречаете третьесортного мечника цзянху*, то ты всё равно обращаетесь к нему, как благородному герою, чтобы быть вежливым? Это просто вежливая форма обращения, вот и всё. Божественный доктор был очень красивым, но он был просто слишком холоден и скорее походил на ходячий айсберг. Божественный доктор лишь глянул на неё, а затем начал идти быстрее, словно пытался избавиться от неё. Нин Шу подняла свою юбку и побежала вслед за ним. Даже не смотря на то, что она задыхалась от бега, она кричала: - Божественный Доктор, давайте станем друзьями! - Ты что, больная? Божественный доктор нахмурил брови. - А у вас есть лекарство? – Нин Шу вздохнула. – Я лишь хотела знать, есть ли какие-то способы разобраться с тем, кто принял афродизиак, кроме как сношаться с ним. Нин Шу последовала за божественным доктором до самого его дома. Его жилище было гораздо лучше, чем у Вэня Жухуа. По крайней мере, его дом был сделан из бамбука и содержался в чистоте. Перед домом было ухоженное медицинское поле. Тут были посажены всевозможные травы. Нин Шу вздохнула с облегчением. Наконец-то она нашла хорошее место, где можно жить. Божественный доктор вошёл в свой дом. Нин Шу попыталась последовать за ним, но он быстро закрыл дверь, чуть не расплющив нос Нин Шу. Нин Шу было очень холодно. Очень неудобно носить мокрую одежду, поэтому она шлёпнула на землю и начала лупить по двери и кричать: - Старший брат, можешь дать мне старую одежду или что-то вроде того? Я хочу переодеться. Из дома не прозвучало ни звука. Божественный доктор полностью проигнорировал её, поэтому она начала дубасить по двери. - Братец, не будь ты таким. Если все будут друг другу помогать, то завтрашний день станет светлее. Можешь одолжить мне немного одежды? - Проваливай, - голос божественного доктора был очень холодным. – Если ты сейчас не уйдёшь, то я отравлю тебя насмерть. Как ужасно! Нин Шу не посмела провоцировать доктора, который мог как спасать, так и убивать теми же руками, поэтому она ушла из леса и купила какую-то конопляную одежду у крестьян, после чего вернулась к бамбуковому дому. Божественный доктор уже вышел из дома и в данный момент проверял травы. Нин Шу поспешно подошла к нему, чтобы поприветствовать, и спросила: - Божественный Доктор, вы уже поели? Божественный доктор очень холодно посмотрел на неё. - Ты зачем вернулась? Нин Шу искренне сказала: - Я хочу научиться у вас медицине. Божественный доктор словно не услышал её, поэтому она повторила громче: - Я хочу научиться у вас медицине! Божественный доктор нахмурил брови. - У тебя с мозгами что-то не так? Из какой деревни ты пришла? Я уже сказал тебе раньше, без моего разрешения никому нельзя подходить к этому месту. Или ты хочешь, чтобы тебя отравили насмерть? Нин Шу: … С чего это все эти угрозы отравлением? ______________________________________________________________________ "Цзянху" или "боевой мир" – это особый вымышленный мир в котором обычно разворачиваются события историй уся и который населяют мастера единоборств, объединённые в различные секты, кланы и школы. Законы и суды в этом мире по определению несостоятельны, поэтому самым благородным и сильным борцам приходится самостоятельно поддерживать правопорядок. ---------- Легендарный Порошок Ослабления Сухожилий из Десяти Специй - Учитель, я хочу обучиться у вас медицине. Я лишь хочу знать, как вылечить мужчину, который принял афродизиак, чтобы он не пытался трахнуть девушку. Может его бросить в ванну со льдом или стукнуть по голове, чтобы он потерял сознание до тех пор, пока эффект не пройдёт? Божественный доктор нахмурил брови ещё больше и его губы зашевелились, когда он сказал: - Проваливай. Нин Шу действительно почувствовала, что ей лучше проваливать отсюда, когда увидела, что божественный доктор совсем ей не рад. Но она очень хотела научиться у него медицине. Если она побудет тут и узнает ещё немного навыков, то это обернётся для неё сплошной выгодой в будущем. - Учитель, я искренне хочу обучиться у вас медицине. Вы можете относиться ко мне так, словно меня тут нет. Я буду помогать вам ухаживать за травами и делать лекарства. Нин Шу меньше всего переживала из-за того, что будет жить у божественного доктора, так как он был самым холодным и самым безразличным из всей кучи. Похоже, что у него не было никакого интереса к сношению. А так как ей не нужно было волноваться из-за того, что он её завалит, то единственное о чём ей нужно было беспокоиться – это тот вопрос с афродизиаком, поэтому она планировала приготовиться к нему заранее. - Проваливай, - холодно сказал божественный доктор. Нин Шу приподняла свою грудь. Так или иначе, но она же главная женщина, верно? Почему же тогда она вообще не привлекала главного мужчину? Божественный доктор даже не удостоил Нин Шу взглядом, отчего она почувствовала поражение. У неё не оставалось иного выбора, кроме как каждый день крутиться возле бамбукового домика. Божественный доктор, похоже, сильно её невзлюбил и всегда игнорировал её, но она уже была достаточно толстокожей и продолжала крутиться рядом. - Учитель, учитель, пожалуйста, просто примите эту ученицу. Эта ученица обязательно будет усердно учиться и использовать техники Учителя, чтобы привести человечество к великим вершинам развития, - беспрестанно трепалась Нин Шу. Божественный доктор бросил на Нин Шу какой-то порошок. Нин Шу чихнула, а потом всё её тело ослабло. Она разволновалась, так как это было похоже на гипогликемию*, и она упала на землю, парализованная. - Учитель, вы меня отравили? Это легендарный Порошок Ослабления Сухожилий из Десяти Специй? Нин Шу не могла найти в себе силы, чтобы пошевелиться. Она была даже немного напугана. Что она будет делать, если кто-то решил прямо сейчас овладеть ею? И хотя божественный доктор казался очень холодным и безразличным, всё равно он был мужчиной. Учитывая то, каким прекрасным было её тело, влечение между главными мужчиной и женщиной, и тот факт, что старшего братца тайного охранника не было поблизости, шансы на то, что ею могли овладеть, были равны 100%, ах. #комментарий анлейтера: Лол. Легендарный "Порошок Ослабления Сухожилий из Десяти Специй" был описан в уся новелле "Меч Небес и Сабля Дракона" (1961г), который мне пришлось найти, чтобы подобрать правильный перевод этого термина. Но оказалось, что переводчик(и) просто транслитом перевели. Этот яд без запаха и цвета. Поначалу он заставляет человека почувствовать слабость, и он не может пошевелиться. А потом этот человек снова может двигаться, но больше не может использовать свою внутреннюю силу. Прим.переводчика: В феврале 2019 вышла дорама по книге "Меч Небес и Сабля Дракона". Если кто смотрел и в курсе, как на самом деле перевели название этого легендарного порошка – поделитесь в комментариях. - Учитель, вы можете дать мне противоядие? – взмолилась Нин Шу. Божественный доктор не обратил на неё никакого внимания и продолжил заниматься своими вещами. Он полностью игнорировал её присутствие. Изначально Нин Шу волновалась о том, что ей овладеют, но теперь этот человек даже не смотрел на неё. Когда пришло время есть, божественный доктор лишь бросил ей твёрдый китайский кукурузный хлеб. И он даже не удосужился бросить его ей в руку, а просто швырнул на землю, словно кидал кость собаке. Нин Шу: … Я же главная женщина, у меня есть ореол, а ты обращаешься со мной подобным образом! Нин Шу с трудом подобрала кукурузный хлеб, потом вытерла его о свою одежду, прежде чем откусывать. Он был охрененно твёрдым. Почему её жизнь была такой жалкой? Божественный доктор ел большие белые парные булочки, так почему же она должна была есть это? Она почувствовала усталость в сердце, ах. Однако она также почувствовала облегчение, видя, что божественный доктор не проявлял никаких намерений овладеть ею. Каждый раз, когда божественный доктор давал ей кукурузный хлеб, она наращивала свою толстокожесть и просила чашу воды. Потому что так его невозможно было есть, он был просто слишком сухим. Нин Шу спросила божественного доктора: - Учитель, где вы достали этот кукурузный хлеб? Сегодня кукурузный хлеб совсем уж твёрдый. У меня зубы чуть не потрескались. В следующий раз сделайте его мягче. Нин Шу даже не надеялась, что божественный доктор ей ответит. Он был очень холодным и почти не разговаривал, возможно потому, что он привык быть один. - Это плата от жителя деревни за то, что я его вылечил, - холодно ответил божественный доктор. – И этот хлеб занимает слишком много места. Нин Шу: … Она почувствовала больше в сердце, словно оно было раздавлено. Ей показалось, что для этого божественного доктора она просто мусорное ведро. - Так ты действительно хочешь обучиться у меня медицине? – внезапно спросил божественный доктор. Нин Шу тут же ответила: - Конечно, хочу. Я хочу обучиться у вас медицине, Учитель, а потом привести человечество к новым высотам. Божественный доктор не обратил внимания на её виртуозное заявление и просто спросил: - Как думаешь, чем должны обладать люди, которые хотят обучаться медицине? Это что, вступительный экзамен? Нин Шу почувствовала, что ей нужно отвечать серьёзно. Она пристально посмотрела в его лицо, надеясь найти там хоть какой-то намёк, но на нём не было никакого выражения, словно он было вырезано изо льда. Поэтому она попыталась ответить: - Состраданием? #комментарий анлейтера: А вы что думаете? Вопрос1. Чем должен обладать человек, который хочет обучаться медицине? Вопрос2. Какой ответ хотел услышать божественный доктор? Вопрос3. Пройдёт ли проверку Нин Шу?! ______________________________________________________________________ * гипогликемия – недостаток сахара в крови ---------- Пожалуйста, Научите Меня Чинить Игрушки! Когда Нин Шу в качестве ответа предложила сострадание, божественный доктор лишь холодно рассмеялся. - Неужели это неправильный ответ? Когда Нин Шу увидела, что божественный доктор смотрит на неё с вдумчивым выражением лица, она спросила: - Так чем же должны обладать люди, изучающие медицину? Божественный доктор посмотрел на неё, а потом спокойно сказал: - Все живые существа в мире не более чем и игрушки под чьим-то контролем. Нин Шу: … А на человеческом языке можно, пожалуйста?! Божественный доктор сказал: - Ты не подходишь для изучения медицины. - Нет, я смогу, - решительно сказала Нин Шу. - Изучение медицины означает использование одной вещи, чтобы восполнить недостаток другой вещи. Использование трав для лечения людей – это просто использование трав для восстановления тела человека, - сказал божественный доктор. – Что ты там сказала? Сострадание? Это ещё откуда взялось, чёрт возьми? Нин Шу: … Разве не говорят, что доктора – это самые гуманные люди? Что не так с её ответом? Божественный доктор не только обладал холодной личностью, но даже его сердце было холодным. Он явно считал людей игрушками, которые нужно чинить. Если он был рад, то он играл с ними, а если нет, то игнорировал их. Она-то думала, что он был внешне холодным, но страстным человеком внутри, но оказалось, что он был ледяным до глубины души. И как только Му Яньмэн могла его терпеть? Нин Шу посмотрела на него и попросила: - Учитель, можете научить меня, как чинить игрушки? - Я уже сказал тебе, что ты не подходишь. Божественный доктор покачал головой с холодным выражением лица. После того, как Нин Шу продолжила бесстыдно настаивать, божественный доктор, наконец-то, уступил и позволил ей начать… удобрять травы навозом. И вот Нин Шу начала проводить свои дни, таская ведро и удобряя травы перерождением обычных зёрен. Иногда она пахала или полола. Даже после того, как она избежала судьбы очистки ночных горшков в Резиденции Ци, она не смогла избежать судьбы раскладывания навоза по грядкам. Вот почему, когда другие люди были главными женщинами, то всегда было так, что учитель умолял их стать их ученицами, но, когда дело дошло до неё, то всё было наоборот? Она каждый день начисто отмывалась, но всё равно чувствовала себя так, словно этот запах прилип к ней. Вот серьёзно. С тех пор, как запах навоза начал прилипать к ней, божественный доктор держался от Нин Шу всё дальше и дальше. Она с ним едва обменивалась парой слов. Во время приёма пищи было ещё меньше шансов на разговор. Ежедневное меню Нин Шу состояло из кукурузного хлеба, кукурузного хлеба и ещё больше кукурузного хлеба. А всё потому, что ещё одним её заданием было прикончить все запасы твердокаменного кукурузного хлеба. #комментарий анлейта: Лол, я постоянно пишу школьный доктор и божественный дядя. ---------- Очень Хотела Поговорить по Душам Нин Шу съела так много этого кукурузного хлеба, что у неё начался запор, и ей всегда было больно, когда она сидела на толчке. Однако божественный доктор, похоже, не любил есть мясо, поэтому в его доме не было никакого жира или топлёного сала. Жизнь была очень сурова. После того, как она столько времени не ела мяса она начала очень сильно его хотеть. Периодически некоторые жители деревни приносили божественному доктору угощения. Нин Шу лишь смотрела со стороны, как эти люди угощают божественного доктора. Эти жители деревни приносили ему всякие овощи, или мешок муки, или крошечный кусочек мяса. Потом глаза Нин Шу практически светились зелёной завистью, когда она не сводила взгляда с этих кусочков мяса. Большая часть мяса, в итоге, оказывалась у неё. И вот так неспешно проходили дни. Отношения Нин Шу и божественного доктора не продвинулись ни на сантиметр. Они всё ещё едва разговаривали, так как божественный доктор всегда работал внутри, пока Нин Шу присматривала за садом лечебных трав во дворе. Нин Шу считала своей работой этот уход за садом. После того, как она присматривала за этим садом каждый день, она вскоре запомнила все травы. Когда божественный доктор выглядел не сильно занятым, она спрашивала его об особых характеристиках и медицинских свойствах этих растений. Божественный доктор объяснял, но обычно рассказывал ей это один раз, даже не удосуживаясь убедиться в том, что Нин Шу запомнила или поняла всё сказанное им. Травы, которые росли в саду божественного доктора, все были самыми обычными, и за ними было легко ухаживать. Они использовались для лечения самых распространённых недугов. Нин Шу однажды спросила божественного доктора, почему он не посадит более ценные растения. Божественный доктор холодно посмотрел на неё, а потом спокойно сказал, что ценные растения требуют особых условий и ухода. А он не заинтересован в том, чтобы ухаживать за такими привередливыми вещами. К тому же, большинство болезней требуют лишь обычных трав, которые были в изобилии. Нин Шу очень хотела поговорить по душам с божественным доктором. О том, как у не обстоят дела с семьёй, о его родителях, о его возрасте и прочих подобных вещах, которые могли бы сократить дистанцию между ними, но божественный доктор постоянно игнорировал её. Нин Шу просто теряла дар речи. Как так вышло, что в этом мире есть кто-то подобный ему? Она уже не особо надеялась на то, что сможет научиться медицине, и начала больше интересоваться ядами. Если она сможет сделать яд, то это будет дополнительным защитным средством, на которое она сможет полагаться, когда будет работать над заданиями. С тем, через сколько миров ей предстоит пройти, если у неё не будет способа защитить себя, то неудача будет неизбежной. И тогда больше не будет существовать человека по имени Нин Шу. Как бы там ни было, быть живым – это лучше, чем быть мёртвым. Поэтому, когда она сталкивалась с этим божественным доктором, который игнорировал все её попытки подружиться с ним, она хотела просто убить его, заковать его в кандалы и заставить обучать её. Ха-ха-ха, но это должно остаться лишь фантазией. Он уже использовал на ней Порошок Ослабляющий Сухожилия в прошлый раз. Кто знает, что он использует на ней в следующий раз? Она должна просто сфокусироваться на том, чтобы изучить всё, что можно о тех растениях, что есть в саду. Когда она жевала очередной каменный кукурузный хлеб, божественный доктор бросил Нин Шу книгу. Нин Шу поспешно вытерла руки, а потом подобрала книгу и прочитала название. - Э? Почему я не узнаю эти слова? - Потому что ты держишь её вверх ногами, - холодно ответил божественный доктор. Нин Шу не продемонстрировала ни следа смущения и спокойно перевернула книгу, чтобы посмотреть на название. - Собрание Сотен Трав. Нин Шу открыла книгу и обнаружила, что она была заполнена информацией о траволечении. Она радостно сказала: - Учитель, спасибо вам! Божественный доктор остался очень холодным и просто развернулся и ушёл. После того, как Нин Шу столько времени общалась с божественным доктором, она уже не обращала внимания на его поведение. Божественный доктор всегда игнорировал её, поэтому она научилась игнорировать его холодное поведение. Хоть книга и называлась Собрание Сотен Трав, в нём были собрана информация более чем о сотне трав, и каждая запись была очень подробной. И вот так, когда она не была занята уходом за садом, она читала Собрание Сотен Трав и запоминала её содержимое. Время от времени, божественный доктор устраивал опрос для Нин Шу, чтобы посмотреть, как много она запомнила, и давал ей возможность создать некоторые лекарства на основе трав по инструкциям из этой книги. Только тогда Нин Шу поняла, как на самом деле хлопотно создавать лекарства из трав. Было так много вещей, про которые нужно было помнить в процессе, и у неё голова словно распухала, пытаясь удержать всё это. Однако она продолжила старательно работать и не таила обиды на божественного доктора за то, что он не учит её медицине. Ей было достаточно и того, что она узнала, как правильно делать самые базовые вещи. К тому же, между ней и божественным доктором не было никаких отношений, поэтому она была очень благодарна ему за то, что он уже дал ей возможность научиться столь многому. В реальности, это был единственный мужчина из всех главных мужчин, которого Нин Шу уважала. И хотя у других главных мужчин был высокий статус в обществе, они всегда казались очень свободными и всегда флиртовали с Му Яньмэн. Похоже, что они никогда не занимались какой-нибудь работой. Однако откуда взяться логике в мире хентая? Всё, что было нужно – это сношения главных героев. Нин Шу уважала способных людей, и этот божественный доктор был очень способным. К тому же, он не проводил всё время, пытаясь переспать с главной женщиной, поэтому он был гораздо более нормальным, чем остальные. Вот только он был чуточку слишком холодным, поэтому с ним было трудно общаться. Нин Шу была очень занята каждый день. Её мысли были заполнены содержимым книги Собрание Сотен Трав и заданиями, которые ей выдавал божественный доктор. Это было впервые, когда она поладила с главным мужчиной, с тех пор, как пришла в этот мир. До этого, если она не сражалась с ними напрямую, она всегда была занята тем, что придумывала способы избежать того, чтобы её не завалили в постель. А вот сейчас ей даже хотелось стать побратимами с божественным доктором, но, сожалению, стандарты божественного доктора были слишком высоки. ---------- Очень Насыщенная Жизнь В горах не было ощущения времени. Нин Шу не знала, как долго она пробыла там, но её дни были очень насыщенными. Она проводила дни, разбираясь с растениями. Позже божественный доктор дал Нин Шу ещё несколько книг, которые содержали лишь самые простые способы лечения болезней, но Нин Шу всё равно была очень рада. Всё нужно изучать с самого основания. И, по крайней мере, теперь она знает, какие травы можно использовать для того, чтобы остановить кровотечение или предотвратить воспаление. Нин Шу чувствовала себя очень довольной. Если приходил житель деревни и просил подлечить его, а у него были лишь простые раны вроде царапин, то божественный доктор поручал Нин Шу вылечить его. Если для лечения требовалось выпить лекарство то, естественно, таким Нин Шу не занималась, так как она ещё не знала, как делать такое лекарство. Нин Шу лишь наблюдала со стороны, как божественный доктор лечил пациентов. И хотя он был очень холодным, он всё равно был очень серьёзен, когда работал. Она почувствовала, что её отношения с божественным доктором стали лучше. Самым заметным доказательством тому было то, что божественный доктор больше не заставлял её есть тот твёрдый кукурузный хлеб. Вместо этого он кормил её кукурузным хлебом, сделанным из грубого помола и муки. Хоть этот хлеб и было так же трудно есть. Божественный доктор сел напротив неё, а потом положил перед ней свою руку и холодно сказал: - Ты должна начать обучаться тому, как читать пульс. Попробуй прочитать мой пульс. Нин Шу нервно сглотнула. Если честно, то она немного боялась медицинской сферы, так как она рефлекторно вспоминала извращённого школьного дядю доктора. Её рука немного дрожала, когда она зажала запястье божественного доктора. Её лицо наполнилось шоком. - Учитель, у вас нет пульса? - Ты не туда пальцы положила, - ледяным тоном сказал божественный доктор. Нин Шу: … Нин Шу зажала пульс божественного доктора. Обычно пульс ощущается ритмичным и сильным, но у божественного доктора пульс был совершенно хаотичным. Нин Шу невольно задумалась, не ошиблась ли она снова. Как у нормального человека может быть такой пульс? Она неловко улыбнулась божественному доктору, а потом снова начала нащупывать его пульс. Спустя несколько секунд проверки, результат оказался таким же. У божественного доктора-учителя явно был порок сердца. - Прошёл уже почти час, так и какой вердикт ты готова вынести? – холодно спросил божественный доктор. Нин Шу убрала свою руку и сказала: - Эта ученица ещё лишь только ступает на это поле и слишком неопытна, чтобы выносить вердикт. Взгляд божественного доктора наполнился презрением, когда он холодно сказал: - Ты не можешь даже сказать, насколько ясно он читался? Да с тем, насколько ясно он читался, ты всё равно не смогла ничего понять? Как и ожидалось, ты не подходишь для изучения медицины. Моё состояние называется аритмия. Это когда сердце не бьётся как надо. Это же был такой ясный пульс, как ты вообще могла это упустить? Взгляд божественного доктора выражал разочарование. Нин Шу: … Она действительно не знала, что у него порок сердца. - Это врождённое? Божественный доктор глянул на неё. - Подобный тип болезни обычно присутствует с самого рождения. Нин Шу не знала, что сказать, чтобы утешить его. Болезнь такого типа невозможно было вылечить. Даже в современном обществе с продвинутыми технологиями, лекарство ещё так и не нашли. Единственный возможный метод – это пересадка сердца. Она наконец-то поняла, почему божественный доктор словно не имел никаких чувств. Для людей с подобным заболеванием, быть эмоциональным – это табу. Теперь было понятно, почему божественный доктор не был заинтересован в сексе. Хоть остальные и называли его божественным доктором, он не мог вылечить собственную болезнь. Он был словно на другом конце спектра, по сравнению с остальными волкоподобными главными мужчинами. Подобная интенсивная активность могла вредно сказаться на его теле. Если бы он перевозбудился, то у него мог случиться сердечный приступ прямо на Му Яньмэн. Однако, раз, в итоге он вошёл в гарем Му Яньмэн, то у него, вероятно, были какие-то чувства к Му Яньмэн. ---------- Ты Не Соответствуешь Стандартам Нин Шу с жалостью посмотрела на божественного доктора. Божественный доктор проигнорировал взгляд Нин Шу и спросил: - Так ты будешь лечить подобное заболевание? - Это неизлечимая болезнь, её невозможно вылечить, - рефлекторно ответила Нин Шу. Божественный доктор посмотрел на неё, поэтому она поспешно исправила свои слова. - Нет, я хотела сказать, что от подобного заболевания очень трудно полностью излечиться. Однако если поддерживаться привычек здорового образа жизни и вести себя осторожно, не сильно тревожась, то пациент сможет жить почти как обычный человек. - И какое лекарство нужно принимать? – холодно спросил божественный доктор. Нин Шу ответила: - Растворять в воде сердцеукрепляющую пилюлю и пить. - А из чего сделана сердцеукрепляющая пилюля? – продолжил спрашивать божественный доктор. Нин Шу тщательно отвечала на вопросы божественного доктора. В итоге, он покачал головой и сказал: - Ты не соответствуешь стандартам. У тебя нет квалификации, чтобы перенять моё наследие. Я не хочу оказаться тем, кто передаёт вещи, что дал мне мой учитель, в руки кого-то вроде тебя. Нин Шу: … А что с ней было не так? - Учитель? А в чём проблема со мной? – спросила Нин Шу. – Как так вышло, что я не смогла соответствовать требованиям? Что бы это ни было, я могу это поменять? Я думаю, что меня ещё можно спасти, пожалуйста, дайте мне ещё одну попытку. Божественный доктор спокойно сказал: - Ты – женщина. Провал!! Да что это вообще за причина такая? Это дискриминация по полу! Ладно, хорошо, это была слишком сильная причина, поэтому она даже не знала, как возразить. ______________________________________________________________________ Выяснив, что божественного доктора был порок сердца, она уже больше не смела его подначивать. Она решила сделать для него немного сердцеукрепляющих пилюль. Ей показалось, что он достаточно хорошо к ней относился, поэтому и она должна относиться к нему немного лучше. Таков был её девиз – отвечать на благосклонность и недоброжелательность тем же самым. Самым редким ингредиентом для сердцукрепляющих пилюль был женьшень. Женьшень всегда использовался в медицине для усиления жизненно-важных органов человека, поэтому Нин Шу подвязала себе на спину бамбуковую корзину и решила испытать свою удачу на горе, решив отправиться на поиски женьшеня. Она была в курсе того, что это путешествие может оказаться бесполезным, потому что найти женьшень было не так уж легко. Однако у неё с собой не было ни монеты, и она потеряла все контакты с тайным охранником и Юэ Лань. К счастью, она отдала половину своих ценностей Юэ Лань, поэтому у тайного охранника и Юэ Лань наверняка всё в порядке. Она просто не знала, встретятся ли они снова. - Куда это ты собралась? – спросил божественный доктор, когда он увидел, что Нин Шу несёт бамбуковую корзину. Нин Шу ответила: - Я собираюсь подняться в гору и собрать немного трав. Он ничего не сказал ей в ответ. Но, когда Нин Шу была уже довольно далеко, он холодно сказал: - Будь осторожна. Нин Шу на мгновение удивилась, а потом улыбнулась и ответила: - Поняла. Нин Шу гуляла по горе и пользовалась палкой, чтобы отодвигать в сторону ежевику, прежде чем присаживаться и искать женьшень. Если честно, то она и сама не была уверена в том, что сможет найти женьшень. Это маленькое растение было слишком редким. Даже сейчас, когда она вспомнила, как великодушно отдала старику отцу Хэ Дахуа тот женьшень, её сердце вздрогнуло от укола боли. Вэнь Жухуа наверняка уже украл тот женьшень к этому времени. Проголодавшись, она достала кукурузный хлеб, чтобы поесть. Результат поисков был вполне ожидаемым, она не нашла и следов женьшеня. Однако она собрала и некоторые другие травы, поэтому поход не был таким уж бесплодным. Нин Шу решила, что в будущем обязательно добавит все свои очки атрибутов в удачу. Быть неудачливой – это отстой. И это впустую тратит слишком много времени. Когда Нин Шу вернулась к бамбуковому домику, уже почти стемнело. Как оказалось, божественный доктор стоял у двери и ждал её. Когда она увидела человека, одетого во всё белое в темноте ночи, внезапно для себя она была очень тронута. Это было впервые, когда у неё появились подобные эмоции по отношению к главному мужчине, с тех пор, как она пришла в этот мир. Эта эмоция не имела ничего общего с любовью. Это было ощущение правильности, что она могла вот так спокойно и мирно общаться с другим человеком. Не нужно было устраивать интенсивную истерику или заставлять чувствовать боль. Это были просто утешающие отношения. Ну, разве это не было прекрасно? ---------- Люди Жили Ради Хорошей Еды Нин Шу подошла к божественному доктору и с улыбкой спросила: - Учитель, вы ждали меня? Божественный доктор холодно ответит: - Нет. Нин Шу не обратила на это внимания и просто спросила: - Учитель, вы уже поели? Божественный доктор не ответил. После того, как Нин Шу сняла со спины бамбуковую корзину, он спокойно сказал: - Там немного еды на столе. В тот момент, когда Нин Шу вошла в дом, она увидела, что на столе были овощи, мясо и даже белые парные булочки. Её рот тут же наполнила слюна, и она закричала от радостного удивления: - Учитель, это всё для меня? - Это мне сегодня житель деревни принёс. Я уже поел, так что это просто остатки. С этими словами божественный доктор отправился во двор, чтобы посмотреть на травы. Нин Шу было всё равно, поел божественный доктор или нет. Она поспешила сесть за стол и приступить к еде. После того, что она так долго ела кукурузный хлеб, она почувствовала себя словно благословлённой от того, что снова может есть мясо. Люди жили ради хорошей еды. После того, как Нин Шу закончила есть, божественный доктор снова засыпал её вопросами о травах и рецептах. А потом он спросил: - Какой медицинский ингредиент ты ищешь? Ты его уже нашла? – спросил он. – Если ты ищешь медицинские ингредиенты, то тебе нужно учитывать их особенности, а не бегать без разбора по всей горе. Нин Шу с любопытством посмотрела на божественного доктора. - Учитель, как вы узнали, что я бегала по всей горе? Божественный доктор холодно посмотрел на неё. - Некоторые из собранных тобой растений предпочитают расти в тени, а другие – предпочитают солнечные области. Есть даже несколько таких, которые растут только вблизи воды. Ты недостаточно делала свою домашнюю работу. Божественный доктор нахмурил брови. Охренеть, он действительно был очень обстоятельным человеком. Если он когда-нибудь решил отказаться от профессии божественного доктора, то он может стать божественным детективом. Нин Шу почувствовала, что ей действительно стоит серьёзно и смиренно учиться у божественного доктора. - Эта ученица тщательно запомнит все учения Учителя, - серьёзно сказала Нин Шу. – В будущем, эта ученица станет первым поколением женских божественных докторов! Божественный доктор посмотрел на неё так, словно она была психически больна, а потом вернулся в свою комнату, не сказав ни слова. На следующий день Нин Шу снова приготовилась обыскивать гору. Божественный доктор холодно сказала: - А что именно ты ищешь? Женщине ходить по горе в одиночку небезопасно. Ты скажи мне, и я попрошу кого-нибудь принести это для тебя. Нин Шу сказала с улыбкой: - Да всё в порядке. Я сегодня ещё раз попробую только. Если я не смогу найти, то я сдамся. Божественный доктор молча вернулся в дом. Нин Шу снова поднялась на гору с бамбуковой корзиной и продолжила искать женьшень. Есть поговорка, что женьшень может убежать. Нин Шу чувствовала себя так, словно весь женьшень на горе убегает от неё. Спустя день поисков, она наконец-то нашла женьшень, который был довольно старым. Если из него сделать сердцеукрепляющие пилюли, то их надолго хватит божественному доктору. Нин Шу показалось, что божественный доктор был очень бедным, и у него вообще нет денег, так как все жители деревни, которые приходили к нему за лечением, платили ему местными деликатесами. И она не видела, чтобы божественный доктор принимал какие-либо лекарства самостоятельно. Всё, что он делал – это лечил себя периодически акупунктурой, поэтому она не могла не почувствовать жалости к нему. И поэтому она тут же села и начала выкапывать женьшень. Один только этот процесс занял у неё половину дня. Было очень важно выкопать все корни женьшеня, не повреждая его кожуру. Когда она наконец-то выкопала его, она обнаружила, что он был толщиной с её палец. Если бы она продала его, то заработала бы изрядную сумму. Она осторожно подвязала его красной лентой, потом завернула и приготовилась к возвращению. По пути назад она услышала тихие звуки детского плача. Она тут же покрылась гусиной кожей. Это же не может быть призрак, верно? Она начала идти быстрее, но плач ребёнка становился всё громче. Вероятно, этот ребёнок был где-то неподалёку. Идти, или не идти? Нин Шу покачала головой. Лучше было бы не идти. Любопытство кошку сгубило. Однако она продолжала слышать плач этого ребёнка и даже то, что он звал свою мать. В итоге, она решила пойти и посмотреть, что там произошло. В конце концов, чего ей бояться? Она же была главной женщиной, так что с ней не могло ничего случиться. Она пошла в направлении плача и, в итоге, нашла мальчика в грязной одежде, который плакал у дороги. Она подошла к нему и тихо кашлянула. Ребёнок был ошарашен и он резко развернулся вокруг, чтобы испуганно посмотреть на Нин Шу. Он так сильно рыдал, что аж икал. - Ты - плохой человек, который пришёл меня поймать? – спросил мальчик. Нин Шу закатила глаза. - Ты когда-нибудь видел плохих людей таких же красивых, как я? Не пугайся, я не плохой человек. Дружочек, ты сам-то что тут делаешь? ---------- Нашла Вам Преемника Ребёнок снова заплакал навзрыд. Нин Шу была немного уставшей от ходьбы, поэтому она сняла бамбуковую корзину и села рядом с ребёнком. Она стала ждать, пока он не перестал плакать. Мальчик, вероятно, теперь уже был не таким напуганным, потому что больше не был один, поэтому он вскоре перестал плакать и сказал: - Тётушка, я не могу найти моих папочку или мамочку. - Зови меня старшей сестрицей, я не настолько старая. Нин Шу подняла брови и внимательно посмотрела на него. Мальчик поспешно закричал: - Старшая сестрица, я не могу найти моих родителей. - А где твои родители? – спросила Нин Шу. – Ты же не какой-то там горный дух, верно? - Ааа! Старшая сестрица, не пугай меня. Может это ты – горный дух? Мальчик испуганно отодвинулся от неё. Нин Шу снова спросила ребёнка о его родителях и он, наконец-то рассказал ей всю историю, продолжая рыдать. Во время прогулки всей семьёй, они столкнулись с бандитами, поэтому родители решили увести бандитов прочь. Они сказали мальчику ждать тут, но он тут уже прождал два дня, а их так и не было видно. Нин Шу дала ему пожевать парных булочек. - Может ты местом ошибся? Может это не то место, куда родители сказали тебе идти. - Я не ошибся. Мой папа сказал, что это место в двух километрах вдоль дороги, - уверенно ответил мальчик. Нин Шу почувствовала лёгкое головокружение. Такой маленький ребёнок знает, сколько это – два километра? - Ты уверен, что местом не ошибся? Ребёнок начал жадно есть парную булочку, а слёзы ручьями текли у него по щекам. - Это правильное место. Нин Шу встала и отряхнула свою задницу. - Тогда продолжай ждать. А я пойду. Мальчик поспешно схватил Нин Шу за рукав и закричал: - Старшая сестрица не уходи. Нин Шу: … Она не смогла придумать ничего иного, кроме как привести ребёнка обратно к бамбуковому дому, чтобы он некоторое время побыл там. Когда божественный доктор увидел, что человек, ушедший один, вернулся ещё с одним, он холодно посмотрел на неё. - Объясни. У него было такое выражение лица, словно у мужа, который застал жену за изменой. Конечно же, Нин Шу это всё просто показалось. Ребёнок спрятался за Нин Шу и поглядывал на божественного доктора с ледяными манерами. Мальчик нервно стиснул губы и вот-вот готов был снова расплакаться. Нин Шу вкратце объяснила, откуда взялся ребенок, и закончила фразой: - Если с родителями этого мальчика что-то действительно произошло, то он, вероятно, останется с нами. А это означает, что я нашла вам преемника. Нин Шу поставила ребёнка перед собой. - И он – мальчик. Сказав это, Нин Шу стащила штаны мальчика, чтобы показать доказательство. Ребёнок закричал, натягивая свои штаны обратно: - Я правда мальчик! - Видите? Я нашла вам преемника. Теперь у вас будет тот, кому вы сможете передать своё наследие, - сказала Нин Шу с улыбкой. ---------- Дети Из Богатых Семей Всегда Взрослеют Рано У божественного доктора было натуральное холодное лицо. Даже столкнувшись с маленьким ребёнком, его лицо мало что выражало. Если следовать нормальной логике, то после того, как Нин Шу нашла для него преемника, то он должен был высказать несколько слов беспокойства по поводу ребёнка, даже если без особого энтузиазма, но нет. И вот так мальчик поселился в бамбуковом доме. Все, что было связано с заботой о ребёнке легло на плечи Нин Шу. Нин Шу этим фактом очень раздосадовалась, так как дети всегда приносили больше всего хлопот. Когда она наконец-то отмыла ребёнка, он сказал, что напуган и настаивал на том, чтобы спать с Нин Шу. Нин Шу тут же сказала, что она чиста и невинна, поэтому ни за что не может лечь с мужчиной. Хоть мальчику и было всего пять лет, он всё равно был мужчиной. Божественный доктор ничего не сказал в ответ на бессердечный жест Нин Шу, и лишь спросил: - Ты нашла тот ингредиент, который искала? Ох, верно же! Из-за ребёнка она и забыла о том, что смогла найти женьшень. Она быстро достала женьшень из бамбуковой корзины и сказала: - Взгляните! Я нашла женьшень. Скоро я сделаю для вас сердцеукрепляющие пилюли. Божественный доктор холодно сказал: - Они для меня бесполезны. Не нужно их делать, потому что ты впустую потратишь ценный ингредиент. - Как они могут быть бесполезными? Разве у вас нет проблем с сердцем? Если его правильно укреплять, то вы будет в порядке, - сказала Нин Шу. – Этот женьшень я нашла специально для вас. Божественный доктор глянул на женьшень, который она держала в руках, а потом сказал: - Этот женьшень неплохой, но ты была невнимательная, когда выкапывала его. Некоторые части его кожуры повреждены. Нин Шу не успела ответить, когда он продолжил. - Вот почему я всегда учу тебя внимательно наблюдать и изучать, а иначе ты будешь портить всё то хорошее, с чем столкнёшься. Божественный доктор, похоже, был немного раздражён тем, что Нин Шу не достигла прогресса. Однако Нин Шу спокойно ответила: - Да всё нормально. Я сразу сделаю из него сердцеукрепляющие пилюли. Я же не собираюсь его продавать, поэтому незачем переживать из-за качества. Божественный доктор сказал холодно: - Тем не менее, не важно, на продажу он или нет, всё равно очень важно поддерживать качество медицинского ингредиента, чтобы он оставался как можно более сильнодействующим. А ты испортила некоторые его медицинские свойства. Это уже не так просто, как вопрос качества. Нин Шу поспешно кивнула. - Я поняла. В будущем я обязательно буду внимательна. У Нин Шу была самая толстая кожа из всех, кого когда-либо встречал божественный доктор. Словно она не разозлится, и не важно, что ты ей скажешь. Как бы строго ты к ней не относился, она никогда не примет это близко к сердцу. Однако было ли это потому, что у неё было большое сердце, или потому, что она наоборот была бессердечной? ______________________________________________________________________ На следующий день, прислушавшись к мольбам мальчика, Нин Шу пошла с ним на поиски его родителей. Но она не планировала заходить далеко. Лишь немного оглядеться. Изначально божественный доктор тоже хотел пойти с ними, но Нин Шу отговорила его. С его состоянием здоровья, ему будет лучше избегать напряжённой активности. Маленький мальчик оказался довольно умным и начал искать вдоль тропы, по которой он бежал до этого. В итоге, они нашли два трупа в лесу. Трупы были искалечены до неузнаваемости, а на женщине не было никакой одежды. Было сразу ясно, с чем ей пришлось столкнуться, прежде чем она умерла. Маленький мальчик стиснул зубы и заставил себя сдержать слёзы, когда подошёл накрыть свою мать одеждой. После этого он повернулся к Нин Шу и сказал: - Старшая сестрица, я хочу кремировать своих родителей. Нин Шу была немного ошарашена. Люди древней эпохи всегда верили, что только похороненные люди упокоятся с миром, так почему же этот маленький мальчик хочет кремировать своих родителей? - Я хочу носить их пепел с собой. Мальчик так сильно стиснул зубы, что у него затряслись щёки. - Ладно. Нин Шу кивнула ему. Мальчик сам зажёг погребальный костёр, а потом собрал пепел в кувшин и понёс его в своих руках. Нин Шу спросила: - Что ты планируешь делать в будущем? У тебя есть другие родственники? Если нет, то ты можешь стать учеником моего учителя и изучать медицину. - У меня есть родственники, но я не могу считать их родственниками. Они, вероятно, будут рады услышать, что мой отец погиб несчастным образом. Я не вернусь. Мальчик покачал головой. Хоть его лицо и было детским, но его слова вовсе не были детскими. Дети из богатых семей всегда взрослеют рано. ---------- Маленький Младший Братик - О, кстати, а ты помнишь, как выглядели бандиты, которые на вас напали? – спросила Нин Шу. Маленький мальчик кивнул. - Это был очень красивый мужчина. У Нин Шу ёкнуло сердце. - Он выглядел как учёный? Мальчик снова кивнул. - Да. В тот момент, как он открыл свой рот, он обвинил моего папу в том, что тот притесняет простых граждан, продавая товары по завышенным ценам и лишая их плодов их тяжёлого труда. Мой папа объяснил, что наша семья всегда вела бизнес честно и никогда не делала ничего подобного, вроде искусственного завышения цен, но тот человек даже не стал слушать. Охренеть, этим человеком с синдромом восьмиклассника явно был Вэнь Жухуа. Как и ожидалось, он действительно стал таким. Он всё ходил и щеголял своей праведностью, но какое у него было право убивать людей? Кто дал ему право забирать жизни других? Он же явно вымещал на других свою неудовлетворённость. Нин Шу снова захотелось его убить. - Идём. Она привела мальчика обратно к бамбуковому домику. Божественный доктор ждал их возвращения у двери. Когда он увидел кувшин в руках мальчика, он спокойно сказал: - Умойтесь и идите есть. Маленький мальчик поставил кувшин в комнате. Пока он ел, слёзы продолжали течь по его щекам. Божественный доктор переложил палочками немного овощей из своей тарелки в тарелку мальчика, а потом сказал: - С этих пор ты должен обучаться у меня медицине. - Спасибо, Учитель, - сказал мальчик, с трудом пытаясь сдержать свои слёзы. - Тебе ещё слишком рано называть меня учителем. Чтобы ты стал официальным учеником нужно ещё провести некоторые церемонии, и такими вещами пренебрегать нельзя, - спокойно сказал божественный доктор. Нин Шу почувствовала раздражение. Так там ещё должны быть церемонии? Это означает, что он с самого начала не собирался принимать её в качестве ученицы! Но он всё равно заставил её заниматься удобрением трав и прополкой, просто чтобы поиздеваться над ней?! На следующий день, мальчик первым дело отмылся до скрипа, затем низко поклонился и съел травы. После целой последовательности церемоний, он стал учеником божественного доктора, и он был единственным его учеником. Нин Шу могла лишь завидовать, наблюдая со стороны. Теперь, когда маленький мальчик официально стал послушником божественного доктора, положение Нин Шу стало несколько неловким, так как она не была послушницей божественного доктора. Божественный доктор спокойно сказал: - В будущем можешь звать её просто старшей сестрой. Хоть она и бесполезная, но она уже некоторое время обучалась у меня и начала обучение раньше тебя. Что он имел в виду под словом "бесполезная"? Как-то он слишком грубо выразился. - Старшая сестра! – воскликнул Сюй Юй, повернувшись к Нин Шу, на лице которой было зловещее выражение. Нин Шу рассмеялась, а потом ответила: - Маленький младший братик. Сюй Юй начал усердно учиться. Божественный доктор давал ему много заданий и Сюй Юй окунулся в обучение, чтобы отвлечься от боли от потери родителей. И хотя Нин Шу не была ученицей божественного доктора, он всё равно требовал от неё такого же усердия. Однако Нин Шу и не возражала, так как это была хорошая возможность изучить полезную способность. И всё же, она волновалась о том, что божественный доктор случайно смешает афродизиак. Для кого-то вроде божественного доктора – это была самая низкопробная ошибка из всех. К тому же, это средство было вредным для его тела. От афродизиака люди возбуждаются так, что они больше не могут сдержаться, и их пульс сильно учащается. Просто удивительно, что у божественного доктора не случился сердечный приступ, но, вероятно, это было из-за его ореола главного мужчины. - Учитель, ах, не смешивайте никаких лекарств, ладно? Если вам нужно что-то сделать, позвольте этой ученице сделать это за вас. А если эта вас не устроит, то всегда есть Сюй Юй. Вы можете поручить это ему. Это ведь обязанность учеников, помогать своим учителям, верно? Нин Шу глянула в сторону Сюй Юя. - Всё верно, Учитель. Сюй Юй поспешно закивал головой. #комментарий анлейта: Хмм, но почему у меня такое ощущение, что у Нин Шу есть ещё большие шансы напортачить и случайно сделать афродизиак? ---------- ЖИЗНЬ ХУЖЕ СМЕРТИ Божественный доктор холодно сказал: - Да какое же лекарство сможет создать столь бесполезный человек, как ты? Люди вроде доктора просто слишком отвратительны. Только потому, что они способны на что-то, это же не даёт им права говорить так грубо? Нин Шу подтянула к себе Сюй Юй и сказала: - Я – бесполезная, но маленький младший братик справится. В будущем, пусть он всё делает. Сюй Юй нахмурился. И почему у него было такое чувство, что его только что затроллили? - В ближайшее время я не собираюсь делать никаких лекарств, - божественный доктор холодно глянул на неё. – Ты уже удобрила травы? Или ты всё ещё зря тратишь тут время и говоришь всякую чепуху? Нин Шу: … Нин Шу почувствовала, что божественный доктор начал становиться более открытым. Самым явным признаком к этому было то, что его подначки в её сторону становились всё более и более ядовитыми. У неё тоже чувствительное и слабое сердце. Ей тоже будет больно от того, что её вот так постоянно дразнят, ясно? Она безрадостно поджала губы, но всё равно повторила: - Что бы там ни было, не делайте никакого лекарства! И вот так дни начали медленно тянуться. Божественный доктор не предпринимал никаких попыток сделать какое-нибудь лекарство, поэтому Нин Шу почувствовала облегчение. Однако она слишком рано расслабилась. В этот конкретный день, когда она полола грядки, она услышала, как люди идут в сторону бамбукового домика. И, судя по звукам, их было немало. - Это тут живёт божественный доктор? – прозвучал чей-то голос. Когда Нин Шу услышала этот голос, она ошарашено застыла на секунду, а потом метнулась в кухню и начала неистово натирать своё лицо и шею сажей с котелков. - Старшая сестра, что ты делаешь? Когда Сюй Юй увидел Нин Шу, ведущую себя столь странным образом, он спросил: - Что ты задумала? Учитель снова устроит тебе выговор, знаешь ли. - Маленький младший братик, к нам пришли посторонние, так что иди и поприветствуй их. Твоя старшая сестра – женщина, поэтому будет неприлично, если мужчин встретит женщина, - сказала Нин Шу, прячась на кухне. Какого хрена?! Это что за грёбанная хрень?! Откуда тут взялся Ло Цзюньянь? С какой стати принцу-регенту приходить в столь отдалённое место? Это же было нелогично?! Он же не может знать, что она тут, верно? - Иди и спроси, о чём они хотят поговорить с Учителем, - Нин Шу выдала Сюй Юю чайник. – Иди, налей гостям чаю. Сюй Юй отправился в главный зал с чайником, поэтому Нин Шу начала метаться по кухне. Она надеялась, что Ло Цзюньянь пришёл сюда не в поисках её. Теперь, когда рядом с ней не было тайного охранника, если её поймают, то на стене будет написан приговор "СМЕРТЬ". Единственный возможный вариант может быть только "ЖИЗНЬ ХУЖЕ СМЕРТИ". Всё же, эти люди были очень талантливы в плане пыток. - Ну что там? Что они сказали? – как только Сюй Юй вернулся обратно, Нин Шу начала выпытывать у него ответы. – Что они сказали? Голос Сюй Юя был немного встревоженным. - Эти люди хотят, чтобы Учитель пошёл с ними и вылечил Императора. - Фух… Нин Шу облегчённо выдохнула, вытирая холодный пот со лба. А потом она спросила: - А что сказал Учитель? - Учитель ещё не согласился. Тот человек сказал, что завтра придёт снова, - ответил Сюй Юй. Нин Шу украдкой вышла из кухни, только когда группа Ло Цзюньяня ушла. Она вошла прямо в комнату и спросила божественного доктора: - Учитель, вы собираетесь в столицу? Когда божественный доктор увидел сажу на лице Нин Шу, он нахмурился и спросил: - Что у тебя с лицом? - Давайте сейчас не будем об этом беспокоиться. Вы собираетесь в столицу, чтобы лечить Императора? – снова спросила Нин Шу. - Разве в этом мире нет монархии? Пока я проживаю на земле этой страны, у меня нет права отказать. Хоть я и отказал им в этот раз, в следующий раз мне всё равно придётся согласиться, - спокойно ответил божественный доктор. Однако Нин Шу не одобрила его поведения. - Но сможет ли ваше тело выдержать это? Это место довольно далеко от столицы. - Ты прячешься от тех людей? – внезапно спросил божественный доктор и этот совершенно не связанный с темой беседы вопрос застал Нин Шу врасплох. - Ты боишься этих людей? – снова спросил божественный доктор. Этот парень действительно был хорошо в том, что подмечал даже мельчайшие детали. Когда Нин Шу не ответила, божественный доктор не стал настаивать дальше. Сюй Юй хотел отправиться в столицу, поэтому он сказал: - Учитель, пожалуйста, возьмите меня с собой! Я никогда раньше не был в Императорском Дворце. - Будь хорошим мальчиком и оставайся тут со своей старшей сестрой. И не забывай про свою домашнюю работу, - сказал божественный доктор. Потом он сказал Нин Шу: - Хорошенько присматривай за домом. - А вы не можете не ехать? Как вообще такое произошло? Было такое ощущение, что история уже изменилась до неузнаваемости. Божественный доктор спокойно сказал: - Помоги мне собраться. Раз ты боишься этих людей, то не выходи провожать меня. И не попадайся им на глаза. Нин Шу снова вздохнула. - Ладно, Учитель. Я начну собирать для вас вещи. Спустя некоторое время она сказала: - Учитель, теперь тут только я и Сюй Юй, женщина и ребёнок. Это слишком опасно. Почему бы вам не научить нас, как делать яд? Нин Шу наконец-то добралась до своей мотивации. Божественный доктор глянул на неё, а потом кивнул. - Ладно. Нин Шу чуть не начала прыгать от радостного возбуждения. ---------- Быстро Усваиваешь Неортодоксальные Вещи Божественный доктор начал обучать Нин Шу и Сюй Юя тому, как сделать яд. - Яд – это просто результат смешивания вместе трав или жидкостей с токсичными свойствами. Он также может быть результатом использования большого объёма травы, которая токсична в больших количествах. Потом он дал Нин Шу инструкцию для создания ядов. Нин Шу вскоре ознакомилась с тем, как создавать множество ядов. Божественный доктор холодно заметил: - А ты очень быстро усваиваешь эти неортодоксальные вещи. Нин Шу лишь вежливо рассмеялась в ответ. - Можешь оставить себе эту книгу, чтобы учиться по ней, когда будет время. Меня, вероятно, долго не будет, так что позаботься о Сюй Юй, - спокойно сказал божественный доктор. - Я знаю. Не волнуйтесь, учитель, - ответила Нин Шу, успокаивая его. Божественный доктор продолжил смотреть на Нин Шу. Когда Нин Шу встретилась с ним взглядом, она на мгновения была ошарашена, а потом спросила: - Учитель, у вас есть какие-то дополнительные инструкции? - Нет. Не нужно завтра меня провожать. После этих слово божественный доктор развернулся, чтобы войти в свою комнату и закрыть дверь. - Учитель, подождите, - Нин Шу толкнула дверь и протянула ему бутылочку пилюль. – Учитель, вот те сердцеукрепляющие пилюли, которые я сделала для вас. Божественный доктор глянул на неё, а потом высыпал одну из пилюль себе на ладонь. Понюхав её и оценив цвет, он спокойно сказал: - Плохо сделано. Цвет и медицинские свойства слабые. Какая бесполезная трата драгоценного женьшеня. - Мы с Сюй Юй сделали их вместе. Учитель, будьте осторожны и следите за своим здоровьем в путешествии. Уши Нин Шу к этому времени уже были настроены на то, чтобы отфильтровать критику божественного доктора. - О, Сюй Юй сделал это? Довольно впечатляюще, что он смог сделать сердцеукрепляющие пилюли такого качества в его возрасте, - божественный доктор повернулся к Сюй Юю и сказал: - В следующий раз будь более внимательным с тем, как ты перетираешь травы. Нин Шу: … ______________________________________________________________________ На следующий день божественный доктор уехал вместе с Ло Цзюньянем. Сюй Юй провожал доктора до двери, пока Нин Шу пряталась на кухне, измазав лицо сажей. - Старшая сестра, Учитель уехал, - сказал Сюй Юй, когда вошёл к ней. Нин Шу ответила "ох", а потом смысла сажу с лица и сказала: - Тогда чего ты ещё тут? Иди учиться. - Старшая сестра, Учителя нет дома, может, сходим на рыбалку? – Сюй Юй посмотрел на Нин Шу с предвкушением во взгляде. – В ручье много рыбы. Давай на обед пожарим рыбу! Этот маленький мальчик всегда вёл себя так послушно и очень прилежно перед божественным доктором, но, как только божественный доктор ушёл, раскрылась его истинная личность. Однако Нин Шу наоборот считала, что это очень хорошо. Потому что ребёнок не закрылся в себе от всего мира после того, как потерял своих родителей, поэтому она согласно кивнула. - Ладно, давай пожарим на обед рыбу. Нин Шу взяла с собой инструкцию по ядам и направилась к ручью вместе с Сюй Юем. Она села на берегу и стала читать, присматривая за тем, как Сюй Юй ловит рыбу. - О, да это же красотка? Пойдём со мной, - внезапно прозвучал тихий и сексуальный голос. ---------- Мужчина Должен Защищать Женщину Когда Нин Шу услышала этот голос, она огляделась по сторонам, но никого не увидела. Сюй Юй, который рыбачил, стоя в ручье, выбежал на берег и спрятался позади Нин Шу. Он нервно спросил её: - Старшая сестрица, это призрак? Старшая сестрица, мне страшно! Ты должна меня защитить, ладно? - С чего это маленький мальчик вроде тебя такой суеверный? Ты же мужчина, ты должен защищать женщину, понятно? А то, как ты прячешься за женщиной – это совсем не выглядит мужественно. - Ха-ха, как весело. Какой-то человек спрыгнул с дерева по ту сторону ручья. У него были распущенные волосы, которые были лишь подвязаны сзади чёрной лентой. Он был одет в соответствующие чёрные одежды с золотой вышивкой. Однако самой примечательной его особенностью было то, что у него была андрогинная внешность, обладающая просто невероятной красотой и слегка демоническим оттенком. Когда он поднялся, он выглядел словно звук трубы галлюциногенного ангела, прекрасный и смертельно опасный. Нин Шу глянула на него и сказала: - Моего учителя нет дома. Незачем искать его. Мужчина был немного ошарашен, но вскоре снова улыбнулся. Его губы изогнулись в соблазнительной ухмылке, а потом с лёгкостью пробежав по поверхности воды, он совершил кувырок и приземлился прямо перед Нин Шу. Сладкий аромат его тела накрыл Нин Шу словно волной. - Ого! Потрясающе! Ты словно летел! Сюй Юй посмотрел на этого мужчину с восхищением. Мужчина не сводил взгляда с Нин Шу, когда спросил: - В какой день и час ты родилась? Вы только посмотрите на этого парня! Он даже не спросил её имени, прежде чем спрашивать о её дне рождения. Нин Шу потянула за собой Сюй Юя, сделала шаг назад и сказала: - Это секрет. А то вдруг окажется, что ты спрашиваешь для того, чтобы сделать мою куклу вуду? Мужчина: … Нин Шу побежала прочь вместе с Сюй Юем. Когда она оглянулась назад, то увидела, что Лидер Демонической Секты не преследует их, а лишь наблюдает за ним с весёлой улыбкой на лице. Когда они вернулись в бамбуковый домик, Нин Шу сказала Сюй Юю: - Этот человек очень опасен. Будь осторожен с ним в будущем. Затем она приготовила приличное количество продовольствия для Сюй Юя и сказала: - Будь осторожен, когда ты останешься один. Обязательно носи с собой яд. Если ты столкнёшься с чем-то опасным, просто используй яд. Когда Сюй Юй увидел, что Нин Шу даёт ему так много указаний вести себя осторожно, у него появилось дурное предчувствие и он нервно схватила Нин Шу за рукав. - Старшая сестрица, что такое? Ты куда-то собираешься? - Да ничего такого. Вероятно мне тоже придётся отправиться в путешествие. Обязательно будь осторожен и следи за собой, - сказала Нин Шу. В изначальной истории, Лидер Демонической Секты пришёл сюда, чтобы божественный доктор вылечил его внутренние травмы, и ему понравилась Му Яньмэн. Когда он узнал, что Му Яньмэн родилась в месяц инь, день инь и час инь, то сразу же похитил Му Яньмэн. В ближайшее время ей, скорее всего, придётся уйти с этим парнем. Однако в этот раз она проследит за тем, чтобы он страдал! - Старшая сестрица, не уходи. Мне страшно. Я не хочу оставаться тут один. Сюй Юй вцепился в рукав Нин Шу, боясь того, что она уйдёт. - Хм? Красотка, куда это ты собралась? Неужели ты была очарована моим видом и хочешь сбежать со мной? – прозвучал рядом с домом голос Лидера Демонической Секты. В тот момент, когда Нин Шу вышла, она увидела, что он небрежно сидел на каменном стуле в ленивой манере, которая исключала любую соблазнительность. Все его движения были пленительно чарующими, но тот факт, что он был мужчиной, всё ещё оставался очень явным. Прекрасный, флиртующий и дьявольский. Лидер Демонической Секты имел самую красивую внешность из всех семи Братьев Калебаш. #комментарий анлейта: месяц инь = апрель. У меня день рождения в месяц инь, день инь+1, и… хз какой час. Есть читатели, которые родились в месяц инь, день инь и час инь? :3 ---------- Защищая Женщину Гун Умэй посмотрел на Нин Шу, а потом глянул на Сюй Юя. - Кто бы мог подумать, что он взял двух учеников, с тех пор, как я видел его в последний раз? А потом, в мгновение ока, он оказался перед Нин Шу. Вытянув свою нефрито-подобную руку, он поднял подбородок Нин Шу одним пальцем, изучая её несколько мгновений, после чего воскликнул: - И ты ещё даже девственница. Я-то думал, что ты женщина айсберга, но он вообще тебя не касался. Значит, он действительно считает тебя ученицей. Глядите-ка, вот, значит, как выглядит мужчина, который имел множество женщин. Он даже может по одному только виду определить девственность женщины. Нин Шу сделала шаг назад и холодно сказала: - Ты пришёл слишком поздно. Люди из дворца пригласили Учителя, чтобы он занялся лечением дворянина из дворца. - Ну и ладно. Раз ты тут, то моё путешествие было не напрасным, - Гун Умэй глянул на Нин Шу. – Раз ты ученица айсберга, то многому ли ты научилась? - Моя старшая сестрица ничему не научилась. Учитель передал все свои медицинские познания мне. Не усложняй жизнь моей старшей сестрицы. Если тебе нужно, чтобы кто-то тебя осмотрел, то я это сделаю, - Сюй Юй по-рыцарски встал перед Нин Шу. – Моя старшая сестрица – дурочка. Она вообще ничему не научилась. Нин Шу: … Как так получается, что ей не нравится слышать это, даже если это и сказано ради её защиты? Нин Шу потянула маленького мальчика и убрала себе за спину, после чего холодно сказала: - Мне даже не нужно проверять твой пульс. Я по одному твоему виду могу сказать, что у тебя за болезнь. Сюй Юй посмотрел на неё взглядом "старшая сестрица, тебе нужно перестать заниматься ерундой". Тем временем Гун Умэй поднял брови и с весельем в голосе спросил: - У меня всегда достаточно терпения для красоток. Так расскажи мне, что же у меня за болезнь? Нин Шу презрительно ответила: - Чрезмерное увлечение развратом вызвало у тебя девиацию энергии ци. Каждый раз, когда ты настраиваешь свою внутреннюю силу, то чувствуешь себя так, словно огонь сжигает тебя изнутри, и тебе нужно заняться сексом с женщиной, рождённой в месяц инь, день инь и час инь, а иначе у тебя взорвутся энергетические меридианы. Однако, женщины, с которыми ты занимаешься сексом, долго не живут. Гун Умэй немного напрягся, а его рука, которая играла нефритовым кулоном, подвязанным у него на поясе, замерла. Спустя мгновение, он выпустил кулон и рассмеялся. Его выражение лица было немного угрожающим, когда он спросил: - Это был айсберг? Это айсберг рассказал тебе о моей ситуации? - Ты слишком много надумал. Учитель никогда при мне не упоминал о тебе. Ты думаешь, что ты какая-то большая шишка? - пренебрежительно ответила Нин Шу. Она посмотрела на его лицо, похожее на цветок, а потом спросила: - Все Лидеры Демонической Секты такие красивые? Здорово, наверное, что лидеры Демонической Секты должны быть красивыми. - Хм? Откуда ты знаешь, что я – лидер Демонической Секты? – Гун Умэй с интересом поднял брови. – Женщина, а ты очень интересная. Пойдём со мной в Бесконечный Дворец, я позволю тебе испытать невероятный экстаз. Нин Шу: … - Старшая сестрица. Сюй Юй схватил Нин Шу за рукав. Его лицо было совершенно бледным. Он понял, на что намекает Гун Умэй. Это означало, что старшая сестрица может встретить ту же судьбу, что и его мать. Нин Шу похлопала Сюй Юя по плечу и спокойно сказала: - Всё нормально. Я буду в порядке. - Женщина, ты собираешься пойти со мной? Ты можешь и отказаться, но тогда этому твоему маленькому младшему братику придётся умереть. Мне достаточно щёлкнуть пальцами, и его маленькая жизнь будет навеки утеряна. Гун Умэй ничего не почувствовал, угрожая убить человека. Выражение его лица даже не дрогнуло. Было ясно, что он уже давно стал бесчувственным по отношению к убийствам. Но Нин Шу не была испугана. - Я бы посоветовала тебе этого не делать. А иначе, когда мой учитель вернётся, он обязательно устроит на тебя охоту. Кого бы ты ни оскорблял, тебе не стоит оскорблять доктора. - Красотка, ты действительно интересная. К тому же, ты родилась в месяц инь, день инь и час инь, разве нет? Гун Умэй облизнул свои губы. Эта соблазнительная сцена заставляла сердца людей сбиваться с ритма. Это было просто очень странно, что мужчина мог быть таким очаровательным. Как женщина, Нин Шу почувствовала, что её достоинству был брошен вызов. Она очень хотела найти толпу людей, которые могли бы растоптать этого парня. ---------- Будешь Ли Ты Есть Грязную Еду? - Нет, у меня физиология чистой энергии ян. Если ты попытаешься заняться этим со мной, то непременно умрёшь от разрыва меридиан. Нин Шу без колебаний стала отрицать тот факт, что она родилась в месяц, день и час инь. Гун Умэй с весёлой ухмылкой приподнял брови. - Нет смысла отрицать это. Я чувствую, как моё тело жаждет тебя. Нин Шу: … - Идём со мной, в Бесконечный Дворец. Раз ты ученица того айсберга, то ты должна знать о моём состоянии, так что поехали со мной. Гун Умэй обнял Нин Шу за талию и притянул её к себе, чтобы прошептать на ухо. Она почувствовала его горячее дыхание, когда он нежно сказал: - У тебя нет права отказывать мне. У слабых нет власти отказываться. Выражение лица Нин Шу осталось безразличным, когда она с презрением сказала: - Ты не мог бы не подходить так близко, когда разговариваешь? Разве ты не знаешь, что у тебя дыхание воняет? Гун Умэй: … Нин Шу знала, что она должна пойти с ним, так как это было в истории. Она повернулась к Сюй Юю, который уже начал плакать, и сказала: - Веди себя хорошо и оставайся тут, ладно? Дождись возвращения Учителя. С твоей старшей сестрицей всё будет хорошо. Не забудь ухаживать за садом трав как обычно, и помни, что нужно полоть и удобрять. Сюй Юй энергично закивал. - Старшая сестрица, как только Учитель вернётся, мы с Учителем придём и спасём тебя! Нин Шу погладила его по голове, потом взяла свой приготовленный свёрток с вещам и повернулась к Гун Умэю. - Теперь я твой доктор. Я требую высококачественных условий проживания. - Ладно. У меня всегда есть терпение для красоток, особенно для красоток с физиологией чистой энергии ян, - губы Гун Умэя изогнулись в лёгкой соблазнительной улыбке. – Как только ты окажешься в Бесконечном Дворце, то ты обнаружишь, что это просто рай. И тогда ты просто не захочешь никогда уходить оттуда. Как только они оставили позади бамбуковый домик, Нин Шу спросила: - Неужели мы будем пешком идти до твоего Бесконечного Дворца? - Конечно же, нет. Гун Умэй прижал пальцы к губам и издал пронзительный долгий свист. Спустя некоторое время подъехала роскошная карета. Тот, кто ею управлял, был последователем Демонической Секты. - Приветствую, Лидер Секты. Я привёз карету. Гун Умэй глянул в сторону Нин Шу со слабой улыбкой. - Вперёд. Нин Шу взяла свой свёрток и забралась в карету. Гун Умэй улыбнулся, а потом тоже забрался внутрь и сел напротив Нин Шу. Он подпёр подбородок рукой и снова стал изучать её взглядом. - Красотка, как тебя зовут? - Сяо Хун. >Маленькая Красная - Сяо Хун? Гун Умэй повторил это имя своим тихим сексуальным голосом. Это щекотало сердце так сильно, что зуд был практически физически ощутим. - Красотка, у тебя даже имя такое уникальное. Оно мне нравится. - Большое спасибо за похвалу, - ответила Нин Шу с честным выражением лица. А потом она вспомнила кое-что и спросила: - Не так-то просто найти женщину, которая родилась в месяц, день и час инь. Если такая женщина будет до невозможного уродливой, ты всё равно займёшься с ней этим? Шансы на то, чтобы найти кого-то, рождённого в столь специфический промежуток времени, и так уже были невелики, как выигрыш в лотерею. Поэтому найти того, кто ещё и обладает телом как у Му Яньмэн – это было практически невозможно. Если такая женщина окажется с едва сносной внешностью, стиснет ли Гун Умэй зубы и займётся с ней этим, ради спасения своей жизни? Это явно была не самая приятная тема для разговора. Цвет лица Гун Умэя немного потемнел, когда он сказал: - Если ты в таком состоянии, что скоро помрёшь с голоду, и вдруг находишь валяющуюся на земле еду в грязи, станешь ли ты её есть? - Конечно, - ответила Нин Шу, ничуть не замешкавшись. – Жизнь ценнее всего остального. А потом до неё дошло. - Ох… - воскликнула Нин Шу, осознавая его ответ. – Так это значит, что ты всё же занялся бы с ней этим? ---------- У Тебя Дыхание Воняет Нин Шу увидела, что выражение лица Гун Умэя немного омрачилось, поэтому перестала провоцировать его. После паузы, Гун Умэй сказал: - Вот почему тот факт, что ты такая прекрасная, да её и обладаешь чистой физиологией инь, для меня очень приятный сюрприз. Нин Шу лишь цинично рассмеялась, а потом закрыла глаза и стала его игнорировать. В этот раз ему будет не так-то просто завалить кое-кого. У этой мадам теперь достаточно яда с собой, чтобы отправить его на Небеса! Демоническая Секта располагалась у пропасти, которую было легко защищать. Они прорыли половину горы и обосновались в этих пещерах. Они жили в норах, словно мыши, и всё же Гун Умэю хватало смелости называть это место Бесконечным Дворцом. Это было просто бесстыдство. Нин Шу вылезла из кареты и посмотрела на гору, а потом презрительно тцыкнула. Гун Умэй заметил это и сказал: - Что это за выражение лица такое? Неужели ты смотришь свысока на мой Бесконечный Дворец? - Так значит ты знаешь, что люди не любят твою Демоническую Секту, и тебе хватило чуткости спрятаться тут, - Нин Шу, с презрением поджала губы. – И ты не волнуешься насчёт ортодоксальных сект, которые могут напасть на тебя за то, что ты похитил так много женщин? Гун Умэй холодно рассмеялся. - Да какая разница? Мне бы даже хотелось взглянуть, как они посмеют попытаться напасть на мою секту. Они пошли вперёд, пока не дошли до подвесного моста. Гун Умэй сказал: - Как только мы пересечём этот мост, то окажемся у меня во дворце. Нин Шу не отводила взгляда от моста и с трудом сглотнула. Как это вообще можно называть мостом? Это была просто железная цепь, толщиной с руку младенца. Обычные люди не смогли бы по такому пройти. И поэтому она спросила: - Ну и как мне через него перебраться? Только не говори мне, что я должна по нему пройти? Если ты продолжишь нести чушь, то я лучше вернусь. Гун Умэй протянул руки и схватил её за талию, затем подсунул её себе под руку и ступил на железную цепь. Нин Шу увидела, как железная цепь начала колыхаться, а потом ей на глаза попалась бесконечная туманная пропасть, и она завизжала: - О, мой Бооооог… Гун Умэй настроил свою внутреннюю силу, чтобы перейти по железной цепи на другую сторону. Затем поставив Нин Шу на землю, он притянул её за руки, и соблазнительно сказал: - Красотка, не нужно так бояться. Как я могу вынести, если с тобой что-нибудь случится? Нин Шу посмотрела на него, а потом сказала: - Ослабь хватку. Если ты продолжишь так крепко меня обнимать, то у тебя меридианы лопнут. Гун Умэй поднял брови и дьявольски произнёс: - На такой красотке не жаль умереть. - Ты правда думаешь, что оно того стоит? Нин Шу посмотрела на него без какого-либо выражения. Гун Умэй медленно приблизился к ней: - Конечно. Естественно я готов умереть от удовольствия на тебе. - Сколько раз я тебе уже говорила? У тебя дыхание воняет. Почему ты всё время наклоняешься так близко, когда разговариваешь? Это отвратительно, знаешь ли? У тебя частые запоры? А то твоё дыхание сильно воняет. Похоже, что девиация ци не единственная твоя проблема, потому что у тебя и с пищеварительной системой беда. Может ли быть такое, что тебе никто раньше не говорил, что твоё дыхание воняет? Нин Шу сделала шаг назад, с выражением отвращения на лице. Лицо Гун Умэя исказилось на мгновение, но вскоре он снова улыбнулся. Протянув руку, он начал легонько накручивать прядь её волос на свой палец, и сказал: - Ты первая женщина, которая когда-либо разговаривала со мной подобным образом. Все женщины, которых я поймал, либо кричали, умоляя меня о пощаде, или были очарованы моим видом и желали отдаться мне. Однако ты смеешь дразнить меня. Возможно ли, что ты совсем не боишься, что я тебя убью? Нин Шу покачала головой. - Я же доктор, всё, что я сказала – просто факты. Я тебе говорю, что твоё здоровье теперь на моей ответственности. А что касается причин, почему ты никогда не знал о том, что у тебя плохое дыхание, вероятно потому, что все слишком тебя бояться, чтобы говорить о таком. Всё же, ты бессердечный лидер Демонической Секты, который убивает людей, когда они его начинают раздражать. - Неужели ты такая нахальная, потому что знаешь, что я не могу себе позволить убить тебя? Гун Умэй резко дёрнул прядь её волос, которой до этого играл. Нин Шу закричала от боли: - Блять, больно же! После паузы она добавила. - Конечно же я знаю, что ты не можешь себе позволить убить меня. Ты не можешь больше подавлять свои внутренние травмы, вот почему ты искал моего учителя. Нин Шу потёрла голову, чтобы уменьшить боль. ---------- Марти Сьюизм – это Болезнь Гун Умэй отпустил её волосы и поднёс палец к носу, чтобы понюхать. Его губы слегка изогнулись. - Красавица, ты приятно пахнешь. Ну а теперь что хочет сделать это чудовище? Говорю тебе, перестань уже пытаться соблазнить меня. Я на это не поддамся! Пиписька этого мужика должна просто сгнить! Он уже растоптал бесчисленное количество женщин, и все женщины, которых он трахнул, долго не прожили. Нин Шу не чувствовала ничего кроме презрения к этому человеку. Каким бы красивым он ни был, его внешность не могла скрыть его чудовищной натуры. - Идём. Гун Умэй пошёл впереди неё и вошёл в пещеру. Снаружи пещера выглядела необработанной, но внутри она была как имперский дворец. Тут было бесчисленное множество ночных жемчужин и дымчатых марлевых занавесок, украшающих пространство. Нин Шу с восхищением на лице коснулась ночной жемчужины, задумавшись о том, сколько же может стоить жемчужина такого размера. Гун Умэй поднял брови. - Тебе она нравится? Я могу дать её тебе. Нин Шу тут же убрала руку. - Я просто смотрела. И эту штуку нельзя использовать ни для чего, кроме как для освещения, так что она практически бесполезная. Мне такое совсем не нравится. Мне нравятся вещи, которые более практичные. - Практичные? – Гун Умэй глянул на неё с намёком на улыбку. – Существуют лишь вещи, которые ты не можешь описать. Не существует ничего, чего я не могу заполучить. - Бро, Марти Сьюизм – это болезнь. Тебе надо лечиться, - спокойно сказала Нин Шу. >Мэри Сью – для главных женщин, Марти (Джон, Том) Сью – для главных мужчин. Одетый во всё чёрное послушник Демонической Секты подошёл и обратился к Гун Умэю. - Лидер Секты, ещё одна женщина умерла. Гун Умэй выглядел так, словно его это совсем не беспокоит. - Не нужно говорить мне о таких вещах. Просто выбросьте всех мёртвых женщин, и тех, которые скоро умрут. - Понял. Послушник Демонической Секты махнул рукой, и появились ещё двое человек, несущих женщину. Лицо женщины было неестественно серым, а её кончики пальцев были багряно-чёрными. Её грудь не шевелилась, и было видно, что она уже мертва. Нин Шу увидела, что Гун Умэй совершенно безразличен, словно он смотрел нам мёртвого жука, и она невольно почувствовала озноб. - А ещё выбросьте тех женщин, которые больше не могут меня обслуживать. Содержать их – это зря трать место, - сказал Гун Умэй, и сел, чтобы причесать свои волосы. - Понял. Несколько мгновений спустя несколько женщин были выгнаны. Их лица были очень бледными, словно они уже несколько месяцев не видели дневного света. Они выглядели очень измождёнными и слабыми, словно в них осталось не так уж много жизни. У некоторых из них даже были седые волосы. И неизвестно, были они такими старыми с самого начала, или это был результат их использования Гун Умэем. Когда эти женщины увидели Гун Умэя, они все начали плакать и молить о пощаде. У всех у них на лице было нарисовано отчаяние, или вообще никакого выражения. Нин Шу всё поняла. Как только этих женщин выгонят, единственная судьба, которая их ждёт – это смерть. - Подождите, - сказала Нин Шу. Гун Умэй лениво глянул на неё, а потом наклонился к ней так близко, что его волосы касались её лица, и спросил: - Что такое, красотка? У тебя есть возражения? - Позволь мне взглянуть на них. Нин Шу сделала шаг назад от него, а потом подошла к женщине, чтобы проверить её пульс. Во всех пяти внутренних органах едва осталась жизненная сила. Пульс был очень тяжёлым и слабым до такой степени, что мог в любую секунду остановиться. Все органы этой женщины отказывали. ---------- Когда Ты Ходишь Пи-Пи, Он Делает Кап-Кап? Нин Шу покачала головой. Этим людям осталось жить не больше месяца. В данный момент они лишь с трудом выживали, стоя на пороге смерти. Она примерно подсчитала всех. Тут было около дюжины женщин. Тот факт, что так много женщин умирает в одно время, означает, Гун Умэй наверняка поймал гораздо больше женщин в тот раз. Сколько же рабочей силы и ресурсов у него должно быть, чтобы ловить так много женщин, рождённых в месяц, день и час инь? Гун Умэй с любопытством наблюдал за Нин Шу. Выражение его прекрасного лица было невероятно трогательным, но его слова были бессердечными? - Когда они умрут? Нин Шу гневно глянула на него, и сделала замечание: - Ты сущее зло. Гун Умэй рассмеялся. - Да какое в этом зло? Всё это время у них была роскошная жизнь и величайшие удовольствия мира. По сравнению с проживанием обычной долгой жизни – разве не лучше жить ярко, хоть и недолго? - Девушки, я же вам нравлюсь? – Гун Умэй повернулся к женщинам и улыбнулся им тёплой и демонической улыбкой. – Неужели вам не понравилось быть со мной? - Ты нам нравишься. Некоторые женщины посмотрели на него с безрассудной страстью, в то время как в глазах остальных была ненависть или страх. - Некоторые из них сами пожелали такой жизни. Гун Умэй снова повернулся к Нин Шу. Его прекрасное лицо было таким же чарующим, как и гипнотический цветок мандары. - Красотка, если ты пожелаешь, то я, естественно, удовлетворю все твои желания. Нин Шу: - Ха-ха, я вежливо откажусь. Ты слишком грязный. Лицевые мускулы Гун Умэя исказились спазмом на мгновение, но вскоре он снова улыбнулся. Повернувшись к своему подчинённому, он сказал: - Так или иначе, они все послужили мне достаточно. Просто убей их всех сейчас, избавь их от боли медленного ожидания смерти. Мне так тоже будет спокойнее. - Понял. Подчинённые Гун Умэя достали свои мечи. Они не обращали внимания на отчаянное сопротивление женщин и быстро пронзили им сердца. Кровь разбрызгалась по полу. Женщины сопротивлялись лишь несколько мгновений, после чего они все упали и больше не двигались. Воздух мгновенно наполнился сильным железным запахом крови. Гун Умэй взмахнул своими рукавами, и нахмурил брови. - Скорее очистите это место. Я не могу терпеть этот запах. - А ты попробуй понюхать свои руки. Они покрыты запахом крови, и ты всё равно заявляешь, что ненавидишь этот запах? Как неразумно, - сделала презрительное замечание Нин Шу. Гун Умэй вытянул свои белые нефрито-подобные пальцы и сунул их себе под нос на мгновение. Затем он спокойно сказал: - Я всегда очень долго принимаю ванну после того, как убью кого-нибудь. Нет никакого запаха. Сама посмотри, красотка. - Да эта кровь уже просочилась в твои кости. Ты не сможешь отмыться от неё, что бы ни делал, - Нин Шу повернулась лицом к нему. – Ты самый настоящий офигенный сукин сын. Ты силой берёшь женщин, сначала лишаешь их будущего, а потом лишаешь и жизней. - Красотка… - Гун Умэй облизнул губы, а потом продолжил: - Не испытывай моё терпение. Рано или поздно, ты тоже будешь покорно стоять на коленях у моей промежности. Как вульгарно. У него не было ничего, кроме товара, который прогнил от такого чрезмерного использования, и он действительно думает, что у него такой огромный, призовой и бодрый инструмент? - Лидер Культа, я дам вам один совет по доброте душевной: не потакай больше своей похоти и начинай есть печень, чтобы укрепить себя. В последнее время у тебя всё время болит талия, верно? И каждый раз, когда ты занимаешься любовью с женщинами, у тебя долго кружится голова и в глазах всё расплывчатое. Конечно же, я знаю об этом, можешь не возражать. Ты думаешь, что это просто от невероятного удовольствия. Однако я тебе говорю, что эти симптомы очень серьёзные. Гун Умэй поднял брови, глядя на неё, и с весельем спросил: - Продолжай? Я слушаю тебя, что ещё? Вот ведь чёртов рогоносец. Нин Шу молча прокляла его, а потом продолжила: - Ты часто чувствуешь сильное желание помочиться, а когда делаешь это, то чувствуешь резкую боль, верно? Когда ты делаешь пи-пи, то он беспрестанно делает кап-кап? - Красотка, как же восхитительно слышать такие вульгарные слова, исходящие из твоего рта, - затем он ухмыльнулся. – Есть у меня такие симптомы, хочешь взглянуть? Да я бы лучше взглянула на твою грёбаную сестрёнку! Вот ведь чёртов ублюдок. прим.переводчика: в оригинале (pitter-patter) подразумевает звук барабанящего дождя или воды капающей на твёрдую поверхность ---------- Доктор и Резервный Член Гарема И вот так Нин Шу поселилась в Бесконечном Дворце. Гун Умэй относился к ней как к доктору и резервному члену гарема. Если что-то случится, то он, вероятно, набросится на неё. Нин Шу ощупала яд, который она спрятала в швах своей одежды. Если этот проклятый негодяй посмеет применить к ней силу, то она заставит его умереть от разрыва вен! Нет, вообще-то, у него разорвётся печень. Гун Умэй вероятно снова был с какой-то женщиной. Все его женщины были в жалком состоянии. У них осталось не так много времени до тех пор, когда Гун Умэй заберёт их жизни. И вообще, что за демоническое боевое искусство практикует Гун Умэй? Оно полностью вытягивает резервы энергии инь из женщин и уничтожает их жизнеспособность. Почему бы ему не практиковать вместо этого Наставления Подсолнечника? И тогда бы мы сразу же избавились от корня всех проблем. >"Наставления Подсолнечника" требуют кастрации. Этот предмет был описан в произведении "Улыбающийся Гордый Странник" Цзинь Юна. Прим. переводчика: "Улыбающийся Гордый Странник" – это уся роман, который был опубликован в 1967г. В оригинальной истории, Му Яньмэн столкнулась с такой же судьбой, что и эти женщины. Гун Умэй захватил её и пытал день и ночь. К приятному удивлению Гун Умэя, Му Яньмэн оказалась очень живучей и долго продержалась. Все остальные женщины ослабевали спустя непродолжительное время, но здоровье Му Яньмэн не показывало никаких признаков ослабевания. К тому же, каждый раз, когда он занимался с ней сексом, ему было гораздо легче использовать свою внутреннюю силу. Она буквально была редким сокровищем! Поэтому Му Яньмэн была под замком у Гун Умэя и использовалась в качестве рабыни. У неё не было никакой свободы и она жила как собака. Это было просто слишком неописуемо постыдно. Нин Шу сдавила свою грудь. Она чувствовала себя просто лишённой дара речи. Тело главной женщины было просто читерским существом. - Мисс Сяо Хун, наш Лидер Секты зовёт вас. Послушник Демонической Секты стоял у дверей её комнаты. Кхе… Нин Шу кашлянула, затем привела в порядок свою одежду и взяла свой медицинский сундучок, прежде чем последовать за послушником в комнату Гун Умэя. Хоть это и была пещера, но она была очень хорошо украшена. Через воду был построен небольшой мостик, и имелся даже сад камней. В этом саду камней были несколько женщин. Когда они увидели Нин Шу, они смерили её взглядом. - Ты новенькая? – женщина заблокировала путь Нин Шу и спросила: - Ты пришла сразиться со мной за Лидера Секты? Нин Шу: … Какого хрена? Нин Шу схватилась за запястье женщины, чтобы проверить её пульс, а потом покачала головой. Это была ещё одна из женщин Гун Умэя. Состояние её здоровья было немного лучше, чем у тех женщин, которых она видела недавно. Если она больше не будет кувыркаться в постели с Гун Умэем, то она, вероятно, сможет прожить чуть дольше. Нин Шу глянула на женщин, которые были в саду, а потом снова покачала головой. Их, вероятно, выбросят так же, как и тех женщин, чтобы они доживали остаток своей жизни в состоянии, которое хуже смерти. - Я тебе вопрос задала? Тебя тоже Лидер Секты привёл в Бесконечный Дворец? – потребовала женщина. Её взгляд был наполнен ревностью. - Ты направляешься в комнату Лидера Секты? Конечно же Нин Шу увидела ревность во взгляде женщины. Поистине, те, кто были в жалком состоянии, имели также и то, за что их стоит ненавидеть. Эта женщина действительно ревновала её к Гун Умэю? К этому прогнившему ублюдку? ---------- Дурное Влияние Нин Шу не обратила на неё внимания. Когда та женщина увидела, что Нин Шу игнорирует её, она презрительно поджала губы. - Ты чего это такая самодовольная? Как только Лидер Секты переспит с тобой, ты тоже будешь липнуть к нему. Эй, я с тобой говорю! Куда это ты собралась, по-твоему? Стой! Женщина потянулась, чтобы схватить Нин Шу, но послушник Демонической Секты, который был рядом с Нин Шу, закричал: - Нахалка! - Управляющий Лю, - женщина заискивающе улыбнулась ему и сказала: - Почему Лидер Секты совсем меня не зовёт? Во взгляде Управляющего Лю мелькнуло презрение. - У Лидера Секты, естественно, есть и свои дела. А твоя работа – просто ждать. - Да. Я поняла. Нин Шу снова посмотрела на женщину. Та была не очень красивой. Её можно было бы счесть яшмой из небольшой семьи, не более. Она явно была влюблена в Гун Умэя. прим.переводчика: не совсем понял насчёт яшмы, но, полагаю, это подразумевает полудрагоценный камень. Поскольку самого Гунурея сравнивают с нефритом, то она, выходит, средненькая по красоте. Гун Умэй, этот ублюдок, был настоящим злом. Он не только осквернял женские тела, но ещё и хитростью похищал их сердца. Однако всё это было из-за того, что его внешность была слишком могущественной, было очень мало женщин, которые могли устоять против него. Нин Шу привели в комнату Гун Умэя. Дверь была открыта нараспашку. Она услышала неприличные звуки, идущие изнутри, как только дошла до двери. Заглянув внутрь, она увидела кровать с занавесками. За этими занавесками были слабо видны движущиеся человеческие фигуры. Нин Шу лишилась дара речи. Почему её каждый раз заставляют видеть подобные вещи? Неужели они не могли хоть немного подумать о её чувствах? Неужели они не могли дать ей возможно уйти? Она ведь тоже мучается, ясно? - Мисс Сяо Хун, пожалуйста, проходите внутрь. Лидер Секты ожидает вас, - сказал Управляющий Лю. Нин Шу указала внутрь и с удивлением спросила: - Прямо сейчас? Может мне подождать, пока ваш лидер секты закончит? Из комнаты донёсся тихий голос Гун Умэя, который слегка запыхался. - Раз ты пришла, то заходи. Управляющий Лю слегка поклонился, а потом жестом пригласил Нин Шу войти. Нин Шу вошла, держа в руках своей медицинский ящичек. Как только она вошла внутрь, она заметила странный запах. Он был невыносимым. - Подойди немного ближе. Как ты собираешься осматривать меня издалека? – голос Гун Умэя был слегка хриплым. – Подойди и проверь мой пульс. Какого хрена. У него явно были очень специфичные вкусы. Ему даже хочется, чтобы кто-то смотрел на него? Невероятно. Нин Шу отодвинула занавеску и увидела, что Гун Умэй был совершенно голым. Он сидел на большой постели, а на нём была женщина. Всё тело женщины было розовым от возбуждения. Когда она увидела Нин Шу, то сильно закусила губы, но её внешность всё равно осталась соблазнительной. Нин Шу почувствовала, что из-за подобного влияния людей она скоро станет плохой. Раньше она была невинной и чистой, но теперь она могла смотреть на такие сцены и даже не краснеть. Нин Шу села на стул в сторонке. Когда она увидела, что на столе есть фрукты, она взяла один, вытерла о свою одежду, а потом начала жевать, глядя на то, как Гун Умэй сменяет множество позиций без передыху. Он использовал так много способов, чтобы мучить на своём вертеле девушку, что её лицо практически посинело. И чего это он тут пытается выпендриться? С самого начала у него были слабые почки, но теперь он ещё и вот так выделывается. Вот серьёзно… Нин Шу не знала даже, что сказать. >Есть поверие, что почки являются источником энергии ян и инь. Нин Шу доела фрукт, а потом громко откашлялась, наблюдая за тем, как кувыркаются люди на постели. Гун Умэй повернулся, чтобы посмотреть на Нин Шу и её ясный взгляд был расфокусирован. Он тихо застонал, а потом запрокинул голову назад с выражением облегчения на лице. По его телу стекали капли пота, поэтому, когда он вот так взмахнул головой назад, капли пота тоже полетели назад. Нин Шу лишь глянула на него, а потом вернулась к поеданию закуски. Наконец-то всё закончилось. Женщина тоже выглядела так, словно испытала облегчение. Как только Гун Умэй закончил, вошёл какой-то человек, закутал женщину в простыню, а потом вынес её из комнаты. Ещё один человек вошёл сразу же вслед за ним и открыл окна, чтобы проветрить комнату. Вот это да, Гун Умэй практически жил как император. Нин Шу положила фрукт на стол, вытерла руки, а потом спросила: - Ты чувствуешь головокружение и у тебя всё расплывается в глазах, не так ли? Гун Умэй не стал одеваться, а просто накинул тонкую простыню на свою уродливую штуку. Он всё ещё излучал сильный запах гормонов. Капли пота скользили по его щекам и шее… А его волосы были полностью промокшими. Когда Гун Умэй услышал слова Нин Шу, он изогнул губы. - Неужели я выгляжу так, словно у меня кружится голова? - Иди помойся. Разве ты не знаешь, насколько серьёзно состояние твоих почек? Ты весь вспотел и почти не контролируешь себя. Я доктор, ты обязан меня слушаться. Нин Шу покачала головой, а потом сказала: - Так ты хочешь, чтобы я тебя вылечила, или нет? Неужели ты хочешь использовать женщин, чтобы подавлять свои внутренние травмы до конца своей жизни? А что если ты постареешь и твои причиндалы перестанут работать? Что ты будешь делать тогда? Подождёшь, пока твои меридианы взорвутся и умрёшь? К тому же, то, как ты это делаешь, не сдерживаясь и такое продолжительное время – это переутомляет твои причиндалы. Ты уже на пути к полнейшему разрушению. Кувыркание с женщинами каждый день помогает избавиться от симптомов, но это не касается корня проблемы, - сказала Нин Шу с самым искренним и терпеливым выражением лица. #комментарий анлейта: Редактирую и ем салат. А потом понимаю, ого, в пещере есть окна? Какая роскошь. ---------- Инкарнация Правосудия Гун Умэй в полной мере основал своё удовольствие на страданиях женщин. А из-за того, что у него появилась Девиация Ци, получилось так, что он вынужден был кувыркаться с женщинами. Однако для него это был идеальный исход, потому что это лечило его внутренние раны, но ещё и приносило облегчение. Лицо Гун Умэя всё ещё было немного румяным, когда он сел на постели. Когда он услышал, что сказала Нин Шу, он посмотрел на неё взглядом, который всё ещё был немного затуманен от недавнего экстаза. - Ты говоришь это, потому что ревнуешь, как женщина? Ты ревнуешь, что я был с ней? Ты не рада тому, что я не побаловал тебя? Гун Умэй потёр свой подбородок, наблюдая за Нин Шу. Нин Шу закатила глаза. Она ничего подобного не чувствовала и ей даже захотелось рассмеяться. - Спасибо за твоё милосердие в том, что не стал меня трахать. - Тц, тц, тц… - Гун Умэй подпёр подбородок. – Послушай, ты же тоже очень красивая. В этом Бесконечном Дворце нет женщины, которая могла бы сравниться с тобой, но как только ты открываешь рот, ты портишь всю эту ауру. Разве ты не знаешь, что должна быть нежной, величественной и изысканной, как и должна вести себя красотка? Однако твоя внешность совсем не совпадает с твоим характером. Красотки должны вести себя как красотки. Нин Шу погладила себя по лицу. - Красоток прощают, что бы они ни делали. Я прекрасна, поэтому я гордая. Я привлекательна, поэтому я своевольная. Я делаю то, что хочу, чёрт подери. Гун Умэй расхохотался. - Я просто обожаю твой характер. Нин Шу, тем временем, желала, чтобы она могла найти кучу мужчин, чтобы они избавили его от проблемы в лице этого прекрасного женоподобного мужчины. Гун Умэй лёг на постель в соблазнительной манере. Его шелковистые пряди чёрных волос рассыпались по постели, обрамляя его резкие элегантные черты лица. Это было естественно и просто невероятно красиво. Он протянул ей руку и сказал: - Проверишь мой пульс сейчас? По правде говоря, после того, как я увидел тебя, мне даже больше не хочется спать с теми женщинами. По сравнению с тобой, они просто слишком уродливы. Нин Шу не отреагировала, потому что она уже решила относиться ко всему, что он говорит, как к пердежу. Она положила руку на его запястье и стала внимательно считать его пульс. Гун Умэй подпёр подбородок свободной рукой и начал изучать её лицо. Затем он снова дыхнул своим горячим дыханием в лицо Нин Шу. - Чем больше я смотрю, тем более прекрасной ты становишься. Даже я чувствую себя тронутым твоей красотой. Нин Шу отмахнулась от его дыхания и раздражённо сказала: - Разве я тебе не говорила, что твоё дыхание сильно воняет? Почему тебе так нравится дышать на людей? Так или иначе, но тебе стоит всё же задуматься о том, могут ли они такое терпеть! Затем она отпустила его запястье. Гун Умэй лениво посмотрел на неё, а потом спросил: - Ну как? Это можно вылечить? - Конечно, это можно вылечить, но ты должен слушать меня, - ответила Нин Шу в очень вдумчивой манере. – После того, как ты вылечишься, у тебя не только пропадут твои внутренние повреждения от девиации Ци, но и твоё боевое искусство увеличится на порядок, и тебе больше не нужно будет каждый день спать с женщинами. Ты уверен, что хочешь быть вылечен? Гун Умэй сел. В этот раз его взгляд был серьёзен, когда он посмотрел на неё. - Это действительно можно вылечить? Даже твой учитель не мог это сделать, как же ты справишься? - Мой учитель просто не хотел тратить время на то, чтобы вылечить тебя, это же очевидно. Мой учитель – авторитетная и честная фигура в Цзянху. Конечно же он не захотел бы поддерживать отношения с кем-то вроде тебя, который может убить, не моргнув глазом. Нин Шу преподнесла это так, словно божественный доктор был практически инкарнация правосудия. Гун Умэй тут же расхохотался. - Да не может быть, чтобы этот айсберг был таким. Авторитетная и честная фигура? Пффф. Красотка, ты специально пытаешься меня рассмешить? Отсмеявшись, он добавил: - Ха, я тебе пока поверю. Если что-нибудь случится, то я тебя тут изнасилую, а потом убью. А после этого я сдеру с тебя кожу и сохраню её законсервированной. Гун Умэй сказал всё это лёгким и чарующим голосом. Вкупе с такими прекрасными чертами лица, он поистине казался прекрасным цветком-людоедом. Нин Шу с улыбкой сказала: - Пока ты следуешь моим инструкциям, то тебе естественно станет лучше. А если нет, то я покончу с собой, так что тебе не нужно будет хлопотать обо всём этом. - Красотка, как же я смогу вынести, если ты умрёшь? – Гун Умэй протянул руку, чтобы погладить её лицо, но Нин Шу сделала шаг назад, чтобы увернуться от него. - Ты даже не помыл руки после того, как трогал свою пипиську. Как доктор, я советую тебе больше любить чистоту. Гун Умэй: … ---------- Я Что, Похожа На Святую Мать? - Тогда, первым шагом к этому излечению будет перестать спать с женщинами, - сказала Нин Шу с самым невозмутимым видом. Гун Умэй поднял брови. - Если мои внутренние травмы разгорятся, а я не пересплю с женщиной, то мои меридианы лопнут. Ты хочешь посмотреть, как я умираю от разрыва моих меридиан? Тон Гун Умэя был очень холодным, а в его взгляде было убийственное намерение, когда он посмотрел на Нин Шу. Нин Шу спокойно ответила: - Каждый раз, когда твоя энергия ци впадает в хаос, ты используешь этот метод, чтобы выпустить ци, которую не можешь контролировать. Однако этот метод вредит как тебе, так и той женщине, с которой ты спишь. Я уже говорила тебе ранее, раз я решила стать твоим доктором, то я несу за тебя ответственность. Это моя этика, как доктора. Когда она это говорила, её лицо словно святилось впечатляющим святым светом. - В этот раз я тебе поверю, но если что-то случится, то я сварю тебя и съем заживо. Мне очень интересно, какой будет на вкус твоя нежная кожа, которая выглядит чище, чем снег. Я очень хочу съесть тебя прямо сейчас. Чокнутый извращенец. - Чтобы показать мне, насколько ты решительно настроен в следовании моим указаниям по лечению, отошли всех женщин в этом дворце прочь. Всё же, что если ты потеряешь над собой контроль и снова переспишь с ними? Ты должен отослать их прочь, - сказала Нин Шу, наблюдая за ним. На его лице внезапно появилась улыбка. Она была словно расцветающий прекрасный, но смертельно опасный цветок, потому что его голос был шокирующее холодным. - Красотка, ты завидуешь этим женщинам? Или ты пытаешься их спасти? Правда ли ты делаешь это ради моего блага? Какими бы не были твои мотивы, я тебе вот что скажу: сконцентрируйся на моём лечении и поменьше думай о других вещах. У меня не самый великодушный характер, так что если ты меня разозлишь, то последствия будут серьёзными. Нин Шу не показала никой реакции на его слова. - Я вообще не имею никакого отношения к тем девушкам. С чего бы мне хотеть их спасать? Я что, похожа на Святую Мать? Раз я такая добросердечная и любвеобильная? Гун Умэй спокойно посмотрел на неё. - Что бы ты там ни задумала, на моей территории у тебя нет права пытаться заключить со мной сделку. К тому же, неужели ты думаешь, что женщины захотят уйти? Они тут живут почти как на небесах. Тут есть нефритовый дворец, украшенный драгоценными камнями, деликатесы в качестве еды, прекрасная еда и редкие драгоценности. Да ещё настолько прекрасный мужчина, который их ублажает. Неужели ты думаешь, что эти женщины действительно захотят уйти? Более того, раз они уже потеряли своё целомудрие, то, вернувшись назад, они будут осмеяны. И над ними будут насмехаться до самого конца той короткой жизни, что им осталась. Ну и кто за всё это в ответе? Нин Шу почувствовала отвращение от самодовольного выражения на лице Гун Умэя. Она никогда раньше не видела никого столь бесстыдного. Он явно делал вещи, которые не стали бы делать даже звери, и всё равно гордится этим. Какой же он, всё же, толстокожий. Она внезапно почувствовала, что она была слишком молодой и наивной. По сравнению с Гун Умэем, она действительно была хорошим человеком. Причём исключительно хорошим человеком. Эта мысль так сильно тронула её, что она была готова вот-вот расплакаться. - Мы начнём лечение завтра. Она взяла свой медицинский ящичек и уже собиралась уйти, когда ей в голову пришла одна мысль, и она обернулась, чтобы сказать: - Если ты не подмоешься, чтобы убить микробы, оставшиеся после сношения, то твоя пиписька сгниёт. Затем она вышла из его комнаты и прошла через сад. В этом саду было много играющих женщин и несколько послушников Демонической Секты, стоящих на страже по периметру. Вероятно, они были тут для того, чтобы женщины точно не смогли сбежать. Возможно, некоторые из этих женщин действительно наслаждались такой жизнью. ---------- Ты Что, Не Смотрел Никаких Сериалов? У Нин Шу не было никаких мыслей о том, чтобы хотеть спасти обычных людей. Более того, у неё всё равно не было власти спасти этих женщин. Если бы у неё была сверхмощная боевая удаль, то первым делом она бы отрезала Гун Умэю его корень проблем, чтобы остальные шесть корней наконец-то могли успокоиться. >Это отсылка на шесть "корней"(опор) аятаны в Буддизме Вы спрашиваете, могла ли Нин Шу вылечить внутренние травмы Гун Умэя? Конечно же, не могла. В данный момент она была на таком уровне познания медицины, что могла лечить простые раны и выписать лекарство от простуды. А в отношении чего-то столь сложного вроде лечения внутренних травм, Нин Шу была словно слепая кошка, которая бродила в надежде найти мёртвую крысу. Каждый день Нин Шу приходила в комнату Гун Умэя и уходила из неё, давая ему предписания. Однако, все те лекарства, что она ему выписывала, использовались для улучшения кровотока. Гун Умэй смотрел на неё с нечитаемой улыбкой. - И вот так ты собираешься вылечить моё состояние здоровья? Я показывал другим докторам твои предписания, и они сказали, что это самые обычные предписания. Ты уверена, что хочешь, чтобы я пил это лекарство? Выражение лица Нин Шу ни капли не изменилось, когда она спокойно ответила: - А что не так с этим предписанием? С самого начала твоё состояние здоровья ухудшено из-за внутренних травм и из-за того, что у тебя заблокированы меридианы. А это значит, что у тебя в теле застряла сгустившаяся нечистая кровь. И пока ты не выблюешь всю эту кровь, тебе не станет лучше. Ты что, не смотрел никаких сериалов по ТВ? Всем мастерам боевых искусств, которые получали ранение, всегда становилось лучше, когда они откашливали полный рот потемневшей крови. - Звучит вполне логично. Гун Умэй проглотил лекарство в один присест, а затем откинулся на кресле и закрыл глаза, нахмурив брови. Когда Нин Шу увидела это, она спросила - Слишком горькое? Возьми конфету. Гун Умэй открыл глаза и посмотрел на Нин Шу, когда взял предложенную ей сушёную сливу. - Может ты уже влюбилась в меня? А то ты так усердно стараешься угодить мне. Нин Шу: … После приёма лекарства, цвет лица Гун Умэя был нехорошим. Он махнул рукой, давая понять Нин Шу, что она может проваливать, поэтому Нин Шу собрала свой медицинский чемоданчик и поспешила свалить. Когда она вышла из комнаты, то ей дорогу перегородила девушка. Это была та же самая женщина, что и раньше, та, которая выглядела очень влюблённой в Гун Умэя. У Нин Шу тут же возникло предчувствие, что это была сцена, где дерутся сучки, поэтому она спокойно сказала: - Не разговаривай со мной, и я не буду разговаривать с тобой. Не спрашивай меня, стала ли я женщиной Гун Умэя, и, пожалуйста, не спрашивай меня, спала ли я с ним. Женщина была ошарашена. Когда она пришла в себя, она спросила: - Ты же навещаешь лидера секты каждый день, верно? Я хочу знать, как сейчас поживает лидер секты? Почему он уже так давно не искал меня? - Если хочешь знать, то иди сама и узнай. Не спрашивай меня, я ничего не знаю. Нин Шу задумалась на мгновение, а потом достала из своего медицинского ящичка бутылочку пилюль. - Эти пилюли производит эффект, способствующий красоте, можешь взять себе. Женщина была ошеломлена на мгновение, а потом она взяла пилюли и сказала: - Спасибо. Судя по тому, как небрежно эта женщина убрала бутылочку пилюль, Нин Шу знала, что она не станет их принимать. Однако её это совсем не заботило. Она лишь просто предложила помощь. Если кто-то не желает принимать её помощь, то она не станет принуждать. Потому что Небеса помогают лишь тем, кто сам себе помогает. Нин Шу взяла свой сундучок и отправилась в свою комнату. Она едва только успела вернуться и присесть, как вбежал самый главный прихвостень Гун Умэя, Управляющий Лю, и сказал: - Мисс Сяо Хун, у лидера секты обострение болезни. Прямо сейчас он позвал женщину, чтобы она его обслужила. Нин Шу тут же схватила свой медицинский ящичек и побежала обратно к комнате Гун Умэя. Когда она добралась до комнаты, то Гун Умэй был уже в процессе срывания одежды с женщины. Его глаза были налиты кровью, а его аура была очень агрессивной и хаотичной. Женщина, которая лежала на постели с Гун Умэем – была та самая женщина, которой Нин Шу недавно давала пилюли. В данный момент она смотрела на Гун Умэя с нежностью и страстью. Нин Шу подбежала к ним и оттащила девушку, после чего сказала Управляющему Лю: - Уведите её отсюда. - Нахальство! Да кто посмел! Глаза Гун Умэя были совсем красными. Женщина, которую удерживал Управляющий Лю, взмолилась: - Управляющий Лю, прошу, я готова обслужить лидера секты. ---------- Лекарства, Иглы, Ещё Лекарства - Красотка, раз уж ты увела её прочь, тогда тебе придётся занять её место. Гун Умэй потянулся к Нин Шу. Его глаза ещё больше налились кровью, и теперь он выглядел как какой-нибудь зверь-людоед. Когда та женщина услышала, что Нин Шу займёт её место, она тут же гневно уставилась на Нин Шу, и её взгляд заполнился ревностью. Однако Нин Шу лишь зажала себе нос и бросила в Гун Умэя медицинский порошок. Гун Умэй не обратил на это внимания, но вскоре после этого, всё его тело стало слабым. - Отнеси его в ледяную воду, - сказала Нин Шу Управляющему Лю. Плюх! Гун Умэй был брошен в ванну с ледяной водой. Его начало неконтролируемо трясти, когда он гневно уставился на Нин Шу. - Тебе жить надоело, что ли, раз ты смеешь со мной так обращаться? Нин Шу спокойно ответила: - Это всё ради того, чтобы вылечить твою болезнь. Более того, ты уже согласился, что не должен больше касаться женщин. Однако, похоже, что ты обо всём забыл, как только твоя болезнь разгорелась. После этого Нин Шу влила в его горло тарелку убийственно горького лекарства. Оно было настолько ужасным, что из глаз Гун Умэя потекли слёзы. Когда она закончила, он зловеще уставился на Нин Шу и прорычал: - Я тебя убью. - Успокойся, - Нин Шу утыкала ему всю голову иглами. – А иначе твои меридианы действительно взорвутся. Тело Гун Умэя слегка дрожало, даже мускулы его тела беспрестанно сокращались. Он явно чувствовал боль, но не чувствовал никакой силы в своём теле. Он никогда раньше не был в таком разбитом состоянии. - Динь, очки травмы +10. Муа-ха, Нин Шу! Давно не виделись, ты по мне скучала? – голос 2333 тут же появился в голове у Нин Шу и эхом прозвучал в её ушах. Нин Шу: Проваливай. 2333: … Нин Шу увидела, что Гун Умэй практически излучает пар со своей макушки, поэтому она поспешно добавила ещё льда в ванну. Глаза Гун Умэя были совершенно красными, когда он уставился на неё. - Тебе пора уже начать молиться, чтобы у тебя был шанс увидеть завтрашний рассвет. Его голос дрожал, когда он говорил, словно он терпел невероятную боль. Тем временем, маленький Гун Умэй всё ещё гордо стоял торчком. Нин Шу добавила ещё немного игл ему на руку, влила в него ещё две чаши лекарства и пытала его до такого состояния, что его обычно чарующий и знойный взгляд стал подозрительно тусклым. Каждый час она вливала в его горло чашу лекарства. Оно было таким ужасным, что лицо Гун Умэя было почти синим. - Лидер Секты, тебе немного лучше? – спросила Нин Шу в очень профессиональной манере. – Энергия в твоём теле всё ещё не поддаётся контролю? Гун Умэй нахмурил брови. Спустя мгновение он покачал головой и сказал: - Так гораздо лучше. Она больше не кажется хаотичной. - Вот и хорошо. Нин Шу кивнула, а потом начала убирать иглы. Она знала, что это не было результатом её лечения. Это было потому, что Гун Умэй был настолько измотан, что не мог использовать свою энергию. Обычно чем больше энергии используешь, тем более хаотичной она становится. - Лидер Секты, каждый раз, когда ты чувствуешь, что твоя эссенция вот-вот выйдет, ты должен сдерживаться. Как бы там ни было, не выпускай её, понятно? Ты должен терпеть, терпеть! – сказала Нин Шу. Смысл был в том, чтобы сдерживать себя, когда он был готов разрядиться, сдерживаться, когда он собирался кончить. - Почему. Выражение лица Гун Умэя было мрачнее некуда. Хоть ему и удалось справиться со всем этим не занимаясь сексом с женщиной, это было очень болезненно и он совсем не чувствовал такого удовольствия, какое он обычно чувствовал себя после секса. Поэтому, когда он посмотрел на Нин Шу, его взгляд был полон недовольства. ---------- Тебе Больше Нельзя Заниматься Этим Нин Шу не обратила никакого внимания на убийственную ауру которую Гун Умэй излучал из-за своего неудовлетворения, и просто сказала: - Это всё эссенция твоей энергии. Если ты хочешь, чтобы твоя болезнь была полностью излечена, то ты должен успокаивать хаотичную энергию в своём теле, и восстанавливать те части тела, которые уже были повреждены от этой энергии. Если ты будешь терять эссенцию энергии, то это плохо скажется на твоём теле. Всё это Нин Шу выпалила с непроницаемым лицом. Лицо Гун Умэя побледнело, и поначалу он ничего не сказал. Но когда он заговорил, его улыбка осталась такой же очаровательно, как и всегда. - Тогда что же мне теперь делать? Я ведь не могу его так оставить, верно? Гун Умэй показал на свою нижнюю часть тела, а потом слегка поднял подбородок и сказал: - Ты в ответе за то, чтобы он успокоился. Нин Шу: - Ха. Ха. Ха. Сдерживай себя. Разве я тебе только что не говорила об этом? Ты должен сдерживать себя. Если ты прям совсем не сможешь терпеть, то можешь потеребить себя, но что бы ни случилось, ты не должен спускать. Ты не должен выпускать энергию. На лице Нин Шу не было и следа застенчивости. Гун Умэй вяло разлёгся в ванной. Он посмотрел на неё, а потом спросил: - Ты действительно женщина? - Я – доктор. К моему полу это не имеет никакого отношения. Всё же, кому какое дело до таких подробностей? Гун Умэй нахмурил свои брови. Ему, похоже, было больно, поэтому Нин Шу решила немного приободрить его. - Ты справишься! Ты сможешь это сделать! Сдерживайся! Гун Умэй: … Гун Умэй был экспертом в боевых искусствах, поэтому эффект порошка ослабления сухожилий вскоре развеялся. Когда Гун Умэй начал вылезать из ванны, Нин Шу поспешно прихватила свой медицинский ящичек и свалила. Она была не настолько тупой, чтобы сталкиваться с Гун Умэем, когда он не был обездвижен. Поэтому, большую часть времени, она старалась не попадаться Гун Умэю на глаза и ждала, пока у него начнётся девиация ци. Тогда она налетала, вливала ему в горло несколько чаш лечебной воды с примесью китайского коптиса, а потом убегала прочь, на случай, если он потом захочет на ней отыграться. >Китайский коптис обычно используется в качестве антибактериального средства и для успокоения лихорадки. А ещё он пиздец какой горький. Возможно из-за того, что раньше Гун Умэй так часто предавался похоти, сейчас у него постоянно возникало желание переспать с женщиной даже тогда, когда у него не распалялась болезнь. Однако, каждый раз, как он был готов покувыркаться с женщиной, появлялась Нин Шу и постоянно ворчала на него, что он должен сдерживать себя. - Ты должен сдерживать себя, потому что ты тогда выпустишь свою эссенцию энергии. Ты должен удерживать её в себе… - Тебе больше нельзя заниматься этим. Как только ты этим займёшься, все твои прежние усилия будут потрачены зря… - Ты мужчина или нет? Тот, кто не может управлять своей нижней половиной – неудачник. Ты хочешь быть неудачником? … Каждый раз, когда Нин Шу появлялась в моменты его возбуждения и ворчала о таких вещах, Гун Умэй чувствовал словно был на грани и в любой момент мог сойти с ума. Он уже множество раз чувствовал сильное желание просто свернуть шею этой женщине. Но он останавливал себя, потому что думал, что она сможет вылечить его внутренние травмы. Иногда он весь день ходил со своим стоящим маленьким братцем, и всё равно вынужден был сдерживаться и не мог позволить себе кончить. Это продолжалось довольно долго и его лицо стало уже совсем зелёным от сдерживания. На подбородке Гун Умэя начали появляться прыщи, говорящие о том, что его гормоны выходят из равновесия. К тому же, он выглядел очень странно когда ходил со своим стоящим маленьким братцем. Нин Шу тоже немало страдала. Она не знала, как долго она ещё сможет обманывать его. Каждый раз, когда у Гун Умэя воспалялись внутренние травмы. Она бросала его в ледяную ванну и подмешивала в его лекарство порошок ослабления сухожилий. А иначе, стоило ему только разбушеваться, то ей наступил бы конец. Гун Умэй был ужасающе страшен, каждый раз, когда у него разгоралась болезнь. Всё, что она могла делать – это продолжать вливать в него лекарство, а потом снова вливать ещё больше лекарства. В каждой чаше лекарства был порошок ослабления сухожилий. Она заметила, что если Гун Умэй не использовал свою внутреннюю силу, когда у него распалялась болезнь, то симптомы девиации ци тоже сильно уменьшались. Но тут всё было просто – она делала так, что он был слишком истощён, чтобы его энергия ци могла бушевать. Конечно же, всё это время она должна была сохранять уверенное выражение лица, словно она знала, что делала. Однако, по правде говоря, был лишь один способ вылечить внутренние травмы Гун Умэя – это уничтожить его культивацию. Но Нин Шу не стала ему этого говорить, потому что если бы сказала, то он бы первым делом убил её. ---------- Чего Это От Тебя Так Мочой Пахнет? В тот момент, когда она сказала, что обязательно вылечит его, она вела себя очень уверенно. Если бы она сказала ему, что единственный способ – это уничтожить его боевое искусство, то он непременно убил бы её множество раз. Как лидер Демонической Секты, если он откажется от своего боевого искусства, то это было равнозначно самоубийству. Гун Умэй наверняка бы выбрал терпеть боль от внутренних травм, чем уничтожить своё боевое искусство. Поэтому Нин Шу просто ждала пока ортодоксальные секты нападут на Бесконечный Дворец, чтобы она могла сбежать в момент замешательства. - Красотка, иди сюда. Гун Умэй поманил к себе Нин Шу. Она медленно подошла к нему. Когда она оказалась близко, то сразу же заметила странный запах. Пахло так, словно он обмочился. Гун Умэй мрачно и лениво улыбнулся, медленно перебирая в руках изумрудную зелёную заколку. Затем он протянул руку и вставил эту заколку в волосы Нин Шу, спокойно сказав: - Эта заколка идеально тебе подходит. У Нин Шу волосы встали дыбом. Её явно ждало что-то нехорошее! Ей пришлось сдерживать своё сильное желание вытащить заколку и швырнуть её как можно дальше. Гун Умэй элегантно сел, а потом стал смотреть на Нин Шу без всякого выражения, пока она не спросила: - Тебе что-то нужно? - Я просто хотел спросить, что именно ты добавила в то лекарство? – праздно спросил Гун Умэй. Лицо Нин Шу дёрнулось. Возможно ли, что он заметил порошок ослабляющий сухожилия? Она заставила себя оставаться спокойной и сказала: - Я ничего не добавляла. - Красотка, ты со мной не честна. Я попросил доктора взглянуть и он сказал, что там было добавлено большое количество китайского коптиса, - выражение лица Гун Умэя стало зловещим. – Ты со мной не честна. - Китайский коптис горький от природы, но он помогает уменьшить жар и нейтрализует токсины. Я специально добавила китайский коптис. Разве доктор сказал тебе, что нельзя есть китайский коптис? Не волнуйся, всё это ради твоего блага. Нин Шу протянула руку, чтобы похлопать его по плечу, но как только она приблизилась к нему, тот странный запах стал ещё сильнее. Нин Шу сделала пару шагов назад. - Ты что, не моешься? Почему ты пахнешь как моча? Лицо Гун Умэя тут же исказилось, и он начал излучать убийственную ауру. - Красотка, думать всё, что тебе хочется – это одно, а вот говорить – совсем другое. Я и так уже терплю то, что ты говоришь, будто я воняю, но теперь ты ещё и говоришь, что я пахну, словно моча? Скажи мне, как я должен тебя наказать? Нин Шу сказала: - Лидер Секты, я говорю серьёзно. Если что-то не так, то ты должен просто сказать мне. Только евнухи не могут контролировать своё мочеиспускание, поэтому они так пахнут, но твои причиндалы в полном порядке, так почему же от тебя так пахнет? Когда Нин Шу сравнила его с евнухом, его лицо стало ещё более зловещим. - Может сама взглянешь, евнух я, или нет? - Нет необходимости. Я просто волнуюсь за тебя. Хорошо, что с тобой всё в порядке, - Нин Шу пренебрежительно махнула рукой. – Мойся чаще, а то ты действительно воняешь. Если потом случится что-нибудь необычное, просто зови меня. Затем она умчалась со всех ног из комнаты. Она услышала, как позади неё послышался звук разбиваемых вещей. Должно быть Гун Умэй громил всё подряд. После этого Гун Умэй начал рычать, отчего все послушники Демонической Секты помчались в его комнату, беспокоясь о том, что с их почтенным лидером-самой что-то случилось. Нин Шу остановилась. Что вообще происходит с Гун Умэем? Возможно ли, что его штука испортилась от того, что он так долго сдерживался? Наверное это невозможно. Все главные мужчины были очень сильными в этом отношении. Даже если они потеряют руку или ногу, это не будет означать, что их штука не будет работать. Неужели он действительно слишком усердно сдерживался всё это последнее время? Нин Шу использовала оправдание о сохранение эссенции энергии, чтобы Гун Умэй так часто не занимался сексом. Конечно же, она заодно наслаждалась, пытая его. И всё же, Нин Шу считала, что его шутка не могла испортиться. Он лишь ненадолго перестал кувыркаться женщинами, как же он мог сломать его, пока сдерживается? Если бы это была правда, то что же это означает для всех мужчин-девственников в мире? Однако, с тех пор, как Гун Умэй стал таким вспыльчивым, то лучше приготовить ещё немного яда и держать при себе. ---------- Лидер Секты Ищет Вас Теперь Нин Шу проводила своё свободное время, упаковывая вещи. Вероятно уже почти наступило время, когда те известные ортодоксальные секты придут, чтобы напасть на Демоническую Секту во имя справедливости. К тому же, темперамент Гун Умэя стал гораздо хуже. Причём до такой степени, что она даже больше не смела приближаться к нему. Он постоянно разбивал вещи в своей комнате или убивал слуг. Любой, кто хоть немного раздражал его, встречал ужасный конец. Нин Шу была серьёзно напугана. Она чувствовала себя так, словно пряталась от тигра, после того, как пощупала его за задницу. Она очень боялась, что Гун Умэй внезапно набросится на неё. Она не боялась смерти, больше всего она боялась того, что он её изнасилует. Всё же, главная женщина могла сколько угодно дразнить смерть. Нин Шу была уверена, что Гун Умэй был в плохом настроении, потому что узнал об ортодоксальных сектах, которые планируют напасть на его секту. - Мисс, Сяо Хун, лидер секты ищет вас. Управляющий Лю пришёл за Нин Шу. Нин Шу дёрнулась от одного только вида этого парня. Этот парень был просто охренеть каким преданным Гун Умэю. До такой степени, что Нин Шу хотелось бросить в него пакет с ядом. Как говорится, помяни чёрта. Нин Шу последовала за Управляющим Лю в комнату Гун Умэя с невозмутимым выражением лица. К её удивлению, дверь впервые была закрыта. Гун Умэй обычно был таким разнузданным, то не закрывал дверь даже когда занимался сексом, так почему же он закрыл дверь средь бела дня? Нин Шу не хотела входить. - Ваш лидер секты, наверное спит сейчас, так что я пойду. Нин Шу развернулась, чтобы уйти. Управляющий Лю заблокировал ей путь и сказал: - Лидер Секты ждёт вас внутри. Нин Шу глянула на меч, подвязанный на поясе Управляющего Лю, а потом тихо повернулась лицом обратно к двери. Управляющий Лю открыл дверь, чтобы впустить Нин Шу. Нин Шу стиснула яд, который спрятала у себя в ладони, а затем медленно вошла. Как только она оказалась внутри, Управляющий Лю закрыл дверь. У неё тут же появилось дурное предчувствие. Зачем он закрыл дверь? Не может же быть, что Гун Умэй решил её убить? - Ну и чего ты там всё ещё стоишь? Подойди сюда, - внезапно прозвучал голос Гун Умэя. Его голос был аномально мрачным. Нин Шу медленно подошла и подняла занавеску. Ей в лицо тут же ударила непереносимая вонь. Пахло старыми обоссаными штанами. От этого ферментированного запаха её чуть не стошнило. Однако когда она увидела его посеревшее лицо, она заставила себя стерпеть и спросила: - Лидер Секты, я тебе зачем-то нужна? Выражение лица Гун Умэя было очень мрачным, даже несмотря на то, что лицо было очень бледным. Его дыхание было нестабильным, и вокруг него витала аура увядания. Когда он посмотрел на Нин Шу, на его лице читалось подозрение и негодование, но в его взгляде так же была и капля надежды. Нин Шу была совершенно ошарашена этим. С трудом выдерживая вонь, она снова спросила: - Лидер Секты, что именно с тобой случилось? Гун Умэй лежал на постели. Он даже не пошевелился, когда она вошла и продолжил лежать неподвижно в той же позе, словно статуя. Она действительно не знала, что с ним не так. Гун Умэй посмотрел на неё и спросил: - Ты специально сделала это со мной? Нин Шу: ??? Она была озадачена. Она серьёзно не понимала, что произошло. Она начала избегать его с тех пор, как его настроение стало ухудшаться, поэтому она действительно не знала, что произошло. - Лидер Секты, если что-то случилось, то ты должен прямо мне всё рассказать. Я, конечно же, сделаю всё, что в моих силах. Нин Шу постучала себя по груди, когда заявила это очень преданным голосом. Гун Умэй словно начал бороться со смущением, но, в итоге, он всё же рассказал Нин Шу о своей нынешней ситуации. По сути, с тех пор, как Нин Шу сказала ему больше не кувыркаться с женщинами и сдерживаться, он держался всё это время, хотя его нужды в этой сфере были аномального огромными. Когда Нин Шу "лечила" его в первый раз, он почувствовал себя гораздо лучше чем раньше, поэтому он прислушался к её инструкциям и старательно сдерживался. Даже когда он чувствовал почти непреодолимое желание, он всё равно сдерживался. В итоге, это привело к тому, что он хотел кончить даже несмотря на то, что не занимался сексом. Он чувствовал, что это сильное желание возникает просто от трения об штаны, но он всё равно терпел, словно от этого зависела его жизнь. И так продолжалось некоторое время, пока не возникла проблема. Теперь у него с того конца всё время сочилась белая жидкость. Она выделялась постоянно. И когда кто-нибудь касался Гун Умэя, то из его конца начинало капать, отчего у Гун Умэя и появился такой вспыльчивый нрав. К тому же, раз нечто подобное было связано с его корнем, он не мог ни с кем поговорить об этом. Однако, промучившись столь долгое время, он, наконец, начали искать Нин Шу, так как верил, что эта Нин Шу, эта шарлатанка, довела его до такого состояния. Нин Шу: … Его краник эссенции лопнул от давления? Какого хрена?!!! Он лопнул, словно старый прохудившийся кран! ---------- Она Ему Кто? Мамочка? Нин Шу даже не знала, как отреагировать на такое. Когда она увидела его выражение лица "ты должна всё исправить", она почувствовала, что её скоро застрелят, даже несмотря на то, что она вела себя тихо. Она действительно не думала, что Гун Умэй будет сдерживаться до такой степени, что его тело станет таким. Обычно, если вам нужно сходить в туалет, вы же пойдёте? Кто же будет настолько решителен в том, чтобы сдерживать себя? Но раз он не мог заниматься этим с женщинами, это не означало, что у него не было других вариантов! Неужели он не мог просто воспользоваться своей же рукой? Это просто невероятно. Он забыл, для чего у него была рука? Она ему кто? Мамочка? Чего это он стал такой покорный? Нин Шу почесала шею, когда сказала: - Это… немного трудно. - Ты не можешь это исправить? Гун Умэй резко сел, а потом его цвет лица сильно изменился, и он медленно лёг обратно. Его нижняя часть тела снова стала влажной. От того факта, что его нижняя часть тела больше не обращала внимание на время и ситуацию, ему хотелось просто умереть. Нин Шу почувствовала ещё одно дуновение странного запаха. Гун Умэй вероятно слишком сильно пошевелился мгновение назад и снова кончил. Это, это… Цвет лица Гун Умэя были очень плохим. Он посмотрел на Нин Шу и холодно сказал: - Ты должна это исправить. Нин Шу: … - А иначе ты можешь просто умереть, - Гун Умэй стал излучать сильное убийственное намерение. – Это из-за тебя я стал таким. - Но я-то к этому не имею никакого отношения? – Нин Шу взмахнула обеими руками. – Это правда не имеет ко мне никакого отношения. - Что ты имеешь в виду, говоря, что это не имеет к тебе никакого отношения? Неужели ты смеешь утверждать, что не говорила мне сдерживать мою похоть? Разве не ты мне говорила, чтобы я сдерживал свою эссенцию? Неужели это не ты сказала? – зарычал Гун Умэй на Нин Шу, а потом его нижняя часть снова начала течь. Гун Умэй прикрыл своё лицо, на котором теперь было ужасающе мрачное выражение. В данный момент на лице Гун Умэя было крупными буквами написано "раздражение". К тому же, в его взгляде было сильное убийственное намерение. Было ясно, что он хотел убить Нин Шу, но он также беспокоился о своём состоянии, поэтому подавил это желание. Нин Шу: … И как ей теперь помочь вылечить семейные драгоценности этого парня? Нин Шу поняла, что она не сможет этого сделать, да у него и не было способности для этого. - Итак, какие методы у тебя есть? Гун Умэй посмотрел на Нин Шу с таким выражением, словно был готов убить её, если она не придумает какой-нибудь метод. Нин Шу могла лишь сказать ему: - Оберни пока вокруг него мешок со льдом, чтобы стимулировать его. Должно быть канал для традиционной китайской медицины испорчен из-за того, что ты так сильно сдерживался. Гун Умэй тихо сказал: - Тебе лучше молиться, чтобы этот метод оказался эффективным, а иначе, я тебе обещаю, что твоя смерть будет болезненной. Нин Шу: … В данный момент она лишь хотела свалить отсюда ко всем чертям. Если она продолжит оставаться тут, то долго не проживёт. Нин Шу задумалась об этом на мгновение, а потом сказала: - Эмм, а помимо того факта, что с него постоянно капает, он всё ещё может стоять? - Проваливай! – взревел Гун Умэй. – Даже если у меня сейчас с ним проблема, я всё равно смогу тебя трахнуть! - Динь! Очки травмы: +80. Текущее количество очков травмы: 90. ---------- Дяденька Полицейский в Стиле Древней Эпохи Гун Умэй приказал подчинённым принести лёд, а потом посмотрел на Нин Шу, подняв брови. И чего это он на неё так смотрит? - Ну и как мне его использовать? – спросил Гун Умэй. Нин Шу тут же ответила: - Просто сунь его себе прямо в штаны. - Ты мне голову морочишь? – взревел Гун Умэй. – Может ты просто хочешь, чтобы я постоянно держался за свою промежность? Нин Шу поковыряла в ушах, а потом сказала: - Лидер Секты, если тебе кажется, что ты не можешь это сделать, то можешь просто лечь в ванну с ледяной водой, а потом использовать горячую воду для его стимуляции. Несколько раз поменяешь способ стимуляции, и ему станет лучше. Гун Умэй глубоко вдохнул, а потом тихо сказал: - Ты мне голову морочишь. - Я… не… Прежде чем Нин Шу успела даже закончить свою фразу, перед ней мелькнуло нечто расплывчатое и её схватили за шею. Лицо Гун Умэя исказилось, а его горячее дыхание коснулось её лица. - Думаешь я не осмелюсь убить тебя? – выражение лица Гун Умэя стало ещё более зловещим, когда он вцепился в горло Нин Шу своими нефрито-подобными пальцами. – В данный момент я больше всего хочу убить тебя. Нин Шу ощупала яд в своей руке. Но она не стала его использовать, потому что даже если бы она использовала его, то Гун Умэй всё равно успел бы свернуть ей шею прежде, чем яд начал бы действовать. Она просто прекрасно справилась с тем, чтобы раздразнить смерть. Ей стало всё труднее дышать и её лёгкие начали гореть. Нин Шу шлёпнула его по рукам, а потом попыталась их отцепить от себя. Гун Умэй холодно сказал: - Говори. Как именно его вылечить? Нин Шу пыталась вырваться из его захвата и показала на свою шею. Ты же, блять, душишь меня, как я могу вообще говорить?! Гун Умэй холодно хмыкнул, а потом отпустил шею Нин Шу. Нин Шу начала неистово кашлять до такой степени, что у неё слёзы потекли из глаз. Однако внутри она была довольно счастлива, потому что ей всё же удалось втереть яд в руку Гун Умэя. Урод! Он действительно пытался убить её! Он заслуживает того, чтобы стать евнухом! Гун Умэй холодно посмотрел на неё сверху вниз. - Говори. Управляющий Лю вбежал в комнату. - Лидер Секты, Лидер Секты, всё плохо! Люди из общества боевых искусств прошли через железную цепь и теперь нападают на пещеру! Шок промелькнул на лице Гун Умэя. - Как они прошли через железную цепь? Разве я не сказал отвязать цепь, когда эти секты придут нас атаковать? Почему вы позволили им войти? Управляющий Лю не успел ответить. - Разве я не отправил людей охранять мост? Что там произошло?! – злобно закричал Гун Умэй. Его тело стало излучать ещё одну волну невыносимой вони. Нин Шу внутренне вздохнула с облегчением. Охренеть, наконец-то те люди пришли. Она постаралась скрыть своё присутствие. Как только Гун Умэй вышел из комнаты, она начала свой побег. Гун Умэй уже больше не мог беспокоиться о том, что его нижняя половина капает, потому что враги уже добрались до его двери. Он сделал несколько шагов вперёд, а потом развернулся, чтобы схватить Нин Шу за воротник и потащить ко входу в пещеру. Нин Шу: … Зачем он взял её, слабую маленькую девушку, с собой на бой? У неё же совсем нет боевой силы, зачем её брать? Нин Шу почувствовала себя так, словно умирала. Когда они вышли к входу в пещеру, там уже было много народу. Все люди были одеты в разные наряды, а некоторые даже несли флаги, которые обозначали их фракции. Люди из Демонической Секты в данный момент отбивались от атак ортодоксальных сект. Когда они увидели, что их лидер секты прибыл, они тут же закричали: - Лидер Секты! Обе стороны тут же прекратили сражаться. Выражение лица Гун Умэя было мрачным, когда он увидел всё это. Он тщательно приготовил контрмеры против подобного, но эти люди всё равно смогли пройти через железную цепь. Единственным объяснением было лишь то, что у них был предатель. Гун Умэй обвёл строгим взглядом лица последователей Демонической Секты. Нин Шу хотела уйти, но Гун Умэй всё ещё крепко держал её за воротник. Когда Нин Шу оказалась перед лицом двух сторон, которые вот-вот были готовы сразиться в битве, у неё, имеющей лишь Дрянной Навык Ближнего Боя, внезапно обмякли колени. Если бы её тренировка Непревзойдённых Боевых Искусств сработала, то она бы уже мчалась в толпу размахивая хлыстом с шипами и никого бы не щадила. Но её нынешнее тело было очень жалким и слабым… Охренеть, не может же быть, что Гун Умэй планирует сделать так, чтобы она умерла вместе с ним, верно? Со стороны ортодоксальных сект кто-то вышел вперёд. Он был одет в голубой наряд для боевых искусств и излучал праведную ауру просто стоя там. Его черты лица были ясными и сильными, а его переносица была очень прямой. Это был очень симпатичный глава альянса боевых искусств. Когда Гун Умэй увидел этого главу, он холодно сказал: - Янь Наньчжу, я всегда занимался лишь своими делами и не лез в ваше общество боевых искусств, но ты всё равно привёл всех этих людей, чтобы напасть на мой дворец. Неужели ты пытаешься начать войну? - Гун Умэй. Твоя Демоническая Секта тиранизирует людей, убивает невинных и грабит их дома. К тому же, ты похитил множество женщин и держишь их в заложницах в своём Бесконечном Дворце, - громко сказал Янь Наньчжу. – Неужели мы должны позволить тебе делать всё, что тебе пожелается? Когда Нин Шу услышала его речь, она очень захотела закричать "умоляю, спасите меня!" Однако, так как она была прямо рядом с Гун Умэем, то она решила тактично держать рот на замке. - Ты хочешь убить меня? С такой кучкой слабаков и отбросов вроде тебя? Что за шутка. Волосы Гун Умэя слегка приподнялись, хотя поблизости не было никакого ветра. Его выражение лица было демонически чарующим, а его тело излучало напряжённую и безжалостную ауру. Янь Наньчжу вышел вперёд и заявил: - Гун Умэй, ты совершил кровавые зверства которые взывали к небу. Однако если ты успокоишься и прекратишь, то мы позволим тебе жить. Когда Нин Шу выслушала это, то ей внезапно показалось, что этот Янь Наньчжу был словно дяденька полицейский в стиле древней эпохи. ---------- Ну и Как Ей Вот Так Сбежать?! - Ты хочешь, чтобы я спокойно позволил себя поймать? Янь Наньчжу, может у тебя с головой что-то не так? Хватит уже этой притворной праведности! Вы, ребята, просто хотите разграбить сокровища моего Бесконечного Дворца. Зависть и жажда наживы ясно видны в ваших глазах. Какие же вы отвратительные "ортодоксальные секты". - Гун Умэй, ты набрал свои богатства мародёрством и грабежами. Янь Наньчжу нахмурил брови. Гун Умэй громко рассмеялся. - Да, я нажил их мародёрством, но что насчёт вас, ребята? Разве вы сейчас не пытаетесь сделать то же самое? - Это не то же самое. Янь Наньчжу покачал головой. - И какая же в этом разница? Хоть вы и шагаете под флагом справедливости, на самом деле ваши действия такие же, как и мои, - сказал Гун Умэй и холодно улыбнулся. Нин Шу: … Какого хуя?! Если вы собрались драться, то начинайте уже драться! Чего вы разговорились-то так? В чём смысл этих разговоров? - Глава Альянса Янь, мы должны просто уничтожить это гнездо демонов, чтобы восстановить порядок в стране. - Всё верно! Люди из Демонической Секты ничего не чувствуют, даже когда убивают людей. Нет смысла разговаривать с ними, их уже не спасти. Люди из ортодоксальных сект тоже, похоже, утомились от болтовни этих двоих и хотели уже начать сражение. Нин Шу стояла рядом с Гун Умэем, поэтому она чувствовала, что его тело слегка дрожит. Его глаза налились кровью и хотя его аура была сильной, она была очень хаотичной. У Гун Умэя снова распалились внутренние травмы. - Гун Умэй, раз ты отказываешься сходить со своего пути, то не вини меня за то, что я не буду с тобой вежлив. Слушайте все, убейте всех послушников Демонической Секты, но схватите Гун Умэя живым. Если схватить его живым не получится, то убейте его. - Убить! Уничтожить это гнездо демонов… - Убить! Восстановить справедливость… Ортодоксальные секты начали выкрикивать свои лозунги, пока бежали в сторону послушников Демонической Секты. Вскоре две стороны сошлись вместе и начался бой. Тем временем Гун Умэй и Янь Наньчжу встали друг против друга на некотором расстоянии. Какое-то время никто из них не двигался и они просто наблюдали за сражением своих подчинённых. Нин Шу: … Ну и как ей вот так сбежать?! #комментарий анлейта: Ха-ха, угадаете, что случится с Нин Шу? ---------- Так Значит Это Ты Предатель? Нин Шу стояла рядом с Гун Умэем и наблюдала за тем, как схлестнулись две стороны. Нин Шу чувствовала, что энергия Гун Умэя становится всё хаотичнее, и знала, что он долго не продержится. Она была в ужасе от мысли, что он позабудет обо всём происходящем вокруг и завалит её прямо здесь и сейчас, чтобы подавить свои внутренние травмы, но, похоже, что у Гун Умэя не было таких планов. Янь Наньчжу достал свой меч и уставился на Нин Шу. - А ты ещё кто? Тебя тоже похитил Гун Умэй? Нин Шу кивнула и уже собиралась выпалить очередную историю, когда Гун Умэй притянул её к себе. Её тут же кружил отвратительный запах ферментированной мочи. Она попыталась освободиться, но Гун Умэй не отпускал её. Он холодно улыбнулся в сторону Янь Наньчжу и сказал: - Я её не похищал. Она всегда принадлежала нашей секте. Она – наша святая дева. Нин Шу: Пффф… Какого чёрта она внезапно стала святой девой Демонической Секты? Нин Шу тут же заткнулась и глянула на Янь Наньчжу очень невинным и честным взглядом, но Янь Наньчжу не встретился с ней взглядом. В тот момент, когда он услышал, что Гун Умэй назвал её святой девой Демонической Секты, он начал смотреть на неё с выражением "зачем такой красивой и целомудренной леди выбирать такой злой путь"? От жалости и разочарования в его взгляде у Нин Шу сжались яйца. Нин Шу выражала собой, что она была совершенно чистой и невинной, как же он мог так ошибаться в ней и считать её святой девой Демонической Секты? - Лидер Секты, наша сторона проигрывает и мы уже в невыгодном положении! – Управляющий Лю подбежал к ним с беспокойным выражением на лице. – Лидер Секты, может нам пора эвакуироваться. Гун Умэй нахмурился, глядя на то, как послушники Демонической Секты падают под натиском ортодоксальных сект. Он зловеще уставился на Янь Наньчжу, после чего повернулся к Управляющему Лю. - Продолжай действовать по плану. Сначала помоги выбраться послушникам. - Понял. Управляющий Лю поклонился, а потом внезапно ударил Гун Умэя в бок своим мечом. Гун Умэй сдавленно застонал, а потом ударил ладонью Управляющего Лю. Управляющий Лю закашлял кровью, когда удар отправил его в полёт, но Янь Наньчжу поймал его. Гун Умэй выдернул меч и из раны начала хлестать кровь. Его выражение лица было очень мрачным. - Начальник У, вы в порядке? Янь Наньчжу вложил пилюлю в рот Управляющего Лю. Управляющий Лю сел в позу для медитации и начал использовать свою внутреннюю энергию для восстановления. - Так значит это ты был предателем! Должно быть я слишком слепо доверял тебе! Значит это ты был шпионом! Выражение лица Гун Умэя стало уродливым, но также и с ноткой поражения. Было ясно, что Бесконечному Дворцу пришёл конец. Гун Умэй проигнорировал тот факт, что у него течёт кровь из раны и побежал в сторону железной цепи вместе с Нин Шу, сунув её подмышку. Даже в такой ситуации Гун Умэй всё равно не хочет её отпускать? Нин Шу просто лишилась дара речи. Похоже, что Гун Умэй всерьёз сильно ненавидел её. Она даже начала беспокоиться, что Гун Умэй просто бросит её в бездну, в которую она сейчас смотрела. Ей пришлось закусить свои щёки, чтобы не дать себе закричать. ---------- Бесстыдная Распутная Ведьма Когда Янь Наньчжу увидел, что Гун Умэй убегает, он поспешил за ним в погоню. И эти два человека, даже три, если считать Нин Шу, которая была у Гун Умэя подмышкой, заставили железную цепь отчаянно трястись. Нин Шу очень хотела сказать: "не могли бы вы все, блять, помедленнее? Это же опасно!" Гун Умэй оглянулся назад, а потом холодно рассмеялся. У него сильно текла кровь, и вес Нин Шу только всё ухудшал. Его лицо было бледным, а его обычно розовые губы теперь были бесцветными. Нин Шу никак не могла понять, почему Гун Умэй так настойчиво тащил её за собой, несмотря на то, что она был явной обузой. Однако, к её облегчению, Гун Умэй наконец-то достиг другой стороны. Когда Гун Умэй перебрался на другую сторону, он опустил Нин Шу на землю. Он глянул в сторону Янь Наньчжу, который всё ещё шёл по цепи, а потом громко сказал Нин Шу: - Святая Дева, я оставляю наследие секты с тобой. Давай разделимся и сбежим, а потом встретимся в Храме Сянго. А до тех пор ты должна защищать наследие нашей секты! Пока наследие существует, моя секта продолжит существовать. Эти лживые ортодоксальные секты ни за что не смогут нас уничтожить! Наследие? Встретимся у Храма Сянго? Что за херню ты несёшь? Нин Шу была совершенно ошарашена, но Гун Умэй сбежал прежде, чем она успела отреагировать. Когда Нин Шу увидела, что Янь Наньчжу мчится к ней, она поспешила погнаться за Гун Умэем. Охренеть! Он её затроллил! Какое ещё дурацкое наследие? Он просто пытался переключить внимание Яня Наньчжу на неё! Вот ведь ублюдок! А значит, эта мадам отказывается бежать в другом направлении, эта мадам побежит вслед за тобой! Как и следовало ожидать Янь Наньчжу начал гнаться за Нин Шу. Нин Шу снова посмотрела вперёд и увидела, что фигура Гун Умэя теперь едва была видна. Нин Шу мысленно выругалась. Она невольно запаниковала, когда увидела, что Янь Наньчжу настойчиво преследует её и вот-вот догонит. Спустя некоторое время она совершенно выдохлась и остановилась, чтобы отдышаться. А потом она сказала: - Сэр, пожалуйста, подождите. Я должна кое-что сказать. Янь Наньчжу посмотрел на Нин Шу с опаской и остановился на безопасном расстоянии от неё, после чего строго сказал: - У тебя наследие Демонической Секты, отдай мне его! Если ты раскаешься и начнёшь жизнь с нового листа, то я тебя пощажу. Нин Шу с беспомощностью сказала: - А если я скажу, что я одна из тех жалких женщин, которых похитил Гун Умэй, вы мне поверите? - Не поверю. Если бы он действительно тебя похитил, то ему было бы плевать на твою жизнь. Однако он пытался сбежать с тобой. А это означает, что он о тебе беспокоился. Отдай мне наследие Демонической Секты! На лице Янь Наньчжу было праведное выражение, когда он направил свой меч на Нин Шу. - А иначе не вини меня в том, что я не был вежлив. Нин Шу: Я… Так психологически устала. - У меня правда нет с собой никакого наследия. Вам стоит гнаться за Гун Умэем. Я лишь слабая и нежная леди, в то время как Гун Умэй – лидер секты. Если какое-то непонятное наследие действительно существует, то оно у него. У меня нет никакой боевой силы. Любой человек может сбить меня с ног, как кто-то мог бы оставить наследие у кого-то вроде меня? Верно, братец? Нин Шу почувствовала себя беспомощной. - Ведьма из Демонической Секты, а ну прекрати свои попытки сбить меня с толку! Возможно это одна из диверсионных тактик Гун Умэя! Если бы не тот факт, что я услышал вашу беседу недавно, то я бы и не знал, что наследие у тебя. Гун Умэй сделал это нарочно. А иначе кто бы мог подумать, что он отдаст наследие в руки слабой женщины? Янь Наньчжу направил свой меч на Нин Шу. - Ваша Демоническая Секта тиранизирует людей и убивает невинных! Наследие подобной Демонической Секты не должно существовать! Так что отдавай мне наследие. Нин Шу: … Баобао чувствует себя очень обиженной! Главный мужчина был таким персонажем, который поверит словам кого угодно, но не поверит словам главной женщины. Любой случайный человек мог сказать что-то и он бы ему поверил, но он не поверит ни единому слову, вышедшему изо рта главной женщины, даже если она будет говорить до тех пор, пока у неё не пересохнет горло. Как это раздражает. Нин Шу начала развязывать свой пояс, чтобы снять одежду. Янь Наньчжу поспешно отвернулся от неё и начал ругаться: - Бесстыдная распутная ведьма! Думаешь я попадусь на твои попытки соблазнить меня? Губы Нин Шу дрогнули. Ты явно всё переусложняешь. #комментарий анлейта: Бао означает "сокровище", и термином баобао обычно обращаются к младенцам и маленьким детям, по сути называя их "маленькое сокровище". ---------- Естественная Способность Околдовывать Людей - Ведьма, прекрати пытаться обмануть меня такими низкопробными способами! – строго сказал Янь Наньчжу. Нин Шу тяжело и протяжно вздохнула. - Разве не ты сказал, что у меня есть наследие? Вот я и снимаю свою верхнюю одежду, чтобы вытрясти его. Посмотрим, выпадет ли какое-нибудь "наследие". Янь Наньчжу обернулся. Нин Шу перетрясла всю свою одежду, а потом сказала: - Видишь? Тут ничего нет. Янь Наньчжу посмотрел на неё и сказал: - Хоть при тебе его нет, это не значит, что ты не знаешь, где оно. Я не могу тебе доверять. Нин Шу беспомощно развела руками. - Ладно, пофиг. А потом она развернулась и пошла. - Куда это ты собралась? Ты – единственный оставшийся член Демонической Сеты. Ты идёшь со мной, - Янь Наньчжу догнал Нин Шу. – Я должен арестовать тебя, чтобы у тебя больше не было возможности вредить невинным людям. Нин Шу: … - Глава Альянса, вы только посмотрите какая я слабая. Да кому я смогу навредить? – Нин Шу поправила свои волосы. – Почему вы позволяете Гун Умэю, этому демону, спокойно сбежать, а вместо него пытаетесь поймать меня? Какой смысл в том, чтобы ловить меня? Неужели ваше сообщество боевых искусств знает лишь, как издеваться над слабыми женщинами? - Это ты-то слабая женщина? Янь Наньчжу оглядел её. – Ты же святая дева Демонической Секты, и обладаешь естественной способностью очаровывать людей. Ты используешь свою красоту, чтобы околдовывать мужчин, что неизбежно ведёт к бедствию. Ради стабильности сообщества боевых искусств, как глава альянса боевых искусств, который был выбран всеми, я не могу пощадить тех людей, которые могут навредить сообществу боевых искусств. Нин Шу лишь посмотрела на него. Этот парень был слишком праведным и серьёзным. Она даже не знала, что сказать. В изначальной истории Му Яньмэн была в плену у Гун Умэя и использовалась в качестве секс-рабыни. Позже Демоническая Секта была атакована и у Гун Умэя не было возможности забрать Му Яньмэн, поэтому Му Яньмэн была спасена Янь Наньчжу и он привёл её в свой Особняк Красных Облаков. Тогда были спасены и другие женщины. Некоторые из них завидовали Му Яньмэн, так как Гун Умэй перестал их любить после её появления. И поэтому они сказали Янь Наньчжу, что Му Яньмэн была женщиной Гун Умэя и членом Демонической Секты. Они сказали, что у Му Яньмэн есть способность околдовывать людей и ещё ни один мужчина не смог избежать её заклинаний. Янь Наньчжу тогда начал испытывать подсознательное влечение к Му Яньмэн когда был с ней. А когда он вспомнил, что ему сказали другие женщины о её способностях околдовывать мужчин, он начал испытывать противоречивые чувства. Его сердце чувствовало одно, но в то же самое время ему нужно было придерживаться принципов сообщества боевых искусств. Он был главой альянса боевых искусств, так как же он мог быть вместе с женщиной из демонической секты? Как он мог позволить себе быть околдованным ведьмой? И пока Янь Наньчжу боролся с этими чувствами, его отношение к Му Яньмэн колебалось между очень грубым и очень холодным. Как бы Му Яньмэн ни пыталась объяснить, что она не состояла в Демонической Секте и что Гун Умэй её похитил, Янь Наньчжу ей не верил. Когда Гун Умэй пришёл в Особняк Красных Облаков и попытался похитить её, Янь Наньчжу ещё больше уверовал в то, что она лжёт. К тому же, Гун Умэй был настолько прогнившим, что иногда прокрадывался в Особняк Красных Облаков, чтобы покувыркаться с Му Яньмэн. Янь Наньчжу однажды застал их за этим, но он лишь наблюдал из потайного места, пока его кровь кипела. Он ненавидел Му Яньмэн и ненавидел себя. Он ненавидел себя за то, что попался на колдовство Му Яньмэн, но ненавидел Му Яньмэн за то, что она не ценила себя и позволяла мужчине использовать себя как ему хочется. Короче говоря, Янь Наньчжу был очень прямолинейным и честным мужчиной, поэтому он считал, что Му Яньмэн – плохая женщина, которая любит притворяться жалкой, чтобы обманывать мужчин. Но больше всего его беспокоило то, что он и сам попался на этот обман. ---------- Идём Со Мной к Храму Сянго За короткое время мужественное сердце Янь Наньчжу было разбито, и он так терзался, что его внутренние органы чуть не перемешались. Он чуть не заработал себе такую же Девиацию Ци как у Гун Умэя. Ортодоксальные секты не могут сосуществовать с неортодоксальными сектами, поэтому ортодоксальные секты сказали, что Му Яньмэн – ведьма, и что её нужно сжечь. После всех своих мучений, Янь Наньчжу передал им Му Яньмэн, думая, что если она умрёт, то он, возможно, перестанет быть в таком замешательстве. Однако когда пришло время, и Му Яньмэн была привязана к столбу и уже задыхалась дымом, когда она посмотрела на него, и он увидел её бледное лицо, он больше не мог сдерживать чувства, вспыхнувшие в его сердце и спас её. Он почувствовал, что больше не может общаться с людьми из сообщества боевых искусств, поэтому он ушёл в отставку с поста главы альянса и поклялся, что будет присматривать за этой ведьмой, чтобы у неё больше не было шанса навредить другим. Нин Шу причмокнула губами, глядя на Янь Наньчжу. Можно было даже сказать, что у Янь Наньчжу были самые сильные принципы из всех главных мужчин. Она действительно не могла понять, как тот, кто был главой альянса боевых искусств, мог делить женщину с лидером Демонической Секты. Всё-таки у них были совершенно разные взгляды на жизнь. Гун Умэй не заботился ни о чьей жизни и мог убить кого угодно по настроению, в то время как Янь Наньчжу был словно Святой Отец. Из всех этих людей он был самым высокоморальным. Она даже не могла представить, как эти двое могли общаться друг с другом. Постоянно сражаясь? Нин Шу начала идти и Янь Наньчжу последовал за ней. Спустя продолжительное время Нин Шу, наконец, не сдержалась и спросила его: - Глава Альянса, как долго вы планируете следовать за мной? У меня действительно нет никакого наследия, - Нин Шу подпрыгнула несколько раз. – Видите, ничего нет. Янь Наньчжу серьёзно ответил ей: - Я должен проследить, чтобы не позволить тебе навредить другим людям. А ещё ты должна пойти со мной в Храм Сянго. - Зачем? Какого чёрта я должна идти к Храму Сянго? – Нин Шу нахмурила брови. – Я отправляюсь на поиски своего учителя. - У тебя есть учитель? Возможно ли, что прежний лидер Демонической Секты не умер? Выражение лица Янь Наньчжу стало обеспокоенным. Нин Шу: … - Когда это эта мадам вообще говорила, что мой учитель – это лидер Демонической Секты? – Нин Шу захотелось даже встать перед ним на колени. – Что мне нужно сказать вам, чтобы вы поняли? Я не святая дева Демонической Секты! Янь Наньчжу словно вообще её не слышал, или вообще целенаправленно решил игнорировать её слова. - Ты должна пойти со мной к Храму Сянго. Нин Шу: Я словно разваливаюсь на части внутри. - Почему? – слабо спросила Нин Шу. Янь Наньчжу глянул на Нин Шу, которая выглядела уставшей, а потом спокойно сказал: - Разве Гун Умэй не говорил тебе, что встретится с тобой у Храма Сянго? Я должен поймать его. Гун Умэй слишком опасен, чтобы так просто отпускать его. Нин Шу закатила глаза. - Гун Умэй просто всё придумал. Неужели ты действительно думаешь, что он будет там вас ждать? Ты поистине очаровательно невинный, ах. - Даже если это был блеф я всё равно должен идти. Пока есть возможность поймать его, я должен идти, - искренне сказал Янь Наньчжу. - Ты должна пойти со мной, - снова повторил Янь Наньчжу. – Я должен присматривать за тобой, чтобы ты не могла навредить невинным людям. Когда это она вообще вредила невинным людям? - Пока-пока. Мне нужно найти моего учителя. А ты можешь отправляться в Храм Сянго сам. Нин Шу подняла свою юбку и приготовилась бежать, но стоило ей сделать всего два шага, как перед ней появился блестящий меч и вынудил её остановиться. ---------- Я Просто Такая Красивая Нин Шу осторожно взяла лезвие клинка пальцами и с улыбкой отодвинула его в сторону. - Сэр, давайте всё обговорим, ладно? Зачем так спешить? Вы же просто хотите, чтобы я пошла с вами к Храму Сянго, верно? Мне кажется, что моя удача в последнее время совсем плохая. Мне, пожалуй, стоит зажечь немного благовоний. Чтобы развеять плохую удачу. Более того, чтобы доказать, что я дочь из хорошей семьи, а не святая дева Демонической Секты, я обязательно помогу Главе Альянса поймать Гун Умэя, этого дьявола. Я хочу соответствовать стандартам морали сообщества боевых искусств! – сказала Нин Шу с большим энтузиазмом в голосе. Янь Наньчжу опустил свой меч и убрал его в ножны. - Как и следовало ожидать от кого-то из Демонической Секты. У тебя хорошо подвешен язык. Однако чтобы ты там ни говорила, я тебе не поверю. Люди из Демонической Секты лучше всех умеют влиять на общественное мнение своими ложными заявлениями, - холодно сказал Янь Наньчжу. Нин Шу: … Нин Шу была вынуждена последовать за Янь Наньчжу в Храм Сянго. Однако она была почти уверена, что Гун Умэй там не появится. По пути туда внешность Нин Шу вызывала некоторые волнения. Всё же, всегда найдутся какие-нибудь злые тираны, которые захотят похитить красивую женщину. Янь Наньчжу великолепно владел боевыми искусствами, поэтому ни один из попавшихся им хулиганов не смог даже коснуться волос Нин Шу. Однако выражение лица Янь Наньчжу становилось всё мрачнее. Он посмотрел на Нин Шу и холодно сказал: - Как и следовало ожидать от ведьмы, ты околдовываешь мужчин везде, куда бы ты ни пошла. Нин Шу в этот момент сидела у костра и грызла жареную ножку птицы. Она отбросила кость в сторону, вытерла жир со своего рта, а потом сказала: - Должна сказать, что мне очень не нравится это слышать. - Неужели это не ты околдовала всех тех мужчин? Янь Наньчжу пристально посмотрел ей в глаза. Колеблющееся пламя костра отражалось в его взгляде, отчего глаза были исключительно ослепительные. Нин Шу потянулась и сказала: - Вместо того чтобы говорить, что это моя вина, почему бы тебе не сказать, что это всё вина мужчин? Я выглядела так с тех пор, как была маленькой. Я просто такая красивая. Мой внешний вид – это дар от моих родителей. Я не вредила другим ради своей внешности, на самом деле это мужчины хотят похитить меня из-за того, что я такая красивая. Это явно вина мужчин, почему ты меня винишь в этом? Это те мужчины были такими развратными, но ты винишь меня в том, что я красивая? Глава Альянса, почему бы вам не ругать тех мужчин за то, что они издеваются над женщинами и детьми вместо того, чтобы обвинять меня в том, что я околдовываю людей? Мужчины даже не могут контролировать свои нижние половины, и они винят в этом женщин? Янь Наньчжу на какое-то время уставился на свою куриную ножку, а потом сказал: - Чего и стоило ожидать от ведьмы, ты сбиваешь с толку людей своей ложью и искажаешь правду. Если смотреть в суть, то это был просто мужской шовинизм. Во всём были виноваты женщины. Тц тц тц. Только из-за того, что эта мадам такая красивая, это не означает, что ты можешь изнасиловать меня, говоря всякое дерьмо вроде того, что женщина одевается так открыто только с целью соблазнять мужчин. Нин Шу больше не хотела с ним разговаривать. В итоге, из-за низкого статуса женщин у них не остаётся иного выбора кроме как терпеть несправедливые обвинения. Она прислонилась к дереву и приготовилась ко сну. Внезапно она вспомнила что-то и открыла глаза. - Глава Альянса, как добропорядочный лидер сообществ боевых искусств, вы же не такой как те мужчины? Вы же не будете вожделеть моего тела, верно? Лицо Янь Наньчжу тут же исказилось, и он ответил голосом полным презрения: - Да я ни за что не почувствую ничего к такой ведьме как ты. Я хочу лишь отношений со взаимными чувствами. - Это хорошо, а то я очень беспокоилась, что вы будете очарованы моим внешним видом и сделаете что-нибудь глупое, - сказала Нин Шу с облегчением. Янь Наньчжу: … ---------- Глава Альянса, Прошу, Спасите Меня! Нин Шу очень не хотела оставаться с Янь Наньчжу, потому что тот хотел отвести её в Храм Сянго, а она понятия не имела, где он находился. После того, как они шли несколько дней, она уже больше не могла идти, потому что у неё все ноги были в мозолях. Она подозревала, что Янь Наньчжу специально пытает её, потому что невзлюбил её. - Почему бы нам не найти повозку? – спросила Нин Шу, когда запыхалась. Янь Наньчжу безэмоционально вытер со своего лица пот. - Я поспешил и забыл взять деньги. К тому же, мы отправлялись уничтожать Демоническую Секту, так зачем же нам брать с собой деньги? Нин Шу: - Почему бы нам тогда не устроить несколько представлений, чтобы заработать немного денег? Мы можем представиться братом и сестрой, у которых закончились деньги, пока они путешествовали, чтобы навестить родственников. Ты можешь выступать с техниками палаша. Если сможешь поработать на публику, то мы можем заработать немного на дорогу. Янь Наньчжу ответил с внушительным и непоколебимым выражением лица: - Боевые искусства используются для защиты и стабильности сообщества боевых искусств, а не для подобных вещей. Я – глава альянса, я не могу делать вещи, которые снизят мою репутацию в сообществе боевых искусств. Нин Шу: … Он был такой достопочтенный, что был совершенно непреклонным, вот серьёзно! - А ещё, таким образом, ты сможешь испытать на себе жизнь обычного человека и понять, как трудно даётся жизнь обычным людям. Люди из твоей Демонической Секты убивают людей, не моргнув глазом, хотя эти люди простые и не совершали никаких преступлений, - Янь Наньчжу посмотрел на Нин Шу. – Ты же от природы не такая плохая, так почему же ты решила стать святой девой Демонической Секты и помогать стороне зла? Нин Шу: … Проваливай. Я не хочу с тобой разговаривать. К тому времени, как Нин Шу добралась до подножия горы, на которой стоял Храм Сянго, она уже опиралась на костыль, а её обувь так износилась, что у неё торчало три пальца. Её лицо было покрыто слоем грязи, и она выглядела совершенно несчастной. Нин Шу чувствовала сильную горечь. Всё это было из-за того, что у неё не было боевой силы. Если бы она владела боевыми искусствами, то она бы просто схлестнулась с Янь Наньчжу, а потом спокойно ушла. Ей бы не пришлось страдать в этом долгом путешествии с ним до Храма Сянго. - Гун Умэй сказал тебе, где он хочет с тобой встретиться? – спросил Янь Наньчжу. Он и сам сейчас был в таком же жалком состоянии. Его голубой наряд для боевых искусств был покрыт грязью, а его обувь была такой пыльной, что невозможно было определить её изначальный цвет. Его волосы тоже были такими грязными, что начали слипаться. Нин Шу спокойно ответила: - Гун Умэй ничего не говорил о том, где он хочет встретиться. Быть может нам нужно просто подождать в Храме Сянго? Янь Наньчжу кивнул, а потом спросил Нин Шу: - Если Гун Умэй придёт, то ты собираешься уйти с Гун Умэем и продолжить помогать ему совершать преступления? Нин Шу тут же подняла руку и поклялась: - Я клянусь, что я никогда не помогала Гун Умэю совершать преступления, и что я никогда не вернусь в Демоническую Секту, а иначе я умру болезненной смертью. Глава Альянса, так сойдёт? Нин Шу уже повторила эту клятву множество раз по пути сюда. Они нашли комнату в Храме Сянго, поэтому Нин Шу долго принимала ванну, а потом достала иглу, чтобы лопнуть все мозоли на ногах. Дверь внезапно распахнулась, отчего рука Нин Шу дрогнула, и она вонзила иглу себе в плоть. Какого хуя? Нин Шу злобно посмотрела в ту сторону и увидела, что в дверях стоит Гун Умэй, аура которого была хаотичной и беспорядочной. Его губы были практически фиолетовыми, а его глаза так налились кровью, словно вот-вот лопнут. - Дрянь! Ты посмела меня отравить! Голос Гун Умэя был шокирующее холодным. - Глава Альянса, прошу, спасите меня! – закричала Нин Шу. Она бы никогда не подумала, что Гун Умэй действительно будет в Храме Сянго. Однако раз она отравила Гун Умэя, когда он пытался её задушить, было вполне логично, что он станет ждать её тут, раз на него подействовал яд. Она действительно пришла в ловушку. - Дай мне противоядие, или я тебя убью. Гун Умэй подошёл и протянул руку, чтобы схватить её за шею. Янь Наньчжу, который только что закончил принимать ванну, прибежал на зов. С его мокрых волос ещё текла вода. Когда он увидел Гун Умэя, они тут же начали драться. Нин Шу пригнулась, приготовившись тайком сбежать. А вы, ребята, может драться. Один умрёт, одним меньше. - Дрянь! А ну, стой! Гун Умэй увидел, что Нин Шу пытается сбежать, и попытался погнаться за ней, уворачиваясь от атак Янь Наньчжу. Нин Шу даже не стала оглядываться и просто побежала прочь. #комментарий анлейта: Ха-ха-ха, спустя 3 месяца работы и более сотни глав, мы наконец-то пришли! Пришло время для невероятного выхода!! ---------- Собрание Семи Братьев Калебаш? Гун Умэй увидел, что Нин Шу убегает, и начал рычать на Янь Наньчжу: - Проваливай! А потом он погнался на Нин Шу. - Гун Умэй, пока я всё ещё стою на ногах, тебе стоит просто сдаться и не пытаться сбежать от меня. Янь Наньчжу заблокировал путь Гун Умэю, и они снова начали драться. Однако когда Нин Шу выбежала наружу, она снова забежала внутрь. Когда Гун Умэй увидел Нин Шу, он холодно закричал: - Давай сюда противоядие! Нин Шу не обратила на него внимания, а вместо этого повернулась в сторону толпы людей, которая входила во двор храма. Во главе шёл человек, который скрежетал зубами и со злобой смотрел на Нин Шу. Его глухой голос был полон ненависти, когда он закричал: - Му Яньмэн! - Принц, как поживаете? Какое совпадение. Вы тоже пришли жечь благовония? Нин Шу поприветствовала Ло Цзюньяня и ярко улыбнулась, хотя внутри неё всё обмерло. Почему она всё же столкнулась с этим парнем? - Му Яньмэн, этот принц заставит тебя желать смерти, - поклялся Ло Цзюньянь сквозь стиснутые зубы. Нин Шу: … В данный момент Ло Цзюньянь, Янь Наньчжу и Гун Умэй были во дворе. Это уже три главным мужчины. Не может же быть, что все семь братьев Калебаш соберутся тут, верно? Нин Шу глянула на стену, окружающую двор и попыталась прикинуть, сможет ли она через неё перепрыгнуть. Янь Наньчжу и Гун Умэй тоже перестали сражаться. Гун Умэй направился в сторону Нин Шу, но Янь Наньчжу остановил его, поэтому он мог лишь холодно поддразнить Янь Наньчжу: - Ты что же это, влюбился в эту женщину? Тебе не стоит забывать, что она – святая дева моей секты. Глава альянса боевых искусств вроде тебя влюбился в члена Демонической Секты? Выражение лица Янь Наньчжу ни капли не изменилось. - Моя цель – это ты. Как только я убью тебя, я прослежу за тем, чтобы она не могла больше никому навредить. - Дай мне противоядие! – холодно сказал Гун Умэй. Его налитые кровью глаза были полны убийственного намерения. С развевающимися волосами он выглядел так, словно только что вылез из ада. Его тело окружал невыносимый запах крови и мочи. Нин Шу попятилась назад. Что же ей теперь делать? Пока она пыталась понять, как ей сбежать, снаружи послышались ещё шаги. Эти шаги были очень упорядоченными и очень тяжёлыми. После этого Сыту Цинъюй, одетый в броню, вошёл во двор с группой солдат, следующих позади него. В тот момент, как Сыту Цинъюй вошёл, Ло Цзюньянь напрягся словно кот, которому наступили на хвост, а потом завопил на Сыту Цинъюя: - А ты сюда зачем пришёл? Сыту Цинъюй подошёл к Ло Цзюньяню и погладил его по голове. Когда он заговорил, его голос был полон пылающей страсти и сексуальности: - Я слышал, что вы отправляетесь в Храм Синго, поэтому я пришёл сюда, чтобы защитить вас. - Мне не нужна твоя защита. Сыту Цинъюй, убирайся отсюда! – взревел Ло Цзюньянь. Его лицо стало совсем красным. - Да, вам не нужна защита этого генерала, это просто генерал хочет вас защищать, - снисходительно сказал Сыту Цинъюй. Его взгляд был полон безумного влечения и практически неистовой любви. А ещё в его взгляде было сильное собственничество и желание, когда он смотрел на Ло Цзюньяня, поэтому атмосфера между ними была очень странная. На лицах Янь Наньчжу и Гун Умэя были странные взгляды, когда они увидели это. А после этого Гун Умэй расхохотался и мрачно сказал: - Так значит это мужчины, которые предпочитают ходить по сухой тропинке, нежели путешествовать по воде. Взгляд Сыту Цинъюя резко метнулся в её сторону, но, когда он увидел лицо Гун Умэя, то был на мгновение ошарашен. А потом он улыбнулся. - А ты тоже неплох. Этот генерал и на тебя хочет взгромоздиться. Цвет лица Гун Умэя тут же стал пепельным, словно он только что проглотил кусок дерьма. Сыту Цинъюй стал осматривать лица остальных присутствующих. Когда он увидел Нин Шу, то стиснул зубы и зарычал: - Му, Янь, Мэн! Нин Шу была готова расплакаться. Да что же это такое? Она поприветствовала Сыту Цинъюя: - Генерал, давно не виделись. Как поживаете? - Спасибо, этот генерал поживает очень хорошо. Чтобы вернуть тебе услугу, этот генерал решил пытать тебя целую жизнь и решил позволить тебе прожить сто лет. Сыту Цинъюй зловеще улыбнулся. Нин Шу: … ---------- Собрание Семи Братьев Калебаш - Если я скажу, что всё это просто недопонимание, вы мне поверите, ребята? – предприняла Нин Шу свою последнюю отчаянную попытку. Никто из мужчин, похоже, не услышал слов Нин Шу, и все они продолжили смотреть на неё взглядом полным ненависти. Снаружи двора снова послышались шаги. Нин Шу уже сдалась и села на ступеньки, гадая какой же из мужчин войдёт в этот раз. В этот раз появился Вэнь Жухуа. Позади него была кучка бандитов. Став бандитом, Вэнь Жухуа начал излучать ещё более сильную антисоциальную атмосферу. Ограбив множество мест, он закалил своё тело и потерял свой образ слабого учёного. Первым делом Вэнь Жухуа оглядел всех мужчин во дворе. А потом он посмотрел в сторону Нин Шу, которая сидела на лестнице. - Оказывается ты вовсе не моя кузина. Ты посмела мне лгать, я тебя убью. - Кузен, так или иначе, какое-то время мы были родственниками. Отчего же ты такой бессердечный? – сказала Нин Шу, подпирая подбородок рукой. Вэнь Жухуа прорычал: - Если я не отомщу за все те пытки, что ты на меня навлекла, то я не заслуживаю называться мужчиной. Я собираюсь изнасиловать тебя, а потом убить. Братишки, которые за мной, в последнее время тоже привыкли к групповому сексу. Нин Шу: … - Так значит, вы все пришли за этой женщиной, - Гун Умэй огляделся вокруг. – Я первый заявил свои права на эту женщину, потому что она меня отравила. Гун Умэй злобно ухмыльнулся в сторону Нин Шу. - Женщина, ты действительно оскорбила много народу. Сыту Цинъюй вышел вперёд. Его взгляд всё ещё был сфокусирован на Гун Умэе, когда он сказал: - Если ты дашь мне разок взгромоздиться на тебя, то я сначала выдам эту женщину тебе. А иначе, солдаты, что за мной, с тобой не согласятся. Гун Умэй хотел лишь зарезать этого мужчину насмерть. - Сыту Цинъюй, ты отвратителен! – закричал Ло Цзюньянь с выражением отвращения на лице. Сыту Цинъюй посмотрел на Ло Цзюньяня и улыбнулся. - С самого начала и до конца, моё сердце принадлежит только вам. Однако он продолжил разглядывать всех мужчин во дворе. И увидел, что все эти мужчины были красивыми. - Проваливай! Ты омерзителен этому принцу! – раздражённо сказал Ло Цзюньянь, словно он ревновал. - Старшая сестрица, старшая сестрица, ты внутри? – прозвучал снаружи голос Сюй Юя. Нин Шу была так тронута, когда услышала этот голос, что чуть не подпрыгнула на месте. Наконец-то кто-то пришёл встать на её сторону. - Маленький младший братик, я внутри. Скорее, спаси свою старшую сестрицу! – закричала Нин Шу. Янь Наньчжу с тревогой посмотрел на неё. - У тебя есть младший брат? Так значит, у предыдущего лидера Демонической Секты был ещё один ученик? Сюй Юй протиснулся во двор. Когда он увидел Нин Шу, он закричал: - Старшая сестрица, что ты такого натворила? Почему повсюду в Дзюаньху висят приказы арестовать и убить тебя? - Я правда ничего не делала, поверь мне! Я нихрена не делала! Нин Шу практически не знала, что сказать. - А Учитель пришёл? После этих слов она увидел, как во двор входит человек, одетый в белое. Когда она увидела божественного доктора, она закричала: - Учитель! Божественный доктор глянул на неё. - Не волнуйся. Ты – моя ученица, так что я обязательно защищу тебя. - Спасибо, Учитель, - радостно сказала Нин Шу Остальные мужчины посмотрели на божественного доктора очень недружелюбно, но выражение лица божественного доктора осталось безразличным, словно он совсем их не заметил. - Похоже, что я опоздал, - прозвучал очень ясный и сексуальный голос. ---------- Прекрасный Выход Ци Шэн вошёл во двор с веером и с нежной улыбкой на губах. Когда он увидел Нин Шу, в его взгляде промелькнуло странная томительная эмоция, и он вздохнул. - Как я и подозревал, ты действительно Му Яньмэн, но ты продолжала лгать мне, говоря, что это не ты. Улыбка Ци Шэна не померкла. - Но узнать об этом сейчас было ещё не слишком поздно. Нин Шу запрокинула голову назад, посмотрела в небо и вздохнула. Все семь Братьев Калебаш собрались. Что дальше по сценарию? Победить её, этого злого духа? Снаружи снова послышались шаги, в этот раз беспорядочные. Во двор вбежала толпа людей из Дзяньху. Когда они увидели Янь Наньчжу, они закричали: - Глава Альянса, вы всё ещё живы! Это здорово, а то мы уж подумали, что с вами что-то случилось! Нин Шу оглядела двор, который теперь был забит толпами народа, и внезапно на неё нахлынуло чувство, словно она весь мир сделала своим врагом. Главные мужчины, которые когда-то любили Му Яньмэн до глубины души, теперь так сильно ненавидели её, что у них руки чесались разорвать её на части. Сыту Цинъюй: - Я буду пытать её до смерти. Ло Цзюньянь: - Я убью её. Ци Шэн: - Подчинись моему хлысту. Вэнь Жухуа: - Я изнасилую её, а потом убью. Божественный Доктор: - Она – моя ученица, может не надо её убивать? Гун Умэй: - Дай мне противоядие, и я оставлю твой труп нетронутым. Янь Наньчжу: - Отдай мне наследие Демонической Секты, и я пощажу тебя. А толпа мастеров боевых искусств кричала: - Глава Альянса, что бы ни случилось, вы не должны попадаться под заклинание этой ведьмы. Эта ведьма заслуживает умереть тысячу раз за свои преступления. Нин Шу: Мне так страшно. →_→ И что теперь делать? - Мисс, мы пришли спасти вас. Юэ Лань ворвалась во двор вместе с квадраднолицым старшим братом тайным охранником, который всё ещё был одет во всё чёрное. Юэ Лань встала перед Нин Шу, чтобы защитить её и закричала: - Не смейте даже пытаться навредить моей мисс. Тайный охранник огляделся вокруг, а потом сказал Нин Шу: - Я не смогу победить всех этих людей. Нин Шу: … Многие из главных мужчин, присутствующих тут, были хороши в боевых искусствах, так что тайному охраннику будет трудно остановить хотя бы одного. А раз их так много, то он был совершенно бесполезен. Нин Шу спросила Юэ Лань: - А вы откуда тут? Она не могла понять, как так вышло, что все главные мужчины собрались вместе. Но потом до неё дошло, что это просто должно было произойти. В изначальной истории, примерно в это время, главные мужчины собрались вместе и стали делить между собой Му Яньмэн. Однако раз теперь она была тут главной женщиной, то все эти люди собрались, чтобы убить её. Несоответствие между одним человеком и другим было совсем не маленькое. - Мисс, теперь вы ведьма из Демонической Секты, которую все хотят убить. К тому же, императорский суд отправил приказы арестовать вас, поэтому мы поспешили спасти вас, как только услышали, что вы тут. Нин Шу: Выдохлась. Она посмотрела на толпу мужчин, которые разглядывали её так, словно она была добычей, а потом тихо кашлянула. - Послушайте все. Пожалуйста, успокойтесь. Я просто хочу сказать пару слов. Нин Шу пошла вниз по ступенькам, но промахнулась мимо ступеньки. Оступившись, она опрокинулась назад и ударилась затылком о ступени, а потом почувствовала, как её душа выскочила из тела. Нин Шу обернулась в воздухе и увидела, что прекрасное тело Му Яньмэн перестало дышать, а из затылка течёт кровь. Нин Шу: Что за хуйняаааааа… Она так просто умерла? Вот просто так? Так или иначе, они должны были дать ей утащить кого-нибудь с собой. А просто так умереть было просто бесполезно. #комментарий анлейта: 23333333333 ｡ﾟ(TヮT)ﾟ｡ [[image:/storage/reader-images/a0efa9b273751a59dd81e057ef0b77a423cc620e.jpg]] ---------- Я Тоже Новичок - Мисс, мисс! Юэ Лань начала неистово трясти Му Яньмэн за плечи. - Старшая сестрица, старшая сестрица… Маленький мальчик, Сюй Юй, подбежал, чтобы проверить пульс и с недоверием уставился на её. - Старшая сестрица, как ты могла вот так просто умереть? В воздухе появился вихрь, который засосал душу Нин Шу. Она почувствовала, словно её душу разрывает на части и отключилась. Когда она пришла в себя, то обнаружила, что находится в туманном месте, которое было очень похоже на системное пространство. Она подумала, что вернулась в системное пространство, поэтому слабо закричала: - Система 2333-сама, ты тут? 2333 не ответил ей, а вокруг по-прежнему стояла мёртвая тишина без единого звука. У Нин Шу появилось дурное предчувствие. Почему тут не было системы? Где он? Что это за место? - Эй, эй! Система… - закричала Нин Шу. Однако её окружение осталось тихим, и лишь её голос отражался в тумане. Да что же такое происходит? Она начала немного паниковать. Это было не системное пространство, но если это так, тогда что же это за место? Хоть она и была просто душой, она всё равно чувствовала приближающуюся опасность и у неё словно волосы встали дыбом. Она глянула вниз, на свою тусклую душу и начала сильно беспокоиться, так как она не могла связаться с системой. Однако она заставила себя успокоиться. По своей природе благословение не всегда неудача, и неудача это не то, что можно избежать. Она села на землю и попыталась впитать в себя ту субстанцию, что содержалась в этом пространстве. Чтобы усилить свою душу, как она делала эта в системном пространстве, хотя она и не знала, сработает ли эта субстанция таким же образом. К её приятному удивлению, субстанция этого места была даже лучше субстанции в системном пространстве. Когда она вошла в душу Нин Шу, она тут же почувствовала облегчение, поэтому она начала впитывать её как можно быстрее. Если бы у неё было секретное руководство с техниками по усилению души, возможно, она смогла бы поглощать эту субстанцию даже ещё быстрее. Нин Шу закрыла глаза и полностью сфокусировалась на поглощении этой субстанции. Спустя некоторое время в голове Нин Шу раздался голос 2333. - Нин Шу, ты меня слышишь? - Я тебя слышу, - поспешно ответила Нин Шу. Голос 2333 пропадал, словно в телефоне с плохой связью. - Это хорошо, я сейчас перемещу тебя обратно. В голосе 2333 слышались электрические разряды, словно это были помехи. Прежде чем Нин Шу успела отреагировать, она почувствовала, как что-то схватило её сознание, и она снова потеряла сознание. Какая же я слабая, ах, было последней мыслью Нин Шу. Когда она снова очнулась, то она уже вернулась в системное пространство. При виде этого системного пространства она стала чувствовать себя лучше и в безопасности. - Система 2333-сама, что это сейчас было? Что это было за место? – спросила Нин Шу. Голос 2333 звучало очень устало, когда он сказал: - Тебе пока ещё нельзя знать о таких вещах. Проще говоря, ты уничтожила сюжет, поэтому законы мира определили тебя как вирус и решили отправить тебя на перерождение. Мир собирался вернуть сюжет истории в начало, чтобы начать заново. У Нин Шу волосы встали дыбом. - Значит, если бы ты не перенесла меня обратно, то я могла постоянно перерождаться как Му Яньмэн? И ей придётся проходить через историю вместо Му Яньмэн до тех пор, пока её душа не истончится настолько, что личность по имени Нин Шу исчезнет из мира? Охренеть, ей почему-то стало казаться, что Му Яньмэн её затроллила. На самом деле, Му Яньмэн просто искала себе замену? - Всё верно, законы мира заставили бы тебя следовать по её истории, – с болью в голосе сказал 2333. – Я уже использовал всю свою энергию, чтобы спасти тебя. Меня самого чуть не отозвали. Боже, ах, как же я напугался. Какого хрена? Это я тут напугалась! Нин Шу всё ещё чувствовала приглушенный страх. - Раз это задание было таким опасным, почему ты позволил мне его взять? – спросила Нин Шу. - Я и не осознавал, насколько опасным было это задание. Всё же, я тоже новичок. В будущем я постараюсь заняться обучением, чтобы стать квалифицированным системой-сама, - поклялся 2333. Нин Шу: … ---------- Благословение Му Яньмэн Система почувствовала раздражение Нин Шу и могла лишь сказать: - Это считается за благословление среди бедствия, так как ты впитала немного первобытной энергии хаоса в том месте. Это самая ценная часть мира. Первобытная энергия хаоса может сформировать вселенную и множество миров, так что теперь твоя душа очень сильная. После этих слов в голосе 2333 появились жалобные нотки. - Но что насчёт меня? Вся моя энергия закончился и я даже ничего не получил за это. Я такой жалкий… Он шмыгнул, словно вот-вот заплачет. Нин Шу открыла рот, но не знала что сказать. В итоге, она решила сказать утешающие слова: - Всё в порядке. Если тебе нужна энергия или что-то ещё, то я помогу тебе в поисках. - Нин Шу, ты самая лучшая! – радостно сказал 2333. Нин Шу: … - Ладно! Перед ней появились её характеристики. Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 50000 Душа: 200 Жизнь: 50 Интеллект: 80(+5) Харизма: 1(+2) Удача: 31(+3) Воля: 120 Боевые искусства: 10 Способность: 26 Заслуги: 2 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны Степень Завершения Задания: 100% Получено Очков Атрибутов: 20 В этот раз у неё было 50000 очков. Как и ожидалось, богатство приходит с риском. К тому же, у неё было только 60 очков души, а теперь стало 200. Она не могла не отпраздновать это. Всё же, душа – это была вся суть её существования. 2333 сказал: - Это просто очки за задание. Му Яньмэн ещё не отдала тебе то, что осталось от её души. Нин Шу почувствовала себя так, словно она разбогатела. Фигура Му Яньмэн постепенно появилась в системном пространстве. Когда Нин Шу увидела её лицо, на неё нахлынуло чувство, что оно ей очень знакомо, так как она носила это лицо очень долго. Когда Му Яньмэн увидела Нин Шу, на её лице тут же появилась улыбка. Она грациозно подошла, покачивая бёдрами, и радостно схватила Нин Шу за руку. - Старшая сестрица, спасибо тебе! Нин Шу лишь вежливо рассмеялась. Она пытливо посмотрела на лицо Му Яньмэн, размышляя о том, пытается ли Му Яньмэн обхитрить получателя задач и заставить Нин Шу занять её место в том мире. Однако счастье на лице Му Яньмэн выглядело искренним и, похоже, действительно шло от сердца. Её взгляд был ясным и полным благодарности. - Яньмэн много сожалела, с тех пор, как старшая сестрица согласилась на задание, потому что Яньмэн думала, что Яньмэн зря вмешивает в это старшую сестрицу. Однако, неожиданно, старшей сестрице удалось изменить судьбу Яньмэн и теперь Яньмэн может реинкарнировать, а не перерождаться заново. Спасибо тебе, старшая сестрица! Нин Шу спокойно ответила: - Да всё в порядке, это было естественно. Раз я приняла задание, конечно же, я должна была выполнить это задание. Му Яньмэн внезапно обняла Нин Шу и громко разрыдалась. Нин Шу ошалела и не знала, что и делать. Му Яньмэн пришлось действительно трудно, снова и снова сталкиваться со всеми этими психически нестабильными мужчинами и терпеть физическое и эмоциональное насилие. Нин Шу погладила Му Яньмэн по спине и сказала: - Теперь всё в порядке, теперь всё хорошо. Больше не плачь. Му Яньмэн медленно отпустила Нин Шу, а потом вытерла свои слёзы. - Спасибо тебе. Согласно контракту, я должна отдать тебе всю свою энергию души. Не похоже, чтобы Му Яньмэн делала это неохотно, так как на её лице было написано облегчение. Сразу после этих слов, её душа начала тускнеть. Через несколько мгновений её душа стала почти прозрачной. Му Яньмэн повернулась к Нин Шу с улыбкой. - Теперь мне пора отправиться на реинкарнацию. Старшая сестрица, Яньмэн желает тебе всего самого наилучшего. Душа Му Яньмэн не была слабой, поэтому она тоже могла стать получателем задач, верно? Нин Шу спросила: - А почему бы тебе не стать получателем задач? Тогда бы больше не страдала от того, что может принести тебе реинкарнация. Му Яньмэн покачала головой. - Я не хочу такой жизни, да и другие люди говорили, что моя личность не подходит для работы получателя задач. Яньмэн хочет новое начало. Нин Шу почувствовала, что она надумывала лишнее. Да ни в коем случае кто-то вроде Му Яньмэн станет задумываться о том, чтобы попытаться поставить кого-то на её место в мире. Му Яньмэн была редким человеком с поистине добрым сердцем. ---------- Небеса Справедливы После того, как Му Яньмэн ушла, 2333 сказал: - Душа Му Яньмэн была очень сильной, так что теперь твоя душа стала гораздо сильнее прежнего. Нин Шу внезапно спросила: - Получается, каждый доверитель должен предложить свою душу для контратаки? - Это не всегда может быть душа, сокровище тоже сойдёт, - сказал 2333. Нин Шу вздохнула. - Прожив жизнь пушечного мяса, им всё равно приходится предлагать свои души, чтобы получить шанс на контратаку. Пушечное мясо такое жалкое. - Вот для чего существуете вы, ребята. У всех есть разные судьбы. Если они хотят что-то получить, конечно же, они должны что-то отдать взамен. Это равноценный обмен. По крайней мере, это означает, что у них есть шанс побороться со своей судьбой, верно? Небеса справедливы. Каждому человеку даётся небольшой шанс. Да как это вообще можно считать хоть сколько-нибудь справедливым? Тогда Нин Шу спросила: - А что случится с тем миром, раз Му Яньмэн исчезла из него? 2333 сказал: - Законы того мира автоматически восстановятся. Постоянное повторение истории вроде этой – это признак того, что законы исказились, так как там не создаются новые истории. Всё живое меняется, но мир застрял в такой вот петле. Теперь, когда Му Яньмэн ушла, мир, в итоге, создаст новые законы, и появятся новые истории. Нин Шу ответила вздохом. - Нин Шу, в этот раз в награду ты получила 20 очков атрибутов. Куда ты хочешь их добавить? – спросил 2333. Нин Шу задумалась на мгновение, а потом сказала: - Мне кажется, что моя удача довольно дерьмовая, так что давай добавим в удачу ещё немного. Боевые искусства тоже будут очень важными в будущем, да и про интеллект нельзя забывать. Так что давай добавим в эти три параметра. - А почему бы тебе не добавить немного в харизму? – спросил 2333. – Харизма может быть очень разрушительной силой, знаешь ли? - Вместо того чтобы добавлять в харизму, я лучше добавлю ещё немного в боевые искусства. Я же не собираюсь быть главной женщиной, так зачем мне харизма? Проще всего будет пробиваться силой. Она не хотела плавать в мире эмоций, это было слишком хлопотно. 2333: - Ты вообще женщина? И вот так панель характеристики Нин Шу была изменена. Номер: 2333 Ранг 2 (Новичок) Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 50000 Душа: 200 (+100) Жизнь: 50 Интеллект: 85(+5) Харизма: 3 Удача: 34(+10) Воля: 120 Боевые искусства: 10 (+5) Способность: 26 Заслуги: 2 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны Нин Шу решила добавить десять очков в удачу и по пять очков в интеллект и боевые искусства. - Не начинай пока новое задание, я хочу немного отдохнуть. Это задание было просто слишком мерзким. Нин Шу никогда раньше не чувствовала себя такой уставшей. Ей и одного чудака уже хватало, а тут в одном задании их было так много. Она едва смогла вернуться. - А есть какие-нибудь тайные руководства по усилению души? Я хочу выменять себе одно, - сказала Нин Шу. Вот если бы только у неё было тайное руководство для тренировки души. Потому что её душа ещё долго не сможет стать сильнее, если она будет использовать такие низкоуровневые методы культивации. - Твой ранг ещё слишком низкий, поэтому ты пока не можешь открыть рынок обмена, - сказал система. – Ах да, я же ещё не вычел твои очки за тот афродизиак, что ты купила в кредит. Нин Шу: →_→ ---------- Оценка Специального Задания Нин Шу чувствовала себя очень уставшей. Это изнеможение шло словно из самой души, поэтому она решила прилечь и просто поспать. Спустя некоторое время она проснулась отдохнувшей. Потянувшись, она спросила: - Система 2333-сама, ты тут? - Я тут… - ответил 2333, а потом спросил: - Хочешь перейти к следующему заданию? Нин Шу кивнула. - Только в этот раз не надо ничего слишком сложного. Найди мне что-нибудь простое и расслабляющее. - Ладно, я обязательно выберу для тебя простое задание, - с энтузиазмом сказал 2333. - Ах, да, разве прошлое задание не было специальным? Что там с моей оценкой? – спросила Нин Шу. 2333 спросил: - Разве ты не хотела сейчас войти в мир задания? - Я спрашиваю тебя о моей оценке. Разве ты не говорил, что это специальное задание требуется для того, чтобы официально стать игроком, и что это задание оценит стиль того, как игрок решает вопросы? Так и какая у меня оценка? Нин Шу была раздражена тем, что 2333 попытался сменить тему разговора. 2333 замешкался. - Ты действительно хочешь узнать? - А мне нельзя узнать? – спросила Нин Шу. - Конечно можно, но твоя оценка очень плохая. Уаааа… - система-сама прозвучал так, словно он причитает. – Как так вышло, что я оказался в паре с кем-то вроде тебя. У меня нет никакой надежды на будущее. Нин Шу: →_→ Неужели всё настолько плохо? Таки или иначе, но она закончила задание. - Давай уже, говори мою оценку, - сказала Нин Шу. - Ладно, тогда слушай внимательно. "Игрок номер 2333 и система 2333, результаты оценки специального задания: стиль исполнения – экстремально вульгарный, экспонат совершенно лишена методологии. - И всё? Только это? – спросила Нин Шу. 2333 прозвучал так, словно разваливается на части. - Я-то думала, что там будет что-то о том, как методично ты разбираешься со всеми вопросами, почему всё вышло вот так? У тебя поистине нет больше никаких перспектив на будущее. Нин Шу: … Кому какое дело до стиля, если задание выполнено? Если она не предаст своих личных принципов, то любой метод подойдёт. Нин Шу не возражала против подобной оценки и решила продолжить разговор: - Ты закончил выбирать задание? Я уже готова. - Ладно, я выбрал для тебя супер лёгкое задание в это раз, так что отдохни как следует, - сладким голосом сказал 2333. Нин Шу ответила "угу", а потом на неё нахлынуло головокружение. Однако в этот раз оно длилось лишь мгновение, возможно потому, что её душа стала сильнее. Когда она открыла глаза, она обнаружила, что находилась в тёмном месте с двумя горящими свечами перед ней. Чуть дальше сидела девушка, и по бокам были ещё две девушки. Все вместе они сидели квадратом. Черты лиц девушек невозможно было разглядеть в тусклом свете свечей, но на них явно читалось, что девушки нервничают. У Нин Шу тут же возникло дурное предчувствие насчёт этой жуткой атмосферы. ---------- Дух, Дух… Окно было открыто, и занавеска громко трепыхалась на ветру. Нин Шу заметила, что она держала похожий на ручку предмет, а её рука была ведома неведомой силой и рисовала круги. Она глянула вниз и увидела, что на столе лежит белый лист бумаги. На этой бумаге было два слова "да" и "нет"… ручка рисовала круги на этой бумаге. Вот чёрт! Эти соплячки ввязались в такое?! Нин Шу хотела убрать свою руку, но её рука не послушалась и продолжила рисовать круги быстрее и быстрее. Девушка, сидящая напротив Нин Шу, воскликнула испуганным, но возбуждённым голосом: - Дух Уиджа тут! Дух действительно пришёл! Нин Шу: ?!! Окно загромыхало от сильного порыва ветра, а потом Нин Шу почувствовала, как к ней приближается холодная аура, и у неё волосы встали дыбом. Ей стало трудно дышать. Она почувствовала себя так, словно её окунули в холодную воду, и это холодное и липкое давление было просто невыносимым. Она даже не посмела оглядеться по сторонам, в страхе увидеть что-нибудь шокирующее. Она почувствовала, как что-то вошло в комнату, но она не знала, действительно ли это дух Уиджа. Она с трудом сглотнула. Ощущения были такие, словно у неё кровь застыла в жилах. И вот это простое задание, о котором говорил 2333? И он даже советовал ей расслабиться и хорошенько отдохнуть? Какого хуя? Как нечто столь волнующее, отчего в крови бурлит адреналин, можно называть простым заданием? Нин Шу почувствовала, как это незнакомое присутствие остановилось прямо рядом с ней. Она даже чувствовала, как на неё что-то капает. Она была так напугана, что чуть не потеряла сознание, но вскоре это ощущение ослабло. Должно быть это существо отошло от неё на какое-то время. Ей очень хотелось расплакаться. Девушка, сидящая напротив Нин Шу, начала спрашивать: - Дух, дух, пожалуйста, скажи мне, есть ли у меня будущее с Цинюанем. Будем ли мы вместе в будущем? Ручка на мгновение сделала паузу в своих круговых движениях, а затем медленно переместилась и остановилась у слова "да". На лице девушки появилась улыбка и она радостно покраснела. От мерцающего света свечей эта сцена была исключительно зловещей. Теперь, когда появился пример для подражания, девушка слева от Нин Шу тут же спросила: - Дух, дух, пожалуйста, скажи мне, стану ли я большой звездой в будущем? Ручка пришла в движение, а потом снова остановилась у слова "да". На лице девушки тут же появилась радость. После того, как две девушки задали свои вопросы, холод в комнате стал только сильнее. Нин Шу вся покрылась гусиной кожей, но другие девушки не проявляли никакой реакции. Вероятно, она стала более чувствительной, потому что её душа стала сильнее. Но в данный момент она хотела, чтобы у неё не было таких острых чувств. - Дух, дух, пожалуйста, скажи мне, тот, кого я тайно люблю, тоже любит меня? – возбуждённо спросила девушка справа от Нин Шу. Ручка покружилась немного, а потом остановилась у слова "нет". Девушка тут же стала выглядеть удручённой, а когда она посмотрела на девушку, что первой задала вопрос, её взгляд был полон тайной зависти. Все три девушки задали свои вопросы. Только Нин Шу ещё не задавала вопроса, поэтому они все посмотрели на неё. Нин Шу почувствовала, как холодный воздух приближается к ней. Что бы это ни было, сейчас оно, похоже, стояло рядом с ней и смотрело на неё. У Нин Шу снова возникло ощущение, словно на неё капает что-то влажное. Нин Шу понятия не имела о том, что спрашивать. Она не знал, что происходит, потому что у неё ещё не было возможности увидеть её историю. Однако она знала, что должна спросить что-то, а иначе этот "дух Уиджа" не уйдёт. Она прочистила горло и сказала: - Дух, дух, пожалуйста, скажи мне, с-стану ли я богатой в будущем? Она просто спросила наугад. Ручка остановилась у слова "да", но она не почувствовала никакой радости. - Дух, дух, мы закончили на сегодня. Прощай и береги себя, - торжественно сказала Нин Шу. Ручка тут же перестала кружиться. Нин Шу попыталась сдвинуть ручку, но та была словно приколочена гвоздями. Когда остальные три девушки увидели это, они начали паниковать. У девушки, сидящей напротив Нин Шу, на лбу появились капли холодного пота, когда она поспешно сказала: - Дух, дух, прощай и береги себя, пожалуйста, береги себя, пожалуйста… Однако ручка всё ещё не двигалась. Завывания ветра стали громче, отчего окно стало громко стучать. Свечи потухли и комната погрузилась в темноту. ---------- Дух, Дух, Пожалуйста, Уходи! В комнате было тихо. Единственное, что было слышно – это звук их дыхания. Словно что-то схватило их всех за горло, потому что они не могли даже кричать. Нин Шу так сильно покрылась холодным потом, что у неё промокла одежда, и она чувствовала, как холод пронзает её тело. Нин Шу закричала: - Дух, дух, пожалуйста, уходи! Пожалуйста, уходи, пожалуйста, уходи… Девушка, сидящая напротив Нин Шу, тоже очнулась. - Дух, пожалуйста, уходи! Мы продолжим завтра ночью, а на сегодня хватит. Пожалуйста, уходи. У Нин Шу было очень плохое предчувствие насчёт всего этого. Спустя некоторое время её рука наконец-то расслабилась и выпустила ручку, но её спина всё ещё была мокрой от пота. Щёлк. Вспыхнул свет, и Нин Шу поспешно прикрыла глаза. У неё ушло некоторое время на то, чтобы привыкнуть к яркому свету, но это был свет облегчения. Темнота всегда была необъяснимо странной и зловещей. Как оказалось, свет включила всё та же девушка, что сидела напротив Нин Шу. Она была очень красивой и имела энергичный взгляд. Её глаза сейчас всё ещё были наполнены тревогой, но по сравнению с остальными тремя, которые слабо облокотились на стол, её состояние было лучше всех. Какое-то время никто ничего не говорил. То, что они только что пережили – было слишком ужасающим. В комнате было так тихо, что казалось, будто можно услышать их ускоренное сердцебиение. Все просто сидели в тишине долгое время, пока девушка что включила свет, не сказала: - Нам нужно принять душ и ложиться спать. Поэтому они все сходили в душ, а потом легли в свои постели. Нин Шу лежала на постели, прислушиваясь к своему ускоренному сердцебиению. Охренеть, у неё чуть не случился сердечный приступ! - Линь Цяньцянь, не выключай свет, мне страшно, - сказала девушка, которая была на койке под Нин Шу. Её голос всё ещё дрожал. - Мне тоже страшно, - сказала другая девушка. Девушка, которую назвали Линь Цяньцянь, попыталась их успокоить. - Да всё в порядке, дух ушёл. Нин Шу всё ещё чувствовала холод, даже находясь под одеялом. Словно та прохлада просочилась в неё до самых костей. Зачем же так дразнить смерть? Имя изначального хоста было Чжуан Юйтун. Она была первокурсницей в колледже и приехала из деревни. Она поступила в У из Зет благодаря своим исключительно хорошим оценкам и получила стипендию, которая покрывала половину её обучения. Однако её соседки по комнате в общежитии все были из города, и поэтому их ежедневные разговоры состояли из макияжа, парней, сколько стоит определённый бренд одежды, сколько стоит сумочка из ограниченного издания, и всякого такого. Чжуан Юйтун ни единого слова не понимала из всего этого, и остальные три девушки неосознанно отвергали Чжуан Юйтун, потому что у неё было простое происхождение. Чжуан Юйтун не смогла завести ни одной подруги после поступления в У из Зет, и ей было очень одиноко. Она очень хотела вписаться в эту небольшую группу, но она не знала, как это сделать. В этом общежитии любили исследовать всякие странные вещи, поэтому Линь Цяньцянь вступила в Ассоциацию Сверхъестественного. А потом однажды предложила девушкам поиграть с доской Уиджа. В этот раз они пригласили с собой и Чжуан Юйтун. Чжуан Юйтун пришла из сельской деревни и с уважением относилась к духам и тому подобному. Всё-таки, жители деревни обычно более суеверные и в сельской местности происходит больше странных вещей, чем в городе. И поэтому Чжуан Юйтун попыталась отговорить остальных от такой игры, потому что всё легко могло выйти из-под контроля. ---------- Разве Это Не Расслабляющее Задание? Остальные три девушки лишь назвали её занудой и сказали, что если она не станет играть, то они не буду считать её своей. У Чжуан Юйтун не было выбора, кроме как стиснуть зубы и принять участие, так как чувство того, что её исключают из группы, было просто ужасно. Когда они видели её, они тут же прекращали говорить и всегда прятали свои вещи, словно они боялись, что она их украдёт. Чжуан Юйтун хотела ассимилировать в этой небольшой группе. Даже если её и не принимали до конца, она не хотела, чтобы её совсем исключали. После этого начался инцидент с духом Уиджа, и в общежитии начали происходить странные события. По ночам всегда было такое чувство, словно возле окна стоит какая-то тень. Слышались странные звуки, а из крана иногда шла вода цвета крови. Однако только они слышали эти звуки. За этот период времени у них так же сильно снизилась удача, и с ними начали происходить всякие несчастные случаи. Наконец, однажды, Чжан Юйянь, которая хотела стать знаменитостью, выпрыгнула из окна общежития, отчего все живущие в нём не на шутку перепугались. Другая девушка, Су Маньюй обвиняла Линь Цяньцянь, говоря, что Чжан Юйянь умерла, потому что они играли с доской Уиджа и привлекли внимание злобного призрака. После этого происшествия Линь Цяньцянь была очень обижена и пожаловалась своему парню Цзи Цинюаню. Цзи Цинюань происходил из богатой семьи. Когда он услышал о том, что с его девушкой происходит нечто подобное, он сказал, что найдёт опытного даосского жреца, чтобы он пришёл и поймал призрака. Однако с Су Маньюй произошёл несчастный случай, прежде чем прибыл даосский жрец. На неё упал цветочный горшок и она впала в кому. Изначальный хост, Чжуан Юйтун была очень напугана. Она чувствовала что за всем этим стоит нечто странное, и, скорее всего, это был тот дух. Чжуан Юйтун хотела съездить домой, чтобы повидаться с деревенским шаманом. Но, как только она приняла это решение, она упала в искусственное озеро возле колледжа и утонула. Позже, Линь Цяньцянь и Цзи Цинюань нашли наконец даосского жреца и смогли поймать этого злобного призрака. После всего того, что произошло с её соседками по комнате, Линь Цяньцянь повздыхала и решила, что судьба поистине непредсказуема, а жизнь очень хрупкая штука, поэтому она решила ещё больше ценить свои отношения с парнем. Нин Шу: … Охренеть, вот всегда главная женщина-сама выживает. Когда главная женщина-сама дразнит смерть, то удар принимает на себя пушечное мясо. В реальности всё это было очень сильно связано с Линь Цяньцянь. Она хотела острых ощущений и сделала нечто столь рискованное. В итоге, невинные люди умерли, но главная женщина-сама лишь повздыхала немного, а потом продолжила спокойно жить. Изначальный хост не смогла с этим смириться. С самого начала это и так было нелегко для неё, как для девушки, поступить в колледж. Её родителям было трудно поддерживать её в обучении, пока она не поступила в колледж. И всё это время они выслушивали критику и замечания прочих жителей деревни, говорящих, что девушки, принадлежащие к другим семьям, и без того дорого обходятся семье, даже без оплаты колледжа. Финансовое положение её семьи было не очень хорошим, и они пожертвовали почти всем ради того, чтобы она могла поступить в колледж, но, в итоге, она умерла. Её смерть наверняка была сильным ударом по её пожилым родителям, и жители деревни наверняка начали ругать её саму и её семью. Как же тогда её пожилым родителям спокойно продолжать жить после такого? Желания изначального хоста: Она хочет жить. Она не хочет оставлять колледж, она хочет закончить обучение и жить. Она должна жить, она просто обязана жить… Желание изначального хоста было на самом деле довольно простым. Она хотела жить и закончить колледж, а не быть убитой этим призраком. Проблема в том, что плохие вещи будут происходить со всеми участницами призыва с доской Уиджа, кроме главной женщины, которая всё это и начала. И хотя главная женщина тоже будет ранена, эти раны будут лишь синяками и царапинами. Ничего такого, что могло бы считаться фатальным. Нин Шу вздохнула. И что же случилось с отдыхом? Это простое задание? Да она же оказалась в мире фильма ужасов, какого хрена? Нин Шу позвала систему-сама: - 2333, иди сюда, блять. Я тебе обещаю, что убью тебя. - Муах, Нин Шу! Что случилось? 2333, похоже, был в приподнятом настроении. Нин Шу спокойно ответила: - Почему ты выбрал для меня такое задание? Разве я не говорила тебя выбрать расслабляющее задание? - А разве это задание не расслабляющее? – озадаченно спросил 2333. – Тебе не нужно ничего делать, тебе нужно лишь жить. Тебе не нужно травмировать всяких дрянных людей, тебе не нужно уводить главного мужчину и тебе не нужно драться. Нин Шу: О, мой грёбанный боже… ---------- Свинарный Процессор Нин Шу поняла, что 2333 пытается сказать "ох, это так просто", словно это действительно было суперлёгкое задание. Да что не так с этой дерьмовой системой? Нин Шу: - Мне будет страшно. - А чего тебе бояться? – 2333 прозвучал удивлённо. Нин Шу глубоко вздохнула. - Эта мадам боится призраков. - А чего тебе их бояться? Это же просто духовные тела, которым повезло заполучить немного сил. К тому же, разве ты сама не являешься духовным телом? – 2333 прозвучал невозмутимо. Нин Шу: Пипец, она лишилась дара речи. - Люди и так уже могут запугать других людей до смерти, а это призрак, ах, боже мой! – мысленно пожаловалась Нин Шу. – Ты не понимаешь чувств людей, которые боятся призраков. 2333 затих на мгновение, а потом сказал: - Я действительно не понимаю. Нин Шу, не волнуйся, всё будет в порядке. Нин Шу: … Охренеть, подобные штуки могут находиться прямо рядом с тобой, а ты даже не сможешь их увидеть, несмотря на тот факт, что они могут убить тебя в любую секунду. И это даже не упоминая того ощущения. - Система 2333-сама, ты же просто бракованный товар, да? – спокойно спросила Нин Шу. – Как нечто вроде тебя стало центральным процессором? Должно быть ты – свинарный процессор. - Ах, если бы! Я был лично разработан самим Администратором-сама, как я могу быть бракованным товаром? Я – самый продвинутый продукт. Погоди, что я сейчас сказал? – 2333 тут же перестал говорить. Однако Нин Шу уже уловила слово "администратор". Что за администратор? Нин Шу спросила: - Что ты имел в виду под словом "администратор"? - Ты ослышалась, я ничего такого не говорил, - поспешно ответил 2333. Нин Шу тут же резко ответила: - Я точно расслышала. Ты сказал, что тебя разработал администратор. 2333: - Не говорил. Нин Шу: - Говорил. Нин Шу начала спорить с 2333, но 2333 отказывался признаваться, поэтому она наконец-то отстала от него. Однако, спустя некоторое время, она забыла то, что она обсуждала с 2333. У неё не осталось вообще никакого впечатления, кроме того, что она что-то обсуждала с 2333. Кто стёр её память? Это… Нин Шу поспешно окликнула 2333. - А что мы только что обсуждали? Ты стёр мои воспоминания? 2333 тут же сказал: - Ты меня слишком переоцениваешь. Удаление конкретных воспоминаний – это слишком высокоуровневое умение, чтобы я мог им воспользоваться. А раз ты не помнишь, то не волнуйся об этом. Есть некоторые вещи, которые тебе не нужно знать, поэтому хорошо, что ты их забыла. Нин Шу: Охренеть! Такое ощущение очень пугает, ясно? Она даже не почувствовала ничего, когда её воспоминания стёрли. Нин Шу почувствовала, что самой большой её неудачей было столкновение с системой вроде 2333. Это была просто невыносимая боль. ---------- Галлюцинация? Она всю ночь вертелась на постели, не в состоянии уснуть, поэтому на следующий день у неё были мешки под глазами. Остальные три девушки из этой комнаты тоже встали и выглядели уставшими. Нин Шу осмотрела этих людей. Чжан Юйянь была очень высокой девушкой с красивой фигурой. Выражение её лица было немного надменным, поэтому она была похожа на розу с шипами. Величайшей мечтой Чжан Юйянь было стать знаменитостью, она была первой, кто умер по истории. Следом за ней шла Су Маньюй. Су Маньюй была грациозной девушкой, которая обладала природной элегантностью и гордостью, характерными для дочерей из богатых семей. Однако в её взгляде постоянно была надменность, когда она смотрела на других людей. Су Маньюй была той, кто больше всего относился к Чжуан Юйтун с презрением, и она же имела самое престижное происхождение в этом общежитии. Тем временем, главная женщина, Линь Цяньцянь, была нежной девушкой, которая к тому же была очень красивой. Её маленькое тело словно было наполнено живостью и весенней чистотой. Линь Цяньцянь была от природы живой личностью и была мила со всеми. Она единственная из всех девушек, живущих в этой комнате, не так сильно исключала Чжуан Юйтун. Они иногда болтали, но были не очень близки. Одежда изначального хоста была очень простой и, можно даже сказать, грубой. Однако Нин Шу не возражала и просто надела что есть, прежде чем спуститься по лестнице с кровати. Когда она только начала обуваться, она услышала пронзительные крики, идущие из ванной комнаты. Она бросила обуваться и побежала босиком, чтобы открыть дверь ванной. Чжан Юйянь сидела на унитазе, а её прекрасное лицо было искажено страхом, пока она смотрела на заляпанное кровью зеркало на стене. По всему зеркалу были видны окровавленные отпечатки рук, а потом кровь начала медленно перетекать, формируя женское лицо. Глаза женщины словно холодно осматривали их. От этого зловещего взгляда Нин Шу покрылась холодным потом. - ААаа… - закричала Чжан Юйянь и спрыгнула с унитаза, даже не надев свои штаны. Её внезапный крик чуть не вызвал у них сердечный приступ. Лицо Чжан Юйянь было посеревшим, когда она указала на унитаз. - Что-то… что-то схватило меня за задницу. Нин Шу: ??? Неужели призраки бывают с настолько нечистыми помыслами? Они пробираются через канализацию, чтобы хватать людей за задницы? В ванной комнате стало очень тихо, и было слышно лишь то, как у всех стучат зубы. Нин Шу глубоко вдохнула, а потом заглянула в унитаз. Там было очень чисто, и внутри ничего не было. Она повернулась и покачала головой в сторону Чжан Юйянь. Лицо Чжан Юйянь было очень бледным, словно лепестки выжатой розы. Она выглядела такой напуганной, что её обычно ясный взгляд был тусклым. - Я точно почувствовала это, - Чжан Юйянь натянула свои штаны, даже несмотря на то, что всё её тело дрожало. – Я точно почувствовала, и это было очень больно. Нин Шу задумалась ненадолго, а потом подошла и стянула вниз штаны Чжан Юйянь. Однако на её белой и упругой заднице не было ничего видно. - Стена, кровь на стене тоже исчезла! Линь Цяньцянь указала на зеркало. Теперь оно было чистым и без единого следа крови. Словно всё это было галлюцинацией. Они вышли из ванной комнаты, всё ещё чувствуя некоторый испуг. Линь Цяньцянь первой начала говорить. - Это была просто галлюцинация, ничего больше. Чжан Юйянь повернулась к Линь Цяньцянь. Когда она заговорила, её голос был очень взволнованным: - Галлюцинация? Неужели у нас у всех четверых была одна и та же галлюцинация в одно и то же время? Ты и ты. Вы же тоже это видели, ребята, верно? – строгим голосом сказала Чжан Юйянь и указала на Нин Шу и Су Маньюй. Нин Шу и Су Маньюй кивнули. Атмосфера в комнате наполнилась мёртвой тишиной. Нин Шу кашлянула, чтобы прервать молчание. - Мне кажется нам стоит предпринять какие-нибудь защитные меры. Не важно, галлюцинация это была, или нет, нам стоит как-то подготовиться. Остальные ничего не сказали, возможно потому, что им было всё равно. Всё же, положение Нин Шу в этой комнате было самым низким. Даже если она и скажет что-нибудь, никто не станет её слушать. Цвет лица Линь Цяньцянь тоже был не самым лучшим. Нам всё равно нужно узнать больше, прежде чем делать поспешные выводы. Возможно это просто чей-то неприятный розыгрыш. Однако, проще говоря, Линь Цяньцянь просто не хотела признавать и брать на себя ответственность за тот факт, что её предложение привлекло сюда какую-то нечисть. Ей тоже было неловко. После того, как она это сказала, комната снова затихла. В итоге, Су Маньюй сказала: - Возможно это и правда произошло из-за того, что случилось прошлой ночью? Возможно мы просто слишком напряжены и нам кажется всякое. ---------- Красотка Уже Отошла в Мир Иной (1) Небо над горой раскинулось широко и сияло лазурью. Неподалёку от озера стоял надгробный камень, а могильный холм уже был покрыт высокой дикой травой. Женщина, одетая в наряд для замужних женщин, подошла к надгробному камню. Следом за ней подошёл мужчина в чёрной одежде, который нёс коробку с подношениями. Она положила коробку и достала подношения, после чего начала пропаливать могильный холм, причитая: - Мисс, жалкая мисс этой служанки! Вы не должны были так умирать. У этой служанки всегда такое чувство, что вы всё ещё живы. Вы не должны были так умирать. Юэ Лань не могла поверить, что такая живая женщина умерла от такого лёгкого падения. Она всё ещё помнила шок на лицах всех присутствующих, их изумление. Как мог кто-то, кто выглядел так, словно мог тысячи лет приносить бедствие, внезапно вот так умереть? Это было просто невероятно. Квадратнолицый охранник попытался утешить Юэ Лань. - Ты не должна больше плакать. Если мисс увидела бы тебя в таком виде, то ей тоже было бы больно. Юэ Лань вытерла слёзы и с негодованием сказала: - А что плохого в том, что я плачу? Что плохого в том, что я плачу по своей мисс? Неужели ты даже не позволишь мне поплакать о моей мисс? Я знаю, что ты защищал мисс лишь по приказу хозяина, так что у тебя нет никаких чувств к мисс, но я выросла с мисс. Неужели мне нельзя даже поплакать? Лицо старшего брата тайного охранника стало ещё более квадратным и он сделал несколько шагов назад. Немного понаблюдав за тем, как вопит Юэ Лань, он наконец-то не смог выдержать и сказал: - Не плачь больше, ведь ты теперь беременна. Юэ Лань плакала так сильно, что начала икать. Она шмыгнула носом, а потом сказала надгробному камню: - Мисс, как вы и надеялись, эта служанка действительно стала жить с тайным охранником. Его лицо такое квадратное, что если наши дети тоже родятся с квадратными лицами? Если это мальчик, тогда ладно, но что делать этой служанке, если это будет девочка? Мисс, это служанка такая жалкая, ах. Тайный охранник: … - Кто-то идёт, так что перестань плакать, - сказал тайный охранник. А потом он встал перед Юэ Лань и достал свой меч, с опаской глядя на приближающегося человека. Оказалось, что это был маленький мальчик, Сюй Юй. Он тоже принёс подношения, а за ним шёл божественный доктор, одетый как обычно. - Старшая сестрица Юэ Лань, - воскликнул Сюй Юй. Юэ Лань улыбнулась. - Спасибо тебе, что помнишь о годовщине мисс. - Она моя старшая сестра, ближайшая моя родственница. Конечно же я буду её помнить. Сюй Юй начал раскладывать подношения. Юэ Лань глянула на божественного доктора. Его лицо как всегда было холодным и безразличным и он излучал такую холодную ауру, что к нему трудно было приблизиться. Юэ Лань изначально хотела обменяться с ним простыми приветствиями, но, в итоге, решила передумать и не стала разговаривать с ним. Божественный доктор нагнулся и воткнул несколько палочек благовоний, а потом прищурился и посмотрел на надгробный камень. - Ого, так эти люди действительно скучают по этой женщине? Гун Умэй стоял на ветви дерева и глядел на эту сцену сверху вниз. Его взгляд был сфокусирован на божественном докторе. - Твоя ученица сделала меня таким, так что ты должен вылечить меня. - Тьфу! Что моя мисс сделала тебе, вообще? Мужчина вроде тебя говорит, что моя мисс что-то с тобой сделала? Моя мисс имела нежное и хрупкое телосложение, как она вообще могла тебе что-то сделать? У тебя вообще стыда нет? Юэ Лань плюнула в Гун Умэя. Гун Умэй перевёл взгляд на Юэ Лань и тайный охранник тут же напрягся. Он подошёл и загородил собой Юэ Лань, а потом сказал ей: - Не провоцируй его. Неужели ты действительно хочешь отправиться сейчас на встречу со своей мисс? Гун Умэй посмотрел на божественного доктора. - Если ты не вылечишь этот яд, то я раскопаю могилу этой женщины и уничтожу её труп. Выражение лица божественного доктора не претерпело изменений, но он кивнул. - Тогда я вылечу тебя. После этого божественный доктор развернулся и ушёл. Гун Умэй усмехнулся, оскалив зубы, а потом последовал за ним. ---------- Красотка Уже Отошла в Мир Иной (2) Сюй Юй передал Юэ Лань бутыль пилюль и сказал: - Старшая сестрица Юэ Лань, эти пилюли помогут тебе защитить беременность и укрепят твоё тело. Принимай по одной пилюле в день и у тебя будет хорошее здоровье. - Спасибо. Юэ Лань приняла бутыль, а потом с изумлением посмотрела на надгробный камень, на котором было написано имя Му Яньмэн. - Идём, - спокойно сказала Юэ Лань, спустя некоторое время. После этого она развернулась и ушла вместе с тайным охранником. Лёгкий бриз начал уносить их голоса вдаль. - Я не стану больше пытаться отомстить за мисс. Я хочу делать то, чего желала мисс, жить простой и стабильной жизнью. - Юэ Лань, не волнуйся, я буду защищать тебя и ребёнка. - Почему у тебя такое квадратное лицо? - Я с ним родился. - Мисс говорила, что у тебя очень уникальное лицо. … Мир словно сразу же погрузился в хаос. Гун Умэй и Янь Наньчжу начали войну. Гун Умэй восстановил свою демоническую секту и Янь Наньчжу сделал своей жизненной целью уничтожение демонической секты, поэтому в Дзянху началась напряжённая битва между ортодоксальными и неортодоксальными сектами. Группа Вэня Жухуа расширилась и стала значительно сильнее, проливая реки крови везде, куда они приходили. Со временем они убили множество людей, которых Вэнь Жухуа называл "коррумпированными чиновниками и жадными торговцами". Это создало сильное волнение и повлияло на стабильность в стране, поэтому императорский двор отправил Сыту Цинъюя, чтобы он разобрался с бандитами. И тогда Сыту Цинъюй и Вэнь Жухуа начали сражаться. Хаос войны расходился повсюду. В некоторых местах люди пользовались этим, чтобы начать революцию. Толпы людей нападали на правительственных чиновников и грабили дома богатых людей. Ци Шен умер от рук таких восставших горожан. Он был единственным из главных мужчин, который не обладал боевой силой, поэтому он и погиб первым. Когда он умер, мир словно потускнел на мгновение. Принц-регент, Ло Цзюньянь решил воспользоваться преимуществом хаоса и тоже устроить свою революцию, но его восстание потерпело неудачу и император отрубил ему голову. Император давно уже с опаской присматривался к этому принцу-регенту, поэтому для него это был идеальный момент, когда принц сам бросился в ловушку. Когда Сыту Цинъюй, который всё ещё был на поле боя, узнал эти новости, то закашлялся кровью и был убит Вэнем Жухуа в момент отвлечения. После этого группа Вэня Жухуа стала ещё больше и бесстрашнее. До такой степени, что они могли уже почти сравниться с армией имперского двора. Однако Вэня Жухуа убил один из его собственных подчинённых. Точно так же, как он убил в прошлом лидера бандитов, амбициозный подчинённый убил и его. Мир словно перетасовывал карты, вычёркивая всех прежних людей, имевших невероятно хорошую удачу. И вот так весь мир впал в хаос, в такое состояние, где все безустанно бунтовали. Божественный доктор стоял перед бамбуковым домиком. Сюй Юй сказал: - Учитель, я хочу путешествовать и практиковать медицину. - Иди, - спокойно сказала божественный доктор. Он посмотрел в темнеющее небо и спокойно сказал: - Будь осторожен, люди нынче печально вырождаются. Ты ребёнок, поэтому ты должен быть осторожен и хорошо следить за собой. - Учитель, вы действительно собираетесь отпустить меня одного? Я же всё ещё ребёнок. Я хотел, чтобы вы пошли вместе со мной. Чтобы я мог продолжать присматривать за вами, - сказал Сюй Юй. Божественный доктор безразлично сказал: - В этом нет необходимости. Твой учитель не может уже путешествовать. Доктор не может вылечить себя… Моё тело долго не выдержит. - Учитель, - Сюй Юй с беспокойством посмотрел на божественного доктора. – Я больше не хочу никуда уходить. Я останусь тут и буду за вами присматривать. Божественный доктор глянул на Сюй Юя. Лицо божественного доктора было смертельно бледным и на нём не было и следа румянца. Его кожа была практически прозрачной, и можно было даже разглядеть как кровь медленно течёт по венам на его висках. - Учитель, - закричал Сюй Юй. – Учитель, с вами всё будет хорошо! - Жизнь и смерть – это судьба. Изменения в мире невозможно предсказать, - спокойно сказал божественный доктор. Он повернулся, чтобы вернуться в дом, но краем глаза он увидел женщину, поливающую растения и кричащую ему "Учитель!". #коммент анлейта: TT_TT Ему понравилась Нин Шу!!!! А может только тело главной женщины… Но, уууу, почему мир избавляется и от божественного доктора тоже?!!! Если бы Нин Шу не была ГГ, то это был бы такой трогательный конец. Ха-ха, но, по крайней мере, мы можем об этом фантазировать… Но мне всё равно грустно. / ( ´•̥ו̥` )＼ ---------- Каждая История Про Призрака Начинается с… Прошло несколько дней после инцидента в туалете. Ничего странного не происходило, словно тот инцидент действительно был лишь галлюцинацией. На лицах обитателей комнаты было видно облегчение. Линь Цяньцянь была такой же оживлённой, как и всегда. Она каждый день встречалась со своим парнем и возвращалась только вечером. Чжан Юйянь подрабатывала моделью, поэтому она всегда была занята на съёмках рекламных роликов. Тем временем, Су Маньюй, которая была из богатой семьи, всё своё свободное время проводила в прогулках по магазинам. Поэтому большую часть времени Нин Шу была единственной, кто оставался в комнате весь день. Когда начинались занятия, Нин Шу уходила на занятия. Однако она совсем не понимала, о чём там говорится, потому что она не была изначальным хостом. Изначальный хост была очень умной студенткой, а вот Нин Шу и рядом не стояла. Поэтому, когда она приходила на занятия, она старательно пыталась вести себя незаметно, опасаясь, что профессор вызовет её и попросит ответить на вопрос. Нин Шу почувствовала, что ей нужно должным образом заполнить пробел в образовании. В прошлом, когда она лежала в больнице, она вообще не училась. Когда её жизни постоянно угрожал демон болезни, причём настолько, что ей приходилось цепляться за жизнь, то естественно всё остальное просто отодвигалось в сторону. Нин Шу обнаружила, что её изначальный хост была очень бедной. У неё едва были деньги на её продуктовой карточке, и налички у неё тоже не было. Нин Шу понятия не имела, как выживала изначальный хост. В её чемодане были банки солёных огурцов. Нин Шу не собиралась насмехаться над изначальным хостом. Она прекрасно понимала, что жизнь тяжёлая штука, поэтому всем приходится усердно трудиться, чтобы продолжать жить. После окончания учёбы у изначального хоста могло быть очень хорошее будущее. Достаточно хорошее, чтобы её родители смогли гордиться ей, но она лишилась жизни из-за того, что должно было быть простой игрой. Каждая история про призрака начинается с того, как кто-то красивый решает подразнить смерть. Нин Шу позвала 2333. - Система-сама, есть ли какие-нибудь пилюли, которые позволят мне узнать материалы старшей школы и колледжа, но при этом так сильно не мучиться? Она пришла сюда завершить задание, но если она продолжит быть такое потерянной во всём, то кто-то заметит, что с ней что-то не так. - Есть, но только в обмен на очки, - жизнерадостно ответил 2333. - Меняй. - Ладно! 5000 очков за старшую школу, 10000 за колледж, - пояснил 2333, а потом спросил: - Ты уверена, что хочешь обменять очки? - А чего они такие дорогие? – сердце Нин Шу обливалось кровью. – Это практически грабёж! - Было бы странно, не будь они такими дорогими. Всем остальным приходится очень старательно учиться, а тебе нужно лишь принять пару пилюль. Это сэкономит тебе кучу усилий, а ты всё равно говоришь, что это дорого? Почему бы тебе просто не вознестись на Небеса? Нин Шу заскрипела зубами. - Меняй. Сразу после того, как Нин Шу сказала это, в её ладони появились две белые пилюли. Они выглядели как самые обычные пилюли. Она понюхала их, но они никак не пахли. После мгновения замешательства, она проглотила пилюли и запила их водой, причмокивая губами. И ничего не почувствовала. Вот вообще никаких ощущений. Неужели её обманули? Она всё ещё подозревала, что пилюли были фальшивыми, когда у неё началось такое сильное головокружение, словно весь мир крутился перед глазами. А не слишком ли сильный побочный эффект у этих пилюль? Борясь с головокружением, она забралась на свою койку, а потом рухнула, как убитая. #комментарий анлейта: И вот так Нин Шу умерла, затролленная системой. Следующая история начнётся с системой в качестве двуликого ГГ. ---------- Кровавая Вода - Эй, Чжуан Юйтун, проснись! Проснись! Только и делаешь, что спишь, а уже утро. Проснись! Нин Шу толкали до тех пор, пока она не проснулась. Первым делом, когда она открыла глаза, она увидела парящее прямо над ней зловещее женское лицо фиолетового оттенка и с ножевыми ранами. Растрёпанные пряди волос словно свисали с её лица, когда она смотрела на неё широко распахнутыми и налитыми кровью глазами. Нин Шу поспешно села и обхватила своё одеяло. Она практически запихала кулак себе в рот, чтобы не дать себе закричать. Нин Шу накрыла голову одеялом. И хотя она знала, что просто прячется от реальности, она действительно не хотела видеть столь ужасающую сцену. Окружающая температура словно начала падать и холод начал проникать через её кожу. Нин Шу содрогнулась. Охренеть, это было страшно! - Чжуан Юйтун, ты чего это там делаешь? – Чжан Юйянь потянула за одеяло Нин Шу. – Может тебе плохо? Если ты заболела, то сходи к врачу! Нин Шу была ошарашена на мгновение, когда увидела Чжан Юйянь. Она огляделась вокруг, но не увидела призрака женщины, которого только что видела. Говорят же, что больше всего вероятности увидеть то, чего не стоит видеть, как раз сразу после пробуждения. Призрак женщины был как раз в том месте, где сейчас стояла Чжан Юйянь. Возможно ли, что этот призрак женщины теперь следует за Чжан Юйянь? Нин Шу вытерла холодный пот со лба. Её сердце всё ещё неистово колотилось. Ещё несколько таких испугов, и это её, наверное, убьёт. Чжан Юйянь презрительно глянула на Нин Шу. - Линь Цяньцянь сказала, что сегодня вечером будет вечеринка. Ты тоже идёшь. - Какая вечеринка? – спросила Нин Шу. Она была практически невидимой в этом общежитии. Большую часть времени остальные три девушки не приглашали её с собой на какие-либо мероприятия. Чжан Юйянь была немного раздражена. А когда она раздражалась, у неё над бровями появлялись следы чёрного дыма. Чжан Юйянь сказала презрительно: - Это просто обычная вечеринка в колледже, ты идёшь или нет? Не волнуйся, мы не будем просить тебя заплатить. Там будет, кому оплатить счёт. Нин Шу кивнула. - Я пойду. Если они все уйдут на вечеринку, то она останется одна в общежитии. Ей не хотелось признаваться, то ей было немного страшно. Был ли этот призрак женщины тем духом Уиджа? Нин Шу задумалась на мгновение, а потом спросила: - Чжан Юйянь, ты ничего подозрительного не чувствовала в последнее время? У тебя нигде ничего не болит? - Нет? Ничего такого. Чжан Юйянь очень высокомерно скрестила руки на груди. Нин Шу не могла понять, находится ли этот призрак женщины всё ещё рядом с Чжан Юйянь. После того, как Чжан Юйянь рассказала Нин Шу о вечеринке, она собрала свою кожаную сумочку и ушла. Нин Шу всё ещё чувствовала небольшую слабость в конечностях, поэтому она ещё некоторое время полежала в постели, прежде чем встала и отправилась в ванную комнату, чтобы умыться в тазике. Когда она открыла кран, то из него начал доноситься резкий запах гнили. Она посмотрела вниз и увидела, что из крана течёт тёмно-красная кровь. Вонь была такой сильной, что её чуть не стошнило. Нин Шу была так ошарашена, что поспешно отбросила тазик, и кровавая вода разбрызгалась по стене, распространяя вонь ещё больше. У Нин Шу началось покалывание в скальпе, когда в зеркале медленно появилась фигура женщины. Это была та же самая женщина, которую она видела ранее. Нин Шу тут же оглянулась, чтобы осмотреться по сторонам. В ванной комнате никого не было, но призрак в зеркале всё ещё был на месте. Ножевые раны на лице медленно гнили, пока лицо не стало настолько ужасным, что на него невозможно было смотреть. Она открыла рот и зарычала, а потом вылетела из зеркала в сторону Нин Шу. Нин Шу попыталась заблокировать её руками, а потом развернулась и побежала. Однако в её тело всё равно проникло невероятно холодное ощущение, отчего ей стало так холодно, что её тело словно онемело. Нин Шу мысленно выругалась. Чёрт! Эта мадам не имеет к тебе никакого отношения, и всё равно, после своей смерти, ты ходишь тут и убиваешь невинных людей. Ты охренеть как заслуживаешь того, чтобы твою душу полностью уничтожил даосский жрец! Прошло немало времени, прежде чем она снова начала чувствовать своё тело. Она открыла окно и впустила солнечный свет, но всё равно не могла почувствовать тепла. После того, как столь сильная энергия инь вошла в её тело, даже если её и не столкнут в озеро, она всё равно долго не поживёт. Нин Шу задумалась об этом, а потом решила проверить, сможет ли это тело практиковать Непревзойдённые Боевые Искусства. Если она сможет немного натренировать основы этого тела, то это поможет ей восстановиться от того ущерба, который нанесла та энергия инь. К её облегчению, хоть основы этого тела и не были очень хорошими, они были гораздо лучше, чем у Му Яньмэн. ---------- Маленькие Любовные Похождения Раз вечером была вечеринка, Нин Шу порылась в вещах изначального хоста, чтобы найти какую-нибудь одежду получше и выбрала подходящий наряд, который не выглядел совсем немодным. Это было общество, в котором людей в первую очередь оценивали по одежде. Нин Шу нашла то место, о котором говорила Чжан Юйянь. Это было заведение высокого класса с комнатами для караоке. Если бы это была изначальный хост, то она бы никогда не пошла сюда, потому что не смогла бы позволить себе оплатить чек. Сотрудник заведения провёл Нин Шу в частную комнату. Свет в этой комнате был очень тусклым, а к потолку был прикреплён диско-шар, который сверкал разными цветами, отчего лица всех присутствующих выглядели неестественно гротескными. Появление Нин Шу не вызвало никакого волнения. В комнате были парни и девушки, а на столе было вино и фрукты. Линь Цяньцянь в данный момент пела с парнем, и они поглядывали друг на друга сладкими взглядами. Нин Шу подошла туда, где сидели остальные её соседки по общежитию и села рядом с Су Маньюй. Су Маньюй в этот момент не сводила изумлённого взгляда с Линь Цяньцянь и Цзи Цинюаня, которые пели. Большую часть времени её взгляд был сфокусировано на Цзи Цинюане. Когда она увидела, что Нин Шу села рядом с ней, она отодвинулась в сторону. Было ясно, что она не хочет сидеть рядом с Нин Шу. Губы Нин Шу дёрнулись. Девочка, не нужно заходить так далеко, ладно? Она ведь не была каким-то там вирусом. Чжан Юйянь сидела слева от Су Маньюй. Несколько парней пытались поговорить с ней с раболепными выражениями на лицах. Однако Чжан Юйянь не обращала на них никакого внимания и сохраняла очень равнодушное выражение лица. Атмосфера в комнате была не очень-то хорошей. Нин Шу словно и не присутствовала тут. Если бы её тут не было, то никто бы не заметил. Она переключила своё внимание на фрукты на столе и попыталась выбрать тот, который всё ещё был целым, чтобы съесть его. Нарезанные фрукты вроде арбузов и тому подобных вещей быстро марались, и, говорят, что в них часто добавляли наркотики. Поэтому Нин Шу стала есть лишь орешки и тыквенные семечки. После того, как Линь Цяньцянь и Цзи Цинюань закончили петь, Су Маньюй тут же встала и попросилась петь с Цзи Цинюанем. Линь Цяньцянь великодушно позволила ей. Нин Шу теперь была уверена в том, что Су Маньюй нравится парень Линь Цяньцянь, но сама Линь Цяньцянь об этом не знает. Линь Цяньцянь села рядом с Нин Шу и открыла банку пива, чтобы сделать глоток. Потом она заметила Нин Шу и с улыбкой сказала: - Чжуан Юйтун, ты пришла! Давай сегодня повеселимся! Нин Шу ответила "ага". Хоть Линь Цяньцянь и говорила с ней, её взгляд всё равно был направлен на Цзи Цинюаня и Су Маньюй. Когда те двое встали немного ближе, выражение лица Линь Цяньцянь омрачилось. Как только они закончили петь, Линь Цяньцянь тут же подошла и взяла Цзи Цинюаня под руку и потянула за собой, чтобы он сел рядом с ней. После этого она поднесла пиво к его рту. - Выпей немного. А то ты слишком много пел. Су Маньюй стиснула микрофон, всё ещё стоя и наблюдая за столь интимным общением этой парочки. Теме временем Нин Шу наблюдала за всем этим со стороны. Какая прекрасная драма с ревностью. А потом она стала очень обеспокоенной. Прямо сейчас в темноте было нечто неизвестное, пытающееся убить всех живущих в комнате, но эти люди просто сидели тут, обнимались и занимались своими маленькими любовными похождениями. Она не имела возможности разобраться с духами. Возможно на рынке есть нечто такое, что поможет разобраться с призраками, но в данный момент у неё не было возможности открыть рынок. А значит, в итоге, она может полагаться лишь на себя. Её ничуть не интересовало это собрание. Если бы не тот факт, что она не хотела оставаться в общежитии и в одиночку сталкиваться с духом Уиджа, то она бы ни за что не пришла сюда. И пока она думала обо всём этом, она внезапно почувствовала, как её бедра коснулась рука. Она повернулась и увидела какого-то парня. Он вёл себя совершенно нормально и даже не смотрел на неё, но продолжал гладить её ногу. Поэтому Нин Шу схватила его за пальцы и дёрнула их назад. Парень закричал от боли и все посмотрели на него. Он неловко засмеялся, а потом гневно глянул на Нин Шу. Вечеринка закончилась лишь незадолго до закрытия общежития. #комментарий анлейта: Это во сколько, интересно? Если бы в моём общежитии был комендантский час, то 50% времени я бы спала в классе. ---------- Толкнули с Лестницы Нин Шу пошла вместе с остальными девушками из общежития. Линь Цяньцянь, которая шла впереди них, внезапно споткнулась, словно кто-то толкнул её. Закричав, она упала с лестницы. Её голова стукнулась о стену, оставляя после себя кровавое пятно. Это произошло так быстро, что Нин Шу даже не успела отреагировать. Су Маньюй и Чжан Юйянь имели на лицах такое же выражение ошеломления. Цзи Цинюань, который разговаривал с кем впереди них, тут же побежал обратно и спросил Линь Цяньцянь: - Цяньцянь, ты в порядке? - У меня голова болит, и нога тоже болит. Линь Цяньцянь попробовала пошевелить ногой, и от боли у неё тут же навернулись слёзы на глаза. - Су Маньюй, зачем ты меня толкнула? – спросила Линь Цяньцянь, преодолевая боль. На лице Су Маньюй всё ещё был шок, но, когда она услышала этот вопрос, то она яростно ответила: - Я не толкала тебя! Ты сама упала. Цзи Цинюань строго посмотрел на Су Маньюй. Его красивое лицо сейчас был совершенно холодным. - Это ты толкнула Цяньцянь? - Я не толкала, я правда не толкала! - Су Маньюй почувствовала себя ещё более обиженной, когда Цзи Цинюань тоже засомневался в ней. – Я не толкала её, зачем мне это? Я вообще ничего не делала. Цзи Цинюань нахмурил брови, а потом поднял Линь Цяньцянь. Кровь из раны на лбу начала течь у неё по щекам. - Я точно почувствовала, что ты толкнула меня сзади. Это ты меня толкнула, - сказала Линь Цяньцянь, терпя боль. – Я точно почувствовала, как кто-то толкнул меня в спину. Маньюй, зачем ты толкнула меня? Линь Цяньцянь явно намеревалась всё выяснить и даже не позаботилась о ране у себя на лбу. Су Маньюй стала раздражённой. - Я же сказала, что не делала этого, значит я этого не делала! Неужели я похожа на ту, кто не смеет признавать собственные действия? Если я действительно толкнула тебя, то пусть Небеса разверзнутся и меня насмерть поразит молния! - Ребята, вы видели, чтобы я её толкала? - Су Маньюй спросила у Нин Шу и Чжан Юйянь. Чжай Юйянь покачала головой. - Это произошло слишком внезапно. Я видела только как Линь Цяньцянь упала. Нин Шу тоже покачала головой. Она чувствовала, что дух стоит прямо рядом с ними. Возможно он был рядом с ней, Су Маньюй или Чжан Юйянь. Они не могли видеть духа, но этот дух наверняка улыбался со злорадным восторгом. Нин Шу верила, что Су Маньюй не делала это, а ещё она верила, что Линь Цяньцянь не врёт. Она просто не ожидала, что первый несчастный случай произойдёт с Линь Цяньцянь. - Эм, давайте сначала в больницу сходим, - сказала Нин Шу. Цзи Цинюань ушёл из караоке, неся на руках Линь Цяньцянь. Когда он уходил прочь, он оглянулся на Су Маньюй и холодно сказал: - Я ещё разберусь с этим вопросом. Лицо Су Маньюй побледнело, а края глаз покраснели. Она со злостью топнула ногой. Было ясно, что она не собирается возвращаться сегодня в общежитие. Чжан Юйянь глянула на Нин Шу, а потом закинула назад свои густые и волнистые волосы, после чего сказала: - Раз они не собираются возвращаться в общежитие, то и я не пойду тоже. После этих слов она ушла. Нин Шу: Блять. После всех этих усилий, ей всё равно придётся остаться в общежитии одной этой ночью. #комментарий анлейта: Ребята, вам нравятся истории про призраков? Я люблю и ненавижу их, потому что если я начинаю, то я должна дойти до конца. Это так эмоционально возбуждает, но ещё и приносит мне кошмары на несколько недель, в зависимости от того, насколько я буду напугана. ---------- Возвращаясь в Общежитие… В тот момент, как Чжан Юйянь ушла, температура вокруг заметно понизилась. Нин Шу почувствовала ледяное ощущение на своём лице, отчего она заподозрила, что дух касается или лижет её. Так как она не могла ничего видеть, то её воображение разбушевалось, а её сердце начало бешено стучать от страха. Она обхватила себя руками и начала читать мантру Непревзойдённых Боевых Искусств, чтобы использовать свою энергию и не дать энергии инь проникнуть в её тело. Почему же так холодно? Остальные тоже входили в контакт с этим существом из энергии инь, но никто из них не проявлял такой сильной реакции. Нин Шу поспешила обратно в общежитие. Она очень не хотела возвращаться, но так как этот призрак будет преследовать её, куда бы они ни пошла, то она вполне может снова вернуться в общежитие. Топ, топ, топ… Нин Шу услышала шаги позади себя, поэтому она начала идти быстрее, не оглядываясь. Однако, когда она увеличила скорость, шаги позади неё тоже ускорились. Шлёп… Внезапно на плечо Нин Шу приземлилась чья-то рука. Нин Шу почувствовала, как её сердце вздрогнуло от страха, но рефлекторно схватила эту руку и сделала бросок через плечо. Человек, который оказался брошен на землю, издал сдавленный стон, а потом начал кричать от боли. Нин Шу наконец-то смогла рассмотреть его. Это был тот парень из каракое-бара, который трогал её за ногу. У него явно хватило мужества, чтобы пойти вслед за ней. Парень поднялся, с гримасой придерживая своё запястье. Нин Шу видела, что у парня была средняя внешность. Однако привыкнув видеть так много красивых мужчин, она невольно чувствовала, что этот парень был просто уродом. - За что ты так ос мной? – спросил парень у Нин Шу. Нин Шу холодно ответила: - Ты напал на меня со спины, это была законная самооборона. Она не хотела разговаривать с этим парнем, поэтому она повернулась, чтобы уйти, но этот парень вприпрыжку поспешил поравняться с ней. - То, что я сделал в караоке-баре – это неправильно. Я слышал, что у тебя трудности с финансами и семьёй. Почему бы тебе не стать моей девушкой? А я позабочусь о твоих расходах на жизнь. Нин Шу остановилась, чтобы посмотреть на парня. Парень тут же радостно спросил: - Ты согласна? Меня зовут Сун Мин. Уже так поздно, а ты всё ещё возвращаешься в общежитие? Нин Шу не стала отвечать ему. - Давай пойдём в отель, - сказал Сун Мин. Он подошёл, чтобы взять её за руку, но Нин Шу сделала шаг назад и лишь холодно посмотрела на него. Эта мадам отказывалась кувыркаться в постели даже с главным мужчиной, а ты думаешь, что эта мадам будет кувыркаться с тобой? Этот Сун Мин явно просто пытается хитростью заставить её переспать с ним. Она холодно рассмеялась, а потом пнула его прямо в промежность. Сун Мин тут же сложился от боли. Нин Шу протянула руку и схватила его за воротник. - Знаешь, что для тебя будет лучше всего, если ты перестанешь меня доставать. Если ты ещё раз подойдёшь к этой мадам с такими намерениями, то эта мадам тебя просто покалечит, ублюдок! Нин Шу отпустила его воротник, а потом развернулась и ушла. Сун Мин остался позади, пристально глядя на её спину, прислоняясь к стене и прикрываю свою больную промежность. Когда Нин Шу вернулась в общежитие, она включила свет и собралась уже отправиться в ванную комнату, чтобы помыться. Однако она вспомнила, что произошло днём и забеспокоилась, что из крана снова потечёт кровь. Во всём общежитии кровь шла только из крана в их комнате. Это было совершенно не научно. К счастью, сегодня крови не было. Нин Шу помылась, а потом закрыла окно и задёрнула занавески. Она оставила свет включённым и забралась на свою постель, чтобы помедитировать. Она поняла, что дух Уиджа придёт сегодня. Такие призраки любят питаться страхами людей, поэтому пугают их до тех пор, пока они совсем не расклеятся. Люди всегда боялись казалось бы странных феноменов, вызванных магнитными полями, поэтому человечество боялось призраков исходя из того факта, что они были неосязаемыми и обладали мистическими способностями. ---------- Почему Бы Его Не Примерить? Нин Шу начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства, чтобы успокоить свои страхи. Бам! Окно, которое Нин Шу закрыла, было распахнуто настежь ветром, и свет в комнате тут же погас. Во всём общежитии не было ни капли света, а пейзаж за окном был чёрным, как чернила. Занавески начали громко хлопать на ветру, пока не поднялись вверх от сильного порыва. Нин Шу села на постели неподвижно. Она не открыла глаза и просто молча читала про себя "эта мадам ничего не видит, там ничего нет, ей совсем не страшно, не страшно…" Она почувствовала отвратительный запах гнили, а потом её тело словно целиком погрузило в ледяную воду. У неё начала кружиться голова, но она стиснула зубы и продолжила держать глаза закрытыми, пока использовала свою энергию, чтобы бороться с холодом. - Сссс, ссс… Послышался тихий шепчущий звук, а потом нечто похожее на плач женщины. Это звук одновременно был и далеко и очень близко. Она почувствовала, как нечто влажное и тёплое капает на неё. По ощущениям это было как кровь. Однако она продолжала держать глаза закрытыми, даже когда температура в комнате понизилась ещё больше. Она чувствовала себя так, словно стоит голая посреди снежной бури. Всё её тело начало бесконтрольно трясти. - Почему ты не открываешь глаза и не смотришь на меня? Почему?! Почему… - голос был полон холодного и горького негодования. Нин Шу продолжила использовать энергию в своём теле и старательно игнорировать духа. Спустя продолжительное время, когда она наконец-то открыла глаза, она увидела, что уже наступил день. Окно было широко открыто, а занавески слегка трепетали на ветру. Настало очередное прекрасное утро. И в комнате словно не происходило ничего необычного. Если бы только не ощущения онемения, которое было во всём её теле, то она бы даже подумала, что всё произошедшее прошлой ночью было просто галлюцинацией. Она действительно медитировала всю ночь. Она зевнула, чувствуя себя исключительно уставшей, а потом слезла с постели и открыла свой ящик в тумбочке. Внутри она обнаружила аккуратно сложенную одежду. Это был багровый шерстяной свитер. Нин Шу подняла брови. Он ей не принадлежал. У изначального хоста не было такой красивой одежды. Цвет этого наряда был приятного яркого красного цвета, который излучал крутое и элегантное ощущение. Кто оставил одежду в её ящике? Первым делом она подумала про одежду Чжан Юйянь, так как это было похоже на её стиль. Она потянулась к этому свитеру, но как только её рука коснулась его, она поняла, что что-то не так. Свитер был влажным и липким. Когда она понюхала свои пальцы, то почувствовала запах гнили. Она тут же поняла, что это дух подложил свитер в её ящик. Она почувствовала, как что-то холодное приближается к ней. Когда холод начал просачиваться в её кожу, ей в голову внезапно пришла мысль. Это такой красивый наряд, почему бы его не примерить? Нин Шу подняла свитер. В том месте, где он лежал, теперь осталась небольшая лужа грязной воды. Свитер был очень тяжёлый, словно он вымок в воде. Она холодно рассмеялась, а потом схватила ножницы и начала резать свитер на куски. Температура в общежитии резко понизилась и яростный ветер начал дуть в комнату. Он подхватил куски свитера, и комната тут же наполнилась отвратительным запахом гнили. ---------- Ещё Уродливее При Свете Дня После того, как Нин Шу порезала свитер на кусочки, дух разгневался и ветер подул так сильно, что окно начало жестоко трясти, пока стекло, наконец, не разбилось. Она начала слышать резкий треск электричества, от которого у неё чуть не лопнули барабанные перепонки. Она присела, прикрыла уши и закрыла глаза. Дух Уиджа вероятно был в гневе от такого унижения. Однако теперь Нин Шу действительно почувствовала, что тут нечего особо бояться. Как и сказал 2333, это не более чем слегка злонамеренное духовное тело. Как только человек преодолеет свой внутренний страх, то становится уже не страшно. Тут, тук, тук… Послышался чей-то стук. Нин Шу открыла глаза и обнаружила, что в общежитии снова было спокойно. Обрывки разрезанной одежды, лежавшие на полу, исчезли, заменившись на разбитые осколки стекла. Однако зловещий холод всё ещё витал в комнате, а возле горла было особенно холодно. Она невольно задумалась о том, не пытался ли призрак задушить её. Нин Шу снова начала использовать энергию в своём теле, когда пошла открывать дверь. За ней она обнаружила учительницу, которая отвечала за это общежитие. Она выглядела недовольной, когда спросила: - Чем это ты сейчас занималась? Как это окно разбилось? - Простите, я приложила слишком много силы, когда закрывала окно, и стекло разбилось. Я всё сейчас уберу. Нин Шу даже не пыталась объяснить ситуацию, а просто извинилась. Учительница стала менее строгой, когда она увидела, что Нин Шу прямолинейно извинилась. Она лишь сказала ей убраться как можно скорее, а потом добавила: - Тебя кто-то ждёт внизу. Нин Шу удивилась этому. Кто-то ждёт её? Когда она спустилась вниз, то увидела Сун Мина, который стоял под деревом, и её выражение лица тут же стало раздражённым. Она развернулась и пошла обратно в общежитие. Когда Сун Мин увидел, что Нин Шу уходит, он поспешно подбежал, чтобы остановить её. - Почему ты убегаешь при виде меня? - Я не убегаю, я просто не хочу тебя видеть. Не смей находиться рядом со мной, а иначе я тебя покалечу. Взгляд Нин Шу был совершенно холодным. Она действительно не хотела связываться с этим человеком. Да не может быть, чтобы парень, который при первой же встрече трогает девушку за ногу, был хорошим человеком. Если бы это была она сама, то она бы уже начала лупить его хлыстом. Возможно, он и не стал бы трогать ноги других девушек. А с ней поступил так только потому, что считал, что её будет проще задавить авторитетом, потому что она приехала из деревни. Такой ублюдок точно не может быть хорошим человеком. У неё ещё прошлой ночью уже сложилось впечатление, что он уродлив, но теперь она увидела его при свете дня, и обнаружила, что он ещё более уродливый, чем она себе представляла. Его лицо было всё в акнэ, а на подбородке была отвратительная коллекция прыщей. Нин Шу: →_→ Сун Мин оглядел Нин Шу. Хоть она и не была хорошо одета, в ней была простая красота. Она, вероятно, всё ещё была девственницей, поэтому ему нужно было поспешить её забрать. - Я вчера спрашивал, будешь ли ты моей девушкой, ты уже закончила обдумывать это? Взгляд Сун Мина прошёлся по её груди. Так или иначе, Нин Шу уже прожила в нескольких мирах, и очень ясно понимала, о чём думает этот парень. Обдумывать? Какого хуя мне ещё надо обдумывать? Нин Шу схватила его за воротник и холодно сказала: - Не смей больше появляться рядом со мной. Ты хочешь переспать с этой мадам? Ты такой уродливый, что люди теряют аппетит при одном только взгляде на тебя. Выражение лица Сун Мина исказилось, и он возмущённо отмахнулся от руки Нин Шу. - Чего это ты такая гордая? Ты же просто деревенская простушка, неужели ты действительно считаешь себя популярной девушкой? Я же сжалился над тобой, потому что видел, как тебе трудно. Но ты действительно запудрила себе мозги, да? Вот серьёзно, повсюду можно найти дерьмовых мужчин. ---------- Надо Съездить Домой Почему бы духу Уиджа не гоняться за некрасивыми парнями и пугать их до смерти, вместо того, чтобы вредить невинным девушкам? Тц, тц, тц. Как и ожидалось, женщина лучше всего умеет усложнять жизнь другим женщинам. Может у четырёх девушек из общежития и есть небольшие промахи, но они никогда не вредили духу Уиджа до этого, и всё же, дух Уиджа хочет их убить. Судя по всем намёками, этот дух Уиджа была убита когда-то в прошлом, вот почему она была полна чувства обиды и хотела убивать, чтобы отомстить. Нин Шу холодно рассмеялась в лицо Сун Мину, а потом подняла ногу и пнула Сун Мина прямо в нижнюю половину. У Сун Мина чуть глаза не выпали из орбит. Слёзы потекли по его щекам, когда он съёжился от боли и закричал. Это был вход в общежитие для девушек, поэтому тут повсюду были студентки. После такой шумихи множество студенток повернули головы к ним, начали указывать на Сун Мина и перешёптываться. Лицо Сун Мина залилось краской, отчего прыщи на его подбородке стали ещё больше и гораздо отвратительнее. - Ты! Чжуан Юйтун, ты…. Сун Мин указала на Нин Шу. Нин Шу холодно сказала: - Я уже предупредила тебя, чтобы ты не крутился передо мной, а иначе я буду бить тебя каждый раз, как увижу. После этих слов Нин Шу развернулась и ушла от него. Когда она вернулась в общежитие, она начала упаковывать вещи, готовясь вернуться домой. Оставаясь тут, она ничего не решит. К тому же, заглянув в воспоминания Чжуан Юйтун, она увидела, что у деревенского шамана действительно есть кое-какие способности. Она разбиралась со всякими странными событиями, которые происходили в деревне. В изначальной истории Чжуан Юйтун хотела повидаться с этим шаманом, но она умерла прежде, чем ей представился шанс. Нин Шу чувствовала, что ей надо съездить домой. Однако она всё ещё не отчаялась найти более простой способ и окликнула 2333. - А мы никак не можем разобраться с призраком? - Нин Шу, разве я тебе не говорил уже? – 2333 прозвучал устало. – У тебя всё ещё нет прав открыть рынок. Когда ты сможешь открыть этот рынок, то там будет множество вещей, которые точно смогут разобраться с духовным телом. Однако, проблема в том, что ты слишком низкого уровня. - Тогда почему я смогла обменять очки на афродизиак и обучающие пилюли? – спросила Нин Шу. Система практически говорил ей, что она была мусором. - Даже если такие низкоуровневые вещи бросить на землю, ни один игрок их не подберёт. Я использовал свои собственные привилегии, чтобы обменять их для тебя, - сказал 2333. Нин Шу внутренне зарычала: - Раз это такое низкоуровневое барахло, то почему он стоит так много очков? Почему?!! - Хоть это и низкоуровневые товары, они всё равно были куплены на системном рынке, поэтому их эффекты всё равно потрясающие. Ладно, хватит уже разговаривать со мной, у меня заканчивается энергия. Пока-пока. После этого, чтобы ни говорила Нин Шу, 2333 не отвечал. Нин Шу не могла избавиться от чувства, что она была обманута этой системой. Однако, судя по словам 2333, похоже, что она всё ещё была очень низкоуровневым и ничтожным игроком, который мог легко исчезнуть в одном из миров. Нин Шу вздохнула и закончила собирать свои вещи, а потом отправилась повидаться со своим куратором, чтобы отпроситься съездить домой. Она очень беспокоилась о том, что может утонуть, поэтому намеренно держалась подальше от того искусственного озера. Получив разрешение съездить домой, она вышла из здания администрации. По дороге обратно она внезапно услышала резкий гудок автомобиля. Она обернулась, и увидела, что прямо на неё мчится фургон и продолжает ускоряться. Внезапно в её тело заполнило холодное ощущение, отчего все её конечности онемели. Словно что-то схватило её и не давало двигаться. Нин Шу использовала свою внутреннюю энергию и поспешила увернуться от фургона. Фургон выехал на траву и врезался в дерево, сбив его. Передняя часть фургона была совершенно смята от столкновения. ---------- Чжан Юйянь, Одержимая Сердце Нин Шу бешено колотилось от остатков страха, когда она решила взглянуть на покорёженную машину. Она стряхнула онемение в своей руке, а потом увидела, что на ней остались синяки в форме пальцев. Как она и думала, это дух схватилась за неё, чтобы удержать на месте. Она подошла и увидела, что водитель без сознания, поэтому тут же вызвала скорую помощь. У неё вся спина был покрыта холодным потом. Этот дух всерьёз хотела её убить. Ну, так мы ещё посмотрим, кто с кем разберётся в итоге. Нин Шу использовала свою внутреннюю энергию, чтобы развеять холод в своём теле и направилась в общежитие. Как только она открыла дверь, она увидела Чжан Юйянь, которая залезала на окно и выглядела так, словно она собиралась вот-вот спрыгнуть. Выражение лица Чжан Юйянь было полно отчаяния, словно она столкнулась с чем-то ужасающим. Её взгляд был пустым и безжизненным, когда она медленно вставала на подоконнике, словно собиралась прыгнуть. В комнате было невероятно холодно, и слышался какой-то слабый ревущий звук. Такой злой и холодной горечи было достаточно, чтобы у человека дыхание перехватило. Нин Шу поспешно подбежала и схватила Чжан Юйянь за руку, чтобы стащить её обратно, но, чтобы она ни делала, она не могла спустить Чжан Юйянь. Словно кто-то пытался изо всех сил столкнуть Чжан Юйянь. - Чжан Юйянь! Очнись! Эй… Нин Шу глубоко вдохнула, а потом использовала свою внутреннюю силу, чтобы дёрнуть ещё сильнее. Тело Чжан Юйянь наконец-то поддалось и она упала на Нин Шу, и от силы этого падения Нин Шу даже закашляла. Чжан Юйянь уже потеряла сознание, поэтому Нин Шу перенесла её на постель. Она увидела, что на второй руке Чжан Юйянь тоже был отпечаток руки. Тело Чжан Юйянь было очень холодным. Даже находясь без сознания, её тело дрожало, а её лицо было бледным. Нин Шу накрыла её одеялом, а потом взяла своё собственное одеяло, чтобы тоже накрыть им Чжан Юйянь. Затем она взяла её руку и начала тереть между своими ладонями. Она считала себя знающей боевые искусства. Люди, которые практиковали боевые искусства, обычно имели более сильную энергию крови, поэтому она надеялась, что это немного поможет Чжан Юйянь. Лицо Чжан Юйянь было таким бледным, что её обычная аура розы с шипами совсем исчезла. Нин Шу вздохнула. Эти девушки были очень неудачливыми. Они были убиты из-за их любопытства. Иногда действительно лучше не играть с огнём. Ладно Линь Цяньцянь была любопытной, но она втянула в это других людей, а сама выжила. Нин Шу продолжила сидеть у постели, но около полуночи она больше не могла сдерживаться и уснула у постели. Внезапно, Чжан Юйянь села и сняла с себя одеяла. Её лицо не имело никакого выражения. Нин Шу была ошарашена и проснулась. Когда она увидела безвыразительный взгляд на лице Чжан Юйянь, то она сразу же поняла, что Чжан Юйянь снова контролируют. Она снова попыталась оттащить её, но сила Чжан Юйянь значительно увеличилась, и она стала медленно тащить Нин Шу к окну. Нин Шу: Блять. Посмотрим, кто сегодня победит. Нин Шу потянула ещё сильнее. До такой степени, что у неё на лбу вздулись вены. Чжан Юйянь обернулась к ней со зловещим выражением на лице. Её лицо выглядело таким сгнившим, что её почти невозможно было узнать, а один из глаз вообще выпал. Он чуть не упал на землю, но продолжал висеть на пучке вен. А ещё она издавала очень отвратительную вонь. Нин Шу внезапно ощутила влажное и кашеобразное ощущение в своих руках. Она опустила взгляд и увидела, что рука Чжан Юйянь совершенно сгнила. Были видны даже черви, выползающие из её сгнившей плоти. Нин Шу чуть не отпустила руку рефлекторно, но потом закрыла глаза и начала мысленно читать мантру: "Баобао не боится, Баобао совсем не боится!" Это была лишь хитрость для отвода глаз, это была рука Чжан Юйянь. Она не могла её отпустить, она должна была её держать. #комментарий анлейта: И вот почему я хотела быть кремированной, когда была моложе, мысли о том, что моё тело будет гнить отвращали меня, даже если кремация и вредит окружающей среде… Но потом я выяснила, что после кремации ваши кости перемалывают в порошок при помощи механизма. Вместе с костями других людей. Это звучит неряшливо и болезненно… Неужели нет способа сразу превратиться в удобрение, без жуков или перемалывания? ---------- Дом Шамана Нин Шу спасала Чжан Юйянь не по доброте душевной, она просто боролась против истории. В первоначальной истории все кроме Линь Цяньцянь погибли, поэтому спасение остальных было почти то же самое, что и спасение себя. Нин Шу продолжила использовать свою энергию, пока она не почувствовала тяжесть в даньтяне*, а её мускулы рук не начали дрожать, но она всё равно продолжила крепко держать Чжан Юйянь за руку. Спустя некоторое время Нин Шу наконец почувствовала, что противоположная сила расслабилась. Чжан Юйянь тяжело упала на пол, и она больше не выглядела так, словно она гнила заживо. Нин Шу снова перенесла её на постель, а потом встряхнула своими трясущимися руками. К тому времени, как наступило утро, она уже выдохлась, а у Чжан Юйянь началась лихорадка. Она взяла телефон Чжан Юйянь и позвонила семье Чжан Юйянь, чтобы они забрали её домой. Ей тоже надо было ехать домой, поэтому она не могла оставаться тут и присматривать за Чжан Юйянь. Вероятно они все умрут, если будут пытаться дождаться прибытия того даосского жреца, поэтому было лучше полагаться только на себя. Вскоре приехала семья Чжан Юйянь. Они поблагодарили Нин Шу, а потом забрали Чжан Юйянь с собой. Нин Шу взяла свой багаж, заперла общежитие, а потом пошла на остановку автобуса. Всё это время она нервничала в ожидании несчастных случаев и постоянно тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства, чтобы излучать сильную энергию ян и отгонять призраков. Однако по пути всё равно произошло много несчастных случаев. То у автобуса спускала шина, то водитель поворачивал не туда. Тот факт, что даже опытный водитель потерял дорогу, уверил Нин Шу в том, что дух Уиджа преследует её. Она поменялась с кем-то местами села прямо позади водителя автобуса. Когда она повернулась в сторону, то увидела зловещее лицо, отражающееся в окне. Нин Шу без всяких эмоций отвернулась от окна. Дух просто пыталась напугать её, так что незачем было волноваться. Спустя три дня она с трудом наконец-то приехала. Поездка, которая обычно занимала два дня, отняла целых три из-за всех произошедших несчастных случаев. Все ехавшие в автобусе начали говорить, что они столкнулись с проклятием призрака. От остановки автобуса ещё была долгая дорога до деревни изначального хоста. Нин Шу взяла свой чемодан и пошла по дороге. Она чувствовала постоянный холод рядом с собой. Хоть и было лето, по ощущениям была зима. Когда она добралась до деревни, она не направилась сразу домой. Было бы плохо приводить с собой духа, потому что она могла решить нацелиться и на семью. Всё же, это была призрак, которая убивала случайных людей просто чтобы выместить свою ненависть. Нин Шу направилась прямо к дому шамана. Шаман жила на самом западном краю деревни, рядом с горой. Это была почти безлюдная часть деревни. Поблизости почти не было других домов. Место, в котором жила шаман было очень грубым и казалось зловещим. Занавески в её доме были чёрными, а так как в лесу и так было темно, её дом казался ещё более жутким. Однако, по какой-то причине, Нин Шу почувствовала облегчение в этом месте, и холод, который она чувствовала всё это время, исчез. Похоже, что дух покинула её. Чего же она испугалась? Нин Шу вошла во двор и закричала: - Бабуля, это я, Юйтун. Мне нужно попросить тебя о помощи кое в чём. Спустя некоторое время пожилой и хриплый голос наконец-то сказал: - Входи. Нин Шу отодвинула чёрную занавеску на двери и вошла внутрь. В комнате было очень темно, словно там вообще не было окон, потому что снаружи свет не проникал. На столе были две свечи, которые были похожи на молитвенные свечи. Она оглядела комнату, а потом увидела, что рядом с ней, на стене висит череп. Глазницы были пустыми, и он ухмылялся своими отсутствующими зубами. ______________________________________________________________________ * Даньтянь – это область тела, которая содержит в себе мышцы и внутренние органы нижней части живота. ---------- Возможно, Это Из-за Ваших Родителей Нин Шу была ошарашена видом черепа и отшатнулась. Она наступила на что-то хрупкое, а когда посмотрела вниз, то обнаружила, что была бедренная кость. Нин Шу чуть не подпрыгнула на месте. Какого хрена? Зачем украшать своё жильё таким пугающим образом? Неужели она не может убрать кости подальше? - Что же ты такое спровоцировала? Дух очень сильный. Хриплый голос прозвучал позади неё, и она тут же обернулась. В помещении было очень темно, поэтому она и не заметила того факта, что позади неё кто-то был. Послышался щелчок и включился свет. Нин Шу протёрла глаза, а потом увидела перед собой невероятно старую и сморщенную женщину. Её лицо было полно морщин, которые оставило время, но её взгляд был строгим и резким, когда она оглядела Нин Шу. Нин Шу сказала: - Бабуля. Я столкнулась с проблемой, поэтому хотела попросить тебя о помощи. Шаман села за стол и сказала: - Садись. Нин Шу поспешила сесть перед шаманом. Между ними был небольшой чайный столик, на котором лежали всякие странные предметы. Шаман зажгла лампу на столе, и та стала излучать слабый аромат свежести. Нин Шу тихо кашлянула, а потом спросила: - Бабуля, а что это такое? Пахнет довольно приятно. - Она сделана из душестирающей травы. Если вдыхать её в больших количества, то душа человека исчезает, а сам человек становится живым мертвецом. Нин Шу: … Она начала задерживать дыхание. Шаман глянула на неё и спросила: - Разве ты не уехала учиться в школе? Как ты умудрилась спровоцировать нечто подобное? Такие вещи очень сильные, и они полны энергии инь. Ты была одержима? Нин Шу покачала головой. - Я не была одержима. Есть ли что-то, что поможет мне избавиться от этого? Она подробно пересказала всё, что произошло в общежитии. Шаман очень строго посмотрела на неё и сказала: - Всё происходит не просто так. Должна быть какая-то естественная причина, почему призрак женщины начал на вас охотиться. Должно быть, кто-то из вашей комнаты имеет прошлое, связанное с этим призраком. - Это невозможно. Мы же все начали учиться только в этом году? Мы не узнали этого призрака женщины, а я вообще выросла в этой деревне, поэтому у меня ещё меньше шансов на то, чтобы быть связанной со всем этим, - возразила Нин Шу. Шаман лишь глянула на неё. - Если это не связано с вами, ребята, тогда, возможно, это связано с вашими родителями. Нин Шу: →_→ Значит, будут вовлечены оба поколения? Однако Чжуан Юйтун была самой жалкой и самой невинной из всех девушек в общежитии. В этой истории Цзи Цинюань и Линь Цяньцянь смогли найти даосского жреца, чтобы изгнать призрака, но, к тому времени, Чжуан Юйтун уже умерла. - Бабуля, что же мне делать? Есть ли какой-нибудь способ избавиться от этого призрака? – спросила Нин Шу. – Похоже, что у неё совсем нет совести. Даже если она и затаила какую-то обиду на кого-то из общежития, но она пытается убить всех. Я сама чуть не умерла под автомобилем. Шаман спокойно сказала: - Подобные вещи больше не могут реинкарнировать. Их отверг цикл жизни, и теперь они состоят лишь из чувства обиды. Стоит только их спровоцировать, и они не успокоятся, пока вы не умрёте. У подобных вещей изначально нет совести. Они практически демоны. Всё будет нормально, если вы изгоните её, но если не изгоните, то в вашей жизни будет постоянная помеха. Те, у кого сильная удача, не умрут, но их жизнь будет наполнена бедностью. Те, у кого удача не настолько сильная, несомненно, умрут. Было ясно, что у Линь Цяньцянь была очень сильная удача, в то время как остальные три девушки были обречены на короткую жизнь. ---------- Духовная Жемчужина Лицо Ниш Шу сморщилось, словно она вот-вот заплачет. - Бабуля, что же мне делать? Шаман словно не заметила жалобного вида Нин Шу и лишь налила ей чашу чёрной воды со странным запахом. - Выпей это. - Что это? – спросила Нин Шу, когда взяла чашу. Шаман посмотрела на Нин Шу. - Если ты продолжишь вести себя так, словно ничего не случилось, то долго не проживёшь. Это специально средство для того, чтобы избавиться от энергии инь. Когда Нин Шу услышала это, она выпила эту воду без малейших колебаний. Вкус был очень странным. Он был кислым, сладким, горьким, острым и солёным. - Я могу тебя спасти, но у меня есть просьба, - сказала шаман. Нин Шу тут же сказала: - Пожалуйста, скажи мне. - Мне нужно лечебное растение, и мне нужно, чтобы ты его мне принесла, - спокойно сказала шаман. - Ладно. Нин Шу согласилась без колебаний. - Что это за растение? – спросила она потом. Шаман строго сказала: - Это растение растёт в очень опасном месте. Ты можешь даже умереть, пытаясь до него добраться. Но, если тебе это удастся, то я дам тебе это. Это сможет тебя защитить. Шаман достала чёрную бусину. Хоть она и была чёрной, но она светилась, словно чёрная жемчужина. Прежде чем Нин Шу успела что-либо сказать, в её голове прозвучал голос 2333. - С-скорее! Бери её! Скорее! Скорее! Кто бы мог подумать, что мы найдём это в таком низкоуровневом мире? Скорее бери её! У Ниш Шу было такое чувство, что её барабанные перепонки сейчас лопнут. - Заткнись. Хоть она и не знала, что это была за бусина, тот факт, что 2333 так возбудился, означал, что это явно что-то хорошее. Однако её выражение лица не изменилось, когда она сказала: - Бабуля, я готова принести тебе это растение. - Ты уверена? Это растение очень трудно добыть. Если тебе не повезёт, то ты можешь умереть. Взгляд шамана был очень холодным. Нин Шу кивнула. - С таким злобным призраком, обитающим рядом со мной, рано или поздно меня всё равно ждёт несчастье. И вместо того, чтобы беспомощно ждать его, я лучше попробую добыть для тебя это растение. - Очень хорошо. Тогда я пока дам тебе это на первое время. Шаман дала Нин Шу бусину. Она была размером примерно с большой палец, но при этом была аномально тяжёлой. - Я хочу, чтобы ты добыла мне вот такое растение, - бабуля протянула Нин Шу лист бумаги. – Сорви его как сказано в инструкции. Что бы ни случилось, не повреди его медицинские качества. Нин Шу глянула на лист бумаги и её зрачки расширились, но помимо этого её выражение лица не изменилось. - Бабуля, я обязательно добуду тебе это растение. После этого шаман сказала ей, где можно найти это растение. Нин Шу взяла чёрную бусину и ушла из дома бабули, чтобы вернуться в свой родной дом. Родители изначального хоста были удивлены увидеть Нин Шу и стали спрашивать её, не случилось ли чего. Нин Шу сказала, что ничего не случилось, она просто приехала их навестить. А потом она достала деньги, которые передала пожилой паре. Отец Чжуан Юйтун был очень загорелым фермером. Когда он увидел, что Нин Шу достаёт свёрток денег, его выражение лица сильно изменилось и он спросил, откуда взялись эти деньги. Родители расслабились только после того, как Нин Шу сказала, что заработала их на подработке и отложила, чтобы дать им. Они хотели вернуть деньги Нин Шу, но Нин Шу сказала, что они должны использовать их на оплату обучения её младшего брата. На самом деле Нин Шу обменяла эти деньги на очки, потому что в реальности родителям Чжуан Юйтун было очень трудно. А с этими деньгами они смогут прожить чуть лучше. Закрывшись в своей комнате, она разложила вещи и начала изучать чёрную жемчужину. Она спросила у 2333: - Что это? - Тебе не стоит недооценивать эту штуку. Это духовная жемчужина, которая может поглощать души. Она наполнена чистой духовной энергией. Условия для формирования духовной жемчужины очень строгие. Очень редко бывает такое, что на протяжении всей жизни целого мира в нём формируется хотя бы одна духовная жемчужина. - Это всё духовная энергия? Взгляд Нин Шу практически начал светиться. Учитывая то, какая тяжёлая она была, то сколько же духовной энергии было внутри? #комментарий анлейта: Я думала, что Чжуан Юйтун была единственным ребёнком в семье? Но, оказывается, у неё есть младший брат. ---------- Фрукт Долголетия Нин Шу была просто в восторге. Так эта жемчужина была наполнена духовной энергией? Если она сможет впитать в себя эту энергию, то её душа станет ещё сильнее. И ей всё равно, если для этого придётся остаться в этом мире дольше из-за такого хлопотного задания. - Ты же не думаешь о том, чтобы впитать в себя духовную энергию из этой духовной жемчужины, верно? – сказал 2333 с насмешкой в голосе. – Это всё равно, что искать смерти. Эта духовная жемчужина лишь поглощает души. Она может поглотить любую душу и именно поэтому её называют "окончателем душ". Ты же думаешь о том, чтобы попытаться впитать в себя эту штуку? Никто не сможет впитать подобные вещи. Если бы ты была в своей духовной форме, то тебя бы уже поглотила эта штука и ты исчезла из этого мира. Нин Шу содрогнулась от ужаса. - Это – сильное оружие против душ. Любое духовное тело боится её, - снова предупредил 2333. – Не пытайся сделать что-нибудь глупое. Когда ты вернёшься в своё пространство, я сохраню её для тебя. В том пространстве ты находишься в своей духовной форме, поэтому эта жемчужина тебя просто поглотит. Нин Шу: … А она уже было подумала, что это какое-то ценное сокровище, но это оказалось односторонним хранилищем. Она наконец-то поняла, почему призрак сбежала. Оказалось, что она испугалась этой штуки. Нин Шу убрала жемчужину, а потом достала бумагу, которую ей дала шаман. Это растение было очень уникальным. У него было всего два листочка, но оно отращивало фрукт, который был похож на эмбрион. Она уже видела подобное растение в книге божественного доктора. Оно называлось фрукт долголетия. В книге говорилось, что он обладает эффектом продления жизни. Она думала, что это всё выдумки, но вот теперь шаман действительно послала её за таким растением. Вероятно, шаман хотела продлить свою жизнь. Вот только, кто бы мог подумать, что в этом мире существует нечто столь ценное? Неудивительно, что она согласилась выменять его на духовную жемчужину. - Этот фрукт не так уж ценен в мирах более высоких уровней, а вот духовная жемчужина всё ещё очень ценная. В некоторых мирах подобная жемчужина даже не появляется, так что обмен очень даже того стоит, - сказал 2333. Услышав это, Нин Шу решила отправиться на поиски этого фрукта. Он рос на крутой пропасти и обычно его защищало яростное животное. Если бы она была слабой девушкой, то она действительно могла бы умереть. Но, к счастью, она тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства, поэтому её сила и чуткость выросли. Если она попробует добыть это растение, то у неё может и получиться. Всё же, она не могла хитростью выудить эту жемчужину у шамана. Потому что шаман обладала таинственными способностями, и, если бы она забрала жемчужину обратно, то с Чжуан Юйтун было бы покончено. Поэтому, ранним утром на следующий день, Нин Шу позавтракала со своими родителями, а потом взяла верёвку и отправилась в горы позади деревни. Когда Отец Чжуан увидел, что Нин Шу взяла длинную верёвку и топор, он спросил её, куда она собралась. Нин Шу сказала, что отправляется собрать немного диких грибов, чтобы принести их обратно в колледж для учителей. Услышав это, отец Чжуан сказал ей быть осторожной. Нин Шу направилась в горы, следуя по карте, изображённой на листе бумаги. Чем дальше она заходила, чем толще было покрывало из листьев, а на земле стало заметно больше фекалий животных. Стволы деревьев тоже стали толще, что говорило об их возрасте. Лес был очень зелёный и буйнорастущий. Когда солнечный свет проходил через все листья на деревьях, он создавал на земле пёстрые узоры. Наконец, она дошла до нужного места, которые было крутым обрывом. Ей нужно спуститься вниз по верёвке, туда, где растёт фрукт долголетия, и сорвать его. Она глянула вниз с обрыва и у неё тут же закружилась голова. Охренеть, она боялась высоты! #комментарий анлейта: Эта переводчица тоже боится! Стоит только представить, пока я печатаю это и у меня уже возникает покалывание в ладошках. ---------- Страж Фрукта Долголетия Нин Шу вытерла холодный пот, а потом принялась за работу. Она прочно привязала один конец верёвки к стволу дерева, потом привязала другой конец к себе и начала медленно спускаться с обрыва. Она действительно рисковала всем ради этой жемчужины. Спустившись до того места, где находился фрукт долголетия, она обнаружила, что при близком рассмотрении этот фрукт ещё более потрясающий. Эмбрион выглядел совсем как настоящий, и у него можно было даже разглядеть черты лица. Охренеть, не может же быть такого, что он вырастет в настоящего ребёнка, верно? Она вспомнила, что в медицинской книге было написано, что это просто растение, но тот факт, что это растение может настолько быть похожим на эмбрион, просто поразительно. - Система 2333-сан, что именно это такое? Нин Шу протянула руку, чтобы сорвать растение. - Это просто духовное растение, в нём нет ничего особенного. Когда ты доберёшься до мира культивации, то сможешь увидеть всевозможные духовные растения и травы, - спокойно ответил 2333. В его голосе не было ни капли энтузиазма, и было ясно, что он не хочет больше ничего объяснять. Нин Шу была словно деревенская простушка. - Хссс… Внезапно что-то кинулось в сторону руки Нин Шу. Она поспешно убрала руку и схватилась за верёвку, отталкиваясь от обрыва, чтобы отодвинуться от фрукта долголетия. Она обнаружила, что рядом с этим фруктом долголетия была змея толщиной с палец. Она была того же цвета, что и камни обрыва, поэтому она её не заметила раньше. Змея сжалась в пружину и с опаской смотрела на Нин Шу. Хорошо, что у неё достаточно быстро сработали инстинкты, а она уже была бы укушена. Какое-то время они молча разглядывали друг друга. Нин Шу почувствовала, что ей стоило этого ожидать. Фрукт долголетия рос в таком заметном месте, и если бы его никто не охранял, то люди давно бы уже его вырвали. Было ясно, что эта змея всё это время охраняла данный фрукт. А значит, чтобы добраться до фрукта, ей придётся избавиться от змеи. Она быстро достала топор, закреплённый у неё на поясе, и рубанула в сторону змеи. Она уже прошла такой путь, так что не собиралась отступать. Змея отпрянула, а потом кинулась в сторону запястья Нин Шу, но Нин Шу повернула руку так, чтобы разрубить змею топором. В крохотных холодных глазах змеи появился страх, при виде металла, и она изменила направление движения, чтобы полететь в сторону лица Нин Шу. Нин Шу использовала свою энергию, чтобы удержаться за верёвку одной рукой и оттолкнулась от обрыва, чтобы увернуться от атаки. В то же время она рубанула летящую змею, разрубив её на две ровные половины. Тушка змеи упала с обрыва, но Нин Шу всё ещё чувствовала слабость в конечностях от этого боя. Передохнув немного, она сорвала фрукт долголетия и положила растение в коробку, которую ей дала шаман. Когда она вернулась домой, отец Чжуан ждал её. Он увидел, что она выглядела довольно измотанной, но при ней не видно было грибов, поэтому он спросил: - А где грибы? - Я набрала немного, но потом обнаружила, что они все заражены какими-то ядовитыми вирусами, поэтому я перестала их собирать. Будет нехорошо. Если учителя заболеют, после того, как съедят их. Нин Шу выдала первое пришедшее в голову оправдание. Отец Чжуан взял бамбуковую корзину и сказал, что пойдёт искать те грибы, которые не ядовитые. Нин Шу наблюдала за тем, как он направляется в горы. Это поистине был отец, который всегда думает о своих детях. Чжуан Юйтун повезло иметь таких родителей. В то же время, она, вероятно, не стала бы просить об контратаке, если бы это было не так. Она ведь хотела жить как раз из-за своих родителей. Нин Шу немного умылась, а потом направилась к дому шамана с коробкой. Она остановилась во дворе и закричала: - Бабуля, я пришла. - Заходи, - сказала шаман. Нин Шу вошла в дом и протянула ей коробку. - Я принесла тебе его. - Уже? Шаман протянула свою сморщенную руку, чтобы открыть коробку. Когда она увидела, что там внутри действительно фрукт долголетия, её рука начала дрожать. - Это действительно… Возможно из-за того, что тут была Нин Шу, она не стала говорить название фрукта и быстро убрала коробку прочь. ---------- Что-то Случилось с Чжан Юйянь Заполучив предмет, о котором она так мечтала, шаман начала вести себя более дружелюбно по отношению к Нин Шу. - Тогда я дарю тебе эту жемчужину. А раз ты так быстро добыла для меня это растение, то я дам тебе ещё и вот это. Принимая бутыль, Нин Шу спросила: - Что это такое? - Это медицинский порошок для рассеивания энергии инь. В телах девушек из твоего общежития наверняка уже слишком много энергии инь, - ответила шаман. Нин Шу убрала бутыль, даже несмотря на то, что она была очень даже уверена, что те девушки не станут это пить и даже начнут насмехаться над ней из-за этого. После этого она спросила у шамана: - Бабуля, а на этом растении вырастет ещё один такой фрукт? На лице шамана появилось исключительно зловещее выражение, когда она хрипло ответила: - И так уже чудо, что нечто подобное появилось в этом мире хотя бы однажды. Вероятно, в этой своей жизни мне не суждено будет увидеть ещё один такой фрукт. - Вот как, значит. Нин Шу почувствовала облегчение. Она волновалась, что шаман заставит Чжуан Юйтун снова и снова собирать этот фрукт, после того, как Нин Шу покинет этот мир. Ей удалось это сделать только благодаря её боевым искусствам, так что отправлять слабую девушку вроде Чжуан Юйтун – это всё равно, что посылать её на верную гибель. Нин Шу пришла сюда, чтобы контратаковать вместо Чжуан Юйтун, поэтому она не должна оставлять ей ещё больше проблем. Её напряжение значительно уменьшилось, когда она ушла из дома шамана. С духовной жемчужиной ей уже можно было не волноваться о том, что злобный призрак попытается убить её, внедрившись в её тело, потому что призрака поглотит жемчужина, если она окажется слишком близко. На самом деле, Нин Шу даже хотела, чтобы призрак подлетела прямо к ней, чтобы её впитала эта жемчужина. Нин Шу не стала задерживаться дома надолго, и вскоре сказала родителям Чжуан, что она отправляется обратно в школу. Так как призрак женщины уже не летал вокруг неё, вероятнее всего, она сейчас портит жизнь другим девушкам. Нин Шу уже отошла довольно далеко, когда её догнал отец Чжуан. Он сунул ей в руки сумку и сказал, что она забыла дикие грибы. Однако Нин Шу не стала их брать и просто сказала отцу Чжуан, чтобы он сам их съел. Она просто не знала, кому в школе она может дать грибы, так как у неё там не было друзей. Единственные люди, с которыми она общалась – это её соседки по комнате, но её соседки были очень высокомерными людьми, и, вероятно, даже не коснутся этих грибов. Так что будет лучше просто оставить их семье Чжуан. Когда Нин Шу села на автобус, она увидела, что отец Чжуан всё ещё стоит там. Он стоял на месте до тех пор, пока автобус не скрылся и поля зрения, и только потом ушёл. Нин Шу отвернулась. Она почувствовала, что Чжуан Юйтун была просто благословлена. Она родилась в бедной семье в далёкой деревне, но её родители всё ещё поддерживают её обучение, даже несмотря на то, что она девушка. Хоть финансовая ситуация в её семье была не очень хорошей, у неё всё равно была хорошая семья. Вот почему Чжуан Юйтун хотела усердно учиться и работать, чтобы изменить свою судьбу и позволить своим родителям спокойно уйти на пенсию. Однако она никак не могла представить, что умрёт, даже не закончив свой первый год обучения в колледже. Вместе со всеми усилиями её родителей, её собственные усилия были потрачены впустую. По пути назад ничего странного не происходило. Давно уже она не чувствовала себя такой расслабленной. Нин Шу вернулась в общежитие вместе со своим чемоданом. Когда она добралась до входа в общежитие, она увидела кровавые пятна и очерченный белым мелом чей-то силуэт. Тут явно кто-то умер. Её сердце ёкнуло, и она посмотрела вверх. Прямо над ней была комната 503, в которой она жила. Кто-то выпрыгнул из окна? Чжан Юйянь! ---------- Ею Управляли! Нин Шу побежала наверх со своим багажом. Когда она открыла дверь, то увидела, что две девушки в данный момент находятся посреди злой кошачьей драки. Они вырывали друг другу волосы и царапали ногтями всё, до чего могли дотянуться. Нин Шу поспешно бросила свой багаж и начала разнимать их. - Да что вы делаете, девчата? Нин Шу посмотрела на них обеих. У Линь Цяньцянь всё ещё была повязка на голове. Как они вообще довели дело до такой драки? Су Маньюй поправила свои растрёпанные волосы и гневно уставилась на Линь Цяньцянь. Линь Цяньцянь тяжело дышала и опиралась на свои костыли. Она выглядела смущённой и разгневанной. Никто ничего не сказал, и атмосфера стала очень неловкой. Нин Шу заметила, что Су Маньюй выглядит очень измождённой и заметно более худой. Под глазами у неё были тёмные фиолетовые круги, и даже косметика не могла скрыть её усталости. Тем временем, выражение лица Линь Цяньцянь было невинным и негодующим. - Что происходит? И почему перед общежитием мелом фигура очерчена? Нин Шу нигде не видела Чжан Юйянь. Су Маньюй гневно глянула на Линь Цяньцянь, а потом сказала: - Чжан Юйянь покончила жизнь самоубийством, выпрыгнув из окна. Чего и стоило ожидать. Она невольно почувствовала жалость, но отреагировала так, словно была в шоке. - Почему? - Люди говорят, что Чжан Юйянь покончила жизнь самоубийством, но это неправда. Я своими глазами видела, как она прыгала. Ею кто-то управлял. Это явно был тот дух Уиджа с той ночи. - Я никогда не смогу забыть то, как она обернулась со зловещей улыбкой, чтобы посмотреть на меня в последний раз. А потом она сказала, что никто из нас не сможет сбежать. После этого она прыгнула. Это не было самоубийство. Нин Шу мысленно вздохнула. Это точно не было самоубийством. Однако Линь Цяньцянь злобно закричала на Су Маньюй: - Всё совсем не так! Су Маньюй, почему ты пытаешься меня подставить? Хочешь сказать, что её смерть на моей совести? Полиция уже пришла к выводу, что она покончила жизнь самоубийством, потому что была вынуждена соблюдать негласные правила. >"Негласные правила" индустрии развлечений состоят в том, что путь наверх лежит через постель. Когда Нин Шу услышала это, она наконец-то поняла, что произошло. Полиция решила, что причиной смерти Чжан Юйянь было самоубийство, вызванное тем фактом, что Чжан Юйянь подписала контакт с управляющей компанией, чтобы стать знаменитостью, но компания вынудила её соблюдать негласные правила. К тому же, кто-то даже снимал это на видео, поэтому Чжан Юйянь не смогла вынести позора и покончила жизнь самоубийством. Это было в то время, пока Нин Шу была со своей семьёй. Су Маньюй была уверена в том, что Чжан Юйянь не покончила жизнь самоубийством, а Линь Цяньцянь верила, что покончила. Всё же, полиция уже нашла ту запись, где Чжан Юйянь заставляют переспать с кем-то из её начальства. Нин Шу посмотрела в сторону окна. Там словно было нечто невидимое, которое в данный момент пристально наблюдало за ними со зловещей улыбкой. Су Маньюй повернулась к Нин Шу. - В этом общежитии действительно есть призрак. Со мной в последнее время происходило много всяких странных вещей. С тех пор, как мы сыграли в ту игру с доской Уиджа, со мной постоянно происходят всякие странные вещи. Лицо Су Маньюй было немного бледным, и она была плотно закутана в свитер. На дворе было лето, но на Су Маньюй было целых два слоя одежды. Линь Цяньцянь закусила губы, ничего не говоря, и села на свою постель с обеспокоенным выражением лица. Нин Шу достала лечебный порошок, который ей выдала шаман, а потом заварила чашку для Су Маньюй. - Выпей лекарство. Эти травы помогут от простуды. На улице жара, а на тебе два слоя одежды. Состояние здоровья Су Маньюй было таким из-за огромного количества энергии инь. Вскоре её органы разъест энергия инь, и она умрёт от отказа внутренних органов. ---------- Народное Средство Су Маньюй глянула на кружку, которую держала в руке Нин Шу, а потом прикрыла нос, с выражением отвращения на лице. - Что это такое? Оно воняет. - Это народное средство, которое я привезла из своей деревни. Оно очень эффективное, - сказала Нин Шу. Впрочем, если Су Маньюй не захочет пить это лекарство, то она не станет её принуждать к этому. Су Маньюй приняла кружку, возможно потому, что она действительно чувствовала себя не очень хорошо. Когда она выпила содержимое, всё её лицо просто перекосило. - Как отвратительно. Су Маньюй причмокнула губами. Остаточный вкус у неё во рту ощущался ещё более странным. Она взяла свою сумочку и, возможно потому, что Нин Шу предложила ей лекарство, её отношение к Нин Шу стало немного лучше. Она сказала: - Я ухожу. Я не хочу сегодня оставаться в общежитии. Су Маньюй мельком глянула в сторону Линь Цяньцянь. - Я не хочу кое-кого тут видеть, - холодно сказала Су Маньюй. Цвет лица Линь Цяньцянь побледнел, а её взгляд наполнился яростью. Она подняла один костыль и указала им на Су Маньюй. После чего закричала: - А я тоже не хочу оставаться в общежитии с той, которая постоянно обвиняет меня в убийстве! Нин Шу: →_→ Таким темпом между ними опять начнётся кошачья драка! Нин Шу поспешила встать между ними и сказать: - А разве по учебным правилам вы не должны оставаться в общежитии? К тому же, даже если это действительно призрак, то если мы разделимся, то он сможет напасть на нас по отдельности. Уж лучше будет нам всем оставаться вместе. Линь Цяньцянь и Су Маньюй ничего не сказали в ответ, но ни одна из них уже больше не двигалась, чтобы уйти. Нин Шу спросила у Линь Цяньцянь: - Хочешь немного этого лекарства? Линь Цяньцянь покачала головой. - Нет, спасибо. Я сейчас принимаю противовоспалительное лекарство, которое мне прописали в больнице. - Чжуан Юйтун, налей мне ещё одну кружку, - сказала Су Маньюй. – Я чувствую себя гораздо лучше, после того, как выпила его. Я тебе потом заплачу за него. Нин Шу слегка изогнула губы в презрительной ухмылке, когда наливала для Су Маньюй ещё одну кружку. - Пей, сколько хочешь, не нужно беспокоиться о деньгах. Су Маньюй взяла кружку, сделала глубокий вдох, а потом выпила содержимое за один присест. Атмосфера в комнате была очень напряжённой, но Нин Шу не стала обращать внимания на девушек и начала перебирать свою одежду и постель. Она глянула на койку Чжан Юйянь, которая теперь была пуста. У Нин Шу было странное ощущение от того, что человек, который совсем недавно был такой живой, теперь мёртв. А потом она начала изучать духовную жемчужину. Ну и как она должна её использовать, чтобы поглотить того злобного призрака? - Чжуан Юйтун, а ты не хочешь помыться после дороги, перед тем как лечь спать? Может, вместе сходим? – спросила Су Маньюй. Нин Шу очень удивилась. Ванная комната была совсем рядом, так зачем же звать её? Су Маньюй слегка приподняла подбородок. - Пойдём мыться вместе. Нин Шу: … ---------- Ванные Подружки Когда это её отношения с Су Маньюй так улучшились? С каких это пор они стали подружками, которые ходят в ванну, взявшись за руки? Су Маньюй глянула на Линь Цяньцянь, а потом сказала Нин Шу: - В общежитии обитает призрак. Но, даже если я уйду домой, то там всё равно происходят странные события вроде кровавой воды из-под крана. Вот почему Су Маньюй вернулась в колледж. Потому что у неё в доме и так уже был бардак. Её семье пришлось нелегко, поэтому она решила, что будет лучше вернуться в колледж. Она боялась, что из крана снова потечёт кровавая вода, вот почему она позвала с собой Нин Шу. Нин Шу отложила духовную жемчужину и вошла в ванную комнату с тазиком для умывания. Су Маньюй последовала за ней. Когда она увидела, что из крана, который открыла Нин Шу, течёт обычная вода, она вздохнула с облегчением и пошла за другим тазиком, чтобы тоже помыться. Вернувшись, она спросила: - Чжуан Юйтун, ты мне веришь? Тут правда есть призрак. Нин Шу кивнула. - Я тебе верю. Я тоже сталкивалась со множеством странных вещей. - Один раз – это совпадение, но два и больше – это уже не совпадение. Чжан Юйянь уже умерла, кто будет следующей? Су Маньюй сильно закусила губы. Её тазик уже был переполнен водой, поэтому Нин Шу выключила воду и сказала: - Должно быть так и есть. - Я думаю, что это из-за того, что мы играли той ночью с доской Уиджа. Нам стоило послушать тогда тебя. Если бы мы послушали, то ничего этого не произошло бы. Су Маньюй выглядела очень измождённой. Чжуан Юйтун ещё тогда выразила своё несогласие, но Линь Цяньцянь сказала, что дух Уиджа может видеть будущее и ответит на вопросы об их будущем. И все хотели узнать, каким будет их будущее. Нин Шу закончила мыться, а потом увидела, что Су Маньюй всё ещё обеспокоенно смотрит в пустоту, поэтому она утешительно сказала: - Всё будет в порядке. Су Маньюй протяжно вздохнула. К тому времени, как они закончили мыться, и вышли из ванной комнаты, Линь Цяньцянь уже лежала на постели. У неё на ноге был гипс, поэтому она не стала мыться, прежде чем забраться в свою койку. Линь Цяньцянь была очень несчастна, при виде того, как другие две девушки выходят вместе, словно близкие подруги. Она почувствовала себя исключённой. В прошлом исключённой всегда была Чжуан Юйтун, но теперь это была она. Это чувство было очень неприятным, поэтому она просто закрыла глаза. Су Маньюй свернулась клубком под своими одеялами. Нин Шу подошла к окну и заглянула в чернильную темноту, а потом холодно улыбнулась. Эта мадам тебя не боится. Если ты такая смелая, то можешь ли ты попытаться напасть на эту мадам теперь? Затем она закрыла окно и задёрнула занавески. Забравшись на свою постель, она начала медитировать. - Кто ложилась последней? Почему ты не выключила свет? – Линь Цяньцянь открыла глаза. – Я не могу спать при включенном свете. Выключи его. Последней, кто ложился в постель, была Нин Шу. Слова Линь Цяньцянь явно была направлены Нин Шу. Но, прежде чем Нин Шу успела открыть рот, Су Маньюй уже заговорила: - Оставь свет включённым. В общежитии призрак, и мне страшно. - Су Маньюй, вот обязательно тебе постоянно твердить, что тут призрак? Думаешь у нас в общежитии бесплатное электричество? – тут же огрызнулась Линь Цяньцянь. - Я заплачу за электричество в этом месяце. Оставь свет включённым. Я порву любую, кто попытается его выключить, - холодно сказала Су Маньюй и стрельнула гневным взглядом. Нин Шу: … Как властно это прозвучало! Даже главная женщина не смогла возразить. В итоге, свет остался включённым. В окрестностях было тихо. Нин Шу очень спокойно уснула этой ночью. Она уже не беспокоилась о том, что призрак побеспокоит её, потому что призрака поглотит духовная жемчужина, как только она окажется слишком близко. Примерно в полночь занавески раздулись, и по комнате пронёсся холодный ветер. Свет в комнате моргнул и погас, а потом за окном словно появилась призрачная фигура. Послышался звук плача, который звучал, казалось, вблизи и вдалеке одновременно. А ещё было слышно глухое ворчание: - Вы все умрёте, отдайте мне ваши жизни… Нин Шу села и показала призраку средний палец. Ну и что с того, что ты там снаружи? Если у тебя достаточно смелости, то заходи. Нин Шу знала, что призрак боится войти из-за духовной жемчужины. Заходи, ах, эта мадам тут же о тебе позаботится! Линь Цяньцянь была ошарашена. Она протёрла глаза. Когда она поняла, что это не галлюцинация, она испуганно и в шоке стиснула одеяло. Су Маньюй была так напугана, что всё её тело трясло. Тогда она забралась по лестнице и зарылась под одеялом у Нин Шу. Её зубы стучали, когда она потянула Нин Шу, чтобы та тоже легла. После этого она крепко обхватила Нин Шу всеми своими конечностями. Нин Шу: … ---------- Сучья Драка Поутру Снаружи было так много призрачных фигур, что было жуткое ощущение, словно на кладбище. Нин Шу едва смогла поспать ночью, потому что Су Маньюй вцепилась в неё, словно осьминог. Нин Шу даже не смогла её от себя отцепить. Когда наступило утро, Су Маньюй наконец-то отпустила Нин Шу. Её лицо было немного красным, когда она сказала: - А ты очень тёплая. Теперь я буду спать с тобой. Нин Шу: →_→ - Кровать довольно маленькая. Не нужно втискиваться в неё вместе, - отказалась Нин Шу. Су Маньюй задрала подбородок. - Чжуан Юйтун, ты должна бы гордиться тем, что удостоилась такой чести, и я готова спать с тобой. Нин Шу: … Она могла обойтись без такой чести. Когда Нин Шу слезла с постели, то увидела, что лицо Линь Цяньцянь было смертельно бледным, а сама она отстранённо смотрит в пустоту. Нин Шу спросила: - Линь Цяньцянь, ты в порядке? Линь Цяньцянь только после этого вопроса пришла в себя. Сглотнув слюну, она спросила: - Прошлой ночью, вы, девчата, видели или слышали что-нибудь? Су Маньюй села на постели Нин Шу и стала поправлять свои волосы, когда пренебрежительно ответила: - Конечно же, мы слышали и видели это. Я ведь тебе говорила, что у нас в общежитии обитает призрак. Лицо Линь Цяньцянь стало ещё бледнее, и она разрыдалась. Однако тон голоса Су Маньюй стал лишь ещё пренебрежительнее. - Ну а чего сейчас-то плакать? Чжан Юйянь уже мертва. Линь Цяньцянь посмотрела вверх, на Су Маньюй. Её обычно воодушевлённые глаза были пугающе тусклыми. - Как ты можешь говорить, что это я привела сюда этого призрака? И Чжан Юйянь покончила с собой, потому что ей пришлось подчиниться негласным правилам. Я знаю, что тебе нравится Цзи Цинюань, и поэтому ты постоянно цепляешься ко мне. Линь Цяньцянь гневно посмотрела на Су Маньюй. - Ты просто пытаешься украсть его у меня, перекладывая вину за это происшествие на меня, но полиция не поверит тому, что ты говоришь. Су Маньюй бросила подушку Нин Шу в Линь Цяньцянь и попала ей по голове. Подушка была не тяжёлая, поэтому от неё было совсем не больно, но Линь Цяньцянь почувствовала себя униженной и процедила сквозь стиснутые зубы: - Су Маньюй тебе не стоит заходить слишком далеко! - Что ты имеешь в виду под "слишком далеко"? Это я была первой, кто познакомился с Цзи Цинюанем. Я признаю, что мне нравится Цзи Цинюань. Тебе удалось встретиться с Цзи Цинюанем благодаря мне, и ты смогла его похитить у меня. Думаешь, такая бедная девушка вроде тебя смогла бы встретиться с Цзи Цинюанем без меня? Нин Шу: … Ну и зачем же они устроили эту сучью драку так рано поутру? И то, как Су Маньюй говорила, звучало очень злобно. - Цинюань никогда не полюбит такую властную женщину, как ты. Ты и Цинюань знаете друг друга уже давно, но Цинюань так и не влюбился в тебя. Цинюань не полюбил тебя в прошлом, и он никогда не полюбит тебя в будущем! Линь Цяньцянь схватила костыли, которые стояли возле её постели, и вышла из комнаты. ---------- Падающие Цветочные Горшки Они же явно начали говорить про призрака, так как же беседа перешла на вопросы любви? Выражение лица Су Маньюй было удручённым. Когда она увидела, что Нин Шу пристально смотрит на неё, она не удержалась от того, чтобы спросить: - Ты же не думаешь тоже, что я пытаюсь его увести, верно? - Нет, я думаю о том, как разобраться с призраком. Хоть призрак к ней больше не приближалась, всё равно для неё проблемой было то, что она не знала, куда делась призрак. Когда был поднят вопрос о призраке, лицо Су Маньюй наполнилось беспокойством, и она слезла с постели. Нин Шу открыла дверь, чтобы выйти из комнаты, и Су Маньюй тут же спросила: - Ты куда собираешься? - Я пойду есть. Нин Шу собиралась сходить в столовую, чтобы позавтракать. Как бы там ни было, ей нужно было сначала покушать. - Я пойду с тобой. Су Маньюй тут же обулась и последовала за Нин Шу, словно маленький ребёнок. Нин Шу была почти уверена в том, что Су Маньюй не понравится та еда, что подаётся в столовой. Как и ожидалось, когда Су Маньюй увидела, что Нин Шу есть парные булочки и кашу, она назвала это едой для свиней. Нин Шу не обратила на неё внимания. Тем временем, как только Линь Цяньцянь покинула общежитие, она отправилась на поиски Цзи Цинюаня и рассказала ему всё, что произошло прошлой ночью. Цзи Цинюань не поверил ей, но увидел, что она была измотана и напугана, поэтому он утешил её и сказал, что найдёт способ это решить. Линь Цяньцянь почувствовала себя тронутой, но ещё почувствовала лёгкий дискомфорт, при виде приятной внешности Цзи Цинюаня. Этот дискомфорт она чувствовала потому, что её соседка по комнате Су Маньюй, тоже любила его, но Линь Цяньцянь чувствовала себя благословлённой таким хорошим парнем. Когда она вспомнила, какой злой и ревнивой была Су Маньюй, она почувствовала себя счастливее. Кто просил Су Маньюй быть такой властной? Линь Цяньцянь прижалась к Цзи Цинюаню и нежно сказала: - Цинюань, я так рада, что ты со мной. После того, как Нин Шу и Су Маньюй позавтракали, они отправились обратно в общежитие. Когда они уже подошли к общежитию, Нин Шу почувствовала, что духовная жемчужина слегка вибрирует. До этого с её стороны не было никакого движения, а значит, она на что-то реагировала. Нин Шу тут же начала с опаской оглядываться по сторонам. Когда она посмотрела вверх, она увидела, что в их сторону падает цветочный горшок. Она поспешно потянула Су Маньюй за собой и нырнула в сторону. Всего через секунду горшок упал на землю и разбился. Су Маньюй озадаченно уставилась на цветочный горшок. Он полностью разбился, и было видно то, что осталось от цветов и куча перемешанной почвы. Сами цветы были с силой разорваны кем-то. Ниш Шу посмотрела вверх и увидела, что в воздухе висит ещё один цветочный горшок. Она внезапно начал падать в их сторону, словно кто-то обрезал верёвку, удерживающую его. - Идём. Нин Шу потянула Су Маньюй за собой и поспешила забежать в здание. Мгновением позже позади них послышался звук чего-то разбивающегося о землю. Взгляд Су Маньюй был пустым, когда она слабо сползла по стене на землю. Она обняла голову обеими руками и задрожала. Нин Шу посмотрела на разбитые цветочные горшки. В изначальной истории в Су Маньюй попал падающий цветочный горшок, и она впала в кому. Состояние, подобное смерти, было хуже, чем смерть. - Су Маньюй, ты в порядке? Нин Шу погладила Су Маньюй по плечу. Су Маньюй опустила руки и посмотрела на Нин Шу. Её голос слегка дрожал, когда она спросила: - Почему ты не напугана? - Конечно же, я напугана, но она и хочет, чтобы мы были напуганы, - сказала Нин Шу, стиснув зубы. – Должен быть способ избавиться от неё. Су Маньюй поднялась, опираясь на стену для поддержки. Она вытерла слёзы и стиснула зубы. И всё же, мускулы на её лице всё ещё дрожали, когда она заявила: - Эта мадам уничтожит эту проклятую стерву! Однако её тело всё ещё неконтролируемо трясло, поэтому ей пришлось опираться на стену, весь обратный путь до их комнаты. Су Маньюй спросила Нин Шу: - Можешь поддержать меня за руку? А то мои ноги такие слабые, что я едва могу ходить. - Иди сама, мои ноги тоже чувствуются слабыми. Нин Шу не собиралась поддерживать её, потому что она не была служанкой. Су Маньюй наблюдала за тем, как Нин Шу поднимается по лестнице без единого признака слабости в ногах. Она была так напугана, что заставила себя догнать Нин Шу. Когда они вернулись в комнату, едва открыв дверь, она увидела Линь Цяньцянь. В этом не было ничего необычного. Но Цзи Цинюань тоже был в женской комнате. Когда Су Маньюй увидела Цзи Цинюань, она оскалилась: - Вы, ребята, просто неразлучная парочка. У нас общая комната, может вам стоило подумать и о других людях, прежде чем флиртовать тут? Цзи Цинюань нахмурил брови. - Цяньцянь и так уже страдает от травмы, как ты можешь такое говорить? ---------- Обмен Подарками Когда Су Маньюй услышала, как Цзи Цинюань защищает Линь Цяньцянь, её цвет лица стал ещё хуже. Теперь она тоже стала пугающей. Если бы не Чжуан Юйтун, то она тоже уже распрощалась бы с этим миром. Когда она увидела, что Линь Цяньцянь свернулась клубком, словно слабый цветок белого лотоса, и чтобы Цзи Цинюань защищал её, гнев Су Маньюй просто взорвался. Она холодно сказала: - Цзи Цинюань, это вообще не твоё дело. Убирайся отсюда! - Су Маньюй, как ты можешь так говорить? - Цзи Цинюань начал чувствовать раздражение. – Ты взрывчатки наелась, или что? Как ты можешь говорить такое, едва вошла? Нин Шу спросила: - Это же общежитие девушек, что ты тут вообще делаешь? Цзи Цинюань не обратил никакого внимания на Нин Шу и обратился только к Су Маньюй: - Линь Цяньцянь моя девушка, поэтому я надеюсь, что ты будешь её уважать. - А с чего это я должна её уважать? Кто она для меня? Цзи Цинюань, неужели ты думаешь, раз ты мне нравишься, то ты можешь топтаться по мне, как тебе захочется? Я должна уважать твою девушку? Да я, блять, всю твою семью уважаю! Су Маньюй начала кричать, словно хотела выместить весть тот страх, который она только что пережила. Выражение лица Цзи Цинюаня стало совершенно чёрным от гнева. - У тебя с головой проблемы, что ли? Су Маньюй закатила глаза. Она глянула на Линь Цяньцянь, а потом сплюнула. - Линь Цяньцянь, это впервые, как я осознала, насколько ты отвратительная. Цзи Цинюань сурово объяснил: - Я тут потому, что Цяньцянь волнуется из-за вас, девчата. Она сказала, что в этом общежитии обитает призрак, поэтому я поговорил с администрацией и получил разрешение остаться в этом общежитии на ночь и посмотреть. Действительно ли тут есть нечто, из-за чего происходят странные события. Су Маньюй лишь рассмеялась и глянула в сторону Линь Цяньцянь. Нин Шу проигнорировала эту драму и заварила себе кружку лекарства. Когда Су Маньюй увидела это, она поспешно сказала: - Оставь мне тоже немного. Комната тут же наполнилась странным запахом. Цзи Цинюань нахмурил брови. Когда он увидел, что Су Маньюй хочет выпить этой странной субстанции, он спросил: - Су Маньюй, что это ты пьёшь? Почему оно пахнет так ужасно? - Не твоё дело. Су Маньюй зажала свой нос и выпила лекарство. После этого она взяла набор косметики из своего ящика и протянула его Нин Шу. - Вот, это тебе. Спасибо за то, что спасла меня сегодня. С этих пор, ты – моя подруга. Нин Шу подумала немного, а потом решила принять предложение. Ей не стоило отказываться от жеста доброй воли, который продемонстрировала Су Маньюй. К тому же, хост хотела присоединиться к этой небольшой группе. Нин Шу достала бумажный талисман, который был сложен треугольником, и дала его Су Маньюй. - Это тебе. Шаман из моей деревни дала его мне. Тебе стоит держать его на себе. Су Маньюй практически выхватила талисман и сунула его себе в карман. - А ты не такой уж плохой человек. Нин Шу: … #комментарий анлейта: Какой странный обмен дружбой…（＞ｙ＜） ---------- Цзи Цинюань Остаётся На Ночь Линь Цяньцянь сидела на постели и наблюдала за тем, как две девушки обмениваются подарками, игнорируя её. Она почувствовала себя очень неловко. Цзи Цинюань весь день провёл рядом с Линь Цяньцянь. Когда Нин Шу отправилась на занятия, Су Маньюй последовала за ней, не отходя ни на шаг. Нин Шу чуть не лишилась дара речи, и, в итоге, спросила: - А ты можешь перестать следовать за мной постоянно? - Мне страшно, если я не с тобой. С тех пор, как Чжуан Юйтун спасла её в прошлый раз, она стала невольно чувствовать себя зависимой от неё. Она чувствовала себя спокойнее, когда могла видеть спокойный взгляд на лице Чжуан Юйтун. Она чувствовала, что призрак следует за ней, куда бы она ни пошла, поэтому она не смела отходить от Чжуан Юйтун. К тому же, быть рядом с Чжуан Юйтун было так расслабляющее. С тех пор, как их начал достать призрак, её тело стало ощущаться гораздо тяжелее, словно на ней висел призрак. Однажды после душа она взвесилась и обнаружила, что весит гораздо больше, чем обычно, хотя она и не стала толще. Так она ощутила тяжесть призрака, сидящей у неё на плечах. Нин Шу больше ничего не сказала по этому поводу. Ей не сильно мешало то, что Су Маньюй хотела следовать за ней, так как вреда в этом никакого не было. А потом она сказала: - Главное, внимательно смотри по сторонам, особенно если ты вблизи зданий. Смотри, чтобы ничего не упало на тебя. - А разве это не очевидно? – ответила Су Маньюй. Через некоторое время она спросила: - Раз твоя шаман из деревни такая потрясающая, то почему ты не попросила её приехать и разобраться с этим призраком? - Бабуля не приедет. Она уже старенькая и не хочет провоцировать подобные вещи. Этот призрак не успокоится, пока ты не умрёшь или она не будет уничтожена. Нин Шу тоже надеялась, что шаман сможет разобраться с этим призраком. Су Маньюй закусила губы. - Я так больше не выдержу! Я попрошу папу найти кого-нибудь разобраться с этим призраком! Нин Шу, тем временем, размышляла о том, когда же главные мужчина и женщина смогут пригласить сюда опытного даосского жреца. Нин Шу и Су Маньюй вернулись в общежитие и обнаружили, что Цзи Цинюань и Линь Цяньцянь сидят на постели и сладко перешёптываются. Су Маньюй холодно хмыкнула, что уничтожило всю сладкую атмосферу. Мрачный взгляд Су Маньюй заставил Линь Цяньцянь чувствовать себя очень неловко. Нин Шу и Су Маньюй помылись, а потом отправились в постель. Су Маньюй без лишних слов забралась в койку к Нин Шу, а потом холодно посмотрела на Цзи Цинюаня, который готовился ко сну на полу рядом с постелью Линь Цяньцянь. - Всё будет хорошо, я буду рядом с тобой. Я тебя защищу, - утешил свою девушку Цзи Цинюань. Линь Цяньцянь сладким голосом ответила: - Ага. Когда Су Маньюй увидел сладкие искры, летающие между ними, она кисло прокляла эту собачью парочку. Нин Шу заметила это. Прежде у неё сложилось впечатление, что Су Маньюй была невероятно надменной, но теперь она больше выглядела высокомерной и деспотичной. На ней явно был ярлык "злобная второстепенная главная женщина". И, в итоге, даже несмотря на то, что её убил призрак, никто не пожалел её. Су Маньюй схватила Нин Шу и крепко её обняла. Нин Шу сняла с себя её руки и спокойно сказала: - Если ты собираешься спать, то просто спи. А то мне неудобно, если ты будешь меня вот так обнимать. Су Маньюй отпустила её, но всё равно осталась очень близко к ней. Ночью было очень тихо. На кампусе была полнейшая тишина. Цзи Цинюань не мог уснуть, так как он спал на полу в общежитии для девушек. Когда он не заметил никаких происходящих беспорядков, он тихо рассмеялся. Эти маленькие девочки просто навоображали себе всякое и перепугались. Цзи Цинюань сел и с нежностью глянул на Линь Цяньцянь. Он потянулся, чтобы взять Линь Цяньцянь за руку, но когда он коснулся её, то у него возникло странное чувство. На ощупь рука была кашеобразная, словно он касался гнилого манго. Почему у Цяньцянь такая рука? В комнате было совершенно темно, поэтому он не видел, что происходит. Он легонько встряхнул Линь Цяньцянь и сказал: - Цяньцянь, проснись! Однако Линь Цяньцянь словно крепко спала. Как бы он её ни тряс, она не просыпалась. У него возникло дурное предчувствие, и он поспешил встать и включить свет. Но свет не включился. Внезапно он почувствовал, как у него по руке течёт нечто тёплое и липкое. ---------- Ты Наконец-то Пришёл Цзи Цинюань почувствовал нечто влажное, но он не мог увидеть, что это. Он замешкался на мгновение, а потом поднял руку к своему носу, чтобы понюхать. Его нос тут же наполнился отвратительной вонью гнили. Запах был такой сильный, что у него даже голова закружилась. В его душе зародился страх. Все три девушки в этой комнате крепко спали, и только он бодрствовал. Он поспешно вытер руку о свою одежду, а потом вернулся к Линь Цяньцянь и начал трясти её. Он закричал: - Цяньцянь проснись скорее! Что, вообще, происходит?! Цзи Цинюань кричал, но ни одна из девушек не проснулась. Словно он остался один в этом мире. Вокруг царила мёртвая тишина, и не было слышно ни звука. Не было слышно ни сверчков, ни проезжающих машин, даже звука дыхания девушек. - Цяньцянь, Цяньцянь! Цзи Цинюань схватил Линь Цяньцянь за руку и попытался поднять её, но, когда он дёрнул, то оторвал её руку. Однако сама Линь Цяньцянь никак на это не отреагировала и словно совсем не почувствовала боли. - Ааа… - закричал Цзи Цинюань и отшвырнул руку прочь. Он наклонился, чтобы стащить Линь Цяньцянь с постели. Когда лицо Линь Цяньцянь переместилось в полоску слабого лунного света, он увидел, что её лицо изменилось до неузнаваемости. Вся плоть на её лице была сгнившей и издавала ужасную вонь, но при этом она улыбалась ему. Когда её рот открылся и закрылся, прозвучал голос, полный горькой обиды, но в нём были примешаны и другие эмоции. - Ты наконец-то пришёл, чтобы найти меня. Я ждала тебя. Я всегда ждала тебя. Почему ты такой жестокий? Как ты можешь быть таким жестоким? Я ненавижу тебя, давай будем вместе. Цзи Цинюань был так напуган, что отшатнулся и упал назад, а потом продолжил пятиться в панике. Тело, у которого теперь осталась лишь одна рука, начало ползти к нему в гротескной манере. Спина Цзи Цинюаня покрылась холодным потом, когда он закричал: - Не подходи! Не подходи! - Я ненавижу тебя, я ненавижу тебя! Я убью тебя… - Аааа… Цзи Цинюань, который лежал на полу, внезапно проснулся и сел. Его тело было так покрыто холодным потом, словно его облили холодной водой. Он нервно огляделся по сторонам, а потом увидел, что Линь Цяньцянь всё ещё спит рядом с ним. Цзи Цинюань с облегчением вздохнул. Значит, это был просто кошмар. Должно быть это случилось потому, что на него повлияла нервозность Цяньцянь. - Цяньцянь… Цзи Цинюань хотел разбудить Линь Цяньцянь. Он чувствовал холод и его сердце всё ещё неистово колотилось от недавнего испуга. Тело Линь Цяньцянь слегка пошевелилось, а потом она повернулась, чтобы посмотреть на Цзи Цинюаня со странной улыбкой. - Ты пришёл. Сердце Цзи Цинюаня на мгновение остановилось, а потом начало бешено колотиться. Что это он сейчас увидел? Лицо Линь Цяньцянь выглядело гниющим, так же, как это было во сне. Он почувствовал, что его голова вот-вот взорвётся. Вся кровь прилила к его голове, отчего его мысли начали заплетаться. Он взволнованно отпрянул и постарался отодвинуться от Линь Цяньцянь. - Что случилось? Цинюань? Линь Цяньцянь протёрла свои глаза и посмотрела на Цзи Цинюаня. Когда он услышал её голос, то присмотрелся к ней внимательнее, и увидел, что её лицо вовсе не гниёт. Он вздохнул от облегчения, а потом вздохнул от того, что просто слишком перенервничал. Линь Цяньцянь откинула одеяло и вылезла из постели. У неё на ноге всё ещё был гипс, но она словно не чувствовала боли, когда шла в сторону Цзи Цинюаня. ---------- Удушение Цзи Цинюаня - Цяньцянь, будь осторожнее, используй костыли, ладно? – сказал Цзи Цинюань. Линь Цяньцянь продолжила улыбаться, приближаясь к Цзи Цинюаню. Внезапно она протянула руки и обняла его. Цзи Цинюань рассмеялся. - Хаа, ну и что мне с тобой делать? Вот серьёзно… Но, прежде чем он успел закончить фразу, Линь Цяньцянь вцепилась в его горло. Лицо Цзи Цинюаня начало краснеть от недостатка кислорода, когда Линь Цяньцянь подняла его за шею. Цзи Цинюань попытался отцепить руку Линь Цяньцянь, но, чтобы он ни делал, её пальцы не поддавались. Мысли в его голове уже начали путаться ещё больше. До него дошло, что он вот-вот умрёт, и это произойдёт от рук его же девушки. На лице Линь Цяньцянь не было никакого выражения, пока она продолжала бормотать: - Почему? Почему? Почему ты должен ко мне так относиться? Почему? Почему?! Нин Шу, лежащая в постели, почувствовала, как в комнате стало холодно, как в морозилке. Когда она села на постели, она увидела, что Линь Цяньцянь душит Цзи Цинюаня. Она тут же достала духовную жемчужину и бросила её в Линь Цяньцянь, прежде чем спрыгнуть с постели. Линь Цяньцянь закричала, когда духовная жемчужина стукнула по ней, а потом её тело обмякло и она отпустила шею Цзи Цинюаня. Цзи Цинюань упал на пол и прикрыл свою шею рукой одной рукой, откашливаясь. Нин Шу подобрала духовную жемчужину. Когда она увидела, что Линь Цяньцянь потеряла сознание, она протянула руку и обнаружила, что тело Линь Цяньцянь было ледяным. Когда Цзи Цинюань откашлялся, он уставился на Линь Цяньцянь в шоке и страхе. - Вставай, давай, ты чего там ещё спишь? Помоги мне скорее. Нин Шу растрясла Су Маньюй. Су Маньюй открыла глаза и на её лице появилось раздражение. - Ну, что ты делаешь? Не можешь дать людям поспать? - Линь Цяньцянь только что была одержима и пыталась убить Цзи Цинюаня, - сказал Нин Шу, нахмурившись. Сонливость Су Маньюй как рукой сняло. Она села и посмотрела на Линь Цяньцянь, которая лежала без сознания на полу, а потом на бледную физиономию Цзи Цинюаня. Она поспешно слезла по лестнице и спросила Нин Шу: - Что случилось? - Откуда мне знать, что случилось? Помоги мне уложить Линь Цяньцянь обратно на кровать. Нин Шу начала тянуть Линь Цяньцянь за блузку. Су Маньюй не посмела касаться Линь Цяньцянь и просто посмотрела на Нин Шу. - Но мне страшно. - Чего тебе страшно-то? Она больше не одержима призраком. Нин Шу закатила глаза. Цзи Цинюань хотел подняться и помочь, но его тело было совсем вялым и он не мог даже встать. Поэтому он сказал хриплым голосом: - Маньюй, пожалуйста, помоги. Су Маньюй очень не хотелось этого делать, но она помогла Нин Шу поднять Линь Цяньцянь и уложить её на постель, после чего отряхнула руки. Она повернулась к Цзи Цинюаню и обеспокоенно спросила: - Ты в порядке? Почему Линь Цяньцянь пыталась тебя убить? На шее Цзи Цинюаня отчётливо был виден отпечаток руки. Было ясно, что Линь Цяньцянь была только что очень серьёзно настроена на убийство Цзи Цинюаня. Если бы не Нин Шу, то Линь Цяньцянь уже бы задушила Цзи Цинюаня насмерть. - Линь Цяньцянь была одержима. Нин Шу открыла свой ящик и достала лечебный порошок, чтобы заварить кружку лекарства для Линь Цяньцянь. Когда Цзи Цинюань увидел, что Нин Шу собирается напоить его девушку чем-то странным, он проигнорировал боль в своём теле и подошёл, чтобы остановить Нин Шу. - Чем это ты пытаешься её напоить? - Линь Цяньцянь была одержима, поэтому в её тело вошло очень много энергии инь. Если она не выпьет это лекарство, то энергия инь сильно повредит её тело. Если ты коснёшься её сейчас, то поймёшь, что её температура очень низкая, - терпеливо объяснила Нин Шу, даже несмотря на то, что была немного раздражена. Она же пыталась спасти Линь Цяньцянь, но он смотрел на неё с опаской, словно она пыталась отравить Линь Цяньцянь. Это очень раздражало. ---------- Почему Призрак Пыталась Убить Тебя? Изначально Нин Шу собиралась напоить Линь Цяньцянь этим лекарством, но Цзи Цинюань сел на край кровати и заблокировал ей путь. Было ясно, что он не хочет, чтобы Линь Цяньцянь пила нечто вроде этого. Народные средства из деревни даже не были одобрены Министерством Здравоохранения, так что он никак не мог позволить Линь Цяньцянь выпить это. - Ладно, так тому и быть. Значит, в итоге, Линь Цяньцянь будет страдать. Давай просто оставим это себе. Чжуан Юйтун, раз они не хотят нашей помощи, то давай помогать только себе, - сказала Су Маньюй, саркастически закатив глаза. Нин Шу глянула на Линь Цяньцянь, и увидела, что её лицо было смертельно бледным, и даже в губах не было ни следа цвета. Она спросила Цзи Цинюаня: - Ты уверен? Чем дольше ты это оттягиваешь, тем больше повреждений нанесёт её телу энергия инь. Мы с Су Маньюй уже пили это лекарство прежде. Цзи Цинюань пренебрежительно махнул рукой. - Нет, спасибо. Ладно, дело твоё. В любом случае, главная женщина всё равно не сможет умереть. Су Маньюй взяла чашку из рук Нин Шу и сказала: - Я только что трогала Линь Цяньцянь и меня теперь морозит, так что дай тогда мне это лекарство. Выхватив чашку, Су Маньюй быстро выпила её до дна. Нин Шу: … Эта девушка пьёт это лекарство, как сладкую конфетку. Цвет лица Цзи Цинюаня был очень серым, когда он стиснул руку Линь Цяньцянь. Затем он повернулся к Су Маньюй и спросил: - Что вообще происходит? - Что происходит? Это всё дело рук злобного призрака, которую призвала Линь Цяньцянь, - холодно сказала Су Маньюй. - Злобного призрака? Цзи Цинюань потёр свою шею с недоверчивым выражением на лице. Нин Шу стало очень интересно, почему призрак решила захватить тело Линь Цяньцянь и убить Цзи Цинюаня. Это было довольно странно, поэтому она продолжила пристально смотреть на Цзи Цинюаня. Когда Су Маньюй заметила это, она толкнула Нин Шу локтём и спросила: - Ты на что смотришь? - Почему призрак пыталась убить тебя? – спросила Нин Шу. Призрак пыталась убить девушек, потому что они призвали её при помощи доски Уиджа, но почему она пыталась убить Цзи Цинюаня? Да ещё и руками Линь Цяньцянь? Цзи Цинюань холодно ответил: - Мне-то откуда знать? Бум! Окно распахнулось сильным порывом холодного ветра. За окном была видна расплывчатая теневая фигура со вздымающимися волосами. Су Маньюй подпрыгнула на месте и нырнула за спину Нин Шу. Нин Шу потрогала духовную жемчужину. Та была слегка холодной и дрожала. Лицо Цзи Цинюаня наполнилось шоком и страхом. - Тут действительно призрак. Пока ветер хлестал им в лица, внешность призрака постепенно становилась отчётливее. Её лицо было покрыто ножевыми ранами, которые заметно подгнили и шелушились. Она порхала туда-сюда, то исчезая, то появляясь в разных местах, продолжая повторять: - Я убью тебя! Почему ты ко мне так относишься? Почему? Почему? Почему… Температура в комнате опустилась ещё ниже. Призрак выглядела очень взволнованной и хотела влететь внутрь, но боялась предмета, который держала Нин Шу, поэтому она могла лишь парить за окном. Похоже, что она была обеспокоена одним конкретным человеком, присутствующим в комнате. ---------- Что Такого Хорошего В Линь Цяньцянь? Нин Шу глянула на Цзи Цинюаня. Вероятно, он как-то связан с этим призраком. Призрак всегда играла с ними, словно кошка с мышками, но сегодня она была необычно взбудоражена. Нин Шу начала идти к окну, но Су Маньюй схватила её за блузку. - Что ты делаешь? Не ходи туда. Нин Шу не обратила внимания на Су Маньюй, поэтому Су Маньюй зло топнула ногой и отпустила её. Она была слишком напугана, чтобы последовать за ней к окну. С каждым шагом, что делала Нин Шу, призрак отодвигалась от окна. Наконец, она развернулась и побежала прочь, а ветер перестал дуть. - Ого, неплохо, Чжуан Юйтун. Ты только что умудрилась напугать призрака до смерти! Су Маньюй вытерла холодный пот со лба. Ниш Шу же просто была разражена этим призраком. Если она затаила на кого-то обиду, то ей стоило просто начать мстить. Зачем вовлекать во всё это их, невинных людей? Тем временем лицо Цзи Цинюаня стало смертельно бледным, пока он бормотал: - Нельзя оставаться тут. Линь Цяньцянь нельзя оставаться тут. - Тогда поспеши и унеси её отсюда. Будет лучше, если вы, ребята, уйдёте. Тот факт, что призрак хочет тебя убить, означает, что ты явно как-то связан с этим призраком, - сказала Нин Шу, пренебрежительно взмахнув рукой. Цзи Цинюань: … Нин Шу закрыла окно. На улице ещё не начался рассвет, так может ей вернуться обратно в постель? По пути обратно, она коснулась лба Линь Цяньцянь и обнаружила, что у неё жар. - Может, ты отнесёшь её в больницу? Она заболела, - сказала Нин Шу. Лицо Цзи Цинюаня стало совсем бледным, а его взгляд был слегка пустоватым. Он почувствовал, словно его мировоззрение только было уничтожено. Когда он услышал слова Нин Шу, то почувствовал себя ещё более озадаченным, и не знал, что делать. - Она заболела? Цзи Цинюань поспешно проверил температуру Линь Цяньцянь, и на его лице отразилось беспокойство. Однако ему было страшно выходить на улицу, когда там было ещё так темно. - Цзи Цинюань, тебе нужно отнести Линь Цяньцянь в больницу. Если ты продолжишь всё откладывать, то её лихорадка только усилится, - сказала Су Маньюй. Цзи Цинюань словно замешкался, поэтому Су Маньюй сказала: - Раз на улице ещё так темно, то просто позволь пока ей выпить лекарство Чжуан Юйтун. - Ладно. Цзи Цинюань потёр своё лоб. Он чувствовал себя выдохшимся, но всё ещё был напуган. Нин Шу презрительно изогнула губы, но всё равно приготовила лекарство и влила его в горло Линь Цяньцянь. Если бы она сделала это раньше, то у них не возникло бы столько хлопот. - Тебе лучше будет отнести её в больницу, как только рассветёт, - спокойно сказала Нин Шу. Никто не мог нормально уснуть этой ночью. Цзи Цинюань вообще не спал, и унёс Линь Цяньцянь, как только взошло солнце. Когда Су Маньюй увидела, как сильно Цзи Цинюань обеспокоился из-за Линь Цяньцянь, она надулась от зависти и спросила Нин Шу: - Вот скажи, неужели Линь Цяньцянь настолько хороша? Она же не такая уж и красивая, да и семья у неё не очень хорошо известная. Как максимум, её семья может считаться обеспеченной, а её характер не очень-то хороший. Она просто постоянно притворяется белым лотосом, а сама тайком топчется по остальным. Что же такого в ней хорошего? Су Маньюй никак не могла этого принять. Нин Шу: … То, как Су Маньюй описала её характер, было очень точно. У неё самой был острый язык, и она была властной и высокомерной. Однако у неё было достаточно большое состояние, чтобы быть такой высокомерной. Она была красивой, родилась в богатой семье и была сильнее, чем Линь Цяньцянь во всех аспектах, кроме того, что она была второстепенная главная женщина. - А что такого хорошего в Цзи Цинюане? Что тебе в нём нравится? – спросила Нин Шу. – Просто потому, что он красавчик? Су Маньюй задумалась об этом, а потом сказала: - Этого я тоже не знаю. Он мне просто нравится. Нин Шу ухмыльнулась. - Ты красивая, и твоя семья такая же богатая, как и у него. Зачем тебе обязательно любить его? - Вообще-то в этом есть смысл, - Су Маньюй кивнула. – Теперь, когда у нас тут есть нечто столь опасное, как призрак, я уже не настолько обеспокоена подобными вещами. Нин Шу задумалась на мгновение, а потом спросила у Су Маньюй: - Послушай, а есть ли способ увидеть призраков? - А разве мы уже не видели призрака? – Су Маньюй подпёрла рукой подбородок. – Если это не считается за то, чтобы видеть призраков, то, что же тогда считается? - Я говорю о том, чтобы иметь возможность видеть призраков добровольно. Я слышала, что если намазать на веки коровьи слёзы, то можно увидеть призраков, - Нин Шу повернулась к Су Маньюй. – Су Маньюй, ты сможешь достать немного коровьих слёз? ---------- В Поисках Даосского Жреца Нин Шу хотела, чтобы Су Маньюй добыла немного коровьих слёз, потому что она очень не хотела оставаться ещё дольше в мире этого задания. Каждый день был так наполнен стрессом, что она даже не могла спокойно спать. Хоть у неё и была духовная жемчужина, она не могла отдыхать до тех пор, пока с призраком не разберутся окончательно. - Я не хочу этого делать, - Су Маньюй неистово замотала головой. – Я и так уже до смерти напугана, а теперь я ещё должна добровольно смотреть на неё? Ни за что! Нин Шу сказала: - Бабуля дала мне кое-что, чтобы разобраться с ней. Если я смогу её увидеть, тогда я смогу разобраться с ней. Неужели ты хочешь жить вот так? Су Маньюй задумалась, а потом сказала: - Тогда я помогу тебе и достану немного коровьих слёз. Дай мне немного времени. Нин Шу кивнула. - Чем раньше, тем лучше. Если затянуть надолго, то с нами самими может что-нибудь случиться, прежде чем у нас будет шанс дать отпор. Отправив Линь Цяньцянь в больницу, Цзи Цинюань вернулся и сказал Су Маньюй: - Я собираюсь отправиться на поиски даосского жреца, чтобы изгнать призрака. Я попрошу тебя позаботиться о Цяньцянь. Су Маньюй закатила глаза, глядя на него. - Не собираюсь я заботиться о Линь Цяньцянь. Учитывая то, что у нас тут постоянно появляется призрак, я и о себе-то едва могу позаботиться. Как я могу ещё заботиться и о Линь Цяньцянь? Если с Линь Цяньцянь что-нибудь случится, ты же мне этого вовек не забудешь. Я ни за что не могу согласиться на подобную глупость. Ты должен просто взять Линь Цяньцянь с собой. Слова Су Маньюй были такими прямыми, что Цзи Цинюань на мгновение даже не знал, что сказать, после чего он, всё же, сказал: - Я тоже хочу взять её с собой, но она сейчас в очень плохом состоянии, а её травма ноги стала только хуже из-за того, что случилось прошлой ночью. Я никак не могу взять её с собой. Нин Шу согласилась с Су Маньюй. - Ты должен взять её с собой. У главных мужчины и женщины была очень сильная удача. Даже если с ними что-то и случится, это не подвергнет опасности их жизни. Цзи Цинюань планировал попросить Су Маньюй присмотреть за Линь Цяньцянь. Он знал, что он нравится Су Маньюй, поэтому думал, что она согласится на его просьбу, но она отказалась. От этого он стал чувствовать себя очень неуютно. А ещё был тот факт, что он провёл тут прошлую ночь, чтобы этим людям не было так страшно. Если бы не тот факт, что Линь Цяньцянь жила в этом общежитии, то он бы и не подумал сюда приходить! - Цзи Цинюань, тебе стоит быть осторожным. У этой призрака явно какая-то обида на тебя, и она была серьёзно настроена тебя убить. Нин Шу начала подозревать, что причина, почему призрак прицепилась к ним, на самом деле была в Линь Цяньцянь – в том, что Линь Цяньцянь была девушкой Цзи Цинюаня. Когда Цзи Цинюань услышал слова Нин Шу, его цвет лица стал ещё хуже. Он гневно уставился на Нин Шу и резко ответил: - Почему ты так говоришь? Я не знаю этого призрака. Нин Шу пожала плечами. Цзи Цинюань увидел, что Су Маньюй всерьёз не собирается помогать ему, но это также было не самое лучшее время, чтобы приводить Линь Цяньцянь в его дом. Он глубоко вдохнул. На его лице было видно утомление, а его голос стал гораздо холоднее, когда он снова заговорил с Су Маньюй: - Тогда я уезжаю вместе с Цяньцянь, и попрошу даосского жреца взглянуть на Цяньцянь, пока мы будем там. Нин Шу спросила: - А кто тебя познакомил с даосским жрецом? - А тебе-то какое дело? Цзи Цинюань всегда вёл себя нетерпеливо с Нин Шу, поэтому её вопрос лишь зацепил его. Нин Шу решила не продолжать. Всё же, не дело было пушечному мясу вроде неё лезть в дела между главным мужчиной и главной женщиной. ---------- Давай Поищем Призраков Цзи Цинюань поспешно ушёл. Су Маньюй уставилась ему в спину, а потом надулась, словно собиралась расплакаться. - Теперь он на меня зол. Мы, вероятно, больше не сможем быть друзьями. Нин Шу с презрением глянула на неё. - Это ещё что такое? Ты просто безнадёжна. Разве он не просто какой-то мужчина? - Да что может знать такая деревенская простушка вроде тебя? – огрызнулась в ответ Су Маньюй. - Цзи Цинюань уже очень давно нравится мне. Ты совсем ничего не понимаешь. - Тц, - Нин Шу подняла средний палец. – Это так необоснованно. Он даже не любит тебя, но ты всё равно ведёшь себя вот так. Это просто отвратительно. Лицо Су Маньюй покраснело от гнева. - Чжуан Юйтун, ты что, умереть захотела? Нин Шу: - Ха, ха, ха. После того, как Цзи Цинюань ушёл, Нин Шу и Су Маньюй остались в общежитии вдвоём. Однако, что странно, призрак больше не приходил им докучать. Су Маньюй тоже сочла это странным. - Неужели она отправилась за Цзи Цинюанем и Линь Цяньцянь? Нин Шу было всё равно и она просто пожала плечами. - Может быть. На лице Су Маньюй появилось беспокойство. Она явно беспокоилась за Цзи Цинюаня. Нин Шу снова презрительно изогнула губы. - Не делай такое лицо, словно у тебя запор, а то у меня аж зубы сводит от этого мерзкого вида. - Чжуан Юйтун, ты что, умрёшь, если не выскажешься? – злобно прокричала Су Маньюй. - Ага, умру. - О, кстати, кое-кто из моей семьи смог добыть коровьи слёзы. Их собрали на скотобойне, так что ты даже не представляешь, какие для этого потребовались усилия. Су Маньюй достала из сумки небольшой стеклянный флакон, наполненный жидкостью. Нин Шу взяла флакон и встряхнула его, а потом сказала: - Ну что, попробуем сегодня ночью? - Ни за что. Нет уж, спасибо! – Су Маньюй поспешно затрясла головой. – А то у меня потом кошмары будут. Нин Шу было очень любопытно, поэтому она намазала немного жидкости на свои глаза, как только стало темно. Су Маньюй с любопытством спросила: - Ты их видишь? Нин Шу ахнула и прикрыла рот, а потом указала за спину Су Маньюй. - За тобой… - Ааа… Су Маньюй подпрыгнула от испуга и спряталась позади Нин Шу. Её зубы стучали, когда она спросила: - Ч-что там? Нин Шу рассмеялась. - Да я просто пошутила. Су Маньюй хотела стукнуть Нин Шу, но Нин Шу увернулась и протянула ей флакон. - Намажь себе и сама увидишь. Су Маньюй замешкалась, но, в итоге, она намазала немного. Она огляделась вокруг, а потом заметила: - Поблизости нет никаких призраков? Нин Шу облокотилась на подоконник и сказала: - Иди сюда. В комнате их нет. Су Маньюй подошла к окну. Она выглянула и обнаружила, что по улице гуляет множество душ. У этих душ были безэмоциональными лица и они выглядели совершенно прозрачными, словно были на грани исчезновения. Нин Шу не была удивлена тем, что увидела этих призраков. Так как это был сверхъестественный мир, то вполне нормально было наличие призраков. Если бы не это, то в этом мире не появилась бы духовная жемчужина. Однако Су Маньюй была в ужасе и поспешно присела, чтобы вытереть коровьи слёзы. - Мы что, оказались в аду? Почему они там повсюду? - Да не нужно так бояться. Мы живём в совершенно разных измерениях, и обычно не можем войти с ними в контакт. Однако этот наш злобный призрак, вероятно, может каким-то образом контролировать магнитные поля, вот почему происходили все те странные феномены. - Интересно, как там дела у Цзи Цинюаня? Услышав слова Нин Шу, Су Маньюй больше не была напугана. Однако Нин Шу ничуть не беспокоилась о нём. Когда она увидела Су Маньюй в таком состоянии, она сказала: - Вот я серьёзно не могу понять, что такого хорошего в Цзи Цинюане? Не считая его кожи? Нин Шу выразила своё мнение, что в мире есть целое море красивых и извращённых людей. ---------- Повторное Появление Призрака Нин Шу и Су Маньюй провели несколько дней в покое, но однажды ночью призрак снова вернулась, отчего температура в общежитии внезапно понизилась. Су Маньюй вцепилась в руку Нин Шу. Её голос задрожал, когда она сказала: - Юйтун, она снова вернулась. Что же случилось с Цзи Цинюанем и Линь Цяньцянь? Нин Шу не ответила, и просто достала коровьи слёзы, чтобы намазать ими свои веки. Она огляделась по сторонам и обнаружила, что призрак сидит на постели Линь Цяньцянь. Вокруг неё был чёрный туман, а её душа выглядела очень слабой. Её лицо было покрыто ножевыми ранами, а глаза были полны злобного негодования. Когда она увидела, что Нин Шу смотрит на неё, она зарычала на неё. Однако, похоже, что она боялась и не спешила в направлении Нин Шу. Нин Шу быстро бросила духовную жемчужину в призрака. Хоть призрак и увернулась поспешно, часть её души всё равно всосало в духовную жемчужину, и чёрный туман вокруг её души стал ещё более тонким. Призрак вылетела за окно и закричала на Нин Шу. Вся комната затряслась и матрасы выпали из рам кроватей. Нин Шу потянула за собой Су Маньюй и спрыгнула с постели, чтобы подобрать духовную жемчужину. Комнату так сильно трясло, что это казалось землетрясением. Нин Шу смогла устоять лишь потому, что энергия в её даньтяне стабилизировала её центр тяжести. Однако Су Маньюй упала на пол, даже несмотря на то, что вцепилась в одежду Нин Шу. - Почему она внезапно стала такой злой? - Это просто её последние попытки сопротивления. Нин Шу обратила внимание на то, насколько тусклой была душа призрака. Должно быть призрак не смогла оказать серьёзное сопротивление, когда пришёл даосский жрец. - Вы все должны умереть, вы должны умереть! Я всех вас ненавижу, вы все должны умереть! Умрите! Умрите! От зловещих и злобных слов призрака у девушек волосы встали дыбом. Коровьи слёзы, которые Нин Шу намазала на свои веки, уже высохли, поэтому она больше не могла видеть призрака, но волнения, которые были вызваны призраком, тоже ослабевали и вскоре прекратились. Су Маньюй вздохнула с облегчением, а потом вытерла пот со лба. - Если такое случится ещё пару раз, то моё сердце, наверное, не выдержит. В комнате общежития был беспорядок. Нин Шу подняла упавшие матрасы, а потом немного прибралась в комнате. - У тебя есть номер телефона Цзи Цинюаня? Позвони ему и спроси? – сказала Нин Шу, когда прибралась в комнате. - Ах, да, телефон, телефон. Су Маньюй выкопала свой телефон и позвонила, но после долгого ожидания, когда она услышала ответ, то она так разозлилась, что чуть не разбила свой телефон. - Не могу дозвониться. Говорят, что его телефон вне зоны доступа. Нин Шу пожала плечами. Кто знает, в каком уголке мира сейчас находятся главные мужчина и женщина? У Нин Шу возникло такое чувство, словно призрак столкнулась с даосским жрецом и была ранена. Если бы не это, то её душа никак не могла стать такой слабой. Теперь, когда духовная жемчужина поглотила часть её души, призрак, вероятно, была уже на грани исчезновения. Нин Шу почувствовала, что духовная жемчужина стала тяжелее. Эта штука была всерьёз очень злой, ах. Она позволяла энергии только входить в неё, но не выходить. А Нин Шу очень хотела ту духовную энергию, что в ней содержалась… После того, как призрак ослабла, она стала редко появляться. Похоже, что она ушла залечивать свои раны. Тем временем Нин Шу стало интересно, когда же прибудет даосский жрец. Сейчас было самое лучшее время для изгнания призрака. После того ранения, призрак не посмела больше входить в комнату общежития. Время от времени Нин Шу намазывала коровьи слёзы. Однажды она увидела, что призрак пожирает другие блуждающих духов, и чёрный туман вокруг призрака стал ещё плотнее. Охренеть! Нин Шу даже не знала, что сказать. Им нужно как можно скорее избавиться от этого призрака. Она не просто убивает людей, она даже пожирает духов! К счастью, у неё теперь была духовная жемчужина, а иначе она бы никак не смогла защитить себя и Су Маньюй. Спасение жизни одного человека означало больше, чем строительство семиэтажной пагоды. Нин Шу уже некоторое время общалась с Су Маньюй, поэтому между ними возникла некоторая дружба. ---------- Почему Мой Папа Не Знает Даосского Жреца? После очередного спокойного периода, Цзи Цинюань и Линь Цяньцянь наконец-то вернулись. Линь Цяньцянь стала более тощей а её кожа стала более загорелой. На её ноге всё ещё был гипс. Цзи Цинюань выглядел так, словно его потрепало путешествие. Цзи Цинюань помог Линь Цяньцянь добраться до постели. Су Маньюй спросила: - Где вы были, ребята? Почему я не могла до вас дозвониться? Цзи Цинюань устало потёр виски. - Там сигнал был плохой. - А чего вы выглядите такими несчастными, ребята? Путешествие плохо прошло? Су Маньюй налила кружку воды для Цзи Цинюаня, не обращая никакого внимания на Линь Цяньцянь. Но Цзи Цинюань взял кружку и передал её Линь Цяньцянь и спросил: - Цяньцянь, у тебя нога всё ещё болит? Линь Цяньцянь нахмурила брови, а потом коснулась своей ноги и сказала: - Она очень болит. - Доктор сказал, что ты должна хорошо отдохнуть, чтобы твоя нога восстановилась. Не волнуйся, я не позволю, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое, - искренне сказал Цзи Цинюань, полностью игнорируя Су Маньюй. Су Маньюй так разозлилась, что у неё лицо покрылось румянцем. Пока Нин Шу наблюдала за всем этим со стороны, у неё возникло такое ощущение, что чувства Цзи Цинюаня и Линь Цяньцянь стали глубже. Вероятно из-за того, что во время трудного путешествия им приходилось полагаться друг на друга, и от этого они стали ещё ближе. Нин Шу глянула в сторону Су Маньюй, а потом презрительно изогнула губы. Ты в пролёте. Су Маньюй заметила взгляд Нин Шу, и её выражение лица стало ещё хуже. Почему Чжуан Юйтун, эта чёртова соплячка, всегда потешается над ней? Она что, умрёт, если не будет потешаться над ней? Неужели так весело наблюдать за тем, как разбивается её сердце? Выражение лица Су Маньюй стало немного мрачнее, но потом она спросила у Цзи Цинюаня: - Что случилось по пути? Вы же нашли даосского жреца? - Мы нашли его. Сейчас он у меня дома. Он придёт сегодня, чтобы изгнать призрака, - сказал Цзи Цинюань. – Но по пути много чего случилось. Ему и Линь Цяньцянь едва удалось избежать смерти, но рана на ноге Линь Цяньцянь стала ещё хуже. Доктор сказал, что если её не вылечить как следует, то она может стать хромой. И та её стойкая лихорадка сделала травму только хуже. На сердце Цзи Цинюаня была тяжесть. В голове у него было столько много разных вещей. Он прямо чувствовал, что призрак очень ненавидит его, но он явно не имел никаких дел с этим призраком, так почему же она так настойчиво пытается его убить? - Вы же собираетесь сегодня заняться изгнанием призрака? – спросила Нин Шу, но Цзи Цинюань полностью проигнорировал её. Она даже не глянул в её сторону и не отреагировал как-то иначе. Нин Шу: … Охренеть, я что для тебя, воздух? Цзи Цинюань не считал, что Нин Шу имеет право говорить с ним на равных, поэтому он даже не хотел ей отвечать. Боже. Нин Шу почувствовала, как в ней распаляется опухоль неловкости. Она впервые столкнулась с тем, чей взгляд был направлен так высоко. - А этот твой жрец, которого ты нашёл, он надёжный? – спросила Су Маньюй. Цзи Цинюань спокойно ответил: - Это жрец, который тренировался глубоко в горах, и у него очень мощные способности. Он знает моего отца. Собственно, этой мой отец сказал мне, где его найти. - Дядя Цзи знает даосского жреца? Су Маньюй была очень удивлена, но Цзи Цинюань с ней не согласился. - Моя семья занимается бизнесом, и встречается со множеством людей. Что такого странного в том, что мой папа знает даосского жреца? - Тогда почему мой папа не знает даосского жреца? – небрежно заметила Су Маньюй. Нин Шу подняла брови, когда услышала это. Ей показалось, что это странно. Тем временем, Линь Цяньцянь решила остаться в комнате общежития. Раз у тебя такая серьёзная травма, то почему она осталась в общежитии, вместо того, чтобы отправиться в больницу? ---------- Одержимая х2 После того, как Цзи Цинюань помог Линь Цяньцянь улечься, он попросил Су Маньюй помочь и немного присмотреть за ней, пока он принесёт ей воду и всякое такое. Су Маньюй очень неохотно согласилась. Линь Цяньцянь, похоже, очень утомилась, потому что она уснула, как только легла. Нин Шу и Су Маньюй переглянулись, а потом занялись своими делами. Однако Линь Цяньцянь, которая уже спала, внезапно села, потом её шея почти неестественно жёстко повернулась, когда она взглянула на Нин Шу и Су Маньюй. - Чего ты хочешь? – спросила Су Маньюй у Линь Цяньцянь, даже не глядя на неё. Линь Цяньцянь не ответила и лишь подняла одеяло, слезла с постели и начала идти в сторону двери. Она наступала на свою ногу в гипсе так, словно совсем не чувствовала боли. В тот момент, когда Нин Шу видела это, она поняла, что Линь Цяньцянь снова была одержима и поспешила подойти и схватить её. Она достала духовную жемчужину и прижала её к телу Линь Цяньцянь. Но в этот раз призрак не покинула её. Вместо этого, она развернулась и протянула руки, чтобы вцепиться в шею Нин Шу. Она прошипела: - Как смеешь ты вставать у меня на пути? Я убью тебя! Как ты можешь ко мне так относиться?! Нин Шу попятилась назад, и увернулась от руки Линь Цяньцянь, а потом пинком сбила её на пол. Она нависла над ней, чтобы прижать её к полу и закричала Су Маньюй. - Помоги мне удержать её на месте! Линь Цяньцянь была очень сильной. До такой степени, что Нин Шу едва могла удержать её на месте. Су Маньюй вытерла холодный пот с ладоней о свою одежду, а потом подбежала, чтобы помочь. Нин Шу разорвала простыню Линь Цяньцянь на полоски, а потом связала руки и ноги Линь Цяньцянь у неё за спиной, прежде чем засунуть духовную жемчужину в рот Линь Цяньцянь. Как только она это сделала, Линь Цяньцянь начала неистово сопротивляться, после чего её глаза закатились и она потеряла сознание. Нин Шу выковыряла духовную жемчужину и вытерла слюну об одежду Линь Цяньцянь, прежде чем убрать её. - Когда же это закончится? Это так раздражает! На лице Су Маньюй явственно читалось раздражение. Нин Шу нахмурилась. - А разве плохо быть раздражённой? Когда ты умрёшь, то уже не сможешь чувствовать раздражение. Су Маньюй: … Нин Шу увидела, что гипс на ноге Линь Цяньцянь треснул, а кожа внутри была совсем фиолетовой и опухшей. Похоже, что травма Линь Цяньцянь только что стала ещё серьёзнее. Дело было не в том падении с лестницы, а во всех последующих событиях и поездке за даосским монахом, куда она отправилась с Цзи Цинюанем. Всё это сделало травму её ноги только хуже. - Звони Цзи Цинюаню, - сказала Нин Шу. Однако, как только она это сказала, всю комнату общежития начало трясти, словно наступило землетрясение. С одной койки слетел матрас и упал прямо на ногу Линь Цяньцянь. Линь Цяньцянь закричала, а потом снова потеряла сознание. Нин Шу: … ---------- Поиски Козла Отпущения А потом рама кровати начала падать прямо в сторону головы Линь Цяньцянь. Су Маньюй в ужасе прикрыла рот, так как уже представила себе сцену, как рама размозжит голову Линь Цяньцянь. Нин Шу тут же использовала свою внутреннюю энергию и поспешно оттолкнула раму кровати и не дала ей упасть. Тряска прекратилась, но в комнате был бардак. Ни Шу подняла матрас, который упал на ноги Линь Цяньцянь. Судя по виду, кости Линь Цяньцянь были совсем сломаны. - Скорее звони Цзи Цинюаню. Нин Шу покачала головой. Похоже, что эта призрак очень сильно ненавидит Линь Цяньцянь. Она постоянно захватывала тело Линь Цяньцянь и пыталась её убить. После того, как Су Маньюй позвонила Цзи Цинюаню, он поспешно прибежал. Когда он увидел, что Линь Цяньцянь была связанной на полу, а её гипс совсем разбит, он тут же подошёл и развязал её. Когда он обнял её, он потребовал ответа от Су Маньюй. - Вы что тут вообще делали, девчата? Как вы можете так относиться к Цяньцянь?! Почему у неё гипс сломан? Зачем вы её связали? Цзи Цинюань нахмурил брови, и его выражение лица стало очень недружелюбным. Су Маньюй ошалела от такой кучи вопросов, но тут же возразила: - Она была одержима, нам что, просто нужно было отпустить её? Когда ты одержим, это очень плохо для здоровья, знаешь ли. И чего ты ожидал, чтобы мы сделали? Тебе так трудно угодить. Просто забирай Линь Цяньцянь и уходи уже! Ты во всём винишь нас! Нин Шу даже не пыталась встревать в их беседу. - Хватит уже! Цзи Цинюань, всё это время, я охренеть как терпела тебя! И поэтому ты решил, что можешь легко издеваться надо мной? – Су Маньюй теперь размахивала руками, без единого следа вежливости. – Проваливай, убирайся отсюда, проваливай! Лицо Цзи Цинюань покраснело от гнева. - Ты поднимаешь шумиху без повода. - Это ты поднимаешь шумиху без повода, вся твоя семья поднимает шумиху без повода! – закричала Су Маньюй. Цзи Цинюань ушёл, неся на руках Линь Цяньцянь. Су Маньюй злобно повернулась к Нин Шу и пожаловалась: - Ну и кто тут поднимает шумиху? Тот, кто поднимает шумиху без причины, обвиняет остальных в том, что они поднимают шумиху без причины! Охренеть! Почему мне всё время приходится терпеть такие тупые вещи, когда происходит что-то связанное с Линь Цяньцянь? Всё лицо Су Маньюй буквально исказилось. Нин Шу ухмыльнулась. - Потому что тебе нравится Цзи Цинюань, ах. Цзи Цинюаню нравится Линь Цяньцянь, но ты негодуешь, потому что не можешь это принять. Вот почему ты всё время такая угрюмая. От одного только твоего вида мне становится тошно. Су Маньюй: - Чжуан Юйтун, ты умереть захотела? Неужели ты умрёшь, если не будешь меня дразнить? Умрёшь? Нин Шу: - Умру. Су Маньюй: … Тем временем, Цзи Цинюань отнёс Линь Цяньцянь в больницу. Результаты рентгена были примерно такими, как и предполагала Нин Шу. Ноги Линь Цяньцянь были раздавлены до такой степени, что кости сломались, и нижние части её ног так опухли, что стали толще бёдер. Был даже шанс, что она останется хромой. Когда Цзи Цинюань увидел, какой бледной стала Линь Цяньцянь, он не смог подавить свой гнев и отправился в общежитие на поиски Су Маньюй. Как только он увидел её, он поставил ей пощёчину. Су Маньюй была ошарашено и тупо уставилась на него с недоумением. - За что ты бьёшь людей? Нин Шу использовала свою внутреннюю энергию и толкнула Цзи Цинюаня, сбивая его с ног, отчего он упал на землю. Цзи Цинюань застонал от боли. Его задница ощущалась так, словно она раскололась, а его копчик очень сильно болел. Эта девушка была очень сильной. Нин Шу с презрением глянула на Цзи Цинюаня. - Да что же за мужчина будет бить женщину? Су Маньюй тоже очнулась, и посмотрела на Цзи Цинюаня с болью во взгляде. - Почему ты ударил меня без причины? Цзи Цинюань, ты зашёл слишком далеко! Цзи Цинюань поднялся, пересиливая боль, и холодно сказал: - Су Маньюй, как ты можешь делать такое с Цяньцянь? Ты и так уже столкнула её с лестницы, а теперь ещё и разбила ей ноги матрасом? Она теперь может остаться хромой. Су Маньюй, я же слепо доверял тебе. Я бы никогда не подумал, что ты будешь такой безжалостной. - Что я сделала? Я ничего не делала! Ты же меня просто оклеветал сейчас! Всё это с ней сделала призрак, почему ты винишь меня за это? Если бы не тот факт, что мы её спасли, она бы уже умерла. - Призрак? Опять призрак? Меня тут не было, поэтому кто знает что вы, девчата, придумали, чтобы навредить Цяньцянь и свалить всё на призрака? - Цзи Цинюань гневно уставился на них. – Это всё вы сделали, девушки, а потом свалили всё на призрака. - Цзи Цинюань, что за чушь ты несёшь? Когда это я вообще делала нечто подобное? - А разве не ты столкнула Цяньцянь с лестницы тогда? – холодно сказал Цзи Цинюань. - Я не толкала её! Она сама упала! Су Маньюй была возмущена, потому что она действительно этого не делала. ---------- Давай Побьем Его Вместе! В тот момент, как Цзи Цинюань пришёл, он ударил Су Маньюй, а теперь гневно смотрел на неё. Су Маньюй в шоке коснулась своей щеки. - Даже мой папа ни разу не бил меня. Кем ты себя возомнил, что смеешь бить меня?! Цзи Цинюань, ты думаешь, что можешь делать всё, что захочешь, просто потому что нравишься мне, в этом всё дело? Цзи Цинюань холодно глянул на Нин Шу. Он чувствовал, что его копчик чуть не сломался от того, как она его до этого толкнула. Когда он услышал обвиняющие слова Су Маньюй, он сказал: - Я ударил тебя от лица Цяньцянь! Так или иначе, вы, девчата, учитесь вместе с ней, как же вы можете быть такими жестокими? Вы хоть знаете, что Цяньцянь останется калекой после этого? Её нога ещё не восстановилась с того раза, как ты столкнула её с лестницы! Цяньцянь ещё раньше рассказала мне, что ты всегда цеплялась к ней, но я бы никогда не подумал, что ты зайдёшь так далеко! – зарычал на Су Маньюй Цзи Цинюань. Выражение лица Су Маньюй стало раздражённым. - Я вообще не толкала её! Это призрак толкнула её! Я ничего не делала! Цзи Цинюань ты даже не разбираешься ни в чём и сразу клевещешь на меня! Ты веришь всему, что выходит изо рта Линь Цяньцянь? - Я понимаю Цяньцянь. Она очень добросердечная и со всеми ладит, но ты всегда цепляешься к ней, - холодно сказал Цзи Цинюань. – Су Маньюй, тебе не сойдёт с рук то, что ты всё валишь на призрака, просто потому, что призрак не может это оспорить. Су Маньюй, я ошибался в тебе. Су Маньюй была такой злой, что она чувствовала, словно её грудь вот-вот взорвётся. - Цзи Цинюань! Грёбанный ты боже мой! Да у меня, должно быть, выпали грёбанные глаза, раз ты мне нравился! Ты и Линь Цяньцянь – просто идеальная пара сук! Эта мадам выложила всё как на духу! Если эта мадам действительно тронула Линь Цяньцянь, то пусть эту мадам убьёт этот призрак! Су Маньюй подошла к нему, а потом резко поставила пощёчину. - Кем ты себя возомнил, что смеешь бить меня? Держи обратно! Су Маньюй приложила немало силы, поэтому на лице Цзи Цинюаня тут же появились отпечатки пальцев. Цзи Цинюань застыл, словно он был слишком ошарашен тем фактом, что Су Маньюй действительно ударила его в ответ. Тем временем, Нин Шу лишь наблюдала за всем этим со стороны. Су Маньюй была очень доминирующей и, по правде говоря, Цзи Цинюань действительно полагался на тот факт, что он нравился Су Маньюй. Он никогда не отвечал на чувства Су Маньюй, но, когда ему что-то приходило в голову, то он приказывал Су Маньюй так, словно она была его служанкой. Он пользовался ей только потому, что у неё были к нему чувства. Когда Цзи Цинюань увидел, как сильно страдает его девушка, и услышал, что она может даже стать калекой, несмотря на то, что Нин Шу и Су Маньюй, которые были в одной комнате с ней, оказались в полном порядке, он выместил свой гнев на Су Маньюй. Он не мог найти призрака, да и не смел её искать, но ему нужно было выместить свой гнев на ком-нибудь, поэтому ему было плевать. Действительно ли Су Маньюй была невиновной или несправедливо обвинённой. Всё, что он знал – это то, что Линь Цяньцянь была травмирована. К тому же, он был утомлён этим самым призраком, и ему нужно было отвести как-нибудь душу. Он и Цяньцянь так много страдали, но не считая Чжан Юйянь, которая покончила жизнь самоубийством, остальные люди из комнаты общежития были в полном порядке. От этого он чувствовал себя очень раздражённым. - Су Маньюй, ты действительно посмела ударить меня? Цзи Цинюань так сильно стиснул зубы, что у него начали трястись щёки, а его красивое лицо исказилось зловещим образом. Су Маньюй сделала шаг назад. - А почему бы мне не посметь ударить тебя? Затем Су Маньюй повернулась к Нин Шу. - Чжуан Юйтун, давай вместе побьём этого бесстыдного ублюдка! ---------- Исчезновение Призрака Цзи Цинюань глянул на Нин Шу и его цвет лица изменился. Когда эта девушка толкнула его недавно, он почувствовал, что его кости вот-вот сломаются. Сила этой девушки была просто аномальной. Ему будет чертовски больно, если она начнёт его бить. - Если вы это сделаете, девчата, то я прослежу за тем, чтобы вы больше не могли оставаться в этом колледже, - холодно сказал Цзи Цинюань. Су Маньюй ухмыльнулась. - Цзи Цинюань, ты что, думаешь, будто твоя семья управляет этим колледжем? Думаешь, у тебя есть возможности сделать такое? Цзи Цинюань холодно хмыкнул, а потом ушёл. Но его походка была немного странной. Нин Шу была очень разочарована, когда увидела, что он уходит. Она очень хотела побить его, раз уж Су Маньюй была на её стороне. - Уааа… Су Маньюй разрыдалась. Перед лицом Цзи Цинюаня она старалась выглядеть сильной, но, как только он ушёл, она невольно почувствовала себя так, словно ей разбили сердце. Нин Шу не чувствовала сочувствия к ней, поэтому она не стала её утешать. - Чжуан Юйтун, как ты можешь быть такой бессердечной? Ты даже не утешаешь меня, хотя мне только что разбили сердце. Су Маньюй высморкалась в платок. Нин Шу посмотрела на неё с презрительным выражением лица. - Вы даже не встречались. Су Маньюй: … - Скажи, неужели Линь Цяньцянь настолько хороша? – с горечью спросила Су Маньюй. Нин Шу: - Ты уже множество раз задавала этот вопрос. В сердце Цзи Цинюаня, Линь Цяньцянь лучше тебя в сто тысяч раз. Су Маньюй: Это был удар в самое сердце. Ох. Когда Нин Шу увидела, насколько удручённой была Су Маньюй, она не удержалась и спросила: - В мире полно ребят, и есть полно ребят, которые лучше Цзи Цинюаня. Почему бы тебе не поискать того, которому ты будешь нравиться? Зачем позволять Цзи Цинюаню топтать тебя? Су Маньюй громко высморкалась. - Блять, да я обязательно найду парня лучше, чем Цзи Цинюань. - Ты просто ещё мало общалась с мужчинами. Как только ты закончишь учёбу, то обнаружишь, что в остальном обществе полно зрелых и потрясающих мужчин, которые гораздо лучше, чем Цзи Цинюань. Су Маньюй искоса посмотрела на неё с презрением. - Ты говоришь так, словно видела много мужчин. Эта старшая сестрица видела очень много мужчин, но, к сожалению, все они были больными на голову. Нин Шу была раздражена тем, как Цзи Цинюань постоянно приходил в их общежитие, поэтому она пошла и пожаловалась учительнице, отвечающей за общежитие. Она сказала, что какая-то девушка из их общежития постоянно приводит своего парня и он остаётся на ночь. Учительница тут же сказала, что парням больше не дозволено входить общежитие. Тем временем, отношения Нин Шу и Су Маньюй стали значительно лучше. Су Манью часто предлагала Нин Шу свою одежду поносить, но Нин Шу всегда отказывалась. Всё же, Су Маньюй была сантиметров на тридцать выше неё, поэтому её одежда совсем не подходила Нин Шу. Иногда они делились макияжем и вместе ходили по магазинам. Их отношения начали развиваться в направлении закадычных подружек. Манера речи Су Маньюй всегда была очень прямой и злобной. Она часто говорила, что одежда Нин Шу была очень блёклой, и поэтому она никак не выделялась внешне. По сути, она постоянно придиралась и принижала её до такой степени, что чуть ли не называла её никчёмной. Нин Шу не обращала на неё внимания. Но любой, чьё сердце было бы чуть более великодушным, наверняка бы уже плакал от злости. И хотя Су Маньюй всегда с презрением говорила по отношению к Нин Шу, когда они выходили на улицу, она всё равно держала Нин Шу за руку. Нин Шу была почти уверена, что та просто боится призрака. Цзи Цинюань сказал, что попросит даосского жреца изгнать призрака, но время шло, а тот так и не показался. Призрак тоже не показывалась на глаза. Нин Шу даже казалось, что призрак исчезла. Она невольно начала думать, что это мирная жизнь на кампусе слишком хороша, чтобы быть правдой. Когда призрак постоянно преследовала их, она всё время нервничала. А теперь, когда призрака больше не было, её нервы всё равно были натянуты. Не может же быть, что Цзи Цинюань решил пока не изгонять призрака, после того, что произошло в прошлый раз, чтобы призрак ещё немного напугал их? ---------- Явно Отвратительный Отаку Су Маньюй обняла Нин Шу за руку, когда они вышли из общежития. Как только они вышли, кто-то загородил им дорогу. Нин Шу и Су Маньюй переглянулись, а потом одновременно отвернулись, чтобы избегать взгляда на этого человека. Су Маньюй сказала: - Почему такой уродливый парень перегородил нам дорогу? Нин Шу: - Кто знает? Сун Мин глянул на Су Маньюй, а потом повернул своё лицо, полное прыщей, в сторону Нин Шу. - Чжуан Юйтун, я хочу поговорить с тобой кое о чём. - А мы знакомы? – Нин Шу подняла кулак. – Я же уже сказала тебе, что буду колотить тебя каждый раз, как увижу. Лицо Сун Мина передёрнуло от страха, но он, похоже, вспомнил что-то и набрался храбрости, чтобы сказать: - Ты всё ещё злишься? Я признаю, что в прошлый раз я был виноват, но ты меня за тот раз уже наказала. Нин Шу: … Да что не так с этим идиотом? Су Маньюй высокомерно оценила его, а потом отбросила свои волосы назад и с презрением заметила: - У него жалкая фигура, его лицо просто невыносимо уродливое. У него слишком много прыщей и его лицо слишком жирное. Он явно не умывался, перед тем, как выйти на улицу. У него грязные и сальные волосы, и от него пахнет дошираком. У него носки надеты поверх брюк, а ботинки все грязные. С первого взгляда понятно, что он – отвратительный отаку, который дрочит на порнуху. Су Маньюй подняла брови и глянула на Нин Шу. - Это твой парень? Чжуан Юйтун, должна признать, что уважаю тебя за твой вкус. И у тебя ещё хватает наглости всё время дразнить меня? Тц, тц… Нин Шу: … Лицо Сун Мина изменилось всеми цветами радуги от критики Су Маньюй и ему захотелось, чтобы он мог втиснуться в трещину на земле. Он почувствовал ещё большую ненависть к Нин Шу и захотел изнасиловать её прямо тут, а потом выбросить. До этого Сун Мин был очень заинтересован в этой девушке из деревни. Он знал, что он не очень красивый, да и не очень богатый, поэтому он не нравился ни одной из девушек в колледже. Поэтому у него не осталось выбора, кроме как опустить свою планку и обратить внимание на Чжуан Юйтун. Из всех прочих девушек, которые одевались очень модно, Чжуан Юйтун была единственной, которая всегда одевалась очень блёкло, словно она была гадким утёнком. У неё не было друзей, и она всегда была одна, поэтому он подумал, что с этой девушкой будет легко флиртовать, и он сможет её обхитрить. Но она неожиданно оказалась такой яростной, и всегда била его по нижней половине. Когда он увидел её холодный взгляд, то понял, что она не та, кого можно провоцировать, поэтому он не планировал больше общаться с ней. Однако его нашёл Цзи Цинюань и сказал ему преследовать Чжуан Юйтун. Цзи Цинюань сказал, что если он сможет создать какой-нибудь скандал, вроде того, чтобы сделать её беременной, после чего её выгонят из колледжа, или разбить ей сердце, то после окончания обучения Дзи Цинюань даст ему должность в компании своей семьи. Так он мог подцепить девушку и гарантировано получить работу после колледжа, поэтому он лишь стиснул зубы и пришёл к ней. Когда на нём были сфокусированы два холодных и безразличных взгляда, Сун Мин так разнервничался на мгновение, что не мог даже говорить. После того, как он с трудом сглотнул, он повернулся к Нин Шу и тепло сказал: - Чжуан Юйтун, мне надо с тобой кое о чём поговорить. Давай отойдём в сторонку. Су Маньюй потянула Нин Шу за руку и горделиво посмотрела на свой маникюр. - Тебе даже нужно отойти в сторону, чтобы поговорить? Чего тебе есть такого сказать, чего мне нельзя услышать? У Сун Мина запылало лицо, когда Су Маньюй стала разговаривать с ним таким образом, поэтому он вместо этого повернулся к Нин Шу. Нин Шу холодно глянула на него. - Проваливай. Лицо Сун Мина исказилось, но он всё равно заставил себя улыбнуться, отчего его лицо стало ещё более непривлекательным. Он практически скрежетал своими зубами, когда пытался заставить свои слова звучать тепло. - Я вернусь завтра. Нин Шу подняла брови, и Сун Мин тут же сбежал так, словно у него задница была в огне. ---------- Ежедневная Доза Отвращения - О, мой боже, я чуть не ослепла. Мне нужно промыть глаза. Су Маньюй достала глазные капли из своей сумочки и запрокинула назад голову, чтобы закапать их. Она посмотрела на Нин Шу глазами полными воды и показала большой палец вверх. - Чжуан Юйтун, твой вкус просто шокирует. Кто бы мог подумать, что тебе нравятся такие мужчины? Нин Шу презрительно изогнула губы. - Этот парень просто хочет изнасиловать меня, потому что я выгляжу как неотёсанная деревенская простушка. Лицо Су Маньюй наполнилось презрением. - Ему стоило посмотреть на себя, как отвратительно. Чжуан Юйтун, не позволяй себе отдавать кому-то вроде этого. А иначе, в будущем, каждый раз, когда я буду смотреть на тебя, первым делом мне в голову будет приходить мысль о том, как вы, ребята, кувыркаетесь вместе. Тц, тц, меня уже подташнивает от этого. Нин Шу: … Она не знала, что взбрело в голову Сун Мину, однако он стал каждый день приходить к общежитию девушек, чтобы принести цветы и смотреть на Нин Шу взглядом, полным любви. Су Маньюй, которая всегда была рядом с Нин Шу, чувствовала лишь отвращение. Каждый раз, когда Су Маньюй видела Сун Мина, то она начинала придираться ко всему. Например: Эти розы, должно быть, вчерашние, да? Должно быть, здорово покупать их за полцены. Потом она насмехалась над тем фактом, что носки Сун Мина стоят десять баксов за десять штук, чтобы он мог выбрасывать их, не стирая. А потом она говорила, что прыщи на лице Сун Мина уже стали белыми, так что пора уже их выдавить. После чего она говорила, что Сун Мин вот-вот облысеет, потому что у него слабые почки. Сун Мин каждый раз сбегал так, словно спасал свою жизнь. Но на следующий день он снова приходил. Некоторые сплетницы говорили Нин Шу, что она должна просто принять его, потому что он очень её любит. Нин Шу лишь плевалась в ответ. Кто знает, что заставляет Сун Мина приходить каждый день к общежитию девушек и терпеть такой стыд? Су Маньюй каждый день насмехалась над ним, и даже вылила на него ведро воды. Он был очень жалким, но, несмотря на это, он продолжал настаивать. Нин Шу и Су Маньюй начали постепенно чувствовать, что тут что-то не так. Нин Шу прекрасно осознавала, что она не была величайшей красоткой, поэтому это было ненормально, чтобы кто-то её настолько любил. Учитывая её три очка харизмы, она никак не могла влюблять в себя всех присутствующих, куда бы она ни пошла. Су Маньюй отправила кого-то разузнать об этом, и выяснила, что всё это было идеей Цзи Цинюаня. Когда она это выяснила, она была так зла, что чуть не разгромила всю комнату. Она злобно вопила: - Кто бы мог подумать, что Цзи Цинюань такой подлый человек? Он даже опустился до таких способов, чтобы отомстить тебе! Нин Шу подняла брови. Похоже, что Цзи Цинюань затаил на неё обиду из-за того, что она толкнула его в прошлый раз. Этот способ был довольно злым. Если она влюбится в Сун Мина, а потом он хитростью заставит её переспать с ним, после чего бросит её, то для неё это действительно будет очень болезненно. Но она не могла найти слов. Почему он не отправил кого-нибудь более симпатичного, чтобы преследовать её? Она же не была слепой. Девяносто девять процентов девушек не стали бы выбирать кого-то вроде Сун Мина. Значит, вероятно, Цзи Цинюань послал Сун Мина, чтобы вызывать у неё отвращение. Нин Шу признала, что она чувствовала изрядную долю отвращения. Когда они видели страстное выражение лица Сун Мина, им приходилось сдерживаться, чтобы не наблевать прямо ему в лицо. Это было настолько отвратительно. - Как насчёт того, чтобы найти кого-нибудь, кто побьёт его, чтобы он перестал приходить? Я больше не могу этого выносить, - Су Маньюй раздражённо нахмурилась. – После того, как призрак наконец-то ушла, показался кто-то другой. Я правда больше не могу этого терпеть. Чжуан Юйтун, каждый раз, когда я с тобой, то всегда появляются вещи, которые уничтожают моё видение мира. Ты серьёзно слишком безвкусно выглядишь. Если ты не поторопишься и не исправишь этого, то будешь привлекать только таких отвратительных парней. Нин Шу спокойно ответила: - Но с тобой-то всё в порядке и ты родилась красивой, но разве ты всё равно не оказалась влюблённой в кого-то вроде Цзи Цинюаня? - Кхм … - Су Маньюй тихо откашлялась. – Семья Цзи Цинюаня имеет своё дело. Ты же знаешь, какими бывают бизнесмены, их заботят только результаты, а не методы. Пока есть возможность достичь нужного результата, то выбранные для этого способы являются вторичными. ---------- Небольшая Игра И всё же, в одном они были согласны. Им нужно было найти способ не дать Сун Мину доставать их снова. Су Маньюй предложила просто выкинуть его из школы. Нин Шу поиграла с духовной жемчужиной и задумалась ненадолго, после чего спросила: - А что если он увидит призраков? - Увидит призраков? – Су Маньюй ахнула, когда поняла о чём речь, и достала коровьи слёзы. – Давай напугаем этого чёртова ублюдка до смерти. Той же ночью Нин Шу пригласила Сун Мина прийти ко входу в общежитие. Сун Мин пришёл радостный, думая, что она наконец-то пала под его чарами. Всё же, она приглашала его на ночь. Всё его лицо практически светилось от возбуждения. Когда он увидел, что под уличным фонарём стоит два человека, и одной из них является Су Маньюй, то он стал немного скованным. Язык Су Маньюй был очень ядовитым, а у её семьи были деньги. Она могла надавить на людей до такой степени, что они едва могли дышать. Сун Мин оправил свою одежду, потом натянул тёплую улыбку, словно маску. Однако его взгляд был наполнен отвратительной похотью. Сун Мин подошёл к Нин Шу и потянулся к её руке, но Нин Шу холодно шагнула назад. Сун Мин мысленно обругал её. Она искала мужчину посреди ночи, но всё равно смела вести себя сдержанно? - Юйтун, почему ты попросила меня прийти сюда так поздно ночью? – нежно спросил Сун Мин. Су Маньюй прервала его: - Ты давно уже преследуешь Юйтун. Сун Мин рефлекторно напрягся. Су Миньюй никогда не говорила чего-либо приятного, когда открывала свой рот. - Мне очень нравится Юйтун. Я чувствую, что она та самая единственная женщина, которую я полюблю в этой жизни, – страстно сказал Сун Мин, глядя в глаза Нин Шу. Лицо Су Маньюй посинело и её чуть не стошнило. Нин Шу заметила это и начала смеяться. Затем она сказала Сун Мину: - Мы позвали тебя сегодня, потому что мы хотим сыграть в игру. Тебе интересно? Сун Мин увидел улыбку на лице Нин Шу, и подумал, что эта деревенская простушка довольно милая, когда она улыбается. Просто она очень редко улыбалась. Каждый раз, когда она была перед ним, она всегда была такой холодной и морозной, поэтому от этой внезапной улыбки даже дух захватило. Он внезапно почувствовал, что все его усилия по её преследованию того стоили, и решил бросить её немного позже. - В игру? Так поздно? Сун Мин почувствовал, как внизу его живота начал разгораться жар, а разгорячённая кровь прилила к его лицу, отчего его прыщи начали чесаться. Он вынужден был остановить свои руки, чтобы они не начали чесать его лицо. - Игру для нас троих? Сун Мин глянул в сторону Су Маньюй. Хоть он и знал, что выдаёт желаемое за действительное, но он невольно начал фантазировать о том, как они будут все втроём, ха-ха… Когда Су Маньюй увидела, что Сун Мин покраснел, когда посмотрел на неё своим отвратительным взглядом, она почувствовала непреодолимое желание выцарапать его глаза. Она действительно никогда раньше не встречала столь отвратительного парня. Он был просто чёртовой жабой, что пытается съесть мясо лебедя. Хоть он и преследовал Чжуан Юйтун, но он всё равно посмотрел на неё таким взглядом. Нин Шу посмотрела в сторону, чтобы не видеть восторженного взгляда Сун Мина. У подобного мужчины просто не было никакого достоинства. - Закрой глаза, мы сейчас начнём игру. Су Маньюй стиснула зубы, а потом холодно рассмеялась. Когда Сун Мин увидел улыбку Су Маньюй, он тут же закрыл глаза. Его сердце возбуждённо колотилось, а в голове практически был праздничный фейерверк. Внезапно он почувствовал, как по его векам провели чем-то холодным. Когда он только хотел открыть глаза, то услышал голос Су Маньюй. - Подожди, не открывай глаза так быстро. Сердце Сун Мина стучало, пока он держал глаза закрытыми. - Ладно, теперь можешь открывать глаза, - спокойно сказала Нин Шу. ---------- Метод Выбора Мужа Сун Мин поспешно открыл глаза. Он почувствовал, что его глазам что-то немного мешает, поэтому он закрыл их снова. А когда опять открыл, то увидел, как к нему приближается мужчина с перерезанным горлом, из которого хлещет кровь. Он закричал, и ещё один призрак женщины полетел к нему, протягивая руки к его шее. Глаза Сун Мина закатились, и он чуть не потерял сознание, когда издал визг, от которого кровь сворачивалась. Было трудно представить, что мужчина может издавать столь пронзительный крик. И хотя призрак душила его, он не чувствовала никакой боли. Повсюду были призраки, и многие из них тянули к нему свои руки. - Ааа, призраки! Тут призраки! – закричал Сун Мин. Он подбежал к Нин Шу, чтобы спрятаться у неё за спиной, но Нин Шу пинком прогнала его прочь. Су Маньюй была в очень хорошем настроении и хохотала, наслаждаясь этим зрелищем. Когда Сун Мин услышал, что Су Маньюй смеётся, и что даже Чжуан Юйтун улыбается, он попятился от них. Они смеялись! Да они демоны! Ещё один призрак накинулся на него. Сун Мин побежал прочь, наполовину ползком по земле. - Тут призраки! Ааа, тут призраки! Весь кампус слышал, как он кричит. - Какой стыд. На лице Су Маньюй отразилось презрение. Её нервы явно стали крепче, раз она теперь даже была в настроении поддразнивать людей, когда те видят призраков. Нин Шу тоже презрительно изогнула губы. - Бесчестные люди вроде него больше всего привлекают призраков. - Ладно, идём спать. Наконец-то мы разобрались с этим делом! – Су Маньюй зевнула, а потом обняла Нин Шу за руку. – Теперь я знаю, как выбрать себе будущего мужа. - Как? – с любопытством спросила Нин Шу. Су Маньюй выпятила грудь. - Если кто-то захочет ухаживать за мной, то ему сначала придётся намазать коровьих слёз на глаза, чтобы я проверила, боится ли он призраков. Нин Шу: … Да все нормальные люди, вероятно, будут напуганы. Нин Шу серьёзно посмотрела на неё: - Ты обречена быть вечно одна. - Если они испугаются чего-то вроде призраков, то какое право они имеют быть моим мужчиной? – насмешливо возразила Су Маньюй. Нин Шу: … Ну что за логика. Какое отношение боязнь призраков имеет к тому, чтобы быть твоим мужчиной? На следующий день Сун Мин не приходил беспокоить Нин Шу. Когда он видел их, он избегал их, словно они были демонами. Когда Су Маньюй видела Сун Мина, то она лучезарно улыбалась ему, но когда Сун Мин видел улыбку Су Маньюй, то он так пугался, что отскакивал назад. Теперь, когда он видел Су Маньюй, у него было такое ощущение, что лицо Су Маньюй исключительно зловещее, словно ему улыбается демон. Су Маньюй улыбалась лишь ещё ярче, когда она видела реакцию Сун Мина, что пугало его настолько, что он убегал прочь. Теперь Сун Мин был немного не в себе и постоянно бормотал, что тут есть призраки. Он говорил, что призраки есть в ванной и лежат на постелях. Даже по ночам, он всё ещё бормотал нечто подобное, чем бесконечно раздражал своих соседей по комнате. После того, как коровьи слёзы высохли, Сун Мин больше не видел призраков, но, куда бы он ни пошёл, он не мог избавиться от чувства, что там были призраки. Он просто больше не мог этого выносить и перевёлся. Когда Су Маньюй услышала о том, что Сун Мин ушёл, она выразила своё презрение. - Он продержался лишь столько времени? Он даже не столкнулся ещё со злобным призраком. Вероятно, он просто обделался от страха. Попивая соевое молоко, Нин Шу спросила: - Послушай, как думаешь, почему призрака так долго нет? Может быть, его уже изгнал тот жрец, которого нашёл Цзи Цинюань? - Кто знает? – Су Маньюй покачала головой. – Этот призрак очень раздражает меня, и что за дела с Цзи Цинюанем? Почему она нам ничего не говорит? Не может же быть, что призрак теперь достаёт Линь Цяньцянь? Нин Шу пожала плечами. - Лучше бы это было так. За несправедливостью всегда кто-то стоит, и все долги принадлежат должникам. Этот призрак изначально должна была заниматься лишь Линь Цяньцянь, - со злорадством сказала Су Маньюй. #комментарий анлейта: Наиболее реалистичный стандарт, который мы можем эмулировать – это когда парень должен спеть любовный дуэт с вами, катаясь на американских горках. ---------- Линь Цяньцянь Вернулась Линь Цяньцянь, о которой говорила Су Маньюй, вернулась. Когда Нин Шу и Су Маньюй возвращались в общежитие, они увидели с Линь Цяньцянь, которую вносили в общежитие на носилках. Нин Шу нахмурила брови. Су Маньюй спросила: - Зачем она вернулась в таком полумёртвом состоянии? Нин Шу покачала головой, наблюдая за тем, как следом в общежитие входит Цзи Цинюань. Она совсем не понимала, что делают главные мужчина и женщина. Когда она вошла в их комнату, она увидела, что Линь Цяньцянь сидит в кресле-каталке. Её лицо было совсем исхудавшим, а сама она носила ватник, несмотря на то, что была середина лета. Было ясно, что в её теле слишком много энергии инь. Цзи Цинюань смотрел на Линь Цяньцянь с болью в сердце, но Линь Цяньцянь лишь покорно кивнула и сказала: - Цинюань, я в порядке. - Не волнуйся, призрака скоро изгонят. Цзи Цинюань стиснул руку Линь Цяньцянь. Когда Нин Шу увидела гипс на ноге Линь Цяньцянь, она подумала, что с головой Цзи Цинюаня было что-то не так, и эта проблема была совсем не маленькая. Зачем он притащил её в общежитие, несмотря на то, какой серьёзной была её травма? Неужели Линь Цяньцянь больше не нужна её нога? - Чжуан Юйтун, давай поговорим с учительницей и попросим поменять нам комнату. Мы ни за что не можем оставаться с этим белым цветком лотоса. Если что-нибудь случится, то проблемы будут у нас. Лицо Су Маньюй стало насмешливым, когда она потащила Нин Шу обратно из комнаты. Лицо Цзи Цинюаня стало бледным, и он ничего не сказал. Однако Линь Цяньцянь слабо окликнула их: - Су Маньюй, Чжуан Юйтун, подождите минутку. Нин Шу обернулась, чтобы посмотреть, что же хотела сказать Линь Цяньцянь. - А вас, девчата, в последнее время беспокоил призрак? – спросила Линь Цяньцянь. Су Маньюй решила ответить первой. - Всё было тихо, всё было хорошо. Су Маньюй сразу поняла, что дни Линь Цяньцянь не были тихими и мирным, поэтому специально спровоцировала её. Линь Цяньцянь увидела, что цвет лица у Нин Шу и Су Маньюй был нормальным. Их лица светились и имели небольшой румянец, что говорило о том, что они хорошо ели и спали. Даже простушка Чжуан Юйтун выглядела гораздо красивее. Сердце Линь Цяньцянь наполнилось горечью. Пока она была в больнице, призрак постоянно её доставала. И хотя у Линь Цяньцянь был талисман, который ей дал даосский жрец, и поэтому призрак не могла навредить ей, призрак постоянно внезапно появлялась, чем чуть не довела Линь Цяньцянь до сердечного приступа. Цзи Цинюань хотел перевезти её домой, но отец Цзи Цинюаня не пустил её. Он сказал, что не хочет впускать в дом всякую грязь. Линь Цяньцянь хотела остаться у даосского жреца. Но этот жрец был очень высокомерным и сказал, что будет жить только на вилле Цзи. Однако отец Цзи Цинюаня не позволил ей войти в семейный дом Цзи. Линь Цяньцянь это очень обидело. Цзи Цинюань пытался уговорить своего отца пару раз, но потом сдался, поэтому Линь Цяньцянь решила, что будет лучше просто остаться в общежитии. Призрак продолжала её доставать. Она думала, что раз призрак нападает и на других девушек из её комнаты, тогда они разберутся с ним вместе. Однако когда она увидела, что все остальные девушки из общежития были в порядке, и только она была в таком жалком состоянии, от этого зрелища ей стало ещё больнее. До такой степени, что у неё даже нога заболела. ---------- Комплекс Неполноценности Линь Цяньцянь Цзи Цинюань сказал: - Цяньцянь, давай, всё же, вернёмся в больницу. Доктор сказал, что с твоей ногой нужно обращаться осторожно, а иначе твоё состояние легко может ухудшиться. Линь Цяньцянь покачала головой. - Я буду в порядке в общежитии. Линь Цяньцянь была немного обижена на Цзи Цинюаня, и поэтому настояла на переезде в общежитие. Цзи Цинюань мог лишь беспомощно повернуться к Су Маньюй: - Маньюй, прости меня за прошлый раз. Я был слишком взволнован и на нервах, вот почему я так поступил с тобой. Я надеюсь, что ты меня простишь. Линь Цяньцянь тут же спросила: - Цинюань, что ты сделал с Су Маньюй? Её голос прозвучал так, словно она только что застала своего парня за изменой, и она пристально уставилась на Су Маньюй. Она была уверена, что Су Маньюй пыталась соблазнить её парня, пока она была в больнице. Всё это время Линь Цяньцянь была в сильной депрессии. Доктор сказал, что есть риск остаться навсегда калекой. Линь Цяньцянь просто не могла представить, каково это – быть хромой. Цзи Цинюань был таким красивым, останется ли он с ней, если она будет калекой? Сколько бы раз Цзи Цинюань ни говорил, что любит её, она не могла избавиться от чувства неловкости. Она чувствовала, что её жизнь наполнена неудачей, и что её будущее совершенно мрачное и серое. Когда она услышала, как Цзи Цинюань извиняется перед Су Маньюй, она почувствовала, как её мир рушится. - Что вы делали, ребята? Всё тело Линь Цяньцянь дрожало, когда она потребовала ответа. Цзи Цинюань поспешил встать перед ней на колени, чтобы успокоить её. - Между мной и Су Маньюй ничего не было. Я уверяю тебя, что у нас с ней нет отношений. Только ты одна мне всегда нравилась. Линь Цяньцянь продолжила требовать ответа: - Тогда о каком инциденте вы разговариваете?! - Потому что я ударил Су Маньюй в прошлый раз, - объяснил Цзи Цинюань. Линь Цяньцянь лишь выдохнула с облегчением, когда услышала это. На её лице появилась улыбка, и она повернулась к Су Маньюй. - Маньюй, я извиняюсь от лица Цзи Цинюаня. Цинюань просто очень заботится обо мне, поэтому он ударил тебя, когда увидел, что я была травмирована. Су Маньюй: … Лицо Су Маньюй передёрнуло. Она даже не знало, что изобразить на лице. Нин Шу почувствовала, что с эмоциональным состоянием Линь Цяньцянь что-то не так. В прошлом она всегда была такой оживлённой и открытой, а теперь её характер стал очень резким. Словно она повсюду обросла шипами и могла сорваться из-за любой мелочи. Линь Цяньцянь чувствовала себя неполноценной. Она чувствовала себя неполноценной по отношению к Цзи Цинюаню, но в то же время, она не могла бросить его. Вот почему она постоянно проверяла его любовь резкими вопросами. Нин Шу задумалась о том, как долго Цзи Цинюань будет такое терпеть. Цзи Цинюань потёр лоб и спросил Су Маньюй: - Маньюй, можешь присмотреть за Цяньцянь? - Нет, пожалуйста, не проси об этом. Если что-нибудь случится, то ты опять залепишь мне пощёчину. Цзи Цинюань, неужели ты меня настолько недооцениваешь? Может ты мне и нравишься, но как только ты перестанешь мне нравиться, то ты станешь никем. После того, как ты ударил меня, ты всё ещё думаешь, что можешь сказать всякие поверхностные слова, а потом снова начать использовать меня в качестве служанки? Неужели я выгляжу такой глупой в твоих глазах? Су Маньюй пренебрежительно взмахнула рукой. - Я перееду в другую комнату. Я даже не стану касаться Линь Цяньцянь, так что когда с ней случится очередное происшествие, не приходи доставать нас. Су Маньюй наконец-то разглядела Цзи Цинюаня насквозь. Она поняла о чём он думает, только по его неохотному виду, когда он просил у неё прощения. Никто не любит подлых и бесстыдных людей, а Цзи Цинюань был как раз из таких. Цзи Цинюань глубоко вздохнул, а потом сказал Линь Цяньцянь. - Цяньцянь, почему бы тебе, всё же, не вернуться в больницу? Линь Цяньцянь зло ответила: - Я не вернусь! Какой смысл мне возвращаться? Призрак всё равно будет меня доставать! Так что лучше просто остаться в общежитии. - Но как же твоя нога? – тихо спросил Цзи Цинюань. – Цяньцянь будь хорошей девушкой. Я попрошу даосского жреца дать тебе ещё больше защитных талисманов. Ты будешь в порядке. Линь Цяньцянь покачала головой. - Я не собираюсь возвращаться в больницу. Судя по её словам, призрак всё это время доставала Линь Цяньцянь. История изменилась. Так как у Нин Шу теперь была духовная жемчужина, которая угрожала призраку, призрак переключилась и теперь стала доставать Линь Цяньцянь. ---------- Нужно Подождать, Когда Энергии Ян Будет Больше Всего Причина, почему Цзи Цинюань продолжал терпеливо пытаться убедить Линь Цяньцянь вернуться в больницу была в том, что он беспокоился за Линь Цяньцянь. Потому что если её снова травмирует в общежитии, то её ноги уже не смогут восстановиться. Однако сама Линь Цяньцянь уже разваливалась на части от страха и больше не хотела оставаться в больнице. Её нервы были как туго натянутая струна. Её ноги были травмированы и она не была уверена в чувствах Цзи Цинюаня, поэтому всё это так давило на её разум, что она едва могла это выносить. Она невольно задумалась о том, почему призрак постоянно достаёт её и только её? Почему призрак не достаёт остальных девушек из общежития, чтобы все были запуганы и боялись вместе? - А почему вы ещё не изгнали призрака? Разве вы не нашли даосского жреца? – спросила Нин Шу. Его девушка уже так сильно измучена, то почему бы ему не изгнать призрака? Цзи Цинюань изначально хотел проигнорировать Нин Шу, но ему нужно было, чтобы они присмотрели за его девушкой, поэтому он сказал: - Жрец сказал, что призрака нужно изгонять, когда энергии ян будет больше всего. В это время призрак будет слабее. Нин Шу: … Неужели они не знают, что призрак может глотать других духов? Что она может усиливать свою душу? Чем дольше они всё откладывают, тем больше призрак восстановится и тем больше народу погибнет. Неужели всё должно быть как в изначальной истории? Ей и Су Маньюй придётся умереть, чтобы осталась лишь Линь Цяньцянь, и только тогда жрец начнёт действовать? Нин Шу встревожилась. Такой была её история, ах. Похоже, что им нужно быть более осторожными, чтобы они не умерли, как в изначальной истории. Она должна помочь Чжуан Юйтун пережить этот период. Если она умрёт, то её задание будет провалено. Цзи Цинюань искренне посмотрел на Нин Шу. - Пожалуйста, помоги мне присмотреть за Цяньцянь. Я ведь парень, так что я не могу постоянно находиться в общежитии для девушек. Взгляд Цзи Цинюаня был очень красивым. Глубоким, но с блеском, как у звёзд. Когда он посмотрит на тебя вот так, то ты чувствуешь, что словно ты – весь его мир. Однако Нин Шу думала лишь о том, что этот парень сказал Сун Мину, тому отвратительному парню, чтобы он обхитрил её. У Нин Шу не было хорошего впечатления об этом парне и она прямо сказала: - Я поменяюсь комнатой вместе с Маньюй. Лицо Цзи Цинюаня перекосилось. Он почувствовал себя оскорблённым. Он уже унизился, но она всё равно отвергла его просьбу. Су Маньюй потянула Нин Шу за собой на поиски учительницы и, в итоге, они переехали в соседнюю комнату. Нин Шу подумала об этом, а потом сказала: - Почему бы нам, всё же, не остаться? Нас преследует призрак. Что если после того, как мы поменяли комнату, призрак начнёт преследовать и других девушек из общежития? - Но такого же не должно быть, верно? Призрак преследует нас четверых, так что она, наверное, не будет убивать других девушек? Нин Шу покачала головой. Кто бы мог знать это наверняка? Эта призрак явно была злобным призраком. О каких моральных принципах призрака можно говорить, если она поглотила других духов? Нин Шу пришла в этот мир для контратаки, но она не могла подвергать опасности невинных людей. Жизнь каждого человека была очень ценной. Любое поведение, которое приведёт к потере чужой жизни без причины – это жестокость. Су Маньюй наконец-то сказала: - Человек должен нести ответственность за свои действия. Давай, всё же, вернёмся. В итоге, Нин Шу и Су Маньюй вернулись обратно. Линь Цяньцянь была очень удивлена, когда увидела их. ---------- Способность По-настоящему Злобной Второстепенной Главной Женщины Цзи Цинюань потратил большую сумму денег, чтобы нанять двух медсестёр для Линь Цяньцянь. Но на следующий день медсёстры отказались от оплаты и ушли, потому что они были напуганы тем, что произошло ночью. Хоть Линь Цяньцянь и вернулась в общежитие, призрак всё равно последовала за ней. Призрак не посмела входить в комнату, потому что там была Нин Шу, поэтому просто кричала на Линь Цяньцянь из-за окна. Медсёстры были напуганы чуть ли не до смерти, и, как только наступило утро, они собрались и ушли. Нин Шу постоянно держала духовную жемчужину в руке, а Су Маньюй, похоже, уже привыкла такой ситуации и беспробудно спала. Тем временем, Линь Цяньцянь не спала всю ночь. Когда она увидела, что Су Маньюй встала и лениво потянулась, словно она хорошо отдохнула, сердце Линь Цяньцянь сжалось от боли. Она даже не помнила, когда в последний раз она спала также беспробудно. У неё так сильно болела нога, что каждая секунда жизни давалась ей с трудом. Её взгляд был очень мрачным, когда она смотрела на своих соседок по комнате. Линь Цяньцянь чувствовала, что её жизнь кардинальным образом изменилась с тех пор, как Су Маньюй столкнула её с лестницы. Теперь её жизнь была сплошным адом. Она злилась на то, что призрак постоянно преследовала её, но была так снисходительна по отношению к Чжуан Юйтун и Су Маньюй. Она ненавидела призрака и завидовала этим двум девушкам. Пока она страдала в аду, они обе жили так комфортно. - Су Маньюй, зачем ты столкнула меня с лестницы? Если бы ты не столкнула меня с лестницы, то я не была бы в таком состоянии, - внезапно сказала Линь Цяньцянь, и в её голосе было полно обвинения. Нин Шу была ошарашена на мгновение, когда встретилась с мрачным взглядом Линь Цяньцянь. Раньше у Линь Цяньцянь были такие воодушевлённые и живые глаза, а теперь они были полны угрюмости. - Линь Цяньцянь, чего это ты начинаешь с обвинений так рано утром? Я уже сказала, что не толкала тебя. Ты сама упала, - холодно сказала Су Маньюй. – Я заплатила за твоё лечение, но то, что я дала тебе деньги, не означает, что это сделала я. Мне тебя жаль. Вместо того чтобы винить меня, почему бы тебе не винить себя за то, что предложила нам поиграть с доской Уиджа? Если бы мы не сыграли, то ничего из этого не произошло. Нин Шу лишь наблюдала за их перепалкой. - Ты сама навлекла на себя это. Не пытайся спихнуть всю вину на меня! Я не из тех, кто будет молчать, чтобы тебе стало легче, - холодно сказала Су Маньюй, ни капли не беспокоясь о том, чтобы быть вежливой. – Тебе не стоит забывать о том, как умерла Чжан Юйянь. Её убил призрак. Это ты убила её непрямым способом, так какое право ты имеешь на то, чтобы обвинять меня? Лицо Линь Цяньцянь стало ещё бледнее. - Какие доказательства у тебя есть, что Чжан Юйянь была убита призраком? Чжан Юйянь с самого начала была склонна к суициду, потому что её изнасиловали! - Ты и Цзи Цинюань настоящая парочка негодяев. Вы оба просто обожаете спихивать ответственность на других, - холодно сказала Су Маньюй. – Линь Цяньцянь, не думаю, что если ты калека, то я не посмею тебе что-нибудь сделать. Даже если с тобой что-нибудь случится, я всё равно буду в порядке, так что не провоцируй меня. Не думаю, что ты можешь делать всё, что захочешь, только потому, что Цзи Цинюань тебя защитит. У семьи Цзи Цинюаня есть деньги, но у моей семьи тоже есть деньги. У Су Маньюй манеры были прямо как у богатого отпрыска. Линь Цяньцянь была так разгневана словами Су Маньюй, что всё её тело трясло. Чего и стоило ожидать от по-настоящему злобной второстепенной главной женщины. - Да кому нужны твои деньги?! Кому нужны твои вонючие деньги?! Линь Цяньцянь так сильно схватилась за подлокотники своего инвалидного кресла, что у неё пальцы побелели. Су Маньюй равнодушно пожала плечами. - Дело твоё. Думаешь, что деньги моей семьи просто упали с неба? Да мне просто надо было отдать их Чжуан Юйтун. Я бы лучше потратила их на покупку какой-нибудь одежды для Чжуан Юйтун. Нин Шу: Если вы, девчата, хотите разговаривать, то разговаривайте. Чего меня-то втягивать? Она была лишь прохожим наблюдателем. Линь Цяньцянь глянула на Нин Шу и ухмыльнулась. - Собака знает лишь как служить. Нин Шу: … - Ого, ты настолько ранена, но тебе всё ещё есть дело до того, собака я или нет? Вот уж у тебя явно много свободного времени, - спокойно сказала Нин Шу. Провоцировать главную женщину было так здорово. ---------- Из-за Злорадства Су Маньюй и Линь Цяньцянь начали драться. Когда Цзи Цинюань пришёл навестить свою девушку, он увидел, что цвет лица Линь Цяньцянь стал хуже, и увидел, насколько разъярёнными были Су Маньюй и Нин Шу, он понял, что его девушка снова страдала. Цзи Цинюань хотел, чтобы Линь Цяньцянь съехала. Он не мог понять, почему она заставляет себя оставаться в этом общежитии, но Линь Цяньцянь была в этом непреклонна. Цзи Цинюань совсем не мог понять. Ему казалось, что в этом нет смысла. Линь Цяньцянь сказала: - Если я и уйду, то я хочу пойти к тебе домой и остаться рядом со жрецом. На лице Цзи Цинюаня появилось замешательство. Когда Линь Цяньцянь увидела это, её выражение лица омрачилось, а сама она насмешливо сказала: - Я так и знала, что так будет. - Цзи Цинюань, неужели ты не любишь Линь Цяньцянь? В чём проблема привести её к себе домой? Су Маньюй тут же начала подливать масла в огонь. Цвет лица Линь Цяньцянь стал ещё хуже, когда она услышала, что сказала Су Маньюй. Её лицо было полно унылости, которая не проходила из-за всего того, что недавно произошло. Она стала такой худой, что у неё начали торчать кости. Она больше уже не была такой живой и милой, как когда-то. - Су Маньюй, ты что, умрёшь, если будешь меньше говорить? – закричал Цзи Цинюань. Нин Шу сказала Су Маньюй: - Пойдём кушать. Су Маньюй презрительно поджала губы и вышла вместе с Нин Шу. Нин Шу спросила: - У тебя всё ещё остались чувства к Цзи Цинюаню? Почему ты пытаешься разрушить их отношения? Не лезь ты к ним больше. - Тьфу! Эта мадам его больше не любит. Он может делать что хочет. Хоть любить, хоть ненавидеть Линь Цяньцянь. Когда я вижу, как они делают друг другу больно, у меня прям радость на сердце, - мрачно сказала Су Маньюй. Нин Шу: … Она поистине была злобной второстепенной главной женщиной. Она не могла видеть, когда главный мужчина и главная женщина счастливы вместе. Когда Нин Шу и Су Маньюй поели, они вернулись в общежитие. Линь Цяньцянь всё ещё была там, но Цзи Цинюань уже ушёл. Глаза Линь Цяньцянь были красными. Она плакала, но когда увидела, как они входят, то поспешно вытерла свои слёзы. Су Маньюй холодно хмыкнула и проигнорировала её. Нин Шу поняла, что её духовная жемчужина была настоящим сокровищем. Она и Су Маньюй, девушки, которые должны были умереть, всё ещё были живы. И из-за того, что они не умерли, история едва двигалась. Изначально всё было так, что Чжан Юйянь умерла, Су Маньюй впала в кому, а Чжуан Юйтун упала в искусственное озеро, только тогда даосский жрец пришёл, чтобы изгнать призрака. Однако теперь призрак доставала главную женщину, отчего её удача резко снизилась. В изначальной истории главная женщина пострадала совсем чуть-чуть. Только благодаря духовной жемчужине история изменилась и теперь главная женщина страдала больше всех. Нин Шу ничего не чувствовала по этому поводу. В изначальной истории, три человека погибли. Погасли жизни трёх живых людей, причём в самое лучшее время их юности. По крайней мере, Линь Цяньцянь всё ещё была жива. По крайней мере, она всё ещё могла чувствовать боль и всё ещё могла дышать. На столе перед Линь Цяньцянь лежал завтрак, но она его не коснулась. Нин Шу не могла понять, чего Линь Цяньцянь так хандрит. Хорошо кушать и следить за тем, чтобы тело было здоровым – это важнее всего остального. К тому же, так как в теле Линь Цяньцянь была энергия инь, её иммунная система уже отказывала. Если она не станет есть, то тем самым проявит своё полное презрение к жизни. Линь Цяньцянь глянула на Нин Шу, а потом замешкалась на мгновение, прежде чем спросить: - Чжуан Юйтун, можешь дать мне немного того лекарства, что вы двое пьёте? Нин Шу посмотрела на неё. Линь Цяньцянь невольно закуталась в свой ватник ещё плотнее и закусила бледные губы, после чего спросила: - У тебя больше нет? Нин Шу кивнула. - У меня есть. Я сделаю для тебя. Су Маньюй поджала губы, но ничего не сказала. Нин Шу дала лекарство Линь Цяньцянь и та медленно его выпила. ---------- Линь Цяньцянь, Одержимая х??? Тем временем, Цзи Цинюань не мог вынести того, чтобы его девушка ещё больше страдала, поэтому он вернулся домой, чтобы умолять даосского жреца. Наконец, жрец согласился изгнать призрака. Цзи Цинюань был очень недоволен этим высокомерным старым жрецом. Если он собирается изгнать призрака, то ему нужно просто пойти и сделать это. Чего он такой высокомерный-то? Семья Цзи относится к нему, как к почётному гостю и разместила его самым лучшим образом, но жрец всё равно относился к ним с презрением. Однако, поскольку Цзи Цинюаню так нужна была помощь жреца, ему пришлось подавить своё неудовлетворение. Несколько дней в общежитии было тихо. Призрак не появлялась и не беспокоила Линь Цяньцянь, поэтому Линь Цяньцянь смогла несколько дней спокойно выспаться и выглядела немного лучше. Однако Нин Шу чувствовал себя очень беспокойно, и её ладошка потела, когда она сжимала духовную жемчужину. Ей казалось, что это затишье перед бурей. Снаружи общежития была полнейшая темнота. Даже порыва ветра не было, и вокруг было аномально тихо. Это была практически мёртвая тишина. Чувство беспокойства Нин Шу стало только сильнее, и она толкнула Су Маньюй. - Проснись. - Что такое? – спросила Су Маньюй очень сонным голосом. – Уже так поздно. Спи. Нин Шу прошептала ей: - У меня дурное предчувствие. Не спи пока. - Ладно. Су Маньюй зевнула. Вокруг словно стало ещё темнее и чернильнее. Нин Шу вытянула руку, но не смогла даже увидеть своих пальцев. Когда она посмотрела в сторону окна, то не увидела снаружи никакого света. Она с беспокойством стиснула в руке духовную жемчужину. В этой темноте ей было трудно дышать. Су Маньюй с болью сказала: - Юйтун, я не могу дышать. - Я тоже. Что происходит? Нин Шу чувствовала, что призрак приближается, но это была лишь интуиция. Она ничего не чувствовала. Неужели призрак пытается просто задушить их? Скрип. Со стороны кровати Линь Цяньцянь послышалось движение. Этот звук был аномально подозрительным в мёртвой тишине комнаты. После этого послышались тяжёлые шаги. Линь Цяньцянь встала, но в её нынешнем состоянии она не могла вообще вставать. А ещё она даже не пискнула от боли. Охренеть, Линь Цяньцянь снова одержима призраком. Должно быть, у призрака просто какая-то зависимость от Линь Цяньцянь, потому что она постоянно вселяется в неё. Нин Шу нащупала фонарик, лежащий возле её подушки, включила его и направила в сторону двери. Она сделала это как раз вовремя, чтобы увидеть, как Линь Цяньцянь выходит. Нин Шу толкнула Су Маньюй и закричала: - Линь Цяньцянь снова одержима. Нин Шу поспешно спрыгнула с постели и погналась за Линь Цяньцянь. Су Маньюй тут же закричала: - Чжуан Юйтун, подожди меня! Я ничего не вижу! Су Маньюй быстро слезла по лестнице и погналась за Нин Шу. Нин Шу бежала очень быстро, но ей пришлось добежать до самого входа в общежитие, прежде чем она догнала Линь Цяньцянь. Линь Цяньцянь обернулась и холодно посмотрела на неё, после чего протянула руку и оторвала замок, висящий на металлической калитке в общежитие. Калитка со скрипом открылась, и Линь Цяньцянь вышла. Нин Шу подбежала и схватила её, но её тут же стряхнули. Нин Шу поспешно использовала свою внутреннюю энергию, чтобы стабилизировать своё тело. Её выражение лица стало серьёзным. Похоже, что эта призрак снова стала ещё сильнее. - Чжуан Юйтун, Юйтун! Су Маньюй наконец-то догнала их и встала рядом с Нин Шу, тяжело дыша. Она посмотрела на Линь Цяньцянь, которая была покрыта чёрной аурой. Злобный взгляд Линь Цяньцянь заставил Су Маньюй содрогнуться, и она поспешно отвела свой взгляд. - Будете меня преследовать, и я вас убью! Голос Линь Цяньцянь был очень хриплым и резким. От его звука было больно почти так же, как от скрипа гвоздями по классной доске. ---------- Линь Цяньцянь Улетела На лице Линь Цяньцянь было зловещее выражение, а когда она говорила, это звучало так, словно у неё горло раздавлено. Линь Цяньцянь холодно посмотрела Нин Шу. Она, похоже, немного боялась, потому что сделала шаг, а потом остановилась. Су Маньюй была напугана и спряталась за спиной Нин Шу. Нин Шу чувствовала, как дрожит духовная жемчужина у неё в руке. Она, похоже, была рада тому факту, что этот дух был очень силён. Линь Цяньцянь очень боялась духовной жемчужины в руке Нин Шу. Она холодно хмыкнула, и поднялся сильный холодный ветер. Она резко подняла ногу и пнула уличный фонарь, отчего гипс разбился. - … Должно быть это больно. После того, как Линь Цяньцянь сломала гипс, она взлетела и исчезла в мгновение ока. - Она улетела? Она полетела? – глаза Су Маньюй округлились от изумления. – Я всё правильно увидела? Ты умеешь летать, когда одержима? Су Маньюй похлопала себя по груди. - Но это же хорошо, что она ушла. Чёрт, как же она меня напугала. - Чжуан Юйтун, мне показалось, что призрак очень тебя боится. Как же так? – спросила Су Маньюй. Нин Шу не ответила ей и лишь нахмурилась. Куда отправилась призрак? - Ты знаешь, где дом Цзи Цинюаня? Нин Шу почувствовала, что Линь Цяньцянь, вероятно, отправилась на поиски Цзи Цинюаня. Су Маньюй кивнула. - Я знаю. Но зачем? Что мы будем делать посреди ночи? Нин Шу потянула Су Маньюй за собой и начала идти. - Мы отправляемся к дому Цзи Цинюаня. Линь Цяньцянь отправилась на его поиски. - Ни за что. Я не пойду. Я не собираюсь искать себе такой опасной ситуации. Су Маньюй сопротивлялась, но Нин Шу всё равно потащила её за собой. - Какого хрена? Чжуан Юйтун, ты что? Супервумен? К тому времени, когда они добрались до дома Цзи Цинюаня, две стороны уже начали сражаться. Против Линь Цяньцянь сражался человек в даосских одеждах. Его волосы были зачёсаны назад на манер древней эпохи, а в руке он держал метёлку из конского хвоста, как и должно традиционному даосскому жрецу. Цзи Цинюань стоял рядом с мужчиной, который выглядел очень холодно. Этот мужчина был очень похож на Цзи Цинюаня, а значит он, вероятно, был папой Цзи Цинюаня. Он стоял у входа в виллу и с отвращением смотрел на Линь Цяньцянь. Тем временем, лицо Цзи Цинюаня было полно беспокойства и отчаяния. Его взгляд был сфокусирован на ноге Линь Цяньцянь. Гипс уже был сломан. Её кости тоже были сломаны, поэтому действия призрака только ухудшали всю ситуацию. С ногой Линь Цяньцянь уже было покончено. - Чванливый старик, уйди прочь! – кричала Линь Цяньцянь. Каждый раз, когда призрак волновалась, чёрный дым вокруг неё только становился плотнее. Линь Цяньцянь выглядела так, словно она вся была охвачена чёрным дымом, её лицо было едва видно. - Ты – злое создание. Этот старый жрец уничтожит твою душу сегодня! Выражение лица даосского жреца не изменилось. Он спокойно достал талисман и зажал его между пальцев. Когда он прочитал заклинание, талисман вспыхнул золотым светом и полетел в сторону Линь Цяньцянь. Линь Цяньцянь увернулась от талисмана, и чёрный дым вокруг неё стал ещё гуще. В этом дыму можно было смутно разглядеть лица агонизирующих духов, которые заблокировали её от золотого света талисмана. Но те духи, которые вошли в контакт с золотым светом, тут же исчезли. Нин Шу заметила душу Чжан Юйянь, пойманную в чёрном дыме, но она исчезла, с выражением агонии на лице, изгнанная золотым светом. Вероятно, эти духи были теми душами, которые поглотила призрак. Эта призрак была поистине безжалостной. Она не отпустила Чжан Юйянь даже после того, как Чжан Юйянь умерла. Чжуан Юйтун могла считать себя везучей, раз она смогла избежать этой судьбы в изначальной истории и поэтому смогла попросить о контратаке. ---------- Второстепенная Главная Женщина из Другой Любовной Истории - Злое создание, ты даже посмела поглотить так много потерянных душ! Если бы этот старый жрец не пришёл, чтобы изгнать тебя, то ты бы стала причиной великого бедствия! Даосский жрец уже немного разозлился. Он изобразил руками другой знак, и талисман взорвался мощным золотым светом. Когда он засиял на Линь Цяньцянь, чёрный дым и души, которые в нём содержались, быстро рассеялись. - ААааргх… - в гневе закричала Линь Цяньцянь, отчего взрывная волна разметала камни и землю. Голос Линь Цяньцянь был полон горечи. - Старый жрец, ты почти уничтожил меня десять лет назад. Сегодня я заставлю тебя умереть за это! - Поскольку всё живое заслуживает шанса на раскаяние, тогда я пожалел твою душу, чтобы ты могла реинкарнировать, но ты совсем не изменилась и продолжила свои злые действия! Сегодня этот старый жрец клянётся разобраться с тобой! Этот старый жрец больше не станет тебя щадить. После этих слов он начал зачитывать очередное заклинание. Линь Цяньцянь была в ярости. Она не обратила внимания на талисман, который был на ней, и тяжёлой походкой направилась к Цзи Цинюаню. Она гневно уставилась на него и вытянула руки с острыми ногтями, чтобы вырвать его сердце. Отец Цзи Цинюаня стал перед ним, чтобы прикрыть своего сына. Выражение лица Линь Цяньцянь стало ещё более зловещим, когда она увидела это, и она поспешила замедлиться. Но всё равно оказалась ранена золотым светом, исходящим от отца Цзи Цинюаня, и закричала. - Блять, дядя Цзи оказывается такой офигенный? – воскликнула Су Маньюй. Нин Шу была уверена, что это всё было благодаря какому-нибудь защитному талисману. - Цзи Циньянь, умри! Умри! Я утащу тебя в ад! Цзи Циньянь! Цзи Циньянь! Призрак огрызнулась на отца Цзи Цинюаня. Выражение лица Цзи Циньяня было безразличным, а его взгляд был полон презрения, когда он посмотрел на Линь Цяньцянь. - Да кем ты себя возомнила, раз посмела навредить моему сыну? Кровавые слёзы потекли из глаз Линь Цяньцянь. Её взгляд был полон обиды и боли. - Как ты можешь ко мне так относиться? - А почему мне нельзя? Кем ты себя возомнила? Выражение лица Цзи Циньяня было ничуть не обеспокоенным, словно призрак, что стояла перед ним, была просто муравьём. Су Маньюй подняла брови. - Так этот призрак знает дядю Цзи? - У них явно было какое-то прошлое. Нин Шу почувствовала, что люди из их общежития были просто сопутствующим ущербом. Вы только взгляните на папу главного мужчины. Призрак уже показалась на его пороге, но словно был в какой-то потрясающей сияющей броне и равнодушно выражал своё презрение призраку. Но впрочем, призрак всё равно вела себя перед ним как обиженная маленькая девочка. Она была злой из-за того, что не желала принимать свою судьбу, и её взгляд был полон обиды и затаённых чувств. Когда есть такие персонажи мужчины и женщины, не нужно долго гадать, чтобы понять, что произошло. Нин Шу внезапно почувствовала, как всё бессмысленно. Это была очередная любовная история. Нин Шу сказала Су Маньюй: - Готова поспорить, что эта призрак любит твоего дядю Цзи, но твой дядя Цзи не любит её. Вероятно, она была второстепенной главной женщиной из другой любовной истории. Су Маньюй глянула на неё. - Вообще-то я не слепая. Призрак, вероятно, сошла с ума из-за поведения Цзи Циньяня, потому что она начала неистово кричать, пока её не стошнило кровью. Когда Цзи Цинюань увидел, что Линь Цяньцянь тошнит кровью, он обеспокоенно закричал: - Цяньцянь! Цзи Циньянь не дал Цзи Цинюаню подбежать к ней и спокойно сказал: - Она сейчас одержима. Ты что, хочешь подойти к ней и умереть? - Отец, но как же Цяньцянь! Её тело этого не выдержит! Лицо Цзи Цинюаня было полно боли, но Цзи Циньянь остался равнодушным, даже когда стоял перед своим собственным сыном. ---------- Поклонница-Призрак Нин Шу показалось, что этот Цзи Циньянь был просто бессердечным. Это его холодное безразличие словно шло из глубины души. Он не проявлял эмоций, даже когда стоял перед своим собственным сыном. - Цзи Циньянь, Цзи Циньянь… Линь Цяньцянь продолжала выкрикивать его имя почти как проклятие. От этого звука в сердце холодело. Су Маньюй крепко обняла руку Нин Шу и сказала: - Чжуан Юйтун, мне так страшно. Нин Шу: … И что с того? Следы кровавых слёз на лице Линь Цяньцянь были невероятно пугающими в лунном свете. Она постоянно безумно накидывалась на Цзи Циньяня, но ранилась об окружающий его золотой свет, отчего чёрный дым вокруг неё становился всё более слабым. Но она всё равно продолжала бросаться на Цзи Циньяня, словно пыталась покончить жизнь самоубийством. В неё попал ещё один талисман, и она с криком упала на землю. Теперь чёрный дым совсем рассеялся. Линь Цяньцянь рыдала кровавыми слезами, глядя на Цзи Циньяня. - Цзи Циньянь, я тебя так любила. Я так сильно тебя любила! Ради тебя я готова была на всё! Но даже после моей смерти, ты всё равно не хочешь даже смотреть на меня. Продолжая рыдать, Линь Цяньцянь постоянно тошнило чёрной кровью. Цзи Цинюань был так обеспокоен, что готов был расплакаться, но он не мог подойти к ней, так как его отец блокировал ему путь. Жрец изобразил руками ещё один знак, и талисман, который прилип к телу Линь Цяньцянь, начал светиться ярче, отчего она закричала от боли. Нин Шу и Су Маньюй прикрыли уши от этого крика. Когда Цзи Цинюань увидел, что его девушка страдает, он начал умолять жреца: - Даосский жрец, пожалуйста, спаси Цяньцянь. Жрец продолжил читать заклинание, и густой чёрный дым вылетел из тела Линь Цяньцянь. После того, как он полностью покинул тело Линь Цяньцянь, Линь Цяньцянь без сознания упала на землю. - Цяньцянь! Цяньцянь! Цзи Цинюань подбежал, чтобы обнять Линь Цяньцянь, но её тело было ледяным, словно она была уже на грани смерти. - Цзи Циньянь, я тебя умоляю, пожалуйста, взгляни на меня. Прошу, взгляни на меня хоть раз. Я так сильно тебя люблю. Ради тебя, я была готова умереть. Почему ты не можешь принять меня? Что такого хорошего было в ней? – призрак умоляла Цзи Циньяня. Её голос уже больше не казался мрачным и зловещим, а стал чистым и нежным, как у обычной женщины. - Почему? Неужели ты не можешь просто посмотреть на меня? Я тебя люблю. Я очень тебя люблю. Выражение лица Цзи Циньяня было холодным и без единого следа эмоций. Он даже не глазом не моргнул в ответ на эти слова. Нин Шу никогда раньше не видела такого холодного человека. Она сказала Су Маньюй: - Цзи Цинюань совсем не похож на своего отца, да? Я говорю про характер. Его папа такой холодный. Су Маньюй ответила: - Он такой с тех пор, как умерла мать Цзи Цинюаня. Я слышала, что он не смог смириться с тем фактом, что его жена умерла, поэтому всегда такой безразличный по отношению к собственному сыну. Тётя умерла от потери крови после того, как родила. Значит, она умерла от родов. Видимо он очень сильно любил свою жену, поэтому не мог заботиться о сыне, из-за которого его жена покинула этот мир. Тц, тц, какой страстный мужчина. Вот если бы в его жизни была женщина… ох, погодите, есть же призрак, которая была такой обидчивой и так сильно его любила, он всё равно ничего не чувствовал к ней. Люди, которые влюбляются в подобных людей просто жалкие. Они не посмотрят на вас ни разу, потому что вся их любовь отдана одному лишь человеку. Мать Цзи Цинюаня, должно быть, был благословлена, раз у неё был мужчина, который так помнит и любит её, и больше ни на кого даже не взглянет. Даосский жрец снова попал по призраку, и она была уже на грани полного исчезновения. Чёрная аура вокруг неё рассеялась и стали видны её истинные черты лица. На ней было платье, демонстрирующее её красивую фигуру, а волосы у неё были как шёлковые. Было очевидно, что она красавица, несмотря на то, что девушки могли видеть её только со спины. - Цзи Циньянь, я люблю тебя. Ради тебя, я готова на всё, что угодно, - призрак бросилась в сторону Цзи Циньяня. – Даже если я должна умереть, я хочу умереть в твоих руках. ---------- Ледяной Мужчина Цзи Циньянь холодно обернулся. - Какое ты имеешь право умирать в моих руках? Призрак была повержена атакой жреца и её душа начала растворяться. Её голос был полон обиды. - Цзи Циньянь! Цзи Циньянь! Даже сейчас я не могу обидеть тебя. Не могу, не могу… Голос призрака постепенно исчез, пока всё не стало тихо. Цзи Цинюань уже собирался отнести Линь Цяньцянь в больницу, когда Цзи Циньянь сказал: - Семейный доктор внутри. Заходи. Цзи Цинюань забежал в коридор с Линь Цяньцянь и со слезами на глазах. Жрец разгладил свою бороду и сказал: - Ты задолжал этому призраку брачную судьбу, но она совершила так много зла, что это считается за карму. После этого жрец посмотрел в ту сторону, где прятались Нин Шу и Су Маньюй. - Люди, что прячутся там, подойдите сюда. Нин Шу была очень рада, что задание наконец-то закончилось. Она выжила, а призрак была изгнана. Су Маньюй схватилась за руку Нин Шу. - Чжуан Юйтун, помоги мне. У меня ноги онемели. Безнадёжная девушка. Нин Шу потянула за собой Су Маньюй и они пошли вперёд. - Дядя Цзи, это я, - сказала Су Маньюй. Цзи Циньянь глянул на неё. - Малышка Су. После этого он небрежно глянул на Нин Шу, после этого он снова посмотрел на неё и даже сделал шаг в её сторону, после чего остановился. Нин Шу почувствовала холодок, когда он посмотрел на неё. Словно у неё кровь начала застывать. Это было впервые, когда она видела такого холодного и безразличного человека. Словно в мире не было ничего, что имело бы для него значение. Даже божественный доктор не был таким безразличным. Божественный доктор лишь подавлял свои эмоции из-за проблем с сердцем. Однако у этого Цзи Циньяня словно совсем не было никаких эмоций. Он был сплошным холодом. - А это кто? – спросил Цзи Циньянь у Су Манью, глядя на Нин Шу. Су Маньюй сказала: - Это моя одноклассница. Мы подруги и живём в одном общежитии, её зовут Чжуан Юйтун. - Чжуан Юйтун? Цзи Циньянь словно обдумывал это имя, медленно произнося губами каждый слог. По какой-то причине Нин Шу почувствовала, что у неё волосы встают дыбом. Цзи Циньянь отвернулся от Нин Шу и сказал: - Раз уже поздно, то заходите и выпейте воды. - Ладно. Мои ноги всё ещё такие слабые, что я едва могу ходить. Су Маньюй тут же согласилась. Нин Шу хотела отказаться, но раз Су Маньюй уже приняла приглашение, она не могла отказаться. Су Маньюй хотела войти внутрь и увидеть Линь Цяньцянь в её разбитом состоянии. Так как призрак уже была изгнана, Су Маньюй внезапно почувствовала, что этот мир прекрасен. Нин Шу последовала за ними в главный зал, который был очень роскошным. Она не поднимала головы и села на диван, тихо слушая, как Су Маньюй рассказывает Цзи Циньяню обо всём, что произошло в общежитии с призраком. Однако Нин Шу продолжала ощущать на себе взгляд Цзи Циньяня, и невольно нервничала. Она не знала этого человека и изначальный хост приехала из деревни, поэтому она тоже не знала этого дурацкого богача. ---------- Моя Жемчужина… Цзи Циньянь подтолкнул изысканную фарфоровую чашку в сторону Нин Шу. - Мисс Чжуан, пожалуйста, отведайте чаю. Когда его тело слегка наклонилось к ней, Нин Шу почувствовала ещё более сильное угнетающее чувство с его стороны. Она склонила голову и сказала: - Спасибо. Даосский жрец спросил: - Раз вы, ребята, подвергались нападкам призрака, почему вы обе в порядке? И, к тому же, не похоже, чтобы вы были сильно подвержены влиянию энергии инь? Нин Шу не хотела раскрывать существование духовной жемчужины, поэтому она ничего не сказала. Су Маньюй сказала: - Юйтун съездила домой и нашла шамана. Шаман дала ей лекарство, которое рассеивает энергию инь, и мы очень много его пили. Жрец погладил свою бороду. - Вот, значит, как. Но у вас должно быть ещё что-нибудь для защиты. А иначе бы вы, ребята, не были такими расслабленными. Жрец посмотрел на Нин Шу, поэтому она ответила: - Бабуля дала мне защитный талисман. Жрец погладил свою бороду и больше ничего не сказал. Цзи Циньянь спросил у Нин Шу: - Тогда, мисс Чжуан, есть ли у вас ещё это лекарство? Я хочу дать его той девушке наверху. Это девушка, которая нравится Цзи Цинюаню. Су Маньюй безрадостно поджала губы, но Нин Шу кивнула. - Ладно. Губы Цзи Циньяня изогнулись вверх. Снаружи было темно, поэтому она не могла тогда отчётливо разглядеть его черты лица, но теперь она увидела, что у него был очень утончённый вид. Хоть он и был отцом Цзи Цинюаня, он выглядел лет на тридцать и обладал очень импозантной внешностью. Это был невероятно красивый мужчина. Неудивительно, что призрак так сильно его любила. Этой его слабой улыбки было достаточно, чтобы перевернуть город. - Тогда я попрошу мисс Чжуан доставить завтра это лекарство, - сказал Цзи Циньянь, глянув на неё. Нин Шу ответила: - Ага. Наверное мы вас уже совсем утомили, так что мы пойдём уже. - Незачем спешить. И так уже довольно поздно. Подождите до утра, а потом идите, - сказал Цзи Циньянь. Нин Шу: … Но я же вас не знаю. - Раз ты подруга малышки Су, то не нужно быть такой вежливой. Двум девушкам небезопасно ходить по улице ночью. Цзи Циньянь взял чайную кружку с мраморного кофейного столика и сделал глоток. - В этом нет необходимости. Нин Шу потянула за собой Су Маньюй и ушла. Она чувствовала себя так, словно ей в спину впился пристальный взгляд сталкера. Что вообще происходит? Нин Шу вздохнула с облегчением, когда они наконец-то выбрались из виллы. Су Маньюй радостно сказала: - Призрака наконец-то нет! Хаа, наконец-то мы можем снова жить спокойно! Нин Шу слабо улыбнулась ей и расслабилась. Хаа, наконец-то она могла покинуть этот мир! На улице всё ещё было темно, когда они вернулись в общежитие, поэтому они снова легли спать. После пробуждения Нин Шу, в итоге, поняла, что духовная жемчужина исчезла. Она перерыла свои вещи, но не смогла её найти. Ей захотелось перевернуть всю комнату. Неужели она обронила её по пути назад? Или её забрал жрец? Блять! Где её жемчужина? T-T - Чжуан Юйтун, что ты ищешь? Су Маньюй заметила на лице Нин Шу выражение гнева и агонии. - Да ничего такого. Я потеряла пару обуви. Нин Шу чувствовала такую душевную боль, что её голос стал пронзительным. - Ну и чёрт с ними! Это же всего лишь пара обуви? Я дам тебе пару. Этого будет достаточно, чтобы ты могла купить себе сто пар, - сказала Су Маньюй, презрительно взмахивая рукой. - Динь. Задание завершено, покидаем мир задания, - внезапно прозвучал голос 2333. Чжуан Юйтун тут же упала на пол. Тем временем, Нин Шу всё ещё кричала: - Моя жемчужина, моя жемчужина… Она всё ещё вопила, даже когда вернулась в системное пространство, поэтому оно наполнилось звуками её криков. ---------- Добавь Немного Харизмы - Ах, да. Я же убрал жемчужину подальше от тебя. Ты сейчас в своей духовной форме, так что тебе нельзя приближаться к ней, а иначе она поглотит твою душу. - Ох. Так чего же ты мне не сказал об этом заранее? Я думала, что потеряла её, и у меня сердце кровью обливалось! – раздражённо сказала Нин Шу. 2333 огрызнулся в ответ, чувствуя себя обиженным. - Разве я не говорил тебе, что сохраню духовную жемчужину, когда ты вернёшься в системное пространство? - А чего ты мне не сказал, что сохраняешь её? Нин Шу была очень раздражена. Этот 2333 был настоящим идиотом. Он всегда был таким ненадёжным. Вот почему он так сильно отличался от обычного и предсказуемого компьютера? Система 2333 решил сменить тему. - Посмотри сколько очков опыта ты получила в этот раз. Перед Нин Шу появилась панель её характеристик. Опыт: 50000 (+30000) Душа: 200 Жизнь: 50 Интеллект: 85 Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 10 Способность: 26 Заслуги: 2 (+3) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны Степень Завершения Задания: 100% Получено Очков Атрибутов: 10 В этот раз она получила тридцать тысяч очков опыта. Это было не много, но она получила ещё десять очков атрибутов и три дополнительных очка заслуг, хоть она и не знала, для чего используются очки заслуг. Она добавила очки атрибутов в удачу и боевые искусства. Панель характеристик отобразила изменения. Номер: 2333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 50000 (+30000) Душа: 200 Жизнь: 50 Интеллект: 85 Харизма: 3 Удача: 34 (+3) Воля: 120 Боевые искусства: 10 (+7) Способность: 26 Заслуги: 2 (+3) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны Нин Шу обнаружила, что боевые искусства были очень важны. В этом задании, если бы у неё не было таких острых рефлексов, то она бы умерла от рук призрака и не заполучила такое сокровище, как духовная жемчужина. - Нин Шу, добавь немного очков атрибутов в харизму, - сказал 2333. – Ты всё время добавляешь очки атрибутов в боевые искусства. Неужели ты действительно хочешь стать женщиной Халком? Нин Шу не имела ничего против. - А что плохого в том, чтобы иметь сильные боевые искусства? Мне кажется это очень хорошо. - Лучше иметь больше харизмы. Если у тебя будет больше харизмы, то всё будет гораздо проще. У людей будет более естественное хорошее впечатление о тебе, так что это тоже поможет тебе в выполнении заданий, - уговаривал её 2333. Нин Шу спокойно сказала: - Будет лучше полагаться только на себя. Я же не собираюсь ходить на свидания, так зачем мне нужна харизма? Она понимала, что она не может оставаться в мире задания надолго. А как только она уйдёт – изначальный хост вернётся в своё тело и начнёт новую жизнь. Внезапно, она спросила: - Неужели я так и буду постоянно проходить один мир за другим, контратакуя людей всех сортов? Если жизнь всегда будет такой, то это немного утомительно. 2333 замолчал на некоторое время, а потом сказал: - Ты должна отдохнуть. Твоя душа немного истрепалась. Всё, что ты делаешь – имеет много значения. Ты не только помогаешь изменять их судьбы, но ты также помогаешь стабилизировать миры, а сама получаешь вечную жизнь. И хотя такая вечная жизнь немного утомительная, и хотя твоё время, проведённое в мирах задания, короткое, ты никогда не исчезнешь, если только не провалишь своё задание и тебя не зачистят. Возможно, однажды ты станешь достаточно сильной, чтобы освободиться от всего этого. И тогда ты получишь свою свободу, - утешил Нин Шу 2333. – То, чего ты хочешь – это то же самое, что и те люди, что просят об контратаке. Ты просто хочешь жить и изменить свою судьбу. Нин Шу тяжело вздохнула, словно пыталась прогнать все те мрачные ощущения. #комментарий анлейта: У меня такое ощущение, что автор немного напутала с характеристиками? Те 20 очков атрибутов с прошлого мира не были добавлены, но, возможно, так и задумано. А ещё я получила информацию, что автор на самом деле девушка… Но я всё равно не уверена на 100%... И ещё, оглядываясь назад, у 2333 была совсем другая личность, по сравнению с будущей. Такое ощущение, словно автор полностью изменила направление истории, но мне нравится будущее направление, как раз в моём вкусе! :3 ---------- Маленький Молочный Пирожок 2333 очень напугал Нин Шу словами и том, что её душа развалится на части. Некоторые игроки, которые выполняли слишком много заданий подряд, гибли от психологического напряжения и просто исчезали. Получателям заданий нужно было не только выполнять их задания. Но им нужно было постоянно регулировать свои убеждения. Если они не могут принять эту жизнь, то им никто не поможет. Некоторые получатели заданий становились помешанными на убийствах, а другие сходили с ума и начинали специально создавать всевозможные проблемы в мире задания, пока мир не разрушится. Нин Шу почувствовала, что ведёт себя неразумно. Она была той, кто уже должна быть мертва, поэтому получить такой шанс – это словно пирог, упавший с неба. Ей лишь нужно было придерживаться своих изначальных убеждений, и тогда не будет ничего, что она не сможет преодолеть. Она села на пол, чтобы помедитировать и впитать субстанцию этого пространства. Как и сказал 2333, в какой-то мере, у неё теперь вечная жизнь, даже несмотря на то, что она существует в качестве души и исчезнет, если провалит своё задание. Однако, даже если сущность по имени Нин Шу сейчас умрёт, у неё всё равно не было никаких сожалений. - Нин Шу, ты в порядке? – спросил 2333. Нин Шу открыла глаза. Когда она услышала слова 2333, у неё стало теплее на сердце. - Я в норме. У меня всё хорошо. - Фух, вот и славно. Я уж думал о том, что меня сейчас выкинут обратно в центр переработки. Я так перепугался, - с облегчением сказал 2333. – Это хорошо, что ты в порядке. Нин Шу: … Она закрыла глаза и проигнорировала его, продолжая поглощать субстанцию этого пространства. Она хотела как можно больше усилить свою душу. Спустя некоторое время, она снова открыла глаза, чувствуя себя расслабленной. - Давай начнём задание. - Ладно! После того, как 2333 сказал это, Нин Шу резко почувствовала головокружение, но оно продлилось недолго. Её душа теперь была сильнее, поэтому она почувствовала, как её душа входит в тело. После небольшой подстройки, она услышала, как рядом с ней плачет ребёнок. Он всё вопил "матушка-императрица, матушка-императрица!" Рядом был кто-то ещё, пытаясь утешить этого ребёнка, но ребёнок всё равно очень сильно плакал. Нин Шу заставила себя открыть тяжёлые веки. Когда она огляделась, она увидела пухлого малыша, плачущего возле постели. - Императрица очнулась! Ваше Высочество! – радостно воскликнула дворцовая служанка. - Матушка-Императрица! Матушка-Императрица! Маленький молочный пирожок схватил Нин Шу за руку и посмотрела на неё глазами полными слёз. Этот взгляд мог растопить человеческое сердце до состояния лужи. Нин Шу утешила его. - Матушка-Императрица в порядке, не плачь. Она хотела встать, но её тело ощущалось очень тяжёлым. Ей было трудно дышать, и она почувствовала слабую боль в груди. Вероятно, это было из-за сдерживаемого чувства разочарования. Так или иначе, но Нин Шу некоторое время изучала медицину с божественным доктором. Эти симптомы, если говорить простыми терминами, были результатом того, что хост была слишком злой слишком долго. - Помоги мне… Помоги этой императрице подняться, - слабо сказала Нин Шу дворцовой служанке. - Матушка-Императрица, этот покорный сын поможет вам. Молочный Пирожок был маленьким мальчиком лет пяти. Его лицо всё ещё было мокрым от слёз. Когда он схватил Нин Шу за руку и напрягся изо всех сил. Он так сильно старался, что у него лицо стало красным. В сердце Нин Шу поднялось нежное и тёплое чувство. Вероятно, это была рефлекторная реакция этого тела, но сама она почувствовала себя очень неловко. Какого чёрта она оказалась матерью ребёнка? ---------- Хорошая Императрица Служанка подошла, чтобы помочь Нин Шу подняться. Нин Шу облокотилась об подушки и посмотрела на маленький молочный пирожок. Она постаралась смягчить свой голос и сказала: - Твоя Матушка-Императрица в порядке, не волнуйся. - Матушка-Императрица, этот покорный сын был очень напуган. Этот покорный сын был очень напуган тем, что Матушка-Императрица оставит этого покорного сына. Этот покорный сын больше не будет себя плохо вести и будет старательно учиться, чтобы сделать Матушку-Императрицу счастливой! Маленький молочный пирожок крепко держался на руку Нин Шу. Нин Шу сказала: - Матушка-Императрица в порядке. Матушка-Императрица не покинет тебя. Она собрала каждый грамм терпения, что у неё был, чтобы утешить этого ребёнка. В данный момент у неё кружилась голова и сердце тяжело билось. Здоровье этого тела было очень слабым. Она почувствовала усталость даже от того, что сказала несколько слов. - Иди к себе и умой своё лицо, хорошо? Нин Шу подала знак служанке, чтобы та увела ребёнка. Маленький молочный пирожок пошёл с неохотой и постоянно обеспокоенно оглядывался назад, но всё равно послушно ушёл вместе со своей нянькой. Как только ребёнок ушёл, Нин Шу вытерла холодный пот со лба. Однако от этого простого движения, она снова покрылась потом. - Ваше Императорское Высочество, пришло время принимать ваше лекарство. Служанка принесла чашу с лекарством. Нин Шу взяла чашу и принюхалась к ней. Это было лекарство с укрепляющими свойствами. Там не было яда, но оно всё равно было бесполезно для этого тела. Проблема изначального хоста была в том, что она слишком много переживала из-за всего. - Убери. Эта императрица будет отдыхать, - спокойно сказала Нин Шу. Служанка замешкалась. Она с опаской глянула на Нин Шу, а потом опустила голову и сказала: - Императорский лекарь сказал, что Ваше Императорское Высочество должна принимать это лекарство вовремя. - Эта императрица знает, что делает. Уходи. Голос Нин Шу был раздражённым, поэтому служанка тут же забрала чашу и ушла. После этого Нин Шу легла и приготовилась получать историю. Изначальный хост была императрицей Янь. Её звали Сяо Сяо и её дедушка был главнокомандующим этого государства. Пока принцы сражались за трон, изначальный хост была супругой, которую все принцы хотели похитить. Однако, в итоге, Сяо Сяо выбрала нынешнего императора, Хо Цина, который тогда был четвёртым принцем. Четвёртый принц был очень умным и способным мужчиной. Заручившись поддержкой главнокомандующего, он успешно взошёл на трон, и изначальный хост стала императрицей. Хо Цин был очень сдержанным и обычно вёл себя холодно и отстранённо. Его мало заботили женщины, и он не проявлял никакого интереса к своим женщинам из Внутреннего Дворца. Изначальный хост родила ребёнка только после пяти лет брака с ним. И этим ребёнком был тот молочный пирожок, которого она недавно видела. Его звали Хо Чэнван. Сяо Сяо усердно трудилась для поддержания порядка во Внутреннем Дворце, чтобы Хо Цину не нужно было беспокоиться обо всех его супругах и младших жёнах. Пятнадцатого числа каждого месяца, Хо Цин приходил во дворец, чтобы навестить её, и они иногда кувыркались в постели. Изначальный хост хотела больше детей после рождения Хо Чэнвана, но даже спустя несколько лет она так больше и не забеременела. Наконец, она сдалась и возложила все свои надежды на Хо Чэнвана. Хо Чэнван на данный момент был всего лишь ребёнком, но изначальных хост заставила его начать обучение. Хо Цин тоже относился к Хо Чэнвану, как к своему наследнику. Сяо Сяо была женщиной. Женщиной, которой удалось стать императрицей. Разумеется она понимала, что Хо Цин не любил её и женился на ней только для того, чтобы заручиться поддержкой её дедушки. Однако Хо Цин был высоким и красивым, к тому же он был императором, поэтому Сяо Сяо неизбежно влюбилась в него и старалась быть хорошей женой. Она думала, что они будут жить вместе, пока не постареют, а потом её похоронят в одной могиле с ним, но судьба сделала неожиданный поворот. Всё это началось, когда Хо Цин принёс с охоты золотую лисицу. Эта золотая лисица была очень умной и вела себя почти как человек, поэтому Хо Цин души не чаял в этой лисице. Он постоянно носил с собой эту лисицу, чем бы он ни занимался. Когда он ел, лисица тоже ела окорочка за столом с ним. Они спали вместе и даже вместе мылись. Хо Цин был практически приклеен к этой золотой лисице, не считая тех случаев, когда ему нужно было присутствовать при дворе. Постепенно он перестал приходить во Внутренний Дворец. Даже пятнадцатого числа он больше не навещал дворец императрицы. Несколько месяцев он не навещал ни одну из своих супруг или младших жён. Это было просто неестественно. Хо Цин, мужчина, внезапно потерял интерес к своим основным инстинктам и практически оставил дворец, полный женщин, увядать. Хоть у них и был мужчина, они все были словно вдовы. После того, как все эти женщины пришли к ней в слезах, изначальный хост решила пойти и спросить у Хо Цина, что происходит. ---------- Маленькая Лисица Сяо Сяо подозревала, что Хо Цин прячет у себя женщину. Если не это, то почему же он тогда игнорировал всех женщин в своём Внутреннем Дворце вот уже полгода? Хо Цин был императором, и это вполне естественно, что у него было много женщин. Однако, как глава Внутреннего Дворца она имела право знать, верно? Зачем прятать женщину? Когда Сяо Сяо спросила Хо Цина, почему он так давно не приходил во Внутренний Дворец, он тут же раздражённо ответил, что при дворе произошли проблемы и у него не было времени ходить во Внутренний Дворец. Так как это дело касалось императорского двора, то, как женщина из Внутреннего Дворца, Сяо Сяо не имела права лезть в это или задавать вопросы. Сяо Сяо увидела, что Хо Цин носит маленькую лисицу, и что он глядит на неё с обожанием, но Сяо Сяо не возражала. Всё же, это было всего лишь животное. Она даже не представляла себе, до какой непредсказуемой степени Хо Цин избаловал эту лисицу. Лисица перевернула весь Внутренний Дворец. Если она не разбивала цветочные вазы дворянских супруг, то она рвала красивые одежды леди. А ещё она была прожорливой и всё ела. Она часто пробиралась на кухню, чтобы украсть еды. Короче говоря, она была очень большой хулиганкой. Все супруги и младшие жёны во Внутреннем Дворце были очень злы на неё и прибежали к Сяо Сяо, чтобы пожаловаться, поэтому Сяо Сяо отправилась на поиски Хо Цина, чтобы преподать лисице урок. Внутренний Дворец был в полнейшем беспорядке из-за неё. Однако Хо Цин лишь ласково ткнул в лоб маленькой лисицы, а потом выразил своё недовольство тем фактом, что Сяо Сяо поднимает такую шумиху из-за мелочей и ссорится с животным. Сяо Сяо тогда чуть не потеряла сознание от гнева. После этого лисица снова начала безобразничать, отчего Сяо Сяо так разозлилась, что просто захотела забить лисицу до смерти палкой. Однако она не посмела. Даже если животное устроило бы пожар и спалило весь императорский дворец, Хо Цин ничего бы не сказал. У него была просто безоговорочная привязанность к этой лисице. Лисица, животное, даже наслаждалась тем отношением к ней, которым мог насладиться не каждый человек. Все женщины из Внутреннего Дворца ненавидели эту лисицу, даже Сяо Сяо завидовала ей. Она была так давно замужем за Хо Цином, но Хо Цин всегда относился к ней с таким безразличием. Все эти годы она не могла заполучить ни следа подобного тепла и привязанности с его стороны. Супруги каждый день жаловались Сяо Сяо, плача и подпитывая её ненависть к лисице. Она множество раз пыталась подослать кого-нибудь, чтобы убить лисицу, но все их попытки провалились. После того, как Хо Цин узнал об этом, он был в ярости и хотел сместить её. Если бы не тот факт, что дедушка Сяо Сяо вступился за неё и помешал этому, то Сяо Сяо уже была бы в Холодном Дворце. Однако она потеряла достоинство и статус, которым должна обладать императрица, потому что она стала императрицей, которую ненавидел сам император. От этого сердце Сяо Сяо наполнилось ещё большей завистью, ненавистью и болью. Это был злобный цикл, и эта лисица часто приходила, чтобы поиздеваться над ней. Она запрыгивала на неё и приводила в беспорядок её волосы и одежду, а потом убегала, прикрывая лапой свою пасть, словно она смеялась. Все супруги и младшие жёны во Внутреннем Дворце вскоре догадались. Если они хотят заполучить привязанность императора, то им нужно подружиться с этой лисицей. Поэтому, какие бы возмутительные вещи эта лисица ни делала, супруги и младшие жёны лишь стискивали зубы и терпели. Сяо Сяо не желала мириться с этим и продолжила свои попытки убить животное. Она даже попросила своего дедушку помочь ей, но, сразу после этого, кто-то обнаружил улики, что резиденция главнокомандующего продаёт информацию вражеской стране. Хо Цин тут же отнял у главнокомандующего военную власть и казнил всю семью. Когда Сяо Сяо узнала об этом, её стошнило кровью. Она почувствовала себя ответственной за смерть своей семьи. Её дедушка ни за что не предал бы страну. Он уже был настолько стар, что ему просто не было смысла это делать. Хо Цин лишь хотел забрать военную власть. Всё же, после того, как хитрый кролик был пойман, то уже больше нет нужды в охотничьей собаке. Сяо Сяо теперь очень жалела о том, что вышла замуж за Хо Цина. Это решение привело к смерти всей её семьи. Более того, её собственный сын Хо Чэнван, теперь бегал повсюду с лисицей и его теперь волновали лишь игры. Сяо Сяо никак не могла заставить его учиться, и, так как он был таким гедонистическим сыном, Хо Цин постоянно устраивал ему выговор. Сердце Сяо Сяо наполнилось отчаянием. Плача кровавыми слезами она повесилась. Нин Шу: … Какой прекрасный способ дразнить смерть. >Немного об именах! Сяо Сяо – первое Сяо обычно означает фамилию, а второе Сяо относится к карликовому бамбуку. Цин в Хо Цине – это термин для обозначения чиновника высокого ранга. Чэнван означает "смотреть вперёд", то есть, "ожидания". ---------- Разбей Жемчужину Веселья Ради А вот чего Сяо Сяо не знала, так это того, что в лисице был человек. Это была девушка из современного мира, которая трансмигрировала в тело лисы. После трансмиграции в тело животного, она даже думала о себе как о настоящем животном? Природу животных было трудно подавить. После смерти Сяо Сяо, маленькая лисица нашла во дворце Сяо Сяо жемчужину. Легенды гласят, что это была жемчужина тысячелетней русалки; она была частью приданного изначального хоста. Лисица случайно проглотила её и превратилась из лисицы в красотку, от которой дух захватывало. Все остальные женщины во Внутреннем Дворце были бесцветными, с тех пор, как Хо Цин положил глаз на эту маленькую лисицу. Изначальный хост не могла с этим смириться, поэтому её душа продолжила блуждать по императорскому дворцу, и выяснила, что эта дрянь теперь воспитывала её ребёнка, говоря нечто вроде того, что они поладили ещё тогда, когда она была лисицей. Когда Хо Чэнван не хотел учиться, она его не принуждала. Она сказала, что можно начать учиться немного позже, и что она хочет дать ребёнку чудесное детство. Хо Чэнвану очень нравилась эта мать, и вскоре он забыл о своей родной матери. Это длилось до тех пор, пока эта дрянь не родила своего собственного ребёнка. Этот ребёнок был невероятно умным, а ещё был очень хорош в обучении, потому что у него была фотографическая память. Его существование сделало Хо Чэнвана ещё более бесполезным, и он стал просто сторонником того сукиного сына. Она наблюдала за тем, как сын той дряни стал императором, а потом Хо Цин и эта мегера вместе отправились в путешествие по миру, словно идеальная пара уток-мандаринок. Вот какие желания были у изначального хоста: 1. Не допустить уничтожение семьи главнокомандующего. 2. Проследить за тем, чтобы пара этих зверей в человеческой шкуре, у которых нет никакого понятия о морали или честности, страдали перед смертью. 3. Хо Чэнван был старшим сыном главной жены, поэтому он не должен был так закончить. Когда Нин Шу увидела желания изначального хоста, то её первой мыслью было то, что первое желание довольно трудное. Было неизбежно, что резиденция главнокомандующего падёт, потому что Хо Цин теперь был императором, но дедушка изначального хоста всё ещё обладал контролем над войсками. Если другая сторона, в каком-нибудь припадке гнева решит использовать военную силу для революции, тогда она не сможет больше сидеть на троне спокойно. Хо Цин явно начал планировать избавиться от резиденции главнокомандующего, с тех пор, как взошёл на трон. Однако, если она просто передаст ему военную власть, то станет совершенно беспомощной и не сможет остановить Хо Цина от каких-либо действий. И пока военная власть была в руках её семьи, как минимум, Хо Цин был бы немного более осмотрительным в своих действиях. Причина, почему изначальный хост потеряла сознание – это потому, что она сказала Хо Чэнвану идти учится, но Хо Чэнван всё ещё был ребёнком и не хотел учиться. Он сказал: - Этот покорный сын ненавидит Матушку-Императрицу! Матушка-Императрица только и знает, как говорить этому покорному сыну "иди учись, иди учись"! Этот покорный сын пойдёт играть с лисой! Гнев изначального хоста повлиял на жизненно важнее органы, у неё потемнело в глазах и она потеряла сознание. Нин Шу всё ещё чувствовала слабую головную боль. Она открыла глаза и потёрла голову. В данный момент самым важным заданием было исправить состояние здоровья этого тела. Она села на постели и начала тренировку Непревзойдённых Боевых Искусств. Спустя некоторое время она начала бесконтрольно потеть и вынуждена была остановиться. Она попросила дворцовую служанку приготовить ванну с горячей водой. Помывшись, Нин Шу почувствовала себя немного лучше и поела, чем крайне порадовала свою личную служанку. Поев, Нин Шу обдумала изначальную историю. На данный момент, маленькая лисица только недавно была принесена во дворец. Нин Шу решила уничтожить жемчужину русалки. Хотелось бы ей посмотреть, как эти двое смогут ООХХ, если лисица не сможет трансформироваться в человека. Она опустила свою тарелку и сказала своей личной служанке Цин Чжу, найти в её приданом жемчужину русалки. Цин Чжу была удивлена, но она поспешила сделать как сказано и принесла её. Нин Шу осмотрела жемчужину русалки. Хоть она и называлась жемчужиной русалки, это просто была большая и круглая жемчужина. Возможно в ней действительно была какая-то таинственная сила. Всё же, она смогла трансформировать лисицу в человека. Она холодно рассмеялась, подняла стул и воспользовалась его сидушкой, чтобы разбить жемчужину. Жемчужина не сломалась, поэтому она стукнула по ней сильнее ещё пару раз и так, наконец-то разбилась. Однако Нин Шу не остановилась, и продолжила колотить, пока от жемчужины не остался лишь порошок. Она подула на порошок, тот взлетел… и упал на пол. Цин Чжу: (⊙ｏ⊙) ---------- Разве Тебе Не Интересно Узнать Про Мою Жену? - Чжуан Юйтун, ты наконец-то очнулась! Я уж думала, что ты стала одержима призраком! Я охренеть как перепугалась! Как только Чжуан Юйтун открыла глаза, она увидела, как жалуется Су Маньюй. Однако, несмотря на её жалобу, в её взгляде было видно беспокойство. - Ты же в порядке, верно? А то ты просто взяла и потеряла сознание, - Су Маньюй глянула на неё. – Что, чёрт возьми, произошло? Чжуан Юйтун всё ещё чувствовала головокружение, но она сказала: - Я в порядке. На лице Су Маньюй появилось злорадство, когда она спросила: - Послушай, может нам сходить навестить Линь Цяньцянь? Разве ты не пообещала принести ей немного того лекарства? - Можешь сама отнести его ей. Я – пас, а то мне не очень хорошо, - сказала Чжуан Юйтун. Су Маньюй увидела, что её лицо было довольно бледным, поэтому она кивнула, взяла мешочек с лекарством и ушла. Но, перед тем как она ушла, она сказала: - Когда я вернусь, я расскажу тебе о том, как поживает Линь Цяньцянь. Чжуан Юйтун: … Чжуан Юйтун чувствовала себя так, словно была в очень долгом сне. Но она ясно всё помнила, так что это не было похоже на сон. После того, как Су Маньюй ушла, Чжуан Юйтун закрыла глаза, чтобы вздремнуть, но со стороны двери послышался стук. Она спустилась по лестнице и открыла дверь, спрашивая: - Кто там? Она была ошарашена, увидев того, кто был за дверью. После мгновения шока она, запинаясь, сказала: - За-зачем вы здесь? Это был отец Цзи Цинюаня, Цзи Циньянь. Цзи Циньянь вошёл в комнату общежития, посмотрел прямо в глаза Чжуан Юйтун и сказал: - Я угощу тебя обедом. - Зачем? – рефлекторно спросила Чжуан Юйтун. Они же не были знакомы друг с другом, и виделись лишь однажды. Однако он внезапно пришёл к ней в общежитие, чтобы пригласить на обед? Это же просто шутка? - Я приглашаю тебя в качестве благодарности за твоё лекарство. Я слышал от малышки Су, что ты осталась в общежитии. Я же сказал тебе лично принести лекарство, почему ты так не сделала? Голос Цзи Циньяня был очень властным. Чжуан Юйтун: … Он что? Больной? - Иди переодевайся, я угощу тебя обедом. Цзи Циньянь мельком просканировал взглядом наряд Чжуан Юйтун. - … Этот парень был больной, он явно был больной, он точно был больной, ведь так? Цзи Циньянь поднял руку и посмотрел на свои часы, после чего сказал: - Мисс Чжуан, пожалуйста, поторопитесь немного. Моё время очень ценное. Чжуан Юйтун: … Вытри слёзы. Что же мне делать, я столкнулась с психопатом. Бабуля-шаман, спаси меня! - У тебя нет хорошей одежды, в которую можно переодеться? В качестве благодарности за лекарство, я могу обеспечить тебя кое-какой одеждой, - предусмотрительно сказал он, когда увидел ошарашенное выражение лица Чжуан Юйтун. Чжуан Юйтун сказала напряжённым голосом: - Пожалуйста, выйдите из комнаты. Я переоденусь. Цзи Циньянь ответил "ага", а потом развернулся и вышел. Чжуан Юйтун почувствовала сильное желание стукнуться головой о раму кровати. Да что за чертовщина происходит с этим парнем? Как только Чжуан Юйтун закончила переодеваться и вышла, Цзи Циньянь слегка нахмурился, но ничего не сказал. Они вместе спустились по лестнице. Когда Чжуан Юйтун увидела роскошный автомобиль, припаркованный у входа в общежитие, и увидела, как все с любопытством смотрят на неё, у неё начало дёргаться веко. Цзи Циньянь открыл перед ней дверь автомобиля и помог забраться внутрь. Однако в этой машине она чувствовала себя не в своей тарелке. Интерьер автомобиля был таким же роскошным, как и экстерьер, а ещё тут витал приятный аромат. А потом она глянула вниз, на свою одежду. Она решила никогда больше не общаться с кем-то подобным, а иначе её постоянно будет пытать её же собственный комплекс неполноценности. Цзи Циньянь забрался в салон автомобиля. Когда он увидел на лице Чжуан Юйтун выражение неудобства, он слегка улыбнулся. – В будущем ты сможешь обладать такими вещами. Чжуан Юйтун ничего не ответила. Её больше беспокоило то, почему этот мужчина пришёл за ней. Они пришли обедать в ресторан западного типа. Чжуан Юйтун села напротив Цзи Циньяня и спокойно сказала: - Простите, но я не знаю западного обеденного этикета. Цзи Циньянь сказал: - Я могу тебя научить. - В этом нет необходимости. Мистер Цзи, я бы хотела знать, зачем вы пришли за мной? – Чжуан Юйтун перешла сразу к делу. – Если вы будете себя вот так вести, то я не смогу есть. Цзи Циньянь отпил вина, а потом уставился на неё, не сводя взгляда. - Твои глаза в точности как у моей жены. Когда я впервые увидел тебя, то подумал, что это она стоит передо мной. Чжуан Юйтун: - Ох. Цзи Циньянь поднял брови. И всё, что ли? - Разве тебе не интересно узнать про мою жену? Чжуан Юйтун: … ---------- Нравится Деревенская Простушка - А почему мне должно быть интересно? Я её совсем не знаю. Мистер Цзи, если вам кажется, что мои глаза похожи на глаза вашей жены, то, выходит, сейчас вы разговариваете со мной, заглядывая мне в глаза, чтобы утешить себя? Или вы хотите сделать меня своей любовницей, чтобы я могла стать заменой для вашей жены? Су Маньюй сказала, что вы очень любили свою жену, но ваше нынешнее поведение заставляет меня сомневаться в вашей преданности жене, - Чжуан Юйтун встала. – Простите, но я уйду первой. Я не знаю, как есть западные блюда. До свидания, мистер Цзи. Чжуан Юйтун хотела сфокусироваться лишь на учёбе, чтобы получить работу посте окончания колледжа и облегчить тяжёлую ношу своей семьи. Она жила в совершенно другом мире, нежели Цзи Циньянь. Жизнь и так была тяжёлой, зачем же ей ещё связываться с таким богачом? Цзи Циньянь наблюдал за тем, как Чжуан Юйтун покидает ресторан, а потом поднял брови. Преданность к его жене? Когда Чжуан Юйтун пришла в общежитие, Су Маньюй уже вернулась. Глаза Су Маньюй светились, когда она радостно сообщила: - Линь Цяньцянь скоро сделают ампутацию. Её травма ноги была слишком серьёзной и была сильно воспалена, поэтому ей должны отпилить ногу. Интересно, будет ли Цзи Цинюань по-прежнему любить Линь Цяньцянь после того, как она лишится ноги? Чжуан Юйтун безмолвно посмотрела на Су Маньюй. В следующее мгновение выражение лица Су Маньюй стало очень удручённым. Чжуан Юйтун спросила: - Что случилось? - У меня скоро будет помолвка, - внезапно сказала Су Маньюй. Чжуан Юйтун: - Пфффф… Спустя несколько секунд она пришла в себя от удивления. - А чего так внезапно? – спросила Чжуан Юйтун. – Ты же ещё даже не закончила обучение. - Ты просто не понимаешь, как живут люди моего социального класса. Даже если ты не закончила обучение, тебе всё равно нужно сыграть свадьбу. Однако эта свадьба не влияет на жизнь участвующих в ней сторон, и они могут продолжать жить, как хотят, - вздохнула Су Маньюй. После этого Чжуан Юйтун спросила: - И с кем же? - С Цзи Цинюанем. Су Маньюй закатила глаза. Чжуан Юйтун: - Пфффф… Чжуан Юйтун вздохнула. - Да уж, высшие слои общества – это сплошной бардак. - Охренеть, отчего же меня так удручает то, что я обручаюсь с Цзи Цинюанем? Какого хрена я снова должна быть связана с Линь Цяньцянь? Меня раздражает один только её вид. Было ясно, что Су Маньюй совсем не хочет помолвки с Цзи Цинюанем. - Тебе же придётся жить с ним всю оставшуюся жизнь, так что тебе нужно найти кого-нибудь другого вместо него, - сказала Чжуан Юйтун. Су Маньюй с презрением ответила: - Чего и стоило ожидать от невежественной деревенской простушки. Наш брак будет заключён ради выгоды наших семей. Он не имеет никакого отношения к нашим чувствам. - Тебе не нравится Цзи Цинюань? Чжуан Юйтун искоса глянула на подругу. - Охренеть! Не вспоминай больше о подобной чёрной истории! Да мне скорее понравится деревенская простушка вроде тебя, чем Цзи Цинюань, - сказала Су Маньюй. Губы Чжуан Юйтун дрогнули. - Мне не нужно, чтобы тебе нравилась такая деревенская простушка, как я. Тебе всё равно надо полюбить Цзи Цинюаня. - Когда это я говорила, что ты мне нравишься? Это было просто сравнение, чтобы показать насколько Цзи Цинюань ничего для меня не значит, - поспешно возразила Су Маньюй. Чжуан Юйтун: … Блять, то, как она это говорила, прозвучало очень злобно. - Ты только посмотри, как ты напугана! Как мне вообще может нравиться женщина, да ещё и деревенская простушка, - сказала Су Маньюй с презрением в голосе. Однако её цвет лица немного изменился, и она неловко оттолкнула Чжуан Юйтун. - Да ты мне никогда не понравишься. #комментарий анлейта: *поперхнулась кофе* боже мой, лооооллл, ещё одна пара юри! ---------- Долг - Ваше Императорское Высочество, что вы делаете? Когда Цин Чжу увидела, что Нин Шу разбила жемчужину русалки, она поспешно сказала: - Ваше Императорское Высочество, это же часть вашего приданого, которое дал вам главнокомандующий. Это единственная жемчужина русалки в мире! Значит, она только одна была такая в мире? Хорошо. Чем оставлять её для лисицы, разбить её самостоятельно принесло больше удовлетворения. Нин Шу отряхнула пыль с рук и спокойно сказала: - Я была в плохом настроении, поэтому решила разбить жемчужину веселья ради. - … Ваше Императорское Высочество. Цин Чжу посмотрела на Нин Шу, потеряв дар речи. - Прибери тут всё. Эта императрица собирается вздремнуть. Нин Шу вернулась в спальню, чтобы продолжить тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Ей нужно было поправить своё здоровье, прежде чем она сможет делать что-то ещё. Этот процесс медитации растянулся на пол дня. Нин Шу открыла глаза только тогда, когда почувствовала голод, и обнаружила, что уже ночь. Цин Чжу беспокойно ходила снаружи. Когда она увидела, что Нин Шу вышла, она с облегчением вздохнула и спросила: - Ваше Императорское Высочество, желаете ли сейчас отужинать? - Ага. Нин Шу села на стул, и дворцовые служанки пришли с блюдами. Цин Чжу встала рядом с ней и сказала: - Ваше Императорское Высочество, маленький принц приходил сегодня днём, но ушёл, после того, как слуга сказала ему, что вы отдыхаете. Нин Шу лишь ответила "ага" и начала есть. Еда была неплохая. Цин Чжу с опаской глянула на Нин Шу, а потом осторожно сказала: - Ваше Императорское Высочество, маленький принц всё ещё молод. Хоть он и любит играть слишком много, возможно это потому, что обучение для него сейчас слишком трудно даётся. Нин Шу опустила свои палочки. Выражение лица Цин Чжу разительно изменилось, и она поспешно поклонилась, говоря: - Эта служанка перешла свои границы. Эта служанка заслуживает смерти. Нин Шу посмотрела на девушку. Эта девушка выросла вместе с изначальным хостом. После того, как изначальный хост умерла, она стала вести себя как можно тише и жила незаметно. Она хотела отомстить за изначального хоста, и попыталась отравить лисицу, но её план был замечен прежде, чем она успела что-либо сделать, и Хо Цин заставил её выпить яд. Цин Чжу была дочерью служанки из резиденции главнокомандующего, поэтому, когда казнили всех членов семьи главнокомандующего, то и её родителей тоже убили. Чтобы отомстить за свою хозяйку и родителей она пошла на отчаянный риск и, в итоге, тоже трагично погибла. - Цин Чжу, встань, - спокойно сказала Нин Шу. – Как может быть прекрасное детство у того, кто родился в императорской семье? Нин Шу спокойно продолжила: - Он – ребёнок, который кормится коллективным тяжёлым трудом тысяч людей. Он носит роскошные одежды, ему прислуживает множество слуг, и ему не приходится сталкиваться с голодом и страданиями, которые обычно бывают у простых детей. Однако детям из обычных семей приходится рано начинать работать, чтобы помогать выживанию семьи. О каком прекрасном детстве для них можно говорить? Подходишь ты или нет, но твоя обязанность состоит в том – чтобы принимать на себя ответственность за свою должность. Причина, почему Хо Чэнван оказался в таком жалком состоянии может быть лишь в том, что он пользовался лишь своей ленью и неуправляемостью. Конечно, это ещё было потому, что лисица решила его так воспитывать. Однако тем, кому не суждено быть на главных ролях, приходится усердно трудиться. Нин Шу не знала, как воспитывать ребёнка, так как она сама никогда раньше не рожала. Поэтому она даже не знала, как обучать его. И, какое-то время не хотела видеть этот маленький молочный пирожок. Цин Чжу утешила Нин Шу: - Маленький принц обязательно поймёт кропотливые усилия Вашего Императорского Высочества. У всех детей есть бунтарские инстинкты. Чем больше пытаешься их принудить сделать что-нибудь, тем больше они будут это отвергать, поэтому, единственным выбором было лишь действовать постепенно. Нин Шу провела в своей спальне во дворце несколько дней подряд, не выходя из неё, даже когда остальные супруги и младшие жёны приходили её навестить. Цин Чжу всех их прогоняла, говоря, что императрица не очень хорошо себя чувствует. Всем этим супругам и младшим жёнам не оставалось иного выбора, кроме как уйти, даже если они этого не хотели. ---------- Закончи Домашнюю Работу, Прежде Чем Играть Даже несмотря на новости из дворца о том, что императрица заболела, Хо Цин всё равно не появился во Внутреннем Дворце. Он даже не удосужился послать сообщение и спросить, как она поживает. Впрочем, Нин Шу до этого не было дела, она даже почувствовала облегчение. Судя по всему, Хо Цин теперь намеревался оставаться целомудренным. А ей это было только на руку, потому что она совсем не хотела с ним кувыркаться в постели. Ей было только немного любопытно, как он справлялся со своими потребностями. Неужели он теребил себя? Нин Шу продолжила тренировку без перерыва и, наконец, достигла такой точки, когда это тело могло пройти несколько шагов не запыхавшись. Похоже, что изначальный хост была всерьёз разгневана. Прошло уже много дней, поэтому пришло время немного поговорить с маленьким молочным пирожком. Нин Шу попросила Цин Чжу позвать Хо Чэнвана. Когда Хо Чэнван пришёл к ней, его лицо было разрумянившимся, а его волосы промокли от пота. Нин Шу прищурилась и увидела на плече Хо Чэнвана пучок золотого меха. Похоже, что этот малыш снова играл с лисицей. Хо Чэнван формально поприветствовал Нин Шу. - Этот покорный сын выражает своё почтение Матушке-Императрице и желает Матушке-Императрице доброго здоровья. Нин Шу продолжила наблюдать за Хо Чэнваном, не говоря ни слова, отчего на разрумянившемся лице Хо Чэнвана появились следы неловкости. Нин Шу нежно подтянула его к себе и подняла руку, чтобы смахнуть мех с его плеча. - Матушка-Императрица. Хо Чэнван почувствовал ещё большую неловкость, когда Нин Шу сделала это, и в испуге опустил голову. - Чэнван, ты сегодня играл с лисицей? – нежно спросила Нин Шу. – Расскажи Матушке-Императрице, куда вы ходили? - Матушка-Императрица, этот покорный сын не играл. Хо Чэнван не смел встретиться с ней взглядом. Нин Шу сказала: - Матушка-Императрица не упрекает тебя. Ты можешь продолжать играть с лисицей. - Правда? Матушка-Императрица? Хо Чэнван резко поднял голову и посмотрел на Нин Шу светящимися от радости глазами. Нин Шу кивнула. - Всё верно. - Матушка-Императрица, ты самая лучшая! Хо Чэнван бросился в объятия Нин Шу и потёрся своим лицом о её лицо, словно испорченный ребёнок. Нин Шу стало некомфортно, поэтому она оттолкнула его и раздражённо сказала: - Ты уже взрослый мужчина, и всё равно пытаешься вести себя мило? У Матушки-Императрицы есть для тебя условие, если ты хочешь играть с лисицей. Как только ты его выполнишь, то сможешь играть с лисицей столько, сколько захочешь, - строго сказала Нин Шу. Хо Чэнван тут же постучал себя по груди и сказал: - Матушка-Императрица, этот покорный сын обязательно всё сделает. - Матушка-Императрица не намерена просить о многом. Просто тренируйся в написании двадцати букв и заучивай одну поэму в день. После того, как ты закончишь эти задания, то сможешь пойти играть. Чем раньше закончишь, тем больше времени у тебя будет на игры с лисицей. Нин Шу смягчила свой тон, чтобы прельстить его. Было лучше подталкивать его, чем тянуть. Вместо того чтобы заставлять его учиться без конца, лучше установить для него определённое количество, к которому он может стремиться. - Ладно! Матушка-Императрица, этот покорный сын обязательно сможет так сделать! Лицо Хо Чэнвана светилось от радостного возбуждения. Нин Шу кивнула. - Это хорошо. Но ты должен закончить это прежде чем играть, понял? Чэнван, тебе очень нравится эта лисица, да? - Ага, маленькая лисичка очень милая и умная. Этот покорный сын никогда не видел раньше такого разумного животного. Хо Чэнван очень мило закивал своей головой. Нин Шу посмотрела на свои ногти и сказала с улыбкой: - Правда? Я слышала, что твоему отцу-императору она тоже очень нравится. - Эта маленькая лисичка такая милая, кому она может не нравиться? – ответил Хо Чэнван, словно это было нечто очевидное. Нин Шу: Человеку перед тобой она не нравится. Нин Шу похлопала Хо Чэнвана по плечу. - Помни, что ты обещал своей Матушке-Императрице. Ты – мужчина, а хороший дворянин должен держать своё слово. - Этот покорный сын запомнит, - громко сказал Хо Чэнван с детским энтузиазмом. Он был очень милым, словно Нин Шу смотрела на маленького взрослого. Цин Чжу, которая стояла рядом с Нин Шу, засмеялась, и остальные служанки во дворце тоже прикрыли свои улыбки. Нин Шу тоже рассмеялась. - Тогда иди играй пока, но не забудь тренироваться в письме и заучить поэму. Принеси их вечером Матушке-Императрице на проверку. Когда Хо Чэнван ушёл, он практически летел, словно ветер. - Цин Чжу, эта императрица в последнее время не очень хорошо спит. Постоянно такое чувство, что кто-то где-то шуршит. Наверное, во дворце завелась мышь. Попроси кого-нибудь поставить мышеловки по углам, - спокойно сказала Нин Шу. Цин Чжу тут же ушла делать как велено. ---------- Ведет Себя Как Странная Тетушка Вечером Хо Чэнван послушно принёс свою домашнюю работу. Он тренировался в написании двадцати букв. Нин Шу провела ему небольшой опрос, чтобы посмотреть, действительно ли он знает эти буквы, после чего попросила его прочитать ту поэму, что он заучил. Читая поэму, Хо Чэнван кивал своей маленькой головой, словно педант для подчёркивания важных моментов стихотворения. Когда он закончил, он посмотрел на Нин Шу. Нин Шу кивнула и похвалила его: - Очень здорово! Чэнван просто потрясающий! Хо Чэнван раскраснелся и выпятил грудь. - Этот покорный сын знает ещё больше! Если говорить начистоту, то Нин Шу чувствовала, что сама готова покраснеть от стыда. В свои пять лет она даже не умела так хорошо писать! Она решила никогда не брать в руки кисть, пока работает над этим заданием. - Будь осторожен, когда играешь с маленькой лисицей, ладно? Не ходите в те места, которые слишком опасны, понял? – предупредила Нин Шу. Хо Чэнван кивнул и сказал: - Матушка-Императрица, ты самая лучшая! Нин Шу похлопала его по плечу. Изначально она хотела похлопать его по попке, но не могла избавиться от чувства, словно она ведёт себя как странная тётушка, поэтому решила обойтись плечом. - Ладно, иди отдыхай, - сказала Нин Шу с улыбкой. Потом она добавила: - Только не давай лисице тебя ранить, понял? Всё-таки, она – всего лишь животное, так что будет лучше, если она тебя не поцарапает. Когда будешь мыться вечером, попроси нянечку добавить в воду лист полыни, запомнил? - Этот покорный сын всё запомнил. Хо Чэнван кивнул. Как только Хо Чэнван ушёл, Нин Шу с облегчением вздохнула. Ей было очень трудно общаться с ребёнком. - Ваше Императорское Высочество, сегодня пятнадцатое число. Должен прийти Его Величество, - Цин Чжу выглянула наружу. – Но уже так поздно. Нин Шу зевнула. - Помойся и иди спать. Не нужно больше ждать. Цин Чжу с состраданием посмотрела на Нин Шу и попыталась её утешить: - Ваше Императорское Высочество, должно быть Его Величество слишком занят. Занят настолько, что ему не нужно спать? Большую часть времени император навещал дворец императрицы, просто чтобы поспать. Всё-таки, для этого нужно было всего лишь немного пройтись. Просто он не хотел приходить. Когда Нин Шу только легла в постель, снаружи раздался резкий голос евнуха. - Его Величество прибыл. Поэтому Нин Шу пришлось снова встать и натянуть слой одежды. Вскоре вошёл Хо Цин. Нин Шу формально поприветствовала его: - Эта покорная жена выражает своё почтение Вашему Величеству. Хо Цин был высокого и крепкого телосложения. Его пояс слегка обхватывал одежду, намекая на мускулистую фигуру. В то же самое время у него были сильные черты лица, чёткая линия челюсти и идеально прямой нос. - Императрица уже отдыхает? – спросил Хо Цин. – Неужели ты забыла о том, что сегодня пятнадцатое число? Нин Шу чувствовала, что Хо Цин был разозлён, хотя на его лице не было никакого выражения. Она лишилась дара речи. Если он охренеть как не хотел приходить, то и не приходил бы! От того, что он вёл себя так, словно его заставили сюда прийти, он только раздражал всех. Хо Цин был вынужден прийти сюда. Когда он пришёл в императорский двор этим утром, эта чёртов старик Сяо вручил напоминание, в котором говорилось, что Хо Цин давно уже не удостаивал Внутренний Дворец своим визитом. Говоря простым языком, тот старик хотел, чтобы Хо Цин обожал его внучку, поэтому Хо Цин вынужден был припереться во дворец императрицы. Когда он уходил из своего кабинета, маленькая лисица обхватила его ногу и посмотрела на него со слезами на глазах. Хо Цин почувствовал сильные угрызения совести, и ему пришлось долго утешать эту маленькую лисицу, чтобы она его отпустила. Когда он пришёл сюда и обнаружил, что Нин Шу уже спит, он был в ярости, а ещё почувствовал к ней отвращение. Он развёл руки и стал ждать, пока Нин Шу поможет ему переодеться. - Давай тогда просто отдохнём. Нин Шу кивнула. - Ладно. Судя по всему, Хо Цин не планировал кувыркаться с ней. Она почувствовала облегчение. ---------- Попала в Мышеловку - Императрица, помоги нам переодеться, - холодно сказал Хо Цин. Нин Шу: (⊙０⊙) Ей пришлось слезть с постели, помочь ему снять одежду, а потом они легли в постель, не проронив ни слова. Хо Цин повернулся, чтобы оказаться спиной к Нин Шу. Нин Шу: … Если он не хотел приходить, так просто не приходил бы. Зачем всё это? Если бы тут была изначальный хост, то у неё наверняка было бы разбито сердце от того, как холоден с ней Хо Цин. Охренеть, как же раздражает, когда кто-то лежит рядом с ней. А поскольку он был таким крупным и мускулистым, то он занимал больше половины постели. Ну и как ей вот так спать? Нин Шу закрыла глаза и, в конечном итоге, задремала. Но её внезапно разбудил пронзительный крик животного. В нём звучала невыносимая боль. Хо Цин тут же встал, не обращая никакого внимания на человека, что спала рядом с ним. Он наступил Нин Шу на ногу, поэтому Нин Шу пнула его. В итоге, Хо Цин упал на пол, но ему было всё равно, потому что он тревожно закричал: - Ху эр, где же ты? Крики лисицы звучали как лай собаки, только на октаву выше. В то же самое время они были похожи на крик женщины. Это был очень зловещий звук, звучащий в ночи. - Ху эр, Ху эр! Хо Цин беспокойно суетился. Нин Шу слезла с постели и посветила Хо Цину свечкой. Хо Цин выхватил свечу прямо у неё из руки. Он был уверен, что этот крик прозвучал где-то неподалёку. В итоге, Хо Цин нашёл маленькую лисицу под одним из окон. Одна из передних лап лисицы попала в мышеловку и теперь истекала кровью. Сердце Хо Цина тут же сжалось от боли. - Позови императорского лекаря! Скорее позови императорского лекаря! – у Хо Цина глаза налились красным, когда он закричал на Нин Шу. Хо Цин всегда был таким холодным и собранным. Изначальный хост никогда не видела, чтобы он раньше был таким взволнованным. - Иди и позови императорского лекаря, - сказала Нин Шу Цин Чжу. Цин Чжу поспешно ушла, напуганная поведением Хо Цина. Хо Цин снова присел рядом с лисицей. Он хотел снять мышеловку, но он слишком волновался о том, что может поранить маленькую лисицу, поэтому он разрывался между тем, что делать. Слёзы потекли из глаз маленькой лисицы, и она продолжала хныкать и звать Хо Цина. Она поистине выглядела очень жалобно. Нин Шу просто разглядывала её со стороны. Всё тело лисицы было покрыто золотым мехом, поэтому она была очень красивой. Её глаза, как правило, были очень оживлёнными, с ноткой лукавства, но в данный момент они были очень тусклыми, пока она кричала от боли. Было трудно представить, что на самом деле в этом теле находится человеческая душа. Нин Шу почувствовала, как её мировоззрение расширяется. Неужели в будущем у неё будет задание, в котором она не будет человеком? Хо Цин резко повернулся и гневно уставился на Нин Шу, после чего потребовал: - Императрица, почему ты поставила такую опасную вещь в своём дворце для отдыха? Нин Шу спокойно ответила: - Эта покорная жена плохо спала последние несколько дней. По ночам постоянно кто-то скрёбся, поэтому эта покорная жена попросила служанок поставить несколько мышеловок. Эта покорная жена никогда не думала, что сюда придёт эта лисица. Всё-таки, она никогда раньше не приходила во дворец этой покорной жены. Кто бы мог подумать, что такое произойдёт? Эта лисица только недавно была во дворце, и ещё не освоилась в этом месте, поэтому она ещё не бегала как дикая по всему дворцу, как это было в изначальной истории. - Эта покорная жена не понимает, почему она пришла сегодня, - искренне сказала Нин Шу. Хо Цин поперхнулся своими словами. Всё-таки, не мог же он сказать, что он так привязался к этой лисице, и поэтому она последовала за ним сюда. Как император, Хо Цин ни за что не мог такое сказать. Как минимум, он не мог сказать это перед Нин Шу, императрицей. Хо Цин погладил маленькую лисицу по голове и стал утешать её. - Ху эр, всё будет хорошо. Императорский лекарь скоро придёт. - Вууувууувуу… Маленькая лисица лежала на полу, и ей было так больно, что её крики были очень слабыми. А в своих мыслях она ругалась. Какого чёрта ей так не повезло? Как она попалась в эту штуку? Ей было чертовски больно! И всё это было из-за Хо Цина, этого ублюдка! Если бы она не последовала за ним, то не поранилась бы. Чем больше маленькая лисица думала об этом, тем больше она расстраивалась. От этой боли и горечи её слёзы лились не переставая. Когда Хо Цин увидел это, он лишь хотел взять маленькую лисицу на руки. #комментарий анлейта: Ху эр = лиса + термин выражения нежности. ---------- Любовь Может Пересечь Пределы Расы и Пола Нин Шу увидела, что взгляд Хо Цина был нежным как вода, и хотя это явно были человек с лисицей, тут витала неописуемая непристойная атмосфера. Иисусе, ах, любовь действительно может пересечь пределы расы и пола. Вскоре поспешно примчался императорский лекарь. Прежде чем он успел даже просто отсалютовать, Хо Цин уже сказал: - Скорее, спаси нашего питомца. - Понял. У императорского лекаря даже не было возможности перевести дыхание, когда ему пришлось спешить на помощь маленькой лисице. Хо Цин наблюдал за этим со стороны. Когда он увидел, что императорский лекарь ощупывает тело маленькой лисицы, его выражение лица тут же помрачнело, и он посмотрел на руки лекаря так, словно хотел их отрубить. Какое сильное чувство собственничества. Маленькая лисица хныкала от боли и кричала, когда касались раны у неё на ноге. Хо Цин постоянно предупреждал: - Будь нежнее. Будь осторожнее! - Я понял. Понял, Ваше Величество. Императорскому лекарю приходилось фокусироваться на том, что он делает и, при этом, отвечать на придирки Хо Цина. Нин Шу ничего не говорила и лишь наблюдала, попивая чай. Она налила чашку чая для Хо Цина и сказала: - Ваше Величество, выпейте чаю. С ней всё будет в порядке. Хо Цин с самого начала был весь встревоженный, а эта беспечная императрица теперь говорила ему выпить чаю? Да как он может пить в таком состоянии? Он оттолкнул руку Нин Шу, отчего чайная чашка упала на пол и разбилась. Нин Шу поспешно извинилась: - Ваше Величество, эта покорная жена виновата. Ваше Величество, пожалуйста, не злитесь. Императорский лекарь всё ещё был тут, поэтому у Хо Цина не было выбора, кроме как глубоко вздохнуть и сказать: - Всё в порядке. Мы тебя не виним. - Вуувуууувуу… Маленькая лисица закричала от боли и со слезами на глазах посмотрела в сторону Хо Цина. Когда Хо Цин увидел этот взгляд маленькой лисицы, он тут же отодвинулся немного от Нин Шу, а потом принялся утешать лисицу. - Ху эр, не бойся. Мы тут, с тобой. Ты будешь в порядке. Нин Шу подняла брови, а потом прикрыла свой рот платком. Она чуть не расхохоталась вслух. Казалось, словно маленькая лисица уже считала Хо Цина своим мужчиной. Хо Цин продолжил говорить "будь нежнее, ещё нежнее", поэтому императорский лекарь едва смел пошевелиться и прошло немало времени, прежде чем мышеловку сняли с передней лапы маленькой лисицы. Мех маленькой лисицы совсем промок от крови, и она выглядела изрядно пораненной. Вероятно, у неё уйдёт немало времени на то, чтобы восстановиться. Императорский лекарь положил маленькую лисицу на постель и остриг весь мех возле раны. После чего рассыпал на неё немного лечебного порошка и перевязал. Весь процесс был сделан очень тщательно. Императорский лекарь вытер пот со лба, протянул в сторону Хо Цина руки, сложенные горстью, и сказал: - Ваше Величество, рана залечена. Некоторое время эту рану нельзя мочить. Этот покорный лекарь будет менять бинты и лечебный порошок каждые два дня. Хо Цин сел на край постели, его выражение лица было напряжённым. - Можешь идти. Императорский лекарь поспешил убраться, оставляя за собой лишь Нин Шу, Хо Цина и едва дышащую маленькую лисицу, лежащую на постели. - С этих пор опасные вещи запрещены во дворце. Ты только посмотри, как сильно поранилась Ху эр, - холодно сказал Хо Цин Нин Шу. Нин Шу сделала реверанс, не меняясь в лице, и сказала: - Эта покорная жена запомнит. После этого Хо Цин осторожно взял на руки маленькую лисицу и сказал, что Нин Шу сегодня будет спать одна. После этого он ушёл вместе с маленькой лисицей. #комментарий анлейта: Напомнило мне о The Goat, or Who Is Sylvia? Прим. переводчика: Есть такая бродвейская театральная постановка, которая была поставлена в 2002 году. "Коза, или Кто такая Сильвия?" Угадайте, в кого там был влюблён глава семьи? ---------- Священная Лисица Нин Шу презрительно поджала губы. Когда она увидела, что постель заляпана кровью, она сказала Цин Чжу: - Поменяй постельное бельё. Эта императрица желает спать. - Поняла, Ваше Императорское Высочество. Лицо Цин Чжу было бледным, когда она приказала дворцовой служанке поменять бельё. Нин Шу сказала: - Пододеяльник тоже поменяй. Как только бельё поменяли, Нин Шу зевнула и легла. Цин Чжу попыталась утешить Нин Шу: - Ваше Императорское Высочество, не страдайте слишком сильно. - Страдать? Эта императрица не страдает. Сейчас страдают чувства кое-кого другого. Нин Шу презрительно рассмеялась. Только поглядите, сколько головной боли приносит Хо Цин. Она расставила мышеловки просто на всякий случай, но она никак не ожидала, что лисица действительно в них попадёт. Лисица действительно полагалась на тот факт, что она – животное, и спокойно гуляла по дворцу, как ей вздумается. Особенно этой лисице нравилось ходить во дворцы супруг и младших жён, прятаться там и подслушивать сплетни. Нин Шу не собиралась делать свой дворец таким местом, в которое кто угодно может входить и уходить, когда им вздумается. Эта лисица, вероятно, ещё долго не будет приходить, чтобы поднимать суматоху, да и с Хо Чэнваном играть не сможет. - Цин Чжу, сходи в Управление Внутренних Дел и посмотри, есть ли там какие-нибудь милые питомцы? Принеси одного для Чэнвана. После этих слов Нин Шу закрыла глаза, чтобы поспать. Чёрт, спать одной в огромной постели – это лучше всего! Нин Шу была сдержанной, но Хо Цин был словно ледяная гора. Когда он обнимал маленькую лисицу, он нежно отчитывал её: - Посмотрим, посмеешь ли ты и впредь бегать повсюду, не глядя под ноги! Разве мы не обещали тебе, что мы не будем ничего делать с императрицей? А теперь ты взяла и поранилась. Маленькая лисица посмотрела на Хо Цина, чувствуя себя обиженной. Выражение лица Хо Цина было холодным, но его сердце уже растаяло, даже несмотря на то, что он холодно сказал: - Посмотрим, посмеешь ли ты в будущем снова бегать по дворцу императрицы. - Вуувуууввуу… - тихо заплакала маленькая лисица. Она высунула язык и лизнула ладонь Хо Цина, а потом слегка ущипнула его за палец, словно бы говоря ему перестать злиться. Это ощущение словно электрическим током прошло по всему телу Хо Цина, он почувствовал онемение с головы до пят. Эта небольшая боль почему-то была очень освежающей. Он почувствовал, как его нижняя половина разгорячилась от этой стимуляции. За двадцать лет своей жизни Хо Цин никогда раньше не чувствовал ничего подобного. Один лишь этот лёгкий щипок, один укус, и он внезапно понял, какой опьяняющей была любовь между мужчиной и женщиной, что такое неконтролируемый импульс и желание. Хо Цин страстно посмотрел на маленькую лисицу у него в руках. Её взгляд был очень ясным, невинным и озадаченным. Нижняя половина Хо Цина уже поднималась. Он стерпел жгучий жар и положил маленькую лисицу на драконью постель, после чего хрипло сказал: - Скорее засыпай. Маленькая лисица прищурила глаза, а потом снова лизнула ладонь Хо Цина. Хо Цин едва мог сдерживаться, и ему пришлось стиснуть зубы, когда он сказал: - Спи уже. Наконец, маленькая лисица уснула, довольная. Хо Цин чувствовал себя так, словно сейчас взорвётся от того, что сдерживается. Как только маленькая лисица наконец-то уснула, он тихо отправился во дворец Знатной Супруги Сюань. Хо Цин совсем не хотел сейчас видеть Нин Шу. Он винил её в том, что из-за неё Ху эр поранилась. В постели Хо Цин был очень страстным и полон энтузиазма. Знатная Супруга Сюань была измучена до такой степени, что она чуть не потеряла сознание, но она была очень довольной. Как только Хо Цин выместил своё желание, он внезапно почувствовал себя очень виноватым. Потому что он спал с другой женщиной, пока маленькая лисица была ранена. Он почувствовал себя очень неловко и поспешно оделся. Он не обратил никакого внимания на попытки Знатной Супруги Сюань задержать его, и поспешно ушёл. Когда он вернулся в свою спальню и увидел, что маленькая лисица всё ещё спит, его сердце смягчилось, и он нежно коснулся её розового носа. Он даже почувствовал очень сильное желание наклониться и поцеловать её. Это было неправильно. Ху эр была лишь его питомцем. Как он мог испытывать желание по отношению к животному? Это было просто немыслимо. Однако, в глубине своего сердца, Хо Цин чувствовал, что такая умная и очаровательная маленькая лисица не может быть обычной лисой. Возможно, она была священная лисица. Хо Цин очень сильно надеялся на то, что Ху эр сможет принять человеческую форму. ---------- Щенок Хо Цин никогда не чувствовал такого влечения к женщинам. Если бы не это, то он непременно чаще навещал бы Внутренний Дворец, который был полон красоток. Однако теперь он чувствовал непреодолимое и неконтролируемое желание. И хотя он почувствовал удовольствие, он так же почувствовал стыд, поэтому он чувствовал себя очень противоречиво. Нин Шу спала довольно хорошо и проснулась отдохнувшей. Как только она вышла из спальни, маленький молочный пирожок, Хо Чэнван, бросился в объятия Нин Шу, держа что-то в руках. Он мило потёрся о Нин Шу и радостно сказал: - Матушка Императрица, этот щенок для этого покорного сына? - Да, этот щенок – подарок для тебя. Нин Шу села и посмотрела на щенка, которого держал в руках Хо Чэнван. Этому щенку было около месяца и у него был очень мягкий мех. Нин Шу похлопала по стулу рядом с собой, чтобы Хо Чэнван присел. Хо Чэнван осторожно сел на стул, продолжая держать щенка. Нин Шу посмотрела на щенка и сказала: - Маленькая лисица была ранена прошлой ночью, и не сможет с тобой больше играть, поэтому, пусть этот щенок составит тебе компанию. Но в будущем, тебе придётся не только учиться, но и заботиться об этом щенке. Щенки легко мараются, поэтому тебе придётся часто его мыть. - Маленькая лисичка ранена? Рана серьёзная? – обеспокоенно спросил Хо Чэнван. Нин Шу спокойно ответила. - Рана не серьёзная, она просто повредила лапу и некоторое время не сможет ходить. Тебе не стоит мешать ей отдыхать. Твой Отец-Император всё равно не позволит тебе повидать маленькую лисицу, так что не беспокой его какое-то время. - Этот покорный сын запомнит, - Хо Чэнван кивнул. – Этот покорный сын будет слушаться Матушку-Императрицу. - Хороший мальчик. Позавтракаешь с Матушкой-Императрицей, да? – сказала Нин Шу. Хо Чэнван был довольно очаровательным, и он словно всё ещё обладал молочным ароматом. Хо Чэнван сел рядом с Нин Шу, и Нин Шу подала ему немного еды. Хо Чэнван поспешно сказал: - Спасибо, Матушка-Императрица. У него ещё и манеры есть. Нин Шу улыбнулась. Хо Чэнван взял парную булочку своими палочками и положил её рядом с пастью щенка, но щенок только лизнул её. Нин Шу сказала: - Щенок ещё слишком мал пока что, поэтому он ещё не может есть такие вещи. Надо будет потом сделать для щенка жидкой каши. Или это слишком хлопотно? Чэнван уже жалеет об этом? Хо Чэнван испугался, что Нин Шу заберёт у него щенка, и поспешно сказал: - Матушка-Императрица, этот покорный сын обязательно позаботиться об этом щенке! После завтрака Нин Шу начала втирать в щенка лечебный порошок, чтобы убить всех насекомых, которые были на нём. Хо Чэнван тоже помогал и перемазал все руки в порошке. - Чэнван, щенок – это маленькая жизнь, так что тебе придётся о нём заботиться. Раз ты его выбрал, то на тебе теперь лежит ответственность за него, ты понял? – предупредила Нин Шу. - Этот покорный сын понимает. Этот покорный сын обязательно позаботится о нём. Лицо Хо Чэнвана сияло от радости и он снова начал вести себя, как милый избалованный ребёнок. - Матушка-Императрица, ты действительно самая лучшая! Этот покорный сын обязательно будет усердно учиться и позаботится о щенке. - Ладно. Иди. Нин Шу похлопала Хо Чэнвана по плечу, а потом предупредила нянечку Хо Чэнвана, чтобы она проследила за ними и убедилась, что щенок не поцарапает маленького принца. Как только Хо Чэнван ушёл, Цин Чжу сделала реверанс перед Нин Шу и сказала: - Ваше Императорское Высочество, высочества из каждого дворца пришли поприветствовать вас. - Объяви им, что я иду. Пришло время повидать этих женщин. Нин Шу разгладила свои широкие рукава, а потом вышла из бокового дворца в главный дворец. Как только она вошла, она была ослеплена ассортиментом женщин. Тут были всевозможные типы: красивые, соблазнительные и чистые. Воздух наполнили нежные ароматы. Всё помещение было полно чувственности. - Мы, младшие жёны, выражаем своё уважение Вашему Императорскому Высочеству и желаем Вашему Императорскому Высочеству богатства и здоровья. Супруги и младшие жёны сделали реверанс перед Нин Шу. Нин Шу посмотрела на этих красивых женщин и внутренне вздохнула, потому что они все были просто невероятно красивы. - Поднимитесь, - спокойно сказала Нин Шу. Как только Нин Шу это сказала, одна женщина тут же произнесла: - Ваше Императорское Высочество, Его Величество прошлой ночью приходил к Знатной Супруге Сюань. - О… Выражение лица Нин Шу осталось неизменным, но она была шокирована. Маленькая лисица была ранена прошлой ночью. Неужели Хо Цин не стал составлять компанию маленькой лисице и отправился спать с кем-то ещё? Разве он не сдерживал свои желания? Он уже столько времени провёл не кувыркаясь в постели ни с одной из супруг, так чего же он внезапно решил теперь переспать с супругой? ---------- Бессмысленное Собрание Внутреннего Дворца - Знатная Супруга Сюань прибыла, - прокричал снаружи евнух. Знатная Супруга Сюань в этот раз вошла нетороплива. Её фигура была немного негибкой, когда она шла, но её талия всё равно немного покачивалась. Её лицо светилось розовым светом, и вся она была словно в приподнятом настроении. Похоже, что Хо Цин действительно вчера совокуплялся с ней. Как только Знатная Супруга Сюань вошла, её встретило множество завистливых взглядов. Знатная Супруга Сюань стерпела физический дискомфорт и сделала реверанс перед Нин Шу. - Эта супруга выражает своё уважение Вашему Императорскому Высочеству. Извиняюсь, эта супруга действительно не очень хорошо себя чувствует, поэтому пришла с опозданием. Эта супруга надеется, что Ваше Императорское Высочество простит эту супругу. Нин Шу ответила "ага" и попросила Знатную Супругу Сюань сесть. - Ваше Высочество Знатная Супруга, вчера было пятнадцатое число, как же так вышло, что Его Величество отправился в ваш дворец? Супруга попыталась начать конфликт. Цвет лица Знатной Супруги Сюань изменился и она поспешила объяснить: - Прошлой ночью, около полуночи, Его Величество внезапно пришёл во дворец этой супруги. Прошлой ночью Его Величество внезапно пришёл и завалил её на кровать, не говоря ни слова и начал всячески её пытать. Когда она вспомнила то, что произошло прошлой ночью, её лицо снова покраснело, и это было прекрасным зрелищем. Когда присутствующие супруги и младшие жёны увидели Знатную Супругу Сюань в таком виде, их зависть стала ещё сильнее. Уже прошло много времени с тех пор, как Его Величество приходил во Внутренний Дворец, но первой привилегии удостоилась только Знатная Супруга Сюань. Если бы это была императрица, то они бы приняли это и стерпели, но это оказалась просто супруга? Они чуть не порвали свои платки, раздражённо скручивая их. Нин Шу почувствовала, что всё это было довольно бессмысленно. Так много прекрасных женщин пытаются заполучить внимание одного мужчины, и ревнуют из-за него, Хо Цин даже не влюблён в этих красоток, потому что вместо этого он влюблён в лисицу. Это просто невероятно. Нин Шу внезапно почувствовала, что все женщины, присутствующие тут, включая её саму, были очень жалкими. Они даже не могли сравниться по ценности с лисицей. Нин Шу пришлось снова ознакомиться с этими супругами и младшими жёнами. Например, та, что пыталась начать конфликт, была Прекрасная Леди Лань. Та, что была очень холодной и элегантной, была Супруга Дэ, а та, что была обворожительного типа, была Знатной Супругой Сун. Нин Шу решила, что нет смысла их тут всех держать и распустила. Когда они собирались вместе, они лишь обменивались едкими ремарками, и всё это было совершенно бесполезно. Вместо того, чтобы зря тратить время тут, будет лучше провести это время за тренировкой боевых искусств. Все супруги и младшие жёны ушли, но Знатная Супруга Сюань осталась. Нин Шу спросила: - Знатной Супруге Сюань что-нибудь нужно? Знатная Супруга Сюань замешкалась на мгновение, а потом сказала: - Ваше Императорское Высочество, прошлой ночью… Нин Шу махнула рукой, чтобы прервать её. - Это хорошо, что Его Величество удостоил тебя своим присутствием прошлой ночью. Будет хорошо, если ты скоро сможешь принести Его Величеству сына. Знатная Супруга Сюань не знала, искренна ли императрица в своих словах, но она не могла ничего сделать кроме как откланяться и уйти. После того как она ушла, Цин Чжу подошла, чтобы утешить Нин Шу. - Ваше Императорское Высочество... Цин Чжу хотела утешить Нин Шу, но не знала, что сказать. Нин Шу было плевать на то, кого Хо Цин удостоил своим визитом. Ей лишь нужно было завершить её задание. Если Хо Цин не стоял за тем инцидентом с мантией дракона и письмами, адресованными вражеской стране, которые были найдены в резиденции главнокомандующего, то Нин Шу готова была отдать голову на отсечение. А это означало, что в резиденции главнокомандующего был предатель, и он явно был одним из подчинённых Хо Цина. А пока резиденция главнокомандующего всё ещё стоит, её положение будет в безопасности и Хо Цин не посмеет напрямую свергнуть её. На данный момент её главной задачей было убедиться в том, что резиденция главнокомандующего в безопасности. ---------- Пришло Время Навестить Маленькую Лисицу Нин Шу притворилась обеспокоенной и отправилась навестить маленькую лисицу. Маленькая лисица лежала на драконьей постели. Не считая бинтов у неё на лапе, она чувствовала себя очень хорошо и выглядела очень оживлённой. Когда маленькая лисица увидела Нин Шу, её взгляд наполнился враждебностью, и она начала небрежно играть маленьким шариком своей здоровой лапой. Этот маленький шар был аккуратно сшит, и ткань была очень мягкой. Маленькая лисица очень сильно ненавидела эту императрицу. Того факта, что она была женой Хо Цина, было достаточно, чтобы маленькая лисица её возненавидела. А теперь она ещё и поранилась из-за этой женщины. Из-за чего долго ещё не сможет ходить нормально. Хо Цин не позволял ей бегать по дворцу, поэтому ей уже всё наскучило до смерти, она была скована и подавлена до смерти. Этот императорский дворец был просто ужасно скучным, ах. Как же ей не повезло! Почему же она стала лисицей? Боже, ах, Небеса, ах, почему ей так не повезло? Нин Шу увидела, как в глазах маленькой лисицы сверкает практически человеческий интеллект. Неудивительно, что Хо Цин так сильно обожал эту лисицу. - Зачем ты пришла? Когда Хо Цин вошёл и увидел, что в комнате была Нин Шу, его выражение лица тут же омрачилось. Когда он увидел, что маленькая лисица в порядке и играет, лёжа на постели, его выражение лица немного расслабилось. - Эта покорная жена выражает своё почтение Вашему Величеству. Нин Шу с уважением поклонилась в сторону Хо Цина. Хо Цин ответил "ага" и даже не глянул на неё. Он присел возле постели и погладил маленькую лисицу по голове. Его взгляд наполнился безумной любовью. В ответ, маленькая лисица лизнула палец Хо Цина. Зрачки Хо Цина расширились. Нин Шу почувствовала себя совершенно лишней, потому что она никак не мгла быть частью этой частично лисьей, частично человеческой атмосферы. Ей было очень неловко. Её опухоль неловкости вот-вот готова была распалиться. Маленькая лисица словно жаждала телесного контакта и наслаждалась ласками Хо Цина. Нин Шу причмокнула губами. Когда до неё дошло, что их отношения уже выходят за грань обычных отношений владельца и питомца, она почувствовала некоторое отвращение. Нин Шу стояла на месте, словно кусок дерева. Спустя некоторое время Хо Цин наконец-то спросил: - Императрице что-то нужно? - Эта покорная жена принесла лекарство, - Нин Шу достала флакон с лекарством и поставила его на стол. – Этот лечебный порошок очень эффективен для заживления ран. - Императрица слишком много беспокоится, - спокойно сказал Хо Цин. Он продолжил гладить мягкий золотой мех, который был настолько пушистым, что его пальцы практически утопали в нём. Нин Шу закусила губы, когда посмотрела на Хо Цина взглядом полным обвинения. Когда Хо Цин поднял свой взгляд и встретился со взглядом Нин Шу, он спросил: - Что-нибудь ещё? Нин Шу моргнула и выдавила из себя несколько слезинок, после чего сказала, надув губы: - Ваше Величество, вы вчера ходили во дворец Знатной Супруги Сюань. Вчера было пятнадцатое число. Выражение лица Хо Цина тут же почернело. Его первой реакцией было глянуть на маленькую лисицу. Маленькая лисица развернулась и повернулась к Хо Цину своей жопкой. Её золотой хвост медленно покачивался, явно говоря о её гневе. - Неужели Императрица отчитывает нас? Мы законный император, неужели нам не дозволено ходить туда, куда мы желаем? Смущение Хо Цина превратилось в гнев, когда он уставился на Нин Шу. Он явно был раздражён тем, что Нин Шу подняла эту тему перед маленькой лисицей. Нин Шу никогда не считала маленькую лисицу обычной лисой. Она была очень умной и всё могла понять. И раз она себя вот так вела, то это означало, что она разозлилась. Нин Шу притворилась настолько обиженной, что не смогла ничего сказать, а на её лице отобразилось разочарование. Когда маленькая лисица увидела Нин Шу такой, она обнажила свои маленькие острые зубы, словно она ухмылялась. Нин Шу спокойно глянула на неё, а потом сделала реверанс перед Хо Цином. - Эта покорная жена уходит. Хо Цин пренебрежительно махнул рукой, давая ей знать, чтобы она уходила поскорее. ---------- Визит Чжао Ши Как только Нин Шу вышла, она услышала звук разбиваемого фарфора. Когда она оглянулась назад, она увидел, что маленькая лисица сидит на столе и она столкнула тот флакон, который принесла Нин Шу. Он разбился о пол и весь порошок рассыпался. Маленькая лисица закричала на Хо Цина. Хо Цин с обожанием ткнул её в розовый нос и сказал: - Ах, малышка, если тебе не нравятся вещи императрицы, тогда мы больше не будем принимать вещи от императрицы, ладно? Маленькая лисица стала немного счастливее, когда услышала это. Она приподняла голову, а потом снова начала злобно кричать на него. Хо Цин, похоже, мог читать мысли, потому что он принялся объяснять маленькой лисице. - Прошлой ночью, это была наша ошибка. Мы не должны были ходить во дворец Знатной Супруги Сюань. Хаа, малышка, ты даже умеешь ревновать? Маленькая лисица куснула Хо Цина за шею, при этом поскуливая. На его лице появилось выражение человека, потерявшего голову от любви, но при этом тут было ещё немного разочарования. Нин Шу понятия не имела, как им двоим удаётся общаться. Это было просто потрясающе. Неужели это был легендарный феномен соединившихся сердец, когда они могут понимать мысли друг друга с одного только взгляда? Как загадочно. Тц, тц. Нин Шу протёрла свои глаза. Она решила больше не смотреть на них и вернулась в свой дворец так как их флирт явно не закончится в ближайшее время. Как только Нин Шу вернулась в свой дворец, Цин Чжу подошла к ней и поприветствовала. - Ваше Императорское Высочество, пришла мадам и она ожидает вас во дворце. Нин Шу поспешно отправилась во дворец и увидела там женщину, одетую в наряд жены высокопоставленного чиновника. Это была мать изначального хоста, Чжао Ши. - Эта покорная подданная выражает своё уважение Вашему Императорскому Высочеству. Взгляд Чжао Шу был полон беспокойства, когда она посмотрела на Нин Шу. Нин Шу поспешно помогла ей подняться. - Матушка, прошу, поднимитесь. - Ваше Императорское Высочество, как ваше здоровье? Я слышала, что Ваше Императорское Высочество не очень хорошо чувствовала себя последнее время, - спросила Чжао Шу. – Императорский лекарь осматривал вас? Нин Шу с улыбкой сказала: - Мама, эта дочь в порядке. Дедушка и отец в добром здравии? - Ваш отец в добром здравии. Ваш дедушка старее и у него имеются типичные для старости недуги, но, к счастью, ничего серьёзного, - Чжао Шу опустила голову и сказала. – Ваш отец услышал, что у вас было плохо со здоровьем и забеспокоился. ---------- Найти Ему Приятеля по Учёбе Пришёл маленький молочный пирожок, Хо Чэнван, и принёс своего щенка, чтобы показать Нин Шу те слова, которые он учился писать. Нин Шу посмотрела на них и радостно воскликнула: - Чэнван стал гораздо лучше писать! Хо Чэнван посмотрел на Нин Шу большими сверкающими глазами, а потом застенчиво сказал: - Матушка-Императрица, этот покорный сын будет усердно трудиться. Однако Отец-Император даже не спрашивал этого покорного сына о его домашней работе, даже несмотря на то, что этот покорный сын запомнил так много поэм. Хо Чэнван выглядел очень разочарованным. Он усердно трудился, но ему вообще не задавали вопросов, поэтому он не мог похвастаться своей работой. Нин Шу протянула руку и подняла щенка Хо Чэнвана, взяв его за шкирку. Щенок тщетно трепыхался, поэтому это выглядело довольно мило. - Матушка-Императрица, пожалуйста, будь нежнее. Взгляд Хо Чэнван наполнился душевной болью при виде щенка. Нин Шу вернула щенка обратно в руки Хо Чэнвана и серьёзно посмотрела на него. - Чэнван, ты учишься не ради других. Не ради Отца-Императора и не ради Матушки-Императрицы, а ради себя. Нин Шу почувствовала, что Хо Чэнван всё ещё был слишком одинок. Во дворце не было других детей его возраста, с которыми он мог бы играть. Вот почему он так привязался к маленькой лисице в изначальной истории. Сяо Сяо любила своего сына, но она возложила на Хо Чэнвана слишком много надежд и слишком сильно давила на него, поэтому Хо Чэнван не смог выдержать этой ноши. Она должна найти друга детства для этого ребёнка. Играть с собакой каждый день – это не решение. Ей нужно найти ему приятеля для учёбы. Первой же её мыслью был старший брат изначального хоста. У него был сын, который был на два года старше Хо Чэнвана. Этого ребёнка тоже обезглавили в изначальной истории. Изначальному хосту приходилось преодолевать чувство вины, когда она узнала, что её племянник, маленький ребёнок, умер из-за неё. Вся её семья была казнена. Император был бессердечен, а её сын вёл себя совсем не так, как подобает сыну. Слишком многое навалилось на неё, поэтому она и решила повеситься. - Ты ещё помнишь своего старшего брата Цингуаня? Матушка-Императрица попросит старшего брата Цингуаня прийти во дворец, чтобы составить тебе компанию, как тебе такое? – спросила Нин Шу. – Матушка-Императрица надеется, что Чэнван сможет быть счастливым. - Правда? – Хо Чэнван посмотрел на Нин Шу и возбуждённо спросил: - Старший брат придёт во дворец, чтобы составить компанию этому покорному сыну? - Всё верно. Когда Нин Шу видела, как обрадовался Хо Чэнван, она почувствовала, что это правильный выбор – позволить ему общаться с другими детьми. Нин Шу отправила кого-то, чтобы поговорить об этом с дедушкой и на следующий день Сяо Цингуань был отправлен во дворец. Сяо Цингуань имел простую внешность и крепкое телосложение, словно у маленького бычка. С первого же взгляда было ясно, что он родился в военной семье. Кстати говоря, семья Сяо была действительно полна талантливых людей и все четыре поколения жили под одной крышей. Но, в итоге, они все были уничтожены, без единого выжившего потомка. Это поистине было трагедией. - Тётушка! – воскликнул Сяо Цингуань. - Называй её Ваше Императорское Высочество! Что значит "тётушка"? – Чжао Ши шлёпнула Сяо Цингуаня по голове и сказала: - Ваше Императорское Высочество, этот ребёнок почти не знает никаких манер. Я боюсь, что он оскорбит другие высочества, что живут в этом дворце. Сяо Цингуань потёр свою голову и громко сказал: - Бабушка, не бей по голове этого внука! - Мама, не волнуйся. Эта дочь позаботится о Цингуане. Нин Шу позволила Хо Чэнвану, который практически прыгал от радости, подойти и поздороваться. Затем она отправила обоих детей играть снаружи. Когда она увидела, каким радостным был Хо Чэнван, она почувствовала облегчение. Это можно было счесть за выполнение части задания про сына, где она должна была сделать что-то для сына оригинального хоста. ---------- Быть Императрицей Тяжело Чжао Ши сказала Нин Шу: - Отец сказал этой покорной подчинённой передать его благодарность за дары Вашего Императорского Высочества. Отец сказал, что он всё понял и позаботится об этом, так что Вашем Императорскому Высочеству не нужно беспокоиться. - Мама, резиденция главнокомандующего сейчас на пике своей власти. Это просто неизбежно, что какие-нибудь мелочные люди почувствуют опасение. Мы должны быть осторожны в каждом нашем движении. Матушка и свояченица должны внимательно следить за людьми в резиденции и убедиться в том, что никто из людей, имеющих сомнительное прошлое, не смеет входить в резиденцию, чтобы использовать репутацию и власть резиденции для того, чтобы тиранизировать других. Нин Шу подозревала, что мантия дракона и письма были подложены кем-то из этой резиденции. В данный момент резиденция главнокомандующего была большой красной мишенью. И дело не только в том, что императрица пришла из этой резиденции, но и в том, что ей удалось родить старшего сына. К тому же, главнокомандующий всё ещё обладал властью над огромной военной силой. Как ни крути, но семья главнокомандующего казалась символом богатства и чести. Чжао Шу поспешно ответила: - Эта покорная подчинённая обязательно будет внимательно следить. Сяо Цингуань поселился во дворце. Нин Шу позволила двум ребятишкам жить вместе и установила им время для учёбы и игр. Им нужно было следовать этому расписанию, а иначе она отправит обратно щенка и Сяо Цингуаня. Хо Чэнван уже привык к такой компании, поэтому он скорее бы согласился умереть, чем вернуться к прошлым одиноким дням. Он твёрдо пообещал, что он и Сяо Цингуань будут хорошо учиться. Нин Шу согласно кивнула и следующие дни двое ребятишек приходили в её дворец каждый день, чтобы есть. Со временем, Хо Чэнван стал заметно выше и начал есть ещё больше. Хо Чэнван и Сяо Цингуань тайком подкидывали куски мяса под стол, где их съедал щенок, но Нин Шу притворялась, что не замечала этого. Хо Чэнван теперь был очень близок с Нин Шу. Иногда он даже не называла её Матушкой-Императрицей, а называл её мамой. И, хотя он не был её настоящим ребёнком, после того, как она некоторое время занималась его воспитанием, её сердце смягчалось, когда он называл её мамой. Этот ребёнок просто был слишком одинок. - Ты играл с маленькой лисицей в последнее время? – спросила Нин Шу, поглаживая голову Хо Чэнвана. Хо Чэнван сказал: - Маленькая лисица не выходила из спальни Отца-Императора в последнее время, поэтому я с ней не играл. Нин Шу кивнула. - У маленькой лисицы очень острые когти. Не играй с ней слишком активно. Всё-таки, это просто животное, и тебе будет больно, если она тебя поцарапает. Хоть твой старший брат Цингуань и знает немного боевые искусства, он не сможет всегда тебя защищать. Хо Чэнван кивнул. - Я не позволю старшему брату Цингуаню пораниться. Мне достаточно для игр старшего брата Цингуаня и маленького щенка. Нин Шу с облегчением вздохнула. Наконец-то ей удалось избежать того, чтобы этот ребёнок бегал повсюду с маленькой лисицей. - Ты можешь пойти играть со своим старшим братом Цингуанем, но будь осторожен, - предупредила Нин Шу. С тех пор, как маленькая лисица была ранена, Хо Цин не появлялся во Внутреннем Дворце. Толпа супруг снова пришла плакаться к Нин Шу. Нин Шу почувствовала головную боль, при виде такого большого количества женщин, которые рыдали и вытирали свои глаза платками, собравшись перед ней. Охренеть, быть императрицей – это та ещё боль в заднице. Она вынуждена делить своего мужа с таким большим количеством женщин, и если её муж отказывается спать с этими женщинами, то они придут к ней жаловаться, чтобы она сказала своему мужу, чтобы он пошёл и покувыркался в постели с этими женщинами. Какого хрена? Это просто невероятно. Не так-то просто быть способной и добродетельной императрицей, ах. Нин Шу тихо наблюдала за тем, как плачут эти женщины. А ведь плакать должна изначальный хост, ах. Почему у неё было такое ощущение, что императрица была просто экономкой? Все приходили к ней за всем. Если они хотят спать с Хо Цином, то должны сами к нему идти. Какой смысл плакаться ей? Нин Шу спокойно сказала: - Достаточно, хватит плакать. Его Величество занят вопросами императорского двора, и у него нет времени посещать Внутренний Дворец. Вам, девчата, стоит больше беспокоиться о здоровье Его Величества. Вместо того чтобы плакаться этой императрице, почему бы вам не приготовить питательных супов для Его Величества? Супруги и младшие жёны переглянулись, а потом поспешно разошлись. Вероятно, они отправились готовить еду. Когда маленькая лисица увидит те вещи, которые пришлют эти супруги и младшие жёны, она, вероятно, снова разозлится. Нин Шу определённо сделала это нарочно. Она целенаправленно хотела вызвать размолвку. Всё же, это он игнорировал всех этих супруг и вместо этого флиртовал с лисицей. Хоть внутри была настоящая личность, снаружи это всё равно было животное. ---------- Небеса, ах, Зачем Вы Сделали Ее Лисицей? После предложения Нин Шу, все супруги и младшие жёны начали отправлять еду к каждому времени приёма пищи, чтобы напомнить о своём присутствии. Хо Цин никак не реагировал на их энтузиазм и не приходил повидать ни одну из супруг, потому что он беспокоился о том, что Ху эр, эта малышка, разозлится. Однако маленькая лисица всё равно была очень зла, видя все эти супы и выпечку. Как и ожидалось, император был всего лишь большой жеребец-оплодотворитель. Она чувствовала презрение по отношению к Хо Цину, но, в то же самое время, она ревновала. Хоть Хо Цин и обожал её очень сильно, она была лишь лисицей. У него было так много красоток в его Внутреннем Дворце, так как же она могла с ними сравниться? Небеса, ах, зачем вы сделали её лисицей? Маленькая лисица была несчастна и сбивала всю выпечку и супы, а потом топталась по ним, приводя стол в беспорядок. Маленький евнух, который был неподалёку, опускал голову и вёл себя так, словно он ничего не видел. Хо Цин никак не возразил на это и просто сказал с обожанием: - Может, ты уже успокоишься? Малышка, отчего ты такая милая? Маленькая лисица хмыкнула и горделиво отвернулась. Если говорить словами цундере, то это означало "Я очень зла на тебя, не разговаривай со мной. Я буду игнорировать тебя, даже если ты заговоришь со мной". Эта фраза практически витала в воздухе. Однако Хо Цин от этого лишь рассмеялся от всей души. Он подобрал маленькую лисицу. - Отчего же у тебя такая дикая личность? Это просто очень мило. Мы даже не знаем, что с тобой делать. Маленькая лисица была очень зла, но Хо Цин, похоже, был рад, поэтому она яростно укусила его за палец. В этот раз она укусила очень сильно и из пальца начала течь кровь. - Ваше Величество, - маленький евнух был встревожен и он поспешно спросил: - Может позвать императорского лекаря? - Не нужно. Хо Цин подумал об этом, а потом положил свой кровоточащий палец себе в рот и пососал его. Он практически ощутил дыхание маленькой лисицы на своём пальце. Его сердце начало бешено стучать. Словно он разделил непрямой поцелуй с маленькой лисицей. Он не мог перестать облизывать рану. И хотя рот наполнился вкусом крови, всё его тело разгорячилось. Что с ним не так? Неужели он заболел? - Вуувуувуу… Когда маленькая лисица увидела, что она укусила Хо Цина до такой степени, что у него начала течь кровь, она посмотрела на него с беспокойством и самобичеванием во взгляде. Её глаза наполнились слезами. - Ваше Величество, эта лисица поранила ваше почётное тело дракона. Может нам нужно… Прежде чем маленький евнух успел закончить говорить, он увидел холодный взгляд Хо Цина и упал на колени. - Ваше Величество, молю о милосердии! Ваше Величество, молю о милосердии! - Оттащите его вниз и ударьте его двадцать раз! Он должен знать, что он должен говорить и чего не должен, - холодно сказал Хо Цин. Стражники тут же вошли и утащили маленького евнуха. Личный евнух, который был рядом с Хо Цином, сказал: - Ваше Величество, этот слуга тоже отправится туда и проследит за наказанием. Хо Цину очень хотелось, чтобы все ушли из комнаты, поэтому он пренебрежительно махнул евнуху, что он может идти. Как только евнух Цю ушёл, Хо Цин поднял маленькую лисицу и сказал: - Малышка, перестань уже злиться? Ты и так уже ранила нас. В следующий раз мы тебе этого не простим. Хоть Хо Цин и говорил, что он накажет маленькую лисицу, его тон голоса был очень соблазнительным, отчего маленькая лисица покрылась румянцем. Она мысленно вздохнула с облегчением от того, что она сейчас была лисицей, а иначе у неё сейчас лицо точно было бы красным. Когда она подумала о том, как сильно этот мужчина обожает и любит её, у неё полились слёзы. Тот факт, что этот мужчина так сильно её обожал, вероятно, был небольшой компенсацией Небес за то, что они поместили её в тело лисицы. ---------- Вторая Самая Важная Фигура - Ху эр, не плачь. Мы просто пошутили насчёт того, что накажем тебя. Тебе больше нельзя плакать, если ты продолжишь плакать, то мы тебя поцелуем. Эти слова вылетели изо рта Хо Цина прежде, чем он успел подумать об этом, и он застыл. Он не мог пересилить себя и посмотреть маленькой лисице в глаза. Маленькая лисица снова вздохнула от своей судьбы. Почему она была лисицей? С таким красивым сердцеедом перед ней, но она не могла его отведать, ааах. Это просто разбивало ей сердце Маленькая лисица лизнула Хо Цина в губы, а потом нежно лизнула его щёку. Раз уж он так сильно обожал эту сестрицу, то эта сестрица поцелует тебя. Когда она лизнула Хо Цина, всё его тело разгорячилось так, словно он погрузился в кипящую воду. Ему было очень неудобно, потому что его нижняя половина отреагировала на это. - Малышка, как ты можешь быть такой озорной, - голос Хо Цина был немного хриплым, когда он положил маленькую лисицу на постель. - Нам нужно сейчас заняться летописями. А ты будь тут и веди себя хорошо. Маленькая лисица плюхнулась от скуки на постель, а потом свернулась клубком. Хо Цин выглядел так, словно он действительно собирается заняться летописями, но его кисть с киноварью так и не опустилась на бумагу. Он так крепко схватился за кисть, что у него на руке набухли вены. Похоже, что ему было очень больно такое терпеть. Его взгляд был расфокусированным, когда он уставился на летопись. Всё, что крутилось в его голове – это милая внешность маленькой лисицы и электрическое ощущение того, когда она лизнула его в губы. Он вот-вот был готов сойти с ума. Он правда готов был сойти с ума. ______________________________________________________________________ За пределами его дворца, стражники прижимали к деревянной лавке маленького евнуха. Он кричал своему учителю, евнуху Цю: - Учитель, но ведь этот слуга не сделал ничего плохого? - Слепой идиот! Неужели ты не понимаешь, что Его Величество в данный момент самый главный во дворце, а эта лиса – вторая самая важная фигура? Даже Её Императорское Высочество не может сравниться с этой лисой. Что бы ты ни увидел в будущем, просто смотри молча и игнорируй её. Евнух Цю был немного раздражён невежеством маленького евнуха. Маленький евнух закричал: - Учитель, но она же просто животное! - А ну скорее рот свой закрой! Неужели ты решил, что прожил слишком долго, раз так активно ищешь смерти? Евнух Цю стукнул маленького евнуха по голове своей метёлкой из конского хвоста, а потом сказал стражникам: - Начинайте. Стражник поднял деревянную лопатку и с замахом опустил её на задницу маленького евнуха, заставляя его кричать. Однако стражники проявили уважение евнуху Цю и обошлись с маленьким евнухом немного мягче, чем обычно. К тому времени, как был нанесён двадцатый удар, маленький евнух уже потерял сознание. Евнух Цю вздохнул, а потом поспешил на поиски лекаря. Так или иначе, это был его ученик, который в будущем будет ему помогать и присматривать за ним. ______________________________________________________________________ Нин Шу наблюдала за тем как Хо Чэнван и Сяо Цингуань пишут. Цин Чжу вошла во дворец и прошептала Нин Шу: - Ваше Имперское Высочество, сегодня поколотили Сяо Аньцзы, который прислуживает Его Величеству. Нин Шу подняла брови и сказала детям: - Продолжайте писать, не отлынивайте. Матушка-Императрица придёт проверять. Когда они вернулись в главный дворец, Нин Шу спросила: - Ты узнала почему? Цин Чжу покачала головой. - Эта служанка слышала лишь, что это был прямой приказ Его Величества. Эта служанка сходит и узнает. Нин Шу спокойно сказал: - Да ладно, не нужно заниматься этим вопросом. Просто отправь немного лекарства для Сяо Аньцзы. - Поняла. После того, как Цин Чжу ушла, Нин Шу начала тихо и ритмично стучать пальцами по столу. Скорее всего, этот инцидент был связан с той маленькой лисицей. Хо Цин целиком и полностью выстроил своё обожание этой маленькой лисицы на страданиях других. Чем более жестоким он был по отношению к остальным, тем больше казалась особенной привязанность Хо Цина к маленькой лисице. Он бесконечно обожал её. Казалось, что эта маленькая лисица может захватить весь мир. Нин Шу внезапно улыбнулась. Разве смысл истинной любви не означает, что они должны быть вместе, даже если весь мир будет против них? Нин Шу стало интересно, останется ли маленькая лисица с Хо Цином, если весь мир будет против Хо Цина? ---------- Инцидент в Императорском Саду - Матушка-Императрица, этот покорный сын закончил писать. Можно мне теперь пойти поиграть со старшим братом? Хо Чэнван и Сяо Цингуань вошли со стороны бокового дворца, держа в руках свои домашние работы. Нин Шу проверила домашние работы, а потом сказала: - Начиная с завтра, Цингуань, будешь писать ещё по десять слов в день. Твой почерк просто уродлив. Эта императрица помнит, что у твоего папы очень хороший почерк. Сяо Цингуань с шоком отреагировал на слова Нин Шу. - Мой папа умеет писать, но я никогда раньше не видел, чтобы он писал. Моя мама сказала, что папа пишет как курица лапой? Нин Шу: … Вот негодник. Хо Чэнван прикрыл рукой свою улыбку. Нин Шу пренебрежительно махнула рукой и сказала: - Идите, играйте. Как только этих два негодника ушли, Нин Шу вернулась к себе в спальню и приготовилась к медитации. Ей нужно было усилить это тело, чтобы проще было выполнять работу. Однако вскоре Хо Чэнван прибежал в слезах и закричал: - Матушка-Императрица, спаси его! Отец-Император хочет забить старшего брата Цингуаня до смерти! Нин Шу поспешно слезла с постели. Её выражение лица было мрачным, когда она подхватила Хо Чэнвана и пошла из спальни. - Где они? - Они в императорском саду, - Хо Чэнван был так напуган, что плакал. – Отец-Император очень страшный. Нин Шу быстро дошла до императорского сада, как раз, чтобы увидеть, как Сяо Цингуаня прижимают к деревянной лавочке. Он пытался вырваться, словно маленький бычок перед забоем. - А ну прекратите немедленно! Эта императрица приказывает вам остановиться! – поспешно воскликнула Нин Шу, когда увидела, что деревянная лопатка вот-вот опустится на Сяо Цингуаня. Сяо Цингуаню было всего лишь семь лет. Если его действительно устроят такую порку, то это может его убить. Хо Цин, вот ведь ублюдок! Лицо Хо Цина осталось холодным, когда он увидел прибытие Нин Шу. Он держал в руках маленькую лисицу, и её золотой мех красиво переливался в солнечном свете. По правде говоря, эта лисица была просто очень красивой. Людям невольно хотелось погладить её мех. Если бы не Хо Цин, то мех этой лисицы уже стал бы шарфом для какой-нибудь супруги. Нин Шу опустила Хо Чэнвана на землю и сделала реверанс перед Хо Цином, прежде чем спросить: - Ваше Величество, неужели Сяо Цингуань сделал что-то плохое? - Он бегал по дворцу вместе с принцем, словно дикий зверь. Как партнёр принца по учёбе, как он может быть настолько неотёсанным? Он плохо влияет на принца. Цвет лица Хо Цина был очень мрачным. Сяо Цингуань был из резиденции главнокомандующего. Сяо Сяо вот так просто позволила ребёнку из резиденции главнокомандующего учиться вместе с Хо Чэнваном?! Неужели она уже решила, что трон уже принадлежит Хо Чэнвану, поэтому начала организовывать ему сторонников? Нин Шу глубоко вдохнула и сказала: - Чэнван всё ещё молод. Эта покорная жена лишь хотела, чтобы Чэнвану было с кем играть. Вот почему она позвала Цингуаня во дворец. Эмоции были глубоко спрятаны в глазах Хо Цина, когда он спокойно сказал: - Доброжелательные и заботливые матери создают множество неудачливых детей. Не забывай, что Чэнван – ребёнок из императорской семьи. Ему не нужны друзья. Некоторым людям просто суждено быть одним. - Стража, избейте эту собаку до смерти. Всякие пустяки уничтожают волю. Это совершенно не подходит нашему ребёнку, - мрачно сказал Хо Цин. Стража тут же окружила щенка и начала бить его деревянными лопатками. Щенок закричал от боли, а когда лопатка ударила его по голове, он начал пошатываться. - Матушка-Императрица, Матушка-Императрица! Спаси щенка, пожалуйста! Матушка-Императрица… Хо Чэнван дёргал Нин Шу за рукав и плакал, умоляя Нин Шу помочь. Нин Шу покачала головой. Дело было не просто в жизни собаки. ---------- Чтобы Заставить Мужчину Окончательно Пасть Стукнутый по голове, щенок упал на землю, начал конвульсивно дёргаться и скулить. Ещё один стражник ударил его по голове, и та полностью деформировалась, разливая кровь. - АА… - закричал Хо Чэнван. Нин Шу поспешно обняла Хо Чэнвана, чтобы он больше этого не видел. В то мгновение, когда щенка забивали насмерть, Хо Цин прикрыл глаза маленькой лисицы. Маленькая лисица дрожала от страха. Хо Цин прошептал на ухо лисице: - Не бойся нас, мы не будем с тобой так обращаться. Это всего лишь животное, а ты – самое важное, что есть в нашем сердце. Хо Цин утешил маленькую лисицу, а потом повернулся к Нин Шу и холодно сказал: - Долг императрицы – как следует управлять внутренним дворцом. Это значит, что ты также должна присматривать и за детьми. Как ребёнок из императорской семьи, он не может быть таким строптивым и небрежным. Нин Шу обняла Хо Чэнвана, который дрожал у неё в руках, и склонилась с печальным вздохом: - Эта покорная жена запомнит. Хо Цин не обратил внимания на очевидную печаль Нин Шу и ушёл вместе с маленькой лисицей. Нин Шу наблюдала за тем, как он уходит, а потом изогнула губы в холодной улыбке. Хо Цин поистине был сильным противником, ах. - Тётушка. Глаза Сяо Цингуаня всё ещё были немного красными. Он всё ещё лежал на лавочке. Он чувствовал такую слабость, что не мог встать. Нин Шу попросила евнуха отнести Сяо Цингуаня на спине. Труп щенка тоже взяли и унесли. Хо Чэнван продолжал рыдать в руках Нин Шу. Он крепко держался на Нин Шу и всё его тело дрожало. Он зажмурил глаза, словно не смел их открывать. Нин Шу вздохнула и нежно погладила его по спине, нежно говоря: - Чэнван, не бойся. Матушка-Императрица защитит тебя. Матушка-Императрица защитит Чэнвана. Нин Шу отнесла Хо Чэнвана обратно в свой дворец. Хо Чэнван не отпускал её, поэтому она продолжала обнимать его. - Тётушка, это была моя вина. Я недостаточно хорошо присматривал за маленьким принцем. Сяо Цингуань вытер свои слёзы. - Что именно там произошло? – спросила Нин Шу, нахмурившись. Сяо Цингуань рассказал ей обо всём, что там произошло. Два маленьких мальчика играли в салки в императорском саду, когда туда пришла маленькая лисица, которая оправилась от ран. Там она столкнулась с двумя мальчишками и щенком. Маленькая лисица увидела круглолицых и бледных ребятишек, играющих с глупым щенком, поэтому она подбежала к ним, чтобы подшутить над щенком. Однако этот щенок был совсем не таким умным, как лисица. Когда он почуял лису, он начал гнаться за ней. Когда Хо Цин пришёл в сад в поисках лисицы, то он как раз увидел тот момент, когда щенок гонится за маленькой лисицей. Хо Цин впал в ярость. Когда он увидел, что два животных начали радостно бороться, он ещё больше разъярился и начал ревновать. Его сердце наполнило мощное чувство собственничества. Он подошёл, отпнул щенка прочь, отряхнул грязь с маленькой лисицы и взял её на руки. Когда он повернулся и увидел Хо Чэнвана и Сяо Цингуяня, его взгляд наполнился недовольством. Хо Чэнван давно уже не видел своего Отца-Императора, поэтому он был очень рад его увидеть. Однако прежде чем он успел что-либо сказать, Хо Цин начал ругать его за то, что он бездарный и дурно воспитанный. Когда он узнал, что Сяо Цингуань был тут для того, чтобы учиться вместе с Хо Чэнваном, Хо Цин сказал, что долг компаньона по учёбе – брать на себя ответственность за ошибки принца, поэтому Сяо Цингуаня и приговорили к наказанию. После этого Хо Чэнван отправился на поиски Нин Шу. Это событие привело к смерти щенка, но Нин Шу знала, что на самом деле – это предупреждение от Хо Цина для неё, и для семьи Сяо. Маленькая лисица действительно создавала проблемы везде, куда бы она ни ходила. Нин Шу не могла себе позволить сражаться с Хо Цином напрямую, пока у неё не будет полный контроль над ситуацией. Чтобы заставить мужчину окончательно пасть, сначала нужно свести его с ума. Она будет ждать и наблюдать за тем, на какие сумасшедшие деяния пойдёт Хо Цин ради маленькой лисицы. На самом деле всё это было довольно иронично. У него не было никаких чувств к его жёнам, даже ни капли благодарности. Он даже был безразличен по отношению к своему собственному сыну, но добровольно отдавал всю свою страсть лисе. Можно даже сказать, что он отдавал лисе все те эмоции, что должны были у него быть на протяжении всей жизни. Нин Шу мысленно ругалась. Золотой перст* главной женщины был просто слишком толстым. Её ореол светил так ярко, что практически ослеплял. ______________________________________________________________________ Примечание переводчика: под золотым перстом подразумевают удачу. Нашим аналогом будет "родиться в рубашке". ---------- Собрание Жалости Хо Чэнван рыдал в объятиях Нин Шу до самого изнеможения, а потом закрыл глаза и уснул. Нин Шу вздохнула, а потом положила Хо Чэнвана на кровать. Она сказала Цин Чжу приготовить тёплой воды, а потом начала вытирать влажной тряпкой слёзы Хо Чэнвана. Глаза Хо Чэнвана были красными и опухшими от его слёз. Нин Шу села возле кровати, чтобы наблюдать за ним. Сяо Цингуань винил себя за то, что недостаточно хорошо защищал своего младшего кузена и за смерть щенка. - Тётушка, - воскликнул Сяо Цингуань. Нин Шу потёрла виски и сказала: - Цингуань, ты перепугался. Иди, поешь что-нибудь и отдохни. Чэнван тоже очень грустит, поэтому тётушка надеется, что ты останешься с Чэнваном. Сегодняшний инцидент наверняка оставит шрам в сердце Хо Чэнвана. - Тётушка, Цингуань обязательно позаботится о нём! – поклялся Сяо Цингуань и постучал себя по груди. Около полуночи у Хо Чэнвана началась сильная лихорадка. Нин Шу была к этому готова и сказала Цин Чжу принести чашу лекарства. Она медленно начала вливать его в Хо Чэнвана, но на полпути его начало тошнить. - Ваше Императорское Высочество, может нам позвать императорского лекаря? – Цин Чжу была так обеспокоена, что у неё побледнело лицо. – Давайте позовём императорского лекаря, а потом приготовим ещё лекарства. Нин Шу взяла влажный платок и начала обтирать Хо Чэнвана. Хо Чэнван многое пережил сегодня, поэтому было неудивительно, что он заболел. Однако она всё равно невольно забеспокоилась, когда у него началась лихорадка. Маленький мальчик лежал на постели и беспокойно бормотал какие-то невнятные слова. Нин Шу волновалась, что лихорадка повлияет на мозг Хо Чэнвана. Цин Чжу позвала императорского лекаря, и тот провёл Хо Чэнвану сеанс акупунктуры. Как только принесли лекарство, Нин Шу тут же взяла чашу и снова начала поить Хо Чэнвана. - Ваше Императорское Высочеств, позвольте служанке сделать это, - сказала Цин Чжу, когда увидела, насколько обеспокоенной была Нин Шу. Нин Шу глубоко вздохнула. - Всё в порядке. Эта императрица сама всё сделает. - Ваше Императорское Высочество, может нам попросить Его Величество прийти сюда? – спросила Цин Чжу. Маленький принц был серьёзно болен, поэтому Его Величество должен был прийти. Нин Шу вообще хотела спросить, зачем они должны звать сюда этого проклятого ублюдка, но она вспомнила, что в комнате был императорский лекарь, поэтому она не могла себе позволить разрушать имидж заботливой и добродетельной императрицы, поэтому она могла лишь стерпеть боль и сказать: - Уже полночь. Его Величество уже наверняка давно лёг отдыхать, потому что ему завтра надо быть при дворе. Нам не стоит беспокоить отдых Его Величества. Взгляд императорского лекаря наполнился жалостью. Губы Нин Шу дрогнули, когда она продолжила обтирать Хо Чэнвана. - … Ваше Императорское Высочество. Глаза Цин Чжу тоже стали немного красными. Даже Нин Шу было жалко саму себя. ______________________________________________________________________ Его Величество, про которого Нин Шу сказала, что он спит, на самом деле не спал. В данный момент он лежал на постели, глядя на маленькую лисицу, которая лежала на столе. Маленькая лисица с опаской смотрела на Хо Цина. Когда Хо Цин увидел её взгляд, то почувствовал, как его сердце сжалось от боли. Ему нравилось, когда взгляд Ху эр был полон хитрости и очарования, когда он был ясным и пленительным. Она не должна смотреть на него с опаской и тревогой. Маленькая лисица не боялась Хо Цина. Даже несмотря на то, что Хо Цин был императором, он очень хорошо с ней обращался. Однако она была шокирована тем, как он приказал убить щенка. Только тогда она действительно поняла, что этот мужчина может решить жизнь и смерть любого человека одним только словом. Лисица невольно чувствовала, что произошедшее со щенком произошло и с ней самой. Она больше не была человеком. Она была всего лишь лисой. Если даже жизни людей ничего не стоили, то что говорить о её жизни, жизни животного? ---------- Лихорадка Наконец-то Прошла Хо Цин поднялся с постели и подошёл к маленькой лисице. Когда он потянулся, чтобы обнять маленькую лисицу, шерсть на её загривке тревожно поднялась. Хо Цин осторожно погладил маленькую лисицу и нежно сказал: - Ты не должна бояться нас. Ты принадлежишь нам. Нам не нравится видеть, как ты играешь с другими людьми. Хоть ты всего лишь лиса, мы никогда не считали тебя просто лисой. Ты значишь для нас больше, чем кто-либо во всём мире. Ты - наш питомец. Мы обожаем тебя, любим тебя. Хо Цин страстно посмотрел на маленькую лисицу. - Мы никогда раньше не видели такую прекрасную и умную лису. Сердце маленькой лисицы начало усиленно колотиться, когда она встретилась взглядом с Хо Цином, а когда она услышала его слова, она почувствовала себя благословлённой. Хоть она и стала лисой, ей удалось встретиться с Хо Цином, а значит, бог трансмиграции оказался не так уж плох для неё. Маленькая лисица решила, что ей будет неправильно бояться Хо Цина, потому что он так сильно её обожал. Она посмотрела на него снизу вверх извиняющимся взглядом и лизнула его палец. Хо Цин слегка напрягся, а потом сказал счастливым голосом: - Ху эр, ты больше не злишься? Когда маленькая лисица увидела улыбку на лице Хо Цина, она почувствовала, что краснеет. Он был просто невероятно красив, ах. - Мы же красивы? Хо Цин лучезарно улыбнулся маленькой лисице, и маленькая лисица тут же кивнула. Красив. Он был просто слишком красив. Хо Цин погладил её мягкие уши, а потом поднял и перенёс на постель дракона, чтобы они спали вместе. ______________________________________________________________________ Нин Шу присматривала за Хо Чэнваном всю ночь. С помощью лечения императорского лекаря, лихорадка Хо Цина наконец-то прошла, и он перестал тревожно бормотать во сне. Нин Шу села возле постели, чтобы наблюдать за ним и сказала Сяо Цингуаню: - Цингуань, иди спать. - Тётушка, Цингуань не устал. Цингуань останется тут, пока младший кузен не проснётся. Глаза Сяо Цингуаня были совсем красными, так как он тоже плакал и не спал до поздней ночи. Нин Шу не стала настаивать и лишь сказала ему, что если он устал, то он может прислониться к постели и поспать. - Ваше Императорское Высочество, выпейте немного горячего чаю. Цин Чжу принесла чашку чая. Нин Шу взяла её и выпила, а потом продолжила обтирать Хо Чэнвана платком. Хо Чэнван проспал весь день и всю ночь, прежде чем проснуться. Когда он открыл глаза, он тупо уставился на Нин Шу. Нин Шу тут же начала паниковать. Не могла же лихорадка повредить его клетки мозга, верно? - Матушка-Императрица, Чэнвану очень страшно. Голос Хо Чэнвана был очень хриплым. Нин Шу поспешно налила чашку воды и помогла ему выпить. Пока он пил, слёзы продолжали течь по его щекам. Нин Шу обняла Хо Чэнвана и тихо сказала: - Не бойся, Чэнван. Матушка-Императрица обязательно защитит Чэнвана. - Кузен, ты проснулся! Когда Сяо Цингуань, который уснул возле постели, увидел, что Хо Чэнван проснулся, он был так рад, что чуть не расплакался. - Старший брат. Хо Чэнван сейчас чувствовал себя очень плохо. Он чувствовал себя так, словно вот-вот умрёт. Нин Шу отправила Сяо Цингуаня завтракать. После этого во дворце отдыха остались лишь Нин Шу и Хо Чэнван. Нин Шу посмотрела на него и сказала: - Чэнван винит Матушку-Императрицу. Ты винишь Матушку-Императрицу. Ты спрашиваешь себя, почему Матушка-Императрица не спасла щенка, верно? По лицу Хо Чэнвана снова потекли слёзы, когда он хрипло спросил: - Почему, Матушка-Императрица? Нин Шу спокойно покачала головой. - Потому что Матушка-Императрица не могла этого сделать. - Почему? Хо Чэнван посмотрел на неё в замешательстве. Нин Шу погладила его по голове. - Чэнван, это потому, то Матушка-Императрица была перед твоим Отцом-Императором, человеком, у которого самая большая власть в мире. Все остальные перед ним лишь покорные подчинённые. Это включает и Матушку-Императрицу и тебя. Неужели Чэнван предпочёл бы, чтобы Матушка-Императрица отдала ему Цингуаня ради спасения щенка? - Нет. Чэнван не хочет, чтобы со старшим братом что-нибудь случилось, - Хо Чэнван покачал головой. – Но почему Отец-Император забил щенка до смерти? Он ведь ничего не знает? Потому что он ревновал, и он хотел предупредить её и семью Сяо. ---------- Счастье Это То, Что Не Забрать Хо Цин был недоволен ей и недоволен тем, что она позволила Сяо Цингуаню стать компаньоном по учёбе для Хо Чэнвана. У Хо Чэнвана болело сердце. Он никогда раньше не чувствовал, чтобы у него так болело сердце. Нин Шу вздохнула и сказала: - Матушка-Императрица принесла труп щенка. Как только тебе станет лучше, давай похороним его. Хо Чэнван уставился на Нин Шу и медленно спросил: - Отец-Император тоже держит при себе маленькую лисичку. Отец-Император завёл себе питомца, но он сказал, что эти пустяки уничтожают волю, а потом забил щенка насмерть. Почему Отцу-Императору можно так делать, но этому покорному сыну – нельзя? - Чэнван хочет знать почему? Нин Шу посмотрела на ребёнка. Теперь он был другим. Впрочем, любой, кто пережил подобную боль, начнёт лучше понимать мир. И хотя у него был почётный статус кронпринца, на самом деле его статус был очень шатким. Нин Шу тихо рассмеялась. - Почему? Потому что твой Отец-Император – это император. Он держит в руках жизни всех жителей. Он держит в своих руках их судьбы. Никто не смеет его провоцировать. У него есть абсолютная власть, чтобы защищать тех, кого он любит и забирать то, что важно для других. Никто не смеет ничего говорить. - Отец-Император – это император, поэтому у него есть власть, чтобы защищать те вещи, которые он лелеет? Хо Чэнван тупо уставился на Нин Шу. Нин Шу обняла его и тихо сказала: - Чэнван, в этом мире нет ничего абсолютного. Каждый человек должен платить за свои действия. Матушка-Императрица надеется, что Чэнван сможет быть счастливым, но не ищи обычной родительской любви со стороны твоего Отца-Императора. Твой Отец-Император – это император. Он определяет наши судьбы. И пока наши жизни принадлежат ему, тем более важно, что мы не должны глупо искать его любви. - Матушка-Императрица, что должен сделать Чэнван, чтобы остановить эту боль? – слёзы Хо Чэнвана продолжали течь, пока он смотрел на Нин Шу. – Этот покорный сын хочет защитить Матушку-Императрицу и те вещи, которые этот покорный сын лелеет. Этот покорный сын не хочет, чтобы произошедшее вчера снова повторилось. Матушка-Императрица, у этого покорного сына болит сердце. Оно так сильно болит. У Нин Шу тоже кольнуло в сердце, и она вытерла его слёзы платком, а потом погладила по спине. - Чэнван, становись счастливым. Счастье – это то, что твой Отец-Император никогда не сможет забрать. Матушка-Императрица надеется, что Чэнван будет счастливым. Матушка-Императрица обязательно поквитается за то, что случилось вчера. - Матушка-Императрица. Хо Чэнван бросился в объятия Нин Шу и начал громко реветь. Нин Шу вздохнула с облегчением, когда увидела это. Выговориться – это гораздо лучше, чем держать всё в себе. На лице Хо Чэнвана всё ещё были слёзы, поэтому Нин Шу вытерла их платком. - Ваше Императорское Высочество, поешьте хоть что-нибудь. Цин Чжу выглядела немного взъерошенной, так как она всю ночь провела рядом с Нин Шу. Нин Шу принесла чистой каши и сказала: - Чэнван, поешь немного. Так ты быстрее восстановишься. Нин Шу по кормила Хо Чэнвана с ложечки. Хо Чэнван спросил: - Матушка-Императрица, а Отец-Император приходил? Отец-Император приходил навестить этого покорного сына? - Нет, - Нин Шу покачала головой. – Чэнван, Матушка-Императрица уже сказала тебе, что тебе не стоит особо надеяться на твоего Отца-Императора. - Этот покорный сын лишь хочет, чтобы Отец-Император почувствовал, что сделанное им было плохо, и увидел, что он очень сильно ранил этого покорного сына. Я его сын, поэтому этот покорный сын желает увидеть, что этот Отец-Император чувствует хоть немного вины, - сказал Хо Чэнван. Нин Шу улыбнулась. - Чэнван Матушки-Императрицы вырос. Но есть такие люди, которые совсем ничего не чувствуют, даже когда они делают больно другим. Даже когда они понимают, что ранили кого-то, им всё равно наплевать. Хо Чэнван доел тарелку каши и лёг обратно на постель, отдыхать. Однако Нин Шу увидела, что он всё ещё плачет, спрятавшись под одеялами. Она вздохнула. Поев немного, она села у постели, чтобы составить ему компанию. ---------- Один Визит Хо Цина - Ваше Императорское Высочество, мадам прислала послание, в котором говорится, что она хочет навестить дворец и взглянуть на маленького принца, - тихо прошептала Цин Чжу на ухо Нин Шу. Нин Шу пренебрежительно махнула рукой. - Скажи им, чтобы они пока не присылали никаких посланий во дворец. Какое-то время не впускай во дворец никаких женщин. Цингуань останется во дворце. В данный момент Чэнван очень нуждается в ком-нибудь, кто составит ему компанию. Скажи моей матушке, чтобы она не волновалась, и что эта императрица защитит Цингуаня. Лицо Цин Чжу наполнилось беспокойством, когда она ушла выполнять поручение. После завтрака пришёл Сяо Цингуань и стал ждать, пока его младший кузен проснётся. Некоторые супруги и младшие жёны приходили, чтобы поприветствовать Нин Шу, но она была не в настроении их видеть. Они принесли много всяких вещей, но Нин Шу, даже не глядя на них, сказала Цин Чжу, чтобы она сразу убрала их в хранилище. Когда днём Хо Цин наконец-то узнал, что его сын заболел, он пришёл с холодным выражением на лице. Нин Шу почувствовала, как у неё сжались яйца, когда она увидела его таким. Ну, вот опять, если он не хотел приходить, то зачем пришёл?! Хо Цин потребовал: - Почему ты не сказала нам, что Чэнван заболел? Если бы отец императрицы не стал спрашивать его о здоровье маленького принца, то он бы и не узнал, что Хо Чэнван заболел. Но Хин почувствовал себя так, словно его достоинство было спровоцировано. Он был хозяином этого императорского дворца, но другие люди раньше него узнавали о делах, происходящих в его семье. Как можно было позволить посторонним узнавать о том, что происходит в императорском дворце? Да что это за отношение такое к императорскому дворцу? Когда Нин Шу услышала, что сказал Хо Цин, у неё отвисла челюсть. Она никогда раньше не видела таких бесстыдных людей. Он запугал своего собственного сына до такой степени, что тот заболел, а теперь у него хватает нервов, чтобы приходить и допрашивать её? Нин Шу мысленно выругалась, но она всё равно сохранила своё измождённое, но встревоженное выражение лица. - У Чэнвана началась лихорадка очень поздно вчера ночью, поэтому эта покорная жена не хотела беспокоить Ваше Величество. - Тогда ты должна была послать кого-нибудь утром, чтобы сказать нам об этом. Хо Цин был раздражён, потому что он был озадачен, когда его тесть внезапно начал спрашивать об этом. Нин Шу спокойно сказала: - Эта покорная жена не спала всю ночь, поэтому голова этой покорной жены немного затуманена. Это ошибка этой покорной жены, потому что она забыла послать кого-нибудь, чтобы оповестить Ваше Величество. Следующие слова Хо Цина застряли у него в горле, поэтому он сел на постель и посмотрел на то, как Хо Чэнван спит. - Как он сейчас? - Ему гораздо лучше, - ответила Нин Шу. Выражение лица Хо Цина стало недовольным, когда он сказал: - Несмотря на то, что он наш ребёнок, он посмел заболеть всего лишь от такого небольшого инцидента? Как он тогда имеет право быть нашим сыном? Нин Шу: Святой пиздец… Какого хрена? Он говорит так, словно его сын – это не человек, что он не сделан из плоти и крови, и что ему не должно быть больно. В итоге, было ясно, что ему нет дела до него. Если бы сейчас на постели лежал ребёнок, которого ему родила маленькая лисица, то он бы, наверное, кричал, чтобы императорского лекаря обезглавили. Губы Нин Шу дрогнули, но она заставила себя оставаться спокойной. - Эта покорная жена позаботится о Чэнване. Хо Цин ещё немного побыл тут, а потом ушёл. Этого времени не хватило бы даже на то, чтобы заварить чай. Вероятно, он отправился на поиски маленькой лисицы, чтобы она снова не разозлилась. Даже несмотря на то, что Нин Шу присматривала за Хо Чэнваном день и ночь, в компании с Сяо Цингуанем, всё равно прошёл целый месяц на то, чтобы Хо Чэнван вылечился. После такого утомительного месяца, Нин Шу почувствовала, что она похудела от усталости. Хо Цин пришёл всего один лишь только раз. Это было так бессердечно. Он даже к собственному ребёнку относится так холодно. Однако Хо Чэнван больше не спрашивал о том, приходил ли его навестить Отец-Император. Нин Шу почувствовала, что Хо Чэнван сильно изменился. Он больше не был таким оживлённым, как раньше. И не хотел играть так много. Даже несмотря на то, что Нин Шу ничего ему не говорила, он начал учиться самостоятельно. Нин Шу часто разговаривала с Хо Чэнваном о жизни. До этого она постоянно пыталась заставить Хо Чэнвана заняться учёбой, а теперь она наоборот пыталась убедить Хо Чэнвана, чтобы он поддерживал баланс между работой и отдыхом. Как же трудно быть мамой. #комментарий анлейта: Моя мама такая же… Ещё со старшей школы, когда я начала переводить и ходить на трудные занятия, она не давала никому мешать мне, когда я делала перерыв, чтобы поспать или поиграть в игры. ---------- Король У из Оперы Чжоу Всё это время внимание Нин Шу было полностью сфокусировано на Хо Чэнвана, и она почти не обращала внимания на дела внутреннего дворца. Поэтому сегодня она спросила у Цин Чжу: - Что-нибудь происходило в последнее время? Цин Чжу задумалась об этом, а потом сказала: - Да ничего особенного. Только питомец Его Величества постоянно гуляла по дворцам высочеств и ломала вещи. Все высочества были сыты этим по горло и хотели попросить Ваше Императорское Высочество, чтобы вы потребовали правосудия ради них, но эта служанка заставила всех уйти. Тогда высочества пошли к Его Величеству, но он их всех лишь обругал. Ну, разве они не напросились на такой конфуз? Судя по тому, как сильно Хо Цин обожал маленькую лисицу, даже если маленькая лисица спалила бы весь императорский дворец, ему было бы всё равно. Эти супруги были просто тупыми. Им стоило просто расставить мышеловки в своих дворцах, как это сделала она. Они могли сказать, что маленькая лисица сама навлекла это на себя. Однако такая мысль уже наверняка приходила в голову этим супругам. Вот только они не посмели. Всё же, нужно знать, кто хозяин, прежде чем бить собаку. Эта лисица принадлежала Его Величеству, и поэтому они могли лишь терпеть. А ещё было довольно впечатляющим достижением, что лисица смогла за такое короткое время заставить всех ненавидеть её. Однако она могла продолжать свою счастливую жизнь без забот, несмотря на это. Это было просто слишком нелогично. Прошло уже очень много времени с тех пор, как Хо Цин спал с какой-либо из супруг Внутреннего Дворца. Эти заскучавшие супруги решили найти себе другое занятие, чтобы было чем скоротать время, поэтому Знатная Супруга Сюань пришла пригласить Нин Шу на оперу. Нин Шу совсем не интересовали эти длительные традиционные оперы. Однако, ради двух мальчишек, она согласилась прийти завтра на оперу. Знатная Супруга Сюань обсудила с Нин Шу детали плана, а после небольшого замешательства, спросила у Нин Шу: - Ваше Императорское Высочество, неужели со здоровьем Его Величества что-то случилось? Почему он не позволяет супругам и младшим жёнам из Внутреннего Дворца обслуживать его? Он даже не приходил во дворец императрицы пятнадцатого числа. От этого супруги были очень расстроены. - С его здоровьем что-то случилось? А тебе кажется, что со здоровьем Его Величества что-то случилось? Нин Шу подняла брови и вернула ей этот вопрос. Лицо Знатной Супруги Сюань покраснело, когда она вспомнила, каким неистовым был Его Величество, когда навещал её в прошлый раз. С его "здоровьем" не было абсолютно никаких проблем. - Тогда почему же Его Величество не желает приходить во Внутренний Дворец? – брови Знатной Супруги Сюань сошлись в кучу. – Неужели Его Величество прячет женщину? Он что, прячет у себя какую-то чертовку? Нин Шу: … там действительно была какая-то чертовка. прим.пер.: "vixen" можно перевести как: стерва/чертовка/мегера/лисица. На следующий день Нин Шу взяла Хо Чэнвана и Сяо Цингуаня в оперу, а за ними следовала длинная очередь дворцовых служанок. Когда они прибыли, там их уже поджидали множество супруг. Они сделали реверанс перед Нин Шу. Нин Шу улыбнулась и сказала: - Можете садиться. - Ваше Императорское Высочество, пожалуйста, выберите оперу. Знатная Супруга Сюань передала Нин Шу список опер. Нин Шу передала его Хо Чэнвану и с улыбкой спросила: - Чэнван, взгляни, может тебе что-нибудь понравится? Хо Чэнван посмотрел, а потом выбрал оперу "Король У из Оперы Чжоу". Это была истории о свержении короля-тирана. Нин Шу подняла брови, когда глянула на Хо Чэнвана. Наверняка она просто надумывает лишнее. Как у такого маленького мальчика, как Хо Чэнван, уже могут быть такие мысли? Нин Шу небрежно выбрала другую оперу, а потом протянула список Знатной Супруге Сюань. После этого все супруги и младшие жёны выбрали те оперы, которые им нравятся. ---------- Лисица Пришла Присоединиться Пение в опере вскоре отошло на задний план для Нин Шу, когда она начала размышлять о всяких вещах. Время от времени она поглядывала на Хо Чэнвана, который очень внимательно следил за оперой, пребывая в хорошем настроении духа. Пока супруги и младшие жёны радостно предавались развлечению, с другой стороны, в императорском кабинете, Хо Цин внимательно читал летописи. Маленькая лисица неподвижно сидела на столе и отталкивала от себя документы. Когда она услышала, что снаружи раздаётся жизнерадостная музыка ударных инструментов, её ещё больше начал раздражать этот скучный кабинет. Хо Цин отложил свою кисть для киновари. Когда он увидел, насколько лисица заинтересовалась в том, что происходит снаружи, он погладил её по голове и спросил: - Ты тоже хочешь сходить и посмотреть? Маленькая лисица поспешно кивнула и посмотрела на Хо Цина своим томным взглядом, мило моргая, чтобы Хо Цин отнёс её туда. - Разве это не просто опера? Мы отнесём тебя туда У Хо Цина всё тело разгорячилось, когда маленькая лисица так на него посмотрела. Он поспешно взял маленькую лисицу на руки, беспокоясь, что потеряет контроль, если она продолжит на него так смотреть. Теперь было достаточно лишь её взгляда, чтобы он начал терять контроль. Это была просто настоящая пытка. Взгляд Хо Цина потемнел, когда он посмотрел сверху вниз на маленькую лисицу, которая с любопытством оглядывалась по сторонам. Интересно, есть ли способ превратить лису в человека? - Прибыл Его Величество! – прозвенел пронзительный голос евнуха. Никто не ожидал, что Хо Цин внезапно придёт. Это был приятный сюрприз для всех присутствующих супруг и младших жён. Прибытие Хо Цина вызвало волну оживлённых движений, когда супруги и младшие жёны начали поспешно разглаживать свои одежды и поправлять заколки. Они хотели поприветствовать Хо Цина в наилучшей форме. Нин Шу было любопытно, почему Хо Цин внезапно решил прийти во Внутренний Дворец. Но, когда она увидела золотую лисицу на руках Хо Цина, у неё тут же возникло дурное предчувствие. Она точно не хотела находиться в том же помещении, что и главная женщина. Каждый раз, когда появлялась главная женщина, происходило что-нибудь плохое. - Эта покорная жена выражает своё уважение Вашему Величеству. Нин Шу сделала реверанс перед Хо Цином. - Эта покорная супруга выражает своё уважение Вашему Величеству. Супруги и младшие жёны тоже сделали реверанс. - Этот покорный сын приветствует Отца-Императора. Хо Чэнван формально поклонился. Хо Цин смерил Хо Чэнвана взглядом и сказал: - Раз ты выздоровел, то больше не бегай. - Да, этот покорный сын запомнит, - послушно ответил Хо Чэнван. Однако когда он увидел маленькую лисицу в руках Хо Цина, он закусил губы и отвёл взгляд. Хо Цин покровительственно нёс её на руках. Когда маленькая лисица увидела всех этих прекрасных супруг и младших жён, она почувствовала себя неуютно. А когда она вспомнила, что все они были женщинами Хо Цина, маленькая лисица начала проклинать Хо Цина за то, что он был самым обычным жеребцом. Она уже начала жалеть о том, что пришла сюда, чтобы взглянуть на всю эту оживлённую атмосферу. Маленькая лисица сердито смотрела на всех этих супруг и младших жён, оскалив зубы и тявкая на них. Хо Цин сел в кресло и равнодушно сказал: - Продолжайте смотреть оперу, не нужно обращать на нас внимание. Нин Шу села рядом с Хо Цином, и маленькая лисица тут же повернулась, чтобы зарычать на Нин Шу, глядя на неё с презрением. Нин Шу лишь спокойно глянула на лисицу. Чёрт, однажды она сдерёт с неё шкуру и сделает из неё шарф. У маленькой лисицы мех встал дыбом, когда она увидела взгляд Нин Шу. Как и ожидалось – она была злобная женщина! Хоть она и ведёт себя тепло и сдержанно, она была полностью фальшивой. Маленькая лисица начала жалеть Хо Цина. Все женщины во дворце были лишь нацелены на богатство и славу. Кто из них действительно любил Хо Цина? Опера продолжилась, но теперь все супруги и младшие жёны были сфокусированы на Хо Цине. Хо Цин ничего не говорил и лишь гладил золотой мех маленькой лисицы. Он явно не хотел обращать внимания на остальных, но это не умерило энтузиазма супруг и младших жён. Они придумывали, что только могли, чтобы заговорить с ним. - Ваше Величество, эта лиса такая красивая, - сказала супруга, одетая в розовое. От улыбки у неё на щеках появились ямочки. Нин Шу оглядела её. Это была просто Прекрасная Леди. Она ещё не получала никакой императорской благосклонности, поэтому она, вероятно, решила просто рискнуть. Хмф, что за уродливая улыбка. Маленькая лисица разозлилась и слегка поцарапала ладонь Хо Цина своими когтями. Нельзя смотреть! Чего такого хорошего было в этой женщине? - У этой покорной младшей жены есть много меховой одежды, но ни на одной из них нет такого прелестного меха, - продолжила Прекрасная Леди Линь. Нин Шу захотелось прикрыть своё лицо, когда она мысленно вздохнула. Эта Леди явно пыталась похлопать коня по заднице, но, в итоге, стукнула коня по ноге. #комментарий анлейта: ребята, если вы ещё не сталкивались с этим выражением, в китайском языке, похлопать коня по заднице = польстить. ---------- Лисица Использует Силу Тигра Эта Прекрасная Леди пыталась похвалить лисицу за её красоту, но она сделала неправильный выбор слов, используя свой гардероб в качестве сравнения. Не все супруги и младшие жёны внутреннего дворца были людьми, строящими продуманные интриги. Среди них были также некоторые милые и наивные. В тот момент, когда маленькая лисица услышала, как она заговорила о своей меховой одежде, у неё поднялась шерсть на загривке, и она начала отрывисто тявкать на Прекрасную Леди. Хо Цин холодно глянул на Прекрасную Леди Линь, а потом погладил маленькую лисицу, чтобы успокоить её. - Не волнуйся, мы тут. Никто не посмеет с тобой что-либо сделать. Когда супруги и младшие жёны увидели, насколько нежным был Хо Цин, они все были ошарашены. Они никогда не видели его таким. Он был настолько нежным, что мог растопить чьё-то сердце, но вся эта нежность была направлена лишь на животное. Они так завидовали, что у них в сердцах начало покалывать. После этого обещания Хо Цина, маленькая лисица насмешливо подняла свой подбородок. Однако она всё ещё чувствовала злость, поэтому прыгнула на Прекрасную Леди Линь и испортила ей причёску своими когтями. Прекрасная Леди Линь стала выглядеть очень несчастной и пронзительно закричала. Маленькая лисица была довольна. Глядите, эта леди всегда притворяется такой любящей, но теперь проявилась её истинная натура. Хмф, какая ужасная женщина! Она даже захотела мех лисицы! Это было очень злобно! И её цель была очевидна, она просто хотела добиться благосклонности! Маленькая лисица подняла свою лапу и поцарапала лицо Прекрасной Леди Линь. На лице Прекрасной Леди Линь тут же появилось несколько кровавых линий. Прекрасная Леди Линь от боли упала на пол и прикрыла своё лицо, но кровь всё равно текла через промежутки между её пальцами. - Моё лицо! Моё лицо… Нин Шу встала, чтобы позвать императорского лекаря, но Хо Цин заговорил первым. - Прекрасная Леди Линь проявила своё незнание этикета во дворце и будет понижена до побочных дворов. Это была всего лишь Прекрасная Леди, поэтому Хо Цин не был ничуть не обеспокоен. Если бы это была императрица или супруга из сильной семьи, то он определённо не стал бы этого делать. Он наказывал её в качестве примера. Тому были две причины. Первая: он хотел, чтобы Ху эр было вольготно, и чтобы она знала, что никто во дворце не сможет ей навредить. Вторая причина: предупредить этих женщин, что эта лиса принадлежит ему, и никому из них не дозволено вредить Ху эр. Маленькая лисица подошла к Хо Цину с высоко поднятым подбородком. Её действия считались оправданным правосудием от лица Небес. Она знала, что на самом деле у этой Прекрасная Леди очень плохой характер, потому что тайно подглядывала за ней. Она видела, как эта Прекрасная Леди кричит на дворцовую служанку только потому, что служанка совершила небольшую ошибку. То, что эту Прекрасную Леди отправили в холодный дворец, можно было считать её воздаянием. Маленькая лисица запрыгнула на руки Хо Цину. Хо Цин ткнул её в розовый нос и вздохнул. - Ах ты, моя малышка. Обожание в его голосе было очевидным. Нин Шу: … Хо Цин действительно готов был сделать всё, что угодно, чтобы добиться улыбки от этой красотки. Когда Нин Шу увидела, насколько самодовольной была маленькая лисица, она почувствовала, что увидела буквальное значение поговорки о том, как лисица использует силу тигра. Прекрасная Леди Линь была ошеломлена. Её лицо было испорчено, и теперь её ещё отправили в холодный дворец? Она пришла в себя только тогда, когда стражники пришли её забрать. Она испуганно закричала: - Ваше Величество! Ваше Величество! Эта покорная младшая жена невиновна! Эта покорная младшая жена сделала ошибку, но, прошу вас, смилуйтесь… Прекрасную Леди Линь утащили, и её лицо всё ещё было в крови. Это зрелище было таким шокирующим, что все начали чувствовать себя неуютно. Они не чувствовали никакой радости от того факта, что теперь у них осталось одной соперницей меньше. Вместо этого, они начали её жалеть. Она попала в немилость из-за животного. Это было абсурдно. ---------- Знатная Супруга Сюань Была Беременна - Уургх, хуургех… Знатная Супруга Сюань, которая сидела ниже Нин Шу, внезапно прикрыла рот и её начало тошнить. Она хотела это сдержать, но её только стало тошнить ещё сильнее. Когда Нин Шу увидела это, её взгляд вспыхнул, и она быстро сказала Цин Чжу: - Скорее позови сюда императорского лекаря. Знатной Супруге Сюань нехорошо. Похоже, что Знатная Супруга Сюань была беременна. -А ещё отправь императорского лекаря, чтобы он взглянул на Прекрасную Леди Линь, - тихо прошептала Нин Шу. Так как это было небольшое дело, то она готова была помочь. Цин Чжу кивнула и вышла. Все с завистью посмотрели на Знатную Супругу Сюань. Хо Цин, похоже, тоже что-то почувствовал и сильно нахмурил брови. Он рефлекторно ещё крепче стиснул маленькую лисицу. Вскоре примчался императорский лекарь. Прежде чем он даже успел поклониться, Нин Шу сказала: - Не нужно сильно раскланиваться. Проверьте сначала здоровье Знатной Супруги. - Понял. Императорский лекарь поспешно подошёл, чтобы проверить пульс Знатной Супруги Сюань. Цвет лица Хо Цина потемнел. Было ясно, что он раздражён тем, как Нин Шу сейчас командовала. Он теперь уже начал сожалеть о содеянном. В момент импульса, вышло так, что он переспал со Знатной Супругой Сюань. Если бы не тот факт, что он не смог сдержать себя после того, как Ху эр сделала с ним такие соблазнительные вещи, то он бы не стал спать с супругой. - Поздравляю, Ваше Величество. Поздравляю, Ваше Высочество Знатная Супруга. Срок уже два месяца. Императорский лекарь встал и улыбнулся. Сердце Хо Цина сжалось, и он ничего не сказал. Нин Шу повернулась к Знатной Супруге Сюань и с радостной улыбкой сказала: - Как же ты могла проглядеть свою собственную беременность? - Ваше Императорское Высочество, месячные у этой покорной супруги всегда были нерегулярными, поэтому эта покорная супруга не обратила на это внимания. Кто бы мог подумать, что это беременность? Глаза Знатной Супруги Сюань были на мокром месте. Это было впервые, когда она была беременна. Этот приятный сюрприз сделал её такой ликующей, что она чуть не потеряла сознание. Вероятно, она была единственной супругой, которую Хо Цин навещал в последнее время. Кто бы мог подумать, что с первого же захода она выиграет лотерею? - Раз ты теперь знаешь об этом, то ты должна заботиться о себе и родить Чэнвану младшего брата, - сказала Нин Шу. - Я вам премного благодарна, Ваше Императорское Высочество, за ваше беспокойство, - Знатная Супруга Сюань с любовью погладила свой живот, а потом сказала Хо Цину: - Ваше Величество, эта покорная супруга обязательно позаботится о своём здоровье, чтобы родить Вашему Величеству ещё одного сына. - Поздравляем, Ваше Высочество Знатная Супруга. - Поздравляем, Ваше Высочество Знатная Супруга. Все остальные супруги и младшие жёны стерпели свою зависть и поздравили её. Знатная Супруга Сюань была так рада, что готова была расплакаться. Воздух наполнила торжественная атмосфера. Однако когда маленькая лисица узнала о том, что Знатная Супруга Сюань была беременна, она была ошеломлена. Её сердце словно трясло от гнева и возмущения. Когда она увидела, что даже императрица улыбается, она внутренне прорычала, что все они лишь притворяются! Как можно вообще так радоваться, когда узнаёшь, что твой муж оплодотворил другую женщину? Любая нормальная женщина захотела бы убить эту другую женщину, но эта императрица просто притворяется и улыбается. Она поистине лживая и лицемерная женщина! Это было отвратительно! Маленькая лисица почувствовала себя очень обиженной. У императрицы был Хо Чэнван, но это было до того, как она встретила Хо Цина. Однако теперь Хо Цин завёл ребёнка с другой женщиной, при этом обожая её. Маленькая лисица почувствовала себя преданной. Её сердце было очень маленьким, и оно могло вместить в себя только одного мужчину. Однако в сердце этого мужчины могла вместиться не только она. Хо Цин был императором, в то время как она была лишь питомцем. Он играл с ней веселья ради, но она считала, что всё это было по-настоящему. - Ху эр. Когда Хо Цин увидел, что маленькая лисица плачет, он тут же разволновался. Хмф! Маленькая лисица спрыгнула с его рук и посмотрела на Знатную Супругу Сюань, которая радостно улыбалась. Ей было так обидно, а эта женщина была такой счастливой? Маленькая лисица злобно протопала в сторону Знатной Супруги Сюань. Знатная Супруга Сюань совсем не ожидала подвоха, когда маленькая лисица пнула её в живот. - Ху эр. Хо Цин сильно нахмурил брови, когда посмотрел на маленькую лисицу. Маленькая лисица посмотрела на него с упрямым выражением, но, когда она увидела шок и неодобрение на его лице, её сердце стиснулось от боли, и она бросилась бежать. Они все лжецы! Ей не стоило доверять этому мужчине, злобно думала маленькая лисица. Хо Цин хотел погнаться за маленькой лисицей, но в данный момент тут был такой беспорядок, что он не мог просто так уйти. ---------- Отец-Император Только Что Улыбнулся После того, как Знатную Супругу Сюань пнули, она прикрыла свой живот и закричала. Всё произошло слишком быстро. К тому времени, как все поняли, что сейчас произошло, Знатная Супруга Сюань уже кричала от боли, а её платье окрашивалось кровью. - Скорее! Императорский лекарь, взгляните на Знатную Супругу. Обязательно защитите плод дракона! – сказала Нин Шу. Ослабшая Знатная Супруга Сюань села на стул, пока её платье становилось красным, от потока крови. Её лицо было очень бледным, а по лицу потекли слёзы, когда она потянулась к Хо Цину. Хо Цин замешкался на мгновение, а потом взял Знатную Супругу Сюань за руку. Знатная Супруга Сюань начала слабо умолять: - Ваше Величество, прошу, спасите нашего ребёнка. Прошу, Ваше Величество! Хо Цин ничего не сказал и лишь кивнул. Лицо Знатной Супруги Сюань постепенно становилось всё бледнее. Даже несмотря на то, что императорский лекарь сделал ей акупунктуру, кровь не останавливалась. Нин Шу наблюдала за этим со стороны, а потом покачала головой. Знатная Супруга Сюань, вероятно, не сможет сохранить этого ребёнка. - Ваше Величество, у Её Высочества Знатной Супруги и так было слабое здоровье, поэтому ей было сложно забеременеть. Её плод изначально был нестабильным, так что после удара с такой силой… Этот покорный подчинённый ничего не может сделать. Её Высочество Знатная Супруга потеряла плод, - заявил императорский лекарь, встав на колени перед императором. Знатная Супруга Сюань терпела всю боль ради той небольшой надежды, что у неё была. Но, услышав это, она потеряла сознание. На лице Хо Цина мелькнуло искажённое выражение радости, но быстро исчезло. Он холодно сказал императорскому лекарю: - Делай всё, что в твоих силах, чтобы помочь Знатной Супруге восстановиться. Используй любые необходимые лекарства, но проследи за тем, чтобы её здоровье восстановилось. - Этот покорный подчинённый так и сделает. Когда императорский лекарь увидел, что у Хо Цина нет намерения наказывать его, он с облегчением вытер холодный пот. - Ваше Величество, в императорском саду ветрено, так что, прошу вас, помогите отнести Знатную Супругу Сюань обратно в её дворец, - сказала Нин Шу. Хо Цин слегка нахмурился и замешкался на мгновение, прежде чем поднять Знатную Супругу Сюань и отправиться в её дворец. Когда Нин Шу увидела, как замешкался Хо Цин, её сердце наполнилось презрением. Он с радостью носил весь день на руках животное, но вёл себя так, словно у него мизофобия, когда дело дошло до того, чтобы нести собственную женщину? Какого хуя? - Чэнван, вам, ребятам, пора возвращаться. Нин Шу повела двух ребятишек обратно. Хо Чэнван схватил Нин Шу за рукав, поэтому Нин Шу спросила: - Что такое? - Матушка-Императрица, будь осторожна, - прошептал Хо Чэнван. – Отец-Император только что улыбнулся. Нин Шу была ошарашена на мгновение, а потом спросила: - Когда? Она полностью была сфокусирована на Знатной Супруге Сюань, и не обратила внимание на выражение лица Хо Цина. - Это было когда императорский лекарь сказал, что ребёнок Знатной Супруги потерян. Этот покорный сын видел, как губы Отца-Императора изогнулись вверх, - лицо Хо Чэнвана сморщилось. – Матушка-Императрица, ты должна поверить этому покорному сыну. Этот покорный сын действительно видел это. - Матушка-Императрица верит тебе, - Нин Шу погладила Хо Чэнвана по голове. – Иди с Цин Чжу. Нин Шу догнала Хо Цина и глянула на его профиль сбоку. Он выглядел очень холодным и безразличным, отчего его сильные черты казались ещё привлекательнее. Однако Нин Шу чувствовала лишь пробирающий её холод. Этот мужчина даже улыбнулся, когда у его женщины был выкидыш. Вскоре они пришли во дворец отдыха Знатной Супруги Сюань. Хо Цин положил Знатную Супругу Сюань на постель и сказал императорскому лекарю: - Хорошенько присматривай за Знатной Супругой. Хо Цин немного постоял у постели, но постоянно выглядывал наружу. Он нервно ёрзал, а потом сказал Нин Шу: - Императрица, нам нужно уладить кое-какие дела, так что присмотри, пожалуйста, за Знатной Супругой. Если что-нибудь случится, отправь кого-нибудь, чтобы оповестить нас. Нин Шу даже не хотела смотреть на Хо Цина и опустила голову, когда сказала: - Ваше Величество, выкидыш Знатной Супруги Сюань не был несчастным случаем, это случилось из-за того, что маленькая лисица ударила её в живот. Эта покорная жена полагает, что Знатной Супруге должно быть дано соответствующее объяснение. Маленькая лисица только что убила ребёнка из императорской семьи. Это нельзя просто так отпустить без наказания. Остальные супруги во дворце переглянулись между собой, а потом посмотрели на Хо Цина, ожидая его ответа. ---------- А Что Насчёт Других Женщин в Этом Внутреннем Дворце? Лицо Хо Цина исказилось, а потом он пренебрежительно махнул рукой и сказал: - Мы обсудим этот вопрос позже. - Ваше Величество, - Нин Шу подняла голову, чтобы посмотреть на Хо Цина. – Ваше Величество, ребёнок в животе Знатной Супруги Сюань также был и вашим ребёнком. Эта лисица убила вашего ребёнка. Как же вы можете не искать справедливости за Знатную Супругу Сюань и ребёнка? Это же просто животное, оно заслуживает того, чтобы его забили насмерть, после того, как оно совершило такое… - Заткнись! Хо Цин не смог сдержаться и закричал на Нин Шу. Однако он быстро понял, что потерял контроль над своими эмоциями и приглушил голос, чтобы сказать: - Мы компенсируем ей за это. Что касается маленькой лисы, то это просто животное, которое ничего не знает. Если мы забьём её насмерть, разве это вернёт к жизни нашего ребёнка? Думаешь, что нас не печалит потеря этого ребёнка? Он компенсирует Знатной Супруге Сюань её потерю, но к главной обидчице не будут применены никакие последствия. Это ничего не значило. Несмотря на то, что Нин Шу пережила несколько миров, она невольно почувствовала холодок в своём сердце. Даже самый злобный тигр не ест своих собственных детёнышей. Однако, на самом деле, Хо Цин хотел, чтобы этот ребёнок исчез, чтобы этот ребёнок не мог быть помехой для его отношений с маленькой лисицей. Словно он не мог показать свою глубокую любовь к главной женщине, не будучи бессердечным по отношению к другим женщинам. Нин Шу подавила свой гнев, разгорающийся в душе, и спокойно сказала: - Эта покорная жена понимает. Ваше Величество, берегите себя. Хо Цин развернулся и неловко ушёл. - Ваше Императорское Высочество, неужели вы действительно позволите этому вот так произойти? – спросили супруги. Нин Шу пренебрежительно махнула на них рукой. - Вам, девчата, пора уходить. Если вам нечего делать, то оставайтесь в своих дворцах и пока никуда не выходите. - Понятно. Супруги обеспокоенно разошлись. В прошлом, они бы обязательно праздновали выкидыш у какой-либо из супруг, но теперь… Все они чувствовали себя очень неуютно. Кровавую воду выносили тазик за тазиком. Прошло много времени, прежде чем императорский лекарь вышел в боковое крыло. Нин Шу спросила его: - Как там Знатная Супруга? Императорский лекарь покачал головой. - Тело Её Высочества очень сильно пострадало от выкидыша. Ей будет очень трудно снова зачать ребёнка. Нин Шу вздохнула. Императорский дворец поистине был мрачным местом. Она сказала: - Проследите за тем, чтобы вылечить и снова поставить её на ноги, неважно какие на это потребуются лекарства. Его Величество сказал то же самое. Императорский лекарь кивнул. Нин Шу вошла во дворец отдыха. Он был заполнен тяжёлым запахом крови. Знатная Супруга Сюань лежала на постели с лицом бледным, как бумага. Её плечи, которые не были покрыты одеялами, выглядели очень худыми и хрупкими. Нин Шу села у постели и начала вытирать платком холодный пот со лба Знатной Супруги Сюань. Маленькой лисице повезло заполучить всю страсть Хо Цина, но что насчёт всех женщин в этом Внутреннем Дворце? Он так жестоко с ними обращался. Если они ему не нравились, то ему не стоило набирать в свой дворец так много женщин. Эти прекрасные женщины, подобные цветкам, могли стать более счастливыми, если бы вышли замуж за других мужчин, вместо того, чтобы оставаться в этом дворце. - Ваше Императорское Высочество, позвольте этой служанке делать это, - сказала личная служанка Знатной Супруги Сюань. Нин Шу сказала "ага" и передала платок служанке. - Ваше Императорское Высочество, запах крови слишком сильный в этом дворце, вам нет необходимости оставаться тут, - сказала служанка. Глаза служанки были красными, но она сдерживала свои слёзы. Нин Шу спокойно сказала: - Это не проблема. Эта императрица останется до тех пор, пока Знатная Супруга Сюань не очнётся. Цин Чжу вернулась после того, как проводила детей. Она встала рядом с Нин Шу и стала ждать пробуждения Знатной Супруги Сюань. - Цин Чжу, налей этой императрице чашку воды. Нин Шу почувствовала жажду. ______________________________________________________________________ Знатная Супруга Сюань проснулась только после наступления вечера. Когда она увидела, что Нин Шу сидит возле её постели, она была на мгновение ошарашена. После этого она схватилась за свой живот и начала кричать: - Мой ребёнок! Мой ребёнок, о, мой ребёнок… Её голос был словно плач истекающей кровью ласточки, наполненный болью и отчаянием. ---------- Ваше Императорское Высочество Должно Быть Счастлива У Знатной Супруги Сюань было разбито сердце. Когда она немного успокоилась, Нин Шу приготовилась утешать её, но потом она замешкалась. Она не знала, что сказать. Всё же, она не могла сказать, что у неё ещё будут дети в будущем. Знатная Супруга Сюань была не только травмирована из-за выкидыша, но Хо Цин теперь хранил свою целомудренность ради маленькой лисицы и вообще больше не навещал Внутренний Дворец. Со всем этим, как тут можно говорить о ещё одном ребёнке? Знатная Супруга Сюань изначально была слабой, так что после того, как она так сильно закричала, всё её тело задрожало, а её лоб покрылся холодным потом. - Как Его Величество планирует разобраться с лисой? Я потеряла моего ребёнка. Я только узнала о его существовании, и теперь его нет. Знатная Супруга Сюань стукнула себя по груди, а по её щекам потекли слёзы. Вот таким бывает пушечное мясо. Они лишь приукрашивают жизни главных ролей, но они тоже состоят из плоти и крови. Они тоже чувствуют боль и печаль. Нин Шу вздохнула и сказала: - Тело – это суть всего. Без хорошего здоровья, как ты планируешь отомстить? Знатная Супруга Сюань посмотрела на Нин Шу на мгновение, а потом усмехнулась. - Ваше Императорское Высочество, должно быть, очень счастлива сейчас. - С чего бы этой императрице быть счастливой? Это не то, из-за чего стоит радоваться. Нин Шу в замешательстве подняла брови. Знатная Супруга Сюань криво ухмыльнулась. - Теперь, когда эта покорная супруга потеряла своего ребёнка, больше нет угрозы для ребёнка Вашего Императорского Высочества. Ваше Императорское Высочество, эта покорная супруга устала. Эта покорная супруга желает отдохнуть. Нин Шу спокойно сказала: - Прежде чем мы обсудим то, был ли ребёнок в твоем животе мальчиком или девочкой, допустим, ребёнок родился, он всё равно не был бы угрозой для этой императрицы. Я – императрица, и сын этой императрицы – главный и старший сын. И пока эта императрица не совершит никаких ошибок, и сын этой императрицы не совершит никаких ошибок, то сын этой императрицы будет первым в очереди наследников. Более того, резиденция главнокомандующего поддерживает эту императрицу. Стоит заметить, что, несмотря на такую сильную позицию, тот факт, что Сяо Сяо покончила жизнь самоубийством, был из-за того, что любовь и ревность сделали её глупой. Если бы она была чуть более рациональной, чуть более бессердечной, то она бы не оказалась в таком состоянии. Поговорка о том, что женщина не может сохранить свой статус, не ужесточив своё сердце, возникла не без основания. Если уж и стоит что-то винить, так это тот факт, что Сяо Сяо влюбилась в Императора. Но кроме маленькой лисицы никто не мог сделать холодного и бессердечного Императора тёплым и страстным. Знатная Супруга Сюань была ошарашена суровыми словами Нин Шу, а потом её тело задрожало ещё сильнее. Она тихо заплакала, но от этого сердце людей болело ещё больше, чем от её стенаний. В её взгляде было видно, что её сердце похолодело от боли. Нин Шу сказала: - Его Величество, вероятно, даст объяснение резиденции императорского учителя и выдаст тебе компенсацию. Знатная Супруга Сюань была внучкой императорского учителя, который помогал обучению двух поколений монархов. Теперь он уже был на пенсии, но у него всё ещё было сильное влияние при дворе. - Компенсацию? Я потеряла моего ребёнка! Можно ли мне отдать моего ребёнка, вернуть его? Я ждала этого ребёнка множество лет. Я даже не успела почувствовать его присутствие! Знатная Супруга Сюань начала кричать на Нин Шу. Личная служанка Знатной Супруги Сюань поспешно вмешалась, пытаясь объясниться вместо Знатной Супруги Сюань. - Ваше Императорское Высочество, прошу, простите нас! Моё Высочество просто слишком обижена, она не имела намерений оскорбить Ваше Императорское Высочество. Нин Шу махнула рукой, чтобы показать, что ей всё равно. После этого служанка повернулась к Знатной Супруге Сюань и сказала: - Ваше Высочество, пока вы ещё были без сознания, Её Императорское Высочество попросила Его Величество о справедливости за вас и убить ту лису, но Его Величество не согласился. Знатная Супруга Сюань застыла на мгновение, а потом сказала: - Эта покорная супруга благодарит Ваше Императорское Высочество. - Мы обе женщины. Я могу понять твою боль, - сказала Нин Шу. – Отдыхай и восстанавливай силы. Служанка помогла Знатной Супруге Сюань лечь. ---------- Любовь Меняет Людей Снаружи двора послышались торопливые упорядоченные шаги. Время от времени они ускорялись, поэтому Нин Шу сказала Цин Чжу: - Выйди наружи и посмотри, что происходит? - Поняла. Цин Чжу вышла ненадолго, а потом вернулась. Она глянула в сторону Знатной Супруги Сюань, которая лежала на постели, а потом опустила голову. Голос Знатной Супруги Сюань был хриплым, когда она сказала: - Да говори уже. Что происходит? Сейчас я просто бесполезный человек, ожидающий смерти. Чего там такого, что я не смогу вынести? - Ваше Высочество, - Цин Чжу повернулась к Нин Шу. – Снаружи императорские стражники. - Императорские стражники? Чего это они бегают по дворцу так поздно ночью? Нин Шу нахмурилась. Цин Чжу глянула на Знатную Супругу Сюань, а потом сказала: - Я слышала, что маленькая лисица исчезла этим днём, и её всё ещё не нашли. Его Величество забеспокоился и поэтому он отправил людей на её поиски. - Пффф… Нин Шу расхохоталась. Знатная Супруга Сюань так сильно стиснула свои одеяла, что у неё побелели суставы, а из уголков глаз потекли слёзы. Нин Шу почувствовала, что Хо Цин был таким же беззаботным, как и животное. У одной из его женщин только что был выкидыш, но он беспокоится лишь о главной виновнице всего этого, маленькой лисице. - Знатная Супруга Сюань, отдыхай и восстанавливай силы. У тебя ещё будет потом возможность посмотреть на хорошее представление. Если ты хочешь мести, тогда позаботься о своём собственном здоровье, - сказала Нин Шу. – Даже если ты сейчас умрёшь от большого горя, то никому не будет до этого дела. Она поднялась, и слегка погладила холодные руки Знатной Супруги Сюань. - Поправляйся. Ты ещё увидишь то, что хочешь увидеть. Мы обе увидим. - Эта покорная супруга с уважением провожает Ваше Императорское Высочество. Эта покорная супруга запомнит всё, что сегодня сказала Ваше Императорское Высочество. Взгляд Знатной Супруги Сюань теперь был решительным и полон пылающего пламени – пламени ненависти. Нин Шу повернулась и вышла из дворца Знатной Супруги Сюань. Пока она шла через императорский сад, время от времени она видела императорских стражников, которые ходили с лампами среди деревьев и камней сада, в поисках лисы. Губы Нин Шу изогнулись. Они были так сильно влюблены друг в друга, так что Нин Шу обязательно исполнит свои планы. - Ваше Императорское Высочество, неужели эта лисица знает какое-то колдовство? Раз она смогла заставить Его Величество стать таким? Цин Чжу считала, что это всё очень странно. - Колдовство? Возможно, - высказалась Нин Шу. Когда она вернулась в свой дворец и увидела, что Хо Чэнван всё ещё ждёт её, маленькое пламя словно согрело её сердце. На самом деле она не думала об этом ребёнке, как о своём собственном. Она просто хотела не дать этому ребёнку бегать дикарём вместе с маленькой лисицей, но этот ребёнок отплатил ей искренней любовью. - Чэнван, почему ты ещё не спишь так поздно? – спросила Нин Шу. – Вы двое должны были уже спать. Хо Чэнван облегчённо выдохнул, когда увидел, что с его матушкой-императрицей всё в порядке, а потом сказал: - Снаружи так сильно шумят. Этот покорный сын не мог уснуть. Если он просто ждал её, то ему стоило так и сказать. Зачем же придумывать оправдание? Нин Шу погладила Хо Чэнвана по голове. - Матушка-Императрица, Знатная Супруга Сюань в порядке? – спросил Хо Чэнван. – У Чэнвана больше не будет младшего братика? Нин Шу кивнула. Хо Чэнван был немного разочарован. А потом он сказал: - Этот покорный сын чувствует, что Отец-Император изменился. Он изменился на столько, что этот покорный сын его едва узнаёт. - Любовь меняет людей, - Нин Шу сделала глоток чая. – Уже поздно, тебе нужно спать. - Любовь?! – Хо Чэнван озадаченно посмотрел на неё. – Матушка-Императрица, о чём ты говоришь? Какая любовь? - Твой Отец-Император сейчас ведёт себя как маленький ребёнок, который влюбился, - сказала Нин Шу с улыбкой. Ради той, кого он любит, он готов совершать невероятные вещи. Хо Чэнван продолжил спрашивать: - В кого влюблён Отец-Император? - Иди спать. Матушка-Императрица тоже устала. Нин Шу не хотела обсуждать это с Хо Чэнваном. ---------- Болезненное Удовольствие Императорские стражники в итоге поймали маленькую лисицу. Когда её принесли к Хо Цину, её мех был покрыт травой и грязью. Она тут же начала плакать, как только увидела Хо Цина. Сердце Хо Цина сжалось от боли, когда он увидел это. Он поспешно стряхнул грязь с маленькой лисицы и обнял её. Его голос дрожал, когда он сказал: - Ах ты, малышка. Ты что, хочешь напугать нас до смерти? Маленькая лисица не могла высвободиться из объятий Хо Цина. Она была зла, поэтому отказывалась отвечать ему. Лжец! Все они лжецы! Должно быть она дура, раз поверила Императору. У него было три дворца, шесть дворов и семьдесят две супруги! На что она рассчитывала? У маленькой лисицы болело сердце. - Малыша, неужели ты действительно злишься на нас? Создав беспорядок, ты просто бежала. У Знатной Супруги Сюань из-за тебя случился выкидыш, - беспомощно сказал Хо Цин. Его брови были нахмурены. Было ясно, что он раздосадован этим событием. Он ещё больше начал сожалеть о том, что навестил в тот день Знатную Супругу Сюань. Она даже забеременела, и поэтому он чувствовал себя так, словно окончательно предал маленькую лисицу. Когда маленькая лисица услышала, что у Знатной Супруги Сюань был выкидыш, она застыла. У неё был выкидыш? Маленькая лисица была раздражена тем, как та беременная Знатная Супруга радовалась, но одного удара было достаточно, чтобы случился выкидыш? Не слишком ли слабой она была? Женщин древней эпохи всегда держали взаперти, и поэтому, наверное, они были такими чрезмерно нежными. Вот что думала маленькая лисица, но она всё равно была очень напугана. Всё же, она убила жизнь, которая ещё даже не родилась. Она поспешила посмотреть на Хо Цина, надеясь, что он её просто дразнит. Хо Цин вздохнул и погладил маленькую лисицу, приговаривая: - Это правда. У неё действительно был выкидыш. Её беременность с самого начала была нестабильной, так что после твоего удара у неё случился выкидыш. Однако её здоровье изначально было слабым, так что ты не должна себя сильно винить. Маленькая лисица снова начала плакать. Как же так всё вышло? Хо Цин тут же начал вытирать её слёзы и сказал: - Это всё также и наша вина. Мы не должны были спать с ней и позволять ей забеременеть. Мы знаем, что ты сердишься, но мы об этом позаботимся, так что не волнуйся. Маленькая лисица поверила ему. Всё же, кем был Хо Цин? Он был Сыном Небес, самым могущественным человеком в мире. Тем временем, Знатная Супруга Сюань была всего лишь женщиной. Маленькая лисица чувствовала себя неуютно, потому что она сделала нечто плохое, поэтому она лизнула палец Хо Цина и мило посмотрела на него, чтобы выслужится перед ним. - Ты больше не можешь просто так бегать везде, ладно? Если ты снова исчезнешь, то мы привяжем тебя к себе, чтобы ты больше не могла от нас отойти, - строго сказал Хо Цин. И хотя слова Хо Цина были страшными, маленькая лисица сочла эти слова милыми и лизнула Хо Цина в губы. Взгляд Хо Цина потемнел и он некоторое время смотрел на язык маленькой лисицы, после чего отвёл взгляд в сторону. - Однако Знатной Супруге Сюань должно быть дано объяснение на этот счёт. Императрица и Знатная Супруга не успокоятся, пока не получат удовлетворительное объяснение. Как только маленькая лисица услышала это, её глаза округлились. Но ведь выкидыш был не у императрицы, у этой фальшивой женщины. С чего это ей нужно объяснение? Этой женщине просто не нравилась она. Они все хотели её убить! Хмф! Они выглядят такими красивыми снаружи, но все они – ядовитые змеи! Рано или поздно, Хо Цина просто замучили бы до смерти эти роковые женщины! Кто просил его быть таким похотливым, быть таким жеребцом, чтобы иметь так много женщин в своём Внутреннем Дворце! Маленькая лисица закивала. Но она не разозлилась. Когда она увидела, что Хо Цин выглядит измождённым, её сердце немного смягчилось. У этого мужчины, который всегда её защищал, тоже были времена, когда он был слаб. Он никогда не защищался от неё, и раскрывал ей свои самые мягкие стороны. Маленькая лисица лизнула его в щёку, чтобы утешить. Хо Цин обожал его, поэтому она тоже должна хорошо к нему относиться. - Ладно, хватит уже, малышка. Хо Цин обнял маленькую лисицу, не давая ей лизать его лицо. Для него было очень больно терпеть такое, но маленькая лисица словно не замечала этого вовсе, и ей, похоже, нравились такие интимные жесты. Это было поистине болезненное удовольствие. ---------- Повысили до Императорской Знатной Супруги На следующее утро Хо Цин издал указ о повышении статуса Знатной Супруги Сюань. И теперь Знатная Супруга Сюань поднялась прямо от Знатной Супруги до Императорской Знатной Супруги. Этот статус был ниже только Императрицы. Но ей не только повысили статус, ей также даровали много сокровищ и укрепляющие добавки. Все эти сокровища были сделаны ещё прежней династией. Когда Нин Шу узнала об этих новостях, она предположила, что Хо Цин сделал это, чтобы заткнуть людей из резиденции императорского учителя. Раз он уже выдал им компенсацию, то резиденция императорского учителя ничего не могла возразить. После завтрака Нин Шу отправилась навестить Знатную Супругу Сюань. Нет, теперь она была уже Императорская Знатная Супруга Сюань. Когда она вошла, она увидела, что дворцовые служанки сортируют подарки, которые прислал Хо Цин. А во дворце отдыха Императорская Знатная Супруга Сюань сидела на постели и пила лекарство. Её выражение лица было безразличным. Она не проявляла никакого интереса к сокровищам, которые ей были присланы, и она не радовалась тому факту, что её повысили до статуса Императорской Знатной Супруги. Когда она увидела, что вошла Нин Шу, она с уважением сделала реверанс перед Нин Шу. - Эта покорная супруга приветствует Ваше Императорское Высочество. - К добру или худу, он тебя повысил, - сказала Нин Шу. Императорская Знатная Супруга Сюань не ответила и допила лекарство на одном дыхании. Затем она посмотрела в сторону Нин Шу и спросила: - Ваше Императорское Высочество, может ли эта покорная супруга доверять вам? - Конечно, - сказала Нин Шу и кивнула. Императорская Знатная Супруга Сюань покачала головой. - Вы и Его Величество – муж и жена. Хоть у этой покорной супруги и имеется такой высокий статус, в конечном счёте, я не более чем просто супруга. - Мы с тобой пара таких людей, которые как никто другой знает нашу истинную дистанцию. Императорская Знатная Супруга Сюань, неужели тебе кажется, что отношения этой императрицы и Его Величества похожи на отношения влюблённой пары? – спокойно сказала Нин Шу. – Эта императрица ничуть не отличается от тебя. В сердце Его Величества между нами нет никакой разницы. В глубине души Его Величество считает меня лишь простодушной и непреклонной супругой из Внутреннего Дворца. Которая и близко не была такой милой и живой, как маленькая лисица. У Хо Цина не было никакого чувства любви по отношению к изначальному хосту. Брак был заключён только ради выгоды, и он даже потом отказался от отношений ради выгоды. - Эта покорная супруга не понимает, что имеет в виду Ваше Императорское Величество? – сказала Императорская Знатная Супруга Сюань. Возможно Императорская Знатная Супруга Сюань действительно не могла понять. Всё же, Хо Цин любил животное, которое ещё не трансформировалось в человека. После визита к Императорской Знатной Супруге Сюань Нин Шу вернулась обратно. С некоторыми вещами нужно было разбираться постепенно. Единственная причина, почему маленькая лисица смела быть такой необузданной – это потому, что Хо Цин так её обожал. Без Хо Цина, маленькая лисица была бы просто животным, которое даже не может управлять своей собственной судьбой. Если бы в тот день она не столкнулась с Хо Цином, то её бы уже убили, и сделали женским меховым пальто. Хо Цин был всем тем, на что могла полагаться маленькая лисица, но у него ещё был и огромный золотой перст. Нин Шу вернулась в свой дворец. Задумавшись ненадолго, она решила проведать Хо Чэнвана. Когда она толкнула дверь и вошла, то успела как раз в нужный момент, чтобы увидеть маленькую лисицу, которая должна была быть в императорском кабинете. В данный момент она была с Хо Чэнваном. Маленькая лисица стояла на стуле, глядя на Хо Чэнвана, а Хо Чэнван смотрел на маленькую лисицу, поджав губы. Нин Шу встревожилась, увидев это. Неужели Хо Чэнван всё ещё играет с маленькой лисицей? - Матушка-Императрица. Когда Хо Чэнван увидел, что Нин Шу входит, он поспешно подошёл к ней. Нин Шу глянула на маленькую лисицу, а потом спросила Хо Чэнвана: - Чэнван, что ты тут делаешь? - Этот покорный сын тренировался в письме, - сказал Хо Чэнван. Когда маленькая лисица увидела, что они игнорируют её и разговаривают, она почувствовала себя неловко. Хмф! Если бы она знала заранее, то не пришла бы! ---------- Каким Должен Быть Император? Маленькая лисица не хотела приходить во дворец императрицы. Ей не нравилась эта лицемерная императрица, которая всегда вела себя так достойно и добродетельно, хотя у неё явно было чёрное сердце. Если бы у неё не было чёрного сердца, то как можно было объяснить, что она единственная женщина в этом Внутреннем Дворце, у которой есть ребёнок? Маленькая лисица читала много новелл, прежде чем трансмигрировала, поэтому она была уверена в том, что эта императрица отравила остальных женщин, чтобы они не могли иметь детей. Она чувствовала вину из-за смерти щенка, так как ей нравился Хо Чэнван, этот бледный и пухлый маленький мальчик. Когда она играла с ним, она чувствовала себя так, словно она дразнит мини-версию Хо Цина, поэтому он ей казался очень милым. Она пришла сегодня, чтобы извиниться перед Хо Чэнваном, но он, похоже, не хотел обращать на неё внимания. Когда показалась эта женщина, маленькая лисица почувствовала ещё большее раздражение. Раньше она очень сильно нравилась Хо Чэнвану, но теперь он вообще не обращал на неё внимания. Маленькая лисица спрыгнула со стола и ускользнула. Нин Шу подняла брови. - Маленькая лисица приходила поиграть с тобой? - Тётушка, эта лисичка просто потрясающая. Она даже умеет писать! Сяо Цингуань протянул Нин Шу лист бумаги, и Нин Шу видела, что на странице были коряво нацарапаны слова "прости меня". - Она очень умная. А если бы не была, то с чего бы императору так сильно её обожать? – небрежно сказала Нин Шу, отбрасывая лист бумаги в сторону. Хо Чэнван поднял голову и посмотрел на Нин Шу. - Матушка-Императрица, почему Отец-Император любит какую-то лису, а не этого покорного сына? Этот покорный сын ненавидит лису. Из-за неё собака этого покорного сына умерла. Этот покорный сын – сын Отца-Императора, так почему же Отец-Император не любит этого покорного сына? Эх, эм… Нин Шу не знала, как ответит Хо Чэнвану. Неужели она должна рассказывать ему, что это очевидно потому, что Хо Чэнван не был ребёнком от той женщины, которую любил его Отец-Император? Это наверняка пронзит дыру в маленьком сердце Хо Чэнвана. Нин Шу присела и положила руку на плечо Хо Чэнвана. Когда она заглянула ему в глаза, она искренне сказала: - Чэнван, Матушка-Императрица уже говорила тебе раньше. Твой Отец-Император – это наш император. Не ищи любви императора. После этого она повернулась к Сяо Цингуаню. - Цингуань, сходи на императорскую кухню и принеси немного закусок. Нин Шу отослала Сяо Цингуаня и тот с энтузиазмом умчался. Нин Шу и Хо Чэнван сели на стулья. Нин Шу спросила: - Чэнван, как ты думаешь, что для императора важнее всего? - Этот покорный сын не знает. Хо Чэнван посмотрел на Нин Шу ясным взглядом. Нин Шу с улыбкой спросила: - Чэнван, как думаешь, каким должен быть император? Он должен обладать тремя дворцами и дворами? Он должен вызывать ветер и призывать дождь по своему желанию? - Императора должны уважать все граждане, - сказал Хо Чэнван. Нин Шу ущипнула его за щёку и сказала: - Всё правильно. Императора должны уважать граждане. Важнее всего для императора – это ответственность. Множество граждан работает, чтобы накормить императорский клан, и ответственность императора в том, чтобы сделать жизни граждан ещё лучше. Хо Чэнван медленно кивнул, отчасти понимая её. Нин Шу знала, что было ещё слишком рано, чтобы он полностью понимал её, поэтому она спросила: - Хо Чэнван хочет стать императором? Императором, которого будут почитать граждане и петь ему похвалы? - Хочу. Этот покорный сын хочет стать императором. Этот покорный сын хочет заменить Отца-Императора на должности императора. Этот покорный сын хочет защитить Матушку-Императрицу и все те вещи, о которых этот покорный сын заботится. Хо Чэнван сжал кулаки, а его лицо покраснело. - Как император ты не можешь слишком сильно любить кого-то или заботиться о чём-то. В данный момент, твой Отец-Император любит что-то слишком сильно, отчего он потерял своё самое основное чувство бдительности и спокойствия, - Нин Шу посмотрела на Хо Чэнвана, когда спросила: - Как думаешь, какой сейчас твой Отец-Император? Хо Чэнван закусил губы, а потом тихо сказал: - Он кажется недееспособным правителем. ---------- Передавая Ответственность Нин Шу сказала "ага", а потом сменила тему. - Расставь мышеловки в своей комнате. Эта маленькая лисица часто бегает повсюду. Возможно даже, что она слышала то, что мы сейчас говорили. Она ткнула Хо Чэнвана в лоб. - Придумай свои собственные способы мучений для маленькой лисицы. Делай это так, чтобы она не могла пожаловаться об этом твоему Отцу-Императору. Пусть она страдает молча. Чэнван, используй свои собственные способы отомстить за щенка. - Этот покорный сын понял. Хо Чэнван кивнул с мрачным видом. Этой ночью, Хо Цин отправился навестить Императорскую Знатную Супругу Сюань. В этот раз маленькая лисица не разозлилась и покорно осталась в императорском кабинете, ожидая возвращения Хо Цина. Она знала, что Императорская Знатная Супруга Сюань ни за что не сможет обслужить Хо Цина в её нынешнем состоянии, поэтому она великодушно позволила Хо Цину сходить к ней. Когда Знатная Супруга Сюань внезапно стала Императорской Знатной Супругой Сюань, маленькая лисица невольно начала подозревать, что эта Императорская Знатная Супруга Сюань с самого начала знала, что не сможет сохранить ребёнка, поэтому воспользовалась этим преимуществом, чтобы повесить преступление на неё. Всё-таки, маленькая лисица лишь слегка пнула её. Как же выкидыш мог случиться так легко? Женщины из Внутреннего Дворца были поистине злонамеренными. Хо Цин посидел немного во дворце Императорской Знатной Супруги Сюань, а потом ушёл. Перед уходом он заботливо сказал несколько тёплых слов Императорской Знатной Супруге Сюань. Однако Императорская Знатная Супруга Сюань всё это время была холодной и безразличной. Хо Цин не возражал и просто решил, что Императорская Знатная Супруга Сюань всё ещё была слишком обижена и зла на маленькую лисицу. Хо Цин верил, что он уже достаточно компенсировал ей. Всё же, он дал ей высокий статус Императорской Знатной Супруги. Императорская Знатная Супруга Сюань наблюдала за тем, как уходит Хо Цин, а потом закусила губы и так сильно вцепилась в одеяла, что у неё всё тело затряслось. - Ваше Высочество, пришло время пить ваше лекарство. Служанка поднесла чашу с лекарством. Императорская Знатная Супруга Сюань взяла чашу с холодным выражением на лице, выпила содержимое на одном дыхании, а потом злостно бросила пустую чашу об пол. Та разбилась, и осколки полетели во все стороны. Треклятый зверь! После того, как Хо Цин ушёл из дворца Императорской Знатной Супруги Сюань, он отправился во дворец Нин Шу. Нин Шу была в шоке, когда увидела Хо Цина. Зачем он пришёл к ней, вместо того, чтобы флиртовать с маленькой лисицей? - Эта покорная жена приветствует Ваше Величество. Нин Шу сделала реверанс и улыбнулась, словно она была приятно удивлена увидеть его. Когда Хо Цин увидел эту счастливую улыбку на лице Нин Шу, он почувствовал лёгкое отвращение и начал жалеть о том, что пришёл сюда. Если Ху эр узнает, что он навещал её, то она снова разозлится. - Как императрица, ты должна больше внимания обращать на дела Внутреннего Дворца. У Императорской Знатной Супруги Сюань был выкидыш, так что ты присмотри за ней. После этих слов Хо Цин сказал что-то о том, что ему нужно читать летописи и сбежал. Нин Шу чуть не плюнула в лицо Хо Цина. Она точно не встречала раньше столь отвратительного мужчину. Он действительно считает эту мадам треклятой экономкой? Он там постоянно флиртует и проводит время в романтике, а ей оставил разбираться с женщиной, у которой недавно был выкидыш? Вот серьёзно! Может ей совершить цареубийство?! Когда Хо Цин вернулся в императорский кабинет и увидел, что маленькая лисица ждёт его, у него потеплело в сердце. Он чувствовал себя так, словно Ху эр была той единственной особенной для него во всём этом холодном императорском дворце. И что она была единственной, кто приносил свет в его тусклую жизнь. Хо Цин обожал эту маленькую лисицу и готов был предложить ей всё, что у него есть. Хо Цин обнял маленькую лисицу, прижался лицом к её морде и пробормотал: - Вот если бы ты была человеком. Маленькая лисица лизнула Хо Цина в щёку. Она тоже желала того, чтобы она была человеком, но бог трансмиграции заставил её трансмигрировать в качестве лисы. А она совсем не хотела быть в теле лисы! - Ху эр, мы обязательно найдём способ, - поклялся Хо Цин. Маленькая лисица не поняла, что имел в виду Хо Цин, но снова лизнула его в щёку в знак согласия. Его нежная кожа была очень приятной. На вкус она была словно желейный десерт. Его губы были особенно вкусными. Если бы она была человеком, то уже наверняка съела бы его с головы до пят. Однако сейчас, всё, что эта похотливая женщина могла делать – это смотреть. ---------- В Поисках Даосского Жреца Нин Шу составила компанию Хо Чэнвану, пока он читал. Она не заставляла его изучать классические учения Конфуция, так как он не был одним из тех педантичных учёных, которым нужно было сдать императорские экзамены, чтобы заработать славу. Ему будет лучше читать Искусство Войны и учиться тому, как управлять двором. Она хотела найти ему учителя, но, так как Хо Цин сейчас был явно настороже по отношению к ней и резиденции главнокомандующего, у неё не было иного выбора, кроме как пока отказаться от этой идеи. Цин Чжу подошла и прошептала на ухо Нин Шу: - Ваше Императорское Высочество, пришли вести из резиденции главнокомандующего. Главнокомандующий обнаружил, что кто-то разложил в резиденции вещи, которых там быть не должно. Он уже уничтожил эти вещи, но он сделал это в тайне, чтобы не встревожить виновных участников. Главнокомандующий послал вам весть, чтобы вы были осторожны и не делали ничего неподобающего перед Его Величеством. Нин Шу кивнула, а потом сказала Хо Чэнвану, чтобы он перестал читать и отправился на прогулку с Сяо Цингуанем. Хо Чэнван и Сяо Цингуань обменялись мрачными улыбками, а потом вышли. Когда Нин Шу увидела это, её брови приподнялись. - Ваше Императорское Высочество, главнокомандующий сказал, что Его Величество сейчас в поисках даосского жреца, - сказала Цин Чжу. – Главнокомандующий подозревает, что Его Величество начал принимать таблетки. Нин Шу тут же покачала головой. Хо Цин был ещё очень молод. Ему не нужны укрепляющие таблетки, так как его тело было в идеальном состоянии и под полным контролем. Причина, почему императоры древних эпох были одержимы поеданием таблеток, состояла в том, что они хотели всё ещё иметь возможность навещать супруг, даже после наступления старости. А вот насчёт того, почему он внезапно начал искать даосского жреца… Нин Шу покрутила глазами, а потом до неё дошло. Это было из-за маленькой лисицы. Согласно изначальной истории, к данному моменту, маленькая лисица уже должна была трансформироваться в человека. Однако Нин Шу разбила средство для трансформации этой маленькой лисицы ещё когда только прибыла в этот мир. Так как маленькая лисица не смогла заполучить жемчужину русалки, конечно же, она не могла превратиться в человека. Хо Цин, вероятно, больше не может терпеть и хочет найти даосского жреца, чтобы он помог трансформировать маленькую лисицу в человека. Похоже, что изначальная история всё ещё мчится вперёд. Маленькая лисица обязательно станет человеком. Если главные мужчина и женщина не смогут ООХХ, если между ними не возникнет никакой телесной связи, то как это можно назвать любовью? - Скажи дедушке, что насчёт даосского жреца волноваться не нужно, - спокойно сказала Нин Шу. Хо Цин мог делать всё, что ему захочется. Однако тот факт, что Хо Цин начал искать даосского жреца стал причиной для множества дискуссий. Многие высокопоставленные министры выступили при дворе и предупредили Хо Цина, чтобы он не верил в эти методы, но Хо Цин не обратил на них внимания. Если Ху эр могла стать человеком, то он был готов заплатить любую цену. Он очень хотел увидеть, какой будет человеческая форма Ху эр. Она обязательно будет красивой и весёлой, полной противоположностью женщин из Внутреннего Дворца. Всё-таки, её характер был таким милым. Маленькая лисица была в полном неведении о том, что Хо Цин старательно работает над этим, и продолжала каждый день гулять по императорскому дворцу. Хо Цин не говорил ей, так как он хотел сделать для неё сюрприз. Однако в последнее время лисица чувствовала себя очень неудачливой. Ей казалось, что кто-то над ней подшучивает. Однажды, когда она гуляла, на неё опрокинулось ведро навозной жижи. Когда ведро было наброшено на неё, она оказалась в ловушке под ним. А когда она наконец-то выбралась, рядом никого не было. Маленькая лисица почувствовала себя обиженной и отправилась на поиски Хо Цина, благоухая ароматом реинкарнации пяти зёрен. Она была очень несчастна, поэтому запрыгнула прямо на Хо Цина и начала целенаправленно тереться об него. Хо Цин вынужден был терпеть вонь и не показывать признаков отвращения к маленькой лисицы, когда он направился принимать ванну вместе с ней. Когда маленькая лисица увидела Хо Цина таким, её сердце наполнилось сладким счастьем. Она понимала, что Хо Цин относится к ней лучше, чем к кому-либо ещё в этом мире. ---------- На Маленькую Лисицу Напали?! И ладно бы, если это случилось один раз, но так происходило постоянно. Маленькая лисица приходила плакаться к Хо Цину, а Хо Цин озлобленно сказал, что он расследует, кто именно посмел относиться к Ху эр подобным образом. Когда Нин Шу узнала об этом, она поспешила сказать двум мальчишкам, чтобы они прекратили. Если они продолжат так делать, рано или поздно их поймают. Хо Чэнван выглядел очень удовлетворённым, и его шаги были энергичными, словно он шагал по ветру. Нин Шу сейчас была больше обеспокоена тем, когда же маленькая лисица станет человеком. Как только маленькая лисица станет человеком, все женщины Внутреннего Дворца тут же окажутся совершенно позабытыми. С этих пор в сердце Хо Цина будет только маленькая лисица. Нин Шу попросила Цин Чжу предупредить резиденцию главнокомандующего, чтобы они были осторожны. Хо Цин уже давно не навещал Внутренний Дворец. Женщины из Внутреннего Дворца смотрели на императорский кабинет до тех пор, пока у них глаза не уставали, но они всё равно даже мельком не могли увидеть Хо Цина. В это время произошло крупное происшествие. Прекрасная Леди Линь, которая была обезображена маленькой лисицей, а потом выброшена в холодный дворец Хо Цином, успешно поймала маленькую лисицу и пронзила ей живот. Когда Хо Цин нашёл маленькую лисицу, это было как раз вовремя, чтобы он увидел, как Прекрасная Леди Линь безумно вонзает нож в маленькую лисицу. Маленькая лисица кричала от боли, а её тело было всё в крови. Глаза Хо Цина налились кровью, он схватил меч стражника и отрубил голову Прекрасной Леди Линь. Её голова ещё долго катилась, прежде чем остановиться. У неё всё ещё были открыты глаза, отчего её покрытое шрамами лицо выглядело ещё ужаснее. Хо Цин обнял истекающую кровью маленькую лисицу и позвал на помощь императорских лекарей и даосского жреца. - Вувуувуу… - кричала маленькая лисица. Маленькая лисица чувствовала, что она вот-вот умрёт. Это было так больно. Хо Цин даже расплакался, когда пробормотал: - Ты будешь в порядке. Ты будешь в порядке! Мы не позволим, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Нин Шу холодно улыбнулась, когда она увидела, насколько Хо Цин выглядел беспомощным и на грани безумия. Он дрожал так, словно потерял весь мир. Императорская Знатная Супруга Сюань стояла рядом с Нин Шу с бледным лицом. Хоть за ней и присматривали заботливо, её здоровье всё ещё было очень слабым. Она выглядела так, словно её может сдуть первым же порывом ветра. А её подбородок стал значительно острее. Когда Императорская Знатная Супруга Сюань увидела, как сильно Хо Цин проявляет свои эмоции, и увидела, как он выглядит так, словно хочет уничтожить весь мир, она была ошарашена. - Давай вернёмся. Его Величество не позволит нам быть тут. Нин Шу стояла у входа в императорский кабинет. Глянув на закрытую дверь, она повернулась, чтобы уйти. Императорская Знатная Супруга Сюань закусила губы и ушла вслед за Нин Шу. Нин Шу глянула на неё и сказала: - Это ты всё организовала? - Эта покорная супруга не понимает, о чём говорит Ваше Императорское Высочество? На бледном лице Императорской Знатной Супруги Сюань расцвела слабая улыбка. Нин Шу больше ничего не сказала. Они все знали правду, и, по крайней мере, она чувствовала злорадство. Вот так тебе, лисица! Маленькая лисица была сильно ранена. Императорский лекарь сказал Хо Цину, что надежды нет, и Хо Цин закашлял кровью. Императорский лекарь был так напуган, что начал дрожать. Хо Цин был рядом с ним, дрожа от тревоги и гнева, поэтому он приказал стражникам отрубить голову бесполезному императорскому лекарю. Как бы этот императорский лекарь не умолял о пощаде, он не мог изменить свою судьбу. С таким примером, остальные императорские лекари не посмели ничего говорить и лишь робко начали работать над тем, чтобы остановить кровотечение у маленькой лисицы. В это время пришёл даосский жрец и сказал, что сейчас самое лучшее время для того, чтобы трансформировать маленькую лисицу в человека. К тому же, если затянуть с этим, то маленькая лисица не выживет. Хо Цин тут же приказал даосскому жрецу начинать, и сказал, что маленькой лисице ни в коем случае нельзя умирать. Он начал драть на себе волосы от боли и волнения, с беспомощностью глядя на маленькую лисицу. Он хотел взять на себя боль маленькой лисицы. Боль заполнила его душу. Только сейчас Хо Цин понял, что он действительно влюбился в маленькую лису и что это, должно быть, та самая. Никто другой не мог занять её место. Когда до него дошло, что маленькая лисица может его покинуть, ему захотелось, чтобы все люди во дворце умерли, чтобы составить компанию маленькой лисице. Эта дрянь, Прекрасная Леди Линь, она умерла слишком быстро! Ему стоило замучить её до смерти! ---------- Отсутствие Императора Из-за Хо Цина весь императорский дворец был окружён приглушённой атмосферой. Все знали, что питомец, которого Его Величество больше всего обожал, чуть не была убита супругой из холодного дворца. В данный момент, любой, кто попадётся на глаза Его Величества, умрёт. Все были в ужасе. Однако Нин Шу не была подвержена общему влиянию. Если главная женщина так легко умрёт, то как её можно называть любимицей судьбы? А вот Императорская Знатная Супруга Сюань беспокоилась. Она пришла спросить у Нин Шу: - Ваше Императорское Высочество, как думаете, животное умрёт? - Не умрёт, - спокойно ответила Нин Шу. Императорская Знатная Супруга Сюань нахмурилась, не желая принимать такой ответ. - Она же так серьёзно ранена, как она может выжить? Нин Шу вздохнула, а потом сказала: - Его Величество сделает всё, что в его силах, чтобы спасти её. - Неужели Его Величество сможет даже вытащить кого-нибудь из ада? – спросила Императорская Знатная Супруга Сюань, всё ещё не убеждённая. – Ваше Императорское Высочество, почему ваши слова звучат так странно? Его Величество просто невероятно хорошо относится к этому животному. - Подождём и увидим, - сказала Нин Шу. – Я слышала, что императорский учитель в последнее время не очень хорошо себя чувствует. У этой императрицы есть столетний женьшень. Пусть императорский учитель его примет. Императорская Знатная Супруга Сюань замешкалась, а потом сказала: - Дедушка просто стареет. Хоть он и чувствует себя нехорошо, женьшень тут не нужен. Тем не менее, я вам очень благодарна, Ваше Императорское Высочество. Нин Шу не обратила внимания на отказ Императорской Знатной Супруги Сюань, так как рано или поздно они примут её предложение. Хо Цин практически заперся в своём дворце для отдыха и отсутствовал при дворе почти весь месяц. Такого раньше никогда не случалось. Министры так нервничали, что у них начали выпадать волосы. Каждый день они приходили ко двору, но личный евнух Хо Цина говорил им, что Его Величество неважно себя чувствует, и сегодня не придёт ко двору. Никто из чиновников или супруг не мог увидеть Хо Цина, поэтому никто не знал, что происходит. Поведение Хо Цина заставило всех сильно нервничать. Они не могли понять, что он планирует, но Нин Шу была уверена, что это просто из-за того, что он был занят трансформацией маленькой лисицы в человека. Нынешний Хо Цин поистине был императором, которого абсолютно не интересует страна, а заботит лишь красотка. Хо Чэнван пришёл навестить Нин Шу и спросил: - Чего именно пытается добиться Отец-Император? Как он может вот так взять и бросить дела при императорском дворе? Когда Нин Шу увидела, что Хо Чэнван ведёт себя словно маленький взрослый, она не удержалась от замечания: - Чэнван действительно беспокоится за страну и граждан, ах. - Матушка-Императрица, этот покорный сын говорит всерьёз, - сказал Хо Чэнван. Нин Шу кивнула. - Матушка-Императрица тоже серьёзна. Тебе не нужно волноваться о том, что делает твой Отец-Император. Хо Чэнван снова вздохнул, а потом ушёл. Нин Шу не могла удержаться от смеха, когда увидела, как он себя ведёт. - Ваше Императорское Высочество, пришёл евнух Его Величества, Сяо Аньцзы, - сказала Цин Чжу, как только вошла. Нин Шу сказала: - Пусть войдёт. Сяо Аньцзы вошёл и поклонился Нин Шу, а потом сказал: - Ваше Императорское Высочество, мой учитель сказал этому слуге, чтобы я передал Вашему Императорскому Высочеству, что этой ночью Ваше Императорское Высочество может узнать кое-что интересное. - Ага, поблагодари своего учителя от этой императрицы. Нин Шу попросила Цин Чжу выдать ему несколько слитков серебра. Сяо Аньцзы принял их, поклонился и ушёл. Цин Чжу спросила у Нин Шу: - Ваше Императорское Высочество, о чём говорил Сяо Аньцзы? - Узнаешь вечером. Нин Шу уже догадывалась. После некоторого размышления, она сказала: - Позови сюда Императорскую Знатную Супругу Сюань. - Поняла. ---------- Прячет Любовницу Вскоре пришла Императорская Знатная Супруга Сюань. Когда она увидела Нин Шу, она сделала реверанс и спросила: - Ваше Императорское Высочество искала зачем-то эту покорную супругу? - Давай сегодня ночью сходим к Его Величеству и посмотрим, вдруг он прячет любовницу, - спокойно сказала Нин Шу. Императорская Знатная Супруга Сюань села за стол и стала пить чай. Когда Нин Шу увидела, насколько худой она была, она сказала: - Похоже, что ты ещё не восстановилась. Эта императрица не императорский лекарь, но даже эта императрица видит, что твоему телу не хватает питания. - Этой покорной супруге уже нет дела до этого тела. Оно всё равно лишь топчется на пороге смерти, так что, будет оно лучше или хуже – никакой разницы, - безразлично сказала Императорская Знатная Супруга Сюань. Нин Шу была с ней не согласна. - Не стоит так убиваться из-за мужчины. Императорская Знатная Супруга Сюань с удивлением посмотрела на Нин Шу. - Если эта покорная супруга о чём и печалится, то только о не рождённом ребёнке. Нин Шу и Императорская Знатная Супруга Сюань вместе дождались, когда будет почти полночь и в императорском дворце станет тихо. Сяо Аньцзы наконец-то пришёл и сказал Нин Шу: - Ваше Императорское Высочество, пожалуйста, следуйте за этим слугой. Нин Шу улыбнулась Императорской Знатной Супруге Сюань. - Пойдем, глянем. Сяо Аньцзы повёл Нин Шу и Императорскую Знатную Супругу Сюань во дворец отдыха Хо Цина. Императорская Знатная Супруга Сюань прошептала: - Ваше Императорское Высочество, что вы собираетесь делать? - Вопрос не в том, что собирается делать эта императрица, а в том, что делает Его Величество, - ответила Нин Шу. Вскоре они добрались до дворца отдыха Хо Цина. Евнух Цю ждал Нин Шу у двери. Когда он увидел её, он поклонился и тихо сказал: - Ваше Императорское Высочество, пожалуйста, следуйте за этим слугой тихо. Нин Шу кивнула и последовала за ним. Императорская Знатная Супруга Сюань поспешно пошла вслед за ними. Евнух Цю привёл их в скрытное место, из которого они могли слышать, что происходит во дворце отдыха, и где их будет не видно стражникам. Нин Шу прислушалась и обнаружила, что Хо Цин разговаривает с женщиной. Её подозрения подтвердились. Маленькая лисица уже трансформировалась в человека. Их голоса были хорошо слышны. Хо Цин говорил: - Ху эр, обрети свои чувства, словно ты обретаешь мир. Послышался ясный женский голос. - Хо Цин, неужели я правда стала человеком? Это невероятно! - Она настоящая. Наша Ху эр, наша драгоценная Ху эр! Голос Хо Цина был полон страсти. - Хо Цин, что ты делаешь? Почему ты меня целуешь? - Ху эр, неужели ты всё ещё не знаешь, что в нашем сердце? В голосе Хо Цина чувствовалось подавляемое желание. Спустя несколько мгновений изнутри стали раздаваться соблазнительные звуки, в которых смешались тихие нежные нашёптывания всяких глупостей Хо Цина и сдавленные стоны маленькой лисицы. Всё произошло так, как она и ожидала. Она пришла лишь, чтобы убедиться наверняка. Даже без её жемчужины русалки, нашлись другие способы сделать маленькую лисицу человеком. Выяснив результат, Нин Шу уже было не интересно подслушивать дальше и она ушла. Императорская Знатная Супруга Сюань инстинктивно последовала за ней, хотя она всё ещё была ошарашена тем, что только что услышала. Они отошли достаточно далеко, прежде чем она пришла в себя и спросила у Нин Шу: - Ваше Императорское Высочество, что же такое происходит? Его Величество действительно прячет у себя женщину? Откуда вязалась эта женщина? - А разве эта женщина не была тут всё время? – спокойно ответила Нин Шу. – Ты можешь спросить об этом Сяо Аньцзы. Обдумай тот план, о котором я тебе говорила. Императорская Знатная Супруга Сюань была крайне ошарашена. Похоже, что до неё наконец-то дошло, но она никак не могла в это поверить. - Это невозможно, это невозможно. - Всё возможно, - сказала Нин Шу. – Уже поздно. Возвращайся к себе и отдохни. Вот только как Императорская Знатная Супруга Сюань могла уснуть? Её голова была полна мыслей о женщине, которая спала с Хо Цином. - Ваше Императорское Высочество, но она же была так сильно ранена в тот раз. Неужели она действительно смогла выжить и стать человеком? Во взгляде Императорской Знатной Супруги Сюань появилась концентрированная ненависть. Нин Шу сказала: - Вероятно, это всё сделал даосский жрец. ---------- Стирая Ее Личность И хотя маленькая лисица стала человеком, Хо Цин не выпускал её и держал взаперти в своём дворце для отдыха. Нин Шу была в замешательстве. Возможно ли, что Хо Цин собирается всю её жизнь держать маленькую лисицу в заточении? Но, судя по характеру маленькой лисицы, держать её взаперти – это всё равно, что лишить её жизни. Однако, некоторое время спустя, дворцовая служанка обнаружила в императорском саду труп животного. С животного содрали шкуру, оставив лишь плоть, вокруг которой кружились мухи. Нин Шу увидела, что этот труп был похож на лисий. Хо Цин поспешил туда. Когда он увидел труп, он стал выглядеть ошарашенным, словно его ударило молнией, а потом начал рычать: - Кто?! Кто убил нашу маленькую лису?! Хо Цин выглядел так, словно ему невероятно больно. Он сильно нахмурился и холодно сказал Нин Шу: - Оказывается, во дворце живёт какой-то злонамеренный человек, что убил нашу любимую лису. Императрица, ты должна найти преступника. Мы хотим, чтобы с него живьём содрали кожу! Охренеть, разве твоя маленькая лисица не превратилась в человека? Если бы эта маленькая лиса действительно была твоей маленькой лисицей, то ты бы не стал вести себя так преувеличенно. Хо Цин хотел, чтобы личность маленькой лисицы исчезла? - Императрица, мы хотим, чтобы ты нашла преступника, - сказал Хо Цин сквозь сжатые зубы. Нин Шу сделала реверанс и с уважением сказала: - Эта покорная жена понимает. Эта покорная жена обязательно найдёт "преступника". Нин Шу твёрдо проговорила последнее слово. Хо Цин назначил кого-то сделать красивый маленький гробик, а потом положил труп лисы в этот гроб с выражением крайней боли на лице. Нин Шу едва удерживала себя от того, чтобы закатить глаза. Он выглядел таким фальшивым. Его лицо явно сияло от сверкающей любви и возбуждения, но он искажал его в выражение агонии. Кому, чёрт возьми, ты пытаешься внушить отвращение? Как только лису похоронили, Хо Цин снова начал появляться при дворе. Множество министров были недовольны его долгим отсутствием при дворе, поэтому Хо Цин пришёл ко двору с бледным лицом и сказал министрам, что он не приходил, потому что болел. Дворец для отдыха Хо Цина оставался под обильной охраной, чтобы никто не мог туда войти. Отчего атмосфера в императорском дворе была подозрительно напряжённая. Маленькая лисица умерла! Супруги и младшие жёны Внутреннего Дворца были так рады, что чуть не начали поджигать хлопушки, чтобы отпраздновать это! Эта лисица, которая приносила столько проблем, наконец-то умерла! Слава Богу за того бесстрашного человека, которому хватило смелости убить маленькую лисицу! Амитабха Будда. По сравнению с радостными супругами и младшими жёнами, бледное лицо Императорской Знатной Супруги Сюань теперь стало немного пепельным. Она злобно спросила у Нин Шу: - Ваше Императорское Высочество, что именно Его Величество пытается делать? - Ты же явно уже знаешь ответ, так зачем же спрашиваешь эту императрицу? – Нин Шу совсем не была зла и сказала: - Так ты согласна с тем планом, о котором тебе рассказывала эта императрица? Хочешь работать с этой императрицей? Нин Шу сделала паузу. - Его Величество уже не заинтересован ни в одной женщине из этого Внутреннего Дворца. Внутренний Дворец скоро будет бесполезен, так зачем же нам беспокоиться о таком бессмысленном факте, что мы женаты на имени? – сказала Нин Шу. Это был единственный правильный способ нанести травму этому дрянному мужчине. Должно быть так: женщины работают сообща, чтобы уничтожить мужчину, а не так, что женщины сражаются друг с другом. Императорская Знатная Супруга Сюань закусила губы с противоречивым выражением на лице. Тогда Нин Шу сказала: - Спешить некуда. Ты можешь спокойно всё обдумать. Однако спустя некоторое время эта чертовка обязательно появится во Внутреннем Дворце в открытую, и ей выделят собственный дворец. Возможно даже, что Его Величество распустит ради неё Внутренний Дворец. И тогда, женщины вроде нас, что служили императору, даже не будут иметь имени после смерти. И у нас не будет никаких потомков, чтобы зажечь для нас благовония. Императорская Знатная Супруга Сюань сделала глубокий вдох, а потом решительно посмотрела на Нин Шу и сказала: - Ваше Императорское Высочество, эта покорная супруга согласна. Эта покорная супруга отправит в резиденцию императорского учителя письмо. Нин Шу улыбнулась. ---------- Отправился на Сбор Урожая Тем вечером Хо Цин снова навестил Нин Шу и перешёл сразу к делу. - Императрица, уже почти сезон сбора урожая. Мы покинем дворец, чтобы принять участие в сборе урожая вместе с гражданами, а заодно и проверить урожай этого года. Принять участие в сборе урожая вместе с гражданами? Это, вероятно, означает, что он собирается показаться публике, а потом отправиться на экскурсию. Нин Шу сказала: - Ваше Величество, должна ли эта покорная жена отправиться с вами? Подобные сцены обычно требуют присутствия императора и императрицы, одетых в одежды из конопляной ткани, чтобы вместе собирать зерно. Однако Нин Шу знала, что Хо Цин не возьмёт её с собой. Когда Хо Цин увидел радостное возбуждение и предвкушение на лице императрицы, он тут же сказал: - Императрица, в этот раз тебе нет необходимости ехать со мной. В этот раз я вернусь быстро и кто-то должен присмотреть за дворцом. К тому же, нашла ли ты преступника, которого мы просили тебя найти? - Эта покорная жена всё ещё ищет. Однако тот, кто это сделал, поистине был ловок и хитёр. Эта покорная жена не может найти ни одной зацепки. Нин Шу посмотрела на Хо Цина с обеспокоенным и встревоженным выражением на лице. На лице Хо Цина мелькнуло неестественное выражение, когда он сказал: - Как бы там ни было, ты должна найти преступника! Нин Шу выразила свою решимость. Хо Цин сказал всего несколько слов, после чего ушёл. Он даже не пробыл так долго, чтобы успел завариться чай. Нин Шу цыкнула, наблюдая за тем, как Хо Цин выбегает из двора. Как будто её дворец был каким-то домом ужасов. Неужели он настолько испугался, что маленькая лисица разозлится? - Ваше Императорское Высочество, Его Величество уже давно не приходил отдыхать в ваш дворец, - немного обеспокоенно сказала Цин Чжу. Нин Шу отпила чай. - Его Величество больше никогда не придёт в этот внутренний дворец, так что больше не волнуйся об этом и иди спать. Рано утром Нин Шу отвела супруг и младших жён Внутреннего Дворца к воротам императорского дворца, чтобы проводить Хо Цина. Нин Шу обнаружила, что теперь рядом с Хо Цином стоял маленький евнух с нежными алыми губами и нежной кожей. Даже несмотря на то, что на ней была одежда евнуха, это не могло замаскировать её красоты. Её взгляд был живым и прекрасным. И хотя её глаза были большие и миндалевидные, их крайние уголки были слегка приподняты на манящий манер. Когда Хо Цин увидел, что Нин Шу смотрит на этого маленького евнуха, он плавно шагнул вперёд, чтобы заблокировать ей поле зрения, и сказал: - Императрица, как следует присмотри за Внутренним Дворцом. Мы очень скоро вернёмся. Нин Шу сделала реверанс и сказала обеспокоенным голосом: - Эта покорная жена запомнит. Эта покорная жена будет вместе со всеми этими сёстрами ждать возвращения Вашего Величества. Ваше Величество, берегите себя. Как только она это произнесла, она услышала, как кто-то тихо фыркнул, но притворилась, что не заметила этого. Хо Цин залез в повозку, а затем евнух Цю крикнул об отправлении и длинная процессия начала выезжать через ворота дворца. Нин Шу наблюдая за тем, как уезжает длинная процессия, а потом развернулась и вернулась в свой дворец. Так как Хо Цин уехал, супругам и младшим жёнам стало ещё скучнее. Они все красиво нарядились к отъезду Его Величества, но он даже не взглянул на них. Нин Шу сказала супругам и младшим жёнам возвращаться в их дворцы и сказала, чтобы они занялись вышивкой, или нашли другой способ развлечь себя. Возможно из-за того факта, что Хо Цин уже давно не навещал Внутренний Дворец и никто не получал императорской благосклонности, эти женщины теперь лучше ладили между собой. Когда у них было время, они собирались поболтать. Всё же, если они не найдут чем себя занять, чтобы скоротать время, то сойдут с ума. Императорская Знатная Супруга Сюань всё ещё не сводила взгляда с ворот дворца, когда спросила: - Тот евнух, это же маленькая лисица, верно? Это очень странно. Как лисица стала человеком? Нин Шу кивнула, но не ответила. - Она очень красивая. Чего и стоило ожидать от духа лисицы, - холодно сказала Императорская Знатная Супруга Сюань. ---------- Это Цзинь Лин Нин Шу догадалась, что на самом деле Хо Цин отправился не принимать участие в сборе урожая, вероятно он уехал, чтобы провести медовый месяц с маленькой лисицей. Он бросил этот дворец, полный женщин, и уехал развлекаться. А она вынуждена оставаться во дворце, чтобы помогать Хо Цину управлять женщинами этого дворца? Какого хрена? Нин Шу снова почувствовала себя готовой совершить цареубийство. Нин Шу не стала заниматься делами Хо Цина и просто продолжила составлять компанию Хо Чэнвану в его обучении. Были некоторые вещи, которые трудно было сделать, пока тут был Хо Цин, вроде того, чтобы найти учителя. Как только Хо Цин уехал, Нин Шу нашла учителя для Хо Чэнвана. И этого учителя выбрал главнокомандующий. Нин Шу и Императорская Знатная Супруга Сюань в тайне ускорили свой заговор. Целых полмесяца Хо Цин потворствовал своему удовольствию, позабыв о доме и своём долге. После этого он вернулся с очень красивой женщиной. Сразу же после возвращения Хо Цин привёл маленькую лисицу к Нин Шу и сказал: - Императрица, это Цзинь Лин. Маленькая лисица не сделала реверанса перед Нин Шу, но Хо Цин ничего не сказал на это. Нин Шу спросила: - Ваше Величество, откуда взялась такая красивая женщина? Разве Ваше Величество не уехал принимать участие в сборе урожая? Как вам удалось найти такую красотку? - Она – дочь магистра из округа Цюй. Мы встретили её вблизи столицы и она нам очень понравилась, поэтому мы привезли её во дворец. Взгляд Хо Цина был полон обожания, когда он смотрел на маленькую лисицу. Нин Шу улыбнулась, когда она посмотрела на маленькую лисицу. Маленькая лисица была одета в шёлковые розовые одежды из дворца и на ней не было никакой косметики. Её нежная кожа была покрыта лёгким румянцем, а её черты были слегка незрелыми, но содержали в себе уникальное очарование. Впрочем, её тело обладало идеальными формами. Её взгляд был живым и милым. Когда люди смотрели на неё, они невольно были зачарованы её живым и озорным взглядом. Очарование и наивное озорство. Она поистине была настолько очаровательна, насколько это было возможно для человека. Нин Шу наконец-то поняла, что пытается сделать Хо Цин. Сначала он убил лису и ободрал её, потому что не у всех лис есть такой прекрасный золотой мех, как у маленькой лисицы. А потом, покинув дворец, он подобрал подходящую личность для маленькой лисицы. Хо Цин действительно пошёл на многое ради этой маленькой лисицы. Нин Шу многозначительно сказала: - Чиновник из округа Цюй наверняка обрадовал своих предков тем, что у него родилась такая прекрасная дочь. Тогда, Ваше Величество, эта покорная жена должна назначить для неё место, где она будет жить? - Мне не нужно, чтобы ты назначала мне дворец, я собираюсь жить с Хо Цином, - сказала маленькая лисица Цзинь Лин. Взгляд маленькой лисицы был полон опаски и враждебности, когда она смотрела на Нин Шу. Когда она была лисой, она тоже ничего хорошего не чувствовала по отношению к этой женщине. Однако теперь она стала человеком и отдала своё тело и сердце Хо Цину, поэтому теперь она считала всех женщин из Внутреннего Дворца своими врагами. Мужчина, которого она любит, может любить только её. Вся любовь была эгоистичной. После этого маленькая лисица сердито посмотрела на Хо Цина. Вот серьёзно! Если бы она знала заранее, то она бы не вернулась во дворец. Так как она уже стала человеком, то она должна была просто отправиться путешествовать по миру и дразнить маленькое свежее мясо, вместо того, чтобы оставаться с Хо Цином, у которого уже и так было много женщин. >"Маленькое свежее мясо" в китайской культуре – это термин для упоминания молодых и симпатичных мужчин, зачастую – кумиров подростков. Когда Хо Цин увидел, что женщина, которую он любит, несчастна, он поспешно посмотрел на неё обожающим и полным любви взглядом. Нин Шу смотрела на то, как они двое флиртуют прямо передней. Их всерьёз не заботило то, могут ли это терпеть другие люди или нет. ---------- Ты Единственная, Кто Достоин Быть Нашей Императрицей - Эта мисс, кажется эта императрица видела вас раньше? Этой императрице кажется, что мы знакомы, словно встречались раньше. Нин Шу прищурилась, словно она пыталась вспомнить, где она её видела. Хо Цин встал перед маленькой лисицей, словно защищая её, и сказал: - Цзинь Лин выросла в округе Цюй, так как вы могли видеться раньше? И тебе не нужно назначать ей жилой дворец, мы лично всё уладим. После этих слов Хо Цин взял маленькую лисицу за руку и ушёл. Маленькая лисица обернулась, чтобы показать Нин Шу язык и посмотреть на неё с презрением. Как только они вышли из дворца, Хо Цин обернулся и ткнул маленькую лисицу в нос со слегка раздражённым выражением на лице, несмотря на то, что он с обожанием сказал: - Девочка, у тебя поистине странный характер. На данный момент она – императрица. Тебе не стоит делать её своим врагом. Это будет плохо для тебя. - Хмф! Маленькая лисица подняла голову и укусила Хо Цина за подбородок. После этого она сказала как цундере: - Она мне просто не нравится! Хо Цин, в твоём сердце должна быть только я. Тебе нельзя иметь кого-либо ещё, а иначе я уйду из этого императорского дворца и подыщу себе какого-нибудь другого красивого парня. Хо Цин слегка шлёпнул по заднице маленькой лисицы. - Ты принадлежишь нам, так что мы не позволим тебе искать кого-нибудь ещё. Мы убьём любого мужчину, что ты найдёшь. Нам бы хотелось посмотреть на того, кто посмеет тебя коснуться. Никому не дозволено касаться женщины, которую мы любим. - Хмф! Я тебе не принадлежу. Когда маленькая лисица услышала слова Хо Цина, хоть она и возразила сразу же, она чувствовала себя очень счастливой. Хо Цин был так добр с ней, а ещё он был красив. Она ни за что не смогла бы уйти от него! Хо Цин наклонился и куснул её за кончик уха, после чего сердечно сказал: - Если ты не принадлежишь нам, то кому ты принадлежишь? У маленькой лисицы ослабли ноги, а её лицо покрылось румянцем, когда она посмотрела на Хо Цина мерцающим взглядом. Хо Цин возбудился от её взгляда и тут же подхватил её на руки и понёс в сторону комнаты для отдыха. После нескольких заходов кувыркания в постели, маленькая лисица начала рисовать круги на груди Хо Цина своими нежными пальцами и сказала: - Хо Цин, я ненавижу тот факт, что у тебя во Внутреннем Дворце так много женщин. И эта императрица, я её ненавижу. Особенно ненавижу за то, как она смотрит на меня. Хо Цин поймал руку маленькой лисицы, поднёс к своим губам и поцеловал. - Она скоро больше не будет императрицей. В нашем сердце есть только ты. Ты единственная, кто достоин быть нашей императрицей. После того, как Хо Цин и маленькая лисица ушли, Императорская Знатная Супруга Сюань примчалась на поиски Нин Шу. - Эта женщина вернулась? Эта покорная супруга услышала, что Его Величество привёл женщину. - Выпей немного чая. Она вернулась, - спокойно сказала Нин Шу. – Она – дочь какого-то чиновника девятого ранга. Хо Цин не стал создавать для маленькой лисицы слишком великолепную предысторию, так как люди легко могли всё раскопать, если её история окажется слишком подозрительной. Боле того, семьи аристократов регистрируют своих потомков. Императорская Знатная Супруга Сюань закусила губы, а потом спросила: - Ваше Императорское Высочество, когда мы уже сможем продолжить действовать по нашему плану? - Не нужно спешить. Эта императрица знает, что ты хочешь отомстить, но всё нужно делать постепенно, - Нин Шу махнула рукой. – Сейчас неподходящее время. Императорская Знатная Супруга Сюань вздохнула, а потом скорбно сказала: - Эта покорная супруга хочет отомстить за своего ребёнка прямо сейчас. Месть. Всё, что осталось этой покорной супруге – это месть. - Не нужно спешить, - спокойно сказала Нин Шу. Всё, что переходит границы, всегда будет иметь свои негативные последствия. Когда супруги и младшие жёны из Внутреннего Дворца узнали, что Его Величество привёл женщину в свой дворец, они все помчались во дворец Нин Шу, чтобы выяснить: что же за женщина смогла заставить Его Величество нарушить правило и привести её прямо в свой дворец. Сначала была лисица, которая забрала на себя всё внимание Его Величества, а теперь ещё и какая-то женщина появилась, которая, по слухам, невероятно красивая. Это просто бесконечный замкнутый круг! Нин Шу сказала лишь, что это женщина, которая понравилась Его Величеству, и что она очень красивая. После этого по всему Внутреннему Дворцу распространились слухи, что Его Величество привёл женщину божественной красоты. ---------- Личный Дизайн Цзинь Лин На некоторое время маленькая лисица осталась во дворце для отдыха у Хо Цина. Вся толпа супруг и младших жён так завидовала, что у них глаза покраснели. Хо Цин теперь даже не заходил во Внутренний Дворец, и всё своё время проводил с женщиной, которая взялась непонятно откуда. На данный момент прошло уже почти полгода с тех пор, как Хо Цин в последний раз приходил во Внутренний Дворец. В прошлом Хо Цин и без того редко приходил во Внутренний Дворец, но, по крайней мере, он позволял обслуживать себя разным супругам и младшим жёнам. Однако теперь он даже ногой не ступал на их территорию. Супруги и младшие жёны Внутреннего Дворца были очень встревожены между собой. Если бы у них была взрывчатка, то Нин Шу была почти уверена, что эти женщины взорвали бы дворец для отдыха Хо Цина, просто чтобы убить женщину, что была там. Хо Цин обожал маленькую лисицу до невероятной степени. За исключением того времени, когда присутствовал при дворе, всё остальное время он проводил с маленькой лисицей. Нин Шу не понимала, почему Хо Цин до сих пор ещё не определил статус маленькой лисицы. Неужели он планировал свергнуть резиденцию главнокомандующего, а потом прямо назначить маленькую лисицу императрицей? В изначальной истории маленькая лисица стала императрицей, а её сын стал императором. После этого игривая маленькая лисица отправилась путешествовать по миру вместе с Хо Цином. Её жизнь была настолько хорошей, что это было просто невероятно. - Ваше Императорское Высочество, люди из министерства работ начали строительство рядом с дворцом отдыха Его Величества. Вероятно, они строят дом, - сказала Цин Чжу. Строят дом? Разве в императорском дворце недостаточно домов? К тому же, архитектура императорского дворца была спланирована ещё до его постройки. И подобное внезапно построенное здание просто испортит всю планировку императорского дворца. - Эта служанка слышала об этом от Сяо Аньцзы. Он сказал, что это будет дом для мисс Цзинь Лин, и что это личный дизайн Цзинь Лин, - сказала Цин Чжу. – Люди из министерства работ поначалу не хотели его строить, и сказали Его Величеству, что весь императорский дворец построен по правилам и это связано с драконьей веной страны и с судьбой, но мисс Цзинь Лин сказала, что люди из министерства работ просто суеверные. После этого Его Величество лично издал указ о том, что новое здание должно быть сделано согласно дизайну мисс Цзинь Лин. Нин Шу: … Ладно, богатые имеют право быть своевольными. Так как Хо Цин не дал маленькой лисице никакого статуса, все слуги дворца называли её мисс. Однако они тайно выражали презрение этой женщине. Она оставалась вместе с Его Величеством даже несмотря на то, что ей не дали никакого статуса, разве это не явные незаконные сексуальные отношения? Маленькая лисица пришла из современной эпохи, поэтому её всё это совсем не заботило. По её мнению, у неё с Хо Цином была истинная любовь, поэтому, в данный момент они были на стадии свиданий. Какое до этого дело всем остальным? Даже когда маленькая лисица слышала подобные замечания, она лишь отмахивалась от них. Пока она была счастлива, всё было в порядке. В данный момент она хотела сделать Хо Цину приятный сюрприз, поэтому она поторапливала министерство работ, чтобы они поскорее закончили строительство. Маленькая лисица принесла во Внутренний Дворец много изменений, а также некоторые странные блюда. Она часто танцевала современные танцы для Хо Цина, которые были либо танцами с соблазнительными движениями, либо танцами с шестом. От этого Хо Цин ещё больше был очарован маленькой лисицей. Он никак не мог понять, что происходит у неё в голове. Однако он чувствовал, что был благословлён тем, что повстречал Ху эр. Он чувствовал себя так, словно до этого вся его жизнь была бессмысленной, но теперь, любое движение имело значение. Он был искренне благодарен Небесам за то, что они позволили ему повстречать Ху эр. К этому времени он уже совершенно позабыл о том факте, что множество супруг и младших жён нетерпеливо ждут его. ---------- Проблема с Разницей в Поколениях Строительство продвигалось очень быстро и, вскоре, рядом с дворцом для отдыха Хо Цина была установлена вилла в современном стиле. Когда Нин Шу видела эту виллу, ей захотелось шлёпнуть себя по лицу. У величественного и достойного императорского дворца прямо посередине была ослепительно белая вилла. Она выглядела как бельмо на глазу и полностью разрушала достоинство и великолепие, которыми должен обладать императорский дворец. Это было максимально неуклюже. Однако Хо Цину этот дом понравился и, судя по его радостным воплям, он счёл этот дом идеально подходящим. Когда он услышал, что Ху эр назвала его их любовным гнёздышком, его сердце воспылало, и в его глазах этот дом стал ещё приятнее. Маленькая лисица хотела шокировать этих простодушных людей из древней эпохи, поэтому она великодушно пригласила на свою виллу супруг и младших жён Внутреннего Дворца, чтобы они приняли участие в "вечеринке". Хо Цин был обеспокоен тем, что никто не захочет принимать участие в её собрании, отчего она потеряет лицо. Поэтому он издал указ, что все супруги и младшие жёны должны принять участие, даже императрица. Супруги и младшие жёны пришли на вечеринку и стали разглядывал виллу с широко распахнутыми глазами и странным выражением лиц. Маленькая лисица была в восторге при виде этого. Хмф, люди вроде вас никогда раньше не видели современной виллы, верно? Каждый раз, когда Нин Шу видела виллу, у неё было сильное желание разбить этот дом. Он был совершенно не к месту. Нин Шу даже почувствовала приступ ОКР. И хотя маленькая лисица сказала, что это вечеринка, на самом деле это было всего лишь барбекю. Маленькой лисице даже пришлось объяснять, что такое "барбекю". Когда супруги и младшие жёны уставились на неё с ошарашенными выражениями, маленькая лисица лишь пожала плечами. Это была всего лишь проблема с разницей в поколениях. Они не могли нормально общаться. Супруги и младшие жёны даже не стали трогать барбекю. Вещи, которые были окружены огнём и дымом явно выглядели не самыми чистыми. Все супруги и младшие жёны всегда ели очень изысканно приготовленные блюда. Когда бы у них была возможность отведать подобные блюда? Когда они увидели, как маленькая лисица с энтузиазмом грызёт это мясо, у них округлились глаза. Неужели Его Величеству нравится подобная невоспитанная женщина? Нин Шу прищурилась, наблюдая за маленькой лисицей. По красным отметинам на её шее было очевидно, насколько она близка с Хо Цином. Все супруги и младшие жёны пришли сюда только для того, чтобы повидать Хо Цина, но они его даже мельком не увидели. Поэтому, когда собрание закончилось, они могли лишь разочарованно вернуться обратно. Маленькая лисица почувствовала лишь презрение, когда увидела их выражения лиц. Эти люди все такие фальшивые. Они сказали, что пришли повеселиться на её вечеринке, но на самом деле они были тут ради её Хо Цина. Но она уже сказала Хо Цину, чтобы он не приходил. Когда она увидела их разочарованные лица, она внутренне обрадовалась. Нин Шу спокойно глянула на неё. Интересно, какой социальный класс был у маленькой лисицы, прежде чем она трансмигрировала. Почему она кажется такой безвкусной? Она хотела показать своё превосходство тем малым, что она знала о современном мире. У Нин Шу на это было лишь три слова: Ха-ха-ха. У этой маленькой лисицы совсем не было понятия этикета. Она никогда не следовала этикету, когда встречала людей. Казалось, она практически ведёт единоличную войну против феодализма. Ладно, с императором в качестве поддержки, конечно, она могла быть такой своенравной. Однако Хо Цин, в итоге, будет отчитан до смерти императорским блюстителем. Маленькая лисица делала, что хотела в императорском дворце, в том числе всевозможные неподходящие вещи. Она очень хорошо обращалась со своей личной служанкой и всегда говорила о том, как все равны и никто не является более знатным, чем другие. Нин Шу почувствовала, что если бы она была той служанкой, то она бы наверняка ответила громадной пощёчиной. Говоря, что все равны, ты обманываешь эту сестрицу! Если все равны, тогда почему я тебе служу, а не ты мне? Всё, что она говорила, лишь звучало здорово. Тц, тц. Нин Шу даже не знала, как ей теперь оценивать маленькую лисицу. Как так получилось, что с такой личностью и характером Хо Цин её так сильно любит? Может у Хо Цина глаза были покрыты слоем жира? Или ему так наскучило видеть множество элегантных знатных дочерей с идеальным и пристойным поведением, что он счёл излишне оживлённую личность интересной? А потом маленькая лисица изобрела маджонг, покер и тому подобные игры, превратив дворец в зону азартных игр. После этого она подсадила на эти азартные игры всех супруг и младших жён. С такими новыми играми, эти супруги и младшие жёны уже не думали о Его Величестве постоянно, так что, можно считать, что маленькая лисица сделала небольшое доброе дело для них. В любом случае, в императорском дворце был беспорядок. Из-за беспринципной предвзятости Хо Цина, маленькая лисица создавала шумиху везде, где появлялась, но страдала всегда другая сторона. - Хо Цин, твоя супруга всегда жульничает, когда играет со мной в маджонг. - Да всё в порядке. Посадим эту супругу на месяц под замок. - Хо Цин, прости меня, я порвала твою мантию дракона. Это всё потому что ты внезапно обнял меня прошлой ночью и взбудоражил меня. Она посмотрела на свои пальцы. - Да всё в порядке. ---------- Если у Нас Не Получится, То Мы Умрём Этой ночь небо наполнили молнии и оглушительный гром. Посреди ливня внезапно прозвучал просто невероятный хлопок грома. Весь императорский дворец словно сотрясло. Кто-то закричал посреди шторма: - У нас пожар! У нас пожар! Вилла, которая была рядом с дворцом для отдыха Хо Цина, была охвачена огнём. Пламя было таким большим, что словно достигало неба. Даже шторм не мог затушить ревущий огонь и пламя освещало весь дворец. В императорском дворце стало беспокойно. Нин Шу слезла с постели и сказала Хо Чэнвану: - Чэнван, пора начинать. Тебе страшно? - Этому покорному сыну не страшно. Хо Чэнван стиснул свои кулаки. Всё его тело дрожало, а лицо слегка покрылось румянцем, когда он повторил: - Этому покорному сыну не страшно. - Если у нас не получится, то мы умрём. Цин Чжу помогла Нин Шу надеть её одежду. Хо Чэнван тоже встал с постели и крепко вцепился в рукав Нин Шу. - Матушка-Императрица, этому покорному сыну не страшно. Нин Шу ответила "ага", а потом взяла его за руку и пошла в сторону горящей виллы. Цин Чжу и ещё одна дворцовая служанка держали для них зонты. Дождь был очень сильным. На земле собралось уже много дождевой воды, и она грозила скоро промочить их обувь. Когда они добрались до виллы, они увидели, что множество евнухов и стражников работают над тем, чтобы потушить огонь. Хо Цин и маленькая лисица были в своих одеждах для отдыха. Они стояли вместе под карнизом его дворца для отдыха. Глаза маленькой лисицы были красными от слёз, пока она наблюдала за тем, как горит её драгоценная работа. Во дворце было так много мест, так почему же загорелась только её вилла? Почему её вилла?! У маленькой лисицы разболелась голова. Наконец-то у неё появился собственный особняк, с тех пор, как она попала в древнюю эпоху, но и в него попала молния. Словно Небеса издеваются над ней. Когда Хо Цин увидел маленькую лисицу в таком состоянии, он начал поторапливать своих людей, чтобы они скорее потушили огонь. Однако даже с таким количеством евнухов и стражников, пытающихся потушить огонь, сила огня не ослабевала и всё громко потрескивало. Хо Цин нахмурился с холодным выражением на лице. В свете пламени он выглядел крайне холодно и строго. Нин Шу подошла к Хо Цину вместе с Хо Чэнваном и сделала перед ним реверанс. - Эта покорная жена приветствует Его Величество. Хо Цин глянул на Нин Шу, а потом его взгляд переместился на Хо Чэнвана. Он раздражённо сказал: - Зачем ты привела сюда ребёнка в такое позднее время? - Конечно же эта покорная жена должна приходить, когда происходит нечто подобное. Чэнван беспокоился о Вашем Величестве. Он думал, что Ваше Величество отдыхал в этой вилле и очень беспокоился, что с вами что-то случилось, поэтому он стал умолять пойти с этой покорной женой, - спокойно ответила Нин Шу. У Хо Цина внезапно ёкнуло сердце. Как удачно, что сегодня они не остались на вилле, а иначе с ним было бы уже покончено. Ху эр была женщиной, которая знала как наслаждаться жизнью. Иногда она радостно играла на вилле, но она редко оставалась в ней на ночь. Ху эр сказала, что недавно построенные дома всё равно не подходят для того, чтобы в них жили люди. К тому же, ей больше нравится спать на постели дракона. Если бы не это, то этой ночью они бы оказались в ловушке горящей виллы. Хо Цин тихо вздохнул с облегчением, а потом протянул одну руку, чтобы обнять маленькую лисицу и утешить её. - Не бойся, мы тут. Нин Шу: … Так или иначе, тут его жена и сын. Он что, не мог себя немного проконтролировать? ---------- Предупреждение Небес! Хо Чэнван держал Нин Шу за руку и с нечитаемым выражением на лице наблюдал за тем, как Хо Цин обнимает маленькую лисицу. Огонь продолжил полыхать. Несмотря на то, что так много народу пыталось затушить огонь, они не смогли спасти виллу. Огонь продолжил гореть до тех пор, пока вилла не заскрипела и последние стоящие балки обрушились. Теперь она выглядела очень заброшенной. Нин Шу внутренне задыхалась от смеха. Эта неприглядная вилла наконец-то сгинула! Внезапно прибежал министр и встал на колени перед Хо Цином. Его одежды промокли под дождём, но он не обращал на это внимания. - Ваше Величество, возникла большая проблема! Хо Цин нахмурил брови. - Императорский Астроном, зачем ты пришёл во дворец? - Этот покорный подчинённый пришёл сказать Вашему Величеству, что этот огонь – предупреждение Небес, - сказал императорский астроном с выпученными глазами. Сразу после того, как императорский астроном сказал это, послышались ещё шаги, направляющиеся в эту сторону. Хо Цин посмотрел туда и увидел, что это, оказывается, гражданские и военные чиновники. Все они пришли, чтобы встать перед ним на колени. Хо Цин холодно сказал: - Мои дорогие министры, что вы тут делаете? Мы не давали вам приказов, чтобы приходить во дворец, так как же вы все вошли? За что я кормлю императорскую стражу? - Ваше Величество, прошу, простите этих покорных подчинённых за то, что они пришли незваными, - сказал старый императорский учитель. – Ситуация слишком срочная и она связана с судьбой страны, только поэтому этот покорный подчинённый мог рискнуть и совершить подобное огромное нарушение. Это императорский учитель был дедушкой Императорской Знатной Супруги Сюань. Нин Шу посмотрела на главнокомандующего, который был одет в боевой наряд, дедушку изначального хоста. Сегодня будет решаться успех или поражение. Когда Хо Цин увидел ряды людей с мрачными лицами, что встали перед ним на колени, у него возникло дурное предчувствие, и он холодно сказал: - Что бы там ни было, мы обсудим это завтра. В этот раз мы не будем наказывать вас за подобное поведение. - Ваше Величество, раз это дело такое важное, пожалуйста, сначала выслушайте то, что хотят сказать эти подчинённые. Похоже, что дело очень срочное, - сказала Нин Шу, делая реверанс. Хо Цин нахмурился и начал ругать Нин Шу. - Супругам и младшим жёнам из Внутреннего Дворца не дозволено вмешиваться в государственные дела. Императрица, ты переступаешь свои границы. - Хо Цин, мне немного страшно. Давай зайдём внутрь. Маленькая лисица была напугана этой большой группой людей и робко подёргала Хо Цина за рукав. - Какая дерзость! Посметь назвать Его Величество напрямую его священным именем! Какое отсутствие пристойности! Императорский блюститель выпрямил спину и начал праведно бранить маленькую лисицу. Цвет лица Хо Цина тут же потемнел. Он не мог стерпеть даже малейшего ругательства по отношению к Ху эр, но у министра хватило смелости бранить её подобным образом? Когда он увидел, как напугана была Ху эр, он холодно сказал: - Императорский Блюститель У, дозволено ли кричать подобным образом перед нами? - Ваше Величество, прошу, простите этого покорного подчинённого. Этот покорный подчинённый был просто слишком встревожен. Хоть императорский блюститель и извинился, но его спина осталась прямой. Это показывало, что он явно не считает себя виноватым. У него было такое решительное выражение лица, словно он был готов умереть, чтобы доказать свою точку зрения. Нин Шу увидела, что Хо Цин был настолько зол, что всё его тело дрожало. Он встал перед маленькой лисицей, словно хотел защитить маленькую лисицу от всего того, что мир бросит в неё. Взгляд Нин Шу сверкнул. Хо Цин действительно любил маленькую лисицу, но что насчёт маленькой лисицы? Она полагалась на привязанность Хо Цина и делала что хотела, без ограничений. У неё никогда не появлялась мысль о том, чтобы уменьшить ношу, которую вынужден был нести Хо Цин. Кто знает, как долго Хо Цин сможет защищать маленькую лисицу? Неужели он никогда не устанет? Хо Цин глубоко вдохнул, а потом холодно сказал: - Что именно вы пытаетесь сказать? Похоже, что вы хотите вынудить нас сложить полномочия. - Эти покорные подчинённые не посмеют! Ваше Величество, простите нас! Огромное количество министров стояли на коленях под дождём. Их одежды совершенно промокли от дождя. Нин Шу очень беспокоилась о том, что тело дедушки не сможет такое выдержать. - Вы не посмеете? Вы не посмеете? Вы же пытаетесь вынудить нас сложить полномочия! Что именно вы пытаетесь сделать? Руки, которые Хо Цин сложил за спиной, были сжаты в кулаки. Его взгляд был мрачен, а выражение лица неизменно. Однако, в глубине его глаз, было беспокойство и безосновательный страх. - Ваше Величество, этот покорный подчинённый проверил астрологические расположения и выяснил, что свет Венеры стал тусклым, но демоническая звезда рядом с Венерой светила ярко. Это означает, что рядом с Вашим Величеством есть демон, который творит вред и озорство. Этот огонь был предупреждением Небес для Вашего Величества, - сказал императорский астроном, и его голос был взволнованным. – Небеса создали большой огонь. Это Небеса предупреждают страну Янь! - Куча чепухи! Всё это чепуха! Тело Хо Цина дрожало. Демон, творящий вред и озорство?! У этих людей… у этих людей явно хватило смелости! ---------- Демон, Несущий Бедствие Маленькая лисица не могла понять о чём говорит императорский астроном, но когда она услышала слово "демон", её глаза округлились от страха. Неужели они имели в виду её? Хоть она и была лисицей, внутри она была человеком. Она не была демоном! Маленькая лисица схватила Хо Цина за рукав от беспокойства и страха. - Идея об астрономических феноменах всегда была чушью. Императорский Астроном, твоя работа – это следить за погодой, а не преувеличивать и выдумывать всякое об астрологии, - холодно сказал Хо Цин. – Рядом со мной нет никакого демона. Ты всё выдумываешь. - Ваше Величество, - императорский астроном встал на колени и скорбным голосом закричал: - Ваше Величество! Вы должны поверить словам этого покорного подчинённого! Венера сейчас тусклая до такой степени, что почти не светится. Венера – это самая яркая звезда, которая представляет Ваше Величество! Но сейчас Венера тусклая. Это не только вредно для Вашего Величества, но может навредить и всей стране. Ваше Величество! Императорский астроном начал стучать лбом о землю до тех пор, пока его голова не стала сплошным синяком. Всё это время его лицо выражало искреннюю скорбь. Маленькая лисица была так напугана, что крепко вцепилась в одежды Хо Цина и тревожно спряталась у него за спиной. - Ваше Величество, несмотря на то, верите вы или нет, но лучше позволить императорскому астроному проверить, есть ли поблизости демон. Тогда Ваше Величество и министры могут успокоиться, - нежно сказала Нин Шу. Хо Цин резко обернулся, чтобы завопить на Нин Шу. - Заткнись! Нин Шу закрыла рот и перестала говорить. Хо Чэнван хотел заговорить в защиту своей матушки-императрицы, но Нин Шу стиснула его руку, давая сигнал, чтобы он этого не делал. - Ваше Величество, Её Императорское Высочество императрица просто волнуется о вас. Ваше Величество, прошу, просите Её Императорское Высочество, - главнокомандующий Сяо практически распластался по земле, умоляя Хо Цина, несмотря на свой пожилой возраст, отчего все люди, которые видели это, начали ему сочувствовать. Хо Цин уже собирался разгневаться притворством Главнокомандующего Сяо. Они все относились к нему как неразумному и недееспособному императору! - Ваше Величество, самое важное сейчас – это выяснить, кто демон. Мы должны выяснить кто та фигура, что несёт вред стране Янь. В этом дворце так много зданий, так почему только это странное здание ударило молнией? Это означает, что оно вообще не должно было существовать в этом дворце. - Ваше Величество, женщина, что рядом с вами – это демон, - воскликнул старый императорский учитель. – Ваше Величество, вы были околдованы этой женщиной! Она – демон, трансформировавшийся в человека! Она пришла, чтобы вызвать падение империи Янь! Когда Хо Цин услышал то, что сказала императорский учитель, то он был так зол, что чуть не потерял сознание. Он же явно тщательно скрыл личность Ху эр, так как же эти люди выяснили, что эта Ху эр была лисицей? Глаза Хо Цина были красными, и он так сильно стиснул свои зубы, что у него на лице задрожали мускулы. Нин Шу поспешно оттащила Хо Чэнвана назад и тревожно спросила: - Ваше Величество, разве вы не сказали, что она была дочерью чиновника из округа? Почему же она тогда демон? Ваше Величество, скорее идите сюда. Не стойте рядом с демоном! - Ах ты злобная дрянь, заткнись! – когда Хо Цин услышал, что Нин Шу несколько раз назвала Ху эр демоном, то он завопил: - Она не демон! Хо Цин огляделся вокруг. Императрица с тревогой обнимала Хо Чэнвана и все министры стояли перед ним на коленях под дождём. У него было беспомощное чувство, словно весь мир обратился против него. Позади него Ху эр дрожала от страха. - Ваше Величество, вам действительно затуманило разум. Вы даже не можете ясно видеть реальность, - сказал главнокомандующий Сяо. – Эта женщина – дух лисицы, который превратился в человека, чтобы вызвать в стране беспорядки. Неужели Ваше Величество не знает историю о Короле Чжоу из Шана и Су Дацзи? Неужели Ваше Величество собирается забросить эту страну? >Дацзи – это мифический дух лисицы и любовница последнего Императора Династии Чан, Чжоу Синя, который был тираном. - С тех пор, как этот демон появился во дворце, произошло так много происшествий. Она убила члена императорской семьи и не обращает внимания на социальный статус. Ваше Величество был околдован этим демоном и больше не обращает внимания на обычаи и традиции. Если всё так продолжится, то страна окажется в смятении! Императорский учитель с трудом встал на колени. Его тело покачивалось, но министры, которые были по бокам от него, помогли ему устоять. Он решительно сказал: - Ваше Величество, ради жителей империи Янь, прошу, убейте демона и позвольте империи Янь снова быть в мире! - Ваше Величество, прошу, убейте демона и позвольте империи Янь снова быть в мире! Все министры одновременно закричали и начали биться головами о землю. Лицо маленькой лисицы стало бледным от страха, и она закричала: - Вы – упрямые феодальные старики! Вы хотите моей смерти лишь из-за какой-то звезды? Вы все считаете человеческие жизни просто травой! За это вас всех ждёт возмездие! - Демон принесла бедствие империи Янь, и её должны покарать смертью! Императорский учитель с презрением посмотрел на маленькую лисицу. Маленькая лисица была ошарашена. С чего это она демон? Как она принесла бедствие? Она была всего лишь женщиной, откуда у него могли быть такие способности? Маленькая лисица испугалась и почувствовала обиду. Она же не делала ничего плохого этим людям в прошлом, так какое право они имеют решать её судьбу подобным образом? ---------- Показания Свидетеля Хо Цин был так зол, что кровь у него в груди словно кипела, а в горле появилось болезненный сладковатый привкус. Он почувствовал очень сильную головную боль, а его сердце наполнилось яростью и страхом. Он боялся, что не сможет защитить Ху эр. Хо Цин проглотил кровь и спокойно сказал: - Нет никаких доказательств, что эта женщина – демон. - Ваше Величество, этот демон трансформировался из той лисы, что вы держали в качестве питомца, - сказал императорский астроном, указывая на маленькую лисицу. Хо Цин тут же возразил: - Нашу маленькую лису кто-то убил. Как вообще животное может трансформироваться в человека? Какой абсурд! Если нашу страну будут защищать министры, подобные вам, то мы бы предпочли не иметь такой страны. - Ваше Величество, у этого старого покорного подчинённого есть убедительные доказательства. Это единственная причина, почему мы пришли просить вас рассудить ситуацию, - сказал императорский учитель. – Ваше Величество, Сяо Аньцзы может дать показания. - Сяо Аньцзы? Хо Цин ошарашено посмотрел на Сяо Аньцзы, который подошёл и поклонился. Сяо Аньцзы тоже упал на колени. Сяо Аньцзы приветствует Ваше Величество и почтенных министров. На лице Сяо Аньцзы не было и следа страха. Хо Цин почувствовал себя очень неуютно, когда увидел Сяо Аньцзы таким. Он холодно хмыкнул и сказал: - Сяо Аньцзы, будь осторожен с тем, что ты говоришь. Если ты скажешь хоть слово лжи, мы лишим тебя головы. Сяо Аньцзы глубоко поклонился, а потом сказал: - Этот покорный слуга будет говорить только правду. Эта женщина, что рядом с Вашим Величеством, это золотая лиса, которая была трансформирована в человека. Мёртвая лиса, которую нашли в императорском саду недавно – это то, что Его Величество приказал этому покорному слуге сделать. Он приказал этому покорному слуге содрать шкуру с мёртвой лисы. Сяо Аньцзы снова поклонился. - Если любое из слов этого покорного слуги фальшивое, тогда позвольте этому покорному слуге пасть на восемнадцатый уровень ада, чтобы он никогда не реинкарнировал, - холодно сказал Сяо Аньцзы. Каждое его слово резало Хо Цина словно клинком. Хо Цин никак не ожидал, что пёс, которого он держал, укусит его. Этот проклятый кастрат посмел такое совершить?! Хо Цин холодно закричал на него: - Сяо Аньцзы, мы всегда хорошо к тебе относились, но ты всё равно посмел предать нас! - Этот слуга не предаёт Ваше Величество. Этот слуга просто предан всей стране Янь. Ваше Величество потакает демону и имеет с ней незаконные сексуальные отношения. Это против природного порядка вещей! Даже если этого слугу убьют, этот слуга не будет чувствовать сожаления. Этот слуга будет жалеть лишь о том, что у него не было шанса лично убить демона. Сяо Аньцзы с ненавистью посмотрел на маленькую лисицу. - Ты меня ненавидишь? Маленькая лисица не могла понять, когда же она его так обидела. - Конечно же, я тебя ненавижу. Ты заставила Его Величество стать безжалостным. Мной, как человеком, спокойно играло животное-демон вроде тебя! – возмущённо сказал Сяо Аньцзы. Нин Шу внутренне улыбнулась. Какими бы маленькими ни были гвозди, от них всё равно больно, когда они вколачиваются в твою плоть. Такова цена за то, что ты была своевольной. ---------- Разве Она Не Должна Была Быть Единственной в Мире? Хо Цин пожалел о том, что не уничтожил резиденцию главнокомандующего. Он хотел разобраться с ними постепенно, так как теперь с ним была Ху эр. Если бы он сделал что-то слишком поспешно, то люди могли нацелиться на Ху эр, поэтому он решил постепенно забрать военную власть у главнокомандующего Сяо. Однако теперь все эти чиновники хотят заставить его убить Ху эр. У него так и чесались руки казнить всех этих министров. Вот только возможность не стала ждать. Теперь он сам был на разделочной доске. Он даже не мог защитить женщину, которую любит. Хо Цин стиснул холодную руку маленькой лисицы, и обвёл взглядом всех эти серьёзных министров. После этого он холодно сказал: - Мы уже сказали, что эта женщина – не какая-то там золотая лиса. Сяо Аньцзы, ты плут! Ты даже осмелился попытаться подставить нас! - Ваше Величество, почему вы так упорно настаиваете на продолжении этих ошибок? – императорский учитель выпрямил спину и уверенно сказал: - Если Ваше Величество не убьёт этого демона, несущего бедствие, тогда этот старый покорный подчинённый будет стоять на коленях вместе со всеми министрами, пока мы не умрём! Это старый покорный подчинённый просто не хочет, чтобы Ваше Величество сделали что-то, что навредит основе, созданной нашими предками. - Ваше Величество, прошу, убейте демона, приносящего бедствие! Все министры снова встали на колени. Хо Цин пошатнулся от гнева. Неужели они угрожают ему своими смертями? Хо Цина совершенно не заботили жизни этих министров, но он не мог позволить себе быть заклеймённым бестолковым и неразумным. - Хо Цин, мне очень страшно. Маленькая лисица увидела, что все эти люди просят её смерти и была так напугана, что вся дрожала. Она чувствовала сильную обиду. Она была всего лишь женщиной. Как так вышло, что её поиски счастья настолько помешали этим людям, что они захотели её убить? Хо Цин стиснул руку маленькой лисицы и сказал, утешая её: - Пока мы тут, никто не посмеет ничего с тобой сделать. - Ваше Величество, этого демона нельзя оставлять в живых. Она действительно дух лисы! Ваше Величество, у этого покорного подчинённого есть доказательство. Главнокомандующий Сяо встал на колени и молитвенно протянул руку Хо Цину, после чего махнул в сторону заместителя генерала. После этого стража силой привели даосских жрецов. - Скажи правду. Эта женщина, что рядом с Его Величеством – дух лисы? – строго спросил главнокомандующий Сяо. Даоситы встали на колени под дождём и их одежды тут же промокли. Они изобразили фигуры скорби и под дождём они выглядели очень измученными. Даосские жрецы обменялись взглядами, а потом один из них сказал: - Эта женщина, что рядом с Его Величеством, действительно трансформировалась из лисы. Его Величество сам нашёл нас, чтобы мы трансформировали золотую лису в человека. - Абсурд, это абсурд! – закричал Хо Цин. – Как вообще животное может стать человеком? Тогда идите и трансформируйте ещё какое-нибудь животное! Хо Цин чувствовал себя очень неуютно. Эти люди явно пришли подготовленными. Он был слишком беззаботен. Ему стоило раньше убить этого старика Сяо. Тогда он не смог бы вступить в сговор с гражданскими и военными чиновниками, чтобы заставить его сложить полномочия. - Обычно животные не могут трансформировать в людей, но этот бедный даосит предложил жемчужину тысячелетней русалки. Золотая лиса трансформировалась в человека, после того, как проглотила её, - сказал старый даосский жрец. Нин Шу: →_→ А разве ей не говорили, что в мире существует только одна жемчужина русалки? Как так вышло, что появилась ещё одна? ---------- Прямо Как Король Чжоу - Вы, вы… Хо Цин злобно указал на людей, стоящих перед ним на коленях. Капли дождя внезапно стали ощущаться очень холодными, а их удары были словно укусы. Он внезапно почувствовал сильный холод. - Вы пытаетесь вынудить нас сложить полномочия? – завопи Хо Цин. - Эти покорные подчинённые не смеют. Эти покорные подчинённые могут лишь отвергнуть наши жизни ради избавления от демона. Демона, несущего бедствие! – торжественно провозгласил императорский учитель. – Ваше Величество, вы уже настолько околдованы этим демоном, что даже не можете мыслить рационально. Вы больше не видите страну или её жителей, и вы позволяете этому демону творить безобразия. Мы боимся, что страна Янь уже стоит на пути к уничтожению. Хо Цин был так зол, что всё его тело дрожало, но он заставил себя успокоиться и холодно сказал: - Цзинь Лин всего лишь женщина. У неё нет власти, чтобы совершить низвержение страны. Вы её переоцениваете. Хо Цин понимал Ху эр. Она была не из тех, кого волнует слава, власть или богатство, и что она просто любит играть. Как же она сможет низвергнуть страну? - Ваше Величество, эти министры преклоняются перед задачей служения стране Янь и не жалеют усилий для выполнения этого долга. Ради этой страны и её жителей они готовы сделать всё, что угодно. Поэтому, Ваше Величество, прошу, отдайте им Леди Цзинь Лин. Люди и демоны не принадлежат одному миру, - сказала Нин Шу, поклонившись. Когда Хо Цин услышал то, что она сказала, он злобно завопил: - Заткнись! Мы подозреваем, что это ты стоишь за всем этим, потому что ты завидуешь Цзинь Лин! Императрица, твоя семья Сяо специально копила военную силу, потому что вы хотели устроить революцию! Мы с самого начала знали о ваших предательских намерениях! Нин Шу тут же изобразила на лице полнейшую обиду, словно её ошибочно обвинили. Она сказала: - Ваше Величество, эта покорная жена – всего лишь женщина из Внутреннего Дворца. Как у этой покорной жены может быть власть, чтобы заставить всех министров пойти на такое? - Ты – женщина. Цзинь Лин тоже женщина. Почему ты должна к ней так относиться? Неужели так весело бросать камни в того, кто упал в колодец? Мы поистине ошибались в тебе все эти годы! Нин Шу: … Она просто лишилась дара речи. Почему бы ему не направить свой гнев на маленькую лисицу, вместо того, чтобы направлять на неё? Нин Шу вытерла слёзы платком. Маленькая лисица тоже посмотрела на Нин Шу с выражением негодования и возмущения. - Императрица, даже если ты ненавидишь меня, тебе не стоило позволять Хо Цину попасть в такое затруднительное положение. Нин Шу: Тьфу на тебя! Человек, из-за которого Хо Цин попал в такое затруднительное положение, это не я, а ты. Всё случилось из-за твоей своенравности. Нин Шу ничего не сказала и лишь продолжила вытирать слёзы. От её тихой и печальной внешности у людей заболело сердце. - Какое право ты имеешь указывать на матушку-императрицу этого принца? Она – императрица Янь и она старательно управляет Внутренним Дворцом, чтобы Отцу-Императору не приходилось беспокоиться о семье. Моя матушка-императрица не сделала ничего плохого! Это только из-за твоего появления во дворце весь этот дворец впал в смятение! – с презрением сказал Хо Чэнван. – В тебе нет никакой пристойности. Ты никогда даже не делала реверанс, когда видела мою матушку-императрицу. Чего и стоило ожидать, ведь ты всего лишь животное. - Хо Чэнван, заткнись! – глаза Хо Цина налились кровью, когда он закричал на Хо Чэнвана. – У тебя нет права тут говорить. Хо Чэнван был напуган зловещим видом Хо Цина и разрыдался. - Отец-Император, ты больше не хочешь этого покорного сына? У Отца-Императора теперь есть демон, и ему уже нет дела до его жён и детей. Отец-Император, прошу, очнись! Отец-Император! Уваааа… Нин Шу обняла Хо Чэнвана и вытерла его слёзы со словами: - Не плачь, Чэнван, ладно? Не плачь. - Матушка-Императрица, Отец-Император теперь хочет только дух лисы, и ему уже нет дела до этого покорного сына и Матушки-Императрицы, - прорыдал Хо Чэнван. Печальная пара матери и сына заставила у всех сжаться сердца. Хо Цин тут же был заклеймён как тот, кто позабросил свою жену и ребёнка. - Вы, все вы… Хо Цин был так зол, что у него кипела кровь и слетала каплями с его губ. Он гневно уставился на Нин Шу и Хо Чэнвана, а потом плюнул в Хо Чэнвана. - Проклятый волчонок! Ты посмел совершить цареубийство и пытаешься убить своего отца! - Отец-Император, этот покорный сын ничего такого не делает. Этот покорный сын лишь хочет, чтобы Отец-Император оставил этот дух лисы. Этот покорный сын и Матушка-Императрица нуждаются в тебе. Отец-Император. Выражение лица Хо Чэнвана было полно скорби. Хо Цин холодно посмотрела на Хо Чэнвана. - У тебя в венах течёт кровь семьи Сяо, поэтому ты родился с амбициями диких волков. Нам стоило задушить тебя в тот же момент, как ты родился. Шокирующие слова Хо Цина ошарашили всех министров. Даже самый злобный тигр не ест своих детёнышей, а теперь Его Величество даже хочет убить своего собственного сына. Он был прямо как о Король Чжоу из Шана. ---------- Раз Ты Хочешь Умереть, То Мы Исполним Твоё Желание! Дождь прекратился, но на весь дворец опустилась мрачная прохлада. Атмосфера была очень мрачной. Хо Цин внезапно начал смеяться, а потом посмотрел на министров и холодно сказал: - Давайте покончим с этим, чего конкретно вы хотите? - Ваше Величество, эти покорные подчинённые лишь хотят, чтобы Ваше Величество вернулись на верный путь и убили демона, чтобы соблюсти законы и порядок императорского двора, - императорский учитель отказывался отступать. Хо Цин холодно рассмеялся. Мрачная внушительная аура вокруг него была шокирующей. - А что если мы откажемся? Как благородный Сын Небес, если мы даже не можем защитить женщину, которую мы любим, то мы действительно бесполезный император. - Ваше Величество, ответственность за жизни всех жителей Янь лежит на плечах Вашего Величества. Даже если мы, покорные подчинённые, встретим тут свою смерть, мы всё равно должны направить Ваше Величество обратно на верный путь, - сказал императорский блюститель. Выражение лица Хо Цина было очень холодным. - Раз ты хочешь умереть, то мы исполним твоё желание! Хо Цин взял меч стражника и вонзил его в живот императорского блюстителя. Всё произошло слишком быстро. Все были слишком ошарашены, чтобы отреагировать. На последнем дыхании императорский блюститель сказал: - Ваше Величество, прошу, убейте демона. Пока этот демон тут, страна Янь в опасности. Хо Цин был так зол, что его лицо посерело. Вышло так, что он позволил этому императорскому блюстителю сохранить своё имя навечно. С этих пор, все будут помнить этого чиновника за то, что тот принял смерть, чтобы вернуть Его Величество на верный путь. Рука Хо Цина задрожала, а в его голове словно зазвучал громкий гул. Его спина покрылась холодным потом. Нин Шу была встревожена действиями Хо Цина, и поспешно сказала Цин Чжу: - Скорее позови императорского лекаря! Мы не можем позволить, чтобы с чиновником Ваном что-нибудь случилось. Цин Чжу поспешно убежала. Нин Шу не ожидала, что Хо Цин действительно убьёт кого-нибудь. Как и ожидалось, маленькая лисица действительно была его ахиллесовой пятой. Стоило только кому-то коснуться её, как он сходил с ума. Рот императорского блюстителя был полон крови, но он продолжил уговаривать Хо Цина до самого последнего вздоха. - Ваше Величество, прошу, убейте демона! Прошу, убейте демона. Чиновник Ван умер прежде, чем успел прийти императорский лекарь. От его крови в воде остался длинный кровавый след. Стража тут же унесла тело императорского блюстителя. Нин Шу посмотрела на Хо Цина, и увидела, что маленькая лисица, что была рядом с ним, в шоке прикрыла свой рот. Нин Шу холодно сказала маленькой лисице: - Его Величество совершил из-за тебя нечто неразумное. Если ты действительно любишь Его Величество, то ты должна просто покончить жизнь самоубийством, чтобы Его Величество не оказался в таком затруднительном положении. Из-за тебя Его Величество был заклеймён как недееспособный монарх. Нин Шу сказала это небрежно. Она была уверена в том, что маленькая лисица не посмеет совершить самоубийство. По всем этим событиям было ясно, что маленькая лисица, по сути, была очень эгоистичной личностью - Сяо Сяо, заткнись! – Хо Цин встал на защиту маленькой лисицы. – Цзинь Лин – это женщина, которую мы любим. Никто в этом мире не сможет ей навредить. Нин Шу: … Ладно. Главное, чтобы ты был счастлив. ---------- Ваше Императорское Высочество, Берегитесь! Ход Хо Цина ошарашил всех. Лица министров, стоящих на коленях на земле, стали пепельными, а императорский учитель был так зол, что пошатнулся. Его голос дрожал, когда он сказал: - Ваше Величество, может тогда убить и этого старого министра. Как только вы убьёте все нас, министров, вся страна падёт. Когда императорский учитель заговорил, он начал плакать. - О, мой скончавшийся монарх, ах, этот покорный подчинённый подвёл тебя и не смог помочь Его Величеству должным образом, позволив Его Величеству быть околдованным и совершить нечто столь безжалостное. Нин Шу подошла к Хо Цину, сделала реверанс и предложила: - Ваше Величество, министры лишь хотят увидеть вашу позицию. Почему бы пока не запереть дух лисицы? - Заткнись, Сяо Сяо! Мы точно знаем, что ты на самом деле думаешь. Хо Цин посмотрел на Нин Шу с холодной ненавистью. Нин Шу печально сказала: - Ваше Величество, всё, что делает эта покорная жена – это ради вас. Просто данная ситуация требует, чтобы кто-то отступил. - Хмф! Как только Цзинь Лин запрут, разве следующим шагом не будет убить её? Мы не отступим. Без Цзинь Лин этот трон, эта страна Янь не будут иметь никакого смысла! Острый взгляд Хо Цина прошёлся по лицу Нин Шу, словно нож. Охренеть, сколько страсти, ах. Она была так тронута, что готова была плюнуть! Нин Шу закричала, дёргая Хо Цина за рукав. - Ваше Величество, эта покорная жена умоляет вас. Пожалуйста, не продолжайте совершать эти ошибки! Хо Цин смахнул Нин Шу со своей руки. - Сяо Сяо, хватит притворяться. У нас никогда не было к тебе никаких чувств, но ты всё равно посмела строить махинации против нашей Цзинь Лин, чтобы попытаться забрать её жизнь! Мы собираемся убить тебя первой! Хо Цин поднял меч, что был в его руке и замахнулся им на Нин Шу. - Ваше Императорское Высочество, Берегитесь! – закричал главнокомандующий Сяо. Он хотел встать, но он слишком долго стоял на коленях и его ноги онемели. Он мог лишь беспомощно наблюдать за тем, как меч летит в сторону его внучки. - Матушка-Императрица! Матушка-Императрица, скорее уворачивайся! – закричал Хо Чэнван. Нин Шу закричала и покатилась по земле, чтобы увернуться от меча Хо Цина самым жалким способом из возможных, после чего посмотрела на Хо Цина с ошарашенным выражением на лице и с отчаянием во взгляде. - Ваше Величество, вы хотите убить эту покорную жену? Глаза Хо Цина были налиты кровью. Он хотел успокоиться, но в его сердце пылало губительное желание просто уничтожить всё. Он знал, что попался в ловушку. - Хо Цин, не надо! – маленькая лисица схватила Хо Цина за руки и покачала головой со слезами на глазах. – Хо Цин, не убивай из-за меня. Я не хочу всё усложнять для тебя. Я могу покинуть императорский дворец, если это будет означать, что ты будешь счастлив. Хо Цин поспешно положил руку на плечо маленькой лисицы. - Ты принадлежишь нам. Мы не позволим тебе уйти. Нин Шу подняла руку, чтобы поправить причёску, которая сползла из-за её кувырка, и чтобы утешить Хо Чэнвана, который был изрядно напуган. После такого развития событий, гражданские и военные чиновники ни за что не могли позволить маленькой лисице остаться. Маленькая лисица была крайне напугана. Она хотела сбежать, но Хо Цин властно не позволил ей уйти. Сердце маленькой лисицы стучало так сильно от страха, что всё её тело дрожало. Она плакала, когда закричала: - Хо Цин, я не хочу умирать! Я правда не хочу умирать! - Никто не сможет тебя убить. С нами никто не сможет к тебе прикоснуться. Хо Цин обнял маленькую лисицу. Нин Шу почувствовала зубную боль. Они вели себя как влюблённые голубки, но это было так бессмысленно. - Если Ваше Величество желает, чтобы демон жила, тогда, пожалуйста, сложите свои полномочия. Тогда демон не сможет так сильно навредить стране Янь. Императорский учитель решил испытать удачу и напрямую сказать Хо Цину, чтобы он сложил полномочия. - Эти покорные подчинённые согласны. Ваше Величество, пожалуйста, сложите полномочия, - эхом повторили остальные министры. Хо Цин напрягся. Он так сильно стиснул зубы, что они заскрежетали. - Так вот чего вы все ждали. Вы хотели свергнуть нас. Эта страна принадлежит семье Хо! Это семья Хо, что завоевала и объединила эту страну! Когда это стало так, что слуги вроде вас начали принимать решения? - Эти слуги делают это только ради будущего страны Янь. Если Ваше Величество не желает слагать полномочия, тогда, пожалуйста, убейте демона. Этот старый покорный подчинённый уже прожил свой век, и ему осталось не так много дней. Вероятно, это будет последнее, что этот старый покорный подчинённый сможет сделать для страны Янь. Когда этого старого покорного подчинённого сожгут, по крайней мере, этот старый покорный подчинённый сможет сказать прежнему императору, что этот старый покорный подчинённый выполнил свой долг, как министр. Императорского учителя уже не волновало то, переживёт ли он это событие. Хо Цин почувствовал холод с головы до пят. Всё, чего он хотел – это женщину, которую он может любить. Почему тут было так много подобных людей? Почему они настаивают на том, чтобы он был равнодушным и одиноким существом? Дни без Ху эр не имели такого счастья, о котором стоило бы упоминать. И в данный момент перед Хо Цином было лишь два пути. Если он хочет остаться на троне, то ему нельзя оставить маленькую лисицу. Если он хочет маленькую лисицу, то он не может оставаться на троне. ---------- Заприте Пока Цзинь Лин Хо Цин обнаружил, что он полностью изолирован, потому что женщина, которую он любит, стоит на противоположной стороне от всех. Никто не возражал против того факта, что Хо Цин обожал женщину, но у всего должен быть предел. Как только приемлемый предел был пересечён, обязательно должна была быть отдача. Хо Цин обожал маленькую лисицу без какого-либо принципа или крайней черты, что позволяло маленькой лисице бесстрашно нарушать правила, которым все должны следовать. Более того, способ его обожания её был построен на причинении боли другим. Все смотрели на Хо Цина, даже маленькая лисица. Хо Цин почувствовал себя так, словно он стоит в таком месте, которое окружено со всех сторон безмерными безднами. Он так сильно стиснул зубы, что у него задрожали лицевые мускулы. Его глаза были налиты кровью, а сердце ощущалось так, словно оно варится в кипящем масле. Он не мог понять, как всё так получилось. Это наверняка была чья-то махинация! Они использовали Ху эр в качестве шахматной фигуры против него! Хо Цин с трудом сделал глоток. Он выглядел отстранённым, словно его душа уже была готова покинуть его тело. Почему, почему?! - Давайте всё обсудим это позже, - с трудом сказал Хо Цин. - Мы представим всем объяснение по этому поводу. - Ваше Величество, как именно вы планируете разобраться с этим демоном? Чиновник Ван уже умер, и Её Императорское Высочество тоже чуть не умерла! От этого дела нельзя просто так отмахнуться, - воскликнул главнокомандующий Сяо. – Кто-то должен взять ответственно за то, что произошло сегодня! Хо Цин потёр свой лоб и пошатнулся. Он чуть не упал, но маленькая лисица поспешно поймала его и посмотрела на него ясным взглядом. Сердце Хо Цина растаяло от такого зрелища. Больше всего Хо Цин любил, когда Ху эр смотрела на него подобным образом. Её взгляд был простым, чистым и прекрасным. Когда она смотрела на него вот так, он чувствовал, словно владеет всем миром. - Мы себя не очень хорошо чувствуем, так что давайте обсудим это позже. Лицо Хо Цина посерело, а сам он неконтролируемо дрожал. Он был зажат в угол, и у него не осталось иного выбора, кроме как сказать: - Заприте пока Цзинь Лин. Глаза маленькой лисицы округлились от шока, и она посмотрела на него. А потом у неё начали литься слёзы. - Хо Цин, ты бросаешь меня ради трона! Ты всё говоришь, что любишь меня, но ты бросаешь меня! Хо Цин хотел взять маленькую лисицу за руку, но маленькая лисица сделала шаг назад. - Ты бросил меня. Хо Цин почувствовал себя так, словно кто-то вонзил нож ему в сердце и крутит им там. Боль была агонизирующей. Он очень хотел сказать маленькой лисице, что это была просто временная мера, и что он не позволит чему-либо случиться с ней. Однако маленькая лисица не знала, о чём думает Хо Цин. Она лишь знала, что Хо Цин бросил её. Он бросил её ради власти. Он говорил, что любит её, но, в итоге, он перешагнул свою любовь ради власти. - Хо Цин, я ненавижу тебя! И это та любовь, которую ты мне обещал? Ты забираешь мою жизнь ради власти! Слёзы маленькой лисицы тихо катились по её щекам, и это выглядело прекрасно. Нин Шу: … Нин Шу внезапно почувствовала симпатию к Хо Цину. Должно быть это очень утомительно, любить того, чьи мысли работают на совершенно другой волне. Любая другая женщина во дворце знала бы, какой выбор правильный. Пока Хо Цин всё ещё император, они в безопасности. Женщины, что родились в аристократических семьях древней эпохи, были поистине не такими, как женщины из современной эпохи. Маленькая лисица свысока смотрела на женщин из древней эпохи. Но, в какой-то степени, хоть женщины древней эпохи и обязаны полагаться на мужчин, у них имелось более ясное понимание вещей и они были более разумными, чем женщины современной эпохи. Ради своих мотивов, они были готовы пойти на соответствующие жертвы. В данный момент маленькая лисица разыгрывала сцену "меня предали, моё сердце болит так, что я сейчас умру". Она совсем не понимала ситуацию. Все эти министры, наверное, были шокированы до онемения поведением этой маленькой лисицы. Этим и тем, что они слишком долго стояли на коленях. А поэтому они решили просто сесть на землю и наблюдать за этими двумя. Хо Чэнван тихо спросил у Нин Шу: - Матушка-Императрица, что выберет Отец-Император? - А ты как думаешь, Чэнван? – спросила Нин Шу. - Кончено же не стоит отказываться от трона ради женщины, да ещё и ради такой женщины, - Хо Чэнван замолчал на мгновение, а потом озвучил свой вывод: - Отец-Император бросит её. - Ты так думаешь? Нин Шу не озвучила своего мнения. ---------- Императорский Дворец Окружен! Главнокомандующий Сяо вышел вперёд и сказал: - Если Ваше Величество не может сделать выбор, тогда этот старый покорный подчинённый готов помочь Вашему Величеству вынести вердикт. Этот старый покорный подчинённый поможет Вашему Величеству убить этого демона. Если Ваше Величество желает после этого убить этого старого покорного подчинённого, то у этого старого покорного подчинённого не будет возражений. - Да как ты посмел, старик?! – Хо Цин встал перед маленькой лисицей, защищая её, и закричал на главнокомандующего Сяо: - Ты пытаешься начать восстание?! - Ради того, чтобы снова всё было правильно, даже если этот покорный подчинённый возложит на себя обязанность начать восстание, этот покорный подчинённый не будет ни о чём сожалеть. Главнокомандующий Сяо погладил свою седую бороду. Слова, которые он произнёс, заставили других людей жалеть его, и от этого Хо Цин стал ещё больше выглядеть как бестолковый император. Евнух Цю подбежал и прошептал на ухо Хо Цину: - Ваше Величество, армия главнокомандующего Сяо сейчас контролирует всю столицу! Императорский дворец уже окружён. Руки Хо Цина задрожали. Этот день настал, как он и боялся! Теперь он сожалел о том, что не выкорчевал семью Сяо раньше. Из-за этого он теперь страдал из-за последствий. Всё уже развилось до такой степени, что у него уже не осталось иной дороги, по которой он мог пойти. Хо Цин посмотрел на маленькую лисицу, которая выглядела такой обиженной, а потом на объединившихся министров. Вся сила словно покинула его тело, и он чувствовал себя таким беспомощным, как никогда раньше. - Мы отошлём эту женщину прочь, ладно? Хо Цин выражался так, словно он уже не будет бороться. Однако министры покачали головами. - Эта женщина – демон. Мы не можем понять сердца тех, кто от природы отличается от нас. Если мы отпустим её, потом окажется, что она затаила на нас обиду, и всё равно навредит нашему народу. - Хо Цин, как же я ошибалась на твой счёт! Я думала, что ты действительно любишь меня, но тебя заботит лишь трон! – маленькая лисица покачала головой, а по её щекам ручьями потекли слёзы, словно она не могла в это поверить. – Ладно, я уйду! Я не хочу тебя больше никогда видеть! Она пришла в эту древнюю эпоху и влюбилась в мужчину, но вот какой вышел результат? Она стиснула своё сердце, словно в агонии. Маленькой лисице было больно, поэтому Хо Цину было ещё больнее. Её слова больно вонзались в его сердце. Присутствие этой женщины уже стало частью его сущности. Он не мог себе представить жизнь без Ху эр. - Матушка-Императрица ставит на то, что твой Отец-Император выберет маленькую лисицу, - прошептала Нин Шу. Хо Чэнван нахмурился. Он строго покачал головой, словно маленький взрослый. - Да как такое возможно? Ведь Отцу-Императору было не так легко заполучить этот трон. Как он может так легко от него отказываться? Борьба за трон тогда была очень напряжённой. Ради того, чтобы заполучить трон, Хо Цин даже женился на Сяо Сяо. Однако теперь он собирается бросить трон из-за женщины? Даже маленький мальчик вроде Хо Чэнвана чувствовал, что оно того не стоит. Однако, если он так не поступит, то как он может доказать свою любовь к маленькой лисице? На лбу Хо Цина надулись вены. Он никогда не был в такой трудной ситуации с тех пор, как взошёл на трон. И быть загнанным в угол подобным образом – это поистине жалкое зрелище. - Мы откажемся от трона, - сказал Хо Цин сквозь стиснутые зубы. Он так сильно стиснул зубы, что у него начали кровоточить дёсны. - Мы сложим полномочия. Куча министров: … Хо Чэнван: … Все в шоке уставились на Хо Цина. Они смотрели на него, словно он был душевнобольной. Должно быть он сошёл с ума. Маленькая лисица тоже на мгновение в шоке посмотрела на него, а потом у неё потекли слёзы, когда она закричала: - Хо Цин, ты… - Ради тебя мы готовы на всё. ---------- Премного Благодарна Хо Цин отказался от трона. Министры пытались его разубедить, поэтому он воспользовался преимуществом этой возможности и сказал, что продолжит быть императором, если маленькая лисица сможет остаться с ним. Все тут же замолчали. Хо Цин отказался от трона, потому что у него не было другого выхода. Либо трон, либо жизнь маленькой лисицы. А так как весь императорский дворец был окружён, то они были словно загнанные в ловушку мыши. Он не мог вынести, чтобы Ху эр страдала. Когда он увидел радость и любовь в заплаканных глазах Ху эр, то почувствовал, что оно действительно того стоило. Возможно, он сможет прожить другую жизнь с Ху эр. В итоге, Хо Цина и маленькую лисицу заперли во дворце для отдыха. Хо Цин оглянулся на Нин Шу и холодно сказал: - Императрица, это ты несёшь бедствие стране Янь. Нин Шу отреагировала, изобразив озадаченное и обиженное выражение лица. - Эта покорная жена не понимает, что говорит Ваше Величество? - Мы действительно привели волчицу в дом. Ваша семья Сяо хочет стать хозяевами этой страны. Мы всегда подозревали о ваших хищных проектах, и опасались вашей семьи, но ваша семья неожиданно сделала первый ход. Мы поистине упустили хорошую возможность. Взгляд Хо Цина был полон ненависти, когда он посмотрел на Нин Шу. - Мы всегда тебя ненавидели. Даже когда мы впервые умоляли тебя выйти замуж. Уже тогда мы ненавидели тебя. Нам стоило задушить Хо Чэнвана насмерть ещё в самом начале. Нин Шу поклонилась и спокойно сказала: - Тогда эта покорная жена премного благодарна вам, Ваше Величество, что вы так много лет терпели эту покорную жену. Ещё тогда эта покорная жена не принуждала Ваше Величество жениться на этой покорной жене. Ваше Величество женился на этой покорной жене ради того, чтобы заполучить трон. Эта покорная жена не таит против вас никакой злобы, так отчего же Ваше Величество чувствует себя таким обиженным? Более того, всё это время это Ваше Величество пользовался этой покорной женой. - Значит это ты стоишь за всем тем, что произошло сегодня? Хо Цин пристально уставился на Нин Шу. Нин Шу покачала головой. - Ваше Величество, это дело не имеет никакого отношения к этой покорной жене. Эта покорная жена – всего лишь женщина из Внутреннего Дворца, незначительный человек. У этой покорной жены нет способности заставить действовать чиновников из императорского двора. Ваше Величество, вы придумываете лишнего. Нин Шу ушла вместе с Хо Чэнваном. Пока они шли по мокрой тропинке, дождевая вода просачивалась в их обувь, отчего было немного холодно. Хо Цин наблюдал за тем, как уходит императрица. Её волосы были растрёпаны, но она всё равно шла спокойно, как и всегда. Он обнаружил, что никогда не понимал эту женщину, которую он взял в жёны в качестве украшения. Когда они вернулись во дворец для отдыха, Нин Шу попросила вскипятить горячей воды для ванн. Им повезёт, если они не подхватят простуду. Хо Чэнван выглядел немного удручённым. Однако это можно было понять, так как его отец сказал, что хотел убить его. - Чэнван, не думай слишком много о словах своего Отца-Императора. Такие люди не заслуживают права быть отцами, - Нин Шу погладила Хо Чэнвана по голове. – Что бы ни случилось, Матушка-Императрица защитит тебя. Хо Чэнван поднял голову и сказал: - Матушка-Императрица, этому покорному сыну так грустно из-за вас. Вы так много сделали для Отца-Императора, но он всё равно отнёсся к вам таким образом. Нин Шу улыбнулась. Эти слова согрели её сердце. - Это потому, что твой Отец-Император не любит твою Матушку-Императрицу. Он любит маленькую лисицу, поэтому он пожертвовала всем ради этой маленькой лисицы. - Неужели у Отца-Императора нет никакой морали или чувства долга по отношению к Матушке-Императрице? – спросил Хо Чэнван. – Отец-Император чуть не сошёл с ума. Видите, даже ребёнок понимает эту логику. Однако Хо Цин полностью пал жертвой иллюзии об идеальной романтической любви и предпочёл красотку вместо страны. Ей стало интересно, пожалеет ли он об этом позднее. Хо Цин отказался от трона, поэтому эта страна тоже отказалась от него. ---------- Хо Чэнван Взошёл на Трон После того, как Хо Цин и маленькая лисица были отосланы из дворца, они поселились в большой резиденции. Множество народу было отправлено туда для охраны. Хо Цин стал почётным императором, поэтому уже никто не пытался помешать ему строить романтические отношения с маленькой лисицей. >Почётный* император, это термин, который я подобрала для перевода. По сути – это император, который сложил полномочия/ушёл в отставку. Обычно императоры являются императорами всю жизнь и покидают свой пост только когда умирают. Как единственный сын Хо Цина, Хо Чэнван взошёл на трон. Так как Хо Цин покинул дворец, Хо Чэнвану предстояло взойти на трон в течение трёх дней. Императорский дворец был очень оживлённым, и воздух наполняла традиционная китайская музыка. Нин Шу была одета в золотисто-серебряные дворцовые одежды с вышитыми на них луань-няо** и фениксами. В волосах у неё была корона феникса, и она держала Хо Чэнвана за руку. Хо Чэнван был одет в мантию дракона и корону Сына Небес с завесой двенадцати жемчужин. Пока бесчисленные чиновники благоговейно вставали перед ними на колени, они медленно шли в сторону золотого трона дракона. Губы Хо Чэнвана были плотно сжаты, когда он уверенно делал каждый шаг. Он выглядел очень торжественно. Нин Шу накрасила губы ярким красным цветом и подвела глаза так, чтобы их края поднимались вверх, отчего приобрела она строгую и сильную внешность. Каждый её шаг был полон достоинства и силы. Хо Чэнван сел на трон дракона. Его ноги даже не доставали до пола, но он сидел очень прямо и вёл себя очень достойно. Нин Шу села на стул неподалёку и одобрительно посмотрела на Хо Чэнвана. - Ваше Величество, пусть ваша жизнь продлится десять тысяч лет! – громогласно воскликнули чиновники, встав на колени. Голос Хо Чэнвана был немного незрелым и даже слегка дрожал, когда он громко сказал: - Дорогие министры, прошу, поднимитесь. Нин Шу наблюдала за Хо Чэнваном со стороны и чувствовала себя очень счастливой. По крайней мере, он не стал бесполезным принцем, предавшимся сплошному веселью, как было в изначальной истории. Возможно, Хо Чэнван сможет стать хорошим императором. Люди, находящиеся на высоких должностях, даже если у них есть власть, не могут позволить себе быть слишком своевольными. Хо Чэнван присвоил императорскому учителю должность главы кабинета. Главнокомандующий Сяо передал ему свою военную власть. Хо Чэнван принял военную бирку и, в качестве компенсации, дал главнокомандующему Сяо титул герцога, чтобы его потомки могли унаследовать дворянские титулы. С этих пор, семья старого императорского учителя и семья главнокомандующего Сяо имели самое большое влияние при дворе. Так как Хо Чэнван теперь обладал контролем над военным, сформировалась стабильная трёхсторонняя система сдержек и противовесов. Далёкий звон колокола был слышен по всей столице. Хо Цин стоял во дворе своей резиденции и смотрел в направлении императорского дворца. Маленькая лисица обнимала его за руку. Посмотрев на него, она спросила: - Ты жалеешь о том факте, что отказался от трона? Хо Цин наклонился и поцеловал маленькую лисицу в лоб. - Мы… Я уже говорил тебе раньше. Ты для меня важнее всего. - Хо Цин, это поистине моя величайшая удача, что я смогла повстречать тебя. Маленькая лисица обняла Хо Цина за шею и поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать его. Хо Цин крепко обнял маленькую лисицу. У него уже ничего не осталось. Всё, что у него было – это маленькая лисица. С этих пор она будет всем, что есть у него в жизни. Он страстно поцеловал маленькую лисицу, пытаясь не сожалеть. После долгой цепочки сложных церемоний, они наконец-то закончили со всем процессом восхождения на трон Хо Чэнвана. К тому времени, как всё закончилось, Нин Шу утомилась от того, что составляла Хо Чэнвану компанию. Лицо Хо Чэнвана было бледным, поэтому она быстро назначила слуг приготовить горячую воду для омовения. После того, как они помылись, Хо Чэнван тупо уставился на Нин Шу и недоверчиво спросил: - Матушка-Императрица, этот покорный сын теперь стал императором? Нин Шу взглянула на его ошарашенное выражение лица и рассмеялась. - Всё верно, теперь ты император. И тебе нужно обращаться к себе по-императорски "мы", понял? - Матушка-Императрица, с этих пор, этот покорный сын будет защищать Матушку-Императрицу. И никогда больше не позволит Матушке-Императрице страдать. Хо Чэнван обнял Нин Шу, когда поклялся об этом. Нин Шу погладила его по спине. Когда она почувствовала, что он плачет, она тут же сказала: - Не плачь, Чэнван. Никто больше не сможет тебе навредить. А так как Чэнван защищает Матушку-Императрицу, никто не посмеет издеваться над Матушкой-Императрицей. Хо Чэнван вытер слёзы и сказал: - Но Отец-Император, он… - Не думай о своём Отце-Императоре. Он больше не хозяин этой страны. Он сам её бросил, - спокойно сказала Нин Шу. – А пока Матушка-Императрица тут, никто тебе не сделает больно. Даже твоему Отцу-Императору больше недозволенно делать тебе больно. Ей совсем не было больно. Правда. ________________________________________________________________________________ Примечания переводчика: * emeritus – можно перевести как "почётный" или "заслуженный деятель в отставке". ** — чудесная птица в древнекитайской мифологии, чьё появление было возможно лишь в мирные времена. В древнем Китае декоративно-ритуальные изображения луань-няо помещались на знамя правителя, также ими расписывали его колесницу. ---------- Матушка-Императрица, Прошу, Будь Счастлива Хо Чэнван протянул военную бирку Нин Шу, но она не взяла её и просто сказала: - Император, теперь это твоё. Ты должен прибрать её как следует. Теперь ты можешь рассчитывать на эту военную бирку. Когда ты столкнёшься с трудностями, попроси совета у министров. А Матушка-Императрица теперь будет просто наслаждаться жизнью во Внутреннем Дворце и своей отставкой по старости лет. Хо Чэнван ухмыльнулся. - Матушка-Императрица вовсе не такая старая. Если Матушка-Императрица хочет жить с Отцом-Императором, то это тоже нормально. - Прошу тебя, не надо! Твой Отец-Император ненавидит меня до глубины души! Матушка-Императрица вовсе не хочет быть с ним. Дни, проведённые в этом Внутреннем Дворце будут гораздо более комфортными. Нин Шу поспешила отказаться от этой идеи. - Ваше Величество, теперь ты хозяин десяти тысяч граждан. Чтобы ты ни делал, ты должен всё очень тщательно обдумать. Как можно больше учись у своих учителей. Во время судебных заседаний при дворе следуй Учению о Середине*. Всему должен быть свой предел. Это всё, что может сказать тебе Матушка-Императрица. Прибереги эту военную бирку и не позволяй никому хитростью или уговорами выпросить её у тебя. Это один из тех предметов, которые позволят тебе оставаться в безопасности и добиваться своих целей. Нин Шу хотела погладить Хо Чэнвана по голове, но на полпути вспомнила, что он уже император, поэтому это будет неподобающе. Хо Чэнван схватил её руку и положил себе на голову, после чего сказал: - Этот сын знает, что Матушка-Императрица многим пожертвовала ради этого сына. Этот сын надеется, что Матушка-Императрица будет счастлива. Матушка-Императрица однажды сказала этому сыну важную вещь, поэтому этот сын надеется, что Матушка-Императрица будет счастлива. Хо Чэнван искренне посмотрел на Нин Шу ясными глазами. Нин Шу улыбнулась и сказала: - Матушка-Императрица очень счастлива. Хоть Хо Чэнван и стал императором, он всё ещё не мог принимать решения при дворе. Однако он и не спешил и старательно работал над своим постепенным обучением. Большую часть дел при дворе решал императорский учитель, поэтому его власть тут же значительно увеличилась. Однако императорский учитель не смел быть слишком необузданным, так как император держал в своих руках военную власть, а ещё были герцог и вдова-императрица, которая на поверхности, казалось бы, никак не была замешана ни во что. - Ваше Почётное Высочество, хорошего вам здоровья, - сказала Императорская Знатная Супруга Сюань, нет, теперь она уже была Почётная Знатная Супруга. - Почему ты тебе лучше не позаботиться о себе? Ты выглядишь худее, чем раньше, - заметила Нин Шу. Теперь дни были полны хорошей еды и сна. Не нужно было больше устраивать махинации и сражаться, так это был словно рай. Поэтому когда Нин Шу увидела взъерошенную Почётную Знатную Супругу, она была немного раздражена тем, что её состояние не улучшилось. - Премного благодарна за беспокойство, Ваше Почётное Высочество. Просто когда эта покорная супруга думает о том демоне, то у меня такое ощущение, словно в горле рыбья кость застряла. Эта покорная супруга не может подавить ненависть, - возмущённо сказала Почётная Знатная Супруга Сюань. – Ваше Почётное Высочество, вы сказали, что эта покорная супруга сможет отомстить, но тот демон всё ещё прекрасно себе поживает. Нин Шу посмотрела на неё. Кстати говоря, единственная причина, почему она смогла добиться содействия императорского учителя – это благодаря посредничеству Почётной Знатной Супруги Сюань. Позиция резиденции императорского учителя ослабевала и у них не было никаких выдающихся потомков, поэтому они надеялись, что знатная супруга, которую они отдали во дворец, сможет родить наследника. Если бы она родила и они рискнули, то, возможно, они могли позволить своей семье снова обрести славу. Однако после того, как ей наконец-то удалось забеременеть, у неё случился выкидыш и её тело было повреждено настолько, что ей нелегко будет снова забеременеть. Нин Шу пообещала, что если они помогут свергнуть Хо Цина и посадить Хо Чэнвана на трон, то императорскому учителю будет дана позиция главы кабинета. Это бы самый высокий пост из тех, что могли достичь гражданские чиновники. Императорский учитель согласился. Всё же, раз императором будет маленький мальчик, то у него наверняка будет много власти. План сработал. Императорский учитель вероятно и не представлял себе, что семья Сяо действительно передаст военную власть. Так как император заполучил военную власть, его позиция на троне стала более стабильной. Семья Сяо хотела свергнуть Хо Цина, чтобы защитить себя. Причина, почему они отказывались передавать военную власть, несмотря на то, что они знали как Хо Цин их опасался, была как раз в том, что её передача была равносильна совершению самоубийства. Без военной власти они не смогли бы защитить императрицу и маленького принца, которые были во дворце. Военная власть была поистине словно горячая картошка, но у них не было иного выбора, кроме как держаться за неё ради выживания. - Смерть – это не самый лучший исход. Тебе тоже не стоит быть слишком нетерпеливой, - сказала Нин Шу. – Не всякая любовь бывает стабильной. И их любовь может оказаться не такой идеальной как они считают. Нин Шу внезапно стало интересно, как поживает Хо Цин. - Пойдём, да взглянем на них. Жизнь маленькой лисицы была в безопасности, но она не могла покинуть резиденцию почётного императора. Можно даже сказать, что они были под постоянным домашним арестом. ________________________________________________________________________________ Примечания переводчика: * "Чжун юн" ("Срединное и неизменное", "[Учение] о срединном и неизменном [Пути]", "Учение о середине") — конфуцианский трактат, входящий в «Четверокнижие». Как таковой, составлял основу китайского образования с 1313 по 1905 гг.: заучивался наизусть молодежью, претендовавшей на участие в государственных экзаменах, начиная с 8-летнего возраста. При этом "Чжун юн" характеризуется как "возможно, наиболее философский среди всего текстуального наследия конфуцианства". […] Опорными понятиями текста являются цзюнь-цзы (добродетельный, образованный человек) и чэн (искренность, в контексте трактата также переводимо как "целостность"). © Википедия ---------- Визит в Резиденцию Почётного Императора Когда Нин Шу и Почётная Знатная Супруга Сюань добрались до резиденции почётного императора, маленькая лисица как раз кричала на Хо Цина. - Хо Цин, мне скучно! Я хочу выйти и поиграть! - Боюсь, что мы не можем выйти. Эти люди охраняют это место, - легко ответил Хо Цин. Маленькая лисица возмущённо сказала: - Они незаконно ограничивают свободу других людей! Это противозаконно! Хо Цин ничего не сказал. - Прибыла почётная императрица. Прибыла Почётная Знатная Супруга Сюань, - объявил евнух пронзительным голосом. Нин Шу и Почётная Знатная Супруга Сюань вошли в резиденцию. Нин Шу видела, что живот у маленькой лисицы слегка выпирает. За то время, что она не обращала внимания на маленькую лисицу, та уже успела забеременеть. Однако беременность ещё не зашла далеко. Когда Почётная Знатная Супруга Сюань увидела живот маленькой лисицы, всё её тело задрожало, а лицо стало очень бледным. Когда Хо Цин увидел, что Нин Шу, похоже, неплохо поживает, он холодно потребовал: - Что вы тут делаете? Нин Шу огляделась вокруг, а потом кивнула. - Похоже, что дом Почётного Императора очень даже хороший. Когда маленькая лисица увидела этих женщин, она тут же прикрыла свой живот и нырнула на спину Хо Цина. С тех пор, как произошло вынужденное сложение полномочий, маленькая лисица стала очень пугливой. Её сердце затрепетало при виде Нин Шу, особенно с тех пор, как Хо Цин стал часто говорить о том, что это именно императрица выдернула из-под него трон. И теперь маленькая лисица очень боялась этой злобной императрицы. Но какое это имело значение, если она была потрясающей? Какое счастье могло быть у женщины, муж которой даже не любил её? - Ваша семья Сяо посадила на трон императора-марионетку. Планируете потом захватить трон целиком, спустя некоторое время? Хо Цин холодно посмотрел на Нин Шу. Её губы были очень красными, что придавало ей очень суровую атмосферу. Он невольно почувствовал себя немного запуганным её внушительным присутствием. Нин Шу подняла брови. - Моя семья Сяо уже передала военную власть. Чэнван – не император-марионетка. - Твоя семья Сяо передала военную власть? – Хо Цин был ошарашен. Нин Шу улыбнулась. Это зрелище было прекрасным и резким, словно вид медленно раскрывающейся розы. - Ты так старательно строил махинации, чтобы заполучить военную власть семьи Сяо, но теперь твой сын заполучил её даже не пошевелив пальцем. Хо Цин поджал губы. - Пока страна всё ещё в руках семьи Хо, всё в порядке. - Ты уже больше не император, так что тебе не нужно переживать по вопросам страны, - Нин Шу улыбнулась. – Я желаю вам счастья, ребята. Нин Шу повернулась и ушла. Она сразу поняла, что дни Хо Цина уже далеко не счастливые. Над ним витало томительное уныние. Мужчины теряют более половины своего сияния после того, как у них забирают власть. Она почувствовала себя гораздо лучше, зная, что у них не всё хорошо. Когда они вернулись обратно во дворец, у Почётной Знатной Супруги Сюань было очень мрачное выражение лица. Нин Шу знала, что Почётная Знатная Супруга Сюань не смирится с этим, но Нин Шу не хотела вмешиваться. И она не станет мешать Почётной Знатной Супруге Сюань совершить то, что она хочет. Вскоре после этого пришли вести, что у маленькой лисицы случился выкидыш. Маленькая лисица с самого начала имела игривый характер, поэтому когда она не была осторожна, она упала с лестницы. После этого у неё сразу же началось кровотечение. Хо Цин чуть не сошёл с ума, но несмотря на все усилия императорских лекарей, у маленькой лисицы всё равно случился выкидыш. ---------- Ореол Уже Исчез Нин Шу была почти уверена, что в этом была замешана Почётная Знатная Супруга Сюань, но она ничего не сказала и вела себя так, словно не знала. После того, как у маленькой лисицы случился выкидыш, она лежала на постели с онемевшим выражением лица, но по ней не было видно, что ей больно. Хо Цин обнял маленькую лисицу и всё приговаривал, что они смогут завести ещё одного ребёнка. Маленькая лисица посмотрела на Хо Цина. Его лицо стало слегка болезненным, а его глаза были полны беспокойства и любви. Однако, по какой-то причине, маленькой лисице было утомительно смотреть на него. Она даже чувствовала облегчение от того, что ребёнок пропал. Если ей действительно придётся жить с Хо Цином в этой резиденции почётного императора, как заложнице, то какая же радость останется ей в жизни? После того, как она видела Хо Цина каждый день, она немного устала от этого. У неё появилось ощущение, что её роман с Хо Цином уже затянулся. В нём уже больше не было ощущения свежести. Маленькая лисица хотела выйти наружу и отправиться в путешествие. Неужели в этой эпохе ей придётся вот так провести жизнь? Провести всю свою в ловушке в этой резиденции почётного императора? А ещё она почувствовала, что Хо Цин был совсем не такой пленительный, как тогда. На самом деле она любила не его власть и богатство, но эти власть и богатство определённо были воплощением харизмы. Мужчины были пленительны только благодаря своей карьере, но Хо Цин уже лишился своей работы в качестве императора, поэтому его ореол почти исчез. Жизнь в резиденции почётного императора была обычной и раздражающе скучной. У неё начиналось удушье от одной только мысли о том факте, что ей придётся прожить тут остаток своей жизни. Она хотела сбежать из этой тюрьмы. Хо Цин почувствовал, что у маленькой лисицы отношение к нему изменилось, но он ничего не сказал. Он и так уже отказался от всего; и теперь, всё что у него осталось – это маленькая лисица. Что бы ни случилось, ему нужно держаться за маленькую лисицу. Она была единственной ценностью, что осталась в его жизни. Он уже больше не обладал троном. Его жена и его сын были словно враги. Единственное, что было живым в его тусклой и унылой жизни – это маленькая лисица. Хо Цин начал ещё лучше относиться к маленькой лисице. Однако чем больше Хо Цин становился таким, тем больше раздражалась маленькая лисица, а её желание покинуть это удушающее место только росло. Хо Цин всегда был очень удручён. Он смотрел в направлении императорского дворца и в его сердце медленно пробиралось сожаление. Он ведь должен был быть великим и уважаемым императором. Почему трон не может сосуществовать с Ху эр. Хо Цин и маленькая лисица начали спорить. Маленькая лисица кричала и закатывала истерики о том, что она хочет уйти отсюда, но Хо Цин не мог её отпустить. Если она уйдёт, то всё, что он сделал, всё, от чего он отказался – какой тогда в этом был бы смысл? И вот так их дни теперь были наполнены конфликтами. Нин Шу узнала, что маленькая лисица постоянно пыталась сбежать из резиденции почётного императора и её всегда ловили и возвращали обратно люди из патруля. Она чуть не сошла с ума от злости. Хо Цин пытался её остановить и не спрашивал об этом. Между ними двумя осталось лишь чувство обиды. Хо Цин негодовал из-за того факта, что маленькая лисица, похоже, совсем его не понимает. Он пошёл на такие жертвы ради неё, но она продолжает жаловаться на то, что он эгоистичен и держит её в этом месте, забирая всё веселье из её жизни. Только теперь Хо Цин поистине прочувствовал, насколько не такой была маленькая лисица. Ни одна другая женщина не была так одержима тем, чтобы бегать повсюду, как эта маленькая лисица. Остальные девушки и женщины были из того типа, что редко выходят наружу, но маленькая лисица реагировала на просьбу не выходить так, словно у неё забирали её жизнь. Нин Шу слабо улыбнулась. Иногда любовь кажется невероятно верной, но она всё равно не может выдержать опустошающего воздействия времени и прочих мелочей. Конечно же, корабль любви легко затонул. ---------- Чэнван Обязательно Будет Хорошим Императором Нин Шу позвала Хо Чэнвана в свой дворец, чтобы поесть. Её задание было закончено, поэтому она, вероятно, скоро покинет этот мир. Перед уходом она хотела немного пообедать со своим временным сыном. Хо Чэнван рос очень быстро, и он уже был достаточно высоким, чтобы достать до подбородка Нин Шу. Когда он ел, он всё ещё ел понемногу от всего, чтобы никто не мог понять, что ему нравится, а что не нравится. Нин Шу взяла немного еды, которую Хо Чэнван больше всего любил, и положила ему на тарелку. Она посмотрела на него и сказала: - Чэнван Матушки-Императрицы обязательно будет хорошим императором. - Этот сын определённо не подведёт ожиданий Матушки-Императрицы! – искренне сказал Хо Чэнван. Нин Шу улыбнулась. - Чэнван, если в будущем ты встретишь женщину, которой восхищаешься, то ты можешь обожать её, но ни в коем случае не становись таким, как твой отец. Слишком интенсивные эмоции оставляют после себя лишь выдохшийся пепел. Прекраснее всего – это нежный поток длинной реки. Но вот что самое-самое-самое важное – это никогда не восхищаться женщиной, которая слишком тупая. - Этот сын знает. В будущем, если этому сыну кто-нибудь понравится, этот сын обязательно попросит Матушку-Императрицу взглянуть, - Хо Чэнван кивнул, а потом сказал с улыбкой: - Зная о прецеденте, случившимся с Отцом-Императором, этот сын теперь немного побаивается девушек. - Да всё будет хорошо, пока ты будешь оставаться в разумных пределах, - сказала Нин Шу. Она погладила Хо Чэнвана по голове. - Чэнван, работай усердно! После обеда Хо Чэнван ушёл. Нин Шу легла на постель, чтобы вздремнуть. - Динь! Муах, Нин Шу! Ты скучала по мне? – внезапно прозвучал в её голове голос 2333. Нин Шу: - Проваливай. - Хмф! Неужели ты умрёшь, если будешь немного добрее ко мне? – 2333 прозвучал очень обиженным. – Задание выполнено. Покидаем мир задания. Нин Шу услышала гул, а потом потеряла сознание. Когда она очнулась, она уже снова вернулась в системное пространство. Она посмотрела на свою душу. Хоть она и была немного тусклой, но совсем не такой потрёпанной, как раньше. - Система 2333-сама, давай проверим, сколько очков я заработала в этот раз. - Ладно! Перед Нин Шу появилась панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 80000 (+60000) Душа: 200 Жизнь: 50 Интеллект: 85 Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 10 Способность: 26 Заслуги: 5 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы) Степень Завершения Задания: 100% Получено Очков Атрибутов: 10 Нин Шу удивлённо подняла брови и спросила у 2333: - Что, чёрт подери, это ещё за ореол "благожелательная мать мира"? - Ты изменила судьбу Хо Чэнвана. Изначальный хост Сяо Сяо благодарна тебе, поэтому ты получила Ауру Благожелательной Матери Мира. По сути, это считается за то, что изначальный хост дала тебе немного веры своих граждан. По сути, она даёт тебе часть своего состояния, - объяснил 2333. - Это же хорошо? Нин Шу была немного удивлена. Это задание принесло ей чистый доход в виде шестидесяти тысяч очков и десяти очков атрибутов, но самым большим результатом, вероятно, была эта аура матери мира. Нин Шу распределила все десять очков атрибутов на жизнь и удачу. Номер: 2333 Ранг 2 (Новичок) Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 80000 (+60000) Душа: 200 Жизнь: 50 (+5) Интеллект: 85 Харизма: 3 Удача: 34 (+5) Воля: 120 Боевые искусства: 17 Способность: 26 Заслуги: 2 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы) -Муах! Продолжай усердно трудиться, Нин Шу! У тебя уже 140 тысяч очков. Как только наберёшь 200 тысяч, то сможешь открыть начальный системный рынок. - Рынок начальной системы? Неужели есть ещё и продвинутый системный рынок? – спросила Нин Шу. Голос 2333 был полон сильного желания и тоски. - Самый лучший – это ультра-системный рынок. В нём полно всяких сокровищ. Я даже видел, что кто-то выменял там целый мир. Люди, что могут открыть ультра-системный рынок – это все существа подобные богам. А для такого мелкого мусора вроде тебя, иметь возможность открыть начальный системный рынок – это уже очень хорошо. #комментарий анлейта: Так странно. Большая часть характеристик. Которые были добавлены в прошлый раз, тоже исчезли. А может это было сделано специально… ---------- Задание На Осаду Нин Шу посчитала на пальцах, сколько ей ещё понадобится, чтобы открыть системный рынок. Вероятно, ей нужно всего одно задание. Она внезапно почувствовала волну боевого воодушевления. Как только рынок будет открыт, она сможет обменять очки опыта на секретные руководства по усилению души и ей больше не придётся ползти со скоростью улитки. В данный момент, пробыв в мире задания чуть дольше обычного, её душа сильно истощалась. - Нин Шу, есть задание на осаду. Хочешь его взять? – спросил 2333. Нин Шу спросила: - Что такое "задание на осаду"? - Это означает, что есть человек, который является целью осады и который должен в тебя влюбиться, - объяснил 2333. Нин Шу: … - Ха-ха-ха, влюбиться в меня? – Нин Шу указала на свой нос. – С моими-то тремя очками харизмы я должна заставить кого-то влюбиться в меня? - Тебе не стоит недооценивать себя. Вообще-то, твоя внешность всё ещё считается… деликатной и красивой, - сказал 2333. – В любом случае, ты будешь использовать тело того человека, что запросил контратаку. Ты же не будешь осаждать их своей душой. Нин Шу махнула рукой, отказываясь. - Нет, спасибо. - Почему? – 2333 был озадачен. – Подобные задания очень популярные. Мне было не так-то просто выловить для тебя такое, и оно очень простое. - Что простого в таком задании? Как подобное задание может быть простым? – Нин Шу выглядела крайне незаинтересованной. – В нём требуется, чтобы один человек влюбился в другого. 2333 сказал: - Всё верно! Если цель влюбится в тебя, то всё будет в порядке! Как бы там ни было, это наверняка более расслабляющее и простое задание по сравнению с теми, где от тебя требуется драться и убивать, верно? - Влюбится в меня или в изначального хоста? Нин Шу нахмурилась. 2333 тут же ответил: - Конечно же, в изначального хоста. А иначе, зачем бы им платить цену за то, чтобы устроить контратаку? Нин Шу, у тебя с головой всё в порядке? Зачем тебе нужно, чтобы я объяснял настолько простые вещи? - Ха. Ха. Это у тебя дыра в голове. Я же не тот же человек, что и изначальный хост. После того, как я уйду, изначальный хост всё равно вернётся в её собственное тело. Неужели можно добиться чьих-то чувств простой осадой? – Нин Шу снова отрицательно взмахнула рукой. – Я не собираюсь выполнять подобные задания. Как долго могут продлиться чувства, которых за тебя должен добиться кто-то другой? Причина, почему она могла покидать миры заданий без следа нежелания, как раз была в том, что она не сильно привязывалась к людям в этих мирах. Любовь была взаимной. Невозможно завоевать чьи-то чувства, просто сделав пару каких-то вещей. Это нужно делать искренне. Чувства – это самая загадочная вещь, что есть в мире. Даже истинная любовь между главными мужчиной и женщиной может быть разбита, а значит любовь, которая возникает из-за подобной осады определённо ещё более непрочная. Так как изначальный хост соглашалась отдать часть своей души ради того, чтобы заставить цель влюбиться в неё, то в первую очередь было ясно, что цель явно не любила её. Неужели она могла заставить цель влюбиться в себя, просто отправившись в тот мир? Нин Шу чувствовала, что у неё для этого нет ни способности, ни харизмы. Если человек не любит, то любви не будет. Эмоциональный долг был самым трудным в оплате. Более того, если она приблизится к цели с подобным мотивом, тогда этот роман с самого начала не будет чистым и искренним. ---------- Там Болтался Кусок… - Система 2333-сама, больше не бери для меня такие задания. Я не могу их выполнять, - сказала Нин Шу. Она бы предпочла выполнять задания, где нужно драться. По крайней мере, они были прямолинейными и освежающими. - Ладно. Ты прям как собака, кусающая Люй Дунбиня, ты даже не можешь понять добрые намерения других. Мне даже жаль тебя, потому что ты так усердно работаешь, чтобы выполнить задания. Ты даже самые простые задания делаешь такими сложными. Вот, например это задание с императрицей. Ты могла просто устроить осаду императору. А когда Хо Цин стал бы на твою сторону, то не было бы никаких проблем, - сказал 2333. – Но ты всё так усложнила, перетягивая фракции на свою сторону, а потом, устраивая махинации, чтобы захватить трон. Разве ты не чувствуешь себя уставшей? Нин Шу: … - Эта мадам рада делать такие вещи. Неужели ты хочешь, чтобы покувыркалась с Хо Цином? Думаешь, императрица действительно захотела бы видеть, как кто-то кувыркается с её мужем в её теле? Нин Шу была готова поставить свою голову на тот факт, что если бы она действительно переспала с Хо Цином, то императрица точно не дала бы ей тот ореол матери мира. Как бы плохо этот мужчина не относился к ней, было бы ещё более унизительным узнать, что её муж тут же влюбился в какую-то незнакомку, которая была в её теле. - Хаааа. В конечном итоге, ты же просто система, а не человек. Ты совсем не понимаешь женщин. Они такие сложные, что у тебя скорее процессор расплавится, - презрительно сказала Нин Шу. 2333: … - Больше не бери для меня такие задания. Я не могу их выполнять, - повторила Нин Шу. Она отказывалась выполнять задания, которые были основаны на обмане других, и она ещё больше ненавидела саму идею о том, чтобы разводить других людей и тем самым получать их чувства. Это её просто слишком раздражало. Нин Шу села и начала медитировать. Спустя продолжительное время, она открыла глаза и оглядела себя. Её душа снова стала немного плотнее. У неё было сильное чувство завершённости. - 2333, давай начнём задание, – сказала Нин Шу, когда поднялась. 2333 безрадостно ответил: - Ладно. 2333 вероятно был раздражён тем, что Нин Шу отвергла его добрые намерения. Нин Шу тоже чувствовала, что отвергла его слишком грубо, но, когда она только хотела начать говорить, она почувствовала сильное головокружение и потеряла сознание. Когда она снова пришла в себя, она обнаружила, что её тело летит в воздухе, а потом с громким "бум" она рухнула на пол. Она резко вдохнула от боли. У неё словно все кости были выбиты со своих мест. В её горле булькнула горячая жидкость, а потом она закашляла кровью. Охренеть! Это ещё что за ситуация такая? Оййй! - Племянница, не слишком ли ты злая? – послышался мужской голос, в котором чувствовалось немного упрёка. - Старший дядюшка Вэй, трудно избежать случайных травм во время дуэли. Если Хуэйди огорчила старшего дядюшку, то старший дядюшка может придумать наказание, - прозвучал ясный и холодный женский голос. Её голос был очень приятным на слух, словно весенний ручей, льющийся на нефритовый камень, ясный и холодный. Её красота была очевидна лишь по одному только звуку её голоса. Нин Шу вытерпела боль в своём теле и открыла глаза. Она обнаружила перед собой женщину, одетую в белое. Её волосы слегка развевались на ветру, а половину лица скрывала вуаль, оставляя открытыми лишь её холодный взгляд и безупречный лоб. Даже несмотря на то, что вуаль скрывала её черты лица, всё равно было очевидно, что она невероятно красива. Она была чиста и холодна, словно Чанъэ из Холодного Дворца**. Когда Нин Шу увидела эту женщину, она была всё ещё слишком ошарашена, чтобы в полной мере осознавать происходящее, поэтому она просто сказала: - Да всё в порядке. Мне не больно. Да хрена с два, ей было больно так, словно она вот-вот умрёт, ясно? Постойте. А чего это у неё голос хриплый, как у мужчины?! Нин Шу поспешно коснулась своей груди. Она была плоской! Но она отказывалась сдаваться и протянула руки ниже. Там болтался кусок плоти. Охренеть, это ещё что такое?! Когда Ши Хуэйди увидела, как этот мужчина делает подобные вульгарные вещи прямо перед ней, она крепче взялась за свой кушак и приготовилась снова атаковать Нин Шу. Нин Шу всё ещё не пришла в себя от шока, что она трансмигрировала в тело мужчины, когда она увидела, что женщина в вуали замахивается на неё своим кушаком. И хотя это был всего лишь тряпичный кушак, он разрезал воздух с такой резкостью, что Нин Шу почувствовала себя так, словно оказалась перед железным клинком. Она сейчас даже не могла пошевелиться, поэтому она поспешила закричать: - Я признаю поражение! Я сдаюсь! - Ха-ха… Вокруг сцены послышался смех. Они явно смеялись над Нин Шу. Мелькнула волна энергии и тут же отбила в сторону кушак Ши Хуэйди. Вскоре кто-то появился перед Нин Шу и вложил ей в рот пилюлю. Когда она её проглотила, то тут же почувствовала себя гораздо лучше. ______________________________________________________________________ * легендарный исторический персонаж, причисленный к даосскому пантеону, входит в список Восеми Бессмертных. ** Чанъэ из Холодного Дворца - персонаж китайской мифологии, в даосизме почитается как богиня Луны. ---------- Сын-Гедонист из Мира Культивации Съев пилюлю, Нин Шу медленно поднялась с пола и посмотрела на женщину с вуалью. Эта женщина была очень безжалостной. У Нин Шу даже не было сил двигаться, но эта женщина всё равно собиралась атаковать. Перед Нин Шу стоял мужчина средних лет, и он тоже выглядел недовольным. Он глянул на Шу Хуэйди, а потом повернулся к Нин Шу после чего холодно и разочарованно хмыкнул. Нин Шу была сбита с толку и могла лишь опустить голову. Всё её тело очень болело, а ещё она только что пережила психологический удар. Как так вышло, что она стала мужчиной? Тело мужчины и душа женщины… Делает ли это её трансвеститом?! - Радужная Секта против Секты Небесного Закона, Шу Хуэйди из Радужной Секты победила! – прокричал рефери. Нин Шу огляделась по сторонам. Вероятно, это было соревнование между учениками сект, и она только что потерпела поражение от Шу Хуэйди. Когда она увидела эту женщину, то её сердце беспокойно заколотилось. Это были не чувства Нин Шу, а реакция этого тела. Когда мужчина средних лет увидел, что Нин Шу всё ещё выглядит очень слабой, он достал ещё одну пилюлю и сунул её в рот Нин Шу. - Отправляйся в свою комнату и залечи свои раны. Если в будущем ты не будешь тренироваться должным образом, то с тобой будет происходить ещё больше подобных постыдных инцидентов. - Да, - ответила Нин Шу. Она понятия не имела, где её комната, поэтому она просто решила прижать руки к груди и лечь там, где она была. - Ха-ха-ха-ха-ха… Толпа снова разразилась хохотом. Мужчина средних лет обвёл всех своим холодным взглядом, и толпа более-менее затихла. А потом он назначил кого-то унести Нин Шу. Как только Нин Шу принесли в её комнату, и она легла на постель, она мысленно закричала на 2333: - Как это я оказалась мужчиной?! - … Прости, я ошибся с координатами. Ты же знаешь, что я использовал много энергии, чтобы спасти тебя в прошлый раз. Голос 2333 внезапно стал полон раскаяния. - Однако этот мужчина тоже считается контратакующим. Раз уж ты трансмигрировала в его тело, то помоги ему с его заданиями, - слабо сказал 2333. – А я пойду, у меня закончилась энергия. Нин Шу: … Нин Шу была в крайнем замешательстве. Она уже привыкла садиться, чтобы пописать, а теперь ей для этого придётся что-то доставать, чтобы отлить? Она чувствовала себя так, словно она не сможет этого сделать. И в этом негодующем, скорбном, но при этом беспомощном настроении она начала получать историю. Это был мир культивации, где сильных уважали, а к слабым относились как к собакам. Изначального хоста звали Вэй Лянюэ. Люди обращались к нему сэр Лянюэ, потому что его папа был старейшиной Секты Небесного Закона. Он был богатым мальчишкой из ортодоксальной секты, и у него было полно ресурсов для развития его культивации. Так как у него был сильный папа, изначальный хост смог поступить в Секту Небесного Закона. Но, даже когда он вышел из неё, люди всё равно не усложняли ему жизнь, потому что уважали его папу. Изначальному хосту не нравилось тренироваться. Он больше любил заниматься сексом, поэтому он стал известен своей распущенностью. У изначального хоста была невеста, которая была той самой, что недавно победила его на сцене, Шу Хуэйди. Конечно же, она очень сильно нравилась изначальному хосту. Шу Хуэйди была словно богиня в смертном обличии. Даже несмотря на то, что изначальный хост переспал со множеством женщин, в глубине души он любил только Ши Хуэйди. Однако сам изначальный хост был бесполезным человеком, который жил, полагаясь на защиту своего отца, и при этом он был похотливым парнем, который спал со множеством женщин. Естественно, Шу Хуэйди ненавидела своего жениха, и несколько раз хотела его убить. Их помолвка была оговорена между Радужной Сектой и Сектой Небесного Закона, поэтому у Шу Хуэйди не было права вмешиваться в их выбор. Однако она не собиралась выходить за подобного мужчину. ---------- Всё Тепло и Холод Мира Главным персонажем в этом мире был ученик Радужной Секты по имени Се Юй. Он был главным мужчиной с тонной удачи. Его культивация росла так, словно он ввёл чит-коды и он даже мог одолеть людей, что были выше его уровня. Все гении были тут же побеждены им и все эти разнообразные стычки принесли ему горы сокровищ. Множество женщин неизбежно собирались вокруг выдающихся мужчин. Даже Шу Хуэйди была ошарашена великолепием своего младшего собрата. Се Юй обычно был очень нежен со всеми женщинами и к каждой женщине относился со страстной любовью. Поэтому он начал собирать вокруг себя всевозможных красоток, словно коллекцию марок, да ещё с такой скоростью, словно он строил гарем из трёх тысяч красоток. А ещё Се Юю нравилась эта холодная и божественная Шу Хуэйди. Когда он узнал, что жених старшей сестрицы был некто подобный Нин Шу, то он пожалел Шу Хуэйди и начал одаривать её сокровищами, которые заполучил, и которые могли помочь ей в культивации. Поначалу Шу Хуэйди отказывалась их принимать, но потом она была тронута словами Се Юя, который сказал: "Ты сможешь вырваться из той жизни, что для тебя определили, только если будешь достаточно сильной." Шу Хуэйди ненавидела тот факт, что изначальный хост, Вэй Лянюэ, не старался развить свою культивацию. Ведь у него явно было множество ресурсов, которые могли ему помочь, но он просто позабыл о своём самообладании. Этот мир был очень суров и те, у кого не было силы, не имели права говорить. Поэтому, в дальнейшем, неравенство между ней и Вэй Лянюэ становилось только больше. Проще говоря, в этом мире, Шу Хуэйди была яркая и чистая луна в небе, в то время как Вэй Лянюэ был ленивым псом, что распластался на земле. Когда Вэй Лянюэ узнал, что вокруг его невесты вьётся какой-то другой мужчина, он повёл людей, чтобы разобраться с Се Юем. Однако, каждый раз, когда он пытался, Се Юй лишь унижал его и забирал всё снаряжение. Вэй Лянюэ был для Се Юя практически мальчиком по доставке сокровищ. В итоге, когда Вэй Лянюэ и Шу Хуэйди уже собирались пожениться, Се Юй ворвался на свадебную церемонию как представитель стороны невесты и похитил Шу Хуэйди. Когда Вэй Лянюэ увидел, что женщина, которая собиралась стать его женой, рыдает в чьих-то чужих руках с несравненно тронутым выражением лица, он почувствовал такую злость, что у него даже в печени кольнуло. Папа Вэя Лянюэ всегда яростно защищал своего сына, поэтому, когда он увидел, что его сына унизили, он захотел убить Се Юя. Вот только, кем был Се Юй? У него было божественное оружие, божественные звери и всевозможные козырные карты. Он с лёгкостью нанёс папе Вэй Лянюэ серьёзную рану. Се Юй похитил невесту прямо на глазах у Секты Небесного Закона и серьёзно ранил старейшину Секты Небесного Закона. Это явно была пощёчина, нанесённая Секте Небесного Закона! И как тогда Секта Небесного Закона могла продолжать поддерживать свой престиж в мире культивации? Поэтому они захотели убить Се Юя. Каким бы сильным ни был Се Юй, он всё равно был из молодого поколения и не мог сравниться с теми, кто занимался культивацией гораздо дольше. Когда на него напало так много народу, его, всё же, ранили. В итоге, ему пришлось использовать один из своих козырей и сбежать вместе с Шу Хуэйди. Перед тем, как уйти, он яростно поклялся, что в будущем он вернётся и уничтожит это лицемерное логово зверей! Вот так свадьба и оказалась испорченной. Вэй Лянюэ стал посмешищем, а его папа был серьёзно ранен. Се Юй был поистине очень злым, когда атаковал его, поэтому папа Вэя Лянюэ умер вскоре после происшествия. С этих пор оригинальному хосту больше не на кого было полагаться в Секте Небесного Закона. Те люди, что раньше относились к нему с таким уважением, теперь смотрели на него холодно. Они насмехались над ним настолько же сильно, насколько раньше они были с ним вежливы. Вэй Лянюэ испытал на себе всё тепло и весь холод в мире и теперь хотел усердно заниматься тренировкой, но выяснил, что у него уже нет ресурсов, которые могли бы ему помочь. С самого начала, культивация была чем-то неестественным для этого мира. Вэй Лянюэ не имел большого таланта, поэтому его желание отомстить Се Юй, чья культивация росла, словно на читах, было лишь несбыточной мечтой. Только теперь Вэй Лянюэ обнаружил, как трудно продвигаться в культивации без защиты его отца. К тому времени культивация Се Юя достигла приличного уровня и он вернулся отомстить. Он смог уничтожить Вэй Лянюэ лишь взмахом руки. Когда Вэй Лянюэ посмотрел на Шу Хуэйди, которая стояла рядом с Се Юем, он заплакал горькими слезами сожаления. Он потерял своего отца, его женщина сбежала с кем-то другим, а его бывшие последователи теперь издевались над ним. Нин Шу зажгла свечку за этого паренька. ---------- Чистые Руки Испорчены Желание Вэя Лянюэ: Он не хочет, чтобы его отец умер. Его отец умер из-за него. Он подвёл отца, который так сильно его любил. Нин Шу обнаружила, что его желание касается только его отца. Жизнь имеет значение только когда твоя семья с тобой. В его желании не было ничего о мести или Шу Хуэйди. В реальности, Вэй Лянюэ был всего лишь мелким пушечным мясом, крохотной ступенькой для главного мужчины на его пути к величию. Он был лишь клопом на пути главного мужчины, несущего домой красотку, и которого можно было раздавить, топнув по нему всего лишь раз. Нин Шу села и начала тренироваться, основываясь на технике из воспоминаний изначального хоста. Причина, почему изначальному хосту пришлось пережить все эти события, была в том, что он был недостаточно силён. Если бы он был достаточно силён, разве Шу Хуэйди стала бы относиться к нему настолько презрительно и решила бы потом броситься в объятия главного мужчины и делить мужа с другими женщинами? Даже столь надменная девушка, как Шу Хуэйди решила разделить мужа с другими людьми? Это лишь подчёркивало то, насколько важна была сила в этом мире. Насколько она всё решала. Когда Нин Шу начала использовать свою энергию, её меридианы пронзила боль, и даже в груди было больно. Нин Шу прижала руки к груди. Шу Хуэйди явно была безжалостной. Однако, как женщина, Нин Шу могла понять точку зрения Шу Хуэйди. Стать женой печально знаменитого, богатого, но ни на что не годного мужчины - это всё равно, что прыгнуть в яму с огнём. Это была вина изначального хоста, что он был таким разочаровывающим. Когда Нин Шу уже больше не могла терпеть боль, идущую из груди, она прекратила тренировку и легла спать. Она была измождена. Нин Шу проснулась от сильного желания сходить в туалет. В тот момент, когда она открыла глаза, она увидела, что кто-то стоит у изголовья кровати и рефлекторно напала на него. Охренеть, ты что же это, наблюдаешь, как эта мадам спит?! Вот гад! Нин Шу резко ударила его, но мужчина средних лет поймал её кулак, и она не могла выдернуть его обратно. - Вонючий сопляк, а ты крут, хах, раз посмел напасть на своего папу! Но перед Шу Хуэйди ты полнейший слабак. Ты меня разочаровываешь, сопляк! – раздражённым голосом сказал Вэй Мин. Только теперь Нин Шу вспомнила, что она теперь мужчина. Её мочевой пузырь распирало от давления, поэтому она скривила лицо и сказала: - Папа, можешь пока выйти? Мне нужно сходить в туалет. - Ну так воспользуйся ночным горшком. Твой папка растил тебя с тех пор, как ты был ещё мелким сопляком. Какой твоей части я не видел? Вэй Мин сел на стул. Нин Шу: … Писать прямо на глазах у мужчины? Ах, она не могла так сделать. Нин Шу чувствовала, что её мочевой пузырь вот-вот лопнет. В итоге, она вышла из комнаты, нашла уединённое место, быстро выудила эту штуку и начала писать. Когда она закончила, она поспешно завязала шнурки на штанах, а потом несколько раз помыла свои руки. Она трогала эту мягкую и вялую штуку… Нин Шу чувствовала себя так, словно её чистые руки теперь испорчены. Трансмиграция в мужское тело была просто невыносима. Нин Шу вернулась в комнату и увидела, что Вэй Мин пьёт чай. Вэй Мин был высоким и имел крупное телосложение, поэтому он излучал сильную ауру. Нин Шу подошла к нему и прямо сказала: - Папа, я хочу отменить свою помолвку с Шу Хуэйди. ---------- За Шахту Первозданного Кристалла Нин Шу решила великодушно исполнить желания двоих человек. Если она не женится на Шу Хуэйди, тогда Се Юй не испортит свадьбу и Вэй Мин не будет ранен Се Юем. Вэй Мин был в шоке, и он смерил Нин Шу взглядом. - Сопляк, тебе Шу Хуэйди совсем мозги отбила, что ли? Тебе же, вроде, очень нравится эта девушка? - Она меня сильно ненавидит. Во время того соревнования она всерьёз хотела убить меня! Если бы не та броня, что ты мне дал, то я бы уже умер от её руки, - Нин Шу покачала головой. – Я ей не нравлюсь. Вэй Мин шлёпнул по столу рукой с негодованием на лице. - Я же тебе говорил, что эта Шу Хуэйди слишком надменна и её не сравнить с тобой, но ты настаивал, что она тебе нравится. Так уж вышло, что Радужная Секта хотела поработать с Сектой Небесного Закона на открытии шахты первозданного кристалла, и поэтому мы договорились об этой помолвке. Первозданные кристаллы использовались в этом мире для культивации. Они содержали первозданную энергию мира и те, кто занимался культивацией, впитывали её. Обладание шахтами первозданных кристаллов было напрямую связано с процветанием секты. - Эта женщина злобная и безжалостная. Рано или поздно ты бы пострадал от рук этой женщины, - пока Вэй Мин говорил, он метнул в Нин Шу ещё один раздражённый взгляд. – Хватит уже развлекаться с девушками-учениками, у которых нечистые намерения. Нин Шу: … - Тогда что насчёт моей помолвки с Шу Хуэйди? Нин Шу больше беспокоило то, может ли она отменить помолвку или нет. Если ей придётся сражаться за женщину с главным мужчиной, то это равнозначно заявлению о том, что она устала от жизни. Вэй Мин серьёзно посмотрел на Нин Шу. - Как нечто столь важное вроде брака можно решить так легко? Думаешь, эту помолвку можно отменить только потому, что ты захотел её отменить? Нин Шу широко распахнула свои опухшие глаза и спросила: - Тогда что же мне делать? Я больше не хочу, чтобы Шу Хуэйди меня снова поколотила. - Я пойду и поговорю с лидером секты. Посмотрим, что он скажет, - Вэй Мин вздохнул. – Тренируйся, пока у тебя свободное время. Причина, почему Шу Хуэйди в тебе не заинтересована – это потому, что ты бесполезный. Неужели тебе не стыдно от того, что какая-то женщина смотрит на тебя свысока? - Ладно. Папа, у меня в груди болит. У тебя ещё осталось лекарство? Было очень неловко говорить мужчине о том, что у неё болит грудь. Когда Вэй Мин услышал, что его сын говорит о боли в груди, он сразу же стянул с Нин Шу одежду. Нин Шу была ошарашена и поспешила прикрыть свою грудь, закричав на него: - Ты чего делаешь?! - А ты чего прикрываешь грудь, словно девчонка? Я просто хочу посмотреть, что не так с твоей грудью, - раздражённо ответил Вэй Мин. Нин Шу: … Охренеть, Нин Шу почувствовала, как её мировоззрение трещит по швам. Нин Шу опустила руки, а заодно и взгляд. Она обнаружила, что на её груди виднеется чёткий отпечаток ладони. Неудивительно, что ей было так больно. Выражение лица Вэй Мина стало холодным. - Шу Хуэйди поистине безжалостна. А ты – просто бесполезен. Как ты можешь становиться таким слабым каждый раз, как видишь эту женщину? Он протянул ей бутыль с пилюлями. Нин Шу взяла бутыль и жалобно сказала: - Папа, я не хочу, чтобы Шу Хуэйди забила меня насмерть. Тебе придётся отменить эту помолвку ради своего сына. Края глаз Нин Шу покраснели, словно она вот-вот расплачется. Изначальный хост всегда вёл себя как избалованный ребёнок перед своим папой. - И как у меня получился такой ребёнок? А всё потому, что я тебя слишком баловал. С завтрашнего дня тебе нельзя ни на шаг выходить из этой комнаты. Ты сможешь выйти, только когда доберёшься до уровня мастера духа. К тому времени папа найдёт тебе контрактного зверя. Нин Шу ответила "ох". В этом мире было много контрактных духов, и среди них были даже божественные звери. Заключение контракта с духовным зверем сильно увеличивало боевую силу. Например, у главного мужчины Се Юя был божественный зверь, который был очень силён, но Се Юй вёл себя очень сдержанно и обычно просил своего божественного зверя притворяться бесполезным духовным зверем, чтобы они могли застать людей врасплох. - Папа, не забудь о помолвке! – прокричала Нин Шу. Вэй Мин был очень силён и значился одним из лучших во всей Секте Небесного Закона. Если бы не это, то Вэй Лянюэ, этот богатый сопляк, не смог бы жить в Секте Небесного Закона, словно рыба в воде. И за ним не следовали бы постоянно всякие прихвостни. Нин Шу высыпала на ладонь пилюлю и проглотила её. Она тут же почувствовала холодный поток энергии, который прошёлся по её телу, постепенно восстанавливая его. Она использовала то небольшое количество первозданной энергии, что было в её теле, и постепенно растворила энергию пилюли. Как только эффект пилюли прошёл, она закинула в рот ещё одну пилюлю. Она вообще не выходила и скрывалась в своей комнате, чтобы восстановиться от травм и тренироваться. Когда Вэй Мин пришёл проведать своего сына и обнаружил, что его сын действительно всерьёз занимается тренировкой, а не развлекается с женщинами, то он был так шокирован, что у него чуть глаза на лоб не вылезли. Он хорошо понимал своего сына. Его сын был из тех, кто не может вынести и малой части страданий. Тот факт, что он успокоился и готов тренироваться, означал, что Шу Хуэйди явно серьёзно травмировала его. ---------- Эй, Красавчик, Интересуешься? Нин Шу чувствовала, что потенциал этого тела был действительно дрянным. Она очень долго занималась культивацией и использовала все кристаллы, что принёс ей Вэй Мин, но она всё равно ещё не достигла стадии мастера духа. Ученик духа, мастер духа, мудрец духа… Выше было ещё много уровней, но изначальный хост был лишь учеником духа, который только начал свою культивацию. Он был просто невероятно низкоуровневым, но всё равно сражался против Шу Хуэйди, которая была на несколько уровней выше его. Это очень вычурный способ дразнить смерть. Быть может он просто хотел оказаться рядом со своей богиней? После того, как Нин Шу уже устала сидеть в комнате, она решила немного прогуляться. Едва только она вышла, как столкнулась с целым потоком людей, которые подходили поздороваться и спрашивали о её травме и стало ли ей лучше. Нин Шу посмотрела на них и увидела в их взглядах презрение и насмешку, а так же зависть, ревность и ненависть. Однако те слова, что они говорили, были очень искренними. Они знали, что Вэй Лянюэ был щедр в своих тратах. Если они добьются его расположения, то смогут добыть вещи, которые помогут им в их культивации. Нин Шу почувствовала, что изначальный хост был довольно жалким. Только сила, исключительная сила, может заполучить уважение людей. Даже несмотря на то, что изначальный хост был в Секте Небесного Закона мальчишкой, что разбрасывается состоянием, он не смог завести ни единого настоящего друга. А те люди, которым он так много отдал, на самом деле считали его расточительным глупцом. А всё это было из-за Вэй Мина. Множество народу хотели услужить ему, поэтому Вэй Лянюэ вырос в практически фальшивом мире. Как только Вэй мин умер, Вэй Лянюэ оказался выброшен в жестокую реальность. Во время прогулки она сталкивалась и с ученицами. Некоторые из них смотрели на неё с крайней ненавистью, а другие смотрели на неё провокационно и поднимали свои юбки, чтобы показать свои стройные и красивые бёдра. Они были практически на грани того, чтобы сказать: "Эй, красавчик, интересуешься?" Чувства Нин Шу были очень сложными. Вот и наступил тот день, когда женщины пытались её соблазнить. Немного прогулявшись, Нин Шу почувствовала, что будет лучше вернуться и продолжить тренировку. Сталкиваться со всеми этими странными взглядами было просто очень душно. Она села на постели в позу для медитации и посмотрела на первозданный кристалл в своей руке. Первозданные кристаллы были камнями, которые выглядели либо прозрачными, либо содержали следы примесей. Они содержали первозданную энергию мира, которую можно было напрямую впитать в себя. Нин Шу внезапно вспомнила тот факт, что 2333 использовал слишком много энергии. Эта первозданная энергия тоже, вроде как, считается за энергию, так может 2333 сможет её использовать? Нин Шу тихо позвала 2333. - Система 2333-сама, взгляни на этот первозданный кристалл. Ты моешь использовать его энергию? - Эта энергия слишком низкоуровневая. Спасибо за предложение, - прямо ответил 2333, и его голос был полон презрения. Нин Шу: Какого хрена. Ощущение было такое, словно она напрашивалась на унижение. Если бы она знала об этом раньше, то не стала бы спрашивать. - Нин Шу, муах! Если тут будут подходящие источники энергии, то я тебе скажу, - поспешно добавил 2333. Нин Шу начала поглощать энергию из первозданных кристаллов. Спустя продолжительное время она наконец-то пробилась на стадию мастера духа и стала слабеньким мастером духа. Теперь, наконец-то, она могла считаться за новичка в культивации. В её теле первозданной энергии было достаточно лишь на то, чтобы использовать одну большую технику. Добравшись до стадии мастера духа, Нин Шу всё равно продолжила непрерывно тренироваться. Вэй Мин не сможет защищать её постоянно. Если она будет слишком слабой, то её мгновенно убьют в бою и она провали своё задание. Когда Вэй Мин пришёл с визитом и увидел, что его сын наконец-то стал мастером духа, он стал более уверен в будущем. Он выпустил духовного зверя из своего духовного кисета и сказала Нин Шу: - С этих пор, это будет твой контрактный зверь. Нин Шу посмотрела на орла, размером с человека, у которого был острый изогнутый клюв и который смотрел на Нин Шу своим острым взглядом. Нин Шу не знала, не придумывает ли она себе это, но ей показалось, что птица смотрит на неё с презрением. Ей хватало и того, что на неё люди смотрят с презрением, но теперь ещё и птица смотрела на неё с презрением? ---------- Словно Однорукий Герой - Пап, это мой контрактный зверь? Нин Шу указала на орла, а в голове у неё промелькнуло изображение однорукого мечника Ян Го и его огромного орла. Она вообще не хотела орла! Вэй Мин погладил орла по крылу и сказал: - Это – орёл молниеносного ветра. В нём есть немного крови древнего дапэна, поэтому он очень быстр. Если ты столкнёшься с какой-нибудь опасностью, то этот орёл молниеносного ветра поможет тебе сбежать. >Дапэн – это гигантская птица из легенд, которая трансформировалась из гигантской рыбы. Похоже, что старик Вэй ясно представлял себе то, какой его сын. Даже подготавливая контрактного зверя, он сфокусировался на том, что поможет сыну сбежать и спасти свою жизнь. - Лянюэ, выпусти своё духовное сознание и оставь печать на сознании орла молниеносного ветра, - сказал старик Вэй, помогая и удерживая орла молниеносного ветра, чтобы не дать тому сопротивляться. Нин Шу посмотрела на него с озадаченным выражением на лице. - Как? Она не знала, как заключать контракт с духовным зверем, так как никогда не была раньше в подобном мире. К тому же, изначальный хост тоже не знал ничего, что с этим связано. Лицо старика Вэя тут же почернело от гнева. - Вот почему я говорил тебе не развлекаться с женщинами слишком много! Как ты можешь не знать таких основ? Если ты продолжишь стыдить меня подобным образом, то не смей больше говорить людям, что ты мой сын. Собери свою сосредоточенность, а потом запечатлей своё сознание в сознании орла молниеносного ветра. Это звучало так абстрактно, ах. Нин Шу всё ещё была в полной растерянности, но всё равно собрала свою сосредоточенность и подумала о том, что она хочет заключить контракт с этим зверем. После этого в её разуме появились красная и белая точки. Два очень маленьких шарика сопротивлялись друг другу, но Нин Шу толкала белую точку и, наконец, смогла заставить её войти в красную точку. Она тут же ощутила связь с этим орлом молниеносного ветра и почувствовала, что может им командовать. Словно однорукий герой. Однако при этом Нин Шу выдохлась и всё её тело покрылось холодным потом. Словно её только что выудили из воды. Когда старик Вэй увидел, что Нин Шу наконец-то удалось, он улыбнулся. Однако его улыбка затухла, когда он увидел, насколько измождённой была Нин Шу. - Ты только взгляни на себя! Из-за тебя я потеряю своё лицо! Ладно, это было довольно постыдно. - Вот твой кисет для духовного зверя, ты можешь хранить в нём орла молниеносного ветра. Орлу молниеносного ветра тоже нужна еда, поэтому, когда он тебе не нужен, выпускай его, чтобы он мог поохотиться. Если ты найдёшь какие-нибудь хорошие сокровища, то скорми их ему тоже. Если он станет сильнее, то тебе же будет лучше, - проинструктировал её старик Вэй. Нин Шу кивнула, когда взяла кисет для духовного зверя. Она открыла его, а потом повернулась к орлу молниеносного ветра, указала на кисет и сказала: - Залезай. Орёл молниеносного ветра не обратил никакого внимания на команду Нин Шу и продолжил неподвижно стоять и пристально смотреть на неё. - Залезай, - снова сказала Нин Шу. - Боже ты мой… Старик Вэй шлёпнул себя по лицу, наблюдая за этой дурацкой сценой. Он не знал, что сказать. - Командуй своим духовным зверем напрямую через своё сознание. Как бы мне хотелось запихать тебя обратно в духовку и переделать тебя. Этому папе стоило тогда просто выстрелить тобой в стену. Нин Шу: →_→ А это нормально? Говорить такие пошлости перед собственным сыном? Она никогда не была раньше в подобном мире, поэтому ей нужно было некоторое время на адаптацию. Каждый раз, когда она приходила в мир, у неё было такое ощущение, что её мировоззрение сметается, а потом выстраивается заново. Нин Шу отдала команду орлу молниеносного ветра при помощи своего сознания, и тогда большой орёл превратился в луч света и вошёл в кисет духовного зверя. Нин Шу встряхнула немного кисет духовного зверя. Даже несмотря на то, что в него только что вошёл такой большой орёл, он всё равно остался очень лёгким. Это было просто волшебно. Нин Шу подвязала кисет духовного зверя у себя на поясе, а потом спросила: - Пап, а как там продвигается дело с отменой помолвки? Что сказал лидер секты? - С этим вопросом надо разобраться постепенно. Хоть это и просто помолвка, но она представляет собой искренность в сотрудничестве двух сект. Если мы просто попросим отменить помолвку, тогда Радужная Секта решит, что мы хотим нарушить соглашение. Сказав это, старик Вэй снова проворчал: - Сопляк, ты чего такой бесполезный-то? Нин Шу: Я… ---------- Уединённая Тренировочная Жизнь Нин Шу забеспокоилась, когда услышала, что это может оказаться невозможным, и поспешила спросить: - Мы не можем отменить свадьбу? -Мы точно не сможем отменить свадьбу так внезапно и без причины. Радужная Секта обязательно это прокомментирует и наша Секта Небесного Закона окажется в невыгодном положении. А после этого двум сектам будет уже сложно продолжать работать вместе, - сказал Вэй Мин. Он был старейшиной в Секте Небесного Закона и ему нужно было принимать в расчёт интересы секты. Однако, когда он вспоминал то, как сильно его сын был избит невестой, он чувствовал немного гнева. Шу Хуэйди была красивой, очень талантливой, а ещё она была очень гордой. И сколько бы старик Вэй не дурил народ, он никак не мог похвастаться о том, что его сын является самым верховным экспертом. Нин Шу тоже понимала, что отмена свадьбы была трудным делом, поэтому она возмущённо сказала: - Должно быть Радужная Секта слабее нашей Секты Небесного Закона, так зачем же мы должны вступать с ними в союз, чтобы раскапывать шахту первозданного кристалла? Мы и сами можем её выкопать! - Если у тебя слишком плохие манеры поведения за столом, то ты не продвинешься далеко в жизни, - старик Вэй похлопал Нин Шу по плечу и чуть не вывихнул его. – Твой старик позаботится об этом. Мы не можем позволить, чтобы Шу Хуэйди издевалась над тобой подобным образом. Хаа, но ты просто бесполезен. Тебя так сильно избила женщина, и тебе ещё даже нужно, чтобы я вступился за тебя. Из-за тебя все восемнадцать поколений семьи Вэй теряют лицо. Нин Шу выслушала слова старика Вэя не выражая какой-либо реакции и просто сказала: - Я обязательно будут старательно трудиться и ты не потеряешь лицо. В любом случае, между мной и Шу Хуэйди не бывать ничему. Мои таланты совсем не выдающиеся и Шу Хуэйди уже впереди меня. Рано или поздно она оставит меня далеко позади. Старик Вэй согласно кивнул, а потом ушёл. Он оставил Нин Шу множество первозданных кристаллов и сказал, чтобы она усердно тренировалась. И вот так Нин Шу начала свою уединённую тренировочную жизнь не выходя из комнаты. Единственное, что её действительно беспокоило – это проблема с походом в туалет. Каждый раз она терпела до такой степени, что у неё чуть не лопался мочевой пузырь, и только после этого шла в туалет. Хоть она и не могла смириться с этой ситуацией, но, по крайней мере, у неё теперь больше не было её двоюродной тётушки, которая приходила каждый месяц. Однако, поскольку её двоюродная тётушка была с ней так много лет, а теперь внезапно исчезла, Нин Шу невольно чувствовала, что ей чего-то не хватает. Да, ей было болезненно, когда она не приходила, но когда она не стала приходить, Нин Шу невольно думала о ней. Вот такой вот бардак в голове. Нин Шу даже не стала тратить дыхания на то, чтобы жаловаться на способности изначального хоста. Хоть она и провела весь день в тренировке, его прогресс всё ещё был очень медленным. Нин Шу положилась на любовь старика Вэя и сбегала к старику Вэю, чтобы попросить его о сокровище, которое изменит её природные способности. Результат её тренировки на протяжении одного дня нельзя было даже сравнить с результатом того, что главный мужчина получает за один вдох. Подобное несравненное различие просто разбивало сердце Нин Шу. Старик Вэй завопил на Нин Шу: - Ты что это, думаешь, будто сокровища, которые меняют способности, можно выращивать, словно капусту?! Если бы у меня было нечто подобное, то я бы уже запихал его тебе в глотку! Нин Шу: →_→ Даже у старика Вэя нет чего-то подобного? У Се Юя наверняка есть. Всё же, его способности, опровергающие законы природы, были результатом большой удачи и множества удачных редких стычек. У него наверняка были сокровища, которые могли изменить природные способности человека. Но она не могла победить главного мужчину, неужели ей придётся просить об этом своего старика? Но ведь смысл отмены свадьбы был как раз в том, чтобы предотвратить контакт старика и Се Юя, чтобы Се Юй его не ранил. А если она сама пойдёт добывать снаряжение главного мужчины, то он же её вообще убьёт. Это всё равно – что пойти к главному мужчине и подарить ему всё своё снаряжение. Она чувствовала изнеможение. Словно этот мир бросил её. ---------- Помолвка Расторгнута - Скоро откроется подземелье. Вероятно это божественная обитель, оставшаяся от культиваторов древности. В нём множество сокровищ, поэтому все секты отправят туда некоторых своих учеников. Я оставил для тебя место, так что ты тоже сходи и испытай свою удачу. Погляди, вдруг тебе попадётся какая-нибудь духовная трава или что-то такое, что поможет тебе изменить твои природные способности. Попадётся? Скорее всего все эти вещи попадутся в руки главного мужчины. Как вообще что-то может попасться в руки пушечного мяса? - Я пойду один? – Нин Шу посмотрела на старика Вэя широко распахнутыми глазами. – Старик, пойдём со мной. - Люди, культивация которых слишком велика, не могут войти, - старик Вэй закатил глаза, глядя на неё. – Не волнуйся, там будут и другие ученики из Секты Небесного Закона. Я скажу им, чтобы они за тобой присматривали. Будет лучше полагаться на себя, чем полагаться на других. Как только они найдут сокровище в подземелье, все эти люди могут начать убивать друг друга, чтобы устранить соперников. Культивация никогда не заботилась о способах. Все сражались друг с другом, чтобы ухватить себе как можно больше сокровищ. Однако Нин Шу всё равно собиралась пойти. В мире культивации тебе приходится мчаться вперёд, а иначе ты окажешься позади всех. Ей нужна сила, чтобы защитить свою жизнь и выполнить задание. - Папа, у этой божественной обители нет владельца? – спросила Нин Шу. - Нет, за все прошлые годы, никто не смог подчинить себе эту божественную обитель. Поэтому секты просто начали использовать её в качестве места для тренировки учеников, – старик Вэй посмотрел на Нин Шу. – После того, как ты туда войдёшь, самым главным для тебя будет выжить. - Я знаю, пап. Нин Шу кивнула. По какой-то причине она чувствовала, что эта божественная резиденция, вероятно, была очередной удачной стычкой для главного мужчины. Главный мужчина наверняка подчинит себе эту божественную резиденцию. А если она сможет испортить для Се Юя эту удачную стычку, то это будет очень хорошо. Се Юй убил отца изначального хоста и похитил его жену, так что для оригинального хоста Се Юй был смертельным врагом. И хотя оригинальный хост ничего не упоминал о том, что хочет мести, то если она сможет сделать что-нибудь от лица изначального хоста, то, вероятно, сможет заработать больше очков. Все последующие дни Нин Шу настойчиво тренировалась каждый день, а ещё начала тренировать свои Непревзойдённые Боевые Искусства. Рядом с первозданной энергией в её даньтяне сформировалась драконоподобная энергия. Они не были агрессивно настроены друг против друга, поэтому Нин Шу почувствовала, что обе эти энергии, драконоподобная и первозданная, на духовном уровне осознавали присутствие друг друга. Нин Шу изрядно подготовилась для похода в подземелье. Она наполнила свой кисет-хранилище всякими скрытыми видами оружия и ядом. За этот период времени. Нин Шу выпускала наружу своего орла молниеносного ветра и скармливала ему всякие первозданные кристаллы или какие-нибудь духовные травы, что содержали первозданную энергию. После того, как Нин Шу столько всего скормила орлу молниеносного ветра, его отношение к ней немного изменилось, но он всё равно выражал своё презрение тому, что ей не хватало силы. Сила была очень важна. Мир культивации следовал неприкрашенному закону джунглей. Правит тот, кто силён, и в силе правда. Даже духовный зверь демонстрировал ей своё презрение. Когда она отправится в подземелье, ей нужно будет сделать что-нибудь, чтобы изменить свои способности, а иначе она будет не в силах отойти от изначальной истории. Хоть её способности и были слабыми, она всё равно продолжала тренироваться без перерыва. По крайней мере, эти тренировки принесли ей хоть какие-то плоды и она постепенно становилась сильнее. Спустя месяц, когда пришло время для открытия подземелья, старик Вэй пришёл, чтобы отвести туда Нин Шу. Первым делом он сказал: - Твоя помолвка с Шу Хуэйди была отменена. На мгновение Нин Шу была слишком ошарашена, чтобы отреагировать. Её так просто отменили? - Так быстро? Нин Шу почувствовала пустоту в своём сердце. Изначальный хост очень сильно любил Шу Хуэйди. Его тело выдавало его истинную реакцию на эту весть. Старик Вэй закатил глаза, глядя на Нин Шу. - Ты хоть знаешь цену, которую пришлось заплатить твоему старику ради этого? Твой старик теперь будет копать в шахте пятьдесят лет. Нин Шу: Пфффф… - Пап, ты же старейшина. Как они могут заставить тебя работать в шахте? – спросила Нин Шу с обеспокоенным выражением на лице. Когда старик Вэй увидел обеспокоенность своего сына, то его тон немного смягчился. - Твой старик отдал Радужной Секте руководство по культивации, которое недавно добыл, а условием Секты Небесного Закона было то, что я стану охранять шахту первозданного кристалла в течение пятидесяти лет. Нин Шу внезапно почувствовала сильное удушье. Старик Вэй поистине любил своего сына. Когда его сын сказал, что хочет отменить помолвку, старик Вэй без колебаний заплатил цену. И хотя у изначального хоста были слабые способности, тот факт, что отец так сильно любил его, вероятно было величайшим источником тепла в его печальной жизни. Вот почему изначальный хост не думал о мести или о том, чтобы заполучить Шу Хуэйди, и хотел только, чтобы его отец жил. Нин Шу втянула слёзы, которые были реакцией этого тела, и сказала: - Папа, спасибо. ---------- Достаточно Мужественная Нин Шу не ожидала, что старик Вэй пойдёт на такую жертву. Его даже наказал лидер секты и отослал охранять шахту первозданного кристалла. Старик Вэй махнул рукой. - Думаешь, этот старик не видит, что люди из Радужной Секты смотрят на тебя свысока? Они тоже хотели отменить свадьбу, но беспокоились, что они не получат части добычи из шахты первозданного кристалла, поэтому и тянули с этим. Когда я отдал им руководство по культивации, они всё ещё были недовольны, поэтому, в порыве гнева, я сказал, что тогда нужно ускорить свадьбу и поженить вас двоих. И тогда они сразу же заткнулись. Тот факт, что Радужная Секта подтянула свою самую талантливую ученицу ради этого договорного брака, показывало то, насколько сильно они ценят эту шахту первозданного кристалла. Однако у них всё равно щемило сердце от того, что они отдают свою самую талантливую ученицу за такого бесполезного сопляка, как Вэй Лянюэ. Поэтому, когда старик Вэй поднял вопрос об отмене свадьбы и дал Радужной Секте возможность сохранить лицо, отменив свадьбу, они явно заполучили большую выгоду от старика Вэя. Однако то, что они упорно продолжали вести себя как жертвы – это просто отвратительно. По крайней мере, у Нин Шу теперь не было никаких отношений с Шу Хуэйди. А вот хочет ли Шу Хуэйди быть вместе с Се Юем – этот вопрос уже не имеет никакого отношения к изначальному хосту. Когда до Нин Шу дошло, что она чуть не женилась на женщине, хоть эта женщина и была красивой, у неё всё равно всё тело мурашками покрылось. - Снимай свою одежду, - сказал старик Вэй. Нин Шу тут же прикрыла свою грудь. - Чего ты хочешь? Старик Вэй нахмурился. - Да что это с тобой в последнее время? Ты чего ведёшь себя как женщина? У тебя мозги повредились, после того, как тебя побила Шу Хуэйди? Нин Шу тут же опустила свои руки и неловко кашлянула. - Зачем тебе нужно, чтобы я снял свою одежду. Старик Вэй достал из своего кисета-хранилища очень тонкую броню и швырнул её Нин Шу. - Надень вот это. Твой старший дядюшка сделал её, так что она, вероятно, сможет защитить тебя от некоторых ран. - Спасибо, папа. Чтобы показать, что она достаточно храбрая и мужественная, она разделась прямо перед стариком Вэем, чтобы надеть броню. - Идём. Все остальные уже ждут. Когда доберёшься до подземелья, будь осторожен. Старик Вэй пошёл первым, и Нин Шу последовала за ним. Она спросила: - Пап, а тебе не сильно утомительно будет охранять шахту? - Да всё нормально. Просто есть ещё немало других мелких вопросов, - небрежно сказал старик Вэй. Управление шахтой явно потребует много энергии. И, в таком случае, у старика Вэя не будет времени на культивацию. - Пап, может просто поговорить с лидером секты и попросить его, чтобы он тебя туда не отправлял? Это же и на твою тренировку тоже повлияет. Старик Вэй обернулся, чтобы посмотреть на Нин Шу и поднял свои густые брови. - Мальчик мой, это впервые, когда я вообще слышу, чтобы ты говорил такие вещи, от которых тепло на сердце. Вообще-то, твой папа достиг некоторого предела в культивации и никакое количество тренировок не приносит эффекта. А раз такое дело, то мне будет лучше пока прекратить на время тренировку и заняться чем-то другим. Природа сама своё возьмёт. - Правда? Нин Шу всё равно не поверила. - Думаешь я вру? Старик Вэй, похоже, не сильно был против. Нин Шу думала о том, что если старик Вэй отправится охранять шахты, то он, вероятно не будет вовлечён во всю ту херню, что грядёт, поэтому это можно счесть хорошим исходом. ---------- Отправление в Подземелье Пока они так болтали, они уже дошли до публичной площади. Тут собралось множество учеников, а некая группа из четырёх парней и двух девушек стояла отдельно. Все остальные ученики относились с явным уважением к этим шестерым. По воспоминаниям изначального хоста Нин Шу знала, что эти шестеро были довольно сильными учениками из Секты Небесного Закона. Все они достигли в своей культивации впечатляющего уровня. Они были совершенно иными, нежели Вэй Лянюэ, этого богатого бездельника, живущего за счёт своего отца. Вэй Лянюэ знал, что его уровень культивации не был высоким, поэтому он особо не общался с этими людьми. Всё же, эти люди всегда смотрели на Вэя Лянюэ свысока, потому что их уровень культивации был выше, чем у него, а значит, только идиот будет подходить к ним, чтобы напроситься на унижение. - Вот те люди, что отправятся в подземелье, так что держись рядом с ними, - сказал старик Вэй. Когда Нин Шу пошла к ним, они начали отодвигаться от неё, чтобы сохранить дистанцию. Девушки-ученицы смотрели на Нин Шу с нескрываемым презрением и опаской. Нин Шу: … Похоже, что репутация извращенца останется с изначальным хостом до тех пор, пока он не умрёт. Этот чёртов сопляк Вэй Лянюэ неплохо умел навлекать на себя беды. Куда бы она ни шла, девушки-ученицы всегда смотрели на неё с опаской, словно она была похотливым волком. Это ощущение было очень странным. Старик Вэй попросил того старейшину, что поведёт учеников к подземелью, присмотреть за его сыном, и старейшина кивнул. Когда они уже собирались отправиться на духовной лодке-артефакте, старик Вэй оттащил Нин Шу в сторону и сказал: - Нет ничего важнее, чем жизнь. Если ты столкнёшься с тем, с чем не сможешь справиться, просто запрыгивай на орла молниеносного ветра и беги. Понял? - Папа, я запомню. Я обязательно вернусь живым, - искренне сказала Нин Шу. Однако на лице старика Вэя всё ещё было беспокойство. Даже когда духовная лодка отплыла очень далеко, Нин Шу всё ещё видела, как старик Вэй стоит на публичной площади и смотрит в их сторону. Должно быть Вэй Лянюэ восемь жизней подряд жёг благовония, раз ему достался такой отец. Старейшина сказала Нин Шу: - Хоть я и не знаю, почему твой отец позволил кому-то столь слабому как ты пойти в подземелье, но это будет хороший жизненный опыт. Тебе нужно понять, что культивация – это очень трудно. Если ты продолжишь быть таким и не будешь достаточно тренироваться, то твоему отцу придётся тебя похоронить. Седому старику придётся хоронить того, чьи волосы всё ещё чёрные. Нин Шу почувствовала, как по виску у неё соскользнула капля пота. Похоже, что все очень недолюбливали Вэя Лянюэ, но Вэй Лянюэ не обращал на это внимания и был доволен жизнью. Его вполне устраивала подобная жизнь, пока дни его были полны счастья. - Спасибо, Старейшина. Лянюэ знает, - сказала Нин Шу и кивнула. Нин Шу села на скамейку, закреплённую в лодке. Вокруг неё была зона пустоты. Две девушки-ученицы явно старались держаться от неё как можно дальше, словно если они приблизятся к ней, то от этого потеряют своё целомудрие. Однако изначальный хост никогда раньше не насиловал женщин. Всё происходило по взаимному согласию. Всё было как с теми девушками-ученицами, которых Нин Шу видела ранее, если они сами приходили к его дверям. То Вэй Лянюэ был бы идиотом, если бы не переспал с ними. Поэтому, когда он это делал, он потом давал им что-нибудь, что помогало им в культивации. Это были взаимовыгодные отношения. Однако она не ожидала, что его репутация была настолько плохой. Вероятно из-за помолвки Вэя Лянюэ с богиней Радужной Секты, Шу Хуэйди, он стал более заметен для окружающих и им это не нравилось, поэтому они целенаправленно подстрекали его. К Нин Шу подошёл парень с очень круглым лицом. - Бро, я слышал, что твоя помолвка с Шу Хуэйди из Радужной Секты была отменена. Нин Шу порылась в своих воспоминаниях и обнаружила, что это был Лю Циньян. Он был одним из самых высокоуровневых учеников в Секте Небесного Закона. - Как ты узнал? Как вообще эта весть распространилась? Неужели из-за Радужной Секты? Это невозможно. Как бы там ни было, Шу Хуэйди была девушкой. И когда помолвку отменяют – это не повод для гордости. Глаза Лю Циньяна округлились и он тут же спросил: - Её правда отменили? Это ты попросил? Слова Лю Циньяна привлекли внимание некоторых учеников. Нин Шу снова кивнула и сказала: - Да, моя помолвка с Шу Хуэйди была отменена. - Ох, ого! Как я и говорил, я знал, что твоя с Шу Хуэйди помолвка развалится. Радужная Секта ни за что не позволила бы себе выдать такую талантливую ученицу замуж за тебя. Это просто была махинация, чтобы заполучить выгоду, - Лю Циньян радостно шлёпнул себя по бедру. – Теперь у всех есть шанс. Лю Циньян не стал обращать никакого внимания на чувства Нин Шу и сразу же высказал правду: - А всё потому, что ты ей не ровня. Нин Шу почувствовала злость. Это были эмоции изначального хоста. Нин Шу спокойно сказала: - Даже если я и не ровня для Шу Хуэйди, всё равно это я отменил помолвку. ---------- А Все Из-за Того, Что Ей Не Хватало Силы - Бро, если бы ты спросил моего совета, то я бы давно ещё сказал тебе отменить её. Всё же, ты явно не нравишься Шу Хуэйди. Однако, тот факт, что ты смог отменить свадьбу, по крайней мере, позволило тебе сохранить лицо. Хоть Лю Циньян и говорил это, тон его голоса был полон злорадства. Было ясно, что он смотрит на Нин Шу свысока. Нин Шу чувствовала, что эти люди просто завидовали, поэтому они ненавидели изначального хоста. Изначальный хост был бесполезным, но, благодаря помощи своего отца, он смог заполучить такую прекрасную невесту, о которой все мужчины могли лишь мечтать. А теперь, когда Нин Шу отменила свадьбу, они моги издеваться над ней столько, сколько хотели. Если у вас у всех такие способности, то сделайте так, чтобы у вас тоже был папа такой, как старик Вэй! Удачно реинкарнировать – это тоже своего рода навык. Нин Шу закрыла глаза и больше не обращала внимания на этих людей. Даже если Шу Хуэйди не интересовалась в Вэй Лянюэ, неужели эти люди всерьёз думают, что у них есть шанс? Красотки всегда зарезервированы для главного мужчины. Когда Лю Циньян увидел Нин Шу такой, он отступился и перестал разговаривать с ней. Парень, который был сбоку от Лю Циньяна спросил его: - Ты чего вообще разговариваешь с ним? - Именно. Как только мы войдём в подземелье, он будет лишь тормозить нас, - сказала девушка-ученица, и её голос был полон презрения. Нин Шу открыла глаза и посмотрела на девушку-ученицу. - Когда это я говорил, что собираюсь идти с вами, ребята? Неужели я не могу пойти один? Нин Шу не планировала следовать за этими людьми. Она не могла доверять им только потому, что они были из одной секты. И они явно ненавидели её. Следы презрения промелькнули на лице девушки-ученицы. - Отправляться в подземелье с твоим уровнем – это всё равно, что искать смерти. Любой случайный железнозубый кролик слопает тебя. - Так я же не прошу вас спасать меня, чего ты тут растрещалась? Шумная старая карга. Нин Шу даже ничего не сделала этой девушке-ученице, но та вела себя так, словно её уже изнасиловали. Насколько же плохая репутация у изначального хоста? Правда была в том, что некоторые люди из Секты Небесного Закона крайне завидовали изначальному хосту. Хоть Вэй Лянюэ и был немного развязным в своей сексуальной жизни, но не настолько, чтобы не иметь совсем никаких ограничений. Он не был заинтересован во всех, кто был женского пола. Девушка-ученица так разозлилась от слов Нин Шу, что у неё лицо стало пепельным. - Да как ты смеешь говорить со мной подобным образом, когда ты всего лишь низкоуровневый культиватор?! - Мой папа – Вэй Мин. Если ты не можешь с этим смириться, то иди и найди моего отца. Нин Шу в данный момент была очень аутентичным сыном-гедонистом. Девушка-ученица была в такой ярости, что ей пришлось делать глубокие вдохи, чтобы успокоиться и не позволить себе сделать что-нибудь поспешное. В итоге, она просто молча гневно посмотрела на Нин Шу. Нин Шу тут же почувствовала себя гораздо лучше. Она знала, что эти две девушки недолюбливали её. Если бы они держались подальше, то она бы просто игнорировала их, но они усердно топтались по другим людям, чтобы показать насколько они белые и пушистые. Нин Шу просто не могла этого стерпеть. Хааа, это всё было из-за того, что ей не хватало силы. - А ну прекратите. Вы все – ученики Секты Небесного Закона, так чего же у вас такие напряжённые отношения? Вэй Лянюэ, у тебя слишком мало сил, потому тебе нужна помощь компаньонов. Хватит пытаться вести себя так, словно ты – важная шишка, - сказал старейшина, явно пытаясь предостеречь Нин Шу. Нин Шу лишь ухмыльнулась ему и ничего не сказала. Остальные шестеро учеников теперь были настроены ещё менее дружелюбно, но Нин Шу было всё равно. ---------- Большой Извращенец! У них ушло полдня на то, чтобы добраться до входа в подземелье. Там уже было много народу. Они все разделились на небольшие группы, основываясь на своих сектах, и ждали открытия подземелья. Как только Нин Шу сошла на берег, послышался женский голос, который явно принадлежал какой-то цундере. - Большой извращенец, как ты вообще посмел тут появиться?! Все разразились смехом и начали переговариваться: - Извращенец, извращенец… Ученики Секты Небесного Закона тут же отодвинулись от Нин Шу и стали вести себя так, словно они её не знают. Нин Шу всё ещё не понимала, что происходит. Она посмотрела на очень оживлённую маленькую девушку, стоящую перед ней. У девушки на запястье был небольшой колокольчик, который позвякивал от её движений. - Ты кто такая? – когда Нин Шу посмотрела на эту маленькую девушку, она раздражённо сказала: - А почему я должен был не сметь приходить сюда? Неужели это место принадлежит твоей семье? - Большой извращенец, как ты посмел отменить помолвку со Старшей сестрой?! Сегодня я отомщу за Старшую сестру! – праведно закричала юная леди. – Как смеет мусор вроде тебя отменять свадьбу? Нин Шу: … Она огляделась вокруг и обнаружила, что неподалёку стоит Шу Хуэйди, одетая в белое и с вуалью. Она как всегда выглядела отчуждённо. Рядом с ней стоял невероятно красивый парень. Нин Шу знала, что это наверняка главный мужчина, Се Юй. Мало того, что он был невероятно силён, так он ещё и обладал лицом такой красоты, против которой невозможно было устоять. Он был настолько ослепителен, что это словно создавало свою собственную фоновую музыку. Шу Хуэйди глянула на Нин Шу. Её взгляд был безразличным, словно она совсем не знала Нин Шу. Нин Шу ничего не имела против этого, но вот Се Юй начал её оценивать. На его лице появилось выражение презрения, а потом он пододвинулся поближе к Шу Хуэйди, чтобы прошептать ей что-то на ухо. Этот жест был очень интимным. Шу Хуэйди явно было некомфортно от столь интимного жеста Се Юя, и она немного отодвинулась в сторону. При этом она выглядела немного смущённо. - Эй, большой извращенец, ты на кого это уставился?! Старшая сестра уже больше не твоя невеста. Так что, если продолжишь смотреть, то эта великая тётушка вырвет тебе глаза! – яростно закричала маленькая девушка. Нин Шу посмотрела на маленькую девочку. - Твоя старшая сестра ещё ничего даже не сказала, так чего же ты так спешишь встать на её защиту? Да, я отменил помолвку, ну и что с того? Если бы я не отменил свадьбу, неужели мне бы пришлось ждать, пока ученики Радужной Секты забьют меня насмерть? Нин Шу презрительно поджала губы, а потом прошла мимо девушки, чтобы уйти от неё. Девушка снова заблокировала путь Нин Шу. - По крайней мере, ты хоть что-то соображаешь. Похоже, что ты более-менее понимаешь, какой ты мусор. Даже если помолвка и была отменена, это моя старшая сестра должна была её отменить! Нин Шу: … - Тогда чего же твоя старшая сестра не отменила помолвку? Мы уже так долго были помолвлены. Если она хотела отменить, почему же она ничего не сказала? – спросила Нин Шу, пристально глядя на девушку. Девушка была немного взволнована, но потом тут возразила: - Потому что такое решает секта. Старшая сестра не могла принять такое решение сама. - Раз она не могла, а я взял и отменил свадьбу, то чего ты ко мне привязалась? Что ты хочешь, чтобы я сделал? Помог тебе умереть? – Нин Шу была очень раздражена. – Не пытайся вести себя как невинная жертва, когда тебе выгодна подобная ситуация. Это всё равно, что шлюха будет настаивать на том, чтобы в честь неё назвали мемориальную арку. Кому досталась вся выгода от этого инцидента? Лицо девушки покраснело, и она злобно указала на Нин Шу. - Кого это ты тут назвал шлюхой?! Если эта великая тётушка не уничтожит тебя сегодня, то эту великую тётушку не зовут Янь Цзяо! Нин Шу усмехнулась. - Твой мужчина флиртует с другой женщиной, но ты, почему-то, в это время заступаешься за свою соперницу в любви. Как ты можешь быть такой глупой? - Какой мужчина? Какая соперница в любви? Я не знаю, о чём ты говоришь! Янь Цзяо не удержалась и посмотрела в сторону Се Юя. Нин Шу закатила глаза. Как и ожидалось, эта яростная маленькая девушка любит Се Юя. Из-за её явного характера цундере и прямолинейной личности, она оказалась в чёрном списке гарема главного мужчины. - Старший брат Се Юй очень хороший человек, конечно же, он многим нравится. Если Старшей сестре нравится Старший брат Се Юй, то я буду только рада! По крайней мере, ей не придётся выходить замуж за такого извращенца как ты! Нин Шу: … Ей ни за что не понять женщину, которая находится под влиянием ореола главного мужчины. Они не видят ничего плохого в том, чтобы делить мужчину с другими членами гарема и даже ладят между собой. Нин Шу не могла понять, как это работает, как бы ни напрягала свои мозги. С другой стороны, обычно у главного мужчины очень сильные способности в ООХХ, и женщинам из гарема было больно, даже если они этим наслаждались. Возможно, поэтому они хотели, чтобы другие женщины помогали им разделить ответственность и не винили Се Юя за то, что у него становилось ещё больше женщин. Они даже радостно реагировали на тот факт, что у них становится больше сестёр. Какой странный образ мышления. ---------- Как Ты Посмел Напасть На Меня Исподтишка?! Нин Шу не хотела больше общаться с этой девушкой и решила обойти её. Се Юй подошёл к Нин Шу и положил ей руку на плечо. Его рука была такой тяжёлой, что Нин Шу чуть было не встала на колени. - Послушай, старший брат, ты немного грубовато общаешься с девушками, - спокойно сказал Се Юй. – Каждая девушка заслуживает того, чтобы её защищали и о ней заботились. - Старший брат Се Юй, - воскликнула Янь Цзяо. – Этот человек просто слишком отвратительный! Нин Шу посмотрела на Се Юя. У него был очень красивый и яркий внешний вид, но в его взгляде мелькало холодное убийственное намерение. И это убийственное намерение было направлено на неё. Охренеть, какая же тяжелая рука. Она вот-вот была готова упасть на колени. Нин Шу тут же взвыла и повалилась на колени на землю. Её лицо исказилось в агонии, когда она указала на Се Юя и закричала: - Ты такой злобный! Как ты посмел напасть на меня исподтишка?! Ты мне чуть плечо не раздавил! Се Юй озадаченно посмотрел на свою собственную руку. Когда он увидел, что множество народу смотрит в их направлении, а этот бесполезный мусор катается по земле, словно ему очень больно, выражение лица Се Юя наполнилось презрением. Этот Вэй Лянюэ – просто мусор. Хорошо, что Шу Хуэйди так и не вышла за него замуж, а иначе её жизнь была бы испорчена. - Ученик из Радужной Секты напал на ученика из моей Секты Небесного Закона без какой-либо причины? Ты что, пытаешься начать войну между сектами? – холодно спросил старейшина Секты Небесного Закона. Се Юй был очень гордым человеком, поэтому он тут же сказал: - Я ничего ему не сделал. Можете снять его одежду и посмотреть. - Старейшина, мои внутренние органы были травмированы первозданной энергией этого человека, мне больно. Нин Шу с трудом поднялась на ноги и с жалобным выражением посмотрела на старейшину. Старейшина дал ей пилюлю. - Неужели Радужная Секта пытается испортить отношения с Сектой Небесного Закона? Старейшина смотрел в сторону, поэтому не видел, как подошёл этот ученик. Шу Хуэйди спокойно подошла и с уважением поклонилась старейшине, прежде чем сказать: - Старший Дядюшка, Младший брат Се просто пошутил над учеником вашей почтенной секты. У него не было намерений атаковать его. - Лянюэ. Старейшина посмотрел на Нин Шу, так как это были дела младшего поколения. Было бы не очень подобающе, если бы старейшина слишком сильно вмешивался в них. Подошёл ученик из Секты Небесного Закона и сказал Нин Шу: - Вэй Лянюэ, оставь уже это дело, ладно? Это всё равно ерунда. - Старшая сестра Хуэйди уже объяснила ситуацию, - сказал ещё один ученик. Когда он говорил, он глянул в сторону Шу Хуэйди. Нин Шу: … - Большой извращенец, ты опять пытаешься вовлечь во всё Старшую сестру? Ведь явно же ничего не случилось, а ты создал из этого такую большую шумиху! Ты вообще мужик? Ничего не произошло, а ты вдруг начал кататься по земле! – злобно сказала Янь Цзяо. - Если я не мужик, значит ты – мужик? – Нин Шу закатила глаза, глядя на Янь Цзяо. – Сестричка, не будь ты такой глупой, а иначе даже не поймёшь, когда тебя кто-нибудь продаст. - Кого это ты тут называешь сестричкой? Кто твоя сестричка? Ещё раз назовёшь меня так, и я тебе рот вырву! – яростно сказала Янь Цзяо. Видите? Она даже не уловила основой сути. ---------- Торговля с Пылкими Парнями Нин Шу стиснула свою грудь и сказала: - Меня правда ранили. - Старший братец Се. Твой кисет-хранилище выглядит здорово. Может, отдашь мне его в качестве подарка? Нин Шу посмотрела на кисет-хранилище на поясе у Се Юя. Внутри, вероятно, было множество сокровищ. Се Юй был главным мужчиной, который везде находил сокровища. Се Юй прижал рукой свой кисет-хранилище и холодно посмотрел на бесстыдного и вульгарного человека перед собой. Он боролся с желанием просто убить этого отвратительного человека. - Вот, держи это. Это очень хорошие лечебные пилюли, - Шу Хуэйди швырнула Нин Шу бутылочку пилюль. – Этих пилюль хватит, чтобы вылечить твои травмы. Нин Шу поймала бутылочку, затем открыла её и понюхала содержимое. - Это очень хорошие пилюли. Спасибо, красотка. Взгляд Шу Хуэйди тут же стал крайне холодным. Её разозлил флиртующий тон Нин Шу и она заметила, что этот парень совсем не выглядел огорчённым, несмотря на то, что их помолвка была отменена. Он посмотрел на неё так, словно она была просто незнакомкой. Шу Хуэйди не имела ничего против того факта, что помолвка была отменена. Она была очень гордой женщиной. Она хотела разорвать узы с этим парнем, но она не хотела, чтобы это было так. Теперь все смотрели на неё очень странно и говорили, что её даже бросил богатенький бездельник из второго поколения. Шу Хуэйди всегда хотела быть самой лучшей, и ей было тяжело терпеть подобное унижение. - Младший брат, идём. Подземелье скоро откроется. Шу Хуэйди не хотела оставаться вблизи Вэя Лянюэ. Се Юй ответил "ага", а потом развернулся и ушёл. Однако он ещё оглянулся напоследок и посмотрел на Нин Шу сильным убийственным намерением. - Хмф… - Янь Цзяо упёрла руки в бока, холодно хмыкнула и сказала: - Большой извращенец, я с тобой ещё не закончила! Затем она закинула свои длинные хвостики назад и ушла. Старейшина повернулся к Нин Шу и по нему было видно, что он слегка раздражён. - А ты неплохо умеешь собирать людскую ненависть. В подземелье может случиться всё, что угодно, и эти ученики из Радужной Секты выглядят довольно сильными. Тебе стоит быть осторожным. - Ага. Как только она их увидит, она тут же запрыгнет на спину орла молниеносного ветра и улетит. У неё не было способности сражаться в открытом бою с главным мужчиной, поэтому она и не собиралась делать нечто столь глупое. - Вэй Лянюэ, я обменяю те пилюли, что ты держишь, на это духовное оружие. Пухлый Лю Циньян практически истекал слюной, глядя на бутылочку в руке Нин Шу. Остальные трое учеников тоже изъявили своё очень сильное желание поторговаться с Нин Шу. Они даже приготовились выхватить у неё эту бутылочку. Какого хуя? Не может же быть, что эти пилюли были каким-то сокровищем? Нин Шу тут же прижала бутылочку к себе и с тревогой спросила: - Ребята, вам чего всем от меня надо? - Это же вещь, которую тебе дала богиня Шу Хуэйди. Иметь такое при себе – это всё равно, что быть ближе к богине, - сказал Лю Циньян с влюблённым выражением лица. Нин Шу: Охуеть, какие пылкие парни. Нин Шу подозревала, что эти парни хотели себе эти пилюли, чтобы они могли на них подрочить. Нин Шу покачала головой. Эти мысли были слишком грязными. Она улыбнулась и сказала: - Я готов торговаться, но буду отдавать только по одной пилюле. Если мне не понравится то, что есть у вас, то я не будут меняться. - Ладно, - Лю Циньян достал из своего кисета-хранилища кинжал и протянул его Нин Шу. – Этот кинжал может резать железо, словно глину. Это очень удобно. Нин Шу взяла кинжал и выдала Лю Циньяну гладкую круглую пилюлю. - Эй, Вэй Лянюэ, я дам тебе вот это. Дай мне тоже пилюлю. Парень-ученик дал Нин Шу духовный фрукт. Нин Ну радостно приняла его и выдала ему пилюлю. Когда Шу Хуэйди увидела это, всё её тело задрожало от гнева. Этот Вэй Лянюэ был просто… Когда Шу Хуэйди увидела эти влюблённые лица парней-учеников, что получили пилюлю, она почувствовала отвращение и унижение от того факта, что они фантазируют о ней. К Нин Шу подошёл ученик и протянул ей первозданный кристалл со множеством примесей, а потом попросил пилюлю. Нин Шу подняла первозданный кристалл поближе к свету. - Да ты издеваешься надо мной! Ты хочешь обменять одну из пилюль богини на такой дрянной первозданный кристалл? Размечтался! - Нин Шу, Нин Шу, это камень первобытного хаоса! Скорее забирай его! Скорее забирай его, ааааах… - прозвучал в голове Нин Шу пугающий крик 2333. Выражение лица Нин Шу не изменилось, когда она швырнула ученику пилюлю. С глубоким презрением в голосе она сказала: - Раз ты выглядишь таким до жалости бедным, то этот юный мастер пожалеет тебя. Тот ученик взял пилюлю и внутренне рассмеялся над Нин Шу, думая о том, какой он идиот. ---------- Помогите! Она Пытается Меня Убить! Q-Q Нин Шу использовала те пилюли, что ей дала Шу Хуэйди, чтобы обменять их на множество вещей. Самым ценным определённо было то, что 2333 определил как камень первобытного хаоса. Похоже, что он был очень редкими, судя по его названию. Она уже однажды поглощала энергию первобытного хаоса в том странном месте. Возможно ли, что в этом камне первобытного хаоса тоже содержится та энергия? Нин Шу обернулась и увидела, что Шу Хуэйди смотрит на неё с холодом во взгляде, в то время как Се Юй смотрел на неё так, словно в его глазах она уже была мертва. Се Юй обратил внимание на вульгарное поведение Нин Шу, а потом посмотрел в сторону Шу Хуэйди и сказал: - Мы не должны оставлять этого человека в живых. Одно только его существование вредит репутации Старшей сестры. Он специально это делает, чтобы унизить тебя. Как только мы зайдём в подземелье, этот младший брат поможет тебе отомстить и проследит за тем, чтобы он никогда не смог покинуть этого подземелья. Под вуалью, губы Шу Хуэйди разомкнулись, но потом она закусила губу и промолчала. С самого начала Се Юй знал, что его Старшая сестра согласна с его планом. Этот парень был лишь богатеньким сыном-гедонистом. И если Се Юй сделает всё чисто, то никто ничего не заметит. Столь чистый человек, как его Старшая сестра не заслуживает того, чтобы люди смотрели на неё странно из-за такого мерзкого человека, как этот. - Эй! Большой извращенец, зачем ты обменял те пилюли, что тебе дала Старшая сестра?! – громко потребовала ответа Янь Цзяо. Нин Шу небрежно ответила: - Раз твоя старшая сестрица отдала их мне, то они мои. Конечно же я могу делать с ними всё, что захочу. - Но тебе не следовало раздавать эти пилюли тем парням прямо перед Старшей сестрой! – закричала Янь Цзяо. Нин Шу глянула на Янь Цзяо. - Малышка, что я тебе вообще сделал? Чего ты всё время достаёшь меня? Если бы я оставил себе то, что принадлежит твоей сестрице, то ты бы начала жаловаться, что у меня остались затаённые чувства к твоей старшей сестрице. Тебе никак не угодить! Чего ты хочешь, чтобы сделали люди? Помогли тебе умереть? - Ты… Янь Цзяо была так зла, что её лицо стало совершенно красным. Она достала хлыст и указала им на Нин Шу. - Эта великая тётушка поможет тебе умереть первому! Когда она это сказала, она замахнулась хлыстом на Нин Шу. Нин Шу быстро увернулась. Она с тоской посмотрела на хлыст в руках Янь Цзяо. Она тоже хотела хлестать людей. - Ты ещё посмел увернуться! А ну стой смирно, чтобы эта великая тётушка тебя отхлестала! Эта великая тётушка испортит всё твоё вонючее лицо! – как цундере закричала Янь Цзяо. Она была одета в голубой наряд для боевых искусств с вышивкой в виде облаков. С её волосами, собранными в простые хвостики, она выглядела особенно весёлой. Нин Шу пошла и спряталась за спину старейшины, после чего пожаловалась: - Старейшина, она хочет меня убить. Лицо старейшины потемнело. Он чувствовал себя изрядно смущённым. ---------- Можно Даже Позабыть и о Честности Янь Цзяо была так зла, что у неё перекосило лицо, когда она указала на Нин Шу и злобно закричала: - Ты вообще мужчина?! Ты даже посмел пожаловаться старейшине? У тебя вообще стыда нет? - И что с того, если у меня нет стыда? – с негодованием сказала Нин Шу. – Неужели ты имеешь право избивать людей? Это ты у нас тут бесстыжая! Ты обращаешься к насилию только потому, что не можешь победить на словах. Ты совсем бесстыжая! - Нет ты тут бесстыжий! Большой бесстыжий извращенец! – закричала в ответ Янь Цзяо. Айи, эта девушка была просто слишком милой. Она была бы ещё милее, если бы не угрожала людям хлыстом. Какой стыд, что подобная очаровательная маленькая сестричка плывёт на волнах гарема Се Юя. Каждый раз, когда Се Юй сталкивался с красоткой, он прибирал её себе, чтобы у него в коллекции были всевозможные красотки… романтичные, соблазнительные, чистые, величественные, безразличные, весёлые, и так далее. И все эти женщины любили его до потери пульса. Как только они сталкивались с ним, они начинали тянуться к нему. - Хватит уже, Янь Цзяо. Не нужно быть такой серьёзной с кем-то вроде него. Се Юй почувствовал себя немного неуютно, когда увидел, что Янь Цзяо спорит с Нин Шу. Поведение Янь Цзяо сразу же улучшилось, когда она повернулась к Се Юю. Когда она пошла с ним обратно, она обернулась и оскалила зубы в сторону Нин Шу, угрожая: - Ты у меня погоди ещё! Вот попадёшься мне в руки, и я обязательно сделаю так, что твоя жизнь будет хуже смерти. Нин Шу: Ах, как страшно. Силовое поле вокруг подземелья стало значительное слабее. Похоже, что оно вот-вот откроется. Нин Шу стала серьёзной и крепко схватилась за свой кисет духовного зверя. Если что-то произойдёт, то она тут же выпустит орла молниеносного ветра и сбежит. Не было ничего важнее жизни. Ради выживания можно даже позабыть и о честности. - Оно открыто. - Подземелье открылось! Вместе с этими восклицаниями, в силовом поле появилась большая дыра. Нин Шу была посреди толпы, поэтому её смело движением всей толпы, прежде чем она успела отреагировать. В её голове послышалось гудение, а потом она потеряла сознание. Вскоре после того, как она очнулась, она увидела, что Лю Циньян тоже очнулся и его начало тошнить. Как только сильное головокружение прошло, Лю Циньян наконец-то заметил, что рядом с ним находится Нин Шу. Он удивлённо спросил: - А почему ты в полном порядке, даже после того, как мы прошли через матрицу телепортации? - Конечно же я не в порядке. Меня тоже тошнило, но я проглотил всё обратно, - сказала Нин Шу и причмокнула губами. Лю Циньян: Ургх… Лю Циньяна снова начало тошнить. Нин Шу не обратила на него внимания и выпустила своего орла молниеносного ветра, готовясь улететь. - Эй, ты куда это собираешься? – когда Лю Циньян увидел орла молниеносного ветра, которого выпустила Нин Шу, в его взгляде мелькнул интерес. – Это подземелье опасно. Давай пойдём вместе, чтобы мы могли работать вместе, если столкнёмся с чем-нибудь опасным. Взгляд Лю Циньяна был полон интереса, когда он посмотрел на орла молниеносного ветра, а потом он спросил у Нин Шу: - Сколько человек может поднять твой орёл молниеносного ветра? - Одного. Нин Шу забралась на орла молниеносного ветра и взлетела в воздух. Когда Лю Циньян увидел, что Нин Шу улетает, его цвет лица тут же ухудшился и он поспешно закричал в сторону Нин Шу: - Ты всерьёз собираешься отправиться один, даже несмотря на то, насколько ты слаб? Давай пойдём вместе! Нин Шу не хотела оставаться с тем, у кого есть скрытые мотивы. Если она так сделает, то ей придётся ещё быть и настороже против тех людей, что путешествуют с ней. Орёл молниеносного ветра летел очень быстро и мгновенно исчез из поля зрения Лю Циньяна. Лю Циньян выругался. Он пожалел о том, что не сделал свой ход раньше. Он и не думал, что у такого мусора как Вэй Лянюэ будет орёл молниеносного ветра в качестве контрактного зверя. Нин Шу сидела на спине орла молниеносного ветра и смотрела вдаль. В этом месте были пустыни и леса. Со стороны горы, обильно покрытой лесами, были слышны крики зверей, а вдали было видно большое море. Она вполне ожидала увидеть такой пейзаж в обители культиватора, но всё равно была удивлена тем, насколько велико это место. Нин Шу заставила орла молниеносного ветра приземлиться, а потом убрала его. Пока она бродила по лесу, она собирала все духовные травы, которые только могла найти. Это подземелье было наполнено первозданной энергией. Каждый раз, когда она делала глубокий вдох, первозданная энергия наполняла её лёгкие и от этого она чувствовала себя полностью отдохнувшей. Если она сможет подчинить себе эту божественную обитель и культивировать в ней, то это будет потрясающе. Однако, вероятно, это будет очередная удачная находка для главного мужчины. И к ней это не будет иметь никакого отношения. Нин Шу раздавила несколько ягод и натёрла себя ими, чтобы создать запах, который ненавидит большинство духовных зверей. Она очень хотела себе эту божественную обитель, но, к сожалению, её уровень был слишком низок. Она никак не могла позволить себе соревноваться с главным мужчиной. Хааах. - Ну и с чего все говорят, что эта божественная обитель такая хорошая? Это же просто мусор. В голосе 2333 было полно презрения. Нин Шу спокойно ответила: - Ну уж прости меня за то, что я так мало видела этот мир и не могу определить что хорошо, а что плохо. А почему ты говоришь, что эта божественная обитель – просто мусор? Нин Шу разрывали очень сложные чувства, когда то, чего она так отчаянно желала, было оценено кем-то другим с таким презрением. ---------- Дай Мне Немного Мусора! - Почему бы тебе не рассказать мне, почему эта божественная обитель – мусор? Может, дашь мне немного мусора? Мусора вроде этой божественной обители? – сказала Нин Шу, чувствуя некоторое раздражение. Она ведь даже думала сражаться с главным мужчиной за этот мусор… Тьфу! Нет, это же божественная обитель. - Вероятно это не божественная обитель. Скорее всего – это какой-то мир. Очень и очень низкоуровневый мир. В нём ещё даже не развились свои собственные правила, поэтому он ещё не может самостоятельно зародить в себе какие-то уникальные формы жизни. В итоге его кто-нибудь подчинит себе и будет использовать как божественную обитель. То есть, по сути, он будет просто хранилищем, - спокойно ответил 2333. Он явно считал эту божественную обитель бесполезной. - У этого мира нет потенциала. Если он не сможет развить свои собственные управляющие законы, тогда он просто постепенно исчезнет. Так вот, значит, как? Это был ещё только развивающийся мир? - По сути, это ещё незрелый мир, который был слишком рано отрезан от того места, где миры взращиваются, - сказал 2333. - Место, где миры взращиваются? А есть и такое место? – с любопытством спросила Нин Шу. Она почувствовала, что открыла дверь в целый огромный новый мир знаний. 2333 продолжил немного раздражённым голосом: - Миры тоже умирают. Если мир не может поддерживать и восстанавливать свои собственные законы природы, тогда они разваливаются на части и исчезают естественным образом. Однако новые миры тоже рождаются. - Твоя работа состоит в том, чтобы чинить эти миры и предотвращать всякие события, которые приводят к разрушению этих миров. Всё же, в каждом мире содержится бесчисленное множество живых существ. Если мир рушится, тогда эти существа тоже исчезают. Нин Шу внезапно почувствовала, что её нынешняя работа достойна восхищения. Она могла расти, выполняя задания, и при этом помогать чинить миры. Ладно, ну а пока, как ей украсть этот мир у главного мужчины? Если эта штука окажется в руках главного мужчины, то главный мужчина станет всесильным. Если он столкнётся со сражением в котором не сможет победить, то он просто спрячется в божественной обители. Нин Шу достала карту, которую ей дал старик Вэй. На ней были отмечены места, где росли очень редкие растения, но все они охранялись яростными зверями. Нин Шу ни за что не смогла бы их победить, поэтому ей оставалось лишь мечтать о том, что она заполучит такие вещи. Повсюду были сплошные ограничения, если у тебя слишком слабые способности. Нин Шу чувствовала себя так, словно это задание будет трудно выполнить. - Старший брат Се, куда ты теперь направляешься? – прозвучал знакомый жизнерадостный голос, а потом перед Нин Шу появилась группа людей. Все они были учениками из Радужной Секты. Янь Цзяо была ошарашена на мгновение, а потом она зловеще расхохоталась. - Большой извращенец, ты обречён. Губы Се Юя изогнулись в холодной улыбке, когда он увидел Нин Шу. Он холодно сказал: - Тебе не стоило так унижать Старшую сестру. Нин Шу ничего не сказала и просто выпустила орла молниеносного ветра, чтобы сбежать. ---------- Мощь Божественного Зверя Се Юй был на мгновение ошарашен. Этот человек приготовился сбежать ещё до того, как он закончил говорить. Похоже, что этот мусор как минимум, знает насколько он слаб. Философией Се Юя всегда было разбираться с проблемой, выдёргивая её с корнем. Этот парень был слишком наивен, раз думал, что сможет сбежать только потому, что его духовный зверь умеет летать. Се Юй повернулся в сторону Янь Цзяо и Шу Хуэйди, чтобы сообщить им: - Вы двое подождите тут. Я скоро вернусь. - Старший брат Се, ты должен убить этого отвратительного извращенца, чтобы эта Старшая сестра больше не печалилась из-за него! Он слишком сильно унизил Старшую сестру, так что порви его на кусочки! – злобно сказала Янь Цзяо. Се Юй посмотрел в сторону Шу Хуэйди и искренне сказал: - Старшая сестра, не волнуйся, я обязательно убью этого человека. После этого Се Юй повернулся в сторону улетающей Нин Шу и позвал: - Сяо Хо. Из его кисета духовного зверя вылетел красный свет, после чего послышался отчётливый птичий крик. Птица с огненно-красными перьями радостно заворковала при виде Се Юя. - Ладно, Сяо Хо, давай поймаем убегающую мышь и покажем ему, что такое – мощь божественного зверя. Се Юй запрыгнул на спину Сяо Хо и погнался за Нин Шу. Пока Нин Шу убегала, она внезапно почувствовала что-то странное. Она ощутила страх, идущий через её связь с орлом молниеносного ветра и её орёл молниеносного ветра начал замедляться. Нин Шу оглянулась и обнаружила, что Се Юй стоит на спирее огненно-красной птицы. Он постепенно догонял её. Это что… феникс? Их скорость только увеличивалась. Было ясно, что та красная птица может лететь гораздо быстрее, чем орёл молниеносного ветра. Нин Шу начала немного паниковать. Если главный мужчина догонит её, то какие у неё будут шансы на выживание? - Лети в сторону моря, - скомандовала Нин Шу. Орёл молниеносного ветра очень хотел сбежать от той подавляющей ауры божественного зверя, поэтому, услышав слова Нин Шу, он тут же повернул в сторону моря. Когда Се Юй увидел, что пара впереди него ускоряется, он холодно ухмыльнулся. - Какая бесполезная последняя попытка. Сяо Хо, ускоряйся. Старшая сестра всё ещё ждёт нашего возвращения. Незачем зря тратить время. Феникс издал крик, затем взмахнул своими чудесными красными крыльями, чтобы ускорить свой полёт в сторону большой и глупой птицы перед ними. Нин Шу теперь паниковала по полной. Се Юй уже почти догнал их. - Хватит убегать. Даже если ты попытаешься, тебе не сбежать. Се Юй использовал первозданную энергию в своём теле и атаковал Нин Шу шаром энергии. Нин Шу тут же накрыло ощущением, что все её органы сместились со своих мест, а из уголков её рта потекла кровь. Если бы не та броня, которую ей дал старик Вэй, то она, вероятно, уже была бы мертва. Нин Шу постаралась не обращать внимания на боль в своём теле и сфокусировалась на том, чтобы дать орлу молниеносного ветра часть своей собственной первозданной энергии. С помощью Нин Шу, орёл молниеносного ветра в отчаянном порыве увеличил свою скорость и продолжил лететь в сторону моря. Когда Се Юй увидел, что его атака, похоже, не травмировала противника, на его лице появилось удивление. Он использовал восемьдесят процентов своей силы, поэтому он ожидал, что этого человека размажет в фарш, но с ним оказалось всё в порядке и он лишь закашлялся кровью. В его взгляде мелькнул обжигающий свет. Похоже, что у этого Вэя Лянюэ было при себе какое-то защитное сокровище. Выражение лица Се Юя стало немного серьёзнее. - Сяо Хо, ускоряйся. У этого парня явно есть какое-то сокровище. Феникс издал крик, а потом ускорился, чтобы догнать орла молниеносного ветра. Нин Шу уже добралась до моря. Она встала на спине орла молниеносного ветра и посмотрела на Се Юя, который величественно стоял на своём пылающем фениксе. Нин Шу выплюнула кровь изо рта, а потом мысленно скомандовала орлу молниеносного ветра вернуться в кисет духовного зверя. После этого её тело начало падать прямо в океан. Последовал всплеск воды и она исчезла. Выражение лица Се Юя стало серьёзным, когда он с лёгким удивлением уставился на волны. Он думал, что этот человек – просто богатенький бездельник, но оказалось, что у него достаточно смелости, чтобы прыгнуть прямо в море. Он без колебаний решил прыгнуть в воду, вместо того, чтобы попасть в его руки. Внезапно Се Юй почувствовал лёгкое опасение. Ведь этот человек явно знал, что в океане водятся всевозможные духовные звери, но всё равно прыгнул в него. Если бы Се Юй был на его месте, то он решил бы сразиться, вместо того, чтобы прыгнуть в море. Вот только Се Юй забыл одну вещь, что Нин Шу была полнейшим нубом в культивации и у неё вообще не было никакой боевой силы. Се Юй начал жалеть о том, что не убил этого парня раньше. Он хотел заполучить себе его защитное снаряжение, поэтому хотел убить так, чтобы не повредить это снаряжение. Однако эти его колебания и позволили Вэю Лянюэ с бежать. ---------- Тем Временем, Нин Шу была… После того, как Нин Шу прыгнула в море, Се Юй не стал сразу же улетать и подождал у поверхности. Он долго ждал, но тот, кто прыгнул в море, так и не вынырнул. Се Юй подумал над вариантами, а потом решил тоже прыгнуть в море. В прошлом, он смотрел на Вэя Лянюэ свысока, но Вэй Лянюэ показал удивительную решительность в подобной ситуации. Он был упрям и умён. Он наверняка станет грозным врагом. Как только Се Юй спрыгнул в море, он почувствовал, как холодная океаническая вода промораживает его до костей. Словно он купался во льду. Даже несмотря на то, что он использовал свою первозданную энергию для согрева тела, он не мог избавиться от холода. Почему этот океан был таким холодным? Казалось, словно он замораживал первозданную энергию в его теле. Се Юй осмотрелся по сторонам, но не обнаружил и следа Вэя Лянюэ. Се Юй обнаружил, что ему трудно бороться с холодом, несмотря на его уровень культивации, а значит Вэй Лянюэ, у которого уровень культивации был значительно ниже, наверняка уже замёрз насмерть. Се Юй вынырнул из воды и забрался обратно на феникса. Он осмотрел поверхность воды и нахмурил брови. Когда он никого не увидел, он наконец-то улетел. Однако вскоре он вернулся снова. Но всё ещё не увидел никаких следов Вэя Лянюэ. Неужели он действительно умер? Вот так просто взял и исчез? Се Юй пробыл тут ещё немного, после чего окончательно улетел. Тем временем, человек, о котором беспокоился Се Юй, Нин Шу, попалась во что-то и совсем не могла пошевелиться. То, что обернулось вокруг неё, было похоже на кельп*, но ещё было похоже на щупальце осьминога. Нин Шу попыталась разрезать кинжалом то, что обернулось вокруг её лодыжки, но, когда ткнула в него, то почувствовала, словно пытается разрезать железо. Отдача была такой сильной, что у Нин Шу онемела рука. К тому же, океан был просто ледяным. Нин Шу чувствовала, что её тело немеет от этого холода. Если бы не энергия от её Непревзойдённых Боевых Искусств, то она бы уже замёрзла насмерть. Энергия, которую она получила от культивации в этом мире культивации, никак не могла отогнать этот холод. Охренеть, да что же это такое?! Эта штука просто держалась за неё и ничего не делала. Она не ела её и не делала ничего другого. А поскольку вокруг была непроглядная тьма, то Нин Шу тоже ничего не видела. Звездец! Если она скоро не выберется, то задохнётся! Нин Шу больше не могла ковыряться с той штукой, что обернулась вокруг её ноги и поплыла вверх, чтобы вдохнуть воздуха, потому что от этого зависела её жизнь. Она пробыла под поверхностью моря очень долгое время. Как только она всплыла на поверхность, та штука, что была у неё на ноге, дёрнула её обратно. Нин Шу успела сделать только один глоток воздуха. К тому же, из-за той атаки Се Юя у неё были повреждены внутренние органы, поэтому, пока она отмокала в этой ледяной воде, она чувствовала себя на грани смерти. Если она не примет лекарство, то эти раны всерьёз могут её убить. Се Юй, как только эта мадам выберется отсюда, эта мадам непременно будет преследовать тебя до скончания этого мира, чтобы убить тебя и ты мог ощутить на себе, каково это – сбегать, спасая свою жизнь! Нин Шу выпустила орла молниеносного ветра. Когда орёл молниеносного ветра обнаружил, что он в море, он был ошарашен. Нин Шу схватилась за лапу орла молниеносного ветра и скомандовала ему выбраться из воды. Орёл молниеносного ветра оказался таким медленным в воде, что Нин Шу лишилась дара речи. Да как ты смеешь называть себя потомком легендарного дапэна? Дапэн же должен быть непревзойдённым как в небе, так и воде, но этот орёл молниеносного ветра явно и близко не был на это способен. Орёл молниеносного ветра полетел вверх, словно от этого зависела его жизнь, но кельп продолжал тянуть Нин Шу вниз. Две противоположные силы практически разрывали её на части. Да что за хрень! Какой же жалкой бывает жизнь, когда у тебя нет никаких способностей. Внезапно, Нин Шу почувствовала, что сила, тянущая её за ногу, ослабла. А раз их больше никто не тянул вниз, орёл молниеносного ветра тут же вырвался на поверхность моря и мгновенно взлетел в небо. У Нин Шу закружилась голова, когда она глянула вниз. На этой высоте был сильный ветер и он даже оставлял глубокие порезы на её коже. Но Нин Шу больше беспокоил тот факт, что кельп всё ещё был обернут вокруг её ноги. Эту проклятую штуку вытащили из моря. - Опускайся, опускайся! – скомандовала Нин Шу. Орёл молниеносного ветра осторожно увернулся от клинков ветра и приземлился на берег. Как только её ноги коснулись земли, она достала лечебную пилюлю из своего кисета-хранилища. Когда она увидела, что орёл молниеносного ветра был серьёзно ранен клинками ветра, она поспешно запихала пилюлю в пасть орла молниеносного ветра, а потом скормила ему несколько первозданных кристаллов. Так или иначе, орёл молниеносного ветра был единственным её помощником. И было очень важно иметь помощника, который в состоянии помогать. Как же удачно, что она создала контракт с духовным зверем, прежде чем входить в подземелье, а иначе Се Юй её бы уже убил. Та штука, что была у неё на ноге, начала тянуть её в сторону океана. Нин Шу взглянула на неё и обнаружила, что это действительно просто кельп; у неё даже были корни. Однако всё тело этого кельпа было чёрным и выглядело оно прочнее стали. К тому же, похоже, что у него было собственное сознание, и он тащил Нин Шу в сторону моря с невероятной силой. Нин Шу: … Охренеть, это что, духовный кельп?! ______________________________________________________________________ * Кельп, ламинария, морская капуста – съедобный вид водорослей. ---------- Контракт с Куском Кельпа Нин Шу попросила орла молниеносного ветра попытаться оторвать кельпа при помощи своей лапы. Орёл молниеносного ветра поцарапал кельпа своими острыми когтями и от этого соприкосновения возникли небольшие искры. Судя по всему, снять его не получится. Охрень, что же ей так не везёт-то! Кельп протянул свой лист, чтобы схватить ещё и орла молниеносного ветра, но орёл молниеносного ветра тут же увернулся и взлетел в воздух. Нин Шу крепко обхватила дерево, чтобы не дать этой штуке утащить её в море. Охренеть, у неё было такое чувство, что ей сейчас ногу оторвут. Да что же это такое? Неужели она не сможет избавиться от этого кельпа? Если бы это действительно был кельп, то она бы сделала из неё прекрасный острый салат с кельпом, но проблема в том, что она никогда не видела столь прочный кельп. Раз у неё не было никаких других вариантов, она решила попробовать, сможет ли она заключить контракт с этой штукой. В её сознании появились две маленькие белые точки. Как и ожидалось, это возможно. Нин Шу втиснула своё сознание в маленький белый шар. Кельп осталась очень тупым и вялым. Он не знал, как сопротивляться и всё продолжал пытаться утащить Нин Шу в сторону моря. Как только Нин Шу успешно оставила печать своего сознания в сознании кельпа, она обнаружила, что у этой штуки вообще нет никаких мыслей или эмоций. Его разум был совершенно пустым и белым местом. Единственное ощущение, которое передавалось Нин Шу – это то, что кельп хочет добраться до океана. Похоже, что он не мог покинуть моря. Нин Шу посочувствовала кельпу, а потом сказала ему отпустить её. Однако кельп не понял, что Нин Шу имела в виду, и продолжил тащить её в сторону моря, словно от этого зависела его жизнь. Нин Шу: … Охренеть, как же им общаться?! Всё, что могла делать Нин Шу – это повторять свою попытку и говорить кельпу, чтобы он её отпустил. Однако кельп продолжал тащить её в сторону океана. Нин Шу могла лишь вздохнуть и позволить ему утащить себя в море. Кельп, похоже, почувствовал себя лучше, когда оказался в море и начал плавать вокруг Нин Шу, словно заинтересовавшись ею. Пока Нин Шу болталась по поверхности моря, она настойчиво повторяла кельпу, что у неё добрые намерения и просила отпустить её ногу. Кельп наконец-то поняла, что имеет в виду Нин Шу и отпустила её ногу. Но после этого он крепко обернулся вокруг всего тела и резко потянул её в глубины океана. Да ёб твою налево, кто-нибудь, спасите меняяяяя… Столкнувшись с таким тупым духовным зверем, Нин Шу встревожилась до боли в яйцах. Когда орёл молниеносного ветра увидел эту ситуацию, он резко закричал и поспешно полетел в сторону моря. Нин Шу снова утащили на дно. Кельп крепко обмотался вокруг Нин Шу. Похоже, что она к ней очень привязался. Нин Шу: … Помогите, мне нужно дышать. #комментарий анлейта: "Нин Шу встревожилась до боли в яйцах." Мысль переводчицы во время редактирования: а ведь в этот раз у неё действительно есть яйца. ｡ﾟ(TヮT)ﾟ｡ ---------- Наблюдая За Тем, Как Хозяин Изображает Поплавок Кельп-сама снова утащил Нин Шу на дно моря. Нин Шу почувствовала величайшее сожаление во всей этой жизни от того, что сделала кельпа своим духовным питомцем. Так как он не думал, то с ним было очень трудно общаться. Нин Шу вынуждена была присесть рядом с Кельпом-самой, словно она была соседним стеблем кельпа. Она протянула руки и стала ощупывать дно. Должно быть, под ними был коралл, так как на ощупь он был твёрдым и неровным. Она продолжила попытки общения с Кельпом-сама, но Кельп-сама отвечал лишь простыми эмоциями и просто не понимал, что ей говорит Нин Шу. Задержав своё дыхание так надолго, она попросила Кельпа-саму поднять её, чтобы она могла вдохнуть. Если у неё не будет воздуха, то она умрёт. Ей пришлось повторить это Кельпу-саме множество раз, пока тот, наконец-то, не поднял её на поверхность моря. А как только Нин Шу сделала вдох, кельп снова утащила её вниз. Спустя некоторое время, он снова подняла её на поверхность, а через секунду опять утащил вниз. Спустя ещё некоторое время, он снова подняла её. И это повторялось множество раз. Орёл молниеносного ветра лишь стоял на берегу и наблюдал за тем, как голова его хозяина всплывает и снова погружается в воду. Нин Шу: Охренительно утомительно. Она даже не знала, что сказать. После того, как её некоторое время вот так пытали, Нин Шу обнаружила, что она привыкла к пробирающей до костей прохладе моря и больше уже не чувствует холода. Вероятно, её ощущения совершенно онемели из-за этого холода. Пока Нин Шу стояла рядом с Кельпом-самой, она почувствовала, что в этом океане много первозданной энергии, поэтому её тело постепенно становилось сильнее. За всё это время она более-менее ознакомилась с ситуацией под водой. Кельп-сама был единственным духовным зверем в этом месте. Иногда она нащупывала кости на дне. Вероятно, это были останки тех духовных зверей, к которым прицеплялся кельп. Нин Шу не знала, как кельпу удалось эволюционировать до такого состояния из простого растения. Это было просто невероятно. Нин Шу пыталась общаться с Кельпом-самой, но сознание кельпа оставалось пустым. Вот серьёзно, почему она всё время сталкивается со всякими наивными дурачками? Ладно, когда ей приходилось иметь дело с зомби, но теперь это вообще был кельп! Таким темпом, страшно представить, что ей ещё попадётся в будущем? Кельп заставлял Нин Шу приседать рядом с ней. А кроме этого он ничего больше не требовал. Когда Нин Шу пыталась уйти, кельп крепче сжимал свою хватку, чтобы Нин Шу не могла пошевелиться. Охренеть, она что, умрёт от старости в этом мире? Умереть из-за кельп – это, пожалуй, самый жалкий способ умереть. У Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как медленно тренироваться. Она обнаружила, что тренировка на дне моря происходила даже быстрее, чем когда она тренировалась на земле. Это было небольшим утешением в этой жалкой ситуации. Кельп не понимал никаких слов, и в ответ Нин Шу получала лишь вялое замешательство. У Нин Шу очень устали руки. Когда ты слаб, твоя жизнь просто печальна. - Система 2333-сама, прошу, помоги! Нин Шу впервые попросила 2333 о помощи. В её голове послышались электрические помехи, которые длились довольно долго, но 2333 ничего не говорил. Нин Шу показалось, что материнская плата этого парня, вероятно, поджарилась. - Что такое? – спросил 2333, а потом воскликнул: - У тебя под задницей так много духовной эссенции! Нин Шу поспешно начала ощупывать дно. - Где? Где?! А потом она нашла нечто похожее на камень. - Это духовная эссенция? - Ого, она даже кристаллизовалась! Это хорошая штука, очень хорошая штука, - поспешно сказал 2333. – А внизу есть даже сжиженная духовная эссенция. Нин Шу снова начала ощупывать всё вокруг и обнаружила то, что имел в виду 2333. Эта штука была тяжёлой и на ощупь была словно желатиновое желе в воде. Даже несмотря на то, что её окружала вода, она не растворялась. Она наконец-то поняла, как кельп смогл вырасти таким сильным. Это всё потому, что он питался духовной эссенцией, поэтому у него появилась только сила, но не мозги. - Скорее, это всё хороший источник энергии! Давай мне скорее! 2333 наконец-то нашёл тот источник энергии, который ему нравится. Нин Шу дала кристаллы духовной эссенции 2333, а потом отломила кусок желатиновой духовной эссенции и засунула её себе в рот. Бесконечное количество духовной энергии тут же взорвалось в её теле. Она чувствовала себя так, словно её вот-вот разорвёт на части. - Ты что, пытаешься покончить жизнь самоубийством? Такое нельзя просто так есть! – сказал 2333. – В одной только капле духовной эссенции содержится огромное количество духовной энергии. Нин Шу почувствовала, что духовная тела собирается вырваться из её тела. Кровь сочилась из её пор. Кельп, похоже, почувствовал, что с Нин Шу творится что-то неладное и вытащил её на поверхность моря. ---------- Возвращение Непревзойденных Боевых Искусств! Когда Нин Шу уже подумала, что её тело вот-вот взорвётся, дракон, сформированный Непревзойдёнными Боевыми Искусствами, начал быстро поглощать духовную энергию. Дракон становился всё больше и словно готовился заполнить весь её даньтянь. Однако когда он продолжил поглощать энергию, его тело постепенно стало меньше, пока не сконденсировалось в небольшого золотого дракона. Он плавал в её даньтяне, словно настоящий дракон. Вся духовная энергия из духовной эссенции была поглощена, и не осталось ни капли. Нин Шу была ошарашена. Она никогда не думала, что эта сила настолько сильна. Она заполучила себе Непревзойдённые Боевые Искусства, когда проводила контратаку за принцессу. Она заполучила их в низкоуровневом мире и у них было такое нелепое название. Она использовала их только потому, что у неё не было ничего лучше. Она и не ожидала, что Непревзойдённые Боевые Искусства действительно настолько сильные. Это было за пределами её ожиданий. Но этого стоило ожидать, самые простые и низкоуровневые вещи всё равно могут быть невероятно мощными, если достаточно хорошо их натренировать. Способ культивации Вэя Лянюэ должен был быть лучше, чем Непревзойдённые Боевые Искусства, но, в итоге, как раз энергия этих Непревзойдённых Боевых Искусств и спасла ей жизнь. Орёл молниеносного ветра начал кружиться над головой Нин Шу и обеспокоенно кричать. Если Нин Шу умрёт, то и он тоже умрёт. Нин Шу почувствовала, словно всё её тело наполнилось энергией. Даже несмотря на то, что кельп тянул её, Нин Шу смогла спокойно выбраться на берег. Кельп-сама всё ещё хотел утащить Нин Шу на дно моря, но в этот раз Нин Шу уже смогла легко избавиться от кельпа. Теперь она могла дать отпор. Ха-ха-ха! Из сознания Кельпа-самы пришла эмоция, полная обиды. Нин Шу позволила ей мокнуть в воде, а потом достала кусочек кристалла духовной эссенции и поскребла немного. Получившийся порошок она положила в пасть орла молниеносного ветра. Орёл молниеносного ветра тут же задрал голову к небу и закричал, после этого начал неконтролируемо дрожать. Перья на его теле начали быстро опадать, и вскоре он стал большой и ощипанной курицей. Он выглядел гораздо более тощим, по сравнению с прежним собой. Нин Шу была в шоке. Это ещё что за херня? Почему у него все перья выпали? Когда Нин Шу подумала о том, что ей придётся потом летать на нём в таком виде, то она очень огорчилась. Однако, вскоре, на орле молниеносного ветра начали отрастать новые перья. Цвет этих новых перьев был темнее чем прежде, и их крепость брони стала выше. Орёл молниеносного ветра потёрся головой о Нин Шу, выражая свою радость, но Нин Шу тут же оттолкнула его голову. Он хотел вести себя милым и избалованным с такой зловещей мордой и острым клювом? Уйди от меня нахрен! Из-за Кельпа-самы Нин Шу теперь немного побаивалась духовных питомцев, которые ведут себя с такой привязанностью. - Система 2333-сама, раз уж ты забрала у кельпа так много духовной эссенции, может, дашь кельпу немного интеллекта, а то я уже выдохлась, - сказала Нин Шу. #комментарий анлейта: Итак… Хее-хее XD. Продолжайте читать дальше и узнаете, что я имею в виду. ---------- Дай Нам Всем Немного Интеллекта Нин Шу посмотрела на кельп, который колыхался в океане. Такой невинный маленький дурачок. Он умеет заставить людей чувствовать себя беспомощными. Должно быть был какой-то ореол, который можно было дать этому парню, чтобы у него появился хоть какой-то интеллект. Когда Нин Шу попросила 2333 о помощи, 2333 тут же затих. Нин Шу раздражёно сказала: - Ты забрал у него так много, ведь правильно же будет дать ему что-нибудь взамен, верно? Тот факт, что кельп вырос тут, тоже было удачным совпадением. - Нечто подобное можно купить, но ты всё ещё не можешь открыть системный рынок, поэтому торговать не можешь, - сказал 2333 и вздохнул. Нин Шу: … Охренеть, она обязательно должна поспешить и открыть уже этот проклятый системный рынок. - Есть низкоуровневые пилюли интеллекта. Я могу использовать дыру в системе, чтобы обменять для тебя немного. Хочешь? Но, в обмен на них, я заберу эту духовную эссенцию, - слабо сказал 2333. – А то я скоро крашнусь от недостатка энергии. Блять, какой безжалостный крохобор! Нин Шу небрежно махнула рукой. - Делай уже обмен. - Ладно, дорогой покупатель, пожалуйста, подождите немного! 2333 прозвучал очень воодушевлённо. Нин Шу почувствовала, словно её снова обдурили. Спустя некоторое время, в руке Нин Шу появились пять круглых пилюль, которые светились радужным светом. У них был очень освежающий и душистый аромат. Понюхав их, она почувствовала себя так, словно она поняла всё, чего не понимала раньше. Так вот какими были пилюли интеллекта? Нин Шу планировала скормить их кельпу, но потом обнаружила, что у него нет рта. И как ей тогда скормить их ему? Кельп, похоже, почувствовал, что эта штука будет ему полезна, так как возле его корня внезапно открылось нечто, похожее на рот и он повернулся к Нин Шу, чтобы она его накормила. Нин Шу почувствовала, словно её мировоззрению снова был брошен вызов. Охренеть у кельпов есть рты?! Она бросила в его рот три пилюли интеллекта. Кельп был крайне рад этому и его листья самодовольно задрожали. Нин Шу задумалась, а потом решила разорвать их духовный контракт. Кельпу нужно было жить в океане, а если она оставит его у себя, то ей от этого не будет никакой выгоды. Она тут же почувствовала, что у неё больше нет связи с сознанием кельпа. Кельп был немного ошарашен. Похоже, что он не до конца понимал то, что произошло. Нин Шу забралась на спину орла молниеносного ветра и покинула это место. Она запихнула одну пилюлю интеллекта в рот орла молниеносного ветра, а ещё одну съела сама. Как только пилюля оказалась у неё во рту, она трансформировалась в тёплый поток, но других ощущений не возникло. Нин Шу причмокнула губами. И это всё? - О моё ПО, ты действительно съела пилюлю интеллекта? – в шоке воскликнул 2333. – Подобные пилюли интеллекта предназначены для животных! Ни один человек их ещё прежде не ел! Нин Шу: Блять… - А у меня будут от этого какие-то побочные эффекты? Нин Шу почувствовала, словно она разваливается на части от стыда и прикрыла лицо руками. Это определённо была самая худшая чёрная история в мире. Спустя мгновение тишины 2333 сказал: - Ни один человек их ещё прежде не ел, поэтому нет никаких записей о побочных эффектах. Если возникнут какие-нибудь побочные эффекты, обязательно расскажи мне, чтобы я смог записать отчёт! Нин Шу: Я хочу умереть. #комментарий анлейта: Всё в порядке Нин Шу, ты всё равно частично зверь. Кто бы мог подумать, что та мирная, нежная и хрупкая юная девушка, которая была представлена в первой главе, станет вот такой? ---------- Возвращение Крушительницы Черепов Нин Шу! Вот что происходит, когда ты неопытен. И что ещё более-более-более важно, когда с тобой ненадёжная система. Скорость орла молниеносного ветра значительно увеличилась и он улетел от океана всего за несколько мгновений. Нин Шу похлопала его по крылу, чтобы он приземлился. Она прошлась некоторое время, но никого не встретила. Когда она находила духовные травы и ещё более ценные природные ресурсы, она старательно их собирала, даже если рядом был охраняющий их зверь, так как она хотела проверить свою силу. А потом она нашла обширную систему лоз, на которых росли духовные фрукты, но их охранял яростный медведь-берсерк. Когда Нин Шу взглянула на огромного медведя, она почувствовала, как её уверенность исчезает. Однако она всё равно использовала свою энергию и атаковала медведя-берсерка своим мечом. Медведь-берсерк был в ярости и поднял свою огромную лапу, чтобы расплющить Нин Шу. Однако клинок Нин Шу пронзил лапу медведя насквозь. Вот только, вероятно, это было не из-за духовного оружия. Нин Шу попробовала сжать кулак. Он ощущался так, словно всё ещё тело было наполнено энергией. Она подпрыгнула, сжала кулак покрепче и ударила им по голове медведя-берсерка. Голова медведя-берсерка тут же взорвалась, словно раздавленный арбуз, а вонючая кровь, вперемешку с серой мозговой массой, забрызгала всё лицо Нин Шу. Нин Шу была ошарашена. Да она теперь была Гераклом! Её сила стала потрясающе огромной! Она очнулась от шока только когда медведь-берсерк упал на землю с громким стуком. Это было хорошо. Она могла защищаться и противостоять главному лидеру только если у неё есть высокая боевая сила. Орёл молниеносного ветра старательно трудился и помогал Нин Шу собирать духовные фрукты. После этого он послушно протянул их ей. Нин Шу взяла духовные фрукты и положила их в свой кисет-хранилище. Она не знала, сколько времени прошло с момента открытия подземелья. Она немного беспокоилась о том, что окажется запертой в этом подземелье. Нин Шу прошлась ещё немного, но всё равно ни с кем не встретилась, поэтому она поймала двух железнозубых кроликов и поджарила их на ужин. Орёл молниеносного ветра стоял неподалёку и внимательно смотрел по сторонам на случай каких-либо признаков опасности. Нин Шу почувствовала, что орёл молниеносного ветра стал гораздо более разумным после того, как съел пилюлю интеллекта. К тому же, раз сила Нин Шу увеличилась, орёл молниеносного ветра теперь в полной мере принял её как своего хозяина. Эмоции орла молниеносного ветра передавались Нин Шу и она чувствовала, что он благодарен ей и уважает её. Когда всплыла тема про пилюлю интеллекта, болезненная неловкость Нин Шу снова воспалилась. Это было просто слишком унизительно. После того, как Нин Шу съела одного почти безвкусного железнозубого кролика, она начала ковыряться в зубах. Как и ожидалось от духовного зверя, его мясо было очень жёстким. Второго кролика Нин Шу подкинула орлу молниеносного ветра. Внезапно она услышала звуки поспешных шагов. Это означало, что в божественной обители всё ещё есть люди и что силовое поле ещё не закрылось. Орёл молниеносного ветра сомкнул свой клюв на жареном кролике, а потом поднял голову и тот одним глотком провалился ему в глотку. Нин Шу невольно тоже вытянула свою шею таким же образом и тяжело сглотнула. Разве его не беспокоят проблемы с пищеварением, раз он так заглатывает еду? Вскоре к Нин Шу выбежали четверо человек, которые выглядели очень измождёнными. На их лица была паника, словно за ними гналось нечто ужасное. Однако эти четверо оказались ей знакомы. Это были ученики Секты Небесного Закона. Раньше их точно было шестеро, но теперь их осталось только четверо. Остались лишь двое парней и двое девушек. Вероятно это было потому, что они чаще сталкивались с опасностями, чем с удачей. Когда Лю Циньян увидел Нин Шу, он рефлекторно воскликнул: - Ты всё ещё жив?! Лю Циньян был искренне шокирован. Это подземелье было крайне опасным. Тут не только было множество духовных зверей, но приходилось также опасаться и атак других людей. Вот почему Лю Циньян дважды присмотрелся, когда увидел Нин Шу. Кто-то с такими дрянными способностями вообще смог выжить? Когда остальные три ученика увидели Нин Шу, на их лицах появилось разочарование. Они думали, что тут будет кто-то сильный, но это оказался печально известный мусор из их секты. - Кто за вами гонится, ребята? – спросила Нин Шу. Лю Циньян посмотрел на орла молниеносного ветра, который, казалось, стал больше, чем раньше, и его взгляд просветлел. Когда он услышал вопрос Нин Шу, он поспешно сказал: - Младший брат, за нами гонятся железноспинные волки. Твой орёл молниеносного ветра сможет вытащить нас отсюда? ---------- Железноспинные Волки Лю Циньян хотел сбежать на орле молниеносного ветра Нин Шу. Двух других учеников из Секты Небесного Закона уже забили насмерть железноспинные волки. - Младший брат Вэй, давай улетим вместе. Волки вот-вот уже догонят нас, - сказал Лю Циньян поторапливая её. Остальные три ученика окружили Нин Шу и орла молниеносного ветра. Выражение лица Нин Шу потемнело и она холодно заявила: - Это ещё что такое? Вы хотите украсть орла молниеносного ветра этого папки? Лю Циньян криво ухмыльнулся. - Не пойми нас неправильно, Младший брат Вэй. Просто мы столкнулись с опасностью и хотим ненадолго одолжить твоего духовного питомца. Давай улетим вместе. Лю Циньян считал Вэя Лянюэ мусором, который не приносит секте никакой пользы, поэтому для них было лучше, если он поможет им выжить. Так это будет считаться, словно Вэй Лянюэ немного помог секте и принёс пользу. Они зашли уже слишком далеко! Нин Шу сжала кулак и холодно сказала: - Не забывайте, что этот орёл молниеносного ветра – это папкин питомец. Вы хотите украсть то, что принадлежит этому папке? Да этот папка первым вас уничтожит! Лю Циньян был так зол от наглого тона Нин Шу, что у него лицо посерело. Девушка-ученица сказала: - Вэй Лянюэ, неужели у тебя нет никакого чувства преданности к нашей секте?! Мы же все – ученики Секты Небесного Закона, мы должны помогать друг другу. Что такого ужасного в том, чтобы одолжить нам твоего орла молниеносного ветра? Как только девушка-ученица сказала это, послышалось рычание волков. Сразу же после этого из зарослей выпрыгнуло множество волков и они тут же окружили их. Спины у железноспинных волков сильно торчали и выделялись. А когда они рычали, их слюна капала на землю и разъедала почву, создавая ужасную вонь. Железноспинные волки начали медленно подходить и плотнее окружать их. Глаза железноспинных волков были полны ненависти, когда они смотрели на учеников Секты Небесного Закона. Их слюна продолжала капать из пастей, создавая такую вонь, что Нин Шу чуть не задохнулась. Девушки-ученицы побледнели от страха, а одна из них чуть не споткнулась и не упала на землю. Другая уже была готова расплакаться и закричала на Нин Шу. - Если бы ты одолжил нам орла молниеносного ветра, тогда этого бы не случилось! Я не хочу умирать! Нин Шу закатила глаза. Даже если отложить тот вопрос, смог бы орёл молниеносного ветра поднять их всех, эти ученики явно не собирались брать её с собой. Возможно даже они собирались убить её, как только им представится шанс. И подобное праведное поведение девушки было просто нелепым. Они явно издевались над ней, потому что считали её слабаком. Волки обычно затаивают злобу. И эти ученики явно чем-то оскорбили волков, или забрали у них что-то ценное. А иначе эти волки не были бы так упёрты в своём желании убить их. - Что вы у них забрали, ребята? – спросила Нин Шу у Лю Циняьна. Лю Циньян ответил: - Это были какие-то духовные фрукты. Мы их уже съели. - Так вам и надо, - сказала Нин Шу, пожимая плечами. ---------- Какие Замечательные Руки Лю Циньян гневно посмотрел на Нин Шу, а потом достал своё духовное оружие, чтобы начать отбиваться от железноспинных волков. Остальные начали оглядываться по сторонам, чтобы найти слабое место, где они могли бы вырваться из окружения. Никто не обращал никакого внимания на Нин Шу. Было ясно, что если они успешно смогут вырваться, то они не вернутся за Нин Шу. Тц, тц. А ведь они совсем недавно устраивали ей лекцию о преданности секте. У них самих явно нет никакого чувства преданности секте. Все культиваторы были исключительно эгоистичны. Ради следования по пути получения самой подавляющей силы, ради культивации, ради достижения своих целей, они становились очень безразличными к остальным и очень эгоистичными. Даже если этим людям и удастся стать божествами, что же у них будет на самом деле? Нин Шу приказала орлу молниеносного ветра вступить в бой. Орёл молниеносного ветра воспарил в небо, а потом резко бросился вниз и перекусил железноспинного волка своим острым клювом. Железноспинный волк тут же умер от перелома позвоночника. Нин Шу сделала глубокий вдох, потом сжала кулак и ударила им волка, который набросился на неё. Её удар пришёлся по голове волка и та тут же взорвалась. Даже его тело разлетелось на куски. Нин Шу сразу почувствовала сильное воодушевление. Её сила очень серьёзно увеличилась. А это означало, что ей не нужно было использовать какие-то сложные вычурные движения, и она могла просто бить голыми руками, чтобы наносить серьёзные травмы тем зверям, у которых не было крепкой брони. Чтобы проверить свою силу ещё, она ударила очередного железноспинного волка. Волк безжизненно рухнул на землю. Все кости в его теле были раздроблены. Когда Нин Шу сжала кулаки, ей очень захотелось запрокинуть голову и зарычать в небо. Чувство, когда тебя переполняет сила – это просто прекрасно! Ей не нужно было больше беспокоиться о том, что Се Юй её убьёт. Может даже она сможет бросить ему вызов и убить его! Лю Циньян краем глаза увидел то, что сделала Нин Шу, и был так ошарашен, что у него отвалилась челюсть. Это же был мусор, который только и знал как заигрывать с девушками и полагаться на защиту своего отца? Он же убил волка одним ударом! Лю Циньян невольно задумался, не снится ли ему это. Хоть ему и было довольно легко убить этих волков, но даже слона можно одолеть, если собрать достаточно муравьёв. Он был немного ошеломлён этим количеством железноспинных волков. Однако этот мусор так спокойно разбирался с этими волками. Причина, почему железноспинные волки так назывались, была в том, что у них была очень крепкая броня. Конечно же, у всех духовных зверей в этом подземелье была крепкая броня. Даже у железнозубых кроликов была очень крепкая броня. Но теперь один из этих видов был убит одним ударом кулака. Этот простой и грубый метод потряс мировоззрение Лю Циньяна. Какого хуя этот парень считается мусором? Если он способен на такое, то кто же тогда они?! Остальные ученики тоже заметили, что делает Нин Шу и их челюсти чуть не отвалились. Почему он так легко убивает этих волков? Они все тут же, не сговариваясь, собрались вблизи Нин Шу, чтобы отгонять волков с её помощью. Нин Шу и орёл молниеносного ветра быстро смогли сделать это место полным трупов железноспинных волков. Остальные железноспинные волки покорно опустили морды, заскулили в сторону Нин Шу и начали отступать. Наконец, они развернулись и побежали, поджав хвосты. Все с облегчением вздохнули, когда увидели, что железноспинные волки ушли. А потом они повернулись и посмотрели в сторону Нин Шу с противоречивыми выражениями на лицах. Нин Шу небрежно сорвала пучок травы, чтобы вытереть вонючую кровь со своих рук. Девушка-ученица протянула Нин Шу платок и сказала: - Младший брат, воспользуйся этим платком. Нин Шу не стала заботиться о вежливости и вытерла свои руки платком, пока они не стали совсем чистыми. Она посмотрела на свои руки. Они были не очень крупными и не выглядели сильными. Изначальный хост поддерживал свои руки мягкими и красивыми, но теперь эти руки обладали такой силой. Энергия дракона, что была в её даньтяне, вероятно, изменила состав этого тела, и теперь оно было наполнено красотой силы. Лю Циньян лучезарно улыбнулся Нин Шу. - Младший брат Вей, я никогда не думал, что на самом деле ты настолько силён! Как так вышло, что мы никогда об этом не слышали? Нин Шу не обратила на него внимания, поэтому он почувствовал себя немного неловко. Однако, он всё равно продолжил спрашивать. - Куда Младший брат Вэй собирается дальше? Пойдём вместе? - Всё верно, мы же ученики Секты Небесного Закона, а значит вполне нормально, что мы путешествуем вместе. Остальные ученики очень искренне пригласили Нин Шу. Вот какой была сила. Только те, кто был силён, могли заполучить уважение людей. ---------- Конечно, Мы Же Все Ученики Секты Небесного Закона! Эти люди хотели, чтобы Нин Шу присоединилась к их группе, потому что она была сильной. Однако он всё равно не могли принять тот факт, что этот мусор, оказывается, настолько силён. Тем временем, у Нин Шу не было никакого желания путешествовать с ними. Хоть они и были из одной секты, эти люди всё равно считали её профаном и смотрели на неё с очевидной жадностью. Лю Циньян был уверен, что у Вэя Лянюэ есть при себе какое-то сокровище. Всё же, его папа был старейшиной Секты Небесного Закона и у него было полно сокровищ. Тот факт, что он решил позволить своему бесполезному сыну отправиться в подземелье, означал, что он наверняка приготовил какой-то козырь. Во взгляде Лю Циньяна мелькали скрытые намерения, даже несмотря на то, что он говорил искренним тоном: - Младший брат Вэй, есть же предел тому, сколько духовных трав и фруктов можно найти в одиночку. Если мы пойдём вместе, то найдём больше урожая и сможем разделить добычу. Нин Шу спокойно спросила: - А что если поровну не разделить? Лю Циньян поперхнулся. На этот вопрос действительно было нелегко ответить. Например, как им разделить один духовный фрукт? Неужели им нужно разрезать его и давать каждому по кусочку? Это будет просто нелепо и это повредит духовный фрукт. Нин Шу запрыгнула на орла молниеносного ветра и приготовилась улететь. Остальные четверо тут же начали паниковать. Как бы там ни было, Вэй Лянюэ смог с лёгкостью разобраться с теми железноспинными волками и даже смог напугать таких яростных волков. А что если волки решат вернуться, как только он улетит? Им будет трудно справиться со всеми теми волками. - Младший брат Вэй, прошу, не оставляй нас. Девушка-ученица посмотрела на Нин Шу, и её взгляд блестел от слёз. - А что если железноспинные волки вернутся, как только ты улетишь? Нин Шу небрежно ответила: - В любом случае, это не я съела тот духовный фрукт, так что за мной они не придут. Все: … - Младший брат Вэй, у меня есть духовный фрукт, который поможет понять законы мира. Этот фрукт очень ценный, но я дам его тебе. Лю Циньян неохотно достал нефритовую шкатулку из своего кисета-хранилища. На его лице была видна боль расставания. Когда Нин Шу увидела Лю Циньяна таким, то она решила, что в этой шкатулке наверняка содержится что-то хорошее. А если бы это было не так, тогда Лю Циньян не выглядел бы так, словно отрезает кусок плоти со своего собственного тела. Она спрыгнула с орла молниеносного ветра, чтобы взять шкатулку, но Лю Циньян не отпустил её. Нин Шу резко выдернула её и благополучно заполучила шкатулку. Лицевые мускулы Лю Циньяна исказились от спазма, когда он сказал: - Младший брат Вэй, я надеюсь, что тебе это понравится. Когда Нин Шу открыла шкатулку, то она увидела внутри белоснежный фрукт. От него исходило сложное радужное сияние, отчего у людей начинала кружиться голова, если они смотрели на него слишком долго. Нин Шу закрыла шкатулку и с улыбкой убрала её в свой кисет-хранилище. - Мне это очень нравится. Старик Вэй наверняка сможет это использовать. Вещи, которые помогали в понимании путей этого мира были действительно очень ценными. Лицо Лю Циньяна снова конвульсивно перекосилось, когда он увидел, что Нин Шу так быстро убрала шкатулку. У него ушло некоторое время, прежде чем он смог выдавить из себя слова: - Младший брат Вэй, давай сформируем группу. - Кончено! Мы же все ученики Секты Небесного Закона, конечно мы должны помогать друг другу. Нин Шу понимала, что Лю Циньян достал тот фрукт только потому что хотел добиться её помощи, чтобы разобраться с группой волков. Когда остальные услышали, что Нин Шу согласна остаться, то они вздохнули с облегчением. Хотели они это признавать или нет, но правда была в том, что в данный момент Вэй Лянюэ был сильнее их. Так как вокруг них было много трупов железноспинных волков, они перешли в другое место, чтобы немного отдохнуть. Их группа очень долго убегала от железноспинных волков и у них не было возможности отдохнуть, поэтому они сейчас были в очень измотанном состоянии. По сравнению с ними, состояние Нин Шу было гораздо лучше. Некоторые отправились на охоту за железнозубыми кроликами, чтобы было чем перекусить и восстановить силы. А Нин Шу просто села рядом с орлом молниеносного ветра чтобы помедитировать. Лю Циньян сел рядом с Нин Шу и неловко потёр свой нос. Он хотел поговорить с Нин Шу, но орёл молниеносного ветра стрельнул в него строгим и предупреждающим взглядом. Лю Циньян удивлённо посмотрел на орла молниеносного ветра. Этот духовный питомец теперь казался несколько иным, чем раньше. Похоже, что он даже стал сильнее. Должно быть Вэй Лянюэ скормил своему орлу молниеносного ветра какой-то духовный фрукт, отчего тот стал сильнее. ---------- У Меня Просто Много Физической Силы Чего и стоило ожидать от богача, он даже может позволить себе скормить своему питомцу нечто настолько хорошее. Люди, у которых отцы обладают властью, могут позволить себе быть своевольными. Большинство учеников из Секты Небесного Закона сильно завидовали Вэю Лянюэ. Всем остальным приходилось усердно трудиться, чтобы набрать хоть немного ресурсов для культивации. Но Вэю Лянюэ, у которого отец был старейшиной секты, ничего подобного делать не приходилось. Однако, даже не смотря на то, что у него было так много доступных ресурсов, он не работал над своей культивацией. И из-за этого люди чуть ли не сходили с ума от зависти. Им так хотелось просто поменяться с ним местами. - Что такое? Когда Нин Шу открыла глаза, она увидела, что Лю Циньян смотрит на её духовного питомца с противоречивым выражением на лице. Неужели он всё ещё был нацелен на то, чтобы заполучить её духовного питомца? Пухлое лицо Лю Циньяна выдавило из себя любезную улыбку. - Я просто хотел спросить тебя о культивации. Твой уровень культивации не кажется таким уж высоким, так отчего же ты такой сильный? Нин Шу ответила: - У меня просто много физической силы. Лю Циньян: … Да что это за ответ такой? - Младший брат Вэй, тебе стоит немного поесть. Девушка-ученица протянула Нин Шу кролика, которого она только что поджарила. Нин Шу пренебрежительно отмахнулась. - Я уже поел, так что вы сами ешьте, ребята. Орёл молниеносного ветра не сводил взгляда с жареного кролика, которого держала девушка-ученица. Когда Нин Шу увидела это, она взяла кролика и поблагодарила девушку-ученицу. - Премного благодарен, Старшая сестра. Нин Шу швырнула кролика орлу молниеносного ветра и тот его тут же подхватил. Девушка-ученица улыбнулась Нин Шу и сказала: - Младший брат, твой духовный питомец очень интересный. Нин Шу: - Ха-ха, твой духовный питомец тоже очень интересный. - У меня ещё нет духовного питомца. Очень трудно встретить хорошего духовного питомца. Девушка-ученица села рядом с Нин Шу. Когда лёгкий ветерок всколыхнул её волосы, пряди волос обмахнули лицо Нин Шу. Ей стало от этого щекотно, поэтому она немного отодвинулась в сторону. Девушка-ученица не обратила внимания на движение Нин Шу и просто спросила: - На самом деле ты ведь это специально сделал, верно? Ты притворился бесполезным, а теперь, когда твою помолвку с Шу Хуэйди наконец-то отменили, ты показал, насколько ты на самом деле выдающийся. Нин Шу лишь слушала её с безразличным выражением лица. Эта девушка-ученица просто слишком много всего напридумывала себе. Правда в том, что она действительно была бесполезной. Зачем ей притворяться такой? - Если Шу Хуэйди обнаружит, что её бывший жених на самом деле настолько талантливый, то она обязательно пожалеет об этом. Девушка-ученица погрузилась в собственные фантазии. Нин Шу: … И что с того, что она теперь сильная? Раз она не была такой красивой, как главный мужчина, это всё равно было бесполезно. Внешность имела очень большое значение. - Младший брат Вэй, тебе удалось собрать какой-нибудь урожай в подземелье? – спросила девушка-ученица. – Если ты нашёл что-нибудь хорошее, и если у меня есть то, что тебе хочется, то мы можем обменяться. Нин Шу глянула на неё и сказала: - А ты нашла что-нибудь хорошее? Дай взглянуть. Если у тебя есть то, что мне нужно, то я подумаю насчёт того, чтобы обменяться с тобой. Девушка-ученица выдавила из себя смешок. - Да как у меня может быть что-то хорошее? У меня есть лишь низкоуровневые духовные травы. Мне даже не удалось найти какой-нибудь духовный фрукт. Так что у меня сейчас нет ни одного духовного фрукта. Нин Шу лишь ответила вздохом "о". Девушка-ученица попыталась ещё что-то сказать, а потом сдалась и неловко ушла. Лю Циньян дал ей духовный фрукт всего несколько минут назад, но эта девушка-ученица уже нацелилась на него? Неужели Нин Шу выглядит настолько глупым расточителем? ---------- Почему Бы Не Призвать Дракона? У Нин Шу было не так уж много хороших вещей при себе, но это не означало, что любой мог порыться в её карманах. Неужели она настолько похожа на богатенького идиота? Остальные ученики были очень уставшими, поэтому некоторые из них прислонились к деревьям, чтобы вздремнуть, в то время как другие начали медитировать, чтобы попытаться восстановить немного силы. Нин Шу знала, несмотря на то, что её физическая сила теперь была выше, благодаря той энергии, что была в её теле и которая изменила изначальное генетический состав её телосложения, культивация всё ещё шла против самой природы мира, поэтому ей нужно было усердно над ней трудиться. К тому же, с таким невероятно сильным главным мужчиной, который всегда будет неподалёку, если она не будет усердно тренироваться, то рано или поздно её убьют. Теперь Нин Шу всё поняла. Хоть она и отменила помолвку с Шу Хуэйди, тем самым она навредила репутации Шу Хуэйди. И репутация Шу Хуэйди продолжит страдать от этого, но всё будет иначе, если её бывший жених умрёт. Люди постепенно забудут о существовании Вэя Лянюэ, так как кому какое дело до мёртвого человека? Если Шу Хуэйди хочет быть с Се Юем, то в данной ситуации кто-то будет считать, что у одной женщины – два мужа. Даже несмотря на то, что этот мир считает силу равноценной самому закону, в нём всё так же принижают женщин. А это означает, что как бы там ни было, ей всё равно придётся столкнуться с главным мужчиной. Нин Шу шлёпнула себя по лицу. Кто бы мог подумать, что однажды она будет сражаться с мужчиной из-за женщины? Это было поистине странным ощущением. Лю Циньян снова подошёл к Нин Шу и спросил: - Младший брат Вэй, куда мы пойдём дальше? - Я хочу лишь выйти из подземелья, - сказала Нин Шу, а потом спросила: - А вы, ребята, что планируете делать? Лю Циньян загадочно огляделся по сторонам, а потом сказал Нин Шу: - Ты наверняка знаешь о том, что это подземелье – божественная обитель, которая была оставлена сильным культиватором, верно? - Ага. Нин Шу кивнула. Тогда Лю Циньян сказал: - Тогда ты должен осознавать тот факт, что у этой божественной обители сейчас нет хозяина, верно? Если один из нас станет хозяином этой божественной обители, то все её сокровища станут нашими бесплатно. Нин Шу уже узнала от 2333, что на самом деле это был растущий мир, который кто-то поработил. Нин Шу отреагировала с сомнением. - Вероятно будет не так-то просто подчинить себе такое большое место. Лю Циньян посмотрел на Нин Шу и сказал: - Старейшина Вэй не рассказывал тебе о таких вещах? Вообще-то, эта божественная обитель может признать своего хозяина. Если у тебя есть нефритовая табличка, то у тебя есть шанс стать хозяином этой божественной обители. Нин Шу действительно не знала этого. Всё же, учитывая то, насколько низкоуровневой она была, старик Вэй мог лишь молиться, чтобы она вернулась живой. А что касается шанса на то, что она станет хозяином божественной обители, такая мысль даже не приходила в голову старику Вэю. - И сколько всего нефритовых табличек есть? – спросила Нин Шу. Наверняка у Се Юя есть одна такая. Лю Циньян тайком прошептал: - Их три. Вероятно ты не знаешь о том, что в этом подземелье есть дворец, верно? И когда все три нефритовые таблички соберут вместе, тогда он откроется. Три нефритовые таблички? Почему бы тогда не сделать набор из семи табличек, и чтобы ещё нужно было призвать дракона? ---------- Дворец Подземелья - О… Нин Шу отреагировала очень вяло. Когда Лю Циньян увидел, что Нин Шу выглядит незаинтересованной, он немного запаниковал. - Разве тебе не интересно узнать о том, кому достанется божественная обитель? Нин Шу безразлично ответила: - В любом случае, это буду не я. А у тебя есть нефритовая табличка? - Младший брат шутит. Как бы я мог добыть нефритовую табличку? Я лишь хотел взглянуть на дворец, - честно ответил Лю Циньян. Но даже несмотря на то, что он сказал, будто хочет лишь посмотреть, в его сердце горело желание. Вряд ли кто-то мог противостоять соблазну такой огромной возможности. До дворца, на который хотел посмотреть Лю Циньян, было очень трудно добраться. Он был почти в центре подземелья. А чем ближе ты подходишь к подземелью, тем сильнее тебе будут попадаться духовные звери. И в то же время, там будет множество ценных природных сокровищ. Конечно же, божественная обитель была основным привлекающим фактором. Нин Шу с лёгкостью смогла прочитать намерения Лю Циньяна. - Раз все знают о божественной обители, то с чего ты уверен, что сможешь её украсть? Более того, эти три нефритовые таблички даже не собрали вместе. Даже если они сейчас туда побегут, то лишь для того, чтобы только взглянуть. Они даже не смогут пройти через дверь. - Младший брат, на самом деле, все три нефритовые таблички принесли в этом году. К тому же, подземелье не пускает в себя тех, у кого высокий уровень культивации, поэтому тут только ученики, у которых не очень высокая культивация. Младший брат, давай вместе посоперничаем за эту возможность, - с энтузиазмом сказал Лю Циньян, пытаясь затащить Нин Шу в свой план по похищению божественной обители. Нин Шу замешкалась на мгновение, а потом сразу же сказала: - Богатства и честь всегда достаются тем, кто рискует, так что давай сделаем это! Лю Циньян хлопнул Нин Шу по плечу и искренне рассмеялся. - Если мы будем работать вместе, то шансы на успех непременно будут выше! - Ты мне льстишь. У Нин Шу не было заблуждений по поводу того, кому достанется божественная обитель. Вероятнее всего – это будет удачной добычей главного мужчины. Единственная причина, почему она решила пойти – это чтобы вмешаться в это. Её радовала мысль, что она сможет сделать так, чтобы главный мужчина не заполучил божественную обитель. К тому же, ей нужно было отомстить за то, что он пытался её недавно убить. Как бы там ни было, ей всё равно однажды придётся разобраться с ним! И будет лучше, если она сразу сможет его убить, но ранить его – это тоже довольно неплохо. Если она сможет сделать так, что у него будет невыгодное положение, когда он попытается заполучить божественную обитель, то это тоже хорошо. Лю Циньян поговорил с остальными о том, чтобы пойти ко дворцу и они все согласились с планом. Даже если они не смогут заполучить божественную обитель, во дворце наверняка есть и другие сокровища и прочие заначки с ресурсами для культивации. Да и путь туда тоже будет полон редких сокровищ. После того, как все решили отправиться к центру подземелья, чтобы добраться до дворца, они посмотрели на орла молниеносного ветра Нин Шу. Нин Шу отправила орла молниеносного ветра в кисет духовного зверя и спокойно сказала: - Мой духовный питомец не сможет поднять так много народу. Нам нужно идти пешком. К тому же, если мы полетим, то мы можем пропустить какие-нибудь хорошие сокровища. Ученики выглядели раздражёнными, но они не посмели озвучить свои жалобы, потому что они боялись силы Нин Шу. Лю Циньян рассмеялся и сказал: - Ты прав, мы должны идти пешком! Будет очень обидно, если мы пропустим сокровище. - Младший брат Вэй, мы можем пойти пешком, так пусть наши младшие сёстры полетят на нём. Они же девушки, так что им будет тяжело идти всю дорогу, - сказал другой ученик. Две девушки-ученицы в ожидании посмотрели на Нин Шу. Нин Шу небрежно ответила: - Раз они не хотят идти, то могут подождать тут. Так они не устанут. Она не могла смириться с тем, как эти люди всё время ведут себя так, словно это вполне естественно, что она должна им помогать. Она им чем-то обязана, что ли? Неужели весь мир принадлежит вам, поэтому все должны потакать вам? - Им опасно будет ждать тут, так как железноспинные волки могут вернуться, - ученик нахмурился, посмотрев на Нин Шу с недружелюбным выражением на лице. – Мы же теперь команда. Ты чего такой эгоистичный? Нин Шу недоверчиво показала на свой нос. - Это я-то эгоистичный? Да я, блять, вас даже не знаю, так с какой стати я должен позволять вам, ребятам, использовать мои вещи? Мне сейчас не хватает первозданных кристаллов, почему бы вам не отдать мне немного ваших первозданных кристаллов? Тот ученик тут же лишился дара речи от таких слов. Нин Шу холодно рассмеялась. - Пока. Мне всё равно не обязательно путешествовать с вами, ребята. Хватит пытаться отдавать этому папочке приказы! После этого Нин Шу повернулась и ушла. Она шла очень быстро, поэтому Лю Циньяну пришлось бежать, чтобы догнать её. Он потянулся, чтобы схватить её за локоть, но Нин Шу тут же отмахнулась от его руки. - Чего ты хочешь от меня? - Младший брат Вэй, ты немного чрезмерно вспыльчивый, - беспомощным тоном сказал Лю Циньян. – Не волнуйся, никто не может заставить тебя делать что-либо. Однако, мы все в одной группе, так что, давай хотя бы помогать друг другу, когда сталкиваемся с опасностью. Нин Шу высокомерно выдала "ага". ---------- Делят Поровну Нин Шу не знала, что Лю Циньян сказал остальным, но они перестали доставать её и по большей части просто игнорировали. Основной проблемой было то, что они не могли принять такую реальность. Человек, которого они всегда считали слабым, теперь был более впечатляющим, чем они и им даже приходится полагаться на него. Они были самыми уважаемыми учениками Секты Небесного Закона, но теперь они вынуждены держаться вместе с мусором. Вполне естественно, что их отношение оставалось высокомерным и они считали, что это Вэй Лянюэ должен поклоняться им. И хотя нынешний Вэй Лянюэ явно был сильным, сама идея того, что он был бесполезным мусором, уже глубоко укоренилась в их мозгах, поэтому они чувствовали себя униженными из-за того, что им приходилось оставаться с ним. Нин Шу наблюдала за этими учениками, а потом пришла к выводу, что Лю Циньян, вероятно, был самым настоящим интриганом. У него было круглое и любезное лицо, а его поведение было особенно уважительным, когда он хотел чьей-то помощи. Остальные три ученика всегда были несгибаемо гордыми и редко разговаривали с ней, но Лю Циньян был совершенно другим и, когда он говорил, то звучал искренне. И если бы не тот факт, что у неё не было карты, ведущей ко дворцу, то она бы тоже не согласилась путешествовать с этими людьми. Единственная карта, которая у неё была, это та, что ей дал старик Вэй. На ней вообще не было никаких отметок о дворце. Старик Вэй явно очень хорошо понимал способности своего сына, и мысль о том, что его сын будет сражаться за то, чтобы захватить божественную обитель, вероятно даже в мечтах не приходила ему в голову. Пока они направлялись ко дворцу, они собирали все духовные травы и фрукты, которые находили по пути. Когда они находили что-то хорошее, они исключали Нин Шу из делёжки. Однако большинство природных сокровищ охранялись духовными зверями. Когда они не могли победить духовных зверей, они тут же доставали какие-нибудь духовные фрукты и давали их Нин Шу, говоря, что они всё делят поровну. Нин Шу закатила глаза. Эти люди были просто безрассудными. Они хотели помощи, но в то же самое время они держались настороже против того же человека, от которого хотели добиться помощи. Если они могли победить духовного зверя, то вообще не делились с ней добычей. А если они понимали, что не могут победить, то они тут же делились частью с Нин Шу, чтобы она помогала им победить духовного зверя. Они явно не считали её за равную. Нин Шу взяла духовный фрукт, который ей предложил Лю Циньян и убрала его в свой кисет-хранилище, после чего сжала руку в кулак и стукнула духовного зверя, похожего на змею. У этого духовного зверя была очень крепкая броня. Остальные уже долго сражались с ней, но так и не смогли убить её. Нин Шу почувствовала, словно бьёт шину. Змея никак не пострадала от этого удара, поэтому Нин Шу достала свой меч и собрала свою силу, чтобы вонзить его в огромную голову змеи. Она использовала свою силу, чтобы продолжить рубить вперёд и разрезала огромную змею от головы до хвоста. Когда её белоснежная плоть показалась из-под шкуры, повсюду разбрызгалась кровь, наполняя воздух ужасной вонью. Змея была аккуратно разрублена на две половины. В этот момент орёл молниеносного ветра камнем кинулся вниз и схватил змею своими лапами. Он явно забрал эту змею в качестве еды. - Буэээ… Две девушки-ученицы не смогли стерпеть ни вида этой сцены, ни того запаха, что её сопровождал, и их начало тошнить. Два парня-ученика посмотрели на Нин Шу в тревоге. Неужели это действительно был тот бесполезный мусор, который они знали? Отчего он так силён? Они не могли пробить шкуру змеи, даже когда работали сообща, но Вэй Лянюэ смог разрубить змею на части, словно разрезал лист бумаги. Они не видели, чтобы он использовал первозданную энергию. Неужели это действительно была лишь физическая сила? Нин Шу вытерла кровь со своего меча, прежде чем убрать его обратно в кисет-хранилище. ---------- Лю Юаньюань В глазах Лю Циньяна мелькнуло изумление. - Младший брат Вэй, с такой твоей силой, как так вышло, что у тебя сложилась репутация бесполезного ученика? - Люди просто завидовали тому факту, что моя невеста – это Шу Хуэйди, и говорили, что я мусор и не пара ей, – безразлично ответила Нин Шу. – Когда это я признавал, что я был мусором? Глаза Лю Циньяна округлились от осознания. Похоже, что много народу просто в какой-то момент начали говорить, что Вэй Лянюэ – мусор. А все остальные просто приняли это как должное. Никто до конца не был уверен в том, что Вэй Лянюэ действительно бесполезен, но они предположили, что это правда, исходя из того, как робко себя вёл Вэй Лянюэ. Пиздец. У Лю Циньяна голова начала кружиться от всех этих мыслей. Он почувствовал, что Вэй Лянюэ подстроил очень серьёзную интригу. Он давно уже молча принял репутацию бесполезного и каждый день развлекался с девушками. Что же он планировал сделать, действуя таким образом? Когда у девушек-учениц не осталось внутри ничего, что можно вытошнить, они повернулись к Нин Шу с бледными лицами. - Младший брат, в следующий раз, пожалуйста, предупреждай, прежде чем начнёшь атаковать. Когда Нин Шу увидела, что девушки такие слабые и нежные, она испытала глубокий ужас. Охренеть, она ведь тоже была девушкой внутри! Почему она не чувствует ничего, когда видит подобную сцену? Почему её это вполне устраивает? Неужели на её образ мышления повлияло то, что она так долго пребывала в мужском теле? Нин Шу тут же ответила: - На самом деле, мне подобные сцены тоже крайне отвратительны. Ага, всё верно. Ради того, чтобы доказать, что она сама была слабой и нежной девушкой, Нин Шу подтвердила о том, что ей тоже неприятно видеть подобные сцены. Когда девушки-ученицы увидели, что Нин Шу выглядит искренней, их цвет лица значительно улучшился. Одна из них даже поддразнила Нин Шу, сказав: - Младший брат Вэй выглядел очень круто, когда убивал ту змею. Эта старшая сестра чуть не влюбилась. Нин Шу: Ха-ха-ха… Прошу, не надо. Остальная часть пути была полна насилия и кровопролития. Нин Шу удалось собрать много всякой добычи. Остальные тоже собрали немного урожая, но не так много, как Нин Шу. Когда появлялись особенно сильные духовные звери, Нин Шу сразу убивала их, а потом забирала духовный фрукт себе, даже не удосуживаясь тем, чтобы поделиться с остальными. А так как они опасались силы Нин Шу, они ничего не говорили. Всё же, если они убивали духовного зверя сами, Нин Шу не сражалась с ними за добычу. Поэтому они продолжили работать в таком равновесии. Наконец, когда они совсем выдохлись, они добрались до дворца. Этот дворец был очень величественный, а его ворота охраняли два огромных каменных льва. Эти статуи каменных львов выглядели очень зловеще, и они были высотой почти с ворота. Тут уже собралось немало народу. Прибытие Нин Шу и её команды не привлекло особого внимания. Народ просто мельком глянул на них, а потом повернулся обратно к своим компаньонам. Когда Лю Циньян увидел, что тут так много народу, он вздохнул и сказал Нин Шу: - Похоже, что многие прознали об этом и тоже поспешили сюда. Вероятно они все нацелились на божественную обитель. Нин Шу огляделась, но не увидела Се Юя. Она не увидела и его гарема, но она увидела очень красивую девушку. У этой девушки была очень утончённая внешность и слегка приподнятые глаза, похожие на цветущие персики, которые словно сверкали соблазнительным огоньком. Когда она глядела на вас, то вы чувствовали себя так, словно ваше сердце щекочут лёгким пёрышком. Если она смотрела на парней, то их первой реакцией при виде этой женщины было: "ах, если бы я только мог трахнуть эту девушку". Однако первой реакцией Нин Шу, когда она увидела эту девушку было: "ой, блин, это же ещё одна главная женщина". Она выглядела соблазнительной и страстной, но в глубине её глаз было жестокое безразличие. - Тебе не стоит смотреть на неё так долго. Эта девушка – главная и самая старшая ученица в Школе Изысканной Крови. Она очень сильная, а её техники боевых искусств очень жестокие. Когда Лю Циньян увидел, что Нин Шу непрерывно смотрит в том направлении, он поспешно добавил: - Я правду говорю, перестань смотреть. Люди, которые провоцируют её, особенно парни, всегда трагически погибают. Школа Изысканной Крови? Какое кровавое и звучное название. Вероятно это какой-то демонический культ. Нин Шу спросила: - А кто она? - Лю Юаньюань, - прошептал Лю Циньян. ---------- Отведай Кулака Этого Юного Мастера! Лю Циньян не переставал хмуриться с того момента, как увидел Лю Юаньюань. - А у Лю Юаньюань не слишком ли высокая сила, чтобы входить в подземелье? Так почему же она тут? Нин Шу мало беспокоило то, какой уровень культивации был у Лю Юаньюань. - У неё наверняка есть что-то, что позволяет ей скрывать свою истинную силу. Она определённо скрывает свой уровень культивации. Лю Циньян почувствовал, что его шансы на успешный захват божественной обители стали только слабее. Вероятно тут и так уже собралось много людей с высокой культивацией. Это так удручало. Люди продолжали подходить. Нин Шу всё ждала появления Се Юя, но толпа перед дворцом становилась всё плотнее, а главный мужчина всё ещё не прибыл. Вероятно он собирается показаться последним, чтобы вся толпа могла засвидетельствовать его великолепное прибытие. - Курлык, курлык… - послышался нежный крик птицы. Все подняли головы и увидели, что на спине пылающей красной птицы стоят несколько человек. Они спускались, словно божества. Се Юй стоял впереди всех, с красотками по обеим сторонам. Девушка с вуалью, что прикрывала черты её лица, определённо излучала выдающуюся ауру. От этого люди испытывали сильное желание снять её вуаль, чтобы увидеть разрушительную красоту во всём объёме. Лю Юаньюань посмотрела на Се Юя, а потом грациозно закинула свои волосы назад и слегка прищурилась. - Се Юй, ах ты, проклятый подонок! Отведай кулака этого юного мастера! Все были опьянены этой прекрасной сценой, когда хриплый голос внезапно испортил весь момент. Злобный вопль Нин Шу тут же испортил попытку Се Юя появиться круто. Она подпрыгнула с земли, чтобы ударить Се Юя кулаком. Се Юй был на мгновение ошарашен. Этот муравей, которого он считал мёртвым, всё ещё жив, да ещё и пытается ударить его? Это было просто нелепо. Внезапное появление Вэя Лянюэ также шокировало Шу Хуэйди и Янь Цзяо, так как Се Юй уже поклялся, что этот большой извращенец уже мёртв. Когда Нин Шу увидела, что Се Юй лишь небрежно сжал руку в кулак, словно хотел встретить её удар своим ударом, она холодно ухмыльнулась. Она сконцентрировалось на использовании энергии в её даньтяне, и энергия золотого дракона начала течь ещё быстрее. Её тело словно наполнилось силой, когда она ударила кулак Се Юя. Её выражение лица слегка изменилось. Со стороны локтя Се Юя послышался отчётливый хруст. У Се Юя треснула кость. Цвет лица Се Юя изменился. Он был слишком беззаботен. От этого удара он почувствовал себя так, словно бьёт по стали. У этого мусора на самом деле такая сила? После этого Нин Шу пнула духовного зверя, на котором они стояли и перевернула феникса. Когда феникс начал неконтролируемо крутиться в воздухе, всех людей, что изначально стояли на его спине, стряхнуло вниз. Лицо Се Юя было мрачным, когда он летел вниз с красоткой в каждой руке. Даже когда он холодно смотрел на Нин Шу, мысленно он был ошарашен. Его тело было очень сильным, так как он ещё занимался особым методом тренировки по секретному руководству древности. Се Юй был очень уверен в силе своей плоти, но когда он обменялся ударами с Вэй Лянюэ, его кости треснули из-за силы удара противника! К тому же, противник выглядел так, словно он совершенно в порядке. Неужели Вэй Лянюэ настолько силён? ---------- Суждено Быть Врагами Нин Шу закатала рукава, а потом указала на Се Юя и закричала: - Ублюдок! Ты посмел попытаться убить этого юного мастера! Если этот юный мастер не преподаст тебе сегодня достойный урок, тогда фамилия этого юного мастера не Вэй! - Разве ты не умер? Как ты здесь оказался? – яростно закричала на Нин Шу Янь Цзяо с раздосадованным выражением лица. – Ты вообще не тот большой извращенец! Не может быть, чтобы большой извращенец был таким сильным! - Малышка, если ты ещё раз посмеешь назвать меня большим извращенцем, то я действительно с тобой что-нибудь сделаю! – Нин Шу глянула на Янь Цзяо, а потом добавила: - Теперь, глядя на тебя, я вижу, что действительно маленькая миленькая перчинка. - Ты! Ты бесстыдный… Всё тело Янь Цзяо задрожало от гнева, когда она указала на Нин Шу своим хлыстом. Се Юй вытянул руку, чтобы остановить Янь Цзяо. Он пристально уставился на Нин Шу с убийственным намерением и сказал: - Вэй Лянюэ, ты чего это издеваешься над женщинами? - Тогда что насчёт тебя? Неужели тебе нужна женщина, чтобы заступиться за тебя? – возразила Нин Шу. - Курлык, курлык…! Феникс, которого пнула Нин Шу, злобно помчался на неё, и всё его тело полыхало огнём. Было ясно, что он затаил обиду на неё за то, что Нин Шу его тогда пнула. Нин Шу даже не стала уворачиваться и приготовилась сразиться в лобовую. Она хотела выяснить пределы своей силы. Когда её кулак вошёл в контакт с головой феникса, она почувствовала себя так, словно бьёт пылающую и горячую глыбу железа. И хотя её рука слегка обгорела, феникс, которого ударили в голову, улетел назад от силы этого удара. Он пытался стабилизироваться, но не смог и, в итоге, упал на землю и потерял сознание. - Сяо Хо! Выражение лица Се Юя резко изменилось, когда он подбежал и убрал феникса обратно в свой кисет духовного зверя. Он пристально уставился на Нин Шу с убийственным намерением. - Хмф! Вэй Лянюэ, а ты хорош. - Премного благодарен за твою похвалу. Это всё в оплату тебе за то, что ты пытался меня убить. Этот папочка не какая-то там мягкая хурма, которую ты можешь раздавить по желанию. Ты хочешь убить этого папочку, чтобы сделать пару девушек счастливыми? Мечтай! Пока Нин Шу говорила, она всё ещё дула на свою руку. Её кожа обуглилась из-за жара феникса. Как и ожидалось, даже духовные питомцы Се Юя были очень крепкими. Сам Се Юй был более-менее в порядке, после того, как принял на себя её удар, а его феникс лишь потерял сознание. У Янь Цзяо отвалилась челюсть от изумления, когда она увидела насколько сильным была Нин Шу. Она указала на Нин Шу и воскликнула: - Ты точно всё ещё Вэй Лянюэ, большой извращенец? - Старшая сестра, он – Вэй Лянюэ? Янь Цзяо повернулась к Шу Хуэйди, чтобы поинтересоваться у неё. Она была полна недоверия. Словно Вэй Лянюэ внезапно превратился из жабы в принца. Шу Хуэйди посмотрела в сторону Нин Шу с противоречивым взглядом, после чего спокойно сказала: - Я его не очень хорошо знаю. Шу Хуэйди говорила правду. Хоть они и были обручены с Вэем Лянюэ, они совсем не общались. К тому же, так как Шу Хуэйди знала, каким человеком был её жених, она избегала встреч с ним. Так что они с Вэем Лянюэ были практически незнакомцами. Янь Цзяо гневно уставилась на Нин Шу. Раз этот человек был настольно силён, то это означало, что он специально прикалывался над ней тогда, у входа в подземелье. Вот уж точно большой извращенец! - Раз ты хочешь драться, то я тебе подыграю. Я хочу посмотреть, насколько ты на самом деле силён. Се Юй теперь очень опасался этого сына-гедониста. Ведь даже Сяо Хо проиграл ему. Нин Шу подняла руку и громко сказала: - Я сейчас ранен. Неужели красивый и крутой Се Юй пытается воспользоваться возможностью, пока я ослаблен? Разве тебя не заботит, что ты потеряешь лицо перед таким множеством красоток? Се Юй холодно посмотрел на Нин Шу. Его взгляд теперь был спокоен и уже не содержал ни капли прежнего убийственного намерения и раздражения. Теперь он считал этого человека врагом, который был равен ему. Им суждено быть врагами из-за Шу Хуэйди. ---------- Начал Флиртовать Се Юй теперь ненавидел Вэй Лянюэ ещё больше, чем раньше. В прошлом Вэй Лянюэ был лишь слабым нытиком, но теперь Вэй Лянюэ стал сильным. Се Юй немного забеспокоился, что сердце Шу Хуэйди дрогнет, и она пожалеет о своём выборе. Се Юй знал, что Шу Хуэйди была очень холодной и равнодушной девушкой. А подобный тип девушек был очень привлекателен для мужчин, поэтому она очень нравилась Се Юю. Се Юй не мог смириться с возможностью, что Шу Хуэйди может захотеть вернуться к Вэй Лянюэ. Ни один мужчина не сможет принять то, что женщина, которая ему нравится, будет счастлива под телом другого мужчины. Ему нужно было убедиться в том, что она сожгла все мосты к Вэй Лянюэ. А ещё лучше, если он сможет убить Вэй Лянюэ. В этот момент, Лю Юаньюань, которая всё это время наблюдала со стороны, грациозно подошла к нему. Там, где она проходила, в воздухе оставался слабый чарующий аромат. - Мне плевать, чего вы хотите, ребята. Лю Юаньюань подошла к Се Юю и протянула свои нефритоподобные пальцы. Её ногти были окрашены ярко красным цветом, отчего её кожа на контрасте выглядела такой бледной, что была словно прозрачной. Она указала на Се Юя и сказала: - Я так полагаю, что у тебя есть нефритовая табличка. Доставай её. Сейчас важнее войти во дворец. Сейчас не за что сражаться, так какой смысл в такой серьёзной драке? Се Юй потянулся и, с чарующей улыбкой, обхватил своей рукой руку Лю Юаньюань. Лю Юаньюань застыла на мгновение, когда её взяли за руку. Она хотела убрать её, но Се Юй крепко держался за неё. Лю Юаньюань была крайне раздосадована. Ни один мужчина ещё не был настолько дерзким, чтобы приблизиться к ней, не говоря уже о том, чтобы вот так хвататься за её руку. - Отпусти! – холодно завопила Лю Юаньюань. На её лице всё ещё была соблазнительная улыбка, но в глубине её глаз кипел яд. Се Юй улыбнулся, ничуть не обеспокоенный этим. Подчинение себе подобной женщины-змеи было для него интересным вызовом. - А что если не отпущу? - Так тоже можно. Я просто сделаю так, что ты захочешь как можно скорее умереть. Улыбка Лю Юаньюань стала ещё ярче. Этот парень напрочь позабыл о Шу Хуэйди и начал флиртовать с другой девушкой прямо перед своим гаремом. Интересно, как себя сейчас чувствуют Шу Хуэйди и Янь Цзяо? Когда Янь Цзяо, эта маленькая тигрица, увидела это, она надулась и ревниво топнула ногой, но она не выглядела очень рассерженной или обиженной. Шу Хуэйди всегда была холодной и равнодушной, поэтому по ней не было заметно, что эта сцена на неё как-то повлияла. Нин Шу обнаружила, что даже несмотря на то, что она сама была девушкой, она вообще не могла понять о чём думают эти девушки. Се Юй и Лю Юаньюань стояли рядом друг с другом. Они были так близко, что Лю Юаньюань теперь была окружена мужественным ароматом Се Юя. Она была немного ошарашена и совершенно позабыла о том, что у неё есть силы противостоять ему. Се Юй нежно улыбнулся и отпустил её руку, чтобы достать белоснежную нефритовую табличку. - Если ты это ищешь, то так вышло, что она у меня есть. Нин Шу с широко открытыми глазами смотрела на то, как Се Юй флиртует. Как и ожидалось, внешний вид был очень важен. Если бы Се Юй был уродливым, то Лю Юаньюань уже бы отхлестала его до смерти и подобная соблазнительная сцена никогда бы не случилась. Лицо Лю Юаньюань немного покраснело. Она гневно посмотрела на Се Юя, а потом повернулась к собравшейся вокруг толпе. - Две нефритовые таблички уже тут, у кого же третья? Все начали переглядываться, пока парень, одетый в чанг-пао* не вышел с такой же табличкой. Все три таблички появились, а значит осталось лишь отпереть дворец. Атмосфера тут же стала напряжённой. Те трое, у кого были нефритовые таблички, встали перед входом во дворец и поместили их в специальные ячейки. Ученики из Секты Небесного Закона теперь следовали за Нин Шу. Они были ошарашены её недавним проявлением силы и всё ещё считали это невероятным. - Младший брат Вэй, давай войдём вместе. Чем больше народу, тем лучше мы сможем справиться с неожиданными ситуациями, - сказал Лю Циньян, хотя сам при этом продолжал пристально смотреть на ворота дворца. Нин Шу ничего не сказала, её взгляд был зафиксирован на зловещих каменных львах перед воротами. Она не знала, ошибается ли она, но ей показалось, что глаза львов пошевелились. Словно они вот-вот были готовы ожить. ______________________________________________________________________ Чанг-пао – традиционная китайская одежда для боевых искусств. ---------- Зверь в Человеческом Обличье Тяжёлые ворота дворца медленно открылись. Се Юй, Лю Юаньюань и тот парень в чанг-пао быстро вбежали во дворец. Когда все увидели, что эти трое вошли, они тут же поспешили вслед за ними. Однако, стоило им только добраться до ворот, каменный лев резко поднял свою лапу и топнул прямо по незваным гостям. Те, у кого были быстрые рефлексы, едва смогли увернуться, но те, чьи рефлексы оставляли желать лучшего, оказались раздавленными в пасту. Звуки крошащихся костей под силой давления были отчётливо слышны. Все остальные поспешили остановиться и в шоке посмотрели на огромного каменного льва. Нин Шу протяжно вздохнула. Хорошо, что она была настороже и не поспешила к воротам. Каменные львы не обратили никакого внимания на тех людей, что держали нефритовые таблички. Было ясно, что войти можно было только тем, у кого были такие нефритовые таблички. Похоже, что войти во дворец, который охраняют эти два каменных льва, будет не так-то просто. Даже если им, в итоге, удастся пробраться внутрь, вероятно это будет уже слишком поздно, чтобы претендовать на что-либо. - Э-это… Лю Циньян был слишком шокирован, чтобы говорить. Он ведь недавно думал о том, чтобы попытаться украсть божественную обитель, но теперь обнаружил, что у него даже нет квалификации на то, чтобы претендовать на божественную обитель. Это было очень болезненным осознанием. Нин Шу никуда не спешила. В толпе было полно народу, кто имел высокий уровень культивации, и они наверняка попытаются воспользоваться шансом, чтобы проскользнуть. Как она и предсказывала, некоторые люди вскоре начали атаковать каменных львов. Однако эти каменные львы были просто слишком большими. По сравнению с ними, люди были совсем как воробьи. Каменные львы прилежно останавливали всех людей, которые хотели войти и блокировали ворота дворца своими телами. - Серьёзно? Лю Циньян был крайне встревожен. Нин Шу видела, что эти люди не могут ничего сделать каменным львам, несмотря на их количество, но ей нужно было попасть внутрь. Если она не вмешается, то Се Юй обязательно успешно заполучит себе божественную обитель. А с божественной обителью в качестве козыря, и всеми теми сокровищами, что тут содержатся, Се Юй станет ещё более хлопотным врагом. Божественная обитель позволит Се Юю стать совершенно неудержимым. Нин Шу взлетела на голову каменного льва и каменный лев начал неистово пытаться стряхнуть её. Однако, поскольку его тело было сделано из камня, то его негибкие движения не могли стряхнуть Нин Шу. Нин Шу резко ударила каменного льва, чтобы он упал, но ей удалось лишь заставить его слегка покачнуться. Когда остальные увидели, что делает Нин Шу, они тоже взлетели на голову льва, чтобы вместе с ней свалить льва. У Нин Шу закончились идеи, поэтому она достала из своего кисета-хранилища небольшой кристалл духовной эссенции, размером с большой палец, и проглотила его. В её тело ворвалось пугающая волна духовной энергии, и её тело начало набухать, словно от всей это энергии она сейчас взорвётся. Золотой дракон в её даньтяне тут же начал поглощать эту пугающую энергию. Словно ему было недостаточно любого количества энергии, чтобы насытиться. Нин Шу взревела, когда толкнула каменного льва при помощи волны этой силы. Каменный лев рухнул на землю, отчего весь дворец задрожал. И хотя он отчаянно размахивал своими конечностями, он так и не смог снова подняться. Нин Шу перелетела на голову другого каменного льва. Когда остальные увидели, что Нин Шу направляется к нему, они тут же убрались с дороги. Когда кто-то был настолько яростным, то он был практически как зверь в человеческом обличье, ах! ---------- Дворец Змей Нин Шу использовала энергию в своём даньтяне и пинком сбила другого каменного льва, после чего рванула во дворец. Остальные последовали за ней, словно рой пчёл. Как только Нин Шу попала внутрь, она зависла. Перед ней было множество входов. Она понятия не имела, в какой входить. Все остальные тоже нахмурились при виде этого. Лю Циньян подошёл к Нин Шу и спросил: - В какой нам входить? - А чего ты меня-то спрашиваешь? Я тоже не знаю. Просто выбери любой. Нин Шу тоже нахмурилась. Она не знала, как развивается ситуация на стороне Се Юя. В худшем случае, он уже может работать над подчинением божественной обители. Множество народу, которые были опытны в искусстве построения, начали вычислять какой маршрут лучше всего выбрать. Нин Шу спешила, поэтому она просто закрыла глаза и крутанулась вокруг своей оси, вытянув палец вперёд. Потом она открыла глаза и отправилась к тому входу, на который указывал её палец. Когда остальные увидели своевольную манеру выбора Нин Шу, они недоверчиво покачали головами. Когда Лю Циньян увидел, что Нин Шу уходит, у него не оставалось иного выбора, кроме как тоже выбрать случайный вход. Остальные ученики Секты Небесного Закона последовали за ним. Как только Нин Шу вошла внутрь, на неё накинулось множество духовных зверей. Нин Шу начала раздавать удары этим духовным зверям, и они тут же рассыпались на первозданную энергию, после чего снова собирались в форме духовных зверей. Эти волны были бесконечными. И хотя эти духовные звери, созданные из первозданной энергии, не причиняли Нин Шу особого вреда, они её замедляли. Нин Шу продолжила пробивать себе путь вперёд. Бесчисленные множества духовных зверей накидывались на неё. С холодным криком она достала свой меч и начала рубить их, мгновенно уничтожая их тела. Наконец, ей удалось пройти через первое испытание, но потом она обнаружила, что её поджидала целая сцена с каменными людьми. Каждый каменный человек держал копьё. Их движения казались медленными, но они всё равно двигались с шокирующей скоростью, когда атаковали Нин Шу. Нин Шу сокрушила одного каменного человека пинком, подобрала его копьё, чтобы пронзить им других каменных людей. Вскоре, каменные люди оказались совершенно бесформенными. Однако они продолжали блокировать путь Нин Шу, поэтому она просто подпрыгнула и прошлась по их головам, продолжая двигаться вперёд. Если она продолжит с ними сражаться, то умрёт от изнеможения. Как только Нин Шу сошла с этой сцены, она услышала страдальческий крик. В голосе было так много боли, словно его владелец столкнулся с нечеловеческими пытками. Это был мужской голос. Неужели что-то случилось с Се Юем? Нин Шу ускорилась и побежала в том направлении, откуда пришёл звук, но её снова заблокировали. В этом месте было полно змей вех размеров, цветов и форм. На полу, на колоннах, всё это было покрыто бесчисленным множеством змей. Некуда было даже наступить. Воздух был полон шипящих звуков змей, которые доставали свои языки, чтобы различить запахи. Лицо Нин Шу побледнело, а всё тело покрылось мурашками. Она почувствовала, что у неё начинается агорафобия. >Агорафобия – боязнь толпы в целом, а не только открытого пространства. Всё это время змеи были заперты в этом дворце. Со временем, они размножились и их стало так много, что это место практически превратилось в змеиную пещеру. Блять, не слишком ли это гадко?! Змеи почувствовали, что в их дворец вошло незнакомое существо, поэтому они все помчались к Нин Шу. От зрелища того, как множество змей скользит к ней, у неё волосы дыбом встали. Охренеть, как же это ужасает! Нин Шу не хотела разбираться со всеми этими змеями, да и крики, идущие с другой стороны уже начали ослабевать. Она достала меч, чтобы убить ближайших к ней змей, а потом достала немного ядовитого порошка и разбросала его на змей. Как только змей касался этот порошок, они несколько секунд конвульсивно дёргались, а потом замирали. Мёртвых змей тут же пожрали другие змеи. Похоже, что для этих змей было важнее съесть мёртвых змей, чем разбираться с Нин Шу. Однако после того, как они съели мёртвых змей, они тоже отравились и их начали есть другие змеи. Нин Шу достала ещё этого ядовитого порошка, зажала себе нос и разбросала его повсюду. Все те змеи, что входили в контакт с ядом, вскоре умирали и яд передавался дальше. После этого Нин Шу поспешно убежала. Быть в комнате, полной змей, это просто слишком ужасающе. ---------- Огромная Черная Змея Прежде чем Нин Шу успела что-то понять, в её сторону полетело нечто огромное и похожее на хвост. Она быстро увернулась от атаки. Когда она посмотрела в сторону этого хвоста, то увидела, что в тенях прячется змея, которая не пострадала от яда. Эта змея была очень огромной. Диаметр её тела был почти с талию человека, а длинной она была почти шесть метров. Эта змея была чёрной с головы до кончика хвоста, но глаза её были совершенно красными. Она возвышалась над Нин Шу и высовывала свой раздвоенный язык. Нин Шу глубоко вдохнула и на неё тут же нахлынула вонь. Она пыталась успокоиться, но от этой вони её чуть не стошнило. Она больше не могла это терпеть. Эта змея была слишком вонючей, слишком отвратительной! Нин Шу решила просто атаковать и пронзить голову змеи своим мечом. Огромная змея замахнулась своим хвостом на Нин Шу. Нин Шу увернулась от хвоста и замахнулась мечом в сторону головы змеи. Змея в ответ выплюнула пылающую красную лаву. Нин Шу поспешила увернуться, но её одежда всё равно обгорела. Нин Шу увидела, что её кожа покраснела и опухла от того, что её ошпарило. Она быстро пронзила голову змеи. Духовное оружие было очень острым, а вместе с силой Нин Шу, она насквозь пронзила голову змеи. Повсюду разбрызгалась кровь и воздух наполнила ещё более сильная вонь. Огромная змея начала неистово извиваться и при этом хвостом уничтожила множество колонн. Маленькие змеи этого дворца словно почувствовали нечто обрадовавшее их и помчались к огромной змее. Через несколько секунд огромная змея была покрыта маленькими змеями. Эти маленькие змеи хотят сожрать большую змею? У Нин Шу волосы встали дыбом на затылке и она решила бросить свой застрявший меч и просто сбежать. Может эти змеи были оставлены тут, чтобы отгонять людей своей мерзостью? Нин Шу выбежала из дворца змей и вошла в более широкий дворцовый зал. В данный момент в этом дворце было трое. Нин Шу увидела, что Се Юй в данный момент стоит перед Лю Юаньюань, словно защищая её, а недалеко от них, парень в зелёном конвульсивно дёргался на полу и кричал от боли. Его тело абсурдно извивалось и принимало явно неестественные позы. Лицо парня было искажено агонией, а из глаз, носа и рта текла кровь. Все семь его отверстий кровоточили. - АААаа… - кричал парень от боли. Наконец, после последней абсурдной судороги, его глаза округлились и он затих. Вот такую сцену увидела Нин Шу, как только вошла. Она была разочарована, увидев, что умер не Се Юй. Кроме Нин Шу тут были только те люди, у которых имелись нефритовые таблички. Лицо Лю Юаньюань побледнело, когда она увидела, что тот парень умер. Было ясно, что она напугана этой сценой, так как невольно старалась подойти поближе к Се Юю. Се Юй обернулся. Когда он увидел Нин Шу, его зрачки расширились, а потом он холодно сказал: - Так тебе удалось пробраться внутрь. Нин Шу спокойно пригладила свои волосы и сказала: - Раз даже ты смог войти, то почему я не могу войти? Нин Шу посмотрела на труп, лежащий на полу, и чьё лицо всё ещё было искажено агонией. - Похоже, что заполучить божественную обитель будет не так-то просто. ---------- Ответная Реакция Божественной Обители Се Юй снова почувствовал опасение при виде Вэя Лянюэ. Никто ещё не смог сюда пробиться, но он уже добрался сюда. И хотя его одежда была растрёпанной, и он выглядел довольно жалко, не похоже, чтобы он был ранен. Нин Шу внезапно вспомнила о Шу Хуэйди и сказала: - А чего это ты оставил свою Старшую сестру и Младшую сестру снаружи, чтобы убежать сюда самому? Ты же наверняка знал, насколько опасны эти контрольные точки. Цвет лица Се Юя изменился. Он действительно забыл о Шу Хуэйди и Янь Цзяо. Когда рядом с ним оказались два сильных конкурента, его единственной мыслью было лишь поскорее заполучить божественную обитель. Се Юй был раздосадован тем, что Нин Шу ему на это указала. - Тц, тц, ты действительно влюбляешься в девушку, как только увидишь её, а потом сразу же выбрасываешь, когда влюбляешься в другую, - насмешливо сказала Нин Шу. А потом она огляделась по сторонам и обнаружила круглую штуку, которая парила в центре комнаты. Она была размером с футбольный мяч и медленно вращалась. Излучаемый ею свет казался очень сложным, и от него было больно глазам. Это ещё что за чертовщина была? - Эй, красотка, могу я спросить, как умер этот человек? Нин Шу повернулась Лю Юаньюань. Лю Юаньюань понимала, что Нин Шу была сильной, поэтому она холодно ответила: - Он переоценил свои способности и хотел подчинить божественную обитель. И вот чем всё закончилось. Первыми во дворец вбежали три человека, у которых были нефритовые таблички. Так как у них были эти нефритовые таблички, то они легко смогли пройти через контрольные точки, потому что большая их часть не нападала на людей, которые имели нефритовые таблички. Парень в чанг-пао, который добрался сюда первым, тут же вставил своё духовное сознание в ядро божественной обители. Однако, похоже, что он столкнулся с чем-то опасным, и поэтому умер. Вероятно это была ответная реакция божественной обители. Было ясно, что божественная обитель отказалась признавать этого парня своим хозяином. Нин Шу нахмурилась. Неужели ответная реакция божественной обители была настолько ужасающей? - Его душу что-то поглотило, - прозвучал в голове у Нин Шу голос 2333. – Кто бы мог подумать что ядро этого мира настолько большое? Похоже, что ему осталось не так уж много времени до исчезновения. - То, что ядро большое – это плохо? И почему оно должно исчезнуть, если оно большое? Нин Шу была в замешательстве. Система 2333-сама объяснил: - Причина, почему ядро выглядит большим в том, что его связи начинают разваливаться. Рано или поздно, оно совсем распадётся. Чем стабильнее ядро, тем оно меньше. Вот почему я сказал, что это мусор, а не мир. Нин Шу спросила: - Ты сказал, что душа того парня пропала, потому что её что-то проглотило. Возможно ли, что ядро этого мира пожрало его душу? - Этого я не знаю. После этого 2333 исчез. Когда Нин Шу услышала, что 2333 сказал о пропаже души парня в чанг-пао, она захотела, чтобы Се Юй попробовал. Это было бы идеально, если бы ядро засосало и душу Се Юя. ---------- Личный Секретарь Нин Шу ухмыльнулась Се Юю. - Раз вы двое не собираетесь пытаться подчинить себе божественную обитель, тогда простите меня за то, что я пойду вперёд вас. - Послушай, Старший брат, у тебя же нет нефритовой таблички, так как ты планируешь подчинить себе божественную обитель? Когда Лю Юаньюань услышала, что Нин Шу хочет попробовать подчинить себе божественную обитель, её взгляд тут же наполнился холодным и зловещим выражением. Нин Шу развела руками и ответила: - А кто сказал, что только люди с нефритовыми табличками могут подчинить себе божественную обитель? Разве этого парня не сожрала божественная обитель, несмотря на то, что у него была нефритовая табличка? Тот факт, что я смог добраться досюда, означает, что моя судьба связана с этой божественной обителью. У всех сокровищ есть хозяева, предназначенные им судьбой, и мне суждено стать её хозяином. - Пока я тут, у тебя никогда не будет шанса подчинить себе эту божественную обитель, - холодно сказал Се Юй. А потом он повернулся к Лю Юаньюань и сказал: - Юаньюань, попробуй ты подчинить себе божественную обитель. Юаньюань? Нин Шу посмотрела на них обоих. Они пробыли вместе всего час, и они уже обращаются друг к другу таким интимным образом, по именам? Да уж, навык Се Юя во флирте – это вам не шутки. После того, что случилось с парнем в чанг-пао, Лю Юаньюань немного сомневалась. Она чувствовала, что божественную обитель будет трудно подчинить, и она не могла до конца поверить в то, что Се Юй был искренен, отдавая ей божественную обитель. - А что если у меня получится подчинить себе божественную обитель? – спросила Лю Юаньюань, словно юная девушка, которая проверяла своего возлюбленного. Се Юй улыбнулся и тепло сказал: - Если тебе удастся, тогда это означает, что божественная обитель с самого начала принадлежала тебе. В этом мире полно чудесных находок и сокровищ. Даже если в этот раз мне не достанется божественная обитель, есть шанс, что в будущем мне попадётся что-то ещё лучше. Лю Юаньюань слегка покраснела. - Ты правда это искренне говоришь? - Конечно. Се Юй уверенно кивнул. Нин Шу: … Нин Шу обнаружила, что её снова полностью проигнорировали. Они публично проявляли свою влюблённость, словно рядом никого не было, и ей очень хотелось просто сжечь их до смерти! Лю Юаньюань глубоко вдохнула, а потом покачала головой. - У меня есть предчувствие, что я не смогу подчинить себе эту божественную обитель. Лучше ты попробуй. Я присмотрю за тобой и не позволю никому навредить тебе, - сказала Лю Юаньюань, бросая на Нин Шу предупредительный пристальный взгляд. – Я чувствую, что эта божественная обитель принадлежит тебе. Не сомневайся в моих чувствах, моя интуиция всегда была очень точной. Один из моих врождённых навыков в том, что я могу смутно предсказывать будущее. Взгляд Лю Юаньюань был полон теплоты, когда она посмотрела на Се Юя. - Юаньюань, спасибо тебе. Се Юй был тронут и взялся за нежные руки Лю Юаньюань. Лю Юаньюань улыбнулась и сказала: - Скорее, подчини себе божественную обитель. Нин Шу: Меня снова проигнорировали. И ей снова пришлось наблюдать за тем, как они флиртуют. И вот как раз когда Се Юй уже собирался начать подчинять себе божественную обитель, кто-то ворвался во дворец. Когда этот человек увидел ядро, он закричал: - Божественная обитель! Это божественная обитель… Вслед за ним всё больше и больше народу начало вбегать во дворец. Когда они увидели вращающееся ядро, в их глазах зажёгся пылающий свет. Нин Шу оглянулась. Хоть сюда и добрались многие, ещё больше наверняка погибло в различных ловушках. Эта толпа была гораздо меньше той изначальной толпы, которая вбегала во дворец. Тут осталась едва ли не одна десятая изначальной группы. Все слабые умерли. Когда они увидели ядро, некоторые из них тут же подошли, чтобы внедрить в ядро своё сознание и подчинить божественную обитель себе. Но они закончили так же, как и парень в чанг-пао. Человек, который был отвергнут божественной обителью, начал кровоточить изо всех семи отверстий, а потом рухнул на пол. Его глаза были широко открыты и безжизненны. Несколько человек упали так в быстрой последовательности, и это сразу же стало ведром ледяной воды на радостном воодушевлении остальных. Дворец затих. Все в тревоге уставились на вращающееся ядро. Они не ожидали, что может произойти нечто подобное. Нин Шу осмотрела трупы. Их зрачки были тусклыми, а значит их души действительно были сожраны. А потом она уставилась на вращающееся ядро. Возможно, что хозяин божественной обители вовсе не умер, и в данный момент прячется в этом ядре. Когда кто-то пытается подчинить себе божественную обитель, он пожирает их душу. Если он найдёт кого-то очень талантливого, то он, вероятно, попытается захватить его тело. Нин Шу глянула на Се Юя. Люди всё подходили, и лицо Се Юя стало бледнее, когда он увидел, что дворец постепенно наполняется группой людей. Лю Юаньюань начала утешать его, и сказала: - Да всё равно, даже если их много. Эта божественная обитель определённо принадлежит тебе. Поверь мне. Се Юй улыбнулся Лю Юаньюань. Нин Шу даже не стала больше смотреть как эти двое флиртуют и повернулась посмотреть на Шу Хуэйди и маленькую тигрицу Янь Цзяо. Обе эти девушки спокойно наблюдали за тем, как парень, который им нравится, флиртует с другой девушкой. ---------- Покорно Пожертвуй Свою Душу Были некоторые люди, которые отказывались сдаваться и всё равно попытались вставить своё сознание в ядро, но их ожидал тот же трагический конец. Крики агонии невольно вызывали мурашки на коже, когда отражались от стен помещения. Не слишком ли эта штука была зловещей? Нин Шу не увидела в толпе ни одного ученика Секты Небесного Закона. Неужели они все погибли? Если это так, то у Секты Небесного Закона будет повод для головной боли. Всё же, они были самыми выдающимися учениками секты. Нин Шу надеялась, что они в порядке. Всё-таки, старик Вэй был старейшиной Секты Небесного Закона. Она не хотела, чтобы у него по этому поводу болела голова. Она подошла к маленькой тигрице Янь Цзяо и спросила: - Как ты себя чувствуешь, глядя на то, как парень, который тебе нравится, флиртует с другой девушкой? Янь Цзяо была шокирована Нин Шу. Когда она увидела, что это был Вэй Лянюэ, тот огромный извращенец, она тут же резко огрызнулась: - Не твоё дело! - Тц, тц. Как же меня тебя жаль. Если бы я был на твоём месте, то я бы прямо сейчас подошёл к нему, зажал голову с двух сторон, и пнул бы в нижнюю половину, - сказала Нин Шу. Шу Хуэйди холодно глянула на Нин Шу, а потом отвернулась, игнорируя её. Янь Цзяо с презрением сказала: - Ты говоришь так, словно какой-то великолепный парень. А разве ты сам не топтал множество девушек? Какое право ты имеешь говорить о других? Старший брат Се – очень хороший человек. Это нормально, что он нравится девушкам. Старший брат Се тоже очень уважает девушек. Кто-то столь нежный как он, совсем не ровня какому-то большому извращенцу вроде тебя. Нин Шу: … Ладно. Девушки под влиянием эффекта ореола главного мужчины всегда обладают подобным странным мышлением. Как только они встречают главного мужчину, они привязываются к нему. Они любят его страстно и без сожалений, и даже радуются тому, что так много сестёр любят Се Юя так же сильно, как и они сами. Нин Шу покачала головой, а потом тихо кашлянула, чтобы нарушить тишину, образовавшуюся во дворце. - Раз остальным не удалось, пока что, подчинить себе божественную обитель, тогда этот юный мастер сам попробует. Когда Се Юй увидел, что Нин Шу вообще-то стоит рядом с Янь Цзяо и Шу Хуэйди, его лицо тут же помрачнело и он подошёл к девушкам. Лю Юаньюань последовала за ним. - Старшая сестра, Янь Цзяо, как же здорово видеть, что вы обе в порядке! Се Юй посмотрел на них с обеспокоенным выражением на лице. Янь Цзяо поджала губы с ревнивым выражением. - Ты, вероятно, даже не думал о нас. Всё-таки, с тобой теперь такая прекрасная леди. Конечно же ты забыл о Старшей сестре и обо мне. Ты плохой человек! Когда Се Юй услышал эти слова Янь Цзяо, он знал, что на самом деле, младшая сестра не злится на него. Однако он не знал, о чём думает холодная Шу Хуэйди. Он глянул на Нин Шу и Нин Шу тут же сказала: - А чего ты на меня-то смотришь? Неужели ты думаешь, что у меня есть что-то с этой маленькой перчинкой? Меня не интересует эта волчица. Она всегда гоняется за мной и пытается укусить. - Вэй Лянюэ, что ты сказал?! Кто это тут волчица?! Да я тебя убью! – закричала Янь Цзяо. Се Юй и не подозревал, что между Вэй Лянюэ и Янь Цзяо было что-либо. Он больше подозревал, что было что-то между Вэй Лянюэ и Шу Хуэйди. Всё же, они были помолвлены. Се Юю внезапно очень захотелось узнать, что именно Шу Хуэйди думает обо всём этом. Он почувствовал себя так, словно был совершенно одурачен поведением Шу Хуэйди. Казалось, что она относится к нему по-особенному, но, в то же самое время, она не относилась к нему по-особенному и они всё ещё были просто обычными знакомыми учениками из одной секты. Крики агонии продолжали звучать во дворце. И хотя множество людей уже погибли, все чувствовали себя особенными, что Небеса о них позаботятся. Поэтому они продолжали бросаться на смерть, соблазнённые божественной обителью. Нин Шу запихала своё духовное сознание в ядро и тут же почувствовала, как в её душу входит холодная энергия. Мощная сила попыталась выдернуть её душу из тела и всосать в ядро. - Покорно пожертвуй свою душу этому богу. Твоя душа очень сильна. Она сильнее, чем я когда-либо видел, - прозвучал в сознании Нин Шу пожилой голос. Нин Шу не стала проталкивать своё духовное сознание глубоко в ядро, поэтому она быстро отреагировала и вытащила его обратно. И хотя она отреагировала так быстро. Её душа всё равно пульсировала от истощения, а её спина покрылась холодным потом. ---------- Нельзя Так Издеваться Над Процессором! Лю Юаньюань была в шоке, когда увидела, что Нин Шу всё ещё жива. Все остальные, кто пытался подчинить себе божественную обитель – умерли, а раз он выжил, то Лю Юань и Се Юй не могли позволить себе недооценивать этого человека. - Блять, духовное сознание этого папочки недостаточно сильное! Я даже не смог войти в эту штуку! – выругалась Нин Шу. Когда Лю Юаньюань услышала слова Нин Шу, она тут же пришла к выводу, что слишком много себе накрутила всяких мыслей. Неудивительно, что он не умер. Он даже не смог войти в ядро. - Хватит тратить свою энергию. Ты всё равно не сможешь заполучить эту божественную обитель, - сказала Лю Юаньюань, которая, похоже, была очень уверена в своей интуиции. Нин Шу ничего не сказала и лишь пожала плечами. Она чувствовала усталость, которая шла из глубины души. Вероятно, эта попытка истратила много энергии её души. Однако она получила то, на что нацелилась. Как она и предполагала, с ядром было что-то не так. Весь этот инцидент с нефритовыми табличками, вероятно, был подстроен этим призраком, чтобы заманить сюда людей. Се Юй холодно рассмеялся, когда увидел, что Нин Шу ничего не удалось сделать, а потом вставил своё собственное сознание в ядро. Вскоре, его лицо начало зловеще искажаться. Лю Юаньюань и Янь Цзяо нервно наблюдали за Се Юем. Даже взгляд Шу Хуэйди сфокусировался на нём. Нин Шу глянула на Се Юя. Судя по его удаче и способностям, он, вероятно, сможет убить того духа и заполучить божественную обитель. Она поджала губы, а потом тихо спросила у 2333: - А ты можешь переместить это место туда, где взращиваются миры? - Что ты планируешь сделать? Зачем ты об этом спрашиваешь? – спросил 2333. Нин Шу сказала: - Я просто хочу знать, можешь ли ты? - Это… - Как я и думала, ты не можешь, - заметила Нин Шу с презрением. Она увидела, что из уголков рта Се Юя течёт кровь. Вероятно, в данный момент он бился с призраком. Нин Шу спросила у 2333: - Ну, так ты можешь или нет? - Я могу, но у меня недостаточно энергии, - сказал 2333 после мгновения тишины. - ты уже впитал так много кристаллов духовной эссенции, и у тебя всё ещё недостаточно энергии? Нин Шу почувствовала, что эта система тот ещё прохиндей. 2333 ответил удручённым голосом: - Подобного среднего источника энергии недостаточно, чтобы поддержать нас в том месте, где растут миры. - Если ты дашь мне тот камень первобытного хаоса, то у меня будет энергия, - сказал 2333. Нин Шу почувствовала, что этот Система-сама просто нацелился на её камень первобытного хаоса. Похоже, что этот камень действительно был чем-то ценным. Она спокойно сказала: - Система-сама, есть вещи из-за которых я не хочу даже пререкаться, но ты тоже не должен держать меня за идиотку. А иначе я зарегистрирую жалобу и скажу, что ты хитростью выманиваешь вещи у игрока и используешь дыры в системе, чтобы обменивать вещи. А после этого ты можешь собирать свои вещи и отправляться в центр переработки. - Айой, прошу, леди, как вы можете такое говорить? Я обменивал эти вещи ради вас, как вы можете быть такой неблагодарной? Причина, почему у меня закончилась энергия, это потому, что мне пришлось спасать вас. Вы сказали, что поможете мне найти энергию, а теперь забираете своё обещание. Как вы можете так ко мне относиться? Нин Шу, что я вам сделал, чтобы вы стали ко мне так относиться? Даже если я просто процессор, это не означает, что вы можете вот так надо мной издеваться! 2333 прозвучал обиженным и негодующим. Нин Шу: … Охренеть, почему она внезапно почувствовала себя немного виноватой? ---------- Идеальный Момент Бросать Камни Наконец, Нин Шу пришла к соглашению с системой. Она отдаёт ему камень первобытного хаоса, а он соглашается отвести её в том место, где взращиваются миры. Се Юй всё ещё сражался с призраком. Вот только теперь его тошнило кровью и из глаз его тоже текла кровь. Было ясно, что он сражается в напряжённой битве. Серый призрак был внутри духовного сознания Се Юя и высокомерно требовал, чтобы Се Юй отдал ему своё тело. Он хотел использовать тело Се Юя, чтобы создать легенду, которой никогда раньше не было. Однако Се Юй был очень гордым и упорным. Естественно, он отказался отдавать своё тело. Он хотел убить этого старого монстра, а потом выжать из него контроль над божественной обителью. Се Юй запрокинул голову и прорычал: - Хочешь захватить моё тело?! Размечтался! Сдохни уже! Се Юй закашлялся кровью. Его лицо зловеще исказилось, а вены на лбу вспучились от той агонии, что он испытывал. Когда Нин Шу увидела его таким, она почувствовала, что настал идеальный момент, чтобы подбросить ещё камней в колодец, поэтому она быстро стукнула его по голове. Лю Юаньюань тут же сместилась, чтобы помочь Се Юю заблокировать атаку, но Се Юй всё равно получил удар и снова закашлялся кровью. Се Юй посмотрел на Нин Шу своими налитыми кровью глазами, и его взгляд был полон ненависти. Из-за этого момента отвлечения, он был травмирован призраком и снова закашлялся кровью. Его лицо потеряло всякий цвет и ему пришлось закинуть себе в рот пилюлю. - Вэй Лянюэ, ты посмел напасть на Старшего брата Се?! – Янь Цзяо возмущённо указала своим хлыстом на Нин Шу. – Большой извращенец, как ты посмел навредить моему Старшему брату?! Да я буду избивать тебя до тех пор, пока ты не начнёшь желать смерти! Лю Юаньюань вытерла кровь с уголков её рта, а потом мрачно посмотрела на Нин Шу. - Ты дразнишь смерть. Когда Нин Шу увидела, что Лю Юаньюань всё равно готова изо всех сил защищать Се Юя, даже несмотря на то, что была ранена, она немного удивилась. Лю Юаньюань знала Се Юя едва ли день, но уже была настолько предана ему? А не слишком ли это быстро? Лю Юаньюань была соблазнительного и коварного типажа, поэтому было нелогично, что она так быстро стала предана кому-то. На самом деле, Лю Юаньюань имела свои эгоистичные мотивы. Она знала, что не сможет заполучить божественную обитель, и у неё было предчувствие, что это сможет сделать Се Юй, поэтому, по её мнению, сейчас ей нужно было помогать ему, чтобы потом заполучить другую выгоду. Ну, и ещё тут был такой фактор, что у неё, почему-то, сложилось благоприятное впечатление о Се Юе. Шу Хуэйди подошла и холодно сказала: - У всех сокровищ есть свои владельцы, предназначенные судьбой. Ты не смог заполучить божественную обитель, когда пытался сделать это ранее, но у Младшего брата Се, похоже, есть надежда на то, чтобы заполучить себе эту божественную обитель. Если ты планируешь вмешаться, тогда тебе сначала придётся пройти через нас. Вот теперь Нин Шу на собственном опыте познала, что означает фраза "чем больше народу, тем больше силы". Она смотрела на трёх девушек с высоким уровнем культивации, которые стояли перед ней и защищали Се Юя. - Вэй Лянюэ, я обязательно тебя убью, - мрачно сказал Се Юй, даже несмотря на то, что кашлял кровью. - Слышите? Он сам признал, что хочет меня убить. Да я ни за что не стану просто сидеть и ждать смерти. Любой нормальный человек попытается убить зверя, пока он ранен, - сказала Нин Шу с искренним смехом, пока сжимала кулак, чтобы ударить Шу Хуэйди. Она давно уже ждала возможности отомстить. Когда она только пришла в этот мир, Шу Хуэйди изрядно её поколотила. Шу Хуэйди знала о его силе, так как сама видела, как он свалил двух каменных львов у входа во дворец. Она достала свой кушак и попыталась связать движения Нин Шу, но Нин Шу перехватила кушак и дёрнула за него, отчего Шу Хуэйди с силой улетела прочь. Шу Хуэйди врезалась в стену, а потом упала на землю, кашляя кровью, которая забрызгала её кушак. - Старшая сестра! – закричала Янь Цзяо. Она подбежала, чтобы помочь Шу Хуэйди подняться. Шу Хуэйди приняла несколько пилюль, а потом начала медитировать, чтобы исцелить свои раны. Глаза Янь Цзяо налились красным. Она хотела завопить на Нин Шу, но, когда она встретилась с её строгим взглядом, её тон ослабел до обиженного крика: - Как ты можешь так относиться к Старшей сестре?! Нин Шу было лень даже отвечать ей. Янь Цзяо была просто слишком наивна и несведуща в том, каков мир. Хоть она и была весёлой и милой, она всегда делала только то, что хотела. Янь Цзяо всегда кричала Се Юю, чтобы он убил Нин Шу, а теперь у неё хватает смелости обвинять её в чём-то? Неужели Нин Шу должна была поддаться Шу Хуэйди только потому, что Шу Хуэйди когда-то была её невестой? ---------- Оба Звери в Человеческом Обличье Когда Се Юй увидел, что Шу Хуэйди была ранена, его глаза начали кровоточить ещё сильнее. Он глубоко вдохнул, а потом достал из своего кисета-хранилища две пилюли и проглотил их. - Посмотрим, кто кого сегодня уничтожит. Се Юй говорил так, словно он обращался к призраку, который пытался им овладеть, но, при этом, и так, словно он обращался к Нин Шу. Когда Лю Юаньюань увидела, что Шу Хуэйди была ранена, она сильно закусила свои губы и с опаской посмотрела на Нин Шу. Нин Шу встряхнула руками, а потом медленно подошла к Лю Юаньюань и замахнулась на неё кулаком. По правде говоря, ей очень нравилось драться голыми руками. Это чувство, когда бьёшь чью-то плоть голым кулаком, было таким удовлетворяющим. Когда Лю Юаньюань увидела удар Нин Шу, она захотела увернуться. Однако она вспомнила, что позади неё стоит Се Юй, поэтому она решила не избегать боя. В руках Лю Юаньюань появился духовный инструмент, похожий на щит. Этот инструмент стал излучать тусклое свечение, когда Лю Юаньюань влила в него почти всю первозданную энергию, что была в её теле, в надежде, что это поможет ей выстоять против кулака противника. Это было просто абсурдно. Она явно держала духовный инструмент, но всё равно была недостаточно уверена в своей защите, несмотря на то, что противник нападал на неё с голыми руками. Нин Шу стукнула кулаком прямо по духовному инструменту. Лю Юаньюань отшатнулась назад на несколько шагов, а потом её руки слабо обмякли. Её кости треснули от этой огромной силы и с её губ начала беспрестанно течь кровь. Она поспешно достала несколько пилюль, чтобы восстановиться, но её лицо осталось совершенно бледным и нежное персиковое свечение её глаз значительно потускнело. Нин Шу подула на свой кулак. Так вот значит, какой была абсолютная сила. Нин Шу теперь поняла, по какому пути она должна идти. Она пойдёт по пути силы и разломает оковы судьбы грубой силой. - АААррргх… Се Юй запрокинул голову назад и зарычал в сторону неба. Его волосы поднялись дыбом от излучения яростной подавляющей взрывной волны, а потом он пошёл на Нин Шу, чтобы ударить её. У Нин Шу ёкнуло сердце. Похоже, что Се Юй успешно избавился от этого призрака. Возможно даже он пожрал ту душу, раз он теперь казался ещё сильнее. Краем глаза она увидела, что ядро теперь вращалось медленнее и стало немного больше, чем раньше. Похоже, что этот мир разрушится всего через несколько лет. Нин Шу вспомнила кельпа в море. Если этот мир исчезнет, то и кельп тоже исчезнет. Она использовала энергию в своём даньтяне, а потом встретила кулак Се Юя своим кулаком. Это столкновение вызвало огромную отдачу и они оба улетели назад. Нин Шу откашлялась кровью и вынуждена была принять пилюлю, но Се Юй выглядел вполне нормально. Он явно стал гораздо сильнее, чем раньше. Однако теперь она не боялась драться с ним. Она вытерла кровь со рта, а потом стиснула кулак и с опаской посмотрела на Се Юя. Взгляд Се Юя был полон убийственного намерения, когда он холодно сказал: - Заплати за то, что ранил их. Нин Шу рассмеялась. - Этот юный мастер будет бить кого захочет и когда захочет! И что ты будешь с этим делать? Лицо Се Юя стало пепельным, и он стиснул кулаки, помчавшись на Нин Шу. Они начали драться на кулаках. Остальные тихо наблюдали за их боем. Оба они были зверями в человеческом обличье. ---------- Заключение Сделки с Миром Нин Шу и Се Юй были в безвыходном положении. Каждый раз, когда их кулаки сталкивались, Нин Шу чувствовала, как её внутренние органы встряхиваются и вылетают со своих мест от этой силы. Тем временем, Се Юй чувствовал, что кулак его противника был словно скала. Он чувствовал, что его руки вот-вот переломаются. Самой большой гордостью Се Юя было то, что ни один другой культиватор не мог сравниться с ним в физической силе, так как он тренировался по древнему руководству для усиления тела. Однако внезапно появился тот, чья физическая сила и телосложение были даже сильнее, чем у него, и этого человека он всегда считал куском мусора. Се Юй был решительно настроен на то, чтобы довести эту битву до конца и убить Вэй Лянюэ. Нынешнее существование Вэй Лянюэ было для него словно кость в горле. Он не сможет успокоиться, пока не разберётся с Вэй Лянюэ. Нин Шу глубоко вдохнула, а потом потянулась к своему даньтяню, чтобы вытянуть ещё больше энергии, чтобы она могла атаковать Се Юй ещё раз. Когда их кулаки столкнулись, Нин Шу услышала, как у неё треснули кости. Её тело стало невероятно сильным, после того, как было усилено Непревзойдёнными Боевыми Искусствами, но в данный момент её кости всё равно ломались! Обоих противников снова раскидало отдачей по сторонам. Нин Шу закашлялась кровью, поэтому она поспешила принять пилюлю и использовать энергию дракона в её даньтяне, чтобы восстановить сломанную руку. И хотя у Нин Шу рука треснула, у Се Юя вся рука онемела, поэтому было ясно, что он был ранен серьёзнее, чем Нин Шу. Он принял пилюлю, а потом холодно посмотрел на Нин Шу. - Вэй Лянюэ, похоже, что я тебя недооценил. Нин Шу высокомерно сказала: - Это потому, что ты слепой. - Се Юй, ты пока забудь о нём и сперва подчини себе божественную обитель, - обеспокоенно сказала Лю Юаньюань. Он так целеустремлённо сражался с Вэй Лянюэ, словно они были непримиримыми врагами. А ведь рядом было ещё так много народу. Будет плохо, если кто-то решил воспользоваться этим хаосом, чтобы первым украсть божественную обитель. Се Юй ответил "ага" и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить свою беспокойную первозданную энергию, после чего вставил своё духовное сознание в ядро. Он хотел пометить ядро своим духовным сознанием, чтобы стать обладателем этой духовной обители. Се Юй получил много информации, после того, как поглотил того призрака. В этой божественной обители было гораздо больше сокровищ, чем он себе представлял. Он должен был заполучить эту божественную обитель! Если он сможет заставить эволюционировать эту божественную обитель и произвести собственную жизнь, тогда он станет владельцем мира! Когда Нин Шу увидела, что Се Юй снова собирается подчинить себе божественную обитель, она тут же вставила своё собственное духовное сознание в ядро и послала весть: - Я могу отвести тебя обратно в то место, где взращиваются миры. Не позволяй этому человеку заполучить тебя. После короткого мгновения, Нин Шу почувствовала слабую ликующую эмоцию, словно мир спрашивал Нин Шу, действительно ли это правда. - Я могу отвести тебя обратно в то место, где взращиваются миры и это позволит тебе создать свои собственные базовые законы. Однако, это возможно будет только на условии, что ты не позволишь другому человеку заполучить тебя. Нин Шу знала, что её удача не могла сравниться с Се Юем и подобная удачная находка не попадёт ей в руки, поэтому она могла воспользоваться только таким методом. #Коммент анлейта: Нин Шу спасла мир из-за Кельпа-самы. ---------- Заполучил Божественную Обитель Нин Шу тут же почувствовала связь с божественной обителью и поняла, что божественная обитель выбрала её. Цвет лица Се Юя резко изменился. Совсем недавно он почувствовал небольшую связь с божественной обителью, но теперь он ничего не чувствовал. Ядро даже начало отвергать его. Се Юй рефлекторно посмотрел на Нин Шу и обнаружил, что его противник в данный момент бешено закидывает пилюли себе в рот. Се Юй нахмурил брови, когда начал пристально всматриваться в Нин Шу. Когда Нин Шу жевала пилюли, она закатила глаза. - Ты на что уставился? Никогда раньше не видел, как кто-то ест пилюли? Внезапно, вокруг всё потемнело, и все потеряли сознание. К тому времени, как все очнулись, они обнаружили, что находятся в долине и больше не в божественной обители. Лю Юаньюань спросила у Се Юя: - Ты заполучил божественную обитель? Лицо Се Юя стало пепельным. Он уже собирался ответить, что ему это не удалось, когда по долине разнёсся низкий голос, наполненный силой. - Се Юй, этот папка знает, что ты заполучил божественную обитель! Отдавай её сюда и я пощажу тебя! - Вэй Лянюэ, нет у меня божественной обители! Хватит уже дурить остальных! Я подозреваю, что это ты заполучил божественную обитель! – холодно закричал Се Юй. Нин Шу упёрла руки в бока и расхохоталась. - Ах, если бы я только мог заполучить божественную обитель! Если бы этот папка заполучил божественную обитель, то этот папка тут же отдал бы её Шу Хуэйди и заставил бы её выйти за меня замуж! Всё же, разве ваша Радужная Секта не отказала мне в браке с Шу Хуэйди, потому что вы, ребята, считаете меня позорищем? А потом Нин Шу пожалела о том, что сказала это. А что если Радужная Секта действительно попытается снова выдать за него Шу Хуэйди? - Но у этого папки нет божественной обители. Похоже, что этому папке не суждено быть с Шу Хуэйди в этой жизни. Шу Хуэйди холодно посмотрела на Нин Шу. - Вэй Лянюэ, сколько ещё ты намерен унижать меня? Нин Шу пожала плечами. - Да я лучше умру, чем выйду за тебя замуж, - холодно сказала Шу Хуэйди. - Ну и ладно. Это же всего лишь одно деформированное дерево. У этого папки ещё целый лес есть, в котором можно выбирать. Шу Хуэйди закашлялась кровью. Она и так уже была ранена после стычки с Нин Шу, а теперь ещё оскорбления Нин Шу так сильно разозлили её, что она снова начала кашлять кровью. Лю Юаньюань была ошарашена, и она с недоверием посмотрела на Се Юя. - Ты правда не заполучил божественную обитель? - Не заполучил. Се Юй покачал головой. Нин Шу указала на Се Юя. - Ладно, притворяйся. Продолжай притворяться! Ты просто боишься, что люди будут знать о том, что божественная обитель у тебя, поэтому пытаешься подставить меня! Моя культивация не такая высокая. Я всего лишь на уровне мастер духа, поэтому, когда я дерусь, мне приходится полагаться только на физическую силу. На таком уровне культивации моё духовное сознание недостаточно сильное, чтобы подчинить себе божественную обитель. В этот раз Се Юй уже был готов закашляться кровью. Он уже видел, что все остальные смотрят на него с лихорадочной жадностью во взгляде. К ним подошли старейшины сект. - Что произошло? Почему вы тут, ребята? Почему подземелье исчезло? Нин Шу нашла среди них старейшину из Секты Небесного Закона и тут же подошла к нему. Она указала на Се Юя и закричала: - Старейшина, ученик из Радужной Секты, Се Юй, заполучил себе божественную обитель! Слова Нин Шу заставили лица всех остальных старейшин стать мрачными. Однако старейшина из Радужной Секты выглядел приятно удивлённым и тут же ушёл вместе с учениками Радужной Секты. Когда Се Юй увидел радостное выражение лица старейшины, он на своей шкуре почувствовал, каково это, когда не можешь озвучить свои проблемы. Когда Лю Юаньюань увидела, что Се Юй ушёл, она была возмущена. Эта поездка оказалась бесполезной! Даже несмотря на то, что она пришла сюда с нефритовой табличкой, она абсолютно ничего не смогла получить. Так у кого же божественная обитель? Лю Юаньюань подозревала, что божественная обитель была в руках Вэй Лянюэ, но его уровень культивации действительно был слишком низким, и у него не было достаточно сильного духовного сознания, чтобы иметь возможность подчинить себе божественную обитель. Маленькая рыбка ни за что не смогла бы сожрать акулу. На том уровне, на котором был Вэй Лянюэ, было практически невозможно заполучить божественную обитель. Сила божественной обители была слишком велика, и он точно не смог бы её выдержать. Когда птичка кулик воюет с устрицей, рыбак ловит обоих. Она не знала, кто стоял за всем этим и кто тайком прибрал к себе всю добычу, но она была уверена в том, что сама она ничего не смогла заполучить! Она потратила на это столько времени впустую и даже была ранена! Лю Юаньюань была очень расстроена. Она была главной ученицей Школы Изысканной Крови и никогда раньше не была в таком разбитом состоянии, и не попадалась раньше в чьи-то махинации подобным образом. От гнева она чуть не закашлялась кровью. У неё не оставалось иного выбора, кроме как уйти. Раз подземелье исчезло и Радужная Секта заполучила божественную обитель, сила Радужной Секты обязательно резко увеличится. Постепенно все остальные люди разошлись. Старейшина Секты Небесного Закона выглядел обеспокоенным. Когда он посмотрел на Нин Шу, он вздохнул и сказал: - Кто бы мог подумать, что ты выберешься оттуда живым? Похоже, что твой папа не зря провёл все те приготовления. Нин Шу кивнула. - Давай уже возвращаться, - сказал старейшина. Нин Шу была занята тем, что пыталась придумать разумное объяснение, почему из всех учеников Секты Небесного Закона выжила только она. #комментарий анлейта: Блин, какая же кровавая глава. Все кашляют кровью. Лол. Когда персонажи кашляют кровью, мы радуемся. Когда персонажи счастливы и здоровы – кровью кашляем мы. Xp ---------- Промывание Мозгов Старейшине Старейшина Секты Небесного Закона отвёл Нин Шу к остальным ученикам, чтобы перегруппироваться, и Нин Шу выяснила, что те ученики, которых она считала погибшими, вполне себе живы. - Так вы живы, ребята? – удивлённо воскликнула Нин Шу. Взгляд Лю Циньяна выражал затруднение, когда он посмотрел на Нин Шу. - Мы не стали входить во дворец. Там были слишком опасные ловушки, поэтому мы вернулись. Как только они выбрали себе вход, они столкнулись с невероятно сильным духовным зверем. А без Нин Шу в качестве прикрытия, они не смогли справиться с духовным зверем, поэтому у них не оставалось иного выбора, кроме как отступить. Они ждали Нин Шу снаружи дворца, но потом они потеряли сознание, а когда очнулись, то уже были вне божественной обители. А когда происходит нечто подобное, то все знают, что кому-то удалось успешно подчинить себе божественную обитель. Лю Циньян надеялся заполучить божественную обитель, но оказалось, что у него даже нет квалификации, чтобы войти во дворец. От этого ему было очень стыдно. Нин Шу почувствовала, что этим людям повезло, раз они не вошли во дворец, так как внутри многие погибли. У нескольких человек были сожраны души, а это означало, что у них больше нет возможности реинкарнировать. Нин Шу забралась в духовную лодку и все остальные последовали за ней. Как только она немного расслабилась, её накрыло изнеможение. Внутри подземелья она беспрестанно сражалась, и всё время была в напряжении. Теперь, когда она расслабилась, она почувствовала боль во всём теле. В итоге, она уснула, прислонившись к борту лодки. Остальные не стали её беспокоить и просто изучали её взглядом. Лю Циньян хотел спросить у Нин Шу о том, что произошло во дворце. Но, когда он увидел, что Нин Шу уснула, у него не осталось иного выбора, кроме как оставить это. Старейшина разбудил Нин Шу только когда они добрались до Секты Небесного Закона. Он спросил: - Правда ли, что ученик из Радужной Секты подчинил себе божественную обитель? Нин Шу без колебаний кивнула и уверенно сказала: - Се Юй из Радужной Секты захватил её, так что нет больше подземелья, где могли бы тренироваться ученики. Старейшина, в этом подземелье было много крайне редких сокровищ. Я слышал, что там даже была тысячелетняя духовная эссенция. - Тысячелетняя духовная эссенция? – голос старейшины задрожал от восхищения. – Это надёжные вести? Нин Шу пожала плечами. - Этого я не знаю, но вероятно это правда. Всё же, подземелье очень большое и там много хороших вещей. Однако оно просто слишком опасное. Чем больше рассказывала Нин Шу, тем мрачнее становилось выражение лица старейшины. Если бы подземелье было в их руках, то он бы хохотал, пока лёгкие не выпали, услышав такие новости. Но, раз это подземелье в руках другой секты, то он чувствовал, как зависть расцарапывает его сердце. Старейшина вздохнул. - Радужной Секте явно повезло, раз они захватили такую божественную обитель. Конечно же, всё дело в том, что у Радужной Секты был такой выдающийся ученик, как Се Юй, а это означало, что удача была на их стороне и они только станут сильнее. В изначальной истории Секта Небесного Закона была сильнее Радужной Секты, но после того, как Се Юй прервал свадьбу Вэй Лянюэ и Шу Хуэйди, Секта Небесного Закона оскорбила Се Юя. Когда Се Юй вернулся, чтобы отомстить, Секта Небесного Закона стала отставать в силе. Она боролась, оказавшись на пороге смерти, но всё равно была полностью уничтожена. Нин Шу ещё несколько раз промыла мозги старейшине, чтобы убедить его в том, что Се Юй подчинил себе божественную обитель. Она даже описала всю ситуацию, что происходила там, в сочных и красочных деталях. Выслушав, что Нин Шу рассказала, старейшина был убеждён в том, что ученик из Радужной Секты захватил божественную обитель. Нин Шу в последний раз глянула на старейшину. Увидев его мрачное выражение лица, она отряхнула свою задницу и вылезла из лодки. ---------- Принес Подарки На публичной площади Секты Небесного Закона было много народу. Когда Нин Шу увидела, что старик Вэй ждёт её, она тут же побежала к нему и воскликнула: - Папа. Глаза старика Вэя были немного красными. - Это хорошо, что ты вернулся. Я уж думал, что ты умрёшь в подземелье. Я только что услышал, что в этот раз умерло два ученика, поэтому я подумал, что с тобой что-то случилось. - Папа, я в порядке. И всё это благодаря тому, что ты мне дал орла молниеносного ветра. Пока Нин Шу говорила это, она начала идти в сторону своей комнаты. - Пап, ты знаешь, как установить изолирующее заклинание? У меня для тебя есть нечто хорошее, - сказала Нин Шу, после того, как закрыла дверь. Старик Вэй небрежно махнул рукой. - Да папе ничего не надо. Тебе стоит оставить это себе. - Это нечто очень хорошее. Когда Нин Шу увидела, что старик Вэй отреагировал "этому папке не интересно то дерьмо, что ты принёс", она достала шкатулку из своего кисета-хранилища. Когда старик Вэй увидел, что его сын выглядит серьёзным, он установил изолирующее заклинание взмахом руки, а потом сказал: - Ладно, показывай, что ты там принёс. А потом он поддразнивая добавил: - Это впервые, когда ты вообще хочешь мне что-то дать. Нин Шу открыла шкатулку. Там был белоснежный фрукт, который светился сложной аурой. Старик Вэй сначала не был заинтересован, так как не думал, что его безнадёжный сын сможет принести хоть что-то хорошее. Однако когда он увидел этот фрукт, его глаза округлились и он поспешно захлопнул шкатулку и воскликнул: - Скорее убери его! Как тебе удалось заполучить такое? - Пап, ты мне руку раздавишь, - напряжённо сказала Нин Шу. Старик Вэй так резко захлопнул шкатулку, что она не успела убрать большой палец. К тому же, он даже начал с силой давить на крышку, отчего ей было чертовски больно. Старик Вэй: … Нин Шу отдала старику Вэю этот фрукт, который, предположительно, должен был помочь с пониманием принципов мира. Немного подумав, она дала ему ещё и кристалл духовной эссенции. - Папа, я ещё вот это подобрал, так что тоже возьми. - Чего… Старик Вэй посмотрел на кристалл духовной эссенции, а потом у него чуть глаза на лоб не вылезли. Он поспешно убрал его, а потом устроил выговор Нин Шу: - Нельзя так небрежно доставать подобные вещи, знаешь ли? Они слишком ценные! Если другие люди увидят их, то они убьют тебя, чтобы украсть их! Нин Шу кивнула. Когда она увидела, что старик Вэй лишь убирает вещи, она сказала: - Папа, тебе стоит съесть фрукт. Безопаснее всего ему будет у тебя в желудке. - Съесть подобный духовный фрукт – это всё равно, что потратить его впустую. Я съем его, когда сделаю из него пилюлю. Старик Вэй не мог позволить себе съесть его. Нин Шу не думала, что создание пилюли увеличит эффект этого фрукта. К тому же, что будет, если процесс создания пилюли пройдёт неудачно? Тогда фрукт пропадёт. Будет лучше съесть его сейчас, поэтому она выхватила фрукт из его руки и запихала ему в рот. Кожица фрукта лопнула и из-под неё начали сочиться чистая энергия и аромат свежести. Сердце старика Вэя задрожало от боли, но он быстро съел духовный фрукт всего за несколько укусов. Он даже открыл рот и попытался всосать ту духовную энергию, которая вытекла из фрукта и ещё не растворилась в воздухе. Нин Шу: … - Я пойду тренироваться в уединении. Береги себя. Аура старика Вэя нестабильно пульсировала. Похоже, что он вот-вот был готов совершить прорыв на новый уровень культивации. Нин Шу кивнула. - Я поняла, папа. Будь осторожен со своей тренировкой. - Ага, я знаю. А ты теперь стал гораздо более энергичным. Похоже, что посещение внешнего мира сказывается на тебе лучше, чем если держать тебя всё время в Секте Небесного Закона. А потом старик Вэй вздохнул. - Кто бы мог подумать, что однажды я получу подарок от своего сына? У меня аж сердце заболело. - Папа, поможешь мне установить изолирующее заклинание вокруг моего дома? Я тоже хочу некоторое время потренироваться в изоляции, - сказала Нин Шу. Старик Вэй помог ей установить изолирующее заклинание, а потом ушёл. Как только старик Вэй оказался достаточно далеко, Нин Шу достала божественную обитель. Божественная обитель была размером всего с маленький кусочек льда на её ладони. Мир, который был настолько большим, оказывается, может сжиматься до такого размера. Это просто потрясающе. Нин Шу сказала 2333: - Давай отнесём этот мир обратно. Раз она дала миру обещание, то ей нужно было его сдержать. ---------- Затруднение Нин Шу и не думала оставить этот мир себе, так как он уже готов был вот-вот развалиться. К тому же, она не знала, было ли хорошей идеей оставлять этот мир Вэй Лянюэ. Вэй Лянюэ был пушечным мясом. Он не обладал удачей, что могла изменять природные явления, поэтому, даже если у него и окажется нечто столь хорошее, в итоге, он всё равно отдаст это кому-нибудь ещё. Если она оставит это ему, то он, вероятно, окажется в том же состоянии, что и в изначальной истории. Обдумав всё это, Нин Шу решила отправить этот мир обратно туда, где взращиваются миры. 2333 спросил у Нин Шу: - Ты уверена? В то место очень трудно попасть и там будет много пространственных клинков. Ты отправишься туда в своём духовном теле, и, если твоя душа будет ранена пространственным клинком, то твоя душа может прямо там и развалиться на части. Разве стоит рисковать ради подобного дрянного мира? Возможно даже, что он не сможет взрастить свои собственные законы природы, даже если вернётся в то место, где взращиваются миры. Нин Шу закусила губы. Больше всего она ценила жизнь. Она не хотела умирать, но она сказала этому миру, что отнесёт его туда. Она испытывала крайнее затруднение. Она долго мешкала, но так и не смогла принять решение, поэтому она села на постели и решила немного потренироваться. Однако она чувствовала себя очень раздражённой и беспокойной. До такой степени, что ей даже казалось, что у неё может развиться отклонение в энергии ци. Она стиснула кулаки. Она была очень недовольна собой, поэтому сказала 2333: - Я решила. Я пойду. Раз я уже согласилась пойти, то, даже если я умру по пути, то всё равно буду считать это за победу. Самым важным для человека было сохранять чистую совесть. А в таком состоянии она точно не смогла бы нормально закончить задание. 2333 затих на мгновение, а потом сказал: - Ладно. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить тебя. - Спасибо, - с улыбкой сказала Нин Шу. Мгновением позже душа Нин Шу покинула тело Вэй Лянюэ. Мир всё ещё был у неё в руке. 2333 помог Нин Шу перенести мир. Пока они поднимались всё выше и выше в небо, они сталкивались с астральными ветрами, и Нин Шу с трудом уворачивалась от них. - Ещё есть возможность повернуть назад, - спокойно сказал 2333. – Это лишь обычный астральный ветер. Когда мы покинем этот мир, астральные ветра будут гораздо хуже. Твоя душа может оказаться уничтоженной до того, как мы доберёмся до того места. Нин Шу закусила губ, но всё равно уверенно сказал: - Я иду дальше. - Нин Шу, у тебя явно что-то не так с головой. 2333, похоже, вздохнул. После того, как они покинули мир задания, они вошли в место, которое было совершенно белым. 2333 объяснил: - Это трещина между мирами. Это место часто рушится на части и тут сильные астральные ветра и пространственные клинки. Будь осторожна, иначе тебе конец. - Я поняла. Нин Шу стала внимательно осматриваться по сторонам, пока она продвигалась вперёд. ---------- Море Таинства Пространственный клинок беззвучно полетел в лицо Нин Шу. Нин Шу наклонила голову, чтобы увернуться, но клочок её волос всё равно был срезан. Так как она сейчас была в своей духовной форме, то каждая часть её тела была сделана из духовной энергии и от повреждения, нанесённого её волосам, душа слегка ослабла. После этого она стала ещё осторожнее и начала идти ещё медленнее. Ей нужно было не только опасаться пространственных клинков, но и окружающего пространства, которое могло обрушиться. Если она попадёт в одно из таких мест, то её душа будет мгновенно раздавлена в пыль. - Перед тобой, в направлении на десять и на два часа, там несколько пространственных клинков. Будь осторожна и увернись от них. 2333 активировал сканирование, но он не мог сканировать очень далеко, так как ему нужно было сохранять энергию. Если у него закончится энергия, то никто из них уже не сможет вернуться. Нин Шу увернулась от клинков. Даже с предупреждением 2333, она всё не могла увернуться в той области, которая была полна духовных клинков. Каждый раз, когда в неё попадал такой клинок, её душа сильно ослабевала. Её духовное тело теперь было крайне хрупким. Она очень забеспокоилась, что не сможет продержаться до конца, чтобы пробраться туда. Но она могла лишь молча подбадривать себя. Она чуть плотнее стиснула мир в руке, когда спросила у 2333? - Далеко ещё идти? Она чувствовала, что прошла уже довольно далеко. - Мы и полпути не прошли ещё. Я же с самого начала говорил тебе тщательно всё обдумать, - сказал 2333. Нин Шу : … - Но у меня такое чувство, что я прошла уже очень далеко. Нин Шу была немного скептично настроена. - Твоё восприятие ошибочно. Ты едва сдвинулась с места. Ладно. Нин Шу приготовилась увернуться от очередного клинка, который летел прямо на неё. Внезапно 2333 закричал: - Не ходи влево! Там обвал! Но, если она сместится вправо, то в неё попадёт клинок! Нин Шу крепко стиснула губы, решив смело встретить пространственный клинок. Когда клинок прошёл через её тело, она тихо застонала от боли. Она чувствовала себя так, словно её душу вот-вот разорвёт на части. Её душа тут же стала ещё более хрупкой. Когда она посмотрела на свою руку, то увидела, что та стала почти прозрачной. Неужели она действительно умрёт тут? Мир, который держала в руке Нин Шу, похоже почувствовал, что она оказалась в трудном положении, так как он начал постепенно передавать Нин Шу свою энергию. С энергией этого мира, душа Нин Шу стала сильнее. Теперь энергия её души больше не рассеивалась сразу после того, как по ней попадали пространственные клинки. Она посмотрела на этот маленький мир. Внезапно она почувствовала себя очень счастливой. Иногда ты получаешь в ответ именно то, что даёшь. Что-то можно делать, а чего-то делать нельзя. Даже когда работаешь над заданиями, всё равно нужно придерживаться принципов. Так как её душа стала сильнее, она смогла идти немного быстрее. Она очень долго шла по обширному белому пространству. Она полностью сфокусировалась на том, чтобы уворачиваться от пространственных клинков, поэтому, спустя некоторое время, она так наловчилась, что они по ней редко когда попадали. - Мы пришли. 2333 прозвучал так, словно он вздыхает от облегчения. Он явно не ожидал, что они действительно смогут добраться сюда. Так они пришли? Нин Шу огляделась вокруг. Это место было огромным. Она даже не знала, как это описать. Каким-то образом оно было похоже на море. Она чувствовала себя так муравей, в сравнении с планетой. Это место было полно хаотичных правил. Некоторые незрелые миры плескались в море таинства, и границы этого таинства взращивания были связаны с бесчисленным множеством миров. Эти миры уютно устроились друг рядом с другом. И хотя ей было сказано, что тут существует три тысячи миров, выглядело всё так, словно тут просто бесконечное количество миров. Некоторые миры были цельными и наполненными жизнью. Другие были испещрены дырами и казались такими тусклыми, что едва излучали свет. - Те миры скоро сгинут, - сказал 2333. – И работа ребят вроде тебя состоит в том, чтобы не давать мирам становиться такими. И хотя каждый мир – это дитя удачи, даже дамбу в тысячу километров может уничтожить достаточное количество муравьёв, которые будут её грызть. Каждая форма жизни может повредить мир. Чувство обиды всякого пушечного мяса тоже может заставить развалиться на части законы мира. Если в мире будет существовать слишком много обиженных существ, то его законы рухнут. Нин Шу вздохнула. Законы мира порождают жизнь, и для этой жизни они были словно мать родная, но эта созданная жизнь всё равно вредит собственной матери. Она положила тот мир, что держала в руке, в море таинства. В море таинства было полно недавно сформированных миров, и эти миры, в итоге, породят бесчисленное множество форм жизни. ---------- Что Она Только Что Увидела?! Нин Шу наконец-то расслабилась теперь, когда она принесла мир сюда. Когда она заметила, что в этом месте полно трансцендентной энергии, она села, чтобы потренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Когда она впитала в себя эту трансцендентную энергию, то её душа снова стала сильнее. - Ладно, хватит уже. Нам нужно возвращаться, - напомнил 2333, когда он увидел, что она тренируется словно наркоманка. Нин Шу внезапно вспомнила кое-что и спросила: - В том мире было множество живых существ вроде кельпа. Что с ними будет? - Мир постепенно сформирует свои собственные законы и живые существа, которые обитают в нём, постепенно адаптируются к этим законам. Нин Шу, вот любишь ты совать нос не в своё дело. Тебе это ещё не надоело? – голос 2333 был полон презрения. Нин Шу нахмурилась. - Я же просто спрашиваю. Я же не потеряю парку кусков своей плоти от того, что спрашиваю. Нин Шу поднялась, чтобы уйти, но, едва она только собралась уходить, она увидела кого-то в отдалении. Тот человек был очень высоким и одет в чёрную ветровку. Он широкими шагами шёл по воздуху над морем таинства. Через несколько секунд он исчез. Это… Дядя школьный доктор? Кого она только что увидела? Дядю школьного доктора? Нин Шу тряхнула головой. Как это возможно? Как может дядя школьный доктор появиться тут? Но она действительно только что видела дядю школьного доктора. Нин Шу уже дважды сталкивалась с дядей школьным доктором. И, даже когда она была зомби, она провела с ним долгое время, конечно же, она смогла узнать его с первого взгляда. Но, почему дядя школьный доктор оказался тут? Почему, почему, почему?? Любопытство скребло у неё на сердце. Она должна была просто окликнуть его, когда увидела, но он исчез слишком быстро. Он ушёл прежде, чем у неё появился шанс отреагировать. - 2333, ты это сейчас видел? Нин Шу хотела услышать подтверждение от 2333. - Что видел? – спросил 2333. Нин Шу тут же сказала: - Там был парень в чёрной ветровке. По нему с первого же взгляда было ясно, что он извращённый психопат. Он только что прошёл над морем таинства. - У тебя явно зрение испортилось, - спокойно ответил 2333. – Ни у кого нет способности ходить по морю таинства. У тебя начинается пресбиопия*. - Какого хрена? Я правда видела его! Как я могу ошибаться в таком серьёзном вопросе? Ты думаешь, что я слепая? – огрызнулась Нин Шу. - У тебя явно зрение испортилось, - сказал 2333. - Я правда видела его. Поверь мне. Она отчётливо видела его. И это действительно был дядя, это точно был дядя. - У тебя явно зрение испортилось. Нин Шу: … Теперь в её сердце закралось сомнение. Неужели она действительно всё не так поняла? Но это невозможно. У неё же зрение 30/20. Она оглянулась на море таинства, но там не было ни следа дяди. Море таинства взращивало бесчисленные миры. Она уже больше не могла отличить среди них тот, который она сама принесла. Наконец, она развернулась и ушла, направляясь туда, откуда пришла. Её душа теперь была гораздо сильнее, и она уже была знакома с этим местом, поэтому в этот раз ей было легче уворачиваться от пространственных клинков, и в неё почти не попадали. Благополучно вернувшись в тело Вэй Лянюэ, она открыла глаза и попыталась немного пошевелить телом и обнаружила, что оно стало совсем жёстким. Её кости скрипели и потрескивали от движений. Они что, заржавели? Она медленно походила по комнате и поделала растяжку, пока тело не размялось. Как только её тело и душа полностью адаптировались друг к другу, она села на постель и снова начала культивацию. ______________________________________________________________________ Примечания переводчика: * Пресбиопия – старческая дальнозоркость. ---------- Неожиданно Сильные Боевые Искусства Золотой дракон в её даньтяне плавал, словно настоящий дракон. Спустя некоторое время она достала ещё один кристалл духовной эссенции, который был размером с ноготь, и проглотила его. Духовная энергия тут же вырвалась из этого кристалла и помчалась в её даньтянь, словно собиралась его пронзить насквозь. Золотой дракон, плавающий в её даньтяне, радостно впитал в себя духовную энергию. Как только он впитал её всю, он взорвался. Нин Шу была ошарашена. Почему он внезапно взорвался? Неужели у него живот лопнул от всей этой духовной энергии? И хотя золотой дракон взорвался, Нин Шу не была ранена. Частицы света, которые возникли во время взрыва, полетели из даньтяня во все уголки её тела. Она практически почувствовала, как клетки её тела пожирают эту энергию. Она сжала кулак и обнаружила, что её сила словно снова увеличилась. Она попыталась слегка стукнуть стол, и прочный стол тут же развалился от этого удара. Всё её тело было наполнено энергией. Эти, казалось бы, низкоуровневые боевые искусства наконец-то проявили свою экстраординарную силу, оказавшись в подходящем мире культивации. Нин Шу никогда раньше не обращала внимания на это руководство по боевым искусствам. Когда она его только нашла, она получила лишь сто очков за его продажу, поэтому она думала, что оно почти бесполезное. Она продолжала тренировать их, но не ожидала, что они окажутся такими мощными. С этих пор она собирается продолжить тренировку этих боевых искусств, даже если она окажется в мире, где законы природы ограничивают её силу. Если она сможет сделать себя даже немного сильнее, это поможет ей легче защищать себя. Нин Шу продолжила тренировку и в её теле постепенно начала формироваться новая прядь энергии. Как только эта энергия сформировалась, она достала очередной кристалл духовной эссенции и проглотила его. Сформировавшаяся энергия тут же поглотила всю духовную энергию. Она тренировалась, не выходя из комнаты, поэтому она даже не знала о том, что происходит во внешнем мире. Когда старик Вэй закончил свою уединённую тренировку, он пришёл навестить её. Когда Нин Шу увидела старика Вэя, на мгновение она подумала, что культивация старика Вэя была уничтожена, потому что вокруг него теперь не было и следа первозданной энергии, и он больше не излучал свою внушительную ауру. Теперь он выглядел совершенно обычным человеком. - Папа, что с тобой случилось? Твоя тренировка провалилась? – обеспокоенно спросила Нин Шу. Этот сильный папа был её самой величайшей поддержкой, ах. Старик Вэй огрызнулся: - С чего это ты решил, что моя тренировка провалилась? Я успешно преодолел трудный промежуток и теперь я вернулся к своему настоящему природному состоянию. Вонючий сопляк, люди снаружи просто с ума сходят. Я и не знал, что мой сын настолько потрясающий. Нин Шу подняла брови. - А что произошло? - Ученики, которые вернулись из подземелья, рассказали мне, что ты мог на равных сражаться с Се Юем из Радужной Секты? Когда это ты стал так силён? – спросил старик Вэй. Нин Шу гордо ответила: - У меня просто много физической силы, ха-ха-ха. - Тебе надо сфокусироваться на культивации. Какая польза от большой физической силы? – старик Вэй смерил взглядом своего сына. – Дай-ка взглянуть, насколько ты силён. Нин Шу последовала за стариком Вэем и вышла из комнаты, а затем сжала кулак и использовала энергию в своём даньтяне, чтобы ударить старика Вэя со всей силы. Старик Вэй поймал кулак Нин Шу и был вынужден отступить назад на несколько шагов. На его лице отобразился шок. Сила его сына была совершенно за пределами его ожиданий. Нин Шу с ухмылкой разжала кулак. В данный момент она считала своё собственное тело оружием. Её тело было её сильнейшим оружием. Старик Вэй тоже улыбнулся, но потом заставил себя подавить улыбку и заменить её строгим выражением. - Одной только физической силы недостаточно. Для ближнего боя это сработает, но что если твои противники используют атаки дальнего боя? Тебе всё равно нужно старательно работать над собой и культивировать. Нин Шу кивнула. - Я понял. Я обязательно буду стараться. Старик Вэй удовлетворённо кивнул. - Пап, а что происходит снаружи? – спросила Нин Шу. - Чего там народ с ума сходит? ---------- Божественная Обитель у Тебя? Когда Нин Шу ушла относить мир в море таинства, эта прогулка заняла у неё почти месяц, поэтому она понятия не имела о том, что происходит во внешнем мире. Старик Вэй посмотрел на Нин Шу с болью, словно не знал, как начать говорить. Нин Шу: →_→ - Пап, если тебе есть что сказать, то просто скажи. Я смогу принять всё, что угодно. Нин Шу была ошарашена странной реакцией старика Вэя. - Божественная обитель у тебя? Нин Шу чуть не подпрыгнула на месте. - Пап, да как она может у меня быть? Если бы она была, то я бы сказал тебе об этом давным-давно. - Это хорошо. А то тот сопляк из Радужной Секты продолжает твердить, что божественная обитель у тебя. Я думал, что он просто хочет отвести от себя внимание, потому что в последнее время на него сильно давят. Цвет лица старика Вэя был очень нехорошим. Нин Шу поспешила спросить его о том, что же происходит. Оказалось, что старик Вэй всё это время был в уединении и только недавно узнал обо всём этом, когда закончил тренировку. По сути, тогда, когда все вернулись из подземелья, так как Нин Шу вскочила и сказала, что Се Юй подчинил себе божественную обитель, большинство народу поверило в то, что Се Юй действительно подчинил себе божественную обитель. Всё же, все остальные, кто пытались подчинить божественную обитель, уже умерли, а вот Се Юй был всё ещё жив. Все, кто были в подземелье, согласились со словами Нин Шу и поверили тому, что увидели, поэтому они были уверены в том, что божественная обитель у Се Юя. Когда Се Юй вернулся в Радужную Секту, то старейшины секты тактично и недвусмысленно намекнули, чтобы Се Юй передал им божественную обитель, так как в подземелье было много сокровищ. Это позволило бы секте быстро нарастить силу. К тому же, Радужную Секту теперь исключили все остальные секты. Никто не мог смириться с тем фактом, что одной секте достанутся все сокровища из того подземелья, поэтому они все очень завидовали. Если бы никто не заполучил божественную обитель, то она бы принадлежала всем и они могли бы каждый раз отправлять туда учеников, чтобы принести что-нибудь хорошее. Но теперь это подземелье было монополизировано одной сектой, поэтому все были очень раздражены. И поэтому они исключили Радужную Секту отовсюду. В Радужной Секте решили, что Се Юй просто не хочет отдавать божественную обитель и поэтому они отступили и перестали требовать, чтобы он её отдал. Они просто сказали ему, чтобы он отдал им часть сокровищ, чтобы они могли увеличить силу секты. И хотя есть поверье, что у всех сокровищ есть свой хозяин, предназначенный судьбой, остальные секты всё равно не могли принять того факта, что только Радужная Секта сможет заполучить подобные сокровища. Говоря общими словами, они беспокоились не о дефиците сокровищ, а об их неравномерном распределении. Остальные секты не могли удержаться от зависти, поэтому они невольно объединились и стали усложнять жизнь Радужной Секте. Когда ученики Радужной Секты уходили на тренировку, на них нападали ученики других сект, поэтому Радужная Секта была под большим давлением. А когда это давление увеличилось, они ещё больше увеличили давление на Се Юя. Однако Се Юй действительно никак не мог добыть им те сокровища, которые они хотели, так как у него не было божественной обители. В Радужной Секте знали, что Се Юй относился к Шу Хуэйди лучше, чем к кому-либо, поэтому они заставили Шу Хуэйди прийти к нему и убедить его отдать им часть ресурсов для культивации. У Шу Хуэйди не было иного выбора, кроме как поговорить об этом с Се Юем. Шу Хуэйди была девушкой, которая очень нравилась Се Юю, но она объединилась с сектой и стала просить его о том, чтобы он отдал им вещи. От этого Се Юй тут же стал враждебно настроен по отношению к ней. Шу Хуэйди была умной и у неё были свои мысли и амбиции. Она не была такой простой и прямолинейной, как Янь Цзяо. Даже в подобной ситуации Янь Цзяо полностью доверяла Се Юй, но Шу Хуэйди не поверила его словам о том, что у него нет божественной обители. ---------- Как Полезно, Что Тебя Считают Мусором И данная безвыходная ситуация возникла из-за Вэй Лянюэ из Секты Небесного Закона. Се Юй даже подозревал, что это была ловушка, которую Шу Хуэйди и Вэй Лянюэ подстроили вместе. С того момента, как Шу Хуэйди подошла к нему с просьбой отдать секте сокровища, она перестала так сильно нравиться Се Юю. У него был такой характер, что сам Се Юй мог повернуться спиной к миру, но вот миру придётся заплатить, если он повернётся спиной к нему. Та, что была его девушкой, должна была отдать ему всю душу и тело. Шу Хуэйди больше не искала Се Юя, и они больше не общались. Се Юй обиделся и использовал тот же метод, что Нин Шу использовала против него. Он сказал, что божественная обитель у Нин Шу, а не у него. Однако большинство народа не поверило его словам. Всё же, все знали, что сын Вэй Мина из Секты Небесного Закона был полнейшим мусором. Это было полнейшим унижением для всех, если божественная обитель признала бы подобный мусор своим хозяином. И хотя некоторые люди, побывавшие в подземелье, видели, что Вэй Лянюэ был довольно силён, большинство из них считало, что это всё из-за того, что он использовал для этого кучу всякого снаряжения. С таким количеством ресурсов, что были доступны ему, даже свинья могла стать духовным зверем. Поэтому едва ли кто поверил, когда Се Юй сказал, что божественная обитель была у Вэй Лянюэ. Нин Шу: →_→ Кто бы мог подумать, что это так полезно, когда тебя считают мусором? Однако у неё действительно не было божественной обители. Старик Вэй дал Нин Шу ещё немного ресурсов и настоял, чтобы она хорошенько тренировалась, прежде чем вернуться к охране шахты. - Папа, ты же уже пробился на следующий уровень, значит ты теперь считаешься самым сильнейшим высшим экспертом в секте. Неужели тебе всё ещё нужно охранять шахты? – поспешно спросила Нин Шу, когда увидела, что старик Вэй собирается уходить. Старик Вэй глянул на Нин Шу. - Ты думаешь, что решение лидера секты – это лишь шутка? Конечно же мне всё ещё приходится подтирать твою жопу и помогать разобраться с тем бардаком, что ты создал, охраняя шахту на протяжении пятидесяти лет. К тому же, в последнее время ситуация с шахтой первозданного кристалла нестабильная, так что мне нужно за ней приглядывать. Старик Вэй махнул рукой. - Тренируйся как следует, и не заставляй своего отца терять лицо. Теперь, когда ты хоть как-то заявил о себе, твой папа может с гордостью вспоминать тебя, куда бы он ни отправился. Старик Вэй хлопнул Нин Шу по плечу. В прошлом, её тело улетело бы в стену от силы этого хлопка, но теперь она едва ли что-то почувствовала. Старик Вэй искренне рассмеялся и ушёл. Так как Се Юй поступил с ней подобным образом, конечно же она должна была ответить, а не принимать всё молча. Нин Шу выпустила орла молниеносного ветра, запрыгнула ему на спину и полетела в сторону Радужной Секты. Когда она добралась до Радужной Секты, она встала у ворот, использовала энергию в своём даньтяне и прокричала: - Се Юй, сюда иди, блять! Когда ученики, которые охраняли дверь, увидели Нин Шу, они тут же достали свои мечи и направили на неё. - Кто-то из Секты Небесного Закона вот так просто пытается вломиться в Радужную Секту? Ты что, пытаешься начать войну между двумя сектами? - Я ищу только Се Юя. Просто позовите его сюда. Это дело лишь между нами, и оно не имеет никакого отношения ни к Радужной Секте, ни к Секте Небесного Закона, - спокойно ответила Нин Шу. Ученик из Радужной Секты отправился за Се Юем. Когда Се Юй вышел и увидел Нин Шу, его глаза покраснели от гнева и ненависти. - Вэй Лянюэ, как ты посмел появиться передо мной? – процедил Се Юй сквозь стиснутые зубы. - А чего бы мне не посметь-то? Нин Шу увидела, что Се Юй выглядел взъерошенным и вокруг него была едва заметная мрачная аура. Было ясно, что в последнее время он находился под сильным давлением. Маленькая тигрица Янь Цзяо стояла рядом с Се Юем. Её глаза были немного красными, когда она уставилась на Нин Шу и обвиняюще указала на неё. - Ты только посмотри сколько проблем ты создал для Старшего брата! Янь Цзяо безоговорочно верила своему Старшему брату Се, и была уверена в том, что у Се Юя нет божественной обители. ---------- Клянусь Небесами! Когда Нин Шу услышала жалобу Янь Цзяо, она закатила глаза. - Чем это ты смотрела, что увидела, будто это я с ним такое сделал? Это же он не хочет передавать ресурсы из божественной обители, да ещё и ложно обвинил меня в том, что божественная обитель у меня! Этот папочка никогда раньше не видел такого бессовестного человека! Се Юй мрачно посмотрел на Нин Шу. - Это кто ещё тут кого ложно обвинил? - Это ты меня ложно обвинил! – Нин Шу подняла руку в жесте клятвы и сказала: - Я клянусь небесами, что если божественная обитель у меня, то я никогда больше не смогу продвинуться в культивации и пусть мои меридианы будут уничтожены. Когда культиваторы этого мира клянутся Небесами, то их клятвы эффективны. Нин Шу просто воспользовалась хитрой уловкой, так как божественной обители у неё действительно теперь уже не было. Нин Шу принесла такую серьёзную клятву, как только пришла, поэтому все были просто ошарашены. Цвет лица Се Юя стал ещё хуже. Этот поступок Вэй Лянюэ снова перекинул на него все проблемы. И теперь, даже если он скажет такую же клятву, ему не обязательно поверят. Се Юй, для которого всё прежде шло гладко, никогда бы не подумал, что однажды столкнётся с такой дилеммой. - Ты, ты… Хоть у Янь Цзяо и была очень откровенная личность, это не означало, что она была тупой. Она понимала, что бы теперь ни сделал Се Юй, это будет бесполезно, поэтому она была так раздосадована, что начала плакать. Она достала свой хлыст и помчалась в сторону Нин Шу, чтобы напасть на неё. - Да я тебя до смерти захлещу, ты, злобный большой извращенец! Нин Шу поймала хлыст и дёрнула за него, отчего Янь Цзяо полетела вслед за ним. Янь Цзяо рухнула на землю, но не сильно поранилась. Она поднялась с земли и со слезами на глазах сказала Се Юю: - Старший брат Се, как бы там ни было, я тебе верю. Се Юй нежно вытер слёзы с лица Янь Цзяо и утешил её. - Эти проблемы лишь временные. Нин Шу безразлично глянула на эту сцену влюблённой парочки, а потом развернулась и запрыгнула на спину орла молниеносного ветра. Она холодно сказала Се Юю: - Если ты ещё раз попытаешься меня подставить, я выбью из тебя всё дерьмо. Нин Шу очень хотела просто убить его прямо тут, но делать это перед целой толпой народа из Радужной Секты было не очень умно. Се Юй гневно уставился на Нин Шу. - Я тебе тысячекратно отплачу за сегодняшнее унижение. Нин Шу похлопала себя по груди. - Ах, как мне страшно! Тогда я буду тебя ждать. Она встала на спине орла молниеносного ветра и посмотрела на Се Юя свысока. Как только их взгляды встретились, от этого столкновения во все стороны полетели искры. Когда Нин Шу вернулась в Секту Божественного Закона, она столкнулась с Лю Циньяном. Было ясно, что он поджидал её, потому что как только он её увидел, он сказал: - Младший брат Вэй, пойдём вместе на тренировку? В этот раз мы собираемся в Громовой Каньон. Там есть духовные фрукты, которые могут усилить физическое тело. Давай пойдём туда группой. У Нин Шу не было к этому ни капли интереса. Эти люди лишь хотели снова использовать её в качестве громилы. Она небрежно махнула рукой и сказала, что не пойдёт, а потом отправилась тренироваться. У Лю Циньяна свело спазмом лицевые мускулы, но, каким бы раздражённым он ни был, он не мог этого озвучить. Всё, что он мог сделать, это холодно хмыкнуть, наблюдая за тем, как уходит Нин Шу. Когда Нин Шу вернулась в свою комнату, она продолжила культивировать. В данный момент ей нужно было накопить свою первозданную энергию. Врождённый потенциал этого тела теперь был гораздо лучше, чем раньше, благодаря трансформации, которая произошла из-за энергии золотого дракона. И хотя её талант не был таким ошеломительным, как у Се Юя, она всё равно более или менее могла считаться талантливой. Нин Шу поглотила первозданные кристаллы, которые ей дал Вэй Мин и её уровень культивации резко повысился. Пока она тренировалась, она почувствовала, что кто-то вошёл в контакт с заклинанием изоляции, поэтому она прекратила тренироваться и отправилась посмотреть. ---------- Бл*ть! Почему Она Так Реагирует? Когда она открыла дверь, она увидела девушку-ученицу, которая была одета в откровенные одежды. Девушка-ученица держала поднос с выпечкой и чаем. Заклинание не давало ей войти, поэтому она выглядела немного неловко, стоя у двери. Когда девушка-ученица увидела, что Нин Шу вышла, она тут же сладко улыбнулась и пошла в её сторону, соблазнительно покачивая бёдрами. На Нин Шу пахнуло дуновением элегантных духов. Как только она ощутила этот аромат, она почувствовала, как её тело взволновалось, а нижняя часть живота напряглась. Нин Шу: Ёб твою маааать… Блять! Почему она так реагирует? Как же она хотела, чтобы можно было кастрировать себя! Когда девушка-ученица увидела, что выражение лица Нин Шу стало немного странным, она чарующе улыбнулась и заговорила слегка обиженным тоном: - Старший брат Вэй, ты давно уже не навещал Лань эр. Неужели ты забыл о Лань эр? Эта девушка явно пришла сюда, чтобы соблазнить её. Должно быть она уже привыкла иметь такие отношения с Вэй Лянюэ. Но вот чтобы она, Нин Шу, кувыркалась в постели с девушкой? Да ни за что! Нин Шу строго отвергла предложение девушки-ученицы, а потом захлопнула за собой дверь, без дальнейших промедлений и размышлений. Девушка-ученица по имени Лань эр была в такой ярости, что она чуть не разбила всё то, что принесла. Однако у неё не оставалось иного выбора, кроме как тихо уйти. Такие девушки просто считали Вэй Лянюэ источником выгодных ресурсов. Они не хотели выполнять задания секты по сбору ресурсов, поэтому выбирали такой путь. Нин Шу никак не прокомментировала это, так как у всех свои способы выживания. Однако она не собиралась спать с этими девушками. Её сердце просто не могло это принять, ах, проклятье. После этого она повесила на двери табличку "Тренируюсь, Не Беспокоить" и продолжила фокусироваться на тренировке. Не было ничего более важного, чем сила. Однако в это время произошло нечто серьёзное. Се Юй предал Радужную Секту и даже забрал с собой дочь лидера секты, маленькую тигрицу Янь Цзяо. Когда Нин Шу услышала об этих новостях, она была изрядно удивлена. Та маленькая перчинка всё же сбежала с Се Юем. Изначально она была драгоценной дочерью в хорошей семье, но теперь ей предстоит переживать различные трудности вместе с Се Юем. Так как Се Юя все считали обладателем такого сокровища, как божественная обитель, на него будут охотиться, куда бы он ни отправился. А теперь ещё и Радужная Секта может решить убить Се Юя. Всё же, он, блять, похитил дочь лидера секты. Это было просто невероятным унижением. Несмотря на эту ситуацию, Янь Цзяо всё равно последовала за Се Юем. Это явно была непоколебимая и безрассудная страсть. Единственное что больше интересовало Нин Шу, так это почему Шу Хуэйди не отправилась вместе с ним. То, что Се Юй предаст Радужную Секту было для Нин Шу вполне предсказуемо. У него не было божественной обители, но Радужная Секта продолжала настаивать, чтобы он передал её им. К тому же, Се Юй был очень корыстным и никогда не имел намерения отдавать секте всё то, что заполучил. Если бы Се Юй поклялся в верности Радужной Секте, то он, вероятно, не поверил бы собственным словам. Единственное, что беспокоило Нин Шу, так это то, что Се Юй, вероятно, соберёт себе ещё больше сокровищ в этом путешествии. Даже несмотря на то, что на Се Юя охотятся, он всё равно мог повернуть свои неудачи в благословения. Каждый раз, когда он вынужден был оказаться в отчаянной ситуации, он всё равно мог выбраться из неё с очень ценными сокровищами, которые практически меняли правила игры. Нин Шу почувствовала давление и стала тренироваться ещё быстрее, так как Се Юй наверняка рано или поздно вернётся, чтобы отомстить. Однажды старик Вэй пришёл, чтобы отвести Нин Шу к лидеру секты. Пока Нин Шу шла рядом со стариком Вэем, она спросила: - Зачем лидер секты ищет меня? - Шу Хуэйди тут. Старик Вэй поднял свои густые брови, чтобы посмотреть на Нин Шу. - О. И какое это имеет отношение ко мне? Нин Шу была в замешательстве. У неё уже больше не было никаких отношений с Шу Хуэйди. Старик Вэй выглядел самодовольным. - Сам скоро увидишь. Когда Нин Шу увидела это его выражение лица, она поняла, что ничего хорошего её не ждёт Когда они добрались до главного зала, там уже была пара человек. Шу Хуэйди стояла позади мужчины с длинной бородой. Когда Нин Шу вошла, Шу Хуэйди лишь мельком оглянулась, после чего снова стала смотреть прямо. Старик Вэй сначала отвёл Нин Шу поздороваться с лидером секты, а потом представил Нин Шу человеку, сидящему рядом. - Лянюэ, это Лидер Радужной Секты Янь. Ты можешь называть его просто дядя Янь, - сказал старик Вэй. Нин Шу глянула на бородатого мужчину и подумала: "ох, так этот старик – отец Янь Цзяо". ---------- Визит Шу Хуэйди Нин Шу поприветствовала Лидера Секты Янь, назвав его дядя Янь, а потом Лидер Секты Янь погладил свою бороду и сказал старику Вэю: - Я уже давненько не видел Лянюэ, он стал очень талантливым. Старик Вэй гордо рассмеялся. Нин Шу не стала принимать это близко к сердцу. Подобные слова нужно воспринимать спокойно, но старик Вэй отреагировал так, словно ему только что почесали в том месте, где у него зудело. Он был рад и счастлив. - Вэй Мин, пусть пока дети погуляют немного, пока мы обсуждаем дела, – сказал Лидер Секты Небесного Закона. Скрытое под вуалью прекрасное лицо Шу Хуэйди было очень холодным, когда она сделала реверанс перед Лидером Секты Янь и согласилась. - Вонючий сопляк, все наши посетители – это гости, так что хорошенько присматривай за Шу Хуэйди. Старик Вэй подтолкнул Нин Шу в сторону Шу Хуэйди, и Нин Шу пришлось поспешно гасить ускорение, которое придали её телу. Если бы она действительно врезалась в Шу Хуэйди, то Шу Хуэйди, наверное, убила бы её, а потом покончила жизнь самоубийством. - Вынуждена тебя побеспокоить, Старший брат, - холодно сказала Шу Хуэйди. Нин Шу была удивлена, увидев, что Шу Хуэйди всё ещё готова с ней разговаривать. Она думала, что они больше никогда в этой жизни не будут общаться после того, как она ранила Шу Хуэйди в подземелье. Но Лидер Секты Янь всё равно привёл Шу Хуэйди в Секту Небесного Закона. Вся эта ситуация казалась ей странной. - Младшая сестра, следуй за мной. Нин Шу проигнорировала многозначительное подмигивание старика Вэя и взяла на себя инициативу первой выйти из зала. Шу Хуэйди замешкалась на мгновение, а потом последовала за Нин Шу наружу. Шу Хуэйди шла очень медленно, поэтому у Нин Шу не оставалось иного выбора, кроме как тоже замедлиться. Внезапно Шу Хуэйди сказала: - Вэй Лянюэ, теперь ты счастлив? - Что ты имеешь в виду? Нин Шу озадаченно подняла брови. Шу Хуэйди перестала идти и очень холодно посмотрела на Нин Шу. - В прошлый раз ты отказался от помолвки и уже унизил меня однажды, но я всё равно вернулась, чтобы просить об очередном унижении. - Я правда понятия не имею, о чём ты говоришь. Если то, что я отменил помолвку, унизило тебя, тогда зачем ты вообще поднимаешь тему помолвки? – холодно спросила Нин Шу. Она знала, что Шу Хуэйди была умной и решительной девушкой, но если она собирается придираться из-за всяких пустяков вроде отмены помолвки, то Нин Шу ничего не могла поделать. По мнению Нин Шу, отмена помолвки освободила их обоих. ---------- Проблемы с Шахтой Первозданных Кристаллов Под своей вуалью Шу Хуэйди явно нахмурилась. - Вэй Лянюэ, ты действительно не в курсе, или просто притворяешься, что не знаешь о тех проблемах, что случились с шахтой первозданных кристаллов, которую совместно разрабатывают Радужная Секта и Секта Небесного Закона? - Каких проблемах? Нин Шу было искренне любопытно. Она была наивной юной девой, которая и шагу не делала из своей комнаты, поэтому она действительно не слышала о том, что произошло. Шу Хуэйди оценила выражение лица Нин Шу, а потом горько усмехнулась. - Добыча первозданных кристаллов из шахты очень сократилась. Радужная Секта и Секта Небесного Закона подозревают друг друга в том, что другая сторона тайком забирает часть добычи себе, поэтому сотрудничество не может продолжаться. А учитывая то, что произошло с Младшим братом Се, Радужная Секта не может сейчас выдержать ещё больше ударов, поэтому сотрудничество должно продолжаться. Нашей Радужной Секте очень сильно нужны ресурсы для культивации. У Нин Шу округлились глаза от осознания. Значит, по сути, кто-то занимается присвоением. У неё было такое чувство, что Секта Небесного Закона имеет к этому какое-то отношение. Вероятно, они делают это, чтобы доставить хлопот Радужной Секте, потому что один из учеников Радужной Секты заполучил себе божественную обитель. Скорее всего за всем этим стоял старик Вэй. Так значит, лидер Радужной Секты лично нанёс визит, чтобы провести повторные переговоры о сотрудничестве, и даже привёл с собой Шу Хуэйди. Нин Шу посмотрела на Шу Хуэйди. - И каковы намерения вашего лидера секты? - Сотрудничество должно продолжаться, и, чтобы выразить искренность обеих сект, лучше всего будет заключить брак. В голосе Шу Хуэйди прозвучала нескрываемая скорбь. - Ох… Так значит они снова пытаются поженить Шу Хуэйди и Вэй Лянюэ? Какой троллинг от изначальной истории. После всего того, через что она прошла, чтобы наконец-то отменить помолвку, они снова оказались на пути к помолвке. Нин Шу видела по Шу Хуэйди, что та совсем не хочет помолвки с Вэй Лянюэ. - Ох. Прости мне, что говорю это напрямую, но если ты не хочешь, то почему просто не скажешь это? – спросила Нин Шу. Шу Хуэйди холодно посмотрела на Нин Шу и ответила: - Не у всех есть такой отец, как у тебя, готовый смириться с твоим своенравным поведением. Я выросла в Радужной Секте с тех пор, как была ребёнком. Так как я недостаточно сильная, моим единственным выбором является лишь прислушаться к назначению секты, чтобы отплатить за всё то, что секта для меня сделала. Это та печаль, с которой приходится иметь дело тем, кто родился девушкой. Я не хочу становиться инструментом, который остальные будут использовать, как им вздумается. Взгляд Шу Хуэйди наполнился печалью. Нин Шу: … Она презрительно поджала губы, но ничего не сказала. - Что? Ты не согласен с тем, что я сказала? – резко спросила Шу Хуэйди, когда увидела неодобрение Нин Шу. Нин Шу пожала плечами. - Раз ты не хочешь, чтобы тебя контролировали другие, так почему бы не уйти из Радужной Секты? - Уйти из Радужной Секты? Это легче сказать, чем сделать. Я же выросла в Радужной Секте с тех пор, когда была ещё ребёнком. Я очень многим обязана лидеру секты. Голос Шу Хуэйди стал ещё холоднее. Нин Шу спокойно сказала: - Если бы я был на твоём месте, то я бы ушёл из Радужной Секты. Раз ты не хочешь, чтобы тебя контролировали, то тебе точно придётся пережить ещё больше страданий. Такова цена за то, чтобы уйти из дома и найти свой путь в мире. Но ты не можешь вынести расставания с ресурсами Радужной Секты и тем статусом, что даёт секта, верно? У всего есть своя цена, нет ничего идеального. Нин Шу всё это немного достало. Возможно в изначальной истории Шу Хуэйди не особо любила и Се Юя. И тогда, когда Се Юй ворвался на свадьбу, Шу Хуэйди, вероятно, взвесила все свои варианты, прежде чем выбрать Се Юя. Проще говоря, Шу Хуэйди была просто той, кто любит заставлять себя страдать и постоянно ведёт себя так, словно ей приходится жить в невероятных страданиях, которые никто не в состоянии понять. - Не волнуйся, я не собираюсь оформлять с тобой помолвку, - спокойно сказала Нин Шу, проходя мимо Шу Хуэйди в обратную сторону. Шу Хуэйди на мгновение тупо уставилась в спину Нин Шу, а потом, похоже, немного потеряла контроль, потому что закричала: - Ты совсем ничего не понимаешь! Твой отец обожает тебя, поэтому ты совсем понятия не имеешь, как мне приходится жить! Нин Шу ушла, даже не оглядываясь назад. Когда пришёл старик Вэй и спросил у Нин Шу, хочет ли она устроить помолвку с Шу Хуэйди, Нин Шу твёрдо отказалась от этой идеи. Она не хотела обручаться с Шу Хуэйди. Если изначальный хост решит что-то иное, после того, как он вернётся, то это будет его выбор. Нин Шу сказала старику Вэю, что она хочет отправиться в путешествие и потренироваться. Как только старик Вэй услышал это, он был одновременно обрадован и обеспокоен. Он не хотел отпускать своего сына, но до него дошло, что его сын, вероятно так и останется на всю жизнь робким, если сам не повидает мир и не повзрослеет. Нин Шу тщательно всё обдумала. Постоянная тренировка, не выходя наружу, это не очень эффективно, поэтому она решила присоединиться к команде по Охоте на Се Юя. ---------- Возвращайся Живым В итоге, старик Вэй согласился на то, чтобы отпустить Нин Шу тренироваться. Нин Шу спросила старика Вэя: - Что вы собираетесь делать с Радужной Сектой? Старик Вэй нахмурился. - У этого старика Янь нет ни капли искренности. Каждый раз, как он приходит, он лишь посылает нам девушек. У нас, Секты Небесного Закона, полно народу, так зачем нам его люди? Но ты об этом не волнуйся. Главное – сфокусируйся на своей тренировке, а твой папа обо всём позаботится. - У тебя будут проблемы? – спросила Нин Шу. Всё же, это дело касалось двух сект. - Да всё в порядке. Твой папа справится. Старик Вэй очень обожал своего сына. Он позволил своему сыну отменить помолвку и отказаться от другой помолвки, позволяя ему поступать как вздумается. Как и говорила Шу Хуэйди, Вэй Лянюэ мог делать всё, что пожелает, потому что у него был папа, который ему потакает. Как только его папа умер, Вэй Лянюэ в двойном объёме столкнулся со всеми трудностями и страданиями, которых никогда раньше не испытывал в жизни. Старик Вэй приготовил множество вещей для путешествия его сына. Нин Шу тоже сделала некоторые приготовления, поэтому все вещи смогли вместиться только в два кисета-хранилища. Сила Нин Шу увеличилась, благодаря этому периоду тренировки. И орёл молниеносного ветра тоже стал гораздо больше, потому что она постоянно его подкармливала. Теперь размах его крыльев был почти на ширину комнаты. Старик Вэй проводил Нин Шу до входа в секту и вывел её за пределы защитного заклинания. Он похлопал Нин Шу по руке и сказал: - Возвращайся Живым. Твой папа будет ждать твоего возвращения в секте. - Не волнуйся, папа. Я обязательно проживу достаточно долго, чтобы зажечь благовония на твоей могиле, - с ухмылкой ответила Нин Шу. - Вонючий сопляк, - старик Вэй поставил Нин Шу подзатыльник, а потом добавил: - Когда будешь путешествовать, будь осторожен, понял? Если встретишь кого-нибудь со злыми намерениями, просто убей их. Не пытайся быть героем, спасая дам в беде. И не будь небрежен, оскорбляя стариков и детей. - Да, некоторые старики могут оказаться сильными экспертами с очень высоким уровнем культивации, а всякие мелкие сопляки, гуляющие по миру, могут оказаться внуками этих сильных экспертов. Если я не буду осторожен, то я могу спровоцировать на себя много проблем. Я уже понял, пап. Нин Шу выпустила орла молниеносного ветра, запрыгнула ему на спину и сказала: - Пап, иди уже домой. Я улетаю. Орёл молниеносного ветра раскрыл свои крылья, а потом взлетел в небо. У него теперь была невероятно высокая скорость. Нин Шу оглянулась, и увидела, что старик Вэй всё ещё стоит на том же самом месте, но он вскоре сжался в крошечную далёкую чёрную точку. Нин Шу снова обернулась. Пока она сидела на спине орла молниеносного ветра, она начала обдумывать, как бы ей лучше всего найти Се Юя. Конечно, в итоге она всё равно с ним столкнётся. К тому же, за Се Юем сейчас охотится куча народу, в надежде заполучить его божественную обитель, так что, вероятно, будет проще за пару первозданных кристаллов купить информацию о том, где он был. Она увидела в отдалении небольшой городишко, поэтому похлопала по спине орла молниеносного ветра, после чего тот начал спускаться. Когда она добралась до входа в город, она убрала орла молниеносного ветра и вошла в ресторан. В подобных местах отдыха бывают люди всех профессий, так что тут будет лучше всего собирать информацию. ---------- Словно Саранча Нин Шу заказала немного еды и стала слушать разговоры неподалёку, пока ела. Но все эти закалённые культиваторы обсуждали либо женщин, либо сокровища, и никто не говорил о Се Юе. Учитывая то, насколько большим был мир, как ей вообще найти его? В это время кто-то сидящий за соседним столиком внезапно прошептал: - Ребята, а вы знаете о том предателе из Радужной Секты, Се Юе? У него есть божественная обитель! Полная сокровищ, меняющих саму природу мироздания! Так вот, Радужная Секта послала людей, чтобы поймать его и убить! - А разве это уже не старые новости? Я не так давно слышал, что этот Се Юй появился в Грохочущей Нефритовой Долине и подчинил себе там божественного зверя. - Я знаю, я тоже об этом слышал! Я даже слышал, что Се Юй заполучил потрясающее оружие божественного уровня! – поспешно добавил свою часть информации ещё один человек. Нин Шу: →_→ Такое ощущение, что Се Юй был словно саранча. Там, где он проходил, оставалась лишь пустая земля, и всё хорошее, что можно было там найти, было собрано. Нин Шу подошла к ним и спросила: - Эй, братцы, может вы знаете где сейчас этот Се Юй? Четверо мужчин с опаской посмотрели на Нин Шу. Когда они увидели, что Нин Шу была одета в жалкую пеньковую одежду, один из них холодно сказал: - Эй, пацан, да как ты смеешь нас подслушивать? - Вы всё не так поняли. Вы всё совсем не так поняли. Я совсем не хотел вас подслушивать. В качестве извинения, я куплю вам кувшин вина. Нин Шу попросила официанта принести кувшин вина и после этого выражения лиц мужчин немного расслабились. - Вообще-то, я тоже ищу Се Юя, чтобы испытать свою удачу, - сказала Нин Шу, изображая на лице сильное желание. – У Се Юя так много сокровищ. Четверо мужчин отреагировали с презрением. - С твоим-то уровнем? Да ты наверняка окажешься очередным отправленным в иной мир духом от клинка Се Юя. Этот Се Юй – очень колючая цель. Много кто хотел с ним расправиться, но он всех убил. Он явно не тот человек, которого стоит провоцировать. Тебе не стоит с такой лёгкостью бросаться на поиски смерти. - Да ладно, я же просто взгляну. Если этот Се Юй действительно окажется слишком сильным для меня, то я не стану на него нападать и сразу сбегу, - сказала Нин Шу. Она вела себя так, словно ей было крайне трудно заказать для них ещё одно блюдо, и один из них, наконец-то, сказал ей, что Се Юй мог отправиться в Город Песков. Она купила карту и обнаружила, что Город Песков находится на территории Школы Изысканной Крови. Неужели Се Юй отправился на поиски Лю Юаньюань? Насколько Нин Шу помнила, эта Лю Юаньюань была главной ученицей главы Школы Изысканной Крови. В итоге, она всё же решила отправиться в Город Песков. Как только она покинула город, она вскочила на спину орла молниеносного ветра и полетела в Город Песков. У неё ушло пять дней на то, чтобы добраться до Города Песков, несмотря на скорость орла молниеносного ветра, а значит Се Юй был очень хорош в беге. Ей было лишь интересно, смогла ли Янь Цзяо продержаться в таких трудных путешествиях. Она убрала орла молниеносного ветра обратно в кисет духовного зверя, а потом вошла в Город Песков. Она тут же почувствовала, что это место отличалось от остальных. Все, мимо кого она проходила, излучали сильную вонь крови. И она не знала, была ли эта вонь от крови зверя или от крови человека. Взгляд в глазах этих людей тоже был очень мрачным. Было очевидно, что они не самые добрые люди. Как она и предполагала, Школа Изысканной Крови была чем-то вроде демонической секты. У городских ворот ученики Школы Изысканной Крови выпытали у Нин Шу пару первозданных кристаллов. А потом они выдали ей деревянную табличку сказав, что с этой табличкой она получит скидку в 20%, когда в следующий раз будет входить в город. Нин Шу: … Что за обдираловка. Ей что, придётся платить каждый раз, как она входит в город? Она убрала деревянную табличку и вошла в Город Песков. Первым делом она отправилась на поиски гостиницы, и там у неё выпытали ещё десять первозданных кристаллов. Она чувствовала себя так, словно пришла в бандитское логово. Должно быть вся Школа Изысканной Крови состоит из мошенников! Однако у Нин Шу было полно первозданных кристаллов, а её целью было найти Се Юя, поэтому она не задумывалась о подобных мелочах. Она заказала несколько до нелепого дорогих и крошечных блюд, а потом стала ждать, когда внезапно заметила две знакомые фигуры. Она швырнула пару первозданных кристаллов на стол и выбежала, чтобы догнать их. - Эй, вы двое, этот юный мастер приказывает вам немедленно остановиться! ---------- Город Песков Школы Изысканной Крови Се Юй ходил по магазинам вместе с Лю Юаньюань. Когда он услышал этот знакомый голос, то даже решил, что у него галлюцинация. Когда он обернулся вокруг и увидел Нин Шу, его глаза тут же стали красными от ненависти. - Вэй Лянюэ, неужели ты посмел появиться, чтобы умереть? Лю Юаньюань очаровательно улыбнулась Нин Шу, но её взгляд был полон злобного возбуждения. Она явно всё ещё помнила то время, когда Нин Шу поколотила её в подземелье. - Ученик Секты Небесного Закона, добро пожаловать в Город Песков Школы Изысканной Крови. Как хозяйка, я обязательно буду хорошенько за тобой присматривать, - сказала Лю Юаньюань. Её красота была словно роза, которая цветёт кровью. Нин Шу не обратила никакого внимания на угрозу Лю Юаньюань и посмотрела на Се Юя, чтобы спросить его: - Ась? А разве маленькая тигрица не с тобой? Ты что же это, убил её? Янь Цзяо сбежала вместе с Се Юем, даже несмотря на то, что Се Юй предал её секту. Она была твёрдо намерена оставаться с Се Юем, и даже не задумывалась о том, как её действия повлияют на положение её старика в Радужной Секте. Она просто была настолько своевольной. Однако сейчас Янь Цзяо не было рядом с Се Юем, потому что Се Юй был вместе с Лю Юаньюань. Се Юй был очень страстным человеком. Когда он хотел заполучить женщину, то он вел себя с этой женщиной особенно хорошо. А с его исключительным талантом в культивации, да ещё и с его красивой внешностью, женщинам было трудно устоять. Когда Нин Шу не увидела Янь Цзяо, она тут же пришла к выводу, что Се Юй устал от маленькой тигрицы и бросил её. Когда Се Юй увидел, что первые слова Нин Шу были о Янь Цзяо, то он был в ярости и холодно ответил: - Янь Цзяо – моя девушка. С какой стати ты спрашиваешь про неё? Нин Шу спокойно ответила: - Я просто никак не могу привыкнуть к тому зрелищу, что ты пытаешься переспать с каждой женщиной, которую увидишь. Где твоя порядочность, а? - Ха-ха, Вэй Лянюэ, хватит уже шутить. Ты же извращенец, который перетоптал бесчисленное множество женщин, как ты смеешь устраивать мне тут лекции? Я совсем не такой как ты, - холодно сказал Се Юй с выражением полнейшего презрения на лице. Нин Шу округлила глаза и спросила: - Как это, совсем не такой? Разве конечной целью не является просто переспать с женщиной? Ты просто используешь любовь в качестве оправдания, чтобы заставить их хотеть переспать с тобой. Се Юй: … На самом деле, эти слова поставили Се Юя в тупик, поэтому он озлобленно сжал кулаки. - Давай-ка посмотрим, добился ли ты какого-нибудь прогресса за это время. Нин Шу с самого начала хотела сразиться с Се Юем. Когда ты познаешь своего врага как самого себя, только тогда ты сможешь выходить невредимым из сотен битв. И ей тоже хотелось увидеть, насколько сильнее стал Се Юй. Они атаковали одновременно, первым делом приближаясь для ближнего боя. Се Юй обнаружил, что физическая сила Вэй Лянюэ снова значительно увеличилась. Причём до такой степени, что он не мог против него выстоять, поэтому он быстро отошёл назад метров на пять, и использовал свою первозданную энергию тела, чтобы запустить атаку в сторону Нин Шу. Нин Шу создала щит из своей первозданной энергии, чтобы заблокировать атаку Се Юя. Когда атака Се Юя попала по щиту, Нин Шу почувствовала, как у неё в груди закипает кровь от силы этой атаки, и она чуть не закашлялась кровью. Как она и думала, она не сможет победить Се Юя только культивацией, так как её талант нельзя было сравнить с талантом Се Юя. - Эй, вы двое, это Город Песков, в этом городе не разрешено сражаться. Ученик Секты Небесного Закона, неужели ты пытаешься сделать нашу Школу Изысканной Крови своим врагом? – холодно сказала Лю Юаньюань. Нин Шу плюнула в её сторону. - Прелюбодейка. - Ты… Лю Юаньюань была в такой ярости, что у неё задрожали лицевые мускулы. Се Юй ещё раз холодно оглянулся на Нин Шу, а потом потянул за собой Лю Юаньюань и ушёл. Нин Шу тихо кашлянула, а потом использовала свою энергию для восстановления, готовясь возвращаться в гостиницу. Когда она обернулась, то увидела, что Янь Цзяо наблюдает за ней, стоя неподалёку. Вообще-то, если точно, то она смотрела на спины Се Юя и Лю Юаньюань. Когда она заметила, что Нин Шу смотрит на неё, она закусила губы, чувствуя затруднение, но, в итоге, решила подойти. Только сейчас, когда Янь Цзяо подошла ближе, Нин Шу заметила, что лицо Янь Цзяо было очень бледным и полным следов истощения. Похоже, что её дни с Се Юем проходили не очень хорошо. Первым, что произнёс её рот, было издёвкой. - Неужели ты не злишься, когда видишь, что твой парень с другой женщиной? Куда же делся весь твой темперамент? Глаза Янь Цзяо были красными, и ей пришлось с силой закусить губы, чтобы не расплакаться. Когда она услышала слова Нин Шу, она почувствовала ещё большую жалость к себе. Она была тут совсем одна, и даже несмотря на то, что это был тот большой извращенец, которого она больше всего ненавидела, она всё равно хотела с ним поговорить. - Ну а чего ты плачешь-то? Ты же сама это выбрала. А раз ты выбрала этот путь, то тебе придётся пройти его до конца, даже если придётся ползти. Нин Шу даже и не подумала о том, чтобы быть вежливой. ---------- Янь Цзяо Лицо Янь Цзяо стало ещё бледнее, когда она попыталась оправдать Се Юя. Похоже, что при этом она также пыталась убедить и себя. - Старший брат Се – хороший человек, так что это вполне нормально, что он нравится многим женщинам. Старший брат Се очень хорошо ко мне относится. Он даёт мне все свои ресурсы для культивации. - Если он к тебе так хорошо относится, тогда чего же ты плачешь? Нин Шу чувствовала, что эта девушка была слишком своевольной. Если бы эта девушка была её ребёнком, то она бы её поколотила до полусмерти. - Большой извращенец, как поживает Радужная Секта? – спросила Янь Цзяо. Нин Шу закатила глаза. - Твой папа стал полнейшим посмешищем. Ведь его дочь сбежала с учеником, который предал секту. Возникли некоторые проблемы с сотрудничеством Радужной Секты и Секты Небесного Закона, поэтому твой папа снова привёл твою Старшую сестру и хотел выдать твою Старшую сестру замуж за меня. До этого Янь Цзяо едва могла сдерживать слёзы, но когда она услышала это, то разрыдалась. Она начала громко реветь и тем самым привлекла много зевак. - Ты чего ревёшь-то? Раз ты сама это сделала, конечно тебе придётся смириться с последствиями того, что другие люди будут разбирать тот бардак, который ты создала. Эта девушка была безмозглой до такой степени, что Нин Шу даже не знала, что сказать. Вероятно это потому, что Янь Цзяо была молодой и любовь для неё казалась важнее, чем всё остальное. И пока была любовь, весь мир был полон тепла. Нин Шу почувствовала, что её жизненный опыт, который она приобрела во всех этих мирах, сделал её более рациональной и предусмотрительной. Теперь она старалась обдумывать общую картину происходящего. - Ты же можешь вернуться, если хочешь, - сказала Нин Шу. Всё же, кто не сталкивался в юности с одним или двумя дрянными мужчинами? Янь Цзяо покачала головой с печальным выражением на лице. - Я не могу вернуться. Если я вернусь, то от этого люди только ещё больше будут смеяться над моим папой, и мне тоже придётся терпеть их презрение. Нин Шу кивнула. То, что сказала Янь Цзяо было правдой. Как только стрела вылетела, её уже не вернуть, поэтому единственным выбором Янь Цзяо было лишь продолжать оставаться с Се Юем. - А ты уже переспала с Се Юем? - Ты… Лицо Янь Цзяо стало красным. Нин Шу решила, что они, вероятно, уже переспали. А потом Янь Цзяо сказала: - Я уже на втором месяце беременности. Нин Шу: Блять… Остальные видели лишь то, как Се Юй привлекает внимание множества женщин, и никогда не замечали, что за его спиной остаётся множество женщин, которые плачут кровавыми слезами. Нин Шу не знала, что сказать. Должно быть это ужасно, видеть как твой парень ходит по магазинам и флиртует с другой женщиной, после того, как сделал тебя беременной. С самого начала, любовь это то, что должно быть между одним мужчиной и одной женщиной. Как можно вытерпеть так много других участников? Если один человек принимает всех, кто его любит, то насколько это будет несправедливо по отношению к другим? Непостоянство было лишь простым непостоянством, и ему нет прощения. Это было просто отвратительно. - Тебе стоит вернуться и сфокусироваться на своём собственном здоровье. На улицах небезопасно и, если Се Юй увидит тебя со мной, то он наверняка будет тобой недоволен, - спокойно сказала Нин Шу. Се Юй был крайне тираничным и эгоистичным мужчиной. Он не мог стерпеть предательства и любил всё всегда контролировать. И пока что-то принадлежит ему, то он хотел над этим абсолютного контроля, даже если это не предмет, а женщина. Янь Цзяо посмотрела на Нин Шу и спросила: - А ты и Старшая сестра? - Если ты переживаешь насчёт Шу Хуэйди, то не волнуйся. Я не женюсь на Шу Хуэйди. Я не хочу принуждать девушку. Нин Шу презрительно поджала губы. Янь Цзяо стиснула губы, а потом сказала: - Вэй Лянюэ… - она замешкалась на некоторое время, но потом, всё же, сказала: - Ты хороший человек. - Спасибо. Нин Шу развернулась и ушла. Она не особо была знакома с Янь Цзяо и она враждовала с Се Юем, так что, по сути, Янь Цзяо тоже была её врагом. Когда она добралась до гостиницы, она села на постель и начала тренироваться. Се Юй был гораздо сильнее, чем раньше и у него было множество козырей, которые он не использовал. Вроде божественного оружия и божественных зверей. А со всеми этими читами, он мог практически мгновенно убить кого угодно. Нин Шу достала кристалл духовной эссенции, который был размером примерно с ноготь, и проглотила его. Духовная энергия была поглощена энергией в её даньтяне, а заново сформированный золотой дракон начал выпускать энергию, чтобы усилить тело Нин Шу. На данный момент тело Нин Шу было очень сильным. Даже если она рубанёт по руке ножом, то от него останется лишь белая полоска, и он не сможет прорезать её кожу. Ей нравился процесс постоянного усиления. Это было так удовлетворительно. ---------- Попытки Убить Се Юя в Качестве Хобби Нин Шу теперь полностью сфокусировалась на Се Юе. Когда у неё было свободное время, она приходила и пыталась его убить. Их сила была почти наравне, так что, если они оба доставали все свои козыри, то победа всё равно оставалась неопределённой. Се Юй чуть не сходил с ума от Нин Шу. Этот человек продолжал преследовать его словно обезумевший пёс и, каждый раз, когда они сражались, битва была крайне интенсивной. Се Юй чувствовал, что этот человек был крайне серьёзно настроен на то, чтобы убить его. К тому же, он преследовал его, куда бы он ни отправился. Се Юй уже был на грани! Он очень хотел убить Вэй Лянюэ, но Вэй Лянюэ был слишком силён, чтобы его можно было легко убить. К тому же, Вэй Лянюэ всегда сбегал, когда ситуация становилась невыгодной для него, а спустя некоторое время показывался снова. После регулярных битв с Се Юем, Нин Шу почувствовала, что её навык резко увеличивается, поэтому ей ещё больше нравилось искать Се Юя. Кто знает? Может ей повезет, и она сможет убить этого парня. Нин Шу действительно хотела убить лишь Се Юя, но, к сожалению, с ним была сильная женщина. К тому же, это место считалось территорией Лю Юаньюань, поэтому Нин Шу также приходилось беспокоиться о том, что Лю Юаньюань может позвать кучку экспертов из Школы Изысканной Крови, чтобы уничтожить её. Каждый раз, когда главный мужчина находил какое-нибудь редкое сокровище, Нин Шу следовала за ним на хвосте и мешалась на пути Се Юя, мешая ему заполучить сокровище. При этом она и сама набрала немало хороших вещей. Сила Се Юя стремительно увеличивалась, но способности Нин Шу тоже не были слабыми, поэтому они всё равно оставались в том же тупике. Если подумать, то она уже была в этом мире довольно долгое время. Она более-менее изменила судьбу изначального хоста, и старик Вэй всё ещё был жив. Сила изначального хоста тоже увеличилась. Когда Се Юй станет сильнее, он захочет вернуться, чтобы отомстить. Он не планировал прощать ни одну секту, что отправили людей на охоту за ним. Время, когда он сбегал, спасая свою жизнь, было просто самой худшей чёрной историей в его жизни, поэтому он хотел стереть эту чёрную историю. Нин Шу наблюдала за тем, как Се Юй безжалостно уничтожил небольшую секту вблизи Города Песков. Территория, которая прежде принадлежала той секте, теперь была захвачена Школой Изысканной Крови. Се Юй безжалостно забирал чужие жизни и даже не щадил невинных людей, которые не имели к этому никакого отношения. Не все ученики пытались убить Се Юя, но все они были убиты Се Юем. Какое право имел этот злобный и безжалостный человек, чтобы обладать благосклонностью Небес? Какое право он имел на то, чтобы обладать такой огромной удачей? Неужели ему была дарована такая сила только для того, чтобы он мог чисто ради своего удовольствия убивать всех людей, которые не могли дать ему отпор? То негодование, с которым умирали эти невинные люди, причиняло вред самому миру. Нин Шу вспомнила те тусклые и израненные миры, которые с болью ожидали своего конца. И поэтому каждый раз, когда Се Юй приходил, чтобы заставить заплатить какую-нибудь секту или школу, Нин Шу отправлялась туда и помогала этим сектам прогнать Се Юя. Нин Шу всерьёз достала Се Юя, поэтому он скомандовал своему фениксу, который недавно эволюционировал, сжечь Нин Шу до смерти. Феникс вылетел из кисета духовного зверя и трансформировался в прекрасную маленькую девочку, которая плевалась пламенем. В какой-то момент небрежности, искра попала на одежду Нин Шу. Это была крошечная искра, но она тут же разгорелась и начала сжигать её одежду. Чтобы Нин Шу ни делала, она не могла потушить огонь. Нин Шу стиснула зубы и сорвала с себя всю одежду, даже не жалея трусов. Она вскочила на спину орла молниеносного ветра, полностью обнажённая и помчалась прочь. - Хозяин, смотрите! Я прогнала его! – радостно закричала феникс, обращаясь к Се Юю и хлопая в ладоши. Когда Нин Шу видела, что феникс не гонится за ней, она с облегчением вздохнула, после чего достала из кисета-хранилища другую одежду и оделась. А то в промежности прохладно было. Она вернулась обратно в Секту Небесного Закона и рассказала старику Вэю обо всём том, что происходит с Се Юем. У неё было такое чувство, что Се Юй обязательно придёт и за Сектой Небесного Закона. Возможно даже, он придёт и за Радужной Сектой, так как они оказывали на него сильное давление в прошлом. Что касается того, почему он придёт за Сектой Небесного Закона, то тут всё было просто. Конечно же, он придёт из-за неё. ---------- Полнейший Хаос Школа Изысканной Крови поддерживает Се Юя и помогает ему в нападении на секты, а потом забирает все их территории, которые зачистил Се Юй, конечно же, поднялась огромная суматоха. Когда старик Вэй услышал сказанное Нин Шу, он плотно сдвинул брови и тут же отправился обсуждать этот вопрос с другими высокоранговыми старейшинами в секте. Се Юй сокрушал всё на своём пути, словно бульдозер. Множество мелких сект были покорены Се Юем, а если они отказывались подчиняться ему, то он их уничтожал. Сила Школы Изысканной Крови значительно увеличилась, поэтому остальные силы начали объединяться, чтобы сразиться с этой угрозой. Нин Шу чувствовала, что Се Юй был на пути объединения всей страны, чтобы стать хозяином этого мира. И пока она продолжала тренироваться, она прислушивалась к новостям о Се Юе. На данный момент, секты уже заклеймили Се Юя демоническим культиватором и одержимым убийствами маньяком. Оказывается Се Юй пошёл не по ортодоксальному пути? Когда началась война между Школой Изысканной Крови другими сектами, Нин Шу внезапно почувствовала, что Лю Юаньюань просто использует Се Юя. Школа Изысканной Крови использовала то, что Се Юй стал сильнее. Однако и сам Се Юй был неглупым, а значит, вероятно, у них взаимовыгодное сотрудничество по усилению друг друга. Грустно было только за маленькую тигрицу. Её собственный парень теперь собирался сразиться с её папой. По какой-то причине, бои становились только напряжённее. С обеих сторон погибло множество людей, и от этого они начинали только ещё более усердно забирать чужие жизни. Казалось, что этому конфликту не будет конца. Даже сильнейшие эксперты Секты Небесного Закона вступили в битву, поэтому бои происходили повсюду. Нин Шу была совершенно озадачена. Как же так вышло? Обе стороны могли же просто сесть и спокойно всё обсудить. - Большую часть времени, совершенно непредсказуемые крупномасштабные войны обычно бывают результатом уничтожения прежних законов мира, чтобы новые законы занялись развитием мира. Возможно, небесный закон почувствовал какую-то угрозу и решил сменить прежние законы. Это один из способов для небесных законов защитить себя, - сказал 2333. Нин Шу: … Это всё равно, что после постройки дома решить, что он недостаточно хорош, и снести его, чтобы построить новый. Это прозвучало так жестоко. Множество людей умрёт в процессе этого. У небес и земли нет эмоций, так что все живые существа для них не более чем трава. Однако пожертвовав этими жизнями, неисчислимому множеству других живых существ этого мира будет гарантирована безопасность. А значит, это вроде небольшого пожертвования, ради ещё большего количества живых существ. - Эм, это всё из-за меня? Возможно, этот мир счёл меня вирусом и пытается уничтожить меня? – спросила Нин Шу, чувствуя некоторую вину. - Тебя? Ты делаешь выводы, основываясь на своих способностях? Ты слишком высокого о себе мнения, - голос 2333 был полон презрения. – Да у тебя же нет почти никакой удачи. Ты из тех, кого позабросили даже Небеса, так что они не могли тебя заметить. Только когда люди с большой удачей делают нечто такое, что превосходит предел, с которым готов мириться мир, и вредит самому миру, тогда закон использует подобный хаос, чтобы всё исправить, или просто сметает всё напрочь, чтобы начать заново. У Нин Шу были сложные чувства, когда она услышала, что это всё не из-за неё. У неё было чувство вины из-за происходящего, но оказалось, что она была слишком ничтожной, чтобы иметь какое-то значение. Её лицо стало горячим. Её опухоль неловкости неимоверно воспалилась. - Задание выполнено. Покидаем мир задания, - сказал 2333. Нин Шу была удивлена. - А это считается за выполненное задание? Обе стороны всё ещё так напряжённо сражаются. - В данный момент небесный закон устанавливает набор новых законов, поэтому теперь невозможно предсказать чью-либо судьбу. С этих пор, судьба Вэй Лянюэ будет зависеть только от него. Ты и так уже помогла ему освободиться от его изначальной судьбы и пробыла в этом мире очень долго. Если останешься дольше, то твоя душа может не выдержать, - безразлично ответил 2333. Нин Шу кивнула. - Тогда давай покинем этот мир. Как только она сказала это, она ощутила громкий гул в голове, а когда снова открыла глаза, то уже вернулась в системное пространство. ---------- Открытие Системного Рынка Как только Нин Шу вернулась в системное пространство, она посмотрела вниз, чтобы оценить состояние своей души. Как она и ожидала, она была до такой степени тусклой, что стала едва заметной. Было ясно, что она изрядно повреждена, поэтому она поспешила сесть, чтобы впитать в себя материал системного пространства, чтобы укрепить свою душу. Она остановилась только тогда, когда уже больше ничего не могла впитывать. А потом она спросила у 2333: - А что это я тут впитываю? Она давно хотела об этом спросить. Что бы она тут ни впитывало, оно отличалось от духовной энергии. - Что ты впитываешь? Это первозданная духовная энергия – ответил 2333. Первозданная духовная энергия? Звучит довольно круто. Она всё ещё не понимала, что это такое, но раз это было выгодно для неё, то ей было всё равно. - Давай проверим очки опыта, которые я получила в этот раз, - сказала Нин Шу. Теперь у неё наверняка должно быть достаточно очков, чтобы открыть рынок. Номер: 2333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 140000 (+100000) Душа: 200 Жизнь: 50 Интеллект: 85 Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 10 Способность: 26 Заслуги: 5 (+10) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы) Завершено задание Вэй Лянюэ Степень Завершения Задания: 100% Получено Очков Атрибутов: 10 Внимание Нин Шу тут же привлёк тот факт, что в этот раз она получила целых сто тысяч очков. И с теми ста сорока тысячами, что у неё уже были, этого хватает, чтобы открыть системный рынок. - У меня уже больше двухсот тысяч очков. Давай откроем системный рынок! – возбуждённо сказала Нин Шу. 2333 сказал: - Сейчас ты можешь открыть только начальный системный рынок. - Ага, я знаю. Делай уже обмен. - Пожалуйста, подожди минутку, система обновляется. После этих слов 2333 затих и долгое время не появлялся вновь. Нин Шу сидела на земле и ждала. Когда она больше не смогла терпеть, она спросила: - 2333, ты там уже закончил? - Всё готово. Теперь ты можешь открывать рынок, - ответил 2333. Нин Шу тут же открыла рынок и обнаружила, что там были доступны всевозможные вещи: всякие пилюли, секретные руководства, ореолы, оружие, даже авианосцы, божественные орудия, божественные звери… Если это был только начальный системный рынок, то какими же будут продвинутый и ультра рынок? Это было невообразимо. Когда Нин Шу увидела, что камень первобытного хаоса размером с кулак стоил два миллиона очков, она почувствовала, как у неё разрывается дыра в сердце и оттуда хлещет кровь. 2333 обманом выудил у неё камень первобытного хаоса, который стоил два миллиона! Она стукнула кулаком по сердцу. Как же, блять, больно. Она открыла свой рюкзак и увидела, что там была совершенно чёрная духовная жемчужина и несколько одиноких кристаллов духовной эссенции. Это было просто жалкое зрелище. Когда она увидела, что на рынке есть вещи, которые стоят несколько десятков тысяч, сотни тысяч и миллионы очков, она почувствовала боль в печени. Только сейчас она осознала, что она была чертовски бедной. Но всё равно, больше всего у неё болело сердце от того, что 2333 обманом забрал камень первобытного хаоса. Нин Шу остановила свой взгляд на руководствах по культивации. Они все были очень дорогими, поэтому, взвесив всё, она решила не покупать их и продолжить использовать Непревзойдённые Боевые Искусства. Всё же, она немного привязалась к ним, и она чувствовала, что они довольно сильные. А потом 2333 сказал: - Хоть ты и открыла системный рынок, есть ещё вещи, которые тебе нужно знать. Во-первых, купленные на системном рынке вещи не могут превосходить предел того, с чем может смириться мир. Например, в мире древней эпохи нельзя купить космический корабль. Конечно, ты всё рано не можешь его себе позволить. Во-вторых, в каждом мире игроку позволяется использовать не более двух предметов с системного рынка. Это означает, что ты можешь использовать только два реквизита. Это сделано для того, чтобы не дать игрокам намеренно уничтожать миры, используя системный рынок. Ещё раз повторю, твоей работой является починка и защита миров, а не их разрушение. Поняла? – спросил 2333. Нин Шу кивнула. - Значит, по сути, есть ограничение на использование вещей с системного рынка. - И я бы посоветовал тебе добавить больше очков атрибутов в твой уровень жизни, - сказал 2333. – Потому что в будущем ты столкнёшься с мирами более высокого уровня культивации. А в тех мирах один только раунд тренировки в уединении отнимает несколько десятков лет. А у тебя лишь пятьдесят очков жизни, так что, если у тебя закончатся очки жизни в мире задания, то для тебя игра закончится. ---------- Должна Быть Сбалансированной - Хватит уже постоянно добавлять очки в боевые искусства. Ты должна быть сбалансированной, знаешь ли? После того, как Нин Шу услышала слова 2333, она кивнула. - Я поняла. В этот раз я назначу все свои очки атрибутов в жизнь. 2333: … До этого она вцепилась в боевые искусства, а теперь переключилась и вцепилась в жизнь? Нин Шу действительно вложила все свои очки в жизнь. Номер: 2333 Имя: Нин Шу Возраст: 27 Опыт: 40000 Душа: 200 Жизнь: 50 (+10) Интеллект: 85 Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 17 Способность: 26 Заслуги: 5 (+10) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы) Когда Нин Шу увидела, что почти все её очки закончились, у неё снова заболело сердце. Однако только теперь она заметила, что получила десять очков заслуг. Она спросила у 2333-сама: - Как я получила эти десять очков заслуг? - Кто знает? Я тоже не знаю. Эти штуки считаются не так, как другие атрибуты, - сказал 2333. - Хочешь перейти в мир задания? – спросил 2333. Нин Шу отмахнулась рукой. - Нет, я слишком устала. Я немного отдохну. Ах да, кстати, каким будет мир следующего задания? Нин Шу открыла рынок и начала листать товары. У неё зудело в сердце от желания приобрести эти вещи, но у неё не было для этого очков. - Следующим будет современный мир, ответил 2333. Как только Нин Шу услышала, что это будет современный мир, она захотела купить пистолет, но он стоил пять тысяч. А если добавить стоимость пуль, то это было уже семь тысяч очков. Но её всё равно очень манила эта идея. Поэтому она наконец-то нажала на кнопку обмена. Она нажала один раз, но экран не отреагировал, поэтому она нажала ещё раз, но экран всё равно не отреагировал. Какого хрена? Почему она не могла его купить? - 2333, что происходит? Почему я не могу его купить? Нин Шу продолжила тыкать в экран. 2333 объяснил: - Мир, в который ты собираешься, находится в эпохе мира и процветания. Там нет никакой нужды в оружии, поэтому системный рынок не позволит тебе их купить. Блять! То нельзя купить, это нельзя купить, за каким чёртом тогда она купила этот рынок? Как она и ожидала, всё ещё лучше полагаться только на себя. Подобные внешние ресурсы совершенно ненадёжные. Нин Шу холодно рассмеялась, а потом села на землю и заставила себя глубоко дышать. - В будущем, когда ты будешь выполнять задания в высокоуровневых мирах, там будет множество ресурсов, которые ты сама сможешь собрать. Таков уж системный рынок. Он ограничивает всех, а не только тебя, - сказал 2333, чтобы утешить её. - А почему я ещё не встретила никаких других получателей заданий? Неужели каждый мир может принять в себя только одного получателя заданий? – спросила Нин Шу. 2333 сказал: - Вообще-то получателей заданий довольно много, так как некоторые всё равно исчезнут после какого-нибудь несчастного случая во время задания. Учитывая то, как много есть миров, шансы на встречу с другим получателем заданий довольно невелики, но ты обязательно столкнёшься с ними в мирах более высокого уровня. Высокоуровневые получатели заданий не любят выполнять задания в низкоуровневых мирах. А ты сейчас всего лишь муравей в низкоуровневых мирах, короче говоря, та, что находится на самой границе миров, так что в подобные круги тебе пока вход закрыт. После этого 2333 попытался подбодрить Нин Шу: - Шевели ножками. Нин Шу: … ---------- Тут Есть Мебель! Нин Шу продолжила листать системный рынок и смотреть на все те вещи, которые не могла купить. Наконец, она закрыла системное окошко. Не было смысла смотреть, потому что она так только себя сведёт с ума. Она решила вздремнуть, а потом взяться за следующее задание. И хотя она теперь была в духовной форме и ей не нужен был сон, у неё всё равно осталась привычка поспать, чтобы снять стресс. Она легла на землю, готовясь ко сну, но ей было очень неудобно, поэтому она снова села и спросила: - А там есть какая-нибудь кровать или что-то вроде того? Я хочу поспать. - Есть. На системном рынке есть полно таких вещей. Их тоже можно обменять на очки опыта, - сказал 2333. Как только Нин Шу услышала это, она поспешно открыла рынок. В конце, в самом незаметном углу она обнаружила кнопку для мебели. Неудивительно, что она не заметила её раньше. Она открыла вкладку и обнаружила, что там есть всевозможная мебель всех стилей и вся она была очень дешёвой. Самая дорогая стоила лишь около двухсот очков. И там была не только мебель, но и всякие электронные устройства, тренировочное оборудование, букеты, бонсай и так далее… Всё, что должно было быть тут, было тут, и тут даже были некоторые предметы роскоши, вроде заколок для волос, сумочек, одежды, обуви и прочих вещей, которые сводят с ума женщин. И, что более-более-более важно, всё это было чертовски дешево! Было ясно, что это самые бесполезные вещи на системном рынке. Нин Шу сразу же накупила кучу вещей. Она купила постель, бытовую технику, бонсай и кучу других мелочей, но потратила на это не более двухсот очков. Ощущение от покупки вещей было просто великолепным. Словно она стала богачкой. После того, как она их купила, все предметы вскоре появились в её системном пространстве. Они просто внезапно появились, и она даже не знала, как они сюда попали. Даже курьер доставки был не нужен. Это просто волшебство. У Нин Шу ушло немало времени на то, чтобы расставить всё и это пустое белое пространство наконец-то начало ощущаться более личным и удобным. У простого и милого дерева бонсай были крошечные цветочки, которые блестели от малюсеньких капелек росы. Светло-зелёный диван и белый ковёр впервые дали Нин Шу ощущение, что это системное пространство было её домом. Она рухнула на постель. Даже несмотря на её духовную форму, она всё равно чувствовала мягкость этого одеяла. Вскоре она погрузилась в глубокий сон на удобной постели. #комментарий анлейта: Раз такое дело, в последнее время я смотрела много видео о том, как оформлять дом своими руками. Например: https://www.youtube.com/watch?v=6hpvzLyMmDg и https://www.youtube.com/watch?v=O7sx0dZv7To. Теперь просто не могу спокойно смотреть на свою свалку в комнате и хочу всё переделать. Но, так как я учусь за границей, и в следующем году меня поселят в другом месте, я буду жить как минимум в четырёх разных местах. Я не хочу покупать вещи только для того, чтобы потом их выкинуть… Знает ли кто-нибудь, как организовать всё в комнате человеку, который много переезжает? И ещё, есть подсказки для тех, кто учится в Европе? Заранее спасибо… ---------- Май Доэр Нин Шу не знала, сколько она спала, но к тому времени, когда она снова проснулась она чувствовала себя полностью отдохнувшей и обновлённой. Решено! С этих пор, после каждого задания она будет тщательно отдыхать, чтобы её настроение улучшалось и успокаивалось, прежде чем начинать следующее задание. Если она не научится правильно расслабляться, то рано или поздно она развалится на части от стресса. К тому же, 2333 сказал, что она была лишь получателем заданий низкого уровня которая всё ещё находится в опасной ситуации и может полностью исчезнуть, если она умрёт посреди задания, поэтому ей нужно было старательно работать и ради своего собственного выживания. - 2333, давай начнём задание, - сказала Нин Шу. - Динь, Игрок, пожалуйста, обратите внимание, вы входите в мир задания. Сразу после этих слов 2333 Нин Шу почувствовала лёгкое головокружение. Как только её душа соединилась с телом, она почувствовала, что всё её тело испытывает дискомфорт. Её тело ощущалось тяжёлым и слабым, у неё кружилась голова, а горло было опухшим и больным. Она с трудом разлепила веки, которые словно были склеены, и обнаружила, что она лежала на постели. На полке рядом с постелью было немного лекарств. Вероятно, изначальный хост слегла с сильной простудой. Нин Шу взяла лекарство и прочитала инструкцию, после чего выпила пилюлю, запив холодной водой. Приняв лекарство она натянула одеяло на голову и отрубилась. Она сейчас ни о чём не хотела думать. У неё так сильно кружилась голова, что даже небольшое движение вызывало чувство тошноты. Это было просто отвратительно. К тому времени, как она снова проснулась, снаружи было уже темно, а её тело было покрыто потом. После того, как она приняла лекарство, её тело больше не ощущалось таким тяжёлым, поэтому она пошла в ванную и помылась, после чего приняла ещё одну пилюлю и улеглась, чтобы принять историю. Изначального хоста звали Чэнь Си. Она была менеджером талантов в Компании Вэйв Медиа и под её управлением было несколько талантов. Все эти таланты были новичками, завербованными компанией. У неё были один или два таланта, которые постепенно делали себе имя, но большая часть была новичками. Работа менеджера талантов была крайне стрессовой. Ей не только нужно было зарабатывать деньги для компании, чтобы увеличивать свои достижения, но ещё много о чём нужно было беспокоиться. Большими проблемами были такие вещи как планирование будущего для талантов, которыми она управляла, а ещё ей нужно было разбираться со всякими мелкими проблемами, вроде сочетающихся аксессуаров на одежде талантов, когда они появляются на публике. А ещё ей нужно было быть посредником в битвах между талантами, которыми она управляла. Это была просто самая утомительная и раздражающая работа из всех. Одним из талантов под управлением Чэнь Си была девушка по имени Май Доэр, которая была новичком. У неё была очень невинная и нежная внешность. Чэнь Си считала, что если эта девушка сможет сохранить эту нежную ауру, то она сможет заработать себе имя в сфере развлечений. Чтобы продвигать её, Чэнь Си водила Май Доэр на всякие вечеринки. Люди, которые приходили на эти вечеринки были крупными шишками в мире развлечений и там было полно известных режиссёров и писателей. Если Май Доэр сможет наладить там свои связи, то в будущем это будет очень полезно. И хотя внешне эта сфера развлечений излучает сияние, в реальности там было немало темноты. Те, кто хотели стать знаменитыми, должны были не только обладать хорошими данными, но им также нужно было находить хорошие возможности и иметь людей, которые захотят их продвигать. В тот день Чэнь Си отвела на такую вечеринку двух девушек из тех, которые были под её управлением. Помимо Май Доэр там была ещё девушка по имени Цяо И. Цяо И тоже была очень выдающимся новичком. Май Доэр питала отвращение к подобным собраниям, и всегда создавала проблемы. Если мужчина хотел немного пощупать товар, Май Доэр всегда излишне экспрессивно реагировала и портила всю атмосферу в этом месте. Чэнь Си всё время приходилось вступаться за неё, чтобы всё исправить. Причина, почему Чэнь Си теперь была такой простывшей, это потому, что Май Доэр оскорбила на вчерашней вечеринке председателя Мо Энтертейнмент Групп, Мо Цзюэфэна. И причиной было то, что Май Доэр пролила вино на главного мужчину Мо Цзюэфэна, поэтому Чэнь Си пришлось притащить Май Доэр к машине Мо Цзюэфэна и извиняться под дождём. Май Доэр очень не хотелась извиняться перед Мо Цзюэфэном. И хотя Май Доэр извинилась, Чэнь Си начала подозревать, что Май Доэр не подходит для сферы развлечений. С таким эмоциональным интеллектом, она была просто пушечным мясом в сфере развлечений. Тем временем, Май Доэр наоборот чувствовала, что она очень способная и она обязательно станет квалифицированной актрисой, если она будет усердно трудиться. Она была уверена, что сможет стать королевой кино. Когда Май Доэр вошла в сферу развлечений, она установила для себя цель и этой целью было стать королевой кино. Май Доэр была очень недовольна Чэнь Си за то, что та приводит её на подобные вечеринки. Она хотела играть роли, а не есть и пить со всеми этими людьми. Более того, все эти мужчины были просто отвратительными. Едва только оказавшись в сфере развлечений, Май Доэр была крайне отчуждённой. Она чувствовала, что сможет добиться успеха и не полагаясь на все эти лазейки и связи. И из-за этого Чэнь Си стала редко брать Май Доэр на подобные вечеринки. Однако ей всё равно приходилось придерживаться некоторого уровня справедливости среди своих талантов, поэтому она периодически брала с собой Май Доэр. Однако на одной из вечеринок Май Доэр оказалась втянута в инцидент с председателем Мо Энтертейнмент Групп, Мо Цзюэфэном. ---------- Ночь с Мо Цзюэфэном Всё началось из-за того, что Мо Цзюэфэн попался в чью-то ловушку. Мо Цзюэфэн был тем мужчиной, с которым хотела переспать каждая актриса. Он был не только красив и богат, но у него ещё было и огромное влияние в сфере развлечений. И если Мо Цзюэфэн мог устроить хоть небольшое продвижение, то слава и удача тут же начинали стучаться в дверь. Он был не просто золотым перстом, а чистейшим 24-каратным золотым бедром, ах. Многие актрисы готовы были пойти на что угодно, чтобы залезть в постель Мо Цзюэфэна. Как только Мо Цзюэфэн заметил, что он находится под воздействием какого-то наркотика, он тут же ушёл с вечеринки и запрыгнул в ближайший плавательный бассейн. Не потому, что он был настолько предан кому-то, а просто потому, что ненавидел попадаться в подобные ловушки. Он уже много чего успел повидать в сфере развлечений и считал, что подобные вещи крайне подлые. Он свысока смотрел на женщин, которые делали подобное, поэтому он никак не мог себе позволить переспать с кем-то, потому что он был под воздействием наркотика. А так как Май Доэр не любила подобные собрания, она ушла с вечеринки и наслаждалась вечерним бризом у бассейна, когда внезапно услышала громкий всплеск. Когда она увидела, что кто-то упал в воду, она прыгнула следом, чтобы спасти его и вытащила Мо Цзюэфэна из воды. С самого начала Мо Цзюэфэну было крайне некомфортно, поэтому, когда к нему приблизилась женщина, он уже едва мог сдерживаться. А потом он обнаружил, что от Май Доэр пахнет очень лёгким ароматом, поскольку она не использовала тяжёлые духи, как это делали другие актрисы. С самого начала Мо Цзюэфэн был не из тех, кто усложняет себе жизнь, поэтому просто поднял Май Доэр на руки, отнёс в ближайший лесок и овладел ею со всей страстью. Май Доэр была в полнейшем отчаянии. Она подошла, чтобы спасти человека, но ей отплатили крайне подлым издевательством. После того события Мо Цзюэфэн влюбился в эту женщину, которая была очень чистой и невинной, поэтому он выдал ей очень щедрый чек. Май Доэр почувствовала себя полностью униженной и порвала чек в клочья, после чего сбежала. Май Доэр утаила этот инцидент и никому не рассказала о нём. Даже Чэнь Си, её менеджер, не знала об этом. Мо Цзюэфэн был уверен, что эта женщина просто устроила перед ним представление и потом вернётся, чтобы найти его. Каждая женщина, что пыталась приблизиться к нему, имела свои мотивы, поэтому он пришёл к выводу, что она пытается заманить его, якобы отпустив его. Всё же, кто не хотел прославиться в сфере развлечений? Однако на самом деле Май Доэр не стала искать его, поэтому Мо Цзюэфэн отправил людей, чтобы они разузнали о ней. Когда он увидел, насколько жалкой была её ситуация, и как она постоянно хватается за мелкие роли, он почувствовал, что раз уж он переспал с ней один раз, то так или иначе он должен ей немного помочь. И вот так Май Доэр вступила на путь удачи. Ей стали предлагать более значительные роли даже без помощи её менеджера, Чэнь Си. Мо Цзюэфэн тайком приглядывал за Май Доэр и обнаружил, что она действительно отличается от прочих женщин в сфере развлечений. Она была непорочной и чистой. И пока она постепенно раскрывала свои таланты, Мо Цзюэфэн продолжал вспоминать о том, какой она была на вкус. Он решил продолжить отношения с ней. Они стали постепенно пересекаться всё чаще и чаще, и Мо Цзюэфэн постоянно принуждал её остаться с ним. Он знал её аромат и он ему нравился, поэтому он даже шантажировал её, говоря, что если она не согласится, то он расскажет о том, что произошло между ними. Май Доэр была в ярости от того, насколько бесстыдным был Мо Цзюэфэн, но у неё не было иного выбора, кроме как поступить так, как он хочет. И хотя Мо Цзюэфэн принуждал Май Доэр, он действительно очень хорошо к ней относился и тайком сделал так, чтобы она постепенно начала получать всё более важные роли. Когда у неё случались проблемы, Мо Цзюэфэн решал их, поэтому её путь был без малейших затруднений и таким ровным, что она, в итоге, стала королевой кино, как и мечтала. ---------- ''Мирная'' Судьба Чэнь Си В то же время, у неё был прекрасный роман. На ней ясно было написано "победительница по жизни". Всё это время Мо Цзюэфэн так обожал свою жену, что количество новостей об их публичных проявлениях нежности и страсти было столько, что можно было ослепить народ. При обычных обстоятельствах, после того, как Май Доэр стала знаменитой, Чэнь Си, как её менеджер, тоже должна была получить некоторое признание, но всё оказалось не так. Май Доэр была очень недовольна своим менеджером. Причём настолько, что это можно было назвать ненавистью, потому что её менеджер всегда пыталась протащить свои таланты через какие-нибудь лазейки. Май Доэр больше всего презирала подобные методы. А тот факт, что Чэнь Си всегда относилась к Май Доэр довольно безразлично, лишь подливал масла. Из-за этого Май Доэр считала Чэнь Си аморальной личностью и несправедливым менеджером. Май Доэр лишь небрежно пожаловалась немного Мо Цзюэфэну и сказала, что Чэнь Си – словно сутенёр из древней эпохи, но Мо Цзюэфэн запомнил эти слова и Чэнь Си уволили из её компании. Те таланты, которые были под её руководством, передали другим менеджерам, но никто из них не смог стать популярным. После того, как Чэнь Си уволили из Компании Вэйв Медиа, она отправилась устраиваться в другие компании сферы развлечений на должность менеджера талантов, но ни одна компания её не наняла. Тогда Чэнь Си наконец-то поняла, что кого-то оскорбила. В итоге, кто-то сказал ей, что это председатель Мо Энтертейнмент Групп внёс её в чёрный список. Она больше ничего не могла сделать в сфере развлечений. Чэнь Си хотела узнать почему и, когда она увидела, как Мо Цзюэфэн и Май Доэр держатся за руки, то поняла почему. Май Доэр свысока смотрела на актрис, которые отказывались от своего достоинства, чтобы вцепиться в кого-нибудь влиятельного, и готовы были пойти до конца, чтобы заполучить роль в кино, но чем же сама Май Доэр отличалась от них? Единственной разницей было лишь то, что Май Доэр обслуживала лишь одного человека. И всё это было украшено красивым именем "любовь". Мо Цзюэфэн делал всё из любви к Май Доэр, поэтому это не считалось грязным обменом. Из-за любви всё было оправдано. Чэнь Си была в ярости, поэтому она поддалась импульсу и раскрыла то, что произошло между Май Доэр и Мо Цзюэфэном, сказав, что Май Доэр была любовницей Мо Цзюэфэна. Конечно же, после того, как она это сказала, она уже не могла тут оставаться. Когда она только собралась покинуть город Цзянчэн, на неё напали какие-то бандиты. После того, как её заперли в какой-то комнате без окон, Чэнь Си впала в полнейшее отчаяние. Она убила одного из бандитов ножом для фруктов, а потом остальные бандиты зарезали её. Её тело было выброшено в море и съедено рыбами. И это тот "мир и процветание" о котором говорил система? Какого хрена? В итоге, изначального хоста убили, но это всё равно считается мирным и спокойным миром? Желания изначального хоста: 1. Она не хочет снова умирать из-за Май Доэр и Мо Цзюэфэна. Она хочет, чтобы равнодушная Май Доэр впала в полную немилость. Будет лучше всего, если Май Доэр будет с трудом выживать в самом низу сферы развлечений. Хотелось бы ей посмотреть, как Май Доэр сможет смотреть свысока на других при таких обстоятельствах! 2. …если возможно, то она хотела бы ещё отомстить Мо Цзюэфэну и готова отдать за это три четверти своей души. Второе желание Чэнь Си показывало, что она понимает, насколько велика разница в статусе между ней и Мо Цзюэфэном. Она была лишь обычным менеджером, а он был практически принцем Цзянчэна, верховным владыкой, от чьих слов дрожала вся сфера развлечений. Если Нин Шу сможет исполнить второе желание, то она получит больше очков, но можно и не выполнять. Большая часть огневой мощи в этом задании была направлена на Май Доэр. Относительно этой истории, Нин Шу могла лишь посмотреть в небо. Всё же, ей стоило увеличить свои боевые искусства. А что касается того факта, что Чэнь Си изнасиловали те бандиты, за этим явно кто-то стоял. И наверняка это было сделано по указке Мо Цзюэфэна. Кто-то вроде Мо Цзюэфэна мог заставить людей делать всё, что угодно, просто достав пачку купюр. Нин Шу протянула руку и взяла салфетку, чтобы вытереть сопли, текущие из носа. Она села на постели и начала медитировать. Она тут же обнаружила, что духовная энергия в этом мире была такой рассеянной, что ей хотелось просто показать средние пальцы. Она смогла извлечь лишь крошечное количество энергии в своём даньтяне. И хотя она смогла выжать лишь так немного, ей всё равно удалось сделать так, что всё её тело ощущалось легче. Она вся покрылась потом, но у неё больше не кружилась голова. Вот только теперь она чувствовала голод. Помывшись, она отправилась на кухню в поисках еды. В холодильнике она нашла только еду навынос. Она понюхала её, и еда не пахла так, словно она пропала, поэтому Нин Шу решила съесть её на ужин. Во время ужина она стала просматривать свой телефон. Там было несколько сообщений, где её с беспокойством спрашивали о том, стало ли ей лучше. По большей части эти сообщения были от тех талантов, которые находились под её управлением. Нин Шу не стала отвечать на эти сообщения. После ужина она взяла блокнот изначального хоста и стала просматривать множество важных заметок, которые были в нём записаны. ---------- Жизнь Менеджера Талантов Нин Шу полностью собралась и сфокусировалась на чтении толстого блокнота изначального хоста. Там было записано много всякой информации. Там были планы для каждого таланта, который был под её управлением, и детальный анализ личности каждого таланта, и какой путь им подходит. Вся работа и рабочее время талантов тоже были расписаны. Каждый талант был тщательно продуман. У менеджеров вроде Чэнь Си, которые не были известными, была самая утомительная работа, так как им приходилось присматривать за множеством талантов. Менеджеры с золотой медалью, которые уже успешно спродюссировали суперзвезду, могли позволить себе быть более избирательными в том, кого брать следующим. Однако Чэнь Си была лишь обычным менеджером. Проще говоря, работой менеджеров было помогать развлекательной компании зарабатывать деньги, используя знаменитостей, и помогать находить новые таланты. После того, как Нин Шу закончила читать, и у неё уже сложилось базовое понимание общей ситуации, у неё слегка разболелась голова. Она села на постель, чтобы продолжить тренировку, но в этом мире было просто очень мало духовной энергии. Тренировка была и близко не такой удовлетворяющей, как в прошлом мире. К тому же, в этом мире было до боли трудно использовать свою энергию. После того, как она привыкла к тому, что с лёгкостью могла крушить валуны простым пинком, она не могла никак привыкнуть к тому, что опять была такой слабой. К счастью, сила этого тела постепенно увеличивалась, так что, если добавить немного движений из борьбы, то она, вероятно, сможет сбить с ног крупного мужчину. Проведя всю ночь в тренировке, Нин Шу почувствовала, что её тело стало гораздо лучше, поэтому она приготовилась отправиться на работу. По крайней мере, она пока ещё контролировала судьбу Май Доэр и была намерена продолжить подобную практику, устраивая её на каждую работу, что сможет найти. В данный момент она собиралась постараться изо всех сил в качестве менеджера. Возможно, однажды она сможет опробовать все триста шестьдесят профессий. Едва только Нин Шу собралась выходить, как прозвенел дверной звонок. Когда она открыла дверь, то увидела, что это были те пять талантов, которые находились под её управлением. Они держали в руках фрукты. Как только они вошли, то её маленькая квартира стала немного переполненной. - Старшая сестрица Чэнь, тебе уже лучше? – спросил парень. Он был довольно молод и выглядел не больше чем на двадцать лет. У него была красивая кожа и он идеально подходил по внешности на роль поп-идола для подростков. И хотя он был молод, он был довольно умён. Он всегда спрашивал у Чэнь Си о том, есть ли новые возможности засветиться на публике, чтобы заработать себе славу. Нин Шу улыбнулась и сказала: - Мне уже гораздо лучше. Вам, ребята, не нужно было навещать меня вот так, я как раз собиралась отправиться в компанию. Пока Нин Шу говорила, она оглядела их и обнаружила Май Доэр, стоящую позади всех. Май Доэр была из тех девушек, у которых хорошие пропорции и небольшое тело. Черты её лица были не особо изысканными, но в целом она выглядела заметно целомудренной и живой. Эта чистая аура и привлекла внимание изначального хоста. Однако изначальный хост и не ожидала, что Май Доэр не только выглядит просто, но и в душе она такая же простая. После всех тех хлопот, через которые она прошла, чтобы помочь Май Доэр, в конечном итоге Май Доэр всё равно затаила на неё обиду. - Старшая сестрица Чэнь, почему бы тебе не отдохнуть ещё немного? А мы можем просто сходить в студию танцев, чтобы потренироваться. Всё в порядке, - сказала Цяо И. Тон её голоса прозвучал искренне, но в её манерах было немного подхалимства. В сфере развлечений много внимания уделялось старшинству, и в данный момент Чэнь Си обладала некоторыми ресурсами. Однако под управлением Чэнь Си было много талантов, поэтому неизбежно получалось так, что не всем доставались привилегии, поэтому под поверхностью происходило немало скрытной борьбы. - Всё верно. Старшая сестрица Чэнь, тебе нужно сфокусироваться на восстановлении. Нам будет очень плохо, если твоя простуда только усилится от того, что тебе приходится так много работать, - согласно подхватил маленькое свежее мясо, Ся И. Все таланты по очереди выразили Нин Шу свою заботу и осталась только Май Доэр. Цяо И немного подтолкнула Май Доэр, поэтому Май Доэр подошла ближе и сказала: - Старшая сестрица Чэнь, прости. Это из-за меня всё так случилось. ---------- Жалкий Эмоциональный Интеллект - Нельзя сказать, что это случилось только из-за тебя. Когда ты совершаешь ошибки, компания винит за них меня, так что я и сама виновата в этом, - спокойно ответила Нин Шу. – Раз уж вы выбрали гламурный на вид мир, который вертится вокруг оценки публики, то вам также придётся смириться и с его тёмной стороной и её правилами. - Я понимаю, старшая сестрица Чэнь, - сказал Ся И. Большинство талантов под управлением Чэнь Си были девушками. А так как Ся и был единственным парнем и он был довольно молодым, то он часто вёл себя избалованным перед Чэнь Си, чтобы попытаться выпросить больше работы. Однако Чэнь Си уже много лет была менеджером, поэтому не поддавалась на попытки Ся И выслужиться перед ней и не давала ему дополнительной работы. Если она хоть раз нарушит свои правила, то неизбежно будет и второй раз. Май Доэр слегка опустила голову, когда услышала о том, что Нин Шу сказала о тёмной стороне и правилах. Было ясно, что она не согласна с тем, что сказала Нин Шу, но Нин Шу больше ничего не сказала и просто выпроводила их. Как только таланты вышли из квартиры, их выражения лиц изменились и атмосфера в группе больше не была такой гармоничной. Ся И холодно хмыкнул и ушёл, а потом ушли две другие девушки. Остались лишь Цяо И и Май Доэр. Цяо И глянула на Май Доэр и спросила: - Хочешь пойти со мной? Май Доэр замешкалась на мгновение, а потом кивнула. Когда Цяо И увидела Май Доэр такой, она стала немного раздражённой - Как бы там ни было, старшая сестрица Чэнь простыла из-за того, что стояла под дождём ради тебя. Почему ты так не хочешь её видеть? Май Доэр безрадостно поджала губы и сказала: - Я знаю, что старшая сестрица Чэнь сделала это ради меня, но она всегда заставляет меня делать такие вещи, которые я не хочу делать. Она хотела только играть роли, она не хотела участвовать во всяких сложных и непонятных вещах, но её менеджер, Чэнь Си, никогда не назначала для неё интервью, и всегда отправляла есть и пить с кучей странных людей. А всякие такие вечеринки – это просто сплошная трата времени. Цяо и нажала кнопку звонка. Когда Нин Шу открыла дверь и увидела их, она была немного удивлена. - Вы что-то ещё хотели? - Да ничего такого, старшая сестрица Чэнь. Мы просто хотели немного поболтать с тобой. Цяо И и Май Доэр снова вошли в квартиру. Нин Шу ещё не завтракала, поэтому она взяла один из принесённых фруктов и начала есть, после чего сказала: - Если вы голодные, то угощайтесь. Так и о чём вы хотели поговорить со мной, девчата? Цяо И набралась смелости, чтобы сказать Нин Шу: - Старшая сестрица Чэнь, я хочу перейти в сферу музыки. Изначально, когда она попала в эту компанию, у неё не было иного выбора, кроме как пойти по тому пути, который ей назначила компания. Цяо И казалась очень чувственной девушкой, поэтому компания назначила ей стать актрисой. Нин Шу всё обдумала, а потом сказала: - Ладно. Если ты собираешься перейти в музыку, тогда тебе сначала надо научиться играть на инструменте. Мы можем поработать вместе над планом уроков. На первое время сфокусируйся на обучении, а потом, позже, мы уже поработаем над составлением песен. Цяо и не ожидала, что Нин Шу так легко согласится, поэтому её лицо наполнилось удивлением и радостью. Она стала и поклонилась Нин Шу. - Спасибо, старшая сестрица Чэнь! Вообще-то Нин Шу придётся столкнуться с большим давлением, чтобы сменить путь развития таланта. Ей придётся столкнуться с давлением компании и ей придётся добиться результатов, чтобы сохранить свою работу. - Старшая сестрица Чэнь, я хочу стать актрисой, - тут же заговорила Май Доэр, когда увидела, что Нин Шу согласилась на просьбу Цяо И. Нин Шу кивнула. - Ладно, завтра отведу тебя на прослушивание. - Спасибо, старшая сестрица Чэнь! – радостно сказала Май Доэр. Её улыбка была такой широкой, что практически касалась глаз, отчего она выглядела особенно невинной. Нин Шу лишь слабо улыбнулась. Добившись желаемого, Май Доэр собралась уходить. Пока Нин Шу наблюдала за тем, как уходит Май Доэр, она думала о том, что с таким эмоциональным интеллектом Май Доэр обязательно испортит всё для себя в сфере развлечений. К тому же, у неё было не так много друзей. Если она не столкнётся с Мо Цзюэфэном, который всё решал за неё, то как Май Доэр сможет стать известной и получить звание королевы кино? Возможно Май Доэр всё же добьётся успеха, но это определённо будет не так легко. Причина, почему Май Доэр постепенно набирала славу, на самом деле сильно зависела от поддержки Мо Цзюэфэна. По сути, это была лишь история о третьесортной актрисе, которая стала известной, благодаря тому, что у неё был богатый папик. ---------- Планирование Учебного Курса Цяо И После того, как Май Доэр ушла, Нин Шу начала работать с Цяо И, чтобы продумать учебный курс. Так как она хотела перейти в музыку, то она должна была научиться играть хотя бы на одном инструменте, чтобы иметь хоть какое-то образование. Цяо И выбрала пианино и Нин Шу решила, что оно ей очень подходит. Некоторое время Цяо И не будет браться за какую-либо работу и сфокусируется на тренировках по игре на пианино и на пении. Как минимум три месяца Цяо И не будет ничего зарабатывать. - Ты согласна с этим? – спросила Нин Шу. Компания ни за что не станет делать CD для новичка, только потому, что новичок захотел быть певцом. Им придётся найти людей для составления песен и музыки, а они точно не могли потратить столько ресурсов на новичка. - Если ты решительно настроена пойти по этому пути, то тебе придётся медленно продвигаться к нему, - сказала Нин Шу. – Первым делом тебе нужно будет создать прочную основу. Не иметь дохода на протяжении полугода – это будет серьёзным вызовом как для Нин Шу, так и для Цяо И. Когда талант не зарабатывает денег, компания не даёт таланту ресурсов, поэтому у талантов становится ещё меньше шансов на то, чтобы показаться людям и заработать деньги. А если они вообще не могут заработать деньги, тогда компания от них отказывается. Если изначальный хост хотела, чтобы её таланты становились лучше, ей нужно было сделать так, чтобы компания увидела ценность её талантов, и чтобы компания почувствовала, что этот талант позволит ей заработать деньги. Только так компания начнёт считать талант чем-то важным и начнёт тратить ресурсы, на выращивание таланта. Если Цяо И хочет перейти в музыку, то ей придётся учиться как минимум полгода. Нин Шу вздохнула, посмотрела на Цяо и сказала: - Ты должна тщательно всё обдумать. Цяо И сжала кулаки, чувствуя уверенность. - Старшая сестрица Чэнь, я готова согласиться на твои условия. Я хочу петь. У меня нет никакой мотивации заниматься другими вещами. Нин Шу кивнула. - Тогда давай составим план. Наконец, Нин Шу и Цяо И составили план обучения. Цяо И заполнила своё расписание под завязку и у неё оставалось лишь восемь часов в день на отдых. Даже Нин Шу считала, что это уже слишком. Однако сама Цяо И выглядела очень счастливой. Похоже что стремление к чему-то, что ей нравилось, было совсем другим, по сравнению с тем, когда её принуждали. Нин Шу придётся утвердить курсы для Цяо И компании, и не было никакой гарантии что они смогут всё обеспечить, потому что в компании было так много талантов. И те, кто зарабатывал компании много денег всегда были в приоритете. Такова реальность. После того, как Цяо И ушла, Нин Шу поехала в компанию, чтобы помочь Цяо И с утверждением этих курсов. Как она и ожидала, больше половины этих курсов отменили, и утвердили лишь треть. Цяо И заработала не так уж много денег. Она лишь иногда появлялась на каких-нибудь событиях и за её появление платили совсем немного. К тому же, у Цяо И не было качественных работ. Когда она работала актрисой, то это были лишь незначительные роли. Нин Шу сильно рисковала, помогая Цяо И сменить поле деятельности. Каждый год компания анализирует ситуацию каждого таланта, и Цяо И целых полгода не будет ничего зарабатывать, а только тратить ресурсы компании. Было очевидно, с каким давлением придётся столкнуться Нин Шу. Когда Цяо И узнала, что Нин Шу не удалось утвердить так много курсов, как они планировали, она не выразила никакого недовольства. Она уже была рада тому, что теперь сможет пойти по тому пути, который ей нравится. ---------- Я Хочу Стать Хорошей Актрисой Нин Шу была вполне довольна Цяо И. По сравнению с Май Доэр, Цяо И явно была более разумной. Она была очень умной девушкой. Цяо И, Май Доэр и Ся И были единственными талантами, о которых нужно было беспокоиться Нин Шу. Другие две девушки были уже опытными ветеранами в сфере развлечений и понимали все необходимые правила. Просто они не могли стать популярными. Они были достаточно хорошими, чтобы зарабатывать деньги, но они были актрисами, которые не могли заработать крупные суммы. Поэтому у изначального хоста Чэнь Си не было талантов под её управлением, которые могли бы увеличить её репутацию. Когда Чэнь Си впервые увидела Май Доэр, она хотела сделать Май Доэр своей козырной картой и актрисой. И чтобы все знали, что это она её нашла. Если бы всё прошло гладко, то Чэнь Си тогда считалась хорошей разведчицей талантов. Но, к сожалению, их точки зрения не совпадали и они никак не могли сработаться вместе. Чэнь Си уже много лет провела в сфере развлечений, поэтому она хорошо знала правила. Тем временем, Май Доэр была очень молодой девушкой с очень низким эмоциональным интеллектом, поэтому она была очень недовольна своим менеджером. Неудивительно, что Чэнь Си, в итоге, не захотела больше продвигать Май Доэр. Май Доэр вела себя как неблагодарная белоглазая волчица*. Нин Шу сказала Цяо И не беспокоиться об остальных вещах и сфокусироваться на обучении. Цяо И сказала Нин Шу: - Ну и что, что курсов меньше. Когда у меня будет время, я могу даже делать какую-нибудь работу, чтобы тебе не было так тяжело, старшая сестрица Чэнь. Видите? Вот каким должен быть умный человек. Нин Шу кивнула. Таким образом, интересы обеих сторон были учтены. На следующий день, ещё даже до того, как Нин Шу успела вылезти из постели, прозвенел звонок в дверь. Когда Нин Шу открыла дверь, она обнаружила, что это Май Доэр. Май Доэр была одета в белое платье, которое подчёркивало прекрасные изгибы её талии. А если добавить к этому её чистую и милую внешность, то она выглядела, словно свежая лилия. Май Доэр всерьёз приоделась. Когда она увидела Нин Шу, первым, что она сказала, было: - Старшая сестрица Чэнь, ты вчера сказала, что сегодня отведёшь меня на прослушивание. Нин Шу подняла руку, чтобы посмотреть на часы. Было ещё только шесть утра. Эта девушка очень уж нетерпеливая. Нин Шу спокойно ответила: - Спешить незачем. Прослушивание начнётся не раньше девяти. Май Доэр выглядела немного нетерпеливой, но она взяла себя в руки. Войдя в квартиру она сдержанно села на диван и стала наблюдать за тем, как Нин Шу неспешно готовит себе завтрак. - Ты умеешь готовить завтрак? – спросила Нин Шу. Она только что осознала, что не умеет готовить. Несмотря на опыт пребывания в нескольких мирах, она всё ещё не научилась готовить. Май Доэр покачала головой, давая понять, что она тоже не умеет готовить. В итоге, Нин Шу налила себе фруктового сока и немного молока. Всё это время Май Доэр не сводила с Нин Шу своих ярких и ясных глаз. Это явно был просто невинный взгляд, но от него у людей становилось щекотно на сердце. Неудивительно, что Мо Цзюэфэн, который уже привык видеть мрачные и грязные части сферы развлечений, влюбился в Май Доэр. Некоторые люди кажутся чистым, если судить только по внешности. После завтрака Нин Шу отвела Май Доэр на место съёмки. Когда Май Доэр села на переднее пассажирское место, она нервно спросила у Нин Шу: - Старшая сестрица Чэнь, на какую роль я буду прослушиваться? - А на какую роль ты надеешься пройти прослушивание? Ты только вошла в круг актёров, так что, вероятно, тебе не получится заполучить важные роли. Всё нужно делать постепенно, - спокойно сказала Нин Шу. Когда Май Доэр увидела, какой безразличной выглядит Нин Шу, она почувствовала себя немного несчастной. - Я готова на любые роли, но, старшая сестрица Чэнь, я не хочу чтобы у меня были те роли. - Те роли? Что ты имеешь в виду? Когда Нин Шу повернула руль, она глянула и увидела, что лицо Май Доэр покраснело. - Те эротические роли, - Май Доэр закусила губы. – Старшая сестрица Чэнь, я хочу стать хорошей актрисой. Я не хочу себя продавать. Нин Шу кивнула. - Я и не думала никогда, чтобы заставлять тебя браться за такие роли. Ты же совсем новичок, а значит такие роли могут оказаться для тебя очень утомительными. Май Доэр поспешно закивала и взволнованно сказала: - Старшая сестрица Чэнь, я не боюсь страданий. Я готова принять страдания. Нин Шу ответила "ага". Когда они добрались до места съёмки, Нин Шу попросила режиссёра добавить незначительного персонажа, сказав, что сойдёт любой незначительный персонаж. Режиссёр глянул на Май Доэр, а потом выдал ей роль девушки-попрошайки. ______________________________________________________________________ * В китайском языке волки считаются злобными и жестокими. Поэтому термин "белоглазый волк" обычно используется для описания очень хладнокровного и жестокого человека. ---------- Актерская Игра Девушки-Попрошайки Девушка-попрошайка?! У Май Доэр перекосило лицо. Почему она стала попрошайкой? Как бы там ни было, Май Доэр была ещё молодой девушкой. И хотя она сказала, что готова взяться за любую роль, кроме эротических ролей, она всё равно не могла смириться с тем, что ей придётся играть попрошайку. Май Доэр посмотрела на Нин Шу, но Нин Шу лишь сказала: - Если ты не хочешь браться за эту роль, тогда забудь. Мы можем проверить другие места съёмок и поискать другие подходящие роли. Однако, поскольку ты новичок, тебе придётся делать медленные и болезненные шаги вроде этого, чтобы добиваться постепенного прогресса. Если ты действительно хочешь стать актрисой, то пользуйся этими маленькими ролями, чтобы отточить свои актёрские навыки. Нин Шу выглядела так, словно она была очень заботливой. Май Доэр закусила губы, а потом повернулась к Нин Шу с выражением решимости на лице. - Я поняла, старшая сестрица Чэнь. Так как Май Доэр согласилась сыграть роль попрошайки, то к ней подошёл гримёр, чтобы наложить грим. Май Доэр пришлось сменить своё белое платье на грязные лохмотья. Её гладкие волосы сделали ужасными и непричёсанными, а потом обмазали субстанцией, похожей на грязь. Её лицо было покрыто чёрной сажей настолько, что её практически невозможно было узнать. Май Доэр чуть не впала в истерику, когда взглянула на себя в зеркало. Почему всё было вот так? Когда Май Доэр увидела главную героиню фильма, одетую в прекрасные наряды древней эпохи и с длинными волосами, ниспадающими словно водопад, Май Доэр почувствовала себя грязью, по сравнению с облаками. От этого в её сердце появилось горькое чувство зависти. Май Доэр глянула на Нин Шу, которая наблюдала за ней с лёгкой улыбкой, после чего сделала глубокий вдох. Она собиралась сыграть как надо и стать актрисой, благодаря своим собственным усилиям. Она обязательно станет актрисой, которая тоже будет сниматься в прекрасных нарядах! Она обязательно заставит менеджера помочь найти ей хорошие роли! Вообще-то, у роли Май Доэр было приличное количество экранного времени. По сути, ей нужно было попросить у главной героини еды, а потом главная героиня пожертвует ей свой паёк. У Май Доэр было всего две фразы: "Прошу, мисс, подайте немного еды" и "Премного благодарна, мисс". Май Доэр очень нервничала, но при этом она была и крайне взволнована, потому что играла впервые. Нин Шу чувствовала, как тело Май Доэр слегка дрожит, когда та стояла рядом с ней, поэтому Нин Шу сказала: - Всё хорошо. Главное – постарайся. Когда пришла очередь Май Доэр, пришёл помощник режиссёра, позвал её и сказал ей лечь возле дороги. А потом ей нужно было лишь дождаться, когда придёт главная героиня. Май Доэр была очень напряжённой и поэтому её лежачая поза тоже была очень напряжённой. А ещё поблизости было много народу, от их ходьбы поднималась пыль и Май Доэр было трудно дышать. - Эй, вон та попрошайка, ты можешь сделать своё тело более вялым? Ты же, вроде как, изголодалась до такой степени, что у тебя уже не осталось никакой энергии, - закричал режиссёр в громкоговоритель. Однако Май Доэр стала только ещё более скованной. Когда она лежала на земле, она была твёрдой, словно бревно. Режиссёр был в ярости и сказал Май Доэр повернуться так, чтобы оказаться к камере затылком. Сцена тут же стала более естественной. Пока Нин Шу наблюдала со стороны, она думала о том, что Май Доэр, скорее всего, лишится тех двух фраз, которые у неё были. ---------- Это Что За Актерская Игра Такая? Когда режиссёр крикнул "начали", Май Доэр лежала на земле. Она так нервничала, что у неё гудело в голове. А когда она услышала голос режиссёра, то её руки покрылись холодным потом. Она даже не смела пошевелиться. Главная героиня остановилась перед Май Доэр и сказала: - Это девушка такая жалкая. После этих слов она достала паёк и положила его в чашу перед Май Доэр. Когда главная героиня увидела, что лежащая перед ней девушка не реагирует, она протянула руку, толкнула Май Доэр и сказала: - Ты в порядке? Смотри, вот еда. - Снято, снято, снято! – злобно закричал режиссёр в громкоговоритель. В тот момент, как Май Доэр услышала голос режиссера, её тело задрожало и она поспешно поднялась с земли, чтобы извиниться перед режиссёром. - Я… я прошу прощения, это всё моя вина. - Ты же сейчас попрошайка! Ты голодала много дней, так что, твоя первая реакция при виде еды – это схватить её и начать неистово запихивать её себе в рот! Почему ты вообще никак не отреагировала? Ты вообще знаешь, как играть роль? Да любой случайный прохожий справится с этим лучше тебя! Режиссёр не стал вести себя вежливо только потому, что Май Доэр была девушкой, к тому же, Май Доэр сейчас была измазана сажей и грязью до такой степени, что её внешность невозможно было разглядеть, поэтому она выглядела ещё более жалкой. Всё тело Май Доэр покрылось холодным потом, после того, как она услышала, что сказал режиссёр. Она чувствовала себя крайне обиженной и чуть не плакала. Нин Шу подошла и сказала: - Режиссёр, мы извиняемся, что наш талант доставил вам хлопот. Однако я прошу вас дать ей ещё один шанс. Она просто немного не рассчитала время. Режиссёр хмыкнул. - Ещё раз, начиная с того момента. Главная героиня положила паёк в чашу перед Май Доэр, и тогда Май Доэр деревянными движениями развернулась и схватила паёк, лежащий в чаше. Она не знала из чего он был сделан, к тому же, его положили в такую грязную чашу, поэтому она неуверенно надкусила паёк. А потом чуть не выплюнула его. - Снято, снято! – снова завопил режиссёр. Он указал на Май Доэр и закричал: - Большими кусками! Словно ты хочешь сожрать его целиком! Что это за актёрская игра? Помощник, этот человек не подходит, найди кого-нибудь ещё. У Май Доэр защипало в носу, и она готова была разрыдаться. Она посмотрела на Нин Шу с мольбой во взгляде, и Нин Шу спокойно повернулась к режиссёру. - Режиссёр, ещё один разок, прошу. Если она и в этот раз не справится, то можете просто убрать её. Цвет лица режиссёра был очень бледным, а его взгляд был полон ярости. - Я никогда раньше не видел таких тупых людей. Она словно свинья. В этот раз Май Доэр энергично запихала паёк себе в рот. У неё было такое чувство, словно песок на зубах скрипит. Наконец, режиссёр неохотно дал добро. Когда Май Доэр услышала, что режиссёр дал этой сцене добро, она тут же выплюнула всё изо рта и начала рыдать. Ей всё это было ненавистно, она возненавидела всё вокруг. Когда она увидела прекрасную главную героиню, неспешно проходящую перед ней, она почувствовала, как в её сердце что-то укоренилось. Нин Шу подошла, помогла Май Доэр подняться и сказала: - Иди и переоденься. Должно быть ты сегодня устала. Когда вернёшься домой, как следует отдохни. Нин Шу видела, что лицо Май Доэр было полностью покрыто сажей и потоками слёз. Это было просто ужасающее зрелище, поэтому она достала несколько салфеток, чтобы Май Доэр вытерла своё лицо начисто. - Старшая сестрица Чэнь, неужели я действительно бесполезная? Произошедшие сегодня события нанесли Май Доэр серьёзный удар. Она всегда мечтала о том, чтобы стать актрисой и верила, что у неё к этому есть талант. Однако сейчас она хотела лишь плакать. Нин Шу утешила её, сказав: - Ты постепенно всего добьёшься. Май Доэр зашла в кабинку и переоделась. Когда она вышла в своём белом платье, это платье было заляпано чёрными отметинами. Шея Май Доэр тоже всё ещё была чёрной из-за грима, так как её тщательно гримировали под грязную попрошайку. Нин Шу села в машину и Май Доэр последовала за ней. Как только Май Доэр села в машину, она начала плакать. И это всё, что она была готова стерпеть? В изначальной истории Май Доэр столкнулась с Мо Цзюэфэном, который был под эффектом афродизиака, и переспала с ним. А после этого её путь в звёзды уже был приготовлен для неё. И пока остальные с трудом взбирались вверх, Май Доэр могла без труда забраться туда. Мо Цзюэфэн был золотым перстом Май Доэр. Причина, почему Чэнь Си водила Май Доэр на всевозможные вечеринки, как раз и была в том, что она не хотела, чтобы Май Доэр не пришлось с таким трудом карабкаться наверх. Если бы Май Доэр понравилась бы какому-нибудь режиссёру или писателю, и они сочли бы, что она подходит для роли, тогда Май Доэр могла бы получить хорошую роль. Возможно у Чэнь Си был немного радикальный подход, но он не был невыносимым и даже близко не был к термину "сутенёрша", как её назвала Май Доэр. По крайней мере, Чэнь Си не заставляла своих девушек талантов залезать в чьи-то постели. ---------- Только Это Ей и Позволит В какой-то мере, успех Май Доэр был обусловлен тем, что ей удалось успешно продать своё тело, но Май Доэр всегда свысока смотрела на других актрис, которые пытались очаровать мужчин, и говорила, что у них нет самоуважения и достоинства. Нин Шу решила, что раз Май Доэр всегда говорит, что хочет добиться успеха, полагаясь лишь на свои собственные способности, то Нин Шу только это ей и позволит. Сидя в машине, Май Доэр немного поплакала, а потом перестала. Когда она увидела безразличное выражение лица Нин Шу, она почувствовала себя немного простывшей и очень измождённой. Когда Нин Шу добралась до апартаментов, она довела Май Доэр до квартиры. В доме уже была Цяо И, которая слушала музыку в наушниках. Когда она увидела Нин Шу и Май Доэр, она поспешно сняла наушники. - Что с тобой случилось? – удивлённо спросила Цяо И, когда увидела в каком ужасном состоянии был внешний вид Май Доэр. Когда Май Доэр увидела Цяо И, первым делом она подумала, что Цяо И выгладит такой довольной, а она же, в сравнении, была в такой жалкой ситуации, поэтому она ничего не сказала и отправилась прямиком в душ. Май Доэр и Цяо И обе были новичками. Подобные небольшие апартаменты были специально арендованы для новичков. Если таланты начинали зарабатывать много денег и становились популярными, компания выдавала им новую виллу. Конечно же, если у талантов было достаточно денег, чтобы купить свой собственный особняк, то это тоже устраивало компанию. Май Доэй и Цяо И обе находились под управлением Чэнь Си, поэтому компания поселила их вместе. Небольшая квартира Чэнь Си тоже находилась в этом комплексе. Нин Шу села на диван и спросила у Цяо И: - Как проходит твоё обучение? - Очень хорошо! Спасибо, старшая сестрица Чэнь, за то, что дала мне эту возможность! – сказала Цяо И с искренней улыбкой. Нин Шу ответила: - Ага, усердно трудись. Наши судьбы плотно связаны, так что я больше чем кто-либо надеюсь, что вы две станете популярными и сможете зарабатывать деньги. - Старшая сестрица Чэнь, я буду усердно трудиться! – Цяо И была в очень хорошем настроении и сказала: - Старшая сестрица Чэнь, я написала песню и сама придумала мелодию. Можешь мне помочь и взглянуть на результат? Нин Шу небрежно отмахнулась. - Я не специалист в этой области. Если ты действительно хочешь знать, насколько хорошо получилась песня, то запиши её завтра в студии и выложи в онлайн. - Я поняла, старшая сестрица Чэнь. Цяо И была очень взволнована, потому что это была её первая песня и её первая мелодия. - Послезавтра в торговом центре будет работа. Им нужна модель для того, чтобы продемонстрировать их новые продукты. Тебе стоит сходить поработать, - сказала Нин Шу. Цяо И кивнула и согласилась без возражений. ---------- В какой-то мере, успех Май Доэр был обусловлен тем, что ей удалось успешно продать своё тело, но Май Доэр всегда свысока смотрела на других актрис, которые пытались очаровать мужчин, и говорила, что у них нет самоуважения и достоинства. Нин Шу решил Когда Май Доэр, которая мылась в душе, услышала звуки, идущие снаружи, она сильно закусила губы. Ей хотелось расплакаться. Май Доэр чувствовала, что её менеджер совсем не уделяет ей внимание. Неужели старшая сестрица Чэнь была недовольна ей, потому что им пришлось в прошлый раз извиняться перед Мо Цзюэфэном? Старшая сестрица Чэнь всегда выглядит такой безразличной, когда смотрит на неё, но она так много разговаривает с Цяо И. Когда Май Доэр вспомнила в каком ужасном состоянии она показалась перед Цяо И, когда только вошла в квартиру, то она почувствовала сильное раздражение. Почему она была такой бесполезной? Чем больше она об этом думала, тем больше ей снова хотелось расплакаться. Ей пришлось запрокинуть голову назад, чтобы не дать слёзам течь. Когда Май Доэр вышла из душа, Нин Шу заметила, что её глаза и нос были немного красными, поэтому она утешила её и сказала: - Ты не спеши, всему своё время. Никто не рождается со знаниями того, как играть роль. Ты сейчас просто немного неопытная. Как только у тебя будет больше практики, ты станешь лучше играть. Май Доэр угрюмо кивнула в ответ. Нин Шу глянула на неё, а потом развернулась и ушла, ничего больше не говоря. Как только Нин Шу ушла, Май Доэр повернулась к Цяо И и посмотрела на неё с некоторой завистью. - Ты выглядишь такой довольной. Старшая сестрица Чэнь даже помогла тебе записаться на курсы обучения. - А разве старшая сестрица Чэнь не помогла тебе с прослушиванием? Она даже поехала с тобой, - спросила Цяо И, нахмурившись. Старшая сестрица Чэнь лучше всего относилась к Май Доэр, но этого стоило ожидать. Всё же, у Май Доэр была хорошая внешность и чистая аура. Когда случались проблемы, старшая сестрица Чэнь всегда решала их за Май Доэр, так чего же она всё ещё недовольна? Май Доэр безрадостно поджала губы. Да разве это было прослушивание? Старшая сестрица Чэнь просто притащила её на место съёмок и попросила режиссёра дать ей роль. И та роль, что ей досталась, крайне расстроила её. Она словно всё ещё ощущала странный вкус пайка у себя во рту. И хотя она множество раз почистила зубы, она всё никак не могла избавиться от этого вкуса. Неужели реальный мир актёрского мастерства был именно таким? Но главная героиня явно носила красивые одежды и имела утончённый макияж, почему же ей тогда досталась роль попрошайки? Май Доэр просто не могла с этим смириться. С другой стороны, как только Нин Шу вышла, она тут же столкнулась с Ся И, который позировал неподалёку с крутым видом. Когда он увидел Нин Шу, он тут же зажал её в угол, оперевшись рукой на стену, и сказал: - Привет, красотка, ты свободна? Нин Шу безэмоционально оттолкнула его в сторону, отчего тот вынужден был отшатнуться. Ся И удивлённо схватился за свою грудь. - Старшая сестрица Чэнь, почему ты такая сильная? Ты вообще женщина? Нин Шу знала, что Ся И поджидал её, потому что хотел выпросить больше работы. Её работа была просто слишком сложной. Ей постоянно приходилось разбираться с подобными вещами на протяжении всего дня, не имея ни минуты покоя. Она глянула на Ся И и ничего не сказала. Ся И тут же обеспокоенно спросил: - Старшая сестрица Чэнь, как твоё здоровье? Ся И очень забеспокоился, когда ты заболела. Ся И хотел бы, чтобы он мог страдать вместо тебя. Ся И посмотрел на Нин Шу и его взгляд казался искренним. С таким симпатичным видом, если бы он обратился так к какой-нибудь юной девушке, то она тут же потеряла бы голову от любви. Однако Нин Шу лишь продолжила смотреть на него без малейшего интереса. Ся И наконец-то перестал притворяться, раз это не давало никакого эффекта и позволил проявиться своему настоящему желанию. - Старшая сестрица Чэнь, у них у всех есть работа, а у меня нет никакой работы. - Если у тебя нет работы, то выложи несколько селфи в свободное время и загрузи своё красивое личико на Weibo. С твоей внешностью тебе будет легко собрать фанатов. Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что тебе нечего делать? – сказала Нин Шу со взглядом, полным презрения. - Старшая сестрица Чэнь, ты меня больше не любишь. Если бы не тот факт, что они были противоположного пола, то Ся И, вероятно взял бы Нин Шу за руку и кокетливо покачать её. ---------- Второе Прослушивание Нин Шу сказала с лёгким раздражением: - Ты можешь говорить нормально? Вообще-то была одна реклама спортивной обуви, которую я хотела тебе предложить, но теперь, когда я вижу твоё поведение, у меня такое ощущение, что она тебе не очень подходит. Ся И тут же выпятил грудь и встал прямо и серьёзно заговорил: - Не-не, старшая сестрица Чэнь, в моём сердце ты всегда благородная личность и обладаешь бесспорной честностью, так что ты не должна делать чего-то вроде отмены решения. Нин Шу пристально посмотрела на него. - Послезавтра я отведу тебя на прослушивание. И тебе лучше постараться. А пока что, когда у тебя будет свободное время, побегай в спортивной обуви, чтобы немного прочувствовать её. - Я обязательно постараюсь не упустить эту возможность, которую старшая сестрица Чэнь с таким трудом нашла для меня! Ся И был очень хорош в сладких речах. Нин Шу сложила руки за спиной, отстранённо кивнула, а потом ушла. Когда она вернулась в свою квартиру, едва она только вошла внутрь, её плечи обмякли. Она так утомилась! Немного поев, она отправилась спать. Всё-таки, это тело ещё было больным. А она заставляла себя работать. Она чувствовала себя так, словно была нянечкой для этих талантов; ей приходилось разбираться со всеми мелочами. Через два дня должна будет состояться вечеринка, на которой Мо Цзюэфэн и Май Доэр должны были переспать, но Нин Шу даже не собиралась приводить туда Май Доэр в этот раз. Она позволит сходить туда двум другим девушкам-талантам. И хотя узы между главным мужчиной и главной женщиной так просто не разбить, и они всё равно рано или поздно встретятся, Нин Шу не планировала позволять им встретиться так рано. Она собиралась заставить Май Доэр страдать приличное количество времени. На следующий день, ранним утром, Нин Шу отправилась на поиски очередного прослушивания для Май Доэр. Она планировала в следующие несколько дней провести Май Доэр по всем местам съёмок. Когда она пришла в квартиру Май Доэр, она увидела, что Май Доэр пристально разглядывает актёров на экране телевизора. Было очевидно, что она изучает их стиль актёрской игры. Нин Шу подошла к ней и сказала: - Если ты будешь только смотреть, то это тебе ничем не поможет, ты должна постепенно накапливать понимание через свой опыт. Сегодня мы пойдём на ещё одно прослушивание. Когда Нин Шу упомянула прослушивание, лицо Май Доэр немного побледнело и она спросила: - Старшая сестрица Чэнь, а мы можем поискать более доброго режиссёра? А то вчерашний режиссёр был такой яростный. Май Доэр чуть не разрыдалась от того выговора, что ей устроил тот режиссёр. Нин Шу спокойно ответила: - В данный момент, они являются теми, кто имеет право придираться к нам и выбирать. Все проходят через такие испытания, если только они не имеют хорошую предысторию или их поддерживает кто-нибудь влиятельный. По крайней мере, ты должна быть хотя бы более-менее популярной, а иначе с какой стати другим людям вежливо вести себя по отношению к тебе? - Просто работай постепенно. В итоге, ты всё равно там будешь, - утешающее сказала Нин Шу. Однако Май Доэр вовсе не чувствовала утешения, и все эти слова лишь отбрасывали тень в её душе. Нин Шу потащила Май Доэр за собой, чтобы отвезти к месту съёмки. Всю дорогу туда лицо Май Доэр было бледным. Она сказала: - Старшая сестрица Чэнь, я хочу сначала взять несколько небольших работ, а потом попробовать записаться на занятия по актёрскому ремеслу. Если я буду вот так сниматься без какого-либо опыта, то меня просто будут постоянно отчитывать. Нин Шу ничего на это не ответила. - Старшая сестрица Чэнь, ты же помогла Цяо И записаться на занятия по музыке. Я тоже хочу записаться на занятия по актёрскому мастерству, - сказала Май Доэр с мольбой в голосе. В прошлый раз помощник режиссёра дал ей пятьдесят долларов за её выступление. В тот момент ей хотелось просто порвать этот полтинник. Она бы чувствовала себя менее пристыженной, если бы ей не заплатили. Она не сказала Чэнь Си, своему менеджеру, о том, что ей заплатили пятьдесят долларов. Нин Шу повернулась и глянула на Май Доэр, после чего снова стала смотреть вперёд. - Ты же талант, который находится под моим управлением, так что я надеюсь, что твоя карьера сложится хорошо. А что касается записи на курсы по актёрскому ремеслу, то в этом нет особой необходимости. На них тебя не научат ничему такому, что можно было бы сравнить с твоим собственным пониманием и интуицией, полученным благодаря личному опыту. Тебе нужно самостоятельно понять как ты чувствуешь камеру, и тогда ты сама сможешь вдохнуть жизнь в своих персонажей. Работая с опытными актёрами в этой сфере, ты сможешь узнать гораздо больше. Ты нигде не сможешь узнать так много, как на настоящей сцене съёмки. Там же полно опытных актёров у которых ты можешь учиться. А раз ты всё равно рано или поздно войдёшь в сферу актёрского ремесла, то почему бы не начать привыкать к этой среде пораньше? – объяснила ситуацию Нин Шу в рассудительной манере. Май Доэр не смогла ничего придумать в ответ на слова Нин Шу. И хотя её менеджер выглядела так, словно делает всё это ради неё, ей всё равно было очень неуютно и она невольно чувствовала, что её менеджеру на самом деле нет никакого дела до её мнения. Когда они добрались до места съёмки, Нин Шу попросила у режиссёра дать роль её таланту. Она сказала, что подойдёт любая роль, потому что её талант хочет отполировать свои актёрские навыки. Этот режиссёр был даже ещё более строгим, чем предыдущий, и заставил Май Доэр быть дублёром главной героини во время сцены с боевыми искусствами, где их подвешивали на проводах. Она была в такой же одежде, что и главная героиня, но снимали только её спину. В этой роли у неё даже не было шанса показать своё лицо. Нин Шу: … ---------- Почему Она Сама Не Снимается? Сердце Нин Шу было полным злорадства. Но она притворилась нерешительной и обернулась, чтобы посмотреть на Май Доэр. - Что думаешь? Если не хочешь, то давай просто забудем об этом. Лицо Май Доэр побледнело, когда она спросила: - А почему актриса этого фильма сама не снимается, а вместо этого использует дублёршу? - Потому что висеть в воздухе на проволоках слишком болезненно. Она уже заработала себе имя, поэтому ей больше не нужно делать все эти болезненные трюки, так как что за неё с этим разберётся режиссёр, - прямо ответила Нин Шу. Май Доэр закусила губы и неохотно кивнула. - Я попробую. Нин Шу кивнула и сказала, чтобы утешить: - Все эти вещи, от которых ты сейчас страдаешь, - это ради твоего светлого будущего. Я верю в тебя и в то, что ты сможешь стать той, кем все будут восхищаться. И это произойдёт благодаря твоим собственным способностям. Я вижу твой потенциал. Май Доэр презрительно выпятила губы. "Ты же не сама всё это будешь делать, конечно же тебе проще такое говорить," думала она. Май Доэр уже начала обижаться на менеджера, которая постоянно такое говорит. И в то же самое время она была в ужасе от того, что её снова будет отчитывать режиссёр. Гримёр увёл Май Доэр, чтобы подготовить её. Когда она снова появилась, она уже была одета в тот же наряд, что и главная героиня. В этот раз у неё была возможность носить красивые одежды, но она не могла показать своего лица. Рабочий подвязал железные провода на талии Май Доэр, а потом сунул ей в руки бутафорский меч. Режиссёр сказал: - Сделай сражение интересным, поняла? Лицо Май Доэр было бледным, когда она сказала: - Я поняла. - Начали. Май Доэр тут же была поднята в воздух, и она невольно издала леденящий кровь крик. Ей казалось, что железные провода смещают все органы в её теле, врезаясь в её плоть. Самым страшным было то, что её раскачивали в воздухе и от этого движения её тошнило. Когда противник подлетел к ней, чтобы сразиться, Май Доэр тупо уставилась на него. Она не знала что делать, и всё её тело казалось ослабшим. - Снято, снято! Что с дублёршей?! Почему она не сражается?! – закричал режиссёр. Май Доэр почувствовала себя дурно и она слабо закричала: - Я не могу, я правда не могу! Как только Май Доэр опустили, она бессильно рухнула на пол. Нин Шу подошла, чтобы помочь ей. - Что происходит? Она даже не может сделать нечто столь простое, как немного покачаться и поразмахивать реквизитом? Так она может или нет? Если не может, тогда мы найдём кого-нибудь другого. Она лишь зря тратит общее время, - раздражённо закричал режиссёр. - Простите, Режиссёр. Мы больше не будет брать эту роль. Нин Шу помогла Май Доэр отойти в сторону, а потом Май Доэр начало тошнить и она разрыдалась. Нин Шу открыла бутылку воды и протянула ей. Отдохнув немного, Май Доэр, похоже, немного пришла в себя, но её лицо всё равно было крайне бледным. Нин Шу ничего не сказала. Май Доэр никогда раньше не приходилось проходить через такие страдания. И не важно, готова ли была Май Доэр признать это, но правда в том, что её прошлые успехи были все благодаря Мо Цзюэфэну. Мо Цзюэфэн обожал её до безумия, поэтому находил дублёров для подобных сцен, когда нужны были актрисы, которых подвесят на проволоке. А они тем временем флиртовали в сторонке, пока кого-то другого снимали в болезненных сценах. Те, кто сам не страдал, не имеет права свысока смотреть на других людей. - Старшая сестрица Чэнь, я больше никогда не буду сниматься в сценах с подвешиванием на проволоке, - злобно сказала Май Доэр. Она пожаловалась Нин Шу. Как менеджер, которая уже давно работает в сфере развлечений, она наверняка должна была знать, как болезненно бывает, когда тебя подвешивают на железных проводах, но её менеджер об этом даже не предупредила. Нин Шу кивнула. - Тогда работай усердно. Когда ты окажешься наверху, то тебе уже больше не нужно будет страдать. Май Доэр очень не понравилось выслушивать эти слова. Почему ей всё время приходится браться за такие странные роли? Она от них чувствует крайнее изнеможение и усталость. ---------- Всегда Не в Ладах В любом случае, Май Доэр была полна обид. Она чувствовала, что её жизнь не должна быть такой. Ну почему всё так складывалось? А ещё она была очень недовольна менеджером, потому что та всё время находила ей подобные роли. Май Доэр подозревала, что менеджеру на неё совершенно наплевать. Однако, чтобы выразить заботу, менеджер всё время ездит с ней, даже если Май Доэр снималась только в незначительных ролях. После чего менеджер приглядывала за ней и делала всякие мелочи, вроде того, чтобы принести ей чай. Проще говоря, Май Доэр была просто обижена на то, что Нин Шу не могла найти ей роли получше. Когда Май Доэр переоделась, она обнаружила, что её живот и грудь были в ссадинах от проводов, которые впивались в её плоть. Когда она кашляла, у неё болело в лёгких. Выйдя из комнаты для переодевания, она ничего не сказала Нин Шу и просто села в машину. Нин Шу слабо улыбнулась, когда она села на водительское сиденье, и поехала обратно в апартаменты. Спустя некоторое время Май Доэр сказала: - Старшая сестрица Чэнь, я слышала, что сегодня будет вечеринка. Я хочу пойти. Я не хочу завтра сниматься, так как у меня тело болит от этих проводов. Нин Шу удивлённо посмотрела на Май Доэр. - Ты же, вроде, больше всего ненавидела эти собрания? На той вечеринке, что состоится завтра вечером, Мо Цзюэфэн и Май Доэр переспали в изначальной истории. Нин Шу не планировала приводить её туда, и не собиралась позволять ей отправиться туда теперь. Она очень удивилась, что Май Доэр сама проявила инициативу и заговорила об этом. Она не знала, было ли это потому что ей пришлось страдать в последние несколько дней, или потому, что она не хотела больше брать те маленькие роли, поэтому у неё появились мысли о том, чтобы заполучить роли другими способами. Неужели она уже теряла свою прежнюю непорочность? Однако то, что думала Май Доэр, не имело значение, потому что Нин Шу была не согласна. Она сказала: - Раз ты себя плохо чувствуешь, то не нужно ходить на собрание. И я не стану планировать для тебя работу на завтра, так что сфокусируйся на восстановлении. - Старшая сестрица Чэнь, неужели ты винишь меня за то, что в прошлый раз я стала причиной проблем? Я обещаю, что в этот раз я буду хорошей. Я не создам тебе проблем, - искренне заявила Май Доэр. Нин Шу подняла брови. - А чего это ты внезапно захотела пойти на вечеринку? - Раньше я была невежественной. Теперь я знаю, что старшая сестрица Чэнь просто хотела, чтобы я познакомилась с разными людьми. Май Доэр посмотрела на Нин Шу своим искренним и чистым взглядом. Нин Шу проигнорировала его. Она же не была мужчиной, так что использовать подобный взгляд на ней было бессмысленно. Она спокойно сказала: - В будущем будет ещё предостаточно вечеринок. Сейчас твоё здоровье важнее. Среди ресурсов компании я нашла CD с уроками по актёрскому ремеслу, так что я посмотрю его с тобой завтра. Май Доэр была очень раздосадована. Хоть менеджер и говорила постоянно, что действует в её интересах, почему-то она всё равно чувствовала много подавленного гнева и недовольства. Её менеджер настаивала на том, чтобы ходить на вечеринки, когда она этого не хотела, но теперь, когда она захотела повидать мир, её менеджер отказалась отпускать её и использовала всевозможные доводы, чтобы остановить её. Май Доэр чувствовала, что их точки зрения были всегда не в ладах. ---------- Пришло Время Отвести Ся И На Его Прослушивание Когда Май Доэр вернулась в свои апартаменты, она помылась в душе и забралась в постель. Она натянула одеяло на голову, словно не хотела никого видеть. Нин Шу сказала Цяо И: - Присмотри немного за Май Доэр. Она поранилась сегодня на съёмках. Как только Нин Шу сказала это, Май Доэр злобно закричала: - Я не поранилась. Не нужно за мной присматривать! Май Доэр явно была зла на Нин Шу за то, что она рассказала об этом Цяо И. Она не хотела, чтобы Цяо И знала о том, в какой жалкой ситуации она была, потому что ей от этого было стыдно. Более того, они с Цяо И были соперницами, которые сражались за ресурсы, которыми обладала их менеджер. Нин Шу не обратила внимания на Май Доэр и лишь сказала Цяо И присмотреть за Май Доэр и позвонить, если с ней что-нибудь случится. После того, как она покинула апартаменты, она поспешила заехать за Ся И и отвезти его на прослушивание для той рекламы спортивной обуви. У неё не было даже минуты на отдых. Отправив Ся И на прослушивание, она сказала ему пару ободряющих слов, а потом стала ждать снаружи. Ей показалось, что она прождала довольно долго, прежде чем Ся И наконец-то вышел. Его лицо ничего не выражало, поэтому Нин Шу подумала, что он провалил прослушивание. Как только Ся И сел в машину, он внезапно радостно улыбнулся Нин Шу и воскликнул: - Старшая сестрица Чэнь, я буду сниматься в рекламе! Я буду сниматься в рекламе! Ся И был очень взволнован и начал стучать себя кулаками по груди, словно орангутанг. Нин Шу тоже улыбнулась. Вероятно, это было самым большим прорывом Ся И. Как только он снимется в рекламе, его репутация значительно увеличится. Нин Шу сказала ему потратить свободное время на подготовку к рекламе и проследить за тем, чтобы он был в наилучшей форме, когда он отправится на съёмки. Она не очень хорошо знала, как всё это работало, поэтому просто сказала Ся И самостоятельно всё обдумать. С самого начала это и были вещи, над которыми должны работать таланты. Её работа как менеджера состояла лишь в том, чтобы хорошенько присматривать за этими талантами помогать талантам набирать больше ресурсов в компании. Ся И был всю дорогу радостно взволнован, но на обратном пути Нин Шу позвонила Цяо И. Она сказала, что Май Доэр ушла из апартаментов. Так как она не смогла остановить Май Доэр, она тут же позвонила Нин Шу. И Май Доэр не сказала, куда она пошла. Нин Шу повесила трубку и тут же позвонила Май Доэр, но услышала, что телефон Май Доэр выключен. У неё возникло дурное предчувствие. Между главными мужчиной и женщиной было просто неестественное притяжение. И в этот промежуток времени, даже если Май Доэр просто выйдет на прогулку, у неё всё равно был высокий шанс столкнуться с Мо Цзюэфэном. Когда Нин Шу вернулась в апартаменты, она спросила у Цяо И: - Что именно произошло? - Май Доэр просто спала, но потом она внезапно встала, схватила свою сумку и вышла. Я спросила её, куда она направляется, но она проигнорировала меня, и я не смога заставить её остаться, - Цяо И нахмурилась, а потом сказала: - Старшая сестрица Чэнь, почему Май Доэр в последнее время такая странная? В прошлом Май Доэр была всё время равнодушной, но она всё равно не говорила с такой горечью в голосе, как это было сейчас. И это было непонятно. Нин Шу не ответила и позвала Цяо И обыскивать вместе с ней комплекс апартаментов. Они не смогли дозвониться до телефона Май Доэр и не смогли нигде поблизости найти её, поэтому, в итоге, решили вернуться в апартаменты, где и нашли Май Доэр, сидящую на диване, подперев руками подбородок и с мечтательным видом. Нин Шу была очень раздражена, когда увидела Май Доэр вот такой. Она что, совсем не понимала, сколько хлопот создают другим людям её действия? - Куда ты ходила? Почему мы не могли до тебя дозвониться? – холодно спросила Нин Шу. Когда Май Доэр увидела, что Нин Шу строго смотрит на неё, и что Цяо И стоит рядом с Нин Шу, она очень расстроилась. Ей очень хотелось найти другого менеджера. Эта менеджер слишком предвзята! - Я просто вышла прогуляться, потому что в апартаментах было слишком душно. Неужели мне даже нельзя выйти наружу? Я же не преступница. В голосе Май Доэр было немного возмущения. Нин Шу сказала: - Я никогда не говорила, что ты не можешь выходить наружу, но ты должна говорить мне, куда идёшь. Ты же – один из талантов, что находятся под моим руководством, поэтому я несу ответственность за твою безопасность. В контракте, который ты подписала, чётко прописано, что таланты должны всегда быть на связи и информировать своего менеджера об их текущем состоянии. Май Доэр раздражённо почесала голову. - Я просто хотела прогуляться и не хотела никого оповещать об этом. Неужели это настолько серьёзно? Я же не ваша заключённая. Май Доэр встала и направилась в свою комнату, но по пути она прихрамывала. ---------- Импульсивно Порвала Чек в Клочья Когда Нин Шу увидела, что Май Доэр вернулась после прогулки с травмированной ногой, она спросила: - Май Доэр, что случилось с твоей ногой? Выражение лица Май Доэр стало немного неестественным, когда она сказала: - Да ничего такого. Я просто оступилась и оцарапала коленку. Май Доэр не хотела рассказывать Нин Шу о том, что произошло. Нин Шу подошла, чтобы поднять её юбку и осмотреть травму. Она прищурилась и сказала: - Давай сначала промоем и продезинфицируем её. Цяо И тут же сходила за аптечкой первой помощи. Нин Шу даже не удосужилась быть нежной, когда она смочила ватный тампон спиртом и протёрла им рану Май Доэр. Май Доэр резко вдохнула от боли, а её глаза наполнились слезами. - Как ты умудрилась заработать эту рану? Теперь, когда ты травмирована, ты же не сможешь работать, может, потрудишься объяснить мне? – сказала Нин Шу. Май Доэр почувствовала себя очень обиженной. Она поранилась, но её менеджер беспокоилась только о работе. Она была просто хладнокровным эксплуататором, кровососущей пиявкой. Когда она вспомнила о том, как человек, который её сбил сегодня, смотрел на неё с таким равнодушным видом, она невольно стиснула зубы от гнева. До этого она была слишком раздражена, чтобы уснуть, и поэтому лишь беспокойно металась по постели. Из-за того, что она пережила за последние два дня, она была физически и эмоционально истощена, поэтому она встала и пошла прогуляться. Когда она переходила улицу, она забыла посмотреть на светофор и её чуть не сбила машина. В итоге, она лишь оцарапала колено и, к её удивлению, за рулём той машины был тот самый ненавистный Мо Цзюэфэн. Мо Цзюэфэн вышел из машины и посмотрел на неё с явным презрением. - Женщины нынче готовы пойти на всё, чтобы обеспечить себе работу. Ты же рисковала жизнью, - Мо Цзюэфэн присел рядом с Май Доэр и поднял её подбородок, чтобы оценить её. – Меня не интересуют такие безвкусные женщины как ты. Как же низко ты пала, чтобы пытаться привлечь моё внимание подобным образом. В прошлый раз ты пролила на меня вино, а теперь выбежала перед моей машиной. Даже и не мечтай, что я отвезу тебя в больницу. Май Доэр была в ярости от оскорблений Мо Цзюэфэна. Когда она увидела, что Мо Цзюэфэн выписал чек и швырнул его ей, она импульсивно подняла его и порвала в клочья. Перетерпев боль в поцарапанном колене, она холодно сказала: - Меня не интересуют твои деньги. Я просто вышла прогуляться и вовсе не пыталась броситься тебе под машину. Тут столько всяких машин, откуда мне знать, которая из них твоя? Мне же не настолько скучно, чтобы следить за тобой. Май Доэр медленно поковыляла прочь. Мо Цзюэфэн прищурился, наблюдая за тем, как она уходит, после чего ухмыльнулся и задумчиво потёр нижнюю губу. Май Доэр была очень раздосадована. Сначала её ошибочно приняли за одну из тех женщин, что клеятся к богатым парням, а теперь ещё и её менеджер обращается с ней так, словно она преступница, издеваясь над ней. Май Доэр холодно сказала: - Старшая сестрица Чэнь, я тебе не машина для зарабатывания денег. У меня тоже есть чувства. Я просто вышла прогуляться, что в этом плохого? Я же не преступница, которая должна всё время оставаться под твоим присмотром. Ты так раздражаешь! Май Доэр взяла подушку с дивана и раздражённо бросила её на пол, а потом свернулась клубком и начала плакать. Когда Цяо И увидела Май Доэр в таком плохом настроении, она посмотрела на Нин Шу. ---------- Можно Добиться Успеха и Без Сильной Поддержки Нин Шу презрительно поджала губы. Она понятия не имела, через какие страдания проходила Май Доэр, но она позволяла себе создавать другим людям проблемы, но не позволяла задавать вопросы? Май Доэр вела себя так, словно она с ней что-то сделала. Насколько всё плохо? И чего она ревёт так, словно небеса вот-вот упадут. Как и ожидалось, главные женщины подходят лишь для того, чтобы жить блаженной жизнью под крылом главного мужчины. Как прекрасная птичка может вынести пытку и жестокую реальность внешнего мира? Нин Шу считала, что она едва ли успела хоть что-то сделать, но Май Доэр уже разваливалась на части. - Раз ты не хочешь об этом говорить, тогда давай забудем. Тебе нужно отдохнуть, - сказала Нин Шу. – А вот касательно того, что ты сказала насчёт машины для зарабатывания денег, ты же знаешь, что ты не очень-то зарабатываешь деньги, верно? Мой отчёт за этот год ниже удовлетворительного. Тело Май Доэр напряглось. Её менеджер действительно была хладнокровной. Её заботят только деньги. И кроме денег она ни о чём не хочет говорить. У Май Доэр теперь появилась новая цель. Она хотела стать знаменитой, а потом уволить эту хладнокровную женщину. Она глубоко вдохнула, а потом сказала: - Старшая сестрица Чэнь, я поняла. Я обязательно буду старательно трудиться. Нин Шу улыбнулась и погладила Май Доэр по плечу. - Хорошо, что ты понимаешь. Вы же ещё не стали известными, поэтому у вас нет никаких привилегий. Если ты не забралась на вершину пирамиды, то у тебя нет привилегий. А без сильной поддержки и навыков, единственный способ забраться на вершину – это вкладывать больше усилий, чем остальные. И хотя эти усилия не дают гарантии, что ты добьёшься успеха, но, как твой менеджер, я надеюсь, что ты этого добьёшься. Когда Май Доэр услышала слова Нин Шу о сильной поддержке и навыках, то её глаза слегка заблестели. Она сама пришла в сферу развлечений. У неё не было тут ни друзей, ни родственников, так на кого же ей полагаться? Она глубоко вдохнула. Даже без сильной поддержки она всё равно сможет добиться успеха. Нин Шу спокойно восприняла перемену в выражении лица Май Доэр, а потом сказала Цяо И, чтобы та пошла на свой урок музыки. А сама она осталась сидеть с Май Доэр, ничего не говоря. Спустя продолжительное время Май Доэр наконец-то сказала: - Спасибо, старшая сестрица Чэнь, мне уже гораздо лучше. Я хочу пойти отдохнуть. - Ладно, будь осторожнее со своей раной. Нин Шу помогла Май Доэр добраться до её комнаты, а потом снова начала предупреждать: - В будущем, что бы ни случилось, обязательно будь на связи. Если нечто подобное снова произойдёт, то у компании не будет иного выбора, кроме как расторгнуть контракт с тобой. Когда ты вот так исчезаешь, ничего не сказав, то это создаёт много проблем. Май Доэр уже легла на постель, но когда она услышала, что её контракт может быть расторгнут, она чуть не выскочила из постели. Если её контракт будет расторгнут, то что станет с её мечтой о том, чтобы стать королевой кино? И хотя она могла попробовать устроиться в другую компанию, она не чувствовала уверенности. Даже если эта менеджер не очень хорошо к ней относится, у неё сейчас нет каких-либо достижений, и она не знает, какой будет другой менеджер. А что если ей попадётся менеджер, которая будет ещё хуже? Май Доэр была из тех, кто прогибался под обстоятельства, а иначе как бы она тогда молча терпела, когда Мо Цзюэфэн начал заставлять её быть с ним? Хорошо, что в итоге у неё было всё хорошо и у неё сложился счастливый конец с папиком, который стал её мужем. Хорошо, что у них была настоящая любовь. За один присест она заполучила себе и идеальную романтику и карьеру. - Старшая сестрица Чэнь, я обещаю, что я больше не буду выключать свой телефон, - поспешно сказала Май Доэр. Нин Шу кивнула и помогла Май Доэр подоткнуть одеяло. Выражение её лица было невозможно понять. - Это хорошо, что ты понимаешь. Возможно, в некоторых аспектах я не очень хорошо справляюсь, но всё, что я делаю – это ради того, чтобы обеспечить тебе лучшее будущее. Выражение лица Май Доэр застыло. - Я поняла. Я больше не буду доставлять хлопот. - Хорошая девочка. Нин Шу развернулась и вышла из спальни Май Доэр. Выйдя из комнаты, она пожала плечами. Май Доэр умудрилась пораниться, значит, похоже, что она действительно не сможет сходить на завтрашнюю вечеринку. У неё было даже небольшое подозрение на то, что Май Доэр специально поранилась, потому что она не хотела больше ходить на такие прослушивания. А если это не так, тогда произошло что-то, о чём она не знала. ---------- Вечер Вечеринки На следующий день Нин Шу помогла продезинфицировать рану Май Доэр, а потом они вместе смотрели уроки на CD. Май Доэр серьёзно смотрела в телевизор. Нин Шу выглянула наружу и увидела, что небо уже потемнело. Примерно в это время и началась вечеринка. Нин Шу глянула на Май Доэр. Ей невольно стало интересно, переспит ли Мо Цзюэфэн с другой женщиной, если ему придётся заставить себя сдерживаться? Однако она теперь могла гарантировать, что Мо Цзюэфэн никак не сможет покувыркаться этим вечером с Май Доэр. Она знала, что ни за что не сможет полностью уничтожить отношения между главными мужчиной и женщиной, но она не хотела, чтобы у них так рано сформировались прочные отношения. Май Доэр отпила воды, и глянула на менеджера, которая смотрела на неё с немного странным выражением лица, поэтому она спросила: - Старшая сестрица Чэнь, что такое? - Да ничего. Ну и как ты себя чувствуешь, после просмотра этого CD? – небрежно спросила Нин Шу. Май Доэр кивнула и ответила: - Я чувствую, что многое узнала. - Это хорошо. Путь становления крупной звездой в мире развлечений – это длинная дорога, так что тебе нужно многому научиться, - сказала Нин Шу. Отпив воды она глянула на настенные часы. Пока Май Доэр смотрела CD, у неё в сердце внезапно возникло очень трудноописуемое чувство. Словно она внезапно потеряла что-то, и её сердце наполнилось чувством раздражения. Она схватилась за грудь. Ей было трудно даже дышать. Ей очень захотелось выйти наружу и прогуляться. Она чувствовала, что задохнётся, если останется в этой комнате. Она не посмела сейчас пытаться договориться с Нин Шу, поэтому она встала и начала ходить по комнате. Когда Нин Шу увидела это, она спросила: - Что такое? Ты почему не смотришь уроки? - Старшая сестрица Чэнь, я не знаю почему, но я чувствую себя очень неуютно. Мне словно трудно дышать, - Май Доэр нахмурилась. – Старшая сестрица Чэнь, можно я выйду наружу? Я чувствую себя очень неуютно. Если ей позволить выйти, то она обязательно встретится с Мо Цзюэфэном. Нин Шу открыла форточку и сказала: - Раз тебе в комнате душно, то выйди на балкон. А то на улице уже поздно и нам, девушкам, небезопасно выходить. Май Доэр не знала почему, но единственное, чего она сейчас хотела, это выйти и прогуляться. Однако всё то, что сказала её менеджер было логично, поэтому она не могла возразить, отчего её чувство раздражения только увеличилось. Май Доэр встала рядом с Нин Шу, чтобы подышать ночным бризом, но то необъяснимое неприятное ощущение ничуть не уменьшилось. Словно что-то становилось всё дальше и дальше от неё. И это было что-то очень важное. От этого в её сердце внезапно стало очень пусто. Что это было за проклятое чувство? ---------- По Сравнению с Цяо И Май Доэр весь вечер была беспокойной, поэтому Нин Шу весь вечер составляла ей компанию. На следующий день Май Доэр выглядела очень взъерошенной, а ещё обычно ясный взгляд был немного тусклым. Было ясно, что прошлой ночью она так и не смогла уснуть. - Выпей немного молока. Нин Шу протянула ей кружку тёплого молока. Май Доэр взяла её с усталым видом и сделала глоток, после чего сказала: - Старшая сестрица Чэнь, я не знаю, что со мной, но я чувствую себя так беспокойно. - Да всё в порядке, просто отдохни, - спокойно ответила Нин Шу. После этого Нин Шу великодушно позволила Май Доэр отдохнуть ещё пару дней. Всё-таки, у Май Доэр была поранена нога, поэтому она не могла участвовать в съёмках. Май Доэр чувствовала себя очень беспокойно, но Нин Шу наоборот была очень довольна. Ей успешно удалось временно предотвратить судьбоносную встречу главных мужчины и женщины, да ещё и песня, которую сама написала Цяо И, получила хорошую реакцию в интернете. Вскоре должен был состояться конкурс талантов, и Цяо И хотела попробовать поучаствовать в нём. Нин Шу отправилась в компанию, чтобы утвердить это и компания дала добро, поэтому теперь большую часть времени Нин Шу проводила в компании с Цяо И на конкурсе и проверяя прогресс съёмок Ся И в рекламе. Она была так занята, что пока она носилась туда-сюда, у неё практически пятки сверкали. По сравнению с цветущими перспективами двух других новичков, отсутствие работы у Май Доэр было очень ярким контрастом. Когда Май Доэр увидела, что двое других уже впереди неё, она крайне разволновалась. Если эти двое будут хорошо справляться, тогда менеджер будет тратить большую часть своих ресурсов на них. А так как это было связано с её будущими перспективами, какой бы равнодушной она ни была обычно, Май Доэр невольно запаниковала и побежала к Нин Шу, чтобы спросить, есть ли для неё какие-нибудь роли. Она уже прямо сейчас хотела себе какую-нибудь роль. После того, как Май Доэр некоторое время изучала CD с уроками по актёрскому мастерству, она почувствовала, что её актёрские навыки улучшились, поэтому её, вероятно, больше уже не будут ругать режиссёры. Нин Шу теперь была очень занята разбираясь с работой Цяо И. Некоторые из песен Цяо И, которые она использовала для участия в конкурсе, были её собственными сочинениями. Поскольку она умела играть на пианино и обладала природной спокойной аурой, то она была очень спокойна и уверена в себе. Тем самым она заработала благоприятное впечатление о себе. После участия в конкурсе талантов, она смогла привлечь внимание немалого количества фанатов. У неё был талант и стремление, и она становилась всё более и более смелой. Похоже было, что она сможет преодолеть все трудности, поэтому компания положила на неё глаз и приготовилась сделать её знаменитостью. Если она в этот раз сможет занять хорошее место в рейтинге, то они выпустят её альбом. Однако, даже если талант выпускает альбом, её будут считать певицей, только если её музыка будет хорошо продаваться. Нин Шу теперь была очень рада, потому что у неё наконец-то появился талант, которым можно похвастаться, поэтому, когда появилась Май Доэр, со встревоженным выражением на лице и попросила о роли, она сказала Май Доэр, чтобы она подождала, пока закончится конкурс Цяо И. Май Доэр ещё больше расстроилась и сильно закусила губы. Она чувствовала, что её менеджер была очень предвзятой. Она помогла Цяо И записаться на уроки музыки и даже позволила ей участвовать в конкурсе. Она просто все ресурсы тратила на Цяо И. Май Доэр чувствовала горечь. Они же обе были талантами у этой менеджера, так почему же менеджер так предвзято относится к ним? Менеджер давала ей только утомительные, грязные и незначительные роли. Тем временем, она относилась к Цяо И как к жемчужине. В отношении к ним была такая огромная разница. Май Доэр чувствовала зависть, наблюдая за тем, как Нин Шу заботливо протягивает Цяо И воду и полотенце. В прошлом, Чэнь Си тратила множество ресурсов на Май Доэр, но Май Доэр ничего этого не чувствовала и даже обвиняла Чэнь Си в том, что она всё время водит её на те отвратительные собрания. Она хотела сниматься в кино, она просто хотела сниматься в кино! Однако теперь, когда Нин Шу начала вести себя лишь чуточку предвзято, Май Доэр уже не могла этого вынести. Нин Шу специально холодно обращалась с Май Доэр некоторое время, после чего отвела её на прослушивание. Май Доэр набралась смелости и спросила: - Старшая сестрица Чэнь, можно мне больше не сниматься во всяких мелких ролях? Я хочу роли получше. Мелкие роли не давали ей возможности для создания репутации, а ещё они были очень утомительными. Цяо И теперь хотела поработать над своей репутацией, но у неё всё ещё не было имени и известности. Она хотела появиться на экране в своём самом лучшем состоянии. Нин Шу посмотрела на Май Доэр и увидела, что на её лице большими буквами было написано беспокойство. В данный момент Май Доэр была в очень нестабильном эмоциональном состоянии, поэтому она спросила: - И какую же роль ты хочешь сыграть? Май Доэр закусила губы и сказала: - Старшая сестрица Чэнь, я хочу сняться во второстепенной роли. Когда Май Доэр увидела изумление на лице Нин Шу, она тут же потеряла уверенность и сказала: - Служанка или ещё какая-нибудь не важная роль тоже сойдут. Я просто хочу, чтобы у меня была возможность показать своё лицо. Нин Шу вздохнула, а потом сказала: - Я постараюсь найти для тебя такую роль. - Спасибо, спасибо старшая сестрица Чэнь! Лицо Май Доэр наполнилось радостью, когда она посмотрела на Нин Шу блестящими глазами. Она с нетерпением стала ждать той роли, которую для неё найдёт её менеджер. Нин Шу больше не обращала на неё внимания и продолжила ехать в сторону места съёмок. Май Доэр была очень возбуждена всё это время, так как фантазировала о том, какая роль ей достанется. ---------- Роль, На Которую Не Согласится Ни Одна Актриса Май Доэр наконец-то досталась роль девушки-служанки, которую она так хотела. Однако это была роль бессовестной негодяйки, которая соблазнила главу дома и её, в итоге, запороли насмерть по приказу госпожи этого дома. На самом деле, эта роль была довольно хорошей, так как тут было много возможностей для актрисы показать своё лицо. Однако, когда служанку запороли насмерть, её штаны были сняты и её лупили по заднице. Никто не хотел браться за эту роль как раз из-за того факта, что придётся показывать свою задницу. Вообще-то, попа будет открыта не полностью, штаны снимут, но задница всё ещё будет наполовину прикрыта блузкой, так что открыта будет лишь половина. Так была расписана история. Когда подобная безнравственная женщина заканчивает жизнь с подобной судьбой, то зрители будут очень довольны. Это была роль злодейки, поэтому у продюсерской группы были проблемы с тем, чтобы найти того, кто согласится на эту роль. Любая актриса, у которой есть хоть немного славы, откажется от такой роли, потому что подобная роль соберёт на себе лишь ненависть. К тому же, им даже придётся подвергнуться порке по заднице со спущенными штанами. Все актрисы высказывали своё крайнее недовольство этой ролью. И хотя они будут в трусиках, и часть задницы будет прикрыта одеждой, будут видны их белые бёдра. К тому же, они не хотели снимать штаны перед такой толпой людей и чтобы их после этого ещё и пороли. Ни одна актриса не захочет пойти на такое ради подобной роли. И самым-самым важным фактом было то, что эта роль была совсем не располагающая к себе и очень бесстыдная. Если её сыграть хорошо, то актриса может стать популярной, но это будет дурная слава. Будет просто невозможно избавиться от ярлыка шлюхи. Нин Шу объяснила эту ситуацию Май Доэр. Выслушав всё это, Май Доэр ошарашено посмотрела на Нин Шу, а потом злобно заявила: - Это что ещё за роль такая? Нин Шу покачала головой и сказала: - Все остальные роли – это незначительные мелкие персонажи. А эта роль даёт тебе больше всего шансов показать своё лицо, однако я тоже не согласна с тем, чтобы ты играла подобную роль. С подобной ролью потом будет очень трудно справиться, и у неё нехорошее влияние. Тебе будет лучше пробиться через маленькие роли. Делать постепенные шаги и оттачивать свои актёрские навыки. Май Доэр кивнула. - Тогда давай возьмём какие-нибудь другие роли. После этого Нин Шу помогла Май Доэр записаться на всякие роли вроде зомби, проституток или жертв похищений… И хотя Май Доэр чувствовала, что её актёрские навыки улучшились, когда она снималась, её выражение лица было очень напряжённым и она не могла бегло произносить свои реплики. И каждый раз, когда это происходило, режиссёры кричали на Май Доэр, отчего она ещё больше нервничала и совершала ещё больше ошибок. Из-за неё многие дубли получались плохими, и от этого вся съёмочная группа была раздосадована ею. Актёры, которым приходилось с ней работать, были особенно раздражены из-за неё. Каждый раз Май Доэр затягивала процесс съёмки. Когда она сталкивалась с режиссёром, у которого был плохой темперамент, ей давали лишь пару шансов, после чего прогоняли со сцены. Зачастую Май Доэр даже не получала оплату или еду за её усилия, потраченные на съёмку. Нин Шу молча принимала всё это. Она не ругала Май Доэр и просто продолжала утешать её. Однако слова утешения Нин Шу не имели никакого эффекта на Май Доэр. В данный момент Май Доэр была очень раздосадована. После того, как ей так много раз отказали, она погрузилась в цикл сомнения в себе. Она даже начала ненавидеть себя и чувствовать, что она просто бесполезная. ---------- Разница в Отношении Нин Шу постоянно говорила Май Доэр на ухо, всё в порядке, не спеши, делай всё постепенно. В итоге, Май Доэр не смогла выдержать, слыша это, и взорвалась криками на Нин Шу. - Что значит не спешить? Как я вообще могу делать что-то постепенно? Я вообще ничего не могу сделать. Я скоро умру от стыда! Ты постоянно заставляешь меня сниматься в таких ролях, так как же я наберу славу?! Нин Шу ничего не сказала и лишь посмотрела на неё очень доброжелательным взглядом. Май Доэр лишь ещё больше взбесилась, когда увидела это и устало бросилась на диван. Когда Нин Шу ничего не сказала, она начала чувствовать сожаление и извинилась. - Прости, старшая сестрица Чэнь. Я просто немного в плохом настроении. Нин Шу понимающе ответила: - Я знаю, что в последнее время ты была под сильным давлением. Тебе стоит помыться и лечь пораньше. Май Доэр кивнула, а потом потащила своё усталое тело в ванную. Нин Шу наблюдала за тем, как она уходит. Ага, у Май Доэр уже больше не было того яркого энтузиазма, с которым она только появилась в сфере развлечений. Теперь она излучала скрытую усталость и мрачную атмосферу. Это была удручённая атмосфера непризнанного таланта. Интересно, понравится ли Мо Цзюэфэну такая Май Доэр? Вероятно, понравится. После того, как Май Доэр помылась в душе, она увидела, что её менеджер уже ушла, а Цяо И, которая всё время была занята созданием альбома, как раз вернулась домой. Цяо И коротко постриглась, и теперь она излучала зрелую ауру с лёгкой долей озорства, отчего она выглядела ещё более энергичной. И хотя она была весь день занята, её лицо светилось энергией. Когда Май Доэр увидела, какой оживлённой выглядит Цяо И, она сразу подумала о том, как несмотря на то, что они явно начали с одной линии старта, Цяо И теперь была далеко впереди неё. Она так усердно работала, но не добилась успеха, а вот Цяо И с лёгкостью смогла добиться успеха. Май Доэр не хотела с этим мириться и её сердце наполнилось завистью. Она много страдала на съёмках фильмов и сама лично видела, какими своевольными были знаменитости. Режиссёры часто ругали её, словно собаку, но вот этим знаменитостям режиссёры не смели сказать и слова поперёк, если те говорили, что не в настроении сниматься. Эта явная разница в отношении вызывала зависть и горечь пустила прочные корни в сердце Май Доэр. Однажды она обязательно тоже станет успешной и заставит тех режиссёров стоять на коленях, чтобы выпросить у неё прощение. Всё, чего сейчас хотела Май Доэр – это добиться успеха. Она чувствовала, что находится под сильным давлением. Словно всё вокруг давило на неё. Она чувствовала себя так сильно подавленной этой атмосферой сфер развлечений, что едва могла дышать. А когда она только что мылась в душе, у неё выпал клок волос. - Цяо И, как идёт подготовка к альбому? – спросила Май Доэр. Цяо И с улыбкой ответила: - Всё идёт довольно хорошо. Я его как раз записываю, но пройдёт некоторое время, прежде чем альбом выйдет, так что ещё рано. Когда Май Доэр увидела улыбку на лице Цяо И, она почувствовала ещё больше зависти, и небрежно заметила: - Старшая сестрица Чэнь явно хорошо к тебе относится. Похоже, что она хочет вырастить из тебя императрицу. Цяо И нахмурилась, а потом сказала: - Старшая сестрица Чэнь хорошо относится ко всем, кто находится под её руководством. Разве она к тебе плохо относится? Она каждый день ездит с тобой, чтобы помочь найти работу. Недавно старшая сестрица Чэнь сказала, что ей нужно присмотреть за тобой, поэтому она даже не приходила на мои записи. Май Доэр ничего не смогла сказать в ответ на это. Неужели её менеджер хорошо к ней относится? Да, довольно хорошо. Однако она чувствовала, что её менеджер на самом деле относится к ней совсем не хорошо. Если её менеджер действительно заботится о ней, то почему она всегда находит ей такие роли? Вот что больше всего не нравилось Май Доэр в её менеджере. Так бесит, так раздражает! Май Доэр не могла даже избавиться от своего чувства раздражения, поэтому была очень расстроена. Если она скажет, что её менеджер плохая, то на самом деле окажется, что её менеджер присматривала за ней во всех областях, поэтому она даже не могла указать на мгновение, когда менеджер плохо к ней относилась. И именно поэтому она сейчас чувствовала в себе так много подавленного гнева. Май Доэр стукнула себя по груди, словно пытаясь выбить из себя застоявшийся воздух. Когда Цяо И увидела как Май Доэр делает это, она спросила: - Что ты делаешь? Почему ты бьёшь себя без причины? Май Доэр угрюмо посмотрела на Цяо И и вздохнула. - Цяо И, я тебе очень завидую. По крайней мере, у тебя есть направление, в котором ты стремишься продвигаться. А у меня даже нет больше мотивации усердно работать. Единственное, что чувствовала Май Доэр – это изнеможение. Хоть она и работала усердно, она не смогла взамен добиться равных результатов. ---------- Попала в Черный Список Режиссеров И хотя Май Доэр была измождённой, Нин Шу продолжила водить её на прослушивания, независимо от того, был ли дождь, жара, слякоть или снег. Она игнорировала явное утомление на лице Май Доэр и продолжала находить для неё роли. Май Доэр попыталась провести переговоры, сказав: - Старшая сестрица Чэнь, можешь перестать находить для меня роли мелких персонажей? Я очень устала. Эти роли меня очень утомили. Нин Шу спокойно ответила: - Я понимаю, что ты устала, но я вот что хочу тебе сказать: Если ты не можешь нормально сняться даже в самых простых ролях, то как ты думаешь справиться, когда тебе дадут роль важного персонажа? Май Доэр закусила губы. - Я смогу. Её уверенность уже была истощена из-за этих странных ролей. У неё защипало в носу. Она внезапно почувствовала, что не видит для себя никакого другого будущего, кроме мелкого персонажа в грязных лохмотьях. Она чувствовала, что скоро сойдёт с ума от этой пытки. Нин Шу слабо улыбнулась. - Май Доэр, дело не в том, что я не хочу найти для тебя роль получше, а в том, что не могу. У тебя нет никаких работ, которые можно было бы показать. И хотя то, что ты пережила – очень утомительно, по крайней мере, ты смогла чему-то научиться. Ты слишком нетерпелива, тебе нужно успокоиться. Май Доэр была раздосадована, поэтому, когда она услышала очередной подобный ответ от её менеджера, она почувствовала ещё большее раздражение. Она была так зла, что ей захотелось расплакаться, и она убежала к себе. Какое будущее ждёт её с таким менеджером? Нин Шу отвела Май Доэр на съёмки и попросила у режиссёра дать ей роль, но после того, как режиссёр глянул на Май Доэр, он тут же сказал, что свободных ролей нет. Нин Шу ясно видела, что помощник и режиссёр набирали людей для небольших ролей, но он сказал ей, что они уже всех набрали. Было ясно, что они просто не хотят брать Май Доэр. Так или иначе, но Май Доэр уже провела некоторое время в этих кругах, поэтому она тут же поняла, что произошло. Её лицо посерело от гнева. Она не хотела браться за такие роли, но другая сторона теперь демонстрирует своё презрение к ней?! Она застряла между чувством стыда и оскорбления. Нин Шу отвела Май Доэр на несколько других мест съёмок, но никто из них не взял её. Один режиссёр прямо сказал ей: - Эта девушка не создана для актёрской игры. Она получила так много плохих отзывов даже за мелких персонажей. От этого все в плохом настроении и многие актёры её не любят. Нин Шу: … Будущую королеву кино признали как не созданную для актёрской игры. Так правда была в том, что Май Доэр действительно не умела играть, или что награда за королеву кино была переоценена? Или, возможно, Мо Цзюэфэн просто использовал свою власть и способности, чтобы сделать Май Доэр королевой кино. Кто знает? ╮(╯▽╰)╭ В любом случае, у Май Доэр теперь не было даже шанса сыграть мелкие роли. До этого Май Доэр высказывала своё презрение по отношению к мелким ролям, но теперь она даже не могла получить эти мелкие роли. Видимо, Май Доэр попала в чёрный список режиссёров. ---------- Признана Хорошим Менеджером Другого выбора не было, поэтому Нин Шу решила отвезти Май Доэр обратно в апартаменты. Как только Май Доэр села в машину, она начала рыдать. Она так много плакала, что вздрагивала, когда вдыхала, а её лицо совершенно побледнело от гнева. Нин Шу подумала, что у Май Доэр слишком уж стеклянное сердце. Если бы это была она, то она бы ни за что не расплакалась в этой ситуации. Она бы сделала свою кожу толще и стала бы умолять режиссёра дать ей роль. Однако она не собиралась унижаться подобным образом ради роли для Май Доэр. Так как эта девушка свысока смотрела на подобные роли, даже если Нин Шу выпросила бы роль для Май Доэр, Май Доэр не оценила бы и продолжила демонстрировать презрение. Нин Шу лишь наблюдала за тем, как плачет Май Доэр. Она рыдала так, словно выпускала всё то раздражение, что накопилось у неё за этот период. Когда она наконец-то остановилась и посмотрела на Нин Шу, её веки опухли так, словно на Нин Шу смотрела пара глаз опухшей рыбы фугу. Нин Шу: … - Старшая сестрица Чэнь, я хочу взять ту роль служанки, - решительно сказала Май Доэр. Нин Шу подняла брови. - Ты уверена? Эту роль будет трудно сыграть. Ей снимут штаны и устроят порку. Похоже, что равнодушная Май Доэр уже настолько была зажата в угол, что она даже растеряла свои изначальные принципы. В данный момент она хотела эту роль, даже несмотря на то, что там есть много сцен, в которых ей нужно соблазнять мужчину, а в конце её забьют насмерть. Эта роль будет лишь собирать ненависть людей. Когда начинаешь показывать своё лицо на экране, то лучше начинать с приличных ролей, а иначе слишком яркая роль может сразу же сложить прочное впечатление людей об актрисе. - Ты действительно собираешься взяться за эту роль? Я не думаю, что тебе стоит это делать. Нин Шу попыталась отговорить Май Доэр. Однако Май Доэр сейчас думала лишь о том, как режиссёры смотрят на неё свысока. Её недавние неудачи лишь усилили её желание доказать, что она может быть актрисой. А у этой роли было много экранного времени, поэтому она хотела взяться за эту роль. Она никогда не представляла себе, что мир актёрского ремесла будет таким сложным. А она лишь хотела безмятежно быть актрисой. Нин Шу спокойно ответила: - Ты всё тщательно обдумала? - Да, я обязательно докажу всем им, что я умею играть роли. Май Доэр сильно нахмурила брови. И хотя она говорила такие страстные слова, её самоуверенность была серьёзно травмирована. У Май Доэр, которая однажды поклялась быть королевой кино, теперь едва ли осталась хоть капля уверенности. Нин Шу взяла бутылку, свернула крышку и протянула открытую бутылку Май Доэр. На лице Май Доэр она увидела усталость, потерянную беспомощность и нежелание… Та Май Доэр, у которой был Мо Цзюэфэн была совершенно не похожа на Май Доэр, у которой не было Мо Цзюэфэна. Без Мо Цзюэфэна, Май Доэр не могла даже продвинуться на один шаг вперёд, поэтому она уже не могла сохранить той красивой простоты, которая была у неё, когда она только появилась в сфере развлечений. Сфера развлечений была огромным аквариумом. Все, кто были внутри, были замараны. Однако Май Доэр повезло встретиться с Мо Цзюэфэном, поэтому Мо Цзюэфэн защитил её от всей той грязи. И пока все остальные усердно работали и даже пользовались бесчестными путями, чтобы хоть немного продвинуться вперёд, Май Доэр стояла на вершине пирамиды, прижавшись к груди папика, и глядела на "тех людей", которые не ценили себя и продавали своё достоинство и тело, просто чтобы получить роль. Нин Шу тихо рассмеялась, а потом позвонила режиссёру. Режиссёр попросил Май Доэр прийти на прослушивание. Изначально эту роль было довольно сложно сыграть, и поэтому требовалась очень серьёзное актёрское образование, но когда режиссёр увидел непорочную внешность Май Доэр, он тут же согласился. Всё прошло так неожиданно гладко, что Нин Шу даже почувствовала замешательство. Когда Май Доэр услышала, что она прошла прослушивание, то она была крайне счастлива. Та мрачность, которая парила над ней всё это время, тут же исчезла. Нин Шу лишь слабо улыбнулась, и больше ничего не сказала. После этого она оставалась рядом с Май Доэр каждый день, чтобы присматривать за ней. Даже когда съёмки проходили ночью, она тоже присутствовала. В итоге, она была признана хорошим менеджером. И на это Нин Шу могла лишь сказать: "ребята, вы всё не так поняли". Даже если она и нацелилась на кого-то, она не будет делать это в открытую. Всё же, если изначальный хост вернётся и обнаружит, что её уволили с работы, то не окажется ли это для неё слишком большой ценой? Ведь тогда не будет смысла запрашивать эту контратаку. Ей нужно было прочно закрепить свою позицию, чтобы Май Доэр не смогла её атаковать. Рано или поздно им придётся поссориться с Май Доэр. Она уже чувствовала обиду Май Доэр по отношению к себе. Если Май Доэр наберётся сил, то первым делом она выкинет её. Нин Шу теперь лучше могла понять намерения режиссёра. У Май Доэр была очень непорочная внешность, но ей досталась роль безнравственной дряни, которая бесстыдно соблазняет мужчин. Это был просто огромный контраст. Достаточно только представить, как кто-то с таким непорочным лицом совершает поползновения, чтобы соблазнять мужчин. Эта роль наберёт просто взрывную мощь. ---------- Она Лишь Хотела Играть Роли Май Доэр начала сниматься. Она пришла в своём лучшем состоянии, но её актёрская игра всё ещё была очень напряжённой и требовалось несколько попыток, прежде чем получался приемлемый дубль. Нин Шу видела, что режиссёр подавляет своё раздражение, и что все люди, которым приходилось работать с Май Доэр, сильно её недолюбливали. За её спиной они говорили очень неприятные вещи и всегда свысока смотрели на её актёрские навыки. Когда Май Доэр слышала это, она приходила плакаться к Нин Шу. Она думала, что если ей не придётся больше играть мелкие роли и у неё будет больше шансов появиться в фильме, тогда её состояние улучшится, но теперь все винят её в том, что она задерживает весь фильм. К тому же, вся съёмочная команда странно на неё смотрела, отчего ей становилось очень неловко. А хуже всего то, что актёры, которые играли с ней, всегда коварно пользовались возможностью, чтобы подкатить к ней. Иногда они касались локтями её груди, но всегда вели себя так, словно ничего не произошло. Май Доэр хотела разрыдаться, но она не знала, что сказать. Один актёр всё время был в тесном контакте с ней и всегда касался её одной рукой. Когда она снималась, ей не только приходилось концентрироваться на том, чтобы не сделать плохой дубль, но ещё и терпеть то, что мужчины пытались к ней подкатить. Май Доэр просто больше не могла это терпеть и рассказала об этом Нин Шу. Нин Шу вербально утешила её, но потом сказала: - Тебе нужно терпеть. Актёры, с которыми ты работаешь – это твои старшие коллеги. - Терпеть? Даже несмотря на то, что он делает со мной всё это?! – глаза Май Доэр округлились. – Даже если он настолько отвратительный? - Тогда сдай его. Ты же сейчас ещё в процессе съёмок, так чего же ты добьёшься, поссорившись с ним? Такие вот суровые реалии этой сферы. Те, кто ничего не добился, не имеют никакой власти и всего лишь муравьи. Я могу тебе гарантировать, что если ты его сдашь, то ты больше не будешь частью этой съёмочной группы, - мягко сказала Нин Шу. Её слова были спокойными и жестокими. - Он может определить твою судьбу одним предложением, и ты больше не будешь актрисой. Май Доэр чувствовала, что её сердце было в полнейшем замешательстве. Она очень ненавидела это чувство. Словно её изначальное мировоззрение пихали и толкали так, чтобы придать ему форму такого мировоззрения, которое подходит для мира развлечений. Она была против этого. Неужели у неё не было иного выбора, кроме как следовать за толпой? Всё, чего она хотела – это играть роли. Почему тут было намешано всякое такое? - Тебя режиссёр зовёт. Пришло время твоей сцены. Нин Шу немного подтолкнула Май Доэр, которая всё ещё была ошарашенной и бледной. Май Доэр так и пошла в ошарашенном состоянии, но она всё никак не могла собраться, поэтому даже после нескольких дублей у неё не получилось сыграть роль. Режиссёр злобно снял свою шляпу и бросил её на пол, после чего указал на нос Май Доэр и закричал: - Какого чёрта с тобой творится? Я же прошу тебя играть как человека. А не как тупицу! Ты же пытаешься соблазнить его! Неужели ты не можешь вести себя более очаровательно?! - Простите, моя вина. Простите, режиссёр, - поспешно извинилась Май Доэр. - Вот серьёзно! На сегодня мы закончили со съёмками! Режиссёр был очень раздражён, когда он указал на Май Доэр и сказал: - А ты останешься. Я поговорю с тобой о драме. Поговорит о драме? Май Доэр показалось это немного странным, а когда она огляделась по сторонам, она увидела, что все многозначительно смотрят на неё. Нин Шу подошла к режиссёру и сказала: - Режиссёр, Май Доэр сегодня в очень плохом состоянии. Ей нехорошо, и её цвет лица очень плохой. Когда режиссёр увидел, какой потерянной и озадаченной была Май Доэр, он раздражённо махнул рукой. - Тогда забудем про сегодня. Если мы так и будем тянуть резину, когда мы вообще сможем закончить съёмки? Лицо Май Доэр стало ещё бледнее. Был уже вечер, поэтому от вечернего ветра Май Доэр было очень холодно. Ей никогда раньше не было так холодно. А ещё она очень устала. ---------- Собака Хочет Кость Нин Шу привезла Май Доэр обратно в апартаменты. Во время всей поездки лицо Май Доэр было бледным, и она выглядела ошарашенной. Как только они вернулись в апартаменты, она бросилась на диван, схватила подушку и начала рыдать во всё горло. И хотя звуки плача Май Доэр трогали сердце, на самом деле Нин Шу чувствовала удовлетворение. Это были чувства изначального хоста. Из-за Май Доэр Чэнь Си потеряла работу и место в сфере развлечений города Цзянчэн. А потом её изнасиловали и убили какие-то бандиты. У неё даже не было могилы, так как её труп был выброшен в океан. Возможно, Май Доэр понятия не имела, что из-за нескольких её слов чья-то жизнь закончилась подобным образом. В тот момент она, вероятно, купалась в благословенном счастье с Мо Цзюэфэном. Как она вообще могла заметить нечто подобное? Нин Шу села, подпёрла подбородок и стала смотреть на Май Доэр. Та оживлённая непорочность, с которой начинала Май Доэр, уже была зашлифована. Благодаря встрече с Мо Цзюэфэном, Май Доэр могла плыть своевольно и как захочет, в том большом аквариуме мира развлечений. Но без Мо Цзюэфэна Май Доэр была никем. Нин Шу испортила первую ночь Май Доэр и Мо Цзюэфэна, поэтому без этого события, связывающего их вместе, их дальнейшие чувства не могли внезапно развиться. Май Доэр рыдала до изнеможения. Наконец, она вытерла слёзы и обернулась. Она обнаружила, что её менеджер смотрит на неё с очень спокойным и безразличным взглядом. От этого она резко почувствовала прохладу. Она внезапно стала бояться этой менеджера. Она чувствовала, что что-то было не так, но не могла понять, что именно. Нин Шу сказала: - Не плачь больше. Ты уже так много раз плакала. Ты же никогда не была такой плаксой, так почему же всё выглядит так, что в последние дни ты словно отмокаешь в горькой воде? Май Доэр всхлипнула. Почему её путь становления актрисой был таким трудным? Иногда у неё возникало ощущение, что её жизнь не должна быть такой. Однако реальность заставляла её чувствовать себя так, словно она вот-вот развалится. Нин Шу продолжила: - Работай усердно, и как следует снимись в этой драме. Это первая драма в твоей жизни, так что постарайся. Май Доэр кивнула, а потом спросила: - Старшая сестрица Чэнь, ты же мне поможешь, верно? Ты единственная, на кого я могу теперь положиться. Нин Шу слегка улыбнулась. - Конечно же я тебе помогу. Май Доэр ошеломлённо уставилась на Нин Шу. Это явно была нежная улыбка, но по какой-то причине, она чувствовала холод. Она сказала себе, что у неё просто разыгралось воображение. В данный момент, Май Доэр обнаружила, что ей трудно продвинуться по карьере даже на один шаг, поэтому она хотела выслужиться перед её менеджером. Только теперь она осознала, что её судьба находится в руках менеджера. Её будущее развитие полностью зависит от настроения её менеджера. Пройдя через всё это, она отказалась от некоторых своих прошлых идеалов, и инстинктивно начала делать вещи, которые были выгоднее всего для неё. Проще говоря, Май Доэр пыталась адаптироваться к тому, как работал мир развлечений, в надежде, что так её жизнь будет проще. В прошлом, когда она сталкивалась с вещами, которые шли вразрез с её мировоззрением, она чувствовала обиду, но теперь она выбирала пойти на компромисс. Нин Шу кивнула. - Ты – один из талантов, которые находятся под моим руководством, конечно же я надеюсь, что ты сможешь добиться успеха, так как для меня это выгодно. Это просто взаимовыгодные отношения. - Спасибо, старшая сестрица Чэнь. Май Доэр взяла Нин Шу за руку и покачала ей на детский манер. У Нин Шу было такое чувство, словно Май Доэр сейчас похожа на собаку, которая хочет кость. Она пыталась добиться выгоды для себя выслуживаясь перед ней. Нин Шу очень хотела, чтобы Мо Цзюэфэн пришёл и взглянул теперь на свою настоящую чистую любовь. У неё больше не было той решимости, которой она когда-то обладала, и недавний опыт уже стёр ту непорочность, что у неё когда-то была. Ей стало интересно, будет ли Мо Цзюэфэн всё ещё привязан к Май Доэр, учитывая, что она теперь такая? Люди, чьи жизни окружены притворством и прочей грязью, обычно чувствуют непреодолимое влечение к невинности и свету, и когда-то Май Доэр уже была однажды этим лучом света в тёмном царстве. ---------- Довести До Конца Вопрос Об Альбоме Цяо И Когда Нин Шу увидела, что Май Доэр настроилась сделать всё лучше, она перестала составлять Май Доэр копанию, и отправила её на место съёмок одну. Сейчас ей нужно было довести до конца вопрос об альбоме Цяо И. Она и так уже много времени потратила на Май Доэр, пытаясь найти ей роли. Если честно, то нахождение такого большого количества странных ролей действительно требовало много усилий. Она специально озаботилась тем, чтобы подбирать каждую роль для Май Доэр. В изначальной истории, так как у Май Доэр был Мо Цзюэфэн, то ей с самого начала доставались важные роли. Даже несмотря на то, что её актёрская игра была немного неуверенной, режиссёры не были с ней строгими, что позволило актёрским навыкам Май Доэр постепенно улучшаться. Всё это время самым важным фактором было то, что у Май Доэр было много уверенности в себе и она была очень невинной. Однако та Май Доэр, что была теперь, не имела никакой поддержки и получала лишь мелкие роли, поэтому было бы довольно странно, если бы режиссёры были с ней вежливыми. Все эти регулярные отказы постепенно лишали Май Доэр уверенности в себе. И в то же самое время, она начала становиться нетерпеливой, а её эмоции становились нестабильными. Всё это ухудшалось тем фактом, что Цяо И, которая пришла в компанию в то же время, что и она, похоже постепенно продвигалась по своей карьере, пока сама Май Доэр словно застряла на одном месте. Было трудно не давать себе становиться нетерпеливой в ожидании успеха. Когда Май Доэр услышала, что Нин Шу больше не будет ходить с ней на место съёмок, потому что ей нужно присмотреть за Цяо И, она очень расстроилась. Она поняла, что она действительно уже начала полагаться на своего менеджера. В прошлом, её менеджер каждый раз составляла ей компанию на съёмках. И когда что-то происходило, её менеджер всё решала за неё, но теперь ей придётся идти одной и самостоятельно разбираться со всей съёмочной командой. Май Доэр чувствовала себя очень тревожно. Она потянула Нин Шу за руку и взмолилась: - Старшая сестрица Чэнь, можешь сходить со мной? Мне немного страшно. Нин Шу вытянула свою руку из хватки Май Доэр и мягко сказала: - Я же не твой личный менеджер, я ещё и менеджер Цяо И. Я не могу присматривать только за тобой. Мне нужно разбираться и с ситуаций Цяо И. К тому же, ты уже снимаешься довольно долго, так что должна уже научиться разбираться с теми людьми. Старшая сестрица Чэнь в тебя верит. Даже если ты будешь сама по себе, то всё равно сможешь разобраться с теми людьми. Май Доэр почувствовала горечь от этого, но у неё не было иного выбора, кроме как самой отправиться на место съёмки. Нин Шу отправилась разбираться с тем, как продвигается альбом Цяо И. Компания явно заметила ценность Цяо И и хотела устроить ей дебют, поэтому Нин Шу нужно было сделать всё возможное, чтобы альбом Цяо И хорошо продался. Цяо И была очень рада, когда Нин Шу пришла к ней и радостно улыбнулась, принимая бутылку воды, которую ей протянула Нин Шу. - Старшая сестрица Чэнь, ты сегодня пришла навестить меня? - Ты расстроена, потому что в последние дни я трачу всё своё время на Май Доэр? – спросила Нин Шу. Цяо И покачала головой и сказала, с благодарным выражением лица: - Ведь благодаря старшей сестрице Чэнь я теперь могу петь. Я очень довольна и вовсе не несчастлива. К тому же у меня есть полно вещей, которые я могу делать сама, поэтому я рада, что мне не приходится так часто беспокоить старшую сестрицу Чэнь. Вне зависимости от того, была ли Цяо И искренна до конца, эти слова было приятно слышать. В плане социального этикета, Цяо И была поистине выдающейся, по сравнению с Май Доэр. Май Доэр была из того типа, что чувствовала будто весь мир обидел её, стоило ей только столкнуться с какими-нибудь трудностями. ---------- Плачет Так, Словно Миру Настал Конец Нин Шу весь день работала с Цяо И, и вернулась уже только когда наступил вечер. Когда она открыла дверь, она увидела Май Доэр, свернувшуюся в клубок на диване, плачущую и прижимающую голову к коленям. А теперь что случилось? Нин Шу подняла брови. Май Доэр в последние дни была практически сделана из воды. В изначальной истории Май Доэр отмокала в мёде, но теперь она была похожа на ребёнка, отмокающего в горькой воде. Чего она снова рыдает? Нин Шу чувствовала, что есть много вещей, из-за которых не стоит плакать. Лично она ненавидела плакать из-за всяких мелочей, так как какая польза была от плача? Она ни разу не заплакала во всех тех мирах, через которые прошла. Она даже выжимала фальшивые слёзы, чтобы вызвать чувство жалости в людях. Иногда Нин Шу даже задумывалась, действительно ли она женщина. Возможно, опыт болезненного лечения на протяжении десятка лет сделал её упорной и цепкой. - Что произошло? Почему ты опять плачешь? – спросила Нин Шу. Май Доэр подняла голову со своих ног. Она ещё не смыла макияж, поэтому её слёзы размазали подводку для глаз и создали чёрные потоки на лице. Это было очень неприглядное зрелище. Выражение лица Май Доэр было взволнованным и испуганным, когда она закричала: - Старшая сестрица Чэнь, мне очень страшно! Мне очень страшно. - Что произошло? – спросила Нин Шу, пока Цяо И подавала Май Доэр воду, чтобы та умыла лицо. Май Доэр обхватила себя руками и задрожала. Нин Шу подняла брови. Неужели с Май Доэр что-то случилось? Или она переспала с главным мужчиной? - Скажи старшей сестрице Чэнь, что случилось? Если ты будешь вот так плакать, то это ничего не решит. Нин Шу пришлось сдержать своё раздражение и заставить себя прозвучать терпеливо. По какой-то причине, когда она видела Май Доэр вот такой рыдающей, ей очень сильно хотелось выбить из неё всё дерьмо, а потом уже поговорить нормально. Она чувствовала, что у неё начинается ОКР. - Старшая сестрица Чэнь, мне страшно. Я больше не хочу сниматься. Май Доэр сильно закусила губы. - Я больше не хочу туда идти. - Почему? Ты же можешь сказать мне, почему? Должна же быть причина этому, верно? Тебе и так трудно было решиться на подобную роль, так чего же ты так внезапно решила остановиться? – обеспокоенно спросила Нин Шу. Май Доэр ещё сильнее закусила губы. Её цвет лица был очень бледным, а само лицо было полно депрессивного изнеможения. - Режиссёр, он хотел меня изнасиловать. После этих слов Май Доэр снова начала рыдать. - Режиссёр сказал, что хочет поговорить со мной о драме, а потом… А потом он привёл меня в комнату и толкнул на постель. Выслушав фрагменты, которые Май Доэр выдавала промеж рыданий, Нин Шу наконец-то поняла, что произошло. Режиссёр решил попытаться добиться от Май Доэр сексуальных услуг. Она была больше обеспокоена результатом, поэтому поспешно спросила: - Ты в порядке? Он же ничего тебе не сделал, верно? - Нет, я сбежала, - сказала Май Доэр сквозь слёзы. Когда Нин Шу увидела, что Май Доэр плачет без остановки, она невольно почувствовала раздражение. Сколько эта девчонка может рыдать? Это просто бесит уже. - Хорошо, что ты в порядке, - Нин Шу с облегчением вздохнула, а потом спросила: - Режиссёр не погнался за тобой? - Погнался, но я-я врезалась в Мо Цзюэфэна. Не знаю почему, но Мо Цзюэфэн помог мне разрешить эту ситуацию, - сказала Май Доэр. Нин Шу: … Главные мужчина и женщина уже наладили отношения? - Старшая сестрица Чэнь, я думаю, что больше не буду сниматься в этой драме. Режиссёр точно не позволит мне продолжать сниматься, и меня тошнит от одного его вида, - сказала Май Доэр, не прекращая рыдать. Май Доэр рыдала так, словно для неё всему миру наступил конец, словно она уже потеряла девственность. Но, в изначальной истории она не рыдала так, после того, как провела свою первую ночь с Мо Цзюэфэном. Похоже, что готовность оказывать сексуальные услуги также зависела и от того, кем была другая сторона. Мо Цзюэфэн был крупным, энергичным и имел красивую внешность, в то время как режиссёр выглядел вульгарным. - Не волнуйся, режиссёр позволит тебе сохранить роль, - уверенным тоном сказала Нин Шу. Май Доэр удивилась. - Почему? - Потому что тебе помог Мо Цзюэфэн, "кронпринц" сферы развлечений города Цзянчэн. Одной его фразы достаточно, чтобы сделать безымянного актёра знаменитостью, - с улыбкой сказала Нин Шу. ____________________________________________________________ ОКР - обсессивно-компульсивное расстройство. При ОКР у больного непроизвольно появляются навязчивые, мешающие или пугающие мысли (так называемые обсессии). Он постоянно и безуспешно пытается избавиться от вызванной мыслями тревоги с помощью столь же навязчивых и утомительных действий (компульсий). ---------- Режиссер Обязательно Оставит Тебя - Ты совсем недавно появилась в сфере развлечений, поэтому не понимаешь сколько власти у Мо Цзюэфэна. Он практически контролирует всю сферу развлечений. Вот почему я сразу же привела тебя извиняться перед ним в прошлый раз, когда ты пролила на него сок, - прояснила Нин Шу для Май Доэр степень власти Мо Цзюэфэна. Потом она продолжила: - Это хорошо, что он не держит на тебя обиды за прошлое. Одной его фразы было достаточно, чтобы уничтожить любые твои шансы на продвижение в сфере развлечений. Май Доэр слушала с озадаченным выражением лица, на котором также был намёк на другую эмоцию. Она спросила: - Неужели он настолько потрясающий? - Конечно, но слово "потрясающий" не подходит для его описания. Он практически читерское существо, богатый муж, о котором мечтают множество женщин, - выражение Нин Шу было немного преувеличено, когда она глянула на Май Доэр и сказала: - Кто бы мог подумать, что он тебе поможет? Май Доэр вспомнила внешность Мо Цзюэфэна. И почему она постоянно сталкивается с этим человеком в самом своём жалком состоянии? Он же, в свою очередь, всегда выглядел таким величавым и отчуждённым, красивым и высоким. Та власть, которой он обладал, делала его практически ошеломительным. По какой-то причине, Май Доэр почувствовала, что её сердце бьётся очень сильно и ей было трудно описать это чувство. Когда Нин Шу увидела, что Май Доэр впала в задумчивость, она сказала: - Всё в порядке. Режиссёр обязательно позвонит тебе завтра и попросит продолжать съёмки, так что тебе нужно сегодня отдохнуть. Май Доэр кивнула. Она уже больше не разваливалась на части, как прежде, и Нин Шу практически видела странные розовые пузырьки, летающие вокруг неё. Возможно Май Доэр и испытывала теперь влечение к Мо Цзюэфэну, но будет ли Мо Цзюэфэн всё ещё любить Май Доэр такой, какая она теперь? Та Май Доэр, которая нравилась Мо Цзюэфэну, была идеальной невинной девушкой, не запятнанной всей той грязью сферы развлечений. Однако нынешняя аура Май Доэр была наполнена изнеможение и нетерпением в ожидании успеха. Как и предсказывала Нин Шу, на следующий день режиссёр позвонил Май Доэр, чтобы она пришла на съёмки. После этого звонка Май Доэр в шоке повернулась к Нин Шу. - Старшая сестрица Чэнь, режиссёр действительно сказал мне продолжать съёмки. Как ты узнала, что он меня оставит? Нин Шу сделала глоток очень горького кофе и причмокнула губами, после чего сказала: - Конечно же он вынужден оставить тебя. Всё-таки Мо Цзюэфэн заступился за тебя прошлым вечером. Режиссёр теперь не уверен, вдруг у тебя есть какие-то отношения с Мо Цзюэфэном, поэтому ему придётся позволить тебе сниматься. К тому же, никто не соглашался на эту роль и вы, ребята, уже отсняли больше половины. Твоя роль почти закончена, поэтому если ты перестанешь сниматься, то им придётся тратить деньги и время, чтобы попытаться найти кого-то, кто возьмётся за эту роль. Вот почему в данный момент режиссёр не может тебя уволить. Май Доэр тихо выслушала анализ Нин Шу, а потом посмотрела на неё с ошарашенным удивлением. - Старшая сестрица Чэнь, ты просто потрясающая. - Кто потрясающий, так это Мо Цзюэфэн. Больше половины причины – это из-за Мо Цзюэфэна. В будущем будь вежливой, когда увидишься с ним, ведь он тебе помог. И не провоцируй его. Люди, обладающие властью, больше всего не любят, когда их оскорбляют другие, - проинструктировала Нин Шу. В глазах Май Доэр сверкнули искры, когда она кивнула. А потом она сказала: - Старшая сестрица Чэнь, можешь сходить со мной в этот раз? После того, что произошло прошлым вечером, я всё ещё боюсь. Нин Шу кивнула. - Я съезжу с тобой в этот раз. Но тебе нечего бояться, режиссёр больше не посмеет тебе ничего сделать. Нин Шу отвезла Май Доэр на место съёмок. Май Доэр боялась режиссёра из-за того, что было и чувствовала себя неловко, а ещё ненавидела его за то, что произошло прошлым вечером. Однако режиссёр теперь относился к ней очень хорошо. Его манеры никогда раньше не были такими любезными. ---------- Стерва с Невинной Внешностью Май Доэр внезапно почувствовала радость. Это чувство того, что она внезапно воспарила на вершину важности, сделало её настроение приподнятым и ликующим. Возможно из-за отношения режиссёра, но настроение Май Доэр было крайне хорошим. И из-за этого она весь день хорошо играла, завершив съёмки сцен с первой попытки. Прежде актёрская игра ощущалась как пытка, поскольку она всегда с ужасом ждала криков режиссёра, но теперь небо словно прояснилось. Она никогда не чувствовала себя такой беззаботной с тех пор, как пришла в сферу развлечений. Нин Шу заметила румянец на лице Май Доэр. Теперь выражение лица Май Доэр было заполнено неприкрытым высокомерием. После прежних страданий теперь, когда её ситуация внезапно сделала полный разворот и люди, которые до этого смотрели на неё свысока, теперь пытались выслужиться перед ней, какой бы сильной не была её личность, она бы не смогла подавить чувства восторга. А в данный момент Май Доэр была в полном восторге. Нин Шу мягко улыбнулась, когда подала Май Доэр бутылку воды. Май Доэр изящно открыла крышку двумя пальцами и сделала глоток. В последовательности её движений чувствовалась надменная атмосфера. Нин Шу без всякого выражения на лице сказала: - Ты сегодня в очень хорошем состоянии. Осталась последняя сцена, а потом твоя роль закончится. Май Доэр кивнула. Но когда она вспомнила, что последняя сцена, это когда с неё стянут штаны и поколотят, её выражение лица тут же омрачилось. Эта перемена в настроении была такой резкой, что застала врасплох даже Нин Шу. Неужели это всё ещё была чудесная и непорочная Май Доэр? Она слегка улыбнулась и ничего не сказала. В итоге, Май Доэр стиснула зубы и снялась в последней сцене. Когда её штаны стянули на виду у всех, в её сердце возникло неописуемое чувство печали. Вот что значит, не иметь власти. Если бы она уже заработала себе имя или имела сильную поддержку, то ей бы не пришлось больше страдать подобным образом. Вместо неё страдал бы кто-то другой. Май Доэр с великим трудом закончила съёмку своей последней сцены. Она чувствовала, словно все смотрят на неё свысока. Она не хотела оставаться тут ни секундой дольше. Даже когда она села в машину её цвет лица всё ещё был бледным. Нин Шу села на водительское сиденье, а потом глянула на неё с улыбкой. - Поздравляю с окончанием съёмок. - Какой смысл поздравлять за что-то подобное? Это всего лишь мелкая роль. Май Доэр выглядела так, словно ей неудобно. Мелкая роль? Нин Шу почувствовала, что амбиции Май Доэр снова выросли. Получив однажды помощь Мо Цзюэфэна, и познав каково это, когда удача повёрнута к тебе лицом, её эмоциональное состояние стало ещё более нестабильным. Вскоре ту драму, в который снялась Май Доэр, начали показывать по телевизору. Оценка зрителей была довольно хорошей. Май Доэр сидела перед телевизором и внимательно смотрела фильм. Она чувствовала удовлетворение, глядя на себя на экране телевизора. В этой драме она смогла попробовать жить другой жизнью, играя персонажа, а ещё много людей увидит её на экране и будут теперь знать её. В её сердце начало распускаться чувство тщеславия. Однако Нин Шу начала искать в интернете то, что люди думают о роли Май Доэр и получила ожидаемый результат, все очень сильно ненавидели роль служанки-стервы. Все комментарии были оскорблениями. Там были всевозможные комментарии о том, что она выглядит такой непорочной снаружи, но внутри – полнейшая шлюха. Женщины особенно осуждали Май Доэр. Май Доэр обрела немного славы, но все, кто знали о ней, теперь всегда с презрением говорили: - О, ты про ту стерву? И хотя Май Доэр никогда не делала ничего неподобающего, на неё уже надели колпак стервы с невинной внешностью. Вот таким было первое впечатление о ней. Даже если в будущем она будет играть другие роли, ей всё равно будет трудно изменить впечатление людей о себе. Нин Шу поставила свой ноутбук перед Май Доэр, чтобы та могла увидеть, как её оценивают люди. ---------- Слава, Построенная На Оскорблениях Май Доэр считала, что её актёрская игра была довольно хорошей. Чем больше она смотрел, тем более довольной она становилась. Нин Шу заметила восторженное выражение лица Май Доэр, а потом тихо поставила свой ноутбук перед Май Доэр. Ей было интересно, останется ли настроение Май Доэр таким же хорошим, после того, как она увидит все те оскорбления, что люди написали про неё в интернете. Май Доэр начала просматривать комментарии в интернете. Чем больше она читала, тем хуже становился её цвет лица и тем больше она хмурилась. Она была в ярости, и её голос задрожал, когда она закричала: - Это же просто роль! Ладно если бы они говорили это про персонажа, но чего они на меня-то нападают? Я же не стерва! Они ничего не знают, почему они так нападают на меня? Май Доэр была так зла, что начала кричать. Она хотела разбить компьютер, поэтому Нин Шу поспешно выхватила ноутбук из её рук и нежно сказала: - Я же с самого начала говорила тебе, что эта роль слишком злодейская. Май Доэр пришлось делать глубокие вдохи. Было ясно, что она вот-вот сойдёт с ума от гнева. Нин Шу утешила её и сказала: - Это означает, что твоя роль всё равно довольно успешная. С самого начала эта роль была сделана для того, чтобы собирать на себя ненависть. Май Доэр не плакала, но по ней было видно, что ей хочется, поэтому её выражение лица было немного искажённым. Она так сильно стиснула кулаки, что ногти впились в её плоть. Наконец, она сказала: - Как бы там ни было, теперь я набрала немного славы, поэтому могу брать другие роли, чтобы избавиться от влияния этой роли. Нин Шу улыбнулась и сказала: - Ты права. Твоя актёрская карьера будет ещё долгой, и эта роль будет всего лишь одной из многих. Да, теперь Май Доэр обрела немного славы. Даже несмотря на то, что эта слава была построена на отвращении людей, это всё равно была слава. Однако никто не приходил, чтобы пригласить её на другую роль. Май Доэр думала, что режиссёры теперь начнут искать её, раз она уже создала для себя имя, но даже после того, как она долго просидела в апартаментах, никто ей не позвонил. Она решила, что ничего не изменится, если она просто будет ждать дома, поэтому она решила отправиться на прослушивания. Нин Шу проигнорировала тот факт, что Май Доэр была словно на иголках, так как у Нин Шу были более важные дела. Альбом Цяо И вот-вот должен был выйти в продажу и всё это время она была очень занята. После выхода альбома Цяо И, он не продавался как горячие пирожки, но объём продаж всё равно постепенно увеличивался, чему Нин Шу была очень рада. Если честно, то менеджеры талантов должны нацеливаться на поддержку людей вроде Цяо И, у которых в голове все винтики на месте. Потому что люди вроде Май Доэр, которые живут в своих собственных мирах, это сплошные проблемы. Тем временем, Май Доэр проходила пробы на множество ролей, но не смогла получить ни одной роли. Некоторые режиссёры напрямую говорили ей, что она не умеет играть, и это были известные режиссёры. От этого Май Доэр чувствовала поражение. У неё же уже была работа. И хотя она не обязательно должна быть главной героиней, почему ей нельзя получить роль второстепенной героини? Она притащила своё измождённое тело обратно домой, где увидела, как её менеджер обсуждает продажи альбома с Цяо И. Похоже, что продажи только увеличивались. Когда Май Доэр увидела улыбку на лице Цяо И, её сердце заболело от горькой зависти. ---------- Ее Менеджер Действительно Хорошо к Ней Относилась Когда Нин Шу увидела Май Доэр, стоящую в дверях и пристально глядящую на них, она сказала с яркой улыбкой: - Май Доэр, в этом месяце альбом Цяо И продался в количестве более 100 тысяч копий, поэтому компания решила провести поздравительную вечеринку для Цяо И. Пойдём повеселимся сегодня вечером. Май Доэр почувствовала ещё больше зависти. Это были словно ядовитые лозы с шипами, которые крепко обвились вокруг её сердца и вонзались в плоть. Это было болезненно и весь её негатив заполнял сердце. - Я немного устала сегодня, поэтому я не хочу идти, - Май Доэр выдавила из себя улыбку, когда повернулась к Цяо И. – Цяо И, поздравляю! Кто бы мог подумать, что ты такая потрясающая? Не удивительно, что старшая сестрица Чэнь так много тебя поддерживает. И хотя Май Доэр улыбалась, её выражение лица было немного искажённым, отчего людям становилось некомфортно. Цяо И спокойно ответила: - Старшая сестрица Чэнь ко всем относится одинаково. Да как это может считаться одинаковым? У одной есть успех и признание, а другой приходится проходить через столько трудностей и всё равно она получила лишь оскорбления и репутацию стервы. Цяо И была совершенно чистой, без единого скандала или помоев, вылитых на неё. Люди даже называли её "музыкальным гением". Внезапно в её сердце что-то промелькнуло и теперь многое прояснилось. Май Доэр внезапно поняла многое из того, что озадачивало её раньше. Та, кого её менеджер действительно поддерживала – это была Цяо И, поэтому она защищала Цяо И во всех тех моментах молчаливой поддержки, чтобы позволить карьере Цяо И постепенно продвигаться. Что касается Май Доэр, то её бросили на сцену съёмок и оставили самой разбираться со всеми препятствиями. Её пытали до такой степени, что она чуть не позабыла обо всём в этом страдании. А когда ей наконец-то удалось набрать немного славы, то эта слава была грязной и собирала лишь оскорбления. - Тебе нехорошо? Что случилось? – с беспокойством спросила Нин Шу. Когда Май Доэр увидела беспокойство на лице её менеджера, её сердце сжалось от холода. Почему она к ней так относится? Почему она была так предвзята по отношению к тем талантам, которые находились под её руководством? Когда Нин Шу увидела, что Май Доэр смотрит на неё с подозрением и негодованием, она спросила: - Почему ты на меня так смотришь? Май Доэр сильно закусила губы, а потом повернулась и ушла в свою спальню. Нин Шу последовала за ней и закрыла дверь за собой. - Что с тобой случилось? – спросила Нин Шу. Нин Шу невольно вздохнула при виде того, какой мрачной и угрюмой была Май Доэр. Сфера развлечений была поистине жестоким точильным камнем. Все острые края Май Доэр уже были стёрты, и она уже не имела прав быть своевольной. Май Доэр повернулась к Нин Шу и пристально уставилась на неё, когда спросила: - Старшая сестрица Чэнь, мы с Цяо И обе таланты под твоим управлением, так почему же ты так неравнодушна к Цяо И? Нин Шу: … А с чего бы мне хорошо относиться к тебе? С какой стати я должна хорошо относиться к тебе? Нин Шу ошалела от такого безосновательного обвинения, но спокойно ответила: - Я верю, что я справедлива со всеми. Ты лишь видишь тот факт, что Цяо И уже достигла успеха, но, пока ты занималась мелкими ролями, Цяо И тренировалась до тех пор, пока у неё голос не становился хриплым, и только потом останавливалась. Она тренировалась играть на пианино до тех пор, пока у неё не опухали пальцы. Я неравнодушна к Цяо И? Неужели я пела вместо неё? Она добилась всего это своими собственными усилиями. Наша компания заинтересована в прибыли. Цяо И может приносить компании больше прибыли, поэтому, конечно же компания готова тратить на Цяо И больше ресурсов, - продолжила Нин Шу. – Май Доэр, неужели я недостаточно хорошо к тебе отношусь? Май Доэр ничего не могла сказать в ответ, потому как она обнаружила, что ей нечего возразить на слова менеджера. Её менеджер действительно хорошо к ней относилась. Но, но… Май Доэр невольно чувствовала, что это не так. Что-то было не так, что-то явно было не так. Нин Шу мягко улыбнулась. - Если ты достигнешь успеха, то компания тоже станет вкладывать в тебя больше ресурсов, чтобы сделать твой имидж ещё лучше. Май Доэр была очень раздосадована, крайне раздосадована. В её мечтах всё было не так! А теперь она даже начала бояться каждого дня. Потому что каждый день приносил ей изнеможение и страх. Она боялась грядущих дней, не имея мотивации и без успеха. Тот факт, что у неё не было направления, в котором она могла бы работать, заставлял её чувствовать беспокойство. Май Доэр подняла голову и увидела, что выражение лица её менеджера было немного холодным, поэтому она выдала заискивающую улыбку и сказала: - Конечно же я знаю, что старшая сестрица Чэнь очень хорошо ко мне относится. Я просто была немного не в настроении потому что никак не могла найти себе работу в кино в последнее время, поэтому я и сказала эти необдуманные вещи. Нин Шу улыбнулась, чтобы утешить её. - Да всё нормально. ---------- Чтобы Дать Ей Время Отдохнуть Нин Шу видела, какой удручённой была Май Доэр, и утешила её. - Не волнуйся. Я начну искать для тебя роли получше, где будет больше экранного времени. А если у компании будет работа, то я постараюсь для тебя её урвать. Май Доэр кивнула и потёрла брови. А потом Нин Шу сказала: - Ну а пока тебе нужно как следует отдохнуть. Ты слишком измучилась. Трудно добиться быстрого результата во многих вещах сразу. Все в мире развлечений попали на те места, где они есть, проходя через долгие периоды трудных времён и постепенного полирования своих актёрских навыков. Тебе не стоит быть нетерпеливой. Май Доэр вздохнула. Она просто хотела стать популярной. Она очень хотела стать популярной, потому что не хотела больше страдать. Она наконец-то начала понимать насколько жесткой может быть сфера развлечений и как сильно там разделаются люди по статусу. Чем ниже ты в пирамиде, тем больше ты страдаешь. Большинство людей даже не считали её за человека. Май Доэр устала от этих страданий, поэтому она теперь хотела лишь забраться на вершину. И неважно, какой ценой, она просто не хотела больше страдать. Она не хотела, чтобы на неё смотрели свысока и топтались по ней. Словно у неё не было никакого достоинства. Нин Шу больше ничего не сказала и развернулась, чтобы уйти. Май Доэр испытывала сильное беспокойство. Из-за того случая, где ей пришлось страдать, она осознала жестокую и показную природу мира развлечений. И в то же самое время мечта о том, чтобы дать себе волю, живя в роскоши, была слишком соблазнительной. Некоторое время Нин Шу не подыскивала никаких ролей для Май Доэр, чтобы позволить Май Доэр как следует отдохнуть. Она сказала Май Доэр, чтобы в свободное время она просто гуляла или ходила по магазинам. Чем более беспокойной становилась Май Доэр, тем выгоднее это было для выполнения задания. Однако вскоре Май Доэр пришла и возбуждённо объявила, что ей досталась роль, и это была роль героини второго плана. Нин Шу была ошарашена. Неужели Май Доэр действительно получила роль героини второго плана? Это был серьёзный прорыв. Она тут же посмотрела информацию об этой драме, в которую попала Май Доэр и обнаружила, что это был телесериал, в который инвестировала фирма Мо Энтертейнмент Групп. По сути, это означало, что это был сериал, в который инвестировал Мо Цзюэфэн. Он явно был тем, кто дал Май Доэр эту роль. Нин Шу вопросительно глянула в сторону Май Доэр. Неужели отношения Май Доэр с Мо Цзюэфэном уже настолько продвинулись? - Это не одна из тех ролей, которую тебе предложила компания, значит, это считается за стороннюю работу. Это идёт против правил, оговоренных в контракте с компанией, - мягко сказала Нин Шу. – Ты не можешь взяться за эту роль. Радостное лицо Май Доэр тут же одеревенело. - Почему я не могу взяться за эту роль? Мне ведь так нелегко было пройти прослушивание. - Это против правил компании, - спокойно ответила Нин Шу. Тогда Май Доэр взмолилась: - Старшая сестрица Чэнь, я очень хочу взяться за эту роль. Прошу, я тебя умоляю. - Неужели ты настолько сильно её хочешь? Нин Шу подняла брови. В ясном взгляде Май Доэр была мольба, когда она сказала: - Старшая сестрица Чэнь, я тебя умоляю. Это мой единственный шанс, прошу тебя! - Я не говорю, что невозможно взяться за эту работу, - сказала Нин Шу. – Однако часть твоей компенсации придётся передать компании. В таком случае это тоже будет считаться работой на компанию. - Спасибо! Спасибо, старшая сестрица Чэнь! – с благодарностью закричала Май Доэр. Она была так взволнована, что готова была расплакаться. Нин Шу лишь молчаливо наблюдала за её реакцией. Когда-то изначальный хост усердно работала, чтобы подготовить хорошее будущее для Май Доэр, но так и не услышала ни единого слова благодарности от Май Доэр, к тому же, Май Доэр даже затаила на неё обиду. Из-за одной только фразы Май Доэр, жизнь Чэнь Си была разрушена и она даже умерла. Чэнь Си была обижена до такой степени, что даже была готова отдать часть своей души, чтобы заставить Май Доэр мучиться и страдать в самом низу сферы развлечений. Когда Май Доэр отправилась на съёмки в этой драме, Нин Шу отправилась с ней. По прибытии она увидела, что Мо Цзюэфэн лично присутствует, чтобы наблюдать за процессом съёмок. ---------- Как Интересно Нин Шу спросила у Май Доэр: - Это Мо Цзюэфэн дал тебе эту роль? Когда Май Доэр увидела, что Мо Цзюэфэн сидит под зонтиком от солнца и величественно наблюдает за съёмками, её сердце начало биться сильнее. Услышав вопрос Нин Шу, она застенчиво сказала: - Мо Цзюэфэн был там, когда я проходила прослушивание и, в итоге, как раз он и дал мне роль героини второго плана. - О… - Нин Шу многозначительно улыбнулась. – И почему у меня такое ощущение, что Мо Цзюэфэн относится к тебе немного иначе? Однако теперь, раз у тебя есть благосклонность кронпринца, то слава обязательно постучится в твою дверь. Ты скоро будешь стоять в самом центре внимания. Взгляд Май Доэр дрогнул, и она возразила: - Старшая сестрица Чэнь, всё не так. Он же равнодушный и уединённый кронпринц. Как он может заинтересоваться кем-то вроде меня? Тебе не стоит говорить глупостей. Если это превратится в дурной слух, то я не смогу больше оставаться в этой сфере. И хотя Май Доэр возразила на словах, она не могла удержать себя от того, чтобы глянуть на Мо Цзюэфэна. Впрочем, это была не только Май Доэр, так как все присутствующие актрисы невольно поглядывали на Мо Цзюэфэна. Мо Цзюэфэн носил тёмные очки и лежал в шезлонге. Казалось, что его совершенно не волнуют взгляды окружающих его людей. Май Доэр глубоко вдохнула и прошла мимо Мо Цзюэфэна. В тот момент, когда она проходила мимо, Мо Цзюэфэн вытянул ногу и подставил Май Доэр подножку. Май Доэр упала на землю. Она была смущена и поспешно поднялась. Мо Цзюэфэн снял очки и оглядел её. - И почему ты всё время такая, когда я тебя вижу? Тебе не кажется, что это уже чересчур? - Это же ты мне подножку подставил. И в прошлый раз тоже ты меня сбил. Это ты постоянно создаёшь мне проблемы, а теперь говоришь, что это я чересчур? Май Доэр никогда раньше не видела такого бесстыдного мужчины. Мо Цзюэфэн возразил ей: - Каждый раз, когда я вижу твою глупость, у меня словно грязь в глазах, так что это ты чересчур. Май Доэр закусила губы и развернулась, чтобы уйти. Мо Цзюэфэн наблюдал за тем, как Май Доэр уходит прочь, а потом тихо усмехнулся. Нин Шу: … Эта сцена была просто ядом для глаз. Связь между главными мужчиной и женщиной просто невозможно было оборвать. Нин Шу села в машину и стала ждать, пока Май Доэр закончит съёмки. Время от времени она поглядывала на Мо Цзюэфэна и заметила, что Мо Цзюэфэн тоже периодически смотрит на Май Доэр. Пока Май Доэр снималась, она периодически чувствовала обжигающий взгляд, от которого ей было очень неудобно, и она напрягалась в процессе съёмок. В итоге, из-за неё вышло много плохих дублей. Наконец, Мо Цзюэфэн встал и подошёл к ней. Когда Май Доэр увидела, что Мо Цзюэфэн идёт к ней со своей внушительной и тиранической атмосферой, которая излучала сильные гормоны, она напряглась так сильно, что не осознанно задержала дыхание. Мо Цзюэфэн возвысился над ней с насмешливой улыбкой. - Ты вообще актриса? Ты можешь нормально играть роль? А то у меня начали появляться мысли, что я зря дал тебе роль второстепенной героини. - Ч… что? Май Доэр не могла даже нормально отреагировать. Мо Цзюэфэн холодно рассмеялся. - Как я и думал, ты действительно глупая. Ты даже не можешь понять человеческий язык? - Я-я могу. Май Доэр подсознательно попыталась сделать своё выражение лица более невинным и непорочным. Похоже, что это был её инстинктивный рефлекс. Однако в глубине глаз человека всегда будет что-то раскрывающее то, что человек хочет скрыть. Когда Мо Цзюэфэн глянул на Май Доэр сверху вниз, он увидел, что её взгляд был тёмным и полон множества скрытых вещей. Как интересно. ---------- Похоже, Что Он Заинтересовался Тобой Взмахнув рукой, Мо Цзюэфэн прекратил съёмку фильма. Так как эта драма была тем, во что инвестировал Мо Цзюэфэн и все расходы оплачивались им, то никто даже не посмел сказать ни слова против. Мо Цзюэфэн мягко сказал: - На сегодня пока хватит съёмок. - Да, - с уважением ответил режиссёр. Мо Цзюэфэн начал снова поддразнивать Май Доэр. - Тебе стоит как следует потренироваться в своей роли. Неужели ты действительно хочешь сниматься в этой роли с таким уровнем навыка? Пфф… Лицо Май Доэр тут же посерело от гнева. Но потом она вспомнила о статусе этого человека и заставила себя стерпеть. Она закусила губы и сказала: - Я поняла, я постараюсь работать усердно, мистер Мо. В глазах Мо Цзюэфэна промелькнуло разочарование. Он думал, что она будет другой, но, в итоге, она была такой же, как все. Её взгляд был полон лести. А подобных женщин в сфере развлечений было слишком много. Мо Цзюэфэн развернулся и ушёл. Май Доэр уставилась ему в спину, а потом закусила губы и пошла переодеваться. После этого она удручённо подошла к машине, где её ждала Нин Шу. - Поздравляю! – сказала Нин Шу с улыбкой. Выражение лица Май Доэр было мрачным, когда она холодно сказала: - И чего же в этом хорошего? Меня только что оскорбили, и тем, кто меня оскорбил, был сам Мо Цзюэфэн. Я очень обеспокоена! Нин Шу спокойно ответила: - А насколько я вижу, похоже, что Мо Цзюэфэн заинтересовался тобой и делает всё это специально, чтобы привлечь твоё внимание. Даже если он и говорит о твоих ошибках – это всё равно лишь для того, чтобы привлечь твоё внимание. Всё же, вокруг столько много красивых актрис, но почему же он выбрал тебя, а не кого-то ещё? На лице Май Доэр промелькнул след удивлённого восторга, и она внезапно снова стала оживлённой, а цвет её лица улучшился. Однако она всё равно оставалась неуверенной и поспешила спросить: - Это правда? Старшая сестрица Чэнь, ты хочешь сказать, что я нравлюсь Мо Цзюэфэну? Нин Шу затихла на некоторое время, а потом сказала: - Даже если это и не так, тогда это, вероятно, его интерес к тебе. Ты уже в курсе способностей Мо Цзюэфэна. Если вы двое начнёте встречаться или если ты даже сможешь стать женой Мо Цзюэфэна, то тебе гарантирован успех на всю жизнь. Глаза Май Доэр засияли, когда она начала мечтать о том, какой будет та жизнь, которую ей описала Нин Шу. Она была так взволнована, что всё её тело начало дрожать от предвкушения. После этого Нин Шу сказала: - Но даже если вы не поженитесь, а лишь будете встречаться некоторое время, то это всё равно гарантирует немало выгоды. Возможно, ты даже сможешь заполучить достаточно выгоды, чтобы крепко обосноваться в сфере развлечений, так что это не самая плохая сделка. Именно об этом Май Доэр и думала в глубине души. Она уже ощутила сладкий вкус того, как кто-то чувствует себя с поддержкой в лице Мо Цзюэфэна. Одна небрежная фраза Мо Цзюэфэна смогла заставить режиссёра, который планировал её изнасиловать, полностью поменять своё отношение к ней, и ей больше не нужно было беспокоиться об угрозах этого вульгарного режиссёра. ---------- Так Они Переспали? Прошлый опыт сделал Май Доэр прагматичной. Теперь она желала сильной поддержки, которая позволит ей без помех продвигаться в мире развлечений. Так как Мо Цзюэфэн заинтересовался ей, чтобы получить что-то, конечно же, придётся заплатить цену. Май Доэр была готова отдать что-то в обмен на успех. Май Доэр теперь была готова поступиться с теми принципами, которые у неё когда-то были, поэтому решила отстаивать их просто как хорошие товары для обмена. Пока Нин Шу вела машину, она периодически поглядывала на Май Доэр, чьё выражение лица менялось. Нин Шу едва заметно улыбнулась. Раньше Май Доэр была непорочной и никогда не заботилась о выгоде и потерях. Даже после того, как ей пришлось отдать свой первый раз Мо Цзюэфэну, она никогда ни о чём не просила, отчего Мо Цзюэфэн нежно полюбил её до такой степени, что постарался сделать так, чтобы у неё в жизни больше никогда не было трудностей. И вот так Май Доэр естественным образом смогла применить стратегию "побеждай, не участвуя". Однако теперь Май Доэр сама приближалась к Мо Цзюэфэну с целью и мотивом в мыслях. Теперь у Май Доэр было слишком много желаний, поэтому, даже если между ней и Мо Цзюэфэном будут какие-то романтические отношение, они теперь уже не будут такими чистыми, как раньше. Нин Шу снова улыбнулась. Окружение и жизненный опыт поистине могли изменить личность человека. Май Доэр, которая когда-то была столь прекрасно непорочной, теперь сама проявляла инициативу, чтобы использовать людей. Нин Шу внезапно осознала, что она стала умнее. Хоть она и начинала с простым намерением заставить Май Доэр страдать, Май Доэр стала вот такой. Нин Шу невольно задумалась о том, какие изменения произойдут в романтических отношениях между Май Доэр и Мо Цзюэфэном. Пока она ехала по дороге, их внезапно обогнала машина и заблокировала путь. Нин Шу поспешно надавила на тормоза, отчего колёса завизжали, пока её машина останавливалась. Тела Нин Шу и Май Доэр жёстко полетели вперёд по инерции. Блять, загадал ли этот человек посмертное желание? Пока Нин Шу собиралась вылезти и поговорить с владельцем той роскошной машины, как человек, который был в той машине, вышел и постучал в окошко, со стороны Май Доэр. Он сказал: - Вылезай. Май Доэр не ожидала, что это окажется Мо Цзюэфэн и поспешно опустила стекло. Она заставила себя оставаться спокойной, несмотря на её радостное волнение. Май Доэр спросила: - Да кто же так водит-то? Вы чуть не стали причиной автокатастрофы, знаете ли? - Вылезай, или ты хочешь, чтобы я тебя вытащил? – сказал Мо Цзюэфэн. Май Доэр обиженно надулась и отказалась вылезать из машины, поэтому Мо Цзюэфэн протянул руку и поднял её подбородок, при этом открывая дверцу второй рукой. - Если ты сейчас не выйдешь, то я тебя вытащу. - Отпустите, я вылезу, довольны? Май Доэр оттолкнула его руку и вылезла из машины. Нин Шу спросила у Май Доэр: - Когда ты вернёшься? Я буду тебя ждать. Май Доэр хотела ответить, но, прежде чем она это сделала, Мо Цзюэфэн запихал её в свою машину. Главный мужчина просто невероятно крут в своём тираническом отношении. Даже то, как он заблокировал ей путь просто… бесило. Блять, если бы её рефлексы были хоть на каплю медленнее, то они бы врезались! Это поистине был ход, в котором не ценилась жизнь человека. И всё, что могла сказать Нин Шу, так это то, что люди, у которых был достаточно серьёзный синдром восьмиклассника, имели право быть главными мужчинами. Она вернулась в апартаменты и села на диван, чтобы потренироваться, пока она ждёт возвращения Май Доэр. Однако Май Доэр не возвращалась всю ночь, поэтому она прождала тут всю ночь. Нин Шу: … Чем они там занимаются всю ночь? Неужели это означает, что у них теперь есть отношения? Неужели Май Доэр была настолько нетерпеливой? Она была слишком нетерпеливой. Разве она не знает, что стратегия, когда отпускаешь кого-то, чтобы поймать, работает лучше? Вещи, которые достаются слишком легко, не будут цениться. Нин Шу покачала головой. В это время зазвонил её телефон. Май Доэр позвонила ей, чтобы сообщить, что она уже на месте съёмок, поэтому Нин Шу может отправляться сразу туда. Нин Шу спокойно закончила завтрак, после чего отправилась на место съёмок. Когда она приехала туда, то увидела, что Май Доэр и Мо Цзюэфэн обмениваются флиртующими взглядами. Май Доэр выглядела, словно прекрасный бутон цветка, который расцвёл после того, как его обильно полили. У неё появилось женственное свечение от того, что она впервые стала женщиной. Как и ожидалось, они переспали. Когда Май Доэр увидела Нин Шу, она направилась к ней. Её походка была немного скованной, и она словно сжимала ноги, пока шла, отчего она выглядела очень неопытной. Когда Мо Цзюэфэн увидел Май Доэр такой, его взгляд омрачился, и он потёр свои губы в праздном удовлетворении, словно лев, который наелся досыта. Однако, при этом, его взгляд всё ещё был зафиксирован на своей жертве. - Вы, ребята, как я посмотрю, уже дошли до той точки? – спросила Нин Шу. Май Доэр покраснела и кивнула. - Я не хотела его разочаровывать, поэтому, когда он меня поцеловал, я поплыла по течению. Май Доэр стерпела боль от потери девственности и постаралась удовлетворить Мо Цзюэфэна, так как она могла получить больше выгоды, если Мо Цзюэфэн будет ей доволен. Тц, тц, тц. Нин Шу покачала головой. Теперь Май Доэр просто хотела добиться от Мо Цзюэфэна всяческой выгоды, так что их отношения с самого начала были не такими уж равными. ---------- Она Уже Просто Стала Няней Нин Шу не ожидала, что Май Доэр так быстро откажется от своих изначальных принципов. Она уже стала тем типом женщины, про которых она всегда высказывалась с презрением. Ради успеха она была даже готова продать собственное тело. Вот почему те, кто не проходили через такие же страдания, не имеют права высказывать презрение к другим людям. Нин Шу не чувствовала презрения к Май Доэр, потому что это был собственный выбор Май Доэр. У всех есть свои способы выживания. Однако теперь Май Доэр не могла смотреть свысока на других, потому что она от них не отличалась. Когда Нин Шу увидела, что Май Доэр как-то некомфортно, она спросила: - Может тебе купить какое-нибудь жаропонижающее? Возможно прошлой ночью всё происходило слишком интенсивно. Май Доэр кивнула, а потом посмотрела на Нин Шу и спросила: - Старшая сестрица Чэнь, я могу спросить кое о чём? - Что такое? Нин Шу уже собралась пойти покупать для Май Доэр противовоспалительное средство. Май Доэр закусила губы, а потом сказала: - Пожалуйста, не говори никому о моих отношениях с Мо Цзюэфэном. Я не хочу, чтобы люди знали. - Почему? – Нин Шу изобразила замешательство. – Если люди будут знать о твоих отношениях с Мо Цзюэфэном, тогда сфера развлечений будет словно твой личный плавательный бассейн. Никто не посмеет быть с тобой неуважительной, как только они узнают, что ты – женщина Мо Цзюэфэна. Май Доэр снова закусила губы, а потом сказала: - Но я не хочу, чтобы другие знали. Мне пришлось многим поступиться, чтобы сделать это. Я не хочу, чтобы остальные говорили, что я оказалась там, где я сейчас – только потому, что продала своё тело. Нин Шу: … Она невольно лишилась дара речи. А разве правда не была как раз именно в том, что Май Доэр полагалась на то, что продаёт своё тело? Это просто словно проститутка, которая настаивает на том, чтобы ей воздвигли мемориальную арку и которая пытается сделать так, чтобы её профессию приняли. Нин Шу кивнула и сказала: - Я поняла. Однако если ты сможешь использовать Мо Цзюэфэна в качестве связи, то твой путь в мире развлечений станет более гладким. Май Доэр, не знаю, стоит ли мне говорить тебе такое? - Старшая сестрица Чэнь, говори уже, - сказала Май Доэр, пытаясь стерпеть тот дискомфорт, который она испытывала. Как и говорила её менеджер, заполучить Мо Цзюэфэна в качестве связи было очень полезно, особенно учитывая то, как много власти было у Мо Цзюэфэна. Она была крайне взволнованна этим. - Как думаешь, у тебя есть будущее с Мо Цзюэфэном? – серьёзно спросила Нин Шу. Май Доэр вспомнила какой гнусно чарующий взгляд был на лице Мо Цзюэфэна, когда он повалил её на постель. От того жара можно было задохнуться, когда она ритмично переплеталась с ним в смеси удовольствия и боли. Это чувство было совершенно иным, нежели то отвращение, которое она чувствовала к тому режиссёру, который пытался её изнасиловать. Май Доэр немного покраснела. - Я хочу иметь будущее с Мо Цзюэфэном, но я знаю, что он не из тех, кто может влюбиться в безымянную актрису вроде меня. - Вот поэтому, пока Мо Цзюэфэн тобой заинтересован, тебе нужно получить как можно больше выгоды. Если ты ничего не будешь просить, то, когда Мо Цзюэфэн устанет от тебя, у тебя ничего не останется. Тебе нужно всё распланировать для себя, пока интерес Мо Цзюэфэна к тебе ещё свежий, - мягко сказала Нин Шу. Май Доэр закусила губы. Когда она услышала, как её менеджер говорит о том, что Мо Цзюэфэн может устать от неё и выбросить, она почувствовала, как её сердце сжалось от боли. Прошла всего одна ночь, но она чувствовала себя так, словно уже влюбилась в этого невероятного мужчину. Его экстенсивная энергия давала ей чувство безопасности, поэтому она хотела быть с ним вечность. Однако когда её менеджер сказала, что она может потерять свои отношения и свой первый раз ни за что, она замешкалась. Как раз из-за того, что Мо Цзюэфэн был таким властным, она хотела полагаться на него, но она не хотела мириться с судьбой, что она ничего не получит, даже после того, как отдала своё тело. - Старшая сестрица Чэнь, я поняла. Я знаю, что делать, - сказала Май Доэр. Нин Шу кивнула и поехала в аптеку, чтобы купить лекарство для Май Доэр. И когда она вошла в аптеку ей у неё в голове внезапно появился вопрос. А Май Доэр и Мо Цзюэфэн использовали какие-нибудь методы контрацепции? А потом она подумала, что слишком много думает об этом. В изначальной истории Май Доэр не забеременела до тех пор, пока она не вышла замуж за Мо Цзюэфэна. Она зря беспокоилась. Она уже просто чувствовала, что стала няней для Май Доэр. ---------- Обжигающее Собственничество Нин Шу дала Май Доэр лекарство. Когда она его приняла, Нин Шу хотела было спросить, принимала ли она какие-то меры контрацепции, но Май Доэр уже открыла дверцу и вылезла из машины, поэтому Нин Шу оставалось лишь проглотить свои слова. Проехали, это не то, о чём ей сейчас нужно беспокоиться. Даже во время съёмок она не могла избавиться от ощущения, что между Мо Цзюэфэном и Май Доэр есть какая-то липкая сладкая атмосфера. Вот такими и должны быть главные мужчина и женщина. Однако когда Май Доэр уже собралась сниматься в сцене поцелуя с второстепенным главным героем, цвет лица Мо Цзюэфэна тут же омрачился. Прежде чем случился поцелуй, он крикнул "снято". А потом он своевольно решил, что тут съёмки и закончатся на сегодня. Похоже, что он совсем не беспокоился о прогрессе самих съёмок. Он сжигал свои деньги, не задумываясь. Нин Шу почувствовала, что это была явная тираническая демонстрация богатства. Мо Цзюэфэн указал на Май Доэр, и Май Доэр тут же покраснела. Все тут же пришли к выводу, что Май Доэр не хватает актёрских навыков, и что она разозлила кронпринца. Только теперь Май Доэр увидела обжигающее собственничество во взгляде Мо Цзюэфэна. Она не посмела встречаться с ним взглядом и поспешно села в машину. Нин Шу покачала головой и поехала, но Май Доэр сказала: - Старшая сестрица Чэнь, можешь высадить меня вон там? - Сегодня тоже собираешься не ночевать дома? – спросила Нин Шу. Они с Мо Цзюэфэном теперь каждый день будут флиртовать вот так? - Старшая сестрица Чэнь, я пока не хочу возвращаться. Мо Цзюэфэн привёз меня на виллу в Парке "Чистые Воды", - Май Доэр слегка покраснела, когда сказала это. - Мо Цзюэфэн сказал, что это наше маленькое гнёздышко, поэтому я теперь могу жить там. - На вилле? Он подарил тебе виллу только после одной ночи? Кронпринц явно очень щедрый, - сказала Нин Шу с улыбкой. – Похоже, что ты очень скоро воспаришь к успеху. Поздравляю! Май Доэр накрутила волосы на палец и улыбнулась. - Я тоже очень удивилась, когда он это сказал. Той ночью Мо Цзюэфэн привёз её на ту виллу, а после той ночи, он отдал виллу ей. В тот момент она чувствовала себя так, словно выиграла в лотерею по билету, который подобрала с земли. Она смущённо отказалась от виллы, но Мо Цзюэфэн настоял на том, чтобы дать ей ключи от виллы. Нин Шу глянула и увидела, как всё лицо Май Доэр светилось от счастья, а потом заметила, что перед ними припарковалась роскошная машина, поэтому она нажала на тормоза и сказала: - Эй, твой мужчина уже ждёт тебя. Май Доэр открыла дверцу и отправилась к другой машине. Нин Шу наблюдала за тем, как эта машина развернулась и исчезла из поля зрения. А потом завела свою машину и отправилась обратно в апартаменты. У входа в апартаменты она столкнулась с Ся И, поэтому удивлённо подняла брови. Он был таким красивым молодым человеком, но её сердце ни капли не реагировало при виде его. Она чувствовала, что с её эстетическими вкусами теперь что-то не то. - Старшая сестрица Чэнь, я уже закончил сниматься в рекламе, есть ли для меня ещё какая-нибудь работа? Ся И сверкнул своими белыми зубами, широко ухмыляясь Нин Шу. Он был просто красавчик. ---------- Направление для Ся И? Нин Шу проигнорировала его и выудила ключи, чтобы открыть дверь, но затем Ся И плавно последовал за ней в квартиру. - Старшая сестрица Чэнь, скажешь что-нибудь? Ся И заблокировал Нин Шу путь. И хотя Ся И был молод, он был почти на голову выше Нин Шу, поэтому, когда он встал перед Нин Шу, чтобы заблокировать ей путь, он смотрел на неё сверху вниз с несколько дьявольским взглядом в глазах. Нин Шу глянула на него без интереса. - Чего ты хочешь? Я уже говорила тебе, что если хочешь что-то сказать, то просто скажи. Чего ты всё время так близко наклоняешься? Старшая сестрица Чэнь слишком стара, чтобы попадаться на этот твой трюк. Ся И закатил глаза и ответил: - Старшая сестрица Чэнь, я тут с тобой нечто серьёзное обсуждаю. - Но вот только ведёшь ты себя совсем не серьёзно. Нин Шу села на диван и сделала глоток чая. - Старшая сестрица Чэнь, а, старшая сестрица, я хочу спросить о работе. Я уже закончил сниматься в рекламе и её уже давно крутят по телевизору. Старшая сестрица Чэнь, разве ты не заметила? – Ся и прижал одну руку к стене и схватился за свою грудь. – Старшая сестрица Чэнь, ты ранила меня прямо в сердце! Нин Шу сделала ещё глоток, а потом начала листать свой блокнот, спросив его: - И какой путь ты хочешь для себя выбрать? У тебя же наверняка есть цель, верно? Цяо И пошла в пение, Май Доэр пошла в актрисы, так что же насчёт тебя? Ся И выглядел немного растерянным, когда сказал: - Похоже, что я не очень хорош в актёрском ремесле, а и моё пение довольно-таки среднее. Всё, что у меня есть, это моя красота, но с одной красотой ничего не сделать. - Какого чёрта? Нин Шу закатила глаза. Серьёзно? - Я много думал о съёмках в рекламе. Рекламы короткие и там не так много работы, как при съёмке в драме. Ся И поднял пальцы в виде буквы "V" и принял милую позу победы. Нин Шу отставила кружку. - У тебя же нет никакой славы, с какой стати людям приглашать тебя снимать в рекламе? Потрать немного времени на то, чтобы тщательно обдумать то, в каком направлении ты хочешь двигаться. А если ты собираешься вот так вслепую блуждать, то это не сработает в долгосрочном плане. Так что поспеши понять, чем же ты хочешь заниматься. Ся И почесал затылок. - Я не знаю, что мне интересно. Меня устроит что угодно, лишь бы я мог стать знаменитым. - Так что же тебе интересно? Я постараюсь и найду для тебя ресурсы в этой области. Чем бы это ни было, лучше же иметь какое-то направление, в котором двигаться, вместо того, чтобы болтаться вот так нигде? – Нин Шу пренебрежительно махнула рукой. – Выбери направление. Если у тебя не будет уникальных черт, то ты никогда не выделишься из толпы. Как же ты тогда станешь знаменитым? Обдумай всё хорошенько. А я пойду спать, потому что уже неделю не могу нормально выспаться. - Ладно, старшая сестрица Чэнь. Ся И угрюмо поплёлся к выходу. Когда Нин Шу увидела его таким, она сказала: - Вообще у меня есть работа для кинофестиваля, но у тебя нет никаких работ за плечами, поэтому ты даже не можешь пойти и просто повеселиться. Ся И стал ещё угрюмее. - Старшая сестрица Чэнь, тогда как насчёт того, чтобы я поработал над съёмками в фильмах? - Тогда почему бы тебе не попробовать сняться в дораме? Ты достаточно привлекательный, так что наверняка сможешь очаровать множество девушек? – небрежно сказала Нин Шу. Глаза Ся И засветились. - Это хорошая идея! Старшая сестрица Чэнь, у тебя есть для меня роли в дораме? Я хочу попробовать сходить на прослушивание. - Я спрошу в компании. Я обязательно найду для тебя роль, которая тебе подходит, - с улыбкой сказала Нин Шу. Выпроводив Ся И, Нин Шу вернулась в комнату, легла на постель и отключилась. С того момента, как она пришла в этот мир она постоянно была в спешке, и поэтому изрядно утомилась. К тому времени, когда она проснулась, был уже полдень следующего дня. Когда она открыла телефон, она увидела, что там было полно текстовых сообщений. Одно из них было от Май Доэр. В нём говорилось, что сегодня не нужно приезжать на место съёмок, потому что сегодня съёмок не будет. Ого, какое серьёзное своеволие. #комментарий анлейта: Ооо, Нин Шу выдала комментарий в стиле дяди школьного доктора. XD ---------- Тип Женщин, Которые Нравятся Мо Цзюэфэну Нин Шу лениво потянулась. В любом случае, это была не её проблема. Май Доэр могла сколько угодно развлекаться со своим папиком. Нин Шу особо и не было дела до будущего Май Доэр, и теперь у этой Май Доэр было желание лезть по карьерной лестнице, используя все доступные способы. Она знает, как составлять планы для себя. Она отправила несколько электронных писем по работе, относительно талантов, которые находились под её руководством, а потом начала пытаться готовить. Она чувствовала, что умение готовить было обязательным навыком. Как получатель заданий, если она не знает как готовить, тогда она не будет знать, что можно есть, а чего нельзя. И если она окажется в мире с более экстремальными условиями, то она упадёт замертво раньше, чем успеет выполнить задание. И это было просто отстой. Однако она обнаружила, что у неё просто нет таланта к приготовлению пищи. Её творения были просто ужасающими. Она не могла даже сварить на медленном огне простую кашу. Она чувствовала себя мусором. Вроде бы на системном рынке были постные пилюли. Ей просто нужно покупать немного перед каждым заданием, чтобы не изголодаться до смерти. К счастью, те пилюли были довольно дешёвыми. После этого она разочаровалась в своей готовке. Некоторые вещи были просто за пределами её способностей. Так как до этого она всё время была занята, а теперь у неё появилось свободное время, то она невольно ощутила пустоту. Все её таланты постепенно продвигались по карьере. Ся И действительно отправился сниматься в дораме, а после выпуска альбома Цяо И снова начала учиться. Похоже, что она решила пойти по пути певицы и сочинительницы песен. Что касается Май Доэр, то про неё и говорить нечего было. С ней Нин Шу виделась очень редко, примерно раз в месяц. Всё своё время Май Доэр проводила в флирте с Мо Цзюэфэном. Она теперь работала раз в три дня, развлекалась, а потом снова уходила с Мо Цзюэфэном на "перерыв". После того, как съёмки закончились, Май Доэр досталась роль главной героини. Она перескочила прямо с роли второстепенной героини, на роль главной героини. Она словно мчалась верхом на ракете. Всё совсем иначе, когда у тебя есть поддержка. Когда Нин Шу прибыла на новое место съёмки, первым делом Май Доэр сказала: - Старшая сестрица Чэнь, когда в будущем будешь искать мне роль, проследи, чтобы там не было сцен с поцелуями или ещё каких-то слишком неприличных сцен. Нин Шу: … Драмы, в которых нет сцен с поцелуями или каких-нибудь неприличных сцен? Это ещё что, чёрт подери, за фильм будет такой? Почему бы тогда не перестать притворяться и позволить Мо Цзюэфэну растить тебя? Аура Май Доэр резко изменилась. В прошлом Май Доэр была крайне непорочной, но теперь Май Доэр носила много макияжа и смелую красную помаду. Всё это полностью скрывало её непорочную ауру. Эта притворная зрелость делала вид Май Доэр совершенно неуместным. Нин Шу не могла понять, почему Май Доэр начал нравиться подобный макияж. Говорят, что когда женщина наносит много макияжа, то это означает, что они собираются сделать что-то серьёзное. Так что же задумала сделать Май Доэр? - Май Доэр, а чего у тебя такой макияж? Нин Шу не смогла удержаться от вопроса. Величайшим преимуществом Май Доэр был её непорочный вид, который привлекал к себе жалость людей. А этот зрелый макияж полностью скрывал её естественную ауру и у Май Доэр теперь не было той внешности, чтобы изображать этот кокетливый взгляд. Неужели Май Доэр страдала от какого-то психологического удара? Какая муха её укусила, что она пошла на это? На лице Май Доэр появилось удручённое выражение. - Старшая сестрица Чэнь, мне кажется, что Мо Цзюэфэн уже начал уставать от меня. Вокруг него всегда так много женщин. И все эти женщины красивые и очаровательные. Я думаю, это тот тип женщин, который нравится Мо Цзюэфэну. - И поэтому ты хочешь использовать этот метод, чтобы заставить Мо Цзюэфэна остаться? Нин Шу чуть не расхохоталась. Май Доэр явно бежала изо всех сил в противоположном направлении. Мо Цзюэфэн любит непорочных женщин. И от такого макияжа Мо Цзюэфэн устанет от неё только быстрее. Однако Нин Шу не собиралась предупреждать Май Доэр об этом. То, что отношения Май Доэр и Мо Цзюэфэна прокисли, были для неё хорошей новостью. Она обернулась и увидела яркие красные губы Май Доэр, поэтому снова отвела взгляд. - Вот почему тебе нужно хорошо планировать своё будущее. Тебе нужно в полной мере воспользоваться преимуществом, пока ты ещё нравишься Мо Цзюэфэну. Май Доэр кивнула и сказала: - Да. Вот как раз эту роль я и выпросила у Мо Цзюэфэна. Нин Шу: … Нынешняя Май Доэр поистине отличается от прежней. ---------- Старшая Сестрица Чэнь, Я Влюбилась в Него! Нин Шу никогда бы не подумала, что Май Доэр возьмёт на себя инициативу и попросит у Мо Цзюэфэна роль. Это полностью отличалось от того, какой бескорыстной она была в изначальной истории. Давать что-то по своей собственной инициативе и выполнять чью-то просьбу – это две совершенно разные вещи. Нин Шу покачала головой. С таким подходом отношения Мо Цзюэфэна и Май Доэр долго не протянут. Мо Цзюэфэн любит женщин, которые непорочны и недостаточно хорошо знают мир, потому что он чувствует желание защитить эту хрупкую непорочность и чистоту. Однако у Май Доэр уже больше не осталось ни следа той ауры. Её теперь заботит слава и успех. Май Доэр, вероятно, уже умерла для Мо Цзюэфэна, как только она попросила его о роли. - Всё нормально. Я тебе уже раньше говорила, что кронпринц именно такой. Ему нравится всё новое, так что тебе лучше быть наготове. А эта роль очень хорошая. Май Доэр с горечью улыбнулась, а потом у неё начали течь слёзы. Сквозь всхлипывания, она сказала: - Старшая сестрица Чэнь, я не хочу расставаться с Мо Цзюэфэном! Я влюбилась в него! Я не вынесу нашего с ним расставания. Нин Шу: … Да они едва ли виделись друг с другом большую часть времени, а теперь её вдруг сделали жилеткой в которую можно выплакаться. Нин Шу не чувствовала никаких эмоций. То, что они хотели делать, не имело к ней никакого отношения. Макияж Май Доэр начал растекаться от слёз, поэтому у неё не осталось выбора кроме как перестать плакать и поправить макияж. Честно говоря, плач с таким количеством макияжа делал её только уродливее. Это никак не сравнить с трогательной сценой того, как плачет человек без макияжа. Это совсем не выглядело как капля росы на цветке гибискуса. Май Доэр полностью уничтожала своё собственное преимущество. Нин Шу невольно начала даже беспокоиться за Май Доэр. Май Доэр не видела общей картины, так как без ума влюбилась в Мо Цзюэфэна. Она делала всё, что только могла придумать, чтобы оставаться вместе с Мо Цзюэфэном, но то, что она делала только ещё больше отдаляло от неё Мо Цзюэфэна. Нин Шу проследила за тем, как Май Доэр намазывает свои губы яркой красной помадой. После этого Май Доэр схватила свою сумочку известного бренда и грациозно вылезла из машины. Нин Шу покачала головой. Нарисованный тигр был похож лишь на собаку. Она подождала, пока у Май Доэр окончится день съёмок. После чего Май Доэр устало забралась в машину. Когда Нин Шу завела мотор, она спросила: - Где мне остановиться? Мо Цзюэфэн заберёт тебя? Май Доэр покачала головой. - Я не поеду сегодня на виллу и он не будет меня забирать. Я хочу вернуться в апартаменты. Нин Шу кивнула и поехала в сторону апартаментов. Май Доэр выглядела очень удручённой и обиженной, так что, похоже, у этой парочки действительно не было будущего. Как только они вернулись в апартаменты, Май Доэр ушла в душ, а потом отправилась в свою спальню. Нин Шу слышала сдавленные рыдания, идущие из комнаты. Она не стала заходить, чтобы утешить её. Её задание вероятно скоро закончится. Даже несмотря на то, что Май Доэр теперь была возлюбленной Мо Цзюэфэна, они не были настолько близки, и Мо Цзюэфэн не лелеял и не обожал Май Доэр так, как он это делал в изначальной истории. Нин Шу осталась в апартаментах на ночь. Ранним утром она увидела, что Май Доэр вылетела из своей спальни, прижимая руку ко рту, и побежала в сторону туалета. После этого послышались звуки тошноты. Нин Шу нахмурила брови. Этот знак… Май Доэр беременна??! Нин Шу стала ждать возле туалета, пока выйдет Май Доэр. Лицо Май Доэр было бледным и ей приходилось опираться на стену, чтобы стоять. Теперь Нин Шу была ещё больше уверена в своей догадке и спросила: - Ты беременна? - Э-это невозможно… Лицо Май Доэр наполнилось страхом и она слабо сползла на пол. После этого Нин Шу спросила: - Вы что, ребята, не использовали никаких мер контрацепции? Лицо Май Доэр побледнело ещё больше. На нём не было ни капли радости от того, что она станет матерью, наоборот, там был лишь страх. Май Доэр была озадачена и находилась на грани паники, но когда она увидела насколько невозмутимой была Нин Шу, её сердце тоже начало успокаиваться. Она спросила: - Старшая сестрица Чэнь, что мне делать? Что же мне делать? Нин Шу спросила: - А что ты чувствуешь? ---------- Я Не Знала, Что Нужно Принимать Лекарство - Я-я… Май Доэр прижала руку к животу. Она понятия не имела, что делать. - Мне всё ещё нужно сниматься в кино. Эта роль очень важна, так что же мне делать? Что мне делать? Нин Шу нахмурилась. - Как ты вообще позволила себе забеременеть? Это же очевидно, что ты забеременеешь, если Мо Цзюэфэн не использовал презервативы. Ты принимала какие-нибудь противозачаточные средства? Май Доэр взволнованно покачала головой. - Я не принимала. Я не знала, что нужно принимать лекарство. Какого хрена? Впрочем, чего ещё было ожидать от поистине непорочного и незапятнанного белого лотоса – главной женщины. Она даже не знала таких базовых вещей! Вот серьёзно. Май Доэр никогда не видела, чтобы Мо Цзюэфэн использовал какие-нибудь противозачаточные средства, поэтому, чтобы выслужиться перед ним, она никогда не брала на себя инициативу и не говорила ему использовать презервативы. Она больше беспокоилась о том, что Мо Цзюэфэн разозлится и что Мо Цзюэфэну она больше не будет нравиться, поэтому всегда была осторожной с Мо Цзюэфэном. Однако она действительно не знала, что женщинам нужно принимать противозачаточные средства после этого. Нин Шу: … Мужчина никогда не позволит женщине, которую он любит, страдать от таких вещей, так что, похоже, что Мо Цзюэфэн не так уж сильно любил Май Доэр. Тц, тц. В изначальной истории Май Доэр не забеременела до самой свадьбы, или, возможно, они поженились сразу же, как только она забеременела. Но женится ли Мо Цзюэфэн на ней теперь? У Нин Шу было нехорошее предчувствие. Вообще-то, у неё было очень нехорошее предчувствие. - И что ты теперь планируешь делать? Это ведь ребёнок Мо Цзюэфэна, так что, возможно, благодаря этому ребёнку тебя ждёт будущее с Мо Цзюэфэном? – неуверенным голосом сказала Нин Шу. – Однако, как бы там ни было, Мо Цзюэфэн отец этого ребёнка, так что он должен понести ответственность за него. - Прав… Правда? У меня правда может быть будущее с Мо Цзюэфэном? И это возможно благодаря этому ребёнку? Цвет лица Май Доэр улучшился и её взгляд начал сверкать. - Что бы ни случилось, я рожу этого ребёнка, - решительно сказала Май Доэр. Пока существует этот ребёнок, между ней и Мо Цзюэфэном будет связь. Она будет матерью этого ребёнка, а Мо Цзюэфэн будет отцом. - А что если Мо Цзюэфэн не согласится на это? – спросила Нин Шу. Май Доэр закусила губы, а потом сказала: - Даже если Мо Цзюэфэн не согласится на это, я всё равно сохраню ребёнка. Если у меня не будет другого выхода, то я уеду из Цзянчэна и рожу ребёнка где-нибудь ещё. Нин Шу: (⊙ｏ⊙) Это что, прелюдия к истории "побег с ребёнком"? Нин Шу невольно задумалась, не достался ли ей не тот сценарий. - Ты собираешься сохранить ребёнка? Но сможешь ли ты его вырастить сама? Тебе стоит всё хорошенько продумать. Этот ребёнок будет рождён без отца, и, если ты внезапно исчезнешь, чтобы родить его, как раз в тот момент, когда набираешь популярность, то ты потеряешь всю славу, которую с таким трудом накопила, - сказала Нин Шу, увидев решительное выражение на лице Май Доэр. Май Доэр тут же снова стала озадаченной. - Тогда что же мне делать? Нин Шу: … Блять, вы там, значит, развлекались безудержно, а теперь ты меня спрашиваешь, что делать? Какого чёрта мне знать, что делать?! Губы Нин Шу дрогнули, когда она сказала: - А ты что думаешь об этом? Какого исхода ты надеешься добиться? - Я, я-я хочу… Однако Май Доэр не смогла выдавить из себя слова. ---------- Не Отличалась От Типичных Женщин в Сфере Развлечений Нин Шу просто хотела узнать, что Май Доэр думает обо всём этом, но стоило только ей спросить, как Май Доэр начала заикаться и ничего не смогла выговорить. - Так чего же ты хочешь? – спросила Нин Шу. – Твоё нынешнее поведение сильно повлияет на компанию, поэтому мне нужно знать, как ты планируешь это уладить. Май Доэр сильно закусила губы, после чего, наконец-то, решительно посмотрела на Нин Шу. - Я хочу стать женой Мо Цзюэфэна, чтобы у моего ребёнка был отец. Нин Шу кивнула. Как и ожидалось, у Май Доэр было много амбиций. Она даже хотела стать женой Мо Цзюэфэна. Но в этот раз, вероятно, это будет не так легко. Услышав от Май Доэр о том, как с ней взаимодействовал Мо Цзюэфэн, Нин Шу была почти уверена, что Мо Цзюэфэн не был заинтересован в Май Доэр и гонялся за ней просто ради развлечения. Мо Цзюэфэну не нравились женщины, которые были слишком тщеславными, неугомонными и манипулятивными. А из-за того, что Нин Шу протащила Май Доэр в прошлом через все те прослушивания, Май Доэр много страдала. Она видела слишком много жестокой и тёмной реальности, и больше не была такой наивной, как раньше. Нынешняя Май Доэр не могла привлечь Мо Цзюэфэна. Возможно у них и были какие-то следы влечения, но, со временем, всё больше и больше чистой ауры Май Доэр исчезало. Она теперь уже не отличалась от типичных женщин в сфере развлечений. - Значит ты собираешься найти Мо Цзюэфэна и рассказать ему об этом? – спросила Нин Шу. – Как бы там ни было, ты должна попытаться. Всё же, у Мо Цзюэфэна есть ответственность перед этим ребёнком. Май Доэр кивнула, а потом схватила Нин Шу за руку и взмолилась: - Старшая сестрица Чэнь, можешь сходить со мной? Мне страшно. Мне очень страшно одной общаться с Мо Цзюэфэном. Май Доэр, похоже, чувствовала, что она не сможет справиться с результатом этого разговора, поэтому она хотела, чтобы кто-нибудь пошёл с ней, и её менеджер была лучшим выбором. Нин Шу кивнула и сказала: - Я пойду с тобой. Май Доэр облегчённо вздохнула и сразу позвонила Мо Цзюэфэну. Пока она говорила по телефону, ей приходилось прикрывать свой рот, чтобы не дать себе заплакать. Они договорились встретиться вечером на вилле. После звонка Май Доэр тут же начала плакать. Нин Шу налила для Май Доэр кружку горячего молока и сказала: - Тебе нужно поесть немного. Мы отправимся туда к вечеру, так что ты пока попытался хоть немного привести своё состояние в норму. - Я поняла. Старшая сестрица Чэнь, скажи, Мо Цзюэфэн согласится? – обеспокоенно спросила Май Доэр. Нин Шу: А разве ты не должна знать его лучше меня? Выпив молоко, Май Доэр снова отправилась в постель. Её цвет лица был очень бледным, и она выглядела очень измождённой. Из-за всех этих эмоций, бушующих в её сердце, она чувствовала себя очень обескураженной. Когда Нин Шу увидела Май Доэр такой, она сказала: - Вообще-то, мы ещё не до конца уверены, так что давай съездим в больницу, чтобы знать наверняка. Может, на самом деле, ты не беременна. - Правда? Так поехали скорее в больницу! Когда Май Доэр услышала слова Нин Шу, она словно снова обрела жизнь. Она стала поторапливать менеджера, чтобы та отвезла её в больницу, надеясь, что она на самом деле не беременна. Нин Шу отвезла Май Доэр в больницу и там взяли образец крови на анализ. Май Доэр и Нин Шу сели на стулья в коридоре и стали ждать. Май Доэр выглядела очень беспокойной. Она сплела пальцы и так сильно сжала их, что у неё побелели суставы. Так как Нин Шу сидела рядом с ней, то она чувствовала, что всё тело Май Доэр дрожит. ---------- Поджидает Еще Один Удар - Не нервничай, - мягко сказала Нин Шу. - Старшая сестрица Чэнь, у меня плохое предчувствие насчёт этого. Возможно я действительно беременна. Мне страшно. Мне очень страшно. Прошло уже два месяца с тех пор, как у меня были месячные. Май Доэр так крепко схватилась за руку Нин Шу, что её ногти практически впивались в плоть Нин Шу. На лице Нин Шу не было никакого выражения, когда она спокойно ответила: - Результаты ещё не пришли, так что не паникуй. - Номер 25, Май Доэр, прошу, входите, - прокричала медсестра. Май Доэр была так ошарашена, что её конечности ослабли, и она даже не могла подняться. Нин Шу помогла Май Доэр зайти в кабинет. Май Доэр посмотрела на доктора, и её лицо было бледным. Доктор глянул на неё, а потом коротко сказал: - Вы на седьмой неделе беременности. Эта новость была для Май Доэр словно удар молнии. Когда её менеджер сказала, что она может быть не беременна, то она почувствовала луч надежды, но теперь эта надежда окончательна потухла. От этого она чувствовала себя ещё больнее. Нин Шу помогла Май Доэр выйти из больницы и сесть в машину. Всё это время Май Доэр была словно не в себе, но когда она обнаружила, что находится в машине, она начала рыдать так, словно всему миру настал конец. Нин Шу слабо улыбнулась. Возможно, сегодня вечером её поджидает ещё один удар. Когда они вернулись в апартаменты, Нин Шу сначала заставила Май Доэр лечь спать и перестать беспокоиться обо всём, пока не наступит вечер. - Не будь слишком пессимистичной. Возможно Мо Цзюэфэн тоже хочет ребёнка. Возможно всё будет развиваться в хорошем направлении. Тебе сначала стоит отдохнуть. Я отвезу тебя на виллу вечером. Нин Шу помогла Май Доэр лечь в постель и подоткнула ей одеяло. Взгляд Май Доэр был тусклым, и она тупо уставилась на Нин Шу. Её голос был глухим, когда она спросила: - Старшая сестрица Чэнь, почему я так много страдаю? Почему моя жизнь такая ужасная? Неужели это так плохо – хотеть успеха? Неужели я должна всю свою жизнь прозябать на мелких ролях? Я больше не хочу страдать. Я хочу стать королевой кино, - сказала Май Доэр и слёзы потоками потекли по её щекам. Нин Шу ответила без всякого выражения на лице: - В этом нет ничего плохого. В твоём желании нет ничего плохого. Но в своём стремлении ты навредила другим. Из-за тебя кто-то умер. - Не думай слишком много, и просто отдохни как следует. Вечером я буду вместе с тобой. Нин Шу встала и задёрнула шторы в комнате, чтобы в ней стало меньше света. Май Доэр закрыла глаза, но уголки её глаз всё ещё были мокрыми от слёз. Нин Шу закрыла дверь спальни, когда уходила, а потом начала распределять работы для других талантов, которые находились под её управлением. Поработав немного, к тому времени, как проснулась Май Доэр, на улице уже было темно. Нин Шу заказала пиццу и сказала Май Доэр поесть немного, прежде чем отправляться на виллу, так как у них ещё было немного времени в запасе. У Май Доэр не было аппетита, поэтому она сделала пару укусов и перестала есть. Так как она была без макияжа, то её лицо было пугающе бледным. - Поешь ещё, а иначе у тебя не хватит энергии на то, чтобы действовать этим вечером. Я ещё не сказала компании о твоей ситуации, я надеюсь, что мы сможем всё уладить по-тихому, так что компании не обязательно об этом знать. После этого Нин Шу положила кусок пиццы на тарелку Май Доэр. - Нет ничего важнее, чем собственное здоровье. Май Доэр заставила себя сделать ещё пару укусов, а потом отложила пиццу. - Старшая сестрица Чэнь, у меня совсем нет аппетита. Я не смогу успокоиться, пока не разберусь с этим вопросом. Нин Шу спокойно сказала: - Даже если ты волнуешься из-за этого, то волнением ничего не решить. Вот почему люди не должны ежеминутно стремиться только к веселью, но и ценить себя больше. Май Доэр была полностью сфокусирована на том, чтобы выслужиться перед Мо Цзюэфэном, но вот как всё выглядит: если мужчина о тебе не заботится, то он и не будет ни о чём задумываться. Он даже не будет задумывать о том, как сильно их действия вредят женщине. Однако, отчасти, это и вина Май Доэр, потому что она была такой невежественной и попыталась приблизиться к Мо Цзюэфэну со скрытыми намерениями. У них обоих были скрытые намерения, так что, в какой-то мере, они были идеальной парой. ---------- Парк ’’Чистые Воды’’ Более того, хоть в изначальной истории они двое и были влюблены, по сути, это был папик и его возлюбленная. Подобные отношения только кажутся прекрасными, так как их украшает слово "любовь". Нин Шу продолжила есть кусочки пиццы, и прикончила почти половину всей пиццы, прежде чем наелась. Нин Шу подняла запястье и посмотрела на часы, после его сказала Май Доэр: - Нам пора ехать. Май Доэр кивнула, а потом схватила свою сумочку и направилась к выходу. Нин Шу глянула на её бледное лицо и спросила: - Ты прямо так собираешься ехать? - Что ты имеешь в виду? – спросила Май Доэр, причёсывая волосы пальцами. - Да ты только посмотри, какой у тебя ужасный цвет лица. Словно ты собираешься требовать вернуть тебе деньги. Любого мужчину это только отпугнёт. Воспользуйся макияжем. Так ты будешь выглядеть более уверенной, - мягко сказала Нин Шу. Если Май Доэр отправится Мо Цзюэфэну в таком жалком виде, то есть вероятность, что сердце Мо Цзюэфэна смягчится. А Нин Шу не хотела так рисковать. Май Доэр коснулась своего лица, а потом развернулась и отправилась в свою спальню. Когда она снова вышла, у неё были аккуратно подведены глаза, а на губах – красная помада, поэтому она выглядела более собранной. - Ладно, поехали. Нин Шу вышла из апартаментов вместе с Май Доэр и поехала в сторону виллы, которую Мо Цзюэфэн дал Май Доэр. Парк "Чистые Воды" был богатым кварталом, так как это было тихое и уединённое место. Земля тут стоила просто бешеных денег, поэтому Нин Шу и сказала, что Мо Цзюэфэн был очень щедр. Покупка виллы в таком месте стоила как минимум десять миллионов, поэтому она служила символом статуса. - Она вон там, так что можешь остановиться вот тут, - сказала Май Доэр. Нин Шу припарковала машину и вылезла. Вилла была прекрасна и сделана в европейском стиле. Когда она вошла в гостиную, то была ошеломлена роскошной обстановкой. На вилле никого не было. Мо Цзюэфэн ещё не вернулся. - Эта вилла уже записана на твоё имя? – спросила Нин Шу. Май Доэр села на диван, а потом покачала головой. - У меня есть ключ от виллы, но я не знаю, записана ли она на моё имя. Нин Шу: … По сути, это означало, что Май Доэр лишь обладает правом жить тут, но этот дом на самом деле не её. Нин Шу покачала головой и села на диван, чтобы дождаться прибытия Мо Цзюэфэна. Она оглядела дом и почувствовала, что он был просто огромным. Одна только гостиная была почти в 300 квадратных метров, а тут ещё были отдельные спальни, гостевые комнаты, кухня, туалеты и ещё несколько дополнительных комнат. Этот дом был просто огромен и большую часть времени в нём никто не жил, так что это была просто лишняя трата денег. Эмоциональное состояние Май Доэр стало ещё более нестабильным, когда она пришла в этот дом. Похоже, что это место вызывало у неё много воспоминаний. - Старшая сестрица Чэнь, там в холодильнике есть фрукты, так что можешь угощаться. Это всё импортные фрукты, - сказала Май Доэр. Нин Шу кивнула, но не сочла импортные фрукты такими уж соблазнительными. Любому фрукту она бы предпочла кристаллы духовной эссенции. ---------- Окружение Поистине Меняет Людей - Разве вы не в это время должны были встретиться с Мо Цзюэфэном? Почему его всё ещё нет? – спросила Нин Шу, посмотрев на свои часы. Май Доэр села на диван и осталась сидеть с прямой спиной. Её руки были сжаты в кулаки и лежали на коленях. Было очевидно, что она нервничает. Когда она услышала вопрос Нин Шу, она сказала: - Да, время то. Может он немного опоздает. Май Доэр не смогла удержаться от вопроса: - Старшая сестрица Чэнь, как мне сказать Мо Цзюэфэну о том, что я беременна? - Да как считаешь нужным. Просто скажи ему прямо, - небрежно ответила Нин Шу. Она глянула на стену, где тикали часы. Стрелки этих часов, похоже, были сделаны из золота. Прошло ещё полчаса. У Нин Шу уже глаза начали болеть от того, что она не сводила взгляда со стрелок часов. Она глянула в сторону и обнаружила, что Май Доэр всё ещё сидит также скованно на диване. Её поза ничуть не изменилась. Неужели она не чувствует усталости? Она выглядит такой напряжённой, словно собралась идти на войну. Но на самом деле Май Доэр боялась Мо Цзюэфэна, поэтому всегда волновалась о том, что он чувствует. От этого она вела себя перед Мо Цзюэфэном очень покорно. Нин Шу покачала головой. Окружение поистине сильно меняет людей. Люди не могут избежать того, что их окружение на них повлияет. И больше всего на людей влияет унижающее их окружение. Она глубоко вдохнула. Вот почему важно придерживаться своих принципов, вне зависимости от того, в каком окружении ты оказываешься. Каким бы гнусным ни оказалось окружение будущих заданий, она должна быть стойкой, а иначе она потеряет саму себя. - Мы ждём уже почти два часа. Ты должна позвонить Мо Цзюэфэну, - сказала Нин Шу. А иначе, сколько им ещё придётся ждать? Нин Шу была почти уверена, что Мо Цзюэфэн уже забыл о том, что договорился встретиться Май Доэр тут. Это показывало, что Май Доэр не занимает места в сердце Мо Цзюэфэна. - Если мы тут будем просто тупо ждать, то это ничего не решит. Позвони ему. Мы не можем откладывать разговор о твоей ситуации. Нам нужно всё прояснить, - сказала Нин Шу. Май Доэр наконец-то очнулась от своего напряжённого взгляда и поспешно достала телефон из своей сумочки, чтобы позвонить Мо Цзюэфэну. Когда Май Доэр дозвонилась, она не стала требовать и пытаться узнать, почему Мо Цзюэфэн не появился, а просто попросила поспешить, так как она должна рассказать о кое-чём важном. Когда Нин Шу заметила жалкую и скромную манеру поведения Май Доэр, она покачала головой. Любовь должна быть равной. Она строится на основе равной дружбы, но теперь Май Доэр просто была похожа на принадлежащий Мо Цзюэфэну аксессуар. - Что он сказал? – спросила Нин Шу, когда Май Доэр закончила звонок. Май Доэр с облегчением ответила: - Он сказал, что скоро будет. Нин Шу кивнула, а потом зевнула. Была уже почти полночь. Если бы Май Доэр не позвонила Мо Цзюэфэну, то он, вероятно, вообще не пришёл бы. Прошло ещё полчаса, пока снаружи, наконец-то, не послышались звуки машины. Май Доэр тут же вскочила с дивана и помчалась к двери. После этого дверь открылась. Нин Шу увидела, что Май Доэр была у входа и раскладывала тапочки для Мо Цзюэфэна. Как только Мо Цзюэфэн вошёл, он шагнул в тапочки самым естественным образом и без малейшей паузы. Но когда он увидел, что в гостиной есть кто-то ещё, в его взгляде появились следы недовольства. Май Доэр уже некоторое время была с Мо Цзюэфэном, поэтому она могла различать его настроения. Было ясно, что Мо Цзюэфэн в данный момент зол, поэтому Май Доэр тут же объяснила: - Это мой менеджер. Я позвала её, потому что хотела сегодня обсудить с тобой кое-что. Мо Цзюэфэн сел, закинул ноги на кофейный столик и начал играть ключами от машины. Было очевидно, что это очень вульгарный способ сидеть, но, когда это делал Мо Цзюэфэн, то от этого он выглядел очень уверенным в себе, соблазнительным и крутым. Нин Шу была вынуждена признать, что Мо Цзюэфэн был очень красив. Его очарование было очевидно только по тому, как Май Доэр смотрела на него с таким раболепным выражением обожания. - Так и зачем ты меня позвала? У меня ещё есть другие дела, - спросил Мо Цзюэфэн у Май Доэр. Он даже не глянул на Нин Шу. Мо Цзюэфэн увидел, что у Май Доэр было очень бледное лицо, но губы были накрашены аномально красной помадой. Это создавало ужасающий контраст с её бледной кожей. Словно губы были окрашены свежей кровью. Мо Цзюэфэн слегка нахмурился, а потом отвёл взгляд в сторону. Он опустил голову и продолжил играть своими ключами, отказываясь смотреть на Май Доэр. ---------- Я Должна Кое-Что Сказать Атмосфера в гостиной была очень тяжёлой. Мо Цзюэфэн играл со своими ключами, пока Май Доэр смотрела на него с ошеломлённым выражением на лице. Она снова и снова открывала рот, а потом мешкала. Нин Шу притворялась прозрачной и вела себя тихо. Лоб Май Доэр начал покрываться холодным потом. Она посмотрела в сторону Нин Шу, как бы прося о помощи, но Нин Шу лишь покачала головой. Подобные вещи нужно говорить лично. Когда Май Доэр увидела, что её менеджер качает головой, она крепко сжала кулаки. Её ладони были покрыты потом, потому что она просто не могла заставить себя говорить, когда увидела каким равнодушным и безразличным был Мо Цзюэфэн. - Так чего же ты хочешь? Ты позвала меня, но ничего не говоришь? Если тебе нечего сказать, тогда я ухожу. Мо Цзюэфэн убрал ноги с кофейного столика и поднялся, чтобы уйти. Май Доэр поспешно сказала: - Не уходи! Постой, я должна тебе кое-что сказать. Мо Цзюэфэн посмотрел на неё. Май Доэр сглотнула, а потом взволнованно посмотрела на него. - Я… Я люблю тебя. Мо Цзюэфэн, я правда, правда люблю тебя. И вот так Нин Шу стала свидетелем того, как Май Доэр призналась в любви Мо Цзюэфэну. Однако на лице Мо Цзюэфэна не было никакого выражения. Он слегка нахмурился, глядя на неё, и спросил: - И что? Мо Цзюэфэну, похоже, не было никакого дела до признания Май Доэр. Слишком много было женщин, которые его любили. Просто это были не те женщины, которых любил он. Май Доэр потребовалось немало смелости, чтобы сказать это. Ничуть не обеспокоенное поведение Мо Цзюэфэн вонзилось ей в сердце, словно острый нож, отчего её цвет лица стал некрасивым. Её взгляд стал тусклым от отчаяния. - Если это всё, о чём ты хотела поговорить, то я не хочу того слышать. Ты же знаешь, насколько я занятой человек. И ещё, если тебе нечего сказать, то не приводи сюда других людей. Мне это не нравится. Мо Цзюэфэн встал и направился к двери. - Не уходи! – пронзительно закричала Май Доэр. Она потянулась и схватила Мо Цзюэфэн за руку. Её глаза были полны слёз, когда она сказала: - Мо Цзюэфэн, не уходи. Мо Цзюэфэн глянул на Май Доэр сверху вниз и нахмурился. - Май Доэр, чего именно ты хочешь? Ты же знаешь что будет, если меня разозлить. Слёзы Май Доэр ручьями потекли по её щекам, и она почувствовала, как у неё внутри перевернулся желудок. Она почувствовала тошноту, но когда она увидела холодный взгляд Мо Цзюэфэна, то её всю словно окатило холодом. Она поспешно сказала: - Мо Цзюэфэн, я беременна. Уже месяц. Мо Цзюэфэн был ошарашен на мгновение, а потом отмахнулся от руки Май Доэр и глянул на Нин Шу, после чего холодно обратился к Май Доэр: - Так ты сегодня привела кого-то, чтобы потребовать от меня компенсации? Или ты хочешь заставить меня жениться на тебе? - Я… У Май Доэр словно язык онемел. Она почувствовала себя так, словно её окунули в ледяную воду. Прежде чем она успела сказать о том, что думает, слова Мо Цзюэфэна прервали её. Его слова буквально переводились так: даже и не надейся, что я на тебе женюсь. Май Доэр вяло сползла на пол. Её слёзы продолжили падать и теперь она выглядела, словно потерянная душа. Нин Шу тихо кашлянула, чтобы напомнить о своём присутствии и прервать эту атмосферу всепоглощающей боли и печали. Май Доэр и Мо Цзюэфэн одновременно посмотрели на Нин Шу. Нин Шу внезапно почувствовала напряжённое давление. Едва она только хотела заговорить, как Мо Цзюэфэн прервал её. - Ты же менеджер Май Доэр, верно? Забирай свой талант в больницу, и пусть эта девчонка избавится от ребёнка. Я его не хочу. Нин Шу: … ---------- Это Обязанность Женщины, Принимать Меры Предосторожности А что она могла сказать? - Вы же отец ребёнка, что в животе у Май Доэр. Неужели вы его не хотите? Но ведь это ваш ребёнок?! – сказала Нин Шу. Она думала, что Мо Цзюэфэн просто даст Май Доэр откупные и скажет ей делать что хочет, но Мо Цзюэфэн неожиданно сразу сказал избавиться от ребёнка Май Доэр. - Не каждая женщина имеет право рожать от меня ребёнка, - холодно сказал Мо Цзюэфэн. А потом он повернулся к Май Доэр, которая смотрела на него с отчаянием. - И как же ты забеременела? Неужели ты не принимала потом никаких контрацептивов? Разве ты не знаешь, что это обязанность женщины, принимать меры предосторожности? Страх, вызванный беременностью, её неуверенность в будущем и бессердечные вопросы Мо Цзюэфэна заставили Май Доэр почувствовать такой холод, что у неё начали стучать зубы. Она нерешительно открыла рот. - Я-я… - Или ты хотела стать моей женой, используя этого ребёнка? Май Доэр, да я ни за что на тебе не женюсь. Выражение лица Мо Цзюэфэна было очень безразличный, а слова – очень безжалостными. Май Доэр взволнованно покачала головой. - Я не хотела. Я правда не хотела! Нин Шу: … Нин Шу чувствовала отвращение и от этих двоих, что должны были быть глубоко влюблены друг в друга, но стали вот такими, и от не вызывающего сомнений тона Мо Цзюэфэна. Что он имел в виду, говоря, что эта работа женщины, принимать меры предосторожности? Он говорит это так, словно в беременности виновата женщина. Мо Цзюэфэн был из того типа людей, которые очень бережно относились к тем, кого любят, но крайне безжалостно к тем, кто им безразличен. И он был крайне серьёзен. Вот мерзавец. - Председатель Мо, как бы там ни было, это ваш ребёнок, - сказала Нин Шу. Мо Цзюэфэн холодно глянул на Нин Шу. - Это мой ребёнок? Возможно, а может быть, что и не мой. Нин Шу: Что за хуйня… - Мо Цзюэфэн, это правда твой ребёнок. Неужели ты думаешь, что я такой человек? Ты мой единственный мужчина. Мо Цзюэфэн, я умоляю тебя, прошу, не надо делать больно нашему ребёнку! Я тебя умоляю! Май Доэр прикрыла живот руками, а по её лицу потоками лились слёзы. Мо Цзюэфэн присел, протянул руку и взял Май Доэр за подбородок. Он посмотрел прямо на неё и сказал: - Так значит ты говоришь, что хочешь родить этого ребёнка? Я на тебе не женюсь, и я ни за что не позволю существовать незаконнорожденному ребёнку. Бессердечное выражение лица Мо Цзюэфэна отразилось в больших глазах Май Доэр. Всё её тело дрожало. - Почему? Почему ты так жесток со мной? - Почему? Потому что ты мне не нравишься. В прошлом я думал, что ты немного интересная, но я обнаружил, что на самом деле ты не отличаешься от других женщин в сфере развлечений, - Мо Цзюэфэн отпустил подбородок Май Доэр и отряхнул руки, прежде чем добавить: - Если хочешь обговорить условия, то давай обговорим условия. А то звук твоего плача раздражает. Потом Мо Цзюэфэн посмотрел на Нин Шу. - Раз ты тут, то у тебя наверняка есть мотив. Так что говори, чего вы хотите? - Мо Цзюэфэн, я ничего не хочу! Только прошу тебя, не навреди нашему ребёнку! Май Доэр затрясла головой так, словно от этого зависела её жизнь. Мо Цзюэфэн раздражённо потёр свой лоб. - Перестань. Хватит уже тратить моё время и просто скажи чего хочешь. Какую роль ты хочешь от меня в этот раз? Я её тебе дам. Май Доэр выглядела так, словно её ударило молнией. Она чувствовала себя так, словно Мо Цзюэфэн топчет её достоинство и безжалостно растирает его по грязи. Нин Шу: … Почему у неё такое ощущение, словно история очень сильно изменилась? Разве Мо Цзюэфэн не должен был быть крайне влюблён в Май Доэр и обожать её? Почему эта ситуация так далека от этого? Он был таким холодным, словно общался со второстепенной главной женщиной. Неужели ему больше не нравится Май Доэр, потому что она теперь не была такой непорочной и безупречной, как это было в изначальной истории? Неужели Мо Цзюэфэну просто нравятся красивые и непорочные женщины, и не важно, какая именно это женщина? ---------- Ли Доэр, Или Еще Какая-Нибудь Доэр Когда Май Доэр впервые пришла в сферу развлечений, она была прекрасно непорочна. После короткой судьбоносной встречи с Мо Цзюэфэном, эти двое влюбились друг в друга. Мо Цзюэфэну нравились только те женщины, которые были непорочны и которые мало что знали о мире. Такой женщиной могла быть Май Доэр, но могла быть и Ли Доэр, или ещё какая-нибудь Доэр. Теперь, когда Май Доэр изменилась и, по существу, она уже больше не была непорочной, Мо Цзюэфэн был лишь временно заинтересован в ней. Их отношения были чисто как у папика и его любовницы. Она отдавала своё тело, а он давал ей ресурсы, чтобы помочь подняться в мире развлечений. Эти отношения были чёткими и однозначными. Нин Шу поняла, что Мо Цзюэфэн был влюблён лишь в определённое ощущение. И пока женщина могла дать ему это ощущение, он в неё влюблялся. Однако из-за небольшого изменения в истории, изначальная главная женщина, Май Доэр, больше не была главной женщиной, так как она больше не была невинной и невежественной относительно путей этого мира! Это была очень печальная история. Мо Цзюэфэну, похоже, надоел плач Май Доэр. - Ты не можешь оставить этого ребёнка. Через два месяца будет роль для второстепенной главной женщины в фильме на 200 миллионов. Можешь взять себе эту роль. Хватит уже проверять мой предел терпения. Мо Цзюэфэн выписал чек для Май Доэр и положил его на кофейный столик, после чего развернулся, чтобы уйти. У Май Доэр даже не хватило смелости, чтобы попросить Мо Цзюэфэна остановиться. Она стиснула свою одежду и просто дрожала. Сделав несколько шагов, Мо Цзюэфэн остановился и снова повернулся к Май Доэр. - Ах да, и ещё кое-что… Май Доэр скованно обернулась и с надеждой посмотрела на Мо Цзюэфэна. Она надеялась, что Мо Цзюэфэн передумал. Мо Цзюэфэн проигнорировал влюблённый взгляд Май Доэр и холодно сказал: - Май Доэр, хватит уже пытаться идти на всякие хитрости, а иначе я сделаю так, что ты сама захочешь умереть. Избавься от ребёнка немедленно и даже не надейся использовать ребёнка, чтобы шантажировать меня. Если ты его родишь, то я прослежу за тем, чтобы ты больше никогда не появлялась в сфере развлечений. Нин Шу: … Боже мой!!! Она уже побывала в нескольких мирах, но это всё равно впервые, когда она видела, чтобы главный мужчина был настолько беспощаден по отношению к главной женщине. Вот что бывает, когда тебя не любят. Без нежной любви главного мужчины, жизнь Май Доэр нельзя было даже сравнить с пушечным мясом. Вот почему во всём лучше всего полагаться только на себя. Если полагаться на других, особенно на мужчин, то они подведут тебя как раз в тот момент, когда тебе больше всего нужна их помощь. Женщины могут жить прекрасной жизнью и без любви мужчины. Важнее всего, чтобы они любили себя. Май Доэр думала, что Мо Цзюэфэн обернулся, потому что пожалел о том, что сказал и решил остаться. Если бы Мо Цзюэфэн сказал ей что-нибудь нежное, то она бы без колебаний решила остаться с ним. Однако, неожиданно, следующие слова Мо Цзюэфэна были ещё более болезненными для неё. Слёзы беспрестанно лились из её глаз, когда она смотрела, как уходит Мо Цзюэфэн. Его спина была как всегда внушительной, но теперь она выглядела как никогда равнодушной. Такой равнодушной, словно Май Доэр никогда больше не пересечётся с ним. Снаружи послышался звук двигателя, а потом всё затихло. Было ясно, что Мо Цзюэфэн уже уехал. Май Доэр неподвижно уставилась на дверь, а потом свернулась клубком на полу и начала рыдать. Она плакала так сильно, что у неё сотрясались плечи. Это было крайне жалобное зрелище. ---------- Непомерно Высокая Плата За Расставание Нин Шу глянула на чек, что лежал на кофейном столике и обнаружила, что там было семь нулей! Он давал десять миллионов в качестве платы за расставание, да ещё и роль второстепенной героини в крупном кино? Эта плата за расставание была совсем не мелочь. - Май Доэр, ты в порядке? – спросила Нин Шу, глядя на Май Доэр, которая всхлипывала так сильно, что едва успевала дышать. Ну и какая тут польза от плача? Другая сторона явно просто играла, но Май Доэр действительно надеялась на брак. У Май Доэр даже не было шанса озвучить свои желания, прежде чем Мо Цзюэфэн сразу же всё разрушил. Если она покорно избавится от ребёнка, тогда ей достанется роль второстепенной героини и десять миллионов долларов. Если она захочет оставить ребёнка, тогда Мо Цзюэфэн наверняка не будет вежлив, и Май Доэр ждёт довольно трагичный конец. Всё зашло уже настолько далеко, так что задание, вероятно, почти закончено. И тот, кто со всем разобрался в плане Май Доэр, был как раз тем, кого она больше всех любила. Нет большей боли, чем быть глубоко раненым тем, кого ты любишь. Май Доэр не обратила внимание на Нин Шу и села. Она начала бить себя кулаками по животу и кричать: - Это всё из-за беременности! Это все её вина! Нин Шу была ошарашена на мгновение, а потом быстро схватила Май Доэр за руки, чтобы не дать ей бить себя. Нин Шу холодно спросила: - Что ты делаешь? - Если бы я не забеременела, то Мо Цзюэфэн не расстался бы со мной. Если бы я не пришла сюда и сказала Мо Цзюэфэну, что я беременна, то Мо Цзюэфэн не был бы таким. Май Доэр так сильно ударила себя по животу, что живот начал болеть. Она была зла и испугана. Её брови собрались в кучу от боли. Всё её лицо исказилось, пока она продолжала бормотать: - Если бы я с самого начала избавилась от этого ребёнка и не позволила бы Мо Цзюэфэну узнать об этом, то он бы не разозлился и не порвал со мной. Почему? Почему? Нин Шу: … Нин Шу лишилась дара речи от этого ненормального поведения Май Доэр. Иногда человеческая натура может быть такой уродливой, что на неё даже невозможно смотреть. Нин Шу показалось, что Май Доэр сошла с ума. Май Доэр, похоже, усиливала все негативные эмоции, которые она испытывала, до невероятной степени, так как она изначально была очень эгоистичной женщиной. Если был тот, кто обожал её и который позволял ей жить без страха и тревог, то она спокойно жила благословенной жизнью, отмокая в меду. Однако, когда она страдала, то она чувствовала себя так, словно весь мир пытается сделать ей больно. Она никогда не задумывалась о том вреде, который она причиняла другим. - Май Доэр, успокойся немного, - Нин Шу крепко схватила Май Доэр за запястья и добавила: - Будь рациональной. Май Доэр тупо уставилась на Нин Шу на мгновение, а потом оттолкнула её и закричала: - Это всё твоя вина! Если бы не ты, то со мной бы этого не случилось! Май Доэр встала и начала идти к двери. Сделав несколько шагов, она внезапно схватилась за живот и начала кричать. - Ай! У меня живот болит! Она прижала руку к животу и прислонилась к стене. Она почувствовала, как по её ногам стекает что-то горячее. - Старшая сестрица Чэнь, у меня очень болит живот! – закричала Май Доэр и её лицо побледнело. Когда Нин Шу увидела кровь, текущую по ногам Май Доэр, она тут же поняла, что произошло. Она вздохнула и использовала то крошечное количество энергии в своём теле, чтобы подойти и поднять Май Доэр на руки, словно невесту. Она отнесла её к машине, а потом поехала в больницу. Май Доэр держалась за живот. Ей было так больно, что её волосы промокли от холодного пота и она невольно стонала от болезненной агонии. Нин Шу приехала в больницу так быстро, как только могла, и медсестра помогла перенести её на больничную каталку. Нин Шу положила Май Доэр на каталку, а потом встряхнула своими онемевшими руками. Май Доэр увезли в операционную, поэтому Нин Шу осталась ждать снаружи. Она не чувствовала никакой жалости к Май Доэр. По её мнению Май Доэр сама на себя всё это навлекла. Она даже не использовала контрацептивы, и била себя по животу, даже зная, что она беременна. Разве это не явное усложнение своей жизни? Уже было почти утро. Нин Шу была очень сонной и практически засыпала на стуле для ожидания. Когда дверь в операционную наконец-то открылась, Нин Шу спросила: - Доктор, как пациентка? - Она в порядке. Мы ввели ей флавоноиды. Будет лучше, если она некоторое время останется в больнице, чтобы мы могли проследить за её состоянием, - сказал доктор. Нин Шу кивнула. - Спасибо, доктор. ______________________________________________________________________ Флавоноиды - обладают способностью уменьшать проницаемость и ломкость капилляров, тормозят свёртывание крови и повышают эластичность эритроцитов. ---------- Я Потеряла Ребёнка? Май Доэр выкатили из операционной, и она всё ещё была без сознания. Её лицо было таким бледным, что казалось почти прозрачным, а в её губах совсем не было цвета. Нин Шу проследовала за ними в палату и села рядом с Май Доэр, чтобы присматривать за ней. Она была очень измотана, поэтому уснула рядом с койкой. Когда она снова очнулась, снаружи уже было светло. Она оглянулась и увидела, что Май Доэр уже не спит и просто тупо смотрит в потолок. Нин Шу спросила: - Когда ты проснулась? Май Доэр перевела свой пустой взгляд на Нин Шу и слабо спросила: - Я сейчас очень плохо выгляжу, да? Нин Шу: … А разве она не должна была спрашивать о том, как там её ребёнок? - Нет ничего хорошего или плохого в том, как выглядят беременные люди, - Нин Шу встала и немного потянулась. – Какое-то время тебе придётся оставаться в больнице. Доктор сказал, что твоё здоровье в очень плохом состоянии. Май Доэр поспешно спросила: - Я потеряла ребёнка? - Он всё ещё там, - ответила Нин Шу. Она не знала, возможно у неё было искажённое восприятие, но ей действительно показалось, что во взгляде Май Доэр появились следы разочарования. Неужели Май Доэр была разочарована тем, что ребёнок был всё ещё там? После этого Нин Шу сказала: - Тебе нужно пока отдохнуть. Доктор сказал, что ты больше не можешь работать и тебе лучше не волноваться слишком много. - Но я всё ещё должна сниматься в кино. Брови Май Доэр нетерпеливо собрались в кучу. Нин Шу подняла брови. - Ты хочешь сниматься в таком состоянии? Твоё тело этого не выдержит. У тебя и так уже признаки того, что может быть выкидыш. Съёмки – дело утомительное, поэтому может оказаться, что у тебя снова пойдёт кровь, как сегодня. Если другие люди это увидят, то возникнут подозрения. - Но я же главная героиня этого фильма! Я впервые снимаюсь в роли главной героини! Я, я очень… Чем больше говорила Май Доэр, тем злее она становилась. Её цвет лица побледнел, когда её лицо исказилось от боли и гнева. - У меня живот заболел, он очень болит. Май Доэр схватилась за живот. Нин Шу: Я… Она даже не знала, что сказать. Она поспешила вызвать доктора, и доктор быстро сделал Май Доэр укол. Май Доэр было так больно, что её лицо покрылось холодным потом. Май Доэр сильно закусила губы, а потом повернулась к доктору и выдавила из себя слова: - Я больше не хочу этого ребёнка. Помогите мне с абортом. - Это… Доктор посмотрел на Нин Шу. Нин Шу глянула на Май Доэр, чтобы спросить: - Ты уверена? Май Доэр закусила свои бесцветные губы и кивнула Нин Шу, после чего глубоко вдохнула, чтобы сказать: - Я не хочу этого ребёнка. Нин Шу нахмурилась. - Ты всё хорошенько обдумала? - А у меня есть другой выбор? – спросила Май Доэр. Её тело задрожало, когда она воскликнула: - У меня уже не осталось других путей. - Тогда, пожалуйста, распишитесь тут, - сказал доктор и протянул Нин Шу документ, но Нин Шу отмахнулась от него. - Я не её родственница. Пусть она сама подписывает. Май Доэр подписала документ, игнорируя боль, а потом словно развалилась на части и закричала: - Скорее, избавьте меня от этого ребёнка. Мне от него так больно! Медсёстры увезли каталку в операционную, а Нин Шу осталась ждать снаружи, глядя на светящуюся надпись "Идёт операция". ---------- Я Потеряла Ребенка! Примерно через час Май Доэр выкатили из операционной. Её лицо было бледным как бумага, и она выглядела почти безжизненной, лёжа на своей койке. Она выглядела крайне жалко. Нин Шу посмотрела на живот Май Доэр. Маленькая жизнь, что была внутри, уже исчезла. Она никогда не ожидала, что у Май Доэр действительно хватит решимости избавиться от ребёнка. Однако оставлять ребёнка было бы очень хлопотно, особенно когда отец ребёнка совсем его не хочет. Мо Цзюэфэн не хотел, чтобы какая-то случайная дешёвка рожала его детей, а Май Доэр как раз можно было счесть подобной дешёвкой. Как только анестезия прошла, Май Доэр постепенно проснулась. Прежде чем она что-либо сказала, у неё полились слёзы. Она выглядела так, словно ей очень больно. Нин Шу протянула Май Доэр чек и сказала. - Этот чек тебе дал Мо Цзюэфэн. Май Доэр слабо подняла руку, чтобы взять чек. Она хотела порвать его, но, в итоге, не стала. Она посмотрела на Нин Шу своими красными глазами и словно выплюнула слова: - Я так много страдала, но всё, что я получила – это десять миллионов и роль. Я потеряла ребёнка! Моего ребёнка больше нет! Нин Шу: Как это бесит. Как же это бесит… Она же сама подписала документ, чтобы избавиться от ребёнка. И то, как она сейчас себя ведёт – это просто приводит в бешенство. Неужели она теперь пыталась выразить свою обиду и вину, которые чувствовала по отношению к этому ребёнку? Нин Шу ничего не почувствовала, когда увидела насколько больно Май Доэр. Наоборот, ей даже захотелось рассмеяться. Нынешняя Май Доэр поистине была другой. Она больше не была непорочной и равнодушной женщиной. Если бы это была прошлая Май Доэр, то она бы ни за что не сказала чего-то вроде того, что ей досталось лишь десять миллионов и роль. Ведь она считала что достоинство важнее жизни. - Отдохни хорошенько. Людям нужно смотреть вперёд, - мягко сказала Нин Шу. Май Доэр посмотрела на Нин Шу и закусила губы. Спустя некоторое время она сказала: - Старшая сестрица Чэнь, тебе не стоило отвозить меня тогда к Мо Цзюэфэну. Если бы мы разобрались со всем этим в частном порядке, то Мо Цзюэфэн не бросил бы меня. Он бы тогда со мной не расстался. Нин Шу: … Так значит это теперь её вина?! Нин Шу безразлично ответила: - Если бы ты с самого начала хотела избавиться от ребёнка, то надо было мне сказать. Тогда я бы не повезла тебя на виллу. Тогда Май Доэр явно надеялась на то, что ребёнок поможет ей создать будущее с Мо Цзюэфэном. Но Мо Цзюэфэн неожиданно оказался таким безжалостным, что она теперь жалеет о том факте, что рассказала ему о своей беременности. Если бы она не рассказала, то они бы не расстались. По сути, они лишь хотела заполучить как можно больше выгоды. Нин Шу почувствовала, что быть менеджером – это очень грустно. Ведь она так усердно работала всю ночь, но даже не услышала и слова благодарности. Наоборот, её винили во всём. Она просто не могла понять, почему Май Доэр считала, что всё сделанное ради неё менеджером считалось как само собой разумеющееся. Нин Шу мягко ответила: - Если ты считаешь, что это моя вина, то мне нечего сказать. Просто помни, что я никогда не лезла в твои дела с Мо Цзюэфэном. Тебе стоит отдохнуть и восстановиться. Всё-таки, тебя ждут съёмки в кино. Май Доэр почувствовала себя очень обиженной, когда увидела какой безразличной была её менеджер. Она чувствовала, что жизнь просто насмехается над ней. Её бросил тот, кого она любила, она потеряла ребёнка, да ещё и её менеджер теперь издевается над ней, поэтому ей не на кого больше положиться. - Старшая сестрица Чэнь, ты теперь смотришь на меня свысока, потому что Мо Цзюэфэн уже порвал со мной? - потребовала ответа Май Доэр, глядя на Нин Шу красными глазами. Нин Шу: … Это ещё что за логика такая? Неужели Май Доэр думает, что все в этом мире должны пытаться выслужиться перед ней только потому, что она была с Мо Цзюэфэном? А теперь, когда Мо Цзюэфэна больше нет, она чувствовала себя так, словно все с презрением отталкивают её от себя? Похоже, что Май Доэр начала слишком полагаться на Мо Цзюэфэна. Даже если Мо Цзюэфэн относился к ней хорошо, она всё равно не могла уйти от него. В глазах у Май Доэр потемнело, а живот начал очень болеть. Он так сильно болел, что Май Доэр хотела расплакаться. Каждый раз, когда она вспоминала Мо Цзюэфэна, то чувствовала, как боль пронзает её до самых костей. ---------- Жизнь Без Мо Цзюэфэна Самым важным было то, что Май Доэр уже привыкла к жизни под опекой Мо Цзюэфэна. Пока в её жизни присутствовал Мо Цзюэфэн, её путь вперёд был идеально гладким. Когда он стоял за её спиной, она была полна чувства безопасности. Но теперь он её бросил, и она невольно чувствовала ужас. Она была в ужасе от того, что её жизнь вернётся к тому, какой она была раньше. Без поддержки Мо Цзюэфэна даже самые простые вещи стали невероятно трудными. Май Доэр уже привыкла к тому, что Мо Цзюэфэн со всем ей помогал. От этого чувства она была такой радостной и беззаботной, но теперь ей придётся вернуться к страданию и мелким ролям? Ей снова придётся кланяться людям и устраивать скандалы? Одна только мысль об этом пугала её. Причина, почему она не хотела уходить от Мо Цзюэфэна была не только в том, что она влюбилась в него, но и потому, что он обладал такой огромной властью. Май Доэр невольно заплакала, когда подумала о будущем. Почему? Почему?! Почему всё вышло вот так? Она действительно жалела о том, что рассказала Мо Цзюэфэну о том, что беременна. Если бы она по-тихому избавилась от ребёнка и отдохнула некоторое время, тогда, вероятно, она могла ещё некоторое время быть вместе с ним. Но теперь она уже больше не подходит для того, чтобы оставаться с ним. Нин Шу безразлично смотрела на то, как вопила Май Доэр, а потом помогла ей пройти через процедуру выписки и привезла её обратно в апартаменты, чтобы отдохнуть. Май Доэр очень не хотела уходить из больницы. Ей показалось, что её менеджер была просто крайне скупой и не хотела оплачивать больничные счета. Когда Нин Шу увидела выражение лица Май Доэр, то сразу же поняла, о чём та думает. - В больнице полно народу и постоянно кто-то сплетничает. Неужели ты хочешь знать, чтобы люди узнали о твоём аборте? Так или иначе у тебя уже есть некоторая слава. Или ты надеешься на скандал? – холодно спросила Нин Шу. Май Доэр вынуждена была проглотить свои жалобы, поэтому она злобно закусила свои губы, накрылась одеялом и отвернулась к окну. Нин Шу больше не стала обращать на неё внимание. Когда они вернулись в апартаменты, Май Доэр отправилась в свою комнату отдыхать. В этот раз Май Доэр серьёзно повредила своё здоровье. Какая польза от всего остального, если ты не ценишь своё тело превыше всего? Режиссёр позвонил, чтобы Май Доэр приезжала на место съёмок, но Нин Шу использовала оправдание, что Май Доэр сильно простудилась, и сказала ему, чтобы он отложил всё на несколько дней. Это был фильм, в который инвестировал Мо Цзюэфэн и он же сделал так, чтобы Май Доэр взяли на роль главной героини. И, раз Май Доэр приболела, то режиссёр не мог ничего сказать и съёмочная группа могла лишь ждать, пока Май Доэр станет лучше, чтобы продолжить съёмки. Однако, к удивлению Нин Шу, Май Доэр отдохнула всего неделю, прежде чем вернуться к работе. Её лицо было совсем бледным, когда она покидала апартаменты. - Почему бы тебе не отдохнуть ещё несколько дней? У тебя не очень хороший цвет лица, - сказала Нин Шу. Какой смысл в том, чтобы вот так надрываться? Без хорошего здоровья, всё остальное не имело значения, а съёмки отнимали много энергии. Нин Шу просто предупреждала Май Доэр, но Май Доэр резко начала кричать на неё: - Мо Цзюэфэн уже бросил меня! Я больше не женщина Мо Цзюэфэна! Если я не буду сниматься, может мне тогда просто стоит дождаться, пока Мо Цзюэфэн заменит меня? Нин Шу: … Делай как хочешь. Нин Шу пожала плечами. В любом случае, это не её здоровье было подорванным. С нынешним темпераментом Май Доэр лучше было не шутить. Вероятно она страдает от серьёзного психологического удара. Нин Шу отвезла Май Доэр на место съёмок, где обнаружила, что Мо Цзюэфэн тоже присутствует там. За прошедший период времени Мо Цзюэфэн ни разу не приходил её навестить. Он даже не заходил в больницу, когда она прошла через операцию. Ей было так больно, но он о ней даже не спрашивал. ---------- Новая Страсть Мо Цзюэфэна Но больше всего боли Май Доэр принёс тот факт, что рядом с Мо Цзюэфэном была девушка и взгляд Мо Цзюэфэна был очень нежен, когда он смотрел на неё. Нин Шу тоже увидела женщину, стоящую рядом с Мо Цзюэфэном. Эта женщина была практически копией Май Доэр. У неё была очень ясная и нежная внешность, а её аура была очень непорочной. Когда Нин Шу увидела это, она ещё больше убедилась в том факте, что Мо Цзюэфэну нравится как раз такой тип женщин. И что это была за женщина, на самом деле, не имело значения. Май Доэр вытерла слёзы, достала сумочку для макияжа и попыталась сделать свой цвет лица немного лучше. Её руки дрожали, когда она накладывала макияж. Слёзы снова наполнили её глаза, но она наклонила голову назад, не давая им вытекать. Наконец, она надела солнечные очки, потянула за ручку дверцы и вышла из машины. Нин Шу стала наблюдать за тем, как Май Доэр заставляет себя подойти к Мо Цзюэфэну. Нин Шу покачала головой. Разве она не направлялась туда как раз, чтобы напроситься на унижение? Похоже, что Мо Цзюэфэн нашёл для себя новую настоящую любовь. Она не знала, что Мо Цзюэфэн сказал Май Доэр, но Май Доэр пошатнулась, словно от удара. Она теперь выглядела совершенно обессиленной и изрядной обиженной, когда направилась переодеваться. Нин Шу вылезла из машины. Когда она увидела, что Мо Цзюэфэн пристально смотрит на неё, она была немного ошарашена. Зачем ему на неё-то смотреть? А потом Мо Цзюэфэн вообще пошёл в её сторону. Когда он приблизился, он спросил: - Май Доэр сделала аборт? Нин Шу кивнула. Выражение лица Мо Цзюэфэна стало странным образом недовольным. Когда Нин Шу увидела его вот таким, она подумала о том, что ему действительно грустно за ребёнка. Если он не мог вынести потери ребёнка, тогда ему нужно было сказать об этом Май Доэр. Зачем он спрашивает о ребёнке сейчас, когда его уже нет? - Как и ожидалось, она была лишь безжалостной женщиной, которая готова пойти на любые меры, чтобы заполучить необходимый статус, - презрительно хмыкнул Мо Цзюэфэн. Нин Шу: … Да этот парень просто чокнутый. Он сам угрожал Май Доэр, чтобы она сделала аборт. Но теперь, когда Май Доэр действительно сделала аборт, он решил, что она была таким человеком, который готов пожертвовать своим собственным ребёнком ради денег и статуса. В любом случае, если мужчина тебя не любит, ты всегда будешь полна недостатков. Всё, что ты делаешь, будет неправильно и само твоё существование будет чем-то вроде ошибки. Нин Шу никогда не ожидала, что сможет каким-то образом сломить любовь настоящей любовной парочки. Нет, вообще-то, если говорить точно, то они уже больше не были настоящими возлюбленными, так как Май Доэр больше не обладала теми качествами, которые так любил Мо Цзюэфэн. Из-за тех жёстких условий, с которыми столкнулась Май Доэр, она стала очень нетерпеливой в отношении успеха и возненавидела, когда люди смотрят на неё сверху вниз. Поэтому у неё уже больше не было той самоуверенности и наглости перед лицом Мо Цзюэфэна, как это было в изначальной истории. Вместо этого она пыталась выслужиться перед Мо Цзюэфэн как только могла. Но было слишком много людей, которые хотели выслужиться перед Мо Цзюэфэном, поэтому его не интересовали люди, которые ему льстят. Он любил наивных и прекрасных женщин, которые были достаточно смелыми, чтобы без страха выражать перед ним свой темперамент и свою избалованность. Нин Шу показалось, что этому парню просто охренеть как хочется быть угнетённым. Что за грёбанный психо. Так как Мо Цзюэфэн наблюдал за съёмками, то Май Доэр не могла сконцентрироваться на своей роли. И в комбинации с тем фактом, что она не очень хорошо себя чувствовала, это привело к тому, что она постоянно портила дубли. И чем больше плохих дублей она делала, тем более нетерпеливой и взволнованной она становилась. Она чувствовала себя раздавленной всеми недавними событиями. Почему жизнь была для неё такой трудной? Она чувствовала, что все остальные живут гораздо более счастливой жизнью, чем она. Когда Нин Шу увидела Май Доэр такой, она поняла, что актёрские навыки Май Доэр ничуть не улучшились. Теперь, когда Мо Цзюэфэн больше не планировал помогать Май Доэр, то впереди её ожидала ещё более суровая реальность. К тому времени, когда Май Доэр наконец-то закончила съёмки, её лицо было пугающе бледным и она прижимала руку к животу, когда осторожно села в машину. ---------- Подралась с Новой Страстью Мо Цзюэфэна Май Доэр прижимала руку к животу даже в машине. Она выглядела так, словно ей неудобно, но её взгляд всё ещё был зафиксирован на Мо Цзюэфэне. Когда она увидела, что Мо Цзюэфэн радостно болтает с той девушкой и улыбается ей, Май Доэр почувствовала сильную обиду и зависть. - Эта девушка – новая страсть Мо Цзюэфэна? Похоже, что Май Доэр спрашивала у Нин Шу. Нин Шу посмотрела в ту сторону и прищурилась. - Наверное. Цвет лица Май Доэр тут же ухудшился. Нин Шу поехала в апартаменты. После того, как Май Доэр помылась, она сразу же направилась в свою спальню отдыхать, даже не поужинав. Похоже, что она была серьёзно измождена. Это задание, вероятно, закончится через несколько дней. У нынешней Май Доэр нет ни романтических отношений, ни карьеры. Если честно, то Нин Шу не могла даже смотреть на то, как Май Доэр пытается играть роль. Возможно всё дело в том, что у Май Доэр в голове слишком много мыслей, а может в том, что она слишком много времени провела, пытаясь выслужиться перед Мо Цзюэфэном, но её актёрские навыки ничуть не улучшились. На следующий день Май Доэр встала очень рано. Немного поев, она попросила Нин Шу отвезти её на место съёмок. Нин Шу увидела, что цвет лица Май Доэр был ещё хуже, даже после отдыха на протяжении всей ночи, поэтому она спросила: - Ты точно справишься? Май Доэр холодно глянула на Нин Шу. - Даже если я не справлюсь, разве ты не должна всё равно заставить меня пойти? Если я не пойду, то как компания сможет получать прибыль и как тебе это зачтётся? Ты действительно заботишься о моём здоровье? Как бы там ни было, я должна продолжать сниматься. Всё же, не могу же я просто стоять и смотреть, как та стерва сначала крадёт моего мужчину, а потом крадёт мою роль? Нин Шу: … Ладно. Нынешняя Май Доэр была просто полна жалоб. Любое случайное замечание кого угодно могло заставить её взорваться потоком ругательств. Нин Шу ничего больше не сказала и отвезла Май Доэр на место съёмок. Мо Цзюэфэн всё ещё был там. Когда Май Доэр увидела Мо Цзюэфэна, то её сердце сжалось от боли. В прошлом, Мо Цзюэфэн присутствовал на съёмках из-за неё, но теперь Мо Цзюэфэн присутствовал из-за другой женщины. От этого её сердце конвульсивно сжималось от боли. Каждый раз, когда Нин Шу видела, что на лице Май Доэр появляется такое выражение, словно она страдает от величайших печали и боли, что существуют в мире, Нин Шу чувствовала боль в яйцах. Ведь уже не нужно было так много об этом думать. Подобные вещи уже прошли, так что их нужно отпустить. Был ли вообще смысл быть такой противоречивой из-за этого? Неужели Май Доэр всё ещё не понимает насколько плохой стала её ситуация? Вместо того, чтобы тратить время на обиду из-за всего этого, почему бы не сфокусироваться на работе, чтобы обеспечить её будущее? Личность человека определяет его судьбу. В изначальной истории ей очень повезло, что у неё был Мо Цзюэфэн, который разбирался со всеми проблемами вместо неё. Ей не приходилось ни капли страдать, поэтому, пока она купалась в любви Мо Цзюэфэна, многие черты её личности не раскрылись. Однако нынешняя Май Доэр раскрыла множество своих внутренних черт вроде эго; её крайне самовлюблённое эго. Май Доэр подавила ту печаль, которую она ощущала. Однако во время съёмок она подралась с новой страстью Мо Цзюэфэна. Пока они снимались, когда ей пришлось смотреть на лицо этой женщины, которое оказалось перед ней. Её кровь вскипела в голове и, ни о чём не думая, она начала лупить эту женщину. Она влепила несколько хороших пощёчин, сразу же после этого Мо Цзюэфэн пинком свалил её за землю. Этот пинок был сильным и направлен был прямо в её живот. Она схватилась за живот обеими руками. У неё было такое ощущение, что живот разорвался. От этой острой рвущейся боли она потеряла сознание. Мо Цзюэфэн не обратил внимание на лежащую на земле Май Доэр, которая была без сознания, и притянул к себе ту женщину, чтобы утешить её. Нин Шу: … КАКОГО ХЕРА?! ---------- Красные Огни Операционной... Нин Шу поспешно подошла, чтобы поднять Май Доэр, закинула её в машину и поехала в больницу. Когда она опустила взгляд, она увидела, что её рука в красных пятнах, и штаны Май Доэр окрасились кровью. Да что это за ситуация такая? Всё выглядело так, словно у Май Доэр был выкидыш, но она же уже сделала аборт? Нин Шу вытерла салфеткой кровь, а потом начала ехать быстрее. Как только они оказались в больнице, Май Доэр тут же отправили в операционную. Пока Нин Шу смотрела на красные огни операционной, она была совершенно лишена дара речи. Она никогда раньше не встречала кого-то, кто так хорошо умел дразнить смерть. Большую часть того, от чего Май Доэр страдала, она же сама на себя и навлекла. Дверь операционной открылась и вышла медсестра. Нин Шу спросила: - Как там её ситуация? - У пациентки произошёл разрыв матки, и она потеряла много крови. Я направляюсь в сторону банка крови, чтобы принести донорскую кровь. После этого медсестра поспешно ушла. Нин Шу: … У неё произошёл разрыв матки? Неужели Мо Цзюэфэн пнул с такой силой, что у неё порвалась матка? Охренеть, всё произошло так быстро, что она едва успела за этим уследить. Мо Цзюэфэн и Май Доэр внезапно стали величайшими врагами, и Мо Цзюэфэну теперь совершенно отвратительна Май Доэр. Однако, так или иначе, Май Доэр была главной женщиной. И по какой-то причине она спускалась вниз со скоростью лифта. Неужели это из-за того, что Май Доэр избавилась от ребёнка? Нин Шу просто не могла этого понять. На операцию ушло немало времени. Прошло почти три часа, прежде чем вывезли Май Доэр. Цвет её лица теперь был очень бледным, отчего она выглядела почти как мертвец. - Пациентка недавно проходила через аборт, но недостаточно восстановилась, поэтому её матка была немного воспалена. От удара огромной силы её матка порвалась, поэтому, в будущем, вероятно, ей будет крайне трудно завести детей, - сказал доктор и покачал головой. Нин Шу немного ошалела от такой новости, но тут же поблагодарила доктора. Она невольно нахмурилась. По какой-то причине она чувствовала, что здесь что-то не так. Всё развивалось слишком странным образом. Когда Май Доэр очнулась, она выглядела так, словно небо обрушилось на неё. Было ясно, что её сердце совершенно разбито после того, как Мо Цзюэфэн с ней вот так обошёлся. Нин Шу ещё даже не сказала Май Доэр о том, в какой ситуации оказалось её тело. Как только она об этом узнает, то, вероятно, будет в ещё большем отчаянии. В итоге, Май Доэр, всё же, узнала от доктора о своей неспособности завести ребёнка. После этого она застыла на очень долгое время и, наконец, разрыдалась. - Почему?! Почему?! – Май Доэр рвала на себе волосы обеими руками и завывала: - Почему Мо Цзюэфэн так относится ко мне?! Почему?! Нин Шу очень хотелось прикрыть свои уши. Был ли вообще смысл упоминать Мо Цзюэфэна в подобной ситуации? Её тело было искалечено до такой степени, но вместо того, чтобы сфокусироваться на восстановлении, она лишь делала себе хуже, сокрушаясь о прошлом. Нин Шу действительно не могла этого понять. Из-за того, что Май Доэр слишком разволновалась, доктор ввёл ей успокоительное средство, чтобы она, наконец, успокоилась. Когда Нин Шу осмотрела чрезмерно бледное состояние Май Доэр, она задумалась, действительно ли всё настолько печально. Как наблюдатель, она не считала их романтическую историю хоть сколько-нибудь трогательной, так зачем же нужно так сокрушаться из-за неё? С самого начала и до конца, всё, что видела Нин Шу, так это то, как Май Доэр была обижена, очень обижена, и крайне обижена. Однако Мо Цзюэфэн ничего этого не видел, так какой смысл ей так скорбеть об этом и портить своё собственное здоровье? Пока Май Доэр всё ещё была госпитализирована, ей позвонил режиссёр и сообщил, что её вычеркнули с роли главной героини по распоряжению руководства. И это наверняка было дело рук Мо Цзюэфэна. Мо Цзюэфэн был продюсером этого фильма, поэтому он мог менять актёров, как ему захочется. Если уж на то пошло, то он мог спокойно переснять весь фильм с нуля. Всё-таки, он был богатым и у него было право быть своевольным. Когда Май Доэр приняла этот звонок, она была на мгновение ошарашена, а потом разбила свой телефон, зарылась головой в руки и разрыдалась. ---------- Почему Я Так Много Страдаю? Май Доэр лишилась своей роли главной героини. Нин Шу не ожидала, что Мо Цзюэфэн вот так просто заберёт у Май Доэр роль главной героини. Было ясно, что это произошло из-за того, что Май Доэр ударила его новую страсть. Однако теперь отношения Май Доэр и Мо Цзюэфэна были просто слишком странными. Так или иначе, в изначальной истории они были так страстно влюблены друг в друга. Отчего же теперь всё стало вот так? Связанные судьбы почти невозможно разрубить, но Мо Цзюэфэн теперь так сильно ненавидел Май Доэр. Неужели Мо Цзюэфэн уже влюбился в свою новую страсть? Это развитие событий было просто слишком странным. Нин Шу глянула на Май Доэр и увидела, что та рыдает так сильно, что у неё содрогаются плечи. Ей очень сильно хотелось просто запихать что-нибудь в рот Май Доэр, чтобы она затихла. Вот ради чего она себя так травмирует? У неё с самого начала было слабое здоровье, но она настаивала на том, что у неё так разбито сердце, что она не может и дня прожить без своей любви. Май Доэр закричала и прижала руки к животу. Когда она почувствовала, что у неё снова начала течь кровь, она запаниковала и закричала Нин Шу: - Старшая сестрица Чэнь, у меня живот болит! Он очень болит! Словно он снова разрывается. Нин Шу: … Нин Шу внезапно почувствовала, что она потеряла интерес ко всему этому. В этом не было никакого смысла. Эта девушка вполне была способна убить себя. Неужели она не может немного успокоиться? У неё не хватает духу, чтобы действительно убить себя, потому она продолжает мучить себя из-за каждой мелочи, доводя себя до такого состояния. Неужели жизнь без Мо Цзюэфэн была настолько болезненной? Нин Шу позвала доктора, и доктор сказал, что Май Доэр так напрягалась, что у неё снова произошёл разрыв, поэтому её снова нужно прооперировать. Нин Шу: Что за хуйня? - Простите, что побеспокоила вас, доктор. Нин Шу слабо махнула рукой, а потом стала ждать перед дверями операционной. Который раз это уже был? Она впервые столкнулась с главной женщиной, которая так замысловато дразнит смерть. Эта главная женщина вообще не заботилась о своём собственном теле. Когда Май Доэр снова вывезли из операционной, над ней словно парила аура смерти. - Пациентка должна оставаться в постели и отдыхать. Ей нельзя вставать или двигаться. Если её разрыв снова ухудшится, то у нас не останется иного варианта, кроме как полностью удалить матку, - мрачно сказал доктор. Нин Шу: … - Спасибо, доктор. Я поняла. Нин Шу кивнула. Когда Май Доэр очнулась, Нин Шу тут же сообщила ей обо всей серьёзности её состояния. Май Доэр нельзя было вставать с постели и волноваться тоже нельзя. Когда Май Доэр услышала эти новости, у неё тихо потекли слёзы. А потом она посмотрела своим тусклым взглядом на Нин Шу и тихо сказала: - Раз я теперь больше не могу иметь детей, то какая разница в том, будет у меня матка или нет? Блять! Нин Шу стукнула себя по сердцу. Она внезапно почувствовала себя очень рассерженной. А ещё она чувствовала себя рассерженной и от лица изначального хоста, за то, что потеряла свою жизнь из-за кого-то подобного. Май Доэр была бессердечным человеком. Она даже к себе также относилась, так что вполне очевидно, как она относилась к остальным. Для неё любовь была на первом месте, и поэтому она даже не замечала, что делает больно другим людям. Пока Мо Цзюэфэн обожал её, она могла жить своей простой жизнью, купаясь в счастье. И ничего из происходящего во внешнем мире не могло её обидеть. Но нынешняя Май Доэр была другой. Каждый раз, когда внешний мир делал ей хоть чуточку больно, она усиливала эту боль и концентрировалась на ней, пытая себя, словно мазохистка. Она была просто трагической главной женщиной, ах. Но по мнению Нин Шу она была совершенно чокнутой! Май Доэр тихо плакала. Вероятно, она всё же испугалась полной потери матки, потому что она осталась в постели и старалась не шевелиться. Нин Шу налила Май Доэр стакан воды и поставила его у кровати. Май Доэр прямо посмотрела на Нин Шу и спросила: - Старшая сестрица Чэнь, почему я так много страдаю? Нин Шу очень хотела ответить ей "ты сама всё это на себя навлекла", но приняла во внимание текущее состояние Май Доэр и мягко сказала: - Не думай сейчас о других вещах. Просто сфокусируйся сперва на восстановлении. Май Доэр ничего больше не сказала и продолжила плакать. Нин Шу была изрядно раздражена. Это так удручает, когда приходится сталкиваться с кем-то, кто начинает свой день со слёз, стоит только ей проснуться. Тук тук… Со стороны двери послышался стук. Нин Шу обернулась и увидела женщину в белом платье, входящую в палату. Она держала букет лилий, отчего её безупречное бледное лицо выглядело ещё более непорочным и прекрасным. На лице Нин Шу отобразилось удивление. Она никак не ожидала, что новая страсть Мо Цзюэфэна придёт навестить Май Доэр. ---------- Теперь Мо Цзюэфэн Любит Меня - Май Доэр, ты в порядке? – невинно спросила Цю Синь и положила букет у изголовья койки. Глаза Май Доэр налились кровью при виде этой женщины и она гневно уставилась на неё. Всё из-за этой женщины! Из-за неё она потеряла роль главной героини, Мо Цзюэфэна и своего ребёнка! И у неё теперь даже не было возможности снова забеременеть! - Ты пришла меня подразнить? Май Доэр села, но она сделала это с усилием и тут же схватилась за живот от резкой боли. Она указала на дверь и закричала: - Убирайся отсюда! Я не хочу тебя видеть! Цю Синь посмотрела на Май Доэр без какого-либо выражения на лице. - Ты выглядишь жалко. Теперь Мо Цзюэфэн любит меня, а не тебя. - Проваливай! Проваливай… Май Доэр бросила в Цю Синь тот букет, что она принесла. Цю Синь не стала уворачиваться и позволила букету попасть в неё. - Я пришла навестить тебя по доброте душевной, но ты ведёшь себя вот так? Май Доэр была так зла, что начала плакать. Все эти болезненные события тяжело придавили её сердце, а теперь ещё и Цю Синь насмехается над ней. Май Доэр чувствовала себя так, словно её сердце сейчас взорвётся от гнева. Она хотела утащить эту женщину с собой в ад. Нин Шу уже позвала доктора. Как только доктор пришёл, он ввёл Май Доэр успокоительное, но у Май Доэр ушло некоторое время на то, чтобы наконец успокоиться. Почему ей нужно было так много успокоительного? Она же не была какой-то там психованной. Когда Цю Синь посмотрела на Май Доэр, бессознательно лежащую на койке, она слегка улыбнулась, а потом повернулась к Нин Шу. - Я хочу поговорить с тобой кое о чём. - Ты хочешь поговорить со мной? Но мы же не знакомы. Нин Шу слегка нахмурилась. Она не могла избавиться от чувства, что с новой страстью Мо Цзюэфэна что-то не так. Цю Синь подошла к Нин Шу, после чего наклонилась и произнесла рядом с её ухом: - Мы же люди одного типа. И даже не пытайся спорить, я же вижу, что права. Люди одного типа? Получатели заданий? Сердце Нин Шу резко скакнуло. Она впервые сталкивается с другим получателем заданий на задании. Цю Синь вышла из палаты первой. Задумавшись на мгновение, Нин Шу тоже вышла из палаты и подошла к выставке с цветами, где ждала Цю Синь. - Ты, вероятно, новичок, да? Я никогда не видела, чтобы получатели заданий делали всё так медленно и такими окольными путями, как ты, - сказала Цю Синь, скрестив руки на груди. Нин Шу посмотрела на Цю Синь. При ближайшем рассмотрении Цю Синь имела некую душещипательную красоту. В солнечном свете её кожа была практически прозрачной в своей красоте. На первый взгляд она казалась лишь симпатичной, но, чем больше смотреть на неё, тем больше кажется, что она просто несравненная красотка. Чем больше смотреть на неё, тем более ошеломительной она кажется. Её красота словно пропитывала смотрящего до самых костей. Нин Шу покачала головой. - Я не понимаю, о чём ты говоришь. Она не хотела признавать, что она была получателем заданий. Это было у неё практически на уровне инстинкта. Цю Синь улыбнулась ей. - Не нужно меня так опасаться. У нас же одна цель, отомстить Май Доэр. Я давно уже чувствовала, что в тебе что-то не так, но я подумала, что ты прошла через перерождение и пришла отомстить Май Доэр. Однако ты не проявляла никакой ненависти к Май Доэр, и поэтому я стала подозревать, что ты – получатель заданий. ---------- Другой Получатель Заданий Нин Шу не ожидала, что тут будет кто-то, внимательно следящий за ней из теней. Было ясно, что Цю Синь уверена в её личности. Это было впервые, когда она сталкивается с другим получателем заданий, но она почувствовала больше опасения, чем радости. У неё не было никакого восторга от того, что она столкнулась с кем-то, идущим по тому же пути. Цю Синь продолжила говорить: - Это моё тело пожертвовало свою душу, чтобы заполучить Мо Цзюэфэна. - О… Нин Шу подняла брови и посмотрела на Цю Синь. Всё внезапно встало на свои места. А она-то думала, отчего отношения Мо Цзюэфэна и Май Доэр стали такими плохими. Значит, выходит, эта получатель задач вмешалась и создала проблемы в истинной любви между Май Доэр и Мо Цзюэфэном. Нин Шу внезапно спросила: - Это же ты была с Мо Цзюэфэном в ту ночь на вечеринке? - Конечно. Оказаться с главным мужчиной вместо главной женщины – это лучшее время для осады главного мужчины. Однако я даже не ожидала, что Май Доэр вообще не придёт. Цю Синь откинула волосы назад и улыбнулась Нин Шу. Её улыбка словно светилась непорочной красотой под яркими лучами солнца. Она казалась даже ещё более непорочной и прекрасной, чем Май Доэр. Она была словно спустившийся с небес ангел. Нин Шу чувствовала себя очарованной, несмотря на то, что сама была женщиной. Какая сильная харизма. - Для осады главного мужчины? Нин Шу притворилась слегка озадаченной. - Конечно. Цю Синь протянула руку, чтобы похлопать Нин Шу по плечу, но Нин Шу сделала шаг назад, отчего рука Цю Синь неловко зависла в воздухе. Однако Цю Синь не стала заострять на этом внимание и просто продолжила говорить: - Ничто так не обижает главную женщину и не заставляет её впасть в отчаяние, как тот факт, что её мужчина и всё, что должно было принадлежать ей, достаётся другой женщине. Мне нравятся подобные задания. Всё, что мне нужно сделать для выполнения задания – это осада властного мужчины, - с улыбкой сказала Цю Синь. Нин Шу уклончиво ответила "о". Они обе нацелились на Май Доэр, поэтому нынешнее состояние Май Доэр, вероятно, было результатом действий их обеих. - Осада мужчины? А что если этот мужчина влюбится в тебя? – спросила Нин Шу. Цю Синь небрежно ответила: - Я же получатель заданий. Всё, что я делаю – это ради выполнения задания. Даже если кто-то на задании влюбится в меня, ему всё равно недозволенно мешаться у меня на пути. Нин Шу: … Как только задание будет закончено, Цю Синь покинет этот мир, так что же произойдёт с мужчиной, который влюбился в неё? Он окажется вместе с поручителем? Но ведь получатель заданий и поручитель – это совершенно разные люди. Он даже не будет знать, в кого влюбился. Как это печально. Однако у всех есть свой собственный способ жить, и у разных получателей заданий свой собственный стиль выполнения заданий. Просто Нин Шу даже не планировала делать вещи вроде того, чтобы заставлять кого-то влюбиться в неё, а потом использовать этого человека, чтобы выполнить задание. По её мнению, она лучше будет использовать свои кулаки. Это экономит энергию и усилия. И ей даже не нужно беспокоиться об ответственности за чьи-то чувства. - Будь осторожна и не обожгись, пока играешь с огнём, - сказала Нин Шу, а потом спросила: - Это была твоя идея, довести Май Доэр до такого состояния? - Мне нравится делать всё за один заход. И мне просто отвратителен твой способ всё делать. Какой смысл водить Май Доэр на собеседования и находить для неё роли? Я даже не могу понять, помогаешь ли ты ей или портишь ей жизнь. Разве ты не знаешь, что чем более жалкой станет главная женщина, тем больше очков мы получим? Как Нин Шу недолюбливала Цю Синь, так и Цю Синь недолюбливала Нин Шу. Цю Синь фыркнула. - Ты только глянь на себя. Ты что, действительно возомнила себя менеджером? Ведёшь себя прямо как нянечка. Нин Шу не ответила. Всё-таки, разве она могла в открытую нацелиться на Май Доэр? Она не могла внаглую делать вещи, которые навредят талантам компании, так как ей нужно помочь изначальному хосту сохранить работу. Оказавшись в чёрном списке у Мо Цзюэфэна, изначальный хост больше не смогла найти ни одну компанию в сфере развлечений, которая согласилась бы взять её на работу. И только потому, что она потеряла работу и больше не могла быть менеджером, она захотела отомстить Май Доэр. Вот почему она со злости раскрыла информацию о том, что у Май Доэр был папик. В итоге, её изнасиловали и убили хулиганы. Вот почему эта работа была очень важна для изначального хоста. Все трагедии начались с того, что она потеряла работу. ---------- Да Ты Просто Святая Неужели она должна абсолютно никак не сдерживаться при выполнении своего задания? Но, как только изначальный хост вернётся и обнаружит, что у неё всё равно нет работы, не будет ли это означать, что она предложила свою душу ни за что? Вот почему Нин Шу очень прилежно выполняла эту работу, несмотря на то, что это требовало много труда. Её не волновали поддразнивания Цю Синь. - Ах да, ты что-то говорила о том, что чем более жалкой будет главная женщина, тем больше ты получаешь очков? – спросила Нин Шу. - Конечно. Все поручители – это люди, которые были обижены главными людьми, поэтому вполне естественно, что если делать их более жалкими, то это даст больше очков, - сказала Цю Синь, сладко ухмыляясь. Нин Шу нахмурилась и спросила: - Но что если мы зайдём слишком далеко и у главных людей тоже накопится слишком много обиды, что если главные люди не захотят принимать такое и предложат свою душу, чтобы тоже контратаковать? Она уже однажды видела тусклые, безжизненные и искалеченные миры на краю моря таинства. Если обида пушечного мяса может травмировать небесный закон, тогда обида главных людей, которые обладают огромной удачей, вероятно, навредит небесному закону ещё больше. Если все начнут предлагать свои души и просить о контратаке даже после небольших страданий, то не окажется ли так, что весь мир погрузится в хаос? - Если так делать, то это повредит и самому миру, - сказала Нин Шу. - Аха-ха-ха… Цю Синь рассмеялась так сильно, что прижала руки к животу. После этого она указала на Нин Шу одной рукой и продолжила смеяться до тех пор, пока у неё слёзы не потекли. Нин Шу была совершенно ошарашена этим. - Над чем это ты смеёшься? – спросила Нин Шу, нахмурив брови. Неужели она сказала что-то забавное? Насколько она понимала, всё сказанное ей было правдой. Так какого хрена она над ней смеётся? Цю Синь вытерла слёзы и сделала замечание: - Да ты просто святая. - Я – святая? – Нин Шу ошеломлённо указала на свой нос. – С чего это я святая? - Мы же просто получатели заданий, которые живут едва сводя концы с концами и которые могут полностью исчезнуть в любой момент из-за всяких неожиданных событий в процессе выполнения задания, но ты, оказывается, думаешь о спасении всего мира? Если это не святость, то что это? Нам, получателям заданий, достаточно лишь выполнять задания. Нет смысла беспокоиться о всяких других вещах. Цю Синь снова с ухмылкой посмотрела на Нин Шу. - Получатели заданий вроде тебя далеко не уйдут, поверь мне. Ну, пока-пока. Это было сказано таким тоном, что сразу стало понятно: если раньше у Цю Синь и был какой-то интерес к Нин Шу, то теперь она его потеряла. Цю Синь решила, что это просто очередной высокопарный получатель заданий, на которого вообще не нужно обращать внимания. Пока Нин Шу наблюдала за тем, как уходит Цю Синь, она спросила у 2333: - Разве то, что мы делаем – это не ради соединения миров? - Так и есть. Нин Шу, не думай о ней. Твоё мировоззрение гораздо шире и выше, чем у неё. Возможно это потому, что ты уже побывала у моря таинства. Те миры – они словно люди. Они болеют и не могут вылечить себя и соединить свои законы, поэтому им нужно лечение. И вот как раз те, кто не могут видеть далеко, не уйдут далеко, - сказал 2333, утешая её. Нин Шу пожала плечами. Да ей и не было дело до того, как думают другие люди. - Если мы зайдём слишком далеко в процессе выполнения задания, не станет ли этой причиной того, что другие люди тоже начнут предлагать свои души для контратаки? Если кто-то попросит о контратаке, то всё, что я сделала ради Чэнь Си будет снова опровергнуто. Только этот вопрос действительно беспокоил Нин Шу. Так как невинное пушечное мясо могло предложить свою душу и попросить о контратаке, тогда и главные люди тоже могли это сделать. ---------- Май Доэр Была Любовницей! - Когда небесный закон попадает в петлю, то карма становится запутанной. Возможность для контратаки открыта не для всех. Все задания фильтруются. Например, в том мире, где ты сейчас находишься, есть проблема с небесным законом. Что-то не так со способностью Мо Цзюэфэна. Он кажется самым могущественным существом в этом мире. На нём сконцентрировано слишком много удачи, и это показывает, что у закона сформировалась деформация, - объяснил 2333. – Вот почему было принято задание Чэнь Си. Нин Шу кивнула, а потом вздохнула с облегчением. Когда она вернулась в палату, то увидела, что лицо спящей Май Доэр было совершенно бледным. Она осталась, чтобы дождаться пробуждения Май Доэр. Если настроение Май Доэр продолжит вот так колебаться, то у неё, вероятно, разовьётся психологическое расстройство. В какой-то степени, Май Доэр просто начала погружаться в свой собственный мир отчаяния. Нин Шу никак не могла понять, почему Май Доэр делает для себя всё таким сложным. Она устраивала такую мелодраму. Или она просто хотела привлечь внимание других людей, делая себе больно? Может она хочет заставить Мо Цзюэфэна чувствовать душевную боль из-за неё? Тогда у неё в мозгах явно была дыра. С какой стати другим людям ценить тебя, если ты сама себя не ценишь? Когда Май Доэр проснулась, Нин Шу сделала ей последнее замечание. - Если ты продолжишь быть такой своевольной, то у меня не останется иного выбора, кроме как рассказать компании правду о твоей ситуации. И тогда компания отменит твой контракт. Май Доэр с силой закусила губы и сказала: - Старшая сестрица Чэнь, разве ты не видела, как эта женщина выставляла себя напоказ передо мной? Она специально пыталась меня спровоцировать! Боже мой! - Раз ты знаешь, что она тебя нарочно провоцирует, то тебе нужно оставаться спокойной, чтобы она не получила того, чего хочет. Отдыхай и восстанавливай силы. У Нин Шу было предчувствие, что компания всё равно рано или поздно отменит контракт Май Доэр. Талант, который каждые пару дней создаёт инциденты и не зарабатывает денег, для компании совершенно бесполезен. Однако через пару дней, к удивлению Нин Шу, в интернете появились новости о том, что Май Доэр была любовницей. Там упоминалось её имя и даже были фотографии в качестве доказательств. Мо Цзюэфэн был замазан на этих фотографиях, но там всё равно было достаточно подсказок, чтобы с лёгкостью вычислить его. Первой реакцией Нин Шу при виде этих новостей была мысль о том, что это сделала Цю Синь. Там было много фотографий, так что она явно планировала всё заранее и очень тщательно. Нин Шу раньше тоже подумывала о таком, но она увидела, что ситуация Май Доэр и без того была очень жалкой. Она никогда больше не сможет взобраться на вершину, и, что важнее всего, у неё есть способность сделать свою жизнь ещё более жалкой. Ещё до того, как Нин Шу представился шанс это сделать, Цю Синь уже взяла и всё раскрыла. Как и ожидалось от получателя заданий, которая любит делать всё за один заход. Её стиль выполнения был просто безжалостным. По сравнению с Цю Синь, Нин Шу чувствовала, что она была совершенно дрянным получателем заданий. Май Доэр просмотрела все новости и увидела, что там было даже чётко расписано про то, что она сделала аборт. Цвет отхлынул от её лица. В её голове была лишь одна мысль, что ей конец. Май Доэр резко посмотрела на Нин Шу и спросила обвиняющим тоном: - Старшая сестрица Чэнь, это ты сделала? Только ты знала обо всех этих вещах! Нин Шу: … - Я не знаю. Я же была всё это время с тобой в больнице. К тому же, помимо меня, новая страсть Мо Цзюэфэна тоже знает о твоей ситуации. Ты же талант, который находится под моим управлением, так зачем же мне делать то, что мне не будет выгодно? Неужели ты думаешь, что я считаю, будто скандалы – это хорошо для компании? - Это точно была она! Это точно была та женщина! Это она сделала! – Май Доэр начала вопить: - Ради того, чтобы увести у меня Мо Цзюэфэна, она пошла на всё, чтобы уничтожить меня! Май Доэр крепко схватила Нин Шу за руку и взмолилась: - Старшая сестрица Чэнь, старшая сестрица Чэнь! – Май Доэр заглянула в глаза Нин Шу. – Старшая сестрица Чэнь, прошу, помоги мне. Ты единственная, кто может мне помочь. Я лишилась своей роли главной героини, а из-за того, что сделала эта женщина, я ещё лишилась и роли второстепенной главной героини в том фильме. Мо Цзюэфэн обещал мне дать ту роль, так что это явно та женщина. Она хочет украсть мою роль! Старшая сестрица Чэнь, прошу, помоги мне! Я тебя умоляю! Нин Шу безо всякого выражения на лице посмотрела на Май Доэр. Сначала она обвиняла её, даже не имея никаких фактов на руках, а теперь она хочет её помощи? ---------- Вы – Любовница Мо Цзюэфэна? Если честно, то больше всего Нин Шу питала отвращение в Май Доэр её личность белоглазого волка. Она вела себя так, словно для людей должно было быть вполне естественным делать всё только ради неё. Нин Шу лишь кивнула, когда множество репортёров внезапно ворвались в палату и окружили постель. Они начали пихать микрофоны в лицо Май Доэр и закидывать её вопросами. - Май Доэр, вы – любовница Мо Цзюэфэна? - Я слышал, что Мо Цзюэфэн дал вам роль главной героини, после того, как вы продали своё тело? - Вы в больнице из-за аборта? - … Все эти злобные слова накрывали Май Доэр огромной волной. Май Доэр сломилась и закричала: - Нет, я не любовница Мо Цзюэфэна! У меня не было аборта, я просто болею! Я не любовница! - Я слышал, что вы часто бывали на вилле в парке "Чистые Воды". И что это вилла принадлежит Мо Цзюэфэну. Как долго вы встречались? - И что Мо Цзюэфэн не захотел этого ребёнка, поэтому вам пришлось делать аборт. И тогда вы смогли добиться оплаты за расставание и получить роль, верно? - … Репортёры непрерывно досаждали уши Май Доэр своими вопросами. Май Доэр накрыла голову и закричала: - Вы всё выдумываете! Я ничего не делала! Я не любовница, у меня не было аборта! - Простите, мой талант сейчас болеет, поэтому, прошу, уходите. Это больница. Нин Шу начала выгонять репортёров из палаты и, после немалого количества усилий, ей наконец-то удалось их прогнать. Когда Нин Шу вернулась в палату, она обнаружила, что Май Доэр натянула покрывало на голову, и всё её тело дрожало. Нин Шу собиралась поговорить с Май Доэр, но ей позвонили из компании. Нин Шу покачала головой. С самого начала они с Май Доэр были соперниками, поэтому ей тоже была выгода от того, что сделала Цю Синь. Едва только Нин Шу взяла свою сумку и приготовилась уходить, Май Доэр стянула с себя покрывало. Когда она увидела, что Нин Шу уходит, она пронзительно потребовала ответа: - Куда ты уходишь? Нин Шу слегка нахмурилась. - Я отправляюсь в компанию. Мне позвонили, потому что компания хочет услышать объяснения от меня по поводу этого инцидента. Май Доэр внезапно снова начала говорить очень сладким голосом. - Старшая сестрица Чэнь, можешь помочь мне, чтобы компания организовала для меня срочную пресс-конференцию? Старшая сестрица Чэнь, я всё ещё хочу сниматься в кино. Я могу помочь компании заработать много денег. У Май Доэр было больше навыка в том, чтобы создавать проблемы, а не в том, чтобы зарабатывать деньги. Нин Шу сказала: - Я постараюсь сделать, что смогу. Май Доэр кивнула, а потом сказала: - Старшая сестрица Чэнь, я буду ждать твоего возвращения. Когда Нин Шу приехала в компанию, её начальник резко обругал её, а потом сказал разорвать контракт с Май Доэр. Компания не хотела проводить пресс-конференцию для подобного таланта и решила просто избавиться от неё. Нин Шу посмотрела на документ согласия об увольнении. К счастью, уволили не её. Этот скандал был очень большой и полностью испортил репутацию таланта, поэтому компания решила избавиться от теперь уже бесполезной Май Доэр. Май Доэр выглядела крайне шокированной, когда она посмотрела на документ согласия об увольнении. ---------- Но Ведь Я Же Невиновная Сторона?! Она не могла поверить, что компания вот так взяла и бросила её. Чего ради она так усердно работала? Она даже стала встречаться с Мо Цзюэфэном ради лучшего будущего, ради того, чтобы получить лучшие ресурсы! А ведь компания получила долю со всех тех денег, что она заработала за свои роли! Однако теперь, когда что-то произошло, компания тут же забыла о ней и выбросила её. А разве тот факт, что её контракт разорван – это не будет означать то же самое, как и сказать всем, что этот инцидент был правдой? Что она была чьей-то любовницей и сделала аборт? Как они могли с ней так поступить? Они так бессердечно бросали камни в того, кто и без того уже лежал на земле! Май Доэр посмотрела на менеджера и почувствовала, что лицо её менеджера было неописуемо зловещим. Она была такой же, как и её компания. - Ты же обещала мне, что будешь молить о снисходительности ко мне, но, в результате, вернулась с документом о согласии на увольнение? Май Доэр бросила контракт в лицо Нин Шу. Нин Шу сделала шаг назад и не позволила бумагам попасть ей в лицо. Она просто потеряла дар речи. Да за кого Май Доэр ещё принимает? Она же не должна безоговорочно служить Май Доэр. У неё другая работа. Её работа – это делать то, что нужно для компании, а не для Май Доэр. У Май Доэр явно винтиков в голове не хватает. Нин Шу подобрала контракт с пола и положила его перед Май Доэр. - Тебе нужно его подписать. Компания выдаст тебе компенсацию. У Май Доэр потекли слёзы, она схватила Нин Шу за руку и взмолилась: - Старшая сестрица Чэнь, я тебя умоляю, не надо ко мне так относиться. Мне уже и так больно! Помоги мне сказать компании, что я обязательно буду усердно трудиться! - Май Доэр, так или иначе, но ты – один из талантов, которые находятся под моим управлением. Этот инцидент поднял шумиху, поэтому компания вынуждена спасать свою репутацию, - спокойно сказала Нин Шу. Май Доэр снова начала истерику и закричала: - Ради репутации компании ты бросаешь меня? Но ведь я же невиновная сторона?! Нин Шу: Я… Какого чёрта ты решила, что ты – невиновная сторона? Есть же куча фактов, ясно? Нин Шу была немного раздражена. Наличие такого таланта, вероятно сократило жизнь менеджера лет на десять. Возможно даже хорошо, что Чэнь Си смогла избавиться от Май Доэр. Май Доэр использовала бесчестные методы, чтобы заполучить то, что хочет, но теперь она говорит, что невиновна. Это было просто отвратительно. Когда Май Доэр увидела, что у неё действительно не осталось иного выбора, она наконец-то подписала контракт. После этого, рабочие отношения Май Доэр и Нин Шу закончились. Нин Шу положила контракт в сумку и ушла. Май Доэр ощутила пустоту в сердце, когда увидела, что Нин Шу уходит. А ещё она почувствовала ужас. Она уже так привыкла к тому, что её менеджер занимается всякими вещами и ей не нужно ни о чём беспокоиться. А теперь она внезапно лишилась менеджера и у неё уже не осталось того, кто мог бы делать вместо неё все эти вещи, поэтому она невольно почувствовала страх. Она крепко сжала в руке чек. Это был чек на десять миллионов, который Мо Цзюэфэн выписал ей в качестве оплаты за расставание. Она обязательно снова поднимется и заставит жалеть тех людей, что смотрели на неё свысока. Она заставит пожалеть о том, что они её бросили; и компанию, и её менеджера, и Мо Цзюэфэна! И она заставит заплатить сполна ту женщину, из-за которой она так пала! Возможно из-за того, что она обрела мотивацию, или, возможно, из-за того, что она уже пала до самой низкой точки в жизни, но Май Доэр перестала купаться в обиде и печали и начала фокусироваться на восстановлении. ---------- Когда-то Ее Менеджер Тоже… Счета за больницу тоже были огромными тратами. Её менеджер всегда сама разбиралась с ними, поэтому Май Доэр до этого ничего подобного не чувствовала, но теперь её деньги просто вытекали из рук. Она чувствовала, что сколько бы денег у неё ни было, этого было недостаточно. Даже несмотря на то, что у неё был чек на десять миллионов долларов, она всё равно чувствовала себя очень неуютно. Когда её здоровье достаточно восстановилось, она покинула больницу. Однако, когда она пришла в апартаменты, она обнаружила, что не может открыть дверь своим ключом. Только теперь она вспомнила, что её контракт был разорван, и поэтому ей пришлось искать себе жильё. После этого она начала каждый день посещать прослушивания на роли. Однако множество режиссёров не хотели её видеть. Скандал вокруг того, что она была любовницей, всё ещё был довольно горячей темой, поэтому Май Доэр было очень трудно найти какую-либо работу. Некоторые распущенные мужчины говорили, что они дадут Май Доэр роль, если она составит им компанию на ночь, но Май Доэр тут же отказывала им. А те мужчины говорили, что Май Доэр просто притворяется, чтобы набить себе цену. Кто знает, со сколькими мужчинами она уже успела переспать? И подобные мужчины постоянно попадались ей. Они вели себя словно хищники, охотящиеся за добычей. Им просто хотелось попробовать вкус женщины, которая прежде спала с Мо Цзюэфэном. Всё это время Нин Шу была занята работой с остальными талантами. Цяо И уже занималась записью второго альбома. Первый продался очень хорошо, поэтому компания решила выпустить ещё один. Нынешняя Цяо И словно открыла новую страницу. Она была совсем не такой, как раньше. И с таким талантом как Цяо И под её управлением, Нин Шу наконец-то обрела некоторый статус в компании и больше не была незначительным менеджером, которого можно было в любой момент уволить. Ся И тоже начал сниматься в дораме. И хотя его актёрская игра была дрянной, он мог составить конкуренцию Май Доэр. Ему даже удалось очаровать множество девушек своим лицом и заработать немного славы. Нин Шу начала водить Ся И по всем местам съёмок и записывать его на мелкие роли, чтобы он мог улучшить свои актёрские навыки. Потому что до сих пор актёрские навыки Ся И оставляли желать лучшего и он продвигался только благодаря своему лицу. Но кто мог предоставить гарантии, что они всегда будут хорошо выглядеть и у них не будет времён, когда они не будут хорошо выглядеть? Ся И не нравилось сниматься на этих мелких ролях, но Нин Шу силой тащила его на них. Он постоянно умолял Нин Шу смилостивиться над ним и угрожал пожаловаться компании, чтобы не играть эти мелкие роли. Его самой главной жалобой было: ну и как мне показывать это прекрасное лицо в такой уродливой одежде? Но Нин Шу не обращала на него внимания. На этих местах съёмки Нин Шу периодически видела Май Доэр, но режиссёры не хотели брать её даже на маленькие роли. Май Доэр выглядела гораздо более худой и измождённой. Когда Май Доэр увидела Нин Шу и Ся И, её взгляд вздрогнул. Она не поздоровалась с ними и отошла в сторону, словно не знает их. Было ясно, что она не хочет разговаривать с Нин Шу. Нин Шу не стала возражать, и помогла наглому красавчику получить мелкую роль, которая очень портила его образ. Ся И не хотел за неё браться, но Нин Шу пинками загнала его в комнату для переодеваний. Май Доэр видела со стороны, что Ся И тоже играет на мелких ролях, и что Нин Шу ждёт его в стороне. Когда-то её менеджер тоже ждала, пока закончатся съёмки, а потом протягивала ей полотенце и воду. Выражение лица Май Доэр стало немного ошеломлённым. Только теперь она обнаружила, как всё стало трудно, когда ей приходилось полагаться только на себя. Она была крайне благодарна, что не порвала тогда чек, а иначе она бы не представляла себе, как бы она теперь жила. Май Доэр развернулась и ушла. Нин Шу глянула в спину Май Доэр. Это задание уже, вероятно, закончено. Май Доэр более не под защитой Мо Цзюэфэна. Кто знает, станет ли она вообще когда-нибудь королевой кино? Конечно, нельзя было вычёркивать такую вероятность, что Мо Цзюэфэн передумает. Однако, с присутствием Цю Синь, было крайне маловероятно, что Мо Цзюэфэн передумает. Нин Шу была уверена, что у Цю Синь очень высокий уровень харизмы. Всё же, осаждая мужчин, нужно полагаться на харизму. Даже она почувствовала, как волнуется её сердце, несмотря на то, что она была женщиной, так что она могла только представлять, какой эффект Цю Синь оказывает на мужчин. Пока Нин Шу ждала Ся И в машине, она стала читать развлекательную газету. Там было полно статей о Мо Цзюэфэне и Цю Синь. Они постоянно демонстрировали свою любовь друг к другу в различных публичных местах. Вообще-то, Нин Шу была вынуждена признать, что уважает Цю Синь. На фотографиях в газете, взгляд Цю Синь был полон глубокой страсти, когда она смотрела на Мо Цзюэфэна, ну а когда Мо Цзюэфэн смотрел на неё, то его взгляд был полон любви и обожания, что вполне очевидно. Она не знала, действительно ли Мо Цзюэфэн нравился Цю Синь или она просто притворялась, но она видела, что Цю Синь была женщиной, которая ставит выполнение задания превыше всего, поэтому маловероятно было, чтобы она влюбилась в мужчину, который является частью её задания. ---------- Церемония Награждения Нин Шу считала, что Цю Синь была довольно безжалостной. В изначальной истории как раз Май Доэр и Мо Цзюэфэн публично проявляли свои чувства, а теперь Цю Синь полностью заняла место Май Доэр, чтобы купаться в беззаветной защите и обожании Мо Цзюэфэна. Мо Цзюэфэну ведь нравятся простые и непорочные девушки? Термины "простые" и "непорочные" не имели никакого отношения к Цю Синь. Возможно Мо Цзюэфэн пал жертвой харизмы Цю Синь. И они были не только в газетах, но даже огромный LED-экран на площади показывал новости о Мо Цзюэфэне и Цю Синь. Там даже сказали, что они собираются пожениться. Нин Шу покачала головой. Это наверняка сведёт Май Доэр с ума. Цю Синь, вероятно, хотела получить как можно больше очков, поэтому она делала всё, чтобы раздавить сердце Май Доэр за изначального хоста. Когда некоторые вещи заходят слишком далеко, это так же плохо, как если сделать недостаточно. Главная цель контратак – это изменить судьбу изначального хоста. Когда Май Доэр увидела словно бы идеальную пару на экране на площади и услышала о том, что они собираются пожениться, она почувствовала, как у неё в сердце разорвалась огромная дыра. Она почувствовала такую пустоту, что просто не могла её выдержать. Словно что-то ускользало от неё. И она уже однажды ощущала такое же чувство. Теперь, она снова почувствовала его, наблюдая за тем, как эти двое демонстрируют всему миру свою любовь друг к другу. Прекрасная женщина и красивый мужчина. Май Доэр невольно чувствовала, что это она должна стоять рядом с Мо Цзюэфэном. Той женщиной, что была рядом с Мо Цзюэфэном, должна быть она! Почему Мо Цзюэфэн был так жесток и беспощаден по отношению к ней? Почему он заставил её потерять ребёнка, забрал обещанные роли и топтался по ней ради другой женщины? Почему? Почему… Ногти Май Доэр впились в ладони. Она ненавидела эту женщину, а ещё ненавидела Мо Цзюэфэна. Она ненавидела Мо Цзюэфэна за то, что он насмехался над ней и игнорировал её чувства. Её глаза были совершенно красными, когда она тупо смотрела на огромный LED-экран. Её тело тряслось от негодования и чувства обиды. ______________________________________________________________________ Нин Шу собиралась принимать участие в церемонии награждения вместе с Цяо И. Цяо И номинировалась на музыкальную награду, поэтому Нин Шу пошла с ней в качестве поддержки. В изначальной истории Май Доэр получила награду за лучшую актрису на этой церемонии, но в этот раз награда не имела к ней никакого отношения. Интересно, займёт ли Цю Синь её место и получит ли награду за лучшую актрису вместо неё? Если честно, то Нин Шу очень не нравилось быть в одном мире с другим получателем заданий. Это было очень неуютное чувство. Чувство, что тобой манипулировали, было просто раздражающим. Но больше всего Нин Шу удручал тот факт, что она даже не знала о существовании Цю Синь. Если бы Цю Синь не рассказала ей о себе, то она бы и не узнала, что в этом мире был ещё один получатель заданий. Нин Шу подождала, пока Цяо И приготовится, после чего повезла её на церемонию. Когда она посмотрела на десятисантиметровые каблуки Цяо И, она спросила: - Ты вообще сможешь ходить на таких высоких каблуках? Тебе же придётся пройти по очень длинному красному ковру. - Я справлюсь, - слабо ответила Цяю И и потёрла свои лодыжки. Нин Шу даже не знала, что сказать. ---------- Сила Ярости и Ненависти Разные знаменитости начали проходить по красному ковру одна за другой. И чем важнее они были, тем позже шли. Цяо И была относительно новой в сфере развлечений, потому она прошла впереди. И пока Нин Шу обеспокоенно смотрела на неё, Цяо И успешно смогла пройти по ковру без каких-либо проблем. - Чэнь Си, - послышался прекрасный голос. Нин Шу обернулась и увидела Цю Синь, которая была в вечернем платье и держалась за руку Мо Цзюэфэна, пока они шли вместе. Нин Шу стояла в толпе, поэтому она не ожидала, что Цю Синь её заметит. Она улыбнулась Цю Синь, но больше ничего не сказала. - Ты её знаешь? - Мо Цзюэфэн глянул на Нин Шу, а потом нахмурился и начал тянуть Цю Синь прочь. – Тебе не стоит общаться с такими людьми. - Я поняла. Я сделаю, как ты скажешь. Цю Синь подняла голову и улыбнулась Мо Цзюэфэну. Ямочки, которые появились на её щеках, были словно распустившиеся лилии. - Хорошая девочка. Взгляд Мо Цзюэфэн был наполнен любовью и обожанием, когда он протянул руку, чтобы погладить Цю Синь по голове. Эта сцена была крайне прекрасной. Множество репортёров начали лихорадочно делать фотографии, отчего всё место заполнилось вспышками и щелчками камер. Они были словно воплощение пары, созданной на небесах. Стоя в толпе, Май Доэр сжала кулаки, а потом надела маску и направилась к этим двоим. Множество народу выкрикивали имя Цю Синь. Они явно были фанатами Цю Синь, поэтому Цю Синь озорно повернулась к Мо Цзюэфэну и сказала, что хочет пожать руки своим фанатам. Мо Цзюэфэн согласился и подошёл с ней к полицейскому кордону, чтобы она могла пожать руки своим фанатам. Конечно же, он позволил ей пожать руки только фанаток. Он бы ни за что не позволил фанатам коснуться её. Цю Синь с улыбкой пожимала руки фанаток. Внезапно, человек с бутылкой плеснул жидкость в лицо Мо Цзюэфэна. Всё произошло слишком быстро, чтобы Мо Цзюэфэн успел отреагировать. Он очнулся от шока только когда почувствовал на лице агонизирующее жжение. Жидкость, которая попала ему в глаза, жгла так сильно, что ему казалось, будто он вот-вот ослепнет. - Аргх… Мо Цзюэфэн прикрыл свои глаза и зарычал от боли. Цю Синь была ошарашена. Несколько капель жидкости попали ей на руку, и она тут же закричала: - Это серная кислота! Как только люди услышали это, они начали паниковать. Нин Шу ошарашено уставилась на Мо Цзюэфэна, лицо которого уже дымилось. Кто это сделал? Вот это смелость! Однако в глубине души, у неё была слабая догадка. Она просто не ожидала, что Май Доэр настолько ожесточится, чтобы сделать такое. Нин Шу чуть не раздавила толпа, но она начала проталкиваться через неё, в попытке увидеть, где же была Май Доэр. Внезапно, она увидела кого-то в шляпе и маске, достающего нож для фруктов, чтобы вонзить его в сердце Цю Синь. Нож тут же пронзил сердце Цю Синь. Лицо Цю Синь наполнилось шоком и замешательством. Нин Шу узнала Май Доэр с первого взгляда. Они работали вместе уже некоторое время, поэтому она хорошо знала фигуру Май Доэр. Однако она была шокирована силой Май Доэр. Сердце находится в грудной полости и защищено рёбрами. Если судить по силе Май Доэр, то при обычных обстоятельствах она бы ни за что не смогла так быстро и успешно пронзить Цю Синь. Возможно, это была сила ярости и ненависти. Совершив преступление, Май Доэр развернулась и побежала, но её тут же поймали. Вскоре прибыл медицинский персонал, чтобы помочь Мо Цзюэфэну и Цю Синь. Цю Синь упала на землю, но она смотрела на Нин Шу, чьё лицо было полно шока. Изо рта Цю Синь полилась кровь, когда она попыталась прокричать в сторону Нин Шу: - Спаси меня, спаси меня. Прошу, спаси меня… Цю Синь считала Нин Шу своей последней надеждой, потому что они были людьми одного типа. Они обе были получателями заданий. Однако Нин Шу не знала, как спасти Цю Синь. Шок от вида того, как получатель заданий умирает прямо перед ней, надолго ошеломил её. Получатель заданий, которая совсем недавно хвасталась своим превосходством перед ней, умерла. И пока Цю Синь захлёбывалась кровью, на её лице промелькнули всевозможные эмоции. От страха её лицо полностью исказилось, после чего её взгляд внезапно стал пустым, когда последние капли жизни покинули её. Нин Шу чувствовала, как все её конечности онемели, а разум опустел. Она даже не посмела представлять себе, что произошло с Цю Синь. Хаотическую ситуацию наконец-то взяли под контроль. Красный ковёр потемнел от огромного количества пролитой крови, а от серной кислоты образовалась огромная дыра. - Старшая сестрица Чэнь, ты в порядке? – Цяо И подбежала к Нин Шу. – Я изнутри услышала, что тут что-то произошло, поэтому прибежала так быстро, как только могла. Лицо Нин Шу было бледным, когда она покачала головой. ---------- Наверное, Ветеран Получатель Заданий? После подобного неприятного инцидента, церемония награждения, конечно же, не могла продолжаться. К тому же, организация, которая организовала событие, теперь оказалась под большим давлением. Одному из самых крупных шишек мира развлечений плеснули в лицо серной кислотой на одной из их церемоний, и его текущее состояние было неизвестно. Тем временем, актриса, которая была в центре внимания, была вообще убита. Идеальная сладкая парочка закончила вот таким образом. У Нин Шу всё ещё была слабость в ногах, когда они возвращались, поэтому машину повела Цяо И. Нин Шу закрыла глаза и мысленно спросила у 2333: - Цю Синь мертва? - Да, она была уничтожена, - ответил 2333. Его тон был безразличным, словно он только что сообщил информацию о погоде. Как и ожидалось. Нин Шу так и думала. - Получателям заданий нужно не только заканчивать свои задания, но ещё и защищать себя. Они должны хорошо понимать масштабы всех действий, каким бы ни было их задание, - после этих слов 2333 замолчал. То, что Цю Синь умерла, было сюрпризом, но вполне разумным. Она ведь думала только о том, как заработать побольше очков, и не задумывалась о том факте, что её действия доведут Май Доэр до такого безумия, что она решится на месть. В своей беспечности она дошла до того, что её убила Май Доэр. Она смотрела на Май Доэр свысока и, вероятно, даже не ожидала, что может умереть от руки Май Доэр. Май Доэр была пружиной, которую Цю Синь сжала до предела, отчего та отскочила в сторону Цю Синь с безумным ускорением. Цю Синь была слишком беспечной и поэтому умерла. Нин Шу с самого начала думала о том, что Цю Синь играется с огнём и, в итоге, обожжётся. Чувства – это нечто такое слабое, но они многое меняют. Их невозможно идеально контролировать. Цю Синь игралась с чувствами других людей, и вот какие её настигли последствия. Нин Шу спросила у 2333: - Судя по тому, как говорила Цю Синь, она, наверное, была ветераном получателем заданий. Так почему же она была такой беспечной? Когда она работала над заданиями, она постоянно следила за своей безопасностью и пыталась придумать способы усилить свои боевые искусства, потому что если она умрёт, то всё закончится. Если рассуждать логически то, раз Цю Синь была старше, то она не могла не понимать эту логику. - Ветеран? Ветераны не вмешиваются в низкоуровные миры. Она была таким же новичком, как и ты. Вероятно, она с самого начала отведала сладкий вкус победы, и поэтому решила, что осада мужчин – это самый лучший способ выполнения заданий, и даже не принимала во внимание никакие другие факторы, даже несмотря на то, что все задания различались. Я всегда думал, что у тебя в голове не хватает винтиков, но тут неожиданно оказалось, что у кого-то есть мозги даже хуже, чем у тебя. Мир поистине велик и полон экстраординарных вещей. Поистине полон экстраординарных вещей, - сказал 2333, искренне вздохнув. Нин Шу: … ---------- Задание Выполнено Поэтому Нин Шу решила довести до максимума свой уровень боевых искусств. Если её интеллект был недостаточно высок, то она компенсирует это боевыми искусствами. Она почувствовала, что если бы эта сегодняшняя атака была направлена на неё, то она бы наверняка смогла увернуться. Возможно её бы ранило, но это всё равно не было бы так серьёзно, как быть убитой на месте. И хотя тренировки были трудными, раз это могло помочь ей сохранить жизнь, эта боль того стоила. Нин Шу была больше обеспокоена последующими событиями. Май Доэр арестовали, но она во всём созналась. Она признала, что плеснула серную кислоту и в убийстве, но она не считала, что сделала что-то плохое. Когда её спросили о том, почему она плеснула в Мо Цзюэфэна серной кислотой, то её выражение лица было безразличным, когда она ответила: - Я не смогла стерпеть, когда мужчина, которого я так люблю, смотрит на другую женщину таким взглядом, полным любви и привязанности. Я так много ему отдала, так что я бы предпочла испортить это лицо. Я ненавижу эту дрянь. Это она подставила меня и забрала у меня всё. Я хотела, чтобы она умерла. У неё больше ничего не было. У неё ничего не осталось. Никто не хотел снимать её в своих фильмах, и единственные роли, на которые её брали – это в порнографических фильмах. Она пала до такой степени, что никто даже не хотел брать её на мелкие роли. И всё это было из-за той дряни. Нин Шу могла сказать на это лишь то, что Май Доэр стала тёмной до глубины души. Однако Нин Шу не чувствовала симпатии к Май Доэр. Люди вроде неё были просто слишком эгоистичными и считали, что весь мир должен вращаться вокруг них. Мо Цзюэфэну удалось выжить, но его прекрасное лицо, которое когда-то сводило с ума женщин, теперь было искалечено. Его кожу разъело до такой степени, что от неё осталась лишь искромсанная масса, а та серная кислота, что попала ему в глаза, повредила ему зрительные нервы. Он даже не мог сделать трансплантацию сетчатки. А это означало, что Мо Цзюэфэн останется слепым до конца своей жизни. Он будет слепым и уродливым. Когда Мо Цзюэфэн проснулся, он не смог смириться с этой реальностью и опустил голову на руки. Когда у него вот-вот должны были потечь слёзы, в его глазах возникло такое жжение, словно он сейчас умрёт. Это ощущение до ужаса напугало Мо Цзюэфэна. Он, тот, кто всегда контролировал судьбы других, теперь почувствовал ужас, который никогда раньше не чувствовал. Первым делом он подумал о своей торговой империи. Теперь, когда он ничего не мог видеть, он почувствовал, как всё ускользает из его рук. Когда он узнал, что за этим стояла Май Доэр, то был ошарашен. Она была не более чем муравьём, временной любовницей, но у неё было столько смелости?! И хотя Май Доэр уже была приговорена к пожизненному заключению по обвинению в убийстве, Мо Цзюэфэн не позволил ей уйти просто так. Он хотел, чтобы Май Доэр страдала в тюрьме от бесконечных пыток. Она заявляла, что любит его, но совершила нечто столь безжалостное по отношению к нему. Тогда какого чёрта она говорила про любовь?! Когда он узнал, что Цю Синь, которую он сильно любил, умерла, ему стало очень грустно. Однако сильнее грусти был страх за его будущее и его глаза. Он боялся последствий того, что он потерял зрение. Когда Нин Шу узнала, что Мо Цзюэфэн ослеп, она была ошарашена на мгновение, а потом снова почувствовала уважение к Май Доэр. Любовь нынешней Май Доэр превратилась в ненависть. Возможно Май Доэр начала ненавидеть Мо Цзюэфэна с того момента, как она потеряла ребёнка. А потом, когда Мо Цзюэфэн и Цю Синь начали демонстрировать свои любовные отношения перед всеми, Май Доэр начала чувствовать всё больше и больше негатива, пока её в конец не переклинило. В изначальной истории они были такой влюблённой парой, а теперь стали заклятыми врагами. Нин Шу снова вздохнула о том факте, что чувства были такими переменчивыми и непредсказуемыми. Это задание уже считалось выполненным. Май Доэр окажется в тюрьме до конца своей жизни, Мо Цзюэфэн ослеп и даже получатель заданий умерла. Все эти события произошли так быстро, что Нин Шу даже не успевала за всем уследить. Она снова напомнила себе, что нужно быть крайне осторожной во время выполнения заданий, чтобы гарантировать собственную безопасность. - Динь, задание выполнено. Покидаем мир задания. Как только 2333 это сказал, Нин Шу почувствовала лёгкое головокружение. Когда она снова открыла глаза, она уже была в системном пространстве. Она посмотрела на диван, ковёр, дерево бонсай, украшающие комнату, и почувствовала, как напряжение наконец-то оставило её. Она легла на диван, протяжно вздохнула и закрыла глаза, чтобы поспать. А со всем остальным она разберётся, когда выспится. В системном пространстве не было ощущения времени, поэтому Нин Шу не знала, сколько она проспала. Однако, когда она проснулась и потянулась, она почувствовала себя гораздо лучше. Для неё было изрядным шоком увидеть, как другой получатель задания умирает перед ней. Впервые её настигла мысль о реальности того, что она и все остальные получатели заданий были обычными людьми и тоже могли умереть. К тому же, они умирали даже хуже, чем обычные люди, потому что от них не останется даже души. От этого сердце Нин Шу ушло в пятки, когда она поняла, что она всего лишь получатель заданий и не является кем-то особенным. Она лишь пыталась продлить свою жизнь. Если говорить о великом, то можно было бы сказать, что она делает это ради слияния и спасения миров. Однако если она умрёт, то всё это будет бесполезно. ---------- Женщина – Кинг Конг Нин Шу увидела, что её душа была немного тусклой, поэтому она ещё некоторое время культивировала, пока её душа не перестала быть тусклой, после чего сказала 2333: - Давай посмотрим сколько очков я заработала в этот раз. - Ладно! Перед Нин Шу появилась панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 40000 (+60000) Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 85 Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 30 Способность: 26 Заслуги: 15 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си) Завершено задание Чэнь Си. Степень Завершения Задания: 90% Получено Очков Атрибутов: 20 Нин Шу была удивлена тому, что в этот раз, несмотря на степень завершения задания в 90% она заработала шестьдесят тысяч очков опыта. А ещё она получила двадцать очков атрибутов. Это было отлично! К тому же, у неё добавился титул Сестрица Образцовая Работница. - Этот титул – подарок от твоего поручителя, Чэнь Си. Вероятнее всего она дала тебе этот ореол, потому что ты очень хорошо справилась с её работой, даже выполняя задание, - объяснил 2333. Нин Шу кивнула, обозначая, что она поняла. Как она и думала, больше всего Чэнь Си волновала её работа. Раз у неё теперь было двадцать очков атрибутов, она добавила их в боевые искусства и в способности. Сила была самым фундаментальным строительным блоком. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 40000 (+60000) Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 85 Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 30 (+15) Способность: 26 (+5) Заслуги: 15 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си) 2333 чуть не лишился дара речи, когда увидел, что Нин Шу добавила 15 очков в боевые искусства. Похоже что произошедшее на этом задании напугало её настолько, что она радостно помчалась в направлении становления женщиной Кинг Конгом. - Эм, мне кажется, что будет лучше добавить немного очков атрибутов в интеллект. Быть сильной, но безмозглой – это плохо, - сказал 2333. - О, тогда я добавлю в интеллект в следующий раз, - беспечно ответила Нин Шу. 2333: … ---------- Возьму Тебя с Собой, Чтобы Выглядеть Крутой! Нин Шу села на диване и начала листать системный рынок. Она увидела множество вещей, которые хотела заполучить, но когда она увидела, сколько у неё очков, она впала в отчаяние. Её очки были практически бесполезны. - Тебе стоит купить вещи, которые тебе нужны, прежде чем начинать задание. Когда ты начнёшь задание, то уже не сможешь использовать системный рынок, так что тут приходится немного полагаться на удачу. Иногда даже будет получаться так, что ты не используешь те вещи, которые приготовишь для задания, - предупредил 2333. Нин Шу спросила: - А разве не ты отвечаешь за рынок? - Как начальная система вроде меня может отвечать за нечто подобное? Эта рыночная сеть связана со всеми получателями заданий и она знает о ситуации каждого получателя заданий. У меня нет вообще никаких прав влезать в дела системного рынка. 2333 прозвучал немного удручённо. Нин Шу была получателем заданий начального уровня, но и он тоже был всего лишь системой начального уровня. - О, так ты тоже на начальном уровне, - внезапно в голове Нин Шу появился вопрос и она спросила: - Если получатель заданий уничтожена, то что произойдёт с системой, который связан с ней? Она тоже будет уничтожена? Это явно была не самая приятная тема для разговора. Даже несмотря на то, что 2333 был лишь строчками из цифр, он всё равно был сердит из-за этого. - Если тебя уничтожат, то я отправляюсь в отдел переработки, чтобы меня переформатировали. В результате получится новая система, которая будет отличаться от меня, так что это тоже считается за уничтожение. Охренеть. Нин Шу внезапно почувствовала сильное давление. На своих плечах она несла судьбы двух существ. Она теперь несла ответственность не только за свою собственную судьбу, но ей ещё нужно было избегать того, чтобы её систему переформатировали. В любом случае, ей нужно работать усердно! Работать до безумия усердно! Нин Шу легла на диван, чтобы поспать немного, прежде чем входить в следующий мир задания. Ей нужно было немного времени, чтобы у неё выровнялось настроение после каждого мира, потому что если она отправится в мир задания во взволнованном состоянии, то это снизит её эффективность. Пережив столько миров и столкнувшись со всевозможными людьми, различные мировоззрения немного истощили её. Как только она только становится более-менее знакома с некоторыми людьми, её заставляют покинуть мир. Ей просто невозможно было жить спокойно. Однако это усиливало её склад ума. Она чувствовала, что многое узнаёт во время этих заданий и всё больше убеждалась в том, что некоторые принципы стоят того, чтобы их придерживаться и нежно хранить. Когда Нин Шу снова проснулась, она почувствовала себя гораздо более расслабленной. Было очень важно избавиться от негативных мыслей. Первым делом она открыла системный рынок, чтобы купить постные пилюли, чистую воду и некоторые лекарства, так как всё это было жизненно важными вещами. С ними, даже если её задание будет проходить в мире с суровой окружающей средой, она всё равно сможет продержаться. - 2333, давай начнём следующее задание. Однажды я войду в высокоуровневый мир и познакомлюсь с кучей получателей заданий. Я обязательно… - Возьму тебя с собой, чтобы выглядеть крутой и похвастаться! Прежде чем Нин Шу успела закончить свою речь, она почувствовала, как её сознание отключилось для переноса. Блять! Когда её душа полностью приспособилась к телу, Нин Шу открыла глаза. Первым делом она увидела, что находится в очень тёмной пещере. Она недоверчиво огляделась по сторонам, но обнаружила, что она не ошиблась. Это действительно была пещера. Тут даже была яма для костра. В данный момент она лежала на сухой траве, которая была постелена на полу пещеры. Мимо неё даже медленно проползала какая-то зловещая чёрная рептилия, размером с палец. Она тут же села и всё её тело покрылось гусиной кожей. Она схватила какой-то камень и размозжила им эту рептилию. Рептилия заверещала и расплескалась зелёной кровью. Это было охренеть как отвратительно. Нин Шу прикрыла рот, но потом обнаружила, что её рука очень грязная. Она пахла множеством странных запахов, а на тыльной стороне руки было больше меха, чем обычно бывает на руках людей. ---------- Божественная Дева Нин Шу была ошарашена на мгновение, а потом она рефлекторно потянулась к своей груди, где обнаружила, что на ней растёт нечто вроде животного меха. Он был очень жёстким. А ещё она, похоже, нащупала какие-то части тела, что свисали там. На ощупь они были липкими и грязными, но она всё равно вздохнула с облегчением. Она уже было подумала, что снова стала мужчиной. Нин Шу обнаружила, что она была очень грязной. Всё её тело было покрыто грязью, а её волосы свисали сальными прядями, а ещё тут странно пахло. Она едва могла вытерпеть этот запах. К тому же она чувствовала себя очень больной. Её голова кружилась и она постоянно кашляла. Судя по всему, это тело простыло и у него была сильная лихорадка. - Цао, ты очнулась? Ты очнулась! В пещеру вошла женщина, которая была одета схожим образом. Когда она увидела, что Нин Шу сидит с ошарашенным видом, она поспешно сложила дрова, которые держала в руках. - Цао, ты действительно очнулась! Шаман Ву сказала, что есть шанс того, что ты умрёшь, но ты неожиданно снова очнулась. Эта женщина подошла очень близко к Нин Шу и Нин Шу накрыло кислым потным душком, который шёл от её тела. Он был таким сильным, что она почувствовала, как её забитый нос практически исцелился. - Цао, что случилось? Цао, скажи что-нибудь? Когда эта женщина увидела, что Нин Шу просто тупо смотрит на неё, она разволновалась. Когда Нин Шу услышала, что эта женщина продолжает повторять "блять" она была озадачена, потому как не могла понять, было ли это словесным выражением или именем этого тела. Похоже, что среда обитания для этого задания будет очень жёсткой. Нин Шу хотела ей ответить, но, когда она открыла рот, она осознала, что несмотря на тот факт, что она может понимать слова, она не знает, как говорить. Для Нин Шу речь этой женщины звучала как рычание, поэтому от неё потребовалось немало усилий, чтобы понять её. Она покачала головой, глядя на женщину, а потом снова легла. Как только на это сделала, её окружил плесневелый запах травы, которая оказалась очень сырой. Что это, блять, за место?! Когда та женщина увидела, что Нин Шу закрыла глаза, она не стала её больше беспокоить и просто добавила дров в костёр, после чего вышла из пещеры. Как только шаги затихли, Нин Шу приняла лекарство, которое она купила на рынке. У этого тела была простуда. Она заставила себя проглотить пилюлю на сухую, а потом приготовилась получать историю. Это было доисторическое сообщество. Эпоха дикой свирепости, сырого мяса, жизни в пещерах и в диких лесах. В этих доисторических лесах все живые существа эволюционировали, чтобы выжить в подобной суровой среде обитания Изначального хоста звали Цао. Она была женщиной в Племени Крылатых Тигров. Недавно она упала в реку с пираньями и, если бы соплеменники не успели её быстро спасти, то её бы разорвали на части рыбы-пираньи. У женщин изначально были слабые тела, поэтому из-за этого инцидента, в совокупности с испугом, она пала жертвой простуды. Ву, шаман племени, вылила в горло Цао какие-то странные отвары, но это не смогло её разбудить. А потом пришла Нин Шу. Это был мир зверолюдей. Все мужчины обладали способностью трансформироваться. Например, Племя Крылатых Тигров трансформировалось в крылатых тигров, которые могли летать и сражаться. Помимо Племени Крылатых Тигров там ещё было Племя Чёрных Змей, чьи мужчины могли трансформироваться в змей и использовали свои огромные тела, чтобы насмерть раздавливать свою добычу. Короче говоря, тут было много различных зверолюдей вроде змей, медведей, лис, львов и так далее. Все они использовали свою огромную силу, чтобы охотиться и защищать членов своего племени. По сравнению с мужской сильной способностью к трансформации, женщины были гораздо слабее. Они не обладали способностью трансформироваться, и их тела были не очень сильными. В подобных суровых условиях женщинам было трудно дожить до зрелого возраста. Вот почему женщины были очень ценными и все племена зверолюдей, с самого начала их существования, были обеспокоены репродуктивной способностью племени. Однако прибытие одного человека привело весь мир зверолюдей к резким переменам. Студентка колледжа, Цянь Цзя, заблудилась в лесу во время путешествия. Пока она блуждала по лесу, она, в итоге, перенеслась в доисторический лес. Цянь Цзя чуть не была убита опасными зверями, обитающими в этом лесу, но, к счастью, члены Племени Крылатых Тигров как раз были в том месте на охоте и они спасли её. После этого они привезли её обратно в своё племя. Цянь Цзя никогда не представляла себе, что окажется в подобном месте. Когда её спросили откуда она пришла, она соврала и сказала, что пришла с другого континента, который был очень и очень далеко отсюда, поэтому она никогда не сможет вернуться. После этого Цянь Цзя начала крупномасштабный план по трансформации доисторического мира. Она сделала глиняную посуду, построила дома, нашла семена злаков, овощей и позволила зверолюдям этого мира, которые до этого ели только жареное мясо, отведать вкусной еды, которой они никогда раньше не ели. Нин Шу не знала, как Цянь Цзя, которая не могла даже отличить ростки чеснока от ростков пшеницы, заполучила практически читерские способности, оказавшись в доисторическом мире. Причём настолько, что она смогла найти всевозможные злаки и специи. Она поистине улучшила условия жизни для зверолюдей. У Цянь Цзя была прекрасная кожа и изящная внешность. Она сильно отличалась от женщин-зверолюдей в племени. Особенно это было заметно на контрасте с ними. После того, как те мужчины увидели Цянь Цзя, они начали ценить красоту. В прошлом женщины были такими, какие были, но теперь они увидели Цянь Цзя с её белой кожей и изящной внешностью. Она не была такой тёмной, как женщины-зверолюди, и у неё не было меха, который был у них. Многим мужчинам из Племени Крылатых Тигров понравилась Цянь Цзя и её даже стали называть "божественная дева". ______________________________________________________________________ #комментарий анлейта: Цао означает "трава", но часто используется в современном Китае в качестве омонима для ругательства, которое эквивалентно слову "fuck". Ву означает ведьма/шаман, а Цянь Цзя означает множество красоты. ---------- Желания Цао Цянь Цзя тоже понравились зверолюди, потому что мужчины-зверолюди были очень очаровательны в своей дикости. Их силуэты обладали европейской мужественностью. После этого Цянь Цзя начала собирать великолепный гарем и у неё началась жизнь доисторического матриархата. В силу особых способностей Цянь Цзя, другие племена постоянно похищали её, чтобы она могла помочь развитию их племени, но мужчины из Племени Крылатых Тигров её постоянно спасали. И хотя они возвращали её обратно, с ней всегда был дополнительный мужчина. Она привлекала всевозможных зверолюдей, включая медведей, львов, лисиц, змей и так далее. Будущий супруг изначального хоста тоже стал членом гарема Цянь Цзя. В силу того факта, что женщины были очень ценны для племени, то заполучить жену было очень трудно и все зверолюди были очень верны своим супругам. Цао знала, что её будущий супруг любил другую женщину, но она ничего не сказала. Всё-таки, когда выживание само по себе является трудной задачей, то у кого будет время переживать о подобных мелочах? Да и доисторические люди сами по себе были не особо сложными. Но землетрясение полностью изменило этот мир. Ошалевшие крупные животные из доисторического леса чуть не убили всё племя, пробежав через них в своём паническом бегстве. Вождь племени поспешил повести всё племя на миграцию. У женщин было не так много силы и поэтому им приходилось полагаться на мужчин, которые трансформировались, чтобы забрать их с собой. Но большинство мужчин инстинктивно отправились спасать семена злаков и специй, а остальные решили спасти Цянь Цзя, отчего множество женщин-зверолюдей остались позади. К тому времени, когда мужчины-зверолюди вернулись, женщин уже либо затоптали крупные животные, либо разорвали на части всякие хищники. Очень многие погибли. Цао умерла вместе с ними. Её убила стая волков. Когда она умирала, она смотрела в небо, надеясь, что появится тигр с крыльями и спасёт её. Цао не понимала. С самого детства ей говорили, что они, женщины, очень ценны для племени, и что на них лежит серьёзная ответственность по созданию будущего племени. Так почему их так легко бросили в тот момент, когда их нужно было спасать? После этого, при помощи множества племён, Цянь Цзя основала город и начала править в нём, как императрица. Желания Цао: 1. Я не хочу умирать. 2. Я хочу спасти остальных брошенных женщин-зверолюдей. Получив историю, Нин Шу вытерла с себя холодный пот. Она вся вспотела из-за лекарства от простуды, и эта история была для неё немного безумной. Это был очередной гаремник. Однако, по крайней мере, в этот раз она не принимала в нём участие. Взглянув на желания изначального хоста, Нин Шу могла лишь сказать, что люди из доисторического общества были очень простыми. Они не придумывали никаких хитростей и думали только о выживании и спасении других. Изначальному хосту даже не приходило в голову отомстить божественной деве за то, что она украла у неё супруга. Бррум… Нин Шу была немного голодна, но в пещере не было видно ничего съестного. Она мысленно похлопала себя по спине за то, что предвидела подобную ситуацию и купила постные пилюли. Она закинула одну из них себе в рот. Та растворилась тёплым потоком, который перетёк в её живот, и ей сразу же стало гораздо лучше. Она хотела прилечь и немного отдохнуть, но так как сухая трава промокла, она взяла её, чтобы встряхнуть и, в итоге, вытрясла кучу жуков. У неё всё тело покрылось гусиной кожей. Она раздавила этих жуков камнем. Сырая трава была просто отвратительной, поэтому она вынесла охапку наружу, чтобы просушить на солнце. Покинув пещеру, она увидела, что поблизости было много пещер и множество женщин сидели в кругу, занимаясь шитьём одежды из шкур животных. ---------- Я – Цао Нин Шу впервые увидела доисторический мир. Тут был древний лес, который тянулся во все стороны, словно до бесконечности, и огромные птицы, парящие в небе. Весь мир обладал опасной и дикой атмосферой. На ровной земле возле пещер играли дети. Некоторые дети даже превратились в маленьких тигрят с крыльями, которые кувыркались и скакали друг за другом по земле. Молодые девушки, которые не могли превращаться, висели на руках у взрослых и наблюдали за игрой юных тигрят. Нин Шу почувствовала, как её мировоззрение снова порвалось. Она просто никак не могла уложить в голове это странное сочетание. Но самым важным был тот факт, что они могут трахаться как в форме зверя, так и в форме человека, и ощущения будут разными, так как их пиписька будет разной формы. Это… А у Цянь Цзя даже было больше одного мужчины. Нин Шу отвела от них взгляд и разложила перед пещерой сухую траву, которую принесла с собой, чтобы та высохла на солнце. Она посмотрела вверх и обнаружила, что в небе целых два ослепительных солнца. Блять, моё мировоззрение. Одна из женщин-зверолюдей обернулась и посмотрела на Нин Шу, а потом поспешно встала со своего каменного стула и подошла к ней. - Цао, ты почему встала? Нин Шу узнала эту женщину. Это она недавно приносила дрова в её пещеру. Её звали Чжи. Одну звали "ебля", а другую – "палка". Для того, кто путешествовал через космос между мирами, она просто не могла смириться с тем фактом, что её звали "ебля". - Цао, тебе уже лучше? – спросила Чжи. - Когда Нин Шу услышала собственное имя, она знала, что к ней обращается очень невинный человек, и её имя тоже было очень невинным, но она всё равно не могла избавиться от пошлых мыслей. В будущем, когда ей придётся представляться, она будет вынуждена говорить… Я – Цао. То есть, ебля. - Г… гораздо лучше, - запинаясь произнесла Нин Шу. Но, по крайней мере, ей удалось выговорить слова. Чжи была выше Цао и её лицо было очень тёмным. Мех на её лице был почти в пол сантиметра длиной. С эстетической точки зрения, женщины-зверолюди были довольно уродливыми. Однако мужчины-зверолюди были очень и очень сексуальными. Например, у мужчин из Племени Крылатых Тигров были янтарные глаза, как у тигров, а мужчины из Племени Чёрных Змей обладали некоторой женственной красотой. Нин Шу не могла избавиться от мысли, что всё это было подстроено специально для удобства главной женщины. Все мужчины были крайне привлекательными, в то время как все женщины были уродливыми. При таком раскладе Цянь Цзя была самой красивой женщиной в мире. Однако с точки зрения выживания всё было логично. Мужчины-зверолюди могли трансформироваться в тигров, чтобы согреваться даже во время зимы, но женщины-зверолюди этого сделать не могли. У них не оставалось иного выбора, кроме как вырастить шерсть, чтобы спасаться от холода. А с тёмной кожей они впитывали больше тепла от солнца. К тому же, в небе было два солнца, так что тут было трудно не загореть. - Зайдёшь ко мне домой ненадолго? Нин Шу пригласила к себе Чжи, раз уж, так или иначе, она была первым человеком, которого она увидела после пробуждения. У людей доисторической эпохи не было концепции вежливости, поэтому Чжи вошла в пещеру Нин Шу, как только её пригласили. Когда Нин Шу оглядела эту тёмную пещеру, она ненадолго лишилась дара речи, но она увидела, что Чжи села прямо на землю и начала помогать, добавляя дров в костёр. - Цао, мне вот интересно, что же охотничья группа сможет добыть во время этого похода? Погода уже становится холоднее. Сможем ли мы пережить эту зиму? Чжи начала болтать обо всём подряд. Нин Шу немного отвлеклась. Вероятнее всего, охотничья группа в этот раз вернётся с Цянь Цзя. И после этого, качество жизни всего Племени Крылатых Тигров совершит существенный скачок. У Нин Шу не было никаких злых намерений по отношению к Цянь Цзя. Всё же, она помогла улучшить жалкие условия жизни доисторических зверолюдей. И было вполне нормально, что многим людям нравятся те, кто обладают выдающимися способностями. Однако в долгосрочной перспективе, это было плохим выбором. Все живые существа проходят через медленный процесс естественного отбора. Когда Цянь Цзя нашла семена, пшеницу, кукурузу и даже рис, Племя Крылатых Тигров выделило большинство зверолюдей на то, чтобы они начали сажать эти растения и выращивать домашний скот. И лишь малая часть зверолюдей осталась для того, чтобы отбиваться от диких зверей, которые пытались напасть на племя. Этот мир был доисторическим обществом, полным опасностей. Зверолюди могли трансформироваться, потому что им нужно было охотиться и защищать себя. А теперь, когда они начнут работать на ферме и смогут добывать себе еду без охоты, то их способность трансформироваться наверняка начнёт ослабевать. Вот только этот мир продолжит быть опасным и нецивилизованным миром, полным сильных зверей. Ещё рано было для эпохи фермерства. И вот тогда ситуация зверолюдей станет хуже. Из-за этого выбора может даже случиться так, что зверолюди, в итоге, постепенно будут ликвидированы в результате естественного отбора. У любой медали есть две стороны. Доисторический мир должен быть полон сражений и преодолений, так как каждое живое существо адаптируется к этому миру и эволюционирует на генетическом уровне. А если кто-то сделает слишком широкий шаг, то у него легко могут порваться яйца. Нин Шу решила, что она снова слишком много размышляет. Она села рядом с Чжи и сказала: - Они, наверное, скоро уже вернутся. Пока Чжи ворошила огонь, она повернулась и посмотрела на Нин Шу, после чего воскликнула: - Ву сказала, что ты не сможешь снова проснуться, но тебе всё равно удалось проснуться! Нин Шу рассмеялась. Зрелище её широко расставленных зубов делало её внешность только хуже, но, к счастью, перед ней сейчас не было зеркала. Они начали неторопливо беседовать и Нин Шу постепенно начала понимать, какова ситуация в Племени Крылатых Тигров. Например тот факт, что будущий супруг этого тела был довольно высокоранговым охотником в племени. Из полученной ранее истории, Нин Шу знала, что Цянь Цзя спас сын вождя племени, Молодой Вождь Племени Жуй. Жуй начал относиться к Цянь Цзя как к своей супруге с того момента, как спас её. В этот момент снаружи послышали радостные крики. Хотя на самом деле это было больше похоже на звериный рык. #комментарий анлейта: Чжи – означает "палка". ---------- Сногсшибательно Великолепная Лицо Чжи озарилось улыбкой. - Охотничья группа вернулась! С этими словами она потянула Нин Шу за собой из пещеры. Когда Нин Шу посмотрела вверх, она увидела, как огромное количество тигров летит по небу. С таким огромным количеством они словно затмевали небо. В своих пастях эти тигры держали убитую добычу. Нин Шу оглядела их всех и смогла увидеть человека, сидящего на спине золотистого тигра. Когда эти крылатые тигры прилетели, они мгновенно превратилась в людей. Они были голыми, но их тигриный мех прикрывал их самые интимные зоны. Это выглядело как небольшие меховые юбки. Каждый мужчина имел хорошее телосложение, накачанные мускулы и шесть кубиков пресса, отчего они выглядели очень сексуальными и дикими. Абсолютно все мужчины имели красивую внешность, поэтому находиться тут – это было словно находиться в толпе красавчиков. Чжи подтолкнула локтём Нин Шу. - Пойдём. Твой Кай тоже вернулся. Мой Кай? Скоро он уже не будет моим. Нин Шу последовала за ней. Соплеменники начали разговаривать о результатах охоты, но в данный момент их внимание больше привлекало нечто иное. Зверолюди окружили Цянь Цзя. Цянь Цзя соскользнула со спины тигра, но, когда она увидела, что тут было так много народу, она стала немного робкой. Это было совершенно незнакомое место. Она не понимала, как она тут очутилась. В этом совершенно нецивилизованном мире. Когда мужчины увидели, что эта маленькая женщина была напугана, они захотели её утешить, но Жуй внушительно стоял рядом с ней. Похоже, что Жуй хотел заявить, что эта женщина принадлежит ему. Цянь Цзя инстинктивно полагалась на этого мужчину, так как он спас её. Поэтому она держалась поближе к Молодому Вождю Племени Жую. Нин Шу оценила Цянь Цзя. Та была в футболке с коротким рукавом и в джинсах. За спиной у неё был небольшой рюкзак. Её кожа была бледной и чистой. С такой деликатной внешностью она могла считаться юной красоткой. Однако, если поместить её в группу женщин-зверолюдей, то контраст усиливался до такой степени, что она казалась сногсшибательно великолепной. ---------- Заместитель Командира, Кай Жуй, похоже, почувствовал страх маленькой женщины, потому что он потянул её за собой в свою пещеру. И хотя Цянь Цзя ушла, женщины-зверолюди продолжили смотреть в её направлении. Им было очень интересно узнать об этой маленькой женщине. - Она выглядит так странно, но она красивая, - сказала Чжи со вздохом. Нин Шу нерешительно согласилась. - Красивая, да. А потом она развернулась и отправилась в свою пещеру, чтобы тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Так как это было задание на то, чтобы выжить и спасти как можно больше других, ей определённо нужны сильные боевые искусства. Она внезапно почувствовала, что в каком бы мире она ни оказалась, она не может полагаться на других людей, особенно на мужчин. Ещё ничего не произошло, но эти мужчины уже были одержимы Цянь Цзя. Однако Нин Шу удалось сделать лишь два шага, прежде чем Чжи потянула её и заставила остановиться. - Ты не собираешься брать мясо? - Ох… Нин Шу только сейчас вспомнила, что охотничья группа всегда распределяет мясо среди женщин, когда возвращается с охотничьей экспедиции. А раз Жуй ушёл, то за распределение добычи отвечал заместитель командира. И это был будущий супруг изначального хоста. Нин Шу оценила мужчину, которого звали Кай. Его юбка была из чёрно-жёлтого меха, а значит в трансформированном состоянии он, вероятно, был полосатым тигром. Он был очень красивым. У него была кожа цвета меди, отчётливо выраженные мускулы и пара тигриных глаз. Эти мужчины-зверолюди прекрасно вписывались в современные понятия о красоте. Они все словно были сделаны для Цянь Цзя. При этом они были довольно мистическими существами, так как могли переключаться между животной и человеческой формами, хоть они и не были духовными зверями, которые достигли высокого уровня культивации. Кай протянул Нин Шу пару кусков окровавленного мяса и сказал: - Я слышал, что ты заболела? - О, мне уже лучше. Нин Шу вела себя очень безразлично по отношению к Каю. Всё же, он не был её мужчиной, и она не собиралась сражаться за него с главной женщиной. К тому же, у неё были гораздо более важные дела. Даже того факта, что он был просто возмутительно красив, было недостаточно, чтобы преодолеть её желание пойти тренироваться в Непревзойдённых Боевых Искусствах. Она хотела как можно скорее выяснить, может ли она тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства в этом мире, или нет. Схватив свои куски мяса, она ушла. Кай хотел ещё с ней поговорить, но ему сначала нужно было закончить свою работу. Когда Нин Шу вернулась в пещеру, она положила мясо на каменный стул, села на землю и начала медитировать. Это была доисторическая эпоха, так что в этом мире должно быть предостаточно духовной энергии. После непродолжительной тренировки, она почувствовала, как её тело невольно дрожит. Похоже, что это тело было неспособно культивировать. Если она не сможет культивировать, то она будет совершенно бесполезной. Как она сможет защитить себя? Поэтому Нин Шу продолжила настойчиво культивировать до тех пор, пока не проголодалась настолько, что ей захотелось съесть лежащее на стуле кровавое мясо сырым. Она быстро закинула в рот постную пилюлю. Когда энергия потекла в её живот, она почувствовала, что её голод немного уменьшился. Она нахмурилась. Тела женщин-зверолюдей были необычными. Если говорить словами дяди школьного доктора, то у них, вероятно, был дефект в генах. Мужчины-зверолюди были такими сильными, но женщины-зверолюди были такими хрупкими, что беременность и рождение детей зачастую убивало их. Или это всё было потому, что мужские гены быстро эволюционировали, а женщины не поспевали за этой эволюцией, потому что их всегда защищало племя? Охренеть! Нин Шу стукнула себя по голове. И о чём, чёрт возьми, она сейчас задумалась? Её мозги не были созданы для того, чтобы размышлять о таких сложных вопросах! Она продолжила настойчиво тренироваться, потому что ей очень нужна была сила, но, к её разочарованию, она вообще не смогла сформировать энергию. Она лишь очень сильно проголодалась, и ей пришлось съесть несколько постных пилюль. Энергия, сформированная от тренировки Непревзойдённых Боевых Искусств, могла изменить тело и увеличить врождённую силу тела. Пережив несколько миров, Нин Шу уже привыкла к тому, как работают Непревзойдённые Боевые Искусства. Однако она никогда раньше не чувствовала, чтобы тренировка была настолько трудной, как сейчас. Было ясно, что потенциал этого тела был крайне слабым. ---------- Проблема Жареного Мяса Она не посмела попытаться съесть кристаллы духовной эссенции, чтобы ускорить тренировку, потому что в её теле не было энергии, которая могла бы впитать ужасающую духовную энергию кристаллов. Если она съест один из них в таком состоянии, то, вероятно, умрёт от того, что её тело взорвётся. Она вздохнула, а потом глянула на мясо, с которого капала кровь. Ну и как ей его есть? Жареным? Нин Шу: … Вот серьёзно, любой, кто хоть ненадолго окажется в доисторической эпохе, обязательно оценит те удобства, что принесёт Цянь Цзя и будет считать её божественной девой, посланницей Божества. Нин Шу схватила мясо, с которого всё ещё капала кровь и направилась в соседнюю пещеру. - Давай поедим вместе. Когда Чжи увидела, что Нин Шу принесла к ней всё своё мясо, она спросила: - Ты собираешься всё съесть? Ты не будешь им запасаться? Когда на небе будет две руки светящихся круглых камней, это будет значить, что скоро наступит зима. Две руки светящихся круглых камней? Нин Шу закатила глаза. Тут было десять лун? Охренеть?! Но, по крайней мере, тут не было десяти солнц. Губы Нин Шу дрогнули. - Оно легко может испортиться, так что давай просто съедим его. - Сейчас не сильно жарко, так что оно не испортится так легко. Охотничьей группе будет трудно найти добычу, когда станет холодно, так что тебе стоит его сохранить. - Ладно. Нин Шу очень хотела спросить, засаливали ли они мясо. Потому что если хранить мясо в таком виде, то это точно не сработает. Поэтому у неё не оставалось иного выбора, кроме как ждать пока Цянь Цзя найдёт месторождение соли, чтобы у всех была соль. Вполне стоило ожидать, что Цянь Цзя сможет сделать и такие потрясающие вещи, но если это сделает Нин Шу, то это будет выглядеть очень странно. Нин Шу не хотела выделяться. Иногда быть особенной создаёт ещё больше проблем. Чжи помогла Нин Шу поджарить мясо. Она даже не смыла кровь и просто начала жарить. Однако в свежей крови содержалась соль, поэтому жарить её в таком виде было неплохим способом. Зверолюди из охотничьей команды всегда высасывали кровь из жертв, после того, как они перегрызали им шеи, чтобы восстановить натрий. У зверолюдей были свои способы жизни, которые постепенно накапливались на протяжении десятилетий. Однако у Нин Шу не возникало никакого аппетита при виде почерневшего куска мяса. Когда Чжи закончила жарить мясо, она протянула его Нин Шу. Нин Шу принюхалась, а потом откусила кусочек на пробу. Мясо было довольно жёстким, а на вкус землистым и солёным. Однако ей требовалось огромное количество энергии, чтобы продолжить тренировки Непревзойдённых Боевых Искусств, поэтому она продолжила жевать и заставила себя проглотить мясо. Остальную часть мяса она отдала Чжи на съедение, оправдавшись тем, что чувствует себя не очень хорошо. Чжи согласилась помочь и даже отправила Нин Шу отдыхать, так как Ву сказала, что Цао может не прожить долго и её скоро может забрать Божество. Нин Шу: … Доисторические люди имели поистине откровенные личности. Любой человек из современного мира подумал бы, что Нин Шу просто ленится и спихивает работу на других. Она вернулась в свою пещеру и продолжила тренировку. Когда она больше не могла терпеть голод, она закидывала в рот постную пилюлю, а потом продолжала. Она была крайне рада, что заранее купила постные пилюли для этого задания, а иначе она не смогла бы продержаться. ______________________________________________________________________ Тем временем Цянь Цзя, которую Жуй привёл в пещеру, была в ещё более отчаянном положении, чем Нин Шу. Когда она увидела, что этот мужчина бросил перед ней кусок жареного мяса, на её лбу появились чёрные линии. К тому же, она не могла понять, что говорит этот мужчина. Даже сейчас она была в полном замешательстве. Куда она трансмигрировала? Все трансмигрируют в древнюю эпоху, чтобы флиртовать с прекрасными мужчинами, но почему она трансмигрировала прямо в доисторические времена? А ещё тут была куча доисторических людей, которые могли трансформироваться в тигров? Цянь Цзя хотела просто зарыться лицом в руки и кричать. Зверолюди?! Что за хуйня?! Жуй снова сказал Цянь Цзя, чтобы она поела, но Цянь Цзя тупо уставилась на него. Когда она увидела, что он указывает на мясо, она подобрала его и стряхнула пыль, после чего укусила. И тогда её зубы чуть не раскололись. Это мясо было просто невозможно жевать… ---------- Чарующая и Нежная Ночь Жуй наблюдал за тем, как Цянь Цзя тщетно кусает мясо, словно маленький ребёнок, который ещё не отрастил зубы. В его сердце внезапно всколыхнулись волны. Он почувствовал, что она очень мила, со своей бледной кожей и розовыми губами. Её тело было меньше, чем у женщин-зверолюдей. Он никогда раньше не видел такой маленькой женщины. Он взял мясо и порвал его на маленькие кусочки, после чего снова положил перед ней. Цянь Цзя наконец-то смогла откусить кусочек, но от этого её чуть не стошнило. На вкус он был совершенно безвкусным и от него воняло рыбой и землёй. Это было просто отвратительно. Ей никогда не приходилось есть чего-то столь отвратительного. Она уже начала сожалеть о том, что раньше была такой придирчивой к еде. То, что она раньше считала несъедобным, теперь для неё казалось бесценными деликатесами. Когда Жуй увидел, что маленькая женщина давится и кашляет, он протянул руку, чтобы нежно похлопать её по спине, но обнаружил, что надетая на неё шкура животного была очень мягкой и он чувствовала тепло тела через эту тонкую шкуру. Его зрачки расширились и он резко поднял Цянь Цзя, игнорируя её ошарашенное выражение лица. Он положил её на сухую траву, а потом прижал её сверху. Цянь Цзя наконец-то очнулась от своего замешательства. Этот парень хотел сделать с ней то, что обычно делают животные! Её невинность, которую она так долго защищала, вот-вот будет похищена доисторическим человеком! Как она могла такое допустить?! Жуй не знал, как снял джинсы, которые были надеты на Цянь Цзя, но он смог с лёгкостью разорвать их на части своей силой. Когда он увидел, что под верхней шкурой была ещё одна маленькая шкура животного, он порвал и её тоже. Цянь Цзя хотела заплакать, но у неё не было слёз. Она была в ужасе и с криками колотила Жуя, пытаясь спихнуть его с себя, но не могла изменить свою судьбу. Жуй с восхищением присосался к тёмно-красным вершинам. Её тело излучало такой опьяняющий и возбуждающий аромат. Цянь Цзя почувствовала, как её конечности обмякли от его ласк. Когда она подняла взгляд и увидела перед собой такое красивое лицо с глубоким взглядом янтарных глаз, она невольно пленилась этим зрелищем. Это была чарующая и нежная ночь. ______________________________________________________________________ Тем временем, Нин Шу тренировалась всю ночь и съела всю бутыль постных пилюль, но она всё равно не смогла сформировать никакой энергии. Она чувствовала себя так, словно вот-вот расплачется. Она могла культивировать даже в современном мире, несмотря на то, что там почти не было духовной энергии, но теперь, когда она пришла в доисторический мир, который был полон духовной энергии, она вообще не могла культивировать? Это было нелогично! Это служило доказательством того, насколько ужасным был потенциал этого тела. Дядя школьный доктор говорил. Что качество генов видно по лицу. Нин Шу не знала, как выглядит это тело, но оно, вероятно, было таким же уродливым, как и у других женщин-зверолюдей этого племени. Эх! Нин Шу закинула в рот ещё одну постную пилюлю, а потом продолжила медитировать. Она настойчиво пыталась накультивировать немного энергии. Однако она не смелее дразнить смерть, поедая кристаллы духовной энергии, пока в её теле не появится энергия, которая сможет впитать в себя пугающее количество энергии кристалла. В этот момент она услышала тяжёлые шаги у входа в пещеру и тут же прекратила заниматься тем, чем занималась, чтобы выглянуть наружу. - Почему ты ещё тут? Все уже ушли к месту подношения. Чжи подошла, чтобы потянуть Нин Шу за собой. Нин Шу была ошарашена. - Разве в племени что-то случилось? - А разве Жуй не привёз женщину? Ву нужно пообщаться с Божеством и узнать, позволит ли Божество остаться ей в племени, - ответила Чжи. Божество? У доисторического общества действительно есть концепция божества? ---------- Собрание На Месте Поклонения Нин Шу пошла за Чжи на общественную площадь, которая использовалась как место поклонения. Тут было несколько грубо сделанных стоячих колонн, на которых были странные абстрактные рисунки. Но больше всех взгляд привлекала огромная каменная статуя. Это был силуэт, который лишь смутно напоминал человека, и у него не было даже черт лица. Искусство явно тут не соответствовало стандартам. - Что это? – спросила Нин Шу, указав на статую. Выражение лица Чжи резко изменилось, и она поспешила схватить Нин Шу за запястье, чтобы помешать ей указывать на статую. При этом она воскликнула: - Цао, как ты можешь тыкать пальцем в Божество? Как ты можешь быть такой грубой? И это то самое Божество?! Чжи посмотрела на статую и сказала: - Это Божество дало зверолюдям способность превращаться. Достаточно было взмаха руки и зверолюди теперь могут превращаться и охотиться в своей звериной форме. Нин Шу: Ха. Ха. Ха. Да я ни за что в такое не поверю. Все зверолюди племени собрались тут. Нин Шу огляделась по сторонам и увидела, что присутствовали даже маленькие дети. Нин Шу очень хотела прикрыть глаза, когда увидела стоящих рядом маленьких мальчиков зверолюдей и девочек зверолюдей. Даже маленькие девочки были настолько уродливыми? Вот совсем не милыми. А вот маленькие мальчики, напротив, были очень милыми. Казалось, словно Небеса были крайне предвзяты. Спустя некоторое время, вышли вождь Племени Крылатых Тигров и шаман Ву. Вождь племени был очень очаровательным дяденькой средних лет, в то время как Ву была женщиной-зверочеловеком, у которой по всему телу торчали перья. От этого вида, в паре с не таким уж красивым лицом, Нин Шу захотелось прикрыть своё собственное лицо. - Так как в племени появилась женщина-зверочеловек, то мы должны сообщить Божеству об этих новостях и позволить Божеству решить, может ли эта женщина-зверочеловек остаться в племени, - хриплым голосом произнесла Ву. Жуй, трансформировавшийся в свою форму тигра, привёз Цянь Цзя на площадь. Цянь Цзя почувствовала себя немного неловко, когда она слезла со спины Жуя под всеобщими взглядами. Её лицо немного покраснело, и она стыдливо высунула на мгновение язык. Нин Шу прищурилась и присмотрелась к Цянь Цзя. Её футболка была немного грязной, и она больше не носила джинсы. Вместо этого она использовала звериную шкуру, чтобы прикрыть самые интимные части тела. Её бледные ноги теперь были открыты, и она была без обуви. Под ярким солнечным светом её ноги словно светились жемчужным сиянием. Её чёрные волосы немного развевались на ветру, и этот естественный чёрно-белый контраст был крайне красивым. Даже Нин Шу, несмотря на то, что она видела множество прекрасных женщин, повидав за последнее время так много женщин-зверолюдей, невольно почувствовала, что Цянь Цзя просто потрясающе прекрасна в этот момент. Такое ощущение, что Цянь Цзя была даже ещё более обворожительной, чем вчера. Вероятно, это было потому, что она уже стала супругой Жуя. Нин Шу огляделась по сторонам и увидела будущего супруга изначального хоста. Кай сейчас пристально смотрел на Цянь Цзя и его взгляд был полон ошеломлённого восхищения. И хотя он не знал, что такое красота, когда он увидел эту маленькую женщину, он почувствовал, как что-то в его сердце всколыхнулось. Нин Шу отвела от него взгляд. Не только мужчины-зверолюди были очарованы видом Цянь Цзя, но и женщины тоже. - Ого, эта женщина-зверочеловек выглядит очень хорошо. Из какого она племени? – сказала Чжи, вздыхая с восхищением. А потом она потёрла свои собственные волосы со слегка удручённым видом. Когда Нин Шу увидела Чжи такой, она сочла это довольно забавным. Цянь Цзя действительно была впечатляющей. Причём настолько, что смогла полностью изменить эстетический вкус зверолюдей. Нынешняя Цянь Цзя была прекрасной, но при поддержке зверолюдей, она продолжит становиться ещё более прекрасной. Причём до такой степени, что её красота будет словно нарушать естественный порядок вещей. - Женщина-зверочеловек, прошу, положи свою руку на божественный камень. Ву посмотрела на Цянь Цзя и нахмурилась. Она не знала, принесёт ли эта женщина-зверочеловек удачу или бедствие всему племени. ---------- Мириадный Камень Мира Когда Ву увидела, что женщина-зверочеловек не отвечает, она повторила: - Положи руку на божественный камень. Когда Жуй увидел, что его маленькая женщина смотрит на него со слезами на глазах, его сердце наполнилось каким-то нежным чувством. Он взял её за руку и вместе с ней подошёл к алтарю, который был перед каменной статуей. Он положил её руку на камень, который был на алтаре и успокаивающе улыбнулся ей. Нин Шу перевела взгляд на камень. Он был размером с ладонь, овальный и совершенно серый. В нём не было ничего особенного, так как же он смог стать божественным камнем? Но, похоже, что всякие удивительные вещи стремятся выглядеть обыденными и серыми. Камень первобытного хаоса тоже ведь выглядел как дешёвый кристалл. Когда Цянь Цзя положила руку на камень, она почувствовала, как камень нагрелся. Он стал таким горячим, что у неё на руке начали появляться волдыри, поэтому она поспешно убрала руку. И, когда она это сделала, из этого серого камня вышел луч света и вошёл в лоб Цянь Цзя. - Это благоприятное предзнаменование! Это предзнаменование! Она – снизошедшая к нам божественная дева! Она – божественная дева! Ву так разволновалась, что у неё начали выпадать перья, которые были воткнуты в шерсть на лице. Тем временем Цянь Цзя застыла от шока. Она внезапно научилась понимать речь этих людей. - Маленькая женщина, что не так? – обеспокоенно спросил Жуй, когда увидел, что она выглядит ошарашенной. - Я… я в порядке. Цянь Цзя смогла без помех ответить на языке зверолюдей. Это приятно удивило Жуя. - Это благословение Божества дарованное этой женщине-зверочеловеку. Как тебя зовут? – спросила Ву. - Меня зовут Цянь Цзя. Ву удовлетворённо кивнула. - С этих пор тебя зовут Цзя. Теперь ты член Племени Крылатых Тигров. Нин Шу: … Нин Шу лишилась дара речи, пока она наблюдала за тем, как Ву, эта шаман, даёт Цянь Цзя титул божественной девы. Однако ей было очень интересно узнать о том, чем был тот овальный камень. Похоже, что он был чем-то хорошим. - Система 2333-сама, что это за камень? – спросила Нин Шу. 2333 прозвучал удивлённо, когда воскликнул: - Кто бы мог подумать, что в этом дрянном мире может оказаться мириадный камень мира? - Что такое мириадный камень мира? – спросила Нин Шу. Её взгляд теперь словно прилип к камню на алтаре. - Мириадные камни мира обычно появляются только на высокоуровневых мирах. Это краеугольный камень самого мира. Однако самое магическое в нём то, что он записывает всё, что происходит в этом мире, включая то, как были сформированы законы природы. Тебе не стоит недооценивать его только потому, что он выглядит маленьким. Он способен записать продолжительность жизни бесчисленных миров. 2333 немного разволновался. - Этот камень очень ценный. Если то-то сильный сможет заполучить его и понять закон, который в нём содержится, тогда этот человека получит безмерную силу. Это просто потрясающая удача! Нин Шу прижала руки к груди. Охренеть, прямо перед ней было нечто настолько хорошее, но она не могла это взять! Это была просто настоящая пытка! Она глубоко вдохнула, а потом спросила: - Тогда что же произошло с Цянь Цзя? 2333 ответил: - Мириадный камень мира, вероятно, дал ей немного преимущества, поскольку увидел, что у Цянь Цзя много удачи. Охренеть. Быть главным персонажем истории – это просто здорово. Она тоже хотела облапать этот камень! Зверолюди начали подходить, чтобы поприветствовать новую женщину-зверочеловека. Но, поскольку их тут было так много, Цянь Цзя была немного ошеломлена. Они стали спрашивать её откуда она пришла, и что у неё за одежда. Некоторые женщины-зверолюди потянулись к волосам Цянь Цзя, чтобы потрогать их, отчего Цянь Цзя состроила недовольную гримасу. Жуй трансформировался в тигра и помог Цянь Цзя подняться ему на спину, после чего улетел. Нин Шу подошла к алтарю, чтобы рассмотреть мириадный камень мира с близкого расстояния. Её просто раздирало от желания потрогать его. Нин Шу отвела взгляд от камня и подошла к оперённой Ву, чтобы сказать: - Ву, Цао хочет стать Ву племени. Ву была ошарашена на мгновение, а потом она без единого слова развернулась и ушла. Нин Шу последовала за Ву и вошла в её пещеру. Пещера Ву была полна запахов трав, отчего Нин Шу ещё больше убедилась в том, что она хочет стать Ву. ---------- Я Хочу Стать Ву Ву села на каменный стул, посмотрела на Нин Шу и сказала: - Цао, как я помню, ты – будущая супруга Кая. Если ты станешь Ву, то ты больше не сможешь стать супругой Кая. - Да, я хочу стать Ву, - ответила Нин Шу. Она совершенно забыла о Кае, потому что ему суждено было стать частью гарема главной женщины. - Почему? – на лице Ву было замешательство. – Твой будущий супруг жив и здоров, а ещё он довольно силён. Что тебя в нём не удовлетворяет? Ву начала вытаскивать перья из своей шерсти. - Ты должна понимать, что Ву никогда в жизни не сможет иметь супруга. Она должна поддерживать непорочность, чтобы общаться с Божеством, - Ву серьёзно посмотрела на Нин Шу. – Ты должна всё тщательно обдумать. - Ву, я чувствую, что не нравлюсь Каю. Ему нравится эта новая женщина, - прямолинейно сказала Нин Шу. – Я хочу изучать с тобой медицину и помогать племени. Ву пристально посмотрела на Нин Шу. - Цзя уже супруга Жуя. Она не будет мешать вам с Каем. Нин Шу покачала головой. - Ву, мне кажется, что я бесполезна для племени. Я хочу сделать что-то хорошее для племени, и вижу, что Кай не хочет становиться моим супругом. Ву очень долго смотрела на Нин Шу, и Нин Шу решительно выдержала её взгляд. Наконец, Ву сказала: - Тогда ты можешь некоторое время обучаться у меня. А что касается вопроса становления Ву, то давай обсудим это потом. Было ясно, что Ву считает, будто Нин Шу – просто юная и наивная упёртая женщина. Однако не было никакого вреда для племени, если она будет обучать её медицине. Нин Шу кивнула. На самом деле ей не было дела до становления Ву, она лишь хотела, чтобы про неё знали, что она знает медицину. Так или иначе, проведя столько времени с божественным доктором, она уже могла узнать некоторые травы и умела лечить некоторые простые болезни. Однако если она начнёт лечить болезни просто так, то даже доисторические люди заметят, что тут что-то не так. Более того, эти доисторические люди были не такими уж тупыми. Они были достаточно умными. Добившись своей цели, она сказала Ву, что придёт завтра, чтобы начать обучение. Ву небрежно кивнула. Когда Нин Шу возвращалась обратно, она прошла мимо алтаря, и её взгляд снова обратился на мириадный камень мира. Ей потребовалось некоторое усилие, чтобы оторвать от него свой взгляд. Когда она это сделала, она увидела, что Чжи всё ещё ждёт её. Она внезапно ощутила тепло в сердце. Хоть выживание было очень трудным, люди жили в общей гармонии. Пока Нин Шу наблюдала за тем, как Чжи подходит к ней, она молча поклялась самой себе, что должна успешно культивировать, чтобы набраться силы и изменить свою судьбу. А также спасти Чжи и других брошенных женщин. Она должна выполнить желания изначального хоста! Чжи была чуть младше изначального хоста, и её будущий супруг ещё не был определён. Однако многие мужчины-зверолюди уже положили на неё свой глаз. Вот только после прибытия Цянь Цзя, мужчины-зверолюди, которые никогда раньше не видели красивой женщины, стали придирчивыми. Было ясно, что побочным эффектом внешности Цянь Цзя было снижение статуса женщин-зверолюдей. Так как Цянь Цзя ещё и могла иметь более одного супруга, то все мужчины-зверолюди хотели стать её супругом. Мужчины-зверолюди, которые когда-то очень ценили женщин-зверолюдей, теперь уже не были в этом так заинтересованы. Некоторые мужчины-зверолюди даже стали неохотно принимать своих супруг и женщин теперь уже не ценили как прежде. ---------- Как Общаться с Камнем И вот так Нин Шу начала свою деятельную рутину тренировок по ночам и обучению медицине у Ву по утрам. Когда Чжи услышала, что Нин Шу собирается учиться у Ву, её глаза округлились от тревоги. - Цао, почему ты учишься у Ву? Неужели ты хочешь стать Ву? Нин Шу небрежно ответила: - Я хочу стать Ву, но я, похоже, не нравлюсь нашей Ву. - Цао, у Ву не может быть супруга. Хоть её статус в племени и высок, но у неё одинокая жизнь. У тебя есть Кай, так почему же ты хочешь стать Ву? Чжи пыталась разубедить Нин Шу, потому что она считала, что у её соседки не всё в порядке с головой. У Чжи и у Цао не было родителей, поэтому они были очень близки. Чжи не хотела, чтобы у Цао была такая одинокая жизнь. Когда другие женщины-зверолюди, её подруги, услышали об этом, они тоже пришли, чтобы попытаться отговорить Нин Шу, отчего Нин Шу чувствовала себя очень беспомощной. Она же собиралась просто обучаться. Почему эти люди считают, что не иметь супруга и стать Ву – это настолько нехорошо? Нин Шу очень даже хотела стать Ву. Статус Ву был довольно высок, почти равен статусу вождя племени, поэтому у неё было бы много уважения. А вот насчёт того, чтобы иметь супруга, нет уж, спасибо! Однако Нин Шу чувствовала их добрые намерения и понимала, что они искренне беспокоятся за неё. Поэтому она сказала, что из-за того, что она заболела, она очень перепугалась, поэтому просто решила немного поучиться медицине у Ву. Чжи лишь отчасти поверила её словам, но она не могла помешать Нин Шу ходить в пещеру Ву. Едва Нин Шу вошла в её пещеру, она почувствовала запах трав. Однако этот травяной аромат был очень приятным. В пещере было несколько камней довольно ярких цветов, и даже несколько ракушек. Помимо этого там была ещё каменная постель, накрытая шкурой животного. Пещера Ву была, вероятно, одной из самых лучших в племени. Когда Ву увидела Нин Шу, она указала на травы, которые лежали на каменном стуле и начала объяснять их применение. Нин Шу взглянула на травы и увидела, что это было распространённое средство для самолечения. Оно использовалось от лихорадки, болезней печени, дизентерии, диареи, а также для детоксикации, убийства микробов и избавления от внутреннего жара. Эта трава была очень важна для зверолюдей, которые постоянно ели копчёное жареное мясо. Однако Ву представила эту траву, как некое божественное лекарство, которым кормили зверолюдей, если с ними что-то случалось. Нин Шу: … Неужели вот так вслепую есть нечто подобное – это нормально? Похоже, что Ву не особо много знала о медицине. Однако Нин Шу всё равно серьёзно запоминала всё, что ей рассказывала Ву. Она вспомнила все книги, что читала у божественного доктора. Как и ожидалось, эти знания были очень важными. И хотя на их получение ушло много времени, когда-нибудь они могут стать очень полезными. Когда Ву увидела, что Нин Шу серьёзно настроена на обучение, у неё улучшилось настроение, и она дала Нин Шу небольшой камень. Она сказала ей попытаться пообщаться с этим камнем. Если она сможет общаться с божественным камнем, то сможет общаться и с Божеством. Сердце Нин Шу заколотилось, когда она посмотрела на этот маленький серый камень. Охренеть, это же не может быть мириадным камнем мира, верно? Нин Шу сглотнула, а потом, запинаясь, задала вопрос. - Ву, это… Что это? Ву ответила: - Вообще-то это тоже божественный камень. - 2333, это мириадный камень мира? – взволнованно спросила Нин Шу. 2333 несколько мгновений молчал, а потом сказал: - Это не мириадный камень мира, но его, вероятно, можно счесть фальшивым камнем мира. В нём тоже есть свои собственные законы, но его нельзя положить на одну полку с мириадным камнем мира. Ох. Нин Шу была немного разочарована. Однако раз ей это давала Ву, то означает ли это, что Ву намерена её тренировать? - Я уже старею и ищу кандидата на становление Ву. Раз ты хочешь стать Ву, то попробуй общаться с божественным камнем. Если у тебя получится, тогда это будет означать, что Божество тебя выбрало, - сказала Ву. Нин Шу: … Ву чуть ли не в каждом предложении упоминала Божество. У Нин Шу было предчувствие, что если её будущее в качестве Ву будет той ещё болью в заднице. Она вернулась к себе с фальшивым мириадным камнем мира. Когда она вернулась в свою пещеру, она достала божественный камень и попыталась с ним пообщаться. Но, мог бы кто-нибудь подсказать ей, как нужно разговаривать с камнем? ---------- Не Могу Общаться с Божественным Камнем Она попыталась внедрить своё сознание в фальшивый мириадный камень мира, как она это делала для заключения контракта с духовными зверями. И это неожиданно сработало. Она смогла увидеть то, что содержалось внутри этого мириадного камня мира. Она увидела вещи, которые были записаны в нём, словно это было кино. Мир был бесконечной пустой поверхностью, на которой ничего не было. На ней не было ни воды, ни неба, ни земли, ни деревьев, ничего. Поверхность была совершенно пустой. В этой бесконечной тишине внезапно появился силуэт. Этот силуэт был чёрным с головы до пят и выглядел словно тень. Ни его черты лица, ни очертания фигуры, ни его пол невозможно было определить, пока она возвышалась над этим "миром". Нин Шу почувствовала сильное безразличие в его взгляде, когда его взгляд прошёлся по ней. Когда он взмахнул рукой, в небе над ним ярко вспыхнули два солнца. Из-под земли начала быстро подниматься нежная зелёная трава, которая быстро выросла в огромные возвышающиеся деревья. Вскоре вся видимая земля стала лесами. После этого в его руке появилась птица. Птица расправила крылья и полетела вниз, где приземлилась на ветку. После этого в лесу появилось множество животных. Там были всевозможные виды животных, включая даже динозавров. Силуэт тени указал на льва и лев трансформировался в человека. Этот человек пал ниц и распростёрся в почтительном поклоне перед теневым силуэтом. Вскоре появились всевозможные зверолюди. После этого теневой силуэт небрежно бросил на землю мириадный камень мира, после чего растворился в воздухе. Дальше в записи была лишь куча случайных вещей. Лоб Нин Шу был покрыт холодным потом, когда она с трудом извлекла своё сознание. Она была крайне озадачена. Охренеть, тут действительно существовало Божество. Блять, опять моё мировоззрение рвётся! То существо могло создавать жизнь одним лишь взмахом руки. Если это не бог, тогда что же? Значит, когда зверолюди говорили, что Божество дало им способность превращаться, то они говорили правду. Проблема в том, что Нин Шу не смогла ясно разглядеть, кто скрывался за тем силуэтом. Нин Шу глубоко вдохнула, чтобы успокоиться, а потом мрачно стиснула губы. Судя по всему, у мириадного камня мира на алтаре был владелец. Если она попытается его украсть, то это всё равно, что напрашиваться на собственное убийство. Тот факт, что подобное могущественное божество существовало в этом мире, полностью порвало изначальное мировоззрение Нин Шу, и теперь она чувствовала себя так, что не могла даже считаться муравьём. Нин Шу рассказала 2333 о том, что увидела в этом фальшивом мириадном камне мира. Спустя мгновение тишины 2333 сказал: - Похоже, что этот мир принадлежит кому-то сильному, который использует это место для сбора веры. Нин Шу, не смей делать всяких глупостей, вроде попыток прикарманить мириадный камень мира, а иначе мы оба умрём. - Мне было так страшно, что я чуть штаны не обмочила! Да я ни за что больше не приближусь к этому мириадному камню мира. Нин Шу закатила глаза. А потом она глубоко вздохнула и попыталась забыть обо всём том, что сейчас увидела. Если смотреть на вещи, которые находятся далеко за пределами её досягаемости, то от этого у неё только депрессия появится. Однако были в этом и положительные моменты. Она теперь ясно понимала свою позицию. Она была не более чем муравьём, пытающимся выжить, так что ей нужно было лишь сфокусироваться на том, чтобы усердно работать и продолжать жить. Успокоив своё сердце, она продолжила тренировку. Самой важной целью сейчас было завершить задание. Всё остальное было мимолётным и проходящим. Но тот взгляд был таким страшным! *Плак-плак* На следующий день Нин Шу отправилась к Ву, чтобы сказать ей о том, что она не смогла пообщаться с божественным камнем. Когда Ву услышала это, она чуть не стукнула Нин Шу по голове этим же камнем. - Неужели ты решила, что общаться с божественным камнем будет так легко? Прошёл всего один день. Ты слишком спешишь. ---------- Занятые Дни Выйдя из пещеры Ву, Нин Шу столкнулась с Каем. Однако она не считала, что он пришёл сюда ради неё. С тех пор, как она пришла в этот мир, у них был лишь один разговор из двух реплик: "Я слышал, что ты заболела?" "О, мне уже лучше". С тех пор они больше не общались. Нин Шу подозревала, что Кай совсем не любил изначального хоста. Даже если бы Цянь Цзя не появилась, их отношения всё равно вряд ли были бы успешными. Кай был ошарашен, когда Нин Шу прошла мимо него, ничего не сказав. Он поспешно обернулся и поспешил догнать её. - Почему ты уходишь? Нин Шу удивлённо посмотрела на него. - А ты искал меня? Если ты искал меня, тогда почему ты ничего не сказал? Кай уставился на Нин Шу на мгновение, а потом сказал: - Я слышал от Чжи, что ты учишься у Ву. Ты… Неужели ты хочешь стать Ву? - Это зависит уже от Ву. Я лишь учусь у неё медицине, - спокойно ответила Нин Шу. Нин Шу обнаружила, что Каю, похоже, вообще нет до неё дела. Однако насколько было понятно по воспоминаниям изначального хоста, Кай был её будущим супругом. Вероятно, была какая-то причина, скрывающаяся за тем фактом, что Кай был назначен супругом изначального хоста, однако на данный момент не было ни единого шанса на то, что Кай станет её супругом. В сердце Кая теперь была Цянь Цзя, а её задачей было стать председателем женской ассоциации и спасти соплеменниц из Племени Крылатого Тигра. У неё не было времени на этого парня. Они оба затихли, потому что не знали, что сказать, поэтому атмосфера стала очень неловкой. - Я… - Я… - Говори первым, - сказала Нин Шу. После мгновения замешательства, Кай сказал: - Если ты хочешь стать Ву, то я тебе помогу. Я обещал твоему па, что буду присматривать за тобой. Нин Шу: … Внезапно, она не знала, что сказать. Кай прозвучал очень искренне, но его будущая супруга собиралась стать Ву и на всю жизнь остаться в одиночестве, но он даже предлагал ей помощь. Нин Шу: Я… Она вежливо улыбнулась, отчего её лицо стало ещё уродливее, а потом сказала: - Спасибо, но я сама разберусь со своими делами. После этого она повернулась и ушла. Похоже, что Кай стал будущим супругом Цао из-за папы изначального хоста, и Кай делал это только из чувства долга. Некоторое время Кай смотрел в спину Нин Шу, а потом вздохнул и ушёл. Пока дни Нин Шу были полны забот и хлопот, дни Цянь Цзя и Жуя тоже были довольно плодотворными. Цянь Цзя знала, что она не сможет вернуться в свой мир, поэтому она решила сделать свою жизнь тут как можно более счастливой. Она была довольна тем, что у неё есть муж, который так сильно её любит. Она усердно работала, чтобы её жизнь стала немного лучше. Так как она не могла привыкнуть к каменным постелям, она захотела сделать себе деревянную постель. И хотя эта "деревянная постель" была лишь досками поверх каменной постели, это всё равно было немного удобнее. Она вложила немало усилий в то, чтобы сделать вкус еды лучше, и даже изобрела каменный котелок. И хотя он был не очень универсальным, в нём всё равно можно было готовить мясо до тех пор, пока оно не станет нежнее. Жуй часто брал её с собой в лес, поэтому, когда она находила какие-нибудь хорошие ингредиенты, вроде перца или имбиря, то она собирала их, чтобы избавиться от неприятной вони у мяса. При добавлении кисло-сладких диких фруктов в процессе приготовления мяса, его вкус значительно улучшался. Вкусные ароматы каждый день доносились из пещеры Жуя. Они практически сводили всех членов племени с ума. Некоторые даже пытались войти в пещеру Жуя, чтобы отведать то, что так вкусно пахнет. Однако Жуй был без ума влюблён в свою жену, и всегда прогонял их. Его супруга готовила немного, и этого едва хватало для того, чтобы ему наесться. Он очень не хотел, чтобы та еда, над которой так усердно трудилась его супруга, была съедена этими людьми. Каждый раз, когда Цянь Цзя видела, что другим людям нравится её еда, она чувствовала себя очень счастливой. Прежде чем трансмигрировать сюда, каждый раз, когда она находила какое-нибудь блюдо, которое ей нравится, она тратила некоторое время на то, чтобы научиться его готовить. Она и не ожидала, что её кулинарные навыки когда-нибудь будут настолько полезными. Она хотела стать полноценным членом племени, и особенно хотела подружиться с женщинами, поэтому она сказала Жую, что хочет пригласить женщин-зверолюдей на ужин и попросила его сделать ещё несколько каменных тарелок. Конечно же, мяса тоже нужно было приготовить больше. Однако Жуй тут же отправился на охоту, ни капли не жалуясь. Когда женщины-зверолюди услышали, что новая женщина приглашает их на ужин, то они были очень рады, потому что уже было общеизвестно, что эта женщина делает очень вкусную еду. А вот насколько вкусную, они не знали. В назначенный день они все в радостном возбуждении отправились в сторону пещеры Жуя. Нин Шу не была заинтересована в том, чтобы присоединяться к этому веселью, потому что благодаря последним нескольким дням напряжённой тренировки ей наконец-то удалось сформировать немного энергии культивации. ---------- Цветок в Волосах После того, как эта энергия сформировалась, она съела чуть-чуть порошка из кристалла духовной эссенции. Она беспокоилась, что эта энергия не сможет впитать духовную энергию, так как она была очень слабой. К счастью, её энергия поглотила духовную энергию и стала немного сильнее, но всё равно была ещё очень слабой. Однако Нин Шу уже чувствовала, как её тело постепенно меняется. Она ощутила лёгкий зуд в костях, когда её тело начало становиться сильнее. И хотя она не могла прыгать по крышам, её чувства стали гораздо острее, а её физическая сила заметно возросла. Вероятно, она даже не простынет, когда в следующий раз упадёт в реку. Она уже собиралась съесть ещё немного кристалла духовной эссенции, когда услышала шаги Чжи и перестала медитировать. Чжи часто приходила к ней в гости. Спустя некоторое время Нин Шу научилась определять её по одному только звуку шагов. Едва только Чжи вошла в пещеру, она спросила: - Почему ты всё ещё сидишь тут? Скорее пойдём. Если мы опоздаем, то нам не достанется еды. Нин Шу увидела, что Чжи даже вставила себе цветок в волосы. Её волосы не были завязаны, поэтому этот дикий цветок выглядел так, словно сейчас выпадет. - Что ты делаешь? Почему у тебя цветок в волосах? – удивлённо спросила Нин Шу. Неужели Чжи увлеклась каким-то мужчиной-зверочеловеком? Чжи подняла руку, чтобы коснуться цветка, и, в итоге, случайно смахнула его. Когда она нагнулась, чтобы подобрать его, она сказала: - А разве новая женщина не пригласила нас к себе поесть? Я хотела выглядеть немного лучше. Вот, значит, как. Нин Шу вышла ко входу в пещеру и сорвала несколько крепких стеблей травы, а потом попросила Чжи присесть. Она немного причесала спутанные волосы Чжи, а потом травой подвязала их, после чего вставила цветок. Теперь она выглядела более прилично, но и достаточно небрежно. Чжи удивлённо коснулась своих волос, а потом радостно улыбнулась. - Цао, ты удивительная! Хочешь себе тоже цветок? Я пойду и найду для тебя. Ты сможешь сделать и свои волосы, прежде чем мы пойдём в пещеру Жуя. Нин Шу не хотела возиться с этим. На самом деле она очень хотела просто состричь свои волосы. Ей приходилось каждый день расчёсывать свои волосы пальцами, и от этого ей казалось, что её пальцы скоро сломаются. Тут не было шампуня, поэтому, даже если она вымоет свои волосы в реке, они не станут заметно чище. - Я не пойду, а ты иди. У неё было более важно занятие. Не было ничего более важным, чем увеличение её силы, поэтому она предпочла пропустить все подобные собрания. - Но ведь у нас так редко бывает так много вкусной еды. Я слышала, что там будет много мяса, так почему ты не идёшь? Чжи посмотрела на Нин Шу так, словно та отупела, а потом просто взяла и вытащила Нин Шу из пещеры. С нынешней силой Нин Шу она легко могла вырваться из хватки Чжи, но она не стала. Она немного устала от жареного мяса. Если бы ей не нужно было набираться сил, то ей бы не пришлось его так много есть. Однако у неё осталось не так много постных пилюль. И, если она съест их все, то у неё не останется пилюль на крайний случай. ---------- Кулинарная Выставка Когда они добрались до пещеры Жуя, то там уже собралось много народу. Ингредиенты были разложены на земле у пещеры, а Цянь Цзя с энтузиазмом угощала женщин фруктами. А потом она начала готовить еду. Женщинам-зверолюдям было очень интересно узнать о том, как Цянь Цзя могла создать такую ароматную еду. А ещё им очень интересен был швейцарский нож, который держала Цянь Цзя и при помощи которого она с лёгкостью могла резать мясо. Цянь Цзя великодушно объяснила им весь процесс и ответила на все вопросы, что у них были. Цянь Цзя чувствовала, что тот факт, что она могла изменить среду обитания при помощи своих способностей – это повод для гордости. Нин Шу наблюдала за Цянь Цзя. На ней была другая футболка и юбка из шкуры животного. Её волосы были небрежно уложены французской косой* и подвязаны кружевной лентой, завязанной в бант. Это была простая причёска, которая подчёркивала её красоту. Разница между ней и окружающими женщинами-зверолюдьми была словно между небом и землёй. Нин Шу продолжила смотреть на кружевную ленту. Она невольно задумалась, не с трусов ли эта лента. Когда Чжи увидела насколько красивой была Цянь Цзя, она протянула руку и коснулась дикого цветка в своих волосах. Было ясно, что она чувствует себя худшей, по сравнению с главной женщиной. Нин Шу опустила руку Чжи и прошептала: - Чжи, я считаю, что ты красивее, чем Цзя. Чжи улыбнулась, а потом присоединилась к группе, чтобы спросить о том, как было приготовлено мясо. Нин Шу села на каменный стул и подпёрла рукой подбородок, наблюдая за тем, как суетится Цянь Цзя. Она держала в руках рыбу и рассказывала женщинам-зверолюдям, что это тоже съедобно. Женщины выразили своё сомнение. Это было несъедобно. У этой рыбы были шипы, отчего люди могли поперхнуться и задохнуться насмерть. Цянь Цзя загадочно улыбнулась, а потом положила рыбу в каменный котелок и сварила рыбу на медленном огне, превратив её в молочно-белое тушёное блюдо. От него шёл приятный аромат. Нин Шу улыбнулась. Это было основной причиной, почему изначальный хост не хотела мстить Цянь Цзя. Даже, несмотря на то, что её будущий супруг стал супругом Цянь Цзя, она никогда не держала обиды на Цянь Цзя. А всё потому, что прибытие Цянь Цзя действительно улучшило условия жизни Племени Крылатых Тигров. Всё, что летало в небе, что плавало в воде, в её руках превращалось во вкусную еду. Она значительно расширила диету Племени Крылатых Тигров и увеличила количество еды, которая была им доступна во время зим. После обнаружения месторождения соли они смогли ещё и сохранять еду на более долгий срок. Были даже сделаны дома, чтобы зверолюдям больше не пришлось жить в сырых и холодных пещерах. На счету Цянь Цзя было множество похвальных достижений; ничто не могло стереть тот факт, что она оказала значительное содействие. Цао не держала обиды на Цянь Цзя. Единственное, что она не понимала, так это то, почему она была брошена племенем. Спустя приличное время все роскошные блюда были готовы. С таким количеством вкусно пахнущих вещей, лежащих на каменном столе, все женщины-зверолюди с трудом сдерживали свою слюну. Цянь Цзя дала каждой женщине каменную тарелку и палочки, сделанные из веток. Зверолюди не знали, как пользоваться палочками и хотели руками достать мясо из супа. Однако суп был очень горячим, поэтому у них не оставалось выбора, кроме как неуклюже воспользоваться палочками. Нин Шу притворилась, что она не умеет пользоваться палочками и изобразила, словно у неё ушло немало времени на то, чтобы привыкнуть к ним. А потом она взяла кусок мяса и положила его в каменную тарелку Чжи, потому что Чжи выглядела так, словно она вот-вот сойдёт с ума от голода. Чжи тут же взяла мясо с тарелки рукой и засунула его себе в рот. Сразу же после этого она восторженно воскликнула: - Как вкусно! Я никогда не ела чего-то столь вкусного! Взгляд Цянь Цзя сверкнул, когда она увидела, что Нин Шу так быстро научилась пользоваться палочками. Однако, когда она услышала слова Чжи, она с улыбкой сказала: - Это просто варёное мясо. Если бы у меня было больше приправ, то оно было бы ещё вкуснее. - Оно может быть ещё вкуснее? – у Чжи загорелись глаза. – Оно уже такое вкусное, но может быть ещё вкуснее? Все остальные женщины тоже закричали от шока и восхищения. Они начали расхваливать Цянь Цзя самыми искренними словами. Цянь Цзя посмотрела на Нин Шу, которая осталась совершенно невозмутимой, и спросила её: - А ты кто? Я – Цянь Цзя, но ты можешь звать меня Цзя. ______________________________________________________________________ * Французская коса начинается ото лба. ---------- Когда Приходит Ваша Двоюродная Тетушка - Она Цао. Чжи ответила за Нин Шу прежде, чем Нин Шу успела заговорить. - Цао? – Цянь Цзя была ошарашена на мгновение, а потом сказала с улыбкой: - Цао, хочешь сходить пособирать дикие овощи вместе? Мы можем собрать и диких фруктов. Если готовить мясо с ними, то оно станет очень вкусным. Нин Шу не ожидала, что Цянь Цзя возьмёт и пригласит её. Однако она всё равно планировала отправиться на поиски лечебных трав. Обычно племя не позволяло женщинам-зверолюдям покидать территорию племени, но Цянь Цзя была другой. Так как её супругом был сын вождя племени, у неё было немало привилегий. Конечно же, вождь разрешил Цянь Цзя выходить в лес. Всё же, разве Цянь Цзя не брала всё это время с собой Жуя? - Ладно! Нин Шу тут же согласилась. Когда остальные услышали, что она отправляются на поиски, они стали проситься пойти вместе с ними. Все они хотели собрать ингредиентов, чтобы приготовить вкусное мясо. У Цянь Цзя на лице появилось несколько озабоченное выражение, когда она сказала: - Мне нужно поговорить об этом с Жуем. Мы не можем пойти все вместе. Вероятно, он сможет взять лишь нескольких из нас за раз. - Я точно тоже пойду. Я пойду туда, куда пойдёт Цао! – поспешно добавила Чжи. Атмосфера на этом уже была очень гармоничной. Цянь Цзя хотела стать частью этой группы, а зверолюди очень восхищались Цянь Цзя, поэтому, после этого ужина они начали считать Цянь Цзя своей подругой и стали её очень уважать. И хотя Цянь Цзя приготовила много еды, женщины-зверолюди всё сожрали. Они не оставили даже ни единой капли супа. Однако поначалу никто не прикоснулся к рыбному супу. Цянь Цзя улыбнулась и продемонстрировала всем как убирать кости из рыбы и есть белое мясо, после этого женщины-зверолюди стали ей подражать. После ужина все помогли с уборкой. Нин Шу тоже помогала. Но потом она уставилась на жирные каменные тарелки и палочки, думая о том, как их помыть. Цянь Цзя нагребла грязи и протёрла ею каменную тарелку, после чего прополоскала всё водой. Было ясно, что Цянь Цзя очень хорошо адаптировалась к доисторической жизни. В этом мире она была исключительно уникальной. Множество женщин спрашивали о том, что на ней надето. На лице Цянь Цзя появилось выражение, словно она что-то вспоминает. Она сказала: - Это хлопок. Это из моего родного города, и он очень удобный. - А где твой родной город? Как ты оказалась тут? Твоё племя бросило тебя? – спросила женщина-зверочеловек. Цянь Цзя покачала головой. - Я попала сюда случайно, но я больше не могу вернуться. Теперь мне придётся жить тут. Все женщины-зверолюди подошли к ней, чтобы утешить. Цянь Цзя увидела, что зверочеловек по имени Цао говорит очень мало и смотрит на неё без особого интереса. Цянь Цзя уже привыкла к тому, что все зверолюди ей восхищаются, поэтому она никак не могла привыкнуть к тому факту, что есть зверочеловек, который относился к ней не очень дружелюбно. Так как она чувствовала себя неуютно, она попыталась найти тему для разговора с Нин Шу: - Эм, а что вы делаете, когда к вам приходит двоюродная тётушка? Губы Нин Шу дрогнули, когда она услышала этот вопрос, но она промолчала. Цянь Цзя подумала, что Нин Шу не поняла, о чём она говорит, поэтому она объяснила: - Я имею в виду то, что появляется у вас каждый месяц. Как вы с этим справляетесь? Нин Шу сказала "о", словно только теперь поняла, а потом сказала: - А мы ничего не делаем, просто позволяем ей течь. А когда она вытечет, мы вытираем ноги сухой травой или смываем водой. Цянь Цзя: … Похоже, что это была не очень приятная тема для разговора. От этого ответа Цянь Цзя просто поперхнулась. ______________________________________________________________________ Напоминание: Цао означает "трава", но часто используется в современном Китае в качестве омонима для ругательства, которое эквивалентно слову "fuck". Поэтому Цянь Цзя ошалела, когда услышала её имя. ---------- Разве Кай Тебе Ничего Не Сказал? Цянь Цзя смогла приворожить всех женщин-зверолюдей из племени одним лишь ужином. К тому же, она была очень щедрой и после ужина начала обучать женщин-зверолюдей тому, как укладывать волосы. Она даже дала им немного грубо сделанного мыла. Оно было сделано просто путём смешения пепла растений и жира животных, после чего ему дали затвердеть. Когда женщины-зверолюди услышали, что эту штуку можно использовать для того, чтобы мыть тело и волосы, они были ошарашены. А потом они всей группой побежали к реке, чтобы вымыть волосы. Нин Шу посмотрела на небольшой огрызок мыла в её руке. Пепел растений был хорошо заметен в этом желтовато-белом жире. Она пошла вместе с женщинами-зверолюдьми к реке, чтобы тоже вымыть волосы. После использования этого мыла её волосы действительно стали гораздо чище, чем раньше. Нин Шу очень хотелось спросить у Цянь Цзя на кого та училась в колледже. Она знала, как делать мыло, глиняную посуду и строить дома. А когда они ещё найдут месторождение железа, то окажется, что она даже знает, как делать скобяные товары. Она позволила доисторическому миру пропустить Бронзовый Век и перескочить сразу в Железный Век. В руках Цянь Цзя всё получалось супер легко. И хотя у неё могло пару раз не получиться, в итоге, она всегда добивалась успеха. В реальности, Цянь Цзя была просто всемогущей Мэри Сью. Однако к Нин Шу это не имело никакого отношения. В этот раз в её задании ничего не упоминалось про главную женщину, поэтому было необходимо поддерживать хорошие отношения. Нин Шу подошла, чтобы одолжить что-то у Цянь Цзя. - Цзя, можно мне одолжить твой но… ту штуку, которой ты режешь мясо? Я хочу избавиться от своих волос. Нин Шу давно хотела избавиться от своих длинных волос. Они были такими длинными, что доставали до задницы, поэтому она постоянно садилась на свои волосы. Цянь Цзя ошалела на мгновение, а потом улыбнулась и сказала: - Конечно. Она вернулась в пещеру, а потом протянула Нин Шу швейцарский нож. Нин Шу притворилась, словно не знает как им пользоваться и посмотрела на Цянь Цзя. Цянь Цзя очень мило шлёпнула себя по голове, осознав ситуацию, а потом взяла нож и сказала: - Ты не знаешь, как им пользоваться, верно? Это самая обычная вещь там, откуда я родом, это называется нож. Я помогу тебе обрезать твои волосы, ладно? - Спасибо… спасибо большое, - сказала Нин Шу, пытаясь совладать с дёргающимися губами. Она почувствовала, что голос Цянь Цзя был полон превосходства, когда она предлагала ей помощь. После того, как Цянь Цзя помогла Нин Шу обрезать несколько прядей волос, Нин Шу начала резать их сама и обкромсала свои волосы до длины плеч. Так как это было сделано ножом, то это было сделано неуклюже, словно собака погрызла. И хотя в этом не было ничего красивого, по крайней мере, так было гораздо удобнее. У Цянь Цзя была большая харизма. После одного только ужина все женщины-зверолюди очень полюбили её и стали почитать её. На обратном пути Чжи без перерыва нахваливала Цянь Цзя. В её взгляде было полно зависти, когда она сказала: - Цянь Цзя очень хорошая женщина-зверочеловек. Она нравится многим зверолюдям. Неудивительно, что Каю она тоже понравилась. Нин Шу тут же почувствовала проблему. Из всех зверолюдей был упомянут лишь Кай, поэтому она глянула на Чжи. - Тебе нравится Кай? - Почему мне должен нравиться Кай? – Чжи удивлённо посмотрела на Нин Шу. – Кай всегда так безразлично относился к женщинам в племени, но ему, похоже, очень нравится Цзя. Нин Шу: Я ошиблась… - Ась? Что ты сделала со своими волосами? Они теперь просто уродливые. У всех женщин в племени длинные волосы. Так ты выглядишь просто уродливо, Каю это не понравится! Выражения Чжи были очень преувеличенными и она чуть не кричала. Нин Шу провела рукой по волосам. - Мне так удобнее. Чжи посмотрела на Нин Шу с разочарованным раздражением и сказала: - Я даже сказала Каю в прошлый раз, что ты собираешься стать Ву. Он тебе что-нибудь сказал? Нин Шу покачала головой. - Он сказал, что поможет мне стать Ву. Чжи: … ---------- Выход На Природу с Цянь Цзя Чжи нахмурилась. - Разве он не знает, что у Ву не может быть супруга? Вы же собираетесь стать супругами, так почему же он не отговаривает тебя от того, чтобы стать Ву? - Возможно, он не хочет быть моим супругом. Забудь об этом. Это всё не важно. Разве мы не собираемся завтра сходить с Цзя, чтобы поискать всякие штуки? Нам нужно приготовить что-нибудь, в чём мы будем их нести. Нин Шу сменила тему разговора. Раз женщинам-зверолюдям было интересно узнать о том, как Цянь Цзя смогла сделать такую еду, Цянь Цзя сказала, что поведёт их завтра с собой собирать ингредиенты. А уж если они пойдут с Цянь Цзя, то обязательно найдут много всего. - Ох, верно! Я никогда раньше не покидала племя. Я пойду и сплету корзину! – Чжи тут же забыла о том, что они обсуждали Кая и спросила: - А тебе нужна корзина? Я для тебя сделаю. - Ладно. Нин Шу кивнула, а потом помогла Чжи найти лозу, которая была толщиной с палец, и выдернула её из земли. Она притащила её ко входу в пещеру Чжи, чтобы Чжи смогла сплести для неё корзину. У Чжи отвалилась челюсть, и она с выпученными глазами уставилась на Нин Шу. - Ты сильная? Как ты смогла её вытащить? - Я просто дёрнула, - ответила Нин Шу, отряхивая руки. – Этого хватит? Если нет, то я принесу ещё. - Этого достаточно. Только мужчины могут выдёргивать такие штуки, - пробормотала Чжи. Она начала плести корзины, поэтому Нин Шу оставалось лишь стоять в стороне и наблюдать. Корзины, которые сделала Чжи, были очень уродливыми. Какие-то части были сплетены плотно, какие-то очень свободно, да и размер у них был разный. Однако всё это было не важно, пока их можно было использовать. На следующий день Нин Шу и Чжи взяли свои уродливые корзины и направились к месту подношения. Там было несколько женщин-зверолюдей, а ещё – несколько мужчин-зверолюдей. Цянь Цзя как раз разговаривала с женщиной-зверочеловеком. Когда она увидела Нин Шу и Чжи, она с улыбкой сказала: - Мы как раз только вас и ждали, девчата. Сегодня на Цянь Цзя были футболка и короткие джинсы, отчего она сильно выделялась среди окружающих её зверолюдей. Нин Шу посмотрела на мужчин-зверолюдей. Она знала лишь Жуя и Кая, а остальных совсем не знала. Когда Цянь Цзя увидела, что Нин Шу смотрит на мужчин-зверолюдей, она хитро сказала: - Они проводят нас и пойдут с нами, чтобы защищать, так что у нас будет шанс почувствовать, каково это – воспарить в небесах. Почувствовать, каково это – воспарить в небесах? Бурное воображение Нин Шу снова разыгралось. В гаремном мире практически невозможно было не думать о всяком промеж строк. Так как это было впервые, когда столько женщин-зверолюдей покидает племя, Жуй собрал несколько мужчин-зверолюдей, чтобы защитить женщин. Другой причиной было то, что Жуй не хотел отходить он Цянь Цзя ни на шаг. Он всегда пытался найти способы оставаться с Цянь Цзя, потому что Цянь Цзя практически излучала своё собственное свечение, отчего взгляды всех мужчин-зверолюдей были прикованы к ней. Цянь Цзя, похоже, не осознавала, что каждое её движение словно было наполнено прекрасной грацией. Её нежная естественная улыбка практически сводила с ума всех зверолюдей. Когда Жуй увидел, какой прекрасной была Цянь Цзя, а потом увидел, как все мужчины-зверолюди напряжённо смотрят на него с завистью и ревностью, он почувствовал в себе гордость и лёгкое неудобство. Эта прекрасная женщина-зверочеловек словно умела всё на свете и была такой мудрой, а ещё она была его супругой. Он невольно задумывался, действительно ли такая чудесная супруга должна принадлежать ему. Ву сказала, что она была божественной девой. Есть ли у него право обладать божественной девой? В данный момент Жуй страдал от горьковато-сладкого страха о том, что он может потерять свою возлюбленную. Нин Шу глянула на Кая. Он был мужчиной немногословным. И хотя он тоже смотрел на Цянь Цзя, его взгляд был гораздо более сдержанным, чем у других зверолюдей. Он словно почувствовал, что кто-то смотрит на него, и, обернувшись, встретился взглядом с Нин Шу. На мгновение он был ошарашен, а потом отвёл взгляд. Он больше не смотрел на Нин Шу, но и на Цянь Цзя тоже не смотрел. ---------- Первая Прогулка На Природе Когда Нин Шу увидела Кая таким, у неё сложилось сильное впечатление, что он был второстепенным главным мужчиной, который влюблён в главную женщину, но не может признаться в этом. В его взгляде было глубокое обожание, которого он, вероятно, сам ещё не осознал. И хотя любовь Кая, в итоге, сможет тронуть Цянь Цзя и он станет одним из её супругов, до сих пор подобных прецедентов не было. Прецедентов того, что у женщины-зверочеловека может быть несколько супругов, ещё не случалось, поэтому у Кая не было выбора, кроме как страдать от боли любви к чьей-то чужой супруге. И по поводу этого Нин Шу подумала: "ты этого охренеть как заслуживаешь". Хоть в её задании и не говорилось ничего о Кае, это не мешало ей наслаждаться злорадством. Зверолюди трансформировались в крылатых тигров и понесли на себе женщин-зверолюдей на их прогулку. Цянь Цзя взяла на себя инициативу, забравшись на спину Жуя, а потом и остальные женщины-зверолюди забрались на спины остальных мужчин-зверолюдей. Нин Шу была единственной, кто ни к кому не подошла. Кай замешкался на мгновение, а потом подошёл к Нин Шу и сказал: - Залезешь ко мне на спину? Нин Шу без колебаний схватилась за тигриный мех и забралась на спину Кая. Мех был довольно мягким. Он идеально подошёл бы для создания меховой одежды. Такая одежда наверняка была бы высшего качества. Кай взмахнул своими крыльями и тут же воспарил в небо, чтобы догнать группу, которая уже взлетела. Пока Нин Шу сидела на спине тигра, ей показалось, что единственное, что она может слышать – это шум ветра. Этот лёгкий бриз был очень приятным, и она видела бесконечный лес, которые раскинулся под ними. Весь мир словно был покрыт доисторическими лесами. Качество воздуха тут было явно хорошим. После того, как они отлетели на небольшое расстояние от племени, Жуй, который летел впереди, сказал: - Мы в первый раз отправляемся на прогулку, так что нам не стоит отходить слишком далеко. Давайте остановимся тут. А потом он начал медленно спускаться. Так как для женщин-зверолюдей это было впервые, когда они покидали племя, они были очень взволнованы и с любопытством осматривались по сторонам. Они выросли, не покидая племени ни на шаг. Взрослые всегда говорили им, что во внешнем мире очень опасно. Женщины-зверолюди были очень слабыми, поэтому для них внешний мир был ещё опаснее. И поэтому они были очень взволнованы и потрясены, увидев мир за пределами племени, но при этом они были и немного напуганы. Чжи взяла корзинку в одну руку, подбежала к Нин Шу и взяла её за руку. Было ясно, что она немного напугана. Нин Шу улыбнулась, стиснула её руку и сказала: - Не бойся. Я тут. Нин Шу считала, что племя вело себя немного бесчеловечно, заставляя женщин-зверолюдей быть вечными заключёнными внутри племени во имя защиты. Им нужно знать, что вся эволюция и адаптация к среде обитания построена на крови. Цянь Цзя встала перед всеми и сказала: - Весь этот лес полон сокровищ. Он полон вещей, которые можно съесть, но ещё он очень опасен. Когда будете собирать всякие находки, остерегайтесь змей и жуков. Затем она указала на чёрный гриб, растущий на стволе дерева, и сказала: - Вот это – съедобно. Мы можем принести его обратно, чтобы высушить на солнце. Он очень вкусный, если его потушить вместе с мясом. Когда женщины-зверолюди услышали, что эти грибы съедобны, они начали собирать их. Цянь Цзя указала на грибы, растущие на земле, и сказала: - Суп, сваренный с этими грибами, будет очень ароматным и пикантным. Когда женщины-зверолюди услышали это, они начали искать грибы. Чжи подобрала очень цветастый гриб и сказала Нин Шу: - Цао, гляди, этот просто огромный! - Это нельзя… - Это нельзя есть, - прежде чем Нин Шу успела договорить, Цянь Цзя подошла и строго заговорила с Чжи. – Этот ядовитый. Чем более цветастые грибы, тем они более ядовитые. Помните, нельзя собирать такие грибы! Чжи была ошарашена строгим выражением лица Цянь Цзя и посмотрела на Нин Шу. Нин Шу сказала: - Раз Цзя сказала, что он ядовитый, то выбрось его. - Ох… Чжи поспешно выбросила гриб. После этого Цянь Цзя подобрала портулак. Каждый раз, когда она собирала что-то, она объясняла всем, что это съедобно. Нин Шу не особо интересовали дикие овощи, и она стала просто собирать травы. Тем временем, когда Чжи слышала от Цянь Цзя, что некое растение съедобное, она начинала собирать его, словно сумасшедшая. Она была крайне взволнована. ---------- Следовать За Красоткой – Это Инстинкт Когда Чжи увидела, что у Нин Шу в корзине только травы, она поспешила спросить: - Цао, почему у тебя так мало? Давай я тебе своих дам. - Да всё в порядке. Это травы. Когда мы вернёмся, я высушу их, а потом разбросаю по пещере. Они могут отгонять комаров, - сказала Нин Шу. Даже если бы она и принесла с собой ингредиенты для готовки, она бы не смогла воспользоваться ими, потому что не умела готовить. К тому же, у неё даже не было никаких инструментов для готовки, поэтому она вообще не была заинтересована в том, чтобы пытаться что-то готовить. - Ладно, тогда я помогу тебе собирать травы, - с улыбкой сказала Чжи. На её лице уже были капли пота, но она всё равно очень жизнерадостно улыбалась. Нин Шу согласилась. Они были единственными, кто собирал травы, но женщины-зверолюди были крайне счастливы. Возможно, они были счастливы потому, что нашли для себя то, чем могут заняться. Вся группа была полна энтузиазма. Корзины женщин-зверолюдей были наполнены всевозможными съедобными штуками вроде диких овощей, имбиря и перца. Мужчины-зверолюди защищали женщин-зверолюдей и держали для них корзины. Нин Шу держала в руке деревянную палку, которую использовала для того, чтобы отодвигать колючие лозы ежевики, пока искала травы. Ей неплохо везло, потому что она смогла найти некоторые полезные травы, что могли вылечить простуду и распространённые травы, которые использовались для лечения внешних травм. Это растение нужно было пожевать, а потом втереть в рану, чтобы остановить кровотечение. Корзина Нин Шу была самой пустой среди всей группы, в то время как корзина Чжи была такой полной, что в неё уже почти ничего не помещалось. Стоило только Чжи услышать про что-то съедобное, она тут же запихивала всё в корзину. Когда в её корзину уже больше нечего было поместить, она начала запихивать вещи в корзину Нин Шу. Нин Шу практически лишилась дара речи. Зачем она хватает так много, если она всё равно не знает, как готовить все эти вещи? Внезапно, Цянь Цзя, которая шла впереди, закричала от того, что упала и кувырком полетела в песчаную дюну. В итоге, она набрала полный рот грязи. Когда Цянь Цзя закричала, все мужчины-зверолюди тут же бросили корзины, которые они держали, и толпой бросились в сторону Цянь Цзя. Несколько женщин-зверолюдей тоже забеспокоились и побежали, чтобы помочь Цянь Цзя. Чжи тоже посмотрела в сторону шумихи, среагировав чуть позже. Нин Шу увидела небольшую змею, которая высовывала язык и открывала пасть, готовясь укусить Чжи за ногу. Нин Шу использовала свою энергию, подняла палку, которая была у неё в руке, и ударила змею по голове. Голова змеи тут же деформировалась и та улетела прочь. - Цао… Чжи удивлённо уставилась на Нин Шу, а потом на её лице появилось осознание и страх. Нин Шу раздражённо сказала: - Смотри по сторонам и держи в руке палку. - Ла-ладно... Чжи поспешила поднять ветку дерева и стала подражать Нин Шу, чтобы отодвигать в сторону ежевику. Нин Шу посмотрела в сторону Цянь Цзя, которая лишь оступилась. Все отправились посмотреть, в порядке ли она. Эти мужчины-зверолюди не обратили внимания на то, что другая женщина оказалась в настоящей опасности, потому что они все сфокусировались на Цянь Цзя. Следование за красоткой всегда было инстинктом с древних времён. Реальность была жестока. Цянь Цзя, которая упала, сидела с глупым видом и с песком во рту. Жуй был рядом с ней и запаниковал, когда увидел Цянь Цзя в таком состоянии. Даже Кай, который всегда был таким собранным, выглядел обеспокоенным. - Цзя, что случилось? – обеспокоенно спросил Жуй. Цянь Цзя выплюнула песок изо рта, а потом обняла Жуя и радостно рассмеялась. Нин Шу подошла и подобрала немного песка, чтобы попробовать его на вкус. Он был солёным. Это означало, что, вероятно, под ним было месторождение соли. Неудивительно, что в этом месте ничего не росло. - Он солёный. Он солёный! Мы нашли соль! – радостно закричала Цянь Цзя. С тех пор, как она пришла в этот мир, больше всего она сетовала на то, что тут не было соли. Еда, приготовленная без соли, была просто пресной. Но теперь она нашла месторождение соли! ---------- Нашла Горький Кристалл! Цянь Цзя начала радостно скакать по земле. Когда Жуй увидел её в таком состоянии, он начал беспокоиться ещё больше. Цянь Цзя захотела подтвердить свою догадку, поэтому она сказала Жую. - Ребята, можете тут раскопать? Чем глубже, тем лучше. Я хочу проверить, действительно ли тут месторождение соли. Кай был первым, кто трансформировался в свою форму тигра и начал лапам рыть песок. Остальные мужчины тоже трансформировались и начали копать песок. - Что они делают? – спросила Чжи. Её взгляд был полон замешательства. Как и ожидалось, у главной женщины было достаточно удачи, чтобы коснуться неба. Она смогла найти месторождение соли просто оступившись. Эта область была тут уже долгое время, но лишь главная женщина смогла обнаружить, что это было месторождение соли. Когда остальные женщины увидели какой взволнованной была Цянь Цзя, они начали спрашивать её о том, что происходит. Цянь Цзя взволнованно улыбнулась и рассказала: Это кое-что очень хорошее. Если добавить немного этой штуки в процессе приготовления, то еда станет очень вкусной, а ещё её можно использовать для того, чтобы засаливать мясо, и тогда оно будет храниться дольше. - Ого! Правда? - Это же потрясающе! Когда женщины-зверолюди услышали это, они начали восхищённо кричать, а потом посмотрели в сторону мужчин-зверолюдей, которые копали с энтузиазмом и радостным предвкушением. В итоге, Жуй клацнул по чему-то когтями. Это был белый кристалл. Когда Цянь Цзя увидела это, она тут же подбежала, чтобы обнять Жуя, и закричала: - Тут действительно соль! Тут соль! Это потрясающе! Это здорово! Цянь Цзя радостно поцеловала Жуя в щёку, отчего Жуй тоже начал заразительно ухмыляться. Остальные мужчины-зверолюди пододвинулись вперёд, желая, чтобы Цянь Цзя поцеловала и их, но Жуй пинками прогнал их прочь. Жуй отправил людей, чтобы они оповестили вождя племени. Спустя некоторое время прибыли вождь племени и Ву. Когда они увидели белый кристалл, вождь племени радостно воскликнул: - У нашего Племени Крылатых Тигров теперь тоже есть горькие кристаллы! Так как соль на вкус была горькой и солёной, то её называли горьким кристаллом. У вождя даже заблестели слёзы радости в глазах. У их племени никогда не было такого. Даже когда они хотели выторговать его у других племён, остальные племена отказывались меняться. Вот почему вождь племени был так рад, что чуть не плакал, когда узнал, что они нашли месторождение горького кристалла. - Па, Это Цзя нашла его, - поспешил заявить Жуй, чтобы Цянь Цзя досталась похвала. - Чудесно, чудесно… - с улыбкой сказал вождь племени. - Вождь племени, это не горький кристалл, это – соль, - настояла Цянь Цзя. Что это ещё за название такое "горький кристалл"? - Ладно, ты его нашла, так что можешь называть, как хочешь. Вождь племени был очень благосклонен по отношению к Цянь Цзя. Ву тоже улыбалась. Она встала на колени и поклонилась небу, прокричав: - Божество поистине помогает Племени Крылатых Тигров! Нин Шу: … ---------- Она Не Ядовита? Обнаружение месторождения соли было огромным событием для всего племени. Цянь Цзя тут же стала героем Племени Крылатых Тигров. Цянь Цзя немного смутилась от всех этих восхвалений, и начала поспешно отмахиваться со словами: - Я же тоже член Племени Крылатых Тигров. Все так много заботятся обо мне, поэтому будет правильно, чтобы я тоже помогала племени. - Как и ожидалось, это Божество послало тебя Племени Крылатых Тигров, - сказал вождь племени и кивнул. Взгляды мужчин-зверолюдей стали ещё более нежными, когда они посмотрели на Цянь Цзя. Их взгляды были теперь полны любви и восхищения. Даже женщинам очень нравилась Цянь Цзя. - Цао, что такое? Почему вождь племени и Ву такие счастливые? Чжи была совершенно ошарашена, когда она увидела насколько все счастливы. Вообще-то, большинство зверолюдей не знали, почему вождь племени и Ву были такими счастливыми, но они тоже радовались, потому что видели, как все остальные радуются. Нин Шу покачала головой и тихо сказала: - Я тоже не знаю. Вождь племени махнул рукой и пара мужчин-зверолюдей понесли глыбу соли в сторону племени. А потом он прикрыл песком выкопанную яму в месторождении соли и сказал: - Будущее Племени Крылатого Тигра зависит от этого, так что никому об этом не рассказывайте. Нин Шу посмотрела на глыбу льда, а потом спросила у Цянь Цзя: - А она безопасна? Она не ядовита? - Как она может быть ядовита? – огрызнулся на Нин Шу Жуй. - Цао, поосторожнее со своими словами, - сказал Кай. - Всё верно. Вождь племени уже сказал, что это хорошая вещь. Как она может быть ядовитой? – эхом повторили остальные мужчины-зверолюди. Нин Шу: …Разве я, Цао (Бля), сказала что-то прям совсем неразумное? Почему все сразу толпой накинулись на меня? Вот такая была разница в отношении между красивой женщиной и уродливой. О ней и так уже сложилось ошибочное мнение, что она стала злой и подлой, и теперь она ещё собрала на себя все оскорбления без причины. - Цао просто спросила, чего вы, ребята, сразу так яростно на неё набросились? Чжи заступилась за Нин Шу, но, поскольку в их сторону смотрело так много народу, её голос немного дрожал. Нин Шу почувствовала тепло в сердце и пожала плечами. - Я же просто спросила. Всё же, я никогда раньше не видела эту соль. Неужели мне нельзя задавать вопросы? Атмосфера стала немного напряжённой. Нин Шу взяла свою корзину, а потом потянула за собой Чжи, уходя. Как раз в это время Цянь Цзя внезапно шлёпнула себя по голове, словно осознав что-то, а потом воскликнула: - Хорошо, что Цао напомнила мне об этом. В такой форме соль есть нельзя. Она содержит примеси и серу, так что это будет плохо для тела. Её нужно прокипятить, прежде чем есть. Цянь Цзя догнала Нин Шу и сказала с улыбкой: - Цао, спасибо, что напомнила мне. Нин Шу вежливо улыбнулась в ответ. - Да я не в обиде. Когда Цянь Цзя увидела Нин Шу такой, она спросила: - Ты злишься? - Цзя, Цао не злится. Кай подошёл, чтобы утешить Цянь Цзя. Нин Шу: … - Вы все – великие герои Племени Крылатых Тигров! – сказал вождь племени и радостно рассмеялся. А потом они все вместе вернулись в племя. Женщины-зверолюди принесли полные корзинки добычи. Но теперь, когда они вернулись обратно, они наконец-то осознали, что они не знают, что с ними делать, и просто тупо смотрели на кучу ингредиентов. Цянь Цзя махнула рукой и сказала: - Сегодня мы нашли месторождение соли! Это стоит отпраздновать, так что давайте все вместе отведаем сегодня солёные блюда! - Да! Предложение Цянь Цзя было одобрительно встречено всем зверолюдьми. В основном потому, что они все уже отведали еды Цянь Цзя и больше не могли глотать то мясо, которое жарили сами. ---------- Соленый Пир Жуй обратился к Цянь Цзя и его голос прозвучал беспомощно и с гордостью: - А это не будет слишком утомительно? Я не хочу, чтобы ты слишком усердно работала. Цянь Цзя улыбнулась и сказала: - Тут же так много народу. И, если мне будет помогать столько народу, то я ни за что не устану. Это было впервые с момента основания племени, когда в нём было такое праздничное настроение. Все дети и взрослые собрались вместе; с улыбками на лицах они жадно вдыхали аромат, идущий из каменного котелка. Маленькие тигрята шумно играли, в то время как маленькие девочки-зверолюди наблюдали за тем, как взрослые суетятся и ходят из стороны в сторону. Их взгляды были полны любопытства. Нин Шу не умела готовить, поэтому она помогала мыть овощи и раскладывать столовые принадлежности. Все зверолюди работали и радостно общались. В этой радостной и гармоничной атмосфере Нин Шу сидела в стороне, сама по себе, и с безразличным видом тёрла ветки о камень, чтобы сделать палочки. В этой атмосфере она изрядно выделялась. - Цао, сколько палочек ты сделала? – спросила Чжи, когда подошла к ней. - Вот сколько. Нин Шу протянула ей стопку палочек. Когда Чжи увидела невыразительное лицо Нин Шу, она спросила: - Цао, ты всё ещё злишься? – Чжи посмотрела на Нин Шу и добавила: - Мне кажется, что тебе не нравится Цзя. - Правда? Нин Шу подняла брови. У неё не было неприязни, но и хорошего впечатления о Цянь Цзя у неё тоже не было. Совершенно обычная девушка внезапно так плавно перешла в другой мир и стала уникальным и несравненно сияющим существом. Ей даже дали титул божественной девы и верили, что её послало Божество. Когда Нин Шу увидела всё это, ей просто стало смешно. Чжи взяла палочки и села рядом с Нин Шу. - Все члены племени любят Цянь Цзя. Я знаю, что ты злишься на неё из-за того, что случилось с Каем, но Цзя – супруга Жуя. Похоже, что не все были слепыми. По крайней мере, Чжи заметила проблему. Стоило сказать, что больше половины мужчин-зверолюдей в Племени Крылатых Тигров нравилась Цянь Цзя. У неё был такой сильный ореол, что Нин Шу даже не смела смотреть прямо на неё. - Всё в порядке. Я не злюсь. Нин Шу покачала головой. Она пришла сюда, чтобы выполнить задание, а не принимать участие в чьём-то любовном четырёхугольнике. Просто после того, как она побывала во множестве миров, иногда она не могла вытерпеть напускное поведение Цянь Цзя. Может, это было просто потому, что она знала предысторию Цянь Цзя или её отталкивало то, что у Цянь Цзя была склонность вести себя с превосходством над остальными. Почему она стала такой потрясающей всего лишь после трансмиграции? Это было нелогично. Приготовление еды затянулось почти до вечера. Были расставлены каменные столы, на которых разложили каменные тарелки. На этих тарелках была еда, которую зверолюди никогда раньше не видели. Нин Шу глянула на еду. По большей части это были обычные домашние блюда. Вероятно, Цянь Цзя вложила немало усилий в их приготовление. Всё же, даже такую простую еду было трудно приготовить в столь суровых условиях. ---------- Ты Мне Очень Нравишься - Слушайте все, подходите, кушайте! Если будет невкусно, то не говорите об этом вслух, а то мне будет обидно! – пошутила Цянь Цзя и сладко улыбнулась. Вождь племени искренне рассмеялся. - Единственное, чего мы опасаемся, так это того, что еды на всех не хватит, как твоя еда может быть невкусной? Эй! Я же вождь племени! Я ещё не начал есть, а вы, ребята, уже едите? Все пустились в битву за то, чтобы урвать себе еды. Жуй потянул Цянь Цзя, чтобы она села рядом с ним и нежно сказал: - Тебе тоже нужно поесть. Ты сегодня так усердно работала. Цянь Цзя улыбнулась. Пока она наблюдала за тем, как эти зверолюди собираются в кучу и сражаются друг с другом за еду, которую она приготовила, в её сердце распускалось наслаждение. Как же хорошо быть нужной и ценимой. Краем глаза Нин Шу видела, что Кай, который сидел рядом с ней, время от времени поглядывает в сторону Цянь Цзя. Его взгляд был очень сложным. В нём был намёк на меланхолию, нежность и борьба противоречий. Этот вид чуть не вызвал у Нин Шу ощущение запора. Чжи влюбилась в насыщенный вкус варёной и нарезанной рыбы по-сычуански в остром соусе чили. Как только она её увидела, она тут же захотела узнать рецепт её приготовления. Некоторым зверолюдям понравились блюда, которые другие не смели есть. Нин Шу ела до тех пор, пока не наелась, а потом отложила палочки и перестала есть. Зверолюди были неконтролируемо прикованы к этой еде, но для Нин Шу это был самый обычный вкус. - Цао, почему ты не ешь? Чжи всё ещё запихивала еду себе в рот, когда увидела, что Нин Шу отложила свои палочки. Она тут же потянулась за едой для Нин Шу. - Поешь ещё. - Ешь сама. Я уже наелась, - с улыбкой сказала Нин Шу. Цянь Цзя заметила, что Нин Шу уже перестала есть, несмотря на то, что остальные зверолюди ещё продолжали есть. Все зверолюди продолжали с энтузиазмом запихивать в себя еду с огромным наслаждением, даже несмотря на то, что у них уже была сытая отрыжка. Безразличное выражение лица Нин Шу отчётливо контрастировало с этой сценой, и это огорчало Цянь Цзя. - Цао, эти блюда не подходят твоему вкусу? Как только Цянь Цзя сказала это, все сидящие за столом посмотрели на Нин Шу. Губы Нин Шу дрогнули, когда она сказала: - Я уже наелась. В меня больше не влезет. Неужели она должна продолжать есть, даже несмотря на то, что уже наелась? Даже если ей сейчас предложить божественную пилюлю, она всё равно не смогла бы её съесть. - О, а я подумала, что тебе не понравилось. Что тебе нравится есть? Если я знаю, как это готовить, то я научу тебя. Цянь Цзя чувствовала, что зверочеловек по имени Цао изрядно отличалась от других зверолюдей. Она чувствовала, что Цао её недолюбливала. Однако все остальные из Племени Крылатых Тигров очень хорошо к ней относились, так почему же Цао затаила враждебность по отношению к ней? Нин Шу не знала, почему Цянь Цзя настаивала на том, чтобы разговаривать с ней и просто ответила полуискренне: - Мне понравилась вся эта еда. Я никогда раньше не ела так много вкусных блюд. Во взгляде Цянь Цзя промелькнуло удовлетворение, и она сладко улыбнулась Нин Шу. - Цао, ты мне очень нравишься. Давай больше общаться в будущем. И хотя Цянь Цзя улыбалась для Нин Шу, Кай, который сидел рядом с Нин Шу, был очарован этой прекрасной улыбкой. Он чуть было не поверил, что эта прекрасная сладкая улыбка была именно для него. Когда лучи солнца осветили лицо Цянь Цзя, они покрыли её чистым белым свечением, отчего сердце Кая начало колотиться. - Ты мне тоже очень нравишься. Давай ещё поговорим в будущем. Таким было лицемерие людей из современной эпохи. Хоть они явно недолюбливали друг дуга, они обе сказали, что они нравятся друг другу. Этот ужин продлился до тех пор, пока луна не поднялась над деревьями. Нин Шу и Чжи вернулись в свои пещеры. Чжи держала в руках каменную тарелку, в которой были влажные кристаллы соли. - Цзя дала их нам. Этого хватит нам для еды на долгое время. Цзя сказала, что мясо будет на вкус очень хорошим, если мы будем втирать немного этой соли в мясо во время приготовления, - сказала Чжи. Нин Шу посмотрела на небо. Там уже было три луны. Чжи сказала, что зима наступит, когда в небе будет десять лун. В этом мире было лишь лето, полное знойной жары, и зима, полная жестокого холода. Судя по воспоминаниям изначального хоста, сложнее всего было выжить именно зимой. Холодная погода и постоянный снег означали, что не на кого охотиться. Когда наступит зима, многие женщины-зверолюди погибнут. Нин Шу решила, что нужно заранее провести необходимые приготовления. Пока она смотрела на три большие луны, она внезапно почувствовала, что у бога было довольно искажённое чувство эстетики. Два солнца и десять лун? Серьёзно? - Чжи, не используй слишком много соли. Она потом ещё пригодится, - сказала Нин Шу. ---------- Увидела и Убила Вернувшись в свою пещеру, Нин Шу достала травы из корзинки и разложила их у входа в пещеру, чтобы высушить. В будущем ей придётся сделать ещё несколько вылазок, чтобы набрать трав и заготовить травы, которые могут лечить обычную простуду. И, если возможно, ей нужно поохотиться и засолить мясо на зиму. Однако женщине-зверочеловеку было трудно покинуть племя. Цянь Цзя была единственной женщиной, которая могла покидать племя по своей воле, и с ней всегда был кто-нибудь для защиты. Всё же, божественная дева отличалась от всех остальных. Даже несмотря на то, что это был доисторический мир, тут всё равно существовала концепция разницы в статусе. Ну, для начала Нин Шу нужно было увеличить свою силу. Она съела кристалл духовной эссенции размером с мизинец, и пугающее количество духовной энергии тут же волной потекло в её тело. Однако та слабая прядь энергии в её даньтяне поглотила её всю целиком. Поглотив духовную энергию, прядь энергии стала немного сильнее. Нин Шу сжала кулак. Она почувствовала, что её хватка стала ещё мощнее. Теперь она была более уверена в выживании. По крайней мере, она могла защитить себя. Она не верила в красоту или харизму, она верила только в силу. Лишь благодаря силе человек мог защитить себя и спасти от поражения. Возможно, Цянь Цзя была недовольна тем, что произошло на прошлом пиру, так как она продолжила брать с собой женщин-зверолюдей на сбор продуктов, но она больше никогда не брала с собой Нин Шу. Нин Шу знала, что Цянь Цзя приняла близко к сердцу тот инцидент. Вероятнее всего, Цянь Цзя была недовольна отношением Нин Шу. Изначально Нин Шу планировала отправляться с ними, чтобы набрать ещё больше трав, но, похоже, у неё не будет такого шанса. Цянь Цзя не брала с собой Нин Шу, но она брала Чжи. Каждый раз, когда Чжи уходила, она приносила обратно множество вещей для Нин Шу, вроде дикого винограда и прочих фруктов. Всем женщинам-зверолюдям нравилось ходить в эти походы с Цянь Цзя, потому что они каждый раз собирали большой урожай. От этого они очень радовались тому, что могут покидать племя и приносить пользу. Чжи объяснила всё Нин Шу: - Цзя сказала, что она каждый раз берёт с собой разных людей. Она пытается сделать так, чтобы у всех была своя возможность, поэтому она возьмёт тебя в следующий раз. Нин Шу ничуть не волновалась по этому поводу. Хоть и было сказано, что всем достанется своя очередь, Чжи выбирали на каждый выход. У Нин Шу сложилось впечатление, что Цянь Цзя пытается испортить отношения между Чжи и Нин Шу. Однако она не собиралась драться со своей близкой подругой Чжи только из-за Цянь Цзя. Каждый раз, когда Чжи отправлялась в поход, Нин Шу натирала её травами. Эти травы могли отгонять жуков. В прошлый раз Чжи чуть не укусила змея, но мужчины-зверолюди даже не заметили этого, потому что были слишком заняты тем, что смотрели на Цянь Цзя. Похоже, что в этом Нин Шу тоже придётся полагаться только на себя. Если что-то произойдёт, то ей придётся разбираться с этим самой. Нин Шу презрительно поджала губы. Неужели Цянь Цзя думает, что Нин Шу не сможет ничего получить только потому, что её не выбирают для походов? У неё теперь была сила, чтобы защитить себя. Как только Цянь Цзя и остальные ушли, Нин Шу тайком выбралась из племени. Однако она продолжала держаться вблизи племени, пока искала травы и периодически охотилась на кроликов. Нин Шу столкнулась с большим оленем и решила поохотиться на него. Немного погонявшись за ним, она догнала его и убила ударом кулака. Она сжала свой кулак. Быть сильной – это так приятно. Она притащила оленя обратно к племени, но группа Цянь Цзя ещё не вернулась, поэтому она притащила оленя в свою пещеру. Она не планировала отдавать этого оленя племени. В этом походе Цянь Цзя нашла пшеницу со зрелыми семенами, поэтому она была очень взволнована. Мысль о том, что она в будущем сможет есть парные булочки, неимоверно радовала её и придавала стремления. Вернувшись назад, она попросила Жуя расчистить кусок земли. Жуй без колебаний согласился и попросил нескольких мужчин-зверолюдей помочь с этим заданием. Кай откликнулся первым. После этого Цянь Цзя сделала много вкусной еды, чтобы наградить их. Когда Нин Шу услышала об этом, у неё перекосило всё лицо. Неужели уже не нужно было обращать внимание на сезон, когда сажаешь пшеницу? Однако Цянь Цзя всё равно добилась успеха. Возможно, в этом мире сезоны были не так важны. Всё равно тут не было четырёх сезонов. Чжи протянула Нин Шу травы в своей корзинке и сказала: - Я видела в прошлый раз, что ты собираешь их. Но я не знаю, правильные ли я собрала. Нин Шу увидела, что в этот раз в корзинке Чжи было не так много диких овощей и фруктов. Вероятно, она потратила большую часть времени на то, чтобы помочь ей собирать травы. Нин Шу была тронута. - Та штука, которую ты в меня втираешь каждый раз, очень эффективная. Прежде, когда мы ходили в поход, меня всю искусывали, но, с тех пор, как ты стала втирать в меня это, меня ни разу не укусили, - с улыбкой сказала Чжи. После этого она протянула Нин Шу плод. - Цзя сказала, что это помидор. Попробуй. - Можешь оставить его себе, мне и так нормально. Нин Шу разложила травы у входа в пещеру, чтобы высушить их. Она задумалась на мгновение, а потом притащила Чжи к мёртвому оленю. Чжи уставилась на добычу широко распахнутыми глазами и воскликнула: - А это откуда взялось? - Когда я тайком вышла из племени, чтобы собрать трав, я столкнулась с ним, вот и убила его. С этим, когда наступит зима, у нас всё ещё будет еда, - сказала Нин Шу. Лицо Чжи было полно ошеломления и испуга. - Как ты смогла сама тайком выйти из племени? А что если ты окажешься в опасности, и рядом не будет ни одного мужчины, чтобы защитить тебя? И ты ещё даже отправилась на охоту? ---------- Запастись Едой - Я очень сильная, так что всё в порядке. Я буду осторожно защищаться. Давай засолим мясо. На данный момент, главной задачей Нин Шу было запастись едой в достаточном количестве перед грядущим бедствием. Чжи замешкалась. - Неужели мы не собираемся отдавать это племени? Вся добыча, на которую охотилось племя, распределялась между всеми. Чжи было очень неуютно от того, что они оставляют это только себе. Но вот Нин Шу не имела ничего против этого. - Всё будет в порядке, пока никто не узнает. - Раз Цзя знает, как готовить множество вкусных вещей, то Жуй обязательно отдаст большую часть добычи Цзя. Никто из племени ничего не скажет, так как Цзя уже много чего сделала для племени, но если у нас будет недостаточно еды, то мы не переживём зиму, - терпеливо уговаривала Нин Шу. С некоторыми вещами было проще разобраться при помощи Чжи. Чжи нервно закусила губы, но, наконец, кивнула. Она взяла камень и начала точить его другой камень, чтобы заострить. Нин Шу взяла у неё камень. - Я сделаю это. Я сильнее. Нин Шу освежевала оленя, избавилась от внутренних органов и нашла место, где их закопать. Чжи принесла тарелку с солью. Когда она увидела, что Нин Шу хватает соль горстями, чтобы втереть её в мясо, она спросила: - Может мне попросить у Цзя ещё соли? - Да, но не проси слишком много за раз. Нин Шу уже умеренно использовала имеющиеся у них запасы. Втерев соль, нужно было долго массировать мясо, чтобы соль впиталась в него. Это было трудно, но ей удалось засолить целого оленя при помощи большой каменной тарелки соли. Чжи нашла несколько стеблей травы, чтобы подвесить оленя. Чжи была очень довольная, глядя на то, что у них было так много мяса. Вот только Нин Шу вздохнула, глядя на пустую тарелку из-под соли. Цянь Цзя, по сути, контролировала запасы соли всего племени. Она была единственной, кто мог вываривать соль из той глыбы. Когда люди из племени хотели соли, им приходилось либо просить Цянь Цзя, либо вождя племени. Нин Шу хотела сходить до месторождения соли и самой варить себе соль, но то месторождение соли было довольно далеко от племени, и вождь племени очень ценил это месторождение, поэтому он запретил членам племени ходить туда самим. Цянь Цзя была единственной, кто мог свободно приходить к месторождению за солью. На данный момент статус Цянь Цзя в Племени Крылатых Тигров был крайне высоким, особенно учитывая то, что она нравилась всем в племени, за исключением Нин Шу. Когда Нин Шу нечего было делать, она забивалась в свою пещеру, чтобы тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства или перебирать свои травы. Она была занята своими делами, поэтому совсем не общалась с Цянь Цзя. Чжи просила у Цянь Цзя соль каждые пару дней, но Цянь Цзя никогда не давала ей помногу. После пары раз Цянь Цзя что-то заподозрила и спросила: - Почему ты так быстро используешь соль? Чжи смущённо ответила: - Мне очень нравится есть соль. С ней жареное мясо очень вкусное. Цянь Цзя не знала смеяться ей или плакать. Когда она дала Чжи тарелку соли, она сказала: - Нельзя есть слишком много соли, это плохо для тела. Ах, да, почему Цао не приходит за солью? - Она ест со мной, вот почему у меня так быстро заканчивается соль, - сказала Чжи. Взгляд Цянь Цзя сверкнул, а потом она сказала: - Это здорово, что у Цао есть такая подруга, как ты, но ей нужно самой делать некоторые вещи. Пусть она сама потом приходит за солью. Чжи кивнула, а потом ушла с каменной тарелкой. Цянь Цзя наблюдала за тем, как Чжи уходит, а потом прижалась к Жую, обескураженная. - Жуй, у меня такое чувство, что Цао меня не любит. Неужели я сделала что-то не так? Жуй тут же сказал: - Ты самая лучшая. Ни один из зверолюдей с тобой не сравнится, а Цао всего лишь одна женщина-зверочеловек. Даже если она тебя не любит, есть ещё полно зверолюдей, которые тебя любят. Ей же хуже, что она тебя не любит. Сказав это, Жуй заботливо ущипнул нежные щёки Цянь Цзя. Он ущипнул её очень нежно, но на её лице всё равно остались красные отметины, отчего его сердце наполнилось болью. Цянь Цзя улыбнулась и сказала: - Муж, я так рада, что повстречала тебя. - Это мне повезло встретить тебя. Хвала божеству, что это я тебя тогда спас. ---------- Приходи в Следующий Раз, Дам Еще После того, как Чжи вернулась с солью от Цянь Цзя, она сказала Нин Шу: - Цзя сказала, чтобы ты сама пришла за солью. Мне кажется, она не рада. Нин Шу как раз переворачивало солёное мясо, чтобы оно не начало вонять. Когда она услышала, что сказала Чжи, она спросила: - Она не рада? - Ага, она сказала, чтобы ты сама приходила за солью. Она не рада тому, что я прошу слишком много соли, - сказала Чжи. – Мне кажется, что между тобой и Цзя что-то происходит. - Что бы это могло быть? – небрежно заметила Нин Шу. Она глянула на соль в руках Чжи. - Я скоро ещё пойду охотиться, тогда и засолим. Чжи кивнула. - Почему бы тебе сейчас не сходить к Цзя? Мне кажется, она недовольна нами и нам всё ещё понадобится потом её соль. Нин Шу кивнула, а потом взяла немного сухой травы, чтобы стереть масло со своих рук. - Тогда я прямо сейчас и схожу. Нин Шу отправилась к той пещере, где жили Цянь Цзя и Жуй. Перед этой пещерой была расчищена и огорожена площадка. Там были посажены некоторые овощи, яркие красные перцы чили и даже небольшие помидоры. Сбоку были виноградные шпалеры, на которых висели маленькие грозди фиолетовых виноградин. Всё это выглядело как дом самого обычного фермера. Нин Шу встала перед домом и позвала: - Цзя. Когда Цянь Цзя вышла из пещеры и увидела Нин Шу, она была немного удивлена. А потом она спросила с улыбкой: - Цао, зачем ты пришла? Нин Шу сказала: - Цзя, я хочу немного соли. Чжи сказала мне прийти и взять. Когда Цянь Цзя услышала, что сказала Нин Шу, в её взгляде промелькнули следы радости и недовольства. Она была рада тому, что эта холодная и равнодушная женщина-зверочеловек всё равно скромно пришла просить соли, но ей не понравился тот факт, что она прямо попросила соли. Ведь Цянь Цзя ничем не была обязана этой женщине-зверочеловеку. Хоть она и просит о чём-то, она всё равно ведёт себя так равнодушно. Люди всегда начинают пользоваться тобой, когда ты помогаешь им слишком много. Какое право имеют эти люди ожидать, что она будет для них всё делать? Неужели она не устаёт от того, что варит соль? Неужели ей не нужно тратить своё время на то, чтобы делать все эти вещи? Цянь Цзя готова была давать соль этим зверолюдям, но это не означало, что она будет давать её всем, кто попросит, особенно если тот, кто просит, ведёт себя подобным образом. Она же ничего не должна этой женщине-зверочеловеку. Цянь Цзя уже привыкла к тому, что её все восхваляют, поэтому ей очень не понравилось поведение Нин Шу. Когда Нин Шу увидела, что Цянь Цзя ничего не говорит, она спросила: - Ты не дашь мне соли? Её больше нет? Цянь Цзя улыбнулась, и на её щеках появились ямочки. Она сказала: - Разве ты сейчас не используешь соль вместе с Чжи? Чжи уже взяла немного соли. Приходи в следующий раз, и я дам тебе ещё, когда вы закончите использовать ту. Нин Шу нахмурилась и пристально посмотрела на Цянь Цзя. Чжи сказала ей прийти сюда и попросить соль у Цянь Цзя, но теперь Цянь Цзя говорит, что она ей не даст соли. Почему Цянь Цзя заставила Чжи чувствовать, что она была недовольна и попросила Чжи, чтобы та отправила Нин Шу за солью? Нин Шу пристально изучала взглядом Цянь Цзя, которая стояла на приподнятом входе в пещеру и возвышалась над ней. А потом она внезапно поняла, что пытается сделать Цянь Цзя. Она просто хотела унизить её, и, при этом, испортить её отношения с Чжи. ---------- Самый Уникальный Человек в Этом Мире Нин Шу на некоторое время задумалась. Чжи попросила её пойти и поговорить с Цянь Цзя, но после того, как она пришла к ней, оказалось, что у Цянь Цзя нет намерения давать ей соль. По идее, Нин Шу должна была затаить обиду на Чжи. Нин Шу показалось, что это всё просто бессмысленно, поэтому она спокойно сказала: - Раз больше нет, тогда забудь. Я ухожу. Нин Шу без колебаний развернулась, чтобы уйти. Она уже для себя решила, что, вероятно, больше не придёт сюда за солью. Похоже, что ей придётся отправиться к месторождению соли, чтобы украсть там соль. У неё даже не было ощущения того, что она является частью этого племени. Было такое ощущение, что нынешнее Племя Крылатых Тигров полностью стало территорией Цянь Цзя. Когда Цянь Цзя увидела, что Нин Шу без колебаний развернулась, чтобы уйти, она почувствовала себя оскорблённой. Эта женщина-зверочеловек просто бесит! Она окликнула Нин Шу, чтобы та остановилась: - Цао, подожди. Нин Шу обернулась и посмотрела на неё. Когда Цянь Цзя увидела её холодный и незаинтересованный взгляд, она сбилась с мысли на мгновение. - Эм, мы завтра собираемся в поход, чтобы собирать всякие овощи, но у нас уже нет свободного места в этот раз. Я возьму тебя в следующий раз, - сказала Цянь Цзя. На данный момент, все женщины в племени полюбили ходить в поход с ней и очень ревностно относились к своим местам. Нин Шу фыркнула. Она решила отбросить всякую вежливость. - Цзя, а тебе не кажется, что ты ведёшь себя отвратительно? Раз ты не хочешь брать меня с собой, то я не пойду, так зачем же ты мне это говоришь? Ты хочешь, чтобы я начала умолять тебя взять меня с собой? Цянь Цзя посмотрела на Нин Шу с ошарашенным ошеломлением. Было ясно, что она не ожидала такого прямолинейного ответа от Цао, поэтому заговорила, запинаясь: - Я… я не такая. Я не это имела в виду. - Тогда что же ты имела в виду? – спокойно спросила Нин Шу. – Думаешь, что тебе всё дозволено только потому, что ты – божественная дева, посланная Божеством? Что все должны тебе поклоняться? Если ты хочешь дать мне соль, так дай. Если ты не хочешь давать, тогда забудь об этом. Но ведь ты настаиваешь на том, чтобы продемонстрировать мне свою важность. Наверняка это всё потому что ты хочешь, чтобы я встала перед тобой на колени и начала умолять, разве не так? - Я вовсе не этого хотела. Цянь Цзя была так зла, что всё её тело трясло. Она никогда не ненавидела кого-то так сильно с тех пор, как пришла в этот мир. Она чувствовала себя так, словно её сердце было разрезано и все её секреты, которая она прятала, вытащены наружу, напоказ всем. От этого она была ошарашена и крайне смущена. Цянь Цзя была очень счастлива, что она пришла в этот мир, хоть тут и не было самолётов, машин, компьютеров, телефонов или вообще каких-либо технологий. Она была счастлива, потому что она была самым уникальным человеком в этом мире. Тут не существовало никого столь же красивого, как она. Тут она чувствовала, что она нужна кому-то, что её лелеют и ценят. Она больше не была обычной девушкой. Тут, что бы она ни делала, она получала лишь бесчисленное множество похвал. И эти похвалы было крайне приятно слышать. Вот почему она сейчас была очень недовольна поведением Цао. Она изменила всё племя, но эта женщина-зверочеловек её не уважала. - Цао, я, правда, не знаю, как я тебя оскорбила. Я знаю, что я тебе никогда не нравилась, так скажи мне, что именно я сделала для тебя такого плохого? Цянь Цзя была так зла, что готова была заплакать. Она никогда не была такой злой с тех пор, как пришла в этот мир. Однако Нин Шу лишь вернула ей вопрос обратно. - А как я тебя оскорбила настолько, что ты постоянно ко мне придираешься? Чжи – простая девушка, но ты пытаешься испортить наши с ней отношения. Это вообще нормально, чтобы непорочная божественная дева занималась таким? Разве Божество не покарает тебя за то, что ты так поступаешь? - Чего… Когда это я вообще пыталась испортить твои отношения с Чжи? Нельзя ложно обвинять других! – голос Цянь Цзя стал пронзительным. – И какое это вообще имеет отношение к тому, божественная ли я дева, или нет? Цянь Цзя прекрасно знала, что она никакая не божественная дева, а просто обычный человек, который трансмигрировал в другой мир. Она сама ошалела от того факта, что её каким-то образом стали называть божественной девой, но она не собиралась позволять кому-либо унижать её подобным образом. Нин Шу и Цянь Цзя спорили очень громко, поэтому Жуй вышел из пещеры. Некоторых зверолюдей тоже привлекли эти крики. - Что происходит? Жуй увидел, что его маленькая женщина была в ярости. Он никогда раньше не видел Цзя такой. В её глазах кружились слёзы и стекали по её длинным ресницам. От этого зрелища у него защемило сердце. Цянь Цзя поджала губы, покачала головой и ничего не сказала. Все посмотрели на Нин Шу с осуждением во взглядах. Кай потянул Нин Шу за руку и сказал: - Хватит создавать проблемы. Цзя лишь недавно присоединилась к племени, так что тебе не стоит с ней спорить. Нин Шу отбила руку Кая и холодно нахмурилась. - Куда это ты меня потащил? ---------- Ссора с Цянь Цзя Кай никак не ожидал, что женщина отмахнётся от его руки и что женщина чуть не влепит ему пощёчину. Его цвет лица стал немного неприятным. Он глянул на Цянь Цзя, которая словно вот-вот была готова расплакаться, а потом тихо сказал: - Хватит создавать проблемы, и пойдём со мной. Если что тут что-то произошло, давай обсудим это в сторонке. Нин Шу безразлично глянула на него: - А тебя это как касается? Нин Шу просто не могла больше терпеть поведение Цянь Цзя, поэтому лучше было разобраться со всей этой видимостью. В любом случае, она не будет в будущем полагаться на Цянь Цзя. Цянь Цзя, в итоге, станет императрицей, но к Нин Шу это не имело никакого отношения, поэтому ей не нужно было выслуживаться перед Цянь Цзя. Она была уверена в том, что сможет выжить, даже если её сейчас выгонят из племени. - Ты… Кай был изрядно смущён, особенно потому, что это происходило перед Цянь Цзя. - Что тут вообще происходит? – Жуй пристально уставился на Нин Шу. – Что ты сделала с Цзя? Если ты ничего сейчас не объяснишь, то готовься встретиться с вождём племени и Ву. Нин Шу презрительно поджала губы. - А что ещё тут говорить? Разве это не просто ссора между двумя женщинами? Неужели вы двое тоже влезть хотите? Она улыбнулась в сторону Цянь Цзя. - Непорочная божественная дева не будет же держать на меня обиду из-за такой мелочи, верно? Цянь Цзя была в ярости. Эта женщина была слишком отвратительна. Она даже посмела притянуть сюда титул божественной девы, словно если бы Цянь Цзя задумается о подобном, то это опозорит её титул. Она практически задыхалась от гнева. Доисторический человек смог довести её до такого состояния?! - Я не буду держать на тебя обиды. Я не дала тебе сейчас соли, потому что у меня действительно нет больше соли, - холодно сказала Цянь Цзя. Когда Жуй услышал слова Цянь Цзя о том, что у них больше нет соли, он был ошарашен на мгновение, но тут же поддержал её. - Нет больше соли. Вы только и делаете, что просите соль. Разве вы не знаете, как трудно для Цзя делать эту соль? Ей постоянно приходится её помешивать и от этого у неё все руки опухли. Жуй гневно уставился на Нин Шу своими тигриными глазами, и из его тела вырвалась подавляющая аура, отчего стало казаться, что он полно сил. - Ты злишься на Цзя только потому, что тебе не дали соли? Не слишком ли это много? Ха. Ха. Нин Шу огляделась по сторонам и увидела, что все мужчины смотрят на неё недовольными взглядами. Ей показалось, что всё это просто бессмысленно. Даже если она попытается говорить разумно, они не станут её слушать. В силу того, что у Цянь Цзя есть ореол главной женщины, то все они будут заботиться о ней. Цянь Цзя была по умолчанию самой лучшей для всех и любой, кто противостоит Цянь Цзя – был плохим человеком. - Что тут на самом деле произошло, ты знаешь, - Нин Шу указала на Цянь Цзя, а потом указала на себя. – И я знаю. После этого она развернулась и ушла. - Цзя, не грусти. Я пойду и спрошу у Цао, что произошло. После этих слов Кай поспешно погнался за Нин Шу. - Цао, постой. Кай потянулся к Нин Шу с обеспокоенным и раздражённым выражением на лице. - Цао, ты делаешь всех несчастными, когда споришь с Цзя подобным образом. Цзя так много сделала для племени, и теперь жизнь всех стала гораздо лучше, так почему же ты не можешь просто немного потерпеть? А с какой стати она должна терпеть? Нин Шу закатила глаза, глядя на Кая. - Ты кто такой? Мы что, блять, знакомы? Проваливай. Кай уже пресытился поведением Нин Шу и в его взгляде мелькнул след отвращения, но он всё равно сказал: - Я пообещал твоему па, что буду хорошо к тебе относиться. ---------- Иди и Оближи Их - Хорошо ко мне относиться? Нин Шу сильно ударила Кая в грудь. Кай издал сдавленный стон, но не отошёл в сторону. Нин Шу холодно сказала: - Кай, хватит устраивать мне лекцию о том, что ты делаешь это ради моего блага. Мой па погиб, пока спасал тебя, поэтому в моей жизни больше никого не осталось. А теперь ты пытаешься переступить через меня, чтобы выслужиться перед Цзя? И это, по-твоему, относиться ко мне хорошо? Ты меня совсем за дурочку принимаешь? Кай молча слушал её. - Она же божественная дева, она потрясающая, но какое это имеет отношение ко мне? Неужели я должна встать на колени и облизать её ноги? Если тебе так нравятся её грёбаные ноги, то иди и оближи их. Нин Шу убрала от него руку и вытерла её о свой мех. - Это отвратительно, любить чью-то чужую супругу. После этих слов Нин Шу прошла мимо Кая, толкнув его плечом. Янтарные глаза Кая слегка задрожали, а его медно-красная кожа немного побледнела, пока он стоял там, застывший от шока. Затем он побежал вслед за Нин Шу. - Мне не нравится Цзя, я просто уважаю её. Она же божественная дева и супруга Жуя. Я никогда не думал о том, что она мне нравится. Тебе не стоит говорить такие вещи. Даже доисторический человек может вести себя робко и застенчиво? Нин Шу почувствовала полнейшее отвращение к Каю. Она закатила глаза и пошла дальше. В каком бы мире она ни оказалась, мужчины всегда были такими. Это было просто мерзко. На мужчин просто невозможно было смотреть, когда они находились под влиянием ореола Мэри Сью. Они все начинали страдать синдромом восьмиклассника. Словно главная женщина была для них всем. От одного только этого вида Нин Шу было тошно. Нин Шу указала на Кая. - Больше со мной не разговаривай, а иначе я всему племени расскажу, что тебе нравится супруга Жуя. Ты всё время слюной истекаешь, словно волк, при виде неё. Хотела бы я посмотреть, как ты после этого сможешь остаться в племени. - Ты… Кай нахмурил брови и его цвет лица стал очень неприятным. Его лицо наполнилось негодованием и смущённым гневом от того, что его тайные мысли могут быть раскрыты. - Цао, почему ты стала такой? Нин Шу: Ха. Ха… Когда она вернулась в пещеру, она увидела, что Чжи плетёт корзинку. Когда Чжи увидела, что Нин Шу ничего не держит в руках, она спросила: - Тебе не дали соли? - Я поссорилась с Цзя, но к тебе это никакого отношения не имеет, так что не волнуйся и продолжай делать то, что делаешь. Нин Шу взяла корзинку, чтобы взвесить её на руках, а потом сказала: - Чжи, сделай корзину побольше. Я собираюсь пойти ночью к месторождению соли, чтобы добыть соль. Цвет лица Чжи стремительно изменился и она поспешно спросила: - Цао, ты пойдёшь к месторождению соли? Ты хоть знаешь, где оно? Вождь племени сказала, что жителям племени нельзя ходить за солью самим. Если тебя поймают, то тебя выгонят из племени! И ты ещё собираешься пойти ночью? Это слишком опасно! Чжи обеспокоенно посмотрела на Нин Шу. - Цао, что именно произошло? Нин Шу подняла деревянную палку, которая была толщиной с детский кулак и начала заострять её камнем. Острая палка имела большую силу атаки. - Всё это ради выживания. Я поссорилась с божественной девой, поэтому она больше не даст мне соли. Если ты будешь просить у неё соли, то на это уйдёт слишком много времени и она ни за что не даст нам достаточно соли, чтобы мы смогли сохранить всю необходимую нам еду, поэтому я сама принесу соли, чтобы мы выварили её. Если меня обнаружат, то просто скажи, что ты ничего не знала, и что я всё сделала сама. Нин Шу продолжила заострять палку. Когда у палки появился заострённый конец, она смешала несколько трав и втёрла их в своё тело. Чжи увидела, что солнце уже садится. От одного только зрелища неизвестной темноты она начала чувствовать страх. Она очень не хотела, чтобы Цао так рисковала и снова попыталась её отговорить. - Цао, не ходи. Снаружи так темно. Ночью действительно очень опасно. У нас и так уже много мяса, его хватит для нас двоих. Если вождь племени тебя поймает, то тебя накажут. - Этого мяса и близко недостаточно. Не волнуйся, со мной всё будет в порядке. Нин Шу размазала по себе травы, отгоняющие жуков, а потом привязала на спину корзину. Наплечные лямки были сделаны из старых лиан, поэтому были немного неудобными, но достаточно прочными. Взяв деревянную палку, она вышла из пещеры. Чжи наблюдала за тем, как фигура Нин Шу исчезает в темноте так, словно эта темнота её проглотила. Чжи никак не могла избавиться от неуютного чувства и села в пещере, с беспокойством ожидая возвращения Нин Шу. ---------- Добывая Соль Три луны в небе освещали весь мир зловещим белым свечением. Нин Шу шла извилистым путём через деревья с деревянной палкой в руке. Каждые пару шагов она ломала какие-нибудь ветки, чтобы оставить отметины. В лесу было полно ночных животных. Вскоре она столкнулась с летучей мышью, которая была размером с мельницу. Её зловещий чёрный вид, когда она расправила крылья и накинулась на неё, был очень пугающим. Однако она взяла свою палку как копьё, использовала свою энергию и пронзила эту летучую мышь. Хлопая своими крыльями и пронзительно крича, летучая мышь забрызгала кровью лицо Нин Шу. От этого горячего и липкого ощущения и вони Нин Шу чуть не стошнило. И в то же время, её действия были равноценны удару палкой по гнезду шершней. Все летучие мыши, висевшие на деревьях, бросились в сторону Нин Шу, поэтому она выдернула палку и побежала прочь. Когда какая-нибудь летучая мышь оказывалась слишком близко, она оборачивалась и быстро замахивалась на неё своей палкой. Каждый раз, когда она убивала летучую мышь, остальные летучие мыши окружали мёртвую сотоварку, чтобы разорвать её плоть. После довольно долгой пробежки, Нин Шу наконец-то остановилась, чтобы отдышаться. Её плечо болело от лямки из лиан, хотя её корзина была пустой, а значит, оно будут болеть ещё больше, когда она понесёт соль обратно. Она не знала как далеко она зашла, но она всё ещё не могла найти то месторождение соли. Когда они впервые обнаружили то месторождение, она приметила тот факт, что рядом росло огромное возвышающееся дерево, ветки которого словно закрывали собой всё небо. На обратном пути к племени она сфокусировалась на том, чтобы заметить особые растения на случай, что ей придётся возвращаться к этому месторождению соли. Лететь по небу на спине крылатого тигра было огромным преимуществом. Поле зрения становится шире и можно с первого взгляда заметить то огромное дерево, вместо того, чтобы медленно его разыскивать по низу. Она не знала, сколько у неё уйдёт времени на то, чтобы его найти. Она глянула на небо. Лунный свет уже стал более тусклым. Вероятно потому, что близился рассвет. В такое время небо станет очень тёмным и ей будет трудной найти свой путь обратно. Нин Шу так разволновалась, что её лоб покрылся потом, но ей, всё же, удалось найти то месторождение соли. Она отложила корзину, а потом начала рыть песок руками. Жизнь в доисторическую эпоху была очень жёсткой, потому что тут не было никаких инструментов. По крайней мере, у мужчин были крепкие когти, когда они трансформировались в свою форму тигра, но у неё не было иного выбора, кроме как использовать только свои руки. Она использовала свою энергию, а потом глубоко вдохнула и начала рыть землю изо всех сил. Когда она наконец-то дошла до соли, небо уже начало темнеть, так как луны постепенно опускались за горизонт. А без лунного света, который всё освещал, ей будет очень трудно найти обратный путь. Нин Шу положила большую глыбу соли в корзину, а потом закинула корзину на спину. Использовав свою энергию, она ускорилась и побежала. Плечо тут же заполыхало от боли. Казалось, словно грубые лианы впиваются в её плоть. Обратный путь прошёл гораздо более гладко, благодаря дорожным отметинам, которые она оставила прежде. Когда она вернулась в племя, было уже так темно, что она даже не могла видеть то, что было перед ней. Однако в её пещере всё ещё горел огонь. Она вошла в пещеру и увидела, что Чжи ещё не спит и поправляет огонь в костре. - Ты вернулась! Чжи поспешно отбросила в сторону ветку, которую держала в руке и вздохнула с облегчением. После этого она встала, чтобы помочь Нин Шу снять корзину. - Б-будь нежнее. У меня плечо болит. Нин Шу было так больно, что ей приходилось делать глубокие вдохи. Сняв корзину, она сняла меховую одежду и увидела, что её плечо кровоточит, поэтому она зажевала несколько трав, после чего приложила их к плечу. Когда Чжи увидела это, она раздражённо сказала: - Вот зачем ты поссорилась с Цзя, когда просила соли? Теперь тебе приходится из-за этого страдать. Неужели ты не могла немного задобрить Цзя? Тебе опасно делать такие вещи. - Если я буду её задабривать, то это не поможет. Нам нужно много соли, и у неё мы столько выпросить не сможем. Если мы возьмём слишком много, то это вызовет подозрения. А мы сейчас делаем тайные запасы добычи. Если её обнаружат, то нам придётся её отдать. Нин Шу взяла камень, чтобы раздробить глыбу соли, а потом положила осколки в каменный котелок. У Нин Шу был план, но для этого плана требовалось огромное количество еды, чтобы они смогли пережить экстремальный холод зимы. Пробегав всю ночь, Нин Шу была в полном изнеможении. Она легла на сухую траву и приготовилась вздремнуть. - Тебе тоже стоит сходить и отдохнуть. Соль будем кипятить завтра. Чжи кивнула и вернулась в свою пещеру. Так как Нин Шу поссорилась с Цянь Цзя, то, когда она вышла на следующий день за водой для приготовления соли, некоторые зверолюди смотрели на неё с ненавистью, однако все эти зверолюди были мужчинами. Некоторые женщины-зверолюди подходили к Нин Шу, чтобы спросить о том, что произошло. Как так вышло, что она поссорилась с божественной девой? Нин Шу просто сказала, что это произошло из-за Кая. Пусть Кай несёт эту ношу. ---------- Она Обязательно Станет Как У Сун! У некоторых женщин-зверолюдей на лицах появились выражения осознания и понимания, но они всё равно не посмели слишком много разговаривать с Нин Шу или выражать ей своё сочувствие. Цянь Цзя была не только божественной девой, но она теперь ещё обладала множеством хороших вещей. Как гласит пословица, если ты тусишь с главным лидером банды, то у тебя будет полно мяса. Выбирать наиболее выгодный маршрут и избегать проблем – было инстинктивным действием для всех живых существ. Некоторые женщины беспокоились о Нин Шу и советовали ей обговорить всё с божественной девой, и говорили, что божественная дева не будет таить обиду. Нет никаких преимуществ в том, чтобы быть врагами с божественной девой. Они даже пытались переубедить Нин Шу, говоря, что семьи Кая и Жуя всегда были близки, и что её действия могут усложнить жизнь Кая, отчего она перестанет нравиться Каю. Нин Шу лишь слабо улыбалась. Мужчины-зверолюди могли охотиться на добычу, чтобы выжить, но женщины-зверолюди имели слабые тела и не могли сами охотиться, поэтому у них не было иного выбора, кроме как полагаться на мужчин. Нин Шу никогда и не думала пытаться поладить с Каем. Те, у кого в сердце уже кто-то есть, всегда будут бессердечны по отношению ко всем остальным. И не важно, что эти люди будут делать для него, Кай этого не оценит и будет лишь считать, что ему надоедают. И по отношению к таким людям, что будет наиболее подходящим выбором: выслуживаться перед ними, или отвешивать им пощёчины?! Единственное, в чём сейчас не была уверена Нин Ну, так это в том, что она сможет победить тигра. Когда она станет достаточно сильной, она обязательно станет как У Сун и убьёт тигра голыми руками*! В ответ на беспокойство людей, Нин Шу горько улыбнулась и сказала: - Кай не будет моим супругом. Он меня не любит и может лишь ругать меня. Он винит меня в том, что я оскорбила божественную деву. Женщины-зверолюди переглянулись между собой. Они не знали что сказать, и могли лишь утешить Нин Шу, говоря, что она обязательно сможет стать супругой Кая. И в то же самое время, они симпатизировали Нин Шу. У неё был такой выдающийся будущий супруг, но ей приходилось страдать от осознания того, что её супруг больше заботится о ком-то другом. Неудивительно, что эта наивная молодая женщина решила устроить ссору с божественной девой. Нин Шу презрительно поджала губы. Она не собиралась тратить своё время на подобные бессмысленные вещи. Ей ещё предстояло сделать много работы. Было такое ощущение, что зверолюди начали погружаться в довольную леность, особенно мужчины зверолюди. В прошлом на их плечах лежала тяжёлая ответственность по охоте на добычу, и они отвечали за выживание всего племени. Однако благодаря тому, что Цянь Цзя находила множество источников пищи, их ноша значительно уменьшилась. И вот теперь, когда у них было свободное время, они либо фантазировали о Цянь Цзя, или мучились от своих чувств. Когда Цянь Цзя звала их, они бежали к ней, виляя хвостами. Так как у Нин Шу теперь было большое количество соли, она больше не сдерживалась во время охоты. В прошлом, когда она сталкивалась с довольно сильными и большими животными, она отпускала их, потому что беспокоилась о том, что у неё не хватит соли, чтобы законсервировать всё мясо. Однако теперь она могла об этом не волноваться. Каждый раз, когда Нин Шу притаскивала добычу, Чжи просто предполагала, что ей везло и она находила добычу, которая уже была мертва. И теперь все вентилируемые места в их пещерах были заполнены висящим сушёным мясом. Чжи чувствовала большое удовлетворение, глядя на всё это сушёное мясо. - Я никогда в жизни раньше не видела столько мяса. Мы действительно собираемся продолжать заготавливать его? Нин Шу кивнула. - Конечно. Чем больше, тем лучше. Проблема всегда была в том, что еды недостаточно, а не в том, что её слишком много. ______________________________________________________________________ * У Сун –легендарный персонаж по прозвищу "Пилигрим". Один из 108 "благородных разбойников". По преданию, убил тигра-людоеда, забив его кулаками. ---------- Переезд Мясной Заначки И всё же, рано или поздно их раскроют, если они оставят так много мяса, висящего в пещерах. Нин Шу хотела запасти ещё больше перед началом зимы. - Нам нужно поменять места. Когда я охотилась, я нашла большую каверну под утёсом. Давай перенесём мясо в ту каверну, - сказала Нин Шу. Чжи удивлённо воскликнула: - Мы перенесём мясо за пределы племени? - Если мы оставим его вот так, то рано или поздно его обнаружат. Неужели ты хочешь отдать всё это мясо племени? – спросила Нин Шу, глянув на Чжи. Лицо Чжи исказилось от боли, когда она подумала об этом, и она тут же сказала: - Ладно. И вот они занялись загрузкой высушенного на ветру мяса в корзины, чтобы отнести их в ту пещеру ночью. Однако Чжи никогда раньше не покидала племя ночью. В лесу постоянно раздавались тихие шорохи и пронзительные зловещие крики птиц. От этого у неё шерсть поднималась дыбом. Она неудержимо дрожала, следуя прямо позади Нин Шу. - Не волнуйся, я тут. Голос Нин Шу был очень спокойным, и от этого Чжи тоже немного успокоилась. Когда Нин Шу увидела, что Чжи идёт очень медленно, она переложила немного мяса из корзины Чжи в свою. Нин Шу нашла эту каверну, когда гонялась за диким кабаном. Эта каверна была очень большой и в ней даже был источник воды, так что это было очень хорошим убежищем. Чжи опустила свою корзину и осмотрела эту большую каверну. Нин Шу воспользовалась острым концом палки, чтобы размягчить почву, а потом она начала копать острым камнем, чтобы сделать большую яму. - Цао, что ты делаешь? – спросила Чжи. Нин Шу ответила не прерывая процесса: - Я не собираюсь оставлять мясо в открытом виде. В лесу много животных, и они наверняка съедят это мясо. Нам нужно завернуть их в листья, а потом закопать. - Ох. Чжи поспешила взять камень, чтобы помочь копать. Нин Шу причмокнула губами. Её пальцы уже были исколоты шипами. Если бы только женщины-зверолюди тоже могли трансформироваться, тогда она смогла бы рыть когтями. Две женщины работали очень долго и, наконец-то, смогли вырыть яму в половину своего роста. Нин Шу выложила дно ямы большими листьями, а потом разложила вяленое мясо на листьях. - Чжи, я собираюсь вернуться и принести сюда всё вяленое мясо. А ты можешь просто подождать тут, - сказала Нин Шу. Голос Чжи немного дрожал, когда она сказала: - Цао, мне страшно. - Не бойся. Я быстро вернусь, - Нин Шу взяла заострённую палку и сунула её в руку Чжи. – Не бойся, будь сильной. Я скоро вернусь. Нин Шу взяла две корзинки и выбежала из каверны, используя свою энергию. Она ловко мчалась по лесу благодаря лунному свету. Когда она вернулась в пещеру, она наполнила корзины вяленым мясом и снова побежала к большой каверне. Внутри каверны была Чжи, которая крепко сжимала в руках палку. Она вздохнула с облегчением, когда увидела Нин Шу и поспешила подойти, чтобы помочь переложить мясо в яму. Этот цикл повторился ещё несколько раз, но Нин Шу всё же удалось перенести всё мясо, которое закончило вялиться в каверну. Единственное мясо которое осталось – это то, которое только начало вялиться. Она накрыла мясо большими листьями, а потом сдвинула поверх землю, которую до этого выкопала. Нин Шу и Чжи с силой попрыгали поверх этой области несколько раз, чтобы уплотнить землю. Закончив с этим, Нин Шу наконец-то почувствовала себя более расслабленной. Наконец-то она смогла обезопасить заначку припасов. Она отвела Чжи обратно в племя. Последующие дни продолжались похожим образом. Каждый день Нин Шу была занята. Если она не тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства, то она охотилась. Тем временем, пшеница, которую посадила Цянь Цзя, уже созрела, поэтому Цянь Цзя пригласила всё племя поесть лапши. Нин Шу понятия не имела, как ей удалось сделать муку, но к этому моменту она уже смирилась с тем фактом, что Цянь Цзя, похоже, могла сделать всё, что угодно. Все были приглашены, но Цянь Цзя, похоже, забыла о Нин Шу. Никто не стал поднимать эту тему, потому что будет плохо, если Цао снова не сможет прочесть атмосферу и начнёт ссору в такой праздничный день. Чжи тоже была приглашена. Когда Чжи увидела, что Нин Шу не идёт, она решила тоже не ходить. Когда Нин Шу увидела решительное выражение лица Чжи, когда она боролась со своими желаниями, она не могла не рассмеяться. Она вытолкала Чжи из пещеры и сказала, чтобы та отправилась принимать участие в банкете. Ну и что с того, что ей не достанется немного лапши? Эта старшая сестрица тоже пришла из современной эпохи. Цянь Цзя сделала не только лапшу, она даже смогла приготовить парной хлеб. И хотя он был больше похож на пельмени из теста, этого было достаточно, чтобы доисторические люди начали восхищённо восклицать, попробовав его. После этого праздничного ужина вождь племени объявил, что теперь племя будет выращивать пшеницу, поэтому по всему племени были тигры, роющие землю. Множество женщин-зверолюдей начали сажать семена под присмотром Цянь Цзя. Энтузиазм племени был настолько горяч, что просто обжигал, но к Нин Шу это не имело никакого отношения. Возможно, всё дело было в слухах, которые ходили по племени. Все говорили, что Кай собирается бросить Цао, и что он не хочет становиться супругом Цао. ---------- Создание Глиняной Посуды Кай пришёл к Нин Шу и сказал, что поможет расчистить кусок земли, чтобы она тоже могла выращивать зерно. Нин Шу безэмоционально отвергла его предложение. Кай нахмурился и сказал: - Если ты посадишь пшеницу, то у тебя будет большой урожай. Неужели ты продолжишь ждать случайно пойманную добычу? Как ты планируешь выжить зимой? - А тебя это как вообще касается? Нин Шу вообще не хотела разговаривать с Каем. Кай пришёл сюда из добрых побуждений, поэтому, когда Нин Шу вот так отреагировала, он стал очень несчастным. Когда он увидел, какой она была ленивой по сравнению с Цянь Цзя, то стал ещё недовольнее от своей будущей супруги и очень разволновался. Мысль о том, чтобы стать супругом Цао теперь сковывала его сердце холодом. Чжи тоже получила немного семян. Она спросила у Нин Шу стоит ли ей сажать растения или нет, но Нин Шу покачала головой и сказала, чтобы она сама решала. Она глянула вверх и увидела, что в небе было уже пять лун. Зима была близко. Поэтому она ускорила процесс, в котором она охотилась на добычу и воровала соль с месторождения соли каждые пару дней. Из-за всего этого её сила значительно увеличилась, но она вообще не позволяла себе расслабиться. Каждая капля силы, которую она получала, позволит ей спасти ещё одного человека из тех, что будут брошены тут. Тем временем, Цянь Цзя успешно создала глиняную посуду. По сути, она придала глине некое подобие формы горшка, а потом запекла его при высокой температуре. Несколько раз её попытки проваливались, но после того, как ей удалось добиться желаемого, количество удачных попыток значительно увеличилось. Губы Нин Шу дрогнули. Какого чёрта в руках Цянь Цзя всё получалось так просто? Разве запекание глиняной посуды настолько простой процесс? Горшки Цянь Цзя стали причиной огромной шумихи в племени. Существование глиняной посуды создавало огромное удобство, так как из них можно было делать тарелки и ёмкости для хранения воды, но для этого требовалась умелая техника. Цянь Цзя рассказала всем о процессе создания, но, когда женщины попытались сделать то же самое, они не смогли добиться такого же успеха, как и Цянь Цзя. У них получалось лишь раз или два. Чжи тоже получила кувшин. Когда Чжи пошла просить у Цянь Цзя соли, Цянь Цзя была настолько щедрой что дала ей глиняный кувшин для хранения соли. И хотя у них теперь было достаточно соли, Нин Шу сказала Чжи, чтобы та продолжила просить соль у Цянь Цзя. Чжи очень понравился этот кувшин, и она показала его Нин Шу, но Нин Шу была не особо впечатлена. Она видела фарфоровую посуду, которая была в тысячу раз изысканнее, чем этот кувшин, поэтому её ничуть не привлекала такая посуда. - Цао, Цзя так много знает! Сначала она нашла месторождение соли, а потом она посадила пшеницу. Она действительно очень много знает! Она действительно божественная дева, посланная Божеством! – воскликнула Чжи, и её взгляд был полон восхищения. Всё это было правдой. Всё племя прошло через полную трансформацию и очень быстро развивалось. Нин Шу кивнула. - Вполне естественно, что божественная дева отличается от нас. Те, кто стоят на плечах гигантов, конечно же, могут видеть дальше. Знания, которыми обладала Цянь Цзя, были знаниями, накопленными сотнями поколений. ---------- Новейшее Новшество Нин Шу и Чжи запаслись большим количеством мяса. Когда Нин Шу видела, что они собрали хорошее количество мяса, она замедлила свою скорость охоты и начала вместо этого собирать травы. Во время зимы весь мир будет укутан льдом и снегом, так что можно будет позабыть о лечебных травах, она даже обычной травы не найдёт. После просушки собранных трав, она заворачивала их в звериные шкуры. После того, как восхищение от изобретения глиняной посуды начало стихать, Цянь Цзя начала строить дом. Она не могла больше терпеть сырость и спёртый воздух пещер. Поэтому она пожаловалась Жую, что у себя на родине она всегда жила в доме, и что от жизни в пещере она начинает чувствовать себя самым настоящим пещерным человеком. И хотя Жуй не знал, что такое "пещерный человек", он кивнул и сказал, что построит дом для Цянь Цзя. Цянь Цзя была очень рада и тут же начала создавать планы для дома. Она давно уже хотела выбраться из пещеры. Там было сыро и очень много жуков. Первым делом нужно было сделать кирпичи, поэтому она попросила народ собрать камней, которые послужат кирпичами. Всё племя занялось сбором камней, поэтому у них вскоре образовалась большая коллекция. Больше всего Цянь Цзя понравился гранит, который нашёл Кай, потому что этот материал был очень твёрдым. Так как у неё не было цемента, то она просто использовала грязь. Ей пришла в голову гениальная идея по использованию речного ила, потому что эта грязь была достаточно липкой, чтобы послужить заменой цементу. Под управлением Цянь Цзя был построен очень простой дом с крышей, застеленной соломой. И хотя это был простой дом, в нём была дверь и окно, и даже подогреваемая кирпичная постель внутри. Она была сделана очень грубо, но Цянь Цзя всё равно очень радостно каталась по этой кирпичной постели. Когда вождь племени увидел это, он тут же попросил своего сына сделать дом и ему тоже. Дома стали новейшим новшеством в племени. Им всегда приходилось жить в пещерах, поэтому у них никогда не появлялось мысли о том, что можно жить в подобном месте. Чжи каждый день ходила смотреть на эти дома. Постепенно, в племени начало появляться больше домов. Увидев эти дома, больше никто не хотел жить в пещерах. Чжи очень завидовала им и сказала Нин Шу: - Цао, почему бы нам тоже не сделать дом? - Нет смысла. Скоро начнётся зима. Солома не сможет выдержать веса снега, и снег обвалится внутрь дома, - ответила Нин Шу. Чжи кивнула и затихла. Она больше не упоминала, что хочет построить дом. Нин Шу сказала Чжи, что если в пещере очень сыро, то достаточно просто разбросать уголь или пепел по полу пещеры. Они могут впитывать влагу. Нин Шу всегда использовала пепел таким образом в своей пещере. ---------- Торговая Ярмарка Нин Шу чувствовала, что погода становится холоднее. Ей теперь приходилось укрываться по ночам звериными шкурами. Это означало, что зима уже скоро наступит. Ву призвала Нин Шу, чтобы спросить её о том, получилось ли у неё пообщаться с божественным камнем. Нин Шу совершенно забыла об этом деле, поэтому, когда эта тема была поднята, она поспешно начала обдумывать варианты, а потом сказала: - Я не смогла пообщаться с божественным камнем. Во взгляде Ву промелькнуло разочарование. - Похоже, что Божество тебя не выбрал. - Ву, это Божество сказал тебе, что Цзя – божественная дева? Нин Шу всегда было интересно, почему Ву считала Цянь Цзя божественной девой. Взгляд Ву слегка остекленел. - А ты взгляни на одежды, которые она носит. Эти одежды могут принадлежать только Божеству. Когда я видела Божество, мне кажется, что он носил такую же одежду. - Ась?! Нин Шу была ошеломлена. Неужели Ву смогла отчётливо разглядеть тот чёрный силуэт? Она видела лишь чёрный теневой силуэт. Видели ли они одно и то же? - Тебе стоит посетить торговую ярмарку в этот раз. Всегда полезно повидать мир. А пока будешь там, попробуй ещё пообщаться с божественным камнем. Ты должна быть решительно настроена на то, чтобы стать Ву. Как только ты настроишься, то сможешь пообщаться с божественным камнем, - сказала Ву. Пока она говорила, она внезапно начала кашлять. Когда Нин Шу видела, что у Ву проявляются симптомы бронхита, она спросила: - Ву, что случилось? - Это старая болезнь. Она становится такой, когда холодает, - Ву небрежно махнула рукой и сказала: - Вероятно, я скоро отправлюсь к Божеству. Надеюсь, что он даст мне место у подножия своего трона, чтобы я могла продолжить поклоняться ему. Нин Шу: … Значит, Ву сейчас торопилась найти наследницу, которой она могла бы передать свою должность. Вернувшись после визита к Ву, Нин Шу задумалась о посещении торговой ярмарки. Ежегодная торговая ярмарка проводилась перед началом зимы и все племена выменивали то, что им необходимо, чтобы лучше выживать зимой. Когда Чжи услышала, что Нин Шу может отправиться на торговую ярмарку, она стала очень сильно завидовать. На торговой ярмарке всегда было много вещей, которые можно было выменять, и там присутствовали зверолюди из каждого племени. Вот только Нин Шу это не очень интересовало. Однако она даже не ожидала, что её место заберут у неё спустя несколько дней и вместо этого отдадут Чжи. Нин Шу задумчиво прищурилась. Вскоре она услышала, что Цянь Цзя тоже отправится на торговую ярмарку, как лидер женщин-зверолюдей. Вероятнее всего Цянь Цзя отказалась отправляться туда вместе с ней. К этому времени Цянь Цзя достаточно было лишь вскользь сказать о том, что ей хочется, чтобы это произошло. Ву так и не могла толком сказать ничего, когда место Нин Шу забрали, но её кашель усилился, и она хмуро посмотрела на Цянь Цзя. Ву вздохнула и сказала Нин Шу: - Она – божественная дева. Вот только я не знаю, послал ли её Божество, чтобы помочь зверолюдям, или чтобы уничтожить их. Я могу лишь молиться, чтобы Божество пожалел наше племя. Губы Нин Шу дрогнули. Ты явно слишком много напридумывала. Конечно же, как супер раздражающей второстепенной главной женщине, Нин Шу пришлось пойти снова поругаться с Цянь Цзя. Она настаивала на том, чтобы Цянь Цзя объяснила ей, почему у неё забрали её место, и прилюдно наговорила Цянь Цзя много разных вещей. Прежде чем Цянь Цзя успела даже хоть что-то сказать, находящиеся поблизости зверолюди начали говорить за Цянь Цзя. Все проигнорировали Нин Шу, чьё место забрали, и вместо этого начали утешать Цянь Цзя, которую Нин Шу разозлила, и которая сама бранила Нин Шу. Когда Нин Шу увидела, насколько эти зверолюди были готовы защищать Цянь Цзя, она сама лично увидела, насколько всемогущей стала Цянь Цзя в Племени Крылатых Тигров. Все люди, которые защищали Цянь Цзя, были мужчинами-зверолюдьми. Женщины-зверолюди, по сути, ничего не говорили. Возможно, они тоже были недовольны тем, что божественная дева украла взгляды всех мужчин-зверолюдей, но они не могли этого озвучить. После того, как Нин Шу и Цянь Цзя начали спорить, множество женщин-зверолюдей решили не вмешиваться и просто ушли оттуда. Нин Шу увидела, что нет смысла больше продолжать спор, поэтому она развернулась и ушла. Кай побежал, чтобы догнать Нин Шу. Она глянула на него и увидела, что он выглядит раздражённым. Вероятно, он собирался снова устроить ей лекцию. И поэтому, не говоря ни слова, она прицельно пнула его в ногу. Кай мог легко увернуться, но он не ожидал, что женщина нападёт на него, поэтому принял на себя весь удар. Это было невыносимо болезненно. - Я уже сказала тебе, что не хочу с тобой разговаривать. Хватит устраивать мне лекции. Нин Шу развернулась и ушла. Отец изначального хоста умер ради спасения Кая, а дети без родителей были просто травой. Если бы па изначального хоста был тут, посмел бы Кай вот так задирать её? Чжи, которой в итоге досталось место, беспокойно заговорила с Нин Шу: - Я не знаю, почему его дали мне. Нин Шу улыбнулась ей. - Тебе будет полезно повидать мир. Ты же прекрасно знаешь, что Цзя меня не любит, поэтому, если мы вместе поедем, то обе будем раздражённые. Племя Крылатых Тигров с нетерпением ожидало торговой ярмарки, так как их племя теперь имело кучу хороших вещей. Глиняную посуду, семена, овощи и приправы. От такого выбора у остальных племён глаза точно на лоб вылезут. Все были безмерно самодовольны. Теперь их Племя Крылатых Тигров тоже обладало кучей хороших товаров! ---------- Заклеймили Неотзывчивой Нин Шу отправилась провожать Чжи в тот день, когда группа отправлялась на торговую ярмарку. У Чжи было много больших и маленьких мешочков, наполненных всякими вещами, в надежде обменять их на другие товары на ярмарке. Когда они дошли до места подношения, Нин Шу сразу встретилась взглядом с Цянь Цзя. Нин Шу закатила глаза и проигнорировала её. Она повернулась к Чжи, которая выглядела одновременно взволнованной и нервной, и сказала: - Если что-нибудь произойдёт, то иди к мужчинам-зверолюдям, которые стоят во главе группы. Они старше и имеют больше опыта в случае решения проблем. И их взгляды не заполнены одной лишь Цянь Цзя. Полагаться на молодых мужчин-зверолюдей? Это шутка такая? Чжи кивнула, а потом спросила: - Цао, тебе чего-нибудь хочется? Я привезу тебе это. - Мне и так хорошо. После этого Нин Шу вложила мешочек с ядом в руку Чжи и сказала: - Если попадёшь в опасную ситуацию, то рассыпь это, но сама не вдыхай. Чжи осторожно убрала неизвестный порошок и кивнула. Когда Цянь Цзя увидела, что Нин Шу полностью проигнорировала её сразу после того, как закатила глаза, она сама отправилась в сторону Нин Шу и Чжи. - Цао, - окликнула Цянь Цзя Нин Шу. Нин Шу глянула в её сторону и небрежно сказала: - Чего ты хочешь? Ты хочешь опять поругаться? Ты же прекрасно знаешь, что ты мне не нравишься, но всё равно специально светишь передо мной своим лицом. Ты это специально делаешь, да? Ты специально настраиваешь всех мужчин-зверолюдей против меня? Цянь Цзя: … - О, великая божественная дева, я ошиблась, ладно? Я больше не буду с тобой спорить, - Нин Шу закатила глаза. – Хватит уже заставлять мужчин-зверолюдей нападать на меня, пожалуйста. Я уже всё поняла, все мужчины-зверолюди любят тебя. Каждый раз, когда ты теряешь прядь волос, они готовы просто вытрясти из меня всю жизнь. - Цао. Чжи потянула Нин Шу за руку. Лицо Цянь Цзя залилось краской, и она злобно сказала: - Вот любишь ты создавать проблемы! Я просто хотела поговорить с тобой насчёт мест. Ты молодая и у тебя плохой характер, а раз это первый раз, когда женщины-зверолюди племени принимают участие в торговой ярмарке, то мы решили, что будет лучше отправить Чжи вместо тебя. - Да хватит уже, незачем мне всё это рассказывать. Ты и так уже забрала моё место, но теперь ещё хочешь заклеймить меня как неотзывчивую и обладающую плохим характером? Божественная дева, ты же благородная божественная дева, посланец, отправленный самим Божеством, как ты можешь совершать подобное? Голос Нин Шу был полон насмешки. После того, как Цянь Цзя затроллила её, она всё равно хочет выглядеть так, словно она – хороший человек? Неужели она считает весь этот мир глупым? К тому же, она пытается испортить её отношения с Чжи. Цянь Цзя даже не знала, как общаться с этой женщиной-зверочеловеком. Она была такой подлой! - Цао, хватит создавать проблемы, - сказал Кай, когда увидел, что Цянь Цзя и Жуй выглядят недовольными. Нин Шу плюнула в Кая. - Когда я вообще создавала проблемы? Я даже не хотела обращать на неё внимания, это она сама прибежала ко мне поговорить. После того, как она забрала моё место, неужели я должна встать перед ней на колени и поблагодарить её? Нин Шу пристально посмотрела на Кая. - Не разговаривай со мной, я не хочу тебя видеть. Должно быть мой па ослеп, раз спас кого-то вроде тебя. Выражение лица Нин Шу было полно презрения. Лицо Кая омрачилось. Он никогда не замечал, что его будущая супруга такой человек. Он потёр свои виски. От подобного разговора на виду у Цянь Цзя, особенно учитывая то, что он разговаривает со своей будущей супругой, он чувствовал себя так, словно зверь вгрызается в его сердце. Он чувствовал смущение, обиду и даже немного испуга от того, что Цянь Цзя будет смотреть на него свысока. Нынешние отношения Цао и Цзя были настолько плохими. Если он действительно станет супругом Цао, тогда, вероятно, больше не сможет общаться с семьёй Жуя. Цао действительно была неотзывчивой женщиной. Каждый раз, когда она злилась, она ставила людей в затруднительное положение. - Цао, ты можешь говорить нормально? Разве ты не видишь, что Цзя пытается тебе всё объяснить? – сказал Кай и вздохнул. Нин Шу: … ---------- Изгнать Тебя Из Племени Какого хрена? И это называется объяснение? Она пришла рассказать об этом прямо перед отправлением. Она же явно хотела просто насыпать ей соль на рану? - Кай, я скажу тебе это в последний раз. Если ты ещё раз заговоришь со мной, то буду бить тебя каждый раз, как увижу. Ты только посмей. Я знаю, что тебе нравится эта так называемая божественная дева. Мне всё равно, что она тебе нравится, но чего ты ко мне цепляешься-то? Какое право ты имеешь требовать чего-то от меня? Ты не только не имеешь права, но ты ещё и обязан жизнью моему па, так как па умер из-за тебя. Кай, кто бы мог подумать, что ты такой человек? Ты не хочешь быть моим супругом. Как думаешь, неужели я хочу становиться супругой такого отвратительного зверочеловека, который постоянно пялится на чью-то чужую супругу? Нин Шу очень не нравился этот Кай. Он всегда говорил ей делать то и делать это. Какое он имел на это право? Никакого! Кай стиснул кулаки, и его лицо исказилось от гнева. Он рефлекторно сделал пару шагов в сторону Нин Шу. Казалось, что он готов вот-вот ударить Нин Шу. Нин Шу слегка приподняла подбородок и холодно встретила его взгляд. Будет даже лучше, если он нападёт. Она хотела проверить свою силу и попытаться стать вторым У Суном. - Ладно, довольно, хватит спорить. Это была моя ошибка. Цянь Цзя прижала руку к груди Кая, чтобы остановить его. Потом она вздохнула и обратилась к Нин Шу: - Давай поговорим об этом, когда ярмарка закончится. Нин Шу презрительно изогнула губы и скрестила руки на груди. - А ты действительно божественная дева? - Ась? Цянь Цзя озадаченно посмотрела на Нин Шу. Нин Шу спокойно заметила: - Ву племени, ради поддержания своей чистоты никогда не имела супруга за всю свою жизнь. Однако посланник Божества настолько тесно общается с мужчинами-зверолюдьми из племени, что её рука сейчас находится на груди Кая. Тц, тц, тц… Цянь Цзя оглянулась, а потом поспешно убрала руку и сказала: - Цао, я лишь остановила Кая, потому что волновалась, что вы подерётесь. - Когда вокруг столько народу, неужели женщине с супругом вроде тебя нужно его останавливать? Неужели все остальные зверолюди умерли? Выражение лица Нин Шу было полно насмешки. Цянь Цзя увидела, что она окружена зверолюдьми, которые испытующе смотрят на неё. От этого она почувствовала такое унижение, что на глаза навернулись слёзы. - Ты просто обижена на меня за то, что я забрала твоё место. И поэтому постоянно клевещешь на меня! Цянь Цзя бросилась в объятия Жуя и начала рыдать. От звука её тихого плача у людей сжались сердца. Пока Жуй утешал Цянь Цзя, он повернулся к Нин Шу и холодно сказал: - Если ты продолжишь создавать подобные проблемы, то у нас не останется выбора, кроме как изгнать тебя из племени. Нин Шу похлопала себя по груди. - Ой, как мне страшно. Так почему бы вам не изгнать меня из племени? По крайней мере, мне тогда не придётся смотреть на ваши отвратительные лица. А что насчёт божественной девы? Она же божественная дева для всех, так что, возможно, она заведёт себе больше, чем одного супруга. Может и вам, ребята, повезёт. Нин Шу указала на мужчин-зверолюдей. Она очень хотела просто уничтожить всех этих мужчин. Они были ей отвратительны. - Довольно! Чего ты хочешь добиться? – Цянь Цзя отняла своё залитое слезами лицо от груди Жуя и холодно повернулась к Нин Шу. – Цао, ты просто клевещешь на меня, потому что тебе кажется, будто я украла твоего будущего супруга. Но ты не волнуйся, у меня никогда в жизни не будет отношений с твоим Каем. Когда Кай услышал это, его взгляд потускнел. Однако весь этот инцидент всё равно был лишь виной Цао. Цао очень любила начинать ссоры. Нин Шу прикрыла рот и хрипло рассмеялась. Она со злорадством повернулась к Каю. - Слышал? Она сказал, что у неё никогда в жизни не будет отношений с тобой. Ты не сможешь стать одним из её супругов. Нин Шу снова повернулась к Цянь Цзя. - Ах, да, раз уж ты поклялась, то тебе придётся сдержать слово. Ты же божественная дева. Если ты нарушишь своё слово, то Божество тебя покарает. Неприятный смех Нин Шу заполнил место подношения. ---------- Возможность Стать У Суном Младшим - Божественная дева должна вести себя как божественная дева. Тебе нельзя будет иметь отношения с Каем в этой жизни, - снова повторила Нин Шу. Затем она повернулась к Ву, которая снова утыкала всю себя перьями и спросила: - Ву, я же права? - ЭКХЕМ-ХЕм-хем… Вместо ответа Ву начала кашлять так, словно она вот-вот выплюнет свои лёгкие. Выражение лица Цянь Цзя стало холодным, и она посмотрела на Нин Шу с величественным презрением. - Разве всё дело не в том, что ты не нравишься Каю? Неужели ты думаешь, что понравишься Каю, если ты будешь ссориться со мной? Своими действиям ты просто заставляешь кого-то оставаться вместе с тобой. Даже если ты сможешь заполучить этого человека, ты всё равно не получишь его сердце. - Какое мне дело до того, кто нравится Каю? – Нин Шу закатила глаза и подошла к Ву. – Ву, я не хочу становиться супругой Кая. Гляди, он лишь издевается надо мной и осуждает меня. Он недоволен всем, что я делаю. - ЭКХЕМ-ХЕм-хем… Ву громко раскашлялась, а потом сплюнула в сторону. Нин Шу: … Эта старушка просто не хочет оскорблять божественную деву. →_→ - Цао, чего именно ты добиваешься? Сколько ты ещё будешь создавать проблемы? Кай уже больше не мог сдерживать свою ярость. Сначала его отвергла та, которая ему нравится, а теперь ещё и Цао унизила его прямо перед Ву, сказав, что не хочет становиться его супругой. Неужели она думает, что он хочет быть её супругом? Иметь такую супругу – это всё равно, что пригласить в дом бедствие. Однако ему стало унизительно от того, что такая ненавистная женщина высмеивает его перед таким множеством зверолюдей. Он даже не осмеливался оглядываться по сторонам, потому что не хотел видеть того, какими взглядами на него смотрят. В частности, он не осмеливался встретиться взглядом с Цянь Цзя. Кай сильно возненавидел Цао за то, что она постоянно устраивает проблемы. Он подошёл к Нин Шу, чтобы схватить её. Нин Шу сделала шаг назад, холодно посмотрела на него и сказала: - Хочешь сразиться? На лбу Кая надулись вены. Он чувствовал себя так, словно в его сердце рычал дикий зверь, который крушил всё вокруг, пытаясь вырваться на свободу. В его голове сейчас была лишь одна мысль: "Убей эту женщину. Убей эту злобную женщину, чтобы выпустить боль и гнев". Кай тут же трансформировался в крылатого тигра и зарычал на Нин Шу. Он взмахнул крыльями и поднял свою огромную лапу, чтобы ударить Нин Шу по голове. Так он хочет насилия?! Нин Шу усмехнулась и сжала кулак, используя энергию в своём даньтяне, чтобы ударить по лапе Кая. Когда собравшиеся вокруг люди увидели, что женщина-зверочеловек собирается использовать свой кулак, чтобы заблокировать лапу мужчины, они подумали, что она совсем тупой стала. Она же просто напрашивалась на то, чтобы её убили! Несколько мужчин-зверолюдей трансформировались, чтобы остановить Кая. Ведь женщина-зверочеловек ни за что не сможет справиться с силой мужчины в его трансформированном состоянии. ---------- Сила, Дарованная Божеством Женщины-зверолюди были ещё более напуганы. Чжи закричала Нин Шу: - Цао, скорее уворачивайся! Когда Цянь Цзя увидела эту сцену, её взгляд неуловимо сверкнул, но она продолжила молчать. Эта женщина-зверочеловек сама навлекла на себя это. Она была настолько злобной, что даже её будущий супруг захотел её убить. Нин Шу спокойно встретила холодный взгляд Кая и использовала всю энергию в своём теле, чтобы встретить атаку Кая. Когда лапа и кулак столкнулись, послышался отчётливый хруст костей. Все были ошарашены, потому что Кай отлетел от этого удара и упал на землю. У всех отвалились челюсти и они тупо уставились на то, как худощавая женщина-зверочеловек забирается на спину Каю и обрушивает на него град ударов. Для Кая каждый этот удар ощущался так, словно в него прилетал падающий булыжник. Это было мучительно больно. И самым худшим было то, что женщина побила его в его трансформированном состоянии! Кай захлопал крыльями, чтобы попытаться стряхнуть её со своей спины. Нин Шу холодно рассмеялась. В этот раз она собирается выбить из него всё дерьмо. Хотелось бы ей посмотреть, посмеет ли он после этого возвышаться над ней и тявкать на неё. Она собиралась бить его до такой степени, пока он не начнёт при виде неё инстинктивно поджимать хвост и убегать! Он хотел понравиться Цянь Цзя и завоевать её доверие? Ему сначала стоило проверить, хватит ли у него на это способностей! Нин Шу схватила Кая за одно из крыльев и погрузила свою энергию в даньтянь. А потом, сильным рывком, она начала размахивать им, словно хлыстом и лупить им по земле. Каждый раз, когда Кай ударялся о землю, все чувствовали, что земля содрогается. Мужчины-зверолюди: … Женщины-зверолюди: … Ву: … Нин Шу, наконец, ударила Кая о землю в последний раз и отпустила его крыло. Она отряхнула руки, чувствуя облегчение. Облегчение. Какое же это было облегчение! Кай трансформировался обратно в свою человеческую форму. Его руки обмякли из-за переломанных костей, а по всему телу и лицу у него были синяки размером с кулак. Его лицо ужасно опухло. - Цао… Чжи в шоке уставилась на Нин Шу. Нин Шу улыбнулась Чжи, а потом повернулась к настолько же ошеломлённой Ву и сказала: - Ву, мне удалось пообщаться с божественным камнем. Эту силу мне даровал Божество. Ву: … - Хорошо, очень хорошо! Похоже, что ты очень понравилась Божеству, раз он даровал тебе такую силу! Очень хорошо! – Ву радостно улыбнулась. – Раз ты теперь Ву, которую выбрал Божество, то естественно, что ты не будешь супругой Кая. Ву без колебаний поверила в слова Нин Шу, так как сила Нин Шу была за пределами её ожиданий. Более того, когда вообще хоть одна из женщин-зверолюдей обладала подобной силой? Это можно было объяснить лишь Божеством. Каю помог подняться один из мужчин-зверолюдей. Выражение его лица было крайне мрачным. Цянь Цзя почувствовала себя очень неуютно, когда она увидела, что Нин Шу с лёгкостью взяла верх в этом противостоянии, поэтому она сказала: - Божество даровал тебе силу, но ты использовала её, чтобы издеваться над другими. Неужели Божеству понравится такая Ву, как ты? Нин Шу наклонила голову и небрежно улыбнулась Цянь Цзя. - Неужели я должна была позволить Каю просто убить меня? Неужели Божество даровал силу мужчинам-зверолюдям, чтобы они могли угнетать женщин-зверолюдей и убивать женщин, у которых нет сил сопротивляться? Взгляд Нин Шу был очень холодным и полным презрения, когда она посмотрела на Цянь Цзя. - Перед тем, как мы начали сражение, разве Кай не был в курсе, что я – женщина? Если бы не сила, которую мне даровал Божество, то Кай бы меня убил. Стала бы ты устраивать Каю выговор за это? Женщинам и без того было очень трудно выживать, но им ещё приходилось терпеть злонамеренность других женщин. - Если однажды Жуй захочет убить тебя из-за того, что ты скажешь, ты будешь покорно стоять и позволишь ему убить себя? Божественная Дева, ты же тоже женщина-зверочеловек. Тебе нужно принимать во внимание точку зрения женщин-зверолюдей. У женщин нет силы и они слабые, но является ли это причиной для мужчин-зверолюдей угнетать нас? Нин Шу сделала шаг в сторону Цянь Цзя. Цянь Цзя испуганно шагнула назад и упёрлась в грудь Жуя. - Ты же божественная дева. Ты многим нравишься и многие готовы сделать ради тебя всё, что угодно. Какое право ты имеешь, и какую точку зрения ты используешь, чтобы критиковать меня? Лицо Цянь Цзя стало смертельно бледным, но она не смогла придумать ни одного возражения. Нин Шу продолжила улыбаться. - На самом деле, Божественная Дева, ты просто пытаешься потоптаться по мне, чтобы усилить приятное впечатление Кая о тебе, верно? - Вовсе нет! – злобно возразила Цянь Цзя. Нин Шу рассмеялась, а потом сжала кулак и подула на него, оборачиваясь и сканируя взглядом лица остальных мужчин-зверолюдей. Все мужчины-зверолюди, на которых смотрела Нин Шу, отводили свои взгляды. Жуй почувствовал, что это всё странно. В прошлом племя всегда было едино, но теперь над племенем навис кризис. У него было сильное ощущение, что племя расколется на фракции. Он собирался стать будущим вождём племени, поэтому ему нужно было немедленно избавиться от угрозы. Женщина-зверочеловек Цао станет следующей Ву племени, но она была совершенно несовместима с его супругой, так что это наверняка будет плохо для племени. ---------- Зачем Божество Послал Тебя? Жуй обнял Цянь Цзя. Она дрожала от ярости и, когда он посмотрел на неё сверху вниз, он увидел, что её лицо бледное. Когда он огляделся вокруг, он увидел, что женщины смотрят на Цянь Цзя слегка недовольными взглядами. Он не понимал, как из такой мелочи раздули такую большую проблему, но он не хотел, чтобы Цянь Цзя грустила. - Ву, я не согласен, чтобы Цао становилась следующей Ву, - сказал Жуй. Ву лишь закашляла и ничего не сказала. Нин Шу улыбнулась, прищурилась и спросила у Жуя: - А что такое? Ведь я Ву, которую выбрал Божество. Неужели ты пытаешься пойти против Божества? - У меня нет намерений идти против Божества, но ты – не самый лучший выбор на должность Ву, - сказал Жуй. Теперь Ву заговорила: - Цао – это Ву которую выбрал Божество. Божество даже даровал Цао силу, которая не проигрывает силе мужчин-зверолюдей, поэтому Цао должна быть Ву. Если ты с этим не согласен, то ты не согласен с решением Божества. - Но, она… Жуй больше не смог найти слов, так как необычная сила Цао была правдой. Это было впервые, когда женщина в племени обладала подобной силой. - Но она не поладила с божественной девой. Божественная дева – посланник, присланный нам Божеством. Цао не должна быть враждебна по отношению к ней, - сказал Жуй. Тот факт, что Цао и Цзя не поладили друг с другом, был известен всему племени. Нин Шу прикрыла рот рукой и снова начала смеяться. Потом она указала на Цянь Цзя и сказала: - А ты уверен, что она – божественная дева? Божественная дева должна быть непорочной, а она непорочная? Жуй нахмурился и холодно сказал: - Как Цзя может не быть божественной девой? Цзя так много сделала для Племени Крылатых Тигров. Она столько всего пожертвовала и принесла нам. Она точно божественная дева. Нин Шу пожала плечами. - Божественная она дева или нет, это знает лишь она. Божественная Дева, скажи нам, зачем Божество послал тебя в этот раз? Цянь Цзя была немного взволнована, когда сказала: - Конечно же, для того, чтобы преобразовать доисторическое общество. Нин Шу кивнула. - Тогда ты и занимайся преобразованием доисторического общества, а я буду выполнять свои обязанности Ву. Тут же нет никакого конфликта? Конечно же, тут был конфликт. Цянь Цзя никак не ожидала, что эта женщина-зверочеловек внезапно станет следующей Ву. У Ву был высокий статус в племени. Цянь Цзя могла смириться с кем-то другим на должности Ву, но она не могла смириться с тем, что Цао, которая всегда была её противником, станет Ву. - Божественная дева – это посланник, отправленный нам Божеством, а Цао – будущая Ву. Это решение окончательное и возражения больше не принимаются, - строго сказала Ву. - Они обе выбраны Божеством. Жуй, тебе не стоит пытаться поменять Ву на кого-то ещё. Та, кого ты выберешь, может не суметь общаться с божественным камнем, - сказала Ву. Жуй нахмурил брови и ничего не сказал. ---------- Молочная Мама в Беде! - Что вы делаете? Разве вы, ребята, не собирались на торговую ярмарку? Почему вы всё ещё тут? Что вы делаете? – вступил в разговор вождь племени. – Что бы там ни было, это можно будет обсудить после окончания торговой ярмарки. Жуй согласно кивнул. Мужчины-зверолюди трансформировались в тигров, и женщины-зверолюди забрались к ним на спины. Через несколько мгновений они пропали из поля зрения. Нин Шу подумала, что с Чжи, вероятно, всё будет в порядке, так как она дала ей яд для защиты. Вождь племени глянул на избитого Кая, а потом посмотрел на Нин Шу и спросил: - Ты действительно пообщалась с Божеством? - Конечно, - спокойно ответила Нин Шу. Вождь племени рассмеялся. - Как же ты пообщалась с Божеством, раз он даровал тебе такую силу? Нин Шу услышала сомнение в голосе вождя племени. Вождь племени склонялся на сторону своей невестки, но это можно было понять. Цянь Цзя была супругой его сына и много чего сделала для племени. Тем временем, Цао была лишь обычной женщиной-зверочеловеком, которая ничего не сделала для племени. Даже если она и обладала силой, дарованной Божеством, она всё равно не могла сравниться с теми преимуществами, которые обеспечивала им Цянь Цзя. Вполне нормально для него быть предвзятым. - Я увидела, что Божество пришёл в этот пустынный мир. Потом в этом мире появилось солнце, после чего – леса. Первым зверочеловеком был лев. Это Божество даровал зверолюдям способность трансформироваться. Вождь племени рассмеялся. - Все это и так знают. Выражение лица Нин Шу омрачилось. Как говорится, кто даёт тебе молоко, тот тебе и мать. Было ясно, что вождь племени осознавал то, что она и Цянь Цзя не поладили. И теперь, когда она собиралась стать следующей Ву, её статус стал очень высок. Тем временем, статус Цянь Цзя был в равной степени высоким, так как она смогла принести племени множество полезных вещей. Если они обе начнут сражаться, то это принесёт вред развитию племени, так что, ради того, чтобы даровать племени дальнейшее стабильное развитие, он решил бросить её. Ву нахмурилась. Она хотела что-то сказать, но, в итоге, промолчала. Нин Шу скопировала смех вождя и сказала: - Хоть Божество и даровал мне силу, это не означает, что я буду следующей Ву, так как у прошлой Ву такой силы не было. Нин Шу не особо ценила титул Ву. Перед лицом бедствия всё это дерьмо было лишь облаками в небе, так как само выживание было открытым вопросом. - Это верно, - вождь племени удовлетворённо улыбнулся и сказал Ву. – Пусть другая женщина-зверочеловек попробует пообщаться с божественным камнем. После этих слов вождь племени развернулся и ушёл. Одним этим предложением он забрал у Нин Шу право становиться следующей Ву. - Я поверила тебе, когда ты сказала, что пообщалась с божественным камнем, но племя теперь не такое, как раньше. Ву немного покашляла, потом вздохнула, и её выражение лица стало измождённым. Люди жадные по своей природе. Чем больше они получают, тем больше они хотят, и Цянь Цзя была для них бесконечным источником богатств. Привыкнув к расслабленному образу жизни, они уже не хотели возвращаться к утомительному образу жизни охотников. Нин Шу вернулась в свою пещеру, перевернула вялящееся мясо, а потом села на сухую траву и продолжила тренировку. У неё оставалось мало времени. Погода становилась явственно холоднее, и в небе уже было семь лун. Скоро придёт зима, а за ней и огромное землетрясение. К удивлению Нин Шу, зверолюди, которые отправились на торговую ярмарку, вернулись всего через три дня. Группа, которая вернулась, выглядела взволнованной и печальной. И сам лидер, Жуй, был очень встревожен. Как только он вернулся, он отправился на поиски своего па. Когда Нин Шу увидела, что Чжи вернулась в безопасности, она облегчённо выдохнула и спросила: - А чего вы вернулись так рано? Торговая ярмарка проводится в течение десяти дней, но люди из Племени Крылатых Тигров вернулись уже через три дня. Вероятно, что-то случилось, раз Цянь Цзя не было с группой вернувшихся. Чжи отвела Нин Шу обратно в пещеру, после чего сказала: - Цзя похитили зверолюди из Племени Чёрных Змей. Жуй вернулся, чтобы набрать людей и отправиться на её спасение. - Ох… Нин Шу не была удивлена. Чжи отметила: - В этот раз Цзя может оказаться в опасности. - Да в какой опасности она может оказаться? Нин Шу подняла брови. Для Цянь Цзя это было лишь сменой карты и знакомством с новыми красивыми парнями, так с какой же опасностью она могла столкнуться? Чжи сказала: - Как это не может быть опасно? Я слышала от других людей, что мужчины-зверолюди из Племени Чёрных Змей – самые сильные, но у них меньше всего женщин, поэтому они часто похищают женщин из других племён. Женщины, похищенные Племенем Чёрных Змей, не живут долго, потому что их мужчины-зверолюди слишком сильные и очень много занимаются этим. Женщины просто не могут этого выдержать. - Ох… - безразлично высказалась Нин Шу. Для Цянь Цзя это ничто. Всё же, змеи всегда ассоциировались с похотью, и она даже слышала, что у змей есть две пиписьки. С такой сильной способностью, они явно были наилучшим выбором для гарема. Когда Племя Крылатых Тигров услышали, что их божественную деву похитило Племя Чёрных Змей, они были в ярости. Божественная дева принесла так много полезных вещей племени. Без божественной девы им придётся вернуться к их прежнему образу жизни. Всё же, было слишком много вещей, на которые только у божественной девы хватало навыков. ---------- Война с Племенем Черных Змей Мужчины-зверолюди уходили из племени каждый день. Когда они возвращались, они всегда были немного ранеными. Было ясно, что Племя Чёрных Змей отказалось возвращать им божественную деву. Вскоре две стороны начали сражаться. Даже Кай, который был избит Нин Шу, проигнорировал свои травмы и отправился отчаянно сражаться со зверолюдьми из Племени Чёрных Змей. Его стремление было наравне со стремлением Жуя. Те, кто не знали обо всей ситуации, могли бы подумать, что Цянь Цзя была его супругой. Нин Шу вообще ничего не спрашивала и не лезла в этот инцидент. Возможно, пока все эти мужчины-зверолюди сражаются так, словно от этого зависит их жизнь, та, кого они спасают, радостно кувыркается в постели. Чжи была немного обеспокоена, но атмосфера беспокойства нависла над всем племенем, поэтому Чжи не смогла избежать её влияния. Однако Нин Шу чувствовала лишь презрение. Это племя пытается начать бегать прежде, чем они узнали, как ползать. Они не получили достаточно знаний, чтобы развиться до такой степени, поэтому они полностью зависели от Цянь Цзя. Теперь, когда Цянь Цзя пропала, они были в полнейшей растерянности. - Цао, скажи, с Цзя всё будет в порядке? – спросила Чжи. Нин Шу небрежно ответила: - Она же – божественная дева. Ей будут поклоняться, куда бы она ни пошла, так что с ней может случиться? Всё племя было в беспорядке. Никто не обратил на неё внимания, когда она вышла из племени вместе с Чжи и отправилась на охоту. Когда она притащила обратно добычу, те, кто увидели их, всё равно проигнорировали их. Ха-ха-ха. Нин Шу также взяла с собой Чжи на сбор трав. Она рассказывала Чжи о подробностях использования этих трав, чтобы у Чжи тоже были хоть какие-то знания. Чжи никогда не представляла себе, что обычные дикие травы можно использовать подобным образом, поэтому она слушала очень внимательно. Когда она не могла что-то запомнить, она просила Нин Шу повторить это ещё пару раз. Нин Шу была очень терпеливой, обучая её. От такого общения она невольно вспомнила божественного доктора, у которого была болезнь сердца. Как он сейчас поживает? Вероятно, ему уже не так одиноко, раз теперь у него есть маленький мальчик, который составляет ему компанию. Из-за комбинации таких фактов, что слишком много мужчин из племени были ранены и того, что Ву изначально была старой, когда погода стала холоднее, её кашель стал ещё серьёзнее. Когда она уже больше не смогла поспевать с лечением, она позвала Нин Шу на помощь. Нин Шу пришла в пещеру Ву вместе с Чжи. Она увидела, что в пещере много раненых зверолюдей. Они либо сидели, либо спали. Их тела были покрыты ранами, а лица некоторых зверолюдей были слегка окрашены в чёрный. Похоже, что они были отравлены. Неужели их покусали ядовитые змеи? Ву кашляла и уже выглядела заметно худее. Когда она увидела Нин Шу, она поспешно сказала: - Иди сюда, присмотри за ними. Мне нужно немного отдохнуть. Нин Шу осмотрела зверолюдей. У некоторых зверолюдей были пятна крови на их крыльях, откуда были выдернуты перья, а другие были опухшими от синяков. Нин Шу отправила Чжи разбираться со всеми зверолюдьми с внешними травмами. Чжи очень нервничала, но Нин Шу сказала: - Просто смешай травы, которые останавливают кровотечение, и наложи их на раны. Нин Шу стала заниматься остальными и обратилась к зверочеловеку, у которого всё тело было фиолетовым. - Тебя кто-то укусил? Где рана? Когда мужчина-зверочеловек увидел, что это была Нин Шу, он отвернулся и проигнорировал её. Было ясно, что он не доверяет Нин Шу. ---------- Возвращение Кое с Кем из Племени Черных Змей Тогда Нин Шу повернулась к следующему человеку. Она увидела, что в его ноге было две небольших дырочки. Вероятно, это был укус змеи. Нин Шу слышала от Ву, что люди из Племени Чёрных Змей выращивают всевозможных ядовитых змей. Нин Шу использовала острый камень, чтобы надрезать кожу, чтобы вытекла дурно пахнущая чёрная кровь. Своими руками она давила на рану, пока кровь не стала красной. Потом она напихала в рот лечебных трав и прожевала их, после чего положила получившуюся пасту на рану. А вот будет ли это лечение эффективным – это уже зависит от Небес. Остальное было за пределами её способностей. Ву с любопытством спросила: - Как ты до такого додумалась? - У нас, женщин, каждый месяц идёт кровь. Эта кровь выходит грязной, так что, после укуса змеи, наверное, так же, - с улыбкой ответила Нин Шу. Ву: … Однако Ву решила, что это довольно хорошая идея, поэтому она тоже стала помогать с этим лечением. Это оказалось эффективно, но, возможно, это также было связано с тем фатом, что у мужчин-зверолюдей исключительно сильные тела, которые очень быстро восстанавливаются. Впрочем, хоть они и восстановились, но не до такой степени, чтобы снова отправляться в бой. В племени осталось мало мужчин-зверолюдей, которые всё ещё могли сражаться. Нин Шу глянула в небо. Так вот что означает femme fatale*. Спустя долгое время, им, наконец-то, удалось вылечить все раны. Чжи подошла к Нин Шу и сказала: - Цао, ты потрясающая! - Ты тоже можешь быть потрясающей. Просто запомни травы. Пока Нин Шу шла через племя в свою пещеру, она смотрела по сторонам. Пшеница уже была готова к сбору, но зверолюди не обращали внимания на эту пшеницу. Они были полностью сфокусированы на том, чтобы вернуть себе божественную деву. Чжи очень заинтересовалась изучением лечебных трав и постоянно задавала Нин Шу всякие вопросы о них. Нин Шу всегда терпеливо объясняла всё, потому что если у Чжи будут эти навыки, когда она покинет этот мир, Чжи и изначальный хост смогут жить лучшей жизнью. В этом мире не было письменности, поэтому, даже если бы Нин Шу захотела записать информацию о травах, это было бы невозможно. Поэтому она могла лишь пересказывать всё для Чжи, чтобы та запомнила. Когда мясо завялилось, Нин Шу и Чжи снова перенесли всё мясо в ту большую каверну. Теперь в небе уже было восемь лун. Цянь Цзя всё ещё не вернулась, а пшеница уже созрела. Только женщины-зверолюди собирали пшеницу. Мужчины-зверолюди словно сошли с ума. Сбор зерна не мог сравниться с проблемой отсутствия божественной девы. Нин Шу и Чжи отправились помогать со сбором урожая. Некоторые женщины-зверолюди даже подарили Нин Шу немного пшеницы, поэтому Нин Шу не стала изображать вежливость. Высушив её на солнце, она убрала зерно. Погода становилась всё холоднее. Даже после того, как её тело изменилось под воздействием той пряди энергии, она всё равно чувствовала сильный холод. Словно холодный ветер пробирал её прямо до костей. Чжи теперь была укрыта слоями звериных шкур. Когда они спали ночью, она всегда обнимала Нин Шу. Чжи очень нравилось обнимать Нин Шу во время сна, потому что ей казалось, что она обнимает огромный огненный шар. Цао была бесконечным источником жара. Поэтому Нин Шу вообще не могла нормально спать. Когда всё в племени стало всё больше и больше выходить из-под контроля, вождь племени отправился на переговоры с Племенем Чёрных Змей. Прямо перед первым снегом Цянь Цзя вернулась в Племя Крылатых Тигров, но с ней пришёл ещё один мужчина. У этого мужчины были длинные чёрные волосы, утончённые черты лица и он излучал ауру мрачной красоты. Его глаза были как у змеи, отчего люди чувствовали озноб, словно на них смотрел ядовитый змей. Исключительно ради утоления жажды научных познаний, Нин Шу очень хотела задрать меховую юбку у мужчины из Племени Чёрных Змей, чтобы посмотреть, действительно ли у него две пиписьки. Нин Шу увидела, что щёки Цянь Цзя покрывал здоровый румянец и сама она была одета в звериные шкуры. Похоже, что она ни капли не страдала. Было ясно, что ей очень хорошо жилось в Племени Чёрных Змей. Это только Жуй и остальные мужчины-зверолюди, которым она нравилась, сходили с ума от волнения. Нин Шу была почти уверена, что Цянь Цзя и этот мужчина из Племени Чёрных Змей уже успели переспать. Придя сюда, теперь он каждый день спал в пещере Жуя, чтобы соревноваться с Жуем за внимание Цянь Цзя. Когда Жуй узнал, что у его супруги теперь есть отношения с этим мужчиной-зверочеловеком, он был крайне обижен. Всё же, его величайший страх стал явью. Как и ожидалось, прекрасная и умелая божественная дева теперь не принадлежала только ему. Цзя сказала, что её изнасиловали, и он ей поверил. Всё же, как Цзя могла отбиться от мужчины-зверочеловека, учитывая то, насколько нежной и деликатной она была? Хорошо уже то, что она вернулась. Всё было хорошо, пока она была рядом с ним. Его сердце будет спокойно, только когда Цзя будет рядом с ним. Сам того не осознавая, Жуй стал крайне зависимым от Цянь Цзя. Когда Нин Шу услышала, что Жуй великодушно решил разделить Цянь Цзя с мужчиной из Племени Чёрных Змей, её губы ещё сильнее дёрнулись, хотя её лицо по-прежнему не выразило никаких эмоций. ______________________________________________________________________ * femme fatale (фр.) – роковая женщина (привлекательная и соблазнительная женщина, которая обычно приносит бедствия тем мужчинам, что с ней связываются) ---------- Если Там Было Тройное Проникновение Тот факт, что у божественной девы было два супруга, вызвало волнение в Племени Крылатых Тигров. У женщины было целых два супруга! Зверолюдям из Племени Крылатых Тигров было трудно принять такое. И в то же самое время, в глазах мужчин-зверолюдей было видно возбуждение и предвкушение. Было ясно, что они хотят присоединиться к этой гаремной семье. Особенно это касалось Кая. С тех пор, как Цянь Цзя вернулась в Племя Крылатых Тигров, он стал ещё более заботливым и внимательным по отношению к ней. Было ясно, что он увидел луч надежды. В ответ на это Нин Шу лишь фыркнула. Пока Чжи перебирала травы, она сказала Нин Шу: - Это полнейший бардак. Цао, мне кажется, что это всё не очень хорошо. Нин Шу спокойно ответила: - Когда ты к этому привыкнешь, всё будет нормально. Чжи: … - Цао, разве не ты недавно сказала, что у божественной девы будет больше одного супруга? Откуда ты узнала? – небрежно спросила Чжи. - Всё-таки, божественная дева симпатична. - Симпатичная? - А разве этого недостаточно? Хорошими вещами нужно делиться со всеми, нет? – тихо ответила Нин Шу. Чжи: … - Более того, она же божественная дева, так в чём проблема, если у неё появится ещё пара супругов? Чжи почесала затылок. - Мне кажется, что теперь что-то нарушено. И мне это очень не нравится. Вполне нормально, что людям трудно воспринимать ситуацию, когда нарушается правило, которому они всегда следовали. В данный момент Чжи не могла смириться с тем фактом, что у женщины может быть несколько супругов. Такого никогда раньше не случалось. Нин Шу пожала плечами. Тот зверочеловек из Племени Чёрных Змей был ещё и очень недружелюбным, особенно по отношению к Нин Шу. Каждый раз, когда они пересекались в племени, зверочеловек из Племени Чёрных Змей не сводил своего опасно мрачного взгляда с Нин Шу. Это выглядело довольно пугающе. Чжи всё время испуганно пряталась за спиной Нин Шу. Зверочеловек из Племени Чёрных Змей посмотрел на Нин Шу, а потом облизнул свои губы слегка заострённым языком и сказал: - Это ты та женщина, которая издевалась над божественной девой из моей семьи? Должно быть, Цянь Цзя рассказала этому мужчине обо всех тех инцидентах, которые произошли между ними. Вот только взгляд Нин Шу был зафиксирован на нижней половине зверочеловека. Ей было крайне любопытно. Действительно ли у него две гениталии? Нин Шу очнулась от своих размышлений, только когда Чжи подёргала её за звериную шкуру, но её мысли всё равно продолжили блуждать в том направлении. Когда они занимаются этим, он делает это в змеиной форме или в форме человека? У представителей семейства кошачьих на пиписьках есть шипы, значит, если мужчины из Племени Крылатых Тигров превращаются в свою звериную форму, у них на этих штуках тоже наверняка есть шипы? Один с шипами, другой с двумя пиписьками, если бы там было тройное проникновение, смогла бы Цянь Цзя это выдержать? Одного только представления в воображении подобной сцены было достаточно, чтобы вызвать кровотечение из носа. Когда мужчина из Племени Чёрных Змей увидел, что эта женщина пристально смотрит на него со странным выражением лица, он бросил в неё ядовитую змею. Эта змея полетела прямо в лицо Нин Шу. Однако Нин Шу поймала змею и, использовав свою энергию, с лёгкостью порвала её пополам. Зверочеловек увидел, что Нин Шу смогла легко поймать его питомца и даже убить его. А ведь это был питомец, которого он выращивал с любовью и заботой. - Ты заслуживаешь смерти. Зрачки зверочеловека расширились. Нин Шу раздавила труп змеи, топнув по нему. - Если думаешь, что справишься, то давай, убей меня. Зверочеловек из Племени Чёрных Змей был ошарашен. Было ясно, что он не ожидал столкнуться с женщиной, которая была настолько глупой, чтобы подобным образом провоцировать мужчину-зверочеловека. Зверочеловек очень хотел просто трансформироваться и задушить эту женщину до смерти. ---------- Праздник Красивых Мужчин - Гэ, время кушать. Цянь Цзя подошла к ним. Когда она увидела Нин Шу, она просто проигнорировала её и потянула за руку зверочеловека из Племени Чёрных Змей. Цянь Цзя невольно чувствовала недостаток уверенности, когда сталкивалась с Нин Шу, потому что это Нин Шу недавно сказала, что у Цянь Цзя будет много супругов. Тогда она сочла это просто злословием, но теперь, когда у неё был Гэ, слова Нин Шу стали правдой, поэтому Цянь Цзя чувствовала немного стыда, отчего она ещё больше начинала ненавидеть Нин Шу. Нин Шу пожала плечами и лишь рассмеялась. ______________________________________________________________________ В небе теперь было десять лун, и погода была такой холодной, что могла заморозить кого-нибудь заживо. Снег шёл не переставая. К тому же, снегопад тоже был очень сильным. Нин Шу никогда раньше не видела таких больших снежинок. Если сказать, что они были размером с гусиные перья, то это уже было великодушным упрощением. Ей приходилось каждый день расчищать накопившийся снег перед своей пещерой, чтобы вход в пещеру не засыпало полностью. Те дома, что были построены в племени, уже обрушились от веса снега, поэтому, в итоге, Цянь Цзя пришлось переехать обратно в пещеру. А вот чего Нин Шу не ожидала, так это того, что титул "божественная дева" Цянь Цзя привлёк мужчин из многих племён. Среди них были флиртующие члены Племени Зелёных Лис и даже люди из Племени Драконов. Впрочем, люди из Племени Драконов трансформировались в драконов в западном стиле. Ещё там были простые люди из Племени Коров и берсерки из Племени Коричневых Медведей. Пришло так много женихов, что у Нин Шу начало дёргаться веко. Члены гарема главной женщины кружились возле неё, и все они были сыновьями вождей племени из своих племён, будущие лидеры своего племени. Нин Шу грызла кусок варёного и высушенного мяса, наблюдая за тем, как эти люди подлизываются к Цянь Цзя. Тут были мужчины всех сортов: демонически-чарующие, деспотичные, мужественные, честные, нежные, соблазнительные и преданные. Это был практически праздник красивых мужчин. От одного только их вида можно было опьянеть, и все они были очень сильны по части кувыркания в постели. Эта ситуация возникла из-за того, что битва между Племенем Крылатых Тигров и Племенем Чёрных Змей привлекла внимание остальных племён. Когда они услышали, что эти племена сражаются за божественную деву, они пришли поглядеть на то, как выглядит эта божественная дева. В итоге, как только они её увидели, они были очарованы безупречной белой кожей божественной девы и её красотой. А отведав те вкусные блюда, что она готовила, они отказывались покидать Племя Крылатых Тигров. Другие женщины уже больше их не привлекали. А ещё был тот факт, что по ночам они слышали всякие соблазнительные звуки. От этого кровь всех мужчин-зверолюдей просто кипела. Первым сорвался зверочеловек из деспотического Племени Драконов. Он трансформировался в дракона и похитил Цянь Цзя. Он улетел с ней очень далеко и, при свете дня, в ледяную погоду и снег, подстелив лишь одну звериную шкуру, он начал кувыркаться с ней. Остальные зверолюди начали неистово искать её и чуть не перевернули всё племя. Они даже обыскали пещеру Нин Шу, на случай, если она решила спрятать божественную деву. В итоге, когда зверочеловек из Племени Драконов насладился по полной, он вернул Цянь Цзя обратно в племя. Когда Нин Шу увидела, какими румяными были щёки Цянь Цзя, она невольно задумалась о том, почему она не замёрзла насмерть, пока они трахались посреди дикой природы в такой мороз. Погода была просто невероятно холодной. Холодной до такой степени, что даже Нин Шу с её Непревзойдёнными Боевыми Искусствами, едва могла выдержать это. Однако оказалось, что другие люди могут заниматься этим прямо в снегу. Возможно из-за того, что зверочеловек из Племени Драконов толкнул шар с горы, с этих пор, когда какой-нибудь зверочеловек хотел телесного контакта с Цянь Цзя, он просто похищал её и они трахались в снегу. Нин Шу даже начала мёрзнуть за Цянь Цзя. Почему не заниматься этим в пещере? Почему они настаивают на том, чтобы делать это снаружи? Однако результат лишил её дара речи. Цянь Цзя не только совсем не мёрзла, но и, каждый раз, как она возвращалась, над её головой поднимался пар. Было ясно, что она разрумянивалась и чувствовала себя очень хорошо. Как и следовало ожидать, подобные упражнения лучше всего подходят для создания жара. Когда Цянь Цзя не было в племени, цвет лица Жуя ухудшался. Теперь он выглядел гораздо мрачнее. Нин Шу несколько раз видела, как он ждёт у входа в племя. Он явно ждал, пока Цянь Цзя вернётся с очередным мужчиной-зверочеловеком. Тц, тц, каким же он был жалким. А ведь Нин Шу думала, что после того, как она побывала в том гаремном мире, уже ничто не сможет пошатнуть её мировоззрение. Однако теперь её мировоззрение снова порвалось. Вот как её мировоззрение могло выдержать в гаремном мире зверолюдей? ---------- И в Такое Время Пришли Вести Дни Цянь Цзя проходили в благословенном блаженстве, а вот у Нин Шу, напротив, всё было очень мучительно. Её сердце билось с тревогой, а волосы стояли дыбом. Иногда, когда она выходила из пещеры, она видела змей, которые должны были бы быть в спячке, скользящих по земле, покрытой снегом. Мыши держались за хвосты друг друга и убегали целыми пачками. Поверхность реки уже покрылась толстым слоем льда, но подо льдом её раздавались звуки бурлящей воды. Нин Шу знала, что скоро должно было произойти землетрясение. Она перестала спать по ночам и лишь медитировала до рассвета. За это время она проглотила ещё несколько кусочков кристалла духовной эссенции и стала гораздо сильнее. Поначалу сбегали лишь несколько волн животных, но теперь и небо почернело от птиц, которые зловеще кричали. Плюсом тут было то, что племя смогло поймать множество птиц и устроить хороший пир. И когда ощущение опасности становилось всё более и более явственным, Нин Шу становилась всё более вспыльчивой и раздражительной. И в такое время пришли вести, что Цянь Цзя забеременела. Губы Нин Шу сильно задёргались. Никто не знал, какому племени будет принадлежать ребёнок. Вообще-то, была одна вещь, которая всегда озадачивала Нин Шу. Разве Цянь Цзя, которая пришла из современного мира, не должна иметь в качестве идеала любовь к одному человеку? Как она могла смириться с подобным гаремом? Неужели у неё достаточно любви для всех этих мужчин? Возможно, что Цянь Цзя просто нравится ощущение того, когда её окружают красивые мужчины. Большинство детей Цянь Цзя не имели возможности трансформироваться. Гены Цянь Цзя ускорили темп вырождения зверолюдей. Вообще-то, у них были случаи, когда мужчины-зверолюди не могли трансформироваться. Эти дефектные мужчины были бесполезны для племени и, если они не могли научиться трансформироваться к пяти годам, то их телосложение уже не позволяло им стать достаточно сильным, чтобы выжить. Большинство из них умирали молодыми. Это было нечто вроде естественного отбора. Однако Цянь Цзя была очень рада тому, что её дети были обычными людьми и её дети не умирали молодыми, как это было с другими зверолюдьми, которые не могли трансформироваться. Однако в этом опасном мире зверолюди полагались на свою способность к трансформации чтобы выжить. Нин Шу была не единственной, кто гадал какому мужчине-зверочеловеку принадлежит ребёнок в животе Цянь Цзя. Всё племя гадало об этом. Выяснив, что женщина, которую они любят, забеременела, мужчины-зверолюди наконец-то перестали ежедневно похищать Цянь Цзя, чтобы потрахаться, отчего Цянь Цзя наконец-то могла вздохнуть с облегчением. Цянь Цзя была очень рада узнать, что она забеременела, поэтому она захотела пригласить всех на ужин. Она попросила пару мужчин-зверолюдей помочь ей с готовкой и сама приготовила пару блюд. В данный момент была зима, поэтому с едой было туго. Жуй хотел подождать пока не пройдёт зима, прежде чем устраивать банкет. Но поблизости было так много соперников, что он не стал это озвучивать. Он не хотел, чтобы остальные мужчины Цянь Цзя смотрели на него свысока, поэтому у него не осталось выбора, кроме как стиснуть зубы и согласиться, даже несмотря на то, что эти мужчины-зверолюди и так уже съели немалое количество продуктов, пока жили в Племени Крылатых Тигров. Ему не только приходилось делиться своей супругой с другими людьми, но ему ещё и приходилось кормить своих соперников. Эта ситуация очень удручала Жуя. Но он любил Цянь Цзя, поэтому, ради неё он готов был терпеть что угодно. Кай тоже пожертвовал половину еды из своей пещеры на этот пир, потому что он переживал, что Цянь Цзя и Жую не хватит еды и им будет стыдно после того, как они всех пригласят. Но как бы сильно они ни радовались этому большому событию, им всё равно не стоило праздновать его в то время, когда еду было трудно добыть. Эта девушка явно любит выпендриваться. В этот раз Цянь Цзя пригласила на ужин даже Нин Шу, поэтому Нин Шу стала ещё более уверенной в том, что Цянь Цзя просто хочет выпендриться. ---------- Не Делай Глупостей Не Будет Проблем Нин Шу не пошла на ужин, так как у неё ещё было много дел. Ей нужно было убедиться в том, что все необходимые вещи можно было легко перенести, поэтому она начала измельчать травы в порошок и заострять деревянные палки. Она сделала целую кучу острых деревянных палок за всё своё свободное время, готовясь разбираться с дикими зверями, которые сойдут с ума во время землетрясения. Во время того ужина произошёл инцидент. По сути, Цянь Цзя упала в снег при всех и у неё начала идти кровь. Ву ничего не могла с этим поделать, поэтому она поспешила отправить Чжи, чтобы та позвала Нин Шу. Нин Шу: … Это явно был случай из разряда "не делай глупостей, не будет проблем". Выставление напоказ имеет свои риски. Цянь Цзя просто хотела выпендриться тем фактом, что она забеременела, и при этом, чтобы её супруги начали ещё больше заботиться о ней. Когда Нин Шу прибыла туда, она увидела, что Цянь Цзя лежит на покрытой снегом земле, а её супруги обеспокоенно вертятся вокруг неё. Кровь вытекала из нижней половины Цянь Цзя, окрашивая снег в красный цвет и излучая лёгкий пар. Цянь Цзя прикрыла свой рот и стонала от боли. Нин Шу закатила глаза и сказала: - Скорее, занесите её в пещеру. - Ох! Ох... Как только Нин Шу сказала это, мужчины-зверолюди словно очнулись и ломанулись нести Цянь Цзя. Цянь Цзя начали дёргать множество зверолюдей, которые отказывались позволять кому-либо другому нести её. И от этого Цянь Цзя стало ещё больнее. Словно у неё во внутренностях начали вращать ножом и у неё начались вспышки озноба и жара. - Ай, как больно! От боли голос Цянь Цзя был пронзительным. Когда зверолюди увидели, что Цянь Цзя выглядит так, словно она на грани смерти, они отпустили её и позволили Жую отнести её. Нин Шу последовала за ними в пещеру и спросила у Ву: - Как там божественная дева? Ву покачала головой. - Похоже, что малыш в её животе погиб. Нин Шу поняла, что ребёнок умер ещё в тот момент, когда она увидела Цянь Цзя. А всё потому, что Цянь Цзя какое-то время лежала на снегу, пребывая в шоке, и потому, что гены Цянь Цзя изначально отличались от генов зверолюдей. В таких обстоятельствах очень легко мог произойти выкидыш. Это всё равно что гены свиней и собак, они не смешиваются. По своей природе, Цянь Цзя была не того же вида, что и зверолюди. Однако Нин Шу всё равно удивилась тому факту, что у Цянь Цзя действительно произошёл выкидыш, несмотря на её сильную удачу. - Взгляни, сможешь ли ты спасти малыша божественной девы при помощи каких-нибудь трав? – сказала Ву. Нин Шу глянула на Цянь Цзя, чей лоб был покрыт потом от боли, и сказала: - Это невозможно. Когда супруги Цянь Цзя услышали, что Нин Шу сказала "это невозможно", они посмотрели на неё с ненавистью. Крики Цянь Цзя постепенно становились слабее, пока её голова не упала на бок и она не потеряла сознание. Нин Шу сказала: - Нагрейте воды и помогите ей вымыться. Так как остальное можно было сделать и без неё, она развернулась и ушла. Однако было странно, что у Цянь Цзя случился выкидыш. В изначальной истории у Цянь Цзя было много детей. Не было никаких записей о том, что её первая беременность закончилась выкидышем. Нин Шу глянула в облачное небо. У неё было такое ощущение, словно тяжёлый камень давит ей на сердце. Даже несмотря на то, что она с самого начала знала о приближении бедствия, у неё чуть яйца не лопались от напряжённого ожидания. Это всё равно, что ждать смерти. В данном случае – незнание даже лучше. - Цао, Цао… - Чжи вошла в пещеру, прикрывая голову от снега, и сказала: - Цао, а ты знаешь, как божественная дева потеряла своего малыша? - Её кто-то толкнул? – наугад сказала Нин Шу. - Как ты узнала? Тогда угадай, кто это сделал? Чжи выглядела очень взволнованной от этих сплетен. Нин Шу снова сказала наугад: - Женщина-зверочеловек? - Цао, ты поистине женщина, которая общалась с Божеством! Ты даже это правильно угадала! Чжи посмотрела на Нин Шу с восхищённым выражением на лице. Нин Шу: … Всё же, эта старшая сестрица повидала все аспекты общества. - Тогда ты знаешь, кто это был? – спросила Чжи. Нин Шу покачала головой. Она же не была богом, который мог предсказывать будущее по щелчку пальцев. - Это была Се. Се толкнула Цзя, - сказала Чжи и хлопнула себя по ноге. – Все видели, что это сделала Се, поэтому это уже дошло до ушей вождя племени. ---------- Супруг Се Плохо с Ней Обращался Нин Шу не знала, кто такая Се, но тот факт, что она это сделала, означал, что она очень сильно ненавидела Цянь Цзя. Она даже толкнула Цянь Цзя, отчего у Цянь Цзя случился выкидыш. Так отчего же именно она настолько сильно возненавидела Цянь Цзя? Насколько бы сильно Нин Шу не ладила с Цянь Цзя, она никогда не думала о том, чтобы сделать что-то с ребёнком в животе Цянь Цзя. Обиду на человека нельзя переносить на детей. Нин Шу не могла себе позволить убийство невинных детей. - Но почему? Разве не все женщины в племени обожают божественную деву? – удивлённо спросила Нин Шу. Чжи вздохнула и сказала: - Супруг Се плохо с ней обращался. Нин Шу подняла брови. У неё уже была идея, почему это могло произойти, но если это действительно так, тогда это был уже серьёзный бардак. - Супруг Се постоянно твердил, что если б не тот факт, что он уже стал супругом Се, то он мог бы стать супругом божественной девы, и поэтому он часто бил Се. И при этом он постоянно говорил о том, какой хорошей была божественная дева, о том, какая она красивая и знает множество вещей. Он высказывал много презрения по отношению к Се, - со вздохом рассказала Чжи. Нин Шу ухмыльнулась. Примерно так она себе это и представляла, что все беды были вызваны очарованием главной женщины. Однако мужчины были просто отвратительными. Они ели из ложки, но заглядывали в тарелку и желали того, что в кастрюле. Цянь Цзя, по идее, тоже напрашивалась на проблемы тем, что приняла так много мужчин-зверолюдей, так как от этого все мужчины-зверолюди из племени захотели тоже присоединиться к её гарему. Если бы Цянь Цзя придерживалась только Жуя в качестве супруга, то стали бы другие мужчины-зверолюди надеяться на подобное? Она сама на себя навлекла это. - Вождь племени сказал, что Се будет изгнана из племени. А изгнание из племени в такую холодную погоду означает, что она умрёт, - сказала Чжи. – Как же мне жаль Се. - Но ведь она сделала нечто плохое. Она слишком поторопилась, - сказала Нин Шу. Было важно всегда обдумывать последствия своих действий. Если бы она решила сделать нечто подобное, то она бы постаралась придумать как можно более идеальный план. Но самым отвратительным во всей группе – это был супруг Се. Похоже, что Цянь Цзя вот-вот могла превратить доисторическую культуру в бордельную. Харизма Цянь Цзя была просто ужасающей. Её уровень читов был просто максимальным. ______________________________________________________________________ Когда Цянь Цзя очнулась и обнаружила, что она лишилась ребёнка из-за того, что её толкнула женщина-зверочеловек, то она тут же начала создавать шумиху. Она кричала, что собирается убить Се, чтобы отомстить за её ребёнка. Цянь Цзя с трудом подняла своё измождённое тело, сжала в руке швейцарский нож и пошла убивать Се. Се стояла на коленях в месте подношения. Когда она увидела, что Цянь Цзя идёт на неё с мстительным выражением на лице и с ножом в руке, её лицо побледнело от страха, и она начала дрожать. Супруги Цянь Цзя не стали останавливать её, так как это была всего лишь женщина-зверочеловек. Если её смерть позволит божественной деве чувствовать себя немного лучше, то это хорошо. Вождь племени тоже ничего не сказал, потому что он не хотел оскорблять божественную деву. Никто из Племени Крылатых Тигров не вступился за Се. Когда Цянь Цзя встала в кружащемся снегу, она почувствовала, словно её сердце разрывает на части дикий зверь. Она потеряла своего первого ребёнка! Подлая доисторическая женщина-зверочеловек посмела сделать с ней нечто подобное?! ---------- Раз Это Суд… Когда Нин Шу выбежала из пещеры, то это было как раз вовремя, чтобы увидеть, как Цянь Цзя замахивается ножом на женщину-зверочеловека по имени Се. Нин Шу нагнулась, сгребла охапку снега и бросила её в сторону запястья Цянь Цзя. Сила удара от этого снежка выбила нож из руки Цянь Цзя. Все в шоке посмотрели в сторону Нин Шу и Чжи. Как только Кай увидел Нин Шу, он тут же встал перед Цянь Цзя, защищая её. Было ясно, что он беспокоится о том, что Нин Шу может навредить Цянь Цзя. Нин Шу фыркнула. - Ого, ты только глянь на себя! Её официальные супруги ещё не успели ничего сделать, а ты уже встал на её защиту. Это же нелепо. Тебе не стоит забывать, что божественная дева поклялась, что не будет иметь с тобой отношений в этой жизни. Цвет лица Кая сильно ухудшился, но он ничего не сказал. Все супруги Цянь Цзя мстительно уставились на Нин Шу. Нин Шу подошла и подняла Се на ноги. Се посмотрела на Нин Шу потерянным взглядом. Её ноги уже онемели от того, что она долго стояла на коленях, поэтому она не могла твёрдо стоять. Нин Шу толкнула Се в руки Чжи, а потом подняла швейцарский нож и стала медленно осматривать толпу зверолюдей. - Цао, что ты делаешь? Ты пытаешься её спасти? Взгляд Цянь Цзя был полон ненависти, когда она посмотрела на Нин Шу. Нин Шу поиграла с ножом, а потом подула на него. Лезвие издало тихий свист от того, насколько оно было острым. Нин Шу холодно сказала: - Как же забавно, что так много народу собралось тут, чтобы издеваться над одной слабой женщиной-зверочеловеком. - Из-за неё я потеряла своего ребёнка. Почему я не могу отомстить?! – закричала Цянь Цзя, и всё её тело затряслось от ярости. Жуй подошёл к Цянь Цзя и обнял её, чтобы утешить. Выражение лица Нин Шу было безразличным, когда она медленно обводила взглядом присутствующих сильных мужчин. Она холодно рассмеялась и сказала: - Всё, что ты видишь – это лишь то, что Се сделала тебе больно, но ты не видела, как Се пришлось страдать из-за тебя. Ты не знаешь, что её супруг пытал её из-за тебя. - Эй, который из них твой супруг? – спросила Нин Шу у Се. Се тупо уставилась на Нин Шу на мгновение, а потом указала на высокого и красивого мужчину-зверочеловека. Его цвет лица стал немного бледнее. Нин Шу холодно рассмеялась. Мужчины поистине были переменчивыми по своей природе. Он не сказал ни единого слова, даже несмотря на то, что Цянь Цзя вот-вот собиралась убить его супругу. Скорее всего, он даже тихо праздновал тот факт, что сможет наконец-то избавиться от этой обузы. Нин Шу просто швырнула нож в этого мужчину-зверочеловека. Он пролетел очень быстро, поэтому вонзился в его плечо прежде, чем этот зверочеловек успел увернуться или трансформироваться. Его даже оттолкнуло назад от силы этого броска. Брызнула кровь и пролилась на белый снег, отчего начал подниматься пар. Все в шоке уставились на Нин Шу. Нин Шу отряхнула руки и сказала: - Раз уж это суд, то все, кто заслуживают наказания, должны быть наказаны. Нин Шу повернулась и посмотрела на Цянь Цзя, которая всё ещё дрожала от ярости, и сказала: - Этот мужчина-зверочеловек хотел стать твоим супругом. Но, так как у него уже была супруга, он начал думать, что она для него лишь обуза. Пара, которая должна была поддерживать друг друга дошла до такого из-за тебя. Какое право ты имеешь требовать праведной мести? Какое право? - Я… - Цянь Цзя начала дрожать ещё сильнее. – Разве я заставляла мужчин-зверолюдей влюбляться в меня? Они все сами влюбились. Только потому, что их чувства начали колебаться из-за меня, неужели это делает меня во всём виноватой? Неужели это оправдывает то, что она забрала жизнь моего ребёнка? Нин Шу холодно рассмеялась, хотя её выражение лица стало ещё менее заинтересованным. - Это всё потому, что ты пожадничала. У тебя теперь столько супругов, отчего… - Нин Шу указала на мужчин-зверолюдей вокруг них. – Отчего все эти мужчины-зверолюди захотели стать твоими супругами. Они все хотели переспать с божественной девой. И всё это произошло из-за того, что Цянь Цзя не хватило ума придерживаться принципов. Она сама уничтожила свой ореол божественной девы и сделала так, что все мужчины-зверолюди хотят переспать с ней. - Цао, а что если я решительно настроена убить её сегодня, чтоб отомстить за моего ребёнка? Если ты встанешь у меня на пути, то я и тебя убью, - выражение лица Цянь Цзя стало очень мрачным. – Знаешь, я очень тебя ненавижу! Я очень очень тебя ненавижу! - Вот как? – Нин Шу слегка улыбнулась. – Вообще-то, я тоже тебя ненавижу. Я не знаю, действительно ли ты божественная дева, но я точно знаю, что из-за твоего прибытия всё племя впало в хаос. ---------- Мир Задрожал - Ладно, хватит спорить, - когда вождь племени увидел, что эти двое стали враждебно настроены против друг друга, он обратился к Нин Шу: - Эта женщина-зверочеловек стала причиной смерти ребёнка божественной девы. Ребёнок божественной девы – это божественный ребёнок, так что божественная дева должна её покарать. Нин Шу закатила глаза. - Конечно, тогда и супруга Се тоже нужно казнить. - Да как такое можно допустить? Мужчины-зверолюди нужны для того, чтобы помогать охотиться! – тут же возразил вождь племени. - Значит, Се должна просто умереть из-за того, что всё это её вина? – спросила Нин Шу, поднимая свои уродливые брови. Вождь племени замолчал. Нин Шу холодно рассмеялась. Раз ты слаба, то ты заслуживаешь такой судьбы, что над тобой будут издеваться? Раз ты слаба, то ты должна умереть? - Племя без принципов вроде этого заслуживает просто быть уничтоженным. Вождь племени, просто продолжай облизывать ноги божественной девы и увидишь, как много преимуществ тебе даст божественная дева, - сказала Нин Шу холодным тоном с издёвкой. Ради божественной девы племя готово было позабыть о других членах племени? Такое племя нужно просто уничтожить. - Не думаешь же ты, что можешь быть такой импульсивной только потому, что Божество даровал тебе силу, - холодно сказал вождь племени. Нин Шу самодовольно подняла подбородок. - Божество даровал мне силу, чтобы я могла защитить себя. - Эй вы! Ребята, помогите мне убить их! Убейте их обеих! Цянь Цзя указала на Нин Шу и Се, отдавая приказ своим супругам. Супруги Цянь Цзя тут же окружили Нин Шу и трансформировались, чтобы наброситься на неё. Нин Шу лишь сжала кулаки, чтобы встретить их атаки, когда внезапно почувствовала, что земля неистово дрожит. Эта тряска была такой серьёзной, что она чуть не потеряла равновесие. Все были ошарашены. Они понятия не имели о том, что происходит. Нин Шу увидела, что одна из колонн падает в её сторону и поспешила увернуться. Она схватила Чжи, чтобы иметь больше свободного пространства. - Землетрясение! Это действительно землетрясение! – в тревоге закричала Цянь Цзя. Небо резко стало тёмным. Тряска была такой ужасной, что даже Нин Шу с трудом могла устоять на ногах. Казалось, словно весь мир вот-вот развалится на части, и земля под ними начала крошиться. У Нин Шу ёкнуло сердце. Она не ожидала, что землетрясение будет настолько серьёзным. Она даже немного начала беспокоиться о том, что та каверна обрушится. Пока продолжалось землетрясение, крики, стоны и вопли зазвучали со всех сторон. Нин Шу заставила свой страх отступить. Сила природы была поистине ужасающей. Перед лицом такой мощи, все живые существа были беспомощны. Спустя неизвестное количество времени, тряска наконец-то немного утихла. В то же самое время мир внезапно стал очень ярким. В небе появилось три солнца. Свет был таким ярким, что даже немного ощущалось тепло, несмотря на тот факт, что сейчас была середина зимы. Все начали переглядываться. Цянь Цзя была в порядке, так как все её супруги защищали её, но некоторых зверолюдей раздавило насмерть упавшими колоннами. Вскоре по всему лесу раздался рёв животных. Ошеломлённые животные помчались в сторону племени. Там были и животные размером с динозавров, и маленькие, словно мыши. Все дикие животные, которые до этого были в спячке, внезапно проснулись, и им нужна была еда. ---------- Веди Племя Вперед - Скорее! Скорее! Собираемся и уходим! – резко закричал вождь племени. - Цао, мне страшно! Чжи крепко схватилась за Нин Шу, а Се продолжала нервно держаться за Чжи. Как и в изначальной истории, эти мужчины-зверолюди первым делом взяли семена, а потом образовали защитный эскорт для Цянь Цзя, сказав женщинам-зверолюдям, что за ними очень скоро вернутся. Но нескольким женщинам повезло и их тоже взяли с собой. Но множество женщин и маленьких зверолюдей оставили позади. "Проклятые ублюдки!" – закричала в сердце Нин Шу, наблюдая за тем, как эти зверолюди улетают. Они же спокойно могли вернуться за семенами потом! Первым делом им нужно было перевести людей в безопасное место! Было ясно, что для этих мужчин-зверолюдей Цянь Цзя и семена были самым важным. - Чжи, не бойся. Иди и собери всех, - сказала Нин Шу, пока отгоняла диких животных, которые набросились на племя. Чжи дрожала всем телом, но она собрала всех женщин и привела их в место подношения. Животных было слишком много, чтобы Нин Шу могла отбиться от них, поэтому она достала яд и рассыпала его на животных. Когда она вернулась в свою пещеру, то увидела, что та уже обрушилась. Она поспешно собрала заострённые палки и отправилась с ними к месту подношения. По пути она увидела, что многих женщин уже порвали на части дикие звери. А ещё там были трупы маленьких зверолюдей. Нин Шу отправилась на спасение молодого мальчика-зверочеловека, который был в своей тигриной форме. Маленький тигр пытался спрятаться от стаи волков, поэтому она сгребла его и бросила яд в сторону истекающих слюной волков. Когда она добралась до места подношения, она увидела, что Чжи съёжилась там с группой женщин-зверолюдей. Многие из них обнимали детей. Множество животных собралось вокруг этой области, но там было какое-то прозрачное силовое поле, не пропускающее этих животных и сохраняя в безопасности зверолюдей, собравшихся на месте подношения. Нин Шу вздохнула с облегчением. По крайней мере, эти люди были в порядке. И всё же она никак не могла понять, откуда взялось это силовое поле. Дикие звери не могли достать до людей внутри силового поля. Поэтому, когда они увидели Нин Шу, они тут же накинулись на неё. Нин Шу бросила несколько заострённых палок, которые держала, и пронзила диких зверей, скачущих на неё. - Цао, скорее заходи внутрь! – прокричала Ву и её голос прозвучал очень старым и усталым. Нин Шу вошла в силовое поле и с удивлением спросила: - Старушка, тебя тоже бросили тут? А ведь эта старушка была очень уважаемой Ву. Как и ожидалось, после того, как их постигло бедствие, все разлетелись в разные стороны. - Эта сила, которую мне даровал Божество. Мне осталось жить не так много, так что ты уж позаботься об этих людях, - сказала Ву и закашляла. – Каждое поколение Ву получало немного божественной силы от Божества. Нин Шу: … Так значит ей очень повезло, когда она сказала, что Божество даровал ей её силу? Это также означало, что она не была на самом деле следующим преемником. Вскоре силовое поле начало тускнеть. Оно выглядело как мыльный пузырь в солнечном свете. Нин Шу поспешно раздала заострённые палки и спокойно сказала: - Нечего бояться. Я тут. - Чжи, через некоторое время, веди всех к той каверне. А я буду защищать вас со спины, - сказала Нин Шу. Губы Чжи дрожали от страха, но она кивнула и напряжённо вцепилась в деревянную палку. Слёзы набегали у неё на глаза, но она уже справлялась гораздо лучше, чем остальные женщины. Женщины привыкли к тому, что их защищают мужчины, поэтому, когда они оказались брошенными в подобной ситуации, они оказались в полнейшей растерянности. Землю всё ещё трясло. Одних только этих сотрясений было достаточно, чтобы походка стала нетвёрдой. Только сейчас Нин Шу осознала насколько сложным было это задание. Страх поистине создавал больше всего ужаса. Это, и ещё неизвестное будущее. С громким грохотом это некое силовое поле разбилось. Ву пихнула в руки Нин Шу божественный камень и, с кровью текущей изо рта, уверенно сказала: - Веди племя вперёд. Божественный камень был немного горячим от хватки Ву. Этот жар стал ощущаться исключительно ясно, пока Нин Шу наблюдала за тем, как Ву падает на землю и превращается в пепел. Она закусила губы. В горле словно застрял комок. Она увидела мириадный камень мира на столе для подношений и схватила его, прежде чем отправиться с женщинами и детьми в сторону каверны. Чжи нервно оступалась, пока вела всех вперёд. Нин Шу следовала позади, держа в руке окровавленную деревянную палку. Её звериная шкура и лицо были покрыты кровью, когда она с опаской начала смотреть на диких зверей, которые гнались за ними. ---------- Окруженные Волками Горячая кровь расплескалась по земле, окрашивая чистый снег в красный цвет. Нин Шу подняла палку, чтобы вонзить её в волка, который мчался на неё. По пути в каверну группа Нин Шу столкнулась со стаей диких волков, которые быстро окружили их. Её сердце ушло в пятки, но она сохранила своё спокойное выражение лица, выйдя на бой с этими волками. Изначальный хост умерла от лап волков. Эти животные были хитрыми и безжалостными. Многие женщины плакали от страха. У них не хватало смелости даже поднять свои деревянные палки, чтобы отбиваться от этих волков. Нин Шу крепко сжала свою палку и спокойно сказала: - Я тут, так что с вами, ребята, всё будет в порядке. Эти животные хотят забрать наши жизни, но у нас тоже есть силы закусать их до смерти! Чжи, которая встала рядом с Нин Шу, эхом повторила: - Всё верно! Мне совсем не страшно! Если бы не дрожь в её голосе, то Нин Шу наверняка бы поверила ей. Больше всего волкам нравились дети, которых держали женщины-зверолюди, и они постоянно пытались утащить детей. - Если эти животные попытаются напасть на вас, используйте деревянные палки, что держите в руках! Если мы ничего не сделаем, то нам остаётся только ждать, пока эти волки нас убьют и съедят, - сказала Нин Шу. Женщины-зверолюди начали тихо рыдать. Нин Шу взяла на себя инициативу и атаковала первой. Она начала неистово пронзать волков палкой. Единственной мыслью в её голове было выживание. Когда враги встречаются на узкой тропе, то побеждают храбрые. Краем глаза Нин Шу увидела, что волк выхватил ребёнка-зверочеловека и потащил прочь, перекусив его шею. Плач ребёнка тут же прекратился. У Нин Шу даже не было шанса повернуться к волку, прежде чем он убил этого ребёнка. Она с силой закусила губы, когда её сердце сжалось от боли, и бросила палку в сторону волка, утаскивающего труп. Она съела кусочек кристалла духовной эссенции, а потом использовала всю свою силу, чтобы разбить голову волка своей палкой. Голова волка тут же затрещала и взорвалась. Нин Шу начала убивать волков так, словно разбивала арбузы. - Слушайте все, потерпите ещё немного! Волки уже почти все мертвы! – закричала Чжи, когда увидела героический манёвр Нин Шу. Наконец, стая волков отступила, но они всё равно уносили с собой те трупы, которые смогли добыть. Нин Шу закрыла глаза. Она не стала сражаться за то, чтобы отбить эти трупы зверолюдей, потому что когда волки съедят эти трупы, то будут сыты, а это означает, что группа Нин Шу будет в безопасности на некоторое время. Просто жизнь была настолько суровой. Нин Шу почувствовала слабость в руках, и они начали неконтролируемо дрожать. - Идём. Нин Шу увидела, что число зверолюдей в группе уменьшилось, но у неё не было времени задерживаться и раздумывать об этом. Она повернулась и направилась в сторону каверны. Нин Шу увидела, что некоторым женщинам-зверолюдям было трудно бежать, держа в руках детей, поэтому она взяла по одному ребёнку в каждую руку и ещё одного посадила себе на спину. Её мускулы слабо пульсировали от боли. Похоже, что она надорвала их. Однако, в итоге, они добрались до каверны. Она думала, что это жёсткое землетрясение обрушит эту каверну, Но, к счастью, хоть некоторые части и обвалились, сама каверна не обрушилась полностью. ---------- Не Так-то Просто Быть Председателем Нин Шу разместила в каверне всех зверолюдей, а потом сказала Чжи: - Присмотри за ними, я собираюсь вернуться обратно к стоянке племени. Чжи посмотрела на Нин Шу, которая была покрыта кровью, и спросила дрожащим голосом: - Зачем тебе возвращаться? Это слишком опасно. Цао, сначала немного отдохни. Нин Шу покачала головой. - Мне нужно вернуться за каменными горшками. Изначально в этой каверне был пруд, но из-за землетрясения вода стала мутной, и её больше нельзя было пить. К тому же, в небе появилось дополнительное солнце. Она уже предчувствовала, что погода изменится. Толстое покрывало из снега уже начало таять. Скорее всего, скоро начнётся засуха. Ей нужно сделать приготовления заранее и убедиться в том, что они запасли достаточно еды. Она вышла из каверны, а потом использовала свою энергию, чтобы передвинуть большой камень и поставить его перед входом в пещеру, оставляя лишь щели, чтобы людям внутри поступал свежий воздух. Под светом трёх солнц весь мир стал крайне ярким. Было так солнечно, что это практически ослепляло. У неё буквально началось жжение в глазах от яркости этих солнц, поэтому она побежала в сторону стоянки племени как можно быстрее. Она уже чувствовала, как её тело начинало гореть. Снег был не самым худшим бедствием. Самым ужасающим бедствием была засуха, так как люди не могли жить без воды. Нин Шу прибежала к стоянке племени и увидела, что оно было полностью уничтожено. Там не осталось никаких признаков жизни. Она топала через снег, обыскивая стоянку племени. Каждый раз, когда она находила пещеру, которая ещё не обрушилась, она заходила внутрь и искала, нет ли там чего-нибудь, что можно было бы использовать для хранения воды. Она нашла немало каменных горшков. Она надеялась добыть ещё и несколько кувшинов, но все кувшины потрескались от землетрясения. Она сделала несколько заходов, чтобы отнести каменные горшки в каверну. А потом она попросила женщин зверолюдей наполнить каменные горшки чистым снегом, чтобы создать запас воды. У неё было очень плохое предчувствие. Изначальный хост не знала, что произошло с этим миром после её смерти. Всё, что она знала, так это то, что после огромного землетрясения начала распространяться эпидемия, а в небе появилось дополнительное солнце. Мир просто жестоко издевался над ними. Чжи первой откликнулась на просьбу Нин Шу. Она начала нагребать в горшок снег и утрамбовывать его в нём. Остальные женщины вскоре начали делать то же самое, и даже некоторые маленькие женщины-зверолюди помогали им. Когда каменные горшки были заполнены снегом, женщины дружно занесли каменные горшки в каверну. Нин Шу спросила: - Кто знает, как делать каменные горшки? Этого количества воды будет недостаточно. - Я знаю. Се вышла вперёд. Нин Шу не ожидала, что она выживет. Се продолжила: - Однако нам нужен особый вид камня. Я знаю, где добыть такой камень. Нин Шу кивнула. - Веди меня туда. Се вышла вместе с Нин Шу из каверны, и Нин Шу задвинула большой камень перед входом в пещеру, прежде чем уйти. Камень, необходимый для создания каменных горшков, был довольно мягким. Этот материал даже не был похож на камень. Нин Шу набрала много этого камня и отнесла обратно. Каждый камень был размером примерно со стол, поэтому только Нин Шу могла нести их. Когда она взвалила их на плечи, она почувствовала, как у неё дрожат ноги. Однако ей, всё же, удалось отнести их все обратно. После этого Се начала делать каменные горшки. Тем временем Нин Шу отправилась к месторождению соли, чтобы добыть соль, так как ей нужно было прокормить огромную толпу народа. Не так-то просто быть председателем женской ассоциации. Она принесла обратно целую корзину соли, а потом начала распределять работу между женщинами. Первым заданием было найти дрова. Она сказала им, что лучше всего держаться группой и не отходить далеко друг от друга, потому что это может быть опасно. В джунглях водится много диких животных. После того, как они принесли дров, Нин Шу осознала, что у них нет ничего для розжига огня. Неужели им придётся прибегнуть к сверлению древесины, чтобы добыть огонь? Ну почему так трудно жить в доисторическом обществе? Она просто никак не могла понять, как Цянь Цзя так легко адаптировалась к этому месту. Но у неё не оставалось иного выбора, поэтому она начала сверлить древесину, но не смогла создать ни единой искры. Женщины-зверолюди просто тихо наблюдали за Нин Шу. Наконец, маленький тигрёнок воспользовался своими когтями, чтобы царапнуть камень. Вылетели искры и зажгли сухую траву. Нин Шу: … Пожалуйста, простите её невежество. Она действительно не знала, что когти можно использовать подобным образом. После того, как разгорелся огонь, и пляшущие языки пламени осветили помещение, все почувствовали себя немного спокойнее. Нин Шу сказала Чжи: - Пойдём со мной на охоту. - На охоту? Чжи ошалела, но всё равно последовала за Нин Шу и вышла из каверны. Нин Шу задвинула вход большим камнем, а потом спросила у Чжи: - Ты сказала им о вяленом мясе? Чжи покачала головой. - Будет лучше, если ты расскажешь об этом, поэтому я не стала ничего говорить. ---------- Эволюция Требует Кровавого Жертвоприношения Нин Шу удовлетворённо кивнула, когда услышала слова Чжи. - Давай пока сохраним вяленое мясо про запас. Нам нужно идти на охоту. Из-за землетрясения по лесу бродило множество животных, которых они могли съесть. Если они просто останутся в пещере и будут есть вяленое мясо, то оно просто закончится. - Но мы же женщины. Как нам охотиться? Чжи крепко стиснула палку, которую держала в руках, и её лицо побледнело. Нин Шу спокойно сказала: - Всё в порядке, я же тут. Начинать всегда трудно. Нам нужно выжить, поэтому сейчас мы можем полагаться только на себя. Нин Шу нашла дикого кабана, который рылся в земле. У него были очень длинные клыки, которые выглядели очень опасными. Нин Шу чувствовала, как Чжи дрожит рядом с ней. - Смотри, как я это делаю, - тихо сказала Нин Шу. После этого она начала тихо подкрадываться к дикому кабану. Однако, поскольку она шла по снегу, то не смогла сделать свои шаги совершенно бесшумными. Когда дикий кабан повернулся и увидел Нин Шу, он совсем не испугался, а наоборот, помчался к ней, чтобы пронзить её своими клыками. Нин Шу не стала мешкать, подняла свою деревянную палку и вонзила её в голову дикого кабана, насквозь пробивая его мозг. Чжи тупо уставилась на Нин Шу. Под руководством Нин Шу, Чжи успешно поохотилась на… кролика. Но этого было достаточно, чтобы Чжи почувствовала радостное возбуждение. Они притащили дикого кабана обратно и женщины-зверолюди, собравшиеся в каверне, начали готовить мясо. Нин Шу посмотрела на женщин и детей, а потом сказала: - С этих пор я – вождь племени. Перед смертью Ву сказала мне вести племя вперёд. Мы теперь племя. Если мы хотим выжить, то мы должны быть едины. - Цао, неужели мы собираемся жить самостоятельно? Как же мы будем жить без мужчин? – спросила женщина-зверочеловек. – Неужели мужчины не вернутся за нами? Мысленно Нин Шу ухмыльнулась, но потом спокойно ответила: - Тогда нам придётся выживать до тех пор, пока мужчины не вернутся за нами. Этот ответ удовлетворил женщину-зверочеловека. - Начиная с завтрашнего дня мы будем сами охотиться, чтобы выжить до тех пор, пока мужчины не придут за нами, - Нин Шу увидела, что мясо кабана уже было почти готово и сказала: - Сначала накормите детей, а потом и мы поедим. Нин Шу съела тарелку мясного супа, а потом села медитировать. Она использовала слишком много энергии на спасение. Её тело больше не могло ничего сделать. Ей нужно было использовать энергию в своём даньтяне, чтобы починить травмированные мускулы. Женщины-зверолюди обнимали своих детей и толпились вместе, со страхом ожидая ночи. Толчки всё ещё продолжались, поэтому весь мир трясся. Некоторые наиболее робкие зверолюди даже тихо плакали. На следующий день Нин Шу взяла на охоту нескольких женщин-зверолюдей. Жестокая реальность эволюции была в том, что если ты хочешь жить, то ты должен проливать кровь. Нин Шу заранее рассказала о многих вещах, на которые нужно было обратить внимание, но всё равно была женщина-зверочеловек, которая застыла на месте от страха перед добычей и была убита. От этой ужасающей кровавой сцены остальные женщины-зверолюди перепугались ещё больше и начали кричать от ужаса. Нин Шу внезапно засомневалась в своих собственных действиях. Действительно ли это был правильный выбор, заставлять женщин, которые всегда жили под тщательной защитой, сталкиваться с подобными кровавыми вещами? Первый день охоты оказался неудачным. Нин Шу пришлось охотиться самой, чтобы добыть достаточно еды на день. ---------- В Сторону Вымирания и Нового Мира Нин Шу была не в очень хорошем настроении. Она ничего не сказала, когда вернулась в каверну, поэтому женщины-зверолюди тоже не смели с ней заговорить. После того, как мясо было приготовлено, Чжи отложила порцию в каменную тарелку и протянула её Нин Шу: - Цао, не надо больше злиться. - Я не злюсь. Мне просто кажется, что мы все умрём, если всё продолжится подобным образом, - сказала Нин Шу, глядя на Чжи. – Снаружи скоро начнётся жара. Должна быть зима, но из-за того, что в небе появился ещё один шар из огня, снег начинает таять. Если этот огненный шар продолжит там висеть, то у нас закончится вода. Нин Шу вздохнула. - Я волнуюсь о том, как мы будем выживать. Се сказала: - Я постараюсь сделать ещё больше каменных горшков, чтобы мы смогли набрать воды, прежде чем снег растает. Нин Шу кивнула. Внезапно, она спросила у Се: - Тебе грустно? Теперь, когда она вспомнила про неё, она подумала о том, что землетрясение, в итоге, спасло жизнь Се. Цянь Цзя была решительно настроена на то, чтобы убить Се, и Нин Шу смогла бы сражаться только за себя. Если бы не землетрясение, то Се могла бы не выжить. Се улыбнулась Нин Шу, обнажая свои крупные жёлтые зубы. - Прямо сейчас я лишь хочу жить. Я не думаю, что мужчины вернутся за нами. Фух, наконец-то кто-то понял общую картину. Если бы мужчины-зверолюди действительно заботились о них, то они бы забрали их в тот раз. Все остальные зверолюди поочерёдно поклялись Нин Шу, что они всерьёз научатся охотиться. Нин Шу лишь мысленно вздохнула. Сказать всегда легче, чем сделать. Если они смогут перестать убегать при виде добычи, то это уже будет огромным успехом. Температура начала постепенно повышаться. Толстое покрывало из снега почти полностью растаяло. Когда талая вода впиталась в землю, начала пробиваться бурная растительность. Всё выглядело процветающим. И всё было бы здорово, если бы не три солнца в небе. Когда Нин Шу охотилась с женщинами-зверолюдьми, она всегда отправлялась за травоядными и прочими лёгкими для охоты животными, старательно избегая любых опасных животных. И хотя совместная работа женщин-зверолюдей была очень дерьмовой, им удалось убить животное, похожее на водяного буйвола. В процессе им изрядно приходилось полагаться на то, что Нин Шу использовала лианы, чтобы удержать добычу и не дать ей сбежать. Каждый раз, когда они охотились, Нин Шу брала с собой несколько молодых мальчишек-зверолюдей, чтобы научить их охотиться. Она давала им охотиться на кроликов, чтобы они тренировали свои зубы и когти. Спустя некоторый период времени, на охоту стало выходить меньше женщин, чем раньше. Некоторые умерли во время охоты, а другие были ранены, и поэтому могли лишь делать работу в каверне, которая не требовала большой активности. Нин Шу посмотрела на отметины, которые она нарисовала в каверне. Прошёл уже почти месяц после изначального землетрясения. На стене было уже двадцать пять отметок. Но теперь женщины-зверолюди были другими. В прошлом они ещё таили надежду на то, что мужчины-зверолюди вернутся за ними, но прошло уже так много времени, а мужчины всё не возвращались. У мужчин-зверолюдей были крылья, поэтому им не требовалось много времени на возвращение, если бы у них было такое желание. Женщины перестали надеяться и начали целиком фокусироваться на выживании. В прошлом их руки дрожали, когда они держали деревянные палки, но теперь они могли умело и без колебаний пронзать добычу. Нин Шу знала, что Племя Крылатых Тигров уже покинуло лес и отправилось в сторону плодородных земель. Там Цянь Цзя создаст своё королевство. Равнины были хороши для фермерства, поэтому зверолюди естественным образом перейдут в эпоху земледелия. Нин Шу холодно рассмеялась. Они оставили тут так много женщин-зверолюдей, что теперь они могли лишь ждать вымирания, пока открывают для себя гомосексуальный мир! Или, возможно, это будет началом матриархата, в котором у одной женщины может быть множество мужчин, чтобы сохранить линию рода. Однако у женщин было слабое телосложение, поэтому рождение детей было настолько опасным, что они могли умереть вместе с ребёнком. Они не смогут постоянно рожать детей. Это было опасное доисторическое общество. Небо и земля были полны опасностей. Как только те зверолюди потеряют свою способность трансформироваться, их будет ждать лишь смерть. Тем временем, то, о чём беспокоилась Нин Шу, наконец-то произошло. К тому времени, когда она вырезала шестидесятую отметку, температура стала невыносимо горячей. И пока три солнца продолжали гореть в небе, вода в реке стала заметно уменьшаться, а трава погибать от этой обжигающей жары. Всё это служило знаками того, что последующие дни станут ещё более мучительными. ---------- Теперь Сильнее Нин Шу и женщины-зверолюди проводили большую часть времени в каверне. И с таким большим количеством, втиснутым в одно помещение, какой бы прохладной обычно ни была каверна, она всё равно становилась неудобно тёплой. Уровень воды в пруду каверны тоже начал постепенно уменьшаться. И тогда они начали сохранять ещё больше воды. Вся каверна была уставлена каменными горшками, в которых хранилась вода. И хотя у них было много воды, Нин Шу всё ещё волновалась, так как не знала, сколько продлится засуха. Когда наступала ночь, становилось немного прохладнее, поэтому Нин Шу выводила женщин на охоту в это время. Женщины знали, что нынешняя ситуация была не очень хорошей, поэтому, после охоты на добычу, они собирали кровь добычи в каменные тарелки и передавали их по кругу, чтобы все могли утолить свою жажду. Нин Шу не могла заставить себя пить эту кровь, так как от одного только запаха у неё возникали рвотные позывы. Однако она была рада тому, что эти женщины уже привыкли к подобному образу жизни. Возможно, всё будет хорошо, когда они переживут эту засуху. Из-за засухи животные не могли найти воду и начали умирать. Некоторые падальщики начали рвать на части смердящие трупы, которые были покрыты мухами. Животные умирали в огромных количествах. В дальнейшем, если они не смогут найти себе добычу, то они тоже изголодаются до смерти. Нин Шу теперь была крайне рада, что она заранее приготовила так много вяленого мяса. Если бы все ели немного меньше, то этого количества, возможно даже хватит на то, чтобы прожить немало времени. Ей было интересно, как там поживает группа Цянь Цзя. Равнины были очень далеко от этого места, но с удачей Цянь Цзя, даже в такую засуху, она всё равно сможет найти родник, из которого можно набирать воду. Остальным людям может быть крайне трудно выживать, но для Цянь Цзя это никогда не было проблемой. Между людьми было такое большое неравенство. Те, о ком Небеса не заботились, не имели иного выбора, кроме как старательно трудиться, чтобы выжить. Им приходилось быть упорными и цепляться за жизнь. Они начали готовить всё меньше и меньше еды. Всем теперь доставалось лишь понемногу. Только чтобы их тела продолжали работать. Погода продолжала становиться всё жарче. Нин Шу примерно предположила, что температура теперь была около пятидесяти градусов Цельсия. По земле было до боли горячо ходить. Нин Шу вытерла пот со лба. Было так жарко, что ей очень захотелось дышать с высунутым языком, чтобы остудить себя. Однако, как вождь племени, она не могла вести себя подобным образом перед таким количеством народа. ---------- Дарованное Божеством На стене уже была сотня отметок. Прошли уже больше трёх месяцев, но не было никаких признаков, что жара спадает. В каверне у некоторых женщин-зверолюдей и детей уже начали появляться признаки диареи и обезвоживания. Нин Шу заварила им лечебный чай из прюнели, в надежде, что он им поможет. Все боролись с небом и пытались выжить в этих суровых условиях. Нин Шу невольно задумалась о том, не пытается ли этот так называемый Божество уничтожить всю жизнь в этом мире. Магическое существо вроде него, вероятно, с лёгкостью сможет избавиться от солнца. Однако он, вероятно, даже не помнит, что такое место существует. Существование этого мира, вероятно, для него было таким же незначительным, как и муравей. - Цао, женщина-зверочеловек больше не выдержит, - сказала Чжи, когда подошла к Нин Шу. Нин Шу подошла посмотреть. Та женщина-зверочеловек была очень худой и выглядела довольно старой. Её телосложение было в слишком плохом состоянии. При таких условиях первыми всегда погибают дети и старики. - Вождь племени, не нужно мне больше давать лекарство, мне осталось недолго жить, так что оставь травы для других зверолюдей, - сказала женщина-зверочеловек, лёжа на земле. Её глаза уже были слегка желтоватыми, а в уголках рта собралась белая засохшая слюна. Она действительно выглядела так, словно ей осталось недолго. Нин Шу напоила её водой из каменной тарелки. Цвет лица женщины-зверочеловека немного улучшился, после того, как она выпила воды, но она всё равно умерла той ночью. Нин Шу мысленно вздохнула и помогла остальным вынести труп из пещеры. Ей удалось вырыть грубую яму, чтобы хоронить зверолюдей. Когда она увидела, насколько слабыми и измождёнными все выглядели, она задалась вопросом, сможет ли она выполнить своё задание. Однако у неё не было иного выбора, кроме как продолжать терпеть происходящее. Нин Шу радовало одно: что мальчишки подросли и теперь могли сами немного охотиться, работая вместе. Пока есть эти мальчишки, это племя сможет продолжать существовать. Эта группа полностью отделилась от Племени Крылатых Тигров и стала новым племенем. А всё новое приходит как с болью, так и с радостью. Будущее этого племени будет покоиться на плечах этих детей, поэтому Нин Шу стала теперь брать с собой на каждую охоту и юных девушек. Если они хотят выжить в этом суровом мире, то им придётся овладеть нужными навыками и научиться охотиться самостоятельно. Так как они не могли трансформироваться, то им оставалось лишь пребывать в отчаянии и ждать смерти. Не было ничего такого, чего нельзя было добиться. Всё зависело лишь от того, желает ли человек усердно работать или нет. Нин Шу постепенно учила этих женщин-зверолюдей тому, как охотиться и пользоваться инструментами. Однако женщины были слабыми от природы и имели слабое телосложение, что ограничивало их способности. Нин Шу захотела научить этих женщин Непревзойдённым Боевым Искусствам. И даже если они не смогут сформировать такую же прядь энергии, по крайней мере, они обретут некоторую способность защищать себя. - 2333, я хочу выкупить Непревзойдённые Боевые Искусства. Сколько это будет стоить очков? Когда она только продавала это руководство, она продала его системе за сто очков. 2333 ответил: - Тысяча очков. Нин Шу: КАКОГО ХЕРА?! - Когда я продала его, система дала мне лишь сто очков, но теперь она требует от меня тысячу за то, чтобы выкупить его? Почему бы вам просто не стать бандитами, ребята?! Нин Шу чуть не вскочила на ноги от ярости. Охренеть! То, что когда-то принадлежало ей, наконец-то вернулось после небольшого путешествия по кругу, но от этого она потеряла девятьсот очков. Это всё было из-за её неопытности. Если бы она знала заранее, то не стала бы продавать руководство системе. Нин Шу заскрежетала зубами, а потом сказала: - Покупаю. Пока оно принадлежит ей, у неё есть право управлять этим руководством. И она может обучить его содержимому любого, кого пожелает. Как и ожидалось, лучше держать всё при себе. Нин Шу созвала женщин-зверолюдей и начала обучать их Непревзойдённым Боевым искусствам. Она не ожидала от них многого. Она лишь надеялась, что гены их потомков постепенно улучшатся. Как и ожидалось, эти женщины выглядели совершенно ошеломлёнными. Они вообще не могли осознать нечто высокоуровневое. Нин Шу просто сказала, что Божество даровал это племени, поэтому все женщины должны тренироваться в этом. Нин Шу не планировала обучать Непревзойдённым Боевым Искусствам мужчин-зверолюдей. Они уже обладали мощной способностью трансформироваться. Если она научит их этому, то они, вероятно, смогут воспарить в небеса и жить среди солнц. Нин Шу собиралась лишь сделать женщин немного сильнее, чтобы им не приходилось полностью полагаться на мужчин. А иначе они умрут, как только отделятся от мужчин. Как только женщины-зверолюди услышали, что это – нечто дарованное им Божеством, они начали усердно тренироваться, несмотря на то, что были озадачены и понятия не имели, что они вообще делают. Нин Шу заставила Чжи заучить все мантры и Чжи запомнила их, чтобы она могла передать их дальше. Мозги Чжи были недостаточно гибкими, чтобы понимать эти мантры, поэтому ей пришлось запомнить их просто наизусть. Нин Шу стала думать о том, чтобы передать должность Ву. Она давала божественный камень, который ей передала Ву, молодым девушкам, чтобы проверить, сможет ли кто-нибудь их них пообщаться с божественным камнем и стать Ву. Существование Ву в племени было рационально. Так как этот мир был создан богом, тогда они должны верить в бога. Нин Шу очень хотела когда-нибудь обрести такую силу. ---------- Словно Невесту Однако Нин Шу забыла об одном, когда тренируешь Непревзойдённые Боевые Искусства, то от этого сильно увеличивается аппетит. К тому времени, когда она это осознала, молодые женщины-зверолюди все смотрели на неё с мольбой во взгляде. Нин Шу: … И всё же, она была очень рада, так как пара зверолюдей проявляли результаты культивации и, к тому же, они были юными девушками. Похоже, что племя развивается в хорошем направлении. Нин Шу уже утомилась охотиться под интенсивным светом солнц. Над всем миром словно парил запах гнили, так как повсюду были гниющие трупы животных. Побегав по окрестностям долгое время, она, наконец-то, нашла бизона. Этот бизон кувыркался в грязевой яме. Она подняла палку и приблизилась к бизону. Скорее всего, им хватит его примерно на пару дней. Она мысленно вздохнула, когда убила бизона, а потом использовала свою энергию, чтобы поднять бизона. Внезапно что-то запрыгнуло ей на плечо, схватило за волосы и начало шумного кричать "цзи-цзи-цзи". Нин Шу повернула голову, чтобы посмотреть. Когда она увидела маленький серый комочек меха, то чуть не вывихнула бедро от удивления. Она присмотрелась к нему и сделала пару глубоких вдохов. Это была галлюцинация; это была галлюцинация. Как этот зверёк может быть в этом мире? Возможно ли, что он просто предок того самого зверька? - Цзи-цзи-цзи… - закричал маленький серый комочек меха на Нин Шу, уставившись на неё своими чёрными глазами-бусинками. Его нос продолжал дёргаться, пока он обнюхивал её, а в глазах у него образовались слёзы. Похоже, что он испытывал сильную жажду, потому что слизывал собственные слёзы, пока они стекали из глаз. Нин Шу: … Нин Шу отнесла бизона обратно в каверну. Как только они пришли туда, серый комочек меха прыгнул в каменный горшок и начал глотать воду. Чжи посмотрела на серый комочек меха и спросила у Нин Шу: - Что это? - Я сама не знаю. Нин Шу закатила глаза. Она столкнулась с чем-то похожим на мышь в мире, где она была принцессой, и отдала этот маленький серый комочек меха Ли Вэню, так почему же он был тут? Нин Шу чувствовала, что этот маленький зверёк её узнал. Маленький зверёк выпил всю воду в каменном горшке, а потом запрыгнул на плечо Нин Шу, схватил её за волосы и пронзительно заверещал. Нин Шу: … Крупные слёзы полились из глаз серого мехового комочка, но он снова их слизнул. После этого он выбежал из каверны. Нин Шу последовала за этим серым комочком меха. В итоге, он привёл её к человеку, который лежал в кустах невысокой ежевики. Маленький серый комочек меха обеспокоенно запищал, когда увидел того человека на земле. Первым делом Нин Шу увидела пыльные чёрные туфли, украшенные вышивкой в виде облаков. Затем она разглядела ярко-жёлтую мантию дракона. Наконец, дошло дело и до не сочетающегося со всем этим нарядом грязного лица, закрытого волосами. Божечки. Нин Шу шлёпнула себя по лицу, а потом присела, чтобы смахнуть волосы с лица. Как и ожидалось, это был Ли Вэнь. Его кожа уже стала загорелой от интенсивного солнечного света, а его губы потрескались от нехватки воды. Какого хрена? Как он оказался в этом мире? Нин Шу тут же подняла его, взяла на руки, словно невесту, и отнесла обратно в каверну. Чжи: … ______________________________________________________________________ #комментарий анлейта: Нин Шу швырнула Ли Вэня на сухую траву, (◞º❒º)◞₎₎(◟º❑º)◟⁾⁾➟➠➨, а потом… (естественно, мысли последовали к тому, что Жуй сделал с Цянь Цзя, когда бросил её на сухую траву. Эта новелла меня испортила.) Маленький серый комочек меха: (,,#ﾟДﾟ) ---------- Л-леди… Нин Шу швырнула Ли Вэня на сухую траву и нагребла немного воды ему в рот. Ли Вэнь рефлекторно начал пить воду. Серый комочек меха уставился на Ли Вэня. Нин Шу начала раздевать Ли Вэня до тех пор, пока он не остался в одном нижнем белье, обнажив его хорошо сложенное тело. Затем она обрызгала его водой. Чжи изумлённо уставилась на Ли Вэня, но больше всего её привлекала одежда. Она протянула руку, чтобы коснуться её, а потом окликнула Нин Шу: - Цао, гляди! Эта животная шкура очень приятная на ощупь! На ней даже есть какие-то рисунки. Что это? Нин Шу: … Примерно каждые полчаса Нин Шу давала Ли Вэню немного воды. Серый комочек меха, похоже, знал, что теперь они были в безопасности, потому что он свернулся в клубочек на груди Ли Вэня и уснул. Она столкнулась со старыми знакомыми в таком мире. Это было очень странное ощущение. Как Ли Вэнь тут оказался? Ли Вэнь проснулся только на следующий день. Первым делом, когда он открыл глаза, он увидел просто невероятно уродливую физиономию. Он икнул и чуть снова не потерял сознание. - Л-леди… - наугад сказал Ли Вэнь. Он никогда раньше не видел такого уродливого человека. А потом огляделся по сторонам и обнаружил, что был в большой пещере. Все люди вокруг него были уродливыми, и тут было даже несколько маленьких тигрят, которые грызли его обувь. Нин Шу наблюдала за Ли Вэнем. На мгновение он показался испуганным от того, что оказался в незнакомом месте, но потом он быстро успокоился. - Мы… Я бы хотел чего-нибудь поесть. Можете дать мне что-нибудь поесть? – спросил Ли Вэнь. Нин Шу кивнула и принесла Ли Вэнь тарелку с мясом. С тех пор, как Ли Вэнь попал в этот мир, он едва ли ел что-либо, поэтому изголодался. Это мясо было лишь сварено в воде и немного подсолено, поэтому у него был сильный сырой привкус, но Ли Вэнь всё равно съел его с удовольствием. - Могу я поинтересоваться, что это за место? – спросил Ли Вэнь у Нин Шу, но Нин Шу промолчала и лишь продолжила смотреть на него. - Вы не понимаете наших… моих слов? – спросил Ли Вэнь. Нин Шу наконец-то сказала: - Кто ты? Как ты сюда попал? - Я попал сюда из-за этого зверька. Ли Вэнь протянул руку, чтобы погладить серый комочек меха. Нин Шу: ???? На её лице огромными буквами было написано ошеломление. Нин Шу спросила у 2333: - Что случилось с этим парнем? После мгновения тишины 2333 сказал: - В этом мире есть некие странные существа. А этот зверь, вероятно, серебряный облакособоль. Они живут в космосе и их основная еда – это оставшиеся кусочки уничтоженных миров, поэтому они обладают способностью свободно путешествовать по мирам. Нин Шу: (⊙０⊙) Она схватила серый комочек меха и начала крутить его во все стороны, разглядывая. Он был настолько могущественным? Она подняла его заднюю лапу. О, у него есть пиписька. Значит это самец. Серый комочек меха открыл глаза и лягнул Нин Шу в лицо, после чего прыгнул обратно к Ли Вэню. Нечто столь могущественное её не любит. Она просто лишилась дара речи. А ведь она явно была первой, кто встретился с этим маленьким зверьком. Ли Вэнь сел в каверне, чтобы разобраться в ситуации. Он чувствовал себя так, словно его мировоззрению был брошен серьёзный вызов. Тут было три солнца, десять лун и дети, которые могли мгновенно трансформироваться в крылатых тигров. Может, они были монстрами?! И он никак не мог понять, что они говорили. Тут был лишь один человек, с которым он, похоже, мог общаться, и она, по всей видимости, была вождём этого племени. Ли Вэнь вытер пот с лица. Что это за адское место? Но вот что больше всего его удручало, так это тот факт, что он ничего не мог тут поделать. Он даже не мог охотиться. Он же был императором! И всё же, он был таким бесполезным. Способность создавать мир и стабильность в стране была тут совершенно бесполезна. Всё, что он мог делать весь день – это ждать, пока ему даруют тарелку мяса. Это было так унизительно. Пока Нин Шу разглядывала озабоченное выражение лица Ли Вэня, она мысленно зажгла за него свечку. Ей было интересно, что он будет делать, если окажется, что он не сможет вернуться в свой мир. Серый комочек меха выглядел совершенно ненадёжным, поэтому Нин Шу была почти уверена, что Ли Вэню предстоит немало страданий. Но ещё её удивил тот факт, что Ли Вэнь хотел отправиться на охоту с группой. Нин Шу лишь посмотрела на него с презрительным выражением на лице. Командовать другими – это одно, но охотиться самому?! Прошу, не надо так шутить. Однако, так или иначе, Ли Вэнь был императором, так что он тоже практиковал боевые искусства для усиления своего тела, поэтому периодически просился выйти на охоту. Он чувствовал, что может хоть чем-то немного помочь. Нин Шу не стала отговаривать его и просто взяла его с собой. И только когда Ли Вэнь встретился лицом к лицу с этими животными, он почувствовал, насколько на самом деле они были свирепыми. Каждый обед поистине был борьбой между жизнью и смертью. В данный момент Ли Вэнь очень хотел домой. Он очень-очень хотел домой. ---------- Ты Кажешься Знакомой Температура стала ещё заметно жарче, а солнечный свет стал ещё заметно интенсивнее. Все листья на деревьях стали такими высохшими, что крошились в руке. Трава уже давно пожухла, а земля была сухой и жёлтой. Не было ни единого следа зелёного цвета в поле зрения. Нин Шу больше не смела водить кого-нибудь наружу для охоты, потому что десяти минут снаружи им было достаточно, чтобы заработать солнечный удар и заработать серьёзное обезвоживание. К тому же, солнца палили так беспощадно, что могли сжечь их кожу. Все забились в каверну. В пруду каверны уже не осталось ни единой капли воды. Словно вся вода в мире уже выкипела. Даже по утрам не было ни капли росы. Теперь племя стало ещё осторожнее использовать воду. Нин Шу уже нарисовала сто двадцать линий на стене. Засуха затянулась уже на четыре месяца, и признаков дождя по-прежнему не было. Если дождь не пойдёт в ближайшее время, то им действительно останется лишь ждать смерти. Прежде красивый, вальяжный и отчуждённый Ли Вэнь, теперь был весь перемазан в саже, потому что у них не было воды для того, чтобы умыться. Однако, даже просто сидя на земле и прислонившись к каменной стене, он продолжал излучать природную внушительную ауру, отчего люди не могли недооценивать его. Нин Шу дала серому комочку шерсти немного порошка из кристалла духовной эссенции. После того, как серый комочек шерсти съел его, он крепко заснул, поэтому Ли Вэню пришлось носить его на руках. Выражение лица Ли Вэня было безразличным, но внутри он просто сходил с ума. Он чувствовал сильное желание трясти этого маленького зверька, пока он не проснётся. Какого хрена он заснул? И как теперь ему вернуться? Куда вообще этот зверёк его привёл? О, Небеса! В лесу больше не было дичи. Огромное количество животных умерло от жажды, поэтому Нин Шу наконец-то решила достать вяленое мясо, которое они закопали в каверне. Изначально в племени была атмосфера отчаяния, но, когда они увидели, как Нин Шу выкапывает вяленое мясо, во взглядах всех зверолюдей снова появился яркий свет. Даже Ли Вэнь посмотрел на Нин Шу с восхищением. Было ясно, что он понял, что Нин Шу заранее сделала много мудрых приготовлений. - Не могу избавиться от ощущения, что ты кажешься знакомой, - сказал Ли Вэнь, поднимая брови и глядя на Нин Шу. Нин Шу глянула на него с отчуждённым презрением. Он был грёбанным императором в прошлом, поэтому она должна была бы льстить ему во всех аспектах, но тут слово этой мадам – это закон. - Я тебя не знаю. Ли Вэнь: … Он не мог избавиться от ощущения, что эта женщина часто смотрит на него свысока. Из-за суровой температуры, женщины племени со слабым телосложением продолжили умирать. Однако в племени оставались женщины, у которых было крепкое телосложение. Что ещё больше порадовало Нин Шу, так это то, что ни одна из молодых девушек не умерла. К тому же, ни один из молодых парней тоже не умер, благодаря защите Нин Шу. Когда они переживут эти суровые времена, всё племя сможет продолжать жить дальше. Когда Ли Вэнь увидел насколько безразличной выглядит Нин Шу, когда смотрит на труп мёртвой соплеменницы, он спросил: - Разве тебе не грустно? Они же все твои соплеменницы, верно? Когда Нин Шу услышала это, она чуть не поперхнулась. Человек, который зарубил всех своих братьев, чтобы взойти на трон, имеет наглость задавать ей такой вопрос? Как можно быть ещё более фальшивым? Нин Шу не ответила. ---------- Молитва Божеству На стене уже было сто пятьдесят отметин. Прошло уже пять месяцев. Большинство деревьев погибли от интенсивного солнечного света. В каверне осталось лишь два каменных горшка с водой. Нин Шу вытерла лицо. Она начала ощущать отчаяние. Перед лицом сил природы люди поистине были незначительными и слабыми. Что же происходит с этим миром? Чжи сказала Нин Шу: - Цао, ты можешь помолиться Божеству? Неужели Божество покинул нас? Нин Шу: … Ну и как ей молиться? За каким хреном ей молиться? Она даже не знала, кем был этот Божество. Однако раз Чжи с надеждой смотрела на неё, она схватила мириадный камень мира и начала бормотать всякую чепуху. Ли Вэнь поднял брови, глядя на Нин Шу. Он явно не верил в существование Божества. Нин Шу не знала, было ли это в её воображении, но мириадный камень мира стал немного горячее. Но потом он начал нагреваться сильнее, пока не стал горячим и не вылетел из её ладони в сторону неба. Какого хуя?! Нин Шу чуть штаны не обмочила. Она могла со всей искренностью поклясться, что лишь немного потрогала его. Она совсем не думала о том, чтобы украсть мириадный камень мира! В небе появилась теневая рука, которая раздавила два солнца быстрыми щипками, после чего исчезла. Нин Шу: … - Ч-что это было? Голос Ли Вэня дрожал. Ли Вэнь, который мог не моргая смотреть на обвал горы, теперь был в полнейшем ошеломлении. Нин Шу заставила себя сглотнуть. Блять! Её сердце просто колотилось. - Это наш Божество, - сказала Нин Шу, выпячивая грудь. - Вууухууу! Вуууу! Все зверолюди начали радостно кричать. Мир, в котором стало на два солнца меньше, теперь стал значительно более тусклым и свет больше так не резал глаза. Нин Шу стиснула свою грудь. У неё было такое ощущение, что у неё чуть не случился сердечный приступ. Зрачки Ли Вэня слегка дрожали. Было ясно, что он ошарашен такой огромной силой, которой обладала та теневая рука. Муравей внезапно обнаружил, что в этом мире есть более сильное существо. Ли Вэнь, с его-то личностью, наверняка будет жаждать подобной силы. Изначально он думал, что ему повезло уже тем, что он заполучил того маленького зверька, что он сейчас носил в руках. Он никогда не представлял себе, что однажды будет свидетелем подобного проявления силы. Ли Вэнь был императором и никогда не верил в сверхъестественное, но сейчас он своими собственными глазами увидел эту огромную силу. Так как стало на два солнца меньше, температура тут же стала значительно прохладнее. Из-за разницы между обжигающей жарой и обычным светом одного солнца даже казалась, что стало немного холодно. После такого перепада температуры облака смогли с лёгкостью сформироваться и, спустя два дня, наконец-то пошёл дождь. Прошло почти полгода и, наконец-то пошёл дождь! Все зверолюди вскочили и радостно закричали под дождём, широко открывая рты, чтобы поймать капли дождя. Женщины-зверолюди вынесли каменные горшки, чтобы набрать дождевой воды. Нин Шу запрокинула голову назад, позволяя крупным каплям дождя стучать по её лицу. От этого было немного больно и немного щекотно, но её сердце было полно неописуемой радости. И в то же время, она была очень потрясена. Существо было настолько могущественным, что контролировало судьбу целого мира. Когда она станет настолько сильной, чтобы контролировать хотя бы свою собственную судьбу, чтобы её жизнь больше не была в чьих-то чужих руках? После дождя трава снова начала расти, и некоторые высохшие деревья начали давать новые ростки. Мир наполнился запахом новой жизни. Кем бы ни был этот Божество, Нин Шу была ему очень благодарна. Хоть для него это и было простым жестом, но этим он спас много народу и позволил ей не провалить своё задание. Амитабха Будда. Пусть у хороших людей будет хорошая и мирная жизнь. Настанет день, когда она тоже станет могущественным существом, но до этого ей придётся старательно работать просто чтобы продолжать жить. Нин Шу заметила, что Ли Вэнь вёл себя очень тихо и ничего не говорил. Его взгляд горел ярким светом, словно он загорелся от обжигающего света. Нынешний Ли Вэнь был совсем не такой, как в прошлом. Если описывать это словами, то раньше Ли Вэнь определял себя через своё желание быть мудрым императором. Но нынешний Ли Вэнь больше не создавал такое впечатление. Он словно обрёл новую цель, поэтому весь его образ мышления словно возвысился. - Ваш Божество, похоже, очень силён? – внезапно заговорил Ли Вэнь. – Неужели кто-то подобный действительно существует в этом мире? Нин Шу кивнула. - Божество всемогущ. Ведь это Божество создал этот мир, так что вполне естественно, что его сила непостижима. Вскоре серый комочек шерсти проснулся, после того, как наелся кристалла духовной энергии. Первым делом он запрыгнул на плечо Нин Шу и пискнул пару раз, а потом снова прыгнул в руки Ли Вэня. Нин Шу очень хотелось закатить глаза. Она ведь явно была тем, кто накормил этого зверька чем-то хорошим, но он всё равно относился к ней так безразлично. Маленький зверёк заботился только о Ли Вэне. ---------- Яркие Цвета Жизни Ли Вэнь уже собрался уходить. Он был готов уйти на следующий день после пробуждения маленького серого комочка. Честно говоря, Нин Шу очень хотела попросить его, не мог бы он, чёрт подери, вернуться обратно в имперский дворец династии Юн. Неужели этот серый комочек шерсти может трансмигрировать в точное местоположение? Ли Вэнь внезапно обратился к Нин Шу: - То место, в котором я вырос, совершенно отличается от этого места. Это мой подарок тебе. Ли Вэнь взял руку Нин Шу и вложил в неё нефритовый кулон, на котором был выгравирован лазурный летающий дракон. - Спасибо тебе за моё спасение. Нин Шу посмотрела на кулон, а потом ухмыльнулась и сказала: - Да без проблем, оставь это себе. Не похоже, чтобы эту вещь можно было съесть или выпить, так что мне она не нужна. Ли Вэнь слабо улыбнулся. - Ты права. Я не всё продумал. Возможно, я ещё вернусь потом, чтобы навестить тебя. Нин Шу кивнула, ничего не говоря. Это и так уже была большая удача, что они столкнулись друг с другом в этот раз. Она не считала, что они когда-либо ещё встретятся. Ли Вэнь поднял серый комочек меха. Серый комочек меха пискнул в сторону Нин Шу, а потом его мех начал резко меняться на серебристо-белый, после чего его стал охватывать очень странный свет. Этот свет разрастался, пока не охватил и самого Ли Вэня. После этого тело Ли Вэня исчезло. Они оба просто исчезли. Нин Шу вздохнула с облегчением и повернулась, чтобы посмотреть на пышную лесную зелень. Всё выглядело просто прекрасно. Как же хорошо быть живой. Только те, кто были живы, могли ощутить, насколько чудесной была жизнь. Даже если жизнь тяжела, только будучи живыми, можно увидеть яркие цвета жизни. Нин Шу путешествовала через множество миров только ради того, чтобы продолжать жить и продлевать собственную жизнь. На протяжении своей жизни она повстречала множество людей. Племя наконец-то пришло в порядок. Даже без инструкций Нин Шу, все знали что делать. Похоже, что всё двигалось в правильном направлении. Вероятно, она смогла и выполнить желания изначального хоста. Хоть некоторые женщины-зверолюди и умерли по разным причинам, те, которые выжили, стали даже ещё отважнее и обрели ещё более сильную волю к жизни. Нин Шу потянулась. Ей внезапно очень захотелось сходить и посмотреть на Цянь Цзя и её мужчин. Ей было очень интересно узнать, как поживает Племя Крылатых Тигров, которое бросило своих женщин. Конечно, больше всего ей хотелось увидеть их сожаление. Однако она и так уже была в этом мире довольно долго, так что, вероятно, ей скоро придётся покинуть этот мир. Нин Шу позвала Чжи и спросила: - Если мужчины-зверолюди потом прилетят на наши поиски, стоит ли нам вернуться к ним? Чжи покачала головой. - Прошло уже так много времени. Мужчины-зверолюди наверняка думают, что мы все умерли. Они не вернутся на наши поиски. Нин Шу кивнула и легла на сухую траву, чтобы вздремнуть. С того времени, как началось землетрясение её нервы были туго натянуты. Чжи накрыла Нин Шу звериной шкурой. Глядя на Нин Шу, лежащую с закрытыми глазами, она сказала: - А даже если они сейчас и вернутся на наши поиски, то мы не пойдём с ними. Мы уже больше не те женщины, что раньше. Нин Шу не открыла глаза, но она улыбнулась. Сначала люди должны сами полюбить себя, прежде чем их полюбят другие. - 2333, ты знаешь, как сейчас обстоят дела у Цянь Цзя? – тихо спросила Нин Шу у 2333. 2333 ответил: - Всё так же, как и в изначальной истории. Цянь Цзя основала своё собственное царство и стала его правительницей. Нин Шу: … ---------- Создала Империю Охренеть, как ты вообще можешь построить дворец, если я не могу даже огонь разжечь? Какого чёрта ты можешь основать такой огромный город?! Это же просто нарушало пределы мира, разве нет?! - А потом? – спросила Нин Шу, презрительно поджав губы. 2333 сказал: - Хоть Цянь Цзя и установила законы, они были совершенно бесполезны. Зверолюди выросли в лесу, поэтому им не нравилась подобная жизнь. К тому же, выращенного зерна и близко было недостаточно для того, чтобы накормить зверолюдей, а на равнинах не было диких животных, так что об охоте можно было забыть. Так что этот наспех созданный город был очень хаотичным. Нин Шу: … Вот почему она говорила, что если шагать слишком широко, то можно яйца порвать. Людям, которые жили на равнинах, теперь нужно было ещё и опасаться угрозы с неба. У них больше не было веток деревьев, которые могли послужить укрытием от огромных птиц, что жили в небе и в чьё меню добавились зверолюди. Что самое важное, количество женщин-зверолюдей быстро сокращалось. Множество племён были втиснуты в одну область, поэтому потребность в зерне была очень высокой. И в то же самое время, потребность в женщинах тоже стала высокой. А значит, они будут использовать зерно, чтобы выменивать его на женщин, а женщин обменивать на зерно. Это был полнейший бардак. Цянь Цзя, которая потеряла ребёнка, снова забеременела. Однако так как она долго лежала на снегу в холодную погоду, когда у неё в прошлый раз был выкидыш, то её тело было не в очень хорошем состоянии. Переезд, который произошёл после землетрясения, тоже истощил её, поэтому её здоровье ещё больше ухудшилось. После рождения ребёнка оказалось, что он был очень слаб и вскоре умер. У Цянь Цзя было много супругов. И эти мужчины начали пытаться помочь Цянь Цзя преодолеть боль от потери ребёнка, сделав её снова беременной. В итоге, Цянь Цзя забеременела снова ещё до того, как её тело успело восстановиться. Это серьёзно повредило её тело. В доисторическом обществе не было концепции послеродового периода, поэтому, спустя два месяца, у неё снова случился выкидыш. А потом Цянь Цзя снова забеременела. В прошлом Цянь Цзя была всего лишь студенткой колледжа, поэтому она не успела узнать о таких вещах. Она даже не знала, что это наносит непоправимый ущерб её телу. Из-за всего пережитого во время выкидыша и смерти ребёнка, она стала ещё больше нервничать, когда снова забеременела. Это ещё больше подорвало её здоровье, поэтому, когда ребёнок родился, у него было тело змеи и голова человека. Этот деформированный ребёнок явно принадлежал Племени Чёрных Змей. Всё же, они изначально были двумя разными видами, так что вполне могли появиться такие генетические дефекты. Цянь Цзя больше не могла такое вынести, поэтому начала ломаться. Она чувствовала себя так, словно Небеса наказывают её. И всё наказание падало на её детей. Психологически она стала очень нестабильной. И хотя множество младенцев умерли, были и такие дети, которые выжили. Цянь Цзя теперь была как пчелиная матка. Все хотели, чтобы Цянь Цзя рожала больше женщин-зверолюдей, потому что теперь женщин стало ещё меньше. Племя было на грани вымирания. К тому же, их женщины были очень слабыми и не обладали такой огромной силой, как у мужчин. Они никак не могли выдержать силы мужчин-зверолюдей в их желании размножаться. К тому же, к этому моменту уже не было такого, чтобы у одной женщины-зверочеловека мог быть только один мужчина-зверочеловек в качестве супруга. Цянь Цзя открыла целый новый мир для мужчин-зверолюдей. Вкратце, все погрузились в очень тревожное и недисциплинированное состояние. Если они ничего не поменяют, то их племя действительно может вымереть. Нин Шу: Теперь я чувствую себя гораздо лучше, зная, что эти ребята страдают. Зверолюди были совершенно очарованы теми вещами, которые им принесла Цянь Цзя и, в итоге, отказались от своих принципов. А если племя без принципов вымрет, то кому какое будет дело? Они сами это заслужили. - Динь, задание завершено. Покидаем мир задания, - прозвучал голос 2333. После этого в голове Нин Шу послышался гул. Когда она открыла глаза, она уже вернулась в системное пространство. Нин Шу посмотрела на диван, ковёр, книжную полку и большую постель. Пробыв так много времени в доисторическом мире, когда она снова увидела эти вещи, она почувствовала себя словно в раю. Она позабыла обо всём и просто бросилась на мягкую постель. Это было просто невероятно удобно! Одеяло даже излучало слабый аромат. Тут не было никакого запаха плесени и жучков! Нин Шу почти сразу вырубилась на постели. Когда она проснулась, то уже была отдохнувшей, поэтому она начала медитировать. Как только её душа снова укрепилась, Нин Шу спросила у Системы 2333-сама: - Система, ты знаешь, кем был бог из того мира? - Ты шутишь, что ли? Откуда мне знать? – усмехнулся 2333. – Какого хрена мне вообще знать о подобном существе? Нам и так уже повезло, что он нас не убил. Нин Шу: … ---------- Предок-Альтруист Нин Шу перестала думать о проблеме с тем богом и закинула эту мысль в дальний угол своего разума. Подобное существо было далеко за пределами её досягаемости, поэтому не было смысла сейчас об этом думать. - Давай посмотрим, сколько очков я заработала в этот раз. Как только Нин Шу сказала это, перед ней появилась панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 100000 (+70000) Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 85 Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 30 Вера: 1 Способность: 26 Заслуги: 15 (+20) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Ореол Вождя (благословение Цао) Завершено задание Цао. Выполненные желания Цао: 1. Я не хочу умирать. 2. Я хочу спасти остальных брошенных женщин-зверолюдей. Степень Завершения Задания: 100% Получено Очков Атрибутов: 25 Когда Нин Шу увидела эти щедрые награды, она очень обрадовалась. В этот раз она заработала семьдесят тысяч очков опыта, а ещё получила двадцать очков заслуг. К тому же, она ещё получила титул "Предок-Альтруист", "Ореол Вождя" и двадцать пять очков атрибутов. Предок-Альтруист? Похоже, что те зверолюди начали считать её своим предком и стали поклоняться ей. И почему это у неё возникло такое странное чувство вины? Она ведь ни капли не была самоотверженной. Всё, что она делала, было лишь ради выполнения её задания. - А что это за счётчик "Вера"? – спросила Нин Шу. - Если живые существа верят в тебя, то это будет генерировать очки веры, - ответил 2333. Глядя на это одинокое очко веры, она невольно задумалась о том, от кого же оно. Доисторические люди были поистине прямолинейными, это было ясно по воспоминаниям Цао. Нин Шу была уверена, что она не зря так усердно трудилась в этом доисторическом обществе – присматривала за кучей женщин, воспитывала детей, беспокоилась о будущем развитии племени. Она была уверена в том, что когда Цао вернётся, она увидит очень энергичное и объединённое племя. Однако весь этот пережитый опыт заставил Нин Шу снова увидеть важность боевых искусств. Если бы у неё не было боевых искусств, то она бы не смогла охотиться и запасти так много вяленого мяса. Когда наступило землетрясение, она бы не смогла отогнать диких зверей и охотиться. Она кивнула сама себе. То, что можно решить при помощи боевых искусств должно быть решено при помощи боевых искусств. Когда физическая сила не работает, она будет стараться и выжимать для решения проблемы те капли интеллекта, что есть у неё в мозгах. Как ни крути, боевые искусства были очень важны. Нин Шу щедро добавила пятнадцать очков атрибутов в боевые искусства, после чего распределила остальное между жизнью и удачей. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 100000 (+70000) Душа: 200 Жизнь: 60 (+5) Интеллект: 85 Харизма: 3 Удача: 34 (+5) Воля: 120 Боевые искусства: 30 (+15) Вера: 1 Способность: 26 Заслуги: 15 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Ореол Вождя (благословение Цао) Распределив очки атрибутов, Нин Шу открыла системный рынок и купила постных пилюль, воды и базовые лекарства. Заодно она ещё купила несколько пилюль, которые излечивали отравление ядом. Это всё были самые необходимые вещи для выживания. Даже если они не понадобятся для задания, она всё рано собиралась приготовить их на всякий случай. ---------- Одно Очко Веры Закончив покупать вещи, которые ей необходимы, она начала листать рынок и обнаружила, что там есть некоторые вещи, которые можно обменять только на очки веры. Но это было ещё не всё. Цена некоторых вещей легко доходила до десяти тысяч очков веры. Нин Шу глянула на своё одно очко веры, а потом тихо закрыла рынок. Этот рынок явно любил каждый раз напоминать ей о том, насколько чертовски бедной она была. Она не стала спешить и отправляться на следующее задание. Вместо этого она взяла книгу с полки и села на диван, чтобы почитать. Конечно же, с таким интеллектом, который был у Нин Шу, она не могла читать вещи, которые были слишком замудрёнными. Однако она могла просто немного почитать, чтобы увеличить свой интеллект, так что это было не самое худшее времяпрепровождение. 2333: …… Наконец, 2333 больше не смог продолжать наблюдать и спросил: - Вместо того чтобы читать эти бесполезные книги, не будет ли лучше добавить несколько очков атрибутов в интеллект? Нин Шу воскликнула: - Ох, я забыла. Я добавлю немного очков интеллекта в следующий раз. Но, разве интеллект можно увеличить при помощи очков? - Как так вышло, что ты веришь в то, что боевые искусства можно увеличить при помощи очков, а вот интеллект – нет? – спросил 2333. Нин Шу сказала: - Но ведь интеллект – это зафиксированная величина. Разве его можно увеличить, просто добавив к нему пару очков атрибутов? 2333: … - Я настоятельно советую добавить тебе несколько очков атрибутов в интеллект. Более высокий интеллект позволит тебе придумывать различные способы для эффективного выполнения задания и сократит время их выполнения. 2333 был очень раздражён тем, что Нин Шу постоянно добавляет очки атрибутов в боевые искусства. Неужели она видит полезность только в боевых искусствах? Неужели она не видит, насколько полезными могут быть другие атрибуты? - Поистине мудрые люди всегда могут придумать различные планы и манипулировать людьми с идеальной точностью, - сказал 2333. – Таким людям не нужна огромная сила, но они почти всегда выкручиваются из всего и остаются нетронутыми. Нин Шу кивнула. - Должно быть это так утомительно. У неё было такое ощущение, что огромное количество клеток мозга умерли, только от того, что она это услышала. 2333: … - Значит, ты не устаёшь от того, что весь день размахиваешь мечом? 2333 почувствовал, что его долг состоит в том, чтобы направить этого получателя заданий на верный путь. Насколько вообще может вырасти сила человека? Когда она столкнётся с чем-то, с чем не сможет разобраться самостоятельно, то ей понадобится помощь со стороны. Подобные ситуации проверяют человека на интеллект. Некоторые люди могут с лёгкостью решать задачи, но некоторые люди на это не способны. 2333: …… Если у человека есть только мускулы и нет мозгов, то он не сможет далеко продвинуться. - На самом деле сражаться не так уж утомительно, но я обязательно потом научусь использовать свои мозги. Я буду старательно тренироваться, - сказала Нин Шу и кивнула. Она всегда считала, что интеллект накапливается долго и постепенно. Когда ты сможешь больше увидеть в мире, то твой интеллект естественным образом увеличится. Нин Шу закрыла книгу, а потом ещё немного потренировалась. Когда её душа стала более стабильной, она сказала 2333: - Давай отправимся на следующее задание. Как только Нин Шу это сказала, она почувствовала вибрацию в своей голове. После этого она услышала всякие механические инструкции. Строчки кода промелькнули перед её глазами, а её слух наполнился громким треском электрических схем. От этого звука у неё всё тело покрылось гусиной кожей. Когда она снова открыла глаза, она обнаружила себя перед долиной. Она сидела на земле, а её руки были на немного покрасневшей и опухшей лодыжке. Однако она совсем ничего не чувствовала. Она ощупала всё своё тело. В данный момент она была одета в элегантный наряд древней эпохи, а её волосы были подвязаны простой лентой. Это тело было твёрдым и настоящим, но она не чувствовала никакого сердцебиения. Это тело даже не могло дышать. Она рефлекторно сделала пару вдохов, но дыхание ничем не отличалось от его отсутствия. Она даже не чувствовала холода, жара или боли. Не считая самосознания у неё больше ничего не было. Чем же она стала в этот раз? Она огляделась по сторонам и увидела, что это место было очень красивым. Тут была река и лес. Всё, до самой последней травинки, выглядело очень настоящим, но поблизости не было никаких признаков того, что тут обитали люди. Перед Нин Шу пролетела птица и Нин Шу протянула руку, чтобы поймать её. Как оказалось, птица тоже не проявляет никаких обычных признаков жизни. ---------- Мир Голографических Онлайн-Игр В ответ на эту очень странную ситуацию, Нин Шу решила сначала получить сюжетную историю. Это был мир голографических онлайн-игр. Так называемая голографическая игра была самым высококачественным типом игр. Голографические игровые шлемы или игровые капсулы посылали мозговые волны в систему, чтобы симуляция казалась крайне реалистичной. Игрок ощущал себя так, словно он действительно находился в виртуальном мире. Технологии во внешнем мире этой игры определённо были очень хорошо развиты. По крайней мере, она никогда раньше не видела такой высококлассной технологии. Это тело принадлежало NPC. Оно должно было управляться системой, но из-за странного поворота судьбы, оно обрело самосознание. Эти так называемые NPC были персонажами, которые не управлялись игроками, и они использовались для того, чтобы управлять развитием игрового сюжета. Например, если игрок войдёт в магазин, то продавцом будет NPC. Нин Шу же сейчас была NPC, которая подвернула ногу и ждала игрока, который придёт ей на помощь. Она должна отправить его в долину, чтобы победить зверя, который охраняет особую траву, которую игрок должен будет принести ей. По сути, её работа была в том, чтобы отправлять игроков на битву с монстром, получать снаряжение и получать очки опыта. Умственные способности изначального хоста были на уровне новорожденного младенца. Она ничего не знала. К счастью, контроль главной системы позволил ей узнать то, что она должна делать. Однако, в отличие от других NPC, у изначального хоста были чувства, и она чувствовала себя одиноко. Даже когда игра прошла через все проверки, аномалия изначального хоста не была обнаружена. Наконец, игроки начали беспрестанно наполнять этот мир. У этой игры была взрывная популярность. Ник главного мужчины в этом мире был [Течение Прохладного Ветерка]. Он был в числе первой группы игроков вошедших в игру, и он был первым человеком, с которым когда-либо сталкивалась изначальный хост. Этот [Течение Прохладного Ветерка] был первым человеком, который пришёл и встал перед изначальным хостом. Это было впервые, когда она увидела человека, поэтому она была очень удивлена. Она последовала по сюжету игры и отправила [Течение Прохладного Ветерка] в долину, чтобы он принёс ей траву. Изначальному хосту было очень интересно узнать о людях побольше, поэтому она решила ещё немного поговорить с этим человеком. Она рассказала [Течению Прохладного Ветерка] о том, как в точности выглядит нужное растение и какие слабые места есть у босса, который охраняет растение. А заодно и его уровень защиты и всякое такое прочее. [Течение Прохладного Ветерка] тщательно записал все эти данные, победил босса, принёс траву и вылечил лодыжку изначального хоста. Однако изначальному хосту было грустно при виде того, как он уходит, поэтому она попросила его навещать её в будущем, чтобы поиграть с ней. [Течение Прохладного Ветерка] решил, что эта NPC необычная, поэтому, в качестве эксперимента, он приходил к изначальному хосту каждый раз, перед тем как отправлялся на битву с монстрами, и изначальный хост рассказывала ему о количестве здоровья босса, силе его атаки, силе его защиты и о том, как его победить. Этот повторяющийся эксперимент позволил [Течению Прохладного Ветерка] быстро набрать уровни и получить множество высококлассного снаряжения, которое обычно стоило кучу денег. [Течение Прохладного Ветерка] был почти уверен, что эта NPC была багом в системе. Естественно, он вообще не считал NPC за человека. Он лишь хотел использовать эту дыру в системе и дальше по сюжету, чтобы заполучить ещё больше снаряжения. С подсказками изначального хоста [Течение Прохладного Ветерка] смог завершить множество скрытых квестов. Обычно эти квесты игрокам было очень сложно найти, и [Течение Прохладного Ветерка] смог собрать в них огромное количество полезных вещей. Самое высококачественное снаряжение он оставлял себе, а то, что ему было не нужно – он продавал за кучу денег. После этого он постепенно начал набирать популярность как божественный игрок и даже создал свою собственную фракцию. В общем и целом он, практически, стоял на самой вершине пирамиды. [Течение Прохладного Ветерка] знал, что всё это он заполучил благодаря изначальному хосту, этому NPC. И в тоже время он выяснил, что эта NPC была немного привязана к нему. Поэтому он просто немного задобрил её и сказал ей, чтобы она никому больше об этом не рассказывала. Естественно, изначальный хост кивнула и согласилась. Она стала очень зависимой от [Течения Прохладного Ветерка]. Возможно, тут ещё была примешана любовь, потому что, несмотря на то, что она потом сталкивалась ещё со множеством других игроков, [Течение Прохладного Ветерка] был единственным, который постоянно оставался в её мыслях. Позже, когда изначальный хост стала раскрывать всё больше и больше информации, аномалия в коде была наконец-то обнаружена системой, контролирующей игру, и персонал игры стёр код изначального хоста, стирая само существование этого NPC. ---------- Попросить Помощи у Этого Игрока [Течение Прохладного Ветерка] лишь вздохнул, когда эта NPC исчезла. И в то же самое время, он вздохнул с облегчением. Существование этой NPC было для него равносильно тикающей бомбе. Он уже считался божественным игроком, но если эта NPC откроет его секреты, то как остальные люди будут смотреть на него? К тому же, он уже набрал огромное количество богатств в игре, которые можно было обменять на реальные деньги. Конечно же, в этом мире, где обиды и благосклонности создаются с такой лёгкостью, будет и любовь. Любовь между богом в игре и новичком в игре естественно была чудесной. Желания изначального хоста: Должным образом исполнить свои обязанности в качестве NPC и сделать так, чтобы Течение Прохладного Ветерка не смог так легко воспользоваться ею. К тому же, она хотела, чтобы Течение Прохладного Ветерка больше не мог оставаться в этом мире. Нин Шу кивнула. Хоть у [Течения Прохладного Ветерка] и были некоторые способности, этого было недостаточно, чтобы он смог так быстро возвыситься в ранге, чтобы стать богом игры, которого все признают и который обладает богатством, почётом и прекрасной любовью всей жизни. Вообще-то это задание было немного трудноватым. Всё же, главный мужчина обладает большим количеством удачи. Как NPC, она не может быть слишком предвзятой к игрокам, а также не может быть настроена слишком негативно к игрокам. Если её действия навредят интересам компании, то её будет ждать та же судьба – её просто сотрут. Однако, без её помощи [Течение Прохладного Ветерка] не сможет так быстро возвыситься в ранге. Нин Шу села на землю. В её голове мелькало множество строчек кода и инструкций. Если подумать, то изначальный хост не считался за человека. Она была поймана в этой игре на всю жизнь, так что это самосознание было для неё вроде проклятия. Возможно, не иметь его было бы даже лучше. Причина, почему изначальный хост так привязалась к [Течению Прохладного Ветерка] вероятно была в синдроме утёнка. Всё же, [Течение Прохладного Ветерка] был первым человеком, которого она вообще увидела. Позже изначальный хост тоже осознала, что она отличается от [Течения Прохладного Ветерка], вот почему она использовала информацию о сюжете игры и боссах, чтобы услужить [Течению Прохладного Ветерка]. Однако, для [Течения Прохладного Ветерка], изначальный хост была лишь дырой в системе, не более чем строчками чисел. Даже несмотря на то, что она и проявляла эмоции, похожие на человеческие, [Течение Прохладного Ветерка] считал это просто запрограммированным поведением. Всё же, учитывая развитие технологий, в этой игре всё было возможно. Нин Шу села на землю и посмотрела на опухшую и покрасневшую часть своей лодыжки, которая заметно выделялась на фоне остальной кожи, которая была бледной, как нефрит. Она не ощущала никакой боли, поэтому она закатила глаза и подошла к реке, чтобы взглянуть на своё отражение. К её удивлению, в реке действительно появилось её отражение. Это был поистине крайне реалистичный мир. Тут присутствовали даже такие детали. Нин Шу посмотрела на отражение в воде. Дизайн этого персонажа был очень красивым. На ней была надета ниспадающая белая мантия с широкими белыми рукавами, а её шелковистые волосы были подвязаны синей лентой для волос. Её черты лица были нежными и красивыми. Глаза были слегка изогнутыми в стиле феникса и были янтарного цвета. Губы были розового оттенка с намёком на вишнёвый цвет. Она излучала нежную и непорочную элегантность. Однако, раз она была в сценарии, где герой спасает красотку, то вполне естественно, что она была достаточно красивой, чтобы герой пожелал ей помочь. Та область, за которую отвечала Нин Шу, была простой долиной и это была единственная локация, по которой она могла перемещаться. У каждого NPC были свои собственные обязанности. В данный момент Нин Шу лишь ждала прибытия [Течения Прохладного Ветерка]. Ей было очень скучно, поэтому она легла на траву, чтобы вздремнуть. И хотя она была NPC, ей всё равно нужно было спать. Её душе требовался отдых. Спустя неизвестное количество времени в её голове появилась инструкция. "Попросить помощи у этого игрока." Нин Шу открыла глаза и увидела, что перед ней кто-то стоит. Она подняла голову и прочитала ник над его головой: [Течение Прохладного Ветерка]. Этот ублюдок наконец-то появился! ---------- Герой, Эта Скромная Девушка… [Течение Прохладного Ветерка] был одет в простую футболку и белые штаны, отчего он выглядел высоким и классным. У него была симпатичная внешность, и он не выглядел таким уж взрослым. Как максимум, ему было лет двадцать. В голографических играх игроки могли использовать или свою собственную внешность, или решить сделать нечто похожее на свою настоящую внешность. [Течение Прохладного Ветерка] наверняка в игре выглядел почти так же, как и в реальной жизни. Она посмотрела на его уровень. Он был не очень высоким, да и снаряжения у него особо не было. Он выглядел так, словно он только вошёл в игру. [Течение Прохладного Ветерка] не ожидал, что тут будет лежать женщина. Она была одета в одежды древней эпохи, поэтому он знал, что она, вероятно, была NPC. Однако у него всё равно невольно перехватило дыхание, когда она открыла глаза. Создатели этой игры сделали для этой NPC действительно красивую внешность. Пока Нин Шу и [Течение Прохладного Ветерка] пялились друг на друга, в голове Нин Шу внезапно появилась подсказка. "Герой, эта скромна девушка случайно растянула себе лодыжку. Прошу тебя, сходи в долину и найти лечебную траву." Герой?! Нин Шу напряглась и произнесла: - Герой, я… эта скромная девушка случайно растянула себе лодыжку. Не мог бы ты сходить в долину и помочь этой скромной девушке найти лечебную траву, которая называется небесная трава аконит? [Течение Прохладного Ветерка] понял, что это задание выданное системой, поэтому тут же принял его. Он повернулся и вошёл в долину. Нин Шу стала наблюдать за тем, как он уходит. В этот раз она не стала говорить ему точного местоположения травы, и не стала говорить, что эту траву охраняет босс, не говоря уже о слабостях босса. Судя по нынешнему уровню [Течения Прохладного Ветерка], ему, вероятно, будет трудно победить босса. Поэтому она скрестила ноги и стала ждать его возвращения. Как она и ожидала, он скоро вернулся. Она глянула на него и увидела, что он потерял три уровня от того, что был убит боссом. Его уровень и так был не особо высоким, а теперь ещё и уменьшился вдобавок ко всему. Нин Шу мысленно почувствовала удовольствие, когда спросила: - Герой, ты не смог принести мне ту траву? [Течение Прохладного Ветерка] не ответил. Было ясно, что он был не в самом хорошем настроении. После того, как он наконец-то нашёл ту небесную траву аконит, и уже собирался её подобрать, на него внезапно напал гигантский паук с кожистой шкурой. Его паутина сразу же заблокировала игрока на одном месте и он даже не мог дать отпор. Ради увеличения реализма игры, в ней были запрограммированы сенсорные стимуляции, которые также включали в себя и ощущение боли, так что, когда паук вонзает свои ядовитые клыки – это очень больно. Это очень больно и, в то же самое время, ужасающе. Он был серьёзно обеспокоен тем, что действительно умрёт. После того, как он, наконец, освободился от паучьей паутины, он убежал оттуда. В тот момент, когда он услышал, что эта NPC спрашивает его о том, удалось ли ему собрать траву, он почувствовал, как его лицо горит от стыда. И хотя его собеседником была всего лишь NPC, он всё равно чувствовал себя униженным. Особенно учитывая то, что NPC была такой красивой женщиной. Он вытер лицо, а потом сказал: - Босс, который охраняет то место слишком силён. В этот момент в мыслях Нин Шу появилась очередная подсказка. "Герой, это не важно. Тот восьмилапый ядовитый паук – злобный монстр, но я верю, что ты обязательно сможешь собрать небесную траву аконит и спасти меня. Эта скромная девушка верит в тебя, Герой. Ты обязательно сможешь это сделать." Нин Шу: … Блять. Сценарий был просто отвратительным. ---------- Бесполезный Мусор Губы Нин Шу дрогнули, а потом она посмотрела на [Течение Прохладного Ветерка] и сказала: - Бесполезный мусор. Ты не можешь даже сделать чего-то столь простого, как сбор травы? [Течение Прохладного Ветерка]: … Эта NPC явно сменила своё поведение на безжалостное. Да, конечно, люди говорят, что женщины непостоянны, но неужели даже NPC сделали подобную личность? [Течение Прохладного Ветерка] почувствовал себя оскорблённым и неуклюже ушёл. За последующий период времени Нин Шу поприветствовала множество игроков, которые добрались до этой части сюжета игры, но никто из них не добился успеха. Но этого стоило ожидать. Игра только недавно была выпущена, поэтому все игроки были довольно низкого уровня, не освоились с управлением и не имели хорошего снаряжения. К тому же, это была стадия для средних уровней, и сила атаки того паука была очень большой. Всё осложнялось ещё тем, что у этого паука были даже гнёзда, полные маленьких паучков. Когда паук чувствовал опасность, он призывал бесчисленное количество маленьких паучков. Нин Шу провела практически весь день, бездельничая и не нуждаясь в еде или дыхании. Ей даже не нужно было ходить в туалет. Она хотела потренироваться в Непревзойдённых Боевых Искусствах, но тут же сдалась, потому что это не работало. Это тело было лишь строчками чисел, так какой же смысл тренировать боевые искусства? Для неё это было впервые, когда её задание было таким беззаботным. Нин Шу решила побродить по окрестностям. Она нашла небесную траву аконит и увидела аномально огромного паука. Он был размером с два стола, а всё его тело было покрыто чёрным мехом. А ещё у него было огромное набухшее брюшко, полное липкой паутины. Его клыки тоже были довольно страшными. Этот большой паук полностью проигнорировал Нин Шу, потому что он не получил никаких инструкций атаковать. Даже если бы Нин Шу взяла сейчас небесную траву аконит, то большой паук не обратил бы на неё внимания. Но Нин Шу не стала брать эту траву, потому что для неё она была бесполезна, да и не было смысла делать то, что не соответствовало её роли. Всегда находились игроки, которые приходили к Нин Шу, чтобы попытаться пройти этот квест, и она следовала инструкциям системы, с радостью отправляя этих игроков на верную смерть. Практически каждый, кто входил в долину, выходил оттуда, потеряв несколько уровней. Спустя некоторое время [Течение Прохладного Ветерка] пришёл снова. Нин Шу не сочла странным его возвращение. В какой-то мере, изначальный хост была золотым пальцем [Течения Прохладного Ветерка]. В этот раз [Течение Прохладного Ветерка] пришёл не один, он привёл с собой ещё троих игроков. Похоже, что они собирались отправиться туда целой командой. Он знал, что не справится с огромным пауком в одиночку, поэтому привёл подмогу. Нин Шу посмотрела на ники, находящиеся у них над головами. Они назывались [Хризантема Раскрывается На Юг], [Промежности Прохладно От Ветра] и [Монстр Очень Сильный Иди Ты Вперёд]. Нин Шу лишилась дара речи. Что это были за имена такие? Однако в будущем все эти люди станут известными богами игры. Они были компаньонами [Течения Прохладного Ветерка] и, когда им попадались сложные квесты и сильные монстры, они брали квест вместе с [Течением Прохладного Ветерка] и сметали всех монстров со своего пути. [Хризантема Раскрывается На Юг] посмотрел на Нин Шу и сказал: - Ого, я впервые вижу такую красивую NPC! Я целыми днями сижу в деревне новичков и смотрю на главу деревни. А он там просто отвратительный старик со сморщенным лицом. Если бы я знал о ней раньше, то давно бы уже сюда пришёл. В данный момент, большинство игроков всё ещё блуждали вокруг деревни новичков. Уровни тех людей были не особо высокими. [Течение Прохладного Ветерка], вероятно, надеялся одолеть восьмилапого ядовитого паука количеством. Нин Шу решила, что эти люди были просто слишком наивными. [Течение Прохладного Ветерка] глянул на Нин Шу и сказал: - У этой NPC немного странный характер, так что не провоцируйте её. Нин Шу притворилась, что не услышала того, что сказал [Течение Прохладного Ветерка] и просто повторила квест. - Герой, эта скромная девушка случайно растянула себе лодыжку. Не мог бы ты сходить в долину и помочь этой скромной девушке найти лечебную траву, которая называется небесная трава аконит? Эта скромная девушка обязательно щедро тебя вознаградит. [Течение Прохладного Ветерка] глянул на Нин Шу, которая сейчас старательно изображала жалобный вид, а потом принял квест и вошёл в долину вместе со своими компаньонами. Нин Шу пожала плечами. Она ждала того дня, когда они вернутся с победой. Награда за этот квест была достаточно щедрой. Они не только получат небесную траву, но ещё и снаряжение, которое выпадет из гигантского паука. К тому же, она тоже даст им награду. ---------- Эта NPC Просто Сумасшедшая Нин Шу не думала, что эти четыре новичка смогут разобраться с пауком. В изначальной истории [Течению Прохладного Ветерка] поистине очень повезло, что изначальный хост подсказала ему способ убийства паука. Однако Нин Шу вовсе не собиралась давать [Течению Прохладного Ветерка] никаких подсказок, поэтому ей теперь очень хотелось увидеть, как он сыграет в этот раз. Это явно было подземелье среднего уровня, но [Течение Прохладного Ветерка] хотел пройти его, несмотря на то, что был новичком. Нин Шу была уверена, что он просто затаил обиду на это место. Её фраза о том, что он оказался мусором, вероятно, расстроила его, и теперь он настойчиво пытался пройти это подземелье. Нин Шу просто ждала снаружи, пока эти четверо выйдут оттуда. Прошло очень много времени, прежде чем они все четверо вернулись с угрюмой атмосферой, витающей вокруг них. Нин Шу увидела, что все они потеряли уровни. На игроке под ником [Промежности Прохладно От Ветра] всё ещё висели маленькие паучки, отчаянно вцепившиеся в него. И игрок никак не мог их стряхнуть. В итоге, маг под ником [Хризантема Раскрывается На Юг] выстрелил ледяным осколком и убил паучков. После убийства этих паучков, дородный парень под ником [Хризантема Раскрывается На Юг] получил жалкое количество опыта и несколько золотых монет. - Хе-хе-хе-хе… - Нин Шу прикрыла рот рукой и начала смеяться. – Герои, вы не смогли принести мне небесную траву? Четыре человека: … Почему она рассмеялась, когда они не выполнили задание? Эта NPC просто сумасшедшая. [Течение Прохладного Ветерка] вздохнул и сказал: - Босс был слишком сильным. В этот раз Нин Шу не стала снова называть [Течение Прохладного Ветерка] мусором, так как тут было много свидетелей. Нин Шу изобразила на лице сочувствие и сказала: - Герой, это не важно. Тот восьмилапый ядовитый паук – злобный монстр, но я верю, что ты обязательно сможешь собрать небесную траву аконит и спасти меня. Эта скромная девушка верит в тебя, Герой. Ты обязательно сможешь это сделать. [Течение Прохладного Ветерка] был удивлён, что в этот раз NPC была к нему так добра. Почти инстинктивно [Течение Прохладного Ветерка] спросил у неё: - Мы ищем для тебя божественную траву, так не могла бы ты рассказать нам, какие слабости или важные моменты есть у восьмилапого ядовитого паука? Что значит, "мы ищем для тебя божественную траву"? Они же явно делали это ради собственного квеста. Эта мадам не чувствует боли и прекрасно чувствует себя с этой розовой лодыжкой! Нин Шу не стала рассказывать [Течению Прохладного Ветерка] всей этой информации, как это было в изначальной истории, поэтому [Течение Прохладного Ветерка] теперь взял инициативу на себя и напрямую спросил об этом. Сила истории была очень сильной. А ничего, что он спрашивал это у NPC? Неужели он действительно думает, что она ему расскажет? Нин Шу накрыла свою опухшую лодыжку и жалобно сказала: - Герой, эта скромная девушка случайно растянула себе лодыжку. Не мог бы ты сходить в долину и помочь этой скромной девушке найти лечебную траву, которая называется небесная трава аконит? Эта скромная девушка обязательно щедро тебя вознаградит. [Течение Прохладного Ветерка]: … ---------- Предыстория к Истории [Промежности Прохладно От Ветра] решил, что [Течение Прохладного Ветерка] выставляет себя на посмешище. - С какой стати NPC это знать? У тебя мозги поджарились, или что? Разве не будет лучше посмотреть игровые руководства, чем спрашивать у NPC? Нин Шу посмотрела на них и продолжила повторять текст квеста. - Герой, эта скромная девушка случайно растянула себе лодыжку. Не мог бы ты сходить в долину и помочь этой скромной девушке найти лечебную траву, которая называется небесная трава аконит? Эта скромная девушка обязательно щедро тебя вознаградит. [Течение Прохладного Ветерка] мог лишь покачать головой и уйти вместе со своими компаньонами. Когда он уходил, он продолжал оглядываться на девушку, сидящую на траве, чья одежда слабо колебалась на ветру. Эта NPC была судьбоносной встречей для [Течения Прохладного Ветерка]. Вероятно, он и сам это чувствовал. Но её нынешняя личность отказывалась говорить с ним и отказывалась отвечать ему. Он мог просто умереть от волнения! Нин Шу поймала птицу, чтобы поиграть с ней. Когда игроки подходили к ней, она оповещала их о квесте. Иногда к ней приходили и игроки-женщины, но, конечно же, они терпели ещё более сокрушительные поражения, чем даже игроки-мужчины. Многие были даже вынуждены вернуться в деревню новичков, чтобы восстановиться. Нин Шу стала с нетерпением ждать того, кто же первым выполнит этот квест. В изначальной истории [Течение Прохладного Ветерка] был первым, кто выполнил этот квест. После этого на весь игровой мир было опубликовано оповещение о достижении [Течения Прохладного Ветерка]. Всё же, это было подземелье инстанс* среднего уровня, а он был первым, кто его прошёл, так что это было довольно знаменательное достижение. Как раз это и было той точкой, после которой репутация [Течения Прохладного Ветерка] начала постепенно распространяться по игровому миру. Так как изначальный хост продолжала выдавать [Течению Прохладного Ветерка] информацию о боссах, то достижения [Течения Прохладного Ветерка] продолжали накапливаться, и он стал богом в игре. Когда популярность игры значительно увеличилась, позиция [Течения Прохладного Ветерка] в качестве верховного бога игры уже была очень стабильной. К тому моменту [Течение Прохладного Ветерка] уже перестал небрежно брать квесты. Он работал только в команде, чтобы завершать финальные квесты или ради крайне мощных боссов, поэтому продолжал поддерживать своё существование в качестве бога игры. [Течение Прохладного Ветерка] смог заработать множество денег, просто играя в эту игру. Вообще-то, можно сказать, что это была предыстория к истории. Само начало истории, вероятно, можно было считать тем моментом, когда юный новичок столкнулся с великим богом игры. В реальности – это была просто идеальная розовая любовная история молодой девушки. Изначальный хост понятия не имела о том, что после её стирания, [Течению Прохладного Ветерка] понравилась второстепенная главная женщина, которая была игроком. Однако у Нин Шу были свои мысли по поводу того, как разобраться с этим. Ей понравилось писать код, так как в её голове постоянно проходили бесчисленные потоки цифр и кода. Нин Шу не знала, могла ли изначальный хост тоже видеть их. Она взяла деревянную палочку и начала переписывать тот код, что видела в голове, прямо на земле. После этого она просила 2333, чтобы он объяснял ей, что это значит. Если она сможет изучить эти кодовые команды, то она сможет стать экспертом в написании кода. Если она сможет получить уровень хакера, то так будет даже лучше, потому что она сможет внедряться в компьютеры, к которым ей нужно получить доступ. Система-сама имел гораздо более сложный код, чем у этой игры, поэтому он выражал своё презрение к этому коду, который имел сотни лазеек. Однако когда Нин Шу спрашивал его, он всё равно объяснял ей значение кода. Нин Шу старательно училась. И хотя ей было очень трудно уложить всё в голове, обучаясь каждый день, она наконец-то поняла, что имел в виду система, когда говорил, что в любом коде есть лазейки. Однако эти лазейки были разной степени уязвимости и их обычно трудно найти. Всё это только добавило Нин Шу мотивации обучаться. Если она сможет мастерски овладеть написанием кода, то сможет свободно перемещаться в этой игре и не быть стёртой. Обретя новую цель, Нин Шу перестала обращать так много внимания на [Течение Прохладного Ветерка] и больше сфокусировалась на изучении кода. Теперь, каждый раз, когда она видела цветы и траву, перед её глазами был лишь код. Множество строчек кода. [Течение Прохладного Ветерка] снова пришёл выполнять квест. В этот раз он пришёл один, но его уровень был выше, и у него было больше снаряжения. Он заметно отличался от того нищего, которым он казался в прошлый раз. Он выглядел уверенным и считал, что теперь у него достаточно сил, чтобы избавиться от паука. [Течение Прохладного Ветерка] подошёл к Нин Шу. Прежде чем Нин Шу даже успела произнести "Герой, эта скромная девушка бла бла", он сказал: - Я хочу взять этот квест. Нин Шу едва смогла остановить себя от того, чтобы закатить глаза. Она всё равно повторила обычный текст, после чего позволила [Течению Прохладного Ветерка] взять квест. Нин Шу стала наблюдать за тем, как [Течение Прохладного Ветерка] уверенно направляется в долину. В этот раз она тайком последовала за ним. [Течение Прохладного Ветерка] уже начал сражаться с восьмилапым ядовитым пауком. В этот раз [Течение Прохладного Ветерка] был гораздо сильнее, чем раньше и светящийся меч, который он держал, обладал крайне высокой силой атаки. Он оставлял одну глубокую рану за другой на теле восьмилапого ядовитого паука. Он даже обладал разъедающим эффектом. Нин Шу нахмурилась. [Течение Прохладного Ветерка] наверняка сможет убить этого паука, верно? Если он это сделает, то будет первым, кто одолел это подземелье. Разве она могла такое допустить? ______________________________________________________________________ * инстанс - создание отдельной копии подземелья для каждой находящейся в нём группы игроков ---------- Переставила Пару Символов Нин Шу нахмурилась. [Течение Прохладного Ветерка] не сможет ведь убить этого паука, верно? Если он это сделает, то будет первым, кто прошёл это подземелье. Как она может такое допустить? Битва была очень напряжённой. Нин Шу видела, что у [Течения Прохладного Ветерка] теперь очень мощное снаряжение. Она не знала, получил ли он его за выполнение квестов или просто купив за деньги. Вскоре восьмилапый ядовитый паук уже больше не мог выдержать таких атак и выпустил бесчисленное множество маленьких паучков, которые толпой накинулись на [Течение Прохладного Ветерка]. Взмахнув своим мечом несколько раз, [Течение Прохладного Ветерка] отправил множество огненных драконов на уничтожение этих маленьких паучков. Эти паучки тут же превратились в золотые монеты, которые собрал [Течение Прохладного Ветерка]. Судя по всему, [Течение Прохладного Ветерка] действительно был готов пройти этот квест для средних уровней. Нин Шу сделала глубокий вдох. Когда она увидела, что восьмилапый ядовитый паук вот-вот будет побеждён, она попыталась использовать те дрянные навыки в написании кода, что у неё были, чтобы изменить инструкции для восьмилапого ядовитого паука, чтобы он обрёл способность автоматически восстанавливать здоровье. Для Нин Шу этот огромный паук выглядел всего лишь как строчки кода, поэтому она переставила пару символов. После изменения этих символов, Нин Шу с ожиданием посмотрела на паука, чтобы посмотреть, есть ли у него признаки того, что он начал лечиться. Однако, к удивлению Нин Шу, паук не начал лечиться. Вместо этого он стал ещё больше, чем раньше. Теперь он был размером с комнату и выглядел ещё более зловеще. Нин Шу: … Неужели она переставила символы не туда? [Течение Прохладного Ветерка] был в ещё большей растерянности, чем Нин Шу. Он думал, что этот монстр уже практически убит, но он внезапно вырос и стал гораздо больше. У него глаза чуть не вывалились от удивления. Он тряхнул головой. Ему потребовалось немало труда и много удачи, чтобы добыть меч, который обладал огненным атрибутом. Заполучив его, он снова вернулся в то место, в котором уже множество раз постыдно проигрывал. [Течение Прохладного Ветерка] не знал почему, но у него было такое ощущение, что он должен пройти это подземелье. Это чувство было очень сильным, и поэтому он пришёл сюда, как только добыл это снаряжение. Но, в итоге, он всё равно нихрена не смог сделать. [Течение Прохладного Ветерка] развернулся и покинул долину. Когда Нин Шу увидела, что [Течение Прохладного Ветерка] сдаётся и убегает с поля боя, она выбежала из долины вперёд него, чтобы дождаться его у входа. Как только она увидела его, она прикрыла рот ладошкой и начала смеяться, отчего [Течение Прохладного Ветерка] потемнел лицом. Он лишь сказал, что не выполнил квест, а потом развернулся и ушёл. Как только [Течение Прохладного Ветерка] ушёл, Нин Шу снова помчалась в долину. Взглянув на огромного паука, она попыталась вернуть ему прежний вид. Если у монстра будут аномальные инструкции, то основная игровая система будет оповещена об этом. 2333: … Однако она обнаружила, что не может понять, какую часть она недавно меняла. Её выражение лица стало совершенно растерянным. В итоге, у неё не осталось иного выбора, кроме как попросить 2333-саму о помощи. - Какую часть кода я тогда поменяла? 2333: … #комментарий анлейта: Эта переводчица тоже хочет программировать игры! Есть ли среди читателей наниматели из отдела разработки игр, которые ищут летнего интерна-программиста на удалённую работу? ---------- Есть Ли Пилюли Интеллекта Для Людей? - С таким дрянным уровнем знаний тебе вообще нельзя лезть в код. Если ты поднимешь шумиху, и руководство игры тебя сотрёт, то это будет лишь твоей виной! – сказал 2333 раздражённым голосом, а потом указал на нужные символы. Ладно, сейчас она облажалась и ей нужно больше учиться. Нин Шу чувствовала себя очень глупой, поэтому она спросила у 2333: - А на системном рынке есть какие-нибудь пилюли интеллекта для людей? Я куплю их в следующий раз. - Прости, там есть только пилюли интеллекта для животных, - спокойно ответил 2333. – За выполнение каждого задания даются очки атрибутов, так что просто добавь эти очки атрибутов в интеллект. Ты осознала, насколько ты тупая, только когда дело дошло до использования своих мозгов? – с презрением в голосе добавил 2333. Нин Шу поменяла положение двух символов, и тогда огромный паук снова обрёл свой обычный размер. Она вздохнула с облегчением. Она продолжила тренироваться в написании кода. Всё вокруг было сделано из кода, и замены одной переменной было достаточно, чтобы лист травы превратился в дерево. Это было словно магия. Тем временем, [Течение Прохладного Ветерка] не мог избавиться от ощущения, что что-то не так. В прохождении для игры не упоминалось, что паук увеличится в размере, и он видел, что у паука тогда почти не осталось здоровья. [Течение Прохладного Ветерка] вернулся в главный город и оповестил своих компаньонов, чтобы собрать группу и отправиться выполнять квест в этой маленькой долине. Если они не смогут пройти эту долину, то как им беспрепятственно перемещаться в игре? Когда все собрались, [Течение Прохладного Ветерка] снова пришёл в долину. Нин Шу отшвырнула ветку, которую держала в руке и подняла брови, глядя на [Течение Прохладного Ветерка], который снова вернулся. Группа [Течения Прохладного Ветерка] снова увеличилась. Теперь у них добавился ещё один игрок, чей ник был [********]. Он был жрецом. То есть, по сути, нянькой всей группы. Его ник – это было что-то с чем-то. Дородный игрок, [Хризантема Раскрывается На Юг], поздоровался с Нин Шу. - Привет, мисс Красотка, мы снова встретились! Какая жалость, что эта красотка, всего лишь NPC. Нин Шу накрыла свою лодыжку руками и жалобно произнесла: - Герой, эта скромная девушка случайно растянула себе лодыжку. Не мог бы ты сходить в долину и помочь этой скромной девушке найти лечебную траву, которая называется небесная трава аконит? Эта скромная девушка обязательно щедро тебя вознаградит. Она уже сбилась со счёта, сколько раз она произносила эту строчку каждый день. Ей приходилось говорить это при каждой встрече с игроком. [Хризантема Раскрывается На Юг] покачал головой. - Какая же это всё-таки жалость, особенно учитывая, что она такая красотка. [Промежности Прохладно От Ветра] согласился с ним: - Вот если бы это была красивая девушка-игрок, - с этими словами он толкнул локтём [Течение Прохладного Ветерка]. – Разве вы не согласны, командир? - Командир постоянно приходит сюда ради этого квеста. Мне кажется, что командир влюбился в эту NPC. [Монстр Очень Сильный Иди Ты Вперёд] начал громко смеяться. Нин Шу: … И ладно, если бы они вели себя так непристойно перед совершенно безэмоциональной NPC, но хрена с два, NPC, что стоит перед вами, ребята, всё слышит, знаете ли?! Это было впервые в жизни, когда ей пришлось столкнуться с подобным поведением. Она очень хотела просто пнуть им промеж ног. Однако рядом с [Монстр Очень Сильный Иди Ты Вперёд] внезапно выросла длинная лиана и обхватила его ногу, приковывая его к одному месту. Все были изумлены этим, и только когда [Течение Прохладного Ветерка] наконец-то пришёл в себя, он срубил эту лиану. Разрубив лиану, [Течение Прохладного Ветерка] получил золотую монету. [Монстр Очень Сильный Иди Ты Вперёд] наконец-то отреагировал и в испуге отпрыгнул назад. - Охренеть! Ребята, вы видели, что эта лиана напала на меня? - В прошлый раз ничего подобного не было, так почему она сейчас тут появилась? [Монстр Очень Сильный Иди Ты Вперёд] испуганно огляделся по сторонам. [Течение Прохладного Ветерка] нахмурился. Это было очень странно. - Командир, мы всё ещё собираемся пройти этот квест? – спросил [********]. [Течение Прохладного Ветерка] спросил у Нин Шу: - Можешь объяснить, что сейчас произошло? Во время других квестов ничего подобного не случалось. Так почему же столь много неожиданных инцидентов было с этим инстанс-подземельем? Пока [Течение Прохладного Ветерка] разглядывал красивую NPC, стоящую перед ним, он не мог избавиться от чувства, что эта NPC очень отличается от других NPC, которые не имели такого гибкого поведения. Неужели эта долина была на самом деле не подземельем среднего уровня, а вообще финальным подземельем? Нин Шу вежливо улыбнулась и сказала: - В игровом мире существует множество опасностей. Просто вы, ребята, ещё не активировали нужную сюжетную линию. Если вы её активируете, то обнаружите, что квесты есть повсюду. Взгляд [Течения Прохладного Ветерка] загорелся светом, и он спросил: - А в этой долине есть скрытый квест? С какого хера мне тебе это говорить? Нин Шу ответила: - Игрок, пожалуйста, попробуйте самостоятельно активировать сюжетную линию. #комментарий анлейта: LMAO, я потратила целых 15 минут на то, чтобы перерыть различные исходники и попытаться понять что скрывается под ником [********], потому что думала, что ник игрока был зацензурен за то, что оказался слишком вульгарным. Но, оказалось, что это просто ник из 8 звёздочек. Orz ---------- У Этой Скромной Девушки Очень Болит Лодыжка [Течение Прохладного Ветерка] пытался выудить из этой NPC информацию, так как у него было такое ощущение, что эта NPC что-то знает. Однако она ему не говорила, и от этого его сердце пылало любопытством. Перед ним явно что-то было, но он никак не мог это заполучить. Это просто ужасное ощущение. Компаньоны [Течения Прохладного Ветерка] посмотрели на него, поэтому он кивнул и принял квест. Затем группа отправилась в долину. Нин Шу последовала за ними в долину и увидела, что они слажено работают в команде. Она слегка улыбнулась. [Течение Прохладного Ветерка] сказал своим компаньонам: - Осторожнее, сейчас эта штука станет гораздо больше. И поэтому все стали ждать, пока паук станет больше, но они обнаружили, что защита паука стала очень сильной. Они наносили ему множество атак, но здоровье паука совсем не уменьшалось. Их атаки едва наносили хоть какой-то урон. [Течение Прохладного Ветерка] был больше всех ошарашен происходящим. В прошлый раз, когда он использовал своё оружие, он всё равно мог наносить раны восьмилапому ядовитому пауку, и эти удары разъедали тело паука. Однако в этот раз не было вообще никакой реакции на его удары. Он не мог победить этого паука. Когда [Течение Прохладного Ветерка] увидел, что восьмилапый паук выпускает огромное количество маленьких паучков, он взмахнул мечом и отправил атаку огненным драконом, чтобы сжечь этих паучков дотла, а потом сказал остальным: - Идём. Хватит сражаться, выходим отсюда. Нин Шу стояла у входа в долину, поджидая их, а потом спросила: - Герои, что же вы всё никак не можете добиться успеха? У этой скромной девушки очень болит лодыжка. [Течение Прохладного Ветерка]: … [Течение Прохладного Ветерка] даже не знал, что сказать. Почему этот квест было так трудно пройти? Он казался почти невозможным. Босс вёл себя по-разному, каждый раз, как он к нему подходил. [Хризантема Раскрывается На Юг] сказал Нин Шу: - Красотка, потерпи ещё немного. В следующий раз мы обязательно добьёмся успеха. Пока он это говорил, он даже протянул руку и попытался погладить Нин Шу. Эта NPC выглядела очень реалистичной. Ему было интересно, какая она на ощупь. Нин Шу лишилась дара речи. Он позволил себе всякие вольности с NPC? А он, похоже, знает, как играть. - Ты позволил себе подобные вольности со мной? Активирован побочный квест первого уровня, - спокойно сказала Нин Шу. Это был игровой побочный квест, который был установлен заранее. [Хризантема Раскрывается На Юг] посмотрел на Нин Шу с ошеломлённым выражением лица. Нин Шу повернулась с другим игрокам с жалобным выражение на лице и сказала: - Герои, прошу вас о помощи! У этой скромной девушки нежное и слабое тело, но появился злой тиран, который желает взять эту скромную девушку силой. У этой девушки нет ничего ценного, чтобы выдать в качестве благодарности, и она может подарить лишь радужное птичье перо и две бутылочки пилюль жизненной энергии. Герои, прошу вас, спасите эту скромную девушку! [Хризантема Раскрывается На Юг] отпрыгнул от неё, словно его укусили. Он явно был игроком, но теперь стал монстром. Когда он увидел нечестивые ухмылки на лицах его компаньонов, [Хризантема Раскрывается На Юг] поспешно замахал руками. - Я же игрок! Я вовсе не собирался позволять себе всякие вольности! Позволять себе вольности с NPC? Да это же стыдоба! - Прости, Хриз, но кто просил тебя быть таким ценным? Радужное птичье перо – это ингредиент, который можно использовать для создания божественного оружия. Раз ты сам принёс всё это прямо к нашей двери, то зачем нам отказываться? - Блять, ребята, но вы же не можете быть такими бессердечными! Как вы можете бросить своего друга ради прибыли? [Хризантема Раскрывается На Юг] был окружён своими сопартийцами, которые начали его атаковать. Как командир группы, [Течение Прохладного Ветерка] не мог атаковать своего собственного сопартийца, поэтому он просто стоял в стороне и наблюдал. Периодически он поглядывал в сторону Нин Шу с очень сложным выражением в его взгляде. Наконец, [Хризантема Раскрывается На Юг] потерял уровень от атак и это здание было отмечено как выполненное. Нин Шу пронаблюдала за тем, как [Хризантема Раскрывается На Юг] уходит прочь с опухшим лицом, а потом выдала группе радужное птичье перо и две бутыли пилюль жизненной энергии. Нин Шу искренне насладилась представлением и с радостным лицом сообщила: - Премного благодарна, герои, за то, что проучили злого тирана и позволили этой скромной девушке избежать его злых лап! Когда [Хризантема Раскрывается На Юг] услышал слова Нин Шу, его лицо неконтролируемо исказилось на мгновение. ---------- Этот Принц Великолепен Когда группа [Течения Прохладного Ветерка] ушла, Нин Шу вернулась в долину, чтобы поменять код паука на обычный. После этого она снова начала изучать код с пылкой страстью. Возможно, она сможет освободиться от личности NPC. И хотя поведение 2333 очень раздражало, он много чего знал. Ну, нельзя сказать, что он всему этому научился. Скорее всего, все эти вещи были записаны в его базе знаний. Ему просто требовалось немного времени на то, чтобы найти нужную информацию. Нин Шу безостановочно писала на земле, пока училась и тренировалась. В итоге, кому-то наконец удалось пройти это подземелье. Это был игрок под ником [Этот Принц Великолепен]. Было системное оповещение на весь игровой мир о том, что игрок [Этот Принц Великолепен] прошёл квест Долины Паука. Когда [Течение Прохладного Ветерка] услышал эти новости, он был ошарашен. Этот игрок, [Этот Принц Великолепен] смог пройти этот сложный квест в одиночку? [Течение Прохладного Ветерка] отправился на поиски [Этот Принц Великолепен] и увидел, что уровень игрока [Этот Принц Великолепен] и все его характеристики были даже ниже, чем у него самого. Его группе не удалось пройти то подземелье, даже несмотря на то, что они были там вместе, но этот [Этот Принц Великолепен] смог пройти самостоятельно. [Течение Прохладного Ветерка] поговорил с [Этот Принц Великолепен]. Когда он услышал от [Этот Принц Великолепен], что у паука не было способности становиться больше или значительно увеличивать защиту, то от этого [Течение Прохладного Ветерка] впал в ещё большее замешательство. Как же так вышло, что большой паук становился всяческим образом сильнее, когда ему приходилось биться с ним, но для других людей он оказался таким простым? [Течение Прохладного Ветерка] решил, что разработчики игры целенаправленно сделали всё сложнее для него, но, рассуждая логически, он не мог найти причину, почему они могли бы на него так нацелиться. После успеха игрока [Этот Принц Великолепен], всё больше и больше людей успешно проходили это подземелье. От этого [Течение Прохладного Ветерка] чувствовал ещё большее неудовлетворение. И в то же самое время он чувствовал себя так, словно что-то потерял. Он внимательно следил за этим подземельем всё время и очень хотел быть первым, кто одолеет это подземелье. А подобный итог вызвал у него такое чувство, которое он не мог описать словами. Ради того, чтобы доказать свои догадки, [Течение Прохладного Ветерка] снова вернулся в долину, чтобы проверить, действительно ли этого паука было так легко победить. Если бы это действительно было так легко, то он давным-давно прошёл бы это подземелье. Когда Нин Шу увидела [Течение Прохладного Ветерка], она презрительно поджала губы. Она знала, что он придёт. [Течение Прохладного Ветерка] успешно прошёл подземелье. Он легко убил гигантского паука и собрал небесную траву аконит. Однако цвет его лица только ухудшился. Как оно оказалось таким лёгким? Неужели разработчики игры изменили сложность? Нин Шу наблюдала за тем, как разозлённый [Течение Прохладного Ветерка] помчался выполнять задание. Она удержалась от проявлений восторга, который она чувствовала и просто проследила за [Течением Прохладного Ветерка] взглядом. Нин Шу сделала это намеренно. Каждый раз, когда [Течение Прохладного Ветерка] приходил пытаться пройти квест, она увеличивала сложность. Как только он уходил, она возвращала прежнюю сложность. А как только какой-то игрок смог пройти это подземелье, то уже не было смысла усложнять этот квест для [Течения Прохладного Ветерка], так как её целью было лишь проследить за тем, чтобы [Течение Прохладного Ветерка] не был первым, кто пройдёт это подземелье. Эта долина была первым шагом [Течения Прохладного Ветерка] к установлению своей славы в игре. Однако теперь [Течению Прохладного Ветерка] больше не было смысла проходить этот квест. Всё же, несколько игроков уже прошли это подземелье, так что это уже не было каким-то выдающимся достижением. Как только [Течение Прохладного Ветерка] прошёл это подземелье, его компаньоны тоже пришли и прошли его. Однако в этот раз, когда они увидели Нин Шу, они уже не смели больше говорить всяких фривольных слов. Пройдя подземелье и получив свои награды, они ушли. ---------- Обвинительный Пост на Форуме Пройдя подземелье Долина Паука, [Течение Прохладного Ветерка] почувствовал себя лишь ещё более разъярённым. Он невольно стал подозревать, что кто-то целенаправленно усложнял для него игру. Как так вышло, что он сталкивался со всевозможными проблемами, когда пытался пройти это подземелье, но другим людям оно далось так легко? Поэтому [Течение Прохладного Ветерка] решил напрямую спросить об этом разработчиков игры на игровом форуме. В своём посте он, по сути, предположил, что разработчики игры меняют сложность игры по своему желанию. Он даже в подробностях описал то, как восьмилапый ядовитый паук менялся. Вскоре, пост [Течения Прохладного Ветерка] стал очень популярным. Ради того, чтобы проверить правдивость этого поста, множество игроков отправились в долину, чтобы лично всё проверить. Нин Шу, которая была в процессе старательного обучения, внезапно вынуждена была разбираться с наплывом игроков. Толпы людей внезапно пришли в это подземелье, что её ошарашило. В итоге, подслушав разговоры игроков, она поняла, что произошло. Оказывается, что они все пришли экспериментировать с большим пауком. Что ж, они могли экспериментировать сколько им влезет, так как с прошлого раза она больше не меняла код восьмилапого ядовитого паука. Сейчас паук был самым обычным. Даже если основная система игры проведёт сканирование, то она не найдёт никаких аномалий. И всё же, Нин Шу была удивлена реакцией [Течения Прохладного Ветерка]. Не будет ли он потом кусать локти от стыда? …… Но Нин Шу просто не могла понять чувств [Течения Прохладного Ветерка]. Если у подземелья была фиксированная сложность, то игроки могли принять поражение. Но если подземелье менялось каждый раз, то это выглядело так, словно игра издевается над ними. Игроки, которые пришли экспериментировать, обнаружили, что всё нормально, хотя тот игрок, что написал пост, описал всё так серьёзно, словно всё было по-настоящему. Множество игроков теперь чувствовали презрение по отношению к [Течению Прохладного Ветерка] и ответили ему в его посте. [Ты Мой Внук]: "Я лично всё проверил, там не было ничего такого, что описал создатель этого поста. Должно быть, создатель поста увидел призрака. Сочувствую…" [Семена Травки]: "Должно быть, создатель поста стал жертвой воспаления бредового расстройства." [В Полдень]: "+1, лапуля, всё идеально описал." [Прекрасное Имя]: "О чём именно думал создатель треда, когда писал подобный пост? Неужели он решил, что в него влюбился разработчик игры и таким образом пытался привлечь его внимание, верно?" … И хотя близкие друзья [Течения Прохладного Ветерка] поддерживали его, их комментарии вскоре потонули. Мнения, выраженные в этом посте, значительно перевешивали в одну сторону. Все лично проверили подземелье, так что большинство игроков решили, что [Течение Прохладного Ветерка] просто пытается привлечь к себе внимание наглой ложью. Подобные вещи легко можно было проверить, так что это явно была попытка привлечь к себе внимание посредством надуманной лжи. Должно быть этот парень любитель привлекать к себе внимание и в реальной жизни. Когда [Течение Прохладного Ветерка] увидел эти ответы, он чуть не взорвался от гнева. Эти люди даже не знают, что произошло! Члены команды [Течения Прохладного Ветерка] обменялись тревожными взглядами, а потом [Хризантема Раскрывается На Юг] попытался утешить [Течение Прохладного Ветерка]. - Командир, мы тебе верим, но какая польза от того факта, что мы тебе верим? Все остальные считают, что с тем местом всё в порядке. Должно быть нам попался какой-то баг или что-то вроде того. [Монстр Очень Сильный Иди Ты Вперёд] добавил: - Похоже, что это единственное подземелье с подобной проблемой, так что тебе не нужно больше беспокоиться о нём. Давай пройдём другие подземелья. [Течение Прохладного Ветерка] потёр свои виски. Он не мог подавить тот странный гнев в своём сердце. Он не совсем понимал из-за чего этот гнев, но это чувство было интенсивным. [********] сказал: - Командир, тебе надо перестать переживать из-за того подземелья. Недавно нашли ещё одно подземелье и, по слухам, там попадается очень хорошая добыча. [Течение Прохладного Ветерка] мог лишь кивнуть. Он никак не мог избавиться от чувства, что он что-то забыл. ---------- Какой Должна Быть Настоящая NPC Популярность поста [Течения Прохладного Ветерка] всё не стихала и, в итоге, это привлекло внимание игровых модераторов. Ради того, чтобы обеспечить справедливость, они просканировали данные инстанс-подземелья Долины Паука и вынесли вердикт, что всё было нормально. А потом они объявили этот вердикт. Когда [Течение Прохладного Ветерка] увидел это, он лишь холодно рассмеялся. Официальные представители могут говорить всё, что угодно, в любом случае, он уже признал поражение. [Течение Прохладного Ветерка] удалил свой пост, но после этого, каждый раз, как он брал квесты подземелий, он включал запись прохождения, чтобы у него были доказательства. Однако во всех последующих подземельях не происходило ничего странного. Нин Шу лишь равнодушно рассмеялась на этот счёт. Скоро она сможет освободиться от личности NPC. Однако, с её текущими слабыми навыками в написании кода, на это всё равно потребуется некоторое время, поэтому она отслеживала то, что происходит с [Течением Прохладного Ветерка]. Чего и стоило ожидать от того, кто обладает огромной удачей. На данный момент [Течение Прохладного Ветерка] уже приобрёл немного славы, благодаря своему мастерству и игровым навыкам. Она даже слышала, что он собирается основать свою фракцию. Но Нин Шу не переживала из-за этого и лишь продолжила старательно обучаться программированию. Код был очень сложным, а ей нужна была гарантия, что она сможет сбежать от контроля системы без каких-либо ошибок. После множества экспериментов, Нин Шу глубоко вдохнула, а потом выдохнула. Наконец-то ей удалось сделать NPC, которая была её идентичной копией. Эта NPC была связана с главной системой и выполняла системные команды вместо неё. По сути, эта NPC была как раз такой, какой должна быть настоящая NPC. Она внимательно и точно выполняла инструкции главной системы. После этого Нин Шу освободила себя от главной системы и зарегистрировала себя как игрока с ником [Преклонись Перед Этой Супругой]. Теперь она могла ходить по игре с личностью игрока, поэтому она сменила свою внешность и решила играть за мастера боевых искусств. Размахивание огромным мечом и разрубание врагов давало ей такое приятное ощущение. После этого Нин Шу начала жизнь игрока, без отдыха бегая по подземельям. Это позволило уровню Нин Шу быстро повышаться. Она не собиралась использовать свои навыки в написании кода для того, чтобы жульничать. Всё же, она была достойным и честным игроком. Если кто-то будет слишком часто выбирать тёмные тропы, то потом придётся столкнуться с призраком. Поэтому Нин Шу даже не думала о том, чтобы жульничать. К тому же, убийство безжизненных монстров, которые всего лишь состояли из строчек кода, было довольно приятным занятием. А ещё она вскоре набрала много хорошего снаряжения. В очередном огромном подземелье она наконец-то снова столкнулась с [Течением Прохладного Ветерка]. Как только она увидела его, она достала палаш, привязанный у неё за спиной, и закричала: - Мерзавец! Приготовься отведать моего клинка! После этого она бросилась на него, размахивая своим клинком. [Течение Прохладного Ветерка] был на мгновение ошарашен, а потом увидел, что какая-то чокнутая женщина набросилась на него. [Течение Прохладного Ветерка] просто увернулся от атаки Нин Шу. Он был не из тех, кто дерётся с женщинами, и ему не был известен игрок с ником [Преклонись Перед Этой Супругой]. Нин Шу проигнорировала тот факт, что [Течение Прохладного Ветерка] увернулся от неё и снова набросилась на него. Она настаивала на сражении с ним. - Ты с ума сошла? Если ты продолжишь вести себя подобным образом, то не вини меня в том, что я обойдусь с тобой жестоко. [Течение Прохладного Ветерка] холодно хмыкнул и достал свой светящийся меч, чтобы сразиться с Нин Шу. Нин Шу холодно рассмеялась. - Я настаиваю на том, чтобы отомстить за мою сестрёнку. Ты, зверь, который посмел играть с чувствами других людей! [Течение Прохладного Ветерка]: … Она реально была чокнутой. - Командир, с кем это ты играл? – спросил [Хризантема Раскрывается На Юг]. После этого он повернулся к Нин Шу: - Эй, красотка, если есть какая-то проблема, то давай всё обсудим как полагается. Зачем же доводить всё до насилия? Выслушай старшего братца Хризантему. Если есть какие-то проблемы, то давай присядем и спокойно поговорим. #комментарий анлейта: А я говорила, что хризантема – это сленговое обозначение ануса в современном китайском языке? Ну, теперь вы знаете. ---------- Ни Пинсен Нин Шу решила, что парень с ником [Хризантема Раскрывается На Юг] был самым вульгарным в их компании, поэтому просто глянула на него с презрением. - Вы, ребята, все одного поля ягоды. Вы наверняка из тех, что даже c NPC себе всякие вольности позволите. Сидеть рядом с вами мне вообще не кажется безопасным. [Хризантема Раскрывается На Юг]: … Тот случай был самым чёрным и худшим происшествием за время его игры. [Хризантема Раскрывается На Юг] прикрыл лицо руками, потому что его лицевые мускулы исказило. Остальные тоже хотели высказаться в защиту своего командира, но, когда они услышали этот комментарий, они тут же затихли. [Течение Прохладного Ветерка] посмотрел на Нин Шу, которая целенаправленно создавала шумиху, и сказал: - Я не знаю, о ком ты говоришь. Может ты просто приняла меня за кого-то другого? Нин Шу покачала головой. - Даже если бы ты сгорел дотла, то я бы всё равно узнала тебя. Из-за тебя моя сестра потеряла всю надежду в жизни, однако ты тут, оказывается, наслаждаешься бесплатной и свободной жизнью в игре! Я должна применить правосудие во имя Небес! [Течение Прохладного Ветерка] был совершенно ошеломлён. Когда это он вообще игрался с чувствами девушки? Он холодно рассмеялся и сказал: - Раз ты пытаешься привлечь моё внимание таким методом, то я скажу тебе, что мне это очень не нравится. Почему бы тебе не сказать имя своей сестры? Хватит уже так отвратительно пытаться подкатить ко мне. Нин Шу: … Неужели репутация [Течения Прохладного Ветерка] уже была настолько велика, что девушки-игроки вешались на него? - Ни Пинсен. Сокращённо NPC. - Никогда раньше не слышал о ней, - безэмоционально ответил [Течение Прохладного Ветерка]. Нин Шу холодно рассмеялась. - Конечно же, ты не помнишь. Ты разбил сердце моей сестре, но теперь её даже не помнишь. Как я и ожидала, ты действительно бессовестно жестокий. [Течение Прохладного Ветерка] уже теперь выглядел очень раздражённым. Однако если вдруг появляется человек и говорит, что ты играл с чувствами девушки, то это вполне естественно – чувствовать раздражение. Он начал атаковать мечом, чтобы уничтожить эту раздражающую и шумную девушку. Нин Шу холодно рассмеялась, отбиваясь от атак [Течения Прохладного Ветерка]. А потом она холодно сказала: - Гляди-ка, тебе так стыдно, что ты даже разозлился! Ты хитростью заставил мою сестру влюбиться в тебя и воспользовался ею, чтобы добиться своих собственных целей! Ты просто настолько сволочь, что более сволочным уже некуда быть! - Чокнутая. [Течение Прохладного Ветерка] без всяких эмоций начал нападать, но обнаружил, что его противник способен уворачиваться от его атак, поэтому он начал атаковать серьёзнее. Снаряжение Нин Шу было не таким сильным, как у [Течения Прохладного Ветерка], поэтому ей было немного трудно отбиваться от его атак. Однако это не означало, что её было так легко победить. Люди, которые были вокруг них, обменялись взглядами. Когда это успел появиться такой сильный игрок? И когда вообще девушки играли за мастера боевых искусств. Лишь немногие девушки выбирали для себя такую роль в игре. Большинство из них выбирали роли поддержки, которые выглядели более элегантными. Нин Шу увидела, что ей сейчас не сравниться с [Течением Прохладного Ветерка], поэтому, чтобы избежать потери уровней из-за того, что он её убьёт, она отошла на несколько шагов, чтобы избежать его атак. [Течение Прохладного Ветерка] холодно посмотрел на Нин Шу. На данный момент [Течение Прохладного Ветерка] уже имел вокруг себя атмосферу бога. Он казался равнодушной ледяной горой, которая наблюдает за миром. - Хватит уже драться, если есть что сказать, то давай просто обсудим это. [Промежности Прохладно От Ветра] видел, что эти двое уже больше не хотят сражаться. Навыки у [Преклонись Перед Этой Супругой] были немного ниже, чем у их командира, но их командир не хотел, чтобы его заклеймили тем, у кого нет самообладания и кто издевается над игроками-девушками. Нин Шу насмешливо сказала: - В этот раз я тебя отпущу. Я пришла пройти подземелье. [Течение Прохладного Ветерка] ничего не сказал и лишь холодно рассмеялся. Над чем это он смеётся? Эта фальшивая улыбка просто отвратительна. Неужели он думает, что так он выглядит круто? Тупой нарцисс! К ним подошёл [Хризантема Раскрывается На Юг] и сказал: - Красотка, ты тоже пришла проходить это подземелье? Почему бы нам не объединиться? В этот раз монстр очень сильный. У тебя неплохие навыки, так почему бы тебе не объединиться с нами, и, попутно, разобраться со всем этим недовольством? Всё же, от улыбки станет всем светлей. Он даже похотливо смотрел на лицо Нин Шу, отчего Нин Шу очень захотелось просто выковырять ему глаза. ---------- Чернильный Галактический Зверь Её нынешняя внешность полностью отличалась от внешности той NPC. Как максимум, её лицо теперь считалось деликатным и симпатичным. Но даже так, этому парню оно всё равно нравилось. Неудивительно, что он позволил себе такие вольности с NPC. Нин Шу глянула на [Течение Прохладного Ветерка], а потом холодно хмыкнула и сказала с презрением в голосе: - Да я ни за что не собираюсь тусить с такими, как он. [Течение Прохладного Ветерка] холодно сказал: - У тебя даже нет права присоединяться к моей группе. Нин Шу презрительно поджала губы, а потом повернулась и вошла в подземелье. Это подземелье было сделано в виде руин дворца. В этом дворце было много сокровищ и несколько спрятанных божественных видов оружия. Была даже возможность, что камень, мимо которого ты пройдёшь, на самом деле окажется высококачественным самоцветом. Однако для Нин Шу подобные вещи выглядели лишь как строчки цифр. Ей было совсем несложно находить всякие хорошие вещи. Группа [Течения Прохладного Ветерка] тоже вошла в этот дворец. Благодаря острым инстинктам, группа [Течения Прохладного Ветерка] смогла найти много сокровищ. Чего и стоило ожидать от главного мужчины, который родился с ореолом удачи. Нин Шу обнаружила, что всё снаряжение [Течения Прохладного Ветерка] было товарами высочайшего качества. Снаряжение остальных было не намного хуже. Это была просто банда богатеньких идиотов. Ей очень хотелось просто обобрать этих ребят. Финальным боссом, который охранял этот дворец, был чернильный галактический зверь. Всё его тело было чёрным, словно тень, и он обладал невероятно большой скоростью. Этот босс мог подобраться к игроку прежде, чем у того будет даже шанс отреагировать, и он мог снести игроку уровень одним ударом когтистой лапы. Ещё пара взмахов и игрок будет вынужден вернуться в город. Они могли восстановить потерянные уровни, но проблема была в том, что его атаки настолько болезненны, что от них просто тошнит кровью. Это ощущение было просто слишком реалистичным. Нин Шу первой начала сражение с боссом, но он оказался слишком быстрым. Она была совершенно ошарашена. Она проанализировала код босса, но, чем сильнее был босс, тем более стабильным был его код. Она даже не знала, где начинать менять показатели. Как оказалось, её познания в программировании всё ещё были дрянными. Ей нужно было больше учиться. Босс пнул Нин Шу в спину и она тут же почувствовала невыносимую боль. С тех пор, как она стала игроком, её свойства были как у остальных игроков. Даже несмотря на то, что она была всего лишь строчками чисел, она всё равно чувствовала боль. - Эй, красотка, нужна помощь? – спросил [Хризантема Раскрывается На Юг], лучезарно улыбаясь. Каждый раз, когда Нин Шу видела улыбку этого дородного парня, у неё было ощущение, что эта улыбка крайне вульгарная. Нин Шу хмыкнула и поднялась с земли. - Не нужна. [Течение Прохладного Ветерка] глянул на Нин Шу, а потом начал атаковать босса всей командой. Нин Шу увидела, что все они довольно сильные. Чего и следовало ожидать от будущих непоколебимых богов. Нин Шу решила отступить. Этот босс был слишком сильным, поэтому она не могла с ним справиться. Ей нужно было набрать ещё несколько уровней и найти снаряжение получше, прежде чем возвращаться сюда. Когда [Течение Прохладного Ветерка] увидел, что игрок-девушка собралась уходить, в его взгляде промелькнула резкая вспышка. Он развернулся и побежал за Нин Шу. Нин Шу: … Блять. Вот ведь чёртов ублюдок! Когда Нин Шу увидела, что [Течение Прохладного Ветерка] заманивает босса на неё, она впала в ярость. Она подняла свой палаш, чтобы приготовиться ко встрече с боссом в лобовой атаке. Ей было так больно, что ей даже пришлось отдышаться. Она развернулась и побежала. Даже спустя десять лет дворянину не поздно будет отомстить. В следующий раз она обязательно будет убивать [Течение Прохладного Ветерка], пока он не потеряет пять уровней. Нет, даже десять уровней. ---------- Игра Жизни Когда [Течение Прохладного Ветерка] увидел, что Нин Шу сбежала, он слегка нахмурился. Ему очень не понравилась эта девушка-игрок, особенно её взгляд. Он не мог избавиться от чувства, что где-то его уже видел раньше. От этого взгляда в его сердце появлялось мрачное чувство, которое ему очень не нравилось. Остальные члены команды посмотрели на [Течение Прохладного Ветерка]. [Хризантема Раскрывается На Юг] сказал: - Командир, неужели ты выманил босса, чтобы убить её. Она даже потеряла пять уровней. [********] согласился. - Командир, это было довольно низко. [Хризантема Раскрывается На Юг] кивнул. - Ага, это действительно было низко. [Течение Прохладного Ветерка] раздражённо ответил: - Хватит уже. Ребята, вы ведёте себя подобным образом только потому, что она – девушка-игрок. Если бы это был парень, то стали бы вы его так защищать? [Хризантема Раскрывается На Юг] пожал плечами. - Редко когда попадаются девушки-игроки, у которых всё на высоте. И навыки, и уровни, и даже красота. Конечно же, она невольно кажется нам особенной, верно? Ха-ха-ха-ха. В итоге, [Течение Прохладного Ветерка] и остальные убили босса, и тот взорвался, давая им несколько предметов снаряжения. Главная система игры оповестила мир о достижении группы [Течения Прохладного Ветерка]. У игроков слюнки потекли, когда они увидели снаряжение, которое получила группа. В это время Нин Шу уже вернулась в город. Из-за одного этого похода она потеряла пять уровней. Она не ожидала, что [Течение Прохладного Ветерка] окажется таким дурным персонажем. Это совершенно не вязалось с его утончённой и красивой внешностью персонажа. Она была слишком небрежной. Она начала подозревать, что если бы основная система игры не засекла аномалию изначального хоста, то [Течение Прохладного Ветерка], вероятнее всего, сам оповестил бы разработчиков игры об этой лазейке, чтобы изначального хоста стёрли. В этот раз она попалась в его ловушку, но следующего раза не будет. Нин Шу сфокусировалась на тренировке в написании кода. Она была решительно настроена однажды узнать весь код этого игрового мира. Её нынешняя техника была недостаточно скрупулёзной. Она не смела небрежно менять код, потому что, если её раскроют, то ей конец. А если её сотрут, то она даже не сможет это оплакать. Раз она потеряла пять уровней, то у неё не осталось иного выбора, кроме как отправиться в очередной поход по подземельям, чтобы собирать добычу с монстров и набрать опыт, дабы вернуть свои уровни. Чем выше был уровень игроков, чем больше преимуществ у них было. Сила защиты и атаки игроков значительно увеличивались. Нин Шу внезапно почувствовала, что когда она выполняла задания, она словно играла в игру. Когда она выполняла задание, она получала награду. Вот только та игра, в которую играла она, была гораздо сложнее по сравнению с этой, так как на кону была её собственная жизнь. Если она не выполнит задание, то она потеряет всё. Однако в подобной игре можно всё начать заново и попытаться снова. Нин Шу вернулась в Долину Паука, чтобы проверить как там дела. Пока она там была, она приготовилась убивать монстров на своей собственной территории. Двойник NPC была очень ответственной. Как только она увидела, что Нин Шу подошла к ней, она попросила Нин Шу о помощи. Нин Шу посмотрела на красивую, но негибкую NPC. Если бы изначальный хост была такой, то её бы точно не стёрли. Однако, какой смысл быть существом, которое ничего не знает? Возможность чувствовать эмоции – это нечто такое, чего никогда не заменить. Жаль, что у неё были эмоции, но не было знаний о том, какой этот мир, и из-за этих самых эмоций она и довела себя до могилы. Изначальный хост и [Течение Прохладного Ветерка] никогда не были бы вместе, потому что у людей и нелюдей разные пути развития. А тут вообще был долбанный случай с человеком и строчками кода. Это было самое странное сочетание из всех возможных. [Течение Прохладного Ветерка] использовал изначального хоста. Возможно, в глубине души, он знал, что он нравится этой NPC. Вероятно он даже чувствовал из-за этого отвращение, но всё равно продолжил уговаривать и обманывать изначального хоста. Нин Шу взяла квест и вошла в долину. Как только восьмилапый ядовитый паук увидел, что Нин Шу собирается подобрать небесную траву, он начал плеваться паучьей паутиной в сторону Нин Шу, чтобы поймать её. Ещё тогда, когда она всё ещё была NPC, этот паук полностью игнорировал её существование, но теперь, когда она стала игроком, он сразу же начал её атаковать. ---------- Потерянная Маленькая Мими Нин Шу сразу пронзила большое брюхо паука своим палашом и паук был убит. Она взяла небесную траву аконит и отправилась сдавать задание. Однако для того, чтобы прокачаться на пять уровней нужно было много очков опыта. И с каждым последующим уровнем – всё больше. Чем больше Нин Шу гриндила, тем больше становилась её обида на [Течение Прохладного Ветерка]. Когда у неё будет хорошее снаряжение и достаточно высокий уровень, то она обязательно убьёт [Течение Прохладного Ветерка] как минимум сотню раз. Когда Нин Шу только собралась отправиться к следующему подземелью, она внезапно услышала голоса двух девушек. Вскоре она увидела этих двух девушек, которые шли, взявшись за руки. Было ясно, что они пришли сюда гриндить монстров. Однако они держались за руки и смотрели по сторонам так, словно просто гуляли по улице и разглядывали витрины. Манера их поведения лишила Нин Шу дара речи. Она посмотрела поверх их голов, чтобы прочитать их ники. Одну из них звали [Потерянная Маленькая Мими]. Она была младшим алхимиком. Нет, её уровень был слишком низким, так что она была не более чем учеником алхимика. Другую звали [Безупречный Морозный Лотос] и она была магом. Их уровень был довольно низким, но они всё равно пришли проходить подземелье для средних уровней. Было ясно, что это просто были новички, которые только пришли в Дзяньху. Нин Шу развернулась, чтобы уйти. Ей всё ещё нужно было пройти следующее подземелье. Сделав несколько шагов, Нин Шу внезапно кое-что вспомнила. Разве истинной любовью [Течения Прохладного Ветерка] не была девушка под ником [Потерянная Маленькая Мими]? А это означает, что эта маленькая девушка-алхимик была главной женщиной. Изначальный хост никогда не сталкивалась с главной женщиной, поэтому она, естественно, не знала как выглядит главная женщина. Нин Шу развернулась, чтобы оценить [Потерянную Маленькую Мими]. Она была маленькая, деликатная и выглядела очень весёлой и энергичной. С первого взгляда было ясно, что это очень простая и наивная молодая девушка. А значит, она явно была главной женщиной-сама. Нин Шу снова развернулась, чтобы уйти. Она наверняка ещё столкнётся с этой [Потерянной Маленькой Мими], раз уж ей всё равно придётся охотиться на [Течение Прохладного Ветерка] и убить его. Когда Нин Шу только собралась уходить, её окликнул чей-то голос с просьбой остановиться. Этот голос был ясным и жизнерадостным. - Старшая сестрица, подожди! Нин Шу: … У неё появилось предчувствие, что сейчас у неё появится проблема. - Старшая сестрица, - [Потерянная Маленькая Мими] потащила за собой свою подругу, [Безупречный Морозный Лотос], и побежала к Нин Шу. Нин Шу увидела, что та держит в руке небольшую медицинскую корзину, в которой было несколько низкоуровневых трав. Такие травы можно было найти где угодно. Это было очень печальное зрелище. При ближайшем рассмотрении Нин Шу обнаружила, что [Потерянная Маленькая Мими] очень милая. У неё было небольшое круглое лицо, светлые глаза. Её полное юности лицо было обмазано тональным кремом, отчего оно выглядело очень гладким и эластичным. Люди невольно испытывали непреодолимое желание ущипнуть её за щёку и проверить, смогут ли они выжать из неё воду. В частности, [Течение Прохладного Ветерка] любил дразнить подобных юных леди. Нин Шу безразлично спросила: - Вам что-то нужно? [Потерянная Маленькая Мими] робко спросила: - Старшая сестрица, как нам взять квест? Нин Шу: … Нин Шу указала в сторону красивой NPC и сказала: - Девчата, подойдите туда, и NPC скажет вам что делать. - А поподробнее можешь объяснить? – спросила [Потерянная Маленькая Мими]. Нин Шу: Я… Они уже больше не были на уровне обычных новичков, а опустились до уровня тупиц. Если игра для них была чем-то новым, тогда им стоило сначала прочитать начальное обучающее руководство по игре. Когда [Потерянная Маленькая Мими] увидела, что её собеседница странно на неё смотрит, она стала ещё более сдержанной и спросила: - Мы тебя сильно отвлекаем? - Девчата, да просто подойдите туда. И NPC выдаст вам квест, - вяло сказала Нин Шу. - Спасибо. [Потерянная Маленькая Мими] поспешно поблагодарила Нин Шу, а потом потянула свою подругу в сторону NPC. Нин Шу услышала, как девушка под ником [Безупречный Морозный Лотос] проворчала: - И чего она такая надменная? Неужели только потому, что её уровень немного выше нашего? Такая высокомерная. #комментарий анлейта: Мими – в китайском языке это милый способ обращаться к кошечкам. ---------- В Этой Долине Полно Трав Нин Шу с лёгкостью расслышала то, как [Безупречный Морозный Лотос] назвала её надменной и высокомерной, поэтому она развернулась, скрестила руки на груди и начала наблюдать за этими двумя девушками. - Не говори так. [Потерянная Маленькая Мими] потянула свою подругу за рукав. Когда она обернулась и увидела, что Нин Шу внимательно смотрит на них, она почувствовала смущение и поспешно отвернулась. Двум маленьким новичкам каким-то образом удалось принять квест, а потом они испуганно вошли в долину. Нин Шу внезапно стало немного любопытно. Смогут ли эти две девушки вообще найти квестовое место? Возможно даже, что они просто будут бродить по долине, так никогда и не найдя то место, где была небесная трава аконит. Поэтому она начала тренироваться в написании кода при помощи ветки, стоя у входа в долину и ожидая возвращения двух девушек-игроков. Спустя долгое время, [Потерянная Маленькая Мими] и [Безупречный Морозный Лотос] вернулись. Они вышли совершенно невредимыми и их уровни не убавились. Нин Шу была удивлена. Неужели им двоим удалось убить восьмилапого ядовитого паука? Две девушки не стали подходить к NPC, чтобы сдать квест. Когда [Потерянная Маленькая Мими] увидела Нин Шу, она радостно подбежала к ней. [Потерянная Маленькая Мими] спросила у Нин Шу: - Старшая сестрица, ты нас ждала? Нин Шу не ответила, поэтому [Потерянная Маленькая Мими] продолжила говорить: - Старшая сестрица, в той долине полно трав. Гляди, как много я нашла! Нин Шу заглянула в медицинскую корзинку на спине у [Потерянной Маленькой Мими] и обнаружила, что там теперь стало ещё больше низкоуровневых трав. [Потерянная Маленькая Мими] сказала: - Мы не смогли найти нужное место, но раз там были травы, то мы с [Безупречным Морозным Лотосом] начали собирать их. Там было так много трав! У Нин Шу слегка приоткрылся рот, а та ветка, которую она держала, выпала из руки. Это было просто невыразимо ужасающе. Сколько же нужно уверенности, чтобы принимать глупость за милоту? Если человек тупой, то ему просто нужно больше учиться. Губы Нин Шу дрогнули. Она решила, что ей нужно отправиться на прохождение подземелий, а потом убить [Течение Прохладного Ветерка], чтобы отомстить. Какой смысл тратить тут время? Изначально [Потерянная Маленькая Мими] вообще не играть сюда пришла. Она пришла сюда лишь для того, чтобы найти для себя прекрасный роман. По сравнению с этой девушкой, Нин Шу почувствовала, что она довольно умная. Нин Шу развернулась и ушла. Её мысли теперь были заняты тем, что ей нужно добыть ездовое животное. Потому что ходить повсюду пешком – это уже стало слишком утомительно. ---------- Самая Первая Фракция [Потерянная Маленькая Мими] хотела ещё немного поговорить с этой старшей сестрицей, но та просто взяла и ушла, не сказав ни слова, отчего [Потерянная Маленькая Мими] почувствовала себя немного неловко. Стоящая рядом с ней [Безупречный Морозный Лотос] презрительно поджала губы. - Мими, зачем ты с ней заговорила? С первого же взгляда очевидно, что она из тех, кто смотрит на людей свысока. Она такая высокомерная, потому что её уровень выше. Хватит уже приставать к людям вроде неё. [Потерянная Маленькая Мими] могла лишь кивнуть. А потом она спросила с предвкушением в голосе: - Когда у нас тоже будут такие высокие уровни, и когда мы станем экспертами? - Этот день обязательно настанет, - сказала [Безупречный Морозный Лотос]. Нин Шу знала, что эти две девушки были очень недовольны тем, как она себя ведёт, но что с того? Неужели она должна была вести себя с ними дружелюбно и скромно? Это был игровой мир, в котором ресурсы и навыки, которыми ты обладаешь, были показателями твоего ранга. Если высокоуровневый игрок вроде неё будет унижаться, общаясь с двумя новичками, то это будет тот ещё спектакль. Нин Шу прошла ещё пару подземелий, но это всё равно было недостаточно, чтобы вернуть её уровни обратно. А всё потому, что если игроки пытались вернуть свои уровни после их потери, то им нужно было на 20% больше очков опыта, чем раньше. Вот почему Нин Шу затаила обиду на [Течение Прохладного Ветерка]. Пока она старательно трудилась и проходила всякие подземелья, появилось мировое оповещение: "Через два дня Великий Бог [Течение Прохладного Ветерка] создаст свою фракцию. Всех игроков приглашают в гости." Это была самая первая фракция в игре. Амбиции [Течения Прохладного Ветерка] были поистине очень большими. Прежде чем основать фракцию, нужно было выполнить требования по уровню репутации, боевой силе и прочим характеристикам. После основания фракции главная система игры выдавала каждой фракции пару торговых лавок. Эти магазины были практически настоящим сокровищем. По мере того, как в игру приходило всё больше и больше игроков, всё больше богатых людей появлялись в игре, поэтому эти торговые лавки могли приносить фракциям огромные выгоды. Это место было практически как настоящий мир Дзяньху. Однако тут было лишь несколько человек, которые соответствовали требованиям для создания фракции. Нин Шу стиснула кулаки. Раз уж этот парень собирается основать фракцию, то ей нужно будет прийти, чтоб поздравить его. Новость о том, что [Течение Прохладного Ветерка] собирается основать фракцию, вызвала волнение в мире. Он смог основать фракцию за столь короткий период времени? Он поистине бог. Всем было известно, что большинство игроков только вышли из начальных уровней и постепенно продвигались вперёд, но бог уже прокачался настолько, что мог основать фракцию. И всё же, Нин Шу чувствовала, что нынешний [Течение Прохладного Ветерка] был заметно слабее [Течения Прохладного Ветерка] из изначальной истории. Он не был настолько невероятно божественным, как в изначальной истории. Нынешний [Течение Прохладного Ветерка] казался очень нетерпеливым и беспокойным. Словно он пытался активно продемонстрировать всем каждое своё достижение, отчего начинало казаться, что эти достижения не такие уж и впечатляющие. Его с трудом можно было назвать великим богом, но его уж точно нельзя было назвать верховным богом. Нин Шу чувствовала, что в игре уже наверняка есть и другие великие боги, но они вели себя более сдержанно. Те временем, на лицах [Потерянной Маленькой Мими] и [Безупречного Морозного Лотоса] было полно почтения, когда они услышали эти новости. [Безупречный Морозный Лотос] сказала [Потерянной Маленькой Мими]: - Мими, давай вступим в эту фракцию. Тогда мы сможем найти себе учителя и нам будет проще выполнять квесты. Взгляд [Потерянной Маленькой Мими] просветлел, но она неуверенно сказала: - Наши уровни слишком маленькие. Наверняка мы им такие не нужны. [Безупречный Морозный Лотос] похлопала по плечу [Потерянную Маленькую Мими] и уверенно сказала: - Конечно же, мы им нужны. Не забывай, что ты – алхимик. Больше всего сектам нужны люди, которые выбрали роль поддержки, так что нас точно примут. - Ладно, тогда давай попробуем. [Потерянная Маленькая Мими] тут же снова начала улыбаться, отчего её лицо стало невообразимо очаровательным. ______________________________________________________________________ Два дня спустя Нин Шу пришла в город, где [Течение Прохладного Ветерка] открывал свою фракцию. Эта фракция называлась [Секта Верховного Дракона]. Название было довольно смелым и вполне в духе синдрома восьмиклассника. Множество игроков приносили поздравительные подарки и вступали во фракцию. Нин Шу держала в руке перо феникса и уже собиралась было отдать его тому, кто стоял у дверей, но, когда она увидела, что игроков приветствовал тот вульгарный парень, [Хризантема Раскрывается На Юг], она тут же убрала перо. Когда [Хризантема Раскрывается На Юг] увидел перо, то его взгляд просветлел. Однако едва он только протянул руки, чтобы взять его, как игрок убрал перо. Когда он посмотрел на игрока и увидел, что это была Нин Шу, его сердце тут же ёкнуло. Судя по выражению её лица, она явно пришла сюда поднимать шумиху. [Хризантема Раскрывается На Юг] улыбнулся Нин Шу и сказал: - Привет, красотка, давно не виделись. Ого, ты снова повысила уровень! Поздравляю, поздравляю! [Хризантема Раскрывается На Юг] почесал затылок, говоря это, и широко улыбнулся, но он не пригласил Нин Шу внутрь. Было ясно, что ей тут не рады. Нин Шу ответила улыбкой, которая была такой же искренней, как и её слова: - Я вас тоже поздравляю. Спустя такой короткий период времени после старта игры, а вы, ребята, уже основали фракцию. Когда я услышала новости, я захотела прийти, чтобы восхититься этим событием. Вот мой поздравительный подарок. Нин Шу швырнула [Хризантема Раскрывается На Юг] золотую монету и сказала без капли искренности: - Поздравляю с основанием самой первой фракции. Когда [Хризантема Раскрывается На Юг] поймал золотую монету, его лицо невольно исказилось. ---------- Старшая Сестрица, Можешь Провести Нас Внутрь? Поздравительный подарок – всего одна золотая монета? Уж лучше вообще ничего не получить. Выражение лица [Хризантема Раскрывается На Юг] стало ледяным, когда он сказал: - Мисс Красотка, мы, Секта Верховного Дракона, приветствуем всех в этот праздничный день, но вам действительно не стоило этого делать. Нин Шу моргнула в притворном замешательстве. - Неужели вам, ребятам, не нужен поздравительный подарок? [Хризантема Раскрывается На Юг] бросил ей обратно золотую монету. - Да заходи ты уже. Нин Шу убрала золотую монету, а потом спросила: - Какого уровня сейчас ваш лидер секты? [Хризантема Раскрывается На Юг] с опаской посмотрел на неё. - А ты зачем об этом спрашиваешь? - Просто интересно. Ты чего так разнервничался? Нин Шу рассмеялась. Двое новичков, стоящих поблизости, подслушали их разговор. [Потерянная Маленькая Мими] была немного в панике, когда сказала: - Нам нужно было принести поздравительные подарки? Но у нас же ничего нет. У [Безупречного Морозного Лотоса] на лице тоже было встревоженное выражение. - Значит, мы не сможем войти? Но как же нам тогда вступить в Секту Верховного Дракона, если мы не сможем войти? [Потерянная Маленькая Мими] увидела, что старшая сестрица, с которой они уже сталкивались, похоже, знакома с людьми из Верховной Секты Дракона, поэтому она потянула за собой [Безупречный Морозный Лотос], подбежала к Нин Шу и попросила: - Старшая сестрица, можешь провести нас внутрь? Нин Шу: Эх… Когда [Потерянная Маленькая Мими] увидела, что Нин Шу ничего не говорит, она повернулась и к [Хризантема Раскрывается На Юг] и спросила: - Можете нас впустить? Мы пришли принимать участие в церемонии открытия и хотели бы вступить в Секту Верховного Дракона. [Хризантема Раскрывается На Юг] теперь тоже был озадачен. Когда он увидел низкие характеристики этих двух девушек, то он даже не мог смотреть прямо на них, и от этого чуть совсем не лишился дара речи. - Наша секта сейчас не принимает игроков. - Ох. [Потерянная Маленькая Мими] была очень разочарована. Все эти эмоции тут же стали видны на её лице. [Безупречный Морозный Лотос] сказала: - Я – маг, а она – алхимик. Хоть она ещё очень низкоуровневая, она очень скоро сможет создавать пилюли. [Хризантема Раскрывается На Юг]: … Им вообще не нужен был такой дрянной алхимик. У них и так было полно опытных алхимиков, которые хотели вступить в их секту. Однако эти две девушки были очень милыми. [Хризантема Раскрывается На Юг] потёр свой подбородок, раздумывая о том, как бы поступить. Нин Шу подняла брови. У неё было предчувствие, что главная женщина непременно сможет войти внутрь. - Хриз, впусти их всех, - послышался голос [Течения Прохладного Ветерка]. Нин Шу обернулась и увидела что он был с головы до пят одет в роскошные одежды. Даже его обувь была высококачественным божественным снаряжением. Это выглядело практически как ходячая гора из золота. Наряд [Течение Прохладного Ветерка] очаровал двух девушек, особенно [Потерянную Маленькую Мими]. Её взгляд просто приклеился к нему, когда она воскликнула: - Он такой красавчик! [Течение Прохладного Ветерка] посмотрел на Нин Шу. Игрок с ником [Преклонись Перед Этой Супругой] восстановила те пять уровней, которые потеряла из-за босса, и её нынешний уровень был даже выше, чем раньше. А ещё у неё в руках было божественное оружие. [Течение Прохладного Ветерка] почувствовал, как в его душе что-то омрачилось, но потом он услышал восторженный восклик. [Течение Прохладного Ветерка] посмотрел на человека, который это сказал. Это оказалась молодая девушка. Он покачал головой, ничего не говоря, а потом развернулся и вошёл в секту. [Потерянная Маленькая Мими] тут же потянула за собой [Безупречный Морозный Лотос] и пошла вслед за ним. Нин Шу снова подняла брови. Главный мужчина и главная женщина уже понравились друг другу, с одного только взгляда? ---------- Если Ты Не Девушка, То Увы Она вошла в секту и увидела, что интерьер был украшен грандиозными праздничными цветами. Было ясно, что [Течение Прохладного Ветерка] немало потратился на эту секту. Всё же, это была самая первая созданная фракция, так что разработчики игры наверняка тоже помогли ему финансово. В секте было множество игроков и все они разговаривали. Большинство из них были парнями игроками, и лишь некоторые были девушками. Когда появилась Нин Шу, девушка игрок, да ещё такого высокого уровня, многие были удивлены, особенно, когда они увидели снаряжение Нин Шу. Некоторые игроки даже подошли к ней, чтобы начать беседу. Однако Нин Шу поддерживала хладнокровное выражение лица и не разговаривала с ними, отчего игроки, которые подходили к ней, чувствовали раздражение. Тем временем остальные лишь молча рассматривали её и оценивали её снаряжение. Когда две юных девушки-новичка, [Потерянная Маленькая Мими] и [Безупречный Морозный Лотос] увидели, что все собравшиеся тут были высокоуровневыми игроками, они начали ощущать себя не в своей тарелке. Единственная, кого они знали – это ледяная старшая сестрица, поэтому две девушки-новичка начали тесниться поближе к Нин Шу. Когда Нин Шу увидела этих двух девушек рядом с собой, она лишилась дара речи. Она знала, что они её недолюбливают. Снаружи послышались громкие праздничные хлопки, когда начали взрываться связки хлопушек. Когда Нин Шу услышала этот звук, её внезапно накрыло ощущением, что этот мир был почти как настоящий. Тут было множество различных людей, случались обиды и милосердия. Всё это было виртуальным, да, но и неоспоримо реальным. Будет не так уж ужасно, когда изначальный хост вернётся и будет жить в подобном мире, так как это тоже можно считать реальностью. Да и что вообще реально, а что – подделка? На самом деле ни у кого нет на это ответа. [Течение Прохладного Ветерка] и некоторые его компаньоны собрались на сцене и воодушевлённо объявили об официальном открытии Секты Верховного Дракона. Сразу после того, как [Течение Прохладного Ветерка] закончил говорить, в воздухе появилось бесчисленное множество красных мешочков. [Течение Прохладного Ветерка] сказал: - Это вам в качестве благодарности от Секты Верховного Дракона. Спасибо вам всем, что пришли принять участие в церемонии открытия Верховной Секты Дракона. Множество игроков начали хватать эти красные мешочки. Нин Шу поймала один и открыла его, обнаружив внутри высококачественный самоцвет. Те, кому повезло, смогли получить полубожественное оружие, а те, кому не хватило удачи, смогли получить лишь золотую монету. Две девушки, которые стояли рядом с Нин Шу, тоже смогли поймать себе по красному мешочку. [Безупречный Морозный Лотос] получила лишь сто золотых монет, а вот [Потерянная Маленькая Мими] получила крайне красивый и крутой посох мага. [Потерянная Маленькая Мими] была всего лишь алхимиком, поэтому этот посох ей не подходил. Она щедро отдала его [Безупречному Морозному Лотосу] и сказала: - Вот, держи, Морозка. [Безупречный Морозный Лотос] выдавила улыбку и сказала: - Спасибо. - Я слышал, девчата, что вы хотите вступить в Секту Верховного Дракона? [Течение Прохладного Ветерка] обратил внимание на произошедшую ситуацию. Когда он увидел, что эта девушка с круглым как яблоко лицом получила посох мага, он подошёл к ней. Нин Шу закатила глаза и отошла в сторону. Сила влечения между главными мужчиной и женщиной – это вам не шутки. Когда [Потерянная Маленькая Мими] увидела, что великий лидер секты разговаривает с ней, то она так разволновалась, что у неё все тело начало дрожать. Она сказала: - Лидер Секты, я хочу вступить в Секту Верховного Дракона. Я обязательно смогу принести много пользы Секте Верховного Дракона! - Да, я тоже смогу, - поспешно добавила [Безупречный Морозный Лотос]. [Течение Прохладного Ветерка] кивнул, не сводя взгляда с [Потерянной Маленькой Мими]. Он никогда раньше не видел в игре такой простой и непорочной девушки. Неужели она не видит, как все остальные игроки поедают взглядами тот посох, что она держала? И всё же, она вот так оставила его в открытую? Неужели она не беспокоится о том, что кто-то попытается его украсть? - Вы обе можете сегодня вступить в Секту Верховного Дракона. Взмахнув рукой, [Течение Прохладного Ветерка] позволил этим двум юным новичкам вступить в секту. От этого все игроки ощутили различные степени зависти и обиды. Когда они просили принять их в Секту Верховного Дракона, то Секта Верховного Дракона предъявляла им всевозможные требования, а эти двое молодых новичков, которые только начали играть, смогли так легко вступить в секту. Всё, что могли сделать игроки – это винить тот факт, что они не родились девушками. - Правда? [Потерянная Маленькая Мими] взволнованно обняла [Безупречный Морозный Лотос] и они начали радостно кричать. Нин Шу: … Вот обязательно было всё так преувеличивать? #комментарий анлейта: кстати о том, что если ты не девушка, то увы. Недавно я прочитала краткое изложение аниме-адаптации манги " Back Street Girls"/Из якудза в идолы/ о парнях из якудзы, которые стали японскими девушками-идолами. Это краткое изложение было уморительным, поэтому я рекомендую глянуть и само аниме и почитать мангу. ---------- Посмеешь Принять Мой Вызов? И вот так познакомились главные мужчина и женщина этой истории. Один был божественным игроком, а другая – девушкой-новичком, которая ничего не знала. С этих пор великий бог будет брать молодую девушку-новичка с собой на прохождение всевозможных квестов, и вокруг них постоянно будет витать атмосфера из розовых пузырьков. Так вот какие девушки нравятся [Течению Прохладного Ветерка]? Но разве изначальный хост не была тоже очень наивной в плане того, как обустроен мир? Значит, [Течению Прохладного Ветерка] никогда не нравился изначальный хост? Или всё дело в том, что изначальный хост была NPC, поэтому он никогда и не думал о ней как о личности, не говоря уже о том, чтобы она ему нравилась. Они были схожего типа, но их судьбы так сильно различались. Но лучше не думать обо всех этих хлопотных вещах. Все эти ситуации "ты любишь меня, я люблю её" – самые хлопотные. Нин Шу просто наблюдала за тем, как [Течение Прохладного Ветерка] разговаривает с юной девушкой-новичком. [Течение Прохладного Ветерка] продолжал говорить с [Потерянной Маленькой Мими] и совершенно игнорировал компаньона [Потерянной Маленькой Мими] - [Безупречный Морозный Лотос]. От одного только этого зрелища становилось неловко. К тому же, [Потерянная Маленькая Мими] словно тоже позабыла о своей подруге, пока разговаривала с великим богом. Её щёки возбуждённо покраснели. [Течение Прохладного Ветерка] предложил свои услуги по сохранению посоха мага для [Потерянная Маленькая Мими]. Он предлагал это из добрых намерений, потому что, когда юным новичкам попадалось что-либо ценное, остальные игроки всегда пытались уговорами или хитростью забрать у них эти вещи. Более того, [Течение Прохладного Ветерка] теперь уже всё понял. Эта юная девушка-новичок была просто чистым листом бумаги. Она была практически дурочкой. [Потерянная Маленькая Мими] без колебаний отдала посох [Течению Прохладного Ветерка], поэтому [Течение Прохладного Ветерка] специально спросил у неё: - А ты не волнуешься, что я не верну его тебе? [Потерянная Маленькая Мими] посмотрела на него своим чистым взглядом. - Лидер Секты так не поступит. Я верю в Лидера Секты, и я рада подарить это Лидеру Секты. - Ты, наверное, даже не знаешь, что эта вещь очень ценная, верно? [Течение Прохладного Ветерка] поднял брови так, словно смотрел на дурочку. [Потерянная Маленькая Мими] покачала головой. После этого [Течение Прохладного Ветерка] убрал посох. Нин Шу тоже покачала головой. Она видела, что [Безупречный Морозный Лотос], которая стояла рядом с [Потерянной Маленькой Мими] теперь выглядит так, словно испытывает неудобство. Когда она увидела, что [Потерянная Маленькая Мими] без колебаний отдаёт кому-то постороннему этот посох, на её лице отразилось недоверие. Всего мгновение назад [Потерянная Маленькая Мими] сказала, что отдаст его ей, но теперь она отдаёт его кому-то другому. [Потерянная Маленькая Мими] не особо понимала то, как устроен мир, и ещё меньше умела читать выражения лиц людей, поэтому, вполне естественно, что она не понимала, что её подруга сейчас очень несчастна. Проще всего было перейти на тёмную сторону, когда общаешься с подобной главной женщиной. Её действия больше всего заставляли других людей кашлять кровью, потому что люди вроде неё даже не понимают, что их действия раздражают других людей и делают им больно. А если другие люди будут делать что-то неприятное для главной женщины, то, обидевшись, главная женщина даже спросит в невинной и обиженной манере: "Почему ты со мной так обращаешься? Мы же ведь хорошие друзья!" И, даже если они скажут главной женщине о том, как больно она им сделала, главная женщина лишь скажет с тем же невинным и обиженным выражением лица: "Я не знала. Я не хотела тебя обидеть." От этого просто начинало тошнить кровью. Однако Нин Шу не интересовала размолвка, которая возникла в этой небольшой группе, и она просто бросила [Течению Прохладного Ветерка] вызов. - [Течение Прохладного Ветерка], посмеешь ли ты принять мой вызов? Выражение лица [Течения Прохладного Ветерка] тут же стало холодным и безразличным. Он просто глянул на Нин Шу с презрением и ничего больше не сказал. - Неужели ты не смеешь принять мой вызов? Лидер Секты Верховного Дракона не может же быть таким слабаком, верно? – усмехнулась Нин Шу. Множество игроков с интересом посмотрели на [Течение Прохладного Ветерка] и на девушку-игрока под ником [Преклонись Перед Этой Супругой]. Так как это было дело между парнем-игроком и девушой-игроком, то люди невольно видели в этом какую-то неприличную двусмысленность. Все сразу предположили, что между Нин Шу и [Течением Прохладного Ветерка] в прошлом что-то было, поэтому она целенаправленно решила поднять шумиху именно в этот момент. Ведь известно же было, что Секта Верховного Дракона сейчас была центром игрового внимания. И если в подобное время бросить им вызов, то это будет равносильно пощёчины. Мотивация Нин Шу была такой, чтобы заставить репутацию [Течения Прохладного Ветерка] опуститься настолько низко, что он больше не сможет использовать ник [Течения Прохладного Ветерка] и репутацию бога, чтобы продолжить играть в эту игру. ---------- Впечатляющий Подвиг По Броску Себя Прямо На Погибель Когда люди из Секты Верховного Дракона увидели, что Нин Шу бросила вызов, их выражения лиц омрачились. [Хризантема Раскрывается На Юг] вышел вперёд и сказал Нин Шу: - Твой уровень не такой уж и высокий, так что у тебя нет права вызывать на дуэль нашего лидера секты. Почему бы мне не составить тебе компанию и тогда мы сможем обменяться парой ударов, вместо того, чтобы ты приставала к нашему командиру? Нин Шу холодно сказала: - Да кто захочет с тобой сражаться? Я хочу сразиться с [Течением Прохладного Ветерка]. [Течение Прохладного Ветерка] решил, что эта девушка-игрок серьёзно его раздражает. Он был уверен, что не навредил ни одной девушке, но эта девушка-игрок настаивает на том, чтобы бодаться с ним при каждой встрече, утверждая, что всё это во имя мести за её сестру. Было очевидно, что она делает это ради того, чтобы привлечь его внимание. И это было просто отвратительно. Нин Шу увидела, что [Течение Прохладного Ветерка] её игнорирует. Он сохранял свою отчуждённую манеру поведения, поэтому было ясно, что он не примет её вызов. Но она настаивала на том, чтобы сразиться с ним, а иначе не было никакого смысла в том, чтобы приходить сюда сегодня. Поэтому она напрямую написала в главной системе игры, что хочет вызвать [Течение Прохладного Ветерка] на дуэль. Мировое Оповещение: [Преклонись Перед Этой Супругой] вызывает [Течение Прохладного Ветерка] на дуэль. [Течение Прохладного Ветерка], вы принимаете вызов? Теперь все присутствующие в игре знали, что Нин Шу хочет бросить вызов [Течению Прохладного Ветерка]. [Течение Прохладного Ветерка] был первым богом, который основал фракцию, а теперь ему бросил вызов какой-то неизвестный игрок. Подобное действие, вызов боевого бога, это впечатляющий подвиг по броску себя прямо на погибель. И люди уважительно подняли свои большие пальцы. Мировое Оповещение: [Преклонись Перед Этой Супругой] вызывает [Течение Прохладного Ветерка] на дуэль. [Течение Прохладного Ветерка], вы принимаете вызов? Лицо [Течения Прохладного Ветерка] стало совершенно чёрным, и все игроки из Секты Верховного Дракона посмотрели на Нин Шу с недружелюбными выражениями лиц. Насколько же она была зла и обижена, что настойчиво бросает вызов в день празднования открытия секты? Она же целенаправленно опускала уровень репутации Секты Верховного Дракона. Уровень репутации был очень важен в этой игре. Если уровень репутации фракции будет недостаточно высоким, то вся фракция будет распущена. Нин Шу достала свой палаш и указала им на [Течение Прохладного Ветерка], прокричав: - Лидер Секты Течение, примешь ли ты мой вызов? [Потерянная Маленькая Мими] явно не понимала, как дошло до того, что тут стали угрожать мечом, потому что она быстро подбежала к Нин Шу и сказала: - Старшая сестрица, пожалуйста, не надо драться, ладно? Нин Шу: … Нин Шу посмотрела на [Потерянную Маленькую Мими] и сказала: - Старшая сестрица сейчас очень занята, иди, поиграй в сторонке. [Потерянная Маленькая Мими]: … В итоге, [Безупречный Морозный Лотос] оттащила [Потерянную Маленькую Мими] в сторону. [Потерянная Маленькая Мими] всё твердила: - Ну зачем им нужно сражаться? Зачем ей нужно бросать вызов нашему лидеру секты? Это уже перебор. Тут же столько людей смотрит! Нин Шу не обратила никакого внимания на [Потерянную Маленькую Мими] и нетерпеливо сказала: - [Течение Прохладного Ветерка] так ты мужчина или нет? Чего ты там копаешься, словно старушка? Ты можешь уже принять решение? [Течение Прохладного Ветерка] шагнул вперёд и холодно сказал: - Как пожелаешь. Сразу после того, как [Течение Прохладного Ветерка] сказал это, под ногами Нин Шу и [Течения Прохладного Ветерка] стала появляться сцена для дуэли. Мировое Оповещение: [Течение Прохладного Ветерка] принял вызов на дуэль [Преклонись Перед Этой Супругой]. [Течение Прохладного Ветерка] сказал с отвращением: - Сколько ещё ты собираешься продолжать этим заниматься? Я уже сказал тебе, что этот метод вызывает у меня лишь отвращение к тебе. Я не знаю, знаешь ли ты меня вне игры, но ты всё равно используешь этот метод, чтобы привлечь моё внимание в игре? Нин Шу просто ответила: - За потерянные уровни требуется отомстить, а значит, мы не можем жить под одним небом. Если она не сможет сделать так, чтобы [Течение Прохладного Ветерка] потерял сегодня несколько уровней, тогда она просто должна уползти домой. Возможно [Течение Прохладного Ветерка] пытался произвести впечатление эксперта, потому что он не стал нападать первым. Однако Нин Шу не собиралась быть такой вежливой. Она подняла свой палаш и замахнулась на [Течение Прохладного Ветерка]. Когда [Течение Прохладного Ветерка] увидел её атаку, в его взгляде промелькнул след презрения. Она хотела бросить ему вызов с такой слабой атакой? Она явно не знает своё место. В его взгляде мелькнула вспышка света, и он тоже замахнулся на Нин Шу встречной атакой. ---------- Здорово, Очень Здорово [Течение Прохладного Ветерка] изрядно ненавидел эту неразумную девушку-игрока. Ещё с самой первой их встречи она обвинила его в том, что он игрался с чувствами девушки. У него было ощущение, что эта девушка-игрок просто несбыточно влюблена в него в реальном мире, и поэтому она специально создаёт для него столько проблем в игре. Сегодня был день официального основания секты, поэтому, вызов его, главного основателя, на дуэль – это равнозначно топтанию достоинства Секты Верховного Дракона. К тому же – это было огромным оскорблением его, как лидера. Он должен был убедиться, что [Преклонись Перед Этой Супругой] больше никогда не сможет подняться, а иначе остальные люди подумают, что они могут спокойно топтаться по Секте Верховного Дракона как захотят. Нин Шу хотела сделать так, чтобы репутация [Течения Прохладного Ветерка] упала на самое дно, в то время как [Течение Прохладного Ветерка] хотел использовать Нин Шу, чтобы продемонстрировать свою силу и прилюдно убить курицу, чтобы предупредить обезьяну. [Течение Прохладного Ветерка] уже решил для себя, что в этот раз он не остановится на том, чтобы лишить её пяти уровней. Он отправит её обратно, прямо в деревню новичков, чтобы она больше не скакала перед ним. Будет даже лучше, если она больше не сможет оставаться в игре. Свет решительности мелькнул во взгляде [Течения Прохладного Ветерка], и он начал атаковать ещё яростнее. Нин Шу отказывалась быть превзойдённой и тоже начала отвечать на его атаки. Однако теперь, когда она ощутила на себе полную силу его ударов, она поняла, насколько он действительно силён. Она контратаковала яростно, не обращая внимания на то, сколько уровней она теряет. Пока она могла заставить его потерять его уровни, эта жертва того стоила. Когда остальные игроки увидели, что эти двое сражаются так яростно, словно между ними были глубокая обида, они с любопытством переглянулись, а их кровь начала кипеть от волнения. [Хризантема Раскрывается На Юг]: - Похоже, что командир не сможет легко победить [Преклонись Перед Этой Супругой]. [********] нахмурился. - Эта женщина очень злобная. Она атакует, не обращая внимания на свою жизнь, отчего она даже в некоторой степени наравне с командиром. Если он хочет заработать очки престижа, то ему нужно добить её одним ударом. [Промежности Прохладно От Ветра] и [Монстр Очень Сильный Иди Ты Вперёд] оба почувствовали, что ситуация не очень хорошая. - Командир явно сильнее, чем [Преклонись Перед Этой Супругой], но вот добить её одним ударом – это не очень реалистично. Дерьмо, командир только что потерял уровень из-за [Преклонись Перед Этой Супругой]. [Хризантема Раскрывается На Юг] хлопнул себя по бедру и сказал: - Но [Преклонись Перед Этой Супругой] уже потеряла три уровня из-за того, что была убита нашим командиром. И что с того, что она потеряла три уровня? Прямо сейчас люди видели, что лидер Секты Верховного Дракона теряет уровни из-за того, что был убит кем-то неизвестным. Этого было достаточно. Тем временем, Нин Шу, которая сражалась с [Течением Прохладного Ветерка], испытывала изрядную боль. [Течение Прохладного Ветерка] был поистине очень силён, но и она не шутки шутила. Она уже сама для себя решила, что если не заставит [Течение Прохладного Ветерка] потерять уровни, то она уползёт домой. Да разве одного уровня может быть достаточно? Нин Шу надела всё своё снаряжение, отчего выражение лица [Течения Прохладного Ветерка] омрачилось. Он раздражённо поджал губы, глядя на Нин Шу. Длинный меч в его руках пылал ослепительным светом. - А ты неплохо сражаешься, но если ты думаешь, что снаряжение сможет восполнить твои потерянные уровни, то я тебя уверяю, что ты слишком оптимистична. [Течение Прохладного Ветерка] тоже надел полный комплект брони. Каждый предмет из его снаряжение был высокого качества и был божественного уровня. Великолепное божественное снаряжение заставило всех присутствующих игроков истекать слюной, а их взгляды покраснели от зависти. И ведь всё это были деньги, ах! Это можно было купить только за огромные деньги. Обычно, заполучить лишь один предмет из божественного снаряжения было уже очень хорошо, но у этого парня был целый полный комплект брони. Когда Нин Шу увидела, что [Течение Прохладного Ветерка] надел снаряжение, она не разозлилась, а лишь рассмеялась. - Тот факт, что ты стал настолько серьёзен, доказывает, что ты меня боишься. Ты даже надел такое снаряжение. Здорово, очень здорово! В тот момент, когда Нин Шу сказала это, выражения лица наблюдателей слегка изменилось. Уровень [Течения Прохладного Ветерка] и так уже был выше, чем у [Преклонись Перед Этой Супругой], а теперь он ещё и использовал божественное снаряжение, так что всем казалось, что он имеет несправедливое преимущество. К тому же [Преклонись Перед Этой Супругой] была девушкой-игроком, отчего действия [Течения Прохладного Ветерка] ещё больше походили на издевательство. Цвет лица [Течения Прохладного Ветерка] потемнел. Его друзья и основные члены Секты Верховного Дракона были на мгновение удивлены, а потом их выражения лиц стали очень недружелюбными, когда они посмотрели на Нин Шу. ---------- Жизнь За Жизнь То, как она себя вела, зажимая лидера секты в угол и не оставляя ему передышки, было явным поведением настоящего врага. [Хризантема Раскрывается На Юг] почесал свой затылок и мрачно поклялся: - В будущем, каждый раз, когда этот папочка будет видеть [Преклонись Перед Этой Супругой], этот папочка будет её убивать! Она может просто сидеть в деревне новичков всю свою жизнь! Она явно считала их слабаками, раз пыталась испортить репутацию Секты Верховного Дракона. И они не собирались просто так спускать ей это с рук. [Монстр Очень Сильный Иди Ты Вперёд] нахмурился. - И как только командир умудрился навлечь на себя такую чокнутую? Как ни крути, но у неё явно не всё в порядке с головой. [Хризантема Раскрывается На Юг] фыркнул. - Командир же у нас красавчик, так что ему не избежать роя пчёл и бабочек. В этот момент к ним подошла [Потерянная Маленькая Мими] и спросила у [Хризантема Раскрывается На Юг]: - Лидер Секты ведь победит, верно? Когда [Хризантема Раскрывается На Юг] увидел эту милую девушку, он смущённо потёр голову и сказал: - Тебе не стоит недооценивать лидера секты. Он – великий бог, разве его можно вот так просто победить? [Потерянная Маленькая Мими] тут же приободрилась и её похожее на яблоко лицо озарилось в очаровательной жизнерадостности. Во взгляде [Хризантема Раскрывается На Юг] появился волкоподобный свет. Она поистине была юной красоткой высшего качества. [Потерянная Маленькая Мими] потянула за руку [Безупречный Морозный Лотос] и взволнованно сказала: - Морозка, я же говорила, что Лидер Секты не проиграет! [Безупречный Морозный Лотос] ответила лишь невнятным "ага". [Хризантема Раскрывается На Юг] чуть не начал истекать слюной от вида такой прямолинейной и милой девушки. Он уставился на грудь [Потерянной Маленькой Мими]. - [Потерянная Маленькая Мими]. Агась, твои мими явно потерялись. У тебя их вообще нет. [Потерянная Маленькая Мими] поспешно прикрыла руками грудь и злобно закричала: - Ты извращенец! Мими – это обращение к котёнку! [Хризантема Раскрывается На Юг] вульгарно усмехнулся. - Хриз, хватит уже. Перестань хулиганить. [Монстр Очень Сильный Иди Ты Вперёд] глянул на [Потерянную Маленькую Мими] а потом нахмурился и сказал: - Поддразниваешь девушку, пока наш командир сражается там? На дуэльной сцене Нин Шу начала испытывать трудности. [Течение Прохладного Ветерка] уже заставил её потерять десять уровней. Используя метод жизнь за жизнь, Нин Шу смогла опустить [Течение Прохладного Ветерка] на пять уровней. Потребуется немало труда, чтобы [Течение Прохладного Ветерка] смог восстановить очки опыта за пять уровней. Хоть она и сама потеряла десять уровней. Обе стороны теперь были в ярости. Атаки [Течения Прохладного Ветерка] теперь были совершенно безжалостными, но Нин Шу всё равно не отступала ни на шаг. Ей нечего было бояться. Если нужно будет, она просто откажется от этого персонажа и зарегистрируется под новым. А сможет ли [Течение Прохладного Ветерка] расстаться со своим великим божественным игровым персонажем? Особенно учитывая то, что этот персонаж был лидером секты? Да ни за что. Как только Нин Шу пришёл в голову этот план, она ещё больше сфокусировалась на атаках и даже перестала блокировать его атаки. [Течение Прохладного Ветерка] был шокирован внезапным порывом атак Нин Шу. Она атаковала его безрассудно и позабыв о всякой защите, поэтому, даже несмотря на то, что её уровень резко снижался, некоторые её атаки тоже попадали по нему. Уровень Нин Шу стремительно снижался, но ей удалось убить [Течение Прохладного Ветерка] настолько, что он потерял десять уровней. Десять уровней?! [Течение Прохладного Ветерка] чуть не умер от гнева. И в то же самое время он был в ужасе. Поведение противника встревожило его настолько, что он невольно задумался о том, что действительно мог обидеть чувства девушки. Он воспользовался специальным приёмом, чтобы уровень Нин Шу опустился до нуля, а потом Нин Шу была вынуждена вернуться в деревню новичков. Она вернётся, когда сделает себе нового персонажа. [Течение Прохладного Ветерка] ты только подожди эту супругу! Мировое Оповещение: [Течение Прохладного Ветерка] выиграл дуэль. Мировое Оповещение: [Течение Прохладного Ветерка] выиграл дуэль. Мировое Оповещение: [Течение Прохладного Ветерка] выиграл дуэль. Это оповещение повторилось три раза и даже послышались звуки хлопушек, добавляющие праздничную атмосферу. ---------- Ты Же [Преклонись Перед Этой Супругой], Верно? [Течение Прохладного Ветерка] победил, но он не чувствовал никакой радости. Наоборот, он чувствовал себя очень раздражённым, отчего цвет его лица был очень неприятным. На их церемонии открытия появился игрок, который бросил ему вызов и лидер секты даже потерял десять уровней из-за того, что был убит этим игроком. Будет не так-то просто вернуть эти десять уровней. И поэтому попытка [Течения Прохладного Ветерка] набрать побольше престижа оказалась не очень успешной. У всех членов Секты Верховного Дракона были мрачные лица. Особенно у компаньонов [Течения Прохладного Ветерка]. [Течение Прохладного Ветерка] спрыгнул с дуэльной сцены и [Промежности Прохладно От Ветра] спросил его: - Командир, та девушка явно всерьёз говорила о мести. Она была такой жестокой. Неужели ты действительно сделал что-то такое, отчего тебя стали так ненавидеть? [Течение Прохладного Ветерка] и без того был в плохом настроении, поэтому, когда он услышал, что один из его сопартийцев задаёт такой вопрос, его тон голоса стал очень неприятным. - Что ты имеешь в виду, говоря, не сделал ли я что-то такое? Я ничего не делал, но эта психопатка всё равно пришла ко мне. [Промежности Прохладно От Ветра] плотно стиснул губы и замолчал. Когда остальные увидели, что между этими двумя вот-вот появится враждебность, они поспешили всех успокоить. [Течение Прохладного Ветерка] просто развернулся, чтобы уйти. [Потерянная Маленькая Мими] позабыла про свою подругу [Безупречный Морозный Лотос] и поспешно побежала за [Течением Прохладного Ветерка]. [Течение Прохладного Ветерка] глянул на неё краем глаза и холодно спросил: - Ты зачем меня преследуешь? [Потерянная Маленькая Мими] искренне призналась: - Ты такой потрясающий! Ты просто взял и убил ту девушку-игрока! - Ты действительно считаешь, что я потрясающий? [Течение Прохладного Ветерка] усмехнулся. Однако, когда он увидел почтительное выражение лица девушки, он почувствовал себя гораздо лучше. [Потерянная Маленькая Мими] ответила так, словно это было само собой разумеющееся: - Ты с самого начала был потрясающим, правда! ______________________________________________________________________ Нин Шу была вынуждена вернуться в деревню новичков, так как её уровень опустился до нуля. Если она хочет вернуться к прежнему уровню этого персонажа, то у неё уйдёт больше времени, чем это будет нужно для прокачки нового персонажа. Поэтому Нин Шу решила просто удалить этого персонажа и зарегистрировалась под новым, который назвала [Эта Супруга Вернулась]. Однако она всё равно выбрала в качестве профессии мастера боевых искусств. После этого Нин Шу начала снова проходить подземелья и тренироваться в написании кода. Теперь её познания в написании кода были гораздо выше прежних. Иногда, когда она проходила подземелья, она могла изменить код боссов, чтобы ей было проще их побеждать. Однако в последнее время у неё начались проблемы, когда она сражалась с боссами, потому что, если её в это время видели другие игроки, они нападали на неё. И она совершенно не знала, что сказать на это. Например, когда она только закончила добивать босса, ей преградил дорогу парень-игрок под ником [Позвольте Оплодотворить Ваше Высочество] и сказал: - Ты же [Преклонись Перед Этой Супругой], верно? #комментарий анлейта: В этой главе было написано [Промежности Прохладно Без Трусов], но я думаю, что это просто опечатка автора, и на самом деле это был [Промежности Прохладно От Ветра]. А ещё, ник [Позвольте Оплодотворить Ваше Высочество] – это омофон (одинаково звучащие слова, но пишутся по разному и имеют разное значение) фразы "позвольте напугать Ваше Высочество". ---------- Сносящий Уровни Демон Нин Шу с любопытством спросила: - Кто такая [Преклонись Перед Этой Супругой]? Я её не знаю. [Позвольте Оплодотворить Ваше Высочество] почувствовал, словно его уровень интеллекта был оскорблён, и сказал: - Секта Верховного Дракона назначила награду за твою голову. Любой, кто убьёт тебя, сможет получить снаряжение. Просто дай мне снести тебе один уровень, а потом можешь идти. Я знаю, что ты - [Преклонись Перед Этой Супругой]. Твой новый ник - [Эта Супруга Вернулась] и ты всё ещё мастер боевых искусств. Хватит уже шутки шутить. Ты и так всё выставила напоказ, так кто бы не смог догадаться что к чему? Стой на месте и позволь мне убить тебя. И тогда мы сможем спокойно продолжить идти своими дорогами. Нин Шу: … Она даже не ожидала, что [Течение Прохладного Ветерка] пойдёт на такое. Награда за голову?! Вот уж явно у него нет ни стыда, ни совести. Так или иначе, но она теперь была довольно высокого уровня. Она мгновенно убила [Позвольте Оплодотворить Ваше Высочество]. Теперь, когда она сталкивалась с игроками, которые хотели разбогатеть, она убивала их до тех пор, пока они не теряли уровни. Так продолжалось некоторое время, после чего низкоуровневые игроки перестали пытаться доставить хлопот Нин Шу, но теперь за ней отправились высокоуровневые игроки. Нин Шу не ожидала, что Секта Верховного Дракона пойдёт ещё и на такое. Ведь для мотивации такого большого количества высокоуровневых игроков явно требуется высококачественное снаряжение. Нин Шу не проявляла ни капли милосердия к этим людям и использовала все свои навыки, чтобы преподать им урок. Всё же, ей не приходилось разбираться со всеми сразу. Поэтому, каждый раз, когда игроки отправлялись на поиски Нин Шу, они оказывались убитыми до тех пор, пока не теряли несколько уровней. Благодаря всему этому Нин Шу заработала прозвище Сносящий Уровни Демон. Нин Шу планировала какое-то время не показываться на глаза [Течению Прохладного Ветерка], но они всё равно столкнулись в подземелье среднего уровня. За этот короткий период времени, [Течение Прохладного Ветерка] уже умудрился вернуть свои уровни. И теперь он водил [Потерянную Маленькую Мими] и [Безупречный Морозный Лотос] по подземельям. Всё это время [Течение Прохладного Ветерка] постоянно ссорился с [Потерянной Маленькой Мими]. В основном потому, что [Течение Прохладного Ветерка] любил слишком часто поддразнивать [Потерянную Маленькую Мими]. [Течение Прохладного Ветерка] понимал, что эту девушку слишком легко обхитрить. Она была просто очень наивной, поэтому он не мог не поддразнивать её. Например, когда он говорил ей, что впереди есть какие-то травы, то она тут же радостно бежала туда. Когда она не могла найти травы, она обиженно надувалась и жаловалась, что он ей наврал. Однако она просто никак не могла уложить это в своей памяти. И каждый раз попадалась на его розыгрыши. Тем временем, ситуация с [Безупречным Морозным Лотосом] была отчётливо неловкой. Она следовала за этими двумя, не имея возможности присоединиться к их беседе. Поэтому, спустя некоторое время, её взгляд постепенно наполнился обидой, когда она смотрела на этих двух людей перед собой. И вот так встретились две стороны. Когда Нин Шу увидела [Течение Прохладного Ветерка], она лучезарно улыбнулась и сказала: - О, привет. Я смотрю, твои уровни вернулись? Чего и стоило ждать от игрового бога. Когда [Течение Прохладного Ветерка] увидел улыбку на её лице, в его сердце всколыхнулись волны презрения и отвращения. В прошлом она гонялась за ним, словно за заклятым врагом, а теперь приветствует его такой лучезарной улыбкой? Она явно была полнейшей психопаткой. - Даже если ты и сменила свой ник, ты всё равно просто мусор, - холодно сказал [Течение Прохладного Ветерка]. Нин Шу ответила с улыбкой: - Правда? Скоро я стану достаточно сильной, чтобы убивать тебя до тех пор, пока ты не будешь вынужден вернуться в деревню новичков. - Ещё неизвестно, кто из нас отправится в деревню новичков, - холодно сказал [Течение Прохладного Ветерка]. [Течение Прохладного Ветерка] прищурился. Когда он увидел, что её уровень был не таким уж высоким, он холодно рассмеялся. - Я отправлю тебя в деревню новичков прямо сейчас. Каждый раз, когда ты будешь восстанавливать свои уровни, я буду убивать тебя до тех пор, пока ты не будешь вынуждена отправиться в деревню новичков. Нин Шу потёрла подбородок, а потом кивнула. - А это очень хорошая идея. В будущем, я просто буду убивать тебя до тех пор, пока ты не будешь вынужден отправиться в деревню новичков. [Течение Прохладного Ветерка] прищурился, готовясь к атаке. Нин Шу ничуть его не боялась. Это был идеальный шанс опробовать её навыки в изменении кода. [Потерянная Маленькая Мими] встала перед [Течением Прохладного Ветерка] и спросила у Нин Шу: - Старшая сестрица, почему ты постоянно дерёшься с нашим лидером секты? Если есть какая-то проблема, то давай всё обговорим, ладно? Нин Шу посмотрела на милую и наивную [Потерянную Маленькую Мими]. Она так защищала [Течение Прохладного Ветерка]? Нин Шу внезапно сказала: - Потому что [Течение Прохладного Ветерка] игрался с чувствами моей сестры. Вот я и пришла отомстить за неё. [Потерянная Маленькая Мими] была ошарашена. - Он игрался с её чувствами? Выражение лица [Течения Прохладного Ветерка] помрачнело и он потянул [Потерянную Маленькую Мими] себе за спину. Гневно уставившись на Нин Шу, он холодно сказал: - Это клевета! Я никогда не игрался с чувствами девушки. Затем он вынул меч и сделал взмах в сторону головы Нин Шу. Нин Шу увернулась от его атаки, а потом холодно сказала: - Ты атакуешь, потому что не можешь выиграть на словах? Ты же просто злишься от стыда. [Потерянная Маленькая Мими] закусила губы, поглядывая то на Нин Шу, то на [Течение Прохладного Ветерка]. [Течение Прохладного Ветерка] чувствовал, что [Потерянная Маленькая Мими] была довольно интересной девушкой, поэтому он не хотел, чтобы она всё неправильно поняла. Он холодно закричал на Нин Шу: - Заткнись. ---------- Поздоровайся с Моим Питомцем Когда [Течение Прохладного Ветерка] увидел, что Нин Шу продолжает клеймить его как игрока, особенно перед [Потерянной Маленькой Мими], он впал в ярость. Блять! Он очень хотел просто уничтожить эту сумасшедшую женщину. Она просто бесила. - Я должна заткнуться только потому, что ты сказал мне заткнуться? Какого чёрта мне к тебе прислушиваться? – Нин Шу холодно рассмеялась. – Чего же ты, мать твою, не пытаешься меня ударить? Даже если ты забьёшь меня до смерти, я всё равно не перестану говорить об этом. [Потерянная Маленькая Мими] поджала свои вишнёвые губы, хмыкнула, а потом отвернулась и перестала смотреть на [Течение Прохладного Ветерка]. [Течение Прохладного Ветерка] сделал глубокий вдох. Он ощущал себя так, словно в прошлой жизни совершил какое-то ужасное преступление, раз в этой жизни столкнулся с такой чокнутой. И она скорее психованная, чем бредовая. Когда [Течение Прохладного Ветерка] увидел, что [Потерянная Маленькая Мими] разозлилась на него, он стал ещё холоднее, когда посмотрел на Нин Шу. Он положил руку на свой меч, а потом резко направил особую атаку в сторону Нин Шу. Он всерьёз хотел просто растоптать её в пыль. Нин Шу улыбнулась и отпрыгнула в сторону, а потом указала на землю под ногами [Течения Прохладного Ветерка] и трава тут же превратилась в лианы, чтобы обвиться вокруг его ноги. [Течение Прохладного Ветерка] был прикован к одному месту. Когда он не смог вырваться сам, он начал рубить мечом лианы. Однако, как только он перерубал лиану, вырастали новые, которые тоже связывали его. У него не оставалось выбора, кроме как пытаться оставаться в воздухе, потому что едва он только касался земли, как у него под ногами вырастали новые лианы. Это очень разочаровывало и огорчало. Нин Шу ухмыльнулась [Течению Прохладного Ветерка] и сказала: - Это мой питомец, как он тебе? Если попадёшься, то вообще не сможешь двигаться. Ей пришлось изменить код этой тысячекилометровой лианы, чтобы сделать её аномально сильной и такой, чтобы от неё было практически невозможно освободиться. Это было потрясающе. В итоге, [Течение Прохладного Ветерка] был пойман лианами. Его руки и ноги были совершенно связаны, поэтому он даже не мог выпутаться из этих лиан. Нин Шу медленно похрустела костяшками пальцев, а потом достала свой палаш и стала подходить к [Течению Прохладного Ветерка] шаг за шагом. После этого она начала медленно срубать уровни с [Течения Прохладного Ветерка]. Когда [Потерянная Маленькая Мими] увидела, что [Течение Прохладного Ветерка] был пойман, и что он не может освободиться от лиан, она повернулась к [Безупречному Морозному Лотосу] и обеспокоенно сказала: - Морозка, скорее, спаси лидера секты! На лице [Безупречного Морозного Лотоса] промелькнули следы темноты, когда она покачала головой и сказала: - Я не смогу её победить, так какой смысл, если я вступлю в бой? - Это… - [Потерянная Маленькая Мими] так разволновалась, что у неё глаза покраснели. – Что же нам делать? Что же мы должны сделать? Когда [Потерянная Маленькая Мими] увидела, что девушка-игрок с ником [Эта Супруга Вернулась] словно демон медленно подходит к лидеру секты, который не мог дать отпор, [Потерянная Маленькая Мими] глубоко вдохнула и приготовилась бежать, чтобы спасать [Течение Прохладного Ветерка]. Она не могла смотреть, как над [Течением Прохладного Ветерка] издеваются подобным образом. [Эта Супруга Вернулась] была просто слишком необоснованно жестокой. Когда [Безупречный Морозный Лотос] увидела, что [Потерянная Маленькая Мими] готова помчаться в самое пекло во имя справедливости, она поспешно потянула свою подругу, чтобы та остановилась. - Что ты делаешь? Какой смысл тебе идти туда? Наши уровни слишком низкие. Что если мы её спровоцируем, и она нас тоже убьёт? - Но я не могу просто стоять тут и ничего не делать, когда наш Лидер Секты в беде! [Потерянная Маленькая Мими] увидела, что [Течение Прохладного Ветерка] всё ещё отчаянно рубит лианы и запускает множество огнедышащих драконов. Однако эти лианы были словно бесконечными и на месте повреждённых просто вырастали новые. [Безупречный Морозный Лотос] сказала: - Я уже оповестила остальных людей в секте, и они сейчас бегут сюда. Нам нужно просто ждать их прибытия. - Но… [Потерянная Маленькая Мими] продолжала не сводить взгляда с фигуры [Течение Прохладного Ветерка]. ---------- Охо-хо-хо-хо… - Хватит уже. Даже если ты побежишь туда, ты не сможешь помочь лидеру секты. В голосе [Безупречного Морозного Лотоса] прозвучало раздражение, но [Потерянная Маленькая Мими] не заметила этого и лишь сказала извиняющимся тоном: - Морозка, прости меня. После этих слов, она помчалась вперёд, чтобы встать перед Нин Шу. Она широко развела руки, чтобы помешать Нин Шу снова подойти к [Течению Прохладного Ветерка]. Нин Шу: … Когда она увидела, что [Потерянная Маленькая Мими] стоит перед ней с таким решительным выражением лица, она внезапно лишилась дара речи. Она даже не знала, что сказать. Её внезапно накрыло чувством, что она стала такой злодейкой, охо-хо-хо… Тем временем, [Течение Прохладного Ветерка] испытывал очень сложные чувства, когда он увидел, что сделала [Потерянная Маленькая Мими]. Эта девушка была такой дурой. Он же не умрёт на самом деле. Это же была просто игра. Пока он смотрел на эту крайне простую и искреннюю девушку, в его сердце словно что-то проросло и сломало его эмоциональные барьеры. - Глупая дурочка, отойди в сторону! Это не твоё дело! – закричал [Течение Прохладного Ветерка] на [Потерянную Маленькую Мими] Её уровень был очень низким, и она была алхимиком без какой либо серьёзной защиты, так какой же смысл ей был блокировать путь? Что ещё более важно, в этой игре были включены ощущения боли. Если [Эта Супруга Вернулась] действительно атакует [Потерянную Маленькую Мими], то [Потерянная Маленькая Мими] почувствует сильную боль. - Я не позволю ей ранить тебя! – закричала [Потерянная Маленькая Мими]. Нин Шу: … Так теперь она, значит, была злодейкой, которая разлучала идеальную пару уточек-мандаринок*? Охо-хо-хо-хо… - Старшая сестрица, [Течение Прохладного Ветерка] не из тех людей, что будут играть с чувствами других людей. Между вами двумя явно возникло какое-то недопонимание, так почему бы вам, ребятам, не обсудить всё как полагается. Если вы будете сражаться каждый раз, как встретитесь, то это ничего не решит. Старшая сестрица, ты могла бы отпустить Лидера Секты? [Потерянная Маленькая Мими] пыталась помирить их. Нин Шу: … Ну и что ей делать, когда главная женщина такая мягкосердечная? Что же ей делать? Она ощущала себя злодеем, что бы она ни делала. Нин Шу заставила лиану утащить [Потерянную Маленькую Мими] прочь. Она не стала срубать уровней у [Потерянной Маленькой Мими]. [Потерянная Маленькая Мими], которую утащило прочь лианой, была так напугана, что её лицо побледнело, и она начала кричать. Когда [Течение Прохладного Ветерка] увидел это, он больше не стал беспокоиться о лианах вокруг него и попытался разрубить те лианы, которые связали [Потерянную Маленькую Мими] по рукам и ногам. Однако, в итоге, его самого полностью обмотало лианами. Из-за действий [Потерянной Маленькой Мими] [Течение Прохладного Ветерка] теперь совершенно не мог сражаться. - Уходи отсюда! – закричал [Течение Прохладного Ветерка] на [Потерянную Маленькую Мими] и его выражение лица стало немного зловещим. [Потерянная Маленькая Мими] тут же начала плакать. Она чувствовала себя очень обиженной. Она пришла спасать его, но он так яростно закричал на неё. Однако, когда она увидела, что движения [Течения Прохладного Ветерка] были полностью скованы, она почувствовала боль в сердце. Она не знала, отчего это. Это чувство было просто невыносимым, поэтому она обиженно уставилась на Нин Шу и закричала: - Ты злобная женщина! - Спасибо за похвалу. Нин Шу глянула на [Потерянную Маленькую Мими], а потом направилась прямо к [Течению Прохладного Ветерка]. Она холодно рассмеялась. - Посмотрим, кто первый отправится в деревню новичков. А потом она начала методично рубить тело [Течения Прохладного Ветерка]. [Течению Прохладного Ветерка] было так больно, что его лицо побледнело. Вскоре Нин Шу убила [Течение Прохладного Ветерка] настолько, что он потерял два уровня. Нин Шу очень наслаждалась этим процессом и эмоциями на его лице, поэтому взгляд [Течения Прохладного Ветерка] наполнился ещё большей ненавистью и обидой, когда он смотрел на Нин Шу. ______________________________________________________________________ * В китайской культуре пара мандаринок, символизирует пару на всю жизнь, является символом верности. Благодаря этому их часто изображают в искусстве. ---------- Тебе Не Нравятся Клинки? [Течение Прохладного Ветерка] был пойман лианами и совсем не мог пошевелиться, поэтому он был словно рыба на разделочной доске, беспомощен перед женщиной, которая стояла перед ним и медленно рубила его тело. Его уровни стремительно снижались, словно сломанный лифт. Но больше всего в этом его бесила боль от ударов клинком. [Течение Прохладного Ветерка] гневно уставился на Нин Шу налитыми кровью глазами. Нин Шу наклонила голову, пристально посмотрев на [Течение Прохладного Ветерка]. - Тебе не нравятся клинки? Нин Шу убрала палаш и достала хлыст. Это был чернильно-чёрный хлыст, который издавал резкий треск, когда касался воздуха. Зрачки [Течение Прохладного Ветерка] расширились. Было ясно, что он ошеломлён. Теперь он окончательно убедился в том, что столкнулся с чокнутой. Нин Шу начала махать хлыстом, и тот стал ударяться о тело [Течения Прохладного Ветерка] с громкими шлепками. Пока уровни [Течения Прохладного Ветерка] продолжали стремительно опускаться, всё тело [Течения Прохладного Ветерка] начало гореть от жгучей боли. Две юных девушки, что были в стороне, выглядели озадаченными. [Потерянная Маленькая Мими] прикрыла рот и начала плакать. В итоге, [Потерянная Маленькая Мими] больше не смогла это выносить и закричала на Нин Шу: - Ты такая жестокая! Как ты можешь творить такое? Нин Шу улыбнулась: - Нет ничего, чего бы я не смогла сделать. Если бы она и [Течение Прохладного Ветерка] поменялись местами, а [Течение Прохладного Ветерка] обращался бы с ней подобным образом, то [Потерянная Маленькая Мими] наверняка бы считала, что лидер секты выглядит как крутой и хладнокровный тиран. Так что лучше всего держать двойные стандарты под контролем. Когда [Течение Прохладного Ветерка] уже был почти готов отправиться обратно в деревню новичков, наконец-то прибыли его компаньоны. Когда [Потерянная Маленькая Мими] увидела, что спасители наконец-то прибыли, она зарыдала и сказала: - Скорее, идите и спасите Лидера Секты! Та женщина пытает Лидера Секты! Она такая страшная! Когда остальные увидели уровень [Течения Прохладного Ветерка], то они были ошеломлены и поспешили к нему, чтобы уничтожить лианы, удерживающие [Течение Прохладного Ветерка]. Нин Шу подула на свой хлыст, а потом снова замахнулась им на [Течение Прохладного Ветерка]. От этого у всех присутствующих потемнели лица, а их лицевые мускулы исказились. Дородный парень, [Хризантема Раскрывается На Юг], гневно уставился на Нин Шу и сказал: - Тебе не стоит заходить слишком далеко в издевательствах над другими. Остальные тоже смотрели на Нин Шу с недружелюбными выражениями лиц, но Нин Шу лишь усмехнулась. - Заходить слишком далеко в издевательствах над другими? Ваша Секта Верховного Дракона назначила награду игрокам за то, что они меня убьют. Разве это не считается этим самым "слишком далеко"? В итоге, людям из Секты Верховного Дракона удалось освободить [Течение Прохладного Ветерка] из лиан. [Течение Прохладного Ветерка] безэмоционально указал на Нин Шу и закричал: - Я заставлю тебя за это заплатить. Я сделаю так, что ты никогда больше не сможешь оставаться в этой игре. Нин Шу похлопала себя по груди. - Ох, мне так страшно! Тебе стоило подождать с такими словами, пока ты не прокачаешься получше, а то ты выглядишь как новичок. После этого она указала на него своим хлыстом и сказала: - Это я должна была сказать это. Я сделаю так, чтобы ты больше не мог оставаться в этой игре. Цвет лица [Течения Прохладного Ветерка] стал очень неприятным, когда он уставился на Нин Шу, а потом он отвёл свой взгляд. - Ты успешно спровоцировала меня. [Течение Прохладного Ветерка] развернулся и пошёл прочь. Остальные слегка нахмурились и глянули на Нин Шу, прежде чем последовать за [Течением Прохладного Ветерка]. [Хризантема Раскрывается На Юг] ухмыльнулся Нин Шу, обнажая свои белые зубы. Он демонстративно провёл пальцем по горлу. - Не важно кто ты, но ты встряла. Теперь мы будем серьёзными, так что ты не сможешь выстоять перед этими последствиями. Нин Шу ответила беззаботным тоном: - Нет ничего такого, перед чем нельзя было бы выстоять. ---------- [Непревзойденная Красота Этого Папочки] Когда [Течение Прохладного Ветерка] увидел, что [Потерянная Маленькая Мими] всё ещё смотрит в пустоту, он нежно сказал ей: - Девочка, мы уходим. Чего же ты всё ещё стоишь тут? [Течение Прохладного Ветерка] был очень тронут тем, как недавно поступила [Потерянная Маленькая Мими]. Девушка добровольно заступилась за него, когда он был в опасности. И хотя её способности были очень слабыми, его сердце всё равно почувствовало теплоту в её действиях. Раньше он считал, что эта девушка тупая, но теперь он понял, что она очень тупая. Она была такой тупой, что это было мило и от этого у людей щемило в сердце. Когда [Безупречный Морозный Лотос] увидела, что [Течение Прохладного Ветерка] зовёт только [Потерянную Маленькую Мими] и совсем не обращает на неё внимания, она злобно закусила губы. Почему эти люди видят лишь [Потерянную Маленькую Мими]? Все вокруг утешают её. Но если бы не тот факт, что она позвала людей на помощь [Течению Прохладного Ветерка], то смог бы [Течение Прохладного Ветерка] сбежать от [Эта Супруга Вернулась]? [Потерянная Маленькая Мими] была такой глупой и тупой, она знала лишь то, как создавать проблемы. [Течение Прохладного Ветерка] был полностью обездвижен и пойман только из-за [Потерянной Маленькой Мими], так почему [Течение Прохладного Ветерка] не винит её в этом? Никто не хвалил человека, который поступил правильно, но вот глупый человек, который создаёт больше всего проблем, получает всё внимание и похвалы. [Безупречный Морозный Лотос] никак не могла понять, почему так происходит. Почему? Почему [Течение Прохладного Ветерка] смотрит только на эту глупую девушку? [Безупречный Морозный Лотос] глянула на [Потерянную Маленькую Мими], которая улыбалась и плакала, глядя на [Течение Прохладного Ветерка], а потом увидела, как [Течение Прохладного Ветерка] нежно вытирает слёзы [Потерянной Маленькой Мими]. В сердце [Безупречного Морозного Лотоса] появилась ненависть и зависть. Почему [Течению Прохладного Ветерка] нравится только [Потерянная Маленькая Мими]? Почему? ______________________________________________________________________ Нин Шу убрала тысячекилометровую лиану, прошла подземелье, а потом приготовилась вернуться в город. Однако на обратном пути она почувствовала, что некоторые люди смотрят на неё очень странно. Это были высокоуровневые игроки, и их уровни были достаточно высоки, чтобы они могли считаться богами. Эти люди смотрели на неё так, словно она была высококачественным предметом снаряжения, поэтому она тут же насторожилась. Однако ей всё равно загородил дорогу какой-то игрок. Нин Шу посмотрела на него. Она его не знала, но его уровень был очень высоким. Он был лишь чуть ниже, чем у [Течения Прохладного Ветерка], прежде чем она срубила его уровни. - Зачем ты мне дорогу перегородил? Ты же не пытаешься меня убить, верно? Нин Шу посмотрела на него. Его уровень был довольно высоким, так что потребуются некоторые усилия, чтобы избавиться от него. Игрок под ником [Непревзойденная Красота Этого Папочки] не выглядел так, словно он имел какие-то злобные намерения. Он сказал: - Тебе просто не повезло. Секта Верховного Дракона увеличила свою награду за твою голову. И одной только золотой короны полного атрибута из высококачественного снаряжения трёхлапой фиалки достаточно, чтобы свести людей с ума, но они предложили ещё больше. Нин Шу слышала об этом снаряжении. Золотая корона фиалки, также известная как корона кронпринца, была наиболее популярным снаряжением среди парней-игроков. И в то же самое время, она была самой дорогой. Она была идеальным инструментом для того, чтобы выглядеть круто. А если продавать её за реальные деньги, то она стоила больше десяти тысяч юаней. Нин Шу холодно рассмеялась. [Течение Прохладного Ветерка] явно свободно разбрасывался своими деньгами. По сути, он использовал золото, чтобы заманить игроков и чтобы она была окружена врагами со всех сторон до тех пор, пока не будет вынуждена покинуть мир этой игры. [Течение Прохладного Ветерка] понятия не имел, что она с самого начала была частью этой игры. Если будет нужно, она может зарегистрировать кучу персонажей и может даже изменить свою внешность, чтобы оставаться в этой игре. Если бы она была реальным игроком, то она, вероятно, почувствовала бы сильное давление от подобного метода [Течения Прохладного Ветерка] и не посмела бы больше снова входить в эту игру. Нин Шу предположила, что семья [Течения Прохладного Ветерка], вероятно, имела много денег и те люди, что постоянно тусили с [Течением Прохладного Ветерка], тоже, вероятно, были из достаточно приличных семей. И теперь они объединили усилия, чтобы нацелиться на неё, так как она снесла так много уровней у [Течения Прохладного Ветерка]. Если бы он потерял ещё пару уровней, то действительно был бы вынужден вернуться в деревню новичков, чтобы восстановить свои уровни. Теперь он всерьёз был нацелен на то, чтобы отомстить ей. Сегодня за ней пришёл [Непревзойденная Красота Этого Папочки], а значит завтра будет какой-нибудь [Вселенское Красотейшество Этого Папочки]. Все игроки, которые захотят получить то снаряжение, придут, чтобы доставлять ей хлопот. ---------- Извращенная Женщина По отношению к этим людям, которые хотели использовать её как средство для получения снаряжения, Нин Шу не собиралась проявлять вежливость, и тут же выпустила тысячекилометровую лиану, чтобы поймать игрока, который заблокировал ей путь. [Непревзойденная Красота Этого Папочки], который был пойман лианами, стал усердно вырываться. Когда он увидел, что Нин Шу смотрит на него с холодным выражением лица, он с улыбкой сказал: - Красотка, я просто немного пошутил. Мне было лишь интересно взглянуть на человека, который смог настолько довести великого бога Секты Верховного Дракона. Нин Шу ухмыльнулась. - Ты слишком скромничаешь. Всё же, ты тоже великий бог. Затем она подняла меч и начала срубать уровни игрока [Непревзойденная Красота Этого Папочки]. Они не были святыми, так что и жалости к ним испытывать не было смысла. Если бы её навыки были недостаточно сильными, то эти люди просто накинулись бы на неё целой оравой, пытаясь срубить, словно дерево, с которого падают деньги. Как будто она была боссом, с которого выпадало ценное снаряжение. Она была в гораздо более жалком состоянии, чем эти люди. После того, как она успешно заставила парня потерять несколько уровней, она радостно ушла. [Непревзойденная Красота Этого Папочки] состроил недовольную гримасу, наблюдая за тем, как уходит Нин Шу. Эта женщина была очень жестокой. Ему будет очень трудно вернуть те уровни, что он потерял. Похоже, что это снаряжение будет не так-то просто заполучить. [Течение Прохладного Ветерка] заставил всех игроков обернуться против неё, а значит она обязательно должна отплатить ему тем же. Так как ник [Течение Прохладного Ветерка] был именем великого бога, то [Течение Прохладного Ветерка] не мог позволить себе расстаться с этим аватаром. И хотя у него уйдёт немало времени на то, чтобы прокачать этот аватар до прежнего уровня, он всё равно настойчиво будет заниматься этим. И поэтому Нин Шу теперь тратила всё своё время на [Течение Прохладного Ветерка]. Каждый раз, когда [Течение Прохладного Ветерка] показывался в подземелье, она тут же прибегала туда без отдыха, чтобы убивать [Течение Прохладного Ветерка] до тех пор, пока он не потеряет свои уровни. Как только он набирал несколько уровней, она пользовалась преимуществом того, что его уровни всё ещё были низкими, и убивала его до тех пор, пока он не был вынужден вернуться в деревню новичков. А потом ему снова приходилось начинать с деревни новичков. Нин Шу даже невольно задумалась о том, что [Течение Прохладного Ветерка] был физически неспособен разделиться с [Потерянной Маленькой Мими]. [Потерянная Маленькая Мими] была всего лишь алхимиком – алхимиком без какой-либо боевой силы вообще – но [Течение Прохладного Ветерка] всё равно брал [Потерянную Маленькую Мими] с собой на прокачку уровней. [Потерянная Маленькая Мими] была рада составить компанию лидеру секты и помочь ему вернуться на вершину. Она была так взволнована, что казалось даже, словно она радуется его новым уровням даже больше, чем своим. Поэтому, каждый раз, когда Нин Шу убивала [Течение Прохладного Ветерка] до тех пор, пока он не потеряет все свои уровни, [Потерянная Маленькая Мими] тут же подходила к Нин Шу и называла её извращённой женщиной. Нин Шу с большой радостью принимала это прозвище и даже не удосуживалась отвечать [Потерянной Маленькой Мими]. А всё потому, что [Потерянная Маленькая Мими] смотрела на всё только со своей собственной перспективы. Она лишь видела, что человек, который ей нравится, [Течение Прохладного Ветерка], теряет уровни от того, что его убивают. Она никогда не видела того, как [Течение Прохладного Ветерка] разбрасывается деньгами словно нувориш, доставляя Нин Шу проблем. Поэтому Нин Шу совсем не хотела ничего объяснять [Потерянной Маленькой Мими]. Всё равно до неё ничего не дойдёт. Каждый раз, когда Нин Шу убивала [Течение Прохладного Ветерка] и сносила его уровни, [Течение Прохладного Ветерка] пристально смотрел на Нин Шу с ненавистью и отвращением. Вкупе с укоризненным взглядом [Потерянной Маленькой Мими], это делало Нин Шу, которая купалась в образе плохого героя, очень довольной. Нин Шу знала, что злость и обида между ней и [Течением Прохладного Ветерка] уже дошла до такой степени, что они больше не могли жить под одним небом, поэтому, каждый раз, когда она его атаковала, она не сдерживалась и была совершенно беспощадна. После того, как [Течение Прохладного Ветерка] был дважды отправлен в деревню новичков при помощи Нин Шу, он наконец-то усвоил урок. С этих пор, каждый раз, при прохождении подземелий, он брал с собой своих компаньонов, чтобы они его защищали. Наконец-то он всё понял. Эта девушка была действительно чокнутой. ---------- Ты Хочешь Выебать Код? Когда Нин Шу увидела, что [Течение Прохладного Ветерка] созвал всех своих людей и смотрел на неё с таким мрачным выражением лица, она громко расхохоталась. [Хризантема Раскрывается На Юг] потёр свой лоб и посмотрел на Нин Шу. - Как человеку, тебе не стоит заходить так далеко и поступать подобным образом. Тебе не стоит слишком полагаться на тот факт, что твой уровень высокий. Мы всё равно сможем тебя убить. Нин Шу притопнула ногами. - Ну так давайте? Давайте, убейте меня. [Хризантема Раскрывается На Юг] холодно рассмеялся. - Больше похоже на то, что ты хочешь, чтобы я тебя выебал. Но даже если такая чокнутая как ты, ляжет прямо передо мной, чтобы я её выебал, я всё равно не стал бы тебя ебать. Нин Шу: … Ты хочешь выебать код? Неужели ты думаешь, что это из тех вещей, которые ты сможешь выебать только потому, что этого хочешь? Нин Шу холодно рассмеялась. Компаньоны [Течения Прохладного Ветерка] были довольно высокого уровня. Вообще-то, они все уже могли считаться великими богами, так что уровень [Течения Прохладного Ветерка] выглядел особенно жалким, когда он стоял рядом с ними. - Твой уровень явно низковат. Гляди, все твои сопартийцы более высокого уровня, чем ты, но тебе всё ещё не стыдно быть лидером Секты Верховного Дракона? Ты уже постыдись и освободи эту должность, - ухмыльнулась Нин Шу. Цвет лица [Течения Прохладного Ветерка] стал заметно хуже. Когда он увидел, что у членов его команды уровни действительно гораздо выше, чем у него, то его цвет лица стал ещё хуже. У [Течения Прохладного Ветерка] было очень сильное эго. Его персонаж всегда должен иметь самый высокий уровень в команде, но эта безумная женщина так много раз убивала его. [Хризантема Раскрывается На Юг] зловеще посмотрел на Нин Шу. - Ты пытаешься настроить нас друг против друга. А я тебе говорю, что командир – это наш командир. И не важно, какого он уровня, он всё равно наш командир. - Всё верно, - [Монстр Очень Сильный Иди Ты Вперёд] тут же согласился, а потом обратился к [Течению Прохладного Ветерка]: - Командир, вы скоро сможете вернуть свои уровни. Девушка-игрок под ником [Красивая и Грудастая] сказала: - Что конкретно ты пытаешься сделать? Зачем ты на нас так активно нацелилась? Если ты затаила на нас какую-то обиду, то разъясни всё! Что это за поведение такое, когда ты постоянно тайком нападаешь? Нин Шу подняла брови. Она не ожидала, что члены команды [Течения Прохладного Ветерка] станут его так поддерживать. Ну, это не совсем поддержка. [Течение Прохладного Ветерка], вероятно, был главным в этой группе. В реальной жизни положение семьи [Течения Прохладного Ветерка] наверняка было лучше, чем у этих людей. Причём настолько, что они подсознательно выслуживались перед ним. Однако Нин Шу интересовало лишь задание, в котором она должна была добиться того, чтобы он больше не мог оставаться в игре. Она не стала отвечать этим людям, потому что битва была неизбежной. И поэтому она выпустила свою тысячекилометровую лиану, чтобы связать этих людей. [Хризантема Раскрывается На Юг] холодно рассмеялся. - Думаешь, что ты одна такая, кто может обладать хорошими вещами? У [Хризантема Раскрывается На Юг] тоже была тысячекилометровая лиана. И хотя его лианы были не такими большими, как Нин Шу, когда две тысячелетние лианы переплелись друг с другом, между ними началась борьба. Нин Шу лишь рассмеялась, а потом щёлкнула пальцами, и её тысячекилометровая лиана тут же стала расти больше. Под всеобщими взглядами лиана [Хризантема Раскрывается На Юг] была полностью поглощена тысячекилометровой лианой Нин Шу. [Хризантема Раскрывается На Юг] нахмурился. - Тысячекилометровую лиану можно использовать ещё и таким образом? После того, как Нин Шу прошла множество подземелий, её уровень уже был довольно высоким. Как минимум, он едва отличался от уровней сопартийцев [Течения Прохладного Ветерка]. Более того, её тысячекилометровая лиана имела крайне мощную связывающую силу. Нин Шу тут же направила свою тысячекилометровую лиану, чтобы та связала всех этих людей. Однако [Хризантема Раскрывается На Юг] и остальные тоже не были слабаками. У них у всех было много мощного снаряжения. Лианы просто не могли к ним подобраться, поэтому Нин Шу просто шагнула на лианы и подняла свой палаш, чтобы сразиться с этими людьми. [Течение Прохладного Ветерка], [Потерянная Маленькая Мими] и практически невидимая [Безупречный Морозный Лотос] наблюдали за этим со стороны. [Течение Прохладного Ветерка] сжал кулаки. Ощущение собственной слабости очень раздражало его. Пока он наблюдал за этим безжалостным и крутым боем, его эго постепенно начало крошиться. Все его члены команды были сильнее его. И это было очень отвратительное ощущение. ---------- Безответная Любовь Благодаря тысячекилометровой лиане, Нин Шу сражалась примерно на равных с сопартийцами [Течения Прохладного Ветерка]. Им не только приходилось фокусироваться на битве с Нин Шу, но ещё и отбиваться от мешающей им тысячекилометровой лианы, так что, некоторое время было трудно понять, кто одерживает верх. Нин Шу глянула на [Течение Прохладного Ветерка], которого защищали несколько человек, а потом быстро направила тысячекилометровую лиану, чтобы подтащить его. Как только [Течение Прохладного Ветерка] увидел, что эта девушка нацелилась на него взглядом, у него появилось дурное предчувствие. Мгновением позже, он увидел, как возвышающаяся стена лиан хлынула в его сторону. Его первым рефлексом было защитить [Потерянную Маленькую Мими] своим телом. Он крепче сжал меч, чтобы разрубить лианы, которые хотели его связать. [Течение Прохладного Ветерка] защищал только [Потерянную Маленькую Мими] и совсем не обращал внимания на [Безупречный Морозный Лотос], которая стояла рядом с ним, поэтому [Безупречный Морозный Лотос] вскоре была схвачена лианами. И хотя от этого она бы не умерла, ей было очень больно от того, что лианы плотно обхватывали всё её тело. Лицо [Безупречного Морозного Лотоса] покраснело от недостатка воздуха. Она посмотрела в сторону и увидела, что [Течение Прохладного Ветерка] покровительственно защищает [Потерянную Маленькую Мими]. Её сердце наполнило такое количество зависти, что у неё всё лицо перекосило. Ей тоже нравился [Течение Прохладного Ветерка], но [Течению Прохладного Ветерка] нравилась только [Потерянная Маленькая Мими]. Почему? Почему?! Какая её часть была не настолько хорошей, как у этой глупой [Потерянной Маленькой Мими]? Почему всем этим людям так нравилась [Потерянная Маленькая Мими]? Они говорили, что она слишком угрюмая, поэтому она им не нравится. Как так вышло, что [Потерянной Маленькой Мими] так легко всё прощали, даже когда она создавала проблемы? Неужели это всё считалось нормальным, потому что она была тупой? И только из-за того, что сама она была немного задумчивой, её называли угрюмой. Почему?! Мнение людей о Нин Шу ухудшилось ещё больше, когда они увидели, что она попыталась тайком напасть на их командира, пока сражается с ними. [Красивая и Грудастая] тут же выстрелила очень ярким шаром света. Когда он взорвался, из него вырвался интенсивный свет, сжигающий лианы. Когда Нин Шу видела, что все характеристики лианы начали стремительно снижаться, она поспешила убрать лиану и прищурившись посмотрела на [Красивую и Грудастую]. У этой молочной мамочки, оказывается, есть такая мощная боевая атака? Как только Нин Шу убрала лианы, все тут же обеспокоенно начали спрашивать у [Течения Прохладного Ветерка], как он себя чувствует. [Течение Прохладного Ветерка] покачал головой, давая понять, что с ним всё в порядке. [Потерянная Маленькая Мими] вышла вперёд и спросила Нин Шу: - Старшая сестрица, почему ты всё время стремишься сделать больно нашему лидеру секты? - Потому что это делает меня счастливой, - ответила Нин Шу с сияющей улыбкой. [Потерянная Маленькая Мими] надулась. - Я знаю, это потому, что лидер секты тебе нравится. Ты делаешь это для того, чтобы привлечь его внимание. Ты страдаешь от безответной любви и из этой любви родилась ненависть. Но, раз ты кого-то любишь, разве ты не должна желать ему счастья? Нин Шу: Ха. Ха. - Кто тебе такое сказал? – спросила Нин Шу. Неужели эта девушка знает о безответной любви и ненависти, рождённой из любви? [Потерянная Маленькая Мими] без колебаний сдала свою подругу. Она указала на [Безупречный Морозный Лотос] и сказала: - Мне это Морозка рассказала. Морозка очень умная. Она давно уже поняла все твои мысли. [Безупречный Морозный Лотос], которая до этого кашляла от того, что её чуть не задушили лианы, теперь уставилась на свою подругу, ошеломлённая, а потом перевела взгляд на Нин Шу, которая стояла без единой эмоции на лице. Сопартийцы [Течения Прохладного Ветерка] тоже посмотрели на [Безупречный Морозный Лотос], отчего её лицо тут же залилось краской. Она очень хотела сейчас провалиться под землю. [Потерянная Маленькая Мими] подошла и схватила [Безупречный Морозный Лотос] за руку. С непоколебимым убеждением на лице она сказала: - Морозка, разве ты не согласна? Ведь плохо же, делать людям больно, только ради того, чтобы привлечь их внимание. Если тебе действительно кто-то нравится, то к нему нужно относиться хорошо, а не калечить их подобным образом. Морозка, это же ты мне об этом сказала. Нин Шу очень хотелось зажечь свечку в память о [Безупречном Морозном Лотосе]. ---------- Я Заставлю Тебя Пожалеть Об Этом [Безупречный Морозный Лотос] уставилась прямо в лицо [Потерянной Маленькой Мими]. Она ещё и улыбается? Это была всё та же чистая улыбка невинной дурочки. [Безупречный Морозный Лотос] чувствовала непреодолимое желание влепить ей пощёчину. [Потерянная Маленькая Мими] украла у неё парня, который ей нравился, а теперь она ещё говорила подобное такому сильному игроку. Неужели [Потерянная Маленькая Мими] решила, что она недостаточно быстро умирает? Нин Шу выпустила атаку в сторону [Безупречного Морозного Лотоса], отчего та потеряла один уровень, а потом холодно сказала: - Хватит пытаться угадать мои намерения. [Безупречный Морозный Лотос] пыталась сделать так, чтобы [Потерянная Маленькая Мими] чувствовала враждебность к ней, явно потому, что сама хотела подобраться к [Течению Прохладного Ветерка]. Когда Нин Шу атаковала, [Течение Прохладного Ветерка] оттащил [Потерянную Маленькую Мими] в сторону. Атака Нин Шу были не очень сильной, поэтому остальные могли спокойно её заблокировать, но, по какой-то причине, никто из них не помог [Безупречному Морозному Лотосу] заблокировать эту атаку. [Безупречный Морозный Лотос] испытывала сильную боль. Она знала, что её противник раздражена тем, что она сказала, и наказывала её в качестве предупреждения, чтобы впредь она была поосторожнее со словами, а иначе ей тоже грозит судьба быть убитой до тех пор, пока она не вернётся в деревню новичков. [Безупречный Морозный Лотос] знала, что её способности были гораздо ниже, чем у [Эта Супруга Вернулась], поэтому она не смела проявлять враждебность к [Эта Супруга Вернулась]. Вместо этого она направила свою ненависть на [Потерянную Маленькую Мими]. Как она могла раскрывать содержимое их личной беседы вот таким образом? Когда [Потерянная Маленькая Мими] увидела, что её хорошую подругу атаковали, она поспешно подбежала к ней и обеспокоенно спросила у [Безупречного Морозного Лотоса]: - Морозка, ты в порядке? Не дождавшись ответа, она повернулась к Нин Шу. - Как ты могла так поступить? Ты атаковала Морозку только потому, что она разгадала твои намерения? Как ты можешь быть такой?! И что с того, что ты сильная в игре? В реальном мире ты всё ещё девушка, которой не досталось любви! – злобно закричала [Потерянная Маленькая Мими], заступаясь за свою подругу. Нин Шу ничего не сказала. Она даже не стала смотреть на [Потерянную Маленькую Мими] или [Безупречный Морозный Лотос] и лишь смотрела на мужчин, которые вели себя так, словно их это не касается. Она пожала плечами, а потом спросила: - Ты всё ещё хочешь сразиться? [Течение Прохладного Ветерка] сегодня не потерял ни одного уровня, так что, полагаю, ему повезло. Я надеюсь, что с этих пор вы, ребята, сможете защищать его двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Нин Шу покачала головой. - Тц, тц, тц. Великий бог [Течение Прохладного Ветерка] теперь жалкий слабак, кусок мусора, которому нужна защита его друзей, каждый раз, как он куда-то пойдёт, - ехидно сказала она. [Течение Прохладного Ветерка] сжал кулаки. Его взгляд был полон ярости и ненависти, когда он посмотрел на Нин Шу. Он никогда раньше не встречал столь ненавистной женщины. - Хватит уже выдумывать всякое! Наш лидер секты вовсе не слабак! Это ты используешь свой высокий уровень, чтобы издеваться над нашим лидером секты! Да что ты вообще за человек такой?! – злобно закричала [Потерянная Маленькая Мими], когда она увидела, что оскорбляют человека, который ей нравится. Нин Шу посмотрела на неё. - А тебе явно есть что сказать. Чего ты всё скачешь вокруг него так много? Тебе от этого весело? Один только её вид серьёзно раздражал. Нин Шу очень хотела просто убить её одним ударом. Однако она решила ничего не делать, когда увидела мрачное выражение лица [Безупречного Морозного Лотоса] и её взгляд, полный смешанной ненависти и зависти, когда та смотрела на [Потерянную Маленькую Мими]. Большой злой волк был рядом с красной шапочкой, так что девушка ещё успеет предостаточно настрадаться. Как же прекрасно зрелище распадающейся дружбы. Нин Шу была почти уверена, что если бы она была [Безупречным Морозным Лотосом], то она бы точно перешла на тёмную сторону, с такой подругой-троллем, которая троллит тебя с праведным видом, отчего остальные считают её простой и милой. Если человек говорит всё, что думает, то разве это не очень просто и мило? - Я заставлю тебя пожалеть об этом, - [Течение Прохладного Ветерка] холодно посмотрел на Нин Шу. – И в игре, и в реальном мире. ---------- Обслуживание Кронпринца Это уже больше не было просто внутриигровой проблемой. Проблема уже перекинулась и на реальный мир. [Течение Прохладного Ветерка] был сыт по горло этой женщиной и хотел использовать свою власть в реальном мире, чтобы заставить её заплатить цену. Когда Нин Шу услышала, что [Течение Прохладного Ветерка] хочет заставить её заплатить в реальном мире, она лишь рассмеялась. - Если тебе хватит способностей, прошу тебя, [Течение Прохладного Ветерка], найди меня. Когда [Хризантема Раскрывается На Юг] увидел, что эта женщина ничуть не обеспокоена, он холодно рассмеялся. - Ты умрёшь очень трагичной смертью. Ты спровоцировала нашего командира, так что тебе конец. Нин Шу подняла брови. - Так почему бы тебе не сказать настоящую личность великого бога [Течение Прохладного Ветерка] в реальном мире, чтобы я могла на него взглянуть? Посмотрим, сможет ли это напугать меня настолько, что у меня аж колени ослабнут. [Промежности Прохладно От Ветра] сказал: - Семья [Течения Прохладного Ветерка] – самая богатая в городе Цинхай. Одного его слова достаточно, чтобы ты и шагу больше не могла нормально ступить в реальном мире. Нин Шу громко расхохоталась. - Неудивительно, что вы все так заботитесь о [Течении Прохладного Ветерка], словно вы, ребята, обслуживаете кронпринца. Оказывается, вы просто хотите выслужиться перед ним. [Течение Прохладного Ветерка] холодно сказал: - Мы все – друзья детства. И мы общаемся друг с другом на равных. Когда остальные услышали, как [Течение Прохладного Ветерка] говорит о том, что считает их равными, они ничего не сказали. Нин Шу ни капли в это не поверила. Общаются друг с другом на равных? Вот не надо так шутить. - Лидер Секты, так ты – юный хозяин из богатой семьи? [Потерянная Маленькая Мими] безрадостно поджала губы. [Течение Прохладного Ветерка] поднял брови и спросил, поддразнивая её: - Что? Неужели я не могу быть юным хозяином из богатой семьи? Уголки рта [Потерянной Маленькой Мими] опустились вниз ещё больше. - Богатые люди – нехорошие люди. - Да почему же мы – нехорошие люди? – возразил [Хризантема Раскрывается На Юг], почёсывая своё затылок. [Потерянная Маленькая Мими] лишь упорно повторила: - Они просто нехорошие люди. Нин Шу: … - Ты погоди у меня, великий бог [Течение Прохладного Ветерка]. Эта супруга будет убивать тебя каждый раз, как увидит. С этими словами Нин Шу развернулась и ушла. - Командир, она совсем уже обнаглела. [Хризантема Раскрывается На Юг] раздражённо стиснул зубы, наблюдая за тем, как уходит Нин Шу. [Течение Прохладного Ветерка] холодно ответил: - Завтра меня в игре не будет. Когда остальные услышали, как [Течение Прохладного Ветерка] сказал эти слова, они тут же поняли, что он намерен сделать. Он собрался пойти на охоту и найти [Эта Супруга Вернулась] в реальном мире, а потом раздавить её, чтобы она больше не могла буйствовать в игре. Нин Шу ни капли не заботило то, что [Течение Прохладного Ветерка] будет её разыскивать. Будет странно, если он сможет найти что-нибудь, так как она была лишь кодом в игре. Никто не сможет угадать её настоящую личность Он мог искать её столько, сколько в него влезет. Нин Шу прошла ещё пару подземелий, отчего её уровень снова повысился, а заодно она заполучила множество высококачественного снаряжения. Попутно, она ещё и повысила уровень тысячекилометровой лианы. Став сильнее, она тут же отправилась на поиски [Течения Прохладного Ветерка]. За всё это время, что она его не видела, его уровень увеличился. Когда Нин Шу нашла [Течение Прохладного Ветерка] в этот раз, то он был без [Потерянной Маленькой Мими]. Нин Шу не знала, было ли это из-за того, что они поссорились или потому что он решил, что слишком опасно брать с собой [Потерянную Маленькую Мими]. Цвет лица [Течения Прохладного Ветерка] тут же потемнел, когда он увидел Нин Шу. Его выражение лица стало сложным, так как он потратил много времени, но не смог узнать, кем она была. Серьёзно, словно её вообще не существовало! Это было просто невероятно. [Течение Прохладного Ветерка] даже начал подозревать, что эта женщина из семьи, у которой влияние даже больше, чем у его семьи, потому что как ещё можно объяснить тот факт, что он не смог найти абсолютно ничего? ---------- Словно Овца Для Стрижки Более того, [Течение Прохладного Ветерка] не помнил, чтобы вообще когда-либо игрался с чувствами девушки. От того, что эта женщина постоянно обвиняла его в этом, он ненавидел её ещё больше. Нин Шу посмотрела по сторонам, а потом спросила: - [Течение Прохладного Ветерка], а чего это тебя сегодня никто не защищает? Неужели ты посмел отправиться в подземелья сам по себе? Голос Нин Шу был полон презрения. [Течение Прохладного Ветерка] прищурился, глядя на неё. Внезапно он спросил: - А почему именно ты постоянно преследуешь меня? - Я же уже тебе несколько раз говорила, - тихо ответила Нин Шу, доставая меч и готовясь убить [Течение Прохладного Ветерка]. - Тогда я хочу знать кто ты и кто та девушка, которую я обидел. [Течение Прохладного Ветерка] не сводил взгляда с лица Нин Шу, когда попросил об этом. Нин Шу была немного удивлена. Это было впервые, когда [Течение Прохладного Ветерка] был таким вежливым в разговоре с ней, и теперь он даже говорил с ней так, словно они были равны. В прошлом он всегда был очень снисходителен по отношению к ней, так что же изменилось? Ну, кому какое дело, что он там думает? Нин Шу подняла меч и замахнулась им в сторону его головы. [Течение Прохладного Ветерка] делал всё что мог, чтобы отбиваться от атак Нин Шу. И хотя это было трудно, ему удавалось справляться с ними. В данный момент [Течение Прохладного Ветерка] хотел лишь самостоятельно прокачивать уровни. Он знал, что эта безумная женщина придёт за ним, но он не хотел больше позориться перед своими сопартийцами. Он даже не взял с собой [Потерянную Маленькую Мими]. Нынешний уровень Нин Шу был гораздо выше, чем у [Течения Прохладного Ветерка]. Ей не пришлось даже доставать тысячекилометровую лиану, чтобы убить его и заставить вернуться в деревню новичков. Цвет лица [Течения Прохладного Ветерка] был очень некрасивым, когда он зарычал на Нин Шу. - Да кто ты вообще такая?! Нин Шу не ответила. После убийства [Течения Прохладного Ветерка] и после того, как он был вынужден вернуться в деревню новичков, Нин Шу испытала огромное блаженство. Она наконец-то смогла отправить в деревню новичков и его! В последующие дни, каждый раз, когда [Течение Прохладного Ветерка] пытался прокачать уровни, Нин Шу тут же прибегала, чтобы убить его. Каждый раз, когда [Течению Прохладного Ветерка] удавалось восстановить немного уровней, Нин Шу сметала их все. Он был словно овца для стрижки. Она остригала его, как только шерсть становилась длиннее. [Течение Прохладного Ветерка] был уже практически на грани сумасшествия. Однако, даже после такого серьёзного издевательства, он хотел сохранить это втайне от своих компаньонов, так как иначе это стало бы ещё более унизительным. Он увидел, что его противник становится значительно сильнее, и понял, что не сможет снова прокачать свой аватар. Это было просто невыносимо, когда тебя преследует сумасшедшая женщина. Поэтому [Течение Прохладного Ветерка] решил сменить аватар. Нин Шу была как раз занята тренировкой в написании когда, когда она услышала мировое оповещение: [Хризантема Раскрывается На Юг] занял позицию лидера секты в Секте Верховного Дракона. [Хризантема Раскрывается На Юг] стал лидером Секты Верховного Дракона? Тогда что насчёт [Течения Прохладного Ветерка]? Неужели он ушёл из мира игры? Но система ещё не оповестил её о том, что задание выполнено. А это означает, что [Течение Прохладного Ветерка] ещё не отказался от игры. Самый вероятный сценарий был в том, что он решил начать сначала под новым аватаром. Нин Шу вошла в главную систему игры, чтобы проверить недавно зарегистрированные аватары. Она нашла того, кто мог оказаться [Течением Прохладного Ветерка]. Новый аватар, который называется [Потерянный Маленький Мастифф]? [Потерянный Маленький Мастифф]? Есть [Потерянная Маленькая Мими], а теперь появился [Потерянный Маленький Мастифф]. Это же всё равно, что сочетающиеся ники для влюблённых. Разве [Течение Прохладного Ветерка] не пытался быть похожим на крутого и равнодушного человека? Как же его стиль поведения так резко упал? Нин Шу решила, что ей нужно проверить, действительно [Потерянный Маленький Мастифф] был [Течением Прохладного Ветерка] или нет. Она нашла [Потерянного Маленького Мастиффа], который в данный момент прокачивался. Его черты лица были похожи на [Течение Прохладного Ветерка], но, когда она взглянула на него снова, они показались совсем другими. Должно быть, он воспользовался системой, чтобы сделать свой аватар основанным лишь на 10% от его настоящей внешности. ---------- Хаа, Какая Жалость Заблокировала путь [Потерянному Маленькому Мастиффу] и закричала: - [Течение Прохладного Ветерка]? Тело [Течения Прохладного Ветерка] напряглось, а потом он уставился на Нин Шу, не отрицая этого. - А ты удивительная. Он создал этот аватар совсем недавно. Он надеялся воспользоваться преимуществом и за это время быстро повысить уровень. Он даже потратил много денег на покупку хорошего снаряжения. Однако эта безумная женщина снова, блять, нашла его. Что за психопатка! Нин Шу улыбнулась и восторженно ответила: - Это действительно ты? Кто бы мог подумать, что ты поменяешь аватар? Да и уровень у тебя довольно хорош. Когда [Течение Прохладного Ветерка] увидел, что эта женщина обрадовалась так, словно встретила старого друга, он почувствовал отвращение и жуть. Почему бы этой психопатке не сдохнуть, чёрт подери? Нин Шу даже спросила: - Это ради того, чтобы у тебя с [Потерянной Маленькой Мими] были совпадающие ники, как у влюблённых? [Течение Прохладного Ветерка]: … Да сдохни уже! Чёртова психопатка! Нин Шу проигнорировала искажённое выражение лица [Течения Прохладного Ветерка], и сказала с уважением в голосе: - Я, правда, не ожидала, что ты откажешься от своего аватара [Течение Прохладного Ветерка]. Всё же, это аватар великого бога. После того, как он был множество раз убит психопаткой вроде тебя, то у того аватара уже нет шансов снова восстановить уровни, так какая теперь в нём польза? [Течение Прохладного Ветерка] очень ненавидел эту женщину. И в то же время, он считал, что это огромная жизненная трагедия, раз он привлёк внимание такой ненормальной женщины. Когда его мысли дошли до этой точки, его настигло чувство поражения. Изначально он планировал заставить эту женщину заплатить в реальной жизни, но, неожиданно, он вообще не смог её найти. В его сердце топтались бесчисленные грязно-травянистые лошади*. Нин Шу причмокнула губами, а потом сказала: - Вообще-то, мне больше нравится твой ник [Течение Прохладного Ветерка]. Вот серьёзно, что же заставило тебя перенять такой же стиль, что и у [Потерянной Маленькой Мими]? Хаа, какая жалость. Зачем ты назвал себя мастиффом? [Течение Прохладного Ветерка]: … Сука, сдохни уже! Этот папочка вообще не хочет с тобой разговаривать. - Так-то я считаюсь первой, кто тебя нашёл. Ты не хочешь что-нибудь сказать? Вероятно, ты ещё не сказал об этом аватаре своим товарищам, верно? Всё же, создание нового аватара это не то, чем люди хвастаются. Должно быть, ты планировал добраться до самой вершины прокачки, а потом появиться перед ними, словно бог, верно? Нин Шу болтала с ним, словно со старым другом. [Течение Прохладного Ветерка] не хотел общаться с ней и выпустил своего божественного зверя, чтобы сбежать. Поэтому Нин Шу выпустила свою тысячекилометровую лиану, чтобы приковать [Течение Прохладного Ветерка] к одному месту, а потом срубила все его уровни, не оставив ни одного. [Течение Прохладного Ветерка] был вынужден снова вернуться на тропинки деревни новичков. В этот раз [Течение Прохладного Ветерка] чувствовал больше меланхолию, чем ненависть. Что же за сила вела эту женщину, раз она постоянно появляется и убивает его снова и снова, не чувствуя усталости? Нин Шу уже начала нравиться эта игра в кошки-мышки. Каждый раз, когда уровни [Течения Прохладного Ветерка] увеличивались, она внезапно появлялась, чтобы убить его. Когда он сменял свой аватар, она убивала его снова, а потом ещё раз, и опять. [Течение Прохладного Ветерка] уже потерял счёт тому, сколько раз он умирал от рук этой безумной женщины. У него уже даже не было больше мотивации повышать уровни. Каждый раз, когда он получал свои уровни, эта женщина появлялась, словно по часам, и убивала его. А закончив, она начинала болтать с ним, словно они были хорошими друзьями. Что за психопатка! Сколько бы раз он не менял аватары, эта безумная женщина всё равно могла найти его. Что за херня была с этой женщиной? [Течение Прохладного Ветерка] начал подозревать, что эта женщина была хакером. А иначе как можно было бы объяснить, что она с такой точностью находила его?! Грёбанное дерьмо. Нин Шу убрала свой палаш и сказала, утешая его: - Я верю в тебя. Ты обязательно сможешь восстановить свои уровни в ближайшее время. Работай усердно! Я на тебя надеюсь. [Течение Прохладного Ветерка]: … [Течение Прохладного Ветерка] не появился в игре в очередной раз. Нин Шу больше не могла найти свою цель, поэтому она постоянно заглядывала в главную систему игры, чтобы найти аватар, который мог бы оказаться [Течением Прохладного Ветерка]. Однако она не могла его найти. Она была уверена, что [Течение Прохладного Ветерка] не уйдёт вот так просто. Как могучий и равнодушный юный хозяин из богатой семьи, юный хозяин с таким сильным эго, неужели он действительно вот так просто уйдёт? Нин Шу даже отправилась в Секту Верховного Дракона, чтобы найти [Течение Прохладного Ветерка], но ей сказали, что он больше не будет играть в эту игру. [Течение Прохладного Ветерка] был не единственным, кто больше не появлялся в игре, [Потерянная Маленькая Мими] и [Безупречный Морозный Лотос] тоже больше не заходили в игру. Неужели, они начали проявлять свои чувства в реальном мире? Вероятно, у них началась очередная любовная история с розовыми пузырьками. ---------- Не Могла Найти Свою Цель Однако то, что происходило в реальном мире, её совсем не касалось, и она всё равно не смогла бы там появиться. А ещё она не хотела связываться с тем, что было за пределами её тех.задания. Ведь всё плохое, что с ними происходило – было лишь в игре. Так как [Течение Прохладного Ветерка] больше не появлялся в игре, то остальное уже было не её дело. Однако ей всё равно казалось странным, что [Течение Прохладного Ветерка] так легко сдался. Это показалось ей нереальным. Естественно, Нин Шу не знала, что о ней думал [Течение Прохладного Ветерка], что она была сумасшедшей в худшем своём проявлении. Более того, он был уверен, что Нин Шу обладает сильным влиянием в реальном мире. К тому же, он даже в игре не мог её победить. К тому же, эта игра была не единственной, в которую можно было играть. В любом случае, [Течение Прохладного Ветерка] больше не хотел видеть эту безумную женщину. Поэтому он забрал свою юную девушку и покинул игру. [Потерянная Маленькая Мими] решила, что она не может оставить свою хорошую подругу одну, поэтому забрала с собой и [Безупречный Морозный Лотос], которая уже перешла на тёмную сторону. В реальном мире [Потерянная Маленькая Мими] и [Безупречный Морозный Лотос] были хорошими подругами. Однако легко догадаться, что произошло, когда две девушки влюбились в одного парня, особенно когда одна из них полностью перешла на тёмную сторону. Нин Шу больше уже не бегала по подземельям, так как её уровень был очень высоким. Большую часть времени она проводила, тренируясь в написании кода, в надежде, что у неё это будет получаться лучше. Ей удалось полностью понять этот код, что может облегчить ей в будущем выполнение заданий. Возможно, однажды это знание станет очень полезным. Спустя некоторое время, Секта Верховного Дракона тоже была распущена. Все члены команды [Течения Прохладного Ветерка] покинули эту игру. Всё же, они играли в неё со своим кронпринцем, как его друзья детства. А теперь, когда кронпринца не стало, им уже больше не было смысла оставаться тут. Нин Шу не была уверена, что задание выполнено, потому что изначальный хост хотела быть правильным NPC, но она уже сделала копию, которая заняла её место. Она решила, что если бы она осталась в виде NPC, то ей было бы трудно выполнить это здание. Как только произошло бы что-то аномальное, главная игровая система легко смогла бы найти аномалию и её бы стёрли. Однако всё было иначе, раз у неё была личность игрока. Более того, она решила, что изначальному хосту будет даже лучше, когда она вернётся в игру и будет жить там, как игрок. Она сможет общаться с людьми не будет привязана к одной области. Мир игры очень большой, и она сможет пойти в нём, куда захочет. И всё же, это означало, что она взяла на себя инициативу и изменила желания изначального хоста, так будет ли это задание зачтено, как выполненное? - Динь, задание выполнено. Покидаем мир задания. Послышался голос 2333 и в голове Нин Шу появился громкий гул. Когда она снова очнулась, то уже была в системном пространстве. Проведя в игре так много времени, она на мгновение растерялась и не могла понять, что настоящее, а что – нет. Как обычно, она решила, что сначала поспит немного. В каждом мире, вне зависимости от сложности задания, она сталкивалась со множеством людей и участвовала во множестве событий. Если она не рассортирует свои мысли, то с течением времени, всё накопится в её сердце, и она больше не сможет ничего делать. Люди с психологическими проблемами могли видеть то, чего не видели другие, вроде галлюцинаций. И от этого они начинают психологически разваливаться. Поэтому у тех людей, которые переживали так много миров, это всё наверняка было в более серьёзной форме. ____________________________________________________________ Примечание: grass-mud horses – грязно-травянистые лошади – это китайский мем, который широко используется в качестве эвфемизма фразы "ёб твою мать" и позволяет обходить цензуру. Буквальное значение грязно-травянистых лошадей – это разновидность альпаки. ---------- Сладкий Мёд На Языке После долгого и сладкого сна, когда Нин Шу снова проснулась, первым делом она взяла лейку, чтобы полить своё растение. А потом она протёрла тряпкой книжную полку. И хотя в системном пространстве не было пыли, она всё равно тщательно прибралась. Самой прискорбной частью во всём это было то, что она не могла потеть в своём духовном состоянии. Если бы она могла вспотеть, то почувствовала бы ещё больше облегчения. Поработав и не вспотев, Нин Шу сказала 2333: - Давай посмотрим, сколько очков мы получили в этот раз. - Ладно. Перед Нин Шу появилась панель характеристик: Номер: 2333 Ранг 2 (Новичок) Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 170000 (+30000) Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 80 Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 40 Вера: 1 Способность: 26 Заслуги: 15 (+20) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао) Выполненные Желания: Выполнять свои обязанности, как и положено NPC. Сделать так, чтобы Течение Прохладного Ветерка не мог использовать её и чтобы он больше не мог оставаться в этом игровом мире. Степень Завершения Задания: 80% Получено Очков Атрибутов: 5 Нин Шу увидела, что её степень выполнения задания была лишь восемьдесят процентов, и что в этот раз она получила лишь тридцать тысяч очков опыта. Это был самый низкий счёт за всё то время, что она стала официальным получателем задач, и она получила лишь пять очков атрибутов, по сравнению с двадцатью пятью, которые она получила в прошлый раз. Она поджала губы. В этот раз задание было провальным. Как она и подозревала, принимать самостоятельные решения было плохой идеей. Изначальный хост хотела быть прилежной NPC, но Нин Шу заставила изначальный хост покинуть свой пост. С её точки зрения это казалось очень хорошим образом жизни, но для изначального хоста это не обязательно было так же. Изначальный хост была кодом, который жил, полагаясь на главную игровую систему. А оставив эту роль, она оставалась в ужасающем мире, который не могла понять. А потому, что для меня сладкий мёд на языке, то для другого – мышьяк. ---------- Задания Ещё и Судят К счастью, Нин Шу научилась писать код, так что изначальный хост сможет вернуться на своё изначальное место, а иначе это задание было бы засчитано как проваленное. В общем, все те знания, которые Нин Шу получила в мире, останутся изначальному хосту. И она, и изначальный хост будут обладать этой способностью. Нин Шу глубоко вдохнула. В будущем она не может позволить себе быть такой упёртой. И всё же, она невольно чувствовала себя немного удручённой от того, что заработала в этом мире так мало. Всего тридцать тысяч очков опыта и пять очков атрибутов. После нескольких мгновений молчания, Нин Шу добавила все пять очков в интеллект. Панель характеристик отобразила это изменение. Номер: 2333 Ранг 2 (Новичок) Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 200000 Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 80 (+5) Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 40 Вера: 1 Способность: 26 Заслуги: 35 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао) Когда 2333 увидел, что Нин Шу была удручённой, он сказал: - Желания изначального хоста – это то, чего она желает больше всего. Тебе не нужно менять её желания. - Я знаю. Было глупо с моей стороны предполагать подобное, - кивнула Нин Шу. После мгновения тишины 2333 снова попытался утешить Нин Шу. - И всё же, это был самый лучший выбор в данной ситуации. Ничего страшного, что ты заработала меньше очков, ведь важнее всего – твоя жизнь. Семьдесят процентов уже считается за проходной балл для заданий. Вообще-то, задания тоже судят. Ещё есть варианты: удовлетворительное, выдающееся и идеальное. Основываясь на этих четырёх рейтингах, ты получаешь разное количество очков опыта и очков атрибутов. - Есть ещё и такая система? – ошалело спросила Нин Шу. 2333 сказал: - Вообще-то, у тебя есть задание, которое было оценено как идеальное, которое ты выполняла в первобытном мире. Ты успешно завершила задание по обеспечению будущего для племени, поэтому ты получила больше очков опыта и очков атрибутов. Что касается этого задания, оно считается лишь удовлетворительным. Изначальный хост была не очень довольна тем, как ты всё сделала, но ты выполнила вторую половину задания, поэтому оно было и оценено как удовлетворительное. Нин Шу кивнула, обозначая, что она поняла. После этого она открыла системный рынок, чтобы снова пролистать его на предмет полезных вещей, которые она может себе позволить купить. Немного порывшись, она нашла нечто под названием ореол спокойствия. Это был инструмент, который позволял игроку всегда оставаться спокойным. Нин Шу очень хотела его, но он был очень дорогим. Он стоил сто пятьдесят очков опыта. Она так долго мучилась и с трудом заработала всего двести очков опыта. А после покупки этого ореола спокойствия, она снова вернётся к чёртовой стартовой точке. Она поджала губы. После тихой и напряжённой борьбы, она, наконец, решила его купить. Если она умрёт, то кому, чёрт подери, будет дело до очков опыта? Нажав кнопку покупки, она увидела, как количество её очков опыта стремительно снижается до тех пор, пока там не осталось лишь пятьдесят тысяч. С другой стороны, после добавления этого ореола, она тут же почувствовала ясность в голове. Даже её чувство лёгкой депрессии словно исчезло после того, как её сердце стало гораздо спокойнее. Однако Нин Шу знала, что подобные вещи сделаны лишь для поддержки. При выполнении заданий ей всё равно придётся полагаться только на себя. После этого она потратила часть очков на покупку постных пилюль, воды, лекарств и противоядий. После подготовки всего этого, она стала культивировать свою душу. Она всё ещё тренировалась, используя Непревзойдённые Боевые Искусства. Основной причиной тому было то, что она считала это довольно хорошим боевым искусством, спустя всё это время. Оно ей даже начало очень нравиться. А ещё она верила, что это секретное руководство было очень мощным, и оно таким и было! А второй причиной было то, что у неё не хватало очков на покупку руководства по культивации души более высокого уровня. Те секретные руководства были в ценовом диапазоне от нескольких сотен тысяч до пары миллионов очков, так что она могла лишь смотреть на них. Такой уж была жизнь получателей заданий. Сильные становятся сильнее и получают больше ресурсов, в то время как слабые постепенно становятся слабее, пока они не будут уничтожены естественным отбором. Она перестала тренироваться только после того, как её душа начала ощущаться полной. Её душа теперь была гораздо сильнее, чем тогда, когда она только появилась в этом системном пространстве. Когда же эта душа будет настолько сильной, чтобы сконцентрироваться в физическое тело? Тогда она сможет ещё более эффективно тренироваться в Непревзойдённом Боевом Искусстве. А это обязательно произойдёт! Нин Шу тихо подбодрила себя. Она продолжит идти по пути получателя заданий, и станет получателем заданий среднего уровня, а потом – получателем заданий высокого уровня. Она пройдёт через бесчисленное множество миров! Её прежнее чувство депрессии заменилось взбудораженным волнением. Вперёд, к новому приключению. Наша цель – это огромное море звёзд! - Система 2333-сама, давай отправимся в мир задания, - сказала Нин Шу, обращаясь к 2333. Когда 2333 увидел, что прежняя мрачная атмосфера вокруг Нин Шу исчезла, его голос стал более радостным. - Ладно, постарайся, Нин Шу! Нин Шу почувствовала пустоту в голове. Когда она снова начала себя ощущать, то обнаружила, что лежит на деревянной постели, а вокруг неё находится мебель и украшения древней эпохи. Она была уверена, что в этот раз её задание будет проходить в эпоху древнего Китая. Она лишь не знала, какими были желания изначального хоста. #комментарий анлейта: Охо-хо-хо, этот ореол будет в будущем очень полезен во множестве смыслов… ---------- Принц На Белом Коне Нин Шу увидела, что всё вокруг было очень изысканным. Изначальный хост была одета в шёлковое платье с отворотами и вышитыми на нём цветами, которые были настолько хорошо сделаны, что казались нарисованными. Похоже, что у изначального хоста был очень высокий статус. Нин Шу закрыла глаза, чтобы начать получать историю. Изначального хоста звали Вэй Линсянь. Она была первой женой генерала первого ранга, Ань Ю, которого прозвали Генерал, Что Вдохновляет Мощь. Она родила ему одного сына и одну дочь, уважительно относилась к своей свекрови и была добра со слугами. Женатая пара очень заботились друг о друге, и при дворе у них не было ни единой любовницы. В древнюю эпоху было вполне нормально иметь три или четыре жены, так что подобная ситуация была редким благословением. Когда в Облачной Провинции возникло гражданское восстание, Ань Ю был отправлен, чтобы подавить это восстание. Облачный Город был территорией брата нынешнего императора, который родился от другой матери. Когда император услышал эти вести, он в срочном порядке отправил Ань Ю, чтобы тот остановил восстание. Когда Ань Ю наконец-то добрался до Облачной Провинции, он обнаружил, что вся семья принца Яня была уже убита восстанием. На обратном пути он повстречал осиротевших детей принца Яня. Это были дочь, принцесса Минчжу и самый младший сын. Ради защиты свой единственной родословной, принц Янь приказал своей любимой дочери, принцессе Минчжу, защищать юного принца и сбежать из поместья, которое тогда атаковали простолюдины. Всего за одну ночь принцесса Минчжу лишилась своей семьи. Если бы она не выполняла желание своего отца-императора, то погибла бы вместе со всей своей семьёй. Замаскировавшись, она путешествовала вместе со своей служанкой, но они столкнулись с бандитами. Когда все надежды были потеряны, их спас Ань Ю. Ань Ю появился перед Минчжу, словно божество с Небес. Он принёс принцессе Минчжу, которая уже всё потеряла, чувство безопасности и тепла. Во времена её отчаяния, он принёс надежду и даровал ей новую жизнь, словно божество, позволяя ей снова почувствовать тепло. Ань Ю решил, что раз он не смог спасти семью принца Яня, то его долгом будет присматривать за осиротевшими детьми принца Яня, поэтому он защитил их и отвёз обратно в столицу. Ань Ю увидел, что принцесса Минчжу сильно страдала от потери своей семьи, поэтому он с особой заботой утешил её. Принцесса Минчжу была примерно того же возраста, что и его дочь. Ей было почти шестнадцать лет, а она уже пережила нечто подобное. Поэтому он заставил себя быть терпеливым и утешил её. Забота и защита Ань Юя заставили чувства принцессы Минчжу перерасти от уважения и восхищения до любви. Она полюбила Ань Ю, но, в силу её статуса, у неё не было выбора, кроме как скрыть свои чувства. Когда они вернулись в столицу, Ань Ю привёл принцессу Минчжу и его младшего принца в свою резиденцию генерала, чтобы продолжить присматривать за ними, так как чувствовал за них свою ответственность. В резиденции генерала их встретили с теплом. Ань Ю даже построил отдельный двор только для принцессы Минчжу, где она могла бы жить, сказав, что она обязательно вновь почувствует знакомое тепло семьи. Принцесса Минчжу вскоре подружилась с Ань Линюнь, которая была с ней примерно одного возраста. Всем обитателям резиденции генерала очень понравилась хрупкая, но сильная девушка, на плечах которой была тяжёлая ноша по защите будущего семьи принца Яня. Сыну Вэй Линсянь, Ань Юю, было семнадцать лет и, поскольку он находился в самом рассвете юности, естественно, что он влюбился в нежную принцессу Минчжу. Подбадриваемый своей младшей сестрой, он, наконец, набрался храбрости, чтобы признаться в любви принцессе Минчжу, но принцесса Минчжу любила лишь отца Аню Юя, Ань Ю. Когда Вэй Линсянь обнаружила то, что происходит между её мужем и принцессой Минчжу, она была очень недовольна принцессой Минчжу и делала всё, чтобы помешать Ань Ю и принцессе Минчжу. Она даже отправилась во дворец и призналась вдове императора, чтобы та назначала принцессе Минчжу свадьбу. Вдова-императрица назначила хороший брак для принцессы Минчжу с сыном из аристократической семьи, проживающей в столице. Однако принцесса Минчжу расклеилась, когда узнала об этом и встала на колени перед вдовой-императрицей, умоляя её о том, чтобы та отменила свадебное назначение. Она даже сказала вдове-императрице, что любит только Ань Ю и примет только Ань Ю в свою жизнь. Вдова-императрица была в шоке и в ярости. Принцесса из императорской семьи собирается быть любовницей мужчины, который настолько стар, что сгодится ей в отцы?! Это же нарушит все порядки нынешнего общества, поэтому вполне естественно, что вдова-императрица не согласилась на это. Однако принцесса Минчжу сказала, что она и Ань Ю поистине любят друг друга. Это была настоящая любовь. А в настоящей любви нет ничего грешного. Принцесса Минчжу умоляла о том, чтобы её просьбу удовлетворили. Она встала на колени перед Вэй Линсянь и призналась ей, что любит Ань Ю, что желает стать его любовницей и остаться рядом с Ань Ю, словно беспомощный питомец. Она просила лишь о том, чтобы Вэй Линсянь её простила. Вэй Линсянь была так зла, что всё её тело трясло. Ань Юй, которому нравилась принцесса Минчжу, естественно был против, и старая мадам, мать генерала, тоже не могла позволить, чтобы принцесса стала любовницей, поэтому Вэй Линсянь отказала принцессе. Ань Линюнь обвинила свою подругу в том, что она обидела её старшего брата и пытается похитить её отца. Когда Ань Ю увидел, что вся семья не одобряет его чувств к принцессе Минчжу, и что все так мучаются, он взял на себя инициативу и отправился в долгую военную компанию с чувством печали на душе. Принцесса Минчжу тайком сбежала из столицы и отправилась на поле боя, чтобы найти Ань Ю. Ань Ю был так удручён произошедшими событиями, что потерпел поражение в военной компании и решил покончить жизнь самоубийством. И как раз в этот момент перед ним появилась принцесса Минчжу. Эта судьбоносная встреча после столь долгой и болезненной разлуки привела к тому, что их чувства неконтролируемо вспыхнули, и они поклялись никогда больше не расставаться. ---------- Я Добросердечно Приняла Подругу Моей Дочери… Пара вернулась вместе, но их поприветствовала прежняя огромная оппозиция. Принцесса Минчжу стала целью всеобщей атаки, но её не заботило наличие статуса и она принимала все их обиды, тихо страдая и надеясь, что её искренность сможет заставить их наконец-то принять её. В итоге, ей удалось тронуть старую мадам, которая была больше всех против этого. Принцесса Минчжу стала любовницей Ань Ю. Все остальные были тронуты храбростью и бесстрашием принцессы Минчжу и её желанием быть с Ань Ю, даже если это могло стать причиной её смерти. Даже вдова-императрица стала её поддерживать. Тем временем Вэй Линсянь стала всячески унижать принцессу Минчжу и пытать её. Эта женщина, которая потеряла практически всё, обратила свой гнев на принцессу Минчжу, но принцесса Минчжу лишь молчаливо терпела всё, в надежде, что её истинная любовь наконец-то тронет и сердце Вэй Линсянь. Тем временем, у Ань Юя, которому тоже нравилась принцесса Минчжу, было разбито сердце и, в порыве гнева, он женился. После этого он проигнорировал свою новую жену и помчался на поле боя. Ань Ю знал о чувствах своего сына и, чтобы защитить его, отправился на поле боя вместе с принцессой Минчжу. Во время хаотичной битвы, в процессе спасения своего сына Ань Юя, он был убит стрелой. Только тогда Ань Юй простил своего отца. Когда принцесса Минчжу увидела, что Ань Ю умер, она сказала, что хочет умереть в тот же год, месяц и день, что и Ань Ю. Она попросила Ань Юя позаботиться о её младшем брате, а потом, со всей печалью, покончила жизнь самоубийством. Когда вдова-императрица узнала о том, как умерла принцесса Минчжу, она была так тронута решительностью и непоколебимой любовью принцессы Минчжу, что приказала похоронить Ань Ю и принцессу Минчжу в одной могиле, оставляя Вэй Линсянь, его главную жену, в очень неловком положении. Принцесса Минчжу, которая сбежала на поле боя и переспала с мужчиной во время траура по своей погибшей семье, в итоге, после своей смерти, приобрела репутацию отважной, сильной и непоколебимо преданной как при жизни, так и в смерти. Это надевало крайне фальшивую шляпу "трагичной любви" на эту историю, которая, по сути, была о старике и наивной юной девушке, которые вредили всем подряд во имя любви. Вэй Линсянь, в итоге, оказалась не любима своим мужем и не уважаема своими детьми и её даже прозвали ревнивой женщиной. В итоге, её даже не похоронят рядом с мужем, когда она умрёт, потому что рядом с ним уже есть другая женщина. И даже несмотря на то, что эти двое уже умерли, они всё ещё умудрились сделать из Вэй Линсянь посмешище и вынудить её жить в страданиях. Она теперь была женщиной, у которой ничего нет. Как ей раньше завидовали, так её теперь и жалели. У её детей, как и у любовницы и, даже, у женщины, на которой женился её сын, была дыра в мозгах. Потому что они поддерживали принцессу Минчжу. Её невестка даже говорила ей не быть такой жестокой по отношению к Минчжу. Нин Шу: … Ага, итог этой истории можно резюмировать так: я добросердечно приняла подругу моей дочери, которая осиротела, но подруга моей дочери похитила моего мужчину и даже украла сердце моего сына, отчего вся моя семья развалилась, а мой муж – умер. ---------- Что Там с Желанием Вэй Линсянь? Это была история о герое, спасающем красотку. Для принцессы Минчжу, Ань Ю сиял ореолом героя. И спасающее жизни милосердие, разумеется, должно быть отплачено телом. Нин Шу: Ха. Ха. Она была благородной принцессой, и всё же, она так легко падала на колени, чтобы умолять людей. Она явно должна жить в имперском дворце, но она настояла на том, чтобы остаться в доме подчинённого и возложила тяжёлую ответственность по восстановлению наследия принца Яня на ребёнка, которому не было ещё и семи лет, в то время как сама она проводила время, наслаждаясь романтикой. И у неё даже была служанка, которая не имела никакого понятия о классовых статусах. У Нин Шу возникло предчувствие, что её скоро накроет волной полнейшей тупости, творящейся во имя истинной любви. Однако Нин Шу по-настоящему растерялась, только когда увидела желание изначального хоста, потому что вот как выглядело это желание. Желание Вэй Линсянь: … Там вообще ничего не было. Охренеть, если у тебя нет никаких заданий или требований, то как же мне тогда выполнять контратаку за тебя? - 2333, что произошло? – спросила Нин Шу. – Что там с желанием Вэй Линсянь? 2333 ответил: - Изначальный хост сама не знает, чего бы она хотела, так как у неё столько много жалоб, что она даже не знает с чего начать, чтобы их озвучить. Она была уважаема её свекровью, внимательно поддерживала всю семью, чтобы у Ань Ю не было поводов для беспокойства, пока он уезжал в военные походы. По отношению к двум её детям, которых она, естественно, очень любила и о чём незачем даже упоминать, но, в итоге, она осталась ни с чем. Как бы хорошо она ни относилась к своей свекрови, её свекровь заботилась лишь о своём сыне и внуке, поэтому, в итоге, согласилась на то, чтобы принцесса Минчжу стала любовницей её сына. Что касается её мужа, спустя почти двадцать лет взаимной любви безо всяких любовниц, он теперь говорит ей, что нашёл свою истинную любовь. К тому же, оба её ребёнка поддержали любовницу. - Какие желания могут быть у человека, который лишился всего, чего желал? Её сердце было практически мертво. После этого 2333 добавил: - Это задание почти средней сложности. Задания, в которых у доверителя нет никаких конкретных требований, сложнее всего выполнять. Нин Шу: … Охренеть. Вот что значит, не сожалеть во имя любви, сойти с ума во имя любви, и, ради настоящей любви, отказаться от всего, включая семью. Это задание было очень хлопотным. Она почесала голову и в руке у неё осталась прядь волос. Каждый раз, когда Ань Ю отправлялся в военный поход, изначальный хост в тревоге ждала его возвращения, практически не в состоянии даже есть. Она всегда волновалась о том, что на поле боя с Ань Ю может что-то случиться, но ей всё равно приходилось сохранять спокойное поведение и внимательно управлять всей резиденцией. Нин Шу встала с постели и глянула в медное зеркало. У Вэй Линсянь были гармоничные и полные достоинства черты лица. С первого же взгляда было ясно, что она сдержанная и щедрая женщина, которая хорошо понимает, что уместно, и внимательно присматривает за семьёй. Она была женщиной, которая могла поднять свою семью на самые высоты в феодальном обществе. Ради Вэй Линсянь, Ань Ю не брал себе никаких любовниц, и от этого все замужние женщины в столице очень завидовали Вэй Линсянь. Однажды Вэй Линсянь даже поговорила с Ань Ю о том, чтобы он взял пару любовниц, но Ань Ю отказался. Ань Ю, Генерал, Что Вдохновляет Мощь, в итоге был прозван подкаблучником, но Вэй Линсянь считала, что это очень мило. Она никогда не представляла себе, что Ань Ю, в итоге, расцветёт сердцем в таком возрасте, и даже обретёт непоколебимые чувства к женщине, которая была того же возраста, что и его собственная дочь. И чем тогда становилась она сама? Разница между людьми и животными состоит в том, что у людей есть правила и морали, ответственность и чувство справедливости. А если кто-то действует, основываясь лишь на своих инстинктах, и делает всё, что пожелает, то они просто животные. ---------- Дочери – Это Милые Маленькие Ангелочки Большие резные двери открылись со скрипом, прерывая поток мыслей Нин Шу. В комнату вошла горничная с простой и изящной внешностью. Вероятно, ей было около семнадцати лет и она, похоже, обладала спокойным характером, так как её шаги были лёгкими и уверенными, когда она вошла в комнату. Когда Чжу Эр увидела, что Нин Шу сидит перед медным зеркалом, она подошла к ней с улыбкой. - Мадам, вы проснулись? Нин Шу кивнула, а потом добавила: - Помоги мне с волосами. Чжу Эр причесала волосы Нин Шу, а потом начала ловко укладывать их в причёску и сказала: - Мадам, ваш дневной сон был довольно долгим в этот раз. Уже почти пришло время ужина. Старая Мадам отправила эту служанку, чтобы позвать вас. Нин Шу кивнула, а потом встала. Чжу Эр быстро убрала выпавшие волосы с расчёски из слоновой кости и спрятала их в ладони так, чтобы Нин Шу их не увидела. - Чжу Эр, я снова постарела, не так ли? Строго говоря, Вэй Линсянь уже считалась женщиной средних лет, так как её сыну было уже семнадцать. Чжу Эр улыбнулась и сказала: - В сердце Чжу Эр, мадам всегда самая красивая. Нин Шу покачала головой. Внезапно в комнату вплыла фигура, которая порхала, словно бабочка. - Матушка, - Ань Линюнь взяла Нин Шу за руку и потянула за собой. – Бабушка отправила эту дочь проведать, как сегодня себя чувствует матушка. Вы заболели? Вы хорошо себя чувствуете? Нин Шу посмотрела на Ань Линюнь. Это была очаровательная и избалованная девушка. Когда принцесса Минчжу появилась в резиденции генерала, они с ней стали хорошими подругами. Когда её матери было больно, Ань Линюнь продолжала бегать во двор принцессы Минчжу. И хотя она даже не удосуживалась утешить свою мать, ей всё равно не стоило ходить во двор, от которого её матери было так больно. Как говорится, дочери – это милые маленькие ангелочки, но, в итоге, все были тронуты искренностью принцессы Минчжу и стали обвинять изначального хоста в том, что она злая и завистливая. Когда Ань Линюнь увидела, что Нин Шу смотрит на неё пристальным и безразличным взглядом, она почувствовала себя неуютно и начала немного раскачивать руку Нин Шу. - Матушка, что случилось? Нин Шу грациозно улыбнулась и сказала: - Матушка думает о том, что Линюнь уже стала большая леди. И пришло время тебе заводить свою собственную семью. Матушка думает о том, какого зятя найти для тебя. Эта Ань Линюнь тоже была наивной молодой леди. Она выросла в гармоничной и идеальной семье, поэтому она понятия не имела о том, сколько боли принесла принцесса Минчжу, когда стала любовницей её отца. Это была не просто проблема с дополнительной парой палочек для еды. Вот почему наивность, рождённая от незнания, была самой обидной. Такой была Ань Линюнь, и такой же была принцесса Минчжу. Когда Ань Линюнь услышала, что Нин Шу хочет найти ей семью для брака, то она немного смутилась, но всё равно прямолинейно сказала: - Линюнь хочет найти мужчину, как её отец. Чтобы он был таким же величественным и высоким и относился к Линюнь так же, как отец относится к матушке, с полной преданностью. Когда Нин Шу услышала её слова, то она не смогла даже ответить. Она почувствовала сильную волну печали и онемения, которые наполнили её тело вместе со страхом; страхом того разрушения, которое вскоре принесёт прибытие принцессы Минчжу. Даже Нин Шу оказалась подвержена этой печали, беспомощности, ненависти и боли, которые излучало её тело. С тех пор, как её душа стала сильнее, она редко была подвержена эмоциям изначального хоста, но эти чувства всколыхнулись огромной волной, отчего её сердце сжалось от острой боли. Это было настолько сильно, что Нин Шу сложилась от боли и схватилась за грудь. Она почувствовала себя так, словно множество тонких игл вонзились в её сердце. Это было очень больно. У неё на лбу вздулись вены, а в теле словно не осталось ни капли тепла. Ей стало так холодно! Нин Шу пошатнулась и Ань Линюнь поспешила подойти, чтобы поддержать её. Кода она увидела, что лицо её матери было смертельно бледным, а лоб покрылся холодным потом, она обеспокоенно спросила: - Матушка, вы в порядке? Чжу Эр тоже подошла, чтобы поддержать Нин Шу. Нин Шу слабо сказала: - Помогите мне добраться до постели, чтобы я могла немного посидеть. Ань Линюнь и Чжу Эр помогли Нин Шу добраться до постели. Нин Шу прижала руку к сердцу и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить свои эмоции. Прохладное чувство начало втекать в её сердце, успокаивая боль и беспомощную ярость, которые наполняли сердце. Нин Шу знала, что это был эффект ореола спокойствия, на который она потратила сто пятьдесят тысяч очков. Изначальный хост доживала свои дни с такими эмоциями, накопившимися в её сердце? Насколько же это было болезненно? ---------- Ань Ю Обладает Огромным Удачей Эмоциональное напряжение постепенно стихло, но у Нин Шу всё тело по-прежнему ощущалось слабым, и она была покрыта холодным потом. Нин Шу решила, что лучше всего будет начать тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства при первой же возможности, чтобы улучшить состояние этого тела. - Матушка, вы в порядке? Ань Линюнь обеспокоенно посмотрела на Нин Шу. Она никогда раньше не видела свою мать в таком состоянии. Когда её мать, которая всегда была сильной, словно колонна, внезапно стала такой, Ань Линюнь очень разволновалась. Нин Шу вытерла платком холодный пот с лица и сказала: - Я в порядке. Я немного отдохнула. А ты иди и поешь со своей бабушкой. Иди, Матушка хочет немного отдохнуть. В итоге, Ань Линюнь неуверенно ушла, обеспокоенно оглядываясь на Нин Шу. Чжу Эр намочила платок и помогла Нин Шу вытереть лицо, после чего спросила: - Мадам, может нам позвать доктора, чтобы он на вас взглянул? Ваш цвет лица выглядит не очень хорошим. Нин Шу покачала головой. Её сердце всё ещё слабо пульсировало от боли. Спустя некоторое время снаружи послышались шаги, а потом в дом вошла огромная группа людей. Впереди всех шла старая бабушка, которая опиралась на клюку из красного дерева. Она была одета в тёмно-красные одежды, а на лбу была украшенная чёрная повязка с бабушкиным зелёным нефритом, закреплённым в центре. С первого же взгляда было ясно, что это была строгая старая мадам с высоким статусом. Ань Линюнь поддерживала старую мадам, а рядом с ними был Ань Юй, худощавого телосложения, с бледной кожей и обладающий элегантной атмосферой. - Матушка. Ань Юй и Ань Линюнь одновременно поприветствовали Нин Шу. - Матушка, бабушка пришла вас проведать, - сказала Ань Линюнь. Когда Нин Шу увидела Шэнь Ши, она схватила Чжу Эр за руку и попыталась подняться. Но старая мадам подошла к ней, опираясь на свою клюку, и прижала Нин Шу обратно. - Не вставай. Твой цвет лица не очень хороший. Ты что, переработала? Нин Шу решила следовать по течению и снова села, выражая уважение. С усталым выражением лица она ответила: - Премного благодарна за ваше беспокойство, матушка. Ваша невестка действительно немного устала. Старая мадам села на стул, который был рядом с постелью и сказала: - Я знаю, что ты волнуешься за Ань Ю. Но с ним всё хорошо, даже эта старая леди не волнуется, так что и тебе не нужно волноваться. Ань Ю обладает огромной удачей. Нин Шу: … Такой удачей, что тебя может ждать судьба, когда седой человек хоронит черноволосого. Нин Шу лишь выдавила из себя улыбку, а потом поманила Ань Линюнь. Когда Ань Линюнь подошла. Нин Шу взяла её за руку, а потом повернулась к Шэнь Ши. - Матушка, здоровье вашей невестки в последнее время не очень хорошее, а Линюнь уже больше не ребёнок, скоро придёт время найди для неё подходящую семью для брака. Пришло время, чтобы Линюнь начала обучаться тому, как управлять домом. Могу я побеспокоить вас с обучением Линюнь? Пока Нин Шу говорила, ей приходилось с трудом хвататься за воздух. Её лицо было бледным и болезненным, а её лоб был покрыт потом, отчего она выглядела особенно взъерошенной. Ань Линюнь и Ань Юй оба почувствовали себя неуютно от этого зрелища. - Матушка, вам нужно просто отдохнуть. Мы с сестрой будем в порядке, - обеспокоенно сказал Ань Юй. Нин Шу посмотрела на Ань Юя и её зрачки расширились. С ободрения Ань Линюнь он признался в любви принцессе Минчжу и был отвергнут. После этого изначальный хост подозвала к себе Ань Юя и сказала ему, чтобы он не приставал к Минчжу, потому что она была императорской принцессой, то есть той, чей статус был гораздо выше, чем у них. Ань Юй, который только что был отвергнут женщиной, которая в его сердце была нежной, словно вода, потом ещё и получил подобный строгий выговор от Вэй Линсянь. Когда он узнал, что его мать даже отправилась во дворец, чтобы убедить вдову-императрицу, чтобы она назначила брак для принцессы Минчжу, то он начал ненавидеть изначального хоста за то, что она мешает его чувствам. И вот так она стала презираема своим собственным ребёнком, что вырвало ещё один кусок плоти из сердца Вэй Линсянь. ---------- Жизнь Становится Очень Трудной, Когда Нет Никаких Направлений В ответ на беспокойство Ань Юя, Нин Шу лишь улыбнулась, а потом посмотрела на Шэнь Ши. Шэнь Ши оперлась на свою клюку обеими руками и задумалась, после чего кивнула и сказала: - Ладно. Ты должна как следует отдохнуть. А я, пока что, займусь обучением Ань Линюнь тому, как управлять хозяйством. Нин Шу с трудом поднялась, а потом открыла выдвижной ящик стола и достала оттуда гроссбух и ключ от хранилища. Она положила их на стол, а потом сказала: - Простите, что побеспокоила вас, матушка. Шэнь Ши кивнула, а потом подала знак Ань Линюнь, чтобы она взяла гроссбух и ключ. Когда она начала вставать со стула, горничная, которая была рядом с ней, тут же подошла, чтобы помочь ей. После этого Шэнь Ши сказала ещё несколько слов, чтобы утешить Нин Шу, пожелав ей сфокусироваться на восстановлении и повторив, что с Ань Ю всё в порядке, поэтому ей не нужно доводить себя до болезни от волнения. Нин Шу лишь кивнула, сохраняя уважительное и покорное поведение перед Шэнь Ши. Ань Линюнь обняла гроссбух и сказала: - Матушка, я принесу вам ужин. Нин Шу улыбнулась. - Хорошо. Когда группа посетителей ушла, Нин Шу попросила Чжу Эр закрыть дверь. - Я собираюсь немного вздремнуть. Не беспокой меня, кто бы ни пришёл. Чжу Эр кивнула, а потом закрыла дверь и осталась снаружи у двери, чтобы охранять комнату. Нин Шу скрестила ноги и села на постели. Изначальный хост опрятно и прилежно управляла резиденцией генерала. Все расходы и доходы были методично записаны, а записи отдавались Шэнь Ши, чтобы она их проверяла. Когда предстояли какие-то крупные расходы, изначальный хост заранее консультировалась с Шэнь Ши. И, вместо того, чтобы говорить, что это Вэй Линсянь управляла резиденцией генерала, будет более правильно сказать, что это Шэнь Ши обладала истинной властью над всем хозяйством. Шэнь Ши всё понимала про свою невестку. Ради этой семьи, Вэй Линсянь отказалась от любого эгоизма и присматривала за своей свекровью со всем дочерним уважением. Шэнь Ши была очень довольна своей невесткой, поэтому, когда её сын не взял в семью никаких любовниц, она не стала ничего говорить. От этого Вэй Линсянь стала ещё больше уважать и любить Шэнь Ши. Ань Ю часто отправляли в походы, поэтому Вэй Линсянь общалась со своей свекровью даже больше, чем она общалась со своим мужем. Они были словно настоящая семья, но, когда дело касалось её собственного сына, Шэнь Ши забывала о Вэй Линсянь. На самом деле, это было тем, над чем даже не стоит задумываться. Однако Нин Шу не собиралась вкалывать на полную ради этой резиденции генерала, пока все остальные лишь наслаждались плодами её труда. До сих пор всё было в идеальном порядке. Те, кто были голодны, получали еду, те, кто испытывали жажду, тут же получали тёплую воду, а одежды были свежими и чистыми каждый божий день. Подобная среда была создана тщательной и тяжёлой работой изначального хоста, но, в итоге, все остальные стали указывать на неё и называть её сумасшедшей и злой. Те, кто были сыты и довольны стали лишь избалованными, поэтому в этот раз, им придётся разбираться со всем самостоятельно. Нин Шу начала тренироваться в Непревзойдённых Боевых Искусствах, но не достигла особого результата. Однако, с помощью ореола спокойствия, она уже больше не была так сильно подвержена эмоциям изначального хоста. Изначальный хост затаила в сердце много концентрированной обиды и печали. Нин Шу вздохнула. Когда сердце человека больше не на месте, что бы ты ни делала, это всё тщетно. Нин Шу действительно не понимала, как ей выполнить это задание. Может, ей отомстить Ань Ю и принцессе Минчжу? Или всем, кто обидел Вэй Линсянь? Но ведь все эти люди, которые обидели Вэй Линсянь, были как раз теми, о ком она больше всех заботилась? Однако если она ничего не сделает, то как же ей выполнить это задание? Нин Шу осознала, несмотря на то, что она стала Вэй Линсянь, не было никаких гарантий того, что она сможет разобраться с этой ситуацией лучше, чем сама Вэй Линсянь. Ладно, забудем об этом, она просто будет разбираться со всеми проблемами по мере их появления. Основная проблема была в принцессе Минчжу, в этой чистой, чудесной и невинной истинной любви, появившейся в резиденции генерала. Принцесса Минчжу была дочерью принца и племянницей нынешнего императора. В этом феодальном обществе жизни императорской семьи были практически наравне с божествами. Поэтому разбираться с благородным статусом принцессы и заставлять принцессу страдать, при этом сохраняя собственную репутацию добродетельности - это будет довольно сложно. Изначальный хост изначально была добродетельной женой, которая умело управляла хозяйством и поддерживала всю семью, но из-за принцессы Минчжу, её заклеймили злобной и завистливой, из-за того, что она издевалась над принцессой Минчжу. Тем временем, принцесса Минчжу, которая молчаливо терпела всё и оставалась доброй, в итоге завоевала симпатию всех обитателей резиденции генерала. Нин Шу: … Это невероятно раздражало. Об это задание можно было яйца разбить. У неё не было совершенно никаких направлений, которым можно было бы следовать, и Нин Шу никак не могла понять, что же изначальный хост чувствовала по отношению к Ань Ю. Была ли это ненависть, любовь или смесь обоих этих чувств? Жизнь становится очень трудной, когда нет никаких направлений. ---------- Даже Вороны Знают, Как Поддерживать Своих Стареющих Родителей И вот так Нин Шу начала постепенно восстанавливаться. Старая мадам позвала доктора, чтобы он присмотрел за Нин Шу. Когда доктор проверил её пульс, он сказал, что меридианы её сердца были повреждены из-за пылающего сердца и слишком большого волнения. Проще говоря, изначальный хост слишком много волновалась. Когда старая мадам пришла навестить Нин Шу, Нин Шу сказала: - Матушка, я не знаю почему, но я не могу избавиться от этого ощущения. У меня никогда такого раньше не было. Матушка, может что-то случилось с Ань Ю? Шэнь Ши постучала по полу своей деревянной палкой. - Да что с ним может случиться? Ань Ю не отправился же разбираться с чем-то крупным, это лишь гражданское восстание. Кучка простых крестьян решила поднять бунт, так что же может случиться? Нин Шу заметила, что старая мадам кажется немного измождённой. Вероятно, это было потому, что ей приходилось управлять резиденцией и обучать Ань Линюнь тому, как управлять хозяйством. В ответ на возражение старой мадам Нин Шу тут же сказала: - Да, матушка. Эта невестка просто слишком накручивает себя. Когда старая мадам увидела, что лицо Нин Шу было по-прежнему болезненным, она не смогла попросить Нин Шу встать и снова начать управлять резиденцией. И в то же самое время, Ань Линюнь, которая была вынуждена обучаться управлению резиденцией под присмотром старой мадам, была перегружена всевозможной работой. Она даже прибежала найти утешения у Нин Шу и начала ей плакаться: - Матушка, скорее поправляйся. Я уже не могу. Нин Шу протянула руку и погладила Ань Линюнь по голове, после чего с улыбкой сказала: - Ты же моя дочь. Твоя матушка может это, а значит и ты обязательно сможешь. Когда твоя матушка только начала обучаться всему этому, у неё всё было точно так же. Матушка чуть не плакала от всевозможных упрёков твоей бабушки, но ведь до сих пор матушка со всем идеально справлялась, верно же? О чём же думала Ань Линюнь, когда стала называть свою собственную мать злобной? Неужели она считала, что безумные действия изначального хоста не имеют никакого отношения к ней? Нин Шу не ощущала никакого материнского чувства по отношению к этим двум детям. По её мнению, они были лишь белоглазыми волчатами. Изначальный хост родила их, испытывая так много боли, а потом старательно трудилась, чтобы вырастить и обучить их. У изначального хоста, по сути, не было мужа, который мог бы составить ей компанию, и поэтому ей приходилось с уважением заботиться о свекрови и присматривать за двумя детьми. В итоге, всё это не смогло выстоять против пары слов принцессы Минчжу. Было ли это потому, что принцесса Минчжу просто была слишком чистой и чудесной, или потому, что они считали, будто безумное поведение изначального хоста заставляет их терять лицо? Даже вороны знают, как поддерживать свои стареющих родителей. Ань Линюнь надулась, а её взгляд заблестел от жалобных слёз, но взгляд Нин Шу остался безразличным, когда она весело и любяще улыбнулась, а потом сказала: - Линюнь уже большая девочка, тебе больше нельзя плакать. Хоть это и трудно для тебя сейчас, но, по крайней мере, это гораздо лучше, чем страдать от всего этого в одиночку в доме мужа. Ань Линюнь надулась ещё больше и зарылась в руки Нин Шу, произнеся избалованным тоном: - Матушка я хочу остаться с тобой навсегда. Нин Шу усмехнулась. - Да какая же девушка останется дома навсегда? Когда Ань Линюнь увидела, что Нин Шу не подаёт признаков того, что она отменит своё решение, у неё не осталось выбора, кроме как продолжить обучение тому, как управлять резиденцией. Однако, поскольку она была молода, то она не очень хорошо разбиралась в этом и была очень взволнованной, отчего все слуги в резиденции тоже чувствовали беспокойство. В прошлом они всегда знали, что им нужно делать каждый день, но теперь за управление взялась Ань Линюнь. Ань Линюнь была в полной растерянности и не знала, как разбираться со всей этой огромной резиденцией. Шэнь Ши уже была очень старой, но, когда она увидела в какой панике Ань Линюнь, у неё не осталось выбора, кроме как собрать остатки энергии и начать управлять хозяйством. От этого Шэнь Ши стала ещё более измождённой, чем раньше. Даже Ань Юй приходил жаловаться к Нин Шу, говоря, что ему приносили одежду, которую забыли погладить, а иногда у него даже не было воды, чтобы попить. Нин Шу посмотрела на этого ребёнка. У него была красивая внешность, которая была очень похожа на его отца, Ань Ю, только в его чертах лица всё ещё оставалась юношеская нежность. В древнюю эпоху, к семнадцати годам, мужчины уже должны начинать брать на себя некоторую ответственность, но от Ань Юя ничего особо не требовалось, поэтому он просто проводил свои дни, расслабленно тренируясь в боевых искусствах. После того, как ему отказала принцесса Минчжу, пребывая в депрессии, он завёл себе плохих друзей и пристрастился к азартным играм. После этого он начал воровать деньги у изначального хоста, чтобы тратить их на азартные игры. Он был очередным ребёнком, который был настолько избалован и испорчен, что прогнил насквозь. В ответ на жалобы Ань Юя, Нин Шу лишь сказала: - Твоя младшая сестра только начинает обучаться тому, как управлять домом, так что тебе нужно быть более снисходительным к ней и прощать её за те вещи, которые она ещё не может сделать как надо. - Матушка, вам уже лучше? – спросил Ань Юй. Нин Шу ответила: - Матушка в порядке, тебе не нужно волноваться. Нин Шу проследила за тем, как Ань Юй ушёл. Все они были людьми, которые купались в меду. Думаете, что эта мадам обязано ждать вас, ребята? Ха, что за шутка! Чжу Эр вошла и радостно доложила: - Мадам, генерал вернулся с победой! Нин Шу изобразила радостное выражение лица и поспешно сказала: - Помоги мне одеться. - Да! Чжу Эр тут же начала помогать Нин Шу с причёской и с одеждой. Когда Нин Шу добралась до ворот резиденции, старая мадам уже ждала там. Лицо старой мадам сияло от радости. Когда она увидела, что цвет лица Нин Шу слегка улучшился, она сказала: - Гляди. Я же тебе говорила, что с Ю эр всё будет хорошо. Нин Шу протяжно и облегчённо вздохнула, а потом радостно сказала: - Хорошо, что муж вернулся. Это очень хорошо. Возле ворот резиденции в ожидании собрались все обитатели, Нин Шу, старая мадам, двое детей и все слуги. ---------- Олицетворение Всего Хорошего в Мире Нин Шу посмотрела в направлении императорского дворца. Ань Ю и принцесса Минчжу сейчас, вероятно, во дворце. Вдова-императрица почувствовала душевную боль за пару сиблингов и хотела назначить им место, в котором они будут проживать. Ань Ю всю обратную дорогу присматривал за этой нежной принцессой Минчжу, которой больше не на кого было положиться, и поэтому почувствовал, что он обязан продолжать присматривать за ней. Поэтому он искренне попросил вдову-императрицу о том, чтобы она позволила принцессе и принцу на некоторое время остановиться у него в резиденции. Нин Шу чуть не стошнило кровью. Да что это за история такая. Как именно получилось так, что вдова-императрица решила, что нет ничего плохого в том, что незамужняя императорская принцесса останется в доме подчинённого, особенно учитывая то, что принцесса всё ещё находится в периоде скорби по погибшей семье? Или это было просто ради удобства того, чтобы Ань Ю и принцесса Минчжу переспали? К тому же, всё то время, что они возвращались из Облачной Провинции, они ехали на одном коне. Ань Ю считал это вполне приемлемым, так как он чувствовал по отношению к принцессе Минчжу лишь отеческую заботу. В ответ на это Нин Шу могла лишь вежливо рассмеяться. Мужчины и женщины не должны даже соприкасаться руками, когда они дают или получают какие-то вещи, а эти двое обнимались всю дорогу сюда. Принцесса Минчжу часто не сводила влюблённого взгляда с этого мужчины, который был настолько стар, что годился ей в отцы. От этой истории Нин Шу лишь тянуло блевать. Это была просто история, которая превозносила любовницу. Вот только не надо говорить, что у всех мужчин древней эпохи было как минимум три любовницы, потому что Ань Ю пообещал Вэй Линсянь, что она будет его единственной женой на всю жизнь. Он сказал, что такая жена, как Вэй Линсянь сделала его жизнь идеальной. Вэй Линсянь верила, что это их общая клятва, но, однажды, появилась принцесса Минчжу. И эта принцесса Минчжу, говоря простыми словами, была обычной любовницей. Прибытие принцессы Минчжу подняло огромные волны в резиденции генерала. Безудержные чувства принцессы Минчжу и Ань Ю лишь вредили всем остальным. Ань Ю думал, что если он возьмёт в жёны принцессу Минчжу, не разводясь с Вэй Линсянь, то это будет наилучшим решением, но так он навредил обеим женщинам. Вскоре они смогут увидеть эту принцессу Минчжу, которая, по слухам, была олицетворением всего хорошего в мире. Нин Шу лучезарно улыбнулась. Она глянула в сторону тёмных облаков, которые собрались на горизонте. Похоже, что скоро начнётся дождь. На данный момент, её настроение было таким же, как и эта погода. Вскоре послышался стук копыт. Все были в шоке. Нин Шу посмотрела туда и тоже застыла в шоке. Какого хрена Ань Ю и принцесса Минчжу всё ещё едут на одном коне средь бела дня? Это ведь уже была не Облачная Провинция, а столица! Нин Шу просто не могла понять, почему этих двоих это никак не волнует. Неужели сила истории уничтожила всё остальное? Это же было феодальное общество, в котором были строгие понятия того, что и как подобает делать. Неужели, раз вся история происходила в резиденции генерала, то всё остальное было просто размытой картинкой? Ань Ю и Ань Линюнь не имели ничего против женщины, которую обнимал их отец, но, когда старая мадам увидела это, первым делом она глянула в сторону Нин Шу с утвердительным выражением во взгляде. Она утешала Нин Шу. Нин Шу внезапно почувствовала, что эта старая мадам была поистине самой удивительной фигурой на территории этой резиденции генерала. Её муж рано умер, но она всё равно смогла вырастить из своего сына выдающегося генерала и у неё была невестка, которая относилась к ней с дочерним уважением. Этот её взгляд был поистине очень трогательным. Изначальный хост могла бы подумать, что свекровь на её стороне. ---------- Я Надеюсь Стать Частью Этой Семьи Процессия Ань Ю достигла ворот. Ань Ю первым слез с коня, а потом помог принцессе Минчжу спуститься. Они ни капли не стеснялись того, что их тела соприкасались. - Матушка. Первым делом Ань Ю поприветствовал старую мадам. Старая мадам закивала головой. - Хорошо, что ты вернулся. Нин Шу посмотрела на Ань Ю, сохраняя улыбку. Ань Ю был красивым и доблестным мужчиной, которой излучал зрелую харизму. Одетый в военный наряд, он внушал людям мощное чувство безопасности. - Линсянь. Ань Ю с нежным выражением лица потянулся и взял Нин Шу за руку, отчего улыбка Нин Шу совсем застыла, а волосы встали дыбом. - Спасибо, что присматриваешь за семьёй. Ань Ю стиснул руку Нин Шу. - Отец, матушка так сильно по тебе скучала, что даже заболела, но ей стало лучше, как только ты вернулся, - сладко увещала Ань Линюнь. Ань Ю посмотрел на свою дочь, а потом вспомнил о принцессе Минчжу и стал представлять её всем остальным: - Это принцесса Минчжу. Она – дочь принца Яня. Рядом с ней её младший брат-принц. Как только все услышали это, они тут же встали на колени, чтобы поприветствовать её. Принцесса Минчжу поспешно сказала: - Послушайте, не нужно устраивать такую церемонию. При виде вас, ребята, моё сердце заполнилось завистью и тоской. Я надеюсь стать частью этой семьи. Нин Шу: … Цвет лица старой мадам Шэнь Ши сильно изменился. Изначально она думала, что это просто обычные люди, которых спасли от гражданского восстания, но, неожиданно, это оказалась императорская принцесса третьего ранга. И она даже ехала на том же коне, что и её сын? Она явно не знала о надлежащей дистанции между мужчинами и женщинами. - Принцесса Минчжу пока что останется в этой резиденции. После этих слов Ань Ю развернулся и обратился к принцессе Минчжу: - С этих пор можете считать эту резиденцию своим домом. Когда Ань Линюнь увидела, что её отец так хорошо обращается с принцессой Минчжу, она по-детски топнула ногой. - Отец больше не любит Линюнь. Ему теперь нравится эта принцесса. Нин Шу тут же отчитала Ань Линюнь. - Не будь такой грубой по отношению к принцессе. - Всё в порядке, - поспешно сказала принцесса Минчжу. – Я вам действительно завидую, ребята. Когда я вас вижу, то невольно вспоминаю своих родственников в Облачной Провинции. Они уже больше не в этом мире. Ань Линюнь тут же сочувственно ответила: - Всё в порядке. С этих пор я буду твоей хорошей подругой. Принцесса Минчжу кивнула и трогательно улыбнулась. Она глянула в сторону Ань Ю, и Ань Ю улыбнулся ей в ответ. Нин Шу посмотрела на принцессу Минчжу. Она была скромной и элегантной красоткой, была оживлённой и поэтичной, нежной и прекрасной, деликатной, но сильной, отважной и решительной. Всё прекрасное словно добавлялось к ней, но это всё рано не могло покрыть те вещи, которые она совершила. Группа встречающих с уважением поприветствовала принцессу Минчжу и провела в резиденцию генерала. Нин Шу заметила, что всё это время Ань Ю продолжал утешать принцессу Минчжу. Даже Ань Линюнь и Ань Юй постоянно вертелись вокруг принцессы Минчжу. Нин Шу лишь наблюдала и ничего не говорила. Когда она глянула в сторону и увидела, что брови старой мадам были недовольно нахмурены, она слабо улыбнулась. Всё же были некоторые вещи, с которыми она не собиралась разбираться в одиночку. Ань Ю специально попросил открыть внутренний двор для принцессы Минчжу и приказал принести во двор множество всяких хороших вещей, чтобы внушить принцессе Минчжу чувство семейного тепла. Ань Ю даже отправился на поиски Нин Шу, чтобы взять у неё немного денег и потратить их на то, чтобы сделать двор как можно более удобным. Всё же, принцесса Минчжу была императорской принцессой. Нин Шу едва удержалась от того, чтобы закатить глаза. Она была сильно обеспокоена тем, что с мозгами Ань Ю что-то не так. Ведь он сам настоял на том, чтобы привести сюда наследницу, и тем самым создал своей семье столько проблем. Это был такой ребяческий жест. С какой стати Ань Ю решил, что он просто обязан присматривать за принцессой Минчжу? Она же была императорской принцессой, а значит она должна была просто остаться в императорском дворце, как и полагается. А не селиться в доме подчинённого во время скорби по своей погибшей семье. ---------- Непорочный Белый Лотос, Этот Великий Будда Возможно принцесса Минчжу действительно не знала обо всём этом. В Облачной Провинции, принц Янь был словно небо. Принцесса Минчжу жила жизнью настоящей принцессы. Никто не смел от неё ничего требовать, поэтому её жизнь была простой и идеальной. После той неудачи, что случилась с её семьёй, принцесса Минчжу решила по-прежнему остаться простой. Она была словно непорочный белый лотос, непорочный настолько, что она даже не знала, как устроен мир и не знала никакого стыда. Нин Шу очень добродетельно улыбнулась на просьбу мужа и сказала: - Теперь резиденцией управляет Линюнь, так что, если что-то нужно, то проси у неё. Эта жена решила, что Линюнь уже больше не ребёнок, поэтому эта жена начала обучать её тому, как управлять резиденцией. Ань Ю кивнул, а потом отправился на поиски Ань Линюнь. После этого Ань Линюнь очень щедро выделила огромную сумму денег и даже отправилась с принцессой Минчжу за покупками, сказав ей, что не нужно скромничать. Когда Нин Шу узнала об этом, она лишь слабо улыбнулась. Она была практически нечитаемо спокойна, словно она лишь наблюдала за представлением. Цвет лица старой мадам был не очень хорошим, но она тоже ничего особо не могла сказать. Всё же, как она могла отказаться от того, чтобы дать денег? Что если их, в итоге, обвинят в том, что они недостаточно хорошо относятся к принцессе? Что если, в итоге, они огорчат вдову-императрицу? Не все были такими, как принцесса Минчжу, которой не нужно было ни о чём беспокоиться. Так как её собственный сын пригласил в резиденцию этого великого Будду, даже если ей придётся втягивать слёзы обратно, она всё равно будет вынуждена вставать на колени и поклоняться, как полагается. Кстати говоря, это было ещё и иронично. Она явно была императорской принцессой, но заботиться о ней пришлось резиденции генерала. К тому же, император и вдова-императрица не выдали резиденции генерала никаких компенсаций. Похороны принца Яня не были проведены, а гроб принца Яня так и не привезли в столицу. Все эти проблемы со временем позабылись. Принцесса Минчжу даже не сжигала никаких бумажных денег за своего отца и своих скончавшихся родственников из Облачной Провинции. Была лишь только романтика и любовь. Принцесса из императорской семьи бесконечно рыдала, желая стать питомцем для старика, желая стать любовницей для старого мужчины. После целого дня усердных трудов небольшой двор принцессы Минчжу стал наконец-то выглядеть более презентабельным. Нин Шу вызвала к себе Ань Линюнь, которая суетилась сегодня словно сумасшедшая. Когда она посмотрела на эту юную девушку, обладающую красотой и деликатностью бабочки, её сердце было совершенно холодным и безразличным. - Матушка, вы меня зачем-то вызывали? – спросила Ань Линюнь. Нин Шу стала увещать её: - Приготовь сегодня вегетарианские блюда. Принцесса Минчжу только что потеряла свою семью и должна скорбеть по ним. Линюнь, ты уже теперь взрослая леди, и тебе пора знать о таких вещах. В древнюю эпоху, почтительное отношение к родителям было крайне важно. Из всех видов достойного поведения, почтительное отношение к родителям было самым важным, и по этому отношению как раз и судили о нравственном поведении человека. Семьи, которые строго соблюдали эти традиции, даже запрещали похотливые действия во время периода скорби. Если в такой период скорби рождался ребёнок, то это становилось великим пятном в официальных записях. С подобной точки зрения, в реальности, принцесса Минчжу была очень бессердечным человеком, поскольку имела недозволенные сексуальные отношения с мужчиной во время периода скорби. Интересно, разозлился бы принц Янь? Однако невинная и наивная принцесса Минчжу не знала о подобных вещах. Ведь это был всего лишь мир романтики, в котором не нужно задумываться о подобных подробных деталях. - Когда у тебя будет свободное время – проконсультируйся об этом у своей бабушки. Твоя бабушка – очень впечатляющая женщина, она много знает, - спокойно сказала Нин Шу. Ань Линюнь кивнула, а потом отправилась раздавать поручения. Пришло время ужина. Старая мадам Шэнь Ши посмотрела на стол, полный овощей, а потом спросила у Нин Шу: - Сегодня же не пятнадцатое число, так почему мы едим вегетарианские блюда? Старая мадам верила в буддизм, поэтому каждое пятнадцатое число месяца она ела лишь вегетарианскую пищу, чтобы помолиться за безопасность Ань Ю, который часто был в военных походах. И в то же время она надеялась помочь искупить кровавые преступления Ань Ю и избежать бедствия. Её давний обычай был внезапно прерван, поэтому она была очень недовольна. Однако Нин Шу сказала: - Матушка, принцесса Минчжу сейчас находится в периоде скорби, поэтому ей сейчас не подходят блюда с обильным количеством мяса и рыбы. В этот время в обеденный зал как раз вошла принцесса Минчжу, держа за руку младшего принца. Когда она услышала слова Нин Шу, она была очень тронута. - Мадам, спасибо, что приняли во внимание мои обстоятельства, но я хочу стать частью этой большой семьи, поэтому не нужно, чтобы только из-за меня все сдерживались. Нин Шу: Ха-ха-ха. Нин Шу отчётливо увидела, как лицо старой мадам потемнело. Шэнь Ши посмотрела на принцессу Минчжу, которая выглядела одновременно жалостной и непорочной. Мысленно ей тоже было очень некомфортно от того факта, что человек, который находился в периоде скорби по своей семье, проживал в чьём-то доме. ---------- Такой Же, Как и Принцесса Минчжу Если судить по статусу принцессы Минчжу, как ни крути, для неё было неподобающе оставаться в резиденции генерала. Дело было не только в разнице между членом семьи монарха и подчинённым, ещё было дело в разнице между мужчиной и женщиной, а также её репутация незамужней женщины. Конечно же, они приняли во внимание её присутствие и специально сделали вегетарианские блюда, чтобы она могла выразить дочернее почтение к своей семье, но она взяла и сказала, что им не нужно сдерживаться ради неё. И это несмотря на то, что упокоившихся стоит почтить как полагается! Лицевые мускулы старой мадам Шэнь задрожали, когда она стала подавлять в себе нахлынувшие чувства раздражения и отвращения. - Принцесса, вам не нравится еда, которую я для вас приготовила? Ань Линюнь почувствовала себя немного обиженной. Она же специально приготовила это для принцессы Минчжу, и родители принцессы Минчжу действительно скончались. Принцесса Минчжу поспешила объясниться, прозвучав глубоко тронутой: - Вовсе нет, Линюнь, ты же знаешь, насколько я тронута? Но я хочу быть как вы, ребята. Я не хочу, чтобы вы относились ко мне как-то по-особенному, словно я – посторонняя. Я хочу стать частью вашей семьи. Ваша семья излучает такое тепло. У вас есть добродушная бабушка, выдающийся отец, а также благородная и величественная мать. Ань Линюнь тут же простила принцессу Минчжу, а Ань Юй добавил: - Ни о чём не волнуйся, пока ты живёшь тут. Мы о тебе как следует позаботимся. Вошёл Ань Ю, одетый в наряд цвета голубой воды, и сказал: - Послушайте все, не нужно всё время так переживать за принцессу Минчжу. Просто считайте её членом нашей семьи. Не нужно исключать её или относиться к ней как-то по-особенному. Позвольте ей почувствовать семейное тепло. - Генерал. Принцесса Минчжу посмотрела на Ань Ю с безумной влюблённостью, её взгляд был полон этой эмоции. Однако, когда она увидела сдержанную и величественную мадам, она снова начала сожалеть. У него уже была жена, благородная и величественная жена. И всё же, она невольно желала его тепла. Она хотела окунуться в его тепло. Боже, прошу, просто позволь ей ещё немного наслаждаться теплом генерала. Небеса, прошу, простите её за такую жадность. Когда старая мадам услышала то, что сказал её сын, её брови так нахмурились, что практически стали одной кучей. С другой стороны, Нин Шу лишь смеялась в душе. Ань Ю выглядел старым, но внутри он был совершенно незрелым. Он никогда не получал наставлений от того, кто был бы ему отцом и никогда особо не чувствовал груза ответственности. Его мать потакала ему, а его жена уступала ему, поэтому он особо и не сталкивался с суровостью этого мира ответственности. По сути, он был такой же, как и принцесса Минчжу. В изначальной истории он отправился в военный поход, чтобы сбежать от собственных чувств, но как тот, у кого на душе был груз любовных проблем, мог всерьёз сфокусироваться на битве? Он полностью игнорировал то, что за ним тянулся след из солдатских костей. Он, генерал, который побеждал в каждой битве, в этот раз проиграл. Унижение, вдобавок с эмоциональной пыткой, привели его к тому, что он решил покончить жизнь самоубийством. Но, в конечном итоге, принцесса Минчжу прибежала к нему как раз вовремя, и он снова решил жить. А потом он прибежал обратно, говоря, что хочет быть с принцессой Минчжу. Нин Шу хотела лишь спросить: "Как там твоё лицо? Как вообще может быть лицо с такой толстой кожей?" Ань Ю был лишь стариком, который не знал стыда, мужем, который не знал верности, отцом, который не заслуживает уважения, сыном, который не почитал мать и подчинённым, который не имел интеллекта. Он был мужчиной, который снаружи являлся определением золота и нефрита, а внутри был убогим материалом. При нормальных обстоятельствах это не было заметно, но, как только что-то происходило, то его настоящий характер раскрывался полностью. И как раз вопрос с принцессой Минчжу был тому примером. Он продемонстрировал своё полное отсутствие интеллекта. Нин Шу сказала: - У принцессы высокий и благородный статус. Разве она может быть такой же, как и мы? - Могу, почему бы и нет? Я хочу со всеми подружиться, ведь мы все равны, - уверенно сказала принцесса Минчжу. Иисусе, ах. Нин Шу совсем лишилась дара речи. Взгляд Ань Юя, когда он посмотрел на принцессу Минчжу, стал ещё ярче, а выражение лица Ань Линюнь наполнилось обожанием. Нин Шу прищурилась, глядя на своих детей. Похоже, что ей нужно было с этим что-то сделать. Все уселись за стол, но атмосфера была очень странной. Цвет лица старой мадам Шэнь Ши был очень плохим, но Ань Ю совсем этого не заметил, и лишь с улыбкой смотрел на то, как его дети радостно болтают с принцессой Минчжу. Нин Шу увидела, как рука старой мадам задрожала от гнева, стискивая палочки. Было ясно, что ей потребовалось немало усилий, чтобы вытерпеть такое. ---------- Какая Восхитительная Любовь, Ах! Нин Шу глянула на юного принца, который сидел рядом с принцессой Минчжу. Юный принц был очень худым, а на его лице отчётливо читалось измождение. Даже когда он ел, он выглядел так, словно у него есть желание, но ему не хватает сил. Он не сказал ни слова с тех пор, как вошёл в резиденцию генерала. Однако принцесса Минчжу ничего этого не замечала. В её сердце была лишь любовь и только любовь. Она каждый день говорила принцу, что ему нужно восстановить славу резиденции принца Яня, но она даже не задумывалась о том факте, что её собственные действия разрушали будущее юного принца. Во время периода скорби она вступила в незаконные половые отношения с мужчиной и сбежала на поле боя, несмотря на то, что была женщиной. Она явно была императорской принцессой, но настояла на том, чтобы стать чьей-то любовницей. С такой старшей сестрой юному принцу придётся столкнуться со множеством странных взглядов в его сторону. Это унижение будет его клеймом на всю жизнь. Вот какая восхитительная любовь, ах! За ужином Нин Шу съела очень немного. После ужина все отправились по своим дворам. Принцесса Минчжу продолжала смотреть на Ань Ю влюблённым взглядом. Когда Ань Ю увидел её такую, в его сердце что-то всколыхнулось, словно что-то вспыхнуло. Его сердце наполнилось большой радостью, но ещё и сильным беспокойством. Он хрипло произнёс: - Доброй ночи, принцесса. Заполучив эту фразу, принцесса Минчжу отреагировала так, словно он заполучила весь мир. Она радостно взяла юного принца за руку и ушла в свой двор. Возможно, Ань Ю действительно относился к принцессе Минчжу, как к дочери, но он не мог устоять перед тем фактом, что столь чудесная женщина восхищается им и, что у неё есть к нему чувства. По сравнению с величественной и импозантной Вэй Линсянь, наивность и чистота принцессы Минчжу внушали ему совершенно иную стимуляцию. Ань Ю последовал за Нин Шу к ней во двор. Когда Нин Шу увидела, что Ань Ю, похоже, хочет отправиться с ней в постель, она совершенно растерялась. Никто из них ничего не говорил, поэтому атмосфера была немного неловкой. Наконец, Нин Шу сказала: - Муж, ты, должно быть, устал. Тебе стоит лечь спать пораньше. К счастью, похоже, что Ань Ю тоже не намеревался кувыркаться с ней в постели и просто лёг рядом с ней. Нин Шу вздохнула с облегчением. Хорошо, что им не пришлось кувыркаться. Всё же, это был чей-то чужой муж, а не её. И хотя это тело было телом его жены, душа-то всё равно была её. Она пришла сюда только для того, чтобы выполнить задания. После выполнения заданий она покинет этот мир, поэтому у неё нет права использовать это тело, чтобы делать неразумные вещи. Например, обдумайте вот такую запутанную ситуацию. Если однажды ваша мать и ваша девушка поменяются душами и только секс исправит ситуацию, то: переспите ли вы с телом вашей матери, в котором находится душа вашей девушки, или вы переспите с телом вашей девушки, в котором содержится душа вашей матери? Это будет очень трудный выбор, потому что оба выбора морально неправильные. Нин Шу перевернулась так, чтобы оказаться спиной к Ань Ю. Всё это время она усердно думала о том, как выполнить это задание. Она чувствовала себя довольно растерянной с тех пор, как вошла в этот мир, потому что у неё не было чёткой цели, над которой нужно было работать. Она действительно не понимала, чего же хочет изначальный хост, поэтому она была крайне озадачена. Нин Шу почесала голову, а потом глубоко вдохнула, чтобы успокоиться и попыталась встать на место Вэй Линсянь. Что если бы она была Вэй Линсянь, подлинной женщиной из феодальной эпохи, которая следует конфуцианским моралям и подчиняется по очереди трём мужчинам: отцу, мужу и сыну? В эту эпоху общество налагало множество обязательств на женщин и требовало, чтобы женщины были верными до самой смерти. Подобный образ мышления глубоко укоренился в понятиях Вэй Линсянь. В данном случае развод был невозможен. В таком обществе, женщине, которая развелась с мужем, пришлось бы столкнуться с огромным давлением. Некоторые женщины даже чувствовали себя настолько униженными, что не могли дальше жить и выбирали самоубийство. Вот почему, как бы сильно Ань Ю не обидел её, Ань Ю всё ещё был мужем Вэй Линсянь. ---------- Мысли Женщины Понять Сложнее, Чем Найти Иголку в Стоге Сена Сердце Нин Шу было полно проклятий. Как она очутилась в подобном задании? Она же не была по-настоящему женщиной из феодальной эпохи, поэтому, как бы она ни старалась поставить себя на место Вэй Линсянь, она всё равно была немного предвзятой. Однако она не хотела самоуверенно выдавать другой результат, который изначальный хост не сможет принять. Всё же, как человек из современной эпохи, Нин Шу считала: "Блять, да просто пинать Ань Ю, пока его инструмент не сломается, а потом порвать на части этот белый лотос под личиной мэрисьюшной сучки, после этого развестись и всю остальную часть жизни наслаждаться свободной и не скованной жизнью или вообще найти нового мужчину, который действительно будет её любить!" Однако её окружение этого не позволит. Более того, найти другого мужчину будет не так-то просто, и вероятность нахождения того, кто действительно полюбит Вэй Линсянь, прошедшую через развод, была очень маленькой. И дело не в том, что Вэй Линсянь не была такой уж хорошей, а в том, что такова была эпоха. Вот почему она должна сохранить своё положение в качестве главной жены. Она не могла совершать никаких ошибок и ей нужно сохранить мнение общественности на своей стороне. А ещё были дети Вэй Линсянь. Нин Шу даже не знала, как к ним относиться. Эти двое ребятишек несомненно были белоглазыми волчатами. Они оба встали на сторону принцессы Минчжу и, ради принцессы Минчжу, даже стали критиковать собственную мать. Нин Шу была совершенно разочарована этими двумя детьми, но они тоже были кровью и плотью Вэй Линсянь. Они были детьми, над воспитанием которых Вэй Линсянь с радостью трудилась. Защита собственных детей – это материнский инстинкт. Как бы сильно эти двое детей ни обидели Вэй Линсянь, захотела бы Вэй Линсянь увидеть, как получатель заданий издевается над её детьми без малейших угрызений совести? Ладно если родитель отчитывает и наказывает своих собственных детей, но другим людям нельзя их трогать. Ещё тогда, когда Нин Шу контратаковала за императрицу, она изменила судьбу маленького мальчика и позволила ему стать императором. Императрица Сяо Сяо даже даровала ей за это ореол императрицы, и это было доказательством того, что дети очень важны для большинства женщин. Кровные узы не были той вещью, которую можно разрезать. Блять. Она чувствовала себя так, словно умирает. Что за херня с этим заданием? - 2333, что это за задание такое? – Нин Шу направила свой внезапно появившийся гнев на 2333. – Сколько раз ты меня уже троллил?! 2333: … - Подобные задания выдаются в случайном порядке, так что ко мне это не имеет никакого отношения, - сказал 2333. – Просто постарайся изо всех сил понять, что же думает Вэй Линсянь. - Ну а ты тогда как думаешь, чего желает Вэй Линсянь? – спросила Нин Шу. 2333 тут же спасовал. - Я всего лишь система, как я могу понять, о чём думают люди? Особенно, когда дело касается женщины. Нин Шу: Блять. ---------- Я Знаю, Что Я Не Права, Но Я Не Изменюсь Нин Шу провела всю ночь в таких волнениях и надёргала немало волос из головы. Она всё ещё застряла на вопросе, какой смысл был в жизни женщины. Они выходят замуж, рожают детей, трудятся на благо семьи, но этим мужчинам нет ни малейшего дела до этого. После того, как они встречают свою истинную любовь, они тут же забывают обо всех этих годах взаимной поддержки. Чем же так плохо иметь хорошую и стабильную жизнь? Почему они настаивают на том, что они "не могут сдержать свои эмоции" и создают так много хаоса? Постойте, хорошая и стабильная жизнь? В сердце Нин Шу промелькнул луч осознания. Так и есть, Вэй Линсянь больше всего ненавидела принцессу Минчжу за то, что появление принцессы Минчжу заставило всех обитателей резиденции генерала впасть безумную истерию. Любовь и ненависть полностью вышли из-под контроля. Отец не вёл себя как отец, а сын не вёл себя как сын. Отец и сын даже сражались за одну женщину. Вся резиденция генерала была в разрухе из-за этой женщины. Больше всего Вэй Линсянь хотела вернуться к дням до появления принцессы Минчжу. К тем обычным, но стабильным дням. И хотя ей приходилось усердно работать, чтобы поддерживать порядок в резиденции генерала, и приходилось волноваться об Ань Ю, который уходил в военные походы, в те дни сердце Вэй Линсянь пребывало в мире и спокойствии. Все женщины желают иметь семью. Стабильное место, которое можно назвать домом. Те дни были для Вэй Линсянь самыми чудесными. Нин Шу протяжно вздохнула. Её сердце наконец-то успокоилось, так как она наконец-то поняла, к чему стремиться. - Почему ты ещё не спишь? – прозвучал рядом с ней голос Ань Ю. Нин Шу немного повернулась в его сторону. - Генерал, эта жена беспокоится об Ань Юе. - А чего тут беспокоиться-то? Голос Ань Ю был хриплым от сонливости. Нин Шу чуть не лишилась дара речи. - Ань Юю уже семнадцать. Он уже почти достиг возраста для брака и заведения детей, но до сих пор ещё не имеет ни профессии ни каких-либо записей о достижениях. Эта жена вспомнила, что к семнадцати годам вы уже воевали на поле боя. Ань Ю ответил: - Это действительно так. Нин Шу сказала: - Вот почему эта жена думает о том, чтобы найти Ань Юю какое-нибудь занятие. Он любит тренироваться в боевых искусствах, поэтому эта жена думает о том, чтобы отправить его в армию. - Отправить в армию? А ты сможешь такое вынести? Матушка, вероятно, не согласится, - сказал Ань Ю. Это же не мой ребёнок, с чего бы мне это не вынести? Нин Шу затихла, поэтому Ань Ю сказал, что подумает об этом. На следующий день, во время завтрака, Ань Ю сказал старой мадам о том, что хочет отправить Ань Юя в армию. Старая мадам не согласилась. Если он отправится в армию, тогда она сможет видеть его только раз в пару месяцев. Она будет слишком сильно скучать по своему внуку. Тем временем, сам Ань Юй не ожидал, что его отец внезапно решит отправить его в армию. Ань Юй посмотрел на нежную принцессу Минчжу. Принцесса Минчжу в шоке прикрыла рот. Она обратилась к Ань Ю: - Но ведь отправиться в армию – это очень опасно. Зачем ты отправляешь Ань Юя в армию? Нин Шу грациозно улыбнулась и сказала медленным и величественным тоном: - У мужчин есть долг: охранять дом и защищать страну, а так же преследовать свои собственные великие стремления. Принцесса, почему же Ань Юй не может отправиться в армию? Глаза принцессы Минчжу округлились от шока, когда она взглянула на Нин Шу. - Но ведь Ань Юй ваш сын! Как вы можете так безразлично относиться к тому, будет ли он жить или умрёт? Брови принцессы Минчжу собрались в кучу, а на её лице крупными буквами было написано восклицание "как вы можете быть такой хладнокровной". Лицо старой мадам наполнилось недовольством, которое было направлено на Нин Шу. Старая мадам уже была старой. Она уже не обладала той же решительностью, что и молодые. Ещё когда она сама была молодой, ей тоже пришлось скрепя сердце отправить Ань Ю на поле боя, а иначе как бы он стал генералом первого ранга? Охренеть, судя по тому, как принцесса Минчжу высказалась, всё выглядело так, словно Нин Шу хочет, чтобы Ань Юй немедленно отправился умирать. Нин Шу посмотрела на принцессу Минчжу. Её небрежные действия и слова могли создать огромные разногласия и резкое противостояние. Действительно ли она была такой невинной? Или на самом деле она целенаправленно манипулировала мнениями людей, чтобы вредить другим? Нин Шу просто хотела, чтобы Ань Юй покинул резиденцию генерала, чтобы потом не оказалось так, что он сражается со своим отцом за женщину. Нин Шу посмотрела на Ань Юя и спросила: - Ань Юй, а ты что думаешь? Хочешь стать таким же героическим мужчиной, как твой отец? Ань Юй посмотрел на принцессу Минчжу, но принцесса Минчжу смотрела на Ань Ю. Нин Шу была довольно озадачена, увидев такую реакцию Ань Юя. Принцесса Минчжу только вчера прибыла в резиденцию генерала, но Ань Юй уже стал вести себя подобным образом. Харизма принцессы Минчжу – это вам не шутки. Она выглядела нежной и хрупкой, и как раз такой тип женщин больше всего возбуждал мужскую жалость и желание защищать её. Ань Юй сказал: - Позвольте этому сыну подумать над этим. Нин Шу больше ничего не сказала. Она очень не хотела разбираться с двумя этими детьми, особенно вспоминая о том, что произошло в изначальной истории. Это было просто удушающее противно. Каждый раз, как только с принцессой Минчжу случалась какая-нибудь мелочь, все тут же начинали критиковать изначального хоста. Принцесса Минчжу всегда была такой. "Я знаю, что я не права, но я не изменюсь. Между нами настоящая любовь и в этом нет ничего неправильного." А потом она просто пыталась использовать извинения, чтобы сгладить весь тот ущерб, что она нанесла. Но на самом деле, одна только мысль об этом уже ужасала. Ведь её даже нельзя было избежать, потому что она постоянно приходила к вам, чтобы сознаться и извиниться. Она снова и снова будет озвучивать свои сожаления, невинно, беспрестанно нарезая ваше сердце. На протяжении всего завтрака цвет лица старой мадам был плохим. Она даже не пыталась скрыть это и позволила недовольству проявиться у неё на лице, чтобы Нин Шу это увидела. Старая мадам обычно не демонстрировала такого отношения к своей невестке, поэтому было ясно, что в этот раз она крайне недовольна. ---------- Отправляй Его, Отправляй Его! После завтрака Нин Шу последовала за старой мадам в её комнату. Старая мадам села и стала пить чай, игнорируя Нин Шу. Нин Шу подошла и помогла наполнить чашку старой мадам, а потом тихо сказала: - Матушка злится на то, что невестка решила отправить Ань Юя в армию. Старая мадам хмыкнула. Нин Шу ничуть не смутилась недовольства старой мадам и продолжила: - Эта невестка хотела бы кое-что сказать, что идёт из её сердца. Матушка, вы должны знать, какая ваша невестка. Эта невестка называла вас матушкой вот уже почти двадцать лет, и вы для этой невестки уже словно родная мать. Эта невестка приняла такое решение только потому, что не было иного выбора. Выражение лица старой мадам слегка расслабилось и она, наконец, неохотно спросила: - Так по какой же причине ты решила отправить Ань Юя в армию? Нин Шу обеспокоенно поджала губы, а потом сказала: - Все жители резиденции генерала имеют статус подчинённых по сравнению с принцессой Минчжу, которая является монархом. Более того, принцесса ещё не замужем. Если её репутация будет испорчена в резиденции генерала и вдова-императрица обвинит нас, то как же тогда резиденция генерала сможет это выдержать? Ань Юй и принцесса Минчжу примерно одного возраста. Добропорядочный джентльмен должен взять на себя инициативу, чтобы избежать возникновения всякой публичной полемики, особенно учитывая то, что принцесса Минчжу всё ещё пребывает в периоде скорби по своей семье. Если что-то подобное распространится, то это будет ужасный скандал. Невестка делает это лишь в качестве меры предосторожности. Пока Нин Шу говорила, её лицо стало изображать беспомощную боль. - Ань Юй – сын этой невестки, родная плоть тела этой невестки. Как же эта невестка не может чувствовать боли, отправляя его? Но это всё ради репутации резиденции, а ещё – ради того, чтобы закалить Ань Юя. Эта невестка всю ночь не могла сомкнуть глаз, волнуясь об этом. Обдумав все возможные последствия, она пришла к выводу, что это единственный путь. Старая мадам нахмурила брови и стала крутить свою клюку в руках, тщательно всё взвешивая. В итоге, она пришла к пониманию возможных последствий. Наконец, она постучала своей клюкой по полу. - Тогда пусть так и будет. Старая мадам сказала Ань Ю отправить Ань Юя в армию как можно скорее, и даже решила, что его нужно отправить в армию Доходной Провинции, которая была довольно далеко от столицы. Армия Доходной Провинции была самой грозной из всех войск. Она состояла из опытных и бесстрашных ветеранов и хитрых старых лисов. Если Ань Юй, это юный красивый мальчик отправится туда и не будет усердно трудиться, то, вероятно, будет много страдать. Ань Ю планировал отправить Ань Юя в столичную кавалерию, чтобы он мог за ним хоть немного присматривать, однако Нин Шу настояла на том, чтобы Ань Юя отправили в Доходную Провинцию. Всё же, если он будет в столице, то они всё равно смогут видеться с принцессой всё это грёбанное время. Как такое можно допустить? Старая мадам глянула на принцессу Минчжу, а потом увидела, что взгляд, которым её внук смотрел на принцессу Минчжу, явно был другим, поэтому она тут же согласно закивала. Она даже взмахнула рукой: отправляй его, отправляй его! Если они затянут с этим ещё хоть немного, то действительно может случиться что-нибудь плохое. Нин Шу сделала это намеренно. Она хотела сделать так, чтобы Ань Юй страдал. Кто просил его принимать заботу его матери как должное? Белоглазый волчонок. Ань Юй даже не успел попрощаться, прежде чем ему собрали вещи в дорогу и отправили прочь из дома. Возможно, в его сердце и было какое-то смутное чувство по отношению к принцессе Минчжу, которую он видел пару раз. Но, даже если у него и были какие-то чувства, она, блин, уж постарается, чтобы их все стёрли в порошок тяжёлым трудом. Ань Юй не умрёт. Всё же, он ведь второстепенный главный мужчина. Но, даже если он и не умрёт, то всё равно потеряет пару слоёв кожи. Как только Ань Юй покинул резиденцию, Нин Шу почувствовала себя гораздо легче. Она посмотрела на прекрасную и чистую принцессу Минчжу и улыбнулась. Она улыбнулась ещё шире, когда услышала вопрос принцессы Минчжу: - Почему вы не стали провожать Ань Юя? Улыбка Нин Шу стала ещё более величественной. - Принцесса наверняка не в курсе, но, если мы, женщины, будем провожать его, то армейские мужи из Доходной Провинции будут смотреть на Ань Юя свысока и ещё больше издеваться над ним. Выражение лица принцессы Минчжу наполнилось неодобрением. - Раз вы знаете, что у этих людей нехорошие намерения, то зачем вы всё равно настаиваете на том, чтобы отправить Ань Юя туда? Нин Шу: … Ну вот и как с ней общаться? Спустя некоторое время после отбытия Ань Юя, Нин Шу обнаружила, что Ань Ю немного растерян. Он часто смотрел в пустоту, демонстрируя на лице раздражение и страдание. А иногда он проявлял выражение сладости, которое никак не мог подавить. Нин Шу знала, что некоторые вещи неизбежно произойдут, нравится ей это или нет. Это была история и с ней было невозможно сражаться. От неё лишь требовалось минимизировать ущерб. Ей нужно было проследить за тем, чтобы резиденция генерала не развалилась на части, поэтому она решила спасти двоих детей и отказаться от Ань Ю. ---------- Дело Вовсе Не в Деньгах! Тем временем, Ань Линюнь и принцесса Минчжу быстро стали хорошими подругами. Так как Ань Линюнь теперь управляла хозяйством, то она часто брала немного денег, чтобы сходить за покупками вместе с принцессой Минчжу. Когда принцесса Минчжу жила в Облачной Провинции, у неё была очень богатая жизнь, поэтому у неё были очень высокие запросы в плане качества. Те вещи, что ей нравились, были только самыми дорогими и редкими, поэтому Ань Линюнь стала следовать её примеру и тоже начала много тратить. Когда старая мадам решила проверить гроссбух, то она испытала огромный шок и поспешила рассказать всё Нин Шу. Нин Шу заглянула в гроссбух, а потом посмотрела на Ань Линюнь, которая неловко ёрзала на месте. Принцесса Минчжу тоже стояла рядом с Ань Линюнь с жалостным выражением на лице. - Линюнь, куда ты потратила эти деньги? Ты же отвечаешь за управлением всем хозяйством, а значит ты обладаешь контролем над средствами к существованию всех обитателей резиденции генерала. Трата этих денег означает, что люди, живущие в резиденции, не смогут есть, - нежным голосом произнесла Нин Шу. Ань Линюнь стала мять платок, который держала в руках и опустила голову. - Что произошло? – спросил Ань Ю, когда вошёл в комнату. Как только Ань Ю вошёл, взгляд принцессы Минчжу не сходил с него. Ань Ю встретился с ней взглядом, а потом тут же посмотрел в сторону. На лице принцессы Минчжу появилось тусклое выражение огорчения. От этого у Ань Ю сердце сжалось от боли, но он заставил себя стерпеть. Нин Шу рассказала Ань Ю о том, что произошло в этот день. Ань Ю нахмурился, но ничего не сказал. После этого Нин Шу сказала: - Линюнь, ты должна каждый раз записывать назначение того, для чего ты берёшь деньги. На что ты их потратила? Ты уже больше не ребёнок, так что не можешь быть такой своевольной. Когда принцесса Минчжу увидела, что её хорошую подругу отчитывают, она резко рухнула на колени. Её преклонение заставило всех присутствующих застыть в шоке. Нин Шу первой пришла в себя и тут же рухнула на колени. Спустя мгновение колебаний, старая мадам тоже встала на колени. Ань Ю увидел, что даже его мать склонилась, поэтому он тоже встал на колени. Ань Линюнь выглядела совершенно ошеломлённой, но, раз все в комнате стояли на коленях, то и она тоже встала на колени. - Принцесса Минчжу, прошу, простите нас. Вы же принцесса, как вы можете вставать перед нами на колени? Мы просто не можем себе такое позволить, - сказала Нин Шу. – Если вдова-императрица узнает, что вы испытываете поводы для недовольства, проживая в резиденции генерала, то вся резиденция генерала будет наказана, поэтому прошу вас, принцесса, простите нас. Когда принцесса Минчжу увидела, что Ань Ю стоит перед ней на коленях, у неё сердце сжалось от боли. Неужели такова была дистанция между ней и её небесным богом? Ей не было никакого дела до того факта, что она – принцесса. Даже если бы ей пришлось быть всего лишь кошкой или собакой, пока она рядом с ним, она была бы счастлива. Однако у него такая великолепная жена, сын и дочь, и целая резиденция, наполненная теплом, которого она могла лишь желать. Принцесса Минчжу почувствовала, как её слова застряли у неё в горле. В итоге, она смогла сказать: - Мадам, прошу, не вините Линюнь. Линюнь ходила со мной за покупками. Если это всё из-за денег, то я готова отдать свои деньги, так что, прошу, не вините Линюнь. Какого чёрта? Дело вовсе не в деньгах. Эта мадам обучает свою дочь, какое тебе, нахрен, дело до этого? Основываясь на обычном взрывном темпераменте Нин Шу, она бы уже раздобыла хлыст, чтобы начать хлестать всех подряд, но в этом задании ей приходилось сохранять спокойствие и избегать попадания в такую же ситуацию с безумным гневом и депрессией, в которой оказалась изначальный хост. Когда Ань Линюнь услышала, что принцесса Минчжу молится о снисходительности ради неё, она была очень тронута. Тем временем, Ань Ю не мог оторвать своего взгляда от принцессы Минчжу. Он чувствовал, что это была самая добрая и самая искренняя женщина, которую он когда-либо видел. Но… Между ними было слишком много всего. Стоит только сделать всего один шаг вперёд и это всё уничтожит. ---------- Голоса Из Теней И вот так вопрос о деньгах замяли. Ань Ю лично произнёс небольшую речь и сказал, что это не то, о чём стоит беспокоиться и что это не такое уж серьёзное событие – купить что-нибудь для принцессы Минчжу. Когда Нин Шу услышала это, она мысленно усмехнулась. Неужели вся грёбанная резиденция должна что-то этой принцессе? Если она сейчас скажет что-либо против, то завтра же начнут распространяться слухи о том, что в резиденции генерала плохо обращаются с сиротой? Охренеть. Как же это её бесило и раздражало, но ей всё равно пришлось сохранять спокойную улыбку. Ореол спокойствия отправил волну прохладной энергии в её сердце, отчего её настроение полностью изменилось. Тем временем, старая мадам была в такой ярости, что всё её тело трясло, но Ань Ю, несмотря на то, что был её сыном, ничего этого не заметил. Изначально Нин Шу хотела объединить силы со старой мадам и воспользоваться этим временем, пока ситуация ещё не ухудшилась, чтобы уничтожить принцессу Минчжу и сохранить резиденцию генерала. Но противостояние принцессе Минчжу было равносильно противостоянию всему императорскому клану, поэтому для этого требовалась стратегия. Однако юный принц внезапно заболел и упал в обморок прямо в классе. В этот раз принцесса Минчжу чуть не сошла с ума. Юный принц был будущим резиденции принца Яня. Она кричала так, словно у неё разбито сердце, когда звала императорского лекаря, чтобы он спас её младшего брата. Когда Нин Шу видела, что принцесса Минчжу горестно рыдает, словно небеса падают, она не удержалась от того, чтобы закатить глаза. Эта девушка едва ли обращала внимание на своего младшего брата большую часть времени. Они мчались всю дорогу от Облачной Провинции до столицы, но, как только они приехали туда, она отправила юного принца в семейную императорскую школу. Она только и знала, как говорить о том, что юный принц должен восстановить репутацию резиденции принца Яня. На день рождения Минчжу юный принц не пошёл в школу, а отправился покупать подарок для своей старшей сестры, но, в итоге, Минчжу его поколотила за прогул. После того, как он ей объяснил, почему прогулял, Минчжу обняла юного принца и извинилась со слезами на глазах. Интересно, насколько же велика была травмирующая тень в душе юного принца? Императорский лекарь диагностировал, что юный принц подхватил простуду. Простуда была инфекцией, которая в древнюю эпоху вполне могла уносить жизни. Когда Ань Ю увидел, в какой боли и отчаянии пребывала Минчжу, он проигнорировал протесты старой мадам и настоял на том, чтобы остаться и присматривать за юным принцем. Ань Ю был так энергичен в этом вопросе. Его собственная мать, вероятно, никогда не удостаивалась подобного отношения, когда она болела. И вот так Ань Ю начал оставаться во дворе принцессы Минчжу весь день каждый день. С самого начала у них было влечение друг к другу. И после этого периода, когда юный принц был болен, эти двое голубков чуть не пробились через последний барьер. И хотя они этого не сделали, в их жестах всё равно читалась медовая сладость возлюбленных. Нин Шу решила, что ей нужно как следует поговорить со своей дочерью о той проблеме с деньгами. После ужина Нин Шу отправилась поговорить с Ань Линюнь. Нин Шу глянула на милое и деликатное лицо Ань Линюнь. Изначальный хост поистине избаловала своих детей, отчего они выросли невежественными и не знающими ничего о том, как работает мир. А когда ещё добавилось влияние ореола главной женщины, то они вообще потеряли способность мыслить логически. Нин Шу повидала множество безмозглых идиотов, склонившихся перед этим ореолом. В данный момент она не знала, как ей общаться с Ань Линюнь. Если она устроить ей лекцию, та просто взбунтуется, но если она будет с ней нежна, то Ань Линюнь этого даже не запомнит. Люди не чувствуют боли, когда палка не бьёт по их собственному телу. Ань Линюнь и Нин Шу просто молча шли вместе. Пока они шли через сад камней, они услышали голоса из теней. Нин Шу остановилась и подала знак Ань Линюнь, чтобы та вела себя тихо. Похоже, что это был голос Ань Ю: - Есть очень много вещей, в которых мы можем давать себе волю, но есть также много вещей, в которых мы эту волю давать себе не можем! Для меня вы слишком идеальны, слишком прекрасны, а ещё слишком молоды и слишком благородны. Вы же принцесса из императорской семьи, а мне уже за сорок, у меня жена и дети. Я никак не смогу дать вам идеальную и безупречную любовь. И хотя я никак не смогу её вам дать, я всё равно дал себе волю и даю вам надежду. Я поистине заслуживаю смерти! Принцесса Минчжу сильно страдала: - Ты снова вернулся в свой обычный мир. Все твои ответственности, семья, твоя личность и статус, они все вернулись, чтобы снова окружить тебя. - Не волнуйтесь, по крайней мере, у меня осталось немного гордости. Я больше не буду вас беспокоить! - Что ты такое говоришь? Красивое лицо Ань Ю исказилось от боли. Он схватил её за запястье и тряхнул, со словами: - Вы не до конца понимаете мои чувства. В данный момент я волнуюсь не о себе, я волнуюсь о вас! О вашем будущем, о ваших перспективах! Есть гораздо более важные вещи, чем мои желания. Только потому, что я кого-то люблю – это не означает, что у меня есть право портить ей жизнь! Во взгляде принцессы Минчжу появились сверкающие искорки. Она рассмеялась, и слёзы потекли из её глаз. Её голос дрожал, когда она сказала: - Я уже удовлетворена тем, что смогла услышать, как ты говоришь, что любишь меня. Ты сказал слово "люблю". Ты озвучил свои настоящие чувства, этого достаточно. #комментарий анлейта: Ах, если бы мне только не приходилось переводить эти страстные речи ненавистных целей задания. ---------- Мой Хозяин, Мой Господин, Мой Бог, Моя Судьба! - Ань Ю, я тоже тебя люблю! Я всегда буду помнить нашу первую встречу. Ты парил в седле, спускаясь с небес, словно бог, чтобы спасти меня. С того дня, в моём сердце, ты стал моим хозяином, моим господином, моим богом, моей судьбой, всем, что я чувствую и всем, что я вижу! Я ничего не могу с этим поделать, потому что всё это наполняет моё сердце! Поэтому, если ты хочешь держать меня на расстоянии от себя, то я согласна! Если ты хочешь контролировать мой взгляд, то и на это я согласна! Если ты хочешь, чтобы я перестала говорить о тебе постоянно, то я так и сделаю. Но есть одна вещь, над которой у тебя нет контроля и нет никакой возможности ей приказывать, и это моё сердце! Принцесса Минчжу посмотрела на Ань Ю и её взгляд наполнился любовью и слезами. Её зрачки словно горели обжигающим светом и решительностью. - Та любовь, что я дала, я никогда не заберу её обратно, и не буду раскаиваться. Даже если эта любовь для тебя всего лишь игра, для меня она бесконечна! Зрачки Ань Ю слегка задрожали, когда он посмотрел на принцессу Минчжу. Он был слишком тронут этой пылкой речью. После этих слов он не мог даже собраться с мыслями, чтобы как-то ответить. По сравнению с её решительностью и решимостью, он чувствовал себя так, словно ему самому этих качеств не хватало! Он чувствовал себя слабее её. Скованная этими чувствами слабости и сильной боли, в его сердце была крайне печальная любовь. Эта любовь была тем, чего он никогда раньше не чувствовал в жизни. Ань Ю уставился на принцессу Минчжу. Под светом луны её щёки сияли, словно жемчужным оттенком. Её лицо было полно страсти и отчаяния. Ань Ю не мог говорить, он не мог думать. Он был совершенно поражён и очарован. Он обладал такой искренней, чистой и сильной любовью. Он был в ужасе, но и в восторге. Нин Шу: … Моим хозяином, моим господином, моим богом, моей судьбой. Это что ещё за херня сейчас была? Выслушав слова принцессы Минчжу, Нин Шу почувствовала такую зубную боль, словно её зубы больше не существовали. Подобная степень бесстыдства снова обновила мировоззрение Нин Шу. - Они… они! Ань Линюнь указала на тех двоих. Нин Шу посмотрела туда и увидела, что Ань Ю и принцесса Минчжу подошли друг к другу и теперь целуются. Нин Шу потянула за собой Ань Линюнь, которая застыла от шока. Она притащила дочь в её комнату. Ань Линюнь была так зла, что её лицо посерело. - Как Минчжу могла так поступить? Как она могла похитить отца? Я всегда считала её своей сводной сестрицей! Цвет лица Нин Шу помрачнел, и Ань Линюнь тут же заткнулась. Однако на её лице явно читалось негодование. Негодование о том, что Минчжу её обманула. Нин Шу заметила поведение Ань Линюнь. Несмотря на то, что сейчас произошло, Ань Линюнь не сказала ни единого слова о том, как это несправедливо по отношению к её матери. Ну и как ей спасать такого ребёнка? Вот как раз страшнее всего было сталкиваться с такими наивными и глупыми людьми. Они больше всего ранят людей. Нин Шу почувствовала бессилие. ---------- Я Сдаюсь Нин Шу даже не думала, что эти двое признаются друг другу в своих чувствах так скоро. Сколько прошло времени? Принцесса Минчжу прожила в резиденции генерала около месяца. Однако это уже оказалось достаточно, чтобы чувства этих двоих голубков разгорелись до такой степени, что они уже не могли себя контролировать. Ань Ю ясно осознавал свои ответственности, личность и статус, но всё равно продолжил действовать, даже не задумываясь. Он уже больше не пытался подавить волнительные чувства в своём сердце и бросился в эту страстную любовь, словно мотылёк на огонь. Что касается принцессы Минчжу, то тут даже не нужно было ничего пояснять. Её бог, её господин, её хозяин ответил на её чувства. Этого было достаточно, чтобы она сошла с ума от счастья. Как наблюдатель со стороны, Нин Шу просто не могла понять, отчего любовь этих двоих была такой трогательной. Она чувствовала лишь крайнее отвращение. Она просто не могла понять, как их любовь заполучила всеобщее восхищение и принятие. Неужели всю логику съела собака? Ань Линюнь была очень зла от того факта, что принцесса Минчжу её обманула, поэтому, когда она видела принцессу Минчжу, она старательно её избегала. Когда она увидела, что лицо принцессы Минчжу зарделось прекрасным румянцем от счастья, её гнев просто взорвался. Когда принцесса Минчжу увидела, что её хорошая подруга так к ней относится, её счастье от того, что на её чувства ответили, слегка уменьшилось. Она хотела получить всеобщее благословение, особенно учитывая то, что Ань Линюнь была дочерью Ань Ю. Принцесса Минчжу заблокировала путь Ань Линюнь и спросила со слезами на глазах: - Линюнь, почему ты ко мне так относишься? Неужели я сделала что-то плохое? Если я сделала что-то плохое, то скажи мне, прошу тебя. Когда ты меня вот так игнорируешь, то мне очень грустно. Очень-очень грустно. Я не хочу терять такую подругу как ты, поэтому прошу тебя, скажи мне. Ань Линюнь смахнула руку принцессы Минчжу со своей талии и холодно сказала: - Принцесса, я всегда считала тебя своей подругой. Но я и не могла подумать, что тебе на самом деле нравится мой отец! Лицо принцессы Минчжу наполнилось шоком и отрицанием, когда она услышала, как Ань Линюнь открыла секрет, из-за сохранения которого она так страдала. Она покачала головой, поморщившись, словно от боли. - Линюнь, я не хочу тебе лгать. Я действительно не могу себя контролировать. Не успела я ничего осознать, как эти чувства проросли во мне и теперь их корни проросли ещё глубже. Мои чувства к твоему отцу просто слишком сильные, чтобы я могла их подавить и контролировать. Даже если бы передо мной была бездна в десять тысяч километров, то я бы всё равно прыгнула вниз без колебаний. Ань Линюнь была ошарашена. - Ты… На лице Ань Линюнь отразились сложные чувства. - Но, моя матушка. Это ведь был её отец, муж её матери! Принцесса Минчжу схватила Ань Линюнь за руку и скромно сказала: - Линюнь, с тех самых пор, как я приехала, я никогда не думала о том, чтобы разрушить вашу семью. Я лишь хочу быть рядом с твоим папой и смотреть на него издалека. Мне достаточно лишь смотреть на него издалека... Ань Линюнь не могла выдавить из себя ни слова. Когда она посмотрела на чистое и прекрасное лицо принцессы Минчжу, с жалобно свисающими на ресницах слёзами, её сердце смягчилось. - Я сдаюсь. Принцесса Минчжу тут же начала улыбаться сквозь слёзы. Она радостно схватила Ань Линюнь за руку. - Линюнь, спасибо, что простила меня! Спасибо! - Я просто в восторге. Ань Линюнь беспомощно покачала головой. У Нин Шу, которая наблюдала за всем этим из соседнего коридора, сжалось сердце. Она чуть не начала кашлять кровью. Эта девушка хочет стать твоей мачехой! Как ты можешь так легко её простить? Когда она увидела, что эти две девушки теперь идут вместе, снова взявшись за руки, у неё на лбу начали пульсировать вены. Серьёзно, вот что за кожа на лице у принцессы Минчжу, раз она может говорить подобные вещи и не краснеть? ---------- Требуются Союзники Она уводила чужого мужа с выражением такой невинной беспомощности на лице, словно справедливость не позволяет ей оглядываться. Неужели Ань Линюнь не обладает способностью различать что хорошо, а что плохо? Это просто очень бесило! Нин Шу стукнула себя по груди. Вот уж действительно, век живи, век учись. - Мадам? – Чжу Эр обеспокоенно посмотрела на Нин Шу. – Мадам, с вами всё хорошо? - Со мной всё в порядке, сходи и найди старую мадам. Нин Шу кашлянула. Ей нужно поговорить со старой мадам. Всё, что ей нужно было сделать, это защитить всю резиденцию генерала, а не уничтожать её. Резиденция и так уже была всё равно, что маленькая лодка, попавшая в шторм, Нин Шу не могла себе позволить утопить лодку только для того, чтобы отомстить паре человек. Резиденция генерала была всей жизнью для Вэй Линсянь. Вот почему она должна была найти союзников, и старая мадам будет очень сильным союзником. Старая мадам потеряла своего мужа, и ей приходилось самой поддерживать всю свою семью. Она воспитала из Ань Ю выдающегося генерала, и даже нашла ему целомудренную жену вроде Вэй Линсянь, чтобы Ань Ю мог следовать своим стремлениям, без необходимости волноваться о доме. Старая мадам была очень опытна в манипуляции сердцами людей. За все прошедшие годы она практически никогда не спорила с Вэй Линсянь. Причиной тому, не считая естественной добродетельности Вэй Линсянь и её дочернего уважения, было то, что старая мадам никогда не лезла в дела, касающиеся Ань Ю и Вэй Линсянь. И хотя Ань Ю не брал в семью никаких любовниц, старая мадам не высказывала никакого неодобрения, что успокаивало Вэй Линсянь. И от этого она чувствовала только ещё больше уважения по отношению к своей свекрови. Нин Шу вошла во двор старой мадам. Когда она услышала от личной горничной старой мадам о том, что старая мадам прилегла вздремнуть, Нин Шу ничего не сказала и просто стала ждать снаружи, пока старая мадам проснётся. Горничная принесла стул для Нин Шу и Нин Шу слабо улыбнулась в ответ, прежде чем сесть. Спустя примерно два часа внутри комнаты наконец-то появилось движение. Было ясно, что старая мадам только проснулась. Спустя ещё немного горничная наконец-то пригласила Нин Шу войти. Нин Шу немного отряхнула одежду, прежде чем войти. Старая мадам пила чай. Когда она увидела Нин Шу и заметила её слегка покрасневшие глаза, она крайне удивилась. - Что произошло? - Матушка, эта невестка желает поговорить с вами кое о чём наедине, - сказала Нин Шу. Старая мадам дала сигнал своим горничным, чтобы они все покинули комнату, после чего повернулась к Нин Шу. - Говори. Между нами нет ничего такого, чего нельзя было бы сказать. Нин Шу открыла рот и рассказала старой мадам обо всём, что видела вчера ночью. Как только старая мадам услышала эти новости, её рука, в которой она держала чашку, задрожала так сильно, что она пролила чай. Нин Шу шагнула вперёд, чтобы взять чашку из руки старой мадам, и поставила чашку на стол. На лице старой мадам явственно читалось изнеможение. - Неужели Ань Ю не понимает своего собственного статуса? Если он это сделает, то как быть с тобой и принцессой Минчжу? Выражение лица старой мадам омрачилось. - Этого нельзя допустить. Нин Шу ничуть не удивилась поведению старой мадам. Старая мадам была вдовой, которая самостоятельно вырастила своего сына. И трудности, которые ей пришлось преодолеть на этом пути, были просто невообразимыми. Тот факт, что эта резиденция генерала была настолько престижной как сейчас, в основном было заслугой усилий старой мадам. И императорская принцесса никак не могла стать любовницей генерала. Это было всё равно, что бросить вызов достоинству императорской семьи. Однако если Ань Ю разведётся со своей женой, чтобы жениться на принцессе, тогда на голову Ань Ю можно будет повесить табличку "Чэнь Шимэй"*. Более того, Вэй Линсянь не совершила никаких неприемлемых вещей, и не совершила ни одного из семи оснований для развода. Наоборот, она родила двоих детей и поддерживала резиденцию генерала в идеальном порядке. Она была известна своей добродетельностью и целомудренностью. Если Ань Ю разведётся с Вэй Линсянь, то как тогда остальные люди будут смотреть на резиденцию генерала? Старая мадам была женщиной, которая потеряла своего мужа, поэтому она очень сильно ценила репутацию и целостность. Тем временем, принцесса Минчжу была тем, кто ничего не знает о мире, поэтому как она вообще могла справиться с ответственностями, которые появятся у неё, когда она станет главной мадам в резиденции генерала? Она же словно рождена, чтобы быть любовницей. Вот почему старая мадам была так против отношений принцессы Минчжу и Ань Ю в изначальной истории. Однако старая мадам была более рациональной по сравнению с изначальным хостом. Изначальный хост пала в водоворот бесконечной боли и отчаяния, отчего её действия стали немного безумными. В комнате стало тихо. Ни Нин Шу, ни старая мадам ничего не говорили, поэтому атмосфера стала удушающее тяжёлой. Старая мадам закрыла глаза. Когда она снова открыла глаза, она посмотрела на Нин Шу и спросила: - Как думаешь, что нам с этим делать? #Комментарий анлейта: Есть семь оснований для развода с женой в древнем Китае: если она не подчиняется свекрови и свёкру, если она не родила сына, измена, ревность, болезнь, если она слишком много говорит и воровство. И есть лишь три условия, при которых мужчина не может развестись со своей женой, а именно: если у неё нет семьи, к которой она может вернуться, потому что её родители умерли; если в данный момент протекает трёхлетний период скорби по какому-либо из родителей; или если её муж был бедным, когда они поженились, а теперь разбогател. ______________________________________________________________________ * Чэнь Шимэй - китайский оперный персонаж и синоним в Китае для бессердечного и неверного человека. ---------- Минчжу Ребёнок Не Придирчивый Старая мадам спросила мнения Нин Шу, потому что если с этим вопросом не разобраться как подобает, тогда он уничтожит резиденцию генерала. На лице старой мадам отразились нескрываемая ярость и разочарование, но она заставила себя стерпеть. Она стала глубоко дышать и мысленно читать молитвы, перебирая бусины на буддистских чётках. Неужели её сын действительно совершил нечто столь безответственное в таком возрасте? Старая мадам почувствовала в своём сердце затаившуюся тень, которая впервые появилась там в тот момент, когда она ещё увидела, как они едут на одном коне. Если бы Ань Ю ещё не был женат, тогда императорская принцесса, ставшая женой её сына, значительно помогла бы будущему её сына. Однако эта принцесса Минчжу, скорее всего, принесёт с собой такое большое бедствие, что вся резиденция генерала просто сгинет. Старая мадам заставила себя дышать ровно, а потом спросила у Нин Шу: - Линсянь, а ты что чувствуешь по этому поводу? - Сердце этой невестки сейчас в растерянности, но эта невестка сейчас ещё больше волнуется о том, что с резиденцией генерала может что-то случиться. Если бы принцесса Минчжу не была императорской принцессой третьего ранга, тогда эта невестка помогла бы Ань Ю с устройством брака, но принцесса Минчжу – дочь принца Яня, и всё ещё находится в периоде скорби по родителям. Вдова-императрица наверняка обвинит во всём резиденцию генерала. Лицо Нин Шу наполнилось тревогой и обидой. - Эта невестка отослала Ань Юя в качестве меры предосторожности, но эта невестка и не думала, что Ань Ю окажется таким же. Эта невестка и не могла подумать… Голос Нин Шу сорвался, словно она была готова вот-вот разрыдаться. - Матушка, что же нам делать? - Нин Шу сделала пас обратно в сторону старой мадам. – Эта невестка понятия не имеет, что делать. Ведь тут резиденция генерала, Ань Ю, принцесса Минчжу и Линюнь, которая дружит с принцессой Минчжу. Старая мадам стала ещё быстрее перебирать бусины на чётках до тех пор, пока нить не порвалась и круглые бусины не рассыпались по полу. Старая мадам резко открыла глаза. - Мы отправляемся во дворец. Нин Шу тоже об этом подумала. Даже если принцесса Минчжу желает сбежать на поле боя, то ей нельзя позволить сделать это из резиденции генерала. Нин Шу вернулась в свой двор, чтобы надеть свой императорский официальный женский наряд третьего ранга. Когда она снова вышла, старая мадам уже тоже закончила переодеваться в такую же одежду и села в карету. Отправив во дворец глиняную табличку с прошением, спустя некоторое время, Нин Шу поддержала старую мадам, и они вошли во дворец вдовы-императрицы. Когда они поприветствовали вдову-императрицу, вдова-императрица начала спрашивать о том, как поживает принцесса Минчжу. Старая мадам с уважением ответила: - Принцесса Минчжу поживает очень хорошо. Просто эта подчинённая волнуется о том, что не сможет присматривать за ней достаточно хорошо и тем самым получится, что она выразит своё пренебрежение ею. Вдова-императрица с улыбкой сказала: - Минчжу ребёнок не придирчивый. Нам придётся побеспокоить резиденцию генерала присмотром за Минчжу. Цвет лица старой мадам тут же потускнел. Нин Шу наблюдала за всем этим со стороны, удивляясь тому, как вообще такая нелогичность может произойти? С какой стати резиденция генерала должна нести ответственность за присмотр за принцессой Минчжу? Старая мадам замешкалась на мгновение, а потом сказала: - Ваше Императорское Высочество Вдова-Императрица, эта подчинённая очень беспокоится, потому что скоро внук этой подчинённой, Ань Юй, планирует проконсультироваться со свахой. Однако принцесса Минчжу сейчас пребывает в периоде скорби по своей семье. Эта подчинённая беспокоится о том, что радостное празднование будет мешать уходящему духу принца Минчжу. Когда вдова-императрица услышала это, она застыла на мгновение, словно только сейчас вспомнив о том, что принцесса Минчжу скорбит о своей семье. У Нин Шу уже не осталось сил критиковать этот сценарий. В этом мире, кроме любви была только любовь. Всё остальное было полностью проигнорировано. Старая мадам сказала ещё пару слов вдове-императрице. Когда она увидела, что вдова-императрица выглядит немного усталой, старая мадам тактично отступила. С самого начала и до конца, Нин Шу не сказала ни слова и лишь составляла компанию старой мадам. Когда они покинули императорский дворец, спина старой мадам словно сгорбилась немного от утомления. Нин Шу почувствовала, что эта старая мадам была довольно сильной. Это просто Ань Ю был сыном, который не уважал свою мать. ---------- Я Просто Хочу Убить Себя Какой отец, такой и сын. Дети Вэй Линсянь были такими же, как их отец. Они начали презирать собственную мать только из-за женщины. Как только старая мадам вернулась в резиденцию, она отправилась отдыхать. Однако Нин Шу всё ещё гадала, когда вдова-императрица вызовет принцессу Минчжу обратно во дворец. С тех пор, как Ань Ю и принцесса Минчжу признались друг другу в своих чувствах, Ань Ю стал крайне редко приходить во двор Нин Шу. Ань Ю волновался, что принцесса Минчжу разозлится. Только после того, как он обрёл такую интенсивную и искреннюю любовь, он осознал, что его чувством к жене было лишь уважение, а не любовь. Каждую ночь он проводил в своём кабинете, говоря, что читает об искусстве войны. Нин Шу вела себя так, словно ничего не знала, так как ей было гораздо удобнее спать в одиночестве. Вскоре вдова-императрица отправила людей в резиденцию генерала, сообщив, что прошло уже шесть недель со дня кончины принца Яня. Вот-вот уже должен был наступить сорок девятый день, поэтому император пригласил старшего монаха, чтобы он провёл ритуал. Как наследники принца Яня, принцесса Минчжу и юный принц должны вернуться во дворец. Когда Ань Ю и принцесса Минчжу узнали эти новости, Ань Ю ночью прокрался во двор Минчжу и обнаружил, что она плачет в одиночестве. Его сердце тут же сжалось от боли, и он обнял её со спины. Принцесса Минчжу была ошарашена и начала вырываться. - Минчжу, это я, - тихим голосом сказал Ань Ю. Принцесса тут же перестала вырываться, но продолжила плакать. Ань Ю развернул Минчжу. Когда он увидел, что её слёзы льются словно дождь, его сердце наполнила невыносимая боль, и он не удержался от того, чтобы поцеловать её глаза. - Не надо больше плакать. Слышишь? Каждый раз, когда я вижу, как ты плачешь, я чувствую себя таким бесполезным, что просто хочу убить себя. - Нет! – Минчжу прикрыла рот Ань Ю. – Я не разрешаю тебе говорить о себе подобным образом. Завтра я отправлюсь во дворец. Ань Ю, я не вынесу расставания с тобой. Я не хочу возвращаться во дворец. Покидая резиденцию генерала, покидая тебя, я начинаю чувствовать себя так, словно вот-вот умру. Ань Ю сказал: - Всё в порядке. Ты же вернёшься. Минчжу обняла Ань Ю. - Я чувствую себя счастливой и благословлённой, но при этом мне больно. Ань Ю, я буду стараться, чтобы все приняли нас и нашу любовь. - Минчжу, ты чудесная. На следующий день Нин Шу просто наблюдала за Ань Ю и принцессой Минчжу. Они выглядели так, словно воссоздавали сцену, где белую деву навечно запирают в Громовой Пагоде*. Принцесса Минчжу рыдала, словно убитая горем, перед дворцовой няней, которую прислала вдова-императрица, как будто её не отправляют во дворец, поклониться умершему принцу и принять участие в ритуале ради её отца, а просят пойти и умереть. Няня даже не знала, что сказать. С другой стороны, Ань Ю выглядел так, словно он молча терпел огромную боль. Нин Шу даже решила, что он страдает запором. И хотя они двое так страдали, карета всё равно должна была уехать. Ань Ю невольно сделал пару шагов вперёд, словно он хотел побежать вслед за каретой. А принцесса Минчжу, сидящая в карете, подняла занавеску и продолжила смотреть на Ань Ю, который стоял у ворот резиденции, и по её лицу лились слёзы. Лицо старой мадам стало совершенно чёрным во время всего этого процесса. Тем временем, Нин Шу просто наблюдала за всем этим, как за представлением. Она ничего не ощущала, за исключением лёгкой озадаченности и отвращения. С тех пор, как принцесса Минчжу уехала во дворец, Ань Ю стал очень удручённым и часто вздыхал, глядя в пустоту. Он подхватил любовную болезнь, которую могла вылечить лишь принцесса Минчжу. Он даже похудел. Нин Шу показалось, что это серьёзное преувеличение. Неужели он всерьёз пытался доказать поговорку, что один день порознь – это всё равно, что три осени в разлуке? Ритуал продлился семь дней, поэтому принцесса Минчжу должна была вернуться сегодня. Ань Ю встал очень рано утром и стал ждать у ворот резиденции. Он даже тщательно умылся и привёл себя в порядок, отчего он выглядел очень доблестно, что было разительным контрастом по сравнению с тем, каким удручённым он выглядел последние несколько дней. Однако он прождал до самого заката. Принцесса Минчжу так и не приехала. Он прождал целый день, стоя под обжигающими лучами солнца, но вода так и не пошла. Нин Шу: Так страстно, так трогательно… Ах, если бы! Старая мадам отправила Нин Шу позвать Ань Ю внутрь, на ужин. Нин Шу пришла, но Ань Ю проигнорировал её и лишь продолжил смотреть с тоской во взгляде в сторону императорского дворца. В ответ на это Нин Шу выразила, что это ему решать, хочет он есть или нет. Всё же, это не она тут страдала. Когда принцесса Минчжу покинула резиденцию, она теперь в полной мере могла насладиться едой и сном. Однако перед старой мадам ей, конечно же, приходилось вести себя так, словно она очень волновалась об Ань Ю. До такой степени, что ей кусок в горло не лез. Поэтому она не стала есть рис и съела лишь гарнир. #комментарий анлейта: В китайском языке, есть (еду) пишется также, как и есть (рис), поэтому Нин Шу не могла есть (рис), и ела лишь всякие овощи и мясо. То есть, все остальные вкусные блюда. Ржунимагу. ______________________________________________________________________ * Сцена из одной известной китайской оперы. "Легенда о Белой Змее". ---------- Спасение Принцессы Минчжу Небо постепенно темнело, но Ань Ю продолжал ждать у ворот резиденции. Когда Ань Линюнь увидела своего отца в таком виде, у неё заболело сердце за него. И в то же время, она была тронута искренней любовью между её отцом и принцессой Минчжу. Когда Нин Шу увидела тронутое, жалеющие и восхищённое выражение на лице Ань Линюнь, то она почувствовала зуд в руке от желания влепить ей пощёчину. Неужели у неё в сердце совсем не осталось места для матери? Ань Линюнь побежала к воротам и сказала своему отцу: - Отец, зайди внутрь, поешь немного. Ань Ю ничего не сказал ей и лишь махнул рукой, поэтому Ань Линюнь приподняла юбку, чтобы убежать обратно в резиденцию. Она сразу же обратилась к Нин Шу: - Матушка, ты должна пойти и уговорить отца. Если отец продолжит вот так стоять, то его тело просто не сможет этого выдержать. Нин Шу: … В этот момент просто понятия не имела, что сказать. Какого хрена? А ей-то какое дело, если Ань Ю умрёт? Ей будет даже лучше, если он умрёт. Ему бы наоборот поспешить и умереть, умереть прямо сейчас! Когда Ань Линюнь увидела, что Нин Шу не говорит и на её лице холодное выражение лица, она лишь вздохнула. Нин Шу мысленно хмыкнула. Скоро у тебя не будет времени волноваться об этих пустяковых вопросах любви. Ань Ю продолжил ждать. Старая мадам опиралась на свою клюку, стоя в дверях и глядя на Ань Ю. Она вздохнула, а потом пробормотала что-то о том, как это всё неправильно. В итоге, принцессе Минчжу удалось подкупить юного евнуха и этот юный евнух пришёл в резиденцию генерала, чтобы передать Ань Ю, который всё ещё ждал у ворот: - Генерал, вдова-императрица держит принцессу Минчжу во дворце. Она сказала, что принцесса Минчжу сможет покинуть дворец только, когда закончится период скорби по родителям, поэтому принцесса Минчжу желает, чтобы вы придумали какой-нибудь способ её спасти. Ань Ю голодал весь день и даже не пил воды, поэтому, когда он внезапно получил такие вести, он был так ошеломлён, что его тело начало качаться. Он схватил юного евнуха, начал его трясти и кричать на него: - Почему всё так? Почему? Хрупкий евнух был напуган, когда Ань Ю начал его так сильно трясти, поэтому поспешно сказал: - Я не знаю. Я ничего не знаю. Глаза Ань Ю закатились и он потерял сознание. Нин Шу встревожено закричала и поспешно подбежала к нему. При этом она попутно пнула его, но Ань Ю не отреагировал. Похоже, что он действительно потерял сознание. Лицо старой мадам наполнилось тревогой и беспокойством, а также разочарованием и неодобрением. Ань Ю уже было почти сорок лет, но он всё равно вёл себя, словно безмозглый юнец, который сошёл с ума от любви к женщине. Нин Шу приказала отнести Ань Ю внутрь, напоила его водой, а потом позвала доктора. Доктор сразу же диагностировал что это гнев ударил его в сердце на фоне общего истощения. В любом случае, Нин Шу лишь продолжила вливать воду в Ань Ю без перерыва. - Мне так жаль отца. Он даже не может повидать принцессу Минчжу. Ань Линюнь сжала кулаки. - Отец, ты должен очнуться. Принцесса Минчжу всё ещё ждёт, что ты её спасёшь, - сказала Ань Линюнь бессознательному Ань Ю. Нин Шу: … Неужели существует кто-то настолько слабоумный? Какого хрена? Как будто вдова-императрица пытается убить принцессу Минчжу или что-то в этом роде, раз её вообще нужно спасать? Кого-то вообще нужно спасать из императорского дворца? Это было просто постыдно. Как вообще обучали эту девочку? Старая мадам прижала руку к сердцу, словно у неё вот-вот случится сердечный приступ. Нин Шу поспешила сказать горничной, чтобы та помогла старой мадам пойти отдохнуть. Старая мадам даже не попыталась сопротивляться и лишь сказала оповестить её о том, когда Ань Ю очнётся. Нин Шу кивнула, а потом холодно сказала Ань Линюнь: - Тебе тоже нужно пойти отдохнуть. Я присмотрю за твоим отцом. Когда Ань Линюнь увидела Нин Шу в таком настроении, она почувствовала неудовлетворение и поэтому спросила: - Матушка, скажи, почему вдова-императрица не позволяет принцессе Минчжу вернуться в нашу резиденцию? Нин Шу очень хотела закатить глаза. Она невольно почувствовала, что Ань Линюнь не живёт в феодальном обществе, где императорское слово было Небесным законом. С какой стати вдове-императрице объяснять тебе свои действия? ---------- Совершить Мужеубийство - В первую очередь, принцесса Минчжу – императорская принцесса, так что плохого в том, что она осталась в императорском дворце? Это всё равно что ты, родившаяся в резиденции генерала, и поэтому живущая тут. Почему бы тебе не пойти жить в резиденцию учёного? – холодно сказала Нин Шу. - Но… - сказала Ань Линюнь. – Но принцесса Минчжу уже стала считать резиденцию генерала своим домом. - Если ты считаешь резиденцию учёного своим домом, станет ли она твоим домом? Тон Нин Шу стал ещё холоднее. У этой девушки в голове явно винтиков не хватает. Нин Шу: - Иди и отдохни. Я буду ждать, пока твой отец не очнётся. Скорее проваливай, а то эта мадам уже готова кое-кого стукнуть. У Ань Линюнь не осталось иного выбора, кроме как уйти. Нин Шу стянула с Ань Ю одежду, обнажая его мускулистое и покрытое шрамами тело. Потом она его перевернула и вонзила иглу для акупунктуры ему в поясницу. Ань Ю тихо застонал в своём бессознательном состоянии, а его тело тут же покрылось холодным потом. Нин Шу достала иглу и села у кровати в ожидании, когда Ань Ю очнётся. Ань Ю проспал всю ночь и проснулся лишь на следующее утро. Когда он проснулся, его лицо было болезненным и жёлтым. Он не обратил никакого внимания на Нин Шу, которая всю ночь присматривала за ним. Он скинул одеяло и направился во дворец на поиски принцессы Минчжу. Однако он смог сделать всего пару шагов, прежде чем рухнуть на пол. После целого дня без еды, Ань Ю изголодался до такой степени, что у него не осталось никакой силы. Старая мадам вошла, опираясь на свою клюку. Когда она увидела Ань Ю в таком состоянии, она подняла клюку, чтобы ударить его, но не смогла набраться смелости, когда увидела, каким измождённым он выглядел. - Ань Ю, что ты делаешь? Ты уже так запутался, что не можешь даже ясно мыслить! Это ведь невозможно, чтобы ты был с принцессой Минчжу, - строго сказала старая мадам. Ань Ю сказал: - Да, я запутался и не мог ясно мыслить. Но только после того, как я встретил Минчжу, я наконец-то почувствовал, что я жил не зря. Я почувствовал каково это, когда жизнь наполнена яркими и ослепительными цветами, пусть даже и на короткое время. То, что для тебя было яркими и ослепительными – наверняка были фейерверки. Эти двое влюблённых явно заслуживали того, как они умерли. Нин Шу изобразила своё самое болезненное и страдальческое выражение лица, глядя на старую мадам. - Матушка. Старая мадам заставила Ань Ю выпить немного жидкой каши. Когда Ань Ю выпил кашу, его взгляд опустился на Нин Шу и он резко схватил Нин Шу за запястье словно зажав в тиски. - Это всё ты. Это точно ты! – закричал Ань Ю. Лицевые мускулы Нин Шу задрожали. Ей даже показалось, что Ань Ю брызнул ей на лицо слюной. Охренеть, как же это отвратительно! Она очень хотела просто пнуть его промеж ног, но подавила свой порыв и спросила дрожащим голосом: - Муж, я не понимаю. О чём ты говоришь? Что я сделала не так? Старая мадам опёрлась на свою клюку и закричала: - Ань Ю, сначала отпусти Линсянь. Если тебе есть что сказать, то говори как полагается. Нин Шу выдернула руку из хватки Ань Ю и спряталась позади старой мадам. - Это наверняка ты придумала какую-то махинацию. А иначе почему вдова-императрица призвала принцессу Минчжу во дворец сразу после того, как вы обе туда сходили? Это всё ты! Это точно ты! – Ань Ю указал на Нин Шу, а его лицо наполнилось болью и ненавистью. – Если у тебя возникли какие-то предложения, то разве ты не должна была обратиться напрямую ко мне? Почему ты нацелилась на принцессу Минчжу? Ты хоть подумала о том, как больно ей будет жить во дворце в одиночестве? Вэй Линсянь прежде я был поистине слеп, раз не увидел твоего настоящего характера. Принцесса Минчжу просто одинокая женщина. Неужели ты не способна её терпеть? Где твоя милость, где твоё великодушие? Нин Шу: … Я сейчас охренеть как хочу совершить мужеубийство. ---------- Когда Он Изголодается! Злые крики и обвинения Ань Ю не только сделали так, что Нин Шу захотела его убить, но и старая мадам тоже была совершенно ошарашена. Она недоверчиво сказала: - Ань Ю, Линсянь твоя жена, как ты можешь говорить с ней подобным образом? Более того, мы с ней вместе вошли во дворец. И она ни слова не произнесла перед вдовой-императрицей. - Матушка, я же твоя плоть и кровь. Как ты можешь защищать эту злобную женщину? Если не она, то почему тогда принцессу Минчжу призвали во дворец? Ань Ю совершенно растерял своё чувство рациональности. Он просто хотел выпустить тот гнев, который испытывал. Его душевная боль стала такой сильной, что он уже не мог мыслить ясно. Он хотел лишь Минчжу. Нин Шу посмотрела на покрасневшие глаза Ань Ю и его искажённое гневом выражение лица. А потом обиженно опустила голову и ничего не сказала. - Да вы просто хотите, чтобы мы расстались, вот зачем вы ходили во дворец, так ведь? – злобно сказал Ань Ю. Старая мадам покачала головой. - Мы с Линсянь ходили во дворец, чтобы вдова-императрица даровала благословение на брак для Ань Юя. Когда найдётся подходящая кандидатка, вдова-императрица даст своё брачное благословение. Ань Ю на мгновение ошалел, а потом стиснул губы и встал, чтобы выбежать из комнаты. - Этому сыну плевать! Этот сын отправляется во дворец, чтобы найти Минчжу! - Я этого не позволю! – строго сказала старая мадам. Ань Ю было больно, но он был беспомощен. Он рухнул на колени и стал биться головой о пол, кланяясь старой мадам. - Матушка, этот сын умоляет тебя! Этот сын не может потерять Минчжу. Без Минчжу в этой жизни для него не останется никакого счастья. Нин Шу закатила глаза. Выходит, что последнюю половину своей жизни ты просто страдал каждый день? Все те дни нежной взаимной поддержки с Вэй Линсянь были фальшивыми? Какого хрена?! Когда Нин Шу увидела, что Ань Ю ведёт себя так, словно сошёл с ума от любви, она почувствовала, как её опухоль неловкости полностью воспалилась. - Ю… Ю! – старая мадам настолько разозлилась, что выглядела так, словно у неё сейчас случится приступ эпилепсии. – Неужели ты планируешь бросить резиденцию генерала, бросить свою жену и детей, чтобы вломиться во дворец? Неужели ты думаешь, что императорский дворец – это такое место, куда ты можешь вламываться, когда пожелаешь? Принцесса Минчжу – императорская принцесса. Во дворце она живёт прекрасной и роскошной жизнью. А ты – мужчина, у которого уже есть семья, неужели ты считаешь, что принцесса Минчжу станет твоей любовницей? Ань Ю почувствовал себя так, словно на него опрокинули ведро ледяной воды. Он начал неконтролируемо трястись. Старая мадам была зла, но и её сердце болело. Всё же, это был её сын. - Ань Ю, забудь о принцессе Минчжу, ладно? Она имеет благородный статус, поэтому её будущий муж наверняка будет драконом среди мужчин. Неужели ты хочешь разрушить её жизнь и резиденцию генерала? Когда до Ань Ю дошла мысль о том, что Минчжу станет чьей-то ещё женой, он начал выть от ещё большей боли, словно пойманный в западню зверь. Когда Нин Шу увидела его таким, она сказала: - Матушка, эмоциональное состояние Ань Ю сейчас нестабильно. Мы должны позволить ему ещё отдохнуть. Старая мадам закрыла глаза, а потом приказала запереть комнату. Она не могла позволить Ань Ю выходить в таком состоянии. На лице старой мадам появилось ещё больше морщин. Она вздохнула и посмотрела на Нин Шу. - Линсянь, для тебя это всё наверняка тяжело. Нин Шу покачала головой. - Всё, чего хочет эта невестка – это защитить резиденцию генерала и обоих детей. - Ты благоразумна. С самой юности Ань Ю не встречал на своём пути никаких неудач и препятствий. Да и его военные походы всегда проходили гладко. Я думала, что Ань Ю и весь остаток своей жизни проживёт в подобной безопасности и также гладко. Я и не представляла себе, что в таком возрасте он выкинет нечто подобное. Что за заклинание принцесса Минчжу наложила на Ань Ю, что он стал так ей очарован? Старая мадам практически скрипела зубами. В её голосе слышалось негодование и возмущение. На поверхности, Нин Шу поддерживала глубоко обеспокоенное выражение лица, но на самом деле она была совершенно безразлична. Ань Ю был заперт. Нин Шу каждый раз приносила ему еду. Когда Ань Ю видел Нин Шу, его выражение лица становилось очень холодным и он сметал всю еду со стола прямо у неё на виду. Выражение лица Нин Шу оставалось безразличным. Она никому не говорила убирать этот беспорядок и просто снова запирала дверь. Старая мадам выглядела очень измождённой. Когда она услышала, что Ань Ю всё ещё отказывается есть, она сплюнула. - Если он не ест, то пусть так и будет! Он начнёт есть, как только изголодается! Нин Шу лишь слабо улыбнулась и ничего не сказала. ---------- Любовь, Достойная Восхищения Однако Нин Шу никак не ожидала, что Ань Линюнь тайком откроет дверь и выпустит Ань Ю. Как только Ань Ю выбрался, он тут же помчался во дворец. Когда Нин Шу пришла принести еду и увидела в комнате Ань Линюнь, её цвет лица стремительно изменился. Она схватила Ань Линюнь за воротник и потащила в родовой зал, после чего пнула её под ноги, чтобы та упала на колени. - Матушка! – закричала Ань Линюнь от боли. У неё было такое ощущение, что её коленные чашечки разбились. Она с недоверием посмотрела на Нин Шу: - Как ты можешь со мной так обращаться? Нин Шу холодно сказала: - Веди себя как полагается перед нашими предками. Вся резиденция генерала будет уничтожена из-за тебя. Линюнь ничего не поняла, но она была напугана тем, какое выражение лица было у Нин Шу. Она собиралась сказать что-то ещё, но она увидела, как её мать быстро вышла и заперла родовой зал. - Если ты не можешь понять, тогда стой на коленях до тех пор, пока не поймёшь. Нин Шу отправилась прямо в конюшню, схватила коня, запрыгнула ему на спину и направилась прямо к императорскому дворцу. Это явно был случай сумасшествия на почве любви. Каким же это местом был императорский дворец, раз Ань Ю мог вломиться в него только потому, что ему этого хотелось? Ань Ю уже лишился всей рациональности. В его голове была лишь принцесса Минчжу. Что же за сила могла сделать человека таким обезумевшим и глупым? Действительно ли это была любовь? Если так, тогда любовь была поистине пугающей штукой. Нынешний Ань Ю едва ли сохранил в себе хоть какие-то человеческие характеристики. Когда Нин Шу добралась до ворот дворца, она увидела, что Ань Ю как раз сражается со стражниками и кричит, что хочет повидать принцессу Минчжу. - Впустите этого генерала! Этот генерал должен увидеть принцессу Минчжу! - Генерал Ань, у вас нет таблички с пропуском, и Его Величество не приказывал позвать вас, поэтому вы не можете войти во дворец. Если вы настаиваете на том, чтобы вломиться во дворец, то у меня нет выбора, кроме как счесть это угрозой и попыткой покушения на императорскую семью и убить вас. - Я просто хочу войти во дворец, чтобы повидать принцессу Минчжу и юного принца, чтобы убедиться, что у них всё в порядке. И я сразу же уйду, - сказал Ань Ю, сдерживая свой гнев. Когда Нин Шу услышала его слова, она не знала то ли ей плакать, то ли смеяться. Неужели императорский дворец – это твой грёбанный дом, в который ты можешь входить и выходить, когда пожелаешь? А ещё он упоминает принцессу Минчжу с каждым вдохом. Он вообще подумал о репутации принцессы Минчжу? Действительно ли Ань Ю по-настоящему любил принцессу Минчжу? Он явно даже не беспокоился о её репутации. Нин Шу поспешила слезть с коня и отдёрнула Ань Ю. Когда Ань Ю увидел её, он тут же потребовал: - А ты что тут делаешь? Ты тоже пытаешься меня остановить? А я тебе говорю, что я не вернусь, пока я не повидаю принцессу Минчжу! Ань Ю попытался стряхнуть руку Нин Шу, но обнаружил, что её хватка неестественно крепкая, поэтому он никак не мог её стряхнуть. Меньше всего её заботило то, что его могут убить, но она никак не могла позволить ему утащить за собой всю резиденцию генерала. Нин Шу никогда раньше не видела кого-то настолько сумасшедшего. Он выглядел так, словно подхватил бешенство после укуса бешеной собаки. И снова она узнала что-то новое. И снова она засвидетельствовала, как любовь, достойная восхищения, требует подобной истерии. Из всей любви, что видела Нин Шу, это было либо взаимное оскорбление, либо когда кто-то топчется по остальным без каких-либо принципов, или истерия, которая игнорирует всё остальное. Какого чёрта? Любовь – это же нечто такое, что должно быть между двумя людьми, так почему же столь много людей нужно затаскивать на любовное поле битвы? Какого хрена? Нин Шу даже не стала ему отвечать и просто вырубила его, стукнув ребром ладони. Она закинула Ань Ю на коня, а потом достала кошелёк, чтобы отдать его стражникам со словами: - Я прошу прощения за это, вы уж нас извините. Генерал Ань напился. Стражник взвесил кошелёк в своей руке, чтобы оценить количество денег, а потом щедро рассудил, что этого происшествия вовсе не было. ---------- С Резиденцией Генерала Всё Будет в Порядке Нин Шу ехала на своём коне, а коня Ань Ю вела следом за собой. Ань Ю без сознания лежал на спине коня. Нин Шу раздражённо взмахнула хлыстом и с силой ударила Ань Ю. Как же он её раздражал. Как вообще может существовать настолько крайне глупый человек? Ань Ю сдавленно застонал от боли, но всё равно не очнулся. Когда они вернулись в резиденцию генерала, старая мадам взволнованно поджидала их. Когда она увидела, что Ань Ю без сознания, её цвет лица ухудшился. Нин Шу объяснила: - Матушка, Ань Ю пытался вломиться во дворец, поэтому я попросила кое-кого, чтобы его вырубили. Нин Шу не хотела говорить старой мадам, что это она его вырубила. Старая мадам вздохнула, а потом приказала слугам снять Ань Ю с коня и отнести его обратно в комнату. Она сказала Нин Шу: - Линсянь, ты поступила правильно. На данный момент мы с тобой единственные, на кого может положиться резиденция генерала, - старая мадам схватила Нин Шу за руку и похлопала по ней. – Ань Ю поистине был благословлён такой женой, как ты. Он был благословлён? Но Ань Ю был поистине невежественен в отношении того, насколько он был благословлён. Вот в чём была вся ирония. Ведь это мужчина должен защищать семью и укрывать их от всех невзгод. Они должны демонстрировать уважение к старшим и обучать своих детей. Но в этой резиденции женщинам приходилось поддерживать семью. Безумные люди были поистине пугающими. Причина, почему она оставалась такой спокойной была в том, что она не любила этих людей, поэтому её сердце не было обеспокоено. Люди, которые падали в водоворот эмоций, теряли всякую рациональность. Нин Шу ответила старой мадам: - С резиденцией генерала всё будет в порядке. Старая мадам слишком много переживала в последнее время. Она была измождена и у неё едва ли осталась энергия, но Ань Ю ничего этого не видел. Нин Шу вошла в комнату. Она увидела, что Ань Ю лежит на постели со слезами в уголках глаз. Она фыркнула, а потом раздела Ань Ю, перевернула его на живот и снова вонзила иглу для акупунктуры ему в районе поясницы. Ань Ю сдавленно застонал от боли, а его тело покрылось потом. Нин Шу безо всяких эмоций выдернула иглу, снова его одела, а потом заперла дверь. Во время ужина, Нин Шу и старая мадам были единственными, кто присутствовал за столом. Старая мадам вздохнула, а потом сказала: - Тебе стоит выпустить Линюнь. Нин Шу отложила свои палочки, а потом с уважением обратилась к старой мадам: - Матушка, Линюнь уже больше не ребёнок, но она всё ещё не знает, как устроен мир. Если она выйдет замуж и переедет в новую семью в таком состоянии, то в этом браке наверняка не установятся дружеские отношения, и будет одна лишь ненависть. Как она не может понять, что её действие, когда она выпустила отца, навлечёт бедствие на всю резиденцию генерала? Старая мадам вздохнула, а потом махнула рукой и устало сказала: - Тогда просто делай то, что считаешь нужным. Нин Шу увидела, что старая мадам не хочет ничего есть, хотя она и так ничего не ела, поэтому она налила тарелку супа и передала ей. - Матушка, выпейте немного супа, хорошо? Если вы не будете ничего есть, то это плохо скажется на вашем здоровье. Нин Шу действительно не хотела, чтобы со старой мадам что-нибудь случилось. Старая мадам была настоящей дворянской женщиной из феодальной эпохи. Были ещё вещи, по поводу которых ей нужно будет потом посоветоваться со старой мадам. И хотя это тело было женой генерала, перед императорской семьёй это было ничто. Старая мадам выпила лишь половину тарелки супа, прежде чем остановилась, а потом отправилась в свою комнату отдыхать. Нин Шу пошла в родовой зал, чтобы проверить как там Ань Линюнь. Дверь со скрипом открылась, обнажая тусклую комнату. Ань Линюнь не стояла на коленях на полу, а сидела на коврике для молитв. Когда она увидела, что Нин Шу вошла, она поспешно спросила: - Матушка, вы пришли меня выпустить? Нин Шу закрыла дверь, а потом посмотрела на Ань Линюнь и спросила: - Теперь ты осознаёшь свою ошибку? - Матушка. Ань Линюнь попыталась по-детски подёргать Нин Шу за рукав, но Нин Шу увернулась и лишь холодно посмотрела на неё. Ань Линюнь посмотрела на лицо матери, которое было слабо освещено мерцающими свечками, и увидела, что её взгляд был пугающе безразличным. Ань Линюнь почувствовала себя очень обиженной. - Матушка, вы больше не любите Линюнь. Нин Шу глубоко вдохнула, а потом спокойно сказал: - Я задала тебе вопрос: теперь ты осознала свои ошибки? - Я, я поняла свои ошибки! – поспешно сказала Ань Линюнь. – Матушка, вы же выпустите меня отсюда? ---------- Стой На Коленях Как Положено, Наши Предки Наблюдают За Тобой Нин Шу указала на ряд родовых табличек. Её голос прозвучал словно гром, когда она строго сказала: - Тогда скажи мне, перед нашими предками, какую ошибку ты совершила? Ань Линюнь была напугана строгой манерой Нин Шу и начала плакать. - Матушка, не будь такой. Линюнь напугана. Нин Шу лишь продолжила смотреть на неё. Пока Ань Линюнь плакала, она продолжала поглядывать на Нин Шу и обнаружила, что взгляд её матери был таким же холодным, как ледяной клинок, летящий в её сторону. И в то же время, он был словно колодец, отражающий лунный свет, зловещий и пугающий. Ань Линюнь была напугана, поэтому она закричала ещё громче. - Матушка, я поняла свои ошибки, я правда поняла! Мне не стоило выпускать отца! - И? – спросила Нин Шу. - А есть ещё? Ань Линюнь озадаченно посмотрела на Нин Шу. Сердце Нин Шу наполнилось такой яростью, что оно вот-вот было готово взорваться. На протяжении всех своих заданий Нин Шу ещё никогда не чувствовала себя такой беспомощной и злой. Иногда, когда наивность принимали за милоту, она могла отнять человеческую жизнь! Единственное, за что была благодарна Нин Шу – это за то, что ей удалось отослать Ань Юя заранее, а иначе нынешний хаос был бы просто невообразимым. Подобное переплетение любви и ненависти было настолько тупым, что с ним было трудно совладать. Нин Шу протянула руку и вытерла слёзы Ань Линюнь. Ань Линюнь тут же улыбнулась сквозь слёзы. - Матушка. Нин Шу с улыбкой сказала: - Стой на коленях как полагается. Не пытайся отлынивать. В этом зале, духи наших предков наблюдают за тобой. Я выпущу тебя тогда, когда ты наконец всё поймёшь. - Матушка. Улыбка застыла на лице Ань Линюнь, когда она с недоверием посмотрела на Нин Шу. Нин Шу развернулась и вышла из родового зала, а потом заперла за собой дверь. Внутри комнаты, Ань Линюнь наконец-то отреагировала, и начала стучать в дверь с криками: - Матушка, выпустите меня! Матушка! Мне страшно. Нин Шу стояла за дверью и слушала душераздирающие крики Ань Линюнь. Её сердце пульсировало от неуютных эмоций. Там была сердечная боль, обида, а ещё трудно описуемая меланхолия. Это явно были чувства изначального хоста. - Матушка! Матушка! Как вы можете со мной так обращаться? Я вас ненавижу! Я вас презираю! Вы никогда такой не были, матушка! Ань Линюнь стучала по двери и рыдала. Она не хотела оставаться в родовом зале. Она всё никак не могла избавиться от ощущения того, что пара глаз, которых она сейчас не видит, всё ещё пристально смотрят на неё. - Матушка, матушка! Линюнь ненавидит вас! Матушка, я обиделась! Прошу, выпустите меня! Нин Шу продолжила стоять у двери и сказала: - В прошлом матушка слишком много баловала тебя, и это привело к тому, что ты не можешь отличить, что правильно, а что нет. Начиная с сегодняшнего дня, я больше не буду тебя баловать. Когда Ань Линюнь услышала слова Нин Шу, она начала рыдать ещё сильнее. Тот, кто всегда любил и заботился о ней, внезапно перестал к ней так относиться. Это было крайне трудно принять. Ань Линюнь была очень зла и даже чувствовала презрение к собственной матери, поэтому она закричала: - Матушка, вы просто злитесь! Я выпустила отца, и он отправился на поиски принцессы Минчжу, вот почему в вы злитесь! И вы вымещаете весь свой гнев на мне! Нин Шу: … - Всё верно, я вымещаю свой гнев на тебе. Кто просил тебя быть моей дочерью? Я тебя родила и воспитала, так что неправильного в том, что я вымещаю на тебе свой гнев? Это не я тебе должна, а ты мне должна, - спокойно сказала Нин Шу. - Матушка, вы… Ань Линюнь была ошарашена. - Стой на коленях как положено, наши предки наблюдают за тобой, - сказала Нин Шу. ---------- Вы Ненавидите Принцессу Минчжу? Нин Шу попросила Чжу Эр принести коврик для молитв, а потом встала на колени у входа в родовой зал, обратившись к Ань Линюнь: - Встань на колени, как полагается. Ты не единственная, кто в чём-то виноват, я тоже совершила ошибки. Ань Линюнь заглянула в щель двери и увидела, что её мать встала на колени на полу. Она не знала, что сказать, поэтому просто окликнула её: - Матушка. - На колени, - холодно сказала Нин Шу. Поскольку Нин Шу была снаружи, Ань Линюнь почувствовала себя гораздо спокойнее. Она встала на колени на коврик для молитв и огляделась вокруг. Родовой зал ощущался аномально жутким. Чжу Эр накинула плащ на Нин Шу. Нин Шу закрыла глаза и стала использовать свою энергию, чтобы изгнать гнев, горящий в её сердце. Она должна оставаться спокойной, она должна оставаться спокойной. А если не успокоится, то чем она будет отличаться от изначального хоста? Даже она, посторонняя, стала чувствовать такую злость и раздражительность, так что Вэй Линсянь наверняка ощущала себя так, словно она жарилась на огне. Эти эмоции вполне могли довести человека до безумия. Она невольно ощущала, что в ней имеется какая-то сила, которая подталкивала её сойти с ума от отчаяния. Как говорится в поговорке, если Небеса пожелают уничтожить человечество, то им сначала нужно свести их с ума. Спустя несколько мгновений полной тишины Ань Линюнь не удержалась, чтобы спросить: - Матушка, вы там? Нин Шу ответила ей: - Да. Сердце Ань Линюнь снова успокоилось. Ань Линюнь спросила у Нин Шу: - Матушка, в чём вы виноваты? Нин Шу холодно ответила: - Я слишком сильно любила вас обоих, отчего вы выросли без понимания, что такое хорошо и что такое плохо, и совсем не понимаете, как устроен мир, поэтому ваши решения о том, что хорошо и что плохо субъективно основаны на том, что вы чувствуете. Это касается всей резиденции генерала. Мне так стыдно, что я даже не могу взглянуть в лицо предкам семьи Ань. Ань Линюнь закусила губы и ничего не сказала. Она чувствовала обиду, но при этом и страх. Её любящая мать не должна быть такой. Нин Шу слегка сместила колени, а потом закрыла глаза и стала тихо читать мантры из Непревзойдённых Боевых Искусств. Нин Шу почувствовала, что ей нужно будет купить какое-нибудь секретное руководство, которое позволит человеку оставаться спокойным. Нечто вроде очищающей разум мантры. Время от времени Ань Линюнь задавала вопрос, чтобы убедиться в том, что Нин Шу всё ещё снаружи. И пока Нин Шу отвечала, она чувствовала себя увереннее. - Матушка, вы ненавидите принцессу Минчжу? – спросила Ань Линюнь. Нин Шу тихо сказала: - Линюнь, на некоторые вещи тебе нужно взглянуть своими глазами. Сама поставь себя на место твоей матери, если бы ты была мной, то как бы ты себя чувствовала?! А потом Нин Шу сказала: - Вообще-то, не нужно ставить себя на моё место. Давай просто предположим. В будущем ты выйдешь замуж, а потом твой муж влюбится в женщину, и статус этой женщины будет очень высок, поэтому ты столкнёшься с вероятностью того, что с тобой разведутся. И дело не только в этом, дети, которых ты с таким трудом воспитала, скоро будут называть матушкой кого-то другого. Муж, которого ты любишь, больше тебя не любит, и дети, которых ты любишь, тоже тебя не любят. Ты столкнёшься с таким будущим, где ты постареешь, и тебе не на кого будет положиться. Ты умрёшь в одиночестве. После твоей смерти никто не будет сжигать бумажных денег, чтобы почтить тебя, а твой муж, которого ты любишь, будет счастлив и влюблён в кого-то ещё. Будет ли тебе нравиться та женщина, которая украла твоего мужа и детей? Голос Нин Шу был спокойным, очень спокойным. Однако эти слова загрохотали словно гром в сердце Ань Линюнь. Всё её тело задрожало, а голос прервался всхлипываниями, когда она закричала: - Матушка, я… Нин Шу вздохнула, а потом сказала: - Линюнь, это дело совсем не такое простое, как ты думаешь. Обдумай всё как следует. Мать надеется, что резиденция генерала будет в безопасности, и что ты и твой брат будете в безопасности. ---------- Словно Мотылёк На Огонь Это было желанием изначального хоста, уменьшить ущерб от этого бедствия насколько это только возможно. Что касается желания Вэй Линсянь о том, чтобы вернуться к тем дням без принцессы Минчжу, то это было невозможно. То, что произошло, уже произошло. Вэй Линсянь заботилась об этих двух детях, поэтому и Нин Шу старательно пыталась понять всё как можно лучше. Охренеть, это просто невероятно трудно обучать детей той, кто ещё сама не рожала детей. - Матушка, принцесса Минчжу сказала, что она никогда и не думала о том, чтобы украсть у вас отца. Она сказала, что готова остаться рядом с отцом безо всякого статуса. Она сказала… Ань Линюнь не смогла заставить себя продолжить говорить. Нин Шу не разозлилась, и лишь сказала: - Как ты думаешь, какой человек – эта принцесса Минчжу? - Принцесса Минчжу очень охотно идёт навстречу. Она чистая и прекрасная, а ещё она полна талантов. Она даже знает, как составлять поэзию, - сказала Ань Линюнь. Нин Шу сказала: - Неважно насколько охотно принцесса Минчжу идёт навстречу, она всё ещё императорская принцесса. У неё благородный статус, поэтому мы от природы не равны с ней. Она может решить не ссориться из-за каких-то вещей, но, если она решит поссориться, тогда наши действия тут же станут смертельным оскорблением императорской семьи. И вот так, на протяжении всей ночи, Нин Шу и Ань Линюнь продолжали периодически переговариваться. Нин Шу простояла на коленях перед дверью всю ночь, поэтому, когда она встала, её ноги совсем онемели. После того, как она открыла дверь, она обнаружила, что Ань Линюнь потеряла сознание. Она коснулась её лба и обнаружила, что у девушки лихорадка. Нин Шу спокойно попросила Чжу Эр отнести Ань Линюнь в её комнату. Если честно, то она бы предпочла, чтобы Ань Линюнь оставалась лежать в постели, вместо того, чтобы видеть, как она скачет по всей резиденции. Она напоила её лекарством от простуды. Когда старая мадам пришла и увидела, что её внучка заболела, она лишь тяжело вздохнула. Она сделала выговор Нин Шу за то, что та заперла Ань Линюнь в родовом зале на всю ночь, отчего та слегла больной. Нин Шу ничего не ответила, поэтому старая мадам продолжила бормотать о том, как всё превратилось в бардак. Ещё до того, как Ань Линюнь выздоровела, Ань Ю очнулся и тут же начал поднимать шумиху о том, как он хочет выбраться, поэтому Нин Шу отправила людей, чтобы они заперли окна, не давая Ань Ю сбежать. Старая мадам лишь закрыла глаза в ответ на то, что делала Нин Шу. Уголки её глаз увлажнились от слёз, но она ничего не сказала. Нин Шу вошла в комнату и посмотрела на Ань Ю. - Ань Ю, будет лучше, если ты останешься в этой комнате до тех пор, пока не успокоишься. Ань Ю безо всякого выражения на лице посмотрел на Нин Шу. - Думаешь, ты сможешь удержать меня пойманным в этой ловушке? Нин Шу спокойно сказала: - Я знаю, что это тебя не удержит. Я лишь хочу, чтобы ты всё как следует обдумал. Ты несёшь на своих плечах ответственность за все жизни в этой резиденции. Ты уверен, что хочешь использовать столько жизней, чтобы обменять их на осуществление любви между тобой и принцессой Минчжу? Если император и вдова-императрица обвинят нас, матушка уже так стара, что она этого не выдержит. А ещё есть будущее нашего сына Ань Юя, и будущее счастье Линюнь. Ты помчался туда, безрассудно позабыв обо всём. Ты хоть на мгновение задумался о том, как это повлияет на её оставшуюся жизнь? Если ты продолжишь принимать подобные поспешные решения, когда репутация Линюнь будет испорчена, то за кого она сможет выйти замуж? На Ань Ю явно было так много ответственности, так почему же он всё ещё мог так своевольно и настойчиво бросаться за своей так называемой любовью, словно мотылёк на огонь? В итоге, он просто не учитывал остальных. Однако люди живут не только для себя. Ань Ю накрыл голову руками и зарычал от боли. Его выражение лица исказилось. Нин Шу не обратила на него внимания и просто запрела дверь. Лихорадка Ань Линюнь стала ещё серьёзнее, и она даже начала говорить что-то неразборчивое во сне. Нин Шу вытерла её, а потом напоила ещё одной порцией лекарства от простуды. Это было гораздо эффективнее, чем пить китайские травяные лекарства. Нин Шу оставалась спокойной и неторопливой, отчего волнение старой мадам слегка уменьшилось. Она почувствовала, что её невестка была очень сильной. Она разбиралась с таким сложным хаосом, да ещё и продолжала управлять резиденцией. Она взяла Нин Шу за руку и вздохнула. - Линсянь, не волнуйся, я всегда буду на твоей стороне. Если бы тебя тут не было, то эти старые кости уже бы давно отказали. Это всё было потому, что у неё не было никаких родственных связей с этим людьми. Совершенно никаких. Поэтому она ни капли не волновалась. А так как она не чувствовала душевной боли, то вполне естественно, что она оставалась спокойной. Ань Ю больше не вёл себя как истеричка. Он ел, когда Нин Шу приносила ему еду, и больше не взрывался в порывах гнева. Похоже, что он стал сдерживать все свои чувства. Он часто смотрел в пустоту, а иногда сжимал кулаки. Было ясно, что в его душе происходит интенсивная борьба. С одной стороны была его семья, а с другой – единственная женщина, которую он любил. И он ощущал себя так, словно нож разрубает его сердце на две части. ---------- Величие Императорской Семьи Принцесса Минчжу ждала во дворце, пока придёт её бог и спасёт её. Она чувствовала себя так, словно в этом месте она задыхается. Все тут были такие холодные и апатичные. Тут совсем не было такого тепла, как в резиденции генерала. Принцесса Минчжу очень скучала по Ань Ю. Вдова-императрица заставила её молиться о благословениях в зале для поклонений, и не выпускала её. Принцессе Минчжу было очень больно, потому что вдова-императрица не позволяла ей вернуться в резиденцию генерала. Каждый раз, когда дворцовые горничные приносили еду в зал поклонений, принцесса Минчжу вставала на колени перед дворцовыми горничными и начинала кланяться им, умоляя. - Прошу, я вас умоляю, почему вы не выпускаете меня, чтобы я могла вернуться к Ань Ю? - Я даже заплачу вам. Может меня выпустить? - Мне нужно найти моего младшего брата, где он? Он будет очень грустить, если меня не будет рядом с ним. Когда молодые дворцовые горничные увидели, что принцесса встаёт перед ними на колени и умоляет их, они все перепугались до такой степени, что побледнели. Они тут же сами встали на колени и стали умолять принцессу, чтобы она не усложняла им жизнь. Однако, поскольку эта сцена повторялась каждый день, эти дворцовые горничные уже привыкли к поклонам принцессы Минчжу. В их взглядах теперь были следы презрения. Она же была принцессой, но всё равно вот так вставала на колени перед слугами вроде них. И говорила она только "генерал Ань то, генерал Ань сё". Она весь день говорила о мужчине и это было просто бесстыдство. Её младший брат явно хорошо себя чувствовал во дворце, но она вела себя так, словно они сделали с её младшим братом что-то плохое, и словно этот императорский дворец был каким-то ужасным местом. Вдова-императрица всего лишь оставила принцессу Минчжу молиться о благословении для её погибших родственников, но эта принцесса Минчжу всё время плачет и рыдает так, словно у неё совершенно разбито сердце. От этого вдова-императрица была очень раздосадована. В прошлом вдова-императрица не особо общалась с принцессой Минчжу. После того, как та прибыла из Облачной Провинции, после небольшого собрания, принцессу Минчжу собрали и отправили в резиденцию генерала. Каждый раз, когда принцесса Минчжу видела вдову-императрицу, она резко падала на колени, а потом начинала кланяться, словно не чувствуя никакой боли. После этого она со слезами на глазах говорила нечто вроде "Ваше Высочество Вдова-Императрица, вы такая доброжелательная, такая благородная и добрая, вы же наверняка встречали в своей жизни подобную незабываемую любовь, бла-бла-бла". А потом она со слезами, стекающими по искажённому от боли лицу, она просила позволить ей отправиться на поиски генерала Ань. У вдовы-императрицы чуть не случился сердечный приступ от того, насколько принцесса Минчжу её разозлила, особенно учитывая то, что каждый раз, когда принцесса Минчжу разговаривала с ней, она постоянно дёргала её за платье и смотрела на неё снизу вверх самым скромным образом. Словно если она произнесёт слова чуть грубее, то принцесса Минчжу разразится рыданиями. В ней не было и следа величия императорской семьи. Вдова-императрица была настолько зла, что её лёгкие чуть не взорвались. Она просто взяла и заперла Минчжу в зале для поклонения. Когда она узнала, что принцесса Минчжу продолжает спрашивать об Ань Ю, у неё появилось ощущение, что у резиденции генерала были нечистые мотивы. Нин Шу и старую мадам призвали во дворец по приказу вдовы-императрицы. Как только они произнесли свои приветствия, вдова-императрица начала рычать на них и оскорблять их. Старая мадам и Нин Шу распростёрлись лёжа на полу. Всё тело старой мадам дрожало. Краем глаза Нин Шу видела, что лоб старой мадам покрылся потом. #комментарий анлейта: Хм, но императорский дворец действительно ужасающее место. ---------- Поистине Очарователен Нин Шу поджала губы и ничего не сказала. Судя по тому, что сказала вдова-императрица, похоже, что она считала, будто Ань Ю целенаправленно соблазняет принцессу Минчжу, чтобы взобраться по социальной лестнице. Лоб старой мадам стал ещё больше покрыт потом, и даже одежда на её спине промокла насквозь. Нин Шу заговорила только тогда, когда вдова-императрица закончила говорить. - Ваше Высочество Вдова-Императрица, прошу простить нас. С тех самых пор, как принцесса Минчжу пришла в нашу резиденцию, эта подчинённая относилась к ней как собственной дочери этой подчинённой, и муж этой подчинённой относился к принцессе Минчжу с ещё большим уважением. Возможно это всё потому, что принцесса Минчжу совсем недавно потеряла своих родственников, и Ань Ю был тем, кто спас её, отчего она стала немного зависима от Ань Ю. У нас точно не было никаких мыслей о том, чтобы совершить столь дерзкий поступок. Вдова-императрица была в ярости только из-за постоянного нытья принцессы Минчжу. Теперь, когда она выпустила свой гнев, когда она увидела, что старая мадам стоит перед ней на коленях, прижавшись лбом к полу, она стала выглядеть очень жалко. Более того, Ань Ю прошёл через так много военных походов ради страны, поэтому она не могла потерять веру в своих подчинённых. Вдова-императрица сказала: - Я надеюсь, что так и есть. Как только у принцессы Минчжу закончится период скорби, я назначу для неё брак. - Премного благодарны за ваше прощение, Ваше Высочество Вдова-Императрица. Нин Шу поклонилась. Вдова-императрица потёрла лоб, а потом махнула рукой, отпуская Нин Шу и старую мадам. После этого Нин Шу помогла старой мадам выйти из императорского дворца. Когда они садились в карету, старая мадам споткнулась. К счастью, Нин Шу отреагировала достаточно быстро и поддержала её, а иначе та выпала бы из кареты. Как только они вернулись в резиденцию, старая мадам отправилась отдыхать, а потом грандиозно заболела. Она была так сильно больна, что казалось, будто она больше уже не сможет подняться. И словно только сейчас Ань Ю вспомнил о существовании своей матери, так как он прибежал и встал на колени перед старой мадам, беспрестанно рыдая. Старая мадам прямолинейно сказала ему: - Вдова-императрица не позволит вам двоим быть вместе. После того, как у принцессы Минчжу закончится период скорби, вдова-императрица назначит ей брак. Более того, вдова-императрица уже считает, что ты соблазнил принцессу Минчжу, и чуть было не покарала всю резиденцию. - Нет, мы с принцессой Минчжу по-настоящему любим друг друга! Она выйдет замуж за кого-то ещё? Глаза Ань Ю округлились. Лицо старой мадам стало пепельным, а её бледность только усилилась. - Даже если я умру, я не соглашусь на ваши отношения. Так что, жди, пока я не умру! Выражение лица Ань Ю наполнилось невыносимой болью, а его глаза стали красными. Он сделал несколько тяжёлых вдохов, и, наконец, спросил: - Минчжу, с Минчжу всё в порядке? - Конечно же с ней всё в порядке. Она же принцесса, которая принадлежит роскошной жизни, - сказала старая мадам, едва сдерживая свой гнев. Нин Шу лишь стояла в стороне, словно посторонняя, наблюдая за тем, как её собственный муж беспомощно плачет от боли из-за другой женщины, которую ему никогда не заполучить. О, боже, при виде того, как ты страдаешь, в моём сердце такая лёгкость. Ань Ю встал на колени перед старой мадам и сказал: - Я отказываюсь от принцессы Минчжу. Цвет лица старой мадам расслабился и она явно испытала облегчение. Она закрыла глаза и вскоре глубоко заснула. Нин Шу и Ань Ю вышли из комнаты. Ань Ю, который шёл впереди, внезапно остановился, обернулся, чтобы взглянуть на неё, и спросил: - Теперь ты удовлетворена? Нин Шу чуть не расхохоталась, но ей удалось сдержаться и выдать сдержанный ответ: - Муж, эта жена не понимает, о чём ты говоришь. Нет ничего, чем я не была бы неудовлетворенна. Всего, чего эта жена желает – это стабильных дней. Эта жена желает, чтобы резиденция генерала была в стабильности, чтобы наши дети были в безопасности, и чтобы у всех было место, которое они могут назвать домом. Ань Ю холодно хмыкнул, но ничего больше не сказал. Он развернулся и ушёл, чтобы больше никогда не приходить во двор Нин Шу. Нин Шу отправилась проведать Ань Линюнь. Она всё ещё не отошла от болезни, но, когда она увидела Нин Шу, она тихо поприветствовала её. Нин Шу лишь сказала ей, чтобы та как следует отдохнула. На следующий день Ань Ю сказал, что собирается в военный поход. Старая мадам вздохнула, но ничего не сказала, что означало её разрешение. Тем временем Нин Шу лишь закатила глаза. Уход в военный поход в подобное время – это явное бегство от его чувств. Он собирался воевать, даже несмотря на то, что был эмоционально нестабилен, на поле боя, где всё может совершенно измениться буквально за мгновение. Как Ань Ю вообще мог отправляться военный поход в том иррациональном состоянии, в котором он был сейчас? Это же было безответственным отношением к солдатам и к стране. Нин Шу и сама раньше сражалась в битвах, и знала, насколько главнокомандующий влияет на всё поле боя. Неудивительно, что в изначальной истории Ань Ю был побеждён. Ань Ю лишь мельком пообщался со своей семьёй, а на следующий день отправился в военный поход так, словно сбегал. Нин Шу отправилась провожать Ань Ю и увидела, как он сидел на коне со строгим выражением лица и в сияющей броне. Это поистине было невероятно доблестное зрелище. Неудивительно, что принцесса Минчжу продолжает называть его богом и господином. В таком виде Ань Ю был поистине очарователен. ---------- Снова Подкупила Евнуха После того, как Ань Ю уехал, в резиденции генерала стало тихо. Та напряжённая и обжигающая атмосфера тоже постепенно затихла, словно остыла. Прежний мир словно бы восстановился. После прохождения через такую безумную истерию, когда внезапно стало так тихо и спокойно, Нин Шу наконец-то поняла, чего Вэй Линсянь больше всего желала в глубине души. Это был как раз вот такое спокойствие. Появление принцессы Минчжу было словно ураган. Всё, чего она касалась, было уничтожено. После того, как Ань Линюнь выздоровела, Нин Шу назначила её продолжать управлять резиденцией. Личность Ань Линюнь стала гораздо более спокойной, чем прежде. Иногда она смотрела в пустоту, размышляя о чём-то. Она уже больше не была такой оживлённой, как раньше. Чтобы понять некоторые вещи, требуется пережить личную боль. Нин Шу лишь провела сравнение, но и этого было достаточно, чтобы изменить поведение Ань Линюнь. В последнее время она вообще не упоминала принцессу Минчжу. Хоть старая мадам и восстановилась после своей болезни, она всё равно была очень уставшей. И в то же время, Нин Шу не думала, что всё закончится вот так. Однако она не знала, произойдёт ли всё ещё то событие, когда принцесса Минчжу сбежала на поле боя, потому что она сейчас была в хорошо охраняемом дворце. Тем временем, когда принцесса Минчжу услышала, что Ань Ю отправился в военный поход, она застыла от шока. Почему? Почему Ань Ю отправился на поле боя? Почему он не пришёл её спасти? Принцесса Минчжу была очень обижена и встала на коврик для молитв со слезами на глазах. После этого она свернулась клубочком в очень жалобной манере. Стоящие неподалёку горничные проигнорировали её. На их лицах было лишь презрение. Пока принцесса Минчжу плакала, она постепенно набиралась всё больше и больше решительности, после чего приняла решение, где она отправится на поле боя, чтобы найти Ань Ю. Она не могла принять этого расставания. И даже если ей суждено умереть, она хотела умереть рядом с Ань Ю. Нин Шу, которая была в резиденции генерала, узнала вести о том, что принцесса Минчжу тайком выбралась из дворца. Она подкупила евнуха и замаскировалась под молодого евнуха, чтобы выбраться. Нин Шу даже не знала, что сказать по этому поводу. Как так получилось, что из дворца можно настолько легко выйти? Всё было ради сохранения истории. Любые несоответствия в логике в расчёт не принимались. Более того, принцесса Минчжу даже оставила письмо, в котором говорилось, что она отправляется на поиски Ань Ю и в котором она просила прощения у вдовы-императрицы. Когда старая мадам услышала об этом, она чуть не потеряла сознание. Это был абсурд! Она уже убедила своего сына отказаться от принцессы Минчжу, но эта женщина продолжает липнуть к её сыну, словно пиявка. Нин Шу воспользовалась преимуществом времени, прежде чем вдова-императрица накажет их, и сама пришла во дворец. Она сказала вдове-императрице, что она готова развестись, чтобы позволить Ань Ю и принцессе Минчжу быть вместе. К тому же, она объяснила, что никогда и не думала о том, что принцесса Минчжу так поступит. Изначально вдова-императрица была всё ещё зла, так как принцесса Минчжу умудрилась ускользнуть от её наблюдения и сбежать на поле боя в поисках генерала. И если говорить, что они никак в этом не замешаны, то всё равно, что принимать её за слепую! Более того, она уже сказала, что назначит брак для Минчжу, как только её период скорби закончится, но теперь Минчжу сбежала за мужчиной! Это была самая настоящая пощёчина для вдовы-императрицы. Она была очень зла, когда увидела Нин Шу, но то, что та сама предложила развод, её поистине удивило. Несомненно, это была хорошая идея. Принцесса Минчжу уже сбежала с мужчиной, и у неё не осталось никакой репутации. Однако позволять императорской принцессе быть любовницей – это непозволительно. А теперь, когда жена генерала первого ранга сама предложила отступить, это несомненно было лучшим решением данной ситуации. Вдова-императрица покачала головой и сказала: - Ты – главная жена генерала Ань и его изначально назначенная пара. Как ты можешь так просто развестись? Нин Шу кивнула. Она не была удивлена подобным исходом, потому что знала – вдова-императрица не посмеет так поступить. Если случится такой прецедент, то как потом вдова-императрица будет смотреть в лицо титулованным женщинам и дворянкам при дворе? Более того, если главная жена генерала Ань уйдёт по собственной инициативе, то это будет казаться так, словно императорская семья вынудила её сделать это, даже несмотря на то, что Вэй Линсянь ни в чём не виновата. В этой ситуации, как ни посмотри, неразумной была только принцесса Минчжу. Нин Шу вернулась в резиденцию генерала, а потом вздохнула с облегчением. Наконец-то резиденция генерала больше не была в опасности. Это всё было дело рук только самой принцессы Минчжу. ---------- Она Вернётся Весть о поражении Ань Ю достигла столицы. Старая мадам тут же упала в обморок и в резиденции генерала снова начались беспокойства. Атмосфера была наполнена удушающим волнением и отчаянием. Тем временем, Ань Линюнь тоже была в беде. Из-за того, что она так щедро потратилась, когда ходила с принцессой Минчжу, в бухгалтерской книге почти не осталось денег. Там даже было недостаточно, чтобы поддерживать основную деятельность в резиденции генерала. Всё, что нравилось принцессе Минчжу, было изысканным и дорогим, и обе девушки, Ань Линюнь и принцесса Минчжу, были людьми, которые не имели никакой концепции денег. Когда они находили то, что им нравится, они просто покупали, покупали и покупали. Они тратили деньги, словно воду. Изначально, старая мадам хотела использовать свои личные сбережения, чтобы возместить это, но Нин Шу не позволила ей этого сделать и прямо сказала, что количество слуг в резиденции генерала нужно сократить. Нин Шу назначила Ань Линюнь выбирать, какие из слуг покинут резиденцию. Все слуги встали на колени перед Ань Линюнь и начали умолять её не продавать их. Ань Линюнь никогда раньше не сталкивалась ни с чем подобным в своей жизни. Все их слуги отчаянно рыдали и стояли перед ней на коленях. Это было крайне жалостное зрелище. Ань Линюнь посмотрела на Нин Шу, а потом нерешительно спросила: - Матушка, мы действительно продадим их? Нин Шу спокойно ответила: - Да, потому что резиденция генерала больше не может себе позволить платить им. Оклад твоего отца не такая уж большая сумма, а дохода из магазина достаточно лишь для того, чтобы выплачивать зарплаты в резиденции. Ты уже так давно управляешь резиденцией, как ты не могла этого заметить? Ань Линюнь сказала: - Большинство тех вещей были куплены для принцессы Минчжу. - Я знаю, но это ты тогда платила за них, - сказала Нин Шу. – Выбирай людей. Эти слуги больше не смогут служить в резиденции генерала, но они смогут отправиться в другую резиденцию и служить новому хозяину. Ань Линюнь никак не могла принять решение. Она никогда раньше не проходила через подобное и была так напугана, что начала плакать. Она посмотрела на Нин Шу в поисках помощи, но Нин Шу лишь покачала головой, глядя на неё. В итоге, Ань Линюнь наконец выбрала пару слуг, а потом продала их своднице. Ань Линюнь приняла серебро, которое ей дала сводница. Это были крошечные кусочки серебра. Те слуги, которых продали, тут же посмотрели на Ань Линюнь с негодованием. Если бы не их статус, то они, вероятно, уже начали бы проклинать Ань Линюнь. Ань Линюнь никогда не думала, что слуги, которые обычно были очень уважительны по отношению к ней и всегда называли её второй мисс, теперь буду смотреть на неё таким пугающим взглядом, словно они хотят съесть её заживо. Ань Линюнь испуганно отшатнулась от них. Нин Шу утянула её себе за спину и сказала своднице увести слуг. - Матушка, - сказала Ань Линюнь, чувствуя себя обиженной. Нин Шу сказала: - Не бойся. С этих пор нашей резиденции придётся сократить наши расходы. Линюнь, тебе придётся научиться, как всё это делать. - Я поняла. Ань Линюнь почувствовала себя необъяснимо подавленной. После этого, Нин Шу, старая мадам и Ань Линюнь начали обсуждать, как им сократить расходы. Старая мадам отказалась от супа из птичьих гнёзд*, который она пила каждый день. Нин Шу тоже отказалась от супа из птичьих гнёзд, который она пила через день. Благодаря этому удалось сэкономить много денег. Ань Линюнь закусила губы, а потом сказала: - Во дворе принцессы Минчжу много вещей. Как насчёт того, чтобы продать все вещи в её дворе? Нин Шу улыбнулась, глядя на Ань Линюнь. Наконец-то Ань Линюнь начала учиться тому, как быть расчётливой. - Не нужно их трогать. Принцесса Минчжу вернётся, - уверенным голосом сказала Нин Шу. Цвет лица старой мадам тут же стал хуже. ______________________________________________________________________ * Съедобные птичьи гнёзда, «ласточкины гнёзда» — гнёзда некоторых видов саланган (стрижей), обитающих в странах Юго-Восточной Азии. Суп из птичьих гнёзд считаются деликатесом в Китае, Вьетнаме и Малайзии. Суп имеет вид тягучей слизи и по консистенции напоминает кисель. Готовится на водяной бане. Согласно результатам некоторых исследований, съедобные птичьи гнёзда в основном состоят из белка (61,0-66,9 %) и углеводов (25,4-31,4 %). Кроме того, по тем же данным они содержат 15,9-31,6 мг/г незаменимых аминокислот и являются ценными источниками кальция и магния. Начало потребления птичьих гнезд датируется 618—907 годами нашей эры, во времена правления династии Тан. ---------- Не Умирай, Ты Не Можешь Умереть! Тем временем, на другой стороне, после многих трудностей, принцесса Минчжу добралась до поля боя, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ань Ю поднял свой клинок, чтобы перерезать себе горло. Она закричала и подбежала, чтобы обнять мужчину, который был весь в крови. Поначалу Ань Ю не узнал эту женщину, которая была вся в пыли, но, когда он услышал голос Минчжу, его тело застыло. Его голос дрожал, когда он недоверчиво окликнул её: - Минчжу? - Это я! Это я. Слёзы принцессы Минчжу полились ручьями, когда она обняла Ань Ю. Они заглянули друг другу в глаза и их чувства друг к другу воспылали. Они крепко обняли друг друга. Ань Ю сказал: - Прежде я хотел умереть, но, увидев тебя, я внезапно уже больше не хочу умирать. - Не умирай, ты не можешь умереть! – закричала принцесса Минчжу, прижимаясь к груди Ань Ю и всхлипывая. После этого они решили продолжить своё постыдное существование. А потом установили духовное взаимодействие. Ань Ю и принцесса Минчжу вернулись в столицу. Они знали, что впереди их ждут огромные волны, но они не чувствовали страха. Ань Ю и принцесса Минчжу ехали на одном коне. Принцесса Минчжу обернулась и с улыбкой посмотрела на Ань Ю. Произошедшее с Ань Ю и принцессой Минчжу привело в бешенство Его Величество. Он тут же лишил принцессу Минчжу её статуса государственной принцессы и понизил её до статуса простолюдинки. В то же время он понизил Ань Ю от генерала первого ранга, до генерала третьего ранга. Ань Ю был рад принять эту цену, в обмен на принцессу Минчжу. Любая цена была подходящей для того, чтобы он мог жить с той, кого любит. Принцесса Минчжу очень спокойно приняла этот императорский указ. В своём сердце, если бы ей пришлось выбирать между Ань Ю и её статусом принцессы, то она бы выбрала Ань Ю. Без такой помехи, как статус принцессы, она сможет вернуться в резиденцию генерала, чтобы быть вместе с Ань Ю. Принцесса Минчжу обняла своего младшего брата, юного принца… Вообще-то, нет, так как Минчжу теперь была простолюдинкой, она больше не была старшей сестрой для юного принца. Принцесса Минчжу рыдала, когда говорила юному принцу старательно трудиться, чтобы восстановить честь резиденции принца Яня, а потом она отправилась в резиденцию генерала вместе с Ань Ю, ни разу не оглянувшись. Вся семья стояла у ворот резиденции, ожидая возвращения этих двоих. Нин Шу стояла с улыбкой на лице, но Ань Линюнь недовольно топала ногой. - Как она может быть такой бесстыдной? - А разве не ты восхищалась её храбростью в её желании быть с тем, кого она любит, будь то в жизни или смерти? Нин Шу подняла бровь, глядя на Ань Линюнь. - Но она же просто сбежала! Это такое бесстыдство! Ань Линюнь сплюнула. За прошедшее время она прошла через многое и много чего поняла. Старая мадам вздохнула. Когда она увидела, что два человека едут на одном коне, её выражение лица тут же омрачилось. - Линсянь, что бы ни случилось, я всегда буду на твоей стороне, - сказала старая мадам, обращаясь к Нин Шу. Нин Шу не ответила на это. Было невозможно предсказать, что произойдёт под воздействием ореола главной женщины. Однако когда она увидела, что лицо Ань Ю было немного желтоватым, уголки её рта невольно изогнулись вверх. Более того, судя по тому, как интимно они общались, скорее всего, у них уже был телесный контакт. Двое спустились с коня. Первым делом Минчжу встала на колени перед старой мадам. От этого старая мадам впала в огромный шок и даже сделала пару шагов назад, а её лицо посерело. - Старая мадам, я люблю вашего сына. Я люблю его больше, чем даже себя. Я желаю стать частью резиденции генерала. Старая мадам, я должным образом уважаю вас и люблю так же, как я люблю Ань Ю. Я буду уважать и почитать вас, поэтому, прошу, примите меня. Старая мадам, я обязательно трону вас своей искренностью. - Встань. Даже лицевые мускулы старой мадам дрожали. ---------- Я не Смогла Сдержать Своих Чувств После этого Минчжу обратилась к Нин Шу: - Мадам, я действительно люблю Ань Ю. Прошу вас, позвольте нам быть вместе! Прошу, простите меня за то, что я не смогла сдержать своих чувств. Я не буду монополизировать Ань Ю. Вы можете считать меня собакой или кошкой. Если бы она действительно была собакой или кошкой, то её бы уже давно забили насмерть палками. Нин Шу протянула руку и с силой влепила пощёчину по лицу Минчжу, а потом сказала с болью и выражением затруднения на лице: - Прости, я сейчас не смогла сдержать своих чувств. Можешь ли ты простить меня за то, что я не смогла сдержать своих чувств? Минчжу прикрыла лицо рукой, и по нему полились потоки слёз. Она посмотрела на Нин Шу сквозь слёзы и покачала головой. - Мадам, я в порядке. А она неплохо умела терпеть. Учитывая то, как она выглядела, было похоже на то, что это над ней все издеваются. Цвет лица Ань Ю тут же ухудшился, и он закричал на Нин Шу: - Что ты творишь?! Как ты могла её ударить?! Нин Шу сказала: - Я просто не смогла сейчас сдержать своих чувств. - Ты! – Ань Ю нахмурил брови. – За что ты издеваешься на Минчжу? - Ань Ю, я в порядке. Прошу, не вини мадам. - Ну, хватит уже, заходите внутрь, - вмешалась старая мадам и прекратила спор. Она глянула на слабую и нежную Минчжу, и обнаружила, что это зрелище ей просто ненавистно. Пока они ели, когда старая мадам увидела, что Минчжу просто села и начала есть, она кашлянула и сказала: - Принцесса Минчжу, эти блюда достаточно хороши на ваш вкус? Минчжу поспешно ответила: - Да, матушка, они мне очень нравятся. - Не нужно называть меня матушкой, так не пойдёт. Хоть ты и принцесса, но тебя уже понизили до простолюдинки, да и к тому же, ты просто любовница, так что называй меня старой мадам, - спокойно сказала старая мадам. Эти слова поставили Минчжу на место, и она кивнула с обиженным видом. Ань Ю не удержался от того, чтобы сказать: - Матушка, мы должны продолжать обращаться с Минчжу так же, как и раньше. - Всё в порядке. Минчжу улыбнулась Ань Ю, отчего цвет лица старой мадам снова потемнел. Нин Шу фыркнула. В прошлом Минчжу имела статус принцессы, но теперь она была лишь любовницей, чей статус принцессы уже забрали. У Ань Ю тоже не лады с мозгами? Неужели он хочет, чтобы его мать поклонялась его любовнице? Минчжу отчётливо чувствовала, как эта семья её отвергает. Старая мадам её не любила, мадам её не любила, и даже её хорошая подруга Ань Линюнь теперь смотрела на неё с ненавистью. Это внезапное изменение статуса заставило Минчжу почувствовать страх, но, когда она посмотрела на Ань Ю, её сердце снова наполнилось отвагой. Она обязательно сможет заставить этих людей снова принять её благодаря её искренности. После ужина, Ань Ю и Минчжу приготовились отправиться во двор Минчжу. Минчжу увидела, что Нин Шу и Ань Линюнь стоят рядом и смотрят на неё, поэтому она почувствовала себя неловко и сказала Ань Ю: - Всё же, тебе нужно идти во двор твоей мадам. Прошло уже много времени с тех пор, как вы были вместе. Ань Ю схватил Минчжу за руку. - Как ты можешь толкать меня к другой женщине? Она не могла, она просто не могла! Минчжу промямлила: - Ты – единственный, кого я люблю, конечно же, я не могу этого сделать. - Не волнуйся. Я буду верен только тебе и нашим с тобой чувствам. Как только Ань Ю вошёл в дом, он нетерпеливо поцеловал Минчжу в губы. Минчжу рефлекторно издала волнительный стон. - Тебе действительно не нужно идти к твоей мадам? Мысли Минчжу уплывали в туман, а её сердце наполнялось счастьем. - В этом нет необходимости, ты единственная, кого я люблю, - сказал Ань Ю. – Я не могу предать наших чувств. Смысл был ясен: этот папочка уже бросил ту уродливую старую женщину, но на словах это было так красиво. Ань Ю явно был очень взволнован, оказавшись поверх юного тела Минчжу. Он фыркал и пыхтел, подёргавшись некоторое время, а потом замер в экстазе. Пока он лежал поверх Минчжу, он тяжело дышал, пытаясь восстановить своё дыхание. Тем временем, Минчжу лишь только начала что-то немного чувствовать, но Ань Ю уже закончил. Минчжу чувствовала себя так, словно её оставили висеть в воздухе, и она не могла ни подняться, ни опуститься. Это было очень неприятное чувство, но, когда она увидела насколько уставшим был Ань Ю, она не смогла набраться смелости, чтобы попросить его повторить это ещё раз. Когда она увидела, что Ань Ю вообще заснул, она почувствовала себя немного несчастно, но волнение от того, что она может быть рядом с Ань Ю, подавило то небольшое несчастье. #комментарий анлейта: Вот чем мне нравится эта арка. Нин Шу явно набралась неплохих навыков. ---------- Минчжу Тоже Твоя Мать Рано утром следующего дня, это должно быть время, когда Минчжу угощает чаем стариков семьи и главную женщину семьи, но Ань Ю и Минчжу оба проспали почти до полудня, оставляя старую мадам и Нин Шу очень долго ждать в главном коридоре. Нин Шу особо не было до этого дела, но цвет лица старой мадам был очень плохим, пока она держалась за свою клюку. В итоге, она утешила Нин Шу, сказав: - Раз она не хочет проводить ритуал, то забудь об этом. Её статус принимается только тогда, когда ты, главная жена, выпьешь её чай, но раз ей самой до этого нет дела, то и нам беспокоиться не нужно. Нин Шу кивнула. Ань Линюнь уже изголодалась, и не удержалась от того, чтобы спросить: - Матушка, почему я не могу никого отправить, чтобы позвать отца? Нин Шу посмотрела на старую мадам, и старая мадам отправила свою личную горничную, чтобы она их позвала. Прошло немало времени, прежде чем Ань Ю и Минчжу наконец-то пришли. Как только Минчжу вошла в комнату, она увидела, что все смотрят на неё, и от этого её лицо прекрасным образом покраснело. Тем временем, Нин Шу заметила слегка желтоватый цвет лица Ань Ю и многозначительно улыбнулась. - Матушка, прости, я заставил всех ждать. Вы всё ещё не начали кушать, верно? Давайте есть, давайте есть. У Ань Ю была брачная ночь, поэтому он весь светился. И всё же, несмотря на это, Нин Шу всё равно заметила, что его цвет лица стал чуть желтоватым. - Отец, разве ты не знаешь, что все тебя уже давно ждут? – проворчала Ань Линюнь, надувшись. Ань Ю очень любил свою дочь, поэтому, когда он услышал это, он ничего не сказал. Однако Минчжу тут же встала на колени перед Ань Линюнь и сказала: - Линюнь, это всё из-за меня. Я была немного уставшей утром, поэтому проспала чуть дольше. Прости меня. Цвет лица Ань Линюнь тут же ухудшился. - Поднимись, не вставай на колени. - Это была моя ошибка. Это я заставила всех ждать, я извиняюсь. Можешь ли ты меня простить? Минчжу посмотрела на Ань Линюнь так, словно она ждала прощения Ань Линюнь и не поднимется, если его не получит. Ань Линюнь: … - Линюнь, ты же такая добросердечная, так прости меня, - сказала Минчжу. Ань Линюнь чуть не умирала от ярости. Минчжу ведь сама пришла поздно. Но теперь, если она её не просит, то злой будет она? Мысленно Нин Шу безудержно смеялась. Некоторые вещи человек может понять только тогда, когда они произойдут с ним. В изначальной истории Минчжу тоже была такой же. Она считала, что её колени сделаны из железа и падала на них по каждой мелочи. Стоило ей выжать пару кошачьих слезинок, как все становились на её сторону и во всём винили изначального хоста. Теперь, когда этот сценарий произошёл с Ань Линюнь, как себя будет чувствовать Ань Линюнь? Вероятно не очень счастливой. Хоть Минчжу и была простой, она чувствовала, когда люди её недолюбливают. В этой комнате Ань Линюнь заговорила первой. И Минчжу почувствовала, что Ань Линюнь её недолюбливает, поэтому она поступила так, прислушавшись к своему инстинкту. Она инстинктивно попыталась использовать силу окружающих людей, чтобы помочь себе выбраться из этой сложной ситуации. Так что теперь её целью была Ань Линюнь. Нин Шу лишь стояла в стороне, наблюдала и ничего не говорила. - Линюнь, прошу, прости меня, - сказала Минчжу, глядя на Ань Линюнь. Ань Ю поднял Минчжу с пола и сказал Ань Линюнь. - Это была моя идея, так что не вини Минчжу. Минчжу тоже твоя мать, так что относись к ней с уважением. Мать? Моя мать – Вэй Линсянь. Какого хрена любовница тоже стала моей матерью? Ань Линюнь задыхалась от гнева. Когда она увидела, что её отец так защищает Минчжу, она почувствовала ещё больше ревности и гнева. - Мы с Линюнь подруги, так что не нужно называть меня матушкой, - поспешно отмахнулась Минчжу. Ань Линюнь впала в ещё большую ярость. Какого хрена? Моя подруга украла моего отца? При любом раскладе, Ань Линюнь теперь чувствовала себя так, словно у неё во рту застряло что-то мерзкое, но она не могла это выплюнуть. Это было такое неприятное чувство. - Линюнь, уже довольно поздно, так что пусть принесут еду. А то все проголодались, - обратилась Нин Шу к Ань Линюнь. Ань Линюнь очень недовольно надулась, когда приказала слугам принести еду. Это был первый приём пищи Минчжу в резиденции генерала в качестве любовницы, поэтому, по традиции, она должна была прислуживать всем присутствующим за столом, пока они ели. Любовницы, по сути, были просто служанками. Однако Минчжу просто села рядом с Ань Ю и мило помогала ему с едой. ---------- Неужели Все Так Сильно Ненавидят Любовниц? Принцесса Минчжу не обратила внимания на тот факт, что её статус уже не был прежним. Она больше не была принцессой, а была просто любовницей. Главная жена имела даже право продать её. Но она продолжала жить в своём собственном мире, не зная ни о чём и ни о чём не беспокоясь. Лицо старой мадам было мрачным на протяжении всего приёма пищи, а её палочки из слоновой кости очень громко стучали по чаше. Ань Ю наконец-то заметил, что его матушка выглядит не очень счастливой, поэтому он спросил: - Матушка, тебе не нравится вкус этих блюд? Старая мадам: "Ха-ха." После завтрака Ань Ю ушёл вместе с Минчжу. Старая мадам сильно стукнула палочками по столу. Она была в такой ярости, что её голос дрожал. - Да что у неё за обучение было? Я никогда раньше не видела людей с таким неприемлемым поведением! Нин Шу могла лишь утешить старую мадам и сказать ей, чтобы она не слишком злилась. Вполне естественно было, что Ань Ю ценил Минчжу, словно драгоценную жемчужину. Любить легко, но только продолжительная любовь будет называться истинной любовью. Нин Шу начала водить Ань Линюнь на всякие собрания дворянок, чтобы Ань Линюнь повидала мир. В то же время, это было шансом для Ань Линюнь встретиться со своей потенциальной свекровью. Множество дворянок смотрели на Нин Шу с сочувствием. В прошлом у Ань Ю не было ни одной любовницы, но теперь внезапно появилась бесстыдная принцесса Минчжу. Все они предупреждали Нин Шу, чтобы она следила за тем, что любовница соблюдает правила. Теперь Минчжу была не более чем простолюдинкой, поэтому бояться было нечего. Нин Шу лишь улыбалась и кивала в ответ, поэтому взгляды остальных мадам наполнялись ещё большим сочувствием. Её собственный муж был украден другой женщиной, но она всё равно вынуждена оставаться сильной и улыбаться так, словно всё в порядке. Они начали говорить о том, как разобраться с любовницами, которые не знают своего места. И все они говорили о любовницах сквозь стиснутые зубы. Пока они были главными жёнами, они испытывали сильную боль и ненависть по отношению к любовницам, с которыми им приходилось делить своих мужей. Ань Линюнь слушала всё это, стоя в сторонке. Она почувствовала, как перед ней открылся целый новый мир. Хитрости состояли в том, чтобы либо продать любовницу, либо проследить за тем, чтобы она никогда не смогла родить, или медленно пытать любовницу, заставляя её приносить чай и наливать воду. Когда они возвращались домой, Ань Линюнь спросила у Нин Шу: - Неужели все так сильно ненавидят любовниц? Ань Линюнь выросла в простом и счастливом окружении, поэтому она никогда не видела семей с большим количеством супруг и любовниц. И поэтому она понятия не имела, сколько вреда и обиды приносит любовница главной жене. Тем временем, главная жена всё равно должна вести себя великодушно и помогать мужу принимать любовниц. Нин Шу не ответила ей прямо. - Из всех этих мадам, как думаешь, с кем будет проще поладить? Я думаю, мадам Ли будет хорошей. Я слышала, что сын этой мадам примерно такого же возраста, как и твой старший брат. Ань Линюнь была слегка ошарашена, а потом её лицо тут же покраснело, и она смущённо сказала: - Матушка! - Не нужно смущаться. Вполне естественно, что дети, в итоге, достигают брачного возраста, - сказала Нин Шу. Ань Линюнь не ответила. - Тебе будет полезно больше пообщаться с этими мадам, чтобы ты была морально готова, когда тебе придёт пора выходить замуж. У твоего будущего мужа ты вряд ли будешь единственной женщиной, так что тебе будет полезно послушать побольше их историй, - спокойно сказала Нин Шу. На сердце Ань Линюнь тут же легла тень. - А разве они не могут быть как отец и завести только одну жену? Как эти мужчины могут быть такими непостоянными… Голос Ань Линюнь дрогнул, потому что у её отца теперь тоже была любовница, и он даже оказался в цветнике в таком пожилом возрасте. Действия Ань Ю ранили Вэй Линсянь даже ещё больше, чем те мужчины с гаремами ранят своих главных жён. А раз он всё равно не смог сдержаться, то зачем тогда было давать Вэй Линсянь такую надежду? ---------- Словно Нож Мясника Нин Шу было всё равно, что Ань Линюнь не нравилось слушать об этом, и она безжалостно продолжила пронзать ножом её сердце. - У неженатых мужчин тоже есть специальные горничные, которые согревают им постель. Ещё до свадьбы у мужчин уже есть женщины под боком. А когда ты выйдешь за него замуж, те горничные будут повышены до наложниц или любовниц. Причина, почему у твоей отца не было горничной, в том, что он часто уезжал в военные походы, - спокойно сказала Нин Шу. Цвет лица Ань Линюнь ухудшился, словно она наступила в собачье дерьмо. Она уставилась на Нин Шу практически отупело и сказала: - Матушка. - Конечно, у тебя тоже будут любящие отношение с твоим супругом, хотя тебе придётся делить его с остальными. Слова Нин Шу пронзали сердце Ань Линюнь снова и снова. После этого Нин Шу сказала: - Поскольку ты – дочь генерала, то вполне естественно, что ты будешь главной женой. Вот почему ты должна старательно работать, когда управляешь резиденцией. Когда ты выйдешь замуж, дом твоего мужа станет твоим домом. Есть некоторые вещи, в которые резиденция генерала не будет вмешиваться. Всё же, замужние дочери – они словно вылитая вода. Ань Линюнь: … Нин Шу не обратила никакого внимания на то, какой удручённой была Ань Линюнь и начала обсуждать со старой мадам предстоящий брак своего сына, Ань Юя. Старой мадам понравилась дочь министра Су, но Нин Шу тут же отвергла этот вариант. В изначальной истории эта Су Ли была женой Ань Юя, но она всё равно почитала Минчжу и восхищалась отвагой Минчжу в том, что та была настолько решительна и преданна своей любви. Минчжу явно занимала место в сердце её мужа, но она всё равно поддерживала свою соперницу в любви и помогала ей противостоять Вэй Линсянь, своей настоящей свекрови. Она всегда критиковала свою свекровь за то, что она была так жестока к Минчжу. Сколько же дыр было в мозгах этой девушки? Это была очередная невероятно наивная девушка, которая не понимала, что такое хорошо и что такое плохо. Нин Шу прямо обосновала своё решение. - Эта Су Ли – единственная дочь министра Су, поэтому крайне маловероятно, что её не избаловали. Тем временем, Ань Юй – старший сын, поэтому и его жена будет старшей невесткой. В будущем, ей придётся взять на себя тяжёлую ответственность по присмотру за резиденцией генерала. Эта невестка уже видела ту девушку ранее. Она – наивный и весёлый ребёнок. Как только старая мадам услышала это, она тут же вычеркнула Су Ли из выбора. Наивность означала глупость. Как такой человек, который не знает, как устроен мир, будет управлять домом положенным образом и взаимодействовать с другими мадам? Может им просто позволить ей оскорблять всех? Нин Шу и не думала о том, чтобы устанавливать для Минчжу какие-либо правила, и не заставляла Минчжу приветствовать её. А что касается пылкой любви Ань Ю по отношению к Минчжу, Нин Шу просто вела себя так, словно она слепая и ничего не видит. Минчжу этому только радовалась. И хотя мадам ничего не говорила, Минчжу решила, что мадам её уже простила. Тем временем, Ань Линюнь, которая в изначальной истории активно защищала Минчжу, теперь словно бы невзначай усложняла жизнь Минчжу. Когда Нин Шу увидела, что делает Ань Линюнь, у неё возникло такое чувство, что Ань Линюнь словно тренируется. Вероятно, она оттачивала свои навыки, готовясь разбираться с любовницами. Например, если Минчжу хотела какую-то конкретную еду, Ань Линюнь говорила слугам не спешить или вообще не приносить её. Когда Минчжу спрашивала об этом, Ань Линюнь отвечала, что резиденция генерала не может себе позволить что-то настолько дорогое. Даже у старой мадам уже больше нет денег, чтобы пить суп из птичьих гнёзд. Минчжу сначала устроила огромную сцену и изобразила обиженную, отчего Ань Ю снова заступился на Минчжу. Однако Ань Линюнь лишь прямо сказала: "Отец, тебя понизили и от твоего оклада почти ничего не осталось. Резиденция генерала сейчас переживает не лучшие времена." То, что ему это сказала собственная дочь, нанесло Ань Ю серьёзный удар. В итоге, этот вопрос замяли. Минчжу отправила свою личную горничную, чтобы та купила это. Использование собственных денег не записывалось в бухгалтерские книги. И хотя Минчжу съела то, что хотела, она чувствовала себя очень несчастной. Ань Линюнь тоже чувствовала себя несчастной, когда видела все те хорошие вещи во дворе Минчжу. Она сама потратила деньги на покупку большей их части. А теперь вся резиденция генерала старательно экономила деньги, но у Минчжу всё ещё было так много хороших вещей. По факту, у любовницы было больше вещей в её доме, чем у её матери. Нин Шу лишь молчаливо наблюдала за переменами в Ань Линюнь. Вот почему люди понимали, что такое боль, только когда палка попадала по их собственному телу. Вот сейчас, стала бы Ань Линюнь с таким же энтузиазмом как прежде приветствовать Минчжу в этой большой семье? Все люди эгоистичны. Они всегда усердно соревновались, когда дело касалось их личных вещей. Резиденция генерала теперь жила хуже, чем раньше, но Минчжу всё ещё поживала очень хорошо. Сможет ли Ань Линюнь принять это? Какое-то время Ань Ю и Минчжу жили как сладкая парочка. В прошлом они липли друг к другу целыми днями, но, в последнее время, Ань Ю стал периодически спать в кабинете. Нин Шу взглянула на слегка жёлтоватое лицо Ань Ю. Его брови были собрании в кучу, словно он о чём-то задумался, а во взгляде Минчжу было немного обвинения. Мысленно Нин Шу хохотала до упаду. Время было словно нож мясника, оно могло уничтожить все чувства и настоящую любовь. В изначальной истории, Ань Ю и Минчжу умерли, создавая легендарную истинную любовь. Но чего ради была эта смерть? Ради чего они умерли? Если бы они жили, то смогли бы любить себя гораздо дольше. Только та любовь, которая переживает опустошающее время, может считаться истинной любовью. ---------- Нужно Принимать Лекарство Любовь и похоть, любовь и похоть. Естественно, вместе с любовью приходит и похоть. Однако нынешний Ань Ю, похоже, не мог удовлетворить Минчжу. Так как он был стар, то ему стоило вести себя более прилично и перестать изображать из себя своевольного юнца. Неужели он действительно считал себя бойким молодым парнем? В последнее время Ань Ю был очень удручён. Очень-очень удручён. Хоть он и чувствовал себя очень удовлетворённым после занятий любовью, Минчжу себя так не чувствовала и всегда хотела ещё раз. Однако, по какой-то причине, его тело с ним не сотрудничало. Он чувствовал себя очень униженным перед взглядом Минчжу, полным молчаливых жалоб, поэтому он уменьшил количество раз, когда они занимались любовью. Ань Ю чувствовал, что с его телом что-то не так. Не то, чтобы он ничего не мог сделать, но он просто не мог продержаться достаточно долго. Прежде он думал, что это из-за его чрезмерного возбуждения. Всё же, Минчжу была такой молодой и прекрасной. Однако покувыркавшись с Минчжу множество раз и каждый раз сталкиваясь с той же проблемой, он начал волноваться. Он даже тайком посетил доктора. Доктор проверил его пульс и сказал, что у него слабые почки, поэтому он выписал ему лекарство для усиления почек Ань Ю и для улучшения энергии янь в его теле. Ради сохранения этого вопроса в тайне, Ань Ю притворился, что он заболел и ему нужно принимать лекарство. Когда Минчжу узнала, что Ань Ю заболел, она начала рыдать так, словно Ань Ю вот-вот умрёт. От этого цвет лица старой мадам совсем потемнел. Однако сам Ань Ю был очень тронут. Он был тронут тем, как Минчжу волнуется за него, поэтому он обнял её на глазах у всех и вытер её слёзы, говоря ей какую-то милую любовную чепуху. Наконец, Минчжу улыбнулась сквозь слёзы. Нин Шу: … Она лишилась дара речи. Его пожилая мать, главная жена и его дочь были в той же комнате. Неужели он не мог хоть немного проследить за своим поведением? Откуда у них столько чувств, что они не могут их контролировать? Нин Шу вздохнула. Она почувствовала, что обречена всю свою жизнь провести в одиночестве. Эта так называемая любовь заставляла людей только хотеть развалиться на части. И в то же время, когда она даже не могла гарантировать своё собственное выживание, любовь была тем, на что она не могла даже надеяться. Всё же, что могло быть более стабильным и прекрасным, чем любовь? В любом случае, Нин Шу выразила своё серьёзное отвращение. Неужели эти двое планируют начать кувыркаться прямо здесь и сейчас? Нин Шу понюхала то лекарство, которое принесла горничная, а потом её губы слегка изогнулись вверх. Когда Ань Линюнь увидела, что Минчжу ведёт себя подобным образом, она почувствовала ещё большее отвращение. Как только она вышла из комнаты, она процедила: - Проклятая стерва. Теперь те вещи, которые были в доме Минчжу, были для Ань Линюнь, словно соринка в глазу. Каждый раз, когда она вспоминала о том, что все они куплены на деньги резиденции генерала, она чувствовала, как её сердце сжимается от боли. Она постоянно искала поводы, чтобы взять вещи из дома Минчжу. Минчжу думала, что Ань Линюнь её простила, поэтому она щедро дарила все эти хорошие вещи Ань Линюнь. Однако, когда Ань Линюнь начала просить эти вещи каждый раз, как приходила, Минчжу стала несчастной. Все эти вещи принадлежали ей, какое право имела Ань Линюнь, чтобы просить их? ---------- Заколка Из Белого Нефрита Теперь Нин Шу особо даже ничего не нужно было делать. Ань Линюнь занималась управлением резиденцией, и ей не нужно было прислуживать Ань Ю. Она словно вышла на пенсию раньше времени. Нин Шу наблюдала за тем, как Ань Линюнь и Минчжу спорили из-за заколки из белого нефрита. Минчжу уже привыкла использовать свой навык плача и рыданий, а потом преклонения из-за каждой мелочи. Ань Линюнь ходила с Нин Шу на собрания, поэтому она постепенно многому научилась. Как ни крути, но Минчжу была старшей в её семье. Если она позволяет старшей преклоняться перед ней, то это означает, что она больше не нуждается в её репутации. Ань Линюнь начала ещё больше подозревать, что Минчжу была очень злобной, раз она использовала этот метод для того, чтобы испортить её репутацию. Едва только Минчжу падала на колени, Ань Линюнь тоже падала на колени. Реакция Ань Линюнь заставляла Минчжу чувствовать себя так, словно она проглотила муху. Она чувствовала себя обиженной и возмущённой. Почему Ань Линюнь обращается с ней подобным образом? Она же так хорошо относилась к Ань Линюнь и давала ей все те хорошие вещи, так почему она всё равно такая жадная и ненасытная? В резиденции генерала явно было столько тепла. И Ань Линюнь была её подругой, так почему же всё стало вот так? Она уже объяснила всем, что она просто не могла сдержать своих чувств, что она хотела стать частью резиденции генерала, так почему же Ань Линюнь так себя ведёт? Минчжу чувствовала, что Ань Линюнь предала их дружбу. Конечно, в итоге, Ань Ю вынужден был стать посредником в этом конфликте. Естественно, Ань Ю встал на сторону той, которую он любит и, естественно, отдал нефритовую заколку Минчжу. Ань Линюнь была зла, очень зла. Это же был её отец, так почему он всегда был на стороне этой женщины? Почему?! В этот момент Ань Линюнь была точно в таком же состоянии, как и Вэй Линсянь в изначальной истории. Она чувствовала ревность, ненависть, недовольство и обиду. Её отец даже не задумался ни о чём, прежде чем выбрал сторону Минчжу. Он даже не спросил о том, что произошло. От такого предвзятого отношения Ань Линюнь почувствовала себя очень обиженной. Нин Шу увидела, что Ань Линюнь была такой злой, что всё её тело трясло, пока она стояла на коленях на полу, но Ань Ю лишь обнимал и утешал Минчжу. Нин Шу мысленно вздохнула, а потом подошла к ним. Нин Шу подняла Ань Линюнь с пола. Когда Ань Линюнь обернулась и увидела свою мать, те слёзы, которые она сдерживала, тут же полились ручьями. Нин Шу посмотрела на Ань Ю и сказала: - Муж, магазины резиденции сейчас приносят мало прибыли, и после твоего разжалования, твой оклад тоже уменьшился. В последние дни резиденция генерала переживает не лучшие времена. Линюнь теперь управляет хозяйством, поэтому она всегда думает о том, как бы сократить расходы. Эту заколку для Минчжу купила Ань Линюнь, и поэтому она думала о том, чтобы попросить её обратно, чтобы продать и потратить вырученные деньги на расходы резиденции. Когда Ань Ю увидел свою главную жену, он на секунду ошалел. У него было такое ощущение, словно прошло очень много времени с тех пор, как он её видел. Большую часть времени эта женщина не проявляла ни капли присутствия, и совсем ничего не говорила о том, что он так нежно любит Минчжу. Ань Ю почувствовал себя немного неуютно. Если бы другая сторона поднимала шумиху и мешала ему быть вместе с Минчжу, то он бы не чувствовал никакой вины. Но теперь, когда он выслушал её спокойное заявление фактов, он начал испытывать стыд. Ань Ю взял заколку из белого нефрита из руки Минчжу и отдал её Ань Линюнь. Цвет лица Минчжу тут же ухудшился. Дело было не в заколке. Стоило только Вэй Линсянь заговорить, как Ань Ю передумал и забрал у неё заколку. От этого Минчжу почувствовала себя очень неуютно и начала чувствовать угрозу. Ань Линюнь взяла заколку из белого нефрита и посмотрела на Минчжу, в её взгляде читалась насмешка. Минчжу тут же встала на колени перед Нин Шу. Нин Шу лишь спокойно посмотрела на Минчжу и великодушно приняла её преклонение, потому что сейчас Минчжу была не более чем простой любовницей. Неужели она действительно думала, что она всё ещё принцесса Минчжу, и что люди будут в ужасе, стоит только ей встать на колени? - Мадам, это моя вина. Я никогда не думала, что резиденция находится в такой ситуации. Завтра я принесу все свои сбережения, чтобы помочь резиденции, - благородно сказала Минчжу. Нин Шу слабо улыбнулась. - Очень хорошо. Это хорошо, что ты так думаешь. Всё же, ты теперь часть резиденции генерала. Минчжу улыбнулась сквозь слёзы, пока она с силой билась головой о пол. - Я премного благодарна, что вы приняли меня, мадам. Спасибо. Нин Шу улыбнулась с ещё большим достоинством. Нин Шу утянула Ань Линюнь в свой двор, а потом достала заколку из своей шкатулки для аксессуаров и отдала её Ань Линюнь. Ань Линюнь поспешно замахала руками, чтобы отказаться от неё. - Мне не нужна заколка матушки. Я сделала это нарочно. Я сделала это с целью, чтобы забрать заколку Минчжу. Нин Шу потянула Ань Линюнь за руку и сказала: - Что бы ты ни делала, тебе нужно заранее найти хорошую причину для этого и убедиться в том, что преимущество на твоей стороне. Только так, когда ты будешь усложнять жизнь другим, ты не окажешься в ловушке. Твой отец сейчас сильно обожает Минчжу, поэтому, вполне естественно, что всё сказанное Минчжу будет для него правильным. Ты же юная леди, ты не должна вмешиваться в гарем отца. Тебе стоит позволить своему отцу любить того, кого он хочет. - Но, матушка, я не могу этого принять, - Ань Линюнь недовольно топнула. – В данный момент в глазах отца лишь Минчжу. Неужели тебя это ничуть не расстраивает? Нин Шу посмотрела на Ань Линюнь. - Очень важно оставаться спокойной, с чем бы ты ни столкнулась. Чего хорошего ты сможешь добиться, если будешь отвечать силой на подобную силу? Даже если ты просто хотела выместить обиду, что накопилась у тебя в сердце? Твой отец всё равно будет на стороне Минчжу. Больше не дерись с Минчжу. Она теперь наложница твоего отца, а ты – из молодого поколения. Это нехорошо для твоей репутации, - объяснила Нин Шу. ---------- Просто Больше Не Может Ань Линюнь знала, что её мать действует в наилучших интересах для семьи, поэтому тихо кивнула. Вскоре принцесса Минчжу лично пришла во двор Нин Шу, чтобы предложить мешочек серебра. Нин Шу сказала Ань Линюнь, чтобы та взяла его. Ань Линюнь презрительно поджала губы. Это было такое крошечное количество денег. Ещё тогда, когда Минчжу впервые пришла в резиденцию, для неё всё покупалось за банкноты. А этой мелочи не хватит даже на то, чтобы окупить одну банкноту. Шаги Минчжу были гораздо легче, когда она уходила. Было ясно, что она решила, будто в резиденции приняли её отношения с Ань Ю и дали ей своё благословение. Нин Шу покачала головой. Спорить с тем, кто живёт в своём собственно мире, это всё равно, что напрашиваться на проблемы. Стоит тебе только сказать что-нибудь или немного повысить голос, как она тут же падает на колени с раскаянием и безостановочно просит прощения. Я неправа, я прощу прощения, поэтому вы должны меня простить. Если вы меня не просите, тогда неправы будете вы, и это уже будет ваша вина. Ничего так не ранит людей, чем уничтожение их истинной любви. И хотя люди в резиденции позволили ей быть вместе с Ань Ю, у Минчжу теперь было новое горе, а именно – проблема её интимной близости с Ань Ю. И так было каждый раз! Стоило ей только начать немного чувствовать что-то, как их занятие любовью заканчивалось. Иногда Минчжу продолжала обнимать Ань Ю, желая большего, но Ань Ю больше не мог этого сделать и поэтому он всегда уклонялся, говоря, что устал. В сердце Минчжу начала расти тень. Она начала подозревать, что Ань Ю ходит к другой женщине. Однако с тех пор, как она пришла в резиденцию генерала, Ань Ю всегда был с ней. Он даже никогда не ходил во двор Вэй Линсянь. И хотя она не хотела этого признавать, она начала думать, что Ань Ю просто больше не может. Ань Ю был её первым мужчиной, поэтому она не знала, как другие мужчины ведут себя в постели. И из-за её женской стыдливости, она не могла озвучить свои настоящие чувства. Она не хотела, чтобы Ань Ю думал, будто она такая распущенная женщина. Тем временем Ань Ю всё же чувствовал неудовлетворение Минчжу, но, несмотря на то, что ему хватало желания, у него не было сил. Он уже выпил так много лекарства, но всё это было бесполезно. Ань Ю не знал, что произошло с его телом. И от этого ощущения ему было неуютно. ---------- Счастливее, Чем Когда в Первый Раз Стал Отцом Ань Ю знал, что если всё продолжится так и дальше, то наступит день, когда Минчжу начнёт жаловаться. Он любил Минчжу и хотел дать ей всё самое лучшее, но что же не так с этим дрянным телом? Оно не должно быть таким. Ань Ю повидал множество докторов и ему выписали много рецептов, но, что бы он ни принимал, это было бесполезно. Он даже принимал лекарства, выписанные знаменитыми докторами и теперь уже был практически ходячей аптечкой, но ничто не исправило его проблемы с недостатком стойкости. Нин Шу лишь молча наблюдала за тем, как Ань Ю пьёт большие чаши лекарств. Каждый день он пил больше лекарств, чем ел, отчего его лицо стало совершенно зелёным. На поверхности Нин Шу была величественной и сдержанной, но внутри она практически каталась по полу от смеха. Когда она увидела, что теперь Ань Ю часто спит в кабинете, а на лице Минчжу практически отпечаталось молчаливое недовольство, она лишь холодно улыбнулась. Нынешний Ань Ю уже больше не имел возможности пылко любить и пылко трахать, поэтому он не мог довести Минчжу до слёз от экстаза. Ха. Ха. Ха. Нин Шу очень хотела лениво напрячь свой живот, чтобы выразить своё удовольствие, но, когда она подумала о своём величественном и великодушном имидже, она отказалась от этой идеи. Хоть Ань Ю и заканчивал очень быстро, Минчжу всё равно забеременела. Более того, Минчжу даже не знала, что она беременна, пока однажды её не стошнило во время завтрака так сильно, что она потеряла сознание. Когда доктор пришёл взглянуть на неё, он сказал, что она уже на втором месяце беременности. И хотя старая мадам недолюбливала Минчжу, так или иначе, но ребёнок в животе Минчжу был её внуком. Всегда лучше иметь больше детей, поэтому она даже достала свои личные сбережения, чтобы купить много укрепляющих продуктов для Минчжу. Учитывая насколько деликатной и хрупкой выглядела Минчжу, старая мадам невольно начала беспокоиться. Она искреннее надеялась, что этот ребёнок сможет благополучно прийти в этот мир. Когда Ань Ю узнал, что женщина, которую он любит, забеременела, он был крайне взволнован. Он был даже счастливее, чем когда в первый раз стал отцом. Он подхватил Минчжу и начал её кружить. Старая мадам была ошарашена его поведением и поспешила остановить его, чтобы он поставил Минчжу обратно на землю. Когда Ань Линюнь узнала, что Минчжу забеременела, она загрустила. Нынешняя Ань Линюнь уже не была такой простой, как раньше, и она много думала о будущих последствиях того, что скоро появится ребёнок. Первым делом она подумала о том, что этот ребёнок может угрожать её позиции и позиции старшего брата. И хотя ребёнок будет рождён от любовницы, этот ребёнок всё равно будет иметь право унаследовать всё, чем владеет резиденция генерала. Ладно если это будет девочка, но если это окажется мальчик, то это будет угроза для её брата. Когда она увидела насколько счастливым был её отец, она стала ещё более обеспокоенной. У неё было такое ощущение, что её отец будет крайне предвзято относиться к этому младшему брату или сестре. Однако когда она увидела, что её мать всё ещё выглядит такой равнодушной, она не удержалась от вопроса: - Матушка, разве ты не волнуешься? - А о чём тут волноваться? Тут не о чём волноваться. На самом деле, Нин Шу была немного удивлена, что Минчжу забеременела. В изначальной истории Минчжу так и не успела забеременеть. В реальности, этот ребёнок не будет конфликтовать с Ань Линюнь и Ань Юем, поэтому она не хотела лезть в дела с этим ребёнком. Ань Линюнь топнула ногой, но ничего не сказала. Она выглядела так, словно испытывала затруднение, поэтому Нин Шу сказала: - Линюнь, этот ребёнок – твой сиблинг. У вас будет очень большая разница в возрасте, поэтому есть некоторые вещи, которые ты можешь делать, а есть вещи, которые не можешь, ты меня поняла? Нин Шу посмотрела на выражение лица Ань Линюнь. Её брови были нахмурены от затруднённого замешательства. Было ясно, что она очень много думала об этом ребёнке. Ощущение того, что у неё появится сиблинг от разных родителей, было очень странным. Когда Ань Линюнь услышала, что сказала Нин Шу, она издала тяжёлый и протяжный вздох, а потом сказала: - Матушка, я поняла. Ань Линюнь, по природе своей, была добросердечной. Она будет сражаться за то, чтобы получить необходимое ей, но только при условии, что это не навредит другим. Беременность Минчжу очень обрадовала Ань Ю, так как у них будет совместный ребёнок. Однако, что ещё более важно, ему теперь очень долго не нужно будет заниматься любовью с Минчжу. Если честно, то Ань Ю было немного страшно спать с Минчжу. Он боялся увидеть разочарованный взгляд Минчжу. ---------- Эм, Что Произошло? В данный момент Ань Ю лишь хотел воспользоваться преимуществом того времени пока Минчжу была беременна, чтобы поскорее вылечить своё тело. Чтобы он мог подарить Минчжу совершенно нового себя. После того, как Минчжу забеременела, она стала ещё более заметно испорченной. К тому же, так как её здоровье было немного деликатным, её выворачивало после всего, что она ела. Теперь она постоянно колотила Ань Ю своими кулаками и Ань Ю всегда принимал её лёгкие удары с улыбкой. Это было одновременно и сладко и горьковато-сладко для Минчжу. Нин Шу не обращала внимания на то, что эти двое постоянно флиртуют и просто вызвала Ань Юя обратно из армии Доходной Провинции. Она сказала, что собирается назначить для него свадьбу и хочет, чтобы он приехал взглянуть на невесту. Ань Юй радостно примчался домой, а потом столкнулся со своим отцом, обнимающим принцессу Минчжу в саду. Принцесса Минчжу даже прикрывала свой живот одной рукой. Ань Юй был озадачен. Он вообще никак не мог понять, что происходит. Почему его папа ведёт себя столь интимно с Минчжу? Эм, кто может ему объяснить, что вообще произошло? Когда старая мадам увидела своего внука спустя столь долгое время, особенно после того, как в резиденции произошло столько всего, она начала плакать. Нин Шу увидела, что Ань Юй сильно изменился. Он стал загорелым и на его лице даже появился тусклый шрам. Теперь он был гораздо лучше сложен физически и выглядел гораздо круче. Как и ожидалось, он изменился от пережитого опыта. Ань Юй всё ещё был озадачен тем, происходит между Ань Ю и принцессой Минчжу. Его отец даже не поприветствовал его по возвращении. Поэтому он отправился спросить свою сестру о том, что произошло между их папой и принцессой Минчжу. Ань Линюнь теперь сильно ненавидела принцессу Минчжу. Когда она услышала, что её брат всё ещё называет эту скромную любовницу принцессой, она сплюнула и сказала: - Она больше не какая-то там принцесса, она теперь не более чем любовница. После этого она рассказала своему брату всё, о том как Минчжу сама сбежала на поле боя и вернулась с Ань Ю. В конце она сказала, что Минчжу уже на втором месяце беременности. Когда Ань Юй закончил слушать, он почувствовал, что совсем разваливается. Его образ Минчжу, как идеальной женщины, которая была нежной, как вода, тут же разбился. В мгновение ока она уже стала любовницей его отца и даже собиралась родить ребёнка. Ань Юй стиснул губы и мысленно тяжело вздохнул. Какая же отвага требовалась для того, чтобы помчаться на поле боя? Если бы ей пришлось бежать в армию Доходной Провинции, то её бы наверняка затащили в палатку те крепкие старые солдаты и стали бы обращаться с ней как с военной проституткой. За прошедшее время Ань Юй прошёл через множество страданий в армии Доходной Провинции. В том месте не было ничего рационального, ничего правильного или неправильного. Там правили лишь кулак и старшинство. Когда он только прибыл туда, он отказался принимать это. Когда он пытался это оспорить, его сбили с ног, а потом набежали толпой и стали пинать и топтать его. Шрам на его лице достался ему от тех времён, когда их отправили на подавление бандитов; одному из бандитов удалось до него дотянуться. Один этот порез чуть не забрал его жизнь. Последнее, что промелькнуло в его мыслях – это лицо Минчжу. Он никогда не представлял себе, что всё окажется вот так. Это было нелепо. Нин Шу позвала Ань Юя и сказала: - Мы с бабушкой решили помочь и выбрали тебе женщину. Мы попросили тебя вернуться, чтобы ты на неё взглянул. Ань Юй посмотрел на свою мать. Она спокойно говорила с ним о таких вещах, без единого следа обиды на лице. Она даже вышла, чтобы поддержать резиденцию, когда та столкнулась с кризисом. - Матушка, я оставлю это решение на вас двоих, - безразлично сказал Ань Юй. – Меня всё устроит, лишь бы эта девушка могла поддержать семью так же, как вы, Матушка. Нин Шу пригляделась к выражению лица Ань Юя, а потом прямо спросила: - Ты всё ещё не можешь забыть о Минчжу? ---------- Если Такой Красавчик Как Ань Юй… Когда Ань Юй увидел, что его мать знает о его потайных чувствах, на мгновение он был так смущён, что даже не знал, что сказать, особенно учитывая то, что теперь Минчжу была женщиной его отца. - В-вовсе нет, - запинаясь произнёс Ань Юй, но увидел, что его мать продолжает просто смотреть на него. Отрицай, просто продолжай отрицать. Нин Шу продолжала смотреть на Ань Юя с невозмутимым выражением на лице. Ань Юй почувствовал ещё большее смущение и, наконец, пожал плечами. - В прошлом этому сыну действительно нравились нежные женщины вроде Минчжу, но она теперь уже женщина отца. У этого сына нет никаких мыслей о ней. Нин Шу была немного удивлена, так как прежде этот ребёнок был страстно влюблён в Минчжу. Теперь он сильно изменился. Он уже больше не был таким же, как и в изначальной истории. Нин Шу теперь была крайне рада, что отослала его нахрен заранее, прежде чем он по уши влюбился в Минчжу. Окружение тоже наверняка немного повлияло на Ань Юя. Нынешний Ань Юй был гораздо более умный и всесторонне развитый, чем раньше. Те шрамы на его лице и руках говорили о том, что он через многое прошёл. В голове Нин Шу внезапно возник странный вопрос, и она глянула на нижнюю половину Ань Юя. Все мужчины в Доходной Провинции были довольно грубыми ребятами. И там у них обычно не было женщин, так что, если такой красавчик, как Ань Юй, приехал туда… Нагнули ли его там? Чем больше она об этом думала, тем больше считала, что это возможно, и взгляд её глаз стал ещё более странным. Ань Юй: … После того, как он вышел из двора своей матери, он столкнулся с Минчжу, которая стояла в коридоре и кормила рыбок. Ань Юй хотел избежать её, поэтому он развернулся, чтобы уйти. - Ань Юй. Минчжу окликнула Ань Юя. Ань Юй развернулся и поприветствовал её: - Тётушка. В тот момент, когда Минчжу услышала, как её назвал Ань Юй, её выражение лица застыло. Всё же, она была даже моложе Ань Юя. Однако тот факт, что он назвал её подобным образом, означал, что он принял её, верно? - У тебя там всё хорошо в армии Доходной Провинции? – спросила Минчжу. Ань Юй сжал руку в кулак, отсалютовал и сказал: - Премного благодарен за ваше беспокойство, тётушка. Всё очень даже хорошо. - Вообще-то тебе не нужно быть со мной таким вежливым. Я всегда считала тебя своим другом. Когда Минчжу увидела, каким отдалённым был Ань Юй, она почувствовала себя немного некомфортно. А потом она заметила тусклый шрам на лице Ань Юя. - Похоже, что не очень-то хорошо у тебя там всё было. Должно быть, ты много страдал. Минчжу сделала пару шагов в сторону Ань Юя. Когда Ань Юй увидел, что она поддерживает рукой живот, направляясь к нему, он тут же сделал несколько шагов назад и сказал: - Ничего страшного, если взрослый мужчина немного пострадает. - По правде говоря, я была не согласна, что тебя тогда отправили в армию Доходной Провинции, - сказала Минчжу. – Я, правда, не могу понять, почему мадам отправила тебя в такое суровое место. Ань Юй слегка нахмурился и сказал: - Тётушка, вам стоит продолжить кормить рыбок. А я уже ухожу. Минчжу наблюдала за тем, как Ань Юй уходит, а потом слегка нахмурилась, чувствуя себя немного обиженной. Почему он себя так вёл? Она вздохнула. Она была почти уверена в том, что Ань Линюнь рассказала о ней какие-нибудь плохие вещи своему брату. Вот почему, должно быть, Ань Юй избегает её подобным образом. Минчжу потёрла живот. Внезапно, по какой-то причине, она почувствовала себя немного удручённой и измождённой, особенно, когда увидела, каким внушительным был Ань Юй. От вида этого молодого и здорового тела, в сердце Минчжу появилось странное беспокойство. - Минчжу, вот ты где! А я тебя повсюду ищу. Ань Ю обеспокоенно подошёл к ней. Из-за того, что он в последнее время пил так много лекарств, вокруг Ань Ю теперь постоянно витал запах лекарств. Как только Минчжу унюхала это, она прикрыла рот и её начало тошнить. ---------- Скоро Будет Прекрасная Сноха! Когда Ань Ю увидел, что Минчжу нехорошо себя чувствует и что её тошнит, он протянул руку, чтобы похлопать её по спине, но, чем ближе он подходил, тем сильнее тошнило Минчжу. Она поспешно подняла руку, чтобы не дать Ань Ю подойти ближе. - Не подходи, а то меня сейчас стошнит. Цвет лица Ань Ю изменился, и он перестал подходить, но его сердце сжалось от боли. Он был обижен поведением Минчжу. Когда Минчжу увидела недоверие на лице Ань Ю, после того, как её перестало тошнить, она сказала: - Вокруг тебя витает запах лекарств. От их запаха у меня начинается головокружение. Ань Ю поджал губы и замолчал на несколько мгновений, после чего, наконец, сказал: - Иди тогда мыться первой. После этих слов он развернулся, словно деревянный, и ушёл. Минчжу наблюдала за тем, как безутешно уходит Ань Ю, и даже открыла рот, но, в итоге, она его не окликнула. Нин Шу не знала о том, что произошло между Ань Ю и Минчжу. Она отправилась вместе со старой мадам, и они разговаривали с Ань Юем о его будущей жене. Нин Шу считала эту ситуацию очень странной. Она сама ещё никогда раньше не была замужем, но уже подыскивает себе невестку. Ань Юй был очень доволен своей будущей женой. Она была нежной и прекрасной девушкой, которая выглядела очень благоразумной. Нин Шу тоже была очень довольна, потому что нынешний Ань Юй уже больше не был влюблён в Минчжу. Ань Юй решил после свадьбы вернуться в армию Доходной Провинции. Старая мадам согласилась с этим. Она уже чувствовала, что её здоровье было не очень хорошим, и, если она сможет увидеть правнука, то сможет умереть без сожалений. Группа вернулась в резиденцию генерала и увидела, что Минчжу ждёт у ворот. Взгляд Минчжу прошёлся по лицу Ань Юя, а потом она спросила у Нин Шу: - Мадам, вы сегодня уходили по какому-то делу? Нин Шу с улыбкой ответила: - Мы сегодня ходили смотреть на невесту Ань Юя. Ань Юй очень скоро женится. - Всё верно. У меня скоро будет прекрасная сноха! Ань Линюнь радостно улыбнулась, почти специально делая это для того, чтобы Минчжу увидела. В прошлом она считала Минчжу своей будущей снохой. Она никогда не представляла, что Минчжу будет такой бесстыдной и похитит отца, и сделает так много абсурдных вещей. Теперь, когда она посещала женские собрания, она слышала, как другие люди смеются над резиденцией генерала. Из-за Минчжу они даже на неё смотрели странными взглядами. Когда Минчжу услышала эти новости, она слегка отшатнулась назад от шока, а потом заставила себя улыбнуться и сказать: - Поздравляю. - Спасибо, тётушка, - вежливо ответил Ань Юй. После этого Минчжу развернулась и ушла. Старая мадам опёрлась на свою клюку и сплюнула: - Как же она дурно воспитана. Нин Шу подняла брови. Она чувствовала, что нынешнее состояние Минчжу было немного странным. Неужели все беременные женщины становятся такими странными? Так как обе стороны были довольны друг другом, брак Ань Юя и Ли Няньлэй был быстро одобрен. Семья собралась вместе и выбрала благоприятную дату, основываясь на эклиптическом календаре, а потом подготовилась к формальному свадебному предложению. Ань Ю был немного несчастен, потому что его семья никогда не говорила ему, что его сын собирается жениться. Они оповестили его только тогда, когда уже всё было решено. Минчжу сидела в сторонке, ничего не говоря и время от времени поглядывая на Ань Юя. Его загорелая кожа и мускулистое тело придавали ему внушительную ауру, а шрам на лице добавлял ощущение храбрости к его очарованию. Теперь его внушительная аура была даже сильнее, чем у его отца. Минчжу не знала, было ли это её ошибочное восприятие, но нынешний Ань Ю казался немного удручённым. И это ощущение заставляло Минчжу чувствовать, что Ань Ю не был ни её богом, ни её господином, ни её хозяином. Ань Ю чувствовал себя так, словно вся семья игнорирует его. Поскольку его достоинству, как главе семьи, был брошен вызов, то он провокационно заявил: - Эта Ли Няньлэй не так давно потеряла свою мать и у неё даже есть младший брат, о котором ей приходится заботиться. На женщине, которая потеряла родственника, нельзя жениться. Нин Шу чуть не расхохоталась вслух. Какого хрена? Ты же сам имел сексуальные отношения с женщиной, которая всё ещё находится в периоде скорби по своим родителям, и всё равно имеешь наглость заявлять такое другим? - Отец, я очень доволен этой Ли Няньлэй. Она добропорядочная женщина, которая знает, как заботиться о других, и она даже присматривала за своим младшим братом все эти годы. Её брат скоро будет сдавать имперские экзамены. Она умная и способная женщина. Цвет лица Минчжу стал нечитаемо тусклым. ---------- Свадебное Предложение Прошло Успешно Ань Ю был главой дома, основной опорой семьи, тем, кто должен поддерживать всю резиденцию и защищать семью. Однако из-за Минчжу Ань Ю даже хотел бросить свою семью и свои обязанности, отчего его позиция в семье стремительно упала. Теперь, когда Ань Ю был против того, чтобы Ань Юй женился на дочери из семьи Ли на том основании, что она недавно потеряла свою мать, его оппозиция не вызвала никаких волнений. Никому не было дело до его слов. Ань Ю, похоже, тоже осознал это, и нахмурился, чувствуя себя очень неуютно. После того, как дата была оговорена, Ань Юй приготовился отправиться в резиденцию Ли, чтобы сделать свадебное предложение. Когда Нин Шу оценила насколько доблестно и красиво выглядел Ань Юй на коне перед отправлением, она внезапно почувствовала гордость, словно её сын уже вырос. Пока Ань Ю смотрел на своего сына, он внезапно обнаружил, что его сын кажется ему незнакомцем. Так как он часто был в военных походах, Вэй Линсянь всегда занималась всеми делами по дому. В мгновение ока его сын и дочь уже достигли того возраста, когда им пришла пора заводить собственные семьи. Ань Ю хотел дать Ань Юю несколько рекомендаций, но не знал, что сказать. Ань Линюнь сказала своему брату, чтобы он добился успеха в своём свадебном предложении и вернулся с её будущей снохой. Ань Юй чистосердечно рассмеялся, а потом сжал кулак и сказал семье: - Этот внук, этот сын обязательно добьётся успеха. Старая мадам радостно улыбнулась, и на лице Нин Шу тоже появилась улыбка. Подобная жизнь поистине была наполнена счастьем. Ань Ю стоял рядом с Минчжу. Он чувствовал себя чужаком. Это явно была его семья, но он чувствовал себя так, словно у них не было с ним никакой связи. Ань Ю внезапно ощутил чувство одиночества, которого никогда раньше не испытывал. Взгляд Минчжу мерцал искорками света, когда она смотрела на высокого и величественного Ань Юя. Свадебное предложение прошло очень успешно. За этим вскоре последовало сопоставление дней рождений, выдача обручальных подарков и представление свадебных даров. Две семьи выбрали благоприятную дату для свадьбы, которая прошла спустя полмесяца. Далее оставалось только отправить свадебный портшез*, чтобы привезти невесту. Учитывая, что всё уже было приготовлено, свадьба двух семей практически была гарантирована. Вскоре наступил день свадьбы. Вся резиденция была оживлённой и украшенной яркими красными лампами. Ань Линюнь восторженно улыбалась, раздавая инструкции слугам, чтобы сделать все необходимые приготовления. Даже старая мадам пришла на помощь. Ань Юй был в тёмно-красном свадебном наряде с чёрной официальной шляпой на голове и с красными нитями, украшающими его плечи. Это был очень праздничный наряд. Нин Шу удовлетворённо кивнула. Он выглядел очень красивым. На контрасте с тем, какой оживлённой была резиденция генерала, во дворе Минчжу было гораздо тише. Минчжу стояла, прислонившись к двери, и её поддерживала горничная. Минчжу наблюдала за тем, как суетятся все остальные. Она чувствовала себя посторонней. - Мисс, может, зайдём внутрь? У двери ветрено, - сказала личная горничная Минчжу. Минчжу наблюдала за тем, как Ань Юй проходит мимо в своём свадебном наряде. Он выглядел красивым, высоким, и словно бы излучал удовольствие. Минчжу внезапно осознала, что когда они с Ань Ю сошлись, то они вообще не устраивали никакой церемонии. Когда она увидела жениха и невесту, держащих красный шар из ленточек, и проходящих мимо всей семьи, которая радостно кричала и смеялась, она внезапно почувствовала, как по её сердцу ударил огромный молот. У неё не было свадьбы, не было приданого и не было сиблингов, которые несли бы её портшез. У неё даже не было такой тянущейся свадебной юбки, и такого свадебного портшеза. У неё не было ничего. Пока Минчжу слушала голоса со свадебной церемонии, она чувствовала, что её жизнь была потрачена зря. Что она пыталась заполучить? У неё ничего не было. Ань Ю ничего ей не давал. Он сказал ей, что любит её, но она ничего не получила. Минчжу посмотрела на невесту, чьё лицо было закрыто вуалью, и в её сердце выросли ядовитые лианы. Шипы начали колоть её сердце, и её сердце наполнилось завистью и горечью. ---------- У Нас Не Было Такой Свадьбы Она наблюдала за тем, как Ань Ю и Вэй Линсянь сидят вместе и принимают поклоны новой парочки. У неё даже не было шанса сесть рядом с Ань Ю. Они были поистине счастливой семьёй. Когда она увидела улыбку на лице Вэй Линсянь, её сердце наполнило чувство боли, которое было трудно выразить словами. Все были счастливы, и лишь Минчжу была единственной, у кого на лице было горькое выражение. Это болезненное выражение лица совершенно портило атмосферу. Когда старая мадам увидела Минчжу такой, она попросила Минчжу уйти в свой собственный двор. Кто же выходит показывать такое мрачное лицо? Минчжу почувствовала себя ещё более обиженной, когда её прогнали, и её выражение лица наполнилось ещё большей печалью, словно над ней кто-то издевался. Ань Ю в этот момент пил с народом, поэтому он совершенно ничего не заметил. Всё это радостное оживление не имело к ней никакого отношения. Она никогда не сможет пережить подобное радостное оживление. Нин Шу с улыбкой разговаривала с другими замужними женщинами. Краем глаза она видела несчастное выражение лица Минчжу. Вероятно Минчжу уже поняла, что её отношения с Ань Ю не получили согласия и благословения этих людей. Она просто субъективно сама всё предположила. Текущий статус Минчжу даже нельзя было считать любовницей, потому что её даже не записали в семейную историю. Она должна была бы быть знатной любовницей, но она не завершила ритуал подношения чая. Когда старая мадам увидела, что Минчжу, похоже, это не волнует, она тоже не стала снисходить до того, чтобы напомнить ей о добавлении её имени в историю семьи. Вот почему влюбиться было просто. А вот продолжать любить – это уже трудно. В изначальной истории Ань Ю и Минчжу умерли в конце, вот почему их любовь и считалась истинной. Пока Нин Шу смотрела на Ань Юя, она почувствовала, как в её сердце поднимается удовлетворённое чувство. Это явно была радость от вида того, что её сын взял себе хорошую жену и создал свою собственную семью. После громкого и оживлённого дня, в резиденции генерала наконец-то стало тихо. Минчжу и Ань Ю легли в постель. Минчжу сказала Ань Ю: - Ань Ю, у нас не было такой свадьбы. Ань Ю обнял Минчжу. - Когда родишь ребёнка, я устрою для тебя такую. Внезапно сердце Минчжу наполнило трудноописуемое чувство гнева и изнеможения, и она повернулась так, чтобы оказаться затылком к Ань Ю. Ань Ю обнял Минчжу и сказал, утешая: - Минчжу, ты сейчас беременна, поэтому тебе не нужно сильно волноваться. Это плохо для твоего здоровья. Минчжу была очень зла, но она также не могла понять, почему она зла. Спустя некоторое время, когда она снова развернулась, она обнаружила, что Ань Ю уже заснул. Ань Юй сегодня женился, поэтому как отцу Ань Юя, ему приходилось приветствовать всех гостей, что, естественно, было трудно. Если бы это был обычный день, то Ань Ю обязательно бы продолжил утешать Минчжу, но из-за того, что он был слишком уставшим, он уснул. Однако в этот момент, все странные нерадостные эмоции, которые накопились в сердце Минчжу, внезапно взорвались и всё её тело начало пульсировать от обиды и печали. Минчжу больше не могла себя обманывать. Ань Ю был всем, что у неё осталось в этой жизни, но она только что обнаружила, что она не была всем, что есть у Ань Ю. Это очень разозлило ее, и она не хотела этого принимать. В ней было даже слабое чувство сожаления. - Проснись! Ань Ю, проснись! Минчжу начала с силой лупить по лицу Ань Ю. Ань Ю открыл глаза и поймал руку Минчжу. Он почувствовал жгучую боль на своём лице. Должно быть, ногти Минчжу оставили на его лице царапины. - Что ты творишь? Минчжу, что на тебя нашло?! Гнев появился на лице Ань Ю, но любой будет зол, если его внезапно ударить. Когда Минчжу увидела, что Ань Ю так озлобленно настроен по отношению к ней, у неё тут же полились слезы, и она заплакала. - Ань Ю, ты даже кричал на меня? Как ты можешь со мной так обращаться? Ань Ю протянул руки и притянул к себе Минчжу, устало утешая её: - Тебе нехорошо? Не плачь. Когда ты плачешь, моё сердце словно разрывается. Минчжу прижалась к груди Ань Ю, и её охватил оставшийся запах лекарств. У неё закружилась голова, но Ань Ю крепко держал её. От этого сильного запаха лекарств её желудок неистово перевернулся, поэтому она резко оттолкнула Ань Ю и свесилась с кровати, чтобы её стошнило. ______________________________________________________________________ * Портшез - вид лёгкого переносного кресла, в котором можно сидеть полулёжа. ---------- Парочка Новобрачных От рвоты Минчжу вся комната наполнилась горьким гниющим запахом. Нос Ань Ю тут же наморщился. Когда он посмотрел на Минчжу, которая нагнулась над краем постели, издавая рвотные звуки, он почувствовал, как в его сердце что-то разбилось. В сердце Ань Ю, Минчжу была нежной, словно вода, поэтичной и идеальной красоткой. Ему был немного трудно принять эту Минчжу, которую сейчас рвало перед ним. Однако, в тот момент, как возникла эта мысль, он тут же был шокирован своими собственными чувствами. Он так сильно любил Минчжу, так почему же он думал подобным образом? Ань Ю почувствовал, что ему нужно разобраться в своих собственных чувствах, поэтому он встал с постели и вышел из комнаты Минчжу так, словно он сбегал от неё. Минчжу с недоверием тупо уставилась ему вслед, а по её щекам тихо полились слёзы. Ту ночь Ань Ю провёл в своём кабинете. Он всю ночь простоял у окна, глядя на яркую луну в небе, словно истукан. На следующий день было время, когда новая невестка должна была поприветствовать свою родню со стороны мужа, поэтому Нин Шу и старая мадам ждали Ань Юя и Ли Няньлэй, одетые в роскошные парчовые одежды. Единственное, что удивило Нин Шу, так это то, что Ань Ю сегодня пришёл очень рано и его цвет лица выглядел не очень хорошо. Под глазами у него были тёмные круги, а его лицо выглядело болезненным и жёлтым. Почему Ань Ю был не с Минчжу? Они же, вроде, были как сиамские близнецы? Нин Шу было очень любопытно, но на поверхности она поддерживала свой целомудренный и величественный образ. Спустя некоторое время пришла и Минчжу, поддерживая свою талию. Её лицо было таким бледным, что на лбу даже просвечивали вены. Когда старая мадам увидела, насколько хрупкой выглядит Минчжу, словно она была такой слабой, что не выстоит даже против порыва ветра, старая мадам поспешно сказала: - Что произошло? Ты плохо отдохнула сегодня? Минчжу глянула на Ань Ю, прежде чем ответить старой мадам: - Ничего страшного. Я просто не могу есть. Меня постоянно подташнивает. - Все беременности такие. Все через это проходят. Даже если тебя подташнивает, тебе всё равно нужно есть, - уговаривала её старая мадам. Нин Шу увидела, что атмосфера между Ань Ю и Минчжу стала немного странной. Им, словно, было неуютно находиться рядом друг с другом. В комнату вошла парочка молодожёнов. Ань Ю держал Ли Няньлэй за руку, когда они вместе вошли. Когда Ли Няньлэй увидела, что на неё смотрит так много народу, она поспешно попыталась стряхнуть руку Ань Юя, но Ань Юй крепко держал её за руку. Лицо Ли Няньлэй застенчиво покраснело. Все лишь посмотрели на них с нежными улыбками. Когда Минчжу увидела такую Ли Няньлэй, она внезапно почувствовала сильную зависть. Ли Няньлэй сначала встала на колени перед старой мадам, чтобы налить ей чаю. Старая мадам радостно рассмеялась и дала Ли Няньлэй пару безупречно белых нефритовых браслетов. Старая мадам сказала: - Это мне ещё твой дедушка подарил в молодости, а теперь я передаю их тебе. - Премного благодарна, бабушка. Ли Няньлэй восторженно улыбнулась. После этого наступила очередь её свёкра. Ань Ю дал ей красный конверт. ---------- Сцена С Картины Ли Няньлэй налила чай Нин Шу и сказала: - Матушка. На лице Нин Шу было доброе выражение, но в душе она плакала. Она что, скоро станет бабушкой? Это было такое странное и сложное чувство. Нин Шу дала Ли Няньлэй очень большой и толстый красный конверт, а потом дала ей пару браслетов, изображающих дракона и феникса. После этого наступила очередь Минчжу. Минчжу не ожидала, что Ли Няньлэй предложит ей чай. Ли Няньлэй встала перед всеми на колени, но перед Минчжу встала лишь на одно колено. Было ясно. Что Ли Няньлэй хорошо знает этикет. Минчжу взволнованно сделала глоток чая. Казалось, что она нервничает даже ещё больше, чем Ли Няньлэй, эта новая невестка. После того, как она выпила чай, нужно было сделать подарок. Минчжу достала заколку из своих волос, чтобы отдать её Ли Няньлэй. Ли Няньлэй взяла заколку и на мгновение прижала её к губам, после чего сказала: - Премного благодарна, тётушка. Когда старая мадам увидела, что сделала Минчжу, она раздражённо потёрла свой лоб. Тем временем, когда Ань Ю увидел, насколько взволнованной и беспомощной выглядела Минчжу, он почувствовал боль в сердце и поспешил сесть рядом с Минчжу, словно для того, чтобы поддержать её. Когда Нин Шу увидела это, она лишь слегка улыбнулась. Теперь, когда в резиденции генерала была старшая невестка, Ань Линюнь, по указке Нин Шу, передала Ли Няньлэй право управления резиденцией. Ли Няньлэй никак не ожидала, что ей придётся управлять резиденцией генерала сразу после свадьбы и почувствовала себя немного неуютно. Она попыталась отдать управление обратно Нин Шу. - Матушка, эта невестка только пришла в резиденцию. Это не очень уместно, - с уважением сказала Ли Няньлэй. Нин Шу посмотрела на Ли Няньлэй. Это была достойная и изящная женщина, которая обладала решительной аурой. И этого стоило ожидать, так как она потеряла свою мать в молодости и вынуждена была присматривать за своим младшим братом. Она была моложе, чем Минчжу, но гораздо более умной и сообразительной, по сравнению с Минчжу. Нин Шу сказала с улыбкой: - Ты уже часть резиденции генерала, так что вполне естественно, что ты ответственна за управление резиденцией. Всё хорошо, не нужно волноваться. Услышав эти слова, Ли Няньлэй могла лишь принять это право. Она была более доскональной в управлении хозяйством, по сравнению с Ань Линюнь, поэтому Нин Шу назначила Ань Линюнь её тенью, чтобы она училась у Ли Няньлэй. Девушки очень хорошо поладили между собой. Ань Юю, похоже, тоже очень понравилась эта новая жена. Он даже отодвинул дату своего возвращения в армию Доходной Провинции. Они двое были в идеальной гармонии. И хотя их взаимодействия были всё ещё немного вежливыми, вокруг них парила сладкая атмосфера. Это не было интенсивной и яростной страстью, а просто мягкая нежность, словно течение реки. Если бы Нин Шу могла выбирать, то она бы предпочла подобное медленное растущее влечение. Потому что с такой страстной любовью, какая была у Минчжу и Ань Ю, что останется после, когда пламя перестанет гореть? Любовное влечение между Ань Юем и Ли Няньлэй заставляло Минчжу ощущать неописуемое чувство. Она часто видела, как Ань Юй срывает цветок в саду, а потом вставляет его в волосы Ли Няньлэй. Когда Ли Няньлэй просматривала бухгалтерские книги, Ань Юй обнимал её за плечи, а потом они обменивались улыбками. Это выглядело крайне чудесно. Ань Ю никогда не делал с ней такого. Минчжу подпёрла свою талию. Она не могла удержаться о того, чтобы не подойти к этой парочке, которая сидела в беседке. Они выглядели такими благословлёнными. Минчжу вошла в беседу и увидела, что нежная Ли Няньлэй практически погрузилась в объятия Ань Юя. Ань Юй был хорошо сложен и силён. Минчжу невольно задумалась о том, каково это – прижиматься к его груди. - Тётушка. Ли Няньлэй сделала реверанс перед Минчжу. Минчжу изумлённо уставилась на Ли Няньлэй. Эта женщина была прекрасной и величественной. Стоя рядом с Ань Юем, они выглядели очень хорошей парой. Красивый молодой человек и прекрасная молодая женщина. Они были словно сцена с картины. Сердце Минчжу наполнилось завистью, когда она посмотрела на них. Потому что юное тело Ань Юя было высоким и широким. Она уже больше не смела приближаться к своему Ань Ю. Вокруг него постоянно витал сильный запах лекарств, и её начинало тошнить, как только она приближалась. Нынешний Ань Ю уже больше не излучал мужской аромат, полный жизненных сил. Теперь он пах разложением, словно старик, на закате своей жизни. Более того, теперь это запах постоянно был смешан с запахом лекарств. Минчжу никак не могла понять, почему Ань Ю продолжает без остановки пить лекарства. Ли Няньлэй увидела, что Минчжу странно смотрит на неё и Ань Юя. Ань Юй слегка нахмурился и сказал: - Тётушка, мы с Няньлэй пойдём уже. С этими словами он потянул за собой Ли Няньлэй и ушёл. Минчжу прищурившись наблюдала за тем, как эти двое уходят. - Ань Юй, тебе не кажется, что тётушка довольно странная? – спросила Ли Няньлэй, нахмурив брови. Женская интуиция была очень острой. Ли Няньлэй чувствовала, что Минчжу, похоже, таит к ней враждебность. Но она никак не могла понять, почему эта тётушка чувствует к ней враждебность. Ань Юю, похоже, было всё равно, потому что он сказал: - Не обращай на неё внимания. В будущем, когда столкнёшься с ней, просто соблюдай подходящий этикет. Об остальном не волнуйся. Ли Няньлэй нежно улыбнулась, глядя на Ань Юя. ---------- Эта Семья Была Словно Благословлённой - Генерал всё время теперь спит в кабинете? – спросила Нин Шу. Чжу Эр, которая расчёсывала волосы Нин Шу, ответила: - Да. Он спит в своём кабинете последние пару дней. Их страсть остыла, поэтому вполне естественно, что они больше не липли друг к другу. Единственное, чего Нин Шу не ожидала, так это того, что Минчжу не стала поднимать шумиху. И хотя Ань Ю спал в кабинете, она продолжила спокойно жить сама по себе. Минчжу была из таких, кто не мог вынести, когда их игнорируют, поэтому тот факт, что она осталась такой спокойной, изрядно удивил Нин Шу. Одевшись, Нин Шу отправилась на завтрак. Когда она вошла, она обнаружила, что Ли Няньлэй уже раздала инструкции слугам, чтобы те расставили тарелки и палочки. Её внимательная манера заставила Нин Шу почувствовать, как она краснеет от стыда. Ань Юй явно был благословлён, раз ему досталась такая нежная и внимательная жена. Спустя некоторое время прибыла и старая мадам. Её взгляд наполнился восторгом, когда она посмотрела на Ли Няньлэй. Было ясно, что ей очень нравилась жена внука. Если проигнорировать Ань Ю и Минчжу, эти две соринки в глазу, то эта семья была словно благословлённой. Нин Шу, вероятно, скоро покинет этот мир. Она мало что сделала в этом мире, потому что ей нужно было справиться с чем-то гораздо более важным. А именно – не дать себе сойти с ума от гнева при виде той бесстыдной сладкой парочки. Каждый раз, когда она видела желтоватое лицо Ань Ю, она величественно и многозначительно улыбалась. Когда она видела выражение лица Минчжу, наполненное молчаливым недовольством и сожалением, то её улыбка становилась ещё более спокойной. Нин Шу: Уа-ха-ха-ха… Минчжу была юной девушкой, поэтому она страстно желала, чтобы её покорил доминирующий, доблестный и величественный мужчина, но сейчас Ань Ю совсем не был похож на хозяина положения. Ань Ю не мог как следует управлять своей самой мужественной частью, поэтому он даже не мог покорить Минчжу в постели. Вероятно, образ Ань Ю, как бога, в воображении Минчжу уже начал рушиться. До сих пор Нин Шу не видела ни единого следа радости на лице Минчжу с тех пор, как она только забеременела. И она была в ужасе, обнаружив, что Минчжу теперь смотрит на Ань Юя очень странным взглядом. Неужели теперь Минчжу положила взгляд на Ань Юя? В изначальной истории Минчжу нравилась Ань Юю, но сам Ань Юй не нравился Минчжу. В то время Ань Юй был молодым и незрелым и мог лишь печально страдать от любви к Минчжу, так как сама Минчжу не считала его достаточно привлекательным. Неужели из-за той проблемы, что случилась с Ань Ю, Минчжу теперь переключилась на его сына? Нин Шу покачала головой. Это было невозможно. Так или иначе, Минчжу и Ань Ю были настоящими влюблёнными, которые готовы были умереть друг за друга. Однако нынешний Ань Юй теперь был сильным и имел крепкое телосложение, он уже больше не был просто красивым пареньком. Всё его тело излучало величественную ауру, поэтому он действительно стал гораздо более привлекательным, по сравнению с тем временем, когда он был просто деликатным красивым пареньком. ---------- Не Позволю Никому Издеваться Над Моей Женой Ань Ю не пришёл на завтрак, поэтому старая мадам отправила слугу отнести немного еды в его кабинет. Когда Минчжу услышала, что Ань Ю не придёт, её взгляд дрогнул, она поджала губы и стала потихоньку пить кашу. Ань Юй и Ли Няньлэй сидели напротив Минчжу, и Минчжу не сводила с них взгляда на протяжении всего завтрака. Тем временем, Нин Шу смотрела на Минчжу. Как ни крути, с этой Минчжу было что-то не так. Когда Минчжу почувствовала, что на неё кто-то смотрит, она огляделась по сторонам и встретилась со взглядом Нин Шу. Она тут же опустила голову и сфокусировалась на своей каше. Она перестала смотреть по сторонам. После завтрака вся группа пошла на выход. Когда Минчжу переступила порог, она внезапно оступилась и упала прямо на пол. - Ах… - Минчжу накрыла рукой свой живот и начала кричать от боли. – Зачем ты меня толкнула?! Другой рукой Минчжу указала на Ли Няньлэй. Ли Няньлэй, которая стояла рядом с Минчжу, застыла от шока, а её лицо побледнело. - Я тебя не толкала, правда. - Прошу, спасите моего ребёнка! Прошу, спасите моего ребёнка! – закричала Минчжу, прерываясь на всхлипывания. Нин Шу присела, чтобы помочь Минчжу, но Минчжу оттолкнула её руку и прикрыла свой живот, словно Нин Шу собиралась навредить её ребёнку. - Матушка, я правда не толкала тётушку. В голосе Ли Няньлэй тоже послышались слабые всхлипывания. Она действительно этого не делала. Она не знала, почему тётушка внезапно упала. - Отнесите Минчжу обратно в её двор и позовите доктора. Позовите доктора! – закричала старая мадам, опираясь на свою клюку. Лицо Минчжу побледнело, когда она закричала: - Прошу, спасите моего ребёнка! Прошу, спасите моего ребёнка! Но, когда Нин Шу снова протянула к ней руки, чтобы помочь, на лице Минчжу отразился страх. Словно она считала, будто все хотят ей навредить. Нин Шу прищурилась, а потом сказала Ань Юю, который утешал Ли Няньлэй: - Отнеси Минчжу в её двор. Как только Нин Шу это сказала, она увидела томный свет во взгляде Минчжу. В сердце Нин Шу тут же возникло странное чувство. - Как-то это будет неуместно и неподобающе. Ань Юй покачал головой. Он и Минчжу не были из одного поколения, так как она была любовницей его отца. И было не очень прилично, если он её понесёт. Когда Минчжу услышала его отказ, её глаза тут же наполнились слезами. Нин Шу увидела, что у Минчжу не течёт кровь, так что она, вероятнее всего, в порядке. Поэтому Нин Шу просто отправила Чжу Эр, чтобы та позвала Ань Ю. Когда Ань Ю пришёл и увидел, что та, кого он любит, лежит на полу, а все остальные просто смотрят на неё со стороны, в его сердце тут же закипела ярость. - Минчжу беременна, как вы можете с ней так обращаться? – яростно закричал Ань Ю, пока поспешно нёс Минчжу в её двор. Нин Шу фыркнула. Вся группа последовала за ними во двор. Минчжу теперь лежала на постели, с бледным лицом, пока Ань Ю крепко держал её за руку и говорил: - С нашим ребёнком всё будет хорошо. Всё будет хорошо. Когда пришёл доктор, чтобы взглянуть на неё, он сказал, что всё в порядке, она просто напугалась и ей нужно отдохнуть. Взгляд Минчжу опустился на лицо Ли Няньлэй и она спросила: - Зачем ты меня толкнула? - Я ничего не делала, я правда не толкала вас. Лицо Ли Няньлэй было смертельно бледным, но она спокойно продолжила: - Я была слева от вас. Если бы я вас толкнула, то вы бы упали вправо, но вы упали в мою сторону. - Потому что ты меня потянула, - обиженно сказала Минчжу. Нин Шу холодно сказала: - Сначала ты сказала, что тебя толкнули, а теперь говоришь, что тебя тянули? Так что на самом деле произошло? - Ты что же это, допрашиваешь Минчжу? Минчжу чуть не потеряла ребёнка, но вы всё равно её допрашиваете подобным образом? В вас вообще нет никакой человечности, что ли? – с болью в голосе сказал Ань Ю. Его желтоватое лицо сморщилось от головной боли. Нин Шу: Пфф… Спокойно. Что бы ни произошло, она не может позволить себе злиться. Ань Юй потянул свою жену себе за спину, защищая её, и встал перед Ань Ю. - Да не может быть, чтобы Ли Няньлэй сделала что-то подобное. Разве не более вероятно то, что это твоя любовница сама просто оступилась? - Какая дерзость! Это так ты разговариваешь со своим отцом?! Ань Ю, похоже, почувствовал, что его достоинству был брошен вызов и он уставился на Ань Юя строгим взглядом. В этот момент он очень напоминал старого льва, который изо всех сил пытается сохранить своё достоинство. Ань Ю внезапно обнаружил, что никто из присутствующих в комнате не на его стороне. Минчжу лежала на постели и только и знала, как рыдать. Он был совсем один. Одиночество тихо наполнило сердце Ань Ю. Ань Юй холодно сказал: - Я лишь говорю правду. Никто толком не видел, что там произошло, и я не позволю никому издеваться над моей женой. Когда Минчжу увидела Ань Юя таким и увидела, что Ань Ю ничего не говорит, она начала рыдать ещё сильнее, не говоря ни слова. Старая мадам постучала клюкой по полу, а потом сказала: - Ладно, хватит вам уже спорить. Минчжу нужно сфокусироваться на восстановлении, так что покончим с этим. ---------- Возможно Это Потому, Что Ты Счастлива Из-за вмешательства старой мадам, этот вопрос был решён. А насчёт того, в чём была правда, у всех, вероятно были свои собственные ответы. Группа покинула двор Минчжу. Оставшаяся в доме Минчжу посмотрела на Ань Ю сквозь слёзы. Вся его фигура словно сгорбилась, и он стал выглядеть гораздо старше. Минчжу внезапно ощутила, как у неё во рту появился горький вкус. Настолько горький, что у неё рефлекторно начался рвотный позыв. - Почему?! Почему ты мне не помог? Даже Ань Юй знает, как защищать свою жену, а ты? Мы чуть не потеряли нашего ребёнка! Как ты можешь быть таким? – Минчжу начала колотить Ань Ю в грудь. – Ты хоть знаешь, как я перепугалась? Лицо Ань Ю наполнилось ещё большим одиночеством, когда он сказал: - Ребёнок у тебя в животе – это мой ребёнок, но Ань Юй тоже мой ребёнок. Минчжу, для меня это очень трудно. Глаза Минчжу округлились, а её ресницы задрожали со свисающими с них слезами. - Ань Ю, как ты можешь быть таким? Ты меня совсем не любишь. Ты всё ещё думаешь о Вэй Линсянь, вот почему ты так хорошо относишься к ребёнку Вэй Линсянь. Ты обещал мне, что будешь добрым ко мне всю жизнь. Ань Ю, ради тебя, я отказалась от своего статуса принцессы! Мне больше ни до чего не было, кроме тебя, так что не обращайся со мной подобным образом! – закричала Минчжу рыдая. Когда Ань Ю вспомнил, как Минчжу совершила ради него столь достойный восхищения поступок, он обнял Минчжу и начал утешать её: - Минчжу, я люблю тебя. Неужели тебе нужно, чтобы я вырвал своё сердце из груди, чтобы ты могла это увидеть? Ань Ю отстранился и посмотрел ей в глаза. - Ты сейчас беременна, поэтому слишком много думаешь обо всём. Минчжу, давай уедем, - уверенно сказал Ань Ю – Давай переедем из резиденции генерала. Минчжу был на мгновение ошарашена. - Ты хочешь переехать из резиденции генерала со мной? - Ты единственная в моём сердце. Ань Ю не сводил взгляда с Минчжу. Минчжу покачала головой. - Твоя матушка не согласится, но мне достаточно и того, что ты бы сделал это ради меня. Минчжу легла и улыбнулась сквозь слёзы. Естественно, Ань Ю был рад увидеть, что Минчжу действует по таким высоким принципам, и он поцеловал её в лоб. Когда Минчжу почувствовала горький запах лекарства изо рта Ань Ю, она нахмурилась. - Ань Ю, ты можешь перестать пить лекарство? – спросила Минчжу. – Я сейчас не могу выносить запаха лекарства. Ань Ю вспомнил о проблеме со своим телом, поэтому он замешкался на мгновение, прежде чем согласился. - Ладно. Тем временем, на другой стороне, Ли Няньлэй было очень неуютно, когда она обратилась к Нин Шу: - Матушка, я правда этого не делала. Мне нет причины делать что-либо подобное. Нин Шу с улыбкой сказала: - Конечно же я тебе верю. В будущем, когда будешь сталкиваться с Минчжу, постарайся просто избегать её. Когда Ли Няньлэй увидела, что её свекровь верит ей, она вздохнула с облегчением, а потом рассказала о том, что было в её мыслях. - Матушка, мне кажется, что я не нравлюсь тётушке. - Конечно. Возможно это потому, что ты счастлива, поэтому она завидует тебе, - прямолинейно ответила Нин Шу. Всё потому, что Ли Няньлэй обладала всем тем, чего не было у Минчжу. - Она мне завидует? Почему? Разве они со свёкром не влюблены друг в друга так сильно? – цвет лица Ли Няньлэй слегка изменился и она тут же извинилась. – Матушка, я это не специально. - Всё в порядке, - спокойно ответила Нин Шу. – Я не виню тебя и тебе тоже не нужно об этом волноваться. Главное – чтобы ты ладила с Ань Юем. Ли Няньлэй кивнула, а потом ушла. Как только Ли Няньлэй ушла, Нин Шу начала смеяться. Чем больше она об этом думала, тем смешнее ей это казалось. Что же сейчас делала Минчжу? Она использовала своего собственного ребёнка, чтобы подставить других только потому, что почувствовала зависть? Она завидовала тому факту, что Ли Няньлэй была главной женой, что Ли Няньлэй имела красивого и доблестного молодого мужа. Чего и следовало ожидать, все люди жадные. В изначальной истории Ань Юй был влюблён в Минчжу. Даже после того, как Ань Юй женился, он всё равно томился от любви к Минчжу, но Минчжу не было до этого дела. Вэй Линсянь испытывала невыносимую боль из-за того, что любила того, кто был для неё уже недосягаем, и все в резиденции генерала были на стороне Минчжу. Ань Ю любил её и Ань Юй тоже любил её. Минчжу, похоже, была единственным самым счастливым человеком во всей резиденции. Однако теперь появилась Ли Няньлэй, которая, по всей видимости, была любима мужем и всем нравилась. Минчжу завидовала ей и не хотела принимать этого, особенно учитывая то, что Ань Ю теперь ещё и не мог этим заниматься. Минчжу обладала деликатной и покорной личностью, поэтому ей нравились мужчины, которые возвышались над ней, словно боги. Ань Юй был моложе, чем Ань Ю, и его тело излучало сильные гормоны. Как и ожидалось, все проблемы возникают от того, что в постели всё проходит нехорошо. Нет ничего такого между главными мужчиной и женщиной, чего нельзя было бы решить раундом в постели. А если одного раунда недостаточно, тогда всё решит два раунда. И наблюдать за тем, как они мучают друг друга, было так приятно. Ей хотелось узнать, как долго протянет их истинная любовь. У всего в мире есть предел. Если они будут слишком сильно дуть, чтобы разжечь пламя, то от этого только потратят его ещё быстрее. ---------- На Седьмом Месяце Нин Шу радостно мурлыкала мелодию. Из-за того инцидента, в котором Минчжу оступилась, старая мадам сказала Минчжу не приходить в обеденный зал, потому что ей нужно сфокусироваться на защите ребёнка. Между женой своего внука и любовницей сына, она выбрала жену внука. Так как Минчжу перестала приходить, то вполне естественно, что Ань Ю остался составлять компанию Минчжу. Без вечно обиженного лица Минчжу, Нин Шу гораздо больше наслаждалась едой. Ань Юй вынужден был вернуться в армию Доходной Провинции. Прошёл месяц после свадьбы, поэтому ему пора было возвращаться в армию. Это было очень печально для молодожёнов. И хотя Ли Няньлэй не могла вынести расставания с Ань Юем, она не стала своевольно просить его остаться. Нин Шу одобрила возвращение Ань Юя в армию. Нынешний Ань Юй был гораздо более опытным, чем Ань Юй в изначальной истории. В этот раз ему уже не нужно было, чтобы Ань Ю спасал его на поле боя. Да и не было у отца с сыном особого конфликта из-за Минчжу. А значит, Ань Ю не умрёт, как в изначальной истории. Так как Ань Ю не умрёт, то и Минчжу, естественно, не покончит жизнь самоубийством. Жизнь – это так здорово, так что не умирайте. Пока Нин Шу размышляла о том, что она скоро покинет этот мир, пришла Чжу Эр, чтобы рассказать, что у Минчжу начались преждевременные роды. Минчжу была сейчас только на седьмом месяце беременности. Нин Шу не знала подробностей произошедшего. Она услышала, как служанка из двора Минчжу сказала, что Минчжу и Ань Ю поспорили, а потом Ань Ю толкнул Минчжу. Минчжу упала на пол и у неё тут же начала идти кровь. Когда Нин Шу узнала об этом: →_→ Умеют же они создавать беспорядки. Когда Нин Шу пришла во двор Минчжу, старая мадам уже ждала там, а из дома доносились крики боли Минчжу. Если у неё есть столько энергии на крики, то почему бы не использовать эту энергию на то, чтобы вытолкать ребёнка? Ань Ю стоял на коленях на земле, дёргая себя за волосы и ударяя себя по голове. - Это всё моя вина! Это всё моя вина! Нин Шу ничего не почувствовала, но всё равно изобразила беспокойство и утешила его: - С Минчжу всё будет в порядке. Старая мадам вздохнула. Она чувствовала, что этому ребёнку будет не так-то просто родиться благополучно. Ребёнку было всего семь месяцев, так что кто знает, выживет ли он вообще? - Аааа… Из комнаты донёсся ещё один пронзительный крик. Когда Ань Ю услышал этот звук, его глаза стали красными, и он начал колотить землю, словно дикий зверь. - Минчжу, прошу тебя, будь в порядке! – в агонии закричал Ань Ю. Губы Ань Ю дрожали. Во время беременности на лице Минчжу появилось несколько тёмных пятен. Ань Ю лишь небрежно упомянул об этом, но у Минчжу была невероятная реакция на это, и она начала плакать. Она обвинила Ань Ю в том, что он высказывает презрение к ней и всё ещё любит Вэй Линсянь. Поначалу Ань Ю всё ещё пытался терпеливо уговорить её и клялся, что в его сердце только она одна, но Минчжу всё равно не верила ему и продолжала рыдать, обвиняя Ань Ю. У Минчжу больше ничего не осталось. У неё не было семьи и её понизили до простолюдинки. Её младший брат уже больше не был её младшим братом, поэтому Ань Ю был её последней надеждой. Естественно, что ей нужно было крепко держаться за него. ---------- Могли Лишь Продолжать Жить "в Любви" С какой стороны ни посмотри, у Минчжу остался только Ань Ю. Она была бедной до такой степени, что Ань Ю был всем, что у неё было. Даже если она была немного недовольна Ань Ю, она всё равно никак не могла его бросить. Она стала зависимой от него. Минчжу уже довольно долго прожила в резиденции генерала. Между собой слуги смеялись над ней за то, что она отказалась от роли принцессы и настояла на том, чтобы стать чьей-то любовницей. Они смеялись над тем, что по природе своей она была просто мусором. В самом начале Минчжу возражала на это и даже ухмылялась, что эти люди совсем не понимают любви. Ради Ань Ю она даже не боялась смерти, поэтому, конечно же, её не заботил и статус. Однако чем больше времени она проводила в резиденции генерала, и чем больше этих слов она слышала, тем больше её сердце начинало колебаться. Жить в резиденции генерала было не так комфортабельно, как тогда, когда она была принцессой и ей приходилось ссориться из-за каждой горсти денег. Однако невозможно вернуть стрелу, которая уже вылетела из лука. У Минчжу теперь не оставалось иного выбора, кроме как оставаться с Ань Ю. Она теперь вела себя с Ань Ю ещё сильнее так, словно у них любовь-морковь, чтобы утешить саму себя и показать себе, что она не приняла неверное решение. Однако она всё равно чувствительно относилась ко всему и вела себя резко, чтобы проверить, действительно ли Ань Ю искренен с ней. И стоило только поведению Ань Ю слегка отклониться, как она тут же начинала чувствовать сожаление. Так что теперь Ань Ю и Минчжу были оба очень уставшими, но, так уж вышло, что они оба приняли решение продолжать вести себя так, словно они всё ещё очень влюблены друг в друга. Минчжу была не единственной, кто от много отказался. Ань Ю тоже многим пожертвовал. Его официальная карьера закончилась, и его коллеги смеялись у него за спиной, насмехаясь над его поспешными действиями. Он оскорбил императора и потерял императорское расположение всего лишь из-за женщины. Ради того, чтобы доказать всем, что он был прав, Ань Ю и Минчжу могли лишь продолжать жить "в любви". Нин Шу: Ну и зачем же всё так усложнять? Тц, тц… Звуки стонов Минчжу становились всё слабее с каждым вынесенным из дома тазиком окровавленной воды. Это было шокирующее зрение. Старая мадам закрыла глаза. Было ясно, что у неё уже осталось мало надежд на этого ребёнка. Нин Шу попросила Чжу Эр отнести женьшень акушерке, чтобы Минчжу его пососала. Женьшень усиливал выносливость, поэтому у Минчжу будет хотя бы достаточно энергии, чтобы родить ребёнка. Когда Ань Ю увидел, что Нин Шу достала женьшень, он на мгновение ошалел, а потом сказал: - Линсянь, спасибо тебе. Нин Шу лишь улыбнулась и ничего не сказала. Ли Няньлэй раздавала инструкции слугам, чтобы они кипятили воду и варили лекарство, но прошло уже много времени, поэтому она пришла разузнать. Она обеспокоенно посмотрела на Нин Шу. - Матушка, ребёнок ещё не родился? Нин Шу тоже нахмурила брови. В изначальной истории Минчжу умерла. Неужели Минчжу тоже сейчас умрёт? Нин Шу не хотела позволять Минчжу умереть. Как только она умрёт, то наверняка станет несмываемой отметкой из киновари в сердце Ань Ю. Только ежедневные взаимодействия позволяют увидеть недочёты друг в друге. Если человек умирает, тогда их хорошие моменты усиливаются и навсегда остаются в сердцах живущих. Нин Шу вернулась в свой двор и выписала рецепт, чтобы Чжу Эр принесла его. У Минчжу уже не было энергии кричать. Она чувствовала себя так, словно нож разрезает её желудок, а кто-то постоянно вливал ей в рот горькое лекарство. Минчжу чувствовала себя так, словно вот-вот умрёт. Она хотела повидать Ань Ю перед смертью, но из её рта исходил лишь слабый стон. Акушерка продолжала кричать ей, чтобы она тужилась. А Минчжу слушала голос Вэй Линсянь, доносящийся снаружи. В данный момент она нежно разговаривала с Ань Ю. ---------- Провела Минчжу Сеанс Акупунктуры Минчжу была очень зла. Ей было так больно от этих родов, но Ань Ю, оказывается, был с Вэй Линсянь. Если она умрёт, будет ли Ань Ю вообще помнить её? Когда Нин Шу увидела, что Минчжу всё ещё никак не может вытолкать ребёнка, она покачала головой, а потом специально повысила голос, чтобы прокричать: - Муж, с Минчжу всё будет в порядке! Я останусь с тобой до самого конца, пока Минчжу не родит ребёнка. Ань Ю уже был сам не свой от волнения. Когда он услышал, что его жена утешает его, его напряжение немного расслабилось, и он сказал: - Линсянь, я очень волнуюсь за Минчжу. Нин Шу: … Проваливай нахрен. И хватает же у него смелости говорить нечто подобное перед собственной женой! Похоже, что Ань Ю вообще нет никакого дела до чувств его жены. Роды заняли весь день, но Минчжу, наконец, вытолкала ребёнка. Это была хилая и тощая девочка. Всё её тело было в синяках. Тело Минчжу было деликатным, поэтому её таз был маленьким. К тому же, этот ребёнок ещё был преждевременным, поэтому роды были очень трудными. Когда старая мадам увидела этого ребёнка, похожего на котёнка в пелёнках, которая слабо дышала и плакала, словно новорожденный котёнок, старая мадам вздохнула. Ань Ю даже не взглянул на ребёнка и лишь хотел ворваться в комнату, наполненную запахом крови, но старая мадам его остановила. Нин Шу вошла внутрь, чтобы взглянуть и обнаружила, что лицо Минчжу было крайне бледным, потому она тайком провела Минчжу небольшой сеанс акупунктуры. Конечно же, теперь она делала это ради чего-то хорошего. Она помогала остановить кровотечение. Нин Шу твёрдо верила, что смерть – это ничто. А вот жить и теперь всё – вот это было поистине болезненно. В изначальной истории Минчжу и Ань Ю умерли, и это был конец их истории. Их даже похоронили вместе. Однако Вэй Линсянь пришлось жить и страдать из-за этого каждый последующий день. Родившаяся девочка была просто слишком мала, поэтому у неё даже не хватало сил сосать молоко. И хотя у них была кормилица, девочка не могла есть сама, поэтому кормилице пришлось сцеживать своё молоко. Ли Няньлэй пришлось кормить ребёнка по чуть-чуть. Девочка легко могла поперхнуться, поэтому каждый раз, когда Ли Няньлэй кормила её, она всегда очень нервничала и беспокоилась, что с ребёнком что-нибудь случится. Когда Минчжу очнулась, она тут же стала спрашивать о ребёнке. Когда она увидела насколько слабой была девочка, она начала плакать и винить Ань Ю. Ань Ю чувствовал ответственность за то, что произошло с Минчжу, но теперь, когда Минчжу была в порядке и снова начала кричать на него, он начал чувствовать утомлённость. Когда он увидел свою хилую дочь, он почувствовал ещё большую усталость. Старая мадам знала, что Минчжу была не из тех, кто сможет позаботиться о ребёнке. Если бы они действительно позволили Минчжу присматривать за ребёнком, то ребёнок, вероятно, точно бы умер, поэтому она забрала ребёнка, чтобы лично присматривать за ним. Она попросила помощи у Нин Шу и Ли Няньлэй. Поступок старой мадам заставил Минчжу почувствовать, что она словно разваливается на части. Кто-то другой будет растить её ребёнка, и этим человеком будет сама Вэй Линсянь! Минчжу была очень обижена и она начала рыдать, говоря Ань Ю, чтобы он вернул ей ребёнка. Ань Ю объяснил, что ребёнок сейчас находится в опасной ситуации, и сказал, что будет лучше подождать, пока девочке не станет лучше, прежде чем приносить её. Более того, здоровье Минчжу сейчас тоже было не очень хорошим, поэтому у неё не хватит сил присматривать за ребёнком. Когда Минчжу услышала отказ Ань Ю, она начала плакать ещё сильнее, словно у неё было разбито сердце, и стала обвинять Ань Ю в том, что он отрывает её от собственной дочери. Она обвинила Ань Ю в том, что он благоволит Вэй Линсянь. Ань Ю чувствовал себя очень беспомощным. Он мог лишь крепко обнимать Минчжу и говорить, что он любит Минчжу, что он любит только Минчжу. Эти три слова всегда парили возле его губ. Минчжу почувствовала, что у неё разбито сердце, потому что Ань Ю отказывался принести ей их ребёнка, поэтому она откинула одеяла в сторону и побежала, босиком, во внутренние покои, во двор старой мадам. А потом она рухнула на колени перед старой мадам. Нин Шу: … А твоим ногам не больно? И она, к тому же, ещё находилась в послеродовом периоде? А ничего, что она так относится к собственному телу? Когда Минчжу увидела, что Нин Шу держит её ребёнка, в её сердце воспылал пламенный гнев. Она решила, что Вэй Линсянь пытается похитить её ребёнка. - Старая мадам, прошу, верните мне моего ребёнка. Я не могу её потерять! – слёзы текли по лицу Минчжу, когда она в жалобной манере стояла на коленях перед старой мадам. – Старая мадам, прошу, не разделяйте нас, мать и дочь. Старая мадам поперхнулась и чуть не умерла прямо на месте от гнева. Её глаза округлились, когда она уставилась на Минчжу. Она даже не знала, что сказать. Нин Шу подумала, что мозги Минчжу поистине были сложены иначе. Сможет ли она действительно как нужно позаботиться о своей дочери в таком состоянии? ---------- Да Что Она За Человек Такой? Минчжу настаивала на том, чтобы ей вернули ребёнка. Она игнорировала тот факт, что её тело всё ещё было слабым после рождения, и она стояла на коленях и билась головой о пол, словно не чувствовала никакой боли. Она продолжала молить без остановки, упрашивая старую мадам, чтобы та отдала ей ребёнка. Казалось, что она в такой беспомощной боли, что вот-вот умрёт от обиды. Нин Шу почувствовала влажное тепло. Девочка обмочилась. Она начала реветь, но крики были слабыми и короткими, словно всхлипывания. От этого звука сердца людей сжались от боли. Нин Шу и Ли Няньлэй поспешили сменить ребёнку пелёнки. Когда Минчжу видела, что её дочь плачет, у неё ещё больше полились слёзы, и она распласталась перед старой мадам со словами: - Старая мадам, я вас умоляю! Прошу, сжальтесь надо мной и не разделяйте мать и дочь. Моё дитя ещё так мало! Ей нельзя покидать меня! Старая мадам: … Нин Шу: … Ли Няньлэй: … В любом случае, Нин Шу понятия не имела, о чём думает Минчжу. Основываясь на обычаях, главная жена считалась легальной матерью ребёнка, поэтому она имела полное право забрать ребёнка, как только он родится. Минчжу была не более чем любовницей, поэтому у неё не было никакого права воспитывать этого ребёнка. Более того, этот ребёнок был очень слаб. Все понимали, что Минчжу не сможет присматривать за этим ребёнком. Однако Минчжу каким-то образом пришла в голову мысль, что остальная часть семьи хочет украсть её ребёнка. И понять, как работает её голова, не представлялось возможным. Старая мадам оперлась о свою клюку и холодно сказала: - Катись туда, откуда ты выкатилась. Хватит тут шумиху поднимать. Глаза Минчжу округлились от недоверия, а потом она закричала: - Старая мадам, у вас же тоже есть сын! Как вы можете быть такой бессердечной, что разделяете мать и дочь? Нин Шу потёрла лоб. И почему Ань Ю всё ещё не показался? Это было просто невыносимо. Подобные люди жили лишь в своём собственно мире. И не важно, что им говорят другие люди, слова до них не доходят. Прибежал Ань Ю. Когда он увидел, что всё тело Минчжу дрожит, а сама она распласталась в поклоне, он поспешил помочь ей подняться. Минчжу всхлипнула и сказала Ань Ю: - Ань Ю, ты можешь помочь мне вернуть нашего ребёнка? Ведь это наш ребёнок! Ань Ю потёр висок и усталым голосом сказал: - Матушка не пытается украсть нашего ребёнка. Этот ребёнок ведь и её внучка тоже, так что матушка ни за что ей не навредит. Девочка сейчас очень слаба, поэтому матушка помогает присматривать за ней. Тебе сначала нужно отдохнуть и восстановиться. Минчжу закусила свои бледные губы, глядя на Ань Ю с тихим обвинением во взгляде. Было ясно, что она чувствовала обиду, потому что Ань Ю не был на её стороне. Ань Ю унёс Минчжу. Минчжу всю дорогу всё ещё пыталась вырваться. Старая мадам вздохнула. - Да что она за человек такой? Нин Шу лишь тихо улыбнулась. Минчжу была наивной и простодушной, невежественной о том, как устроен мир. Однако, когда она даже не могла определить разницу между самыми базовыми правильными и неправильными вещами, это неизбежно приводит ко множеству конфликтов. После этого Минчжу каждые несколько дней прибегала на поиски старой мадам, настаивая на том, чтобы старая мадам вернула ей дочь. Она не сфокусировалась на восстановлении, как полагается, и падала на колени из-за каждой мелочи, а потом билась головой о пол. Старая мадам была так зла, что у неё практически постоянно болела голова. Хорошей новостью было то, что девочка теперь могла самостоятельно пить молоко. Изначально старая мадам планировала отдать ребёнка Минчжу, как только девочка станет немного здоровее, но после того, как она своими глазами увидела поведение Минчжу, она решила сама присматривать за ребёнком. Она крайне беспокоилась о том, что девочка вырастет такой же, как Минчжу. Резиденция генерала не могла позволить себе подобное унижение. Хоть она и не была дочь главного рода, она всё равно не могла позволить ей портить репутацию резиденции генерала. И вот так старая мадам решительно настроилась на то, чтобы не отдавать ребёнка Минчжу, отчего Минчжу подняла ещё больший крик. Она спорила с Ань Ю почти каждый день, требуя от него, чтобы он вернул ребёнка. ---------- Влюбиться Легко, Но С одной стороны была его мать, с другой стороны – женщина, которую он любил. Однако старая мадам уже и так всё очень ясно объяснила. Ребёнок был очень слаб. Старая мадам делала это, чтобы помочь. Старая мадам и так уже была довольно старой. А присматривать за ребёнком в таком возрасте было очень утомительно для неё, но Минчжу настаивала на том, чтобы спорить с ней. Ань Ю совсем не знал, что делать. Ань Ю теперь уже был совсем на грани от подобных пыток поведением Минчжу, и редко когда уже заходил во двор Минчжу. Он постоянно избегал Минчжу, боясь, что она снова начнёт ссориться. Он не знал, что делать с Минчжу, потому что она только и делала, что плакала всё время. Спустя месяц после рождения Минчжу стала ещё более жалобно прекрасной, чем раньше. Она выглядела такой деликатной, словно её может сдуть даже порывом ветра, а её лицо было смертельно бледным без единого следа крови. Нин Шу действительно считала, что одного очень сильного порыва ветра может хватить, чтобы унести Минчжу. Зачем же пытать себя до такой степени? Зачем настаивать на том, чтобы искать боль? В любом случае, Нин Шу не могла понять, о чём думают главные женщины. Жизнь и без того была такой трудной, так зачем же столь настойчиво делать её ещё сложнее для себя? Доктор диагностировал, что Ли Няньлэй забеременела. Старая мадам была очень рада, потому что это был её первый правнук. Нин Шу тоже была очень рада. Она чувствовала себя так, словно действительно постарела. Она уже стала бабушкой. Когда Минчжу услышала эти вести, она тут же снова примчалась, потому что снова вспомнила о своей дочери. На протяжении этого месяца она постоянно плакала, отчего её взгляд был постоянно затуманенным от слёз. Теперь у неё иногда неконтролируемо лились слёзы, и, когда лишь немного поднимался ветер, её глазам было неуютно. Прошло уже два месяца с тех пор, как Минчжу родила, но Минчжу и Ань Ю совсем не общались. Минчжу всё это время была погружена в дело с её дочерью, и теперь внезапно очнулась и начала нежно липнуть к Ань Ю. Всё это время Минчжу постоянно создавала шумиху, поэтому, когда она внезапно прекратила, Ань Ю тоже был очень рад. Когда их влечение увеличилось до определённой точки, у них, естественно, началась интимная близость. Ань Ю пил лекарства почти целый год, но всё равно закончил очень быстро. От того, что он так быстро кончил, тело Минчжу совсем застыло. Минчжу озлобленно оттолкнула Ань Ю, а потом развернулась спиной к Ань Ю. Ань Ю раздражённо потёр свой лоб. Да что же не так с его телом? Ань Ю чувствовал, как по его достоинству топчутся, когда Минчжу продемонстрировала своё явное презрение к нему. Они больше не могли смотреть друг на друга. Ань Ю оделся и ушёл, а Минчжу снова начала тихо плакать. На следующий день, когда Нин Шу увидела жёлтое и болезненное лицо Ань Ю и лицо Минчжу, полное молчаливого обвинения, она лишь рассмеялась. А потом она начала разговаривать с Ли Няньлэй, игнорируя эту парочку, которая поссорилась в постели. Старая мадам рассказывала Ли Няньлэй о тех вещах, на которые нужно обратить внимание во время периода беременности, и Ли Няньлэй с улыбкой кивала. Когда Ань Ю только вошёл, он увидел эту гармоничную сцену, но она, похоже, не имела к нему никакого отношения. Когда он вошёл, его семья лишь мельком глянула на него, прежде чем вернуться к своим собственным беседам. Никто не обратил на него внимания. Ань Ю чувствовал себя беспомощным и злым. Нин Шу увидела, что Минчжу и Ань Ю даже не смотрели друг на друга на протяжении всего завтрака. На лице Минчжу читалось изнеможение, а ещё были слабые следы онемения. Вот почему говорят, что влюбиться легко, но вот оставаться влюблёнными – сложно. Любовь была хрупкой и легко могла измениться. Одной только крошечной неудачи было достаточно, чтобы изменить любовь. После завтрака Нин Шу вернулась в свой двор, а потом услышала голос 2333. - Динь, задание завершено. Покидаем мир задания. Нин Шу слабо улыбнулась. Она наконец-то покидала этот мир. Её голова закружилась, а когда она снова открыла глаза, она уже вернулась в системное пространство. Первым делом она легла на постель и уснула. После пробуждения она снова начала тренироваться до тех пор, пока её душа не окрепла, после чего взяла лейку, чтобы полить дерево-бонсай. Пока она смотрела на то, как капли воды медленно стекают с зелёных листьев, она почувствовала, как её сердце постепенно успокаивается. ---------- Эффект Более Высокого Интеллекта - 2333, давай проверим, сколько очков мы получили в этот раз. Нин Шу всё ещё была обеспокоена тем, смогла ли она правильно угадать чувства Вэй Линсянь или нет. Она уже сделала всё, что было в её силах, чтобы спасти резиденцию генерала и позволить двоим детям Вэй Линсянь получить хорошие жизни. - Ладно, - сказал 2333. Перед Нин Шу появилась панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 50000 (+250000) Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 85 Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 40 Вера: 1 Способность: 26 Заслуги: 35 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао) Выполнено задание Вэй Линсянь. Степень Завершения Задания: 100% Получено Очков Атрибутов: 30 Нин Шу была очень приятно удивлена. В этот раз она получила двести пятьдесят тысяч очков опыта и тридцать очков атрибутов. Это было впервые, когда она получала так много очков опыта, а так же – первый раз, когда она вообще получала так много очков атрибутов в одном задании. Нин Шу вздохнула. Это означало, что Вэй Линсянь согласилась на то, как она со всем справилась. На заданиях, ей действительно нужно как можно больше думать обо всём с точки зрения именно изначального хоста Вслед за этим Нин Шу пришла к осознанию, насколько важным действительно был интеллект, поэтому она добавила очки атрибутов в интеллект и боевые искусства. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 50000 (+250000) Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 85 (+15) Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 40 (+15) Вера: 1 Способность: 26 Заслуги: 35 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао) Нин Шу добавила пятнадцать очков в интеллект, но ничего не почувствовала. Она взяла книгу с полки и начала её читать. Те вещи, которые прежде ей было сложно понять, теперь казались гораздо легче. Её лицо больше не морщилось в изумлении, когда она читала. Неужели это был эффект более высокого интеллекта? Что ей теперь было легче осознавать и понимать разные вещи? Похоже, что она не зря потратила все те очки атрибутов. Нин Шу спросила у 2333: - А у меня теперь высокий интеллект? Какой верхний предел для интеллекта? 2333: - Ха-ха… ---------- Уйдите Прочь, Проклятые Деньги - Что ты имеешь в виду под этим "ха-ха"? Нин Шу чувствовала, что система над ней насмехается. 2333 сказал: - Твой интеллект далеко не настолько высок. Среди получателей заданий ты, вероятно, почти на самом дне. Вообще-то, вероятно, это и есть дно. Стандартный уровень интеллекта – это 500, но твой интеллект? Ха. Ха. Ха. Какого хрена? Это означает, что она слабоумная, отсталая? Сердце Нин Шу, которое только что почувствовало немного гордости, тут же остыло. А потом она начала листать системный рынок, чтобы купить воду, питательные пилюли и базовые медикаменты. Когда она увидела, что у неё триста тысяч очков опыта, она начала обдумывать то, что могла бы на них купить. Однако, когда она увидела, что цены на системном рынке легко достигают нескольких миллионов очков, она могла лишь с желанием смотреть на них, особенно когда увидела один талисман. Этот талисман мог помочь получателю задания заблокировать один раз смертельную атаку. Это буквально был спасательный круг. С таким предметом, даже если она получит смертельный удар во время задания, её душа не будет уничтожена из-за того, что её убили во время задания. Она не окажется в таком же положении, как та получатель задания, с которой она сталкивалась раньше. У Нин Шу невольно потекла слюна, когда она уставилась на этот талисман. Однако его можно было обменять только на очки заслуг, и он стоил сорок очков заслуг. А у неё сейчас было только тридцать пять очков. Ей нужно было ещё пять. Однако не похоже было, что очки заслуг можно купить за очки опыта. Даже система не знал, как считаются очки заслуг. Иногда она получала очки заслуг за задание, а иногда – нет. Например, за задание Вэй Линсянь она не получила ни одного очка заслуг. Когда у неё будет достаточно очков заслуг, она обязательно обменяет их на защитный талисман. Однако она считала, что сорок очков заслуг – это немного дороговато. Это было очень уж дорого. Она уже выполнила так много заданий, но до сих пор смогла заработать лишь тридцать пять очков заслуг. Однако, раз этот талисман мог спасти ей жизнь, то оно того стоило. Нин Шу села на пол и начала медитировать. Она чувствовала, что её душа стала ещё сильнее, чем раньше. Теперь, когда она касалась своей души, она чувствовала слабое ощущение, которое немного было похоже на кожу. Она невольно задумалась о том, сможет ли она воссоздать тело. Однако, как бы там ни было, не было никакого вреда в том, чтобы иметь более сильную душу. Потому что так, она не будет настолько подвержена чувствам изначального хоста. Нин Шу лениво потянулась, а потом сказала 2333: - Давай начнём следующее задание. - Ладно. В голове у Нин Шу загудело. Она открыла глаза только когда её душа полностью настроилась. Яркий свет пронзил её глаза, поэтому она подняла руку, чтобы заблокировать свет. После этого она начала крутить свою руку во все стороны, чтобы изучить её. Эта рука была просто слишком красивой. Пальцы были тонкими и изысканными, словно они были вырезаны из нефрита, а ногти блестели. Это была крайне элегантная рука. НО. Это явно была мужская рука, потому что она была такой широкой. Нин Шу похлопала себя по груди. Грудь там была, но плоская. Какого хрена? Как она опять стала мужчиной?! Когда она пощупала себя внизу, то совершенно потеряла надежду. Она огляделась и оценила оформление в комнате. Она была оформлена в стиле сдержанной роскоши. Каждый предмет был несравненно изысканным. Было ясно, что у изначального хоста есть много денег. Более того, эта постель была очень большой. Внезапно в голове Нин Шу всплыли конкретные фразы: "Каждое утро я просыпаюсь на постели в шесть квадратных метров." и "Уйдите прочь, проклятые деньги." - 2333, как так вышло, что я стала мужчиной? – спросила Нин Шу. Ладно если в прошлый раз он переместил её по ошибке, но почему в этот раз она снова стала мужчиной? 2333 даже не пискнул, поэтому Нин Шу снова закричала: - Эй, Система 2333-сама, что тут вообще происходит? 2333 все равно не издал ни звука. Нин Шу: →_→ Какого чёрта, он там умер, что ли? Нин Шу покричала ещё пару раз, но система словно совсем умер, поэтому она сдалась и решила сначала получить историю. Однако, когда она увидела историю, то почувствовала себя ещё хуже. Изначального хоста звали Гун Ло. Он был председателем Семейной Корпорации Гун в городе В. Семейная Корпорация Гун была очень влиятельна в городе В и практически контролировала город. Гун Ло, естественно, был богатым наследником, который родился в алмазах. Он был красив и богат, поэтому легко очаровывал женщин в диапазоне от восьми до восьмидесяти восьми лет. К тому же, интеллект изначального хоста был крайне высок. После того, как он унаследовал Семейную Корпорацию Гун, эта корпорация стала ещё сильнее и семья Гун выросла до вершины аристократического мира. Естественно, подобный мужчина сводил женщин с ума. Гун Ло был мужчиной, который имел всю любовь мира. Однако был один момент, от которого у Нин Шу очень сильно болела голова. Это был тот факт, что Гун Ло был главным мужчиной этого мира. Он был грёбанным главным мужчиной! Почему же тогда персонаж вроде него просит о контратаке? Нин Шу почувствовала себя так, словно она всё дальше и дальше убегает по неизвестной кривой дорожке. Этому главному мужчине уже была дана самая высочайшая роль из возможных. Какого хрена он всё ещё был неудовлетворён? Нин Шу была на сто процентов уверена в том, что её переместило не в тот мир. Более того, от этой истории ей очень-очень сильно хотелось умереть. ---------- Ошеломлена Красотой Это была история о безумной любви, которая была настолько приторной, что от неё практически выпадали зубы. Главная женщина, Ань Нуань, столкнулась с тем, что её парень изменил ей с её хорошей подругой. В порыве задетого самолюбия, она решила найти мужчину по вызову, чтобы он лишил её девственности. В итоге, она переспала с Гун Ло, а когда на следующий день пошла на работу, то обнаружила, что тем мужчиной по вызову оказался её начальник. И не только это, он ещё был председателем компании. После этого началась крайне сладкая история. Прежде чем Ань Нуань успела что-либо сообразить, они уже подписали брачный сертификат, а потом началась сладкая как мёд история о баловании жены. На протяжении этой истории, когда появлялись какие-нибудь люди, собирающиеся создавать проблемы, Гун Ло, быстро разбирался со всеми. Нин Шу потёрла лоб. Она просто никак не могла понять, как такому надменному председателю вообще могла понравиться крайне обычная женщина, которая изменяла своему парню. Эта девушка отказывалась спать со своим парнем, а когда её парень изменил ей, она решила найти мужчину по вызову, чтобы лишиться девственности. Когда она была со своим парнем, она охраняла своё тело, словно драгоценный нефрит, но, как только её парень изменил ей, она тут же словно сорвалась с цепей и отправилась на поиски мужчины по вызову. К тому же, Гун Ло даже настаивал на том, что эта женщина была для него той самой единственной, которую он безумно любил без конца. От этого чувство логики Нин Шу практически захотело умереть. Возможно даже, что девственность главной женщины сохранялась как раз ради Гун Ло, этого главного мужчины. Нин Шу мысленно зажгла свечку за бывшего парня Ань Нуань. Ему никогда не было суждено заполучить тело главной женщины. Нин Шу могла лишь вздохнуть. Девушки же должны защищать себя, так зачем она отправилась на поиски мужчины по вызову? А что если бы у него была какая-нибудь болезнь? А что если бы она забеременела? Неужели она бы заставила мужчину по вызову взять на себя ответственность? Нельзя же сказать, что девушка сможет переспать с богатым и красивым парнем, как только она перешагнёт порог дома. Более того, даже если она переспит с таким парнем, нет никакой гарантии, что он возьмёт на себя ответственность. Однако Гун Ло обращался с Ань Нуань крайне хорошо. Он обращался с ней так хорошо, что все женщины завидовали Ань Нуань. Это была история об обычной женщине и председателе. Тиранический председатель влюбился в меня. Гун Ло был очень умным мужчиной, но, когда он сталкивался с Ань Нуань, то он безоговорочно любил её до безумия. Он был словно марионетка, потому что делал всё что мог, чтобы хорошо относиться к Ань Нуань. Он относился к Ань Нуань так, словно она была всей его жизнью. Гун Ло чувствовал, что тут что-то не так, но, когда он сталкивался с Ань Нуань, его сердце смягчалось, и он ничего не мог поделать, кроме как любить её. Даже когда между ними возникали какие-то недопонимания, они все легко решались. Гун Ло чувствовал себя всего лишь марионеткой. Он всегда делал какие-то несуразные вещи ради Ань Нуань, вроде погони за сбежавшей женой или покупки полного дома брильянтовых колец. Гун Ло чувствовал себя сломанным каждый раз, как сталкивался с Ань Нуань. Нин Шу почувствовала, что это как раз именно то, чем и была любовь. Так как он переспал с ней, то, конечно же, он должен взять на себя ответственность за неё, нет? Гун Ло чувствовал, словно им управляет какая-то неизвестная сила. Он даже чувствовал, что Небеса насильно спихивают на него эту женщину. Гун Ло не знал, действительно ли он был так глубоко влюблён или нет, но его сердце подсказывало ему, что это наверняка Ань Нуань. Изначально у Гун Ло была невеста, но он, в итоге, женился на Ань Нуань. Таким образом, невеста вполне естественно стала пушечным мясом. Нин Шу решила, что она должна была стать этой невестой пушечным мясом, а не этим великим главным мужчиной. Какого же хрена тогда произошло? В данный момент Гун Ло просто хотел освободиться от этой силы, которая его контролировала. Гун Ло был очень гордым мужчиной, поэтому он никак не мог принять любовь, в которой он оказывается тем, кого контролируют. Даже если эта Ань Нуань действительно нравилась ему, даже если он любил эту Ань Нуань, это всё равно должно было происходить по его собственному согласию, а не потому, что его контролировала какая-то посторонняя сила. Нин Шу почесала голову. Охо-хо-хо, так ей теперь предстоит сражаться против небесного закона? Она отказывается! Она 100% отказывается! Но в данный момент система 2333-сама исчез, поэтому она не могла вернуться. Даже если она не хотела брать это задание, у неё не оставалось иного выбора, кроме как принять его. Нин Шу почувствовала себя очень уставшей. Она никогда раньше не сталкивалась с таким троллингом от системы. Она почувствовала себя так, словно никогда больше не сможет полюбить. Даже Гун Ло не смог освободиться от этой истории, так как же ей этого добиться? Нин Шу вытерла лицо, а потом встала и пошла в душ. Она посмотрела на своё тело и обнаружила, что оно было крепко сложено и обладало точёным прессом, который был слишком идеален. Его инструмент тоже выглядел здоровым и сильным. Да ещё и его лицо. Шелковистые чёрные волосы обрамляли его изысканную линию подбородка и глубокие, чарующие чёрные глаза. Нин Шу была ошеломлена этой красотой. Касаясь этого мужского тела, Нин Шу наконец-то закончила мыться в душе и переоделась в деловой костюм. Когда она снова глянула в зеркало, у неё чуть не потекла слюна. В костюме это тело выглядело ещё более высоким и красивым. Оно излучало сдержанную ауру, которая заставляла людей хотеть, чтобы он их покорил. Нин Шу спустилась по лестнице и служанка, тётушка Ли, сказала Нин Шу: - Сэр, ваш кофе готов. ---------- Если Она Не Переспит с Ань Нуань Нин Шу села на диван и стала просматривать газету. Она сделала глоток чертовски горького кофе и причмокнула губами, откинувшись на диване. Так как она должна освободиться от изначальной истории, тогда ей всего лишь нужно проследить за тем, что она не переспит с Ань Нуань. Верно, просто не спать с Ань Нуань. После завтрака, Нин Шу отправилась на работу, только сейчас осознав, что с её интеллектом, она не сможет справиться с делами компании должным образом. Поначалу она была немного ошеломлена всей этой работой. Как же именно Гун Ло умудрялся управлять делами компании, и при этом заниматься романтикой? Каждый раз, когда с Ань Нуань что-нибудь происходило, Гун Ло тут же бросал то, над чем работал. Если что-то происходило с Ань Нуань, когда у него было совещание, то он даже заходил настолько далеко, что останавливал совещание. Всё было так, словно после появления Ань Нуань, в жизни Гун Ло осталась лишь Ань Нуань и ничего кроме Ань Нуань. Нин Шу твёрдо верила, что в отношении любви, если тебе кто-то нравится, то тебе нужно старательно работать, дабы соответствовать человеку, который тебе нравится, чтобы вы стали хорошей парой. Ань Нуань была очень обычной девушкой. Окружение, в котором она выросла, совершенно отличалось от окружения, в котором вырос Гун Ло, и контактировала она совершенно с другими людьми. Поэтому они совершенно по-разному разбирались с теми вещами, с которыми сталкивались. Каким же образом у них должна быть взаимная любовь и понимание, когда их мировоззрение было таким разным? В этой романтической истории, Гун Ло был единственным, кто бесконечно вкладывал время и усилия, в то время как Ань Нуань беспечно жила под крылом Гун Ло. В этой жизни Ань Нуань нужно было делать лишь одно – это позволять Гун Ло обожать её, а потом обожать её ещё больше. У Нин Шу немного кружилась голова, к тому времени, как она закончила делать всё, что нужно было сделать до полудня. Если бы не секретари, то она бы склонилась в поражении перед этой горой документов. Она почувствовала себя немного уставшей, поэтому отправилась в спальню рядом с кабинетом, чтобы немного отдохнуть. Она села на постель и начала медитировать, чтобы проверить, сможет ли она культивировать в этом мире. После того, как она немного покультивировала, она почувствовала себя более посвежевшей, но она не смогла собрать никакой энергии, чтобы из неё можно было что-то сформировать. Этот мир изначально не подходил для культивации, так как закон этого мира ограничивал подобные вещи. Более того, тут было недостаточно духовной энергии. Однако, если она могла усилить тело, то этого было достаточно. Когда она вышла из комнаты и увидела новую гору документов на столе, она начала ощущать головную боль. Теперь она в полной мере осознала, насколько ужасным был её интеллект. Похоже, что в будущем ей придётся добавить ещё больше очков атрибутов в интеллекта, а иначе последующие задания действительно окажутся для неё слишком сложными, чтобы она смогла с ними управиться. Нин Шу решила отправиться вечером в бар, чтобы посмотреть, что произойдёт с историей, если она не переспит с Ань Нуань. Тем вечером весь город был освещён искусственными огнями, когда Нин Шу приехала к бару. Когда она вошла внутрь, её накрыло громкой музыкой. Все внутри крутились и энергично двигали своими телами. Возможно это тело действительно привлекало слишком много внимания, потому что, как только она вошла внутрь, к ней подошла толпа женщин, чтобы окружить её. К ней даже стали подходить некоторые мужчины. Охренеть, этот папочка не занимается юри или яоем! Нин Шу обнаружила Ань Нуань, сидящую в углу и пьющую вино в одиночестве. Пока она пила, она продолжала проклинать своего дрянного бывшего парня. Нин Шу посмотрела на Ань Нуань. Она не была особо красивой, но она обладала чистой аурой, от которой людям было с ней уютно. Она была чистой и нежной красоткой. Нин Шу не стала подходить к Ань Нуань, но она не увидела, чтобы Ань Нуань подыскивала себе мужчину по вызову. Когда кто-то пытался подкатывать к ней, Ань Нуань кричала на этого человека до тех пор, пока он не уходил. История изменилась?! ---------- Переспать Или Не Переспать Нин Шу просто стала наблюдать за Ань Нуань, скрываясь неподалёку. Она наблюдала за тем, как Ань Нуань весь вечер пьёт, а потом уходит из бара. Нин Шу проследовала за ней и увидела, как так садится в такси. Пока Нин Шу наблюдала за удаляющимся такси, у неё появилось дурное предчувствие. Возможно ей придётся склониться перед поражением в этом задании. Следующие несколько дней Нин Шу продолжала приходить в этот бар. И каждый раз, когда она приходила туда, Ань Нуань всегда была там и каждый раз пила всё больше. Она всегда ругалась о той подлой парочке. Было ясно, что она очень злилась на своего бывшего парня и свою подругу. Однако Нин Шу так и не обнаружила никаких признаков того, что Ань Нуань ищет себе мужчину по вызову. Охренеть. Наконец, Нин Шу поняла в чём была проблема. Если она не свяжется с Ань Нуань, то история продолжит пребывать в таком состоянии и не продвинется дальше. История началась с того, что Ань Нуань и Гун Ло переспали. И тогда всё начало развиваться. Но сейчас между ней и Ань Нуань не было никакой связи, поэтому история продолжала буксовать на месте. Нин Шу осознала очень опасную вероятность, что если она не переспит с Ань Нуань, то история не продвинется вперёд и она не сможет завершить задание. Ей придётся навеки остаться в этом мире, пока её душа и жизнь полностью не потратятся. Но, если она переспит с Ань Нуань, то история попытается заставить её быть с Ань Нуань. Ну и как ей тогда освободиться от сюжета этой истории? Нин Шу чувствовала, что на самом деле, Гун Ло хотел лишь освободиться от этой Ань Нуань. Однако сильная сюжетная история оставляла Гун Ло совершенно беспомощным. Он даже чувствовал, что любит Ань Нуань без какого либо собственного достоинства. Гун Ло был хладнокровным и дальновидным типом, но после встречи с Ань Нуань, он чувствовал себя так, словно растерял весь вой интеллект. Всё, что он делал – было таким ребячеством. Влюблённые люди поистине вынуждены попрощаться со своим IQ. Так должна ли она переспать с ней, или нет? Спать или нет? Спать или нет? Спать или нет… Если она не переспит с ней, то история не сдвинется с места, а это будет означать, что она навсегда застрянет в этой истории, пока её душа не выгорит. Это всё равно, что ждать смерти. Но, если она переспит с ней, то ей определённо придётся взять на себя ответственность, как и в изначальной истории. Если это произойдёт, то как же ей тогда изменить историю? Так должна ли она переспать с ней, или нет? Спать или нет? Спать или нет? Спать или нет… Использовать мужское тело, чтобы переспать с девушкой? Нин Шу начала драть на себе волосы. Я выбираю просто умереть. Нин Шу подошла к Ань Нуань с бокалом вина и села рядом с ней. Ань Нуань уже была немного навеселе. Когда она увидела, что перед ней появился мужчина, её выражение лица стало холодным. - Уходи. Мне не нужны твои услуги. Нин Шу ничего не сказала. Ань Нуань обернулась и увидела, что рядом с ней сидит мужчина. Он был высоким и очень красивым. Одного только его профиля было достаточно, чтобы перехватило дыхание, а его глаза были особенно чарующими в этом тёмном баре. Он выглядел величественно и благородно. Ань Нуань положила руку на плечо Нин Ну и сказала: - Почему же ты занимаешься подобной работой, с такой-то хорошей внешностью, как у тебя? Когда Ань Нуань посмотрела на этого мужчину, она вспомнила своего бывшего, который бесстыдно изменил ей с её подругой. Они даже продолжили вести себя перед ней словно сладкая парочка, и тот дрянной мужчина даже сказал, что она просто прикидывается скромницей. ---------- Сегодня Ты Будешь Обслуживать Меня - Сколько берёшь за ночь? Я тебя беру, - сказала Ань Нуань, после некоторых колебаний. - Пфф… Кхе-кхе-кхе… Нин Шу чуть не заплакала от того, что поперхнулась. Какого хрена? Даже главная женщина была придирчивой? Прежде чем появилась Нин Шу, главная женщина даже не смотрела на мужчин по вызову, но, стоило только ей появиться, как её приняли за мужчину по вызову и главная женщина даже захотела нанять её на ночь. Нин Шу прочистила горло, а потом выдала ответ, достойный тиранического председателя: - Женщина, ты не можешь себе позволить ту цену, что я беру за ночь. Я очень дорого стою. Ань Нуань закатила глаза, глядя на Нин Шу, а потом продолжила глотать вино. Выдавив отрыжку, она невнятно промямлила: - Я беру тебя на ночь. После этих слов Ань Нуань неопытно обняла своими руками шею Нин Шу. - Разве это не то, что ты должен делать на работе? Когда Нин Шу накрыло сильным запахом алкоголя, идущим от тела Ань Нуань, она невольно задумалась о том, как же Гун Ло умудрился развлечься с этой женщиной тогда. Это же была пьяница, чьё тело излучало запах алкоголя. Видимо, его желание было просто аномально сильным. Нин Шу хотела отодрать от себя руки Ань Нуань, но Ань Нуань продолжала крепко обнимать её за шею и практически повисла всем телом. Нин Шу хотелось просто умереть. Она правда не могла заняться юри. - Ты справишься. Сегодня ты будешь обслуживать меня, - властно сказала Ань Нуань. Было ясно, что она изрядно напилась. Нин Шу: … Нин Шу сняла комнату, а потом отцепила руки Ань Нуань от себя и бросила её на постель. Когда Ань Нуань упала на постель, она застонала, а её лицо покраснело. Это было очень соблазнительное зрелище. А потом, а потом… Нин Шу опустила голову, чтобы посмотреть на свою нижнюю половину. Она реагировала. Нин Шу очень хотела умереть. Только сейчас она осознала, что мужчины поистине не могут разделить любовь и похоть. Она не стала обращать внимания на Ань Нуань, лежащую на постели, и отправилась прямиком домой. Охренеть, она просто не могла заставить себя забраться на девушку. Что касается Ань Нуань, которая осталась в отеле, Нин Шу не было до неё никакого дела. Ань Нуань нельзя считать слабой женщиной. Всё же, Гун Ло был единственным, кто смог добиться её тела. У других мужчин не было даже силы, чтобы приблизиться к ней. Даже её бывший парень не смог с ней переспать. Неудивительно, что её бывший парень изменил ей. На самом деле, не было ничего такого, отчего Гун Ло можно было бы так печалиться. Всё же, он действительно искренне нравился Ань Нуань, раз она даже отдала ему своё невинное тело. Нин Шу была очень взволнована. Ну и какого чёрта ей тогда делать? Что же ей делать? Это было охренительно нелепо! Когда Нин Шу вернулась домой, то уже наступила полночь. Она подёргала себя за воротник. Мужчинам было довольно утомительно ходить весь день в деловом костюме. Нин Шу чувствовала себя так, словно едва может дышать с завязанным галстуком. Тётушка Ли открыла дверь, а потом поставила тапочки перед Нин Шу. - Сэр, мисс Сун тут. Мисс Сун? Нин Шу была в замешательстве на мгновение, после чего вспомнила, что у Гун Ло была невеста по имени Сун Нин. Она была довольно хорошей парой с Гун Ло, но семья Сун всё равно была немного слабее, в сравнении с семьёй Гун. Свадьба между Гун Ло и Сун Нин считалась союзом двух семей. Это помогло бы в бизнесе обеим семьям, и Гун Ло нравился Сун Нин. У Сун Нин был такой замечательный будущий супруг, поэтому ей очень завидовали её подруги. Нин Шу кивнула и вошла в дом, обнаружив там красивую женщину, сидящую на диване. У неё была стройная и грациозная фигура, её юбка до колен открывала её изящные икры и деликатные лодыжки. Её кожа была безупречно идеальной. Одних только ног было достаточно, чтобы показать, что она была самой настоящей красоткой. Как только Нин Шу взглянула на её лицо, она почувствовала, как у неё перехватило дыхание. Эта Сун Нин была очень красивой. Её кожа была словно роса, её черты лица были словно изысканные творения, а её глаза мерцали глянцем, словно драгоценные камни. В данный момент её губы слегка изгибались в улыбке, и под светом лам её улыбка словно сияла как прекрасная жемчужина. Нин Шу снова невольно задумалась о том, всё ли в порядке со зрением Гун Ло. Какого чёрта ему понравилась Ань Нуань, когда у него была такая прекрасная невеста? Сун Нин была поистине гораздо прекраснее, чем Ань Нуань. - Гун Ло. Сун Нин подошла к Нин Шу и очень естественным образом обняла руками локоть Нин Шу после чего наклонила голову и улыбнулась Гун Ло. Это было такое мило и прекрасное зрелище, что Нин Шу на мгновение была зачарована. Охренеть, это ощущалось так, словно её очаровывают. - Почему ты возвращаешься так поздно? Ась? От тебя пахнет алкоголем. Ты пил? – спросила Сун Нин, и её брови слегка нахмурились. Нин Шу кивнула, а потом спросила: - А ты зачем так поздно ищешь меня? ---------- Слишком Устала, Чтобы Любить Если честно, то Нин Шу понятия не имела, как ей взаимодействовать с невестой изначального хоста. Судя по всему, Гун Ло действительно нравился Сун Нин, и от этого всё становилось ещё страннее. - Уже почти полночь. Ты хотела сказать что-то важное? Если бы это было не так, то она, наверное, не стала ждать тут так допоздна. Сун Нин села на диван и откинулась назад. Её маленькое тело словно полностью погрузилось в мягкий диван. - Я просто давно уже тебя не видела, вот и пришла повидаться. На этих выходных будет собрание в моём доме, поэтому я специально пришла, чтобы найти тебя. Дядюшка и тётушка тоже придут. Сун Нин по-детски собрала брови в кучу. Её выражение лица содержало в себе очарование юной леди, а также почти неописуемое чувство наивности. Она была поистине красивой женщиной. Даже для Нин Шу, которая тоже была её сотоваркой, Сун Нин была очень красивой женщиной, с явно замечательной личностью. Когда люди видели её, то их сердце смягчались, а настроение улучшалось. Насколько же сильным должен быть ореол главной женщины у Ань Нуань, раз Сун Нин потерпела перед ней поражение? Как она смогла победить женщину, которая была более красивой, более богатой и более умелой, чем она сама? Нин Шу сказала: - Для подобных вещей можно было просто сделать телефонный звонок. Не нужно было ждать меня допоздна. Сун Нин поднялась с дивана и встала перед Нин Шу, а потом наклонила своё маленькое лицо вверх. Её лицо было словно лепесток лотоса, чистое и элегантное. Нин Шу почувствовала, как её сердце сжимается от какой-то эмоции. Она чувствовала, что вот-вот влюбится в эту женщину. Нин Шу поспешно тряхнула головой. Иисусе, она же была женщиной! Как она могла влюбиться в другую женщину? Сун Нин нахмурила брови, словно немного недовольна реакцией Нин Шу. Она нахмурилась ещё немного и сказала: - Мы с тобой уже давно не виделись, вот почему я пришла навестить тебя. Сун Нин начала перебирать пальцы по одному, словно бы считая, сколько дней прошло с тех пор, как они в последний раз видели друг друга. А потом она ткнула своим нефритовым пальцем в грудь Нин Шу. - Неужели мне нельзя приходить, чтобы повидать тебя? Нин Шу: … Вот почему было так трудно трансмигрировать в мужское тело. Не только все аспекты жизни стали неловкими, но её ещё приходилось иметь дело со всевозможными женщинами, которые пытались её соблазнить. А она слишком устала, чтобы любить. Нин Шу схватила Сун Нин за руку, чтобы не дать ей бить себя. Это очень больно ясно тебе, девушка? Сун Нин снова нахмурила брови, и в её взгляде промелькнул след удивления, но вскоре она снова улыбнулась. - Уже так поздно, так что, либо отправь меня домой, либо позволь мне остаться тут. Нин Шу уже собиралась сказать, что она отвезёт Сун Нин домой, когда та зевнула и сказала: - Я устала, так что попроси тётушку Ли приготовить для меня гостевую комнату. Губы Нин Шу дрогнули, но она, всё же, попросила тётушку Ли приготовить комнату. Нин Шу чувствовала себя очень голодной и усталой, поэтому она приготовилась, чтобы пойти к себе и отдохнуть. После душа она легла на широкую постель и уставилась в потолок, почёсывая голову и крепко задумавшись о задании. Это задание было просто невозможным безвыходным положением. Даже вопрос в том, спать или не спать с главной женщиной был полнейшим троллингом. Она очень хотела просто умереть. Нин Шу думала об этом так много, что у неё разболелась голова. Может ей просто попросить второстепенного главного мужчину сделать это? Пусть просто второстепенный главный мужчина переспит с главной женщиной. Но, судя по тому, какой была история, второстепенный главный мужчина, вероятно, даже не сможет подобраться к главной женщине. ---------- Ты Меня Не Любишь Нин Шу перевернулась, когда услышала стук в дверь. Когда она сползла с постели и открыла дверь, она обнаружила, что там стоит Сун Нин в белой пижаме. Нин Шу прямо спросила: - Что такое? Уже очень поздно, просто иди спать. Пожалуйста, не надо создавать никаких проблем. Сун Нин нахмурила брови, и её лицо слегка потускнело от этих слов. - Гун Ло, ты меня не любишь. А раз у тебя нет ко мне чувств, то давай просто отзовём помолвку. Теперь Нин Шу была немного раздражена. - Раз ты хочешь отозвать помолвку, то просто бери и отзывай помолвку. А потом она захлопнула дверь. Цвет лица Сун Нин был очень бледным, когда она осталась стоять за дверью. Ну почему всё было так? Сун Нин коснулась своего лица. Гун Ло был совершенно безразличен к ней. Она ведь уже всё расследовала. В данный момент Гун Ло ещё не связался с той женщиной, так почему же он был к ней так холоден? Что бы ни случилось, ей нужно было заставить Гун Ло влюбиться в неё. Сун Нин теперь начала жалеть о том, что подняла тему об отмене помолвки. Если она потеряет своё положение в качестве его невесты, то как же ей тогда продолжать попытки сблизиться с ним? Отвергнутая Сун Нин вернулась в свою комнату. Она сжала кулаки. Работай усердно! Ей нужно обязательно соблазнить Гун Ло! Нин Шу не знала, о чём думала Сун Нин, поэтому ей было так неуютно, что она не смогла этой ночью как следует выспаться. На следующий день у неё уже появилась колючая щетина, поэтому ей пришлось неуклюже побриться, отчего она даже оставила порез на этом прекрасном лице. Она посмотрела на прекрасное лицо, отражающееся в зеркале. Ей нужно просто испортить это лицо. И тогда, вероятно, она уже больше не понравится главной женщине. Если у неё больше не будет такой очаровательной внешности, то будет вполне естественно, что главная женщина не обратит на неё внимания. Всё же, главная женщина была тем, кто считает деньги навозом, поэтому просто быть богатым для неё недостаточно. Но тогда ей придётся испортить нечто столь идеальное. Это будет серьёзной трагедией. Нин Шу похлопала по своему лицу. Было не так-то просто заполучить красивое лицо, поэтому она не могла себе позволить уничтожать его. В тот момент, как вернётся Гун Ло и увидит, что его благословенный небесами внешний вид был уничтожен, то как ему дальше жить? Более того, Гун Ло был публичной фигурой, которая постоянно появлялась на телевидении и на обложках журналов. Одевшись, Нин Шу спустилась вниз и обнаружила, что Сун Нин уже проснулась. Когда она увидела Нин Шу, она лучезарно улыбнулась. Её улыбка была такой тёплой, что она словно могла развеять любую тьму в сердце человека. Даже Нин Шу почувствовала себя так, словно эта улыбка её исцелила. Она почувствовала себя так, словно едва может сдержаться. Охренеть. Не могла же она потерять свою девственность с другой женщиной. Нин Шу кивнула Сун Нин, а потом села напротив неё и приготовилась есть завтрак. Сун Нин пододвинула к Нин Шу стакан молока и сказала: - Не пей кофе по утрам, лучше пей вместо него молоко. Это хорошо для тела. - Ладно. Всё равно Нин Шу не переваривала горький вкус кофе, поэтому она согласилась и выпила молоко. Когда Сун Нин увидела, что Нин Шу слушает её, она улыбнулась, но потом её выражение лица снова стало немного удручённым. Нин Шу и Сун Нин молча ели завтрак. Сун Нин продолжала поглядывать на Нин Шу, поэтому Нин Шу вытерла салфеткой молоко с губ, после чего сказала: - Если тебе есть что сказать, то просто говори. Сун Нин надулась, а потом подпёрла свой подбородок и сказала: - Гун Ло, я пошутила вчера по поводу отмены помолвки, так что не воспринимай это всерьёз, ладно? Нин Шу кивнула. - Я знаю. Эта свадьба была решением, принятым между нашими семьями, так что её нельзя просто отменить. Выражение лица Сун Нин стало ещё более пришибленным. Почему же этого парня ничего не пробивает? Неужели она зря любила его все эти годы? После завтрака Нин Шу отправилась в компанию на работу. Задание ещё не началось, поэтому она пока могла лишь сфокусироваться на изучении того, что ей нужно делать для её работы. Нет ничего плохого в том, чтобы научиться ещё чему-нибудь. Но, спустя некоторое время, Сун Нин появилась перед Нин Шу, одетая в костюм деловой леди. Нин Шу посмотрела на неё. - Начиная с сегодняшнего дня, я собираюсь быть твоей секретаршей, - Сун Нин покрутилась перед Нин Шу, а потом спросила: - Гун Ло, как тебе мой наряд секретарши, хороший? Нин Шу кивнула. - Да, он очень хороший. Сун Нин была из тех, кто обладал очень хорошей кожей, поэтому этот чёрный костюм делал её кожу ещё более безупречно белой. Этот контраст был прекрасный и, когда она улыбалась, от этого у людей трепетало сердце. Нин Шу мысленно прочитала молитву Амитабха Будда. Эта девушка была просто невероятно прекрасна. Нин Шу снова задумалась о том, почему Сун Нин не понравилась Гун Ло. Сун Нин посмотрела на Нин Шу с беспомощным выражением на лице. - Если ты не считаешь, что я хорошо выгляжу, тогда не надо отвечать так равнодушно. - Ты очень красивая, - искренне воскликнула Нин Шу. Сун Нин: … Ну конечно, нифига он не был искренен. ---------- Мужчина По Вызову Нин Шу думала, что с неё и так на сегодня достаточно того, что Сун Нин стала её секретаршей, но, спустя некоторое время, главная секретарша привела ещё одну, и ею оказалась сама Ань Нуань. Когда Нин Шу увидела Ань Нуань, она почувствовала, что разваливается на части. История всё же привела Ань Нуань к ней. Но между ними ведь ничего не произошло той ночью. Сун Нин тоже была раздражена подобным развитием событий, и её взгляд продолжал метаться между Нин Шу и Ань Нуань. Неужели между ними двумя уже что-то произошло? Сун Нин озлобленно топнула ногой. Почему Ань Нуань постоянно крутится вокруг них? Когда главная секретарша представила Ань Нуань Нин Шу, Ань Нуань не могла отвести взгляда от Нин Шу. Он выглядел знакомым, и она никак не могла избавиться от чувства, что видела его где-то раньше. - В будущем ты будешь отвечать за то, чтобы приносить чай председателю, - сказала главная секретарша Ань Нуань. Ань Нуань кивнула, но её взгляд всё ещё оставался на лице Нин Шу. Нин Шу подняла бровь и холодно спросила: - Ну что, насмотрелась? Когда Ань Нуань услышала этот голос, она наконец-то вспомнила, где видела его раньше. Этот человек был тем мужчиной по вызову! Тем человеком, которого она приняла за мужчину по вызову. Ань Нуань теперь очень хотелось найти какую-нибудь дыру, в которую можно заползти. Она ведь всерьёз больше не могла выносить своего дрянного бывшего и её подругу-предательницу, поэтому она уволилась из прежней компании и устроилась на работу в Семейную Корпорацию Гун. Она никак не ожидала, что её будущий босс будет тем мужчиной по вызову. Лицо Ань Нуань покраснело, как помидор. Когда она проснулась этим утром, рядом с ней никого не было. Ань Нуань решила, что она была просто настолько пьяна, что ничего не почувствовала. А теперь, когда она увидела, что тот мужчина по вызову оказался её начальником, ей очень хотелось умереть прямо на месте. - Если у вас больше ничего нет, тогда выметайтесь. Нин Шу пренебрежительно махнула рукой. У неё началась очень сильная головная боль. Сун Нин всё это время не сводила взгляда с Ань Нуань. Как только Ань Нуань ушла, Сун Нин спросила у Нин Шу: - Ты её знаешь? Кажется, она тебя знает? Когда Нин Шу увидела, как Сун Нин слегка надулась, словно была недовольна, голова Нин Шу заболела ещё больше. - Я её не знаю. Кто бы мог подумать, что после того, как она станет мужчиной, она сможет постоянно наслаждаться тем, что её окружают прекрасные женщины? Но от этого Нин Шу чувствовала ещё большую горечь. Она ничего этого не хотела. Сун Нин надулась, глядя на Нин Шу, а потом обвила руками шею Нин Шу и ребячески сказала: - Гун Ло, ты мой жених, так что ты можешь быть только моим. Когда Сун Нин сказала это, её выражение лица было деспотичным, но при этом ещё и обладало ребяческой нежностью юной леди, поэтому эти слова совсем не были обескураживающими. Когда Сун Нин наклонилась ближе, Нин Шу почувствовала элегантный аромат, исходящий от Сун Нин. Это был не запах духов. Казалось, что это был натуральный запах её тела и даже её дыхания. Сердце Нин Шу задрожало. Сун Нин была по-настоящему высококлассной женщиной. И Нин Шу просто не могла понять, почему она не нравилась изначальному хосту. Нин Шу отодрала руки Сун Нин от своей шеи. Если ей было что сказать, то почему она не могла просто говорить как положено? - Ты же юная мисс из семьи Сун, так что не шали тут. Работа секретарши это не то, с чем ты можешь справиться, - сказала Нин Шу с беспомощностью в голосе. Во взгляде Сун Нин промелькнуло безмолвное недоумение и нечто тёмное. Она просто никак не могла понять, почему Гун Ло был так безразличен по отношению к ней. Неужели она была недостаточно красива? Это было невозможно. - Конечно же, я просто обязана быть тут и наблюдать за тобой, чтобы тебя не украла какая-нибудь стерва. Нин Шу почувствовала себя ещё более беспомощно. - Да откуда тут взяться каким-нибудь стервам? Сколько же ей должно не хватать моральной целостности, чтобы переспать с девушкой? Сун Нин плотно нахмурила брови, пока она медленно сканировала взглядом лицо Нин Шу. Внезапно, она спросила: - Гун Ло, тебе что, нравятся мужчины? Как твоя невеста, я имею право знать это. Нин Шу очень хотела сказать, что ей нравятся мужчины. ---------- Между Нами Ничего Не Было Казалось, словно Сун Нин была не совсем такой, какой она была в изначальной истории. В изначальной истории, когда Сун Нин увидела, что её жених женился на другой женщине, она сошла с ума от ревности и, естественно, была уничтожена главным мужчиной. Нин Шу не ожидала, что Сун Нин окажется такой красивой женщиной. Как же у главного мужчины поднялась рука на то, чтобы навредить ей? Когда Сун Нин вышла, она отправилась в чайную комнату и увидела там Ань Нуань, которая тренировалась в том, как заваривать кофе. Сун Нин оценила взглядом Ань Нуань. Сун Нин презрительно поджала губы. Ань Нуань была такой обычной, так почему Гун Ло предпочёл такую женщину, вместо той, которая обладала такими качествами, как она сама? Он явно был слеп. Ань Нуань почувствовала, что её кто-то оценивает, поэтому она обернулась и увидела, что на неё смотрит Сун Нин. Когда она увидела Сун Нин, то она была ошеломлена тем, какой красивой она была, и в её сердце возникло чувство неполноценности. А потом она вспомнила свою подругу. Красивую, но кокетливую женщину, которая соблазном увела у неё парня и даже хвасталась этим перед ней. Сун Нин слегка улыбалась, пока оценивала Ань Нуань. От её взгляда Ань Нуань чувствовала себя так, словно её раздели догола, и ей от этого было очень неуютно. Ань Нуань поздоровалась с Сун Нин. - Привет, я – Ань Нуань. Приятно познакомиться. Сун Нин ответила: - Приятно познакомиться. Атмосфера тут же стала напряжённой из-за возникшей тишины. Ань Нуань взяла кофе и сказал: - Я пока отнесу этот кофе председателю. Она обошла Сун Нин, а потом направилась в сторону кабинета председателя. Сун Нин уставилась в спину Ань Нуань. Она просто прислонилась к стене и наблюдала за тем, как Ань Нуань удаляется от него. Её выражение лица было необъяснимо странным, а на губах появилась холодная улыбка, когда она поправила свои волосы. Ань Нуань сделала глубокий вдох, стоя перед большой дверью кабинета, после чего толкнула её и вошла внутрь. Она увидела, что тот мужчина сидел в кожаном офисном кресле и просматривал документы с серьёзным выражением на лице. В его причёске не выбивалась ни одна прядь. Его сшитый по фигуре костюм, в комбинации с красивым лицом, делали его похожим на бога. Ань Нуань очень хотела умереть. Должно быть с её мозгами что-то было не так, раз она приняла этого человека за мужчину по вызову, и что между ними что-то действительно произошло. Это было просто до жути неловко. Ань Нуань поставила кофе на стол Нин Шу, а потом глубоко вдохнула, прежде чем сказать: - Эм, председатель… Нин Шу посмотрела на Ань Нуань и обнаружила, что та выглядит крайне смущённой. Её лицо было красным, и она вся вспотела. - Что такое? Она очень хотела просто уволить Ань Нуань. Ань Нуань нервно стиснула кайму на своей одежде и сказала: - Насчёт того, что произошло прошлой ночью, можете вести себя так, словно ничего не произошло? Нин Шу: … Нин Шу недоверчиво вытерла своё лицо и сказала: - Если ты говоришь о том, что ты приняла меня за мужчину по вызову, то мне всё равно. Ань Нуань вздохнула с облечением, а потом добавила: - И насчёт того, что произошло в отеле. - А что произошло в отеле? Нин Шу видела, что лицо Ань Нуань стало таким красным, словно оно вот-вот было готов лопнуть. Она не знала, было ли это от гнева или от смущения. Внезапно, в голове у Нин Шу что-то взорвалось, и у неё на лбу дёрнулись вены. Она недоверчиво сказала: - Не думаешь же ты, что мы… - Нин Шу указала сначала на себя, а потом на Ань Нуань. – Не слишком ли ты много себе возомнила? Лицо Ань Нуань стало ещё более красным от смущения и негодования, когда она злобно сказала: - Хватит уже об этом говорить. Можете просто забыть об этом? Вены на лбу Нин Шу снова запульсировали. - Я думаю, что ты кое-что не поняла. Между нами ничего не было. - Да, да, ничего не было, - Ань Нуань издала длинный вздох облегчения. – Давайте просто забудем об этом. Нин Шу: … Какого хрена? Нин Шу состроила гримасу. С какой стати Ань Нуань была так уверена, что между ними что-то произошло? Нин Шу точно помнила, что она не снимала с Ань Нуань одежду. После того, как она швырнула её на кровать в номере отеля, она просто ушла. Неужели кто-то ещё пришёл после неё и заполнил промежуток? ---------- Может Влюбиться в Женщину Нин Шу видела, что Ань Нуань ведёт себя так, словно между ними что-то произошло, но при этом пыталась это скрыть так, словно она не хотела, чтобы этот вопрос всплывал. Было ясно, что она хочет, чтобы они оба забыли об этом и притворились, что ничего не произошло. Нин Шу потёрла лоб, а потом посмотрела на Ань Нуань и сказала: - Между нами ничего не было. - Да, ничего не было. Спасибо, - сказала Ань Нуань со взрывным красным цветом лица. Нин Шу: … - Но ведь действительно ничего не было, - повторила Нин Шу. – Мы с тобой не переспали. Я просто привёл тебя в отель, я больше ничего не делал. Ань Нуань поспешно закивала головой. - Да, да, вы ничего не сделали. Вы мне ничего не сделали. Какого хрена? Нин Шу чувствовала себя так, словно умирает, поэтому она повысила голос: - Между нами вообще ничего не было. - Да. - Я тебе правду говорю. - Да. Нин Шу: … Почему… Почему всё выглядело так, словно они вообще никак не могут нормально поговорить? Нин Шу почувствовала, как в ней закипел гнев. Нин Шу практически собралась кричать. - Неужели ты бы не почувствовала это, если бы мы что-то сделали? Твоя одежда всё ещё была на тебе и на теле не было никаких отметин! Как ты вообще пришла к выводу, что между нами что-то было? Хватит уже шутить, ясно? Ань Нуань нахмурила брови. А ведь верно, если бы она лишилась девственности, то ей было бы больно, но она ничего не почувствовала. Неужели между ними действительно ничего не было? Ань Нуань посмотрела на этого красивого мужчину, а потом поджала губы и ничего не сказала. Она почувствовала себя очень неловко. - Председатель, я, пожалуй, пойду. Ань Нуань чувствовала себя так, словно в этом кабинете стало очень жарко. У неё даже волосы дыбом стали от того, насколько ей стало неуютно. Нин Шу махнула рукой, чтобы та поскорее проваливала. В данный момент Нин Шу не знала, что делать с Ань Нуань. История всерьёз старалась свести их вместе. И это чертовски раздражало. Она решила просто игнорировать Ань Нуань. В любом случае, они с ней не переспали, так что ей не нужно было брать на себя ответственность. Она просто оставит всё как есть. Если бы это был изначальный Гун Ло, возможно, он бы и влюбился в главную женщину, после подобного ежедневного общения, но она-то точно не станет. Да хрена с два она влюбится в женщину. Но, но… Возможно влияние сильной истории может заставить её влюбиться в женщину. От этой мысли по спине пробежался холодок. У неё было предчувствие, что она умрёт. Вскоре после ухода Ань Нуань, Сун Нин вернулась, чтобы освежить ощущение своего присутствия. - Председатель, вам нужно подписать этот документ. Пока Нин Шу смотрела на эту невероятно красивую Сун Нин, она почувствовала, что её яйца словно сейчас лопнут. Она потянулась к документу, но Сун Нин держалась за этот документ и не отпускала. Нин Шу подёргала его несколько раз, но Сун Нин так его и не отпустила, поэтому Нин Шу сдалась и опустила руку. Какого хрена? Эта женщина с ней флиртует? Прошу, хватит шутить. Когда Сун Нин увидела, что Нин Шу отреагировала подобным образом, она презрительно поджала губы. Как скучно. А потом она спросила: - О чём это ты говорил с той секретаршей? Вы так долго разговаривали. Я ревную. Нин Шу: … Слишком устала, не могу любить. Нин Шу просто уставилась на Сун Нин и ничего не сказала. Выражение лица Сун Нин тут же стало серьёзным и искренним, как у сильной женщины. Её аура явно быстро изменилась. Подобная манера придавала ей уникальное изящество, отчего у мужчин появлялось желание завоевать её. Нин Шу сказала: - Тебе же всё равно не нужна такая крошечная зарплата, так что больше не создавай тут проблем. Сун Нин ответила с серьёзным выражением на лице: - Гун Ло, я просто хотела иметь больше возможностей пообщаться с тобой. Я просто хочу, чтобы ты в меня влюбился. Если это невозможно, тогда я просто сдамся и мы сможем отменить помолвку. Так будет лучше для нас обоих. Нин Шу была немного удивлена тем, насколько прямолинейной была эта девушка. - Так и как долго ты планируешь оставаться тут? Сун Нин пожала плечами. - Наверное, на некоторое время. Мне нужно достаточно времени, чтобы убедиться в том, влюбишься ты в меня или нет. Охренеть, так она всёрьёз говорила о том, чтобы остаться тут. Нин Шу и так хватало головной боли с главной женщиной, но теперь ещё и Сун Нин собирается создавать ей проблемы. Голова Нин Шу была уже готова взорваться. Она просто не могла вынести такой ситуации, когда её окружают прекрасные женщины. ---------- Пообещайте Не Злиться Нин Шу вызвала главную секретаршу и прямо сказала: - Ань Нуань не подходит для этой работы, увольте её. Главная секретарша была ошарашена, а потом спросила: - Председатель, какая часть мисс Ань вас не устраивает? В способностях мисс Ань нет никаких сомнений. Всё же, она прошла несколько раундов проверок. По крайней мере, она хорошо сможет справиться с работой, вроде той, чтобы принести кофе. Какая часть её не устраивает? Нин Шу своевольно сказала: - Она мне не нравится. Главная секретарша: … Нин Шу всё ещё просматривала документы, когда дверь кабинета внезапно распахнулась. Причём очень громко. Нин Шу посмотрела в сторону двери и увидела, что в кабинет ворвалась Ань Нуань. - Председатель, это мой первый день работы, неужели я сделала что-то не так? Вы не можете уволить меня без причины. Ань Нуань закусила губы своими жемчужно-белыми зубами, и серьёзно посмотрела на Нин Шу. - Председатель, мне нужна причина, почему меня увольняют. Нин Шу сказала: - Для этого не нужна причина. Тебя уволили. На лице Ань Нуань появилась злость. - Какое право вы имеете быть таким самоуверенным? Я не сделала ничего плохого. Вы ведёте себя несправедливо, увольняя меня. Когда Нин Шу увидела, какой искренней выглядела Ань Нуань, она чуть не лишилась дара речи. - Я не хочу, чтобы ты была моей секретаршей. - Вы, что… - Ань Нуань закусила губы. – Это всё из-за того, что произошло прошлой ночью? Ань Нуань начала поспешно махать руками. - Да я даже ничего и не думала о том, чтобы вы взяли на себя ответственность. Вы должны просто относиться к этому так, словно ничего не было. Я лишь хочу усердно работать и должным образом выполнять свою работу. Председатель, не волнуйтесь, я не буду об этом говорить. - О чём говорить? Нин Шу с недоверием посмотрела на Ань Нуань. - Я не буду говорить о том, что случайно приняла вас за мужчину по вызову, или о том, что произошло в отеле прошлой ночью. Мне нужна эта работа. Председатель, прошу вас, пощадите. Ань Нуань посмотрела на Нин Шу с надеждой во взгляде. Нин Шу очень хотела просто стукнуться головой о стену. Она практически не знала, что сказать. Она думала, что и так уже всё понятно объяснила, но, судя по всему происходящему сейчас, ей всё ещё не удалось вправить мозги Ань Нуань, и она всё ещё думает, что между ними что-то произошло. Нин Шу холодно рассмеялась, а потом просто безразлично посмотрела на Ань Нуань, ничего не говоря. Ань Нуань слегка испугалась выражения лица Нин Шу, и слегка съёжилась. Однако она всё равно набралась смелости, чтобы сказать: - Вы не можете меня уволить, а иначе я всё расскажу СМИ. - Расскажешь что? – с любопытством спросила Нин Шу. Неужели Ань Нуань накопала на неё какую-то грязь? Да не может быть. Ань Нуань посмотрела на Нин Шу и сказала: - Я скажу это только если вы пообещаете не злиться. - Тогда не говори. Проваливай. Пусть финансовый отдел выплатит тебе твою зарплату. Нин Шу не хотела больше тратить время на разговор с ней, и уж тем более не разжигать никаких искр любви от стычек с ней. Даже если история хочет этих искр, то они ни за что не возникнут. Ань Нуань подавилась собственными словами. А потом она глубоко вдохнула и сказала: - Если вы ненавидите меня из-за того, что произошло прошлой ночью, то я извиняюсь, но мне очень нужна эта работа. Она бросила того дрянного парня, поэтому она уволилась и из его компании. Ей понадобится очень много времени на то, чтобы найти новую работу. А пока она не найдёт новую работу, ей придётся есть грязь. Лицо Ань Нуань покраснело, когда она выпалила: - Если вы меня уволите, то я расскажу СМИ, что вы подрабатываете мужчиной по вызову в отеле. Нин Шу: … Её способность быть субъективной была настолько сильной, что люди могли с восхищением преклоняться перед ней. Ань Нуань думала, что Нин Шу была мужчиной по вызову, и теперь Ань Нуань хочет рассказать это СМИ, чтобы все начали думать, будто Гун Ло – мужчина по вызову. ---------- Давай, Иди и Расскажи Об Этом Ань Нуань явно имела похвальную отвагу. Выражение лица Нин Шу стало холодным и она сказала: - Так ты говоришь, что хочешь рассказать о том факте, что я – мужчина по вызову, и что ты переспала с этим мужчиной по вызову? Ань Нуань указала на Нин Шу. - Это вы сказали, а не я! Не заставляйте меня! А иначе либо рыба сдохнет, или сеть порвётся! А разве это не похоже больше на то, как кто-то пытается разбить камень яйцом? Что она имела в вид под фразой "рыба сдохнет, или сеть порвётся"? Нин Шу почувствовала, как у неё на лбу начали пульсировать вены. Она просто лишилась дара речи. Судя по развитию истории, сейчас, наверное, должно было произойти их соитие, чтобы главная женщина лично осознала способности мужчины по вызову. И от этой запутанной истории ей хотелось просто расплакаться. Нин Шу вытерла лицо, а потом небрежно махнула рукой в сторону Ань Нуань. - Ладно, валяй. Давай, иди и расскажи об этом. - Вы… Ань Нуань немного ошалела от того, насколько равнодушной была Нин Шу. И поэтому она добавила: - Я расскажу СМИ, что беременна вашим ребёнком, что вы поиграли со мной, а потом бросили. Какого хера? А у этой главной женщины неплохо развито воображение. Какая она своевольная. Это явно было результатом воздействия изначальной истории. Между ними ничего не было, и всё это было лишь прихотливым мышлением главной женщины, но эта главная женщина уже начала вести себя настолько своевольно перед Нин Шу. Если бы какой-то другой начальник захотел бы уволить главную женщину, стала бы главная женщина вести себя подобным образом? Когда Ань Нуань стояла перед главным мужчиной, она была крайне уверена в том, что главный мужчина пойдёт на компромисс ради неё. Неудивительно, что Гун Ло всегда чувствовал, будто он сам не свой. Его практически нагибали и выскребали, чтобы выслужиться перед главной женщиной. Ради того, чтобы показать безумное любовное влечение по отношению к главной женщине, главный мужчина был растоптан в пыль. Конечно, всё зависело от мужчин, хотят ли они заботиться и любить своих жён, но в этой истории это было доведено до такой степени, что главный мужчина просто не мог жить без главной женщины. После свадьбы, Ань Нуань из-за всяких мелочей часто заявляла, что разведётся с ним. Как только Гун Ло слышал от Ань Нуань, что она хочет развестись, так он сразу тащил её в постель, а потом с демонической улыбкой говорил "неужели я недостаточно тебя удовлетворяю? Перестань уже пытаться развестись со мной". Однако всё это лишь добавляло привлекательности истории. Это всегда заканчивалось словами "ах, Гун Ло слишком силён, я этого не вынесу". А на следующий день Ань Нуань сердито хваталась за свою талию и стискивала зубы, снова клянясь, что разведётся. Гун Ло был сдержанным и бесстрастным, очень умным мужчиной. Ведь его должность требовала от него, чтобы он всегда сохранял своё спокойствие. Но в этой истории Гун Ло вёл себя как глупый мальчишка, у которого совсем не было мозгов. Его личность просто разваливалась на части. Словно он был кем-то одержим. Выражение лица Нин Шу стало ещё холоднее, когда она посмотрела на Ань Нуань. - Значит ты пытаешься вымогать у меня? Так чего же именно ты хочешь? Ты хочешь, чтобы я взял на себя ответственность за тебя? - Да кому нужно, чтобы вы взяли ответственность? Я просто хочу работу, но вы меня вынуждаете. Ань Нуань выпятила грудь, чтобы придать себе более уверенный вид и убедить Нин Шу, что она права. Нин Шу: … Какого хрена она её вынуждает? Эта компания принадлежит этому папочке, поэтому вполне естественно, что ты должна проваливать, если этот папочка хочет, чтобы ты проваливала. Какого чёрта она несёт бред о том, что её вынуждают? Это что ещё за логика такая? Когда Нин Шу увидела, насколько обиженной выглядела Ань Нуань, то она чуть не начала кашлять кровью. Не может же быть, что Ань Нуань решила, раз Нин Шу переспала с ней, то она должна соглашаться на всё, что хочет Ань Нуань? - Проваливай. Я не хочу тебя видеть. Ты сказала, что беременна, и что я – мужчина по вызову, ну и ладно, делай, что хочешь. Нин Шу не видела ни единой причины отступать только потому, что Ань Нуань необоснованно надоедала ей. Что это за логика такая? Она ведь ничего не должна Ань Нуань. В реальности, Ань Нуань, по существу, использовала своё тело, чтобы обменивать его на бесконечное обожание Гун Ло. По сути, она говорила, ты со мной переспал, поэтому ты должен хорошо ко мне относиться. Ты просто обязан хорошо ко мне относиться. Это должна быть любовь, но Гун Ло был основной стороной, которая всегда всё делала и давала. Все его жертвы считались естественными, так как это было сделано во имя любви. Ань Нуань тупо уставилась на безэмоциональное лицо Нин Шу, а потом обвинительно заявила: - Я никогда раньше не видела столь хладнокровного человека, как вы. Вы самый омерзительный капиталист. Вы хотите уволить меня, хоть я и не сделала ничего плохого. Я подписала контракт, когда устроилась в эту компанию. То, что вы делаете – это незаконно. Я собираюсь всем рассказать, что вы эксплуатируете рабочих. Нин Шу: … В любом случае, Нин Шу понятия не имела, как Гун Ло мог это вынести. Сама она больше не могла это выносить. А ещё это обновило её знания о том, насколько сильным было влияние истории. Что бы ни было, но история настаивала на том, чтобы свести главных героев вместе. ---------- Такой Чистой, Чтобы Её Можно Было Пить Нин Шу поднялась с кресла и подошла к Ань Нуань. Она возвышалась над слегка дрожащей Ань Нуань. Ань Нуань невольно сделала шаг назад. Внушительная аура этого мужчины была слишком сильной, поэтому она невольно отодвинулась, чтобы ей не было так страшно. Ань Нуань чувствовала себя немного обиженной. Словно председатель сегодня был не таким же, как вчера. Сегодня он казался очень холодным. Но ей очень нужна была эта работа. Ей нужно было помогать её младшему брату, который учился в колледже и она не хотела, чтобы та пара сук смотрела на неё свысока. Она не могла позволить им увидеть, что у неё даже нет работы. Она не хотела сразу терять и любовь, и работу. Ань Нуань чувствовала себя очень жалкой. Она теперь хотела лишь усердно работать на своей работе, но столкнулась с таким начальником. Она даже решила, что ей нужно сходить в храм, чтобы сжечь благовония. Потому что её удача в последнее время стала очень плохой. - Ты действительно хочешь остаться в этой компании? – с улыбкой спросила Нин Шу. Когда Ань Нуань увидела эту улыбку на лице Нин Шу, у неё тут же возникло дурное предчувствие. Это была улыбка хищного волка, подлая улыбка эксплуататора. Ань Нуань выпрямила спину и дрожащим голосом ответила: - Если вы позволите мне остаться в компании, то можете заставлять меня делать что угодно. Нин Шу: … Нин Шу практически лишилась дара речи. Ань Нуань вела себя так, словно Нин Шу была самым настоящим гангстером, словно она была какой-то извращенкой, которая хотела лишить её девственности. Нин Шу выразила уверенность в том, что она никогда не переспит с девушкой. Когда Ань Нуань увидела, что председатель пристально смотрит на неё таким глубоким и нечитаемым взглядом, она поспешно добавила: - Позвольте мне сначала прояснить. Вы не можете заставить меня продать моё тело. Лицевые мускулы Нин Шу дрогнули и она прямо сказала: - Раз ты хочешь остаться в этой компании, то ты в ней останешься. Ты можешь быть уборщицей. Если наступит день, когда у меня будет хорошее настроение, то я позволю тебе снова стать секретаршей. У… уборщицей? Ань Нуань была совершенно ошарашена. Она с недоверием уставилась на Нин Шу. - Вы хотите, чтобы я мыла полы? - Не просто мыла. Все стеклянные двери в компании должны быть вытерты до прозрачного блеска, а вода в туалетах должна быть такой чистой, чтобы её можно было пить. Ань Нуань: … Ань Нуань была в ярости. Этот мужчина сознательно всё усложняет для неё. Она ведь даже не сделала ничего плохого, так почему же он её настолько ненавидит? Тем временем, Нин Шу наконец-то всё обдумала. Если она прогонит Ань Нуань, то, судя по тенденциями истории, та обязательно пришлёт Ань Нуань обратно к ней. В следующий раз это может даже оказаться более впечатлительный способ, как если она будет под наркотиками, и ей нужно будет переспать с женщиной, чтобы излечиться от этого. Более того, той женщиной, с которой ей придётся переспать, наверняка окажется Ань Нуань. В любом случае, история обязательно столкнёт её и Ань Нуань в постель. Всё же, это был единственный способ ввести в действие "знакомство порождает любовь". Этот мир явно обладал малой добросовестностью. - Не хочешь работать уборщицей? Ну и ладно, тогда просто покинь компанию, - холодно сказала Нин Шу. Он был такой подлый! Ань Нуань гневно уставилась на Нин Шу. - Ладно, я буду уборщицей! Я знаю, что вы меня не любите, и что вы пытаетесь таким образом прогнать меня, но я не позволю вам делать то, что хочется. - Ладно, тогда, пожалуйста, выйди и закрой за собой дверь. Отправляйся в отдел санитарии и доложи о готовности работать. Нин Шу села обратно, даже не удосужившись глянуть на Ань Нуань. Ань Нуань глубоко вдохнула. Глянув на Нин Шу в последний раз, она развернулась и вышла из кабинета. Её выражение лица было очень упрямым, словно она заставляла свои слёзы втянуться обратно. ---------- Главный Мужчина Совсем Нюх Потерял Нин Шу прогнала Ань Нуань в отдел санитарии. Без Ань Нуань, которая постоянно маячила на горизонте, Нин Шу почувствовала себя так, словно всё небо очистилось от облаков. Она невольно чувствовала себя неуютно. Она сама была милой младшей сестрицей, но ей придётся заниматься этим с младшей сестрицей. История следила за ними, словно тигр, наблюдающий за своей добычей, постоянно пытаясь затащить их в постель. От одной только мысли об этом ей хотелось кашлять кровью. Ты должна продержаться, ах, моя неприкосновенность! - Ты чего это на меня так смотришь? Нин Шу увидела, что Сун Нин сидит на мягком диване и подпирает подбородок, глядя на Нин Шу с озадаченным выражением на лице. Её манеры казались немного ошеломлёнными, но это лишь добавляло флирта в ауру, витающую вокруг неё. Сун Нин прищурилась и спросила: - Чем же Ань Нуань тебя так оскорбила, что ты отправил её мыть туалеты? Сун Нин была искренне озадачена. Её взгляд был резким и вопросительным, когда она уставилась на Нин Шу. Разве Гун Ло не должен безгранично обожать Ань Нуань и тратить всё время мира на то, чтобы сделать Ань Нуань счастливой? Так что же происходит? Взгляд Сун Нин изучал лицо Нин Шу сантиметр за сантиметром. Он был очень пронзительным. Нин Шу без всяких эмоций сказала: - Она мне не подчинилась. Это наказание. Сун Нин издала звук понимания. Так значит, это была просто мелкая ссора. Каждый раз, когда Сун Нин видела Гун Ло, она была раздражена тем, что его ничего не пробивает. К тому же, он всегда был таким безэмоциональным, словно у него был паралич лица. Он демонстрировал эмоции только когда сталкивался с Ань Нуань. Сун Нин не могла этого принять. Она просто не могла понять, что такого хорошего в Ань Нуань. Как и следовало ожидать, в любви нет никакой логики. А ещё она не знала, происходило ли что-то между Гун Ло и Ань Нуань. - Гун Ло, могу я спросить тебя кое о чём? – спросила Сун Нин. Нин Шу подняла брови, глядя на Сун Нин. У Нин Шу начали появляться сомнения. Эта Сун Нин казалась совсем не такой, какой должна быть. - Что такое? – ровным голосом спросила Нин Шу. – Ты пришла сюда работать, а не болтать. Если ты собираешься продолжать вести себя таким образом, то тебе лучше просто уйти. Сун Нин подошла к столу и шлёпнула обеими руками по столешнице, а потом наклонилась вперёд, чтобы опустить лицо до уровня глаз Нин Шу. Нин Шу увидела через декольте в блузке Сун Нин глубокую линию между её прекрасными и пухлыми курганами. Они были как большие белые булочки, которые так и соблазняли людей схватиться за них. Нин Шу резко вдохнула. Эта Сун Нин действительно постоянно пыталась соблазнить её. Нин Шу чувствовала, что она долго не сможет продержаться, охо-хо-хо… Темперамент Сун Нин легко менялся. Она была совсем как чарующая маленькая лисица. Женщина вроде неё была гораздо более интересной, чем Ань Нуань. Нин Шу снова выразила свою скорбь по поводу того, что главный мужчина совсем нюх потерял. Однако, раз у этого главного мужчины уже был предназначенный судьбой человек, для него было вполне естественно не обращать внимания ни на кого другого. В его глазах Ань Нуань была самой прекрасной, а другие люди были либо уродливыми ведьмами, либо змееподобными красотками. Нин Шу опустила взгляд, чтобы не смотреть на грудь Сун Нин. - Гун Ло, скажи мне честно. У тебя какие-то отношения с Ань Нуань? Или Ань Нуань вообще твоя девушка? Я имею право знать, как твоя невеста! На нашем уровне общества, если ты хочешь немного поиграть, то я ничего не скажу, но это не должно мешать совместным отношениям наших семей. А если будет мешать, то я не могу на это согласиться. Нин Шу затихла. Она переплела пальцы вместе, глядя на Сун Нин. - Почему ты считаешь, что у меня с Ань Нуань какие-то отношения? Ты что, отправила кого-то следить за мной? Сун Нин выглядела так, словно знала, что между Нин Шу и Ань Нуань что-то есть. Нин Шу слегка прищурилась, сканируя взглядом лицо Сун Нин. Когда она внимательно посмотрела на лицо Сун Нин, то её настигло ещё большее ощущение, что оно было несравненно прекрасным. Оно практически становилось всё более прекрасным, чем дольше она на него смотрела. Её вид был буквально чарующим и лёгкий изгиб её губ заставлял людей думать, что она – самое идеальное существо в мире. - Я никого не посылала, чтобы следить за тобой. Я просто волнуюсь, - Сун Нин посмотрела на Нин Шу с улыбкой. – Во множестве романтических историй говорится о том, что мужчинам вроде тебя нравятся такие непорочные девушки, вроде Ань Нуань. Нин Шу не ответила на это. - К тому же, я не думаю, что я не имею права беспокоиться о подобном, - Сун Нин провела рукой по волосам, а потом прямо посмотрела Нин Шу в глаза. – Ты же мой жених, поэтому ты можешь принадлежать только мне. Зрачки Сун Нин словно слепили светом неба, полного звёзд. Это было невероятно красиво. Нин Шу чувствовала, как в её мозгу стреляют фейерверки. Нин Шу поспешно тряхнула головой. Какого хрена? Она действительно была очарована женщиной. Какого чёрта? ---------- Ты Извращенец! Ореол спокойствия послал поток прохладной энергии в сердце Нин Шу. Эта энергия успокоила её сердце и подавила то странное трепещущее ощущение. Нин Шу почувствовала, как у неё по спине стекает холодный пот, а её лицо стало немного бледным. Она посмотрела на Сун Нин и прямо сказала: - Тебе не нужно лезть в мои дела. Естественно, я и сам понимаю, когда нужно остановиться. - Ты… Сун Нин закусила губы и нахмурила брови. Наконец, она злобно развернулась и ушла. Её спина явно демонстрировала её гнев, но ещё в ней ощущалось немного печали. От такого вида у людей щемило сердце от переживаний за неё. Как только Сун Нин ушла, Нин Шу вздохнула с облегчением и вытерла холодный пот со лба. Это было впервые, когда она вообще видела кого-то с такой харизмой, чтобы очаровывать и мужчин, и женщин. Теперь Нин Шу стала немного подозрительнее относиться к Сун Нин. Не может быть, что она не сможет захватить Гун Ло с такими техниками соблазнения. Это так раздражало! Нин Шу отправилась в туалет. Когда она пришла туда, она по привычке зашла в женский туалет. И только когда она увидела внутри работницу в униформе уборщицы, она наконец-то сообразила и поспешно развернулась, чтобы выйти из туалета. - Ах! Ты извращенец! Ты даже вошёл в женский туалет! Изначально Нин Шу собиралась извиниться, но, когда она обернулась, она увидела Ань Нуань, одетую в униформу уборщицы. На ней была маска, и она держала в руках швабру, а сама она гневно смотрела на Нин Шу. Так с ней ещё и так можно столкнуться?! Нин Шу беспомощно вытерла лицо. Ей не хотелось разговаривать, поэтому она развернулась, чтобы выйти из женского туалета. Однако Ань Нуань тут же закричала: - Ты извращенец! Ты даже посмел войти в женский туалет! Раз я тебя тут увидела, то я ни за что тебя не отпущу! Пока Ань Нуань произносила это, она попыталась ударить Нин Шу шваброй. - Ты безукоризненно одет, но оказалось, что ты просто дикий зверь, замаскированный под одеждой. Нин Шу увернулась от швабры Ань Нуань, но грязная вода со швабры всё равно попала на её штаны. - Ты с ума сошла? - Это ты с ума сошёл, извращенец! Ты думаешь, что ты прав даже несмотря на то, что вошёл в женский туалет? Ань Нуань держала швабру, с которой капала вода, словно женщина-воин, а потом специально брызнула водой на блестящие чёрные кожаные туфли Нин Шу. Нин Шу: … - Ты умереть хочешь? Нин Шу безэмоционально посмотрела на Ань Нуань. Ань Нуань радостно рассмеялась и громко сказала: - Теперь у меня про тебя ещё больше слухов. Оказывается, что ты извращенец, который входит в женские туалеты. Я тебя предупреждаю, что в следующий раз тебе лучше быть со мной повежливее, а иначе я расскажу об это всему миру! Председатель Семейной Корпорации Гун – на самом деле извращенец! Нин Шу: … Неужели действительно нужно использовать подобное развитие, чтобы связать двух людей вместе? С какой стати Ань Нуань решила, что для Нин Шу вполне естественно соглашаться на подобные угрозы? Мир главной женщины очень просто разделяет всё на хорошее и плохое. С таким характером, кто знает, сколько ещё она людей оскорбила? Нин Шу повернулась, чтобы уйти. Чем больше она спорит, тем больше она просто утомляет себя, особенно учитывая то, что её противником была такая праведная идиотка, как главная женщина. С ней было ещё более утомительным спорить, чем с людьми, которые не были такими милыми и не хотели денег. Когда Ань Нуань увидела, что Нин Шу собирается "сбежать с места преступления", она тут же расставила руки, чтобы заблокировать Нин Шу путь к отступлению. Она наклонила голову и посмотрела на Нин Шу. - Ты не можешь уйти. - Ты хочешь удержать меня в женском туалете. Ты что, планируешь сексуально домогаться меня? Нин Шу нависла над Ань Нуань. ---------- Такой Плохой Человек - Ха, ты затащила меня в женский туалет, планируя сексуально надругаться надо мной, и всё ещё смеешь делать фиктивные обвинения, говоря, что это я извращенец, который вошёл в женский туалет? – Нин Шу холодно рассмеялась. – Прочь с дороги. Ещё раз заблокируешь мне путь, и я точно пну тебя. Ань Нуань тут же раскричалась, с недоверием глядя на Нин Шу. - Да как ты можешь быть таким бесстыдным? У тебя ни стыда, ни совести! Ах, ты, вонючий бесстыдный ублюдок! - Ты же сам явно зашёл в женский туалет, и всё равно говоришь, что я к тебе пристаю? Ань Нуань была так зла, что была готова вот-вот разрыдаться. Однако Нин Шу лишь считала, что Ань Нуань реагирует слишком преувеличенно. Такова была история. Она настаивала на том, чтобы они плотно увязли в отношениях друг с другом. Ведь Нин Шу просто случайно вошла не в тот туалет, но этого было достаточно, чтобы активировать подобное событие. Нин Шу оттолкнула Ань Нуань в сторону. - Проваливай. Хватит загораживать мне дорогу. Нин Шу застала Ань Нуань врасплох и, в итоге, та упала на пол. Она тихо вскрикнула от боли. Нин Шу увидела, что Ань Нуань упала на пол и что в её взгляде заблестели слёзы, когда она злобно уставилась на неё. Нин Шу подавила желание подойти и помочь Ань Нуань встать и просто вошла в соседний мужской туалет. Помочившись, Нин Шу вышла из туалета и обнаружила, что Ань Нуань всё ещё сидит на полу и вытирает слёзы с обиженным выражением на лице. Нин Шу знала, что даже если она по доброте душевной подойдёт помочь Ань Нуань, то Ань Нуань этого всё равно не оценит. Так значит, теперь они с Ань Нуань будут вести себя словно враги, столкнувшиеся на узкой дороге? В любом случае, Ань Нуань всегда появлялась перед ней, чтобы привлечь к себе внимание. Широкими шагами Нин Шу прошла прямо рядом с Ань Нуань. Ань Нуань уставилась в спину Нин Шу, поджала губы и безрадостно проворчала: - Какой же он плохой человек. Нин Шу чувствовала, что история могла всерьёз разбить ей яйца. Когда Ань Нуань была секретаршей, ей постоянно приходилось видеть Ань Нуань. Но даже после того, как Ань Нуань стала уборщицей, Нин Шу всё равно постоянно сталкивается с ней. Ань Нуань даже была назначена убирать в кабинете председателя. Это было просто нелепо. Нин Шу уже не воспринимала это иначе, как просто троллинг. А ведь у неё ещё была невеста, чья харизма могла привлекать как мужчин, так и женщин, и поэтому Нин Шу приходилось подавлять чувства, которые пытались прорасти в её сердце. Это была очень грустная жизнь. Хрусть! Большая ваза, которая стояла в кабинете, упала на пол и разбилась. Ань Нуань, которая протирала её платком, застыла, а потом начала поспешно извинять перед Нин Шу: - Председатель, я это не специально. Я, правда, не делала этого специально! Нин Шу глубоко вдохнула, а потом вытерла лицо одной рукой, в то время как другой рукой махнула в сторону двери. - Убирайся. Нин Шу просто никак не могла понять, почему отдел санитарии назначил Ань Нуань прибираться в кабинете председателя, особенно учитывая то, что Ань Нуань совсем недавно стала у них работать. О чём они вообще думали, давая такую важную работу новичку? Но это не нужно было объяснять, это явно была история. Нин Шу почувствовала изнеможение. Сун Нин стояла в стороне, скрестив руки, и наблюдала за всем этим. На её губках играла нечитаемая улыбка, пока она размышляла над вопросом о том, как Гун Ло могла так сильно понравиться подобная девушка, что он влюбился в неё до безумия. Когда мысли Сун Нин достигли этой точки, в её взгляде промелькнул след тоски. Ань Нуань продолжила торопливо извиняться перед Нин Шу. - Простите, я это не специально. Я, правда, сделала это не специально. Пожалуйста, просто вычтите стоимость этой вазы из моей зарплаты. Нин Шу захотелось снова прикрыть своё лицо. Она сейчас находилась в такой чудесной истории любви, но у неё было такое чувство, что она сейчас просто сойдёт с ума. - Сколько дней прошло с тех пор, как ты начала работать? Сколько ты уже успела заработать? Почему бы тебе просто не уволиться из компании? – спросила Сун Нин. – Ты не сможешь купить эту вазу даже за годовую зарплату. У Ань Нуань ошеломлённо отвалилась челюсть, когда она посмотрела на разбитые куски вазы на полу. - А чего она такая дорогая? Ань Нуань начала подбирать осколки голыми руками, продолжая повторять: - Я, правда, сделала это не специально, ах… Ань Нуань порезала палец об осколок и у неё начала течь кровь. Нин Шу: … Нин Шу глубоко вдохнула. Что это за ситуация такая? Неужели история пыталась заставить Нин Шу почувствовать душевную боль за Ань Нуань? Эта история явно была вездесущей. ---------- Я Не Могу Уволиться Из Компании Сун Нин взяла на себя инициативу и зажала кровоточащую рану куском ткани, а потом спокойно сказала: - Тебе надо идти. - Но… Ань Нуань посмотрела в сторону Нин Шу. Нин Шу небрежно махнула рукой, не удосужившись посмотреть на Ань Нуань, поэтому Ань Нуань ушла с лёгким разочарованием на лице. Нин Шу посмотрела на разбитый фарфор и кровь на полу, а потом покачала головой. Сун Нин подошла, взглянула на Нин Шу и спросила: - Что такое? У тебя голова болит? - Я закончил с работой, так что я пойду. Нин Шу схватила свой пиджак и вышла. Сун Нин наблюдала за тем, как этот мужчина уходит. Она почувствовала, что у этого мужчины самый сильный менталитет из всех, которые она когда-либо видела. Он был к ней настолько безразличен. Неужели он действительно так сильно любит Ань Нуань? Сун Нин похлопала себя по лицу. Вот серьёзно… Нин Шу вышла из здания и отправилась на парковку, где стоял её автомобиль. Когда она только собиралась выезжать на улицу, перед её автомобилем внезапно появилась фигура. Нин Шу поспешила нажать на тормоза. Какого хрена? Да кому это тут жить больше не хочется? Нин Шу открыла дверь автомобиля и увидела, что Ань Нуань упала на землю перед автомобилем. Её лицо было бледным, и на нём отражался страх. Нин Шу почувствовала, что её терпимость уже достигла предела. Как так получается, что она сталкивается с этой девушкой, куда бы она ни пошла? История явно настойчиво вынуждает их пересекаться. - Ты чего творишь? Нин Шу глубоко вдохнула, чтобы подавить гнев в своём сердце. В её сердце сейчас топтались бесчисленные грязно-травянистые лошади. Ань Нуань обернулась и, когда она увидела Нин Шу, её взгляд заметно задрожал. - Председатель, я это не специально сделала. Я просто задумалась. Я, правда, не заметила вас! Ань Нуань хотела встать, но, похоже, что она подвернула лодыжку, потому что она вскрикнула от боли. Нин Шу: … Может ей просто оставить главную женщину лежать тут? Словно она постоянно сталкивалась с Ань Нуань на протяжении дня. Это уже просто раздражало. - Ты в порядке? – спросила Нин Шу. Ань Нуань поспешно махнула рукой и сказала: - Я в порядке. Я в порядке. Нин Шу кивнула. - Это хорошо, что ты в порядке. А потом она повернулась, чтобы сесть в автомобиль и уехать. - Эм, председатель, вы не могли бы подождать минутку? Ань Нуань начала хромать в сторону Нин Шу. Вены на лбу Нин Шу начали пульсировать, когда она спросила: - Что ещё тебе надо? Ты хочешь, чтобы я заплатил за лечение? Выражение лица Ань Нуань тут же одеревенело. - Мне не нужны ваши деньги. Губы Нин Шу изогнулись. Не злись, сохраняй улыбку. Очень важно оставаться спокойной. Нин Шу спросила с улыбкой: - Если тебе не нужны деньги, тогда что нужно? Ань Нуань сказала: - Это насчёт вазы. Я найду способ расплатиться за неё. Это моя ошибка. Я была небрежна. Я надеюсь, что вы не станете выгонять меня из компании? Нин Шу заставила себя быть спокойной, когда сказала: - А что такое? Эта ваза очень ценная, ты не сможешь купить её даже за годовую зарплату. Но, если ты уволишься из компании, то тебе не придётся платить за эту вазу. Ань Нуань впервые видела, чтобы этот мужчина так с ней разговаривал. Большую часть времени он был очень нетерпелив по отношению к ней. Она даже немного не привыкла к такому отношению и покачала головой, говоря: - Я не могу уволиться из компании. Нин Шу: Почему, почему, почему? - Почему? – слабым голосом спросила Нин Шу. Она просто никак не могла понять, о чём думала главная женщина. Ань Нуань сказала: - Мне нужна эта работа. Мой младший брат учится в колледже, поэтому мне нужно каждый месяц посылать домой деньги. Нин Шу хрустнула своей шеей, а потом сказала: - Но тебе нужно выплатить деньги за вазу, поэтому ты потеряешь свою годовую оплату. Это означает, что ты целый год будешь работать ни за что. Но вместо этого ты можешь просто уволиться и найти другую работу. Ань Нуань снова покачала головой. - Я не могу уволиться из компании. Нин Шу: … А почему нет-то, блин? Эта беседа просто идёт по кругу. ---------- Попробуешь Мою Готовку? Разговор Нин Шу и Ань Нуань зашёл в тупик. - Ты можешь уволиться из компании. - Нет, я не могу уволиться из компании, потому что мне нужна эта работа. - Ты можешь поискать другую работу. У тебя, блин, не хватает денег, чтобы расплатиться за вазу. - Нет, я не могу уволиться из компании. - Какого чёрта ты не можешь уволиться из компании. - Просто не могу. Тот дрянной парень, мой бывший, будет смотреть на меня свысока. Нин Шу вытерла лицо, а потом достала немного денег из своего кошелька, чтобы дать их Ань Нуань. Ань Нуань тут же расстроилась. Нин Шу сказала: - Это тебе деньги на такси, чтобы ты съездила в больницу, и там взглянули на твою ногу. - Нет, спасибо! Мне они не нужны! Ань Нуань отвернулась и начала ковылять прочь. Нин Шу даже не стала смотреть на Ань Нуань. Она села в свой автомобиль и отправилась на свою виллу. Вилла была ярко освещена. Как только она открыла дверь, оттуда начал литься аромат еды. Нин Шу надела тапочки и отправилась на кухню. Она обнаружила там Сун Нин, одетую в фартук и стоящую у плиты. Даже когда она готовила, она выглядела очень красиво. Атмосфера ощущалась очень тёплой и домашней. - Ты вернулся, - Сун Нин улыбнулась и спросила у Нин Шу: - Ты же ушёл раньше меня, так чего же ты вернулся ещё даже позже меня? Нин Шу прислонилась к двери и посмотрела на Сун Нин. Её лёгкая улыбка была очень очаровательной. - А ты почему всё ещё тут? Зачем ты приходишь в мой дом? - Гун Ло, ты что, ослеп? Разве ты не видишь, что я готовлю? Сун Нин закатила глаза, глядя на Нин Шу, а потом протянула руку. - Подай мне тарелку. Нин Шу открыла шкафчик и протянула тарелку Сун Нин. Сун Нин положила на неё порцию, а потом сказала: - Отнеси это к столу. Нин Шу кивнула и отнесла тарелку к столу. Вскоре были готовы четыре гарнира и суп. Все они были обычными домашними блюдами, но все они пахли, выглядели и на вкус были великолепными. От одного только этого кулинарного навыка Нин Шу вздохнула с восхищением, потому что сама она никак не могла приготовить такую еду. Сун Нин сняла фартук и села напротив Нин Шу. - Попробуешь мою готовку? Нин Шу попробовала каждое блюдо, а потом искренне похвалила: - Они все очень вкусные! Ты очень хорошо готовишь. Похвала Нин Шу совсем не обрадовала Сун Нин. Даже наоборот, её цвет лица стал ещё мрачнее. Она поджала губы и ничего не сказала. - Так ты даже готовить умеешь? Было довольно удивительно, что такая богатая мисс, как Сун Нин, вообще умеет готовить. Сун Нин потыкала в свой рис палочками и надулась. - Неужели ты никогда не слышал поговорки "путь к сердцу мужчины лежит через его желудок"? Я очень долго тренировалась в готовке, но совершенно очевидно, что мне не удалось захватить твой желудок. Нин Шу: … У неё было такое ощущение, что с ней снова флиртуют. Охренеть. Она чувствовала, что вот-вот превратится в лесбиянку, с такой красоткой, как Сун Нин, флиртующей с ней каждый день. Но она не могла. О, небеса! Нин Шу чувствовала, что даже её целостность начала колебаться. Она не ответила на жалобу Сун Нин и просто молча продолжила есть. Сун Нин нахмурила брови. Какого хрена? Он вообще мужик? Неужели он действительно мог принять в своё сердце лишь Ань Нуань? Она никак не могла в это поверить. Сун Нин подпёрла подбородок, посмотрела на Нин Шу и сказала: - Подай мне немного того жареного лука, что перед тобой. - А чего сама не возьмёшь? Нин Шу подняла брови, глядя в стону Сун Нин. - Потому что я не могу дотянуться, - ответила Сун Нин, словно это было само собой разумеющееся. Ты не можешь дотянуться? Когда Нин Шу увидела флиртующее выражение лица Сун Нин, она подтолкнула к ней тарелку. Сун Нин: … Он был таким скучным мужчиной. Почему же он вёл себя совсем по другому по отношению к Ань Нуань? Цвет лица Сун Нин стал ещё хуже. Когда она увидела, что другая сторона сфокусирована лишь на еде, её настроение ещё больше ухудшилось, и она положила свои палочки на стол. После этого он подпёрла подбородок и просто стала наблюдать за Нин Шу. Нин Шу поняла, что не сможет вынести, когда на неё вот так смотрит женщина. - Сун Нин, так что тебе нужно? – прямо спросила Нин Шу. Сун Нин начала накручивать волосы на палец и ответила, как ни в чём ни бывало: - Конечно же, я пытаюсь сделать так, чтобы ты в меня влюбился. Всё же, мы уже обручены. А раз мы собираемся пожениться, то, конечно же, будет лучше, если мы будем любить друг друга. И тогда наш брак будет ещё более счастливым. Сун Нин пристально посмотрела на Нин Шу. - Я же женщина, поэтому вполне естественно, что мне нужно, чтобы в нашей семье было тепло. По сравнению с тем, чтобы быть незнакомцами после свадьбы, почему бы нам не попытаться влюбиться друг в друга сейчас? – с лёгкостью сказала Сун Нин. Нин Шу внезапно не знала, как возразить на это, потому что сказанное Сун Нин было вполне логичным. ---------- Я, Блин, Девушка - Но, даже спустя всё это время, я обнаружила, что ты всё ещё не влюбился в меня, - сказала Сун Нин с взволнованным выражением лица. – Неужели так трудно полюбить меня? Это трудно, очень трудно! Нин Шу выразила уверенность в том, что она просто не может заняться юри. - Так что же во мне такого, что недостаточно хорошее? – Сун Нин посмотрела на Нин Шу. – Я недостаточно красивая? Нин Шу покачала головой и сказала: - Ты очень красивая. - Тогда почему я тебе не нравлюсь? – спросила Сун Нин с растерянным выражением лица. – Я могу сделать тебе подарок в гостиной, а ещё я умею готовить. Так чем же ты всё ещё недоволен? Да потому что я, блин, девушка, и ты тоже девушка, как мы можем быть вместе? Как только задание будет закончено, она уйдёт. Если у Сун Нин и изначального хоста возникнут отношения, то это никак не будет связано с ней самой. Она не станет вместо изначального хоста принимать решения о любви, так как у неё не было на это права. - Забудь, я больше не хочу есть. Твоё поведение меня очень огорчает. Сун Нин встала из-за стола и пересела на диван, игнорируя Нин Шу. Нин Шу пожала плечами. Когда она увидела, что на тарелках ещё осталась еда, она расправилась со всей едой, так как ей было бы стыдно выбрасывать такое. - Я сегодня не вернусь домой. С этих пор я буду жить тут. Я уйду только тогда, когда сочту, что этого достаточно, - сказала Сун Нин с недовольным выражением лица. Нин Шу ничего не сказала. Раз она хочет остаться, то пусть так и будет. Когда Сун Нин увидела, что Нин Шу пошла наверх, даже не обратив на неё внимания, она удручённо наморщила нос. Нин Шу приняла душ, а потом легла на широкую постель и уставилась не белоснежные плитки на потолке, обдумывая задание. Это задание было очень трудным. Из-за её судьбы и Ань Нуань, она никак не могла избежать столкновений с ней, и была очень высокая вероятность возникновения какой-нибудь сцены, наполненной розовыми пузырьками романтики. Хаах, это всё равно, что просить её расстаться с жизнью. Нин Шу уже собиралась закрыть глаза, когда услышала стук в дверь. Нин Шу закатила глаза, но всё равно стала с постели, чтобы открыть дверь. Она увидела Сун Нин, которая стояла снаружи босиком и в ночнушке. Сун Нин распустила волосы, поэтому её роскошные чёрные волосы каскадом спадали по её плечам, словно волны чёрного шёлка. Из-под ночнушки виднелись её безупречные белые ноги. Вид этих стройных и идеальных ног был исключительно соблазнительным. Так зачем же она стучалась в дверь в таком виде? Это же не для того, о чём она только что подумала, верно? Нин Шу с трудом сглотнула, а потом спросила: - Тебе что-то нужно? Сун Нин просто оттолкнула Нин Шу в сторону и босиком вошла в комнату, чтобы сесть на постель. Она посмотрела на Нин Шу и сказала: - А ты как думаешь? Я думаю, что нам не стоит этого делать! Нин Шу лишь посмотрела на Сун Нин, ничего не говоря. И почему, блин, все хотят с ней переспать? Умоляю, смилуйтесь. - Жизнь в браке очень важна. Я хочу проверить, сможешь ли ты сделать это или нет. Разве я уже не говорила тебе об этом? Дисгармония в постели – это основная причина развода. Выражение лица Сун Нин было очень чарующим, когда она говорила об этом. Она была очаровательной, словно маленькая лисица. Судя по нормальному развитию событий, Нин Шу, вероятно, должна была сказать что-то вроде, тебе не стоит говорить того, что может делать мужчина, а чего – нет. Я тебе покажу, что я могу сделать, а чего – нет. А после этого молния разожжёт костёр? Охренеть, какая же это была стыдоба! Когда она была главной женщиной, у неё всегда были мужчины, которые хотели с ней переспать. А когда она стала главным мужчиной, то у неё появились женщины, которые хотят переспать с ней. Вообще-то, быть главным персонажем – это тоже довольно тяжело. ---------- Сделаю Тебя Моим! Стоя у двери Нин Шу поджала губы, глядя на флиртующую маленькую лисицу. Вены на её лбу начали пульсировать. Эта ситуация была очень неловкой, но она всё равно продолжила улыбаться. - Ты уверена? – она посмотрела прямо на Сун Нин и спросила: - Ты уверена, что хочешь заняться этим… Сун Нин встала и подошла к Нин Шу, а потом ткнула её пальцем в мускулистую грудь. - Мы же оба взрослые люди, а ты как думаешь? Нин Шу слабо улыбнулась, и схватила Сун Нин за палец, который был словно сделан из нефрита. Она внимательно его осмотрела. Он был тонким и прекрасным. Каждый её палец словно был тщательно выточен. Сун Нин поистине была прекрасной женщиной. Когда Сун Нин увидела, насколько сконцентрированным стала Нин Шу, её пульс участился. Этот мужчина был просто прекрасен. Нин Шу отпустила палец Сун Нин, а потом погладила её руку. Это прикосновение ощущалось так, словно она касалась атласного и мягкого белоснежного нефрита. Это ощущение было таким приятным, что Нин Шу не удержалась от того, чтобы потереть её ещё немного. Красный румянец появился на лице Сун Нин, а её взгляд затуманился и наполнился страстным вожделением, когда она посмотрела на Нин Шу. Нин Шу встретилась взглядом с Сун Нин. Она словно чувствовала, что эта женщина, стоящая перед ней, очень сильно её любит, словно она была самым важным человеком в жизни этой женщины. Она почувствовала, что эта женщина достойна доверия, что она достойна того, чтобы её любить. Казалось, словно их сердца были связаны. Нин Шу схватила Сун Нин за руку и вытянула её из комнаты, после чего спокойно сказала: - Я не хочу с тобой общаться. Лицо Сун Нин тут же застыло. Недоверие и смущённый гнев слегка исказили её выражение лица. - Ты мужчина или нет? Как он вообще мог отказаться от женщины, которая сама пришла к его двери? Сун Нин просто не знала, что сказать. Неужели Гун Ло действительно был настолько влюблён в Ань Нуань до такой степени, что берёг своё тело только для Ань Нуань? Сун Нин была в ярости. Она потянулась и схватила Нин Шу за рубашку, со словами: - Ты мужчина или нет? Или у тебя просто не встаёт? Уж я-то завалю тебя сегодня в постель и сделаю тебя моим! С этими словами Сун Нин поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать Нин Шу. Охренеть, какого хера? Нин Шу оттолкнула приближающееся лицо Сун Нин и спокойно сказала: - Выспись как следует. Хватит думать о всяких бессмысленных вещах. А потом она так резко захлопнула дверь, что чуть не расплющила нос Сун Нин. Сун Нин потёрла нос, а потом холодно рассмеялась, прежде чем скрестить руки на груди. Нин Шу покачала головой, а потом легла в постель, чтобы поспать. Это было не её тело. Она пришла лишь выполнять задание, поэтому у неё не было права использовать тело поручителя, чтобы делать те вещи, которые пересекают её границы. И для неё будет даже ещё хуже делать те вещи, которые создадут проблем поручителю. Она даже не смела приближаться к тем вещам, которые связаны с эмоциями. Она не могла всё усложнить только потому, что ей вдруг захотелось немного развлечься. Будет лучше оставить Сун Нин, эту невесту, чтобы изначальный хост сам с ней разобрался. На следующий день, когда Нин Шу встала и спустилась вниз, она не увидела Сун Нин, поэтому спросила у тётушки Ли: - А где мисс Сун? - Мисс Сун ушла рано утром. Тётушка Ли налила Нин Шу стакан молока. Так она ушла утром? Нин Шу нахмурила брови. Похоже, что произошедшее прошлой ночью разозлило Сун Нин. Она пожала плечами. Раз она ушла, то так тому и быть. Ей наоборот будет даже гораздо комфортнее, если Сун Нин не будет кружиться возле неё. Всё равно она была не настоящим мужчиной. ---------- Я Обязательно Расплачусь За Вазу Нин Шу приехала в компанию на работу, но, как только она вошла в здание, кто-то врезался ей в грудь. Она поспешила оттолкнуть этого человека от себя. Это снова оказалась Ань Нуань, одетая в униформу уборщицы. Ань Нуань до этого мыла пол и не обращала внимание на то, что происходит вокруг неё, поэтому, в итоге, врезалась в кого-то. Однако этот человек просто взял и оттолкнул её, чуть не уронив на пол. - Да что, чёрт подери, не так с… вами? Ань Нуань тут же начала жаловаться, но, когда обернулась и увидела, что это была Нин Шу, её голос затих, а голова опустилась. Нин Шу спокойно сказала: - Смотри по сторонам, когда моешь. А что если ты врежешься в нашего клиента? Справишься ли ты с такой ответственностью? Ань Нуань безрадостно поджала губы и сказала: - Но я же это ведь не специально. Чего это вы со мной так сурово? - Разве я веду себя сурово? Я лишь говорю как есть, - сказала Нин Шу с ноткой беспомощности. Ань Нуань кивнула. Нин Шу развернулась, чтобы уйти, поэтому Ань Нуань побежала, чтобы догнать её. - Председатель, вы же меня не уволите, да? Нин Шу сказала: - Раз ты хочешь оставаться в компании, то оставайся в компании. Но помни, что тебе придётся расплатиться за вазу. - Я поняла, спасибо. Я обязательно расплачусь за вазу! Ань Нуань улыбнулась с облегчением. Когда Нин Шу увидела Ань Нуань такой, то ей очень захотелось просто прикрыть свой лоб от раздражения. Когда она вошла в кабинет, то обнаружила, что Сун Нин сортирует документы, одетая в костюм деловой леди. Всё в кабинете было аккуратно расставлено и организовано. Нин Шу думала, что Сун Нин уйдёт из компании и была очень удивлена, когда обнаружила, что та просто пораньше пришла в компанию. - Утречко, - Нин Шу поприветствовала Сун Нин. Выражение лица Сун Нин было строгим и холодным, когда она сказала: - Доброе утро, председатель. А потом она прошла мимо Нин Шу, словно они были просто незнакомцами, и вышла из кабинета. Вчера она была такой страстной, а теперь – холодной как лёд. К такому было очень трудно привыкнуть. Её настроение очень сильно колебалось. Вероятно, она всё ещё была зла на то, что произошло вчера, но Нин Шу не считала, что она сделала что-то неправильное. Злость Сун Нин не имела к ней никакого отношения. После этого Сун Нин продемонстрировала поведение успешной женщины-карьеристки. Она идеально со всем управлялась. Нин Шу даже не приходилось ничего говорить, а Сун Нин всё равно предугадывала, о чём она думает. Она была просто божественна в своих способностях. Однако её поведение было очень холодным, словно она была перед начальством. Нин Шу просто пожала плечами, ничуть не переживая по этому поводу. Так даже лучше, когда Сун Нин была такой холодной. Нин Шу так было даже проще справляться, чем по сравнению с тем, когда Сун Нин пыталась постоянно её соблазнить. С помощью Сун Нин работа Нин Шу стала гораздо легче. Сун Нин могла разделить горы документов на те, которые требовали срочного внимания и те, которые могли подождать, поэтому работа Нин Шу стала гораздо более расслабленной. Когда Сун Нин увидела, насколько безразличным была Нин Шу, она крепко закусила губы. Её взгляд наполнился холодным негодованием. Нин Шу не обратила внимания на ледяную Сун Нин и просто продолжила выполнять своё задание. Когда она посмотрела на Ань Нуань, которая протирала боковины стола и мыла пол, она решила, что нужно понять, как разбить связь между изначальным хостом и Ань Нуань. Нин Шу никогда не представляла себе, что однажды ей придётся делать нечто подобное. Заставить парочку расстаться?! Ань Нуань, которая протирала стекло, продолжала чувствовать на себе обжигающий взгляд. Когда она оглянулась, то увидела, что председатель смотрит на неё нечитаемым взглядом. От этого сердце Ань Нуань начало биться сильнее. Да что такое с этим человеком? Почему он продолжает пялиться на неё? Не может же быть, что он всё ещё хочет уволить её, верно? Тем временем, когда Сун Нин увидела, что Нин Шу смотрит прямо на Ань Нуань, она невольно закатила глаза. Какого чёрта? Почему?! Почему Ань Нуань так сильно нравится Гун Ло? Плечи Сун Нин слегка поникли. Это так сильно раздражало. После работы Нин Шу вернулась на виллу, но она не увидела Сун Нин. Она не увидела и никакой еды, приготовленной на неё, поэтому спросила у тётушки Ли: - А где мисс Сун? Тётушка Ли ответила: - Мисс Сун вернулась домой. Она уже забрала все свои вещи. Нин Шу подняла брови. Что вообще происходит? Ну, раз она ушла, значит ушла, Нин Шу особо не было дела до этого. Ей и так хватало головной боли от того, что рядом была Ань Нуань, так что это даже хорошо, что Сун Нин уехала. После этого, когда на следующий день она отправилась на работу, она не увидела там Сун Нин. Осмотревшись повсюду, она всё равно не нашла её. ---------- Вообще-то Даже Обрадовалась Сун Нин обычно постоянно была рядом с ней, поэтому, когда она так внезапно перестала приходить, Нин Шу вообще-то даже обрадовалась. Нин Шу спросила у главной секретарши: - А где мисс Сун? - Мисс Сун сегодня не придёт, - ответила главная секретарша. Нин Шу обрадовалась ещё больше и спросила: - Она вообще больше не придёт? Когда главная секретарша увидела, какой счастливой выглядит Нин Шу, она сказала: - Председатель, мисс Сун заболела. Может вам стоит сходить и навестить её. - Ох, тогда я подыщу время, чтобы навестить её. После этих слов Нин Шу вернулась в кабинет, где обнаружила, что Ань Нуань уже была занята там уборкой. Она действительно видела эту девушку каждый божий день. Нин Шу потёрла свой лоб. История постоянно сталкивала их вместе. Было даже такое ощущение, что Ань Нуань всегда убирается только в тех местах, где ходит Нин Шу. Ань Нуань снова почувствовала, что председатель смотрит на неё. Он всегда смотрел на неё таким обжигающим взглядом. От этого Ань Нуань чувствовала сильное волнение, и её сердце тревожно колотилось. Нин Шу села на диван, чтобы наблюдать за Ань Нуань. На самом деле Ань Нуань не делала ничего плохого, она просто была девушкой, которую очень любили Небеса. Небеса даже распорядились так, чтобы деспотичный председатель влюбился в Ань Нуань и обожал её, чтобы она могла жить счастливой и благословлённой жизнью. Она была совершенно обычной. У неё не было никаких выдающихся способностей, а значит, она наверняка накопила много добродетельных поступков в прошлой жизни, раз в этой жизни смогла повстречать кого-то вроде Гун Ло. Ей даже не приходилось с трудом бороться, чтобы добраться до самого пика жизни. Свадьба всегда была вторым перерождением для женщины. Любовь обычно возникала между двумя людьми, но Гун Ло чувствовал себя так, словно его контролируют. И это очень напрягало Гун Ло. Любовь требует взаимных жертв. И мужчина и женщина, находящиеся в отношениях, должны взаимно поддерживать друг друга, но в этой любви Гун Ло отдавал всё, в то время как Ань Нуань просто наслаждалась обожанием, которое ей дарил Гун Ло. Все возникающие конфликты заканчивались тем, что Гун Ло первым склонял свою голову. Ань Нуань больше не могла выносить этот взгляд, поэтому она набралась храбрости, чтобы развернуться лицом к Нин Шу. - Чего это вы на меня так смотрите? Вы что-то планируете сделать? Я же вам уже сказала, что расплачусь за вазу. Нин Шу откинулась назад и продолжила смотреть на Ань Нуань, сказав: - Почему ты так настаиваешь на том, чтобы остаться в моей компании? Я могу порекомендовать тебя на должность в другую компанию. Ань Нуань сжала платок и ответила: - Я могу не понравиться другим компаниям. Тот дрянной парень, то есть, мой бывший парень, он довольно богат. Он часто специально усложняет мне жизнь. Если я перейду в другую компанию, то меня могут уволить. Охренеть, история была таким троллем. Это означало, что Ань Нуань буквально собиралась пустить корни в Семейной Корпорации Гун. Лицевые мускулы Нин Шу задёргались, и она даже не знала, что сказать, поэтому просто махнула рукой на Ань Нуань. - Проваливай из кабинета. Ань Нуань кивнула и покорно пошла к выходу. Когда она дошла до двери, она остановилась и развернулась: - Председатель, у меня такое чувство, что вы меня сильно ненавидите. - Вот как? – тихо ответила Нин Шу. Ань Нуань тактично сказала: - В будущем я не буду так часто показываться вам на глаза. Я буду ждать, пока вас не будет в кабинете, чтобы прибраться в нём. Нин Шу кивнула, не выражая никаких возражения. Сердце Ань Нуань наполнилось невероятным разочарованием и раздражением, когда она спросила: - Я слышала, что мисс Сун – это ваша невеста. - Ага. Нин Шу кивнула. Ань Нуань внезапно не знала, что сказать. Когда она посмотрела на мужчину, сидящего на диване и излучающую такую естественную ауру величия, её сердце на мгновение неконтролируемо дрогнуло. Лицо этого мужчины могло очаровать любого человека, будь то мужчина или женщина. - Иди. Нин Шу небрежно махнула рукой. Ань Нуань развернулась и вышла из кабинета. После этого Нин Шу расстегнула пуговицы на костюме. Сняв пиджак, она начала работать. И только тогда она обнаружила, что без Сун Нин, работать стало очень утомительно. Она уже привыкла к расслабленной работе, поэтому ей уже было непривычно вкладывать так много усилий в работу. Нин Шу покачала головой. Вот почему так важно во всём полагаться только на себя. Стоит только начать полагаться на других, как это становится привычкой, и ты встаёшь на путь разрушения. ---------- Неужели Так Трудно Отдать Мне Своё Истинное Сердце? Сун Нин поистине умело манипулировала сердцами людей. Она постепенно просачивалась в её жизнь и работу, словно вода, поэтому, когда её внезапно не стало, Нин Шу невольно почувствовала всевозможные неудобства. С таким навыком, как же Сун Нин могла проиграть практически бесполезной Ань Нуань? Это было нелогично. После того, как Нин Шу закончила со своей работой, она решила, что нужно навестить Сун Нин. В больничной палате Нин Шу увидела, что Сун Нин лежит в койке, а её деликатное лицо было смертельно бледным. По сравнению с тем, какой соблазнительной она обычно была, нынешняя Сун Нин выглядела очень хрупкой, словно ребёнок у которого содрали внешнюю оболочку. Это обнажало её самую глубокую сущность, и у людей сжималось сердце, от одного только взгляда на неё. Нин Шу не ожидала, что Сун Нин действительно будет больна и, судя по всему, она была очень серьёзно больна. Нин Шу протянула руку и ощупала лоб Сун Нин. - У тебя высокая температура. Что произошло? Сун Нин кашлянула, а потом закатила глаза, глядя на Нин Шу. - Я простыла и заболела. У меня серьёзная простуда. Всё, что Нин Шу могла сказать, это: - Отдохни хорошенько. Цвет лица Сун Нин потускнел, отчего её взгляд потерял свой блеск. Она протянула руку и подёргала за палец Нин Шу, словно ребёнок. В этом жесте сочеталось ощущение беспокойства и надежды. Нин Шу села у койки. - Не думай слишком много, и просто отдохни как следует. Сун Нин продолжила крепко держать палец Нин Шу и тихо спросила: - Гун Ло, неужели так трудно отдать мне своё истинное сердце? Трудно, это было очень трудно. Нин Шу никак не могла отдать своё сердце кому-то ещё. Если сердце больше не будет её, то останется ли она по-прежнему собой? Сможет ли она всё ещё спокойно завершить задание? Она сейчас даже не могла гарантировать свою собственную жизнь. Поэтому она никак не могла отдать своё сердце, тем более какой-то женщине. Это был ещё больший абсурд. Нин Шу спокойно сказала: - Зачем тебе нужно моё истинное сердце? Разве тебе недостаточно того, что всё и так хорошо? - Да чего в этом хорошего? Я вот-вот потеряю своё сердце, вот почему я хочу твоё, - выражение лица Сун Нин было очень жалобным. – Мы же обручены. Что плохого в том, чтобы любить друг друга? Вены на лбу Нин Шу начали пульсировать, а её сердце наполнилось проклятиями. - Я не хочу тебе лгать. Я никогда в тебя не влюблюсь. Нин Шу отцепилась от себя пальцы Сун Нин. Мысленно она всё равно чувствовала себя немного оправдывающейся. Лицо Сун Нин на мгновение исказилось, а потом на нём появились сильное нежелание и гнев. Однако, спустя всего короткое мгновение, они исчезли, а потом её выражение лица снова стало жалостным. Сказав несколько слов утешения, Нин Шу собралась уходить. Она никак не могла себе сейчас позволить влюбиться в женщину, поэтому она могла лишь избегать Сун Нин. А все эти вопросы чувств лучше оставить изначальному хосту. У этой Сун Нин просто очень сильная харизма. Даже несмотря на то, что она сама была женщиной, её сердце колотилось. Этой харизме просто невозможно было сопротивляться. - Не уходи. Гун Ло, не уходи. Сун Нин откинула покрывало в сторону и выдернула капельницу из руки. Босиком она встала перед Нин Шу, чтобы заблокировать ей путь. - Неужели тебе так трудно влюбиться в меня? Нин Шу потёрла свой лоб. - Неужели так легко влюбиться в кого-то? Можешь ли ты влюбиться в кого-то по собственной воле? Почему ты так спешишь заставить меня влюбиться в тебя? Нин Шу нахмурила брови и она нависла над Сун Нин, глядя на неё. Всё-таки, они и без того были обручены. А с такими отношениями, вполне нормально, чтобы у них постепенно появлялись чувства друг к другу, так зачем же Сун Нин так спешит? Выражение лица на мгновение застыло, а потом она сказала: - Потому что я в тебя влюблена, поэтому мне так не терпится узнать твой ответ. Я чувствую тревогу и волнение, вот почему я так тороплюсь. ---------- Продать Своё Тело, Чтобы Выплатить Долг - Гун Ло, неужели ты не понимаешь моих чувств? Сун Нин протянула руку, чтобы крепко схватиться за рукав Нин Шу. Она так сильно сжала руку, что её суставы стали подозрительно белыми. От лёгкой дрожи её руки, сердца людей сжимались бы от боли. Однако Нин Шу чувствовала лишь головную боль. Ну и как ей отвечать на чувства Сун Нин? Та, кого любит Сун Нин – это Гун Ло, а не Нин Шу, но эта Сун Нин хотела её истинное сердце. Но это истинное сердце принадлежало Нин Шу, а не Гун Ло! - Сун Нин, тебе стоит отдохнуть. А мне пора идти. Нин Шу отмахнулась от руки Сун Нин и повернулась, чтобы выйти из палаты. - Гун Ло, Гун Ло! Как ты можешь быть со мной так жесток? – донёсся из палаты слабый голос Сун Нин. Когда Сун Нин увидела, что Нин Шу ушла, не оглядываясь назад, она была так зла, что начала раздражённо топать. Она никогда раньше не чувствовала себя настолько проигравшей. Это так бесило! Как только Нин Шу вышла из больницы, она начала ощущать, что с ней явно что-то не так. Разве она не должна была отчаянно избегать Сун Нин? Так почему же она сама пришла к ней, напрашиваться на очередные проблемы? Когда она вернулась в компанию, стоило ей только войти в кабинет, как перед ней на колени упала чья-то фигура. Если бы не необходимость поддерживать спокойный образ, то Нин Шу бы в шоке отпрыгнула назад. Когда Нин Шу присмотрелась, то она обнаружила, что оказывается, это Ань Нуань рухнула перед ней на колени. Ань Нуань рыдала, её лицо было бледным, как у призрака, а волосы растрёпаны. Она выглядела максимально несчастной. У Нин Шу начало появляться дурное предчувствие. Что ещё история пытается теперь сделать? - Что ты делаешь? – в голосе Нин Шу слышался гнев, когда она подошла к дивану, чтобы сесть. – Что это вообще такое? Ань Нуань подползла на коленях к Нин Шу и, рыдая, взмолилась: - Председатель, прошу, помогите мне. Я вас умоляю. Да что за чертовщина происходит? Нин Шу раздражённо потёрла виски. Когда Ань Нуань увидела, что Нин Шу ничего не говорит, она поспешно поклонилась и взмолилась: - Председатель, я вас умоляю! Прошу, я умоляю вас! - Да что такое? Объясни, - спокойно сказала Нин Шу. - Председатель, можете одолжить мне пятьсот тысяч? Ань Нуань тоже чувствовала, что её просьба был слишком уж наглой, но у неё не осталось иного выбора. Неужели история теперь пытается пойти по пути, где Ань Нуань придётся продать своё тело, чтобы выплатить долг? Боже мой! Но ей всё равно пришлось поддерживать лёгкую улыбку. Нин Шу спросила: - Зачем тебе нужно пятьсот тысяч? - Мой младший брат, он… Слёзы Ань Нуань тут же потекли из глаз и начали капать на пол огромными каплями. Она выглядела очень жалкой. Нин Шу закрыла глаза. Раз Ань Нуань не хочет об этом говорить, то это её собственная проблема. - Председатель, мой брат попал в автокатастрофу и ему нужны деньги на операцию. Вы единственный богатый человек из тех, кого я знаю. Молю, одолжите мне пятьсот тысяч. Я вам всё отплачу, - сказала Ань Нуань, продолжая рыдать. Нин Шу: … Как и ожидалось, это был такой поворот сюжета. И почему Ань Нуань была так уверена, что Нин Шу одолжит ей деньги? И почему она первым делом отправилась к Нин Шу? В её действиях явно читалось подсознательное осознание. Сюжет истории был очень силён. Нин Шу скрестила ноги и спокойно сказала: - А с какой стати я должен одалживать тебе деньги? Мы не настолько знакомы, чтобы я мог одолжить тебе деньги. Мы с тобой даже не друзья. - Да, но у меня просто нет другого выбора. У меня нет другого выбора, кроме как прийти и умолять вас. У Ань Нуань действительно не было другого выбора. Вот как ещё ей собрать пятьсот тысяч? А без этих пятисот тысяч, что ей делать? Её младший брат умрёт. Её младший брат сейчас лежал на операционном столе и ждал денег, которые спасут его жизнь. ---------- Все Становятся Пушечным Мясом - Председатель, я обязательно расплачусь с вами, даже если мне всю жизнь придётся мыть полы. Я вас умоляю, я больше не буду просить зарплату, так что прошу вас! Ань Нуань продолжила кланяться Нин Шу. Нин Шу глубоко вдохнула, а потом сказала: - Раз ты хочешь занять денег, то у тебя должны быть какие-нибудь гарантии. Есть ведь банки, в которых ты можешь взять кредит, так почему же ты настаиваешь на том, чтобы занять деньги у меня? Ань Нуань сказала: - Я подумала о том, чтобы заложить свой дом под кредит, но пятьсот тысяч – это немалая сумма, вероятнее всего проверка займёт много времени, а моему брату деньги нужны сейчас. - Неужели всё настолько серьёзно? – спросила Нин Шу. Ань Нуань вытерла слёзы. - Он сейчас в бессознательном состоянии. Прямо сейчас ему очень нужны деньги, чтобы спасти его жизнь. Я сделаю всё, что скажете. Прошу, я вас умоляю! Председатель, я вас умоляю. Из-за слёз у Ань Нуань покраснел нос, поэтому она выглядела очень жалостно. Обдумав всё пару мгновений, Нин Шу выписала чек на пятьсот тысяч и показала его Ань Нуань. Ань Нуань вытерла слёзы и улыбнулась с облегчением, а потом снова поклонилась Нин Шу. - Спасибо вам! Спасибо вам! - Постой. Раз уж ты занимаешь деньги, то ты должна написать расписку на этот займ. Мои деньги с неба не падают, - спокойно сказала Нин Шу. Ань Нуань поспешно ответила: - Я сейчас же напишу расписку. Она начала писать расписку, продолжая плакать. Нин Шу взглянула на расписку, а потом протянула чек Ань Нуань. Ань Нуань снова поклонилась Нин Шу, после чего потянулась за чеком дрожащей рукой. Из-за того, что она так долго стояла на коленях, когда она поднялась, она пошатнулась и чуть не упала в объятия Нин Шу. Нин Шу поспешила увернуться от неё. - Простите, простите. Я это не специально. Ань Нуань поспешно извинилась. Её лицо всё ещё было красным. Нин Шу лишь махнула ей, чтобы она уходила, и Ань Нуань поспешно покинула кабинет. Нин Шу глянула на расписку, а потом хмыкнула. Она вовсе не была доброй. Ради того, чтобы жизнь Ань Нуань переплелась с жизнью Гун Ло, история заставила младшего брата Ань Нуань попасть в автокатастрофу, чтобы Нин Шу стала кредитором Ань Нуань. История явно намеревалась свести их любыми способами. Весь мир служил лишь одной цели – развитию чувств Гун Ло и Ань Нуань. Всё, что происходило, либо создавало недоразумения, или увеличивало их чувства друг к другу. Все остальные были лишь ступеньками для романтических отношений этих двоих. Когда Небесный Закон несправедлив, то все в мире становятся пушечным мясом. Это было уже слишком экстремально. А раз у Нин Шу были деньги, и она могла при помощи них спасти кого-то, то почему бы и не попробовать. Она не собиралась угрожать Ань Нуань этими деньгами. Нин Шу потёрла лоб. Возможно это потому, что она слишком много времени провела в больнице и видела слишком много людей, которые лежали там и боролись за жизнь. Даже сейчас она просто не могла отойти в сторону и ничего не делать. Нин Шу шлёпнула себя по щекам. Хватит снова притворяться святой! После того, как Сун Нин выздоровела от простуды, она продолжила приходить на работу, как ни в чём не бывало. Она помогала Нин Шу разбираться с работой и перестала флиртовать с ней. Она вела себя строго по-деловому. Когда Нин Шу увидела Сун Нин такой, она вздохнула с облегчением. Она понимала, что сейчас всё идёт довольно хорошо. Возможно, когда изначальный хост вернётся и увидит, что у него такая замечательная невеста, то у него наступит замечательный брак. Всё было хорошо, пока эта невеста не флиртовала с ней. Ань Нуань взяла пятьсот тысяч и спасла своего младшего брата. Когда она пришла на работу, она поспешила глубоко поклониться перед Нин Шу и снова повторила: - Председатель, спасибо вам. Спасибо! - Только не забудь вернуть мне эти пятьсот тысяч, - холодно сказала Нин Шу. Ань Нуань печально поджала губы, но всё равно сказала: - Я знаю. Я обязательно буду старательно трудиться, чтобы вернуть вам пятьсот тысяч. Сун Нин подняла брови. - Не может же быть, что она продаёт тебе своё тело за пятьсот тысяч, верно? Нин Шу: … - Неужели она действительно столько стоит? – во взгляде Сун Нин было презрение. – Так ты из этих, значит. Сун Нин вздохнула. - Я просто не понимаю, почему я тебе не нравлюсь. Может потому, что я не такая чистая, как Ань Нуань? - Нет, я чувствую, что ты даже лучше, чем Ань Нуань. Нин Шу ценила способных женщин. Способные женщины могли очень хорошо жить, где бы они ни были и им не нужны мужчины, чтобы спасать и защищать их. Сун Нин закатила глаза. - Раз я такая хорошая, то почему я тебе не нравлюсь? Нин Шу: … ---------- Позвольте Угостить Вас Ужином Нин Шу уже начала немного раздражаться от того, что Сун Нин постоянно спрашивала её о том, почему она её не любит. С какого хрена она должна её любить? Она же, блин, женщина! Неужели эта девушка не может просто подождать, пока вернётся Гун Ло, чтобы флиртовать уже с Гун Ло? Всё, чего она хотела – это лишь завершить данное задание, а потом покинуть этот мир. 2333 был словно совсем мёртвым. Сколько она его ни звала, от него не было никакого ответа, поэтому она очень волновалась, что так и застрянет в этом мире. И ведь ей тогда придётся на всю жизнь остаться мужчиной. От одной только мысли об этом, она чувствовала, что словно умирает. Когда Сун Нин увидела, что цвет лица Нин Шу был не очень хорошим, она пожала плечами и, надувшись, сказала: - Забудь об это, я больше не буду спрашивать. Если я ещё раз спрошу, то ты просто будешь чувствовать раздражение из-за меня, словно я на тебя давлю. Сун Нин вышла из кабинета, но её силуэт выглядел очень обиженным. Нин Шу вытерла лицо, а потом продолжила работать. Когда пришло время уходить с работы, Ань Нуань вошла в кабинет Нин Шу. Она не была одета в мешковатую униформу уборщицы, а была теперь одета в платье. От этого контраста она даже стала выглядеть удивительно красивой. Нин Шу подняла брови, посмотрев на Ань Нуань: - Что такое? Ань Нуань замешкалась немного, но, всё же, сказала: - Эм, э, чтобы поблагодарить вас, я хочу угостить вас ужином. Прошу, дайте мне шанс выразить мою благодарность. Нин Шу тут же отказалась от этого предложения. - Не нужно, просто верни деньги поскорее. - Скажите, деньги – это единственное, что существует в глазах таких капиталистов, как вы? Деньги – это одно, а моя благодарность – это другое. Я прошу вас, ладно? Просто позвольте угостить вас ужином в качестве благодарности. С этими словами Ань Нуань сложила руки вместе в молитвенном жесте. Нин Шу всё равно решительно отказалась. Она не хотела быть в одном месте с главной женщиной, потому что могло произойти что угодно. Не-а, это было слишком опасно. Когда Ань Нуань увидела, что Нин Шу отказала ей в этой просьбе, даже без намёка на вежливость, взгляд Ань Нуань наполнился замешательством. - Почему? Вы же одолжили мне деньги и спасли моего младшего брата, поэтому я должна выразить свою благодарность. А ещё я делаю это, чтобы извиниться. - Извиниться? – удивлённо повторила Нин Шу. Ань Нуань кивнула. - Я думала, что вы – очень плохой человек, но теперь я осознала, что на самом деле, вы очень хороший человек. Когда мне это так было нужно, вы даже одолжили мне деньги. Я извиняюсь за своё прежнее впечатление. Нин Шу небрежно отмахнулась. - Не нужно. Сун Нин подошла и обняла Нин Шу за локоть. Мельком глянув на Ань Нуань, она сказала: - Раз человек хочет тебя искренне поблагодарить, то почему бы не согласиться? Ты одолжил пятьсот тысяч в её протянутую шляпу, так что вполне естественно, что она должна хотя бы угостить тебя ужином. Нин Шу: … Какого хрена? С чего это вдруг Сун Нин пытается присоединиться к этому веселью? Когда Ань Нуань увидела, что Сун Нин обняла руку Нин Шу, она внезапно ощутила странное чувство, словно у неё частично что-то украли. Это чувство было слишком странным. Ань Нуань тряхнула головой, чтобы подавить это чувство, а потом спросила: - Так вы согласны? - Он согласен, но я тоже иду. Ты же не возражаешь, верно? Сун Нин наклонила голову, прижимаясь к руке Нин Шу. Она возражала, она ещё как возражала! Ань Нуань не знала почему, но ей это очень не нравилось. Она приглашала председателя на ужин, так зачем же к ним прицепилась Сун Нин? А когда она вспомнила об их отношениях, то ей стало очень неловко. - Я не возражаю. Мисс Сун, давайте пойдём вместе, - сказала Ань Нуань. Нин Шу не ожидал, что Ань Нуань приведёт их в высококлассный ресторан. А у Ань Нуань вообще есть деньги, чтобы угощать их в таком месте? На операцию у неё денег не было, а теперь она хочет угостить их ужином в таком шикарном месте? ---------- Чувствует Себя Огромным Третьим Колесом Когда пришло время заказывать, Сун Нин специально выбрала самое дорогое блюдо. Нин Шу видела, как исказилось лицо Ань Нуань. Было ясно, что то блюдо, которое заказала Сун Нин, было за пределами того, что могла себе позволить Ань Нуань. Однако Ань Нуань решила, что вытерпит это, даже если ей придётся ползти через ад ради сохранения своего лица. Нин Шу заказала относительно дешёвое блюдо. Когда Ань Нуань увидела, что Нин Шу заказала гораздо более дешёвое блюдо, по сравнению с Сун Нин, её выражение лица слегка изменилось, а потом она спросила у Нин Шу: - Председатель, это всё, что вы будете? Разве вам не хочется заказать чего-то ещё? - Я не голоден, - спокойно сказала Нин Шу. Она выглядела очень холодной и суровой. Ань Нуань кивнула, а потом заказала для себя самое дешёвое блюдо. Всё же, она теперь была должна пятьсот тысяч. Ей пришлось немало подготовиться психологически, чтобы пригласить председателя на угощение в подобное место. Когда Сун Нин увидела, что сделала Нин Шу, она наклонилась к уху Нин Шу и тихо сказала: - Какой ты вдумчивый, всё время думаешь о том, как бы сэкономить деньги для Ань Нуань. У Нин Шу защекотало в ухе. Когда Сун Нин заговорила с ней, то её горячее и влажное дыхание коснулось её уха, отчего ей стало щекотно. Сун Нин увидела, что ухо Нин Шу дрогнуло и заметно порозовело, поэтому она расхохоталась. - Какой же ты милый. Нин Шу оттолкнула Сун Нин от себя, а потом расстегнула пару пуговиц на пиджаке. Она почувствовала, как её спина покрывается потом. Пока Ань Нуань наблюдала за их общением, она начала чувствовать себя огромным третьим колесом. Это было невероятно неловко. Когда принесли стейк, Сун Нин подтолкнула тарелку к Нин Шу. - Помоги мне его нарезать. Нин Шу очень хотелось спросить: "Зачем? Ты что, калека?" Сун Нин изобразила жалостное выражение лица, глядя на Нин Шу, и протянула ей свою стройную и бледную руку. - Гляди, мне весь день приходилось организовывать документы, поэтому у меня очень болят руки. Я теперь даже стейка не могу нарезать. Нин Шу: … - Я же работаю на тебя, так что если у тебя есть хоть немного совести, то ты должен нарезать его для меня. Сун Нин посмотрела на Нин Шу с лёгкой ухмылкой. Нынешняя Сун Нин была словно непослушный ребёнок, который плохо себя вёл, но всё равно был очень милым. Какого хрена? Если Сун Нин хочет, чтобы она нарезала для неё стейк, то она его нарежет. Вот зачем эта женщина снова пытается флиртовать с ней? Флиртонаркоманка. Инопланетянка, которая умрёт, если не будет флиртовать. Нин Шу помогла Сун Нин нарезать стейк и Сун Нин наконец-то довольно улыбнулась. Когда она увидела, что Ань Нуань тупо смотрит на них, она спросила: - Неужели ты тоже хочешь, чтобы Гун Ло помог тебе нарезать стейк? - Нет, в этом нет необходимости, - Ань Нуань поспешно замахала руками. – Вам не нужно об этом беспокоиться, председатель. Ань Нуань задумалась на мгновение, а потом подняла бокал вина, чтобы сказать тост за Нин Шу. Она покраснела и сказала: - Я премного благодарна вам, председатель, за то, что вы одолжили мне пятьсот тысяч. Если бы не вы, то мой младший брат уже бы распрощался с жизнью. Я поднимаю этот бокал за вас, спасибо. Нин Шу кивнула, а потом подняла свой бокал, чтобы коснуться им бокала Ань Нуань. Она сделала глоток, а потом поставила его обратно. Когда Ань Нуань увидела, насколько безразличной выглядела Нин Шу, она немного испугалась и перестала говорить, чтобы сфокусироваться только на поедании стейка. Тем временем, на лице Сун Нин крупными буквами было написано: "я недовольна, скорее утешь меня". Нин Шу проигнорировала её и просто сфокусировалась на еде, отчего Сун Нин почувствовала себя очень обиженной, поэтому она продолжила заливать вино себе в рот. Наконец, Нин Шу больше не смогла на это смотреть. - Может тебе поменьше пить? - Не могу. Я же тебе всё равно никто, так что не говори мне, что делать. Сун Нин недовольно надулась. Нин Шу беспомощно нахмурилась. Эта женщина вела себя по отношению к ней, словно испорченный ребёнок. И это ощущение было очень странным. Когда Ань Нуань увидела эту сцену, она почувствовала себя ещё более неловко. Что бы она ни делала, она всё равно продолжала чувствовать себя неловко. Сидящая перед ней пара была обручена. Мужчина был красив, а женщина была прекрасна. Они были очень хорошей парой друг для друга. Они были словно идеальная пара, которой позавидовало бы большинство людей. Но что же тогда за разочарование она ощущала. Не может же быть, что у неё… Ань Нуань посмотрела на Нин Шу. Неужели у неё были чувства к этому безжалостному и бессердечному мужчине? Это было невозможно, ни в коем случае. Ей же вообще не нравились подобные люди! Ей нравятся такие, которые нежны с ней и обожают её, а не такие, которые только и ищут повода, чтобы обвинить её во всём. Ань Нуань, что бы ни случилось, не глупи. ---------- Сердце Наполнилось Великой Печалью Нин Шу наблюдала за тем, как Сун Нин, недовольно надувшись, продолжает заливать вино в своё горло. Вскоре её лицо покраснело, а глаза начали блестеть. Было очевидно, что она выпила слишком много. Больше половины красного вина за столом уже было выпито. Когда Нин Шу увидела, что Сун Нин всё ещё хочет продолжать пить, она протянула руку и забрала бокал у Сун Нин. - Хватит пить. Сун Нин лишь рассмеялась, а потом взяла бутылку вина и стала пить из горла. Нин Шу даже не знала, злилась ли она на неё или на себя. Сун Нин очень нагло с пыхтением выпила всю бутылку, а потом плюхнулась на стол и затихла. Похоже, что она вырубилась. Нин Шу: … Нин Шу обратилась к Ань Нуань: - Мы пойдём, пожалуй. Сун Нин напилась. - Всё в порядке, вам нужно отвезти мисс Сун домой, - поспешно ответила Ань Нуань. Нин Шу кивнула, а потом подхватила Сун Нин и покинула ресторан. Ань Нуань наблюдала за тем, как они уходят, а потом опустила взгляд на их блюда, которые были едва тронуты. Она не знала почему, но её сердце почему-то наполнилось неописуемой горечью и чувством обиды. Она была искренна в приглашении их на ужин, но всё обернулось вот так. Ань Нуань прижала руку к груди. Ей очень не нравилось это чувство. Нин Шу запихала Сун Нин в автомобиль и застегнула на ней ремень безопасности, прежде чем поехать к вилле. Стоило только Сун Нин выйти из автомобиля, как её стошнило, после чего она повисла на Нин Шу и жалобным тоном сказала: - Гун Ло, я не очень хорошо себя чувствую. - Если ты нехорошо себя чувствуешь, то, может быть, нужно было меньше пить? – раздражённо спросила Нин Шу, а потом налила Сун Нин стакан воды. Сун Нин завалилась спать на диване, поэтому Нин Шу подошла к ней и растолкала. - Поднимайся и выпей воды. Сун Нин вяло села и выпила воду из стакана, после чего повернулась и посмотрела на Нин Шу. Внезапно она бросилась на Нин Шу и толкнула Нин Шу на диван, со слезами на глазах. - Мне было ненавистно, когда ты был с Ань Нуань. Мне это было очень ненавистно. Когда слёзы Сун Нин упали на лицо Нин Шу, Нин Шу почувствовала, как её сердце начало биться неконтролируемо и взволнованно. Даже её пульс ускорился. Вся кровь в её теле словно начала активно волноваться. Нин Шу нахмурилась и начала мысленно читать мантру, "Амитабха Будда. Похоть это иллюзия, иллюзия – это похоть". С дополнительно помощью от ореола спокойствия, её беспокойное сердце, наконец, успокоилось. Нин Шу столкнула с себя Сун Нин, а потом поправила свою одежду. - Ты пьяна. - Я пьяна, но я знаю, что я чувствую, - Сун Нин схватила Нин Шу за руку и прижала её к своей груди. – Гун Ло, ты мне так сильно нравишься, что у меня даже сердце болит. Когда Нин Шу почувствовала нечто мягкое под своей рукой, её сердце наполнилось великой печалью. Охренеть, думаешь, что у тебя это всё только потому, что у тебя большая грудь? Когда эта мадам была главной женщиной, эта мадам тоже была сестрицей с большой грудью! Как же она завидовала. Нин Шу отняла свою руку и сказала: - Помойся и иди спать. Тебе станет лучше, после того, как ты немного поспишь. Сун Нин уже собиралась разрыдаться от гнева. Внезапно она просто начала вопить. Этот звук был полон негодования и обиды. Когда Нин Шу увидела, что Сун Нин так громко кричит, то первым делом она подумала, что Сун Нин помешает соседям. - Хватит кричать. Ты чего раскричалась? – спросила Нин Шу. Лицо Сун Нин перекосило от гнева. Она схватила Нин Шу за ворот и закричала: - Я тебе не нравлюсь, а теперь ты даже не позволяешь мне кричать? А я, вот, хочу кричать, и что ты мне сделаешь? Нин Шу повернула голову, чтобы ей не пришлось вдыхать алкогольный запах, витающий вокруг Сун Нин. - Не сходи с ума только потому, что ты пьяна. - Я не схожу с ума. Моя голова совершенно чиста, - Сун Нин начала расстёгивать пуговицы у Нин Шу. – Раз я не могу заполучить твоё сердце, то я забираю твоё тело. Только так я добьюсь справедливой сделки. Нин Шу: … Ёб твою мать! Нин Шу поспешно прикрыла своё тело. Какого хрена? Её что, сейчас изнасилуют? Что эта девушка имеет в виду под тем, что забирает её тело? Это так страшно! Нин Шу с силой оттолкнула от себя Сун Нин. Сун Нин пошатнулась и чуть не упала на пол. На мгновение она была слишком ошарашена, чтобы отреагировать, а потом снова подошла, чтобы стащить брюки с Нин Шу. - Посмотрим, мужчина ты или нет. Как ты можешь быть таким? Нин Шу: … Что, блин, происходит? Этой девочке очень страшно! ---------- Стала Вуайеристкой - Довольно. Сколько ты ещё собираешься вести себя словно сумасшедшая? – холодно спросила Нин Шу. Сун Нин опустила голову и её глаза, которые должны были быть затуманены, сверкнули злобной обидой. Однако, когда она снова подняла лицо, её взгляд снова был затуманенным, словно она была в растерянности и замешательстве. Нин Шу попросила тётушку Ли помочь Сун Нин принять ванну, а потом отправилась наверх, чтобы отдохнуть. После всего этого тяжёлого испытания она была вся покрыта потом. Помывшись в душе, Нин Шу в изнеможении легла на постель. С другой стороны двери донёсся голос тётушки Ли. - Сэр, я не могу справиться с мисс Сун. Мисс Сун отказывается принимать душ и спать. Нин Шу: … Охренеть, она никогда ещё не встречала раньше такой раздражающей женщины. Когда она сама была женщиной, она не считала, что женщины раздражают, но теперь, когда она была мужчиной, она невольно задалась вопросом, отчего женщины создают такую суматоху. Нин Шу спустилась вниз и увидела, что Сун Нин обыскивает всё вокруг на предмет поиска вина. Нин Шу встала перед Сун Нин. Глаза Сун Нин были полуприкрыты и она словно не видела Нин Шу. Она начала ощупывать всё тело Нин Шу. Её руки словно обладали какой-то магической силой. Все места, которых касалась Сун Нин, одно за другим, словно начинали гореть от жара. В её теле начали разгораться небольшие огоньки, отчего её кровь закипела. А потом, охренеть… У Нин Шу возникла реакция. Когда она посмотрела на свою нижнюю половину, она почувствовала такой стыд, что готова была умереть. Какого чёрта она трансмигрировала в мужское тело? Почему?! И ей даже пришлось проходить через что-то столь неловкое. С тех пор, как Нин Шу стала мужчиной, она практически стала вуайеристкой. Она всегда поглядывала на свою нижнюю половину, опасаясь, что произойдёт что-то смущающее, если она внезапно возбудится и нижняя половина начнёт выпирать. Она никак не могла контролировать свои мысли. Нин Шу: Я выбираю пойти и умереть. Нин Шу схватила Сун Нин за руки, чтобы не дать им продолжить её ощупывать, а потом начала тянуть Сун Нин к двери. С отсутствующим выражением лица Сун Нин спросила: - Куда ты меня ведёшь? - Я не могу отдыхать, пока ты тут поднимаешь шумиху. Я отвезу тебя домой, - ответила Нин Шу, как ни в чём не бывало. Выражение лица Сун Нин застыло, а потом она пожаловалась: - Я никогда раньше не встречала никого столь хладнокровного, как ты. Мне сейчас очень плохо, но ты всё равно пытаешься отослать меня подальше и заставляешь переехать прямо посреди ночи. Гун Ло, ты просто бессердечен. Нин Шу: … Охренеть, она внезапно осознала, что она была таким мусором. Что же делать? - Тогда хватит создавать проблемы, помойся в душе и ложись спать. Когда ты ведёшь себя подобным образом, то всем становится неловко. Сун Нин кивнула с печальным выражением лица, а потом опустила голову. Её волосы закрыли лицо, отчего она стала выглядеть очень пришибленной и невинной. Она действительно выглядела очень жалкой и хрупкой. Сун Нин протянула руку, чтобы взять Нин Шу за палец, а потом наклонила голову, чтобы взглянуть на Нин Шу. - Почему ты не можешь меня принять? Всё, что я делаю – это только потому, что я хочу быть вместе с тобой. Гун Ло, я тебя люблю. Сказав это, Сун Нин обняла Нин Шу за талию и прижалась головой к груди Нин Шу. - Не отталкивай меня. Позволь мне немного пообнимать тебя. Возможно это будет мой последний раз, когда я нахожусь в твоих объятиях. Когда Нин Шу услышала это, она тут же оттолкнула Сун Нин прочь, без малейшего колебания. Выражение лица Сун Нин было совершенно ошарашенным. Было ясно, что она никак не ожидала подобного поступка от Нин Шу. Это совсем не нормальная последовательность событий, ясно? ---------- В Следующий Раз Я Обязательно… После того, как ей регулярно отказывали подобным образом, Сун Нин больше не могла терпеть. Более того, все красивые женщины были от природы горделивыми. Сун Нин знала, что она уже совсем лишилась стыда в попытках добиться Гун Ло, но он всё равно вёл себя подобным образом. И это слишком её раздражало. Она очень хотела просто уйти, но в её сердце было упрямое чувство. Она была решительно настроена на то, чтобы соблазнить этого аскетического мужчину. Нин Шу посмотрела на Сун Нин и спросила: - Так ты возвращаешься? Сун Нин покачала головой. - У меня голова кружится, так что я пойду спать. С этими словами она отправилась в гостевую комнату. А раньше она не могла пойти спать? Зачем создавать такой балаган? Нин Шу покачала головой, глядя на Сун Нин. Сколько бы Сун Нин ни флиртовала с ней, она не могла себе позволить влюбиться в Сун Нин. Даже если отложить в сторону тот важный факт, что она сама не была Гун Ло, она ведь была женщиной. И чтобы ей понравилась другая женщина? Более того, Нин Шу считала эту любовь и подобные ей вещи очень раздражающими. Как только человек попадает в это затруднительное положение, то он словно увязает в трясине. Сколько бы он ни пытался выбраться – это всё было тщетно. В её нынешней ситуации, она никак не могла полюбить другого человека. Возможно однажды, когда пыль осядет, она попытается найти того, с кем можно смотреть на облака. Но в её нынешней ситуации она не могла этого сделать. Нин Шу пришла к мысли, что её нынешняя ситуация была очень похожа на её собственную жизнь, когда она была неизлечимо больна и лежала в госпитале. Она не знала каким будет её будущее. Возможно, она умрёт прямо посреди задания и исчезнет с концами. Сун Нин так сильно любила Гун Ло, поэтому она должна оставить всё для Гун Ло, чтобы он разобрался с этим, когда вернётся. Той ночью Сун Нин вела себя спокойно и больше не создавала проблем, но на следующий день на лицо Сун Нин практически невозможно было смотреть. Её лицо было бледным, словно бумага. Даже её губы были бледными. Она выглядела крайне изнурённой и болезненной. Когда Нин Шу увидела Сун Нин в таком виде, она спросила: - Ты не очень хорошо выглядишь. Может, тебе нужно сходить в больницу? Сун Нин махнула рукой. - Да всё в порядке. Я выживу. А сможет ли она действительно выжить, с таким-то бледным видом? Однако это было тело Сун Нин, поэтому, если Сун Нин говорила, что она в порядке, то с ней, вероятно, всё в порядке. Нин Шу не хотела слишком много переживать из-за Сун Нин. Она не могла позволить себе, чтобы их отношения улучшились, а иначе, если Сун Нин снова начнёт вести себя так деспотично, как раньше, то Нин Шу, вероятно, просто умрёт. Нин Шу села напротив Сун Нин, и стала наблюдать за тем, как та пьёт молоко крохотными глотками, словно если она выпьет чуть больше, то её стошнит. Неужели от слишком большого количества выпитого алкоголя действительно бывают такие ужасные последствия? Сун Нин выглядела очень деликатной и хрупкой. Сердца людей невольно сжимались от боли при виде её. - Тебе не стоит сегодня приходить на работу. А то ты не очень хорошо выглядишь, - сказала Нин Шу. Сун Нин спокойно глянула на Нин Шу. - Могу ли я это воспринимать как твоё беспокойство обо мне? Не беспокойся обо мне. Просто считай, что ты ничего не видишь. А то если ты будешь вести себя таким образом, то моя решительность может снова поколебаться, - сказала Сун Нин с холодным выражением лица. Нин Шу кивнула. - В следующий раз я обязательно буду вести себя так, словно ничего не вижу. Сун Нин: … Блять. Сун Нин очень хотела просто взять тарелку и влепить пощёчину этому мужчине, чтобы бутерброд прямо размазало по его лицу. Выражение лица Сун Нин стало ещё бледнее. Оно было таким бледным, что её лицо казалось практически прозрачным. Нин Шу не удержалась от того, чтобы спросить: - С тобой точно всё хорошо? - Я в порядке, - ответила Сун Нин сквозь стиснутые зубы. #комментарий анлейта: Эта переводчица очень хочет последовать точке зрения Нин Шу на вопросы любви и всякого такого… Но как же трудно остановить чувства. *вздох* ---------- Заставить Парочку Расстаться И Стать Свахой Сразу после завтрака Нин Шу отправилась на работу. Всё же, её каждый день всегда ждала целая гора работы. Она очень уважала способности Гун Ло. Он каждый день проводил в нежных воркованиях с Ань Нуань, и тем не менее, каким-то образом, компания всё равно не обанкротилась. Да и работа эта была не просто обычной кучей. Когда Сун Нин увидела, что Нин Шу ушла, она была так зла, что не удержалась от того, чтобы топнуть ногой. Он вот так просто ушёл? Вот так просто?! Она чувствовала себя так плохо, но он всё равно просто ушёл. Какого хрена? Этот мужчина действительно вёл себя не так, как полагалось бы по здравому смыслу. Она чувствовала себя так, словно с ней играют. Сун Нин разражено выдернула клок волос, а потом закусила губы. Похоже, что ей нужно было приготовить путь к отступлению. Как только Нин Шу вошла в здание компании, то она повстречала Ань Нуань. Однако она повела себя так, словно не увидела её и прошла мимо Ань Нуань. Ань Нуань: … Изначально она планировала поздороваться, но этот человек просто проигнорировал её и прошёл мимо. Это было так неловко и неуютно. - Председатель, подождите. Ань Нуань ускорила шаги, чтобы поравняться с Нин Шу и заблокировать ей путь. Когда она увидела, каким холодным и безразличным был взгляд Нин Шу, её слова застряли у неё в горле и она не знала, что сказать. Атмосфера была немного напряжённой. Нин Шу спросила: - Что такое? Ань Нуань спросила: - С мисс Сун всё хорошо? А то она вчера выпила так много. - Она в порядке. Нин Шу обошла Ань Нуань и ушла. Не слишком ли холодно он себя вёл? Просто он был настолько хладнокровным. Тем временем, Нин Шу мысленно ощущала себя в очень бедственном положении. Она была словно начинка для печенья. Она была зажата между Ань Нуань и Сун Нин. Они по очереди мелькали перед ней, чтобы освежить своё ощущение присутствия и им не было никакого дела до того, нравится ей это или нет. Нин Шу вытерла лицо. Это задание было тем ещё троллем. Что же ей нужно сделать, чтобы освободиться от Ань Нуань? Нин Шу была уверена, что даже без неё, эта обожаемая Небесами девушка, Ань Нуань, всё равно будет иметь чудесную жизнь. Проблема состояла в том, что история очень старалась свести их вместе. Если Нин Шу попытается силой оттолкнуть Ань Нуань, то история может сделать нечто радикальное. - Председатель, к вам с визитом пришёл председатель Корпорации Колдрон Винд, - сказала главная секретарша. – Это по поводу сотрудничества. - Впустите его. Нин Шу встала. Вошёл Цзунчжэн Бинь, одетый в свободный костюм. У него была красивая внешность, но его глаза были похожи на лисьи, отчего он казался вальяжным и флиртующим. Судя по его внешнему виду, он казался настоящим плейбоем, который презирал долгие разговоры. Цзунчжэн Бинь был второстепенным главным мужчиной. Под своей фривольной внешностью он таил пылкие чувства по отношению к главной женщине. И хотя Нин Шу понятия не имела, что не так с глазами Цзунчжэн Биня, раз ему понравилась уже замужняя к тому времени Ань Нуань, но с этим ничего нельзя было поделать, ему просто нравилась Ань Нуань. Когда Нин Шу увидела Цзунчжэн Биня, её глаза засияли. Ей нужно просто позволить этому якобы фривольному, но на самом деле страстно влюблённому второстепенному главному мужчине занять место на троне! А потом ей очень захотелось закрыть своё лицо руками. Что же она творит? В данный момент ей не только нужно было заставить парочку расстаться, но ещё и стать грёбанной свахой. Причём до такой степени, что даже подсунуть жену изначального хоста кому-то другому. Охренеть, она просто не знала, что сказать насчёт этой ситуации. Нин Шу уже больше не надеялась заработать много очков за это задание. Ей достаточно просто покинуть этот мир, и она уже будет хвалить Амитабху Будду. Но Нин Шу всё равно ещё немного волновалась. Если Ань Нуань тут больше не будет, вдруг история назначит для неё другую девушку, которая появится перед Гун Ло и история просто повторится сначала? Нин Шу покачала головой. Ей нужно было лишь сломить историю Гун Ло и Ань Нуань. А вот насчёт остального – это она оставит уже изначальному хосту. Цзунчжэн Бинь пожал руку Нин Шу, а потом с улыбкой сказал: - Председатель Гун, надеюсь, что ты хорошо поживал с момента нашей прошлой встречи. - Привет, - ответила Нин Шу, жестом приглашая Цзунчжэн Биня присесть. Нин Шу уже собралась продолжить говорить, когда дверь кабинета внезапно открылась, и вошла Ань Нуань со шваброй и ведром воды. Нин Шу: … Когда Ань Нуань увидела, что у Нин Шу посетитель, она поспешила извиниться. - Простите, председатель. Я сейчас же уйду. - Подожди, принеси нам две чашки кофе, - сказала Нин Шу. Ань Нуань была немного удивлена, но сделала, как ей было велено. Нин Шу увидела, что лисьи глаза Цзунчжэн Биня загорелись и заметила, что его взгляд продолжал следить за Ань Нуань. Неужели эти двое уже пересекались? И, судя по тому, как себя вёл Цзунчжэн Бинь, он, вероятно, уже заинтересовался в Ань Нуань. ---------- Как Же Тесен Мир Пока Цзунчжэн Бинь разговаривал с Нин Шу, он был очень рассеянным и постоянно поглядывал на дверь, поэтому Нин Шу тактично помалчивала. Похоже, что между ними двумя произошло что-то, о чём она не знала. Вскоре вошла Ань Нуань, несущая кофе. Однако из-за того, что она была одета в униформу уборщицы, она выглядела немного непритязательно. Ань Нуань не поднимала лица и продолжала смотреть вниз, пока ставила кофе перед Нин Шу и Цзунчжэн Бинем. Цзунчжэн Бинь лишь продолжал наблюдать за Ань Нуань с лёгкой улыбкой. Внезапно, он усмехнулся. - Как же тесен мир. Когда Ань Нуань подняла голову и увидела Цзунчжэн Биня, то её глаза тут же округлились, а лицо стало совершенно красным. - А ты почему тут? – Ань Нуань обняла поднос и в тревоге посмотрела на Цзунчжэн Биня. – Почему тут такой извращенец, как ты? Извращенец?! Взгляд Нин Шу метался между Ань Нуань и Цзунчжэн Бинем. Неужели между этими двумя уже что-то произошло? Н-неужели они уже переспали? Возможно из-за того, что выражение лица Нин Шу было слишком очевидно, потому что лицо Ань Нуань стало ещё краснее, когда она злобно уставилась на Цзунчжэн Биня. Цзунчжэн Бинь фривольно потёр свои губы. - Мм, а вкус был неплох. Нин Шу: … Так они действительно переспали?! Неужели история уже изменилась?! - Какой же ты бесстыдный! Ты просто невероятно бесстыдный, хватит уже об этом говорить! Если бы не тот факт, что тут ещё находился председатель, Ань Нуань очень хотелось просто порвать его треклятый лисий рот. Цзунчжэн Бинь лишь продолжил наблюдать за Ань Нуань, ухмыляясь губами. Нин Шу: ... Охренеть, так они переспали?! Нин Шу мысленно очень хотела узнать ответ на этот вопрос, но её выражение лица оставалось парализованным, пока она тихо наблюдала за общением Цзунчжэн Биня и Ань Нуань, которое намекало на нечто крайне неприличное. Цзунчжэн Бинь взял прядь волос Ань Нуань и понюхал их, отчего Ань Нуань тут же выдернула свои волосы обратно и гневно уставилась на него. Цзунчжэн Бинь посмотрел на губы Ань Нуань. - Ты всё смотришь на меня так пристально. Надеешься, что я тебя поцелую? - Проваливай! Ань Нуань в тревоге отошла назад. Цзунчжэн Бинь тут же расхохотался. Когда Ань Нуань сделала шаг назад, то он сделал шаг вперёд, разозлив Ань Нуань до такой степени, что её лицо покраснело, а во взгляде мелькнула тревога. Нин Шу лишь холодно наблюдала за тем, как Цзунчжэн Бинь флиртует прямо перед ней. Могут они, блин, пояснить уже, переспали они или нет? - Можешь идти. Нин Шу небрежно махнула Ань Нуань, отпуская её, и Ань Нуань поспешно выбежала с облегчением, словно её только что помиловали от казни. Цзунчжэн Бинь всё ещё пытался схватить Ань Нуань, но та сбежала очень быстро. Цзунчжэн Бинь пожал плечами, а потом усмехнулся, с выражением обожания на лице. Когда Цзунчжэн Бинь увидел, что Нин Шу смотрит на него, не отводя взгляда, он рассмеялся и сел. - Какие у тебя интересные работницы в компании. Сказав это, он поднял кофе и сделал глоток. - Какой же у неё темперамент. Тц, тц, кофе получился не очень хороший. Нин Шу спокойно сказала: - Давай просто сфокусируемся на разговоре о сотрудничестве. Она же просто уборщица. Цзунчжэн Бинь покачал головой. - Как ты можешь заставлять такую потрясающую девушку подметать полы? Разве это не должна делать какая-нибудь старушка? Гун Ло, ты довольно жесток в обращении с ней. Как тебе такое? Пусть эта девушка перейдёт в мою компанию и будет моей секретаршей. Мне будет довольно весело дразнить её, когда я заскучаю. Нин Шу: … - Она должна мне пятьсот тысяч. Прежде чем забирать у меня человека из персонала, тебе придётся отдать мне пятьсот тысяч, - спокойно сказала Нин Шу. ---------- Вы Продали Меня Этому Человеку?! - Пятьсот тысяч? - Цзунчжэн Бинь нахмурил брови. – Да что у вас за отношения такие? - У нас нет никаких отношений с ней. Её младший брат заболел, поэтому она одолжила у меня деньги, - спокойно ответила Нин Шу. Цзунчжэн Бинь расхохотался, словно ему только что рассказали смешную шутку. - Ты одолжил деньги на доброе дело? Демон-кровопийца Гун Ло действительно способен на нечто подобное? - Мы собрались обсуждать сотрудничество, а не это. Выражение лица Нин Шу не отображало никаких эмоций, поэтому было трудно предположить, о чём она думает. Выражение лица Цзунчжэн Биня стало немного недовольным, когда он прямо сказал: - Я несколько заинтересован в этой девушке. Если она твоя любовница, тогда скажи мне прямо. Я не испытываю желания влезать в чью-то мелодраму вроде драки с тобой за одну женщину. - Сун Нин всё это время присматривает за компанией, так как я могу тут завести любовницу? – губы Нин Шу изогнулись в улыбке. – Если ты хочешь забрать Ань Нуань в свою компанию, то тебе нужно самому с ней поговорить. - Ань Нуань, значит? Так её зовут Ань Нуань? Цзунчжэн Бинь начал поглаживать свой подбородок и страстно повторять её имя, в то время как его глаза подёрнулись рябью. Нин Шу: … И после всего вот этого оказалось, что он даже не знал её имени? Цзунчжэн Бинь поднял запястье и глянул на свои часы, после чего извинился: - Прости насчёт этого, у меня ещё есть кое-какие дела, так что давай поговорим в другой раз? Нин Шу ничего не сказала, поэтому Цзунчжэн Бинь пригладил свои волосы и вышел из кабинета. Нин Шу была почти уверена, что он снова пошёл флиртовать с Ань Нуань. Она внезапно увидела огонёк победы. Будет же очень здорово, если Ань Нуань окажется с Цзунчжэн Бинем. Судя по всему, Цзунчжэн Бинь очень заинтересовался в Ань Нуань. Вероятно из-за того, что её отношения с Ань Нуань долго не продвигались вперёд, поэтому второстепенный главный мужчина появился раньше времени. И это было хорошо. Прямо сейчас у неё с Ань Нуань нет никаких отношений, поэтому Цзунчжэн Бинь и Ань Нуань, раз они оба тоже свободные, могут стать парой. Нин Шу вытерла лицо. Почему её задание становится всё более и более странным? Пока она обдумывала все эти вещи, Ань Нуань внезапно злобно ворвалась в кабинет и встала перед Нин Шу, сжимая кулаки. Её лицо было совсем красным, а выражение лица – упрямым. Выражение лица Нин Шу тут же стало холодным. - Выйди вон. Это что ещё за поведение такое? Белки глаз Ань Нуань покраснели, а всё её тело дрожало, когда она потребовала ответа: - Зачем вы это сделали? - Что я сделал? – спросила Нин Шу нахмурив брови. Со слезами на глазах Ань Нуань сказала: - Вы продали меня этому мужчине всего за пятьсот тысяч? Как вы могли так поступить? Я же человек, а не предмет. У меня тоже есть достоинство. Это уже слишком! – злобно сказала Ань Нуань. Вытирая слёзы, Ань Нуань выглядела так, словно она пострадала от огромного унижения. Нин Шу: Какой же извращённый поступок она сейчас совершила, за который ей не видать прощения? →_→ Ань Нуань чувствовала себя по-настоящему обиженной. Она и так уже растоптала своё собственное достоинство, чтобы занять пятьсот тысяч у Гун Ло. Она никогда не представляла себе, что Гун Ло действительно продаст её за пятьсот тысяч тому мужчине, похожему на лиса. Этот мужчина только что сказал ей с самодовольной ухмылкой, что как только он поможет ей выплатить долг в пятьсот тысяч, то она станет его. Ань Нуань очень не нравился этот мужчина. С первого же взгляда было ясно, что он – самый настоящий игрок. Вчера, после того, как она угостила ужином председателя и мисс Сун, когда она оплачивала счёт, она столкнулась с этим мужчиной. Этот игрок, ради того, чтобы избежать пары женщин, специально притянул её к себе, а потом прижал к стене, чтобы поцеловать. Конечно же, она тут же влепила ему пощёчину и сбежала в гневе. Она даже не представляла себе, что этот мужчина появится в компании и даже скажет, что купит её за пятьсот тысяч. Ань Нуань даже не нужно было долго думать, чтобы понять, что этот мужчина хочет от неё расплаты за то, что она влепила ему пощёчину прошлым вечером. Но отчасти ей было больно и из-за поведения председателя. После того, как председатель одолжил ей деньги, она подумала, что председатель из тех, кто может быть холоден снаружи, но страстный внутри. По крайней мере, он казался добрым человеком. Она же ведь всё равно собиралась вернуть ему пятьсот тысяч, так почему же он вот так просто продал её этому мужчине? Особенно когда было очевидно, что у этого мужчины не самые добрые намерения. Когда мысли Ань Нуань достигли этой точки, её слёзы снова потекли. Она почувствовала себя очень обиженной. ---------- Благородной и Добродетельной Когда Нин Шу услышала обвинения Ань Нуань и увидела её полное обиды выражение лица, говорящее "вы столкнули меня в яму с огнём", она почувствовала себя крайне беспомощно. Она потёрла лоб. - Цзунчжэн Бинь хочет тебя нанять. А раз он хочет тебя нанять, разве это не вполне естественно, что он должен заплатить пятьсот тысяч? Это был известный факт, что Ань Нуань заняла деньги. Неужели Нин Шу должна была с радостью отпустить Ань Нуань бесплатно? - Но то, что вы делаете – это же равнозначно тому, что просто продаёте меня этому мужчине, - со слезами на глазах сказала Ань Нуань. Нин Шу: Переворачивает стол… Вот никак с ней не поговорить нормально. С чего это Ань Нуань считает, что она её продаёт? Нин Шу просто никак не могла этого понять. - Я лишь сказал Цзунчжэн Биню, что ты должна мне пятьсот тысяч. Он хочет тебя нанять своей секретаршей, поэтому он имеет право знать, что ты должна мне пятьсот тысяч, - спокойно сказала Нин Шу. Слёзы продолжили литься ручьями по лицу Ань Нуань: - Но у меня тоже есть достоинство. Вы хоть подумали о моих чувствах, когда делали это? Я сама заплачу пятьсот тысяч. И мне не нужно, чтобы этот мужчина платил за меня. - Дело твоё. Мне всё равно, кто заплатит. Я ведь бизнесмен, меня заботят только деньги, - Нин Шу отмахнулась от Ань Нуань. – Проваливай. Если ты ещё раз ворвёшься в мой кабинет без каких-либо манер, то мне придётся тебя немедленно уволить. Слёзы Ань Нуань стали литься сильнее. Она почувствовала себя очень обиженной и сказала: - Я думала, что вы хороший человек, но я действительно ошибалась в вас. Вас заботят лишь деньги. Да что вы можете сделать с этими деньгами? Не всё в этом мире можно купить за деньги. Нин Шу глянула на Ань Нуань, а потом усмехнулась. - Жизнь твоего младшего брата была спасена при помощи денег, и ты сама, вроде, умоляла меня, чтобы получить деньги? Вот какой у неё должен быть менталитет, что она могла опуститься ради денег, а потом развернуться и выказывать презрение деньгам и людям, которые ими обладают? Неужели это делает её благородной и добродетельной? Ха. Ха. Ах, если бы. Казалось, словно образ мышления Ань Нуань был очень своевольным. Она думала о вещах так, как ей этого хотелось. Когда Ань Нуань услышала, что сказала Нин Шу и вспомнила о том, какой жалкой она выглядела, когда ей были нужны деньги, она почувствовала, что её достоинство было раздавлено, особенно учитывая то, что перед ней сейчас был как раз тот человек, которому она должна деньги. Ань Нуань почувствовала себя очень пристыженной и возмущённой. Неужели он думает, что ей хотелось отставить в сторону свою гордость и умолять его? Если бы не тот факт, что у неё не было выбора, то кто бы решил положить своё достоинство на пол, чтобы по нему топтались другие? Но больше всего Ань Нуань не могла вынести поведения Нин Шу. От этого она чувствовала себя очень смущённой. - Я выплачу вам все деньги. Хоть я и должна вам деньги, то это не означает, что вы можете решать мою жизнь по своему желанию. Ань Нуань вытерла слёзы тыльной стороной ладони, а потом развернулась и вышла из кабинета. Нин Шу пожала плечами. Она никак не могла понять, что имеет в виду Ань Нуань. Решать жизнь Ань Нуань? Насколько же ей должно быть скучно, чтобы она начала заниматься Ань Нуань? Более того, она не могла понять, чего это Ань Нуань так злится. Она продолжала говорить, что Нин Шу её продала. Какого хрена? Почему с ней было так трудно разговаривать? Эта женщина должна деньги, но всё равно ведёт себя, словно самый главный хозяин? Нин Шу раздражённо потёрла лицо. Как же её это раздражало! После этого инцидента, каждый раз, когда Ань Нуань видела Нин Шу, её лицо становилось безразличным, и она игнорировала Нин Шу. Когда они случайно сталкивались друг с другом, она даже не здоровалась с Нин Шу и просто проходила мимо, холодно хмыкая. Нин Шу сочла всё это совершенно озадачивающим. Неужели это поведение Ань Нуань, когда она даже не здоровалась с начальством, можно было считать поведением человека с достоинством? Нин Шу усмехнулась. Конечно же, человеку, которого обожают Небеса, не нужно задумываться о таком вопросе. Её жизнь самым естественным образом будет гораздо лучше и комфортнее, чем у остальных. Остальным людям приходится ползти и карабкаться на протяжении всей жизни, но вот эти люди могли спокойно жить в своих собственных мирах, и делать то, что им хочется. Неудивительно, что некоторые люди переходили на тёмную сторону от зависти. Потому что им каждый день приходится усердно трудиться и не получать никаких плодов, а другие люди наоборот, такие благословенные. ---------- Величайший Позор Для Главного Мужчины Ань Нуань вела себя в точности, как белоглазый волк. Она всегда говорила, что другие топчутся по её достоинству. Нин Шу лишь хотела, чтобы Цзунчжэн Бинь поскорее забрал уже отсюда Ань Нуань. Один только её вид раздражал. Цзунчжэн Бинь теперь постоянно приходил в Семейную Корпорацию Гун, под прикрытием того, чтобы поговорить о работе, но он постоянно сбегал, чтобы подразнить Ань Нуань. Он часто дразнил Ань Нуань до такой степени, что она взрывалась. Любой, кто не был слеп, смог бы понять, что Цзунчжэн Бинь заинтересован в Ань Нуань. Однако сама Ань Нуань всегда считала, что Цзунчжэн Бинь приходит, чтобы отомстить ей. Она крайне медленно соображала в этом вопросе. Однако Цзунчжэн Биню очень нравилось то, какой была Ань Нуань. То, как они постоянно ругались, было очень похоже на ссорящуюся, но любящую друг друга парочку. Нин Шу лишь молча наблюдала за этим, ничего не говоря. Она считала, что уже лишилась привилегии быть главным мужчиной, потому что она не соответствовала стандартам. Она плохо обращалась с главной женщиной и даже топтала достоинство этой главной женщины. К тому же, она действительно хотела, чтобы главная женщина вернула одолженные деньги, какой великий позор! Казалось, словно Цзунчжэн Бинь был поднят на трон. Всё же, когда это главная женщина вообще возвращали деньги главному мужчине? В ответ на это Нин Шу лишь бесстрастно продолжала смотреть, но мысленно она уже подбрасывала цветочные лепестки в воздух. Тем временем, у Сун Нин возникло очень серьёзное чувство того, что здесь что-то не так. Что-то совсем не совпадало. Как так вышло, что пара, которая должна была быть взаимно влюблена друг в друга, оказалась в таком положении? Разве Гун Ло не должен очень сильно любить и обожать Ань Нуань? Причём до такой степени, что он всегда осторожно поддерживал её, опасаясь, что она упадёт и разобьётся. Так откуда возникла нынешняя ситуация? Неужели ей удалось разбить судьбу Гун Ло с Ань Нуань? Но она явственно чувствовала, что Гун Ло не влюбился в неё. Более того, очки его благоприятного впечатления о ней всегда были на грёбанном нуле. Они ни капли не изменились, они всегда были на самом ровном нуле. Только Гун Ло не вписывался в эту ситуацию. Что же случилось с Гун Ло? Сун Нин продолжила наблюдать за Гун Ло, надеясь понять, что в нём было не так, но даже после длительного наблюдения, она не смогла обнаружить в нём ничего необычного. Он был совсем такой же, как и в изначальной истории, равнодушный и отчуждённый. Так почему же он был совершенно безразличен к Ань Нуань? Неужели чувства Ань Нуань изменились, и она решила быть вместе со второстепенным главным мужчиной? Блять, да что же происходит-то? Почему всё внезапно стало так сложно? Однако, нынешняя ситуация явно была для неё преимущественной. Станет даже лучше, если Ань Нуань больше не будет рядом с Гун Ло. Нин Шу уже давно заметила, что Сун Нин смотрит на неё с подозрением и тревогой. От этого Нин Шу тоже стала настороже. Что Сун Нин планирует сделать? Неужели она всё ещё хочет затащить её в постель? Сун Нин начала прощупывать почву: - Гун Ло, Ань Нуань скоро сбежит с кем-то другим. Нин Шу глянула на Сун Нин со скрываемой настороженностью. - Они с Цзунчжэн Бинем всего лишь друзья. - Какие друзья? Разве друзья могут вести себя настолько интимно? Я даже видела, как они обнимаются и целуются, - Сун Нин презрительно поджала губы, а потом прижала палец к губам. – Мы с тобой обручены, но я всё равно тебя ещё ни разу не поцеловала. Как же они тогда могут быть всего лишь друзьями? Нин Шу прищурила глаза, глядя на Сун Нин. - А чего это ты так переживаешь из-за Ань Нуань? Она же просто обычная работница. Ты уделяешь ей слишком много внимания. Цвет лица Сун Нин стал немного неестественным, и она сказала, надувшись: - Я просто её опасаюсь. Всё же, ты одолжил ей пятьсот тысяч, не моргнув глазом, так что вполне нормально для меня – подозревать, что у вас двоих какие-то необычные отношения. Теперь Сун Нин решила быть прямолинейной? Она явно говорила то, что хотела сказать, делая так, чтобы Нин Шу даже не знала, что ответить. Однако от этого Нин Шу стала ещё больше подозревать Сун Нин. Сун Нин протяжно вздохнула, а потом похлопала себя по груди. Её грудь всколыхнулась очень привлекательным для глаз образом. - Всё хорошо. Главное, чтобы тебе не нравилась Ань Нуань. На лице Сун Нин читалось облегчение. Нин Шу на мгновение уставилась на грудь Сун Нин, а потом отвела взгляд в сторону. Как же здорово иметь большую грудь. - С чего это мне должна нравиться Ань Нуань? ---------- Только Заплати Мне Шестьсот Тысяч На самом деле Нин Шу действительно не могла понять Сун Нин. Почему Сун Нин постоянно считала, что ей должна нравиться Ань Нуань? Неужели Сун Нин тоже знает об истории? Тогда кем же была Сун Нин? Трансмигратором, реинкарнатором или получателем заданий? Если бы она была реинкарнатором, тогда она должна была бы крайне ревновать и ненавидеть Ань Нуань, но отношение Сун Нин к Ань Нуань всегда было очень равнодушным, и она даже смотрела на Ань Нуань свысока. Значит, скорее всего, она была таким же получателем заданий, как и она сама. Как только эта мысль пришла в голову Нин Шу, у неё волосы встали дыбом. Чем больше она об этом думала, тем более вероятным это казалось. Скорее всего, с ней действительно флиртует получатель заданий. В голове Нин Шу промелькнули всевозможные мысли, но она сохранила своё выражение лица, словно поражённое нервным параличом, и спросила: - С какой стати мне должна нравиться Ань Нуань? Сун Нин безрадостно поджала губы. - А разве всем мужчинам вроде тебя не нравятся такие безвкусные, наивные и невинные девушки? - Нет, мне нравятся девушки вроде тебя, - ухмыльнулась Нин Шу. Когда Сун Нин увидела улыбку этого мужчины, ей очень захотелось влепить ему пощёчину. Раз он говорит, что она ему нравится, так дал бы ей хоть немного очков благоприятного впечатления! Блять, но там же всегда был ноль! Сун Нин уже была готова разрыдаться от гнева. Она никогда раньше не встречалась с таким бедствием. Отношения Ань Нуань и Цзунчжэн Биня быстро развивались. Спустя лишь короткое время, Нин Шу заметила, как они делают различные интимные жесты по отношению друг к другу. Опытный плейбой часто поддразнивал Ань Нуань, пока её лицо не становилось красным. Либо так, либо её внезапно обнимали или целовали. Этого было достаточно, чтобы доводить Ань Нуань практически до обморока. Цзунчжэн Бинь, навык этого плейбоя по ухаживанию за девушками мог пробить горизонты. Не нужно даже объяснять, насколько нежными были их взаимодействия. Вся Семейная Корпорация Гун пропахла кислым гнилостным запахом романтики. Нин Шу, эта одинокая собака, была вынуждена молча съесть несколько килограмм собачьей еды. Глядите, даже без Гун Ло, обожающего Ань Нуань, всегда найдутся другие мужчины, которые будут её обожать. Ань Нуань была рождена, чтобы её обожали. Сравнивая себя с ней, несмотря на то, что они обе были женщинами, Нин Шу невольно стала сомневаться в своей собственной жизни. Забудем об этом. Она была рождена с судьбой чернорабочего. В этот конкретный день Цзунчжэн Бинь привёл Ань Нуань, чтобы встать перед Нин Шу и прямо сказать: - Председатель Гун, вы должны отпустить этого человека. Я хочу забрать Ань Нуань в свою компанию. Нин Шу посмотрела на Ань Нуань. Её щёки были розовыми, а сама она выглядела крайне воодушевлённой. Та Ань Нуань, которую подпитывали любовью, выглядела очень красиво. Ранее она на каждом дыхании твердила о достоинстве, и обвиняла Нин Шу в том, что она продаёт её Цзунчжэн Биню, но прошло совсем немного времени, как она сама же шлёпнула себя по лицу и решила уйти с Цзунчжэн Бинем. Нин Шу безразлично сказала: - Конечно, только заплати мне шестьсот тысяч. Когда Ань Нуань услышала это, она тут же стала несчастной. Она решила, что Нин Шу целенаправленно поднимает цену. - Председатель, я же одолжила у вас только пятьсот тысяч, как они внезапно превратились в шестьсот тысяч? Нин Шу не обратила внимания на Ань Нуань и сказала Цзунчжэн Биню: - Эта уборщица недавно разбила вазу. Дополнительные сто тысяч – это стоимость вазы. Ань Нуань в шоке прикрыла рот, уставившись на Нин Шу с ещё большей злобой. - Да что за ваза стоит сто тысяч? Как вы можете так говорить? Вы просто пытаетесь выжать из меня больше денег! Как вы можете себя так вести?! - Это была антикварная ваза. И это я ещё занижаю стоимость, - спокойно сказала Нин Шу. Она ведь примерно так и стоит, так что поделать? Ань Нуань нахмурила брови, а потом сказала Цзунчжэн Биню: - Давай просто забудем об этом. Нин Шу была изумлена. - Что ты имеешь в виду под "забудем об этом"? Ты же должна мне деньги. И ты должна мне их выплатить. Это ведь не ты что-то покупаешь, так что ты имеешь в виду, говоря "забудем об этом"? Ань Нуань тут же накрыло чувством смущения. Почему этот председатель постоянно настаивает на разговоре о деньгах, да ещё и прямо перед Цзунчжэн Бинем. Раньше она считала, что председатель был хорошим человеком, но, судя по всему, он всё ещё был хладнокровным капиталистом. ---------- Только Что Победил Злого Дракона Когда Цзунчжэн Бинь увидел, что его женщина была в таком затруднительном положении всего лишь из-за шестисот тысяч, но просто выписал чек на шестьсот тысяч и отдал его Нин Шу. - Вот шестьсот тысяч. С этих пор Ань Нуань больше не сотрудница твоей компании. Нин Шу даже не могла понять, кажется ли ей это, но данная сцена ощущалась так, словно принц только что победил злого дракона и спас прекрасную принцессу. Каким-то образом, она стала антагонистом. Нин Шу взяла чек, а потом сказала Ань Нуань: - Иди в финансовый отдел и получи свою зарплату. Ты больше не сотрудница Семейной Корпорации Гун. Однако Ань Нуань отреагировала так, словно её только что унизили. - Не нужны мне твои деньги! После этих слов она потянула за собой Цзунчжэн Биня и ушла. Цзунчжэн Бинь покачал головой, а потом ушёл вслед за Ань Нуань с выражением обожания на лице. Нин Шу: →_→ Хоть всё это событие и было довольно озадачивающим, она искренне чувствовала облегчение. У Ань Нуань больше не было с ней никаких отношений. Теперь Цзунчжэн Бинь может заниматься тем, что будет обожать Ань Нуань. Нин Шу почувствовала, как с неё медленно спали оковы. Нин Шу прямо сказала главной секретарше: - Больше нет необходимости в сотрудничестве с Корпорацией Колдрон Винд. Найдите другого партнёра для сотрудничества. Судя по мелочному темпераменту Ань Нуань, она ни за что не позволит Цзунчжэн Биню сотрудничать с Нин Шу, с этой хладнокровной капиталисткой. В изначальной истории Гун Ло заставил множество компаний обанкротиться ради Ань Нуань. Например, если наследник какой-то компании пытался заигрывать с Ань Нуань, то Гун Ло начинал ревновать и тут же делал так, чтобы компания этого человека обанкротилась. И это повторялось без конца. От любви Ань Нуань и Гун Ло текла река, сделанная из кровавых слёз пушечного мяса. Так что теперь, ребята, можете идти и играть между собой. Иногда, когда провоцируешь того, у кого в голове винтиков не хватает, случается вот такое бедствие. Без Ань Нуань, которая постоянно мелькала на виду, Нин Шу тут же почувствовала, что этот мир прекрасен. Единственное, чего она не знала, так это когда она сможет покинуть этот мир. - 2333, ты тут? Ты, блин, вернулся уже? Хватит притворяться мёртвым. Нин Шу попыталась войти в контакт с системой, но 2333 не издал ни единого писка. Словно он совершенно исчез. Если бы система был человеком, то Нин Шу точно забила бы его насмерть. Нин Шу приготовилась отправиться домой, но Сун Нин подошла и схватила её за руку. Когда Сун Нин увидела, что Нин Шу выглядит недовольной, Сун Нин откинула волосы назад и сказала: - Как бы там ни было, ты мой жених. Нет ничего плохого в том, чтобы я продемонстрировала другим то, что ты мой. Сун Нин выглядела так, словно она очень мило ревновала. Нин Шу кивнула. - Дело твоё. Цвет лица Сун Нин застыл. Какого хера? Блять, она уже чувствовала себя так, словно этот человек травмировал её. Что бы она ни делала, этот мужчина был ничуть не обеспокоен. Уровень благоприятного впечатления ни разу не менялся. Может, этот человек вообще робот, а? Когда они вернулись на виллу, Сун Нин бесцеремонно вошла внутрь. Нин Шу спросила: - Ты не возвращаешься домой? Сун Нин обняла подушку и улыбнулась Нин Шу. А потом она закатила глаза и сказала: - Я останусь тут настолько, насколько пожелаю. Если наступит день, когда я от тебя устану, то я уйду. Нин Шу кивнула, а потом немного ослабила галстук, готовясь отправиться наверх и принять душ. - Гун Ло, я проголодалась. Приготовь мне чего-нибудь, - сказала Сун Нин. – Я же гостья. Или ты планируешь заморить меня голодом? Нин Шу расстегнула пуговицы на рукавах, а потом сказала: - А что ты хочешь поесть? Просто скажи тётушке Ли. Тётушка Ли умеет готовить. Сун Нин надулась. - Я хочу поесть того, что приготовишь ты. Забудь, это не важно. Твоё сердце просто сделано из камня. Как бы другие люди к тебе ни относились, ты этого не чувствуешь. Ты должен на всю жизнь остаться одиноким! И тебе лучше не плакать, когда я уйду! – озлобленным тоном сказала Сун Нин. Однако её голос был нежным, поэтому это не прозвучало как угроза, а скорее как милая детская истерика. ---------- Неужели Ты Умрёшь, Если Уделишь Мне Внимание? Сун Нин была всего лишь маленькой чаровницей с сотней лиц. В одно мгновение она могла быть нежной и избалованной, а в следующее мгновение – соблазнительной. Каждая её грань давала людям ощущение свежести. Нин Шу поняла, что если бы она была мужчиной, то она бы действительно была очарована Сун Нин, но что тут поделать? Она была женщиной. Более того, у неё даже начали появляться подозрения о Сун Нин, поэтому она начала избегать того, чтобы смотреть на прекрасное лицо Сун Нин, от которого дух перехватывало. Нин Шу отправилась наверх, чтобы принять душ. Когда она спустилась обратно, тётушка Ли уже закончила готовить ужин. Сун Нин сидела на стуле и без всякого интереса ковырялась в своей тарелке палочками. Нин Шу села напротив Сун Нин. Когда она увидела, что Сун Нин не ест, то спросила её: - Тебе не нравится вкус? - Я хочу попробовать то, что приготовишь ты. Сун Нин подпёрла подбородок и посмотрела на Нин Шу с волнительным предвкушением. Нин Шу: … Она просто не умела готовить. Нин Шу спокойно призналась. - Я не умею готовить. - Я тебя научу, ладно? Только подумай о сцене, где мы готовим вместе. В этой сцене так много любви, - Сун Нин возбуждённо посмотрела на Нин Шу. – Что думаешь? Чёрта с два это будет любовь. Как только вся еда сгорит, где будет любовь в этой сцене? Нин Шу подняла палочки. - Ешь. На лице Сун Нин отразилось разочарование, а в её взгляде читалось обвинение, когда она посмотрела на Нин Шу. Словно Нин Шу издевалась над ней. От этого Нин Шу даже потеряла аппетит. - Ешь уже. Когда ты на меня так смотришь, я теряю аппетит, - прямо сказала Нин Шу. Цвет лица Сун Нин изменился на мгновение, а на самом лице появилось зловещее выражение. Однако всё быстро пришло в норму. Она со стуком положила палочки, а потом холодно сказала: - Гун Ло, неужели ты думаешь, что раз ты мне нравишься, потому что я тебя люблю, то ты можешь просто топтать мои чувства как тебе вздумается и делать мне больно, когда тебе захочется? Нин Шу покачала головой. - Я никогда так не думал. Перед лицом подобной ситуации, отказ принимать такие вещи – это наилучшее проявление уважения. Охренеть, и почему ситуации, связанные с любовью, всегда такие раздражающие? Я люблю тебя, ты любишь его, он любит её, а она любит его. Эта дурацкая цепочка просто раздражает. Нин Шу уже была сыта по горло тем, что Сун Нин постоянно говорит о любви. Даже если Сун Нин действительно любила Гун Ло, это всё равно изрядно раздражало. Возможно потому, что её душа тоже была женской, поэтому её отталкивало такое поведение женщины. Возможно, мужчинам действительно нравилось, когда женщины вели себя подобным образом. Однако у этой Сун Нин похоже всерьёз не было никакого намерения останавливаться, пока она не заставит человека полностью влюбиться в неё. Сун Нин увидела, что мужчина, сидящий перед ней, был безэмоционален, словно он был совершенно безразличен к её словам. Длинный след поражения уже и так её очень разозлил, поэтому в это мгновение весь её гнев вырвался наружу. Сун Нин резко встала, и её стул упал на пол позади неё. Её лицо посерело, и она шлёпнула обеими руками по столу, закричав: - Неужели ты умрёшь, если уделишь мне внимание?! Сун Нин действительно взорвалась. Нин Шу встала и спокойно сказала: - Я не знаю, чего ты хочешь. Такие вещи, как чувства, должны развиваться постепенно. Чего ты так торопишься? Сун Нин даже захотелось влепить ему пощёчину. Даже спустя всё это время, уровень его благоприятного впечатления о ней не увеличился ни на одно очко, но он всё равно смел говорить что-то о постепенном развитии чувств? Она не заработала ни единого очка благоприятного впечатления, а это означало, что она не нравилась этому мужчине. - Я не спешу. Я лишь хочу, чтобы ты хоть иногда отвечал на мои чувства. После этих слов, вся атмосфера вокруг Сун Нин словно ослабла от поражения. - Теперь я знаю, что бы я ни сделала, ты всё равно в меня не влюбишься. ---------- Я Не Позволю Тебе Снова Оттолкнуть Меня После этих слов Сун Нин повернулась и направилась к двери. Нин Шу поспешила заблокировать Сун Нин путь. - Куда это ты собралась так поздно ночью? Сун Нин ответила: - Конечно же я отправляюсь домой. Зачем мне оставаться тут, раз ты меня так сильно не любишь? Слёзы потекли из глаз Сун Нин. Она запрокинула голову вверх, чтобы взглянуть на Нин Шу. - Ты – бессердечный парень. Я проклинаю тебя быть в одиночестве всю твою жизнь. Нин Шу плотно нахмурила брови. Это ещё что за ситуация такая? Прежде чем Нин Шу успела что-либо сказать, слёзы Сун Нин начали течь ещё больше, и она крепко обняла Нин Шу за талию. Она даже врезалась в Нин Шу с такой силой, что Нин Шу была вынуждена сделать пару шагов назад. Слёзы Сун Нин намочили рубашку Нин Шу. Они казались обжигающе горячими. Нин Шу ощутила трудноописуемое чувство сердечной боли, и эта боль поднималась в её груди, обкалывая её сердце, словно иголками. Это было крайне болезненно. - Гун Ло, я уже сделала всё, что могла, чтобы ты в меня влюбился, так почему же ты в меня не влюбляешься? Голос Сун Нин прерывался всхлипываниями, пока она была зарыта лицом в грудь Нин Шу. Нин Шу чувствовала, что у неё сейчас будет сердечный приступ. А иначе почему это было так болезненно? Она мысленно повторила мантру из Непревзойдённых Боевых Искусств. При помощи ореола спокойствия, она, наконец, смогла подавить приливную волну боли. Однако она почувствовала себя совсем ослабшей и обессиленной. Её спина покрылась холодным потом. Она оттолкнула от себя Сун Нин с холодным выражением лица, но Сун Нин продолжила крепко обнимать её за талию и рыдать. - Ты уже множество раз отталкивал меня. В этот раз, что бы ни случилось, я не позволю тебе снова оттолкнуть меня. И, верная своему слову, она обняла Нин Шу так крепко, что между их телами едва ли остался какой-то зазор. Нин Шу: … Она никогда раньше не чувствовала себя такой разваливающейся на части, как сейчас. - Я не влюблюсь в тебя. Что бы ты ни говорила, я не влюблюсь в тебя. Я никогда не влюблюсь в тебя. Голос Нин Шу был уверенным. Теперь она очень сильно сомневалась в личности Сун Нин. Эта Сун Нин была получателем заданий. И её заданием, вероятно, было заставить Гун Ло влюбиться в неё. Но она не была изначальным хостом, поэтому она никак не могла влюбиться. Если бы не тот факт, что Сун Нин была такой нетерпеливой, то Нин Шу ничего бы и не заподозрила. - Почему? – голос Сун Нин дрожал, и она запрокинула голову, чтобы взглянуть на Нин Шу. – Почему ты этого не можешь? Лицо Сун Нин было словно лепесток лотоса, блестящий от росы. Это было крайне прекрасное зрелище и от него люди инстинктивно хотели её утешить. Она была поистине красивой женщиной, женщиной, которая могла пленить все сердца. Нин Шу теперь была крайне рада. Что ей удалось взять себя под контроль ранее, а иначе она бы стала инструментом для этой женщины и дала бы ей закончить своё задание. Нин Шу оценила Сун Нин. Взгляд Сун Нин был полон переполняющей её страсти и любви, но в глубине был холодным и отстранённым. - Почему? Я уже отдала тебе своё истинное сердце, так почему ты не можешь полюбить меня? Гун Ло, Гун Ло! Почему ты не можешь быть моим? Тихие всхлипы Сун Нин вызывали жалость, особенно когда она подёргивала рубашку Нин Шу. Истинное сердце? Снова это истинное сердце. Нин Шу совсем не верила в искренность Сун Нин. Раз она сама не была искренней, так какое же право она имеет просить, чтобы другой человек отдал ей своё сердце? Нин Шу оттолкнула Сун Нин, и Сун Нин упала на пол. Её голова опустилась, и она всхлипнула, но в её взгляде мелькнула резкая вспышка. Сун Нин поднялась и спросила Нин Шу: - Могу я спросить, почему ты не можешь полюбить меня? Я недостаточно красивая? Я недостаточно умелая? Сун Нин приблизилась к Нин Шу и встала на цыпочки. Её дыхание коснулось лица Нин Шу, когда она сказала: - Ведь должна же быть причина, верно? Есть же причина, почему ты не можешь меня полюбить? Нин Шу даже чувствовала элегантный аромат, идущий изо рта Сун Нин. От этого аромата её мозг стал вялым, а кровь в теле закипела. Она посмотрела на лицо, которое было всего в нескольких сантиметрах от её собственного, а потом её взгляд сфокусировался на ярко-красных губах Сун Нин. Нин Шу медленно опустила голову, двигаясь в сторону губ Сун Нин. Словно это красное пятно было самой желаемой вещью в этой жизни. Сун Нин закрыла глаза. Её ресницы, которые были всё ещё влажными от слёз, слегка задрожали, когда она наклонила голову навстречу Нин Шу… ---------- Ты Поистине Прекрасна Нин Шу чувствовала, что она попала под действие какого-то заклинания. Её накрыло волной желания этой женщины, стоящей перед ней, а всё её тело напряглось. Она взглянула на лицо, которое теперь было в паре сантиметров от её лица. Это была женщина, это была женщина! Она вот-вот поцелует женщину, ааах! Нин Шу закричала в глубине души. Её мировоззрение словно рушилось. Нин Шу никогда раньше не встречалась с получателем заданий, который так умело манипулировал сердцем человека. Нин Шу продолжила опускать голову, но наклонила голову в сторону и приблизилась к уху Сун Нин, чтобы тихо сказать: - Ты поистине прекрасна. Губы Сун Нин изогнулись в улыбке, которая была чарующе прекрасной. Она была поистине произведением искусства. А потом Нин Шу добавила: - Но мне нравятся мужчины. Нин Шу оттолкнула Сун Нин и с трудом справилась со всеми сложными чувствами, которые были сейчас в её сердце. - Мне нравятся мужчины. Сун Нин: … Сун Нин выглядела так, словно её ударило молнией. Она просто превратилась в камень и очень долго не приходила в себя. В итоге, она указала на Нин Шу. - Ты, ты… Нин Шу подавила желание своего тела и слабо улыбнулась. - Мне нравятся мужчины. - Это невозможно, - Сун Нин покачала головой. – Не может быть, чтобы тебе нравились мужчины. Это невозможно! Выражение лица Сун Нин стало зловещим, когда она схватила Нин Шу за грудки. - Да не может такого быть, чтобы тебе нравились мужчины. Нин Шу спокойно сказала: - Я никогда в тебя не влюблюсь. Этого никогда не случится. Выражение лица Сун Нин было зловещим и мрачным. Продолжая держать Нин Шу за грудки, она прошипела, сквозь стиснутые зубы: - Ты чёртов гомик! Если тебе нравятся мужчины, так почему же ты мне этого с самого начала не сказал? Нет, никакой мужчина не мог бы быть ко мне таким безразличным. Сун Нин уставилась на лицо Нин Шу, а потом закрыла своё лицо руками и начала плакать. - Из-за тебя я провалилась. Нин Шу: … Нин Шу испытывала сложный набор эмоций. Они обе были получателями заданий. Если задание Сун Нин провалено, будет ли она убита? Однако Нин Шу не могла влюбиться в Сун Нин, и уж тем более – отдать ей своё истинное сердце, особенно учитывая то, что Сун Нин хитростью пыталась заставить её сделать это. Сун Нин гневно уставилась на Нин Шу и злобно указала на неё пальцем: - Я тебя запомню. После этих слов Сун Нин упала на пол. Нин Шу была ошарашена и она поспешила помочь Сун Нин подняться. Она поднесла палец к носу Сун Нин. Та всё ещё дышала. Нин Шу отнесла Сун Нин на диван и усадила её рядом с собой, ожидая пробуждения. Всё её тело ощущалось очень слабым. Словно эта усталость шла от самой души. Словно её мозг очень сильно переработал. Сун Нин всё ещё не очнулась, поэтому Нин Шу начала медитировать на диване. Это было впервые, когда она стала свидетелем того, насколько сильным может быть получатель заданий. Эта девушка действительно использовала все восемнадцать видов оружия боевых искусств*. Несмотря на то, что Нин Шу была женщиной, она едва могла сопротивляться, а значит, у мужчин, вероятно, не было никаких надежд. Возможно, некоторые мужчины и могли понять, что эта женщина их не любит, но они всё равно не смогли бы вырваться из пут её очарования. Нин Шу покачала головой. Когда она вернётся, то ей обязательно надо будет купить мантру очищающую сердце, чтобы она могла противостоять внешнему обольщению. И, что ещё более важно, ей нужно будет сделать свой дух сильнее. Потому что в каждом задании слишком много всяких соблазнов. Ей нужно найти способ контролировать свои эмоции и свою внутреннюю жадность. У Нин Шу была даже ещё более амбициозная надежда, что она встанет на вершине и посмотрит на мириады миров. Она хотела жить так долго, сколько существует мир, и стать вечным существом. Однако сейчас она была лишь начальным получателем заданий. Существом, которое было практически муравьём. Прямо сейчас ей нужно убедиться в том, что она выживет и продолжит жить, становясь сильнее. И хотя это трудно, этот путь был красочным. У неё в жизни никогда больше не будет подобного шанса, поэтому, что бы ни случилось, Нин Шу была благодарна системе за то, что ей дали эту возможность. Возможно, она просто инструмент, но она хотела быть ценным инструментом. Все усилия приносили свои плоды в виде наград, и, соответственно, всё полученное имело свою цену. Однажды она станет достаточно сильной, чтобы не бояться ничего, и она сможет встать на один уровень с такими могущественными существами. ---------- Победа Была Трудной Сун Нин, которая спала на диване, очнулась с тихим стоном. Нин Шу открыла глаза и посмотрела на Сун Нин. Сун Нин огляделась по сторонам. Когда она увидела Нин Шу, то крайне удивилась. - Гун Ло? Сун Нин села. - Где я? Нин Шу посмотрела на Сун Нин. Нынешняя Сун Нин, вероятно, была изначальным хостом. То великолепие, которое излучала Сун Нин, теперь было гораздо более тусклым. И хотя она всё ещё была прекрасной, она уже не была такой ошеломительной, как прежде. Она была словно жемчужина, покрытая слоем пыли. Должно быть, у получателя заданий был очень высокий уровень харизмы. И эта получатель заданий, наверное, не была уничтожена. Наверняка у неё был какой-нибудь запасной план, который помог бы ей не умереть. Однако она наверняка затаила обиду. Пока Сун Нин смотрела на Нин Шу, в её взгляде читалось слабое влечение. Нин Шу улыбнулась. Вероятно, Сун Нин была искренне влюблена в Гун Ло. Нин Шу сказала: - Тебе стало плохо, и ты потеряла сознание. Тебе стоит как следует отдохнуть и восстановиться. - Ладно, - Сун Нин глянула на Нин Шу, а потом слегка замешкалась, прежде чем спросить: - Можешь отвезти меня домой? Нин Шу кивнула, а потом отвезла Сун Нин домой. Всю дорогу Сун Нин выглядела озадаченной. Было ясно, что она не совсем понимает, что произошло. Когда они добрались до дома Сун Нин, Сун Нин первой вышла из автомобиля, а потом наклонилась к окну и сказала: - Я пойду внутрь. Веди осторожно. Нин Шу кивнула. - Хорошо. Нин Шу сразу почувствовала, что общаться с Сун Нин было гораздо приятнее, чем с получателем заданий. Сун Нин не пыталась соблазнить её каждое мгновение, как это делала получатель заданий. Нин Шу развернула автомобиль и уехала. Когда она глянула в зеркало заднего вида, она увидела, что Сун Нин всё ещё стоит у ворот своей виллы. Нин Шу слабо улыбнулась. Любовь – это нечто происходящее между двумя людьми. Нет необходимости вмешиваться кому-то ещё. Каждый человек уникален, так в кого же тогда влюбляется осаждаемый? В получателя заданий или в изначального хоста? Наконец-то она разобралась с проблемой с Ань Нуань, а теперь ещё и решила проблему с Сун Нин, поэтому чувствовала большое облегчение. Она вернулась на свою виллу и проспала до полудня следующего дня. Когда она проснулась, то почувствовала себя отлично отдохнувшей и уже не была изможденной. Только теперь Нин Шу осознала, насколько она была слабой. Она всё ещё была крайне слабым получателем заданий. Любой получатель заданий, который был хоть чуточку сильнее её, мог с лёгкостью сокрушить её. В будущем, она, вероятно, будет ещё сталкиваться с получателями заданий, которые будут действовать на противоположной стороне. Если она не будет достаточно сильной, то её победят. Сердце Нин Шу тут же наполнилось ощущением спешки. Словно за ней кто-то гнался, вынуждая её увеличить скорость, с которой она мчалась вперёд. "Сун Нин", это получатель заданий, определённо была сильнее её. Каждый раз, когда она сталкивалась с этим получателем заданий, ей приходилось стискивать зубы до такой степени, что они начинали болеть. Только так она могла удержаться от манипуляций получателя заданий. В итоге, она победила, но эта победа была трудной. Возможно, если бы она оказалась всего лишь чуть-чуть слабее, то её бы пленила эта "Сун Нин" и её чувство самоощущения развалилось бы на части. Нет ничего важнее того, как настаивать на том, чтобы быть собой. Некоторых нижних границ нужно твёрдо придерживаться. Возможно, тебе придётся работать усерднее, чем остальным, но ты сможешь пройти дальше. Нин Шу улыбнулась зеркалу. Лицо в зеркале было красивым и привлекательным. Оно было настолько привлекательным, что у некоторых людей возникала слабость в ногах. Она снова попыталась окликнуть систему, но система не ответил. Да что же произошло? Её нынешнее задание уже должно было быть закончено. Так почему же она всё ещё не могла покинуть этот мир? Охренеть, неужели система умер? Она обязательно отправит жалобу. Эта дрянная система постоянно сбоила. Вот как тут людям нормально выполнять задание? Нин Шу решила, что ей, вероятно, нужно начать добавлять очки атрибутов в удачу. Должно быть, она накопила неудачу за восемь лет, раз ей попалась такая дрянная система. ___________________________________________________ * Восемнадцать видов оружия – это список из восемнадцати основных орудий в китайских боевых искусствах. Изначальный список был не совсем понятен, поэтому были даже споры по поводу того, какие эти восемнадцать видов оружия на самом деле. Однако все списки содержат одно или более следующих орудий: лук, арбалет, копьё, односторонний меч, обоюдоострый меч, древнее копьё, щит, топор, большой топор, кинжальная алебарда, круглая булава или железный хлыст, булава-брус, багор, булава с шипами, трезубец, грабли, верёвка, бой голыми руками. ---------- Убийцы Одиноких Собак* * "Одинокая собака" – это интернет сленг. Он означает людей, которые одиноки или у которых нет парня или девушки. Так как система не отвечал, у Нин Шу не было иного выбора, кроме как продолжать оставаться в этом мире. Нин Шу невольно задумалась о том, что может остаться в этом мире на всю жизнь. Чем больше она об этом думала, тем больше презрения чувствовала по отношению к этому дрянному системе. Теперь Нин Шу больше беспокоило то, что происходит между Цзунчжэн Бинем и Ань Нуань. Эти двое были сладкими как мёд, отчего все окружающие им завидовали. Все начали говорить, что Цзунчжэн Бинь, этот плейбой, наконец-то остепенился. Сердце Цзунчжэн Биня полностью принадлежало Ань Нуань. И хотя некоторые бывшие девушки Цзунчжэн Биня кружились поблизости, чтобы создавать проблемы, Цзунчжэн Бинь со всеми разобрался. В их отношениях с Ань Нуань были небольшие конфликты, но, в общем и целом всё было очень мило. Иногда, когда Нин Шу присутствовала на собраниях, она видела, как Цзунчжэн Бинь приходит с Ань Нуань и представляет её остальным. Было ясно, что он считает Ань Нуань своей невестой. Они были такой сладкой парочкой, что практически жестоко убивали одиноких собак. В глубине души Нин Шу желала, чтобы Ань Нуань и Цзунчжэн Бинь смогли жить вместе, пока их волосы не поседеют от старости. Нин Шу задумалась о той возможности, что её задание будет считаться полностью завершённым только когда Цзунчжэн Бинь и Ань Нуань поженятся. А потом она вытерла своё лицо. На самом деле, Нин Шу очень симпатизировала изначальному хосту. Всё же, его собственная жена теперь была с кем-то другим. Ей стало интересно, что же сам Гун Ло думает обо всей этой ситуации. Поведение Ань Нуань по отношению к Нин Шу, к этому хладнокровному капиталисту, было не очень хорошим. Каждый раз, когда их взгляды пересекались, Ань Нуань злобно отводила взгляд и игнорировала Нин Шу. Нин Шу сочла это совершенно озадачивающим. Казалось, словно сам характер Ань Нуань был довольно гадким и отвратительным. Как бы там ни было, ей ведь пришлось одолжить свои деньги, когда младшему брату Ань Нуань срочно потребовались деньги для спасения жизни. Это ведь считалось за помощь Ань Нуань. Так почему же, когда Нин Шу попросила Ань Нуань вернуть деньги, это стало такой огромной несправедливостью? Нин Шу даже не подходила поздороваться с Цзунчжэн Бинем на этих собраниях. Она просто не хотела больше связываться с этими людьми. Та сделка, которую они прежде обсуждали с Цзунчжэн Бинем, тоже провалилась, но, к счастью, она уже заранее нашла ещё одного партнёра, с которым стала сотрудничать. На самом деле, единственная причина, почему Цзунчжэн Бинь пришёл обсуждать проект сотрудничества в Семейную Корпорацию Гун – это для того, чтобы встретиться с Ань Нуань. И в том, что деловой проект провалился, не было ничего ужасного, так как компания всё равно не обанкротилась. Романтика была важнее этого. Нин Шу покинула банкетный зал. Когда она только собралась уходить, ей в грудь врезалась чья-то фигура. Прежде чем Нин Шу успела что-либо сделать, эта женщина упала на пол. Когда Нин Шу присмотрелась, то обнаружила, что это была Ань Нуань, одетая в вечернее платье. В официальном наряде она выглядела очень красивой, но выражение лица у неё сейчас было очень обиженным. Когда она увидела, что это Нин Шу, она поднялась и со слезами сказала: - Председатель, помогите мне. Лицо Ань Нуань было в слезах, словно её кто-то обидел. Нин Шу: … Это было просто нелепо, но она всё равно сохранила лёгкую улыбку. Нин Шу просто развернулась и пошла прочь. В этот момент изнутри здания послышались приближающиеся шаги. Ань Нуань быстро вытерла слёзы, а потом обняла Нин Шу за руку. Нин Шу даже не задумываясь, начала стряхивать Ань Нуань, но Ань Нуань держалась очень крепко, поэтому Нин Шу не удалось её стряхнуть. Как только она подняла голову, то увидела, что к ним бежит Цзунчжэн Бинь с очень злым выражением на лице. Когда он увидел, что Ань Нуань держится за руку Нин Шу, то его выражение лица стало ещё холоднее. - Ань Нуань, иди сюда, - холодно сказал Цзунчжэн Бинь, обратившись к ней. Ань Нуань крепко вцепилась в руку Нин Шу и слёзы потоками полились по её лицу. Она замотала головой и обиженным голосом сказала: - Я к тебе не пойду. Иди, развлекайся со своей любовницей. ---------- Уведите Меня! - Это всё уже в прошлом. Сейчас в моём сердце только ты, так почему же ты мне не веришь? – объяснил Цзунчжэн Бинь. – Я никогда и не думал о том, чтобы вернуться к своей бывшей. Мы обнялись лишь как друзья. Нин Шу: … Какого хрена? Если вы решили поссориться, то ссорьтесь на здоровье. Зачем меня-то втягивать в это? - А что насчёт тебя? Как я и думал, у тебя есть какие-то отношения с Гун Ло, - Цзунчжэн Бинь холодно посмотрел на Нин Шу, и его взгляд помрачнел. – Так я и думал, иначе как бы ты мог так легко одолжить ей пятьсот тысяч? Ваши отношения, вероятно, не такие простые, как просто у должника и кредитора. - Ах ты, бесстыжий! Какое право ты имеешь клеветать на меня? – Ань Нуань была так зла, что её слёзы полились ещё сильнее. – Председатель Гун и я невиновные. Когда Цзунчжэн Бинь увидел Ань Нуань в таком состоянии, его взгляд наполнился сердечной болью. Однако гнев заставил его сказать очень обидные слова. - Ты планируешь снова разжечь старое пламя любви с Гун Ло? - Да! раз уж ты возвращаешься к своей бывшей, то почему я не могу? – резко огрызнулась раздражённая Ань Нуань. - Председатель Гун, прошу, можете увести меня отсюда? – Ань Нуань начала умолять Нин Шу. – Я не хочу видеть этого человека. Нин Шу: Какого хуя? →_→ Подобная сцена из мелодрамы раздражала больше всего. Цзунчжэн Бинь был в ярости, поэтому он поднял кулак и замахнулся в сторону лица Нин Шу. Нин Шу наклонила голову, чтобы увернуться и схватила его за запястье, а потом ударила его прямо в лицо другой рукой. Охренеть, эта мадам даже ничего не сделала, так с какой стати эта мадам стала жертвенным дарами в вашем романтическом конфликте? И ты даже попытался, блин, ударить эту мадам?! Нин Шу была полна сдерживаемого гнева, поэтому она с силой пнула Цзунчжэн Биня в живот, отчего он скрутился от боли, которая была такой сильной, что у него даже вены вздулись на лбу. Ань Нуань в тревоге закричала: - Перестаньте драться! Прошу, вы двое, перестаньте драться! Голос Ань Нуань привлёк внимание множества прохожих, среди которых оказались даже репортёры, фотографирующие всё это. Нин Шу нахмурила брови и тихо сказала: - Заткнись. Ань Нуань прикрыла свой рот и подбежала к Цзунчжэн Биню, спрашивая с душевной болью в голосе: - Цзунчжэн Бинь ты в порядке? Ты в порядке? Цзунчжэн Бинь внезапно обнял Ань Нуань. Ань Нуань тут же начала сопротивляться. - Ах ты, лжец, отпусти меня! Лицо Цзунчжэн Биня совсем опухло и покраснело от удара Нин Шу, но он всё равно ухмылялся и обнимал Ань Нуань самым подлым образом. Когда Ань Нуань продолжила вырываться, он издал стон боли. - Ойй, не двигайся, мне очень больно. Мне так больно. Ань Нуань тут же перестала двигаться и обеспокоенно спросила его. - Больно? Где? Цзунчжэн Бинь схватил руку Ань Нуань и прижал к своей груди. - Вот тут болит больше всего. Моё сердце болит из-за тебя. Ань Нуань тут же улыбнулась сквозь слёзы и спросила Цзунчжэн Биня: - Оно всё ещё болит? - Болит, очень болит. Проклятый гнилой запах романтики. Нин Шу развернулась и ушла. Она совсем не хотела видеть этих двух чокнутых. Это очень сильно раздражало. На данный момент, единственный смысл её существования был для того, чтобы заставить Цзунчжэн Биня ревновать, а потом сражаться, чтобы продемонстрировать обаяние Ань Нуань. Словно она действительно больше не была главным мужчиной. Она теперь больше была похожа на запасной резерв. Нин Шу искренне считала это забавным. Ань Нуань была так уверенна в себе, когда говорила ей увести её. Откуда у неё взялась эта уверенность? Какой же это нарциссизм. Блин, если вы двое хотите любить, так любите. Зачем втягивать в это других? На следующий день, когда Нин Шу открыла газету, то ей в глаза сразу бросился огромный заголовок. На фотографии была она сама, бьющая Цзунчжэн Биня. Заголовок гласил, что председатель Семейной Корпорации Гун и председатель Корпорации Колдрон Винд подрались из-за женщины. Тем временем, подноготная Ань Нуань была тщательно расследована СМИ. Вся её семья, предыдущие места работы и история любви были выставлены напоказ всем. СМИ даже назвали Ань Нуань "современной Золушкой". Нин Шу лишь ухмыльнулась. Чокнутые. Это было всего лишь их свидание, но они всё равно настаивали на том, чтобы множество людей наблюдали за ними. Было ли это действительно хорошей идеей? Теперь любая женщина, вероятно, завидовала Ань Нуань. Изначально Нин Шу думала, что этот вопрос быстро позабудется, но, когда она приехала в свою компанию, то увидела, что двери компании были заблокированы репортёрами, которые говорили, что пришли взять у неё интервью. ---------- А Что Мне Нужно Объяснять? Когда репортёры, столпившиеся у дверей компании, увидели, как подходит Нин Шу, они тут же накинулись на неё толпой, окружили и чуть не начали запихивать свои микрофоны ей в рот. - Председатель Гун, какие у вас отношения с Ань Нуань? - Почему вы вчера подрались с другим председателем на банкете? - Ань Нуань работала в вашей компании. У вас двоих были какие-то особые отношения? Вы ударили Цзунчжэн Биня, потому что он украл Ань Нуань? Это означает, что Ань Нуань встречалась с вами обоими сразу? Эти репортёры делали всё, что могли, лишь бы выкопать какую-нибудь пикантную историю. Скандалы про богатых и влиятельных людей больше всего привлекали внимание обычного населения, поэтому газеты с этими историями продавались особенно хорошо. Нин Шу была всерьёз раздражена. С какой стати её вообще втянули в нечто подобное? Эта история была просто абсурдна. Что? Раз она теперь не была главным мужчиной, то она теперь станет злодеем? Нин Шу мысленно холодно рассмеялась, а потом безразлично ответила: - У меня нет никаких отношений с Ань Нуань. А насчёт того, почему я ударил Цзунчжэн Биня – так это из-за сотрудничества двух семей. Всё шло гладко, но потом Цзунчжэн Бинь внезапно сдал назад, что нанесло серьёзный ущерб Семейной Корпорации Гун. Репортёры не были удовлетворены подобным ответом и один из них резко спросил: - Но там же присутствовала Ань Нуань. Некоторые даже видели, что Ань Нуань обнимала вас за руку. Как вы планируете это объяснить? - А почему мне нужно объяснять? У меня уже есть невеста. Она красивая, достойная и родилась в хорошей семье. С какой стати мне должна нравиться Ань Нуань, у которой ничего этого нет? – Нин Шу холодно рассмеялась. – У меня нет никаких отношений с Ань Нуань. Служба безопасности оттолкнула репортёров с дороги, чтобы Нин Шу могла войти в здание компании. Нин Шу вытерла лицо. Похоже, что их вражда с Цзунчжэн Бинем уже высечена в камне. Если бы она была на месте Цзунчжэн Биня, то наверняка попыталась бы придумать какой-нибудь план, чтобы заставить Семейную Корпорацию Гун понести убытки. В изначальной истории, этим больше всего нравилось заниматься Гун Ло. "Что-то похолодало, так пусть Клановая Корпорация Ван обанкротится". То есть, он доводил компании до банкротства ради развлечения, и, конечно же, ради Ань Нуань. Поэтому Цзунчжэн Бинь тоже будет заниматься такими вещами, чтобы выразить свою любовь к Ань Нуань. Нин Шу провела заседание правления и подготовила соответствующие развёртывания, чтобы противостоять экономической атаке, которая, вероятно, вскоре придёт со стороны Корпорации Колдрон Винд. __________________________________________________ Ань Нуань смотрела телевизор в особняке. Когда она увидела по телевизору, что сказала Нин Шу, она впала в ярость и злобно пожаловалась Цзунчжэн Биню. - Цзунчжэн, как он может так говорить? То, как он всё рассказал, звучит слишком оскорбительно! Цзунчжэн Бинь обнял Ань Нуань и сказал с улыбкой: - Вообще-то, я даже рад, что он это сказал. Он просто не видит, какая ты хорошая. - Ты всё ещё улыбаешься? – безрадостно надулась Ань Нуань. – Он сказал, что у меня ничего нет. Что у меня нет хорошей семьи или ошеломительно красивой внешности. Ты тоже так думаешь? Ань Нуань угрожающе оскалилась в сторону Цзунчжэн Биня. Цзунчжэн Бинь усмехнулся и, в итоге, погладил ссадину на своём лице. Ань Нуань обеспокоенно спросила: - С тобой всё хорошо? - Я в порядке, - Цзунчжэн Бинь сладко улыбнулся ей. – Этот парень просто не знает, насколько ты хороша. К счастью, я понял это первым. В будущем, Гун Ло сильно об этом пожалеет. Однако, он, всё же, посмел говорить о моей женщине подобным образом, так что, конечно же, ему придётся за это заплатить, верно? - Что ты собираешься делать? Ань Нуань обняла Цзунчжэн Биня. Цзунчжэн Бинь погладил её по голове. - Всё в порядке. Тебе не нужно об этом беспокоиться. Ань Нуань, давай поженимся. На лице Ань Нуань появилась нерешительность. - Но твои родители меня не принимают. - Всё в порядке, тебе не нужно беспокоиться ни о чём, - с улыбкой сказал Цзунчжэн Бинь. Его персиковые глаза лучились нежным светом. Когда Ань Нуань увидела этот взгляд, полный страсти, обожания и бесконечной любви, она почувствовала, как её сердце разволновалось, и она радостно обняла Цзунчжэн Биня. Как и ожидала Нин Шу, вскоре Цзунчжэн Бинь начал действовать. Он начал тайно покупать в разных местах большое количество акций Семейной Корпорации Гун. __________________________________________________ Нин Шу всё равно считала это довольно абсурдным. Как у него могла так просто сформироваться обида? Ведь этот повод даже нельзя считать за повод. Теперь история изменилась. Гун Ло больше не был главным мужчиной, так какое он теперь имел право на такие благоприятные условия? Всё внешнее воздействие существовало только для того, чтобы позволить Гун Ло обожать Ань Нуань без каких либо сомнений. Но теперь он больше не был главным мужчиной, поэтому ему стоит перестать мечтать о таких благоприятных условиях. Пошёл вон! Этот мир вращается только лишь вокруг Ань Нуань. Значит, теперь история хочет, чтобы Цзунчжэн Бинь избавился ото всей привлекательности Гун Ло? В этом мире может быть лишь один потрясающий главный мужчина. Как может быть такое, что выше него стоит ещё какой-то главный мужчина? Вот только капитал Семейной Корпорации Гун был сильнее, чем у Корпорации Колдрон Винд, поэтому она не понимала, откуда у Цзунчжэн Биня такая уверенность, что он решил открыто противостоять ей. Какой ошеломляющий нарциссизм. ---------- Такой Бедный, Что У Него Остались Только Деньги В ответ на атаку Цзунчжэн Биня, Нин Шу контратаковала прямо. Посмотрим, у кого больше денег. Раз он покупал акции Семейной Корпорации Гун, то она просто начнёт покупать его акции. Посмотрим, кто продержится до самого конца. Раз ты такой потрясающий, так покажи мне свои деньги! Было просто необходимо сжечь мосты и решительно встретиться с подобными конфронтациями. И в то же время, ей всё ещё нужно было отгонять других людей, которые пытались воспользоваться преимуществом хаоса и откусить себе кусочек мяса. От этого Нин Шу немного утомилась. А вот чего она никак не ожидала, так это того, что в этот раз семья Сун пришла на помощь и поддержала Семейную Корпорацию Гун. И хотя нынешняя Семейная Корпорация Гун была довольно стабильной и не возникало никаких серьёзных проблем, то, что они послали уголь в снежную зиму, всё равно заставил Нин Шу вздохнуть. Стоит заметить, что в изначальной истории, из-за Сун Нин семья Сун потерпела убытки. Более того, эти убытки были из-за действий Гун Ло. Однако в этот раз семья Сун протянула руку помощи. Нин Шу почувствовала, как её лицо сгорает от стыда от лица Гун Ло. Её лицо практически полностью опухло от этой пощёчины. Похоже, что каждый раз, как Гун Ло сталкивался с Ань Нуань, его IQ отключался. Однако, когда Нин Шу увидела самодовольное выражение лица Сун Нин, она всё равно сказала: - Спасибо тебе за этот раз. Но я и сам могу справиться. Сун Нин небрежно отмахнулась. - Мы же обручены, вполне ожидаемо, что я тебе помогу. Но то, что ты сказал по телевизору, это всё правда? Сун Нин подпёрла подбородок, глядя на Нин Шу: - Ты сказал, что я благородная, достойная и из хорошей семьи, и что тебе никак не может нравиться Ань Нуань, у которой ничего этого нет. Это действительно правда? - Конечно. Всё, что я сказал – было правдой, - кивнула Нин Шу. Сун Нин улыбнулась ещё более радостно и сказала, словно девушка-цундере: - Я и не знала, что нравлюсь тебе. Если я тебе нравлюсь, то тебе стоило прямо это сказать. Нин Шу: … Неужели все мисс из богатых и влиятельных семей ведут себя как цундере? - В этот раз я убедила папу помочь тебе, разве ты не должен угостить меня ужином? – спросила Сун Нин. Нин Шу кивнула. Действительно, она должна была угостить Сун Нин ужином. Однако, когда они пришли в ресторан, они столкнулись там с Цзунчжэн Бинем и Ань Нуань. К тому же, места, которые забронировала Нин Шу, оказались рядом с ними. Они поистине были врагами на узкой дороге. Сун Нин очень естественно поздоровалась с ними. - Привет, как поживаете? Когда Ань Нуань увидела Сун Нин, она вспомнила о том, как Гун Ло похвалил Сун Нин за то, что она благородная и утончённая, красивая и достойная, и что она из хорошей семьи, в то время как у самой Ань Нуань ничего такого нет. Вот почему, когда Ань Нуань увидела Сун Нин сейчас, она невольно почувствовала, что немного завидует и чувствует себя хуже её. На самом деле, Ань Нуань очень сильно запали в душу слова Гун Ло. А ведь было время, когда она чуть не влюбилась в этого респектабельного и равнодушного мужчину. Когда она попросила занять ей денег, то он взял и одолжил ей. В то время она почувствовала, что председатель был человеком с тёплым сердцем. Однако, в итоге, она выяснила, что на самом деле он был хладнокровным и бессердечным человеком. Тяжелее всего ей было принять то, как Гун Ло оценил её. Он сказал, что у неё ничего нет. Но это у него, этого хладнокровного человека, не было ничего. В его жизни были лишь деньги. Он был тем, у кого в жизни нет совершенно ничего хорошего. Он был таким бедным, что у него остались только деньги. ---------- Никакого Чувства Благодарности Нин Шу помогла Сун Нин сесть на стул. Сун Нин поблагодарила Нин Шу улыбкой, а потом села. Только после этого Нин Шу села напротив Сун Нин. Когда пришло время заказывать, она также позволила Сун Нин заказывать первой. Пока Ань Нуань наблюдала за этим со стороны, она чувствовала, что Гун Ло действительно нежно ведёт себя по отношению к Сун Нин. Когда Цзунчжэн Бинь увидел, что Ань Нуань продолжает пристально смотреть на этого мужчину, он огорчился и сказал: - Твой муж тут. Ань Нуань тут же сладко улыбнулась Цзунчжэн Биню, а потом подцепила вилкой кусочек стейка, чтобы скормить его Цзунчжэн Биню. Когда Нин Шу увидела это, у неё аж зубы свело. Они даже в таком месте ведут себя как сладкая парочка? Когда Сун Нин увидела эту сцену, она лишь слабо улыбнулась и ничего не сказала. - Председатель Гун, кто бы мог подумать, что мы тут встретимся? Цзунчжэн Бинь поднял свой бокал вина в направлении Нин Шу. Нин Шу безэмоционально подняла свой бокал вина, чтобы вернуть тост. - Я тоже этого не ожидал. - Честно признаюсь, я никогда не видел женщину с такой толстой кожей, как у тебя. Нет, вероятно стоит сказать, что у тебя нет никакого чувства благодарности, - Нин Шу посмотрела на Ань Нуань. – Ты явно желаешь, чтобы весь мир погрузился в хаос. Цзунчжэн Бинь нахмурил брови. - Председатель Гун, следи за своими словами. Нин Шу продолжила смотреть на Ань Нуань и сказала: - Ещё тогда, когда твой брат был болен, я одолжил тебе деньги, но, в итоге, оказалось, что я же и неправ. А когда вы поссорились, ты даже втянула меня в это, используя как щит. А теперь ещё и отношения между Семейной Корпорацией Гун и Корпорацией Колдрон Винд стали напряжёнными. И всё это из-за тебя. Ань Нуань покачала головой. - Я никогда этого не хотела. - Но это именно из-за тебя всё это произошло, - сказала Нин Шу слегка холодным тоном. – Даже если я и хладнокровный капиталист, я создал благосостояние общества. А ты, в свою очередь, даже не знаешь, как отплатить за милосердие. Нин Шу всегда была озадачена тем, как её просьба о возврате денег заставляла Ань Нуань чувствовать себя так плохо. Если ты занимаешь деньги, то ты их возвращаешь. Неужели это предполагает, что ты можешь не возвращать деньги? Ань Нуань постоянно говорила "я верну деньги", но, когда дело действительно дошло до возврата, её поведение полностью изменилось. Нин Шу чувствовала, что лишь навлекла на себя больше головной боли, одалживая деньги Ань Нуань. Лицо Ань Нуань стало совершенно белым от слов Нин Шу. Она открыла рот, желая возразить, но не знала, что сказать. Её мысли были совсем не такими, какими их описывал этот мужчина. Ань Нуань почувствовала себя очень несчастной и начала плакать. Нин Шу сделала глоток вина. - Не плачь. Неприлично плакать в таком месте. - Гун Ло, пожалуйста, следи за своим поведением. Это не твоё заведение, чтобы ты мог критиковать мою женщину. Цзунчжэн Бинь прищурился и подавляюще посмотрел на Нин Шу. Нин Шу усмехнулась. - А ты действительно тираничный председатель, ага? Она больше не стала обращать внимание на Цзунчжэн Биня и просто сказала Сун Нин: - Давай поедим. А потом сходим в кино. - Ладно. Сун Нин лучезарно улыбнулась. Изгиб её губ придавал ей очень сдержанный и элегантный вид. Когда Ань Нуань увидела, что люди за другим столом игнорируют её, она разъярилась. Как этот мужчина может быть таким отвратительным? Ань Нуань тут же встала, взяла свою сумочку и пошла к выходу. - Эй, Ань Нуань! Когда Цзунчжэн Бинь увидел, что Ань Нуань уходит, он тут же погнался за ней и покинул ресторан. Цзунчжэн Бинь протянул руку и схватил Ань Нуань, которая злобно уходила прочь. Его выражение лица было немного несчастным. - Чего ты убегаешь-то? Ты же не сделала ничего плохого, так что тебе вовсе не нужно избегать Гун Ло. Слёзы Ань Нуань внезапно сорвались и упали большими каплями на руку Цзунчжэн Биня. Цзунчжэн Бинь протянул руку и нежно вытер её слёзы, а потом поцеловал её в лоб и сказал: - Ты плачешь из-за кого-то другого. У меня от этого сердце сжимается от боли. ---------- Долгожданное Приглашение Слёзы Ань Нуань начали литься быстрее и она всхлипнула, когда сказала: - Тогда у меня просто не было выбора. Мой младший брат лежал в больнице. Ему очень нужны были деньги, поэтому у меня не оставалось другого выбора, кроме как занять их у Гун Ло. Из-за этих денег моё достоинство было растоптано этим Гун Ло. Он может унижать меня подобным образом только потому, что я у него однажды заняла деньги. - Всё хорошо, я понимаю. Я просто ненавижу тот факт, что не встретил тебя раньше и позволил тебе оказаться в подобных отношениях с Гун Ло. Цзунчжэн Бинь обнял Ань Нуань, утешая её. А в ресторане, Сун Нин отложила вилку и нож, чтобы сказать Нин Шу: - Я наелась. То, что ты сказал раньше, насчёт похода в кино, это правда? - Конечно. Нин Шу поднялась из-за стола, когда ответила. Сун Нин улыбнулась. В этот день Нин Шу не пошла на работу, а вместо этого отправилась посмотреть кино с Сун Нин. После этого они пошли по магазинам. В какой-то мере это даже ощущалось, словно они близкие подруги. Нин Шу посмотрела на Сун Нин. Возможно, когда Гун Ло вернётся, между ними действительно может расцвести любовь. По мнению Нин Шу, Гун Ло и Сун Нин были гораздо лучшей парой. Они жили в схожей среде, имели одинаковый статус, и совместимое мировоззрение. Никому из них не нужно будет привыкать к образу жизни другого. Им не нужно будет идти на компромиссы и уступать, чтобы уважать точку зрения другого. Ещё с древних времён браки всегда стремились к тому, чтобы семьи обоих супругов хорошо совпадали в плане социального статуса. Сохранение подобного критерия было вполне разумным. Всё же, драконы никогда не будут гармонично смешиваться со змеями. Ведь даже у Золушки отец был графом. Потому что, если бы не был, то как вообще у Золушки мог появиться шанс на участие в дворцовом балу? Корпорация Колдрон Винд начала увеличивать давление на Семейную Корпорацию Гун, поэтому Нин Шу контратаковала без какой-либо изящности. Она била по ним теми же самыми уловками. По её мнению, нынешний Цзунчжэн Бинь был совершенно иррациональным. Она никак не могла понять, почему Цзунчжэн Бинь так настойчиво пытается обанкротить Семейную Корпорацию Гун. Возможно, это из-за Ань Нуань, а может, из-за силы истории. В любом случае, она не собиралась залегать на дно. Если вы, ребята, хотите любить друг друга, так любите друг друга. Неужели обязательно вести себя вот так? В изначальной истории Гун Ло был как раз таким же, каким сейчас был Цзунчжэн Бинь. Однако Гун Ло был гораздо сильнее, чем Цзунчжэн Бинь, поэтому у него не занимало много усилий, чтобы победить других. Статус Цзунчжэн Биня изначально был как у второстепенного главного мужчины. А теперь, похоже, его повысили до роли главного мужчины, поэтому его статус естественно стал сильнее. Если он атакует Семейную Корпорацию Гун, то финансовое влияние Корпорации Колдрон Винд станет только сильнее. А раз Цзунчжэн Бинь был совершенно безжалостным, то и она совсем не старалась быть учтивой. Более того, с поддержкой семьи Сун, люди, которые надеялись воспользоваться преимуществом этого хаоса не смогли ничего выудить из её компании. Тем временем, Корпорация Колдрон Винд, в силу этого конфликта, в итоге проиграла множество сделок своим конкурентам. И, когда их битва только начала наращивать обороты, на стол Нин Шу легло приглашение. Нин Шу открыла конверт. Это оказалось приглашение на свадьбу Цзунчжэн Биня и Ань Нуань. Нин Шу щёлкнула по приглашению пальцем. Они наконец-то женятся! Им стоит поспешить. В день свадьбы Нин Шу привела с собой несколько телохранителей в тот роскошный отель, где проводилась свадьба Цзунчжэн Биня и Ань Нуань. Цзунчжэн Бинь был одет в белый костюм. Когда он увидел, что Нин Шу пришла с кучей телохранителей в чёрных очках, в его взгляде мелькнул резкий свет, отчего он стал выглядеть привлекательным и легкомысленным. - Гун Ло, ты даже привёл телохранителей, чтобы принять участие в моей свадьбе? Вот уж не думал, что у тебя настолько кишка тонка. Цзунчжэн Бинь пожал руку Нин Шу. Нин Шу не обратила внимания на насмешку Цзунчжэн Биня и спокойно ответила: - У меня всегда была такая тонкая кишка. Всё же, тут сегодня так много народу. Всякое может случиться. Цвет лица Цзунчжэн Биня стал немного хуже. Он решил, что Гун Ло намекает на то, что во время его свадьбы с Ань Нуань что-нибудь случится. Это был самый чудесный момент в его с Ань Нуань жизни. Как можно было стерпеть какие-либо ошибки? Вот почему Гун Ло зря себя накручивает. Он никогда и не думал о том, чтобы сделать что-то с Гун Ло. Даже если он и планировал разобраться с Гун Ло, сейчас он это делать не будет. ---------- Незваный Гость Свадьба Цзунчжэн Биня и Ань Нуань была очень грандиозной. Она была центром внимания для всего города. Тут собралось множество репортёров, чтобы сделать фотографии. Большинство людей, которые пришли принимать участие в праздничном ужине, были высокопоставленными правительственными чиновниками и крупными шишками в деловом мире. Похоже, что Цзунчжэн Бинь действительно много вложился ради этой свадьбы. Подобная грандиозная свадьба была тем, о чём мечтает каждая женщина. Величайшая мечта в жизни женщины – это не более чем выйти замуж за правильного человека и в день свадьбы быть маленькой принцессой, которой завидует весь мир. Поэтому тот факт, что обычная девушка вроде Ань Нуань смогла удостоиться такой судьбы, поистине заставлял людей завидовать. Нин Шу просто села в углу. Несколько телохранителей собрались поблизости, защищая её. Когда элегантная скрипка начала звучать свадебным маршем, атмосфера наполнилась ощущением нежности. Невеста вышла, сопровождаемая группой помощников. На Ань Нуань было изысканное и явно дороге свадебное платье, а её шею украшало алмазное ожерелье. Обычно Ань Нуань выглядела не более чем деликатной и симпатичной, но в таком наряде она была настолько прекрасной, что от этого дух захватывало. Как только Ань Нуань вышла, все репортёры тут же начали фотографировать её, как сумасшедшие. На лице Ань Нуань появилась благословенная и милая улыбка. Ань Нуань направилась к Цзунчжэн Биню, ведомая своим отцом. Цзунчжэн Бинь улыбался, и его взгляд был полон нежности, когда он наблюдал за тем, как Ань Нуань медленно идёт в его сторону. Он словно купался в счастье. Пока Нин Шу наблюдала за тем, как Цзунчжэн Бинь и Ань Нуань обмениваются клятвами, она почувствовала, как её оковы ещё больше ослабли. Когда Нин Шу огляделась по сторонам, она обнаружила, что на лицах родителей Цзунчжэн Биня было не так уж много радости. Было ясно, что они недовольны такой невесткой. На самом деле, в изначальной истории, родители Гун Ло тоже были недовольны Ань Нуань, но Гун Ло мог очень хорошо управлять Семейной Корпорацией Гун и имел сильное влияние в корпорации. Он обладал даже большим количеством акций, чем его отец. Крылья Гун Ло были прочными, поэтому его родители ничего не могли с ним поделать. Поэтому Ань Нуань тоже не особо переживала из-за своих свекрови и свёкра. А всё потому, что Гун Ло защищал Ань Нуань от всего этого. Однако у Цзунчжэн Биня сила и власть ещё не развились до такой степени. Он ещё не стал настолько сильным, чтобы делать всё, что хочется. Гун Ло всегда уступал Ань Нуань, чтобы Ань Нуань не была обижена всем этим большим неравенством в браке, и чтобы она могла жить в идеальном счастье. Но сможет ли Цзунчжэн Бинь сделать так же? Как бы там ни было, правда в том, что Гун Ло был гораздо сильнее, чем Цзунчжэн Бинь. Всё же, Гун Ло изначально был главным мужчиной. Когда Цзунчжэн Бинь и Ань Нуань уже собрались обменяться кольцами, появилась соблазнительная женщина, напыщенно шагающая на высоких каблуках. Звук её высоких каблуков по полу эхом разносился вокруг. Было ясно, что эта гостья пришла не с миром, и все поняли, что это бывшая возлюбленная Цзунчжэн Биня, с которой он не очень хорошо расстался. Как только Цзунчжэн Бинь увидел эту женщину, его цвет лица изменился, и он приказал службе безопасности вывести эту женщину. Высокие охранники службы безопасности хотели вывести эту женщину, но она достала из сумочки пистолет и выстрелила в потолок. Атмосфера тут же стала напряжённой и некоторые наиболее робкие женщины завизжали, прикрывая свои головы. Ань Нуань была так напугана, что её лицо стало смертельно бледным. Цзунчжэн Бинь притянул Ань Нуань в свои объятия и утешил её, после чего повернулся и холодно посмотрел на женщину с пистолетом. - Вэй Хун, что ты творишь? Нин Шу узнала эту женщину. Она была дочерью сильнейшей мафиозной группы в городе У. Судя по предыдущему непостоянству Цзунчжэн Биня в любви, было вполне естественно, что он уже пересекался с этой дикой и красивой женщиной. Ладно, похоже, что программа на сегодня действительно была очень интересной. Вэй Хун навела пистолет на Ань Нуань и холодно сказала: - Если ты сегодня женишься на ней, то я её убью. Ань Нуань была так напугана, что всё её тело тряслось. Цзунчжэн Бинь встал перед Ань Нуань, защищая её, и холодно сказал: - Тогда ты должна сначала убить меня. - Ты же знаешь, что я не смогу тебя убить. Отойди с дороги. Цвет лица Вэй Хун стал пепельным. ---------- Слишком Много Публичного Проявления Любви Может Стать Причиной Ранней Смерти Большинство гостей, которые пришли на свадьбу, уже сбежали. Вэй Хун не обращала на них внимания, так как её единственной целью была Ань Нуань. Нин Шу, под защитой своих телохранителей, тоже выбралась из отеля. Прежде чем уйти, она даже стрельнула взглядом в Цзунчжэн Биня, который говорил "лучше помолись за себя". Когда Цзунчжэн Бинь увидел взгляд Нин Шу, его лицо посерело. Он начал подозревать, что это Гун Ло был тем, кто привёл сюда Вэй Хун. Когда он почувствовал, как дрожит позади него Ань Нуань, на его лице отразилась сердечная боль, а его взгляд стал ещё холоднее, когда он посмотрел на Вэй Хун. От этого Вэй Хун, которая с самого начала была возмущённой и обиженной, почувствовала себя ещё хуже. Её отношения с Цзунчжэн Бинем были вполне ожидаемыми. Они оба любили много развлекаться и были, по сути, друзьями по сексу. Однако когда дело доходит до постели, женщины обычно легче влюбляются, чем мужчины. Поэтому эта грандиозная свадьба превратилась в подобный вялый узел. Это было полнейшим насмехательством. Выражение лица Нин Шу было безразличным, но внутри она широко ухмылялась от злорадства. Люди, которые слишком часто ведут себя на публике как сладкая парочка, умирают быстро. На следующий день, когда Нин Шу проснулась, она открыла развлекательную газету. Как и ожидалось, заголовки были о вчерашней свадьбе. Вэй Хун ранила Цзунчжэн Биня, когда выстрелила. Она целилась в Ань Нуань, но Цзунчжэн Бинь неожиданно бросился под пулю и защитил Ань Нуань. Вэй Хун застыла от шока, когда попала в того, кого любит, и тут же была скручена охраной. И теперь Вэй Хун была в полицейском участке, а Цзунчжэн Бинь лежал в больнице, и его состояние здоровья было нестабильным. Нин Шу пожала плечами. Она ни капли не жалела об этом. Кто просил его шляться по скоплениям цветов и не контролировать свою нижнюю половину? Это его собственная вина, что он не разобрался должным образом со своими прошлыми отношениями. Подобные происшествия считаются за то, что он сам на себя навлёк. Когда играешь с чувствами, то очень легко обжечься. Какие-то газеты даже говорили, что семья Цзунчжэн собирается избавиться от Ань Нуань, своей невестки, потому что подобное событие произошло в день их свадьбы. Некоторые даже выложили астрологические даты рождения Цзунчжэн Биня и Ань Нуань и тупо написали, что их знаки зодиака конфликтующие. Однако, после всего того, что произошло вчера на свадьбе, продажи газет резко подскочили. Нин Шу отложила газету в сторону. Хоть свадьба и не была очень успешной, Ань Нуань и Цзунчжэн Бинь теперь законные муж и жена. Всё-таки, они уже получили своё свидетельство о браке. Она только не знала, будет ли ещё одна свадебная церемония, раз эта окончилась провалом. Однако даже если они проведут вторую церемонию, придёт ли кто-нибудь? Весь бардак начался именно из-за свадьбы. Нин Шу крайне бесцеремонно воспользовалась преимуществом времени, пока Цзунчжэн Бинь висел на грани жизни и смерти в больнице, чтобы усилить свою атаку на Корпорацию Колдрон Винд. Если она не нападёт сейчас, то неужели ей нужно ждать, пока Цзунчжэн Бинь восстановится? Конечно же, она собиралась попытаться забрать его жизнь, пока он был вне игры. От атак Нин Шу, эффективность Корпорации Колдрон Винд стремительно падала и несколько их межнациональных сделок увели. Отец Цзунчжэн Биня даже пришёл навестить Нин Шу и предупредить его не быть слишком безжалостным, а иначе, если они начнут битву не на жизнь, а на смерть, то никто не окажется в выгодном положении. Нин Шу лишь фыркнула. Всё это началось из-за провокации Цзунчжэн Биня, и Цзунчжэн Бинь первым начал атаку. А теперь они пришли, чтобы критиковать её? Нин Шу не обратила внимания на людей из Корпорации Колдрон Винд. Она даже один раз навестила больницу, чтобы взглянуть на Цзунчжэн Биня. Ему повезло, и он был более-менее в порядке. Ань Нуань внимательно присматривала за ним, не отходя ни на шаг. Этот инцидент даже не повлиял на их чувства. Наоборот, их чувства стали даже сильнее, после того, как они пережили этот кризис на грани жизни и смерти. Однако Нин Шу мысленно зажгла свечку за Цзунчжэн Биня. Если бы не тот факт, что он рисковал жизнью, чтобы заблокировать пулю, предназначавшуюся Ань Нуань, и что бы доказать свою любовь к ней, то как бы тогда Ань Нуань могла его столь легко простить? Если бы Цзунчжэн Биня не подстрелили, то Ань Нуань не простила бы Цзунчжэн Биня, особенно учитывая то, что подобное произошло в их день свадьбы. Цзунчжэн Бинь просто использовал свою травму, чтобы обменять её на прощение Ань Нуань. ---------- Конфликты Семьи Цзунчжэн По мнению Нин Шу, Цзунчжэн Бинь тоже был тем, кого контролирует история. Ради любви к Ань Нуань он мог отдать всё, что угодно. Это определённо была настоящая любовь. Однако родители Цзунчжэн Биня недолюбливали Ань Нуань. Она стала причиной неприятного инцидента ещё в момент её вступления в семью Цзунчжэн. Они считали, что написанное в газетах верно, что её восемь цифр рождения конфликтуют с цифрами Цзунчжэн Биня, а иначе такого просто не должно было случиться. Старейшины семьи Цзунчжэн предпочли полностью забыть тот факт, что это всё произошло из-за того, что у Цзунчжэн Биня были отношения с Вэй Хун, и решили обвинить во всём Ань Нуань. Кто просил Ань Нуань быть той, у кого ничего нет? Нин Шу слабо улыбалась. Вот такой была настоящая жизнь богатых людей. Те, у кого не было способностей, не имели права находиться в семье. Даже несмотря на то, что богатые люди наслаждаются изысканным и роскошным стилем жизни, им всё равно приходится обращать больше внимание на их социальные взаимодействия, и поэтому они находятся под большим давлением, чем обычные люди. И это было очень справедливо. Ань Нуань силой протащили на тот уровень, которому она не принадлежит, поэтому было вполне естественно, что её отвергали. В изначальной истории Гун Ло выдал Ань Нуань некоторую часть акций, чтобы она могла встретиться с семьёй Гун, гордо выпятив грудь. Нин Шу было интересно, сможет ли Цзунчжэн Бинь поступить также. Если честно, в изначальной истории Гун Ло всёрьёз обожал Ань Нуань до такой степени, что она могла практически летать. Он всё осторожно и тщательно продумывал. Тем временем, Ань Нуань просто наслаждалась обожанием Гун Ло, словно так оно и должно быть. Всё было из-за любви, потому что Гун Ло любил её, и она тоже любила Гун Ло. Однако это не причина, чтобы один человек безгранично заботился о другом. За то время, пока Цзунчжэн Бинь восстанавливался от своего ранения, совет директоров Корпорации Колдрон Винд забрал у Цзунчжэн Биня позицию председателя под предлогом, что он ранен и не может выполнять свои обязанности. На место председателя посадили младшего брата Цзунчжэн Биня. Тем временем, после того, как младшего брата Цзунчжэн Биня повысили до этой должности, он перестал конфликтовать с Семейной Корпорацией Гун. Их борьба отнимала много усилий и не приносила никакой пользы. Она лишь опустошала финансовые ресурсы их компании и ничего не приносила взамен. Младший брат Цзунчжэн Биня даже лично навестил Нин Шу, чтобы извиниться и выразить свою доброжелательность. Младший брат Цзунчжэн Биня был не таким симпатичным, как Цзунчжэн Бинь, к тому же, он был незаконным сыном. Цзунчжэн Бинь в полной мере унаследовал фривольность своего отца, но младший брат Цзунчжэн Биня уже нашёл любовь своей жизни и поэтому успокоился. Однако его отец всё ещё не успокоился, и у него было много незаконных сыновей и дочерей. По слухам, самых младших из них ещё даже кормили грудью. Было легко представить, насколько интенсивной была борьба за власть в семье Цзунчжэн. Нин Шу выразила, что она принимает извинения семьи Цзунчжэн, но больше ничего не сказала. В больнице, когда Цзунчжэн Бинь узнал обо всём этом, он так разозлился, что разбередил рану и та снова открылась. Ань Нуань утешила Цзунчжэн Биня, говоря, что его здоровье важнее всего. Цзунчжэн Бинь подавил свой гнев, чтобы не выплеснуть его на Ань Нуань, но он всё ещё был зол. Его карьеру и должность украл кто-то другой. Цзунчжэн Бинь был очень удручён, но, когда он увидел, что Ань Нуань так бережно заботится о нём и почти не спит, он почувствовал утешение. Во времена, когда он был больше всего одинок, рядом с ним кто-то был. Как только Цзунчжэн Бинь восстановился и выписался из больницы, он погрузился в напряжённую семейную борьбу за право наследия, и у него уже больше не было времени доставать Нин Шу. Нин Шу тоже сфокусировалась на изучении всевозможных знаний о ведении бизнеса и управлении корпорацией. Она постепенно обучалась тому, как управлять этой огромной корпорацией. Иногда это было очень трудно. Чего и следовало ожидать. Это всё потому, что её интеллект был слишком низким? В будущем, ей действительно нужно будет добавить больше очков в интеллект, но она также не могла позволить, чтобы её владения боевыми искусствами проседали. Боевые искусства были тем, что могло сохранить ей жизнь, поэтому она должна продолжать наращивать их как можно больше. ---------- Старшая Невестка в Семье Цзунчжэн Нин Шу немного приглядывала за семьёй Цзунчжэн. На данный момент в семье Цзунчжэн была очень оживлённая обстановка. Разыгрывались всевозможные драмы, а романтика и семейная любовь разрывалась на части от желания власти и богатства. Цзунчжэн Бинь хотел вернуть себе контроль над корпорацией, но как его младший брат, который только заполучил эту должность, мог покорно её вернуть? Они начали соревноваться, прикрываясь ложным дружелюбием и отговорками. Каждый человек имеет свои собственные желания и цели, и от этого ситуация в семье Цзунчжэн стала крайне странной. Интересно, сможет ли Ань Нуань привыкнуть к такой сложной жизни богатых людей? Нин Шу считала, что учитывая то, какой простой была Ань Нуань, её обязательно начнут использовать. Ань Нуань была старшей невесткой в семье Цзунчжэн, женой первого сына в очереди на наследование, поэтому за ней будет наблюдать много народу. От подобной жизни Ань Нуань будет чувствовать себя очень измождённой. Ей придётся тщательно подбирать смысл слов, каждый раз, как она будет открывать рот, а ещё долго размышлять над тем, что имели в виду другие люди. От одной только мысли о подобной жизни, Нин Шу почувствовала усталость за Ань Нуань. Нин Шу теперь иногда видела Ань Нуань, когда приходила принимать участие в деловых собраниях. Теперь на её лице постоянно была усталость. И никакой изысканный макияж не мог скрыть эту усталость. Она изо всех сил старалась, грациозно общаясь с другими богатыми замужними женщинами, и теперь она говорила очень медленно и обдумано. Нынешняя Ань Нуань уже больше не была той благословлённой удачливой девушкой, которую так сильно обожал Гун Ло, что она жила словно в раю. И хотя Цзунчжэн Бинь любил её, он был занят тем, что пытался вернуть себе свою власть в корпорации. И, начав битву за власть, он мог лишь продолжать сражаться до последнего вдоха. На данный момент Ань Нуань была вынуждена помогать Цзунчжэн Биню заполучить ресурсы и связи, чтобы Цзунчжэн Бинь мог добиться успеха в борьбе за право наследования. Нин Шу пожала плечами. Почему же нынешняя Ань Нуань не говорит, что Цзунчжэн Биня заботит только власть? Когда Нин Шу вспомнила о том, как Ань Нуань обвиняла её в том, что она – хладнокровный капиталист, которого заботят только деньги, то ей захотелось расхохотаться. Когда Ань Нуань обернулась и случайно встретилась взглядом с Нин Шу, Нин Шу подняла свой бокал вина в сторону Ань Нуань. Спустя мгновение колебания, Ань Нуань собралась подойти к Нин Шу, но Нин Шу развернулась и ушла. Она вообще не хотела связываться с Ань Нуань. Ань Нуань уставилась в спину этого мужчины, её лицо покраснело от лёгкого смущения. Внезапно, она захотела немного всплакнуть. Она очень устала. Иногда она действительно не могла понять действий Цзунчжэн Биня. Ань Нуань хотела, чтобы он отказался от этой борьбы и стал жить более обычной жизнью. Что бы ни случилось, это всё равно было лучше, чем подобная бесконечная борьба. Однако, каждый раз, когда она это говорила, Цзунчжэн Бинь очень злился и обнимал её, говоря, что в будущем всё станет лучше, что всё будет хорошо, когда они достигнут успеха. Но когда этот успех наступит? Ань Нуань не видела этому конца. Она усердно работала, пытаясь научиться тому, как помогать Цзунчжэн Биню, но от подобной жизни она чувствовала себя потерянной и пустой. У неё были роскошные одежды, сумки известных брендов. Её сопровождали роскошные машины, и даже были домработницы, которые обслуживали её. Однако Ань Нуань чувствовала, что это была не та жизнь, которой она должна жить. Она не должна тратить свою жизнь за подобный бесконечный конфликт. Нин Шу не было дела до того, что происходит с Ань Нуань. Спустя некоторое время, разобравшись в теме и старательно работая, Нин Шу стала значительно лучше в управлении Семейной Корпорации Гун. Как и следовало ожидать, обучение и практика дают результаты. Иногда Нин Шу даже работала до двух часов ночи. Она была не такой умной, как Гун Ло, поэтому, ради того, чтобы не раскрывать свой недостаток знаний и опыта перед подчиненными и советом директоров, ей приходилось вкладывать действительно много усилий в работу. - Динь, задание завершено. Покидаем мир задания. 2333, который пропал на долгое время, наконец-то издал звук. Нин Шу холодно рассмеялась. После этого её накрыло волной головокружения, а когда она снова открыла глаза, то уже была в системном пространстве. Она с облегчением выдохнула, глядя на знакомую обстановку. Она действительно очень волновалась, что застряла в мире задания и застряла в мужском теле до конца своей жизни. Когда Нин Шу глянула вниз и увидела, что её душа была настолько истончившейся, что едва была заметна, она была шокирована. Её душа и так уже стала гораздо сильнее, чем прежде и она никогда прежде не выполняла задания, которые использовали почти всю её энергию души. С такой душой, как сейчас, вероятно хватит и дуновения ветерка, чтобы заставить её исчезнуть. ---------- Я Могу Объяснить! Нин Шу не стала спрашивать, почему 2333 исчез, а первым делом села и начала поглощать субстанцию в системном пространстве, чтобы начать укреплять свою душу. Она была чуть ли не до смерти напугана от одного только вида того, насколько тонкой стала её душа. Её нынешнее состояние было даже ещё хуже, чем когда она только вошла в систему. Она никак не могла понять, почему в этот раз задание так сильно навредило её душе. Нин Шу не знала, как долго она культивировала, но её душа наконец-то окрепла. Она открыла глаза. Когда она увидела, что её душа больше не была прозрачной, она с облегчением вздохнула, а потом начала нападать на 2333. - Куда, чёрт подери, ты пропал? – голос Нин Шу был очень раздражённым. Её явно снова переместили не в то место. Она уже второй раз стала мужчиной! 2333 поспешно ответил: - Позволь мне объяснить! Я могу объяснить! Я, правда, могу объяснить! Нин Шу, позволь мне объяснить… Нин Шу: (╯°Д°)╯┻━┻ Так объясняй, блин, скорее! - В этот раз местоположение было снова сбито, поэтому я решил, что в мою систему попал либо баг, либо вирус. Ты можешь меня понять? Охренеть, он оставил её одну в мире задания и даже не ответил ни разу. Она даже подумала, что останется жить в этом мире до конца своей жизни. Может ли он, блин, её понять? Нин Шу тихо сказала: - С таким количеством дефектов, почему бы тебя просто не отформатировать? Тогда все проблемы исчезнут. Нин Шу подозревала, что 2333 специально притворялся мёртвым. - Вуу-вуу-вуу… Как ты можешь быть такой жестокой? – плаксиво сказал 2333. Нин Шу внезапно почувствовала себя очень беспомощной и сказала: - В этот раз я столкнулась с получателем заданий. Она была очень сильной. И эта получатель заданий настаивала на том, чтобы получить моё истинное сердце. Система 2333-сама поспешно спросил: - Так ты влюбилась в неё? Ты отдала ей своё истинное сердце? - Да как такое возможно? Как я вообще могу влюбиться в женщину? – раздражённым тоном огрызнулась в ответ Нин Шу. - Это хорошо. 2333 вздохнул с облегчением. Нин Шу была немного в замешательстве и поэтому спросила: - А с этим была бы какая-то проблема? - Некоторые получатели заданий фокусируются не только на получении большого количества очков опыта, но они также пытаются получить дополнительную выгоду в мирах задания. Они делают всё, что могут, чтобы добыть дополнительные ресурсы, - сказал 2333. Нин Шу удивлённо подняла брови. - Что касается того, почему эта получатель заданий хотела твоё истинное сердце – это потому, что сила людских сердец очень мощная. Незапятнанное сердце, наполненное чистой истинной любовью, будет особенно мощным и очень полезным для получателей заданий. Чем могущественнее сам человек, тем чище и сильнее его истинное сердце, - объяснил 2333. Нин Шу стала ещё более озадаченной. - Разве нечто подобное позволяется? - До тех пор, пока получатель заданий не вредит мирам. Некоторые вещи очень трудно оценить с самого начала, так что всё зависит от собственной мудрости получателя заданий. Конечно, это ещё зависит от навыка того, может ли получатель заданий заполучить истинное сердце другого человека, - спокойно сказал 2333. Нин Шу кивнула, а потом на мгновение сложила руки, чтобы помолиться Амитабхе Будде за тех мужчин, чьи истинные сердца были хитростью украдены у них. Однако не стоит забывать, что есть люди, которые хотят бить и есть те, которые хотят быть побитыми. - Тогда как так вышло, что моя душа так сильно использована в этом задании? – спросила Нин Шу. - Вероятно потому, что у этой получателя заданий был какой-то предмет. Ты сопротивлялась силе этого предмета энергией своей души, вот почему она так сильно истрепалась, - 2333 прозвучал немного раздражённо от её вопроса и сказал: - Давай уже скорее становись сильнее. В будущем ты ещё будешь сталкиваться со всякими поручителями и получателями заданий. Если ты будешь такой слабой, то тебя, в итоге, убьют. - Я и так усердно тружусь, - сказала Нин Шу. – Не могу же я, блин, внезапно стать сильной. Неужели ты думаешь, что я не спешу стать как можно сильнее? 2333 сказал: - Ты просто слишком непреклонна в том, что ты делаешь. Ты не умеешь быть гибкой. Все остальные старательно работают, чтобы заполучить ресурсы во время выполнений заданий, но только ты получаешь немного очков атрибутов и очков опыта в каждом задании, не получая больше никаких плодов. ---------- Ты Же Богиня Войны, Как-Никак - Ладно, я буду работать усердно, - Нин Шу кивнула. – Если я найду какое-нибудь сокровище, то обязательно его возьму. - Хаах, да всё потому, что в подобных низкоуровневых мирах нет вообще никаких сокровищ. Полагаю, придётся действовать постепенно. Не будь такой нетерпеливой и двигайся вперёд шаг за шагом, - утешил Нин Шу 2333. Нин Шу глубоко вдохнула. Всё верно, она не могла себе позволить слишком сильно спешить. Если она лишится своего спокойствия, то у неё легко могут возникнуть проблемы. И как тогда ей завершить задание и продолжать жить дальше? Нин Шу почувствовала лёгкое раздражение. Это всё потому, что она столкнулась с сильным получателем заданий и обнаружила, что у неё едва хватает сил, чтобы дать отпор. От этого она почувствовала себя немного беспомощной и взволнованной. Она была немного измождённой, поэтому решила больше ни о чём не беспокоиться и сперва выспаться. Ей нужно было сначала избавиться от этих негативных эмоций. В системном пространстве было тихо. Всё тут было неподвижным. Не чувствовалось никакого течения времени. Спустя какое-то время Нин Шу проснулась и потянулась. - 2333, давай посмотрим, сколько очков мы получили в этот раз, - сказала Нин Шу. Перед Нин Шу тут же появилась панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 250000 (+150000) Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 100 Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 55 Вера: 1 (+5) Способность: 26 Заслуги: 35 (+1) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Программист Начального Уровня, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао) Выполнено желание Гун Ло. Степень Завершения Задания: 100% Получено 25 Очков Атрибутов. Нин Шу была очень довольна те, что заработала 150 тысяч очков и элементарные знания управления бизнесом. Наличие дополнительного навыка – это всегда выгодно. Нет ничего плохого в том, чтобы получить ещё немного знаний. А вот чего Нин Шу не ожидала, так это того, что она получила пять дополнительных очков веры и немного заслуг. Нин Шу подозревала, что она получила это очко заслуги потому, что спасла младшего брата Ань Нуань. Но она не была в этом уверена. - 2333, а откуда взялись эти очки веры? – спросила Нин Шу. - Если кто-то в тебя верит, то вполне естественно, что они предоставляют тебе энергию веры. Энергия веры – это тоже некая чистая и мощная энергия. Она очень полезна, - объяснил 2333. – Но очень редко бывает так, что низкоуровневые получатели заданий зарабатывают энергию веры. Так что ты очень даже хорошо справляешься. Нин Шу не знала, что такого хорошего в энергии веры, но, раз 2333 говорит, что это нечто хорошее, тогда это точно нечто хорошее. Как и ожидалось, лучше всего делать как можно больше добрых дел. Пока это было в её власти, если она может немного помочь людям, то ей так и стоит поступать. Вероятно, эта энергия пришла из мира с тем примитивным сообществом. Всё же, она стала основательницей племени, их первым вождём. Когда племя приносит жертвы своим предкам, то они преклоняются и молятся в том числе и ей. Вот, вероятно, откуда берётся энергия веры. - А ещё, вероятно, можно учитывать мир принцессы. Всё же, там кто-то вырезал твою статую. Вероятно, она тоже генерирует немного энергии веры, - сказал 2333. – Ты же богиня войны, как-никак. Титул богини войны был для неё странным образом смущающим. ---------- Получатель Заданий Среднего Уровня Нин Шу добавила очки атрибутов в интеллект, удачу и боевые искусства. Интеллект был очень важен, и боевые искусства также были важны. Панель характеристик отобразила изменения. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 250000 (+150000) Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 100 (+10) Харизма: 3 Удача: 34 (+5) Воля: 120 Боевые искусства: 55 (+10) Вера: 6 Способность: 26 Заслуги: 36 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Программист Начального Уровня, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао) Добавив очки атрибутов, Нин Шу открыла системный рынок и первым делом купила несколько постных пилюль, противоядий, воды и прочих лекарств. Всё это были необходимые для выживания вещи. Она вспомнила о том, как была очарована той "Сун Нин". Хоть она и купила себе ореол спокойствия, он был не очень эффективным. Нин Шу хотела купить что-то такое, что поможет ей противостоять соблазнам внешнего мира. Она стала листать рынок и увидела руководство для очищающей сердце мантры. Эта очищающая сердце мантра имела эффект, позволяющий сердцу человека успокоиться и помогающий сохранить рациональное состояние. А в комбинации с ореолом спокойствия эффект был ещё сильнее, поэтому Нин Шу даже не стала задумываться, прежде чем купить его. Она потратила 50 тысяч очков. В этот раз задание действительно утомило Нин Шу. Хоть её душа и не была больше хлипкой, она всё равно чувствовала себя очень измождённой. Поскольку ей пока не хотелось входить в мир задания, она просто достала книгу с полки. Эта книга была очень толстой и в ней была записана информация о множестве сокровищ, вроде камня первобытного хаоса и мириадного камня мира, с которыми Нин Шу уже сталкивалась. В книге была записана информация о всевозможных странных сокровищах, отчего Нин Шу почувствовала, как её мировоззрение явно расширилось. Нин Шу постаралась запомнить всё, что было записано в книге, так она не пропустит сокровище, с которым столкнётся. Потому что если она пропустит, то она точно будет кашлять кровью. Во время работы над заданием, ей нужно работать и над сбором ресурсов. Впрочем, можно забыть о том, чтобы добыть нечто вроде сердца с истинной любовью. С её тремя очками харизмы на неё даже собака не обратит внимание, не говоря уже о людях. Более того, она не смогла бы позволить себе улизнуть, сразу после того, как получит чьё-то истинное сердце. Она не знала, сколько времен прошло, но она закончила читать книгу. У неё теперь болела голова, но, по крайней мере, она теперь сможет узнать что-то хорошее с первого взгляда. Побездельничав какое-то время в системно пространстве, она наконец-то почувствовала, что снова готова к выполнению задания и сказала 2333: - Давай войдём в мир задания. В этот раз мужчина или женщина? - Поручитель – женщина, - ответил 2333. – Скорее, повышай уровень и становись получателем заданий среднего уровня, тогда ты сможешь сначала повидаться с поручителем. Ты сможешь поговорить с поручителем лицом к лицу, чтобы понять направление для выполнения задания. Нин Шу на мгновение ошалела. - А можно повидать поручителя перед каждым заданием? - Конечно. Но сейчас у тебя на это нет права. А ещё, получатели задания среднего уровня могут отказать поручителю. Если вознаграждение будет слишком маленьким, то отказ от задания вполне приемлем. А ещё они могут договариваться с поручителями. Нин Шу внезапно очень захотела стать получателем заданий среднего уровня. Она спросила: - Сколько очков мне нужно для того, чтобы стать получателем заданий среднего уровня? - Три миллиона очков опыта, - сказал 2333. Нин Шу: … ---------- Вперёд, За Тремя Миллионами Очков Это было так далеко от достижимого. Три миллиона очков? У неё пока что набралось всего двести пятьдесят тысяч, а ещё она перед каждым заданием вынуждена покупать на них всякие вещи. Похоже, что ей придётся начать немного экономить и старательно работать, чтобы стать сильнее. И так до тех пор, пока ей больше не нужно будет покупать эти вещи. Только сейчас Нин Шу действительно почувствовала, каким же она была муравьём. Она, вероятно, была в самом низу пирамиды получателей заданий. Каждый её шаг был крайне трудным. - 2333, скажи правду. Как думаешь, насколько далеко я смогу зайти? – спросила Нин Шу. 2333 замешкался ненадолго, прежде чем сказать: - Я сделаю оценку, основываясь на твоих данных. Твои способности не особо хорошие, по сравнению с другими получателями заданий, ты не такая льстивая и хитрая. Твой характер недостаточно гибкий, а ещё ты довольно тупая. Вероятно, ты зайдёшь не так уж далеко. Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Он явно был охуенно прямолинейным. Невысказанный подтекст сказанного системой-сама был в том, что она даже не сможет добраться до получателя задания среднего уровня. Нин Шу пожала плечами. Хоть она и чувствовала себя немного разочарованной, услышав слова 2333, она всё равно снова собралась. С самого начала она была той, кто избежал смерти и теперь ей представился шанс прожить всевозможные жизни. Для неё, возможность продолжать жить – это уже выгода. Если однажды она будет уничтожена, то она уже довольна прожитой жизнью. 2333 сказал, что она недостаточно гибкая и хитрая, но она упрямая. Пока она была жива, она упрямо настаивала на том, чтобы быть собой. Даже если она была всего лишь инструментом для исправления миров, она всё равно хотела жить счастливо. - Давай начнём задание, - сказала Нин Шу. Надо стремиться к этим трём миллионам очков! Нин Шу накрыла волна головокружения. А потом она почувствовала, как сливается с телом. Прежде чем она успела открыть глаза, как кто-то стянул с неё одеяло. Получившийся порыв холодного воздуха заставил её задрожать. - Старшая сестрица Мяо, ты чего ещё спишь? Солнце уже высоко, - послышался женский голос прямо возле её уха. Судя по звуку, он не казался очень уж старым. Нин Шу была не в самом лучшем состоянии, поэтому у неё ушло некоторое время на то, чтобы открыть глаза. Она не обратила внимания на девушку перед собой и накрыла себя одеялом. Было очень холодно. - Старшая сестрица Мяо, мама сказала тебя разбудить. Когда девушка увидела, что Нин Шу свернулась на постели, она взялась за одеяло Нин Шу и потянула. - Что ты делаешь? Нин Шу посмотрела на девушку. На вид ей было около восемнадцати лет, и её кожа была немного загорелой. У неё были белые серьги из непонятно чего и красная одежда в пол, отчего её лицо выглядело ещё темнее. Когда девушка увидела, что Нин Шу смотрит на неё со строгим выражением на лице, она почувствовала себя немного запуганной. Она огорчённо поджала губы. - Старшая сестрица Мяо, мама сказала тебе вставать. Деревня – это тебе не город. Тут, если ты не встаёшь рано, то над тобой будут смеяться. Нин Шу ещё не получила историю, поэтому она не знала, что происходит. - Тогда иди вперёд. Я скоро буду. - Люди из города такие хлопотные, - пробормотала девушка. Потом она спросила: - Старшая сестрица Мяо, твоя пижама очень красивая. Можешь мне ещё одолжить? Нин Шу: … - Сначала выйди, - спокойно сказала Нин Шу. Девушка подумала, что Нин Шу согласилась и в последний раз глянула на одежду Нин Шу с желанием во взгляде, после чего вышла. Как только девушка вышла, Нин Шу вылезла из постели и заперла дверь. Засов на двери был старым железным крюком, который выглядел так, словно его можно было легко сбить, если с силой пнуть снаружи. Нин Шу глянула на свою одежду, а потом на розовые тапочки, которые были на ней. Всё это совершенно не вязалось с окружением. Пол был неровной утоптанной землёй, а окружающая мебель хоть и выглядела очень новой, но её дизайн был совершенно безвкусным. Более того, качество сборки тоже было не очень хорошим. Она даже чувствовала запах лака. На стене висела совершенно новый символ 喜, сделанный из праздничных ленточек. Изначальный хост уже была замужем. Нин Шу было очень холодно, поэтому она потёрла руки друг о друга и снова свернулась клубочком на постели. Она завернулась в одеяло и начала получать историю. #комментарий: 喜 – это символ счастья. Его часто развешивают по всяким праздничным поводам на удачу. LMAO, а ещё – это имя изначального хоста. Первая Мяо – это фамилия, и она также означает росток. Два других Мяо – это тот же символ и они означают умная/чудесная. ---------- Бедный Юноша и Богатая Мисс Это была просто история о бедном юноше и мисс из богатой семьи. Изначального хоста звали Мяо Мяомяо. Она влюбилась в рабочего из компании своего отца и, несмотря на возражения её родителей, настояла на том, чтобы выйти замуж за Чжан Цзясэня. Мяо Мяомяо была единственной дочерью, так как её мать лишилась способности иметь детей из-за слишком большой потери крови во время её рождения. И поэтому женатая пара, естественно, могла лишь очень сильно обожать Мяо Мяомяо. В силу этого, Мяо Мяомяо выросла очень наивной девушкой. Однажды, когда она шла в компанию своего отца, у неё сломался каблук. К ней подошёл мужчина и помог ей приклеить его обратно, спасая её от необходимости ходить в таком постыдном состоянии. Чжан Цзясэнь был молчаливым и серьёзным мужчиной. Он не рассмеялся над затруднительным положением Мяо Мяомяо и просто помог ей. Когда Мяо Мяомяо увидела Чжан Цзясэня в его белой рубашке и увидела, что его воротник и руки были идеально чистыми, она решила, что он выглядит очень круто. Она подглядела имя рабочего на бирке, висящей на его шее, и записала его имя. В тот момент она была очень взволнована. После этого на часто навещала компанию и вскоре подружилась с Чжан Цзясэнем. Чжан Цзясэнь был из тех, кто много говорит, но он создавал у людей впечатление, что на него можно положиться. После того, как они признались друг другу в чувствах, Чжан Цзясэнь рассказал Мяо Мяомяо о том, в какой ситуации находится его семья. Мяо Мяомяо не проявила неудовольствия к тому факту, что семья Чжан Цзясэня была в сложной ситуации, и у неё просто заболела душа от того, что Чжан Цзясэню приходится поддерживать всю свою семью. Он вынужден был заботиться о своих родителях и об образовании своих младших брата и сестры. Позже, когда Чжан Цзясэнь предложил Мяо Мяомяо выйти за него замуж, Мяо Мяомяо согласилась. Однако родители семьи Мяо отказывались соглашаться. Позволить их любимой дочери выйти замуж за этого бедного оборванца? Да ещё и такого, который пришёл из какой-то отдалённой деревенской глуши? У него даже была старшая сестра и куча родственников. Его семья была такой сложной и, судя по характеру Мяомяо, она точно не сможет справиться со всеми этими межличностными отношениями. Однако Мяо Мяомяо была решительно настроена на то, чтобы выйти замуж за Чжан Цзясэня. Родители семьи Мяо всегда обожали свою дочь, поэтому, когда они увидели, что Чжан Цзясэнь довольно талантлив, они дали своё согласие на брак. Однако их условием было то, что первый ребёнок, вне зависимости от того, дочь это или сын, будет носить фамилию Мяо. Если честно, поступок родителей семьи Мяо выглядел так, словно они немного свысока смотрели на Чжан Цзясэня, но Чжан Цзясэнь тут же согласился на их условие. Родители семьи Мяо даже купили для них двоих дом. Этот дом был очень большим и стоил несколько миллионов. Отец Мяо собирался записать в документе на право собственности только имя Мяо Мяомяо. Однако Мяо Мяомяо решила, что раз они женятся, а муж и жена – это единое целое, то в документе должны быть оба их имени. И хотя Чжан Цзясэнь отказался от этого предложения, Мяо Мяомяо всё равно настояла на том, чтобы его имя вписали в документ. И вот так добрачная собственность стала общей собственностью. Чжан Цзясэнь впервые поцеловал Мяо Мяомяо в губы. Когда они ходили на свидания, он всегда вёл себя очень учтиво. А всё, что можно было счесть их интимной близостью – это держание за руки. Самым интимным у них было то, что Чжан Цзясэнь поцеловал Мяо Мяомяо в лоб. Родители семьи Мяо решили, что так или иначе, но этот мужчина будет их зятем. Если его должность будет слишком низкой, то другие будут над ним насмехаться, поэтому Чжан Цзясэня сначала повысили до начальника подотдела, а потом до управляющего отделом, и теперь он был помощником главного управляющего. Он пробыл в этой компании не больше трёх лет, поэтому скорость его повышения была такой, словно он мчался на ракете. После того, как они поженились, Чжан Цзясэнь привёз Мяо Мяомяо в дом своей семьи. И только тогда Мяо Мяомяо действительно осознала, насколько бедной была семья Чжан Цзясэня. Дом был сделан из земли, и всё было очень старым. Им даже приходилось рубить дрова, чтобы готовить еду, и воздух всегда был полон огня и дыма. Такого Мяо Мяомяо не могла себе даже и представить. Чжан Цзясэнь пробыл дома пару дней, а потом приготовился вернуться в город, чтобы вернуться к работе. Однако он оставил тут Мяо Мяомяо, сказав, что он хочет, чтобы Мяо Мяомяо больше общалась с его семьёй и сблизилась с ними, а сам он скоро вернётся. ---------- Жизнь в Меду Обернулась Трагедией Мяо Мяомяо думала, что родителей Чжан Цзясэня можно считать и её родителями, поэтому она осталась. Однако пребывание тут было совсем не из приятных. Мяо Мяомяо была мисс из богатой семьи и всегда вела изнеженную жизнь, но мать Чжан Цзясэня, свекровь Мяо Мяомяо, заставила Мяо Мяомяо кормить уток, свиней и даже работать в поле, собирая растения амброзии. Как Мяо Мяомяо могла знать о таких вещах? У неё всё получалось не очень хорошо, поэтому её свекровь постоянно отчитывала её. Мяо Мяомяо считала, что это свекровь и мать Чжан Цзясэня, поэтому она очень уважительно относилась к ней. Мяо Мяомяо всё ждала, пока Чжан Цзясэнь придёт к ней. И хотя родители семьи Мяо звали её и просили вернуться, она не вернулась. В итоге, отец Мяо надавил на Чжан Цзясэня и заставил его привезти Мяо Мяомяо обратно. Когда Мяо Мяомяо вернулась, она усердно старалась быть хорошей домохозяйкой и заботиться о Чжан Цзясэне. Ситуация изменилась, когда отец Мяо оказался в больнице из-за сердечного приступа. После этого его состояние стремительно ухудшалось, и он быстро скончался, оставляя после себя мать Мяо и Мяо Мяомяо. Как зять семьи Мяо, Чжан Цзясэнь, естественно, занялся стабилизацией компании. Он присматривал за компанией и за матерью с дочерью. На самом деле, компания и так уже была собственностью Чжан Цзясэня. Вероятно из-за разбитого сердца, тело матери Мяо стало стремительно слабеть. Спустя год, она тоже умерла. Когда родители Мяо Мяомяо так внезапно умерли, она чувствовала себя так, словно весь её мир рухнул, и стала ещё больше полагаться на Чжан Цзясэня. Она даже стала немного легковозбудимой. Чжан Цзясэнь отвёл Мяо Мяомяо в больницу, чтобы её проверили и, в результате, Мяо Мяомяо поставили диагноз, что у неё психическое расстройство из-за слишком большого стресса. Однажды Мяо Мяомяо увидела женщину, которую Чжан Цзясэнь обнимал на улице, поэтому, ни о чём не думая, она побежала к ним, чтобы потребовать ответов. Однако, когда она переходила улицу, её сбила машина, и её тело отлетело очень далеко. Последнее, что видела Мяо Мяомяо – это безразличное выражение лица Чжан Цзясэня. Желания Мяо Мяомяо: Она не хочет снова быть обманутой Чжан Цзясэнем. Она хочет защитить собственность её отца и сделать так, чтобы Чжан Цзясэнь, у которого изначально ничего не было, остался ни с чем. После того, как Нин Шу закончила получать историю, её выражение лица было таким: →_→ Насколько же чистой и простой была эта девушка? Первую половину своей жизни Мяо Мяомяо прожила в меду, но вторая половина её жизни была словно причудливая трагедия. Чжан Цзясэнь был необычным персонажем. Охренеть, как же было холодно. Нин Шу ещё плотнее завернулась в одеяло. Со стороны двери послышался очень громкий стук. Этот стук был настолько сильным, что со стен даже пыль сыпалась. - Мяомяо, ты чего ещё спишь? – послышался с другой стороны голос матери Чжан Цзясэня. Пока мать Чжан Цзясэня колотила в дверь, она продолжала кричать "Мяомяо!" - Я уже почти готова. Я одеваюсь! – закричала Нин Шу, а потом заставила себя вылезти из-под одеяла и встать. Если она не встанет, то эта свекровь просто продолжит её доставать. Больше всего этой свекрови нравилось тренировать эту богатенькую невестку, а потом хвастаться остальным, что её сын женился на дочери из богатой семьи и теперь она как следует тренирует эту невестку, и что эта невестка делает всё, что она скажет. Остальные люди каждый раз с завистью смотрели на неё, что удовлетворяло тщеславие матери Чжан Цзясэня. Она даже не видела, что Мяо Мяомяо относится к ней с уважением. Она просто считала, что доминирует над этой богатенькой невесткой. - Ты там готова или нет? Ты почему ещё не вышла? Свекровь снова начала стучать в дверь. Этот стук был таким сильным, что Нин Шу даже казалось, что дверь сейчас сломается. Нин Шу оделась, а потом открыла дверь и увидела пожилую женщину средних лет. Её кожа была очень загорелой и грубой, а её лицо было таким худым, что даже скулы торчали. В уголках её глаз и на лбу было полно морщин. Когда свекровь увидела, во что была одета Нин Шу, она мрачно заметила: - Ты чего это так нарядилась? Тебе потом ещё работать надо будет. Вот серьёзно. ---------- Дом Чжан Цзясэня Нин Шу глянула на то, во что была одета. Покрой одежды был облегающим, а дизайн был очень симпатичным. Эта одежда действительно не подходила для того, чтобы её носить во время работы, но у изначального хоста была только такая одежда. Всё же, компания её отца занималась пошивом одежды. И хотя изначальный хост была девушкой простой, но у неё всё равно был очень хороший вкус. Выйдя из комнаты, Нин Шу увидела, что отец Чжан Цзясэня сидит на лестнице и курит трубку. Его штанины были закатаны вверх, а его голые ноги были покрыты грязью. Было ясно, что он только что вернулся с поля. Свёкор Мяо Мяомяо никогда особо не разговаривал с изначальным хостом. Когда ему было что сказать, обычно он говорил это Чжан Цзясэню, поэтому они особо никогда не общались. Нин Шу вошла в главный зал. Завтрак был на столе, а Нин Шу была немного голодной, потому она села за стол. Когда младшая сестра Чжан Цзясэня вошла в комнату, она сказала: - Папа ещё не сел, так чего это ты первой уселась? Нин Шу не знала, что здесь есть такой обычай, поэтому она снова встала. Младшая сестрица Чжан схватила Нин Шу за руку и избалованным тоном сказала: - Старшая сестрица Мяо, ты сказала, что дашь мне свою пижаму. Нин Шу посмотрела на младшую сестрицу Чжан. Тот наряд, что был на ней, до этого принадлежал изначальному хосту. Больше всего младшей сестрице Чжан нравились смотреть, что хорошего есть в вещах изначального хоста, а потом выпрашивать это. Так она получила сумки, одежду, косметику и даже кристальные заколки для волос. Мяо Мяомяо была той, у кого не было чувства того, что ценно. Для неё деньги были лишь цифрами. Но, даже если это была просто заколка для волос – эта вещь обычно была очень дорогой. Однако, каждый раз, как младшая сестричка Чжан просила что-то, то она ей это давала. Несмотря на это младшая сестрица Чжан никогда не называла Мяо Мяомяо свояченицей, и просто называла её старшей сестрицей Мяо. Да что же это за обращение такое? Когда младшая сестрица Чжан увидела, что Нин Шу не отвечает, она тряхнула руку Нин Шу. - Старшая сестрица Мяо, можешь одолжить мне его хотя бы на день? Нин Шу: … Хоть она и говорила про один день, с этих пор пижама стала бы её. - Мяомяо, просто одолжи её младшей сестре на день. Я скажу ей вернуть её, когда придёт время. Мать Чжан Цзясэня внесла тарелку солёных овощей и поставила её на стол. Младшая сестрица Чжан недовольно поджала губы, но ничего не сказала. Нин Шу спокойно сказала: - Давай поговорим после завтрака. Вошёл отец Чжан Цзясэня и сел во главе стола. Завтрак был очень простым. Тут было лишь несколько парных булочек из гречневой муки, тарелка солёных овощей и овсяная каша. Самым интересным было то, что каждый мог съесть только одну парную булочку. Конечно, как отец Чжан Цзясэня, который каждый день занимался тяжёлым трудом, мог наесться всего одной парной булочкой? Однако мать Чжан Цзясэня смогла идеально разделить еду на порции для всех. Когда Чжан Цзясэнь уехал, он явно оставил своей матери немало денег, чтобы семья могла питаться лучше, но их еда всё ещё была очень плохой. Нин Шу понимала, что мать Чжан Цзясэня не может себе позволить покупать хорошие вещи дня неё, постороннего человека, чтобы она тоже ела с ними, поэтому она лишь ждала, пока Мяо Мяомяо сама потратит свои деньги. В этом доме она была посторонним человеком. У младшей сестрицы Чжан был старший брат близнец. Когда пришло время завтрака, он вышел из своей комнаты, играя на телефоне. Он даже не поднял голову и не поздоровался со всеми. Кстати говоря, этот телефон тоже был куплен изначальным хостом. Прежде чем приехать в дом Чжан Цзясэня, изначальный хост приготовила много подарков. Чжан Цзясэнь заранее позвонил своей семье и спросил, что им нужно, а потом изначальный хост приготовила для них требуемое. От одной только мысли об этом Нин Шу подумала, что изначальный хост была дурой. Она села за стол, а потом мать Чжан Цзясэня наложила Нин Шу тарелку овсяной каши. Нин Шу глянула на тарелку. Не похоже, что её хорошо вымыли, и на ней были налипшие чёрные пятна. Палочки тоже не выглядели чистыми. Когда она увидела, что мать Чжан Цзясэня каждые пять минут кашляет и сплёвывает, то Нин Шу растеряла весь аппетит и съела только парную булочку. Вкус у неё тоже был не очень хорошим, словно это было просто сырое тесто. Нин Шу почувствовала изрядное отвращение. Она же была новой невесткой в это семье. Неужели им обязательно было так к ней относиться? Или они просто пытались сразу продемонстрировать свою силу и власть? ---------- Возвращается Домой Она действительно не понимала, как изначальный хост всё это терпела. Нин Шу выразила своё мнение о том, что она не может такое терпеть. Когда эта семья столкнулась с Мяо Мяомяо, то они были очень горделивыми, но всё равно чувствовали себя стоящими ниже её по социальному положению. Они все хотели растоптать Мяо Мяомяо, особенно свекровь Мяо Мяомяо. После завтрака, мать Чжан Цзясэня сказала Нин Шу: - Иди сначала покорми свиней. Я уже покормила птиц. После того, как покормишь свиней, иди в поле срезать амброзию. Нин Шу: … Нин Шу решила, что у неё нет времени заниматься такими вещами. Ей нужно было вернуться, чтобы разобраться с Чжан Цзясэнем, а потом с этими кровососами-пиявками. Нин Шу кивнула матери Чжан Цзясэня, а потом сказала младшей сестрице Чжан: - Разве ты не хотела пижаму? Пойдём ко мне в комнату, я тебе её дам. Младшая сестрица Чжан тут же улыбнулась и пошла с Нин Шу в комнату. Когда мать Чжан Цзясэня услышала это, её губы зашевелились, но она ничего не сказала. Нин Шу дала младшей сестрице Чжан пижаму, которую сняла этим утром. Младшая сестрица Чжан погладила пижаму и радостно воскликнула: - Какая же она мягкая! Нин Шу сказала младшей сестрице Чжан: - Я себя не очень хорошо чувствую, можешь покормить за меня свиней, а потом срезать амброзию? Цвет лица младшей сестрицы Чжан тут же стал немного хуже, и она безрадостно сказала: - Мама же тебе сказала сделать всё это. Это твоя работа. Раз уж ты вошла в нашу семью, то ты должна слушаться нас. Выражение лица Нин Шу не изменилось, когда она достала очень красивую бутылочку духов и сказала: - Поможешь мне, пожалуйста? А я дам тебе эти совершенно новые духи. Младшая сестрица Чжан тут же выхватила бутылочку духов из руки Нин Шу, открыла её и понюхала. А потом она плотно закрыла её, явно не намереваясь возвращать её Нин Шу. - Но мама сказала, что это ты должна сделать. На лице младшей сестрицы Чжан читалась лёгкая нерешительность. Нин Шу достала ещё один бутылёк лака для ногтей. - Я дам тебе это, и ещё набор макияжа. Я очень ценю эти вещи. Если бы не тот факт, что я себя нехорошо чувствую и мне нужна твоя помощь то я бы их тебе не отдала. - Ладно, я тебе помогу. Младшая сестрица Чжан сгребла все эти вещи и выбежала из комнаты Нин Шу. Нин Шу заперла дверь, а потом запихала всю свою одежду и прочие вещи в чемодан. Она не собиралась покорно оставаться тут и ждать, пока Чжан Цзясэнь за ней приедет. Оставлять свою новобрачную жену в деревне, а потом возвращаться одному в город? Было ясно, что Чжан Цзясэнь не хотел оставаться с Мяо Мяомяо. - Младшая сестрица, а чего это ты свиней кормишь? Где твоя свояченица? – раздался во дворе голос матери Чжан Цзясэня. Её голос был очень громким. Вероятно, она специально повышала его, чтобы Нин Шу могла услышать. Младшая сестрица Чжан сказала: - Старшая сестрица Мяо не очень хорошо себя чувствует, поэтому я делаю это за неё. Мама, старшая сестрица Мяо дала мне кое-какие вещи, когда попросила меня сделать это за неё. - Городские люди такие нежные. Они выглядят красиво, но умеют быть только ленивыми, - пробормотала мать Чжан Цзясэня. Но, вероятно из-за того, что Нин Шу дала младшей сестрице Чжан много вещей, она не стала приходить и доставать Нин Шу. Нин Шу оставалась в доме до тех пор, пока родители Чжан Цзясэня не ушли работать, а младшая сестрица Чжан отправилась срезать амброзию. Шурин всё время сидел в своей комнате и играл на телефоне, не выходя оттуда и ничего больше не делая. Нин Шу написала записку, в которой говорилось, что она возвращается домой и чтобы они её не искали. Потом она взяла свой чемодан и тихо ушла. На деревенской улице она дождалась прибытия автобуса, а потом купила билет и уехала. На самом деле, оставаться в этом доме было для неё довольно душно. Неужели Чжан Цзясэню никогда не приходило в голову, что Мяо Мяомяо будет страшно и непривычно в такой незнакомой обстановке? Автобус очень трясло. Нин Шу чуть не стошнило от того, как её трясло. Эта тряска, и тот факт, что она ничего особо не поела этим утром, очень раздражали её, поэтому ей пришлось тихо повторять очищающую сердце мантру. ---------- Чжан Цзясэнь После долгой поездки по кочкам, Нин Шу наконец-то доехала до автобусной остановки. Пока она вытаскивала свой багаж из автобуса, к ней подошёл мужчина и забрал у неё из рук чемодан. Нин Шу посмотрела на этого мужчину. На нём был чёрный шерстяной пиджак и серый шарф, который опускался до колен, отчего его фигура казалась ещё более высокой и прямой. Когда Нин Шу увидела этого мужчину, в её сердце всколыхнулась волна эмоций, которые было трудно описать. Там была боль, ненависть, разочарование и раздражение. Его внешность была красивой и привлекательной, и он выглядел, словно молодой талант. Это был Чжан Цзясэнь. Внешность Чжан Цзясэня была довольно хорошей. Впрочем, если бы не была, то он бы тогда не смог так сильно очаровать Мяо Мяомяо. Когда он наклонился, чтобы забрать чемодан, от его тела пахнуло свежим и чистым запахом. Это был чистый мужчина, но его мысли были непостижимы. Нин Шу натянула на лицо улыбку. - Ты пришёл меня встретить. Взгляд Чжан Цзясэня прошёлся по лицу Нин Шу, а потом он слегка нахмурился. В его голосе послышался почти неуловимый след упрёка. - Почему ты так внезапно уехала из дома? Все тебя искали и, в итоге, моя младшая сестра позвонила мне. Я предугадал, что ты вернёшься, поэтому первым делом я пришёл сюда, чтобы встретить тебя. Нин Шу снова улыбнулась и сказала: - А разве я не оставила записку? - Мама и папа не умеют читать, поэтому они бы не смогли понять твою записку. Как ты можешь быть такой своевольной? Ведёшь себя, как маленький ребёнок. Казалось, что Чжан Цзясэнь говорит с обожанием и заботой, но на самом деле он упрекал Нин Шу за то, что она повела себя своевольно. Нин Шу поправила свои волосы, которые слегка разметало ветром, и спокойно ответила: - Старшие не умеют читать, но младшая сестрица умеет же. Если уж на то пошло, то и шурин тоже умеет читать. Эти двое точно умеют читать. Чжан Цзясэнь слегка прищурился, а потом положил чемодан в багажник своего автомобиля. Нин Шу села на переднее пассажирское сидение. Пока Чжан Цзясэнь вёл автомобиль, время от времени он поглядывал на Нин Шу. Нин Шу не обращала внимания на взгляд Чжан Цзясэня, и просто смотрела по сторонам, обдумывая разные вещи. С самого первого мгновения, как только она увидела Чжан Цзясэня, она поняла, что с ним будет очень трудно разобраться. Неудивительно, что он смог, в итоге, добраться до самой вершины жизни. Мяо Мяомяо была для него всего лишь ступенькой. Он был мужчиной, который безжалостен как к себе, так и к остальным. Нин Шу мысленно холодно рассмеялась. Когда Чжан Цзясэнь увидел, что Нин Шу не разговаривает с ним, он нахмурился и спросил: - Тебе нехорошо? Где у тебя болит? Чжан Цзясэнь был поистине особенно очаровательным, когда его брови были слегка нахмурены. В паре с его низким голосом, людям было довольно просто пасть под его чарами. - Я в порядке, я просто ничего особо не поела на завтрак, поэтому я голодна, - ответила Нин Шу. Выражение лица Чжан Цзясэня застыло на мгновение, но вскоре вернулось к обычному, и он сказал: - В деревне всё не настолько изысканное, как в городе. Ты явно просто не привыкла к такому. Нин Шу кивнула. - Ага, у меня постоянно был запор. Чжан Цзясэнь: … Разговор тут же затих. Нин Шу запрокинула голову на подголовник и закрыла глаза. - Отвези меня сначала к моей семье. А я пока вздремну. Выражение лица Чжан Цзясэня стало нечитаемым, когда он сильнее нажал на педаль газа. Когда они приехали к дому, Чжан Цзясэнь остановил автомобиль и повернулся, чтобы помочь Нин Шу расстегнуть ремень безопасности. Когда Нин Шу открыла глаза, она увидела, что Чжан Цзясэнь навис над ней, и тут же оттолкнула его. - Что ты делаешь? На лице Чжан Цзясэня появилось беспомощное выражение. - Мы уже дома. Я помог тебе расстегнуть ремень безопасности. Нин Шу кивнула, а потом открыла дверь и вышла из автомобиля, чтобы войти во двор семьи. Чжан Цзясэнь догнал Нин Шу и протянул руку, чтобы взять её за руку, но Нин Шу рефлекторно стряхнула его руку. Чжан Цзясэнь не разозлился, а лишь плотно нахмурил брови, глядя на Нин Шу. С уверенностью в голосе он сказал: - Ты злишься. - Нет, не злюсь, - Нин Шу улыбнулась, как это делала изначальный хост. – Как я могу на тебя злиться? ---------- Прирождённый Актёр Чжан Цзясэнь всё ещё хотел что-то сказать, но Нин Шу уже вошла в дом. У Чжан Цзясэня не осталось иного выбора, кроме как последовать за ней. - Мам. Нин Шу поприветствовала матушку Мяо, которая расставляла цветы в гостиной. Когда мать Мяо увидела Нин Шу, она была на мгновение ошарашена, а потом бросила цветок, чтобы подойти и обнять Нин Шу, после чего отошла на шаг, чтобы осмотреть её. - Ты похудела и загорела. Как же ты до такого докатилась? – в голосе матери Мяо слышалась душевная боль. – Тебе нужно было раньше вернуться. Мать Мяо была женщиной средних лет с очень хорошими манерами. Она хорошо следила за собой и поэтому выглядела так, словно ей всего тридцать лет. - Мам, я очень по тебе скучала. Нин Шу крепко обняла матушку Мяо. Когда это тело обняло матушку Мяо, оно начало неконтролируемо дрожать. Это явно были эмоции изначального хоста. - Хорошо, что ты вернулась. Это хорошо, что ты вернулась. Мать Мяо тут же позвонила отцу Мяо. Первым делом Нин Шу отправилась на второй этаж, чтобы принять ванну. Вряд ли во всей деревне был хоть один душ. В деревенской ванной было много сквозняков, и мыться там в холодную погоду – это всё равно, что напрашиваться на то, чтобы замёрзнуть насмерть. Нин Шу намывалась до тех пор, пока её душа не удовлетворилась, а когда она вышла, то увидела, что Чжан Цзясэнь сидит на диване и читает книгу. Когда он увидел выходящую Нин Шу, он отложил книгу и улыбнулся Нин Шу. Чжан Цзясэнь не так часто улыбался, поэтому, каждый раз, когда он улыбался, от этого у людей дух захватывало. Нин Шу безразлично глянула на улыбку Чжан Цзясэня, поэтому Чжан Цзясэнь слегка нахмурился. Он подошёл к Нин Шу и протянул руки, чтобы обнять её. Он прижался подбородком к её лбу и погладил её волосы, тихо говоря: - Не надо злиться. Когда твоё лицо так перекашивает от злости, оно становится некрасивым. - Ты сказал, что вернёшься за мной, так почему же ты за мной не вернулся? – Нин Шу наклонила голову вверх и спросила: - Я всё это время ждала в деревне, пока ты вернёшься. Чжан Цзясэнь с облегчением вздохнул, и на его лице снова появилась улыбка, когда он погладил Нин Шу по голове. - Так ты об этом? Просто я был немного занят в компании в последнее время. Если бы ты сама не вернулась, то я планировал приехать за тобой через пару дней. - Ха-ха… Нин Шу фальшиво улыбнулась в ответ на слова Чжан Цзясэня. - Ах ты. На лице Чжан Цзясэня явно читалась беспомощность, но при этом там было видно и страстную любовь. Этот парень явно был прирождённым актёром. - Мяомяо, ты вернулась? Скорее спускайся, чтобы папа на тебя взглянул, - прозвучал с первого этажа голос отца Мяо. Нин Шу отмахнулась от руки Чжан Цзясэня, а потом развернулась, чтобы спуститься по лестнице. Чжан Цзясэнь посмотрел на свою руку, а потом его взгляд помрачнел, когда он сжал руку в кулак. Спустя мгновение, он тоже спустился вниз. Нин Шу обняла круглолицего отца Мяо. Отец Мяо был толстяком с небольшой лысиной. Неудивительно, что в изначальной истории у него случился сердечный приступ. - Пап, пришло время тебе садиться на диету. Быть таким толстым – это плохо для твоего здоровья. Нин Шу не хотела, чтобы отец Мяо умер так рано. У Нин Шу были некоторые подозрения по поводу смертей родителей семьи Мяо, особенно смерть матери Мяо. Как мог человек, который чувствовал себя прекрасно и хорошо, умереть всего через год после смерти отца Мяо? Более того, самой Мяо Мяомяо тоже диагностировали психическое расстройство. Нин Шу подозревала, что всё это имеет какое-то отношение к Чжан Цзясэню. Однако Мяо Мяомяо всегда была девушкой, которая ничего не знала о том, как устроен мир. Тот факт, что она смогла осознать обман Чжан Цзясэня, когда умирала, уже дался ей с трудом. Так что ей нужно было проверить некоторые вещи самостоятельно. - Ладно, ладно. Я тебя послушаюсь, - сказал отец Мяо и с улыбкой потёр свою лысину. Когда он увидел, что Чжан Цзясэнь спускается по лестнице, он сказал: - Ты тоже тут. Чжан Цзясэнь с уважением отнёсся к отцу Мяо и поприветствовал его, назвав "отец". Нин Шу тихо наблюдала за поведением Чжан Цзясэня. Хоть отец Мяо всегда был очень недоволен семейными обстоятельствами Чжан Цзясэня, сам Чжан Цзясэнь никогда не жаловался на это и всегда с уважением относился к отцу Мяо. Он был мужчиной, который мог вытерпеть всё, что угодно. ---------- Цена За Своеволие Чжан Цзясэнь, безо всякого сомнения, был парнем-фениксом. Золотым фениксом, который вылетел из гнезда в горах, и несущий свей семье надежду. Он был образованным и трудолюбивым. Его менталитет был невероятно крепким, и он имел крайне сильное чувство ответственности, сильное до такой степени, что он чувствовал ответственность за счастье каждого члена семьи Чжан. После того, как он достиг успеха, он поддерживал всю семью. За спиной парня-феникса была целая толпа членов семьи, которых ему нужно было поддерживать. Однако было очевидно, что он не чувствует никакой ответственности по отношению к Мяо Мяомяо. Для него семья Мяо была всего лишь трамплином к успеху. Чжан Цзясэнь мог стерпеть, что пара родителей Мяо смотрит на него свысока. Он мог стерпеть такие вещи, которые обычные люди терпеть не стали бы, но он безмолвно всё записывал в своём сердце. Он был очень чувствительным и имел большую гордость, но при этом у него был ещё и комплекс неполноценности. Сердце матери Мяо сжималось от боли за все те трудности, которые Мяо Мяомяо пришлось выдержать в далёкой деревне, поэтому она приготовила богатый ужин и даже сама лично принимала участие в приготовлении. Когда Нин Шу посмотрела на стол, полный еды, она почувствовала, как у неё сейчас потечёт слюна. Деревенская еда и близко не была настолько хорошей. Она практически издевалась над желудком. Нин Шу была очень довольна, пока она ела чистую и вкусную еду. Родители постоянно подкладывали ей еды, и даже Чжан Цзясэнь добавлял ей понемногу. Когда он подкладывал вкусные кусочки ей в тарелку, он приговаривал: - Съешь ещё немного. Нин Шу повернулась и посмотрела на Чжан Цзясэня. Его взгляд был глубоким и нечитаемым. Она с улыбкой ответила: - Спасибо. Но в глубине души она усмехнулась. Если он действительно так заботился о человеке, тогда зачем он бросил её в деревне, а потом совсем начал игнорировать её? Он даже ни разу не позвонил. Мяо Мяомяо совсем не подходила для подобной жизни. И ведь нельзя сказать, что Чжан Цзясэнь не знал о том, что Мяо Мяомяо никогда раньше не жила так. Нин Шу перестала есть, только когда наелась. Когда Чжан Цзясэнь увидел, что Нин Шу отложила свои палочки, спустя некоторое время он тоже плавно опустил свои палочки. Нин Шу видела, что у Чжан Цзясэня на самом деле нет аппетита. Вероятно, он чувствовал себя неудобно в присутствии родителей семьи Мяо. После ужина Нин Шу села на диван, чтобы посмотреть телевизор. Чжан Цзясэнь сел рядом с Нин Шу и тихо составил ей компанию в просмотре телевизора. Ох уж этот мужчина… Всё это время Нин Шу общалась с родителями семьи Мяо, но полностью игнорировала Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэнь ничего не говорил и лишь смотрел на Нин Шу. По нему невозможно было понять, злится ли он. Однако Нин Шу на личном опыте смогла убедиться в том, насколько родители семьи Мяо любят её. По сути, они давали ей всё, о чём она просила, и берегли её, словно она была драгоценным сокровищем. Возможно, Небеса были справедливы. Жизнь человека не может быть всегда настолько благословенной. Появление Чжан Цзясэня покончило со счастьем Мяо Мяомяо и уничтожило её жизнь, отчего она потеряла всё и умерла в юном возрасте. Мяо Мяомяо пришлось заплатить цену за то время, пока она была своевольной, и она лишилась всего. За всё это время Мяо Мяомяо даже не завела ребёнка. Она даже не забеременела. - Мам, я хочу остаться тут на ночь, - сказала Нин Шу матери Мяо. - Ладно, тогда просто спи дома, - ответила мать Мяо, даже не задумываясь об этом. Чжан Цзясэнь хотел что-то сказать, но потом замешкался. - Цзясэнь, ты уж позволь Мяомяо остаться сегодня дома, - сказала мать Мяо. Чжан Цзясэнь кивнул. - Ладно, мама. Чжан Цзясэнь собрался уходить. Он посмотрел на Нин Шу, поэтому она встала, чтобы проводить его. Пока Нин Шу смотрела на Чжан Цзясэня, который шёл впереди неё, её глаза слегка прищурились. Чжан Цзясэнь открыл дверь автомобиля, а потом посмотрел на Нин Шу и с улыбкой сказал: - Я завтра снова приду. С этими словами он протянул руку и погладил Нин Шу по голове. - Жди меня. - Ладно. Нин Шу кивнула. Нин Шу проследила за автомобилем Чжан Цзясэня до тех пор, пока он не пропал из виду, после чего вернулась обратно в дом. ---------- Разве Должность Исполнительного Директора Не Свободна? - Теперь, когда у тебя появился муж, ты совсем позабыла о своём папе. Отец Мяо посмотрел на Нин Шу с выражением безмолвной жалобы. Нин Шу состроила серьёзное лицо и сказала: - Папа, я хочу поговорить с тобой кое о чём важном. Отец Мяо стал серьёзнее и выпятил грудь, на манер большого босса. - Что такое? Нет ничего такого, что твой папа не сможет решить для тебя. Нин Шу утянула отца Мяо в кабинет и прямо сказала: - Папа, я хочу работать в твоей компании. Отец Мяо немного ошалел от такой просьбы. - А чего это ты внезапно решила работать в компании? Отец Мяо подумал, что его дочь захотела работать в компании, чтобы больше времени проводить с Чжан Цзясэнем, поэтому он сказал: - Как насчёт того, чтобы я назначил тебя секретаршей Чжан Цзясэня? Нин Ну: →_→ - А разве должность исполнительного директора не открыта на данный момент? Я хочу быть исполнительным директором. Выражение лица Нин Шу было очень торжественным и серьёзным. Отец Мяо похлопал Нин Шу по плечу. - Управление компанией – это тебе не шутка, так что не будь такой своевольной, ладно? - Но я серьёзно. Завтра же я вступлю в должность. Если я не смогу справиться, тогда я отступлюсь, - Нин Шу взяла отца Мяо за руку и начала качать её из стороны в сторону, словно маленькая девочка. – Папа, позволь мне попробовать. Я хочу управлять компанией. - Ладно, ладно. Если ты действительно почувствуешь, что не справляешься, то просто отступись. Отец Мяо нерешительно согласился. Было ясно, что он не особо верил в способности своей дочери. На следующий день Нин Шу спустилась вниз, одетая в профессиональный наряд. Когда отец Мяо увидел её, он кивнул и сказал: - Да, ты неплохо смотришься. Нин Шу улыбнулась. Так или иначе, но в прошлом мире она была председателем, и компания Гун Ло была в несколько раз крупнее, чем компания отца Мяо. После завтрака Нин Шу села в автомобиль отца Мяо и отправилась вместе с ним в компанию. - Дочь, ты, главное, не нервничай. Если что-нибудь случится, то папа тебя обязательно поддержит. Даже несмотря на то, что отец Мяо утешал Нин Шу, на его лбу постоянно появлялся пот, и он беспрестанно его вытирал. Нин Шу посмотрела на толстопузого отца Мяо, а потом взяла платок из его руки, чтобы помочь ему вытирать пот. - Папа, с завтрашнего дня тебе нужно будет начать контролировать свою диету. Я попрошу диетолога составить для тебя меню. Тебе нельзя продолжать в таком же духе. Отец Мяо не знал, то ли ему радоваться тому, что его дочь волнуется за него, то ли скорбеть о том факте, что он больше не сможет спокойно есть всё, что захочется. Когда они доехали до компании, Нин Шу привела в порядок свою одежду и разгладила воротник, прежде чем выбраться из автомобиля. Она последовала за отцом Мяо, глядя прямо вперёд. Компания отца Мяо была не особо большой. Её можно было счесть компанией средних размеров. Не слишком большая, не слишком маленькая, со стабильным доходом. Казалось, что компания немного застряла на месте в своём развитии. Отец Мяо оповестил глав каждого отдела, чтобы они пришли на собрание, на котором он объявит, что Нин Шу займёт должность исполнительного директора. - Мяомяо, ах, ещё не поздно отступить, - сказал отец Мяо. – Управление компанией, это действительно не шутка. Нин Шу серьёзно посмотрела на отца Мяо. - Папа, эта компания – твои пот и кровь. Я хочу, чтобы она продолжала развиваться. Даже если я сейчас не знаю, как ей управлять, то я могу научиться. Не может быть, чтобы я не смогла научиться. Отец Мяо был на мгновение ошеломлён, а потом его глаза наполнились слезами. Он достал платок, чтобы промокнуть их и сказал: - Очень хорошо. Дочь, это уже хорошо, что у тебя есть такое желание. Давай, учись постепенно. Рано или поздно ты во всём разберёшься. Нин Шу кивнула. - Чжан Цзясэнь довольно талантлив, а ты – его жена, так что можешь попросить его научить тебя. Однако некоторые вещи нельзя передать в полной мере, - предупредил отец Мяо. Нин Шу снова кивнула. Люди из каждого департамента подходили один за другим. Чжан Цзясэнь тоже пришёл. Когда Чжан Цзясэнь увидел Нин Шу, одетую в чёрный деловой костюм и с прибранными волосами, он немного ошалел. Нынешняя Мяо Мяомяо выглядела очень способной и крутой. Она совершенно отличалась от своего обычного нежного и деликатного образа. Нин Шу повернулась, чтобы посмотреть на Чжан Цзясэня. Позади него была секретарша, держащая в руках документы. Эта секретарша была довольно симпатичной и носила очки в чёрной оправе. В изначальной истории, это была как раз та женщина, которая обнимала Чжан Цзясэня за руку. Мяо Мяомяо только увидела это, а потом её сбила машина, когда она перебегала дорогу, и она умерла. ---------- Не Стоит Даже и Мечтать Об Этом Начальник и секретарша. Какие же особые отношения были у Чжан Цзясэня с этой секретаршей? Это требовало дополнительного расследования. Чжан Цзясэнь имел амбиции, чтобы взбираться вверх, но ему не стоило таким образом растаптывать Мяо Мяомяо. Мяо Мяомяо вела простую жизнь. Она ничего не знала и, даже до самого последнего момента своей смерти была всё ещё очень невежественной. Нин Шу слабо улыбнулась. Если Чжан Цзясэнь упадёт и вернётся к тому, что снова не будет ничего иметь, после того, как он уже почти добился успеха, будет ли он чувствовать себя настолько плохо, что у него самого возникнет психическое расстройство? Чжан Цзясэнь прищурился, когда подошёл к Нин Шу и спокойно спросил: - Мяомяо, а ты зачем тут? Нин Шу встретила взгляд Чжан Цзясэня и улыбнулась, отчего у неё на щеках появились ямочки. - Я теперь буду работать в компании. Я собираюсь каждый день работать с тобой! Ты счастлив? На лице Чжан Цзясэня промелькнуло изумление. Он всмотрелся в лицо Нин Шу, а потом до него что-то дошло и в его взгляде промелькнула мрачная злоба. Однако, в мгновение ока, она исчезла и на его лице появилась обожающая улыбка. - Конечно же, счастлив. Нин Шу тоже улыбнулась. - Вот и отлично! Взгляд Нин Шу переместился на секретаршу, стоящую позади Чжан Цзясэня. Та выглядела напряжённой, а её выражение лица было немного странным. Когда она встретилась взглядом с Нин Шу, она поспешно опустила голову и посмотрела в пол. Чжан Цзясэнь ничего не сказал и просто сел на своё место. Он постучал по столу пальцами, но его боковой профиль выглядел холодным. Нынешний Чжан Цзясэнь уже обладал аурой человека, находящегося на высокой должности, аурой успешного бизнесмена. Никто не смел его игнорировать, даже когда он просто сидел за столом. Когда все собрались, отец Мяо прямо объявил: - Это моя дочь Мяо Мяомяо. С этих пор она будет исполнительным директором. Все переглянулись между собой, но ничего не сказали. Рука Чжан Цзясэня на мгновение дрогнула от шока, а потом его взгляд прошёлся по лицу Нин Шу. Нин Шу сказала: - Привет всем, я – Мяо Мяомяо. Начиная с сегодняшнего дня я буду вашим исполнительным директором. Моя цель – это работать вместе со всеми, чтобы управлять этой компанией ещё более эффективно… Нин Шу произнесла несколько высокопарных слов. Её позиция в качестве исполнительного директора уже была гарантирована. Компания отца Мяо была не очень большой и она ещё не вышла на рынок акций, поэтому, естественно, тут не было совета директоров. Проще говоря, эта компания принадлежала отцу Мяо, поэтому отец Мяо обладал в ней безоговорочной властью. Чжан Цзясэнь был первым, кто встал и начал хлопать в ладоши. Он сказал: - Я верю, что Мяомяо обязательно хорошо справится. Когда все остальные увидели, что Чжан Цзясэнь хлопает, то они тоже начали хлопать. Нин Шу прищурилась, когда увидела это. Это было не очень хорошо. Она и не ожидала, что у Чжан Цзясэня будет такой большой престиж в компании. Несколько начальников отделов, похоже, преданно следовали за ним. Это только ещё больше служило иллюстрацией амбиций Чжан Цзясэня. До этого она планировала напрямую избавиться от Чжан Цзясэня, но теперь, судя по всему этому, это будет очень рискованно, особенно учитывая, что они с Чжан Цзясэнем были мужем и женой. Она не могла прогнать Чжан Цзясэня. Если она так попытается сделать, то её, вероятно, саму выкинут с должности исполнительного директора благодаря Чжан Цзясэню и его поддержке. Её единственным выбором было только медленно загонять его в ловушку. Она медленно обвела взглядом лица собравшихся людей, после чего, наконец, остановилась на лице Чжан Цзясэня. Когда её взгляд встретился со взглядом Чжан Цзясэня, она улыбнулась ему. Губы Чжан Цзясэня тоже слегка изогнулись вверх в ответ на её улыбку, пока он продолжал медленно хлопать в ладоши. Улыбка Нин Шу стала ещё шире. Сражаться против Небес, сражаться против кучи противников, это было поистине безграничной радостью. После того, как собрание закончилось, Чжан Цзясэнь развернулся и вышел из помещения. Секретарша оглянулась на Нин Шу, а потом поспешила вдогонку за Чжан Цзясэнем. Нин Шу не волновало то, что происходит между Чжан Цзясэнем и этой секретаршей. Сейчас самым важным для неё было стабилизировать свою позицию, как исполнительного директора. Отец Мяо отвёл Нин Шу в кабинет исполнительного директора. Нин Шу постучала пальцем по столу, а потом сказала отцу Мяо: - Папа, мне очень нравится этот кабинет. Теперь он мой. Остальным не стоит даже и мечтать о нём. Отец Мяо расхохотался. Он подумал, что Нин Шу просто ведёт себя своевольно. Чжан Цзясэнь стремительно возвращался в свой кабинет. Он шёл так быстро, что его секретарша не поспевала за ним. ---------- Исполнительный Директор – Цветочная Ваза Секретарша заперла дверь кабинета, а потом обратилась к Чжан Цзясэню, сидящему на диване: - Цзясэнь, разве предыдущий исполнительный директор не ушёл, чтобы оставить эту должность для тебя? Почему это Мяо Мяомяо теперь пришла на работу? Она даже ничего не знает. Чжан Цзясэнь ничего не ответил, поэтому секретарша добавила: - Может она просто хочет ездить с тобой на работу. В голосе секретарши послышалась некоторая ревность, когда она это сказала. Чжан Цзясэнь глубоко вдохнул, а потом сказал: - Ты должна понимать мои чувства. Ты же прекрасно знаешь, какие у меня чувства к тебе, а какие – к Мяо Мяомяо. Когда секретарша увидела, что Чжан Цзясэнь недоволен, она попыталась его утешить. - Цзясэнь, всё будет хорошо. Ты – самый замечательный мужчина, из всех, что я когда-либо встречала. Чжан Цзясэнь задумался на мгновение, а потом позвонил к себе домой в деревню. Трубку взяла его мама. Чжан Цзясэнь прямо спросил: - Мама, как там жила Мяомяо пока была у вас дома? - А как ещё? Как обычно, делала всё то, что должна делать невестка, - беспечно ответила мать Чжан Цзясэня. Её голос был таким громким, что даже секретарша могла всё слышать. Когда Чжан Цзясэнь узнал о том, что его мать заставляла Мяо Мяомяо заниматься всяким тяжёлым трудом и даже посылала её срезать амброзию, то его глаза чуть не выпали из орбит, и он не удержался от того, чтобы сказать: - Мама, как ты могла заставлять её делать подобные вещи? Она же всё равно не умеет их делать. Мать Чжан Цзясэня тут же повысила голос. - А почему это она не умеет их делать? Раз она моя невестка, то просить её выполнять такую работу – это правильное дело! У всех остальных невестки такие же, так что ты имеешь в виду, говоря, что она не умеет делать? Раз она вышла за тебя замуж, то она принадлежит семье Чжан. Она что, обижена из-за того, что её попросили немного поработать? Она тебе пожаловалась? Чжан Цзясэнь потёр свой лоб. Когда он узнал, чем питается его семья, он беспомощно сказал: - Вы с папой уже не такие молодые, так что вам нужно лучше питаться. Уважайте свои тела, как полагается. Мать Чжан Цзясэня тут же рассмеялась. Ей очень нравилось то, что Чжан Цзясэнь проявляет заботу о ней, поэтому она сказала Чжан Цзясэню, чтобы он о себе тоже позаботился. Всё остальное время, на протяжении всей беседы, она больше ни разу не упомянула Мяо Мяомяо, свою невестку. Чжан Цзясэнь закончил звонок. По крайней мере, он теперь понял, почему Мяо Мяомяо в последнее время ведёт себя с ним до странного тихо. Она явно была зла. В первый день работы, отец Мяо провёл Нин Шу по всей компании, чтобы она ознакомилась с ситуацией в каждом отделе. Он даже отвёл Нин Шу на фабрику по производству одежды. На протяжении всего пути Нин Шу постоянно записывала заметки в блокнот. Она заметила некоторые следы коррумпированной деятельности. Например, большая часть используемого материала пропадала зря, а рабочие, похоже, не особо соблюдали трудовую этику и были очень ленивыми. Нужно было установить систему регулирования. Нин Шу была изрядно удивлена, что Чжан Цзясэнь не заметил этих проблем, так почему же он ничего не сказал и просто позволил компании и дальше работать в таком виде? Похоже, что он ждал, пока эта компания станет полностью его, после чего уже и исправит всё. В изначальной истории, Чжан Цзясэнь действительно добился роста компании и даже вывел её на рынок акций. Однако к тому времени Мяо Мяомяо была так далека от компании, что ничего не знала об этом. После того, как Нин Шу весь день ходила, у неё начали болеть ноги. Оставшуюся часть дня она проверяла документы компании, чтобы понять каналы закупки и сбыта компании. Ей нужно было как можно скорее понять происходящее в компании, чтобы защитить многие годы тяжёлого труда отца Мяо. Нин Шу подняла запястье, чтобы посмотреть на часы. Было время уходить с работы, но она решила задержаться допоздна, чтобы просмотреть эти документы. В этот момент снаружи послышался стук. Нин Шу была немного удивлена, потому что на протяжении дня ни один человек не приходил в кабинет исполнительного директора. Никто её не искал. Похоже, что они считали её цветочной вазой. ---------- Самая Прекрасная и Чистая Любовь Это было впервые, когда кто-то пришёл в её кабинет. Нин Шу изобразила серьёзное выражение лица, а потом сказала "Входите". Вошёл человек, держащий в руках букет роз. Эти цветы закрывали его лицо, но, как только Нин Шу глянула на него и увидела, что человек был в деловом костюме, она тут же поняла, кто это. - Для моей жены. Чжан Цзясэнь подошёл к Нин Шу и протянул ей букет роз. Нин Шу приняла розы, а потом слега опустила голову, чтобы понюхать их, слабо улыбаясь. Чжан Цзясэнь глянул на гору документов на столе и его взгляд дрогнул. - Ты всё ещё просматриваешь документы? Уже пришло время уходить с работы. Нин Шу сказала: - Ага, там много всего такого, что я действительно не понимаю, поэтому на это уйдёт много времени. Нин Шу решила сменить тему и с улыбкой сказала: - Ах да, чего это ты так внезапно принёс мне цветы? У меня так может голова закружиться от подобной любви и заботы. Нин Шу положила букет на стол, даже не глянув на него во второй раз. Чжан Цзясэнь спросил: - Мяомяо, они тебе не нравятся? Это было впервые, когда Чжан Цзясэнь дарил ей цветы. В прошлом, когда Мяо Мяомяо узнала о том, в какой ситуации находится семья Чжан Цзясэня, она запретила ему дарить ей подарки. Даже если Чжан Цзясэнь и хотел ей что-то купить, Мяо Мяомяо ему не позволяла. Когда они ходили на свидания, Чжан Цзясэнь был всего лишь обычным рабочим. Большую часть своей зарплаты он отправлял домой. У Мяо Мяомяо душа болела за Чжан Цзясэня, поэтому до сих пор единственным подарком, который Чжан Цзясэнь сделал Мяо Мяомяо – это было обручальное кольцо. Каждый раз, когда Чжан Цзясэнь хотел купить подарок, он делал это прямо на глазах у Мяо Мяомяо. Нин Шу мысленно рассмеялась. Если ты хочешь сделать подарок, то не мог бы ты тайно купить его, а потом уже подарить? Разве тогда Мяо Мяомяо сможет вернуть его или отказаться? Так или иначе, Мяо Мяомяо была девушкой из богатой семьи. Она бы не стала так поступать. Когда Чжан Цзясэнь увидел, что Нин Шу выглядит очень безразличной, он не удержался от того, чтобы спросить: - Мяомяо, тебе не нравятся розы? Нин Шу кивнула. - Мне не нравятся розы, мне нравятся тюльпаны. Значение тюльпанов на языке цветов – это самая прекрасная и чистая любовь. Выражение лица Чжан Цзясэня на мгновение застыло. Похоже, что он не уловил скрытое значение слов Нин Шу. Он потянулся, чтобы взять её за руку и заглянул в глаза, говоря: - Ты ведь злишься, да? Нин Шу наклонила голову, глядя на Чжан Цзясэня и ничего не говоря. Она тихо вытянула свою руку из его хватки. Рука Чжан Цзясэня была очень холодной. - Мои родители самые настоящие крестьяне из глубинки. Они потратили все свои деньги на то, чтобы помочь мне с обучением в колледже, поэтому иногда они слишком сильно экономят. Причём до такой степени, что даже не смеют есть или носить что-нибудь хорошее. Нин Шу покачала головой. - Я их не виню. Честно. Когда я увидела, какая у них трудная жизнь, я осознала, насколько я благословенна. Вот почему я решила научиться хорошо управлять компанией. Нин Шу специально сказала это, чтобы вызвать у него отвращение. На мгновение, в глазах Чжан Цзясэня мелькнул яркий огонёк, но потом он протянул руку и положил её на плечо Нин Шу, нежно улыбаясь. - На сегодня хватит работать. Я пришёл, чтобы отвезти свою жену домой. Нин Шу улыбнулась и взяла свою сумочку. - Ладно. Чжан Цзясэнь тоже улыбнулся. Вдвоём они выглядели как женатая парочка, которая крепко любит друг друга, но у них обоих были свои тайные мысли. Нин Шу и Чжан Цзясэнь шли рядом друг с другом. Когда они добрались до главного вестибюля компании, Нин Шу увидела секретаршу в очках с чёрной оправой, которая ждала у передней стойки. Нин Шу внимательно осмотрела эту секретаршу. Неужели это истинная любовь Чжан Цзясэня? Она явно не была такой же красивой, как Мяо Мяомяо. ---------- Пустой Белый Лист - Директор, вам срочно нужно подписать этот документ, - сказала секретарша Чжан Цзясэню слегка дрожащим голосом. Чжан Цзясэнь поджал губы, а потом быстро подошёл и открыл документ. Он глянул на секретаршу, но секретарша опустила голову и ничего не говорила. Чжан Цзясэнь подписал бумагу. Нин Шу подошла и спросила: - Что это там за документ? Дай поглядеть. Так или иначе, я же исполнительный директор компании. Чжан Цзясэнь поспешно закрыл папку с документом и сказал: - На самом деле там ничего важного. - Если это не такое важное, то почему твоя секретарша так спешила догнать тебя, чтобы ты подписал его? Нин Шу удивлённо подняла брови. Она уже успела заглянуть в папку. Этот, так называемый "документ", был всего лишь пустым белым листом. Должно быть, Чжан Цзясэнь было трудно изображать серьёзность, подписывая совершенно чистый лист бумаги. - Идём домой. Давай не будем говорить о работе после работы. Чжан Цзясэнь взял Нин Шу за руку и повёл к выходу. Нин Шу развернулась и глянула на Чжан Цзясэня, пока в её голове мелькало множество мыслей. Сев в автомобиль, Нин Шу прямо сказала: - Поехали тогда сначала в дом моих родителей. Мой чемодан всё ещё там. Чжан Цзясэнь на мгновение поджал губы, а потом сказал: - Ладно. Когда они приехали, мать Мяо тут же подошла, чтобы поздороваться с Нин Шу и спросить её обо всём, что произошло на протяжении дня: было ли трудно работать, издевался ли кто-нибудь над ней, и прочие всевозможные вопросы… Нин Шу терпеливо ответила на каждый вопрос. Мать Мяо налила Нин Шу тарелку супа и сказала, что это питательный суп, который она сварила специально для неё, после этого она заставила Нин Шу съесть его. После этого мать Мяо налила тарелку и для Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэнь любезно поблагодарил её и, после того, как начал есть, даже похвалил суп за чудесный вкус. Это очень обрадовало мать Мяо. Однако Нин Шу видела, что Чжан Цзясэнь о чём-то волнуется, потому что он постоянно был в прострации. Нин Шу решила, что это, вероятно, из-за секретарши. - Чжан Цзясэнь, я хочу некоторое время побыть дома. Есть некоторые вещи, по поводу которых мне нужно проконсультироваться с моим папой, - сказала Нин Шу. После некоторой паузы Чжан Цзясэнь ответил: - Ладно, тогда я вернусь первым. Нин Шу кивнула. Чжан Цзясэнь надел свой пиджак и ушёл. Нин Шу безразлично наблюдала за тем, как он уходит. - Почему Цзясэнь ушёл? Вы же двое муж и жена, так что плохого в том, что он останется? Вы же ведь уже женаты! – мать Мяо слегка стукнула Нин Шу по лбу. – Почему ты не сказала ему остаться? - Ах, да, верно, мне нужно кое о чём поговорить с Цзясэнем, - сказала Нин Шу а потом взяла ключи и отправилась в гараж. Нин Шу уехала, но не на поиски Чжан Цзясэня. Она отправилась в детективное агентство. Нин Шу прямо сказала главному агенту: - Я хочу, чтобы вы помогли мне расследовать отношения между моим мужем Чжан Цзясэнем и его секретаршей. Нин Шу пододвинула фото Чжан Цзясэня к агенту. - Это Чжан Цзясэнь, а вот первый взнос. - Ладно. Я дам вам знать, когда у меня будут новости. Агент взял фотографию и деньги. Нин Шу вышла из детективного агентства, а потом направилась в китайскую аптеку, чтобы взять кое-какие медицинские ингредиенты, и только потом поехала домой. Что касается того, поехал ли Чжан Цзясэнь на поиски своей маленькой секретарши или нет, то ей было всё равно. Это лекарство было для отца Мяо. Отец Мяо был слишком толстым, поэтому его уровень холестерина был очень высоким. А ещё у него было высокое давление, поэтому его тело было в очень нездоровом состоянии. После того инсульта он так и не очнулся. Когда Нин Шу вернулась, она лично приготовила лекарство. Вообще-то, это даже не считалось за лекарство, так как это было лишь лекарственное блюдо. Так она могла постепенно привести в порядок состояние здоровья отца Мяо. Когда отец Мяо увидел, что его дочь лично приготовила что-то для него, он был очень тронут. Для него было таким счастьем, съесть что-то, что его дочь лично приготовила. - Папа, с этих пор ты должен есть это каждый день и есть больше фруктов и овощей. И воды больше пей. Больше не ешь так обильно, а особенно тебе нельзя пить вино, - Нин Шу загибала пальцы на руке. – Тебе уже пора внимательнее следить за своим здоровьем. Отец Мяо искреннее рассмеялся. - Ты действительно моя милая маленькая дочурка. Ладно, ладно, я сделаю, как ты говоришь. Отцу Мяо было всего лишь около пятидесяти, но в изначальной истории у него внезапно случился инсульт и он умер. Более того, после инсульта он так и не очнулся ни разу. Доктор сказал, что у отца Мяо произошло обильное кровоизлияние в мозг в силу множественного разрыва кровеносных сосудов. ---------- Секретарша Сюэ У Нин Шу всегда были некоторые подозрения по поводу того, как умерли отец Мяо и мать Мяо. Если это действительно было дело рук Чжан Цзясэня, тогда он был ещё более безжалостным, чем она думала. А значит нужно сделать много приготовлений. После ужина Нин Шу спросила у отца Мяо, что он думает о разных вещах и разузнала о людях в каждом отделе, особенно про высокопоставленный персонал. Когда отец Мяо увидел, насколько серьёзно его дочь относится к этому, он рассказал ей всё что знал о сотрудниках компании, ничего не утаивая. А также о тех людях, которые были с ним всё это время. Отец Мяо создал эту компанию своими собственными руками. По его словам, всё, что он мог сделать – это поддерживать её в этом состоянии. И продолжить двигаться вверх будет очень трудно. Были даже времена, когда он чувствовал, что у него осталась лишь воля, но не сила продолжать двигаться. Когда он увидел, насколько искренне Нин Шу интересовалась компанией, он начал подумывать о том, чтобы передать компанию Нин Шу. Изначально, он думал о том, чтобы просто позволить Мяомяо родить ребёнка с фамилией Мяо, чтобы у семьи Мяо был потомок, который сможет унаследовать семейный бизнес. Однако теперь, когда его дочь, которая всегда была неуклюжей, захотела научиться управлять его компанией, он почувствовал, что научить свою дочь – это более реалистичный план, чем ждать ребёнка, следов существования которого ещё даже не существует. Отец Мяо, похоже, захотел передать Нин Шу всё, что он знал. Его слова лились бесконечным потоком. Он говорил о том времени, когда он только начал создавать компанию, когда всё было очень трудным. У Нин Шу слегка заболело сердце. Это были эмоции изначального хоста. Плод труда её отца, его пот и кровь, были украдены Чжан Цзясэнем. Чжан Цзясэнь не только обманул её, но ещё и украл компанию её папы. Нин Шу не знала, с самого ли начала Чжан Цзясэнь приблизился к изначальному хосту с таким мотивом, или его амбиции начали разрастаться из-за его повышений. Однако, учитывая то, как Чжан Цзясэнь уговаривал изначального хоста и лгал ей, Нин Шу решила, что он, вероятно, спланировал это всё заранее. Нин Шу оценила Чжан Цзясэня самым отрицательным образом из возможных. Отчасти, это было ещё и из-за того, что изначальный хост была глупой. Она даже не знала, любит ли её собственный муж. И пока эти мысли мелькали в голове Нин Шу, она всё ещё старательно записывала важную информацию, которую ей выдавал отец Мяо. Они проговорили до поздней ночи. Когда Нин Шу наконец-то вернулась в свою комнату, уже наступила полночь. Нин Шу взяла телефон и позвонила Чжан Цзясэню. Интересно, чем он сейчас занимается? Телефон звенел долгое время, но потом вызов сбросили. Нин Шу улыбнулась и нажала кнопку повтора. Телефон прозвенел ещё некоторое время, после чего вызов сбросили. Улыбка Нин Шу стала ещё шире, когда она снова позвонила. В этот раз телефон был уже отключён. О-хо-хо. Нин Шу была более-менее уверена, что Чжан Цзясэнь сейчас кувыркается в постели с другой женщиной. Её телефонные звонки помешали ему. На следующий день, ранним утром, как только Нин Шу приехала в компанию, она отправилась в кабинет Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэнь был там и что-то обсуждал со своей секретаршей. Нин Шу прямо спросила: - Почему ты вчера сбросил мой звонок? Чжан Цзясэнь был ошеломлён. Он глянул на секретаршу, после чего сказал Нин Шу: - Мне показалось, что это какой-то мошенник звонит, вот я и сбросил. Я был уставшим после работы, поэтому я выключил телефон, чтобы как следует выспаться. Неужели у него на телефоне не определилось, кто звонит? Нин Шу кивнула, словно она приняла это объяснение, в котором дыр было не меньше, чем в швейцарском сыре, а потом посмотрела на секретаршу Чжан Цзясэня и с улыбкой сказала: - Мисс секретарша сегодня выглядит ещё прекраснее. Секретарша вздрогнула. - Красивая помада, - сказала Нин Шу, одобрительно кивая, а потом обратилась к Чжан Цзясэню. – Почему ты не познакомишь меня со своей секретаршей? - Да тут особо незачем знакомить, она же просто секретарша. Ты можешь звать её просто секретарша Сюэ, - небрежно ответил Чжан Цзясэнь. Нин Шу кивнула. Когда она увидела, что цвет лица секретарши Сюэ потускнел, она мысленно улыбнулась. ---------- Дом в Районе Танчэнь - Ах, да, папа сказал, что позволит мне полностью управлять фабрикой, так что я, вероятно, теперь буду очень много времени проводить на фабрике, - сказала Нин Шу. Когда Чжан Цзясэнь услышал это, несмотря на его способность оставаться очень спокойным, он всё равно не смог помешать цвету своего лица измениться. Самой важной частью компании была фабрика. Большинство дизайнеров большую часть времени проводили на фабрике. Вся жизненная сила компании брала начало на фабрике. Поэтому это также было самым лучшим местом для случаев мелкого воровства. Чжан Цзясэнь быстро успокоился и обеспокоенно спросил: - А ты сможешь справиться с такой большой фабрикой? Ты же никогда раньше не управляла такими вещами. Я беспокоюсь, что ты слишком устанешь. - Всё в порядке, папа мне поможет, - с улыбкой сказала Нин Шу. Когда она увидела на лице Чжан Цзясэня следы угрюмости, её улыбка стала даже ещё ярче. Чжан Цзясэнь сжал руку в кулак, спрятав её за спину. Он сжимал кулак так сильно, что на тыльной стороне ладони вспучились вены, но он продолжил улыбаться и сказал: - Моя дорогая жена такая потрясающая. Если тебе нужна будет какая-либо помощь, то приходи ко мне. - Ладно. Нин Шу кивнула, слабо улыбаясь. Хоть она и чувствовала изрядное отвращение, ей всё ещё нужно было сохранять улыбку. Нин Шу подошла к секретарше Сюэ, и протянула руку, чтобы снять её очки. Только после того, как она их сняла, она обнаружила, что секретарша Сюэ сделала очень красивый макияж глаз. Её чёрные глаза казались яркими и полными жизненной энергии, однако, в них была заметна некоторая доля меланхоличности. Секретарша Сюэ была ошарашена действием Нин Шу и сделала шаг назад. Чжан Цзясэнь хотел было сделать шаг вперёд и помешать ей, но вовремя остановил себя. - Секретарша Сюэ такая красивая, очки мешают видеть твои прекрасные глаза. Тебе стоит носить контактные линзы. Нин Шу вложила очки обратно в руки секретарши Сюэ, и секретарша Сюэ поспешно надела их обратно, после чего сказала: - У меня аллергия на контактные линзы. - Вот, значит, как. Нин Шу слабо улыбнулась, а потом грациозно ушла. Секретарша Сюэ вздохнула с облегчением, как только Нин Шу ушла, а потом спросила у Чжан Цзясэня. - Скажи, тебе не кажется, что Мяо Мяомяо что-то знает? - Это невозможно. У неё же нет мозгов, - спокойно сказал Чжан Цзясэнь. Он глянул на секретаршу Сюэ. - Пока мы находимся в компании, не подходи ко мне слишком близко. - Да, я поняла. Секретарша Сюэ закусила губы и стала выглядеть слегка обиженной. - Маньмань, потерпи ещё немного. Мне ведь тоже приходится терпеть, - сказал Чжан Цзясэнь. Тем временем, Нин Шу позвонили из детективного агентства, сказав, что у них есть результаты. Это было довольно быстро. Нин Шу отправилась в оговоренное кафе и агент передал ей папку. Нин Шу открыла папку. Внутри было множество фотографий, на всех были Чжан Цзясэнь и секретарша Сюэ. Все снимки были очень интимными, они там либо держались за руки или обнимались. Однако они все были сняты ночью, поэтому были не очень чёткими. Нин Шу сказала: - Некоторые совсем уж размытые. - Нам и эти было довольно трудно достать. На протяжении дня они едва ли совершали какие-то интимные жесты, - агент посмотрел на Нин Шу. – Ваш муж очень осторожен. Интеллект Чжан Цзясэня брал начало из того факта, что он затаил множество подозрений. Единственная причина, почему детективы смогли заполучить эти снимки – это потому, что на данный момент Чжан Цзясэнь ничуть её не опасается. Он думает, что она просто тупая дурочка. Нин Шу заметила задний план на фотографиях и прищурилась, когда сказала: - А это? - Всё верно, это известный район Танчэнь. Чжан Цзясэнь владеет там домом. Большую часть времени Сюэ Маньмань живёт в нём, - сказал агент. Выражение лица Нин Шу стало холоднее. Один квадратный метр в районе Танчэнь стоит огромное количество денег. Она спросила: - На чьё имя дом? - На имя Чжан Цзясэня. Зрачки Нин Шу расширились. Этот дом стоил как минимум пять миллионов. Неужели у Чжан Цзясэня есть деньги на покупку такого дома? Зарплаты управляющего директора было недостаточно на покупку такого дорогого дома. - Вы уверены? – спросила Нин Шу. – Можете помочь мне добыть копию свидетельства о собственности? - Это немного сложновато. Агент покачал головой. - Деньги не проблема, - сказала Нин Шу. ---------- Свадебная Афера - Я лишь хочу знать, сколько имён записано в свидетельстве, - сказала Нин Шу. Ей было очень любопытно узнать, есть ли в этом свидетельстве имя Сюэ Маньмань или нет. - Я постараюсь придумать какой-нибудь способ, чтобы добывать вам копию свидетельства о собственности. Агент принял оплату Нин Шу. Нин Шу сложила фотографии обратно в папку и сказала: - Расскажите мне о прошлом этой Сюэ Маньмань. Агент глянул на Нин Шу, а потом сказал: - Чжан Цзясэнь и Сюэ Маньмань встречались ещё тогда, когда вместе учились в колледже. После окончания обучения они, вроде бы, расстались. Позже Чжан Цзясэнь женился на вас и, вскоре после вашей свадьбы, Сюэ Маньмань стала секретаршей Чжан Цзясэня. - Вроде бы расстались? Это значит, что эти двое могли и не расставаться вовсе? – сказала Нин Шу агенту. – Помогите мне расследовать это подробнее. Если в этом не найдётся ничего подозрительного, то она будет готова есть дерьмо. Вероятнее всего, Чжан Цзясэнь бросил свою новобрачную жену в деревне, чтобы больше времени проводить с Сюэ Маньмань. А значит, это была свадебная афера. Возможно, Сюэ Маньмань тоже знала обо всём этом и была сообщницей. - Ладно, раз я принял от вас оплату, то, конечно же, я помогу вам добыть эту информацию, - сказал агент и кивнул. - Ах, да, заодно проверьте и историю семьи Сюэ Маньмань, - безэмоционально сказала Нин Шу. Агент кивнул. - Ладно. - Никому не говорите, что я занимаюсь расследованием Чжан Цзясэня и Сюэ Маньмань. Нин Шу прищурилась. - Не волнуйтесь. Работникам нашей профессии тоже нужно сохранять достоинство, - сказал агент, успокаивая её, после чего ушёл с кучкой наличности, которую ему дала Нин Шу. Нин Шу сделала глоток очень горького кофе, а потом отвезла папку с фотографиями в банк и арендовала там сейф для хранения этой папки. Они с Чжан Цзясэнем женаты. Если она будет хранить такие вещи в доме, то Чжан Цзясэнь может их случайно обнаружить. А это было доказательство измены Чжан Цзясэня. При помощи этих фотографий можно будет доказать, что в их браке изменником является Чжан Цзясэнь. Нужно было проверить счета компании. Откуда у Чжан Цзясэня такие деньги на покупку дома? Неужели он тайно переводил деньги на свой собственный счёт? Его нельзя недооценивать. Со счетами явно было что-то не так, раз Чжан Цзясэнь смог добыть так много денег и не быть пойманным. Когда она вернулась в кабинет, она обнаружила, что Чжан Цзясэнь сидит на диване и ждёт её. Когда она увидела, как безукоризненно он был одет, она едва подавила в себе сильное желание растоптать его. Она была в таком бешенстве, но ей всё равно приходилось сохранять лёгкую улыбку. Нин Шу мысленно прочитала очищающую сердце мантру. Чжан Цзясэнь подошёл к Нин Шу. Когда он увидел, что цвет лица Нин Шу был не очень хорошим, он спросил: - Что случилось? Ты выглядишь так, словно над тобой издевались. Расскажи мне, и я отомщу за тебя. Нин Шу: Ха-ха-ха… - Да ничего такого. Я просто немного устала. Я была на фабрике, - сказала Нин Шу и потёрла свой лоб. Чжан Цзясэнь слабо улыбнулся и сказал: - Управление компанией – это не то, чему можно научиться за день или два. Главное, не спеши. Нин Шу кивнула, продолжая размышлять о своём. Легче всего было присвоить деньги во время процесса импорта. Цены на пуговицы и иглы, длину ткани и прочие мелочи можно было легко подправить. То же самое можно было сделать и с оборудованием для шитья одежды. Она глянула на Чжан Цзясэня. Она не планировала ничего спрашивать у него обо всём этом, так как он может тогда насторожиться. Более того, эта компания принадлежит её папе, поэтому если она и найдёт что-то, то может напрямую обратиться к своему папе. Отцу Мяо было проще всего заняться проверкой счетов. - Ты меня зачем-то искал? – спросила Нин Шу. Она глянула на Чжан Цзясэня, который выглядел талантливым и надёжным. Эта хорошая кожа явно была потрачена на него зря, так как внутри он был жадным, эгоистичным, бессердечным безжалостным человеком. На лице Чжан Цзясэня словно бы читалась жалоба, когда он сказал: - Мяомяо, разве тебе не пора уже вернуться домой? Мне дома всегда так одиноко без тебя. Давай уже жить вместе, как и положено. Притворяйся, просто продолжай притворяться! Нин Шу кивнула. - Я вернусь через пару дней. Мне ещё нужно спросить у папы пару вещей. В глазах Чжан Цзясэня промелькнул тёмный свет, когда он спросил: - Мяомяо, ты действительно всерьёз настроена на то, чтобы управлять компанией? - Ага. Это ещё и из-за того, что я увидела твою семью. Я никогда не представляла, что люди могут жить в такой бедности. Только там я осознала, насколько моя жизнь действительно благословлённая. И ради того, чтобы сохранить её такой благословлённой, мне нужно усердно работать. И это небольшое страдание даже не считается. Нин Шу снова подняла эту тему, чтобы вызвать у Чжан Цзясэня отвращение. ---------- Как Исполнительный Директор… На короткое мгновение, на лице Чжан Цзясэня промелькнул след недовольства, но потом он с любовью и обожанием в голосе сказал: - Ты ж моя маленькая принцесса. Даже если ты ничего не будешь делать, то у тебя всегда буду я, обожающий тебя, так что ты всё равно сможешь продолжать жить благословенной жизнью. Нин Шу: Блюёт… Ей очень хотелось сблевнуть прямо в лицо этому человеку. Она не ожидала, что Чжан Цзясэнь сможет сказать нечто подобное. Они никогда не говорил таких слов в изначальной истории. Было ясно, что он не хочет, чтобы она работала в компании, особенно учитывая то, что она занимала должность исполнительного директора. К тому же, она была наследницей этой компанией, главным выбором её отца на то, кто унаследует компанию. И хотя её практически тошнило, она всё равно вынуждена была сохранять лёгкую улыбку. Нин Шу улыбнулась Чжан Цзясэню и сказала: - Я знаю, что ты ко мне очень хорошо относишься. В этот момент послышался стук в дверь, а потом вошла Сюэ Маньмань. Когда Нин Шу увидела Сюэ Маньмань, первым делом ей в голову пришла мысль о том, что та живёт в особняке в районе Танчэнь. Секретарша, которая живёт в подобном доме. Её отношения с Чжан Цзясэнь были понятны, что она его любовница. А может они действительно любили друг друга. - Что такое? – спросила Нин Шу, оценивая взглядом Сюэ Маньмань. Сюэ Маньмань поглядела на Чжан Цзясэня и сказала: - Директор, глава отдела продаж искал вас, чтобы что-то обсудить. Нин Шу подняла брови. Она была почти уверена, что ничего подобного не было. Она догадалась, что Сюэ Маньмань постоянно появляется, когда она и Чжан Цзясэнь были вместе. В прошлый раз она принесла ему на подпись чистый лист, а теперь сказала что-то о главе отдела продаж. Нин Шу с улыбкой сказала: - Тогда, должно быть, это что-то важное. Как исполнительный директор, я тоже должна там присутствовать. Выражение лица Сюэ Маньмань застыло, а потом на нём промелькнула тревога. Нин Шу мысленно холодно рассмеялась. Как она и думала. Это просто отвратительно. Чжан Цзясэнь глянул на Сюэ Маньмань и увидел её встревоженное выражение лица, поэтому тут же начал отговаривать Нин Шу. - У тебя и так тут полно документов. Я и один справлюсь. - Я тоже должна пойти. Если там есть какая-то проблема, то я могу помочь. Нин Шу встала со своего кожаного кресла, но Чжан Цзясэнь надавил ей на плечи, чтобы она села обратно. - Веди себя хорошо и продолжай смотреть документы, ладно? Оставь пока это на меня. После этих слов Чжан Цзясэнь быстро вышел из кабинета. Сюэ Маньмань поспешила за ним. Нин Шу закатила глаза. Она внезапно обнаружила, что её глаза слишком многое замечают. Актёрские навыки этих двоих были очень неуклюжими. Возможно, это было ещё и потому, что она уже знала правду. Теперь, куда бы она ни смотрела, там было полно дыр. Возможно ещё и потому, что они считали её дурой, поэтому они даже не старались скрываться перед ней. В изначальной истории Мяо Мяомяо была домохозяйкой, поэтому она ничего не знала о ситуации в компании и не знала о существовании Сюэ Маньмань, этой секретарши. Она узнала о существовании этого человека только перед самой смертью. Кстати говоря, смерть Мяо Мяомяо была прочно связана с Чжан Цзясэнем и Сюэ Маньмань. Нин Шу даже подозревала, что Чжан Цзясэнь целенаправленно позволил Мяо Мяомяо узнать о существовании Сюэ Маньмань. К тому времени родители семьи Мяо уже умерли, поэтому не было никого, кто мог бы давить на Чжан Цзясэня. Мяо Мяомяо уже была с диагнозом "психологическое расстройство", поэтому, даже если бы что-то и случилось, никто бы ничего не заподозрил. ---------- Показалось, Что это Какой-то Мошенник Звонит Нин Шу не стала обращать внимание на то, что происходит между Чжан Цзясэнем и Сюэ Маньмань. В данный момент она проводила большую часть своего времени на фабрике. Она обнаружила, что множество камер были сломаны. Даже с хорошими камерами рабочие, которые пробыли на фабрике некоторое время, могли с лёгкостью избегать камер. И им не сложно было прихватить такие мелочи как ножницы или нить. И хотя эти мелочи были не очень дорогими, с таким большим количеством народа на фабрике, если каждый человек возьмёт немного, это складывалось в приличную сумму. Нин Шу спокойно взяла немного денег у отца Мяо и нашла профессионала. После того, как рабочие ушли с фабрики, она установила крошечные камеры в наиболее важных местах фабрики, включая хранилище. Отец Мяо поинтересовался, почему Нин Шу не взяла деньги в отделе финансовых дел. Конечно же, Нин Шу не собиралась говорить ему, что это из-за Чжан Цзясэня, который присматривался к компании. Если она возьмёт деньги в отделе финансов, то Чжан Цзясэнь обязательно узнает о том, что она делает. А она не хотела, чтобы Чжан Цзясэнь узнал об этом. Так как она собиралась отвечать за фабрику, ей нужно было взять фабрику под контроль. Она попросила отца Мяо снова проверить бухгалтерские книги, сфокусировавшись на последних двух годах, времени после повышения Чжан Цзясэня. Дом в районе Танчэнь явно был куплен на те деньги, которые Чжан Цзясэнь мошенническим образом вывел из компании. Когда отец Мяо увидел как Нин Шу загорелась проверкой бухгалтерских книг, он выразил своё неодобрение. - Не существует идеально чистых бухгалтерских книг. Есть деньги, которые я просто отправлял на сторону. Я просто считал это оказанием небольшой услуги некоторым людям. Те, кто чувствуют себя виноватыми, будут работать усерднее, поэтому не нужно проверять бухгалтерию. Нин Шу покачала головой и сказала: - Я не ищу мелкие суммы, а крупные. Я просто немного проверяю, так что помоги мне, ладно, папа? Отец Мяо не мог противостоять напору энтузиазма Нин Шу, поэтому он сказал своей секретарше принести бухгалтерские книги и сказал отделу финансов, что он просто хочет проверить оборот средств за последние два года. Когда Нин Шу увидела, что отец Мяо согласился помочь, она вздохнула с облегчением. От одной только мысли о том доме в районе Танчэнь у неё сердце обливалось кровью. Это же были такие огромные деньги! Это всё была кровь, высосанная из семьи Мяо. На протяжении года компания семьи Мяо не приносила большой прибыли. После оплаты производственных затрат и зарплат оставалось не так уж много. Деньги, которые были сворованы, явно ушли в процессе импорта товаров. Они специально докладывали о завышенных ценах. Нин Шу почувствовала ещё большее отвращение к Чжан Цзясэню. Он не только провернул свадебную аферу и изменял, но ещё и крал то, что принадлежит другим. И, ко всему прочему, блин, считал, что это его нужно пожалеть за то, что ему приходилось терпеть, как тесть и тёща смотрят на него свысока. Нин Шу была в кабинете на фабрике, рассматривая одежду, которую недавно разработали дизайнеры, когда ей позвонил Чжан Цзясэнь. Она сбросила звонок, даже не задумываясь. Телефон тут же снова начал звонить, поэтому она снова сбросила. Но он снова начал звонить. В этот раз она лениво взяла телефон и приняла вызов. - Алло. На другом конце послышался голос Чжан Цзясэня. - Мяомяо, почему ты сбросила звонок, когда я тебе звонил? - О, так это ты звонил? Мне показалось, что это какой-то мошенник звонит, а я была занята, поэтому я сбросила вызов, - беспечно ответила Нин Шу. Чжан Цзясэнь тут же перестал говорить про телефонные звонки и глубоко вдохнул, после чего сказал: - Мяомяо, может сначала вернёшься? У нас тут дома случилось кое-что важное. - Что такое? Я немного занята. После этих слов Нин Шу приготовилась повесить трубку. - Мяомяо, скорее возвращайся, ладно? Голос Чжан Цзясэня был очень нежным. По телефону он был даже ещё более магнетическим и чарующим. Нин Шу подняла брови. Что там ещё происходит? - Я сейчас приеду. Дом, о котором говорил Чжан Цзясэнь, был тем, который родители семьи Мяо купили для них. Он был в довольно приличном районе высокого класса. Нин Шу поехала туда. Когда она подошла к двери, она выудила из сумочки ключи. Как только она открыла дверь, то её взгляд сразу упал на грязные следы ног, которые были натоптаны в разных местах по всему фойе. ---------- Я Могу Понять, Что… Дом также был полон тяжёлого запаха дыма. Когда она вошла внутрь, она обнаружила, что в гостиной была очень оживлённая обстановка. Родители семьи Чжан сидели на диване. Отец Чжан Цзясэня курил трубку. Пепел падал на диван и оставлял кучки тёмного пепла. Мать Чжан Цзясэня ела фрукты с кофейного столика и раскидывала шкурки по всему столу. Младшая сестрица Чжан бегала повсюду, разглядывала всё подряд и, спустя несколько мгновений её взгляд наполнялся удовлетворением. Что касается брата-близнеца младшей сестрицы Чжан, то он уже уселся за компьютер и энергично играл во что-то. Тут были и ещё три незнакомца, которых Нин Шу не видела раньше. Они все были похожи на семью. Женщина обнимала девочку трёх лет, а у её мужа явно не было никаких добрых намерений. Он оценивал дом, и время от времени потирал руки. Нин Шу: … Её зрачки расширились, когда на неё нахлынуло дурное предчувствие. Этот дом изначально был довольно большим. Он составлял примерно двести квадратных метров, но с таким количеством людей, набившихся в него, в нём стало очень тесно. - Мяомяо. Ты вернулась? Чжан Цзясэнь вышел из кухни и очень нежно посмотрел на Нин Шу. Нин Шу сделала глубокий вдох, и тем самым набрала полные лёгкие дыма, поэтому она начала кашлять. - Хмф, куда это ты сбежала? Как жена, ты не только не осталась дома, но ещё и заставляешь своего мужа готовить? Мать Чжан Цзясэня тут же начала пытаться установить своё доминирование как свекрови. На ней была тёмная одежда, а кожа была практически чёрной от загара. Она выглядела совсем не к месту в этом роскошном и красивом доме. Мать Чжан Цзясэня, похоже, была явно бесхитростной, но сейчас она выпрямила спину и старательно выпендривалась своим статусом свекрови. - Мама. Женщина, которая держала ребёнка, одёрнула мать Чжан Цзясэня, после чего поприветствовала Нин Шу. - Привет, свояченица. - Мяомяо, это моя старшая сестра Чжан Вэньлань, - сказал Чжан Цзясэнь. Потом он указал на мужчину, стоящего рядом с Чжан Вэньлань, и сказал: - А это – муж моей сестры, Тань Хэюй. Тань Хэюй улыбнулся Нин Шу без капли благодарности, и обнажил свои жёлтые зубы, приветствуя её: - Привет, свояченица. Нин Шу отвела взгляд в сторону. Она посмотрела на эту огромную семью, а потом наклонила голову, глядя на Чжан Цзясэня. Что это за ситуация такая? Это была не просто семья Чжан Даже семья старшей сестры Чжан Цзясэня тоже пришла. Чжан Цзясэнь потянулся за Нин Шу и увёл её за собой на балкон. Он выглядел так, словно подбирает слова. Нин Шу ничего не сказала, но мысленно она холодно рассмеялась, снова глянув на тех людей, что собрались в комнате. Ей очень хотелось узнать, что же планирует сказать Чжан Цзясэнь. - Мяомяо, мама и папа приехали жить с нами, - сказал Чжан Цзясэнь. – Мама и папа всю свою жизнь усердно работали, и им никогда не представлялся шанс насладиться хоть одним благословенным днём. Ради того, чтобы помогать мне, пока я учился в колледже, они пожертвовали всем, что у них было, поэтому мои младшие брат и сестра тоже не смогли насладиться своим детством. Моя старшая сестра тоже всегда пыталась поддерживать меня финансово. Мяомяо, мы же теперь неотъемлемое целое – муж и жена. Мои родители также и твои родители, так что ты можешь меня понять? Я могу понять, что ты грёбанный ублюдок. Она никогда не взяла ни единого цента из семьи Чжан, поэтому у неё не было никакой ответственности по отношению к семье Чжан. А в данный момент Чжан Цзясэнь просто пытался навязать ей эту ответственность, используя в качестве рычага их брак. Это всё равно, что если бы ты занял перед свадьбой много денег, а потом, сразу после свадьбы, ты хочешь, чтобы эта мадам помогла тебе расплатиться с долгами. Продолжай мечтать! Нин Шу уже чуть не взорвалась от гнева. Чжан Цзясэнь действительно считал её дурочкой. Он действительно верил, что она его любит и будет слушаться его во всём. Он хотел, чтобы она поддерживала такую большую семью? А потом ещё может добавиться какая-нибудь седьмая тётушка или восьмой дядюшка. Нин Шу мысленно прочитала очищающую сердце мантру. Я не злюсь, я вовсе не злюсь. Ха. Ха. Ха… ---------- Неудачные Столкновения Нин Шу посмотрела на людей в гостиной. С таким количеством народу, гостиная комната выглядела так, словно там сильный бардак. К тому же, табак, который курил отец Чжан Цзясэня образовывал много дыма, скопившегося в комнате. Мать Чжан Цзясэнь кашлянула, а потом сплюнула на чистый белый напольный кафель. Нин Шу содрогнулась от одной только мысли, что столько взрослых и детей будет жить тут и использовать душ и туалет. Подобная жизнь была предвестником катастрофы. Чжан Цзясэнь имел полное право отплатить этим людям, так как они его вырастили. И теперь, когда Чжан Цзясэнь достиг успеха и создал для себя имя, пришло время ему отплатить им. Однако Чжан Цзясэнь действительно собирался взять на себя ответственность за всех. Он даже привёл сюда свою старшую сестру. Он хотел, чтобы она помогала ему поддерживать такую огромную семью? Если бы это была изначальный хост, то она вполне могла действительно закончить тем, что стала бы прислуживать этой огромной семье. Даже несмотря на то, что Нин Шу старательно повторяла очищающую сердце мантру, она всё равно чувствовала, что вот-вот взорвётся от гнева. Её мнение о Чжан Цзясэня снова обновилось. Этот мужчина был невероятно эгоистичен. Она глубоко вдохнула, а потом спросила: - Неужели вся семья твоей старшей сестры тоже хочет жить тут? Чжан Цзясэнь протянул руку и взял руку Нин Шу, нежно говоря ей: - У моей старшей сестры тоже тяжёлая жизнь. Мой шурин не самый надёжный человек и у него зависимость от азартных игр, поэтому моя сестра привезла его в этот город, в надежде, что он сможет найти стабильную работу и успокоиться. Моя старшая сестра была очень добра ко мне. Она давала мне все деньги, что могла сэкономить, чтобы оплатить моё обучение в колледже, но ей не везёт с людьми, которых она встречает. Теперь, раз она тут, она сможет помочь мне присматривать за мамой и папой. Не везёт с людьми, которых она встречает? Нин Шу чуть было не расхохоталась от гнева. Это Мяо Мяомяо стоит назвать той, кому не повезло с людьми, которых она встретила, раз она повстречала такого волка как ты и потеряла всё, включая собственную жизнь! Ах, Чжан Цзясэнь, Чжан Цзясэнь… Взгляд Нин Шу был очень безразличным, когда она посмотрела на Чжан Цзясэня. Она стряхнула его руку и спокойно сказала: - Твоя старшая сестра хорошо относится к тебе, но не ко мне. Какое это отношение имеет ко мне? Я же не потратила ни единого цента твоих родителей. - Мяомяо, ты… Чжан Цзясэнь был ошеломлён. - Мы же теперь муж и жена, - во взгляде Чжан Цзясэня читалась мольба. – А они – мои родители. Если ты действительно хотел проявить сыновнее благочестие, тогда почему ты не привёз всю семью в свой особняк в районе Танчэнь? Нин Шу не сказала этого, потому что не хотела говорить ни единого слова Чжан Цзясэню. Он был ей настолько отвратителен, что она едва могла его терпеть. К ним подошла мать Чжан Цзясэня и сказала: - Мяомяо, почему ты ещё не начала готовить ужин? Нин Шу безразлично посмотрела на мать Чжан Цзясэня. На чём основывалась её уверенность? Только на том, что Мяо Мяомяо вышла замуж за её сына? Ей не стоит забывать, что единственная причина, почему её сын поднялся туда, где он был – это благодаря семье Мяо. Если ты собираешься кого-то топтать, то всё равно стоит ясно взглянуть на то, кем была другая сторона. - Ты… Что это за поведение такое? Мать Чжан Цзясэня была слегка напугана выражением лица Нин Шу, а потом злобно подошла, чтобы потащить Нин Шу за локоть, но Чжан Цзясэнь остановил её. - Я пойду готовить, подождите немного. Чжан Цзясэнь утянул Нин Шу за собой на кухню, а потом просто попросил её постоять в сторонке. Больше он ни о чём не просил. Нин Шу безразлично наблюдала за тем, как проворно готовит Чжан Цзясэнь. Кстати говоря, Чжан Цзясэнь ни разу не готовил для Мяо Мяомяо на протяжении всей изначальной истории. Это всегда Мяо Мяомяо присматривала за Чжан Цзясэнем. ---------- Это Мой Дом Мяо Мяомяо была девушкой из богатой семьи, но ради Чжан Цзясэня, она намочила свои руки для готовки и уборки. Однако Чжан Цзясэню не было до этого дела. Чжан Цзясэнь быстро приготовил целый стол еды и целая толпа людей роем накинулась на обеденный стол, чтобы рассесться за ним, заняв абсолютно все свободные места. Нин Шу даже негде было присесть, поэтому она даже не стала ничего говорить, а просто взяла свою сумочку и пошла к выходу. Чжан Цзясэнь мог делать всё, что ему хочется. Достаточно немного подождать, и она выкинет всех этих людей из дома одним махом. А когда Чжан Цзясэня не будет с ними, эти люди не смогут дать сдачи. Когда Чжан Цзясэнь увидел, что Нин Шу собирается уйти, он схватил её за руку. Возможно он был зол, потому что он схватил её довольно сильно. Когда Нин Шу почувствовала боль, она прямо сказала: - Что ты делаешь? Мне же больно. Все люди, сидящие за столом, посмотрели на Нин Шу, поэтому Чжан Цзясэнь поспешил ослабить свою хватку и сказать: - Время ужина, куда ты собралась? - Свояченица, можешь сесть тут. Чжан Вэньлань тут же встала из-за стола, чтобы освободить место для Нин Шу. Чжан Цзясэнь не позволил Нин Шу возражать и вдавил её в стул, после чего сел рядом с ней. Под столом Чжан Цзясэнь крепко схватил руку Нин Шу. Он явно использовал этот манёвр, чтобы заставить Нин Шу пойти на компромисс. Нин Шу выдернула руку из хватки Чжан Цзясэня и встала, после чего сказала Чжан Вэньлань: - Ты садись. У тебя же ребёнок. Чжан Вэньлань поспешно махнула рукой и сказала: - Всё хорошо, можешь сидеть, свояченица. Я могу поесть и стоя. Её манера поведения была немного уступающей. Муж Чжан Вэньлань, Тань Хэюй словно попытался выслужиться перед ней, потому что сказал: - Всё верно, она может поесть стоя. Свояченица, ты садись. Нин Шу даже не глянула на этого мужчину. Он так просто унижает свою собственную жену? Эта семейка явно была что-то с чем-то. - Ты ведёшь себя неразумно из-за какого-то простого ужина. Да в какой семье бывает такая невестка, как ты? Мать Чжан Цзясэня была очень недовольна Нин Шу и она явно выразила своё недовольство, пока пыталась установить своё абсолютное превосходство в этой семье. Нин Шу безо всяких эмоций на лице глянула на мать Чжан Цзясэня. Она же не была изначальным хостом, которая действительно считала свою свекровь настоящей матерью. Искренность изначального хоста скормили собакам. Эти люди не видели искренности изначального хоста и принимали её уважение просто как нечто само собой разумеющееся. Словно для изначального хоста было вполне естественно делать всё для них. Термин "злобная свекровь" в точности описывало таких людей, как мать Чжан Цзясэня. Она всегда пыталась притеснять свою невестку, чтобы укреплять своё превосходство. С подобной свекровью, как бы сильно ты ни любила парня, ты не станешь выходить за него замуж. В мире полно мужчин. Нет смысла надеяться, что мужчина тебе поможет, так как в мире также полно и женщин, но вот мать у него одна. Если ты не будешь его женой, то будет другая. Нин Шу была уверена, что в голове у Мяо Мяомяо была яма, раз она была настолько не способна отличить хороших людей от плохих. Впрочем, в итоге, это всё было потому, что её слишком сильно избаловали. Но они действительно вели себя слишком разнузданно на её территории. Когда Нин Шу услышала, что сказала мать Чжан Цзясэня, она тут же перестала изображать вежливость. - Мои родители купили этот дом для меня. Раз вы, ребята, решили остаться в моём доме, то вам меня лучше не провоцировать. Мать Чжан Цзясэня тут же ответила: - Что ты имеешь в виду, говоря, что это твой дом? Этот дом также записан и на имя Чжан Цзясэня. Как же так получается, что это только твой дом? Нин Шу вяло улыбнулась. Глядите, это были последствия того, что изначальный хост совершила импульсивный поступок во имя любви. Теперь эти люди могли праведно заявлять, что этот дом принадлежит им. Чжан Цзясэнь не вложил ни единого цента, но в сертификате на собственность было записано его имя, поэтому его семья могла на законных основаниях говорить, что этот дом их. Нин Шу многозначительно глянула на Чжан Цзясэня. Было ясно, что он рассказал своей семье о ситуации с этим домом. Это был единственный способ, как эти люди могли узнать, что этот дом принадлежит семье Чжан. Чжан Цзясэнь встретил взгляд Нин Шу. Его цвет лица был не очень хорошим и на нём можно было прочитать слабые отголоски гнева. Этот гнев был направлен на Нин Шу. Он винил её в том, что она создаёт неловкую для всех ситуацию. - Хватит уже. Чего вы так много ругаетесь из-за какого-то ужина? Отец Чжан Цзясэня постучал по мраморному столу своей курительной трубкой. Вероятно он не знал, что у мрамора не было деревянной рамы, потому что, когда появилась трещина, его лицо тут же стало тёмно-красным. ---------- В Любом Случае, Первый Ребёнок… - Тут теперь так много людей, я потом куплю стол побольше, - Чжан Цзясэнь помог своему отцу выбраться из этой ситуации, а потом обратился к Нин Шу: - Верно? Мяомяо? Нин Шу слегка погримасничала и опустила голову, игнорируя слова Чжан Цзясэня. На лице Чжан Цзясэня промелькнули следы гнева, но он всё равно сказал: - Давайте есть, давайте есть. В тот момент, когда Чжан Цзясэнь сказал это, все отреагировали так, словно они уже давно голодали и начали запихивать еду в свои рты. Даже стыдливая и робкая Чжан Вэньлань тоже встала у стола, чтобы перехватывать еду для своей дочери. Нин Шу даже не пошевелила своими палочками, поэтому Чжан Цзясэнь сам взял немного еды и положил ей в тарелку. Только после этого она наконец-то начала медленно есть. К этому моменту у матери Чжан Цзясэня рот уже весь был перемазан маслом из еды. Она сказала Нин Шу: - С этих пор, ты должна оставаться в доме, как тебе полагается и не бегать по улице. Давай, скорее рожай ребёнка. Нин Шу отложила свои палочки и спокойно вытерла рот салфеткой, после чего ответила: - Мне нужно отправляться на работу в компанию. А вопрос с рождением ребёнка может подождать немного. Мать Чжан Цзясэня строго посмотрела на Нин Шу. - Женщины должны оставаться дома и обслуживать мужчин. Что это за поведение такое, когда ты весь день где-то бегаешь? Если ты не родишь ребёнка, неужели ты хочешь, чтобы семья Чжан вымерла? Нин Шу: … Она была в такой ярости, но ей всё равно приходилось сохранять улыбку. Она злобно улыбнулась, говоря: - В любом случае, первый ребёнок будет иметь фамилию Мяо, и он будет ребёнком семьи Мяо, так что мне решать, когда я его заведу. Слова Нин Шу ошарашили всех находящихся за столом. Родители Чжан Цзясэня неодобрительно, а мать Чжан Цзясэня, разозлившись, закричала: - Это же семя семьи Чжан, с какой стати у ребёнка будет фамилия Мяо? - Цзясэнь, что это ещё такое? Вопрос отца Чжан Цзясэня был направлен Чжан Цзясэню. Нин Шу изобразила удивление на лице. - А вы не знали? Когда Чжан Цзясэнь пришёл просить моей руки, мой папа сказал, что первый наш с Цзясэнем ребёнок должен иметь фамилию Мяо. Цзясэнь согласился, и поэтому мы поженились. - Мяомяо, - тихим предупреждающим тоном сказал Чжан Цзясэнь. Нин Шу подняла запястье и глянула на свои часы. - Мне нужно возвращаться на работу. Приятного аппетита. Нин Шу взяла сумочку и ушла. Чжан Цзясэнь побежал за ней. - Мяомяо, Мяомяо, подожди. Чжан Цзясэнь трусцой побежал вслед за Нин Шу, чтобы догнать её. Когда он увидел, что она уже открывает дверцу автомобиля, он подошёл и закрыл её. Нин Шу посмотрела на Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэнь слегка нахмурился, а потом смягчил свой тон. - Мяомяо, не злись, ладно? Мои родители из деревни, поэтому они более упрямы в некоторых вопросах. Вот почему я не посмел рассказывать им об этом. В будущем, если тебе есть что сказать, то тебе нужно сначала будет обсудить это со мной. Тогда всё не будет так плохо, как сегодня. Нин Шу чуть не взорвалась от гнева. Ты же согласился на требование отца Мяо только потому, что у тебя изначально были скрытые мотивы. А теперь ты обвиняешь её так, словно его заставили это сделать. Нин Шу холодно сказала: - Ты тоже не сказал мне, что твои родители приедут. Я последней узнала об этом, когда они все уже приехали. Почему ты не обсудил это со мной? - Мяомяо, ты же не была такой, - Чжан Цзясэнь нахмурил брови, изображая разочарованное выражение лица. – Ты же не была такой безрассудной. Нин Шу: Пффф… ---------- Не Из Этой Профессии Нин Шу чуть не стошнило кровью. В прошлом всё произошло так, потому что Мяо Мяомяо было легко обмануть. А теперь, когда она рассказала кое-какую правду, её, каким-то образом, заклеймили безрассудной? Нин Шу оттолкнула Чжан Цзясэня с дороги, села в автомобиль, а потом уехала. Разговаривать с кем-то вроде него – это всё равно, что напрашиваться на бессмысленную головную боль. Всё это было основано на том факте, что Чжан Цзясэнь сейчас был успешен. Если Чжан Цзясэнь всё потеряет, то на каком основании эти люди смогут продолжать вести себя перед ней гордо и высокомерно? Более того, всё, чем сейчас обладала семья Чжан, было дано им семьёй Мяо. Без семьи Мяо, как Чжан Цзясэнь смог бы так быстро взобраться по карьерной лестнице? Полагаясь на кого-то, они ещё и пытались растоптать этого человека. Они поистине были самыми экстремальными персонажами в мире. Поведение семьи Чжан, уверенной в том, что всё это само собой разумеющиеся вещи, было ещё большим поводом для удивления. Возможно, в их сердцах, невестка была лишь существом, принадлежащим к низшему классу. Они считали, что, сколько бы денег ни было у Мяо Мяомяо, она всё ещё была невесткой семьи Чжан, и поэтому она обязана была следовать обычаям и быть подобострастной. Нин Шу с пыхтением выпила бутылку воды, но всё равно не смогла успокоить ярость в своём сердце. Она без перерыва повторяла очищающую сердце мантру. Эта старшая сестрица прошла уже через так много миров, и видела множество экстремальных поводов для удивления. Эта старшая сестрица ни за что не собирается преклоняться перед ними, соглашаясь на поражение. Эта старшая сестрица не злится, совсем не злится. Блять, как же это всё чертовски бесит… В этот момент ей позвонили из детективного агентства. Агент сказал, что он получил то, о чём она просила. Когда Нин Шу приехала в кафе, она открыла папку и первым делом увидела копию свидетельства о собственности. Единственным именем в нём было имя Чжан Цзясэня. Она холодно улыбнулась. Это снова послужило доказательством того, насколько материалистичным и эгоистичным был Чжан Цзясэнь, и то, насколько он был осторожным. Даже несмотря на то, что Сюэ Маньмань была его возлюбленной с самого колледжа, в свидетельстве о собственности было только его имя. Позиция Сюэ Маньмань в его сердце не могла сравниться с его любовью к деньгам. Если он станет бедным, то его, вероятнее всего, будут заботить только деньги. Нин Шу отложила копию свидетельства о собственности. В папке были ещё фотографии интимностей между Чжан Цзясэнем и Сюэ Маньмань. Ох, Чжан Цзясэнь, ха-ха… - Вы закончили расследование ситуации Сюэ Маньмань? – спросила Нин Шу. Агент кивнул. - Да. Сюэ Маньмань из этого города. Её родители работают в государственном предприятии, поэтому она выросла в стабильной и счастливой семье. В ней ничего особо не выделяется, но ей очень нравятся вещи известных брендов. Чжан Цзясэнь купил ей очень много всяких брендовых вещей. Нин Шу усмехнулась. Тщеславная и испорченная девушка, которая любит деньги и эгоистичного, материалистичного парня-феникса. Они – просто прекрасная пара. - Я хочу их более интимные фотографии, вроде фотографий того, что они в постели. Если это будет видео, то так даже лучше, - сказала Нин Шу. Агент пожал плечами. - Это очень трудно. Нин Шу спокойно сказала: - Я верю, что вы, ребята, справитесь с этим. Даже кто-то вроде меня, не из этой профессии, может придумать способ. Например, притвориться уборщиком и установить небольшую камеру в спальне, чтобы снять видео. Насколько это может быть сложно? Агент: … - Ладно, но цена… Агент посмотрел на Нин Шу. Нин Шу подняла брови. - Я и так уже вам много дала, сделайте скидку. Она заплатила агенту, а потом положила остальные улики в сейф в банке. После тяжёлого трудового дня её мозг совсем устал. Чжан Цзясэнь тоже обладал особой способностью разозлить человека до такой степени, что он не может нормально думать. Нин Шу перевела все деньги со своего банковского счёта на другую карточку, потому что эта карточка уже была привязана. Все оплаты за коммунальные услуги и за обслуживание дома снимались с этой банковской карты. Этот дом находился в районе высокого класса, поэтому и оплаты за обслуживание были не шуточными. Однако за всё это платила Мяо Мяомяо. Чжан Цзясэнь не вложил в этот дом ни единого цента. У Мяо Мяомяо в голове не только была яма, но она ещё и была размером с кратер от метеорита. Она настолько супер замечательно заботилась о Чжан Цзясэне, что этот Чжан Цзясэнь мог заботиться о ком-то ещё. Нин Шу лучше скормит эти деньги собакам. По крайней мере, собака будет вилять людям хвостом и лаять. А если эти деньги бросить в воду, то они издадут всплеск. Однако если она даст их этим людям, то эти люди просто примут это как должное. Они тратили её деньги, жили в её доме, и при этом ещё хотели обращаться с ней как со служанкой. Когда Нин Шу вернулась домой, первым делом она приготовила лечебное блюдо для отца Мяо. Она сама лично сделала это, так как могла считать себя доктором. Так или иначе, она была ученицей божественного доктора. ---------- Тебе На Меня Совсем Наплевать! Нин Шу очень беспокоилась о здоровье отца Мяо. Она не хотела, чтобы он умер даже не дожив до шестидесяти лет, как это было в изначальной истории. У всей семьи Мяо явно была судьба коротких жизней, особенно у Мяо Мяомяо. Однако это всё было из-за того, что Мяо Мяомяо привела волка в их дом, что и стало причиной уничтожения семьи Мяо. Ещё в изначальной истории явно произошло что-то, с чем не смог смириться отец Мяо, и это привело к тому, что кровь прилила к его голове, отчего там и лопнули вены. После этого он так и не очнулся. Вот почему Нин Шу была очень обеспокоена здоровьем отца Мяо. Пока отец Мяо пил лечебное блюдо, которое приготовила его дочь, он глянул на неё и увидел, что цвет лица его дочери был не очень хорошим. - Что случилось? У тебя всё лицо перекосило. Неужели на работе что-то не получается, или ты поссорилась с Чжан Цзясэнем? - Да ничего такого, - сказала Нин Шу. Она не хотела рассказывать отцу Мяо об инциденте с семьёй Чжан. Если отец Мяо отправится разбираться с семьёй Чжан, то из-за гнева у него может случиться сердечный приступ раньше времени. Нин Шу решила сменить тему и спросила: - Пап, как там идёт проверка бухгалтерских книг? Когда всплыла эта ему, выражение лица отца Мяо стало таким же, как и у Нин Шу. Он глянул на Нин Шу и ничего не сказал. Нин Шу поняла, что отец Мяо что-то нашёл, поэтому она спросила: - Пап, ты нашёл что-нибудь? - Нет, это просто мелкое изменение. Не нужно об этом задумываться, - сказал отец Мяо, опуская голову и продолжая пить лечебный суп. Нин Шу была почти уверена в том, что отец Мяо нашёл маленький хвост Чжан Цзясэня, и молчал об этом только потому, что беспокоился о её чувствах. Когда она добудет достаточно сильные доказательства того, что Чжан Цзясэнь ей изменяет и положит их перед отцом Мяо, то отец Мяо обязательно начнёт рассказывать ей о том, что он обнаружил. В итоге, причина, почему руки отца Мяо связаны – это из-за неё. Нин Шу вздохнула. Из-за низкого интеллекта изначальный хост навредила не только себе, но она даже навредила другим. Нин Шу решила, что ей нужно добавить ещё больше очков в собственный интеллект. Всё это произошло потому, что родители семьи Мяо слишком сильно обожали свою Мяо Мяомяо и позволили Мяо Мяомяо вырасти с такой наивной личностью. Если Мяо Мяомяо столкнулась бы с мужчиной, который действительно её любит, и ему понравится её личность, то она будет жить благословенной жизнью. Но на неё нацелился Чжан Цзясэнь, этот беспринципный волк. Её наивный характер стал её фатальной слабостью. Чжан Цзясэнь топтался по этой слабости, чтобы медленно пожирать семью Мяо по кусочкам. Нин Шу помылась и уже собралась ложиться спать, когда позвонил Чжан Цзясэнь. Первым делом Чжан Цзясэнь начал уговаривать Нин Шу. - Мяомяо, не надо больше злиться. Возвращайся домой, ладно? Мама и папа тебя ждут. Нин Шу завернулась в одеяло и холодно ответила: - Цзясэнь, уже 11 часов вечера. Снаружи так холодно и время позднее. Ты совсем не беспокоишься о том, что я могу оказаться в опасности? – Нин Шу устроила непомерную истерику. – Ты меня совсем не любишь! Тебе на меня совсем наплевать! Ты даже не беспокоишься о том, что я могу простыть или попасть в беду. Ты меня совсем не любишь! Сразу после этого выключила телефон. У неё явно должно быть что-то не в порядке с головой, если она сейчас побежит через холод, чтобы вернуться в дом, полный невероятных персонажей. Мяо Мяомяо поистине была слишком покорна перед Чжан Цзясэнем, раз он так безразлично относился к ней. Цвет лица Чжан Цзясэня был пепельным, после того, как он повесил трубку. Все в доме смотрели на него, поэтому Чжан Цзясэнь почувствовал, как в нём закипает гнев по отношению к Мяо Мяомяо. Он снова позвонил ей, только что бы обнаружить, что она выключила свой телефон. Зрачки Чжан Цзясэня слегка вздрогнули от шока. Он был шокирован поведением Мяо Мяомяо. ---------- Банкомат Недоступен И хотя Чжан Цзясэнь считал Мяо Мяомяо глупой, он всё равно понимал, что у неё был нежный и мягкий характер. Эта нынешняя Мяо Мяомяо вызывала у него дурное предчувствие. Отношение Мяо Мяомяо к нему неуловимо изменилось с тех пор, как она вернулась из деревни. Чжан Цзясэнь чувствовал, что с этой Мяо Мяомяо стало немного труднее иметь дело. Одним из величайших поводов для гордости Чжан Цзясэня был тот факт, что он смог заставить Мяо Мяомяо, эту девушку из богатой семьи, всем сердцем влюбиться в него, но теперь всё пошло наперекосяк. Чжан Цзясэнь потёр свой лоб. Он уже начал жалеть о том, что закинул Мяо Мяомяо в деревню. Неужели те трудные дни смогли отполировать интеллект Мяо Мяомяо? - Цзясэнь, когда она вернётся? Замужняя женщина остаётся где-то допоздна и не возвращается домой? Если бы это произошло в древние времена, то её бы утопили в клетке для свиней за то, что она не следует обычаям. Мать Чжан Цзясэня уже устала ждать. Было уже около полуночи. У себя в деревне, к этому времени, они уже давно и глубоко спали. Чжан Цзясэнь ответил: - Уже поздно, поэтому она сказала, что вернётся завтра. Сегодня она осталась в доме родителей. Мать Чжан Цзясэня стала ещё более недовольной. - Она всё ещё ходит в свой материнский дом, хоть уже и вышла замуж? Раз она теперь в семье Чжан, то она может принадлежать только семье Чжан. Когда Чжан Цзясэнь услышал слова своей матери, он почувствовал, что это несколько неуместно. - Мама, Мяомяо теперь ведь моя жена, так что относись к ней немного получше. Сейчас она исполнительный директор компании и может даже унаследовать эту компанию. Нам нет никакой выгоды портить с ней отношения. Мать Чжан Цзясэнь пристально посмотрела на него. - Зачем женщине управлять компанией? Женщины должны оставаться дома и присматривать за семьёй. Пусть она передаст компанию тебе. Такие вещи нужно оставлять мужчинам. Женщины должны сидеть дома, заводить и воспитывать детей. Чжан Цзясэнь поджал губы, глядя на свою мать, но ничего не сказал. Отец Чжан Цзясэня курил свою трубку. Выпустив клубы дыма, он сказал Чжан Цзясэню: - Оставь пока свою жену в покое. Лучше найди для своего шурина должность в компании. - Всё верно, шурин, найди мне работу. И лучше, чтобы она была на расслабоне. Ты же знаешь, что я не могу заниматься тяжёлым физическим трудом, это слишком утомительно, - небрежно сказал Тань Хэюй. Когда Чжан Цзясэнь глянул на него и увидел, что Тань Хэюй явно выглядит ненадёжно, он нахмурил брови. Однако он увидел, что Чжан Вэньлань, которая сейчас обнимала своего спящего ребёнка, смотрит на него с надеждой и мольбой во взгляде. Он не мог сказать ей "нет", поэтому кивнул и сказал: - Ладно, но раз у него нет никаких сертификатов об образовании, то я могу назначить его лишь на работу на фабрике. - Тоже сойдёт. Отец Чжан Цзясэня постучал своей трубкой по столу, словно соглашаясь с этим. После этого Тань Хэюй спросил у Чжан Цзясэня: - Шурин, можешь сделать меня директором мастерской? Брови Чжан Цзясэня слегка нахмурились, а в его взгляде промелькнул мрачный гнев. Тань Хэюй немного напугался этого и перестал говорить. - Старший брат, можешь дать мне немного денег? Я впервые в таком месте, поэтому хочу немного пройтись по магазинам. Одежды в городе очень красивые, - сказала младшая сестрица Чжан. А потом глаза младшей сестрицы Чжан завертелись от идеи. - Старший брат, вообще-то не нужно давать мне свои деньги. Я завтра позвоню Мяо Мяомяо. Тогда у меня будет тот, кто за всё заплатит. Лицо младшей сестрицы Чжан наполнилось гордым восторгом. Она считала себя очень умной. Однако Чжан Цзясэнь нахмурился. Если бы это была прежняя Мяо Мяомяо, то он был уверен в том, что она станет вести себя как банкомат, но насчёт нынешней Мяо Мяомяо он уже не был так уверен. Более того, она весь день была занята делами компании. У неё едва хватало времени на то, чтобы встречаться с ним, так как она вообще могла найти время, чтобы сводить младшую сестрицу Чжан по магазинам? Чжан Цзясэнь достал из своего кошелька несколько купюр и дал ей младшей сестрице Чжан. - Твоя свояченица вынуждена работать, поэтому у неё нет времени на то, чтобы сходить с тобой по магазинам. Вот, возьми деньги и сходи, купи себе всё, что захочешь. Младшая сестрица Чжан взяла деньги, но её выражение лица было недовольным. Тратить деньги собственного брата – это совсем не то, что тратить деньги других людей. Она не чувствовала никаких угрызений совести, когда тратила чужие деньги. Особенно, когда это были деньги Мяо Мяомяо. Кто просил её иметь так много денег? Чжан Цзясэнь чувствовал себя немного раздосадованным, поэтому он пошёл на балкон, чтобы покурить. Спустя некоторое время пол покрылся сигаретными бычками. ---------- Должна Сделать Меня Директором Мастерской Ранним утром следующего дня Чжан Цзясэнь привёл своего шурина в компанию на поиски Нин Шу, но ему сказали, что она ушла на фабрику. Чжан Цзясэнь вытер лицо, а потом привёл Тань Хэюя на фабрику. Когда Нин Шу услышала от Чжан Цзясэня, что он хочет чтобы она нашла для Тань Хэюя, она глянула на Тань Хэюя, который оживлённо оглядывался по сторонам своими глазами-бусинками. Она мысленно холодно рассмеялась. Когда Чжан Цзясэнь увидел, что Нин Шу ничего не говорит, он спросил: - Ты не можешь? Нин Шу с улыбкой сказала: - Раз это ты меня просишь, то я, конечно же, подберу для свояка подходящую должность. Когда Чжан Цзясэнь увидел, что Нин Шу улыбнулась ему как прежде, то его сердце немного успокоилось. Он волновался, что она всё ещё злится на него и не позволит ему сохранить лицо. - Тогда я оставлю назначение на тебя. Ты сегодня днём собираешься возвращаться в компанию? Мы уже давно с тобой вместе не обедали. Мы можем сходить в тот западный ресторан, который тебе нравится. Я чуть позже зарезервирую столик, ладно? Чжан Цзясэнь нежно говорил с Нин Шу, слегка наклоняясь к ней, чтобы с теплом заглянуть в глаза Нин Шу. Нин Шу проигнорировала выражение страсти Чжан Цзясэня и лишь подняла своё запястье, чтобы посмотреть на часы. После этого она сказала: - Вероятнее всего, я не смогу пойти. Мне всё ещё нужно кое-что сделать позже. Давай в другой раз поговорим о том, чтобы сходить на обед вместе. Во взгляде Чжан Цзясэня промелькнул след недовольства. В прошлом он был центром мира Мяо Мяомяо, но теперь она целыми днями думала о работе. На лице Чжан Цзясэня появилось выражение беспомощности. - Моя жена – трудоголик, что же мне делать? Я чувствую себя брошенным. Нин Шу улыбнулась, словно утешая его. - Не волнуйся, я тебя ни за что не брошу. Чёрта с два ты так легко отделаешься. После того, как Чжан Цзясэнь ушёл, Нин Шу глянула на Тань Хэюя, который глядел на неё с заискивающей улыбкой. Она сразу назначила его на перевозку товаров, то есть, его работой было загружать готовые продукты в грузовики. Когда Тань Хэюй услышал, что ему придётся делать, его выражение лица наполнилось разочарованием. Он надеялся быть директором мастерской, но теперь ему придётся заниматься физическим трудом. - Свояченица, мы же часть одной семьи, может, дашь мне работу полегче? Ты должна была как минимум сделать меня директором мастерской, а иначе из-за моей должности ты можешь потерять лицо, - заискивающе сказал Тань Хэюй. Нин Шу: Ха. Ха. Директором мастерской? Да у тебя явно возвышенные мечты. - Хоть свояк и часть семьи, в компании есть свои правила. Если я прямо отдам тебе должность директора мастерской, то множество людей не будет с этим согласно. Если ты будешь постепенно работать в этом направлении, то тебя, в итоге, повысят и ты станешь директором мастерской, - безо всяких эмоций сказала Нин Шу. Тань Хэюй потёр свой подбородок. Он подумал, что его свояченица права в этом, поэтому он пошёл носить товары. Однако Тань Хэюй поистине переоценил себя. Как мог ленивый ублюдок вроде него выдержать такую тяжёлую работу? Ведь раньше он всегда наслаждался тем, что ему прислуживают, и ему ничего не нужно было делать. Нин Шу мельком посмотрела на него, а потом развернулась и ушла. У неё были более важные дела. Она собиралась принять участие в дизайне одежды. Она трансмигрировала во всевозможные миры, которые разнились от древней эпохи до современности, поэтому она видела много разных мод. Конечно, у неё не было способностей к работе дизайнера, поэтому она просто выдала дизайнерам несколько предложений, чтобы добавить несколько новых и модных элементов. Однако всё, что было придумано по этим подсказкам обрело атмосферу свежего веяния. Чжан Цзясэнь ушёл с фабрики и вернулся в компанию. Как только он вошёл в свой кабинет, он увидел Сюэ Маньмань, склонившуюся и поливающую цветы. Её попка была очень сексуально оттопырена. Так как Сюэ Маньмань носила облегающую юбку, то от этого её попка выглядела очень круглой и привлекательной. У него зачесалась рука, чтобы шлёпнуть по ней, но он сдержал свой импульс. Ведь это был кабинет. Когда Сюэ Маньмань обернулась и увидела Чжан Цзясэня, на её лице появилась улыбка, но потом она проворчала: - Цзясэнь, почему ты не приходил ко мне в гости в последнее время? Ты что, был с Мяо Мяомяо? Чжан Цзясэнь сел в кресло и потёр свой лоб. На его лице показалось изнеможение. - Нет, мои родители приехали из деревни. Мяо Мяомяо вернулась к своим родителям. ---------- Подумала, Что Ты – Один Из Них Сюэ Маньмань была немного удивлена. - Тётушка и дядюшка тут? Может мне навестить их? - Не нужно. Чем больше ты делаешь, тем больше оставляешь следов. Будет не очень хорошо для тебя приходить ко мне в дом, пока ты скрываешься под личностью секретарши, - сказал Чжан Цзясэнь. Сейчас и так всё было слишком запутанно, поэтому он не хотел, чтобы Сюэ Маньмань тоже была в этом замешана. Сюэ Маньмань немного огорчилась. - Почему? Ты же можешь придумать какой-нибудь повод. Учитывая то, насколько тупая Мяо Мяомяо, она даже ничего не заметит. - Мяо Мяомяо тупая, но вот её родители – нет. Веди себя хорошо, ладно? – строго сказал Чжан Цзясэнь. Сюэ Маньмань тактично отступила, прекрасно зная, что она не может так просто появляться перед родителями Чжан Цзясэня. Когда она увидела, что цвет лица Чжан Цзясэня был немного нездоровым, она сказала: - Пойдём тогда ко мне, расслабимся немного? Чжан Цзясэнь ничего не сказал. Его глаза прищурились, когда он погрузился в размышления. Когда Сюэ Маньмань увидела Чжан Цзясэнь таким, она знала, что он задумался о чём-то важном. Она была с ним со времён колледжа, так что естественно знала его привычки. Однако его профиль, когда он был в такой глубокой задумчивости, был просто гипнотизирующим и прекрасным. Чжан Цзясэнь в последнее время чувствовал себя немного уставшим, поэтому, уйдя с работы, он отправился с Сюэ Маньмань в резиденцию в районе Танчэнь, и провёл там около часа, сначала занимаясь предварительными ласками в душе, а потом перейдя к настоящему действию. После этого он проигнорировал попытки Сюэ Маньмань уговорить его остаться. Сказав ей несколько утешающих слов, он натянул свои штаны и ушёл. Нынешняя ситуация была немного странной. Чжан Цзясэнь не хотел, чтобы кто-нибудь получил информацию, которую мог использовать против него. Но больше всего ему было неловко из-за поведения Мяо Мяомяо. Ему нужно было стабилизировать отношения с Мяо Мяомяо. Она была зла и затаила на него обиду ещё с тех пор, как вернулась из деревни. Нынешний Чжан Цзясэнь теперь очень сожалел о том, что оставил её в деревне. В это время, Сюэ Маньмань была очень обижена, потому что он женился на Мяо Мяомяо, несмотря на то, что любил Сюэ Маньмань с самого колледжа. И поэтому он тогда решил оставить Мяо Мяомяо в деревне на некоторое время, чтобы он мог утешить этим Сюэ Маньмань. Ему удалось исправить всё с Сюэ Маньмань, но теперь возникла какая-то проблема с Мяо Мяомяо. Когда Чжан Цзясэнь приехал на фабрику, он увидел, что Нин Шу находится на складе и проверяет ткань, поэтому он быстро подкрался к ней, чтобы обнять. Нин Шу была ошарашена и без колебаний подняла ногу, чтобы топнуть по стопе того, человека, что был позади неё. Она даже использовала каблук, чтобы удар был больнее. Чжан Цзясэнь тихо застонал от боли и тряхнул ногой. Когда Нин Шу обернулась и увидела, что это был Чжан Цзясэнь, на её лице отразился преувеличенный шок. - Цзясэнь, это ты? Ты в порядке? Почему ты ничего не сказал? Я думала, что это какой-то извращенец. Твоя нога в порядке? Лицевые мускулы Чжан Цзясэня дрожали, но его выражение лица всё ещё было полно беспомощности, когда он посмотрел на Нин Шу. - Ладно, хватит уже злиться, ладно? Я знаю, что ты много страдала в деревне. Это была моя вина. Нин Шу прищурилась. Чжан Цзясэнь действительно был умелым в том, чтобы быть упорным и податливым когда это необходимо. В тот момент, как он приблизился, Нин Шу почувствовала ароматный запах мыла. Он мылся в душе посреди белого дня? Ха. Ха. Он ушёл и занимался чем-то, а теперь изображает своё обожание и любовь перед ней? Он постоянно мечется туда-сюда между двумя женщинами. Даже Нин Шу почувствовала за него усталость. Но он был не единственным, кто умел играть свою роль. Нин Шу покачала головой, глядя на Чжан Цзясэня, и сказала: - Я не злюсь, я просто обижена. Твои родители, похоже, не считают меня частью своей семьи. Я думала, что твои родители приняли меня, вот почему мы смогли пожениться. Но, похоже, это не так. Чжан Цзясэнь объяснил: - Они же люди из деревни, поэтому их взгляды отличаются от наших. У них нет никаких плохих намерений. Причина, по которой они относились к тебе подобным образом, причина, почему они не старались быть с тобой вежливыми, это потому, что они считали тебя одной из них. ---------- Явно Доминировал В Рейтинге Чжан Цзясэнь очень терпеливо объяснил Нин Шу, что семья Чжан относится к ней, как одной из них, как к части семьи. Вот почему они были так прямолинейны в своих словах, вот почему они не были с ней вежливыми, почему они заставляли её делать те вещи, почему они так любили придираться к ней. И хотя их слова были неприятными, это всё было только ради её блага. Нин Шу: … Тогда, пожалуйста, не относитесь к ней так, словно она одна из них. Её совершенно не интересуют страдания от такой пытки. Нин Шу состроила гримасу. Чжан Цзясэнь полностью избегал главной темы и пытался сфокусироваться на побочных деталях. Это ведь явно был случай, когда злая свекровь пытается издеваться над своей невесткой, но, когда это проходило через рот Чжан Цзясэня, то, каким-то образом, это превращалось в приятные слова. Нин Шу снова освежила своё знание о дрянных людях, благодаря паршивости Чжан Цзясэня. Из всех дрянных людей, что она встречала прежде, Чжан Цзясэнь явно доминировал в рейтинге за первый номер. Не нужно бояться дрянного человека, по-настоящему нужно лишь бояться, когда дрянной человек получает образование. Нин Шу даже не знала, как возразить на речь, которую произнёс Чжан Цзясэнь. Когда Чжан Цзясэнь увидел, что Нин Шу ничего не говорит, он протянул рук и погладил её по голове. - Не надо больше злиться, ладно? В твоём возрасте очень легко слишком сильно злиться. Приходи сегодня домой, ладно? Нин Шу опустила голову. Её взгляд заметался в смятении, а потом она тряхнула головой и сказала: - Я пока не могу вернуться. Папа просматривает бухгалтерские книги, так что мне нужно ему помочь. - Он просматривает бухгалтерские книги? Когда он начал? Почему это он внезапно решил их проверить? – выражение лица Чжан Цзясэня было немного шокированным. – Почему я об этом не знаю? - Да всего пару дней. Папа просто хочет посмотреть, сколько прибыли получила компания за последние пару лет, - небрежно ответила Нин Шу. – Так что мне тоже нужно помочь. - Вот, значит, как, - Чжан Цзясэнь кивнул, а потом с улыбкой сказал. – Раз у тебя столько работы, то можешь пока не возвращаться. Я отвезу тебя домой. Мне тоже нужно кое-что обсудить с твоим папой. Нин Шу кивнула. Она специально сказала ему о проверке бухгалтерских книг. Всё же, ей нужно было посмотреть, что он будет с этим делать. Когда она вернулась домой и отец Мяо увидел, что она вернулась вместе с Чжан Цзясэнем, он ничего не сказал и обращался к Чжан Цзясэню, так же, как и всегда. Это немного озадачило Нин Шу. Неужели отец Мяо ничего не обнаружил? Перед лицом родителей семьи Мяо Чжан Цзясэнь относился к Нин Шу чуть более внимательно, чем обычно. Например, он всегда подкладывал ту еду, которая нравилась Нин Шу, нет, вообще-то, это была еда, которая нравилась Мяо Мяомяо. Он всегда показывал свою любовь и обожание к Нин Шу, даже в небольших жестах. Нин Шу принимала внимание и заботу Чжан Цзясэня без каких-либо опасений. Раз он так хотел проявлять свою заботу, то не нужно было её отвергать. Это всё равно лишь напоказ. Чжан Цзясэнь, похоже, почувствовал, что этого всё равно недостаточно, и поэтому он хотел остаться на ночь. К этому моменту у Нин Шу были возражения. Он же сегодня занимался этим с Сюэ Маньмань. Неужели он ещё и с ней хочет заняться этим ночью? Нин Шу глянула на нижнюю половину Чжан Цзясэня. Выдержит ли она такое напряжение? Чжан Цзясэнь перехватил взгляд Нин Шу и приподнял свои красивые брови. Его взгляд был соблазнительным. Он явно решил, что Нин Шу хочет заняться этим. Помывшись в душе, Чжан Цзясэнь лёг на постель и обнял Нин Шу. - Мяомяо, давай заведём ребёнка. Нин Шу улыбнулась и кивнула. - Ладно. На лице Чжан Цзясэня появилась улыбка, но потом Нин Шу сказала: - Но если я сейчас заведу ребёнка, то как же быть с работой? И твои родители не согласятся с тем, чтобы у ребёнка была фамилия Мяо. Наши семьи обязательно поссорятся. Цзясэнь, по правде говоря, я очень боюсь твою маму. Я не хочу, чтобы из-за ребёнка начался конфликт между мной и твоей мамой. Выражение лица Чжан Цзясэня наполнилось удивлением, когда он услышал, что сказала Нин Шу. - Кто тебе такое сказал? Мяо Мяомяо с её-то мозгами никак не могла подумать о таких вещах. Чжан Цзясэнь раздосадовано почесал затылок. ---------- Просто Захотелось Пить Сделать Мяо Мяомяо беременной – это был наилучший способ разрешить это безвыходное положение. Если Мяо Мяомяо забеременеет, то она, естественно, перестанет работать. Однако Чжан Цзясэнь не знал как возразить на те разумные слова, которые выпалила Мяо Мяомяо. Мяо Мяомяо делала это ради обеих их семей, но от этого факта Чжан Цзясэнь чувствовал себя только хуже. Больше всего его злило то, что нынешняя Мяо Мяомяо больше не была покорной. Резкий взгляд Чжан Цзясэня прошёлся по лицу Нин Шу, пристально изучая её сантиметр за сантиметром. На его губах снова появилась улыбка. - Не важно, какая фамилия будет у ребёнка, Мяо или Чжан, это всё равно будет наш ребёнок. Нин Шу тоже улыбнулась. - Ты прав. После этого она зевнула, завернулась в одеяло и приготовилась спать. Чжан Цзясэнь нежно положил руку на плечо Нин Шу и спросил: - Мяомяо, почему папа внезапно решил проверить бухгалтерские книги? Разве с бухгалтерией что-то не так? Нин Шу была бодра как никогда, но продолжала вести себя так, словно она очень сонная и гнусаво сказала: - Папа просто решил, что прибыль компании уменьшилась и поэтому он решил проверить бухгалтерию. Он подозревает, что кто-то занимается присвоением средств компании. Чжан Цзясэнь прищурился и сказал: - С такой обстановкой, как сейчас, когда над нами нависает экономический кризис, нам и так уже хорошо, что мы имеем хоть какую-то прибыль. Множество компаний уже вышли из бизнеса. - Так твой папа нашёл что-то? – Чжан Цзясэнь продолжил уговаривать Нин Шу. – Если у нас действительно есть кто-то, кто занимается присвоением средств, то мы ни за что не можем позволить такой пиявке оставаться в нашей компании. Нин Шу зевнула и сказала: - Кажется он что-то нашёл. В последнее время он очень зол. Нин Шу почувствовала, как рука Чжан Цзясэня на её плече на мгновение дрогнула. После этого Чжан Цзясэнь нежно сказал: - Если тебе хочется спать, то ты спи. Нин Шу замедлила своё дыхание, чтобы это выглядело так, словно она уснула. Вскоре она почувствовала, что Чжан Цзясэнь встал. Когда она открыла глаза, она увидела, что Чжан Цзясэнь курит на балконе. Его одинокая фигура на балконе выглядела словно призрак. Чжан Цзясэнь долго простоял на балконе, держа в пальцах зажжённую сигарету. Наконец, он спустился вниз. Нин Шу последовала за ним вниз босиком и услышала, как Чжан Цзясэнь разговаривает с женщиной на кухне. Нин Шу внимательно прислушалась к голосу женщины. Похоже, что это была одна из служанок семьи Мяо, которая работала на семью Мяо вот уже много лет. Голоса Чжан Цзясэня и служанки были очень тихими, поэтому Нин Шу не могла расслышать, о чём они говорят. Поэтому она решила просто войти на кухню и спросить: - Что это вы тут делаете вдвоём? Чжан Цзясэнь был совершенно невозмутим при виде Нин Шу. Он поднял кружку, которую держал в руке и сказал: - Мне просто захотелось попить, но не мог найти кружку, поэтому я попросил тётушку Пин помочь мне. А ты зачем спустилась вниз? Нин Шу перевела взгляд на лицо тётушки Пин и тётушка Пин тут же сказала: - Я проснулась, чтобы сходить в туалет и увидела, что молодой господин что-то ищет на кухне, поэтому я помогла ему найти кружку. Нин Шу ведь даже не спрашивала ничего, так зачем было ей объясняться? Нин Шу кивнула, словно поверила в это объяснение. Чжан Цзясэнь сделал глоток воды, а потом спросил у Нин Шу: - А ты чего ещё не спишь? И почему ты спустилась вниз не обувшись? Сегодня холодно, а что если ты простудишься? - Когда я проснулась, тебя не было ни в постели, ни в туалете. Я подумала, что ты уехал домой. Нин Шу сонно потёрла глаза. Чжан Цзясэнь выпил остатки воды в кружке. Отставив кружку, он подошёл к Нин Шу, взял её на руки, словно принцессу и тепло улыбнулся ей. - Я отнесу тебя наверх. Тогда твои ноги не замёрзнут. Нин Шу улыбнулась, ничего не говоря, и позволила Чжан Цзясэню отнести её наверх. Когда она оглянулась назад, она увидела, что тётушка Пин выглядит немного взволнованной, когда она спешила обратно в свою комнату. Нин Шу прищурилась, проследив за ней взглядом. Когда она отвела взгляд от служанки, он упал на красную отметину под ключицей Чжан Цзясэня. Обычно она была скрыта, когда он был в застёгнутом костюме, но пижама обнажила это место. Нин Шу: Ха. Ха. Ха. ---------- Нужно Проявлять Умеренность Чжан Цзясэнь был довольно умелым в том, что дома носил развевающийся красный флаг, а вне дома всё ещё размахивал разноцветным флагом. Однако всё это основывалось на том, что Мяо Мяомяо была девушкой простой и её можно легко обхитрить. Мяо Мяомяо, вероятно, никогда и не представляла себе, что Чжан Цзясэнь будет ей изменять. У неё была необъяснимая вера в Чжан Цзясэня. Нин Шу невольно задумалась, о чём он разговаривал со служанкой посреди ночи. Неужели у него даже с этой служанкой что-то было? Нужно было присмотреться к тётушке Пин. Чжан Цзясэнь отнёс Нин Шу в постель, положил её, а потом прижал ноги Нин Шу к своей груди. Нин Шу была ошарашена и рефлекторно попыталась выдернуть свои ноги, но Чжан Цзясэнь прижал их к себе и не отпускал. В его голосе было обожание и любовь, когда он сказал: - Не двигайся. Почему ты не надела тапочки, прежде чем спускаться вниз? Я помогу тебе согреть ноги, а иначе ты не сможешь нормально уснуть. Тело Чжан Цзясэня было очень тёплым. Нин Шу чувствовала, как по её ногам расходится приятное тепло. Она прищурилась. Этот мужчина действительно был… Неудивительно, что он одержал победу над Мяо Мяомяо. Поэтому Нин Шу оставила ноги на груди Чжан Цзясэня безо всяких колебаний. Так действительно было очень тепло. Чжан Цзясэнь тихо усмехнулся, отчего его грудь завибрировала. Нин Шу спросила: - Ты над чем смеёшься? - Да ни над чем таким. Я просто думал о том, что наш будущий ребёнок обязательно будет очень милым, прямо как ты, - с улыбкой сказал Чжан Цзясэнь. В мягком освещении спальни его взгляд был очень нежным и тёплым. Нин Шу: →_→ Вместо того, чтобы лечь спать, как полагается, он решил разыграть сцену укрепления их чувств? И ей даже приходится сдерживаться и отвечать ему. Это действительно был такой троллинг. Нин Шу продолжила мысленно читать очищающую сердце мантру. Она очень хотела сказать Чжан Цзясэню, что его штуковину видно невооружённым глазом. И всё же, ей приходилось вести себя так, словно она ничего не знала. По сути, это было как испытание. Однако Нин Шу обнаружила пользу от очищающей сердце мантры. Она могла успокоить эмоции человека и даже развеять негативные чувства, которые прежде накопились в её сердце. В данный момент Чжан Цзясэнь отказывался спать и Нин Шу тоже не давал, выражая всяческую глубокую любовь к ней. Нин Шу просто хотела пнуть его. Он был так полон энтузиазма, так что явно что-то задумал. Из-за этого, утром следующего дня, цвет лица Нин Шу был не очень хорошим, так как она не смогла выспаться. Даже у Чжан Цзясэня цвет лица был немного хуже. Когда мать Мяо увидела это, она прикрыла свою улыбку и сказала: - Хоть вы, ребята, молоды и здоровы, но вам всё равно нужно проявлять умеренность. Нин Шу: →_→ Чжан Цзясэнь улыбнулся и весело глянул на Нин Шу, после чего сказал: - Понял. Мать Мяо озорно улыбнулась. Между ними ничего не произошло, но Чжан Цзясэнь вёл себя так, словно они всю ночь занимались этим. Вся семья вчетвером села завтракать. Тётушка Пин принесла всем завтрак. Нин Шу наблюдала за тётушкой Пин. Эта служанка была самой главной в семье Мяо, и она хорошо знала все закоулки этого дома. Тётушка Пин поставила перед отцом Мяо салат и молоко. Это была идея Нин Шу, чтобы отец Мяо ел больше салата по утрам ради его же собственного здоровья. ---------- Людям Нелегко Было Эволюционировать И всё же, она обнаружила тётушку Пин и Чжан Цзясэня на кухне прошлой ночью, и это было даже посреди ночи. Нин Шу не подозревала, что у Чжан Цзясэня есть какие-то прелюбодейские отношения с тётушкой Пин, так как тётушке Пин было уже пятьдесят. Однако она была вполне уверена, что между ними есть какие-то особые отношения. Отец Мяо не любил есть траву, поэтому он с беспомощностью в голосе сказал Нин Шу: - Людям нелегко было эволюционировать, чтобы забраться на вершину пищевой цепи, но ты заставляешь папу каждый день есть траву. Папа хочет есть мясо. Нин Шу пожала плечами. - Ладно. Раз ты выглядишь таким жалким, то я позволю тебе сегодня поесть пирожков с мясом. Отец Мяо тут же отодвинул салат в сторону и начал пить соевое молоко и есть ютяо и пирожки с мясом. Нин Шу сказала тётушке Пин: - Можешь это унести. Тётушка Пин была немного ошарашена, а потом сказала: - Да. После этого она унесла салат. Взгляд Чжан Цзясэня слегка дрогнул, но он продолжил молча есть. После завтрака Чжан Цзясэнь приготовился отправиться на работу вместе с Нин Шу. Когда они сели в автомобиль, он очень нежно помог ей застегнуть ремень безопасности. Однако Нин Шу сказала: - Я и сама могу это сделать, не нужно надо мной так хлопотать. - Я хочу сделать это для тебя. Я хочу быть для тебя хорошим мужем, - сказал Чжан Цзясэнь, поворачивая руль. Нин Шу едва успела остановить себя от того, чтобы закатить глаза. Действия Чжан Цзясэня были не от любви, а от желания обмануть её. - Мяомяо, твой папа рассказал как проходит проверка бухгалтерских книг? Его цвет лица был не очень хорошим этим утром, - небрежно спросил Чжан Цзясэнь, словно просто пытался поддержать лёгкую беседу. Нин Шу небрежно ответила: - Папа сказал, что кто бы это ни был, он будет серьёзно наказан. Но папа не сказал мне, кто это. - Вот как, значит, - на лице Чжан Цзясэня читалось лёгкое возмущение. – Так папа не сказал тебе, кто это? Нин Шу покачала головой. - Не сказал, но он был очень зол. Вероятно, это тот, кому папа очень доверял. Зрачки Чжан Цзясэня расширились и он поджал губы больше ничего не говоря. Когда они приехали в компанию, они столкнулись у входа с Сюэ Маньмань, которая шла на работу. Нин Шу оценила Сюэ Маньмань с головы до пят и её взгляд притормозил у ног Сюэ Маньмань. На ней была пара туфель известного бренда. И хотя их стиль был неброский, Нин Шу всё равно смогла их узнать. Она мысленно рассмеялась. Когда придёт время, она заставит их выложить все те деньги, что они украли, плюс проценты. Когда Сюэ Маньмань увидела Чжан Цзясэня вместе с Мяо Мяомяо, её выражение лица немного изменилось, и она быстро подошла, чтобы поздороваться с Чжан Цзясэнем и Нин Шу. С выражением профессиональной секретарши, она сказала Чжан Цзясэню: - Директор, у вас собрание в десять часов. Нин Шу с улыбкой спросила: - А что за собрание? Я тоже пойду на него. С тех пор, как я начала работать в компании я не была ни на одном собрании. Чжан Цзясэнь небрежно ответил ей: - Да это не настолько важное собрание, просто по поводу продаж. Разве тебе не нужно идти на фабрику? - Ах, да, мне сейчас нужно идти на фабрику. Нин Шу кивнула, а потом повернулась и ушла. Как только Нин Шу ушла, Чжан Цзясэнь повернулся к Сюэ Маньмань со слегка недовольно нахмуренным лицом. - Не надо больше ничего выдумывать. А иначе мы что-нибудь да упустим. Сюэ Маньмань закусила губы и слегка опустила голову, словно чувствуя себя немного обиженной. Чжан Цзясэнь толкнул дверь кабинета и Сюэ Маньмань последовала за ним. - Будь внимательнее. Я не хочу провалиться на подходе к успеху, так что перед Мяо Мяомяо нужно вести себя более осторожно, а иначе она обязательно что-нибудь обнаружит, - Чжан Цзясэнь потёр свой лоб. – Мяо Чжи в последнее время просматривает бухгалтерские книги. Я больше не могу тебя навещать. Выражение лица Чжан Цзясэня стало немного мрачнее. - Финансовый отдел даже не оповестил меня о том, что Мяо Чжи просматривает бухгалтерские книги. Когда Сюэ Маньмань услышала о том, что проверяют бухгалтерские книги, на её лице промелькнуло взволнованное выражение и она поспешно спросила: - Неужели ты думаешь, что он найдёт информацию о тебе? - А чего тут суетиться-то? Что я такого сделал? С какой стати они должны находить информацию обо мне? Чжан Цзясэнь холодно глянул на Сюэ Маньмань. Сюэ Маньмань тут же взяла себя в руки и сделала глубокий вдох. Когда она увидела насколько невозмутимым был Чжан Цзясэнь, её сердце, которое трепетало от беспокойства, постепенно тоже успокоилось. Что бы там ни было, Чжан Цзясэнь обязательно сможет с этим справиться. Как только Нин Шу пришла на фабрику, ей сказали, что самые последние дизайны одежды были украдены. Испытывая сильные угрызения совести, дизайнер сказала: - Я забыла убрать дизайны в сейф, когда уходила, и оставила их на столе. В итоге, когда я проснулась и пришла сюда этим утром, они пропали. Последний комплект весенних дизайнов был плодами тяжёлого труда. Они были результатом тяжёлой работы Нин Шу и всего отдела дизайна. Она планировала создать большой всплеск при помощи этих новых весенних дизайнов, но теперь эти дизайны пропали. ____________________ * Ютяо — блюдо китайской кухни, представляющее собой жаренные во фритюре до золотисто-коричневого цвета нарезанные полоски теста. ---------- Кража Коммерческих Тайн Как только Нин Шу услышала, что те дизайны исчезли, её первой реакцией было то, что где бы ни оказались те дизайны, их уже теперь можно считать испорченными. Дизайны были украдены. Это явно было тем, на что могли пойти только конкуренты. Нин Шу медленно обвела взглядом лица дизайнеров. А потом она отправилась проверять записи камер наблюдения. К её удивлению, человеком, который украл дизайны, оказался шурин Чжан Цзясэня, Тань Хэюй. Когда Тань Хэюй пришёл работать на фабрику, он всем хвастался, что Нин Шу его свояченица, и что Чжан Цзясэнь его шурин. На записях камер наблюдения Тань Хэюй пришёл в кабинет дизайнеров. Охранник службы безопасности пыталась его остановить, но Тань Хэюй пригрозил его уволить, говоря, что эта фабрика принадлежит его свояченице. После того, как он вошёл в кабинет, он начал рыться повсюду. Когда он увидел дизайны на столе, он запихнул их себе в карман и убежал. Нин Шу: … Она сразу же уволила дизайнера, которая оставила дизайны на столе. Эта дизайнер отреагировала с изумлением и спросила: - Почему? Какое вы имеете право меня увольнять? - Из-за твоей беспечности, компания потерпела такие огромные убытки. Ты действительно думаешь, что всё ещё можешь оставаться в компании? На лице дизайнера появилось возмущение. Она сняла свой бейдж и бросила его на пол. - У меня нет никакого желания оставаться в компании, которая не отличает правильного от неправильного! Дизайнер развернулась, чтобы уйти, но Нин Шу холодно сказала: - Погоди минутку. Ты не можешь просто так уйти. Я уже вызвала полицию. Ты подозреваешься в краже коммерческих тайн. Когда она просматривала записи с камер наблюдения, у неё сложилось впечатление, что эта дизайнер сделала всё нарочно. Она специально оставила дизайны на столе, чтобы Тань Хэюй мог их украсть. Лицо дизайнера наполнилось возмущением, словно её ложно обвинили. - Я ничего не крала! Как вы можете обвинять меня в краже дизайнов?! - Вы обвиняете меня, даже не имея каких-либо доказательств, - дизайнер достала свой телефон, чтобы позвонить Чжан Цзясэню. – Вы только недавно пришли в компанию. Вы меня совсем не знаете. Выражение лица Нин Шу было очень безразличным, когда она наблюдала за тем, что дизайнер звонит Чжан Цзясэню. Спустя полчаса примчался Чжан Цзясэнь. Разобравшись в ситуации и посмотрев записи камер наблюдения, он спросил у Нин Шу: - Когда эти камеры были установлены? Нин Шу холодно улыбнулась. - Сейчас же не то время, чтобы беспокоиться о камерах, верно? Твой шурин украл дизайны, и с этим дизайнером тоже есть проблемы. Чжан Цзясэнь плотно нахмурил брови, встревожившись. - Директор, я не крала эти дизайны! Я проработала в компании так много лет. У меня не было повода красть эти дизайны. Вы можете обвинить меня в беспечности, но вы не можете повесить на меня кражу. Репутация очень важна для дизайнеров. Если меня станут считать воровкой, то какая компания посмеет принять меня на работу? – возмущённо сказала дизайнер. – С какой стати мне делать нечто такое, что разрушит моё собственное будущее? Тем временем, Тань Хэюя привела охрана. Он всё ещё матерился, даже когда охранники притащили его. - Тань Хэюй, - Чжан Цзясэнь холодно посмотрел на Тань Хэюя. – Ты действительно совсем не изменился. Чжан Цзясэнь схватил Тань Хэюя за воротник и подтащил к компьютеру, чтобы тот мог увидеть кадры с камеры безопасности. Как только Тань Хэюй увидел эти кадры, он тут же начал молить о пощаде. - Кое-кто пришёл ко мне и сказал мне поискать бумаги, на которых есть рисунки одежды. Он дал мне двадцать тысяч. Это больше, чем я бы заработал за несколько месяцев тяжёлого труда. - Ты проклятый ублюдок! Чжан Цзясэнь ударил кулаком Тань Хэюя, и тот вскрикнул от боли, когда упал на пол. ---------- Должна Быть Быстрой и Решительной Нин Шу безразлично наблюдала за действиями Чжан Цзясэня. Когда Чжан Цзясэнь увидел такую Нин Шу, он поднял Тань Хэюя за воротник и ударил его ещё несколько раз. Наконец, он озлобленно потёр свой лоб и сказал Нин Шу: - Мяомяо, прости меня. Ещё в деревне он был склонен к кражам, но мы думали, что переехав в город он изменится и станет лучше. Мы никогда не думали, что он станет такой большой проблемой. Даже если его убить, этого будет недостаточно для наказания. Самое важное сейчас – это переделать дизайны весенних стилей. Мы не должны позволять, чтобы об этом вопросе кто-то узнал. Если рабочие узнают, что мы потеряли дизайны, и что они могут лишиться своей работы, то это создаст панику, - тихим голосом сказал Чжан Цзясэнь. – Сначала нам нужно разобраться с самыми важными вопросами. Нин Шу посмотрела на Чжан Цзясэня и в её голове промелькнули всевозможные мысли. На мгновение у неё даже появилось ощущение, что за всем этим стоит Чжан Цзясэнь. - Кто дал тебе деньги? – спросила Нин Шу, повернувшись к Тань Хэюю, который корчил гримасы боли. Тань Хэюй сказал: - Я его не знаю. Он узнаёт только деньги. Снаружи послышались сирены полиции. Когда Чжан Цзясэнь услышал их, он в шоке посмотрел на Нин Шу. - Ты вызвала полицию? Нин Шу холодно рассмеялась. - Раз он совершил такой плохой поступок, то он вполне имеет право на наказание. Цзясэнь неужели ты хочешь вытащить из этого наказания своего шурина? Чжан Цзясэнь в шоке уставился на Нин Шу. - Мяомяо, когда это ты стала такой? Выражение лица Нин Шу было холодным. - Мне так папа сказал. Если я хочу управлять компанией, то мне нужно быть быстрой и решительной. Только так можно сделать подчинённых послушными. Когда пришли полицейские, Нин Шу сразу же сказала им арестовать Тань Хэюя. В этот раз Тань Хэюй был действительно напуган и по его лицу потекли слёзы и сопли. Он закричал в сторону Нин Шу и Чжан Цзясэня: - Шурин, я совершил ошибку! Прости меня, пожалуйста, спаси меня! Я не хочу отправляться в тюрьму! Нин Шу вела себя так, словно она крайне зла и ничего не говорила, изображая холодное выражение на лице. Выражение лица Чжан Цзясэня наполнилось беспомощностью. - Забудь об этом. Пришло время преподать тебе урок. Тань Хэюя утащили в полицейскую машину, а потом сирены постепенно затихли вдалеке. Однако атмосфера в кабинете осталась удушающей. Нин Шу посмотрела на женщину-дизайнера. - Начиная с сегодняшнего дня, ты уволена из компании и больше никогда не будешь принята на работу. Дизайнер закусила губы, потом глянула на Чжан Цзясэня, после чего развернулась и ушла. Чжан Цзясэнь вздохнул, а потом протянул руку, чтобы погладить Нин Шу по голове. - Не надо больше злиться. Сейчас самое важное – это всё исправить. Нин Шу ухмыльнулась Чжан Цзясэню. - Новые дизайны будут готовы очень скоро. Зрачки Чжан Цзясэня слегка расширились, но он вздохнул с облегчением и сказал: - Это хорошо. С этим вопросом разобрались, но Чжан Цзясэнь не стал сразу уходить. Вместо этого он остался рядом с Нин Шу, чтобы утешать её. Нин Шу прищурилась, обдумывая всё произошедшее. В этом событии было слишком много совпадений. Из всех сотрудников компании конкурентам удалось выбрать Тань Хэюя, у которого были приводы за кражу. Когда Чжан Цзясэнь увидел, что Нин Шу погрузилась в размышления, он спросил: - Ты о чём задумалась? - Да ни о чём таком. Ты можешь возвращаться, я тут сама справлюсь, - сказала Нин Шу. Чжан Цзясэнь нежно обнял Нин Шу и утешил её. - Мяомяо, вот это и есть управление компанией. Всевозможные вещи могут внезапно случиться. Мяомяо, у тебя такой нежный характер, так что тебе наверняка будет трудно справиться с подобными вещами. Не перенапрягай себя, а то у меня за тебя душа болит. В глубине души я желаю, чтобы ты жила счастливой и благословенной жизнью, в которой тебе не нужно будет так много работать и терпеть так много неприятных вещей. Нин Шу небрежно ответила: - Давай посмотрим, как дальше будет. - Если тебе будет слишком тяжело, ты только скажи мне. Я могу помочь тебе со всем. Чжан Цзясэнь поцеловал Нин Шу в макушку, отчего у неё всё тело покрылось мурашками. После этого Чжан Цзясэнь похлопал её по плечу и ушёл. Нин Шу посмотрела на спину Чжан Цзясэня. И почему это его спина выглядела такой самоуверенной, словно он совершил какое-то достижение? А что если всё действительно так, как она думала? Ради того, чтобы создать ей проблемы, Чжан Цзясэнь даже решил пожертвовать своим собственным шурином? ---------- Это То, Чего Вы Хотели Так как дизайны были украдены, то не оставалось иного выбора, кроме как переделать их. Им нужно было поспешить с дизайнами. Уже почти пришло время для показа весенних коллекций, поэтому, если они не поспешат, то им потом нечего будет продавать. Этот вопрос был явно не на обычном уровне сложности. Нин Шу потёрла свой лоб. Те элементы, которые она использовала раньше, больше использовать нельзя. Она была почти уверена, что те дизайны уже попали в чьи-то другие руки. Дизайнерам пришлось работать сверхурочно, чтобы начать создавать новые дизайны. Нин Шу тоже почти не спала, так как следила за процессом дизайна. Но она не специализировалась на дизайне, поэтому, если она выдаст слишком много идей, то это только помешает дизайнерам. Поэтому она лишь периодически предлагала идею или элемент, после чего позволяла дизайнерам самостоятельно развивать идею. Нин Шу с шумом выпила кружку кофе, а потом потёрла тёмные круги под глазами. В это время ей позвонили из детективного агентства. Когда она пришла в кафе и увидела кофе, то она почувствовала жажду и залпом выпила кружку кофе. Агент: {Глыть глыть}… - Что вам удалось добыть в этот раз? – спросила Нин Шу. Агент пододвинул ноутбук в сторону Нин Шу, а потом нажал на воспроизведение. Нин Шу посмотрела на экран и увидела два обнажённых и переплетённых тела. Выражение лица Чжан Цзясэня было наполнено радостью и было чарующе сексуальным, в то время как на лице Сюэ Маньмань было выражение удовольствия. Они переплетались друг с другом, словно змеи. Нин Шу сочла это зрелище очень отвратительным. Она проверила дату и время записи. Как она и ожидала, это было снято в тот день. Днём он был с Сюэ Маньмань, а вечером сказал, что хочет завести с ней ребёнка. Ха. Ха. Ха. Нин Шу безразлично смотрела видео. Вскоре, с видео начали доноситься довольно смущающие звуки. В кафе было довольно тихо, поэтому эти резкие, пронзительные и постыдные звуки заставили всех посмотреть на Нин Шу. Нин Шу тут же захлопнула ноутбук. С этим доказательством, победа была у неё в руках. Агент достал из ноутбука USB-флешку и протянул её Нин Шу. - Это то, чего вы хотели. Нин Шу взяла USB-флешку и кивнула. - Да, это оно. После этого она сделала несколько копий содержимого USB-флешки и положила ту в сейф в банке. В процессе сбора доказательств, Нин Шу обнаружила, что она стала набирать их всё больше и больше. Она копила их, словно маленькая белочка, которая набирает гору шишек. Однако сейчас было ещё не время поднимать тему развода. Будет лучше сломать всё сразу. Когда Нин Шу вернулась на фабрику, как только она вошла в здание, она услышала крик, который был похож на завывания призрака. Когда она зашла в кабинет, она обнаружила мать Чжан Цзясэня, которая сидела на полу и шлёпала руками по полу, с криками: - Какая ты бессердечная дрянь! Как может существовать такая злобная невестка? Ты даже отправила своего собственного свояка в тюрьму! Множество рабочих собрались вокруг матери Чжан Цзясэня и перешёптывались. Мать Чжан Цзясэня была не единственной, кто пришёл сюда. Тут также была старшая сестра Чжан Цзясэня, Чжан Вэньлань, которая даже рыдала. Тем временем отец Чжан Цзясэня сидел на стуле с лицом цвета пепла. Когда мать Чжан Цзясэня увидела, что Нин Шу пришла, она тут же бросилась в сторону Нин Шу: - У тебя чёрное сердце! Почему ты отправила своего свояка в тюрьму?! - Свояченица, я тебя умоляю, пожалуйста, выпусти Тань Хэюя, - Чжан Вэньлань даже встала на колени перед Нин Шу. – Сколько бы недостатков у него ни было, он всё равно мой муж. Если он попадёт в тюрьму, то что же делать мне и моей дочери? - Невестка, это же считается семейной проблемой, как ты можешь раздувать её до такой степени? Если есть какая-то проблема, то её нужно решать дома. Семейные скандалы не должны выноситься на публику. Из-за твоих действий семья Чжан изрядно потеряла лицо. У отца Чжан Цзясэня было честное лицо, а выражение было строгим. Его нынешняя аура была очень похожа на ауру Чжан Цзясэня. Это было абсолютное достоинство главы семьи. ---------- Семейные Скандалы Не Должны Выноситься На Публику Нин Шу столкнулась с обвинениями семьи Чжан, едва только вошла, но она осталась спокойной и первым делом разогнала собравшихся тут рабочих, чтобы они продолжили работать. Закрыв дверь кабинета, она тихо спросила: - А вы что тут делаете, ребята? - Свояченица, прошу тебя, не отправляй отца этого ребёнка в тюрьму. Как мы с моей дочерью сможем жить без него? Чжан Вэньлань умоляла Нин Шу и рыдала так, словно небеса рушатся. Нин Шу спокойно сделала глоток кофе. Они не смогут без него прожить? А ведь они должны жить даже лучше без мужчины, который даже не поддерживает свою семью. Они не могут отделить себя от мужчин? Они не могут жить без мужчины? Это была величайшая скорбь женщин. Каким бы ублюдком ни был мужчина, женщина всё равно не сможет уйти от него, потому что у неё нет уверенности и отваги, чтобы жить самостоятельно. Нин Шу посмотрела на жалкую Чжан Вэньлань. Однако у всех жалких людей есть то, к чему они питают ненависть. Чжан Вэньлань уже была такой мелочной и подлой, что была не более чем грязью. В этом мире всегда таилось так много злобы по отношению к женщинам. - Мяо Мяомяо, если ты не вытащишь своего свояка из тюрьмы, то я тебе этого так не спущу! – сказала мать Чжан Цзясэня, скрежеща зубами. – Ты настоящий позор! Как ты могла сделать нечто подобное? Ты же отправила члена своей собственной семьи в тюрьму! - А вы хоть знаете, что сделал Тань Хэюй? Он украл дизайны одежды компании и продал их за деньги. Из-за него компания потеряла как минимум два миллиона долларов, - безо всякого выражения сказала Нин Шу. Отец Чжан Цзясэня сказал: - Даже если так, тебе нужно было сначала поговорить с семьёй, прежде чем делать то, отчего все узнают о скандале в семье Чжан. Твои действия показывают, что ты не принимаешь во внимание своего мужа. Нин Шу с улыбкой сказала: - Цзясэнь тоже согласился на это. Если у вас есть с этим какие-то проблемы, то идите и ищите Цзясэня. - Цзясэнь ни за что бы так не поступил. Это наверняка из-за того, что ты настояла на этом. Мать Чжан Цзясэня указала пальцем прямо на Нин Шу, практически тыча ей в нос. - Уходите. Мне нужно работать. Если есть что обсудить, то мы поговорим об этом дома, - холодно сказала Нин Шу. Однако мать Чжан Цзясэня отказалась уходить и продолжила настаивать на том, чтобы Нин Шу вытащила её зятя из тюрьмы. Нин Шу уже начала терять терпение, поэтому она просто позвала охрану, чтобы они их прогнали. Поэтому мать Чжан Цзясэня начала просто орать у входа на фабрику, проклиная свою невестку за то, какая она ужасная и бессердечная. Тем временем Чжан Вэньлань просто стояла на коленях у входа и рыдала. Так продолжалось на протяжении нескольких дней. Нин Шу знала, что мать Чжан Цзясэня пыталась заставить её поддаться, используя в качестве рычага общественное мнение. Однако Нин Шу это никак не беспокоило. Все рабочие с фабрики полагались на семью Мяо, которые подавали им чаши с рисом. Неужели они станут оскорблять своего работодателя просто ради каких-то людей, которых они даже не знают? Чжан Цзясэнь ни разу не показывал своего лица на протяжении всего этого инцидента. Он лишь названивал Нин Шу и говорил, что извиняется от лица своей матери, что мать просто слишком беспокоится о его шурине, и что он изо всех сил старается отговорить свою мать, чтобы она больше не говорила такой лжи. Однако мать Чжан Цзясэня продолжала приходить ко входу на фабрику по часам, словно она тут работала, и продолжала стенать, словно наступает конец света. На контрасте с матерью Чжан Цзясэня, которая устраивала шумную и чрезмерную сцену, Чжан Вэньлань пошла более слабым путём, и просто стояла на коленях, тихо рыдая. Иногда она даже приводила свою дочь, чтобы та стояла на коленях рядом с ней. Нин Шу не знала, как ей на это реагировать, то ли смеяться, то ли плакать. Однако она продолжила их игнорировать. Если они хотят поднимать шумиху, то пусть поднимают. Более того, Чжан Цзясэнь явно специально позволял этому продолжаться. Судя по его способностям, было крайне маловероятно, что он не смог бы отговорить свою мать от этого, или самостоятельно вытащить Тань Хэюя. Он специально подговаривал свою мать и сестру, чтобы они заставляли Нин Шу терять лицо перед рабочими, тем самым нанося ущерб её престижу в компании. Нин Шу лишь холодно рассмеялась и продолжила игнорировать этих людей. Если обращать внимание на подобных людей, то их поведение становится лишь более экстремальным. ---------- Тем, Кого Ненавидят После непрерывной работы дизайны были наконец-то закончены, и фабрика могла начать производство весенних дизайнов. К этому времени отец Мяо тоже узнал о матери Чжан Цзясэня. Как только Нин Шу вернулась домой, отец Мяо посмотрел на неё с душевной болью во взгляде и спросил: - Почему ты не рассказала нам об этом? Эта семья просто сборище ублюдков. Мать Мяо тоже была в ярости. - Если бы мы знали, какие это люди, то мы бы ни за что не позволили тебе выйти замуж за эту семью. Цвет лица отца Мяо стал ещё хуже. Он был так зол, что его лицо уже было немного фиолетовым. Как только Нин Шу увидела это, у неё возникло дурное предчувствие и она поспешила попытаться его успокоить. Он выглядел так, словно из-за гнева у него сильно поднялось кровяное давление. Нин Шу поспешно крикнула матери Мяо: - Мам, скорее принеси иглу. Мать Мяо тоже видела, что с отцом Мяо что-то не так, поэтому быстро принесла Нин Шу иглу. Нин Шу тут же вставила её в точку между указательным и большим пальцами на руке отца Мяо. Когда она достала иглу, оттуда брызнул поток крови. После того, как кровь полилась, кровяное давление отца Мяо перестало подниматься и его цвет лица уже больше не был таким фиолетовым. Мать Мяо была встревожена. - Дорогой, как ты себя чувствуешь? У отца Мяо очень кружилась голова и он тяжело дышал, когда лёг на диван. Нин Шу массировала руку отца Мяо. Мать Мяо принесла влажное полотенце, чтобы вытереть лицо отца Мяо. У неё на глаза навернулись слёзы. Нин Шу нахмурила брови. В последнее время она была занята дизайнами, и поэтому физически и психологически устала. Каждый день она возвращалась домой очень поздно. Поэтому она просила мать Мяо готовить всю еду для отца Мяо. Прошло некоторое время, прежде чем отец Мяо восстановился до такой степени, что мог говорить и он слабым голосом сказал: - С возрастом люди становятся такими бесполезными. - Пап, ты ел те лечебные блюда, которые я говорила тебе есть? – спросила Нин Шу. - Он ел. Я следила за тем, чтобы он ел их каждый день, - сказала мать Мяо. Нин Шу слегка прищурилась и сказала: - Пап, поверь мне. Я могу с этим справиться, так что не волнуйся по этому поводу. Отец Мяо благодарно улыбнулся ей. - Увидев, какая ты теперь стала сильная, у папы нет сожалений, даже если он сейчас умрёт. Нин Шу: … Нин Шу начала делать отцу Мяо массаж, пока размышляла над произошедшим. Отец Мяо посмотрел на Нин Шу так, словно хотел что-то сказать, но остановился. - Пап, если тебе есть что сказать, то просто говори. После мгновения колебаний, отец Мяо спросил: - Мяомяо, ты сильно любишь Чжан Цзясэня? До такой степени, что лишь он тот единственный, кого ты готова принять в своей жизни? Нин Шу рассмеялась. - Никто не умрёт, лишившись своей второй половинки. После того, как отец Мяо услышал сказанное Нин Шу, цвет лица его наконец-то стал лучше и он сказал ей: - Уже поздно. Тебе пора спать. С папой всё хорошо. Нин Шу кивнула и сказала отцу Мяо: - Пап, следи за своим здоровьем как положено, ладно? Я смогу прожить без Чжан Цзясэня, но без тебя я не смогу. Отец Мяо рассмеялся и погладил Нин Шу по спине. - Моя дорогая доченька. Нин Шу помылась в душе, а когда легла в постель, позвонила Чжан Цзясэню. Как только он взял трубку, она сказала: - Чжан Цзясэнь, давай разведёмся. - Мяомяо, что случилось? Голос Чжан Цзясэня слегка дрожал, создавая у людей впечатление, что он был очень шокирован и обижен. Нин Шу скрестила ноги и стала ковыряться мизинцем во втором ухе, пока спокойно отвечала: - Я никогда раньше не осознавала, насколько твои родители меня не любят. Твоя мать каждый день создаёт шумиху возле фабрики и проклинает меня, чтобы я пошла и умерла. Только не надо снова говорить мне, что она говорит это, считая меня частью своей семьи. Если бы она считала меня частью своей семьи, то стала бы она меня так проклинать? Она говорит, что людей с чёрным сердцем вроде меня убьёт молнией. Такое говорят тем, кого ненавидят. Я только сейчас осознала, что свадьба происходит между двумя семьями. У моего папы даже давление поднялось из-за гнева. Нин Шу прямо сказала: - Так что мы должны развестись. ---------- Ты Реально Раздражаешь - А, а с папой всё в порядке? – поспешно спросил Чжан Цзясэнь. – Он в больнице? Нин Шу закатила глаза. - Нет. К счастью, всё обошлось. Чжан Цзясэнь с облегчением вздохнул, а потом повторил: - Это хорошо, что с ним всё в порядке. Какое облегчение. - Давай разведёмся. Чжан Цзясэнь, я серьёзно, - холодно сказала Нин Шу. Чжан Цзясэнь поспешно ответил: - Мяомяо, не будь такой. Я тебя умоляю. Я извиняюсь от лица своих родителей. Они просто слишком переволновались из-за шурина. - Ага, я знаю. Вот почему я наконец-то увидела насколько твоя мать меня недолюбливает. Хватит, я вешаю трубку. Мне нужно поспать. Нин Шу повесила трубку и выключила телефон. На следующий день, когда она пришла на фабрику, матери Чжан Цзясэня и его старшей сестры нигде не было видно. Уже привыкнув к этим практически похоронным стенаниям, когда внезапно стало так тихо, то это даже ощущалось немного неестественно. Видите? Как только она подняла тему развода, Чжан Цзясэнь тут же убрал свои когти. Судя по его способностям, он определённо мог успокоить свою семью, но не делал этого. Когда Нин Шу вошла в кабинет, то её внезапно кто-то обнял и она почувствовала, как её окружил сильный запах дыма. Она хотела оттолкнуть Чжан Цзясэня, но Чжан Цзясэнь лишь ещё крепче обнял её. Его голос был хриплым, когда он воскликнул: - Мяомяо. Нин Шу оттолкнула Чжан Цзясэнь от себя. Чжан Цзясэнь выглядел немного ошарашенным. Похоже, что он не спал всю ночь, так как его глаза были налиты кровью, и он был немного небритым. Его рубашка тоже была очень измята. - Мяомяо, не будь такой своевольной, ладно? – выражение лица Чжан Цзясэня наполнила боль. – Как ты можешь вот так просто отвергать наши чувства? Какие чувства? Нин Шу очень хотела плюнуть в лицо Чжан Цзясэня. Она безразлично посмотрела на него и сказала: - Цзясэнь ты можешь подождать, пока я закончу свою работу, прежде чем мы поговорим об этом? Разве ты не знаешь, что я очень устала? А твоя семья ещё больше утомляет меня. - Нам обоим нужно некоторое время, чтобы успокоиться. Нин Шу проигнорировала выражение боли на лице Чжан Цзясэня. Раз Чжан Цзясэнь был тут, то ей уже больше не хотелось работать, поэтому она просто развернулась, чтобы уйти. Чжан Цзясэнь догнал Нин Шу и схватил её за руку. - Мяомяо, не надо со мной так обращаться. Ты же не всерьёз говорила про развод, верно? Ты просто была зла? Нин Шу стряхнула руку Чжан Цзясэня. - Я тебе уже сказала, что нам нужно какое-то время, чтобы успокоиться. Ты реально раздражаешь. У меня и так уже стресс из-за ситуации с твоей мамой, ты тоже хочешь загнать меня в угол? Во взгляде Чжан Цзясэня промелькнула тёмная искра. Он поджал губы, а потом сказал: - Ладно, ладно. Мяомяо, не злись. Чжан Цзясэнь глубоко вдохнул, а потом сказал: - Я отвезу тебя обратно. Нин Шу покачала головой. Она съездила в банк и взяла из сейфа доказательства. Пришло время рассказать отцу Мяо об этом, чтобы они вместе могли разобраться с Чжан Цзясэнем, с этим бессердечным волком. Когда Нин Шу вернулась домой, она пошла на кухню, чтобы налить себе стакан воды, но увидела, как тётушка Пин кладёт что-то в готовое лечебное блюдо. - Что ты делаешь? Нин Шу схватила тётушку Пин за руку и дёрнула её в сторону, чтобы не дать ей разбить бутылёк и уничтожить улики. Тётушка Пин была ошарашена при виде Нин Шу. Было ясно, что она не ожидала её внезапного возвращения и попыталась освободиться от хватки Нин Шу. Нин Шу просто вытащила тётушку Пин в гостиную. Лицо тётушки Пин было бледным от страха. - Мисс, что вы делаете? Отпустите меня! - Что происходит? Мать Мяо спустилась по лестнице со второго этажа. Нин Шу ответила с холодным выражением лица: - Мам, вызывай полицию. Тётушка Пин отравила лечебное блюдо. - Мадам, я ничего такого не делала! Тётушка Пин поспешила замотать головой. Мать Мяо была ошарашена. - Как такое возможно? Тётушка Пин работает в нашей семье уже так много лет. Нин Шу попросила двух других слуг подержать тётушку Пин, а потом вернулась на кухню, чтобы взять бутылёк. Она сказала матери Мяо? - Я отнесу это в больницу, чтобы провести лабораторный анализ. Не отпускайте её никуда, пока я не вернусь. ---------- Кому Это Выгодно? Нин Шу отчасти винила в произошедшем себя. Она была занята с дизайнами, поэтому уделяла недостаточно внимания отцу Мяо. После того, как Тань Хэюй украл дизайны, на неё навалилось ещё больше работы. Нин Шу отправилась в госпиталь, чтобы сделать лабораторный анализ лечебного блюда и узнать, была ли добавленная субстанция ядовитой. Она села на стул в коридоре и стала ждать результатов. Тот факт, что тётушка Пин добавила это только в лечебное блюдо отца Мяо, ясно показывал, что она нацелилась на отца Мяо. Нин Шу глубоко вдохнула и начала всё обдумывать. Если бы что-то случилось с отцом Мяо, кому это было бы выгодно? Вне зависимости от того, рассматривала она долгосрочные выгоды или краткосрочные, ответом всё равно был Чжан Цзясэнь. Отец Мяо просматривал бухгалтерские книги. Если бы с ним что-то случилось, то вопрос со счетами беззвучно отпал бы и про него больше не вспоминали, а компания поддержала бы Чжан Цзясэня. Это всё было похоже на развитие в изначальной истории. Это означало, что Чжан Цзясэнь явно имел какое-то отношение к смерти отца Мяо в изначальной истории. Смерть всей семьи Мяо, вероятно, была делом рук Чжан Цзясэня. Какой безжалостный и злобный волк. Лабораторные анализы показали, что добавленная субстанция не была ядом, но чем-то, что называлось "диклофенак". Оно использовалось для лечения боли и воспалительных заболеваний, но при длительном использовании замедляет течение крови и увеличивает задержку жидкости, вызывая повешение кровяного давления. И в лечебном блюде этого средства было добавлено изрядно. Отец Мяо и так с самого начала был чувствителен к высокому давлению, так что после употребления чего-то такого, что мешало течению крови, если бы он разозлился, и кровь начала пульсировать быстрее, то его кровяное давление повысилось бы, и у него с лёгкостью мог случиться инсульт. И его причина не была бы обнаружена. Неудивительно, что отец Мяо выглядел так странно этим днём. Нин Шу поджала губы. Как в мире мог существовать такой злобный человек? Нин Шу попросила доктора распечатать результаты и поехала домой. Отец Мяо и мать Мяо были в гостиной, ожидая её возвращения, поэтому она рассказала им результаты теста. - Зачем ты это сделала? – мать Мяо указала на тётушку Пин. – Как ты можешь быть такой злобной? Ты же пыталась совершить убийство! Отец Мяо потёр свою грудь с выражением затаённого страха, а потом строго посмотрел на тётушку Пин и холодно усмехнулся. - Да уж, пригрели мы кое-кого на груди. Тётушка Пин, я ведь даже платил за обучение вашего сына в колледже, и вот так вы мне отплатили? Лицо тётушки Пин было смертельно бледным, и она сильно закусила губы, ничего не говоря. Нин Шу слабо сказала: - Нам нечего обсуждать с таким неблагодарным человеком, как она. Вызываем полицию, пусть они займутся расследованием. Когда тётушка Пин услышала слова Нин Шу, она задрожала от шока. - Простите, я не хотела этого делать. Я не хотела! Она продолжала непрерывно извиняться, но отказывалась раскрывать, почему она это сделала. Поэтому Нин Шу позвонила в полицию, и они вскоре приехали. Нин Шу проинформировала их о том, что произошло, и тётушка Пин была арестована. Однако даже после этого тётушка Пин всё равно отказывалась признаваться. ---------- Тётушка Пин Была Арестована После того, что произошло с тётушкой Пин, мать Мяо стала ещё более подозрительной и опасалась остальных служанок. Она даже больше не позволяла этим служанкам приближаться к кухне и начала лично закупать продукты. Нин Шу достала те улики, что хранила в банке и показала их отцу Мяо. - Папа я хочу развестись с Чжан Цзясэнем, но мы не можем позволить ему так просто уйти. Этот инцидент с тётушкой Пин явно имеет к нему какое-то отношение. Да ещё и та проблема с украденными дизайнами. Когда отец Мяо увидел улики, особенно после того, как он посмотрел что было на USB-флешке, его лицо стало фиолетовым от гнева. Нин Шу поспешила размять ему спину, чтобы помочь дышать. - Пап, не злись больше. По крайней мере, мы его уже раскрыли. - Белоглазый волк просто не может насытиться, - злобно прорычал отец Мяо. Его брови были строго нахмурены. Так или иначе, отец Мяо тоже был тем, кто постепенно взобрался по карьерной лестнице до своей должности. Отцу Мяо не нужно было долго размышлять, чтобы понять, что планирует сделать Чжан Цзясэнь. У Нин Шу уже был план. Если она прямо поднимет вопрос развода, то Чжан Цзясэнь, вероятно, станет делить их имущество, а она не могла этого позволить. Её целью было убедиться в том, что Чжан Цзясэнь потеряет всё, и больше никогда в этой жизни не сможет повернуть ситуацию в свою пользу. Огромный особняк, успех и уважаемый статус. У Чжан Цзясэня ничего этого не было, поэтому он усердно работал, чтобы всё это заполучить. Однако она сделает так, чтобы всё это навсегда оказалось за пределами его досягаемости. - Развод, вы двое должны развестись! – мать Мяо шлёпнула рукой по столу. – Мы не можем всё это так оставить. - Мам, я знаю. Не волнуйся, - спокойно сказала Нин Шу. Она отправилась в полицейский участок, чтобы повидать тётушку Пин. Если она сможет получить устное признание от тётушки Пин, указывающее на Чжан Цзясэня, то Чжан Цзясэнь будет виноват не только в присвоении средств, но ещё и в подстрекательстве к убийству. Нин Шу даже посмела дать голову Мяо Мяомяо на отсечение, что этот инцидент явно связан с Чжан Цзясэнем. Когда она подошла к полицейскому участку, она столкнулась с Чжан Цзясэнем. А он зачем приходил в полицейский участок? Нин Шу подошла к нему и спросила: - Что ты тут делаешь? Взгляд Чжан Цзясэня был очень нежным, когда он посмотрел на Нин Шу. - Я пришёл проведать шурина. Нин Шу прищурилась, глядя на него. - Хаа… Чжан Цзясэнь не знал, что сказать, поэтому он просто вздохнул и потёр свой лоб. После этого он сказал: - Как бы там ни было, в этот раз мы должны преподать шурину небольшой урок, а иначе в следующий раз он станет причиной ещё больших проблем. Нин Шу не стала комментировать. А это, разве, были не большие проблемы? Та кража дизайнов не считается за большие проблемы? Тань Хэюй явно был прогнившим насквозь. После этого Чжан Цзясэнь спросил у Нин Шу: - А ты что тут делаешь? Нин Шу тихо ответила: - Тётушка Пин добавила яд в лечебное блюдо папы, поэтому её арестовали. Зрачки Чжан Цзясэня расширились, и он выглядел очень шокированным. - Яд? Но этого же не может быть, верно? Нин Шу обвела взглядом лицо Чжан Цзясэня. На его лице были лишь шок и замешательство. На нём не было ни следа волнения. - Рано или поздно мы узнаем, почему она это сделала, - ответила Нин Шу, проходя мимо Чжан Цзясэня и направляясь внутрь. Чжан Цзясэнь развернулся и последовал за Нин Шу. - Мяомяо, я пойду с тобой. - Не нужно, там всё равно пускают только одного посетителя. Нин Шу пошла быстрее и оторвалась от него. Взгляд Чжан Цзясэня был немного странным, когда он уставился на спину этой женщины. Он поджал губы, а потом слегка ослабил галстук. Нин Шу вошла в комнату для посещений и посмотрела через защитное окно на тётушку Пин, одетую в тюремную робу. Прошло не так много времени, но тётушка Пин теперь выглядела гораздо старше. Она уже больше не была умелой и опытной служанкой в семье Мяо. Её выражение лица было паникующим и полным отчаяния. Нин Шу подняла трубку телефона. Тётушка Пин замешкалась на мгновение. А потом села по другую сторону толстого стекла и подняла трубку. - Мисс. - Говори, кто сказал тебе это сделать? Нин Шу перешла сразу к сути. Тот факт, что тётушка Пин сделала нечто подобное, означал, что ей наверняка предложили что-то, что стоило такого риска. А ведь это было убийство. Тётушка Пин прикрыла трубку телефона и покачала головой, ничего не говоря. - Тебе стоит всё тщательно обдумать. То, что ты совершила – это попытка убийства. Ты добавила яд в еду моего отца. Это преднамеренное убийство. Взгляд Нин Шу был очень строгим, когда она смотрела на тётушку Пин. Разве семья Мяо не относилась к тётушке Пин хорошо? Неужели они так жестоко обращались с тётушкой Пин? Никогда такого не было, но тётушка Пин всё равно решила сделать нечто подобное. Человеческая жадность просто ненасытна. Цвет лица тётушки Пин стал ещё бледнее, отчего она стала казаться очень удручённой. - Я никогда не хотела никому навредить. - Но ты навредила моему папе, - холодно сказала Нин Шу. – Тебе стоит всё тщательно обдумать. Твой сын скоро закончит учёбу в колледже, но его мать теперь считается убийцей. Какие перспективы останутся у него после такого? Твой сын теперь будет вечно на тебя обижен. Цвет лица тётушки Пин стал смертельно бледным, и всё её тело слегка задрожало. Было я сно, что сын – это её слабое место. Она начала умолять Нин Шу: - Этот вопрос не имеет никакого отношения к моему сыну! Умоляю, не надо вредить моему сыну! ---------- Я Никогда Не Хотела Никому Навредить Тётушка Пин явно очень переживала за своего сына. Когда она услышала, что Нин Шу упоминает её сына, то начала отчаянно умолять её, говоря, что этот вопрос не имеет никакого отношения к её сыну, и чтобы Нин Шу не причиняла ему боль. Нин Шу с холодным выражением лица смотрела на то, как тётушка Пин проявляет тепло и заботу матери. Нин Шу считала это забавным. Какое право тётушка Пин имела просить других о чём-то? - Ты просишь меня не вредить твоему сыну, но ты вообще задумывалась о том, как твои действия навредили моему папе? А что если бы с моим папой действительно что-то случилось? Ты просишь меня не причинять боль твоей семье, но ты причиняла боль моей семье. Нин Шу очень не нравилось, как себя вела тётушка Пин, словно она была права только потому, что была слабее, словно все остальные люди были плохими. Хотя той, кто причинял вред другим, была явно она. Нин Шу холодно сказала: - Я помню, что у твоего сына скоро выпускной. Я прослежу за тем, чтобы он больше не мог оставаться в этом городе, если только ты не расскажешь мне, кто попросил тебя это сделать. Слёзы ручьями потекли по лицу тётушки Пин, отчего её пожилое лицо стало выглядеть ещё более впавшим в отчаяние. Однако Нин Шу не чувствовала ни капли симпатии. Тётушка Пин не упоминалась в изначальной истории. Тот, кто работал в семье Мяо так много лет, явно считался незначительным человеком в истории. Кто бы мог представить, что, на самом деле, это она будет стоять за смертью отца Мяо? Изначальный хост понятия не имела об этом, вот почему когда Нин Шу вошла в мир, её внимание было полностью сфокусировано на Чжан Цзясэне. Если бы она не застукала той ночью Чжан Цзясэня, разговаривающего о чём-то с тётушкой Пин и не поймала тётушку Пин, когда она добавляла препарат в лечебное блюдо, то она бы никогда об этом не узнала. Это также отвечало на некоторые вопросы, которыми она задавалась. У Чжан Цзясэня были люди внутри семьи Мяо. Нин Шу знала, что тётушка Пин выполняла это по поручению Чжан Цзясэня. В данный момент ей нужно было лишь устное признание тётушки Пин. Тётушка Пин плотно сжала губы и ничего не сказала. Единственными словами, которые она произнесла, были: - Я подвела хозяина и мадам. Мне очень жаль. Она пыталась навредить другим ради своих собственных эгоистичных желаний, так какой цели теперь служит это извинение? Нин Шу прищурилась, пристально осматривая тётушку Пин. Какие же заманчивые условия могли заставить тётушку Пин быть настолько решительной в том, чтобы не признаваться? - Я никогда не хотела навредить хозяину, правда! После всего их диалога, это всё равно было единственное, что сказала тётушка Пин. Нин Шу лишь холодно рассмеялась. Чжан Цзясэнь долго ждал у дверей полицейского участка, но Нин Шу всё равно не вышла. Солнце уже село. Взгляд Чжан Цзясэня был неестественно мрачным и холодным, когда он пристально смотрел на двери. Его кулаки сжимались и разжимались, и так снова и снова. Вокруг него витала аура раздражения. Когда Нин Шу вышла из полицейского участка и увидела, что Чжан Цзясэнь всё ещё ждёт её у двери, она ничего не сказала. Чжан Цзясэнь поспешно подошёл к Нин Шу и спросил: - Мяомяо, что вообще происходит? Зачем тётушке Пин травить папу? Она тебе сказала? Нин Шу со злым выражением на лице глянула на Чжан Цзясэня и раздосадовано ответила: - Она всерьёз отказывается что-либо говорить! В тот момент, когда Чжан Цзясэнь услышал, что тётушка Пин ничего не сказала, его выражение лица немного расслабилось и он стал утешать Нин Шу: - Правда обязательно выйдет на свет. Не нужно так волноваться. Хорошо, что тесть в порядке. ---------- Построить Виллу в Деревне? - Это просто невероятно. Цзясэнь, скажи, почему? Мама и папа никогда не обижали её и дали ей работу. Даже если мы и не надеялись, что она признает оказанную ей милость и отплатит за это, как она может быть настолько жестокой и бессовестной? Люди вроде неё заслуживают пыток в аду, после того, как они умрут, - сказала Нин Шу, озлобленно глядя на Чжан Цзясэня. Цвет лица Чжан Цзясэня ни капли не изменился, когда он услышал эти проклятья, он лишь смягчил свой голос, чтобы утешить Нин Шу: - Ладно, не злись больше, хорошо? Будет плохо, если ты испортишь своё здоровье из-за гнева. Правда обязательно потом откроется. Нин Шу оценила невозмутимое поведение Чжан Цзясэня. Она явно косвенно проклинала его, но он всё равно вёл себя так великодушно. У этого мужчины было поистине очень стабильное психическое состояние. Ради достижения своей цели он был готов прибегнуть к любым средствам. Мяо Мяомяо действительно умерла несправедливо. - Мяомяо, ты уже давно не приходила домой. Возвращайся сегодня? – спросил Чжан Цзясэнь. Выражение лица Нин Шу застыло. - А зачем мне возвращаться? Твоя мама снова будет на меня орать, а твоя сестра снова встанет передо мной на колени, словно я – какой-то плохой человек. Выражение лица Чжан Цзясэня наполнилось беспомощностью. Он протянул руку, чтобы погладить Нин Шу по голове, а потом вздохнул, словно решил пойти на очень большой компромисс. Он сказал Нин Шу: - Мяомяо, я уже обсудил всё со своими родителями и убедил их вернуться в деревню. Их дом в деревне уже слишком стар и сильно потрёпан, поэтому я решил, что в следующие пару лет сэкономлю немного денег, чтобы построить им новый, чистый дом. Мяомяо, что ты думаешь по этому поводу? Первым делом Нин Шу подумала о том, что Чжан Цзясэнь хочет переместить свои активы. Построить дом? Он что, планирует построить виллу в деревне? Нин Шу не показала никакой реакции и просто моргнула, спрашивая: - А свёкор и свекровь на это согласились? Чжан Цзясэнь вздохнул и ответил: - Вообще-то, они и сами не могут привыкнуть к жизни в городе. Просто мой шурин всё ещё задержан. Как только он выйдет, они вернутся обратно. Веки Нин Шу слегка дрогнули, когда она наконец-то поняла все скрытые значения сказанного им. Чжан Цзясэнь явно собирался достичь нескольких целей за один заход. Отправив своих родителей обратно, первым делом он утешит её и это также будет оправданием для постройки нового дома для его родителей. Судя по тому, насколько тупой была "Мяо Мяомяо", она может даже отсыпать денег в помощь. Более того, чтобы вытащить своего шурина, Тань Хэюя, за это явно придётся немало заплатить. Вопрос был в том, чьи деньги будут потрачены на всё это? Вероятно, родители Чжан Цзясэня изрядно надавили на него, чтобы он вытащил Тань Хэюя. Этот человек постоянно устраивал против неё какие-то хитрости. Чжан Цзясэнь спросил: - Что думаешь, Мяомяо? Нин Шу с улыбкой сказал: - Главное, чтобы ты был счастлив. Свояк, похоже, приговорён всего к полугоду заключения. Это не слишком долго. Это же всего полгода, если свекровь и свёкор поживут тут полгода, то это не будет большой проблемой. Всё же, когда они вернутся в деревню, то мы почти не будем с ними видеться, - понимающе сказала Нин Шу. – Цзясэнь, не волнуйся, пусть побудут у нас дома ещё какое-то время. Она подняла запястье и глянула на свои часы, а оптом сказала Чжан Цзясэню, который был немного ошеломлён: - Мне нужно возвращаться. Здоровье папы не в самом лучшем состоянии, поэтому некоторое время нужно будет регулярно проходить проверки в больнице. Надеюсь, ты поможешь с делами компании. Какое-то время я не смогу вернуться домой. После этих слов, Нин Шу открыла дверцу автомобиля, села внутрь и уехала, не дожидаясь ответа Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэнь не сводил взгляда с автомобиля, который стремительно удалялся, а потом озлобленно всплеснул руками. С мрачным выражением лица он топнул по растущим на клумбе цветам. Как Мяо Мяомяо стала такой? Судя по характеру Мяо Мяомяо, она бы ни за что не смогла хранить всё в секрете. Если бы она действительно что-то узнала, то она бы точно устроила истерику. Чжан Цзясэнь теперь был очень раздражён. Изначально он хотел сходить повидать Сюэ Маньмань, но нынешняя ситуация была очень щекотливой. Его сердце было в сильном напряжении. Он не мог себе сейчас позволять совершать ошибки. Чжан Цзясэнь вошёл в полицейский участок, планируя повидать тётушку Пин, но ему сказали, что часы посещений на сегодня закончились. Эта серия неудач разъярила Чжан Цзясэня, но он сохранил спокойное и безразличное выражение лица. Единственными признаками его неудовольствия была темнота в его глазах и излучаемый им холод. ---------- Почему Ты Не Заплатила За Коммунальные Услуги? Так как Чжан Цзясэнь был в плохом настроении, он отправился в бар, чтобы выпить и был очень пьян к тому времени, как он отправился домой. В доме была темнота и не горели огни, поэтому он, в итоге, врезался в кого-то и весь его сдерживаемый гнев тут же прорвался наружу. - Что происходит? Почему вы не включили свет? – холодно спросил Чжан Цзясэнь. - Куда ты убежал? Электричество и воду отключили, но мы не могли найти тебя весь день. Ты что, пытался заморить нас голодом до смерти? Голос матери Чжан Цзясэня казался заметно выше в этой темноте. - Если бы не тот факт, что младшая сестрёнка знает, как заказывает еду с доставкой, то мы бы с твоим папой уже изголодались до смерти. Когда Чжан Цзясэнь услышал слова своей матери, в его сердце всколыхнулось чувство беспомощности. Включив фонарик на телефоне, он отправился на кухню, чтобы найти свечи. Когда он их зажёг, то увидел, что вся семья сидит на диване. - Цзясэнь, я видела, что у всех остальных всё ещё есть электричество. Почему тогда только у нашего дома его нет? – мать Чжан Цзясэня была очень зла. – Как они могут не давать нам электричество? - Старший брат, когда вернётся электричество? Я как раз был посреди игры, когда электричество внезапно пропало, - сказал старший брат-близнец младшей сестрёнки Чжан. - Цзясэнь, и насчёт твоего шурина… Чжан Вэньлань посмотрела на Чжан Цзясэня с несчастным выражением на лице. Чжан Цзясэнь был изрядно пьян, поэтому звуки всей этой болтовни из кучи голосов очень сильно раздражали его. Он взял телефон и сразу позвонил Нин Шу. Первым предложением, которое вылетело из его рта было: - Мяомяо, почему ты не заплатила за коммунальные услуги? Нин Шу, которая только что взяла трубку: … Она ведь даже не живёт в доме, так почему она должна платить за коммунальные услуги? И как вообще он может говорить такие слова, не чувствуя никакого стыда? Да ещё и в такой праведной манере. Нин Шу слабо улыбнулась. Она считала, что не стоит зря тратить энергию, даже на то, чтобы разозлиться. - Я была занята делами компании, и я не живу дома, как я могла запомнить что-то такое банальное, как коммунальные услуги? Уже поздно, так что я кладу трубку, мне нужно спать. Ты можешь просто оплатить счета. Нин Шу зевнула, а потом повесила трубку. Когда Чжан Цзясэнь услышал гудки, он почувствовал, что кипящая в его груди лава была уже на грани извержения. Он был так зол, что его грудная клетка заметно поднималась и опускалась, когда он дышал. Из-за алкоголя его голова казалась тяжёлой и кружилась. Он сжал свой телефон и злобно бросил его на пол, закричав сквозь стиснутые зубы: - Мяо Мяомяо! Мрачный рык и зловещее выражение на его лицо выглядели ещё более пугающими в колеблющемся свете свечей. Все в комнате были ошарашены поступком Чжан Цзясэня. Отец Чжан Цзясэня встал и посмотрел на Чжан Цзясэня, спросив его: - Что случилось? - Почему ты разбил телефон? Думаешь, телефон не стоит денег? – проворчала мать Чжан Цзясэня, с замиранием сердца глядя на разбитый телефон на полу. - Возвращайся в свою комнату и ложись спать, чего ты тут припёрлась и ворчишь? – огрызнулся отец Чжан Цзясэня на мать Чжан Цзясэня. Мать Чжан Цзясэня выглядела так, словно ей этого не хочется делать, но она не посмела идти против отца Чжан Цзясэня, который был главой этой семьи, поэтому она развернулась и ушла в свою комнату. Единственными, кто остался в гостиной, теперь были отец и сын. Отец Чжан Цзясэня спросил: - Что произошло? Выместив часть гнева, эмоции Чжан Цзясэня тоже немного успокоились. - Да ничего такого. Я сам со всем справлюсь. Отец Чжан Цзясэня кивнул, и его взгляд наполнился верой в Чжан Цзясэня. Этот сын был гордостью семьи Чжан. У Чжан Цзясэня с самого детства было сильное чувство того, чего он хочет, и он всегда мог разобраться со своими проблемами. Для него никогда не возникло проблем. Его разум был ясным с самой юности. Он всегда умудрялся сделать так, что те люди, которые над ним издевались, потом страдали в тишине. Вот почему отец Чжан Цзясэня вложил столько усилий в воспитание Чжан Цзясэня. Даже сейчас, Чжан Цзясэнь уже стал самым удивительным человеком в деревне. Из-за Чжан Цзясэня, в деревне очень уважали отца Чжан Цзясэня. Множество людей лично приходили к нему за помощью. Отец Чжан Цзясэня принадлежал к той категории людей, которые считали, что раз они сами не могут летать, то они сфокусируют свою энергию на откладывании яиц и на том, чтобы сделать своё следующее поколение летающим. Таков был коварный метод людей из сельской местности. ---------- Прошлое Нищеты Отец Чжан Цзясэня больше ничего не сказал и просто пошёл спать. Чжан Цзясэнь отправился на балкон и зажёг сигарету. Он смотрел на великолепный город, сияющий огнями. Каждый сантиметр земли был толстой пачкой денег. Закончив обучение в колледже, он не знал, как выживать в этом городе. Он даже не надеялся за всю свою жизнь накопить столько денег, чтобы купить дом в этом городе. Он не знал, как тут обосноваться. Он был студентом колледжа, приехавшим из деревни. Все, кто его знал, показывали ему большой палец вверх. Эти похвалы и давление заставили его усердно работать, чтобы выжить тут. Даже если это требовало жертв, оно того стоило. Он достиг успеха, поэтому он должен защищать свой собственный успех. Он пробьётся через всё, что стоит у него на пути и продолжит двигаться вперёд. Он использует деньги и статус, чтобы высечь свой успех в камне, чтобы стереть своё прошлое нищеты. Чжан Цзясэнь затушил сигарету, его выражение лица было холодным. ______________________________ Ранним утром следующего дня, Нин Шу первым делом отправилась в колледж на поиски сына тётушки Пин. Похоже, что сын тётушки Пин не был в курсе того, что с его мамой что-то случилось. Когда он вышел из своего общежития, он выглядел очень сонным. Нин Шу посмотрела на сына тётушки Пин. Он выглядел как обычный студент колледжа. Она привела его в полицейский участок. Сын тётушки Пин не понимал, почему эта красивая женщина ведёт его в полицию, так как он не делал ничего такого, что нарушало бы закон. В тот момент, когда она подошла к участку, она столкнулась с Чжан Цзясэнем. Так рано? Нин Шу прищурилась, когда посмотрела на Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэнь тоже был ошарашен, увидев Нин Шу, как только он вышел. Когда он увидел, что рядом с Нин Шу стоит какой-то неопытный мальчик, в его взгляде промелькнул след недовольства. Было ясно, что он не очень рад видеть свою жену с другим мужчиной. Нин Шу спросила: - Зачем ты пришёл? Чжан Цзясэнь глянул на сына тётушки Пин, а потом с нежностью посмотрел на Нин Шу. - Я пришёл навестить тётушку Пин. Я хотел спросить её, зачем она это сделала и убедить её, чтобы она во всём созналась. Нин Шу: … - Кто это? Чжан Цзясэнь навис над сыном тётушки Пин, излучая очень сильную ауру. Перед лицом Чжан Цзясэня, сын тётушки Пин был словно цыплёнок перед тигром. Сын тётушки Пин и без того выглядел плохо. Когда он услышал, что этот мужчина говорит о "тётушке Пин", то ему стало ещё неуютнее. Внушительная аура этого мужчины заставила его чувствовать себя ещё более взволнованно и нервно. Нин Шу сказала: - Это сын тётушки Пин. Я привела его сюда, чтобы он навестил свою маму. Чжан Цзясэнь резко перевёл взгляд на Нин Шу. - Зачем ты привела сюда сына тётушки Пин? - А что плохого в том, что мать хочет повидать своего собственного сына? – ответила Нин Шу. После этого она прошла мимо него и отправилась в полицейский участок. Лицо сына тётушки Пин было совершенно бледным. Он не мог поверить, что его мать арестовали. На лице Чжан Цзясэня тоже были следы паники, когда он последовал за Нин Шу в полицейский участок. - А разве ты её уже не навещал? – спросила Нин Шу. Чжан Цзясэнь ответил с улыбкой: - Раз мы уже тут столкнулись, то давай потом вернёмся вместе. Мяомяо, давай потом вместе пообедаем. Прошло уже так много времени с тех пор, как мы вместе ели. Не нужно ехать домой, мы будем с тобой только вдвоём. Такое нежное и заботливое поведение. Это была маска, которую Чжан Цзясэнь использовал, чтобы скрывать своё коварное сердце. Он нашёл сцену и решил на ней сыграть, а Мяо Мяомяо была партнёром Чжан Цзясэня в этой пьесе. ---------- Возможно Больше Не Буду Управлять Компанией Когда тётушка Пин увидела своего сына, она начала реветь. Мать и сын разговаривали по телефону, разделённые толстым стеклом. Сын тётушки Пин никогда не представлял себе, что его мать окажется убийцей. Что же ему делать? А что делать его маме? Что вообще делать их семье? Сможет ли он продолжать ходить в колледж? Что произойдёт, когда его однокурсники узнают, что его мать была убийцей? В его голову хлынуло слишком много мыслей. - Мам, зачем ты это сделала? Тётушка Пин лишь всхлипывала. Она всё ещё отказывалась что-либо говорить. Нин Шу глянула в сторону Чжан Цзясэня. Он был поистине искусным. Однако даже у трупа можно открыть рот, так что живой человек рано или поздно заговорит. Нин Шу развернулась и ушла. Чжан Цзясэнь последовал за Нин Шу, и они вышли из участка. Нин Шу внезапно развернулась и сказала Чжан Цзясэню: - Цзясэнь, я возможно, больше не смогу управлять компанией. Чжан Цзясэнь был немного шокирован. Всего мгновение назад эта женщина словно была полна энергии, так отчего же она теперь внезапно сдалась? Он прищурился и слегка наклонился, чтобы встретиться взглядом с Нин Шу. - Что случилось? Почему моя дорогая жена внезапно стала такой подавленной? Нин Шу: Буэ… - Я просто устала. У меня такое чувство, что я не подхожу для всего этого. Да ещё и у папы здоровье подкосилось, поэтому я хочу побыть дома и присмотреть за ним. Дела компании отнимают у меня слишком много сил. Чжан Цзясэнь усмехнулся. Его смех словно вибрацией исходил из глубины его глотки. Этот смех был глухим и соблазнительным. - Так это же хорошо. Тогда мы сможем завести милого ребёнка. Нин Шу проигнорировала часть про ребёнка и сказала: - Я хочу передать тебе должность исполнительного директора компании. Я не могу с ней справиться, так что это должен сделать ты. На мгновение, глаза Чжан Цзясэня округлились от шока, но он быстро отреагировал и нежно погладил голову Нин Шу. - Должность исполнительного директора очень важная. Как ты можешь так просто передать её кому-то другому? Чжан Цзясэнь потянулся и взял Нин Шу за руку. Нин Шу чувствовала, что его рука слегка дрожит, но он всё равно говорил: - Глупая ты девушка. Почему ты всё время так спешишь всё сделать? Он явно очень хотел эту должность, но всё равно устраивал представление. Его тело было честнее, чем его рот. Он был так взволнован, что всё его тело дрожало. Нин Шу сказала: - Я это всерьёз говорю. Тебе нужно готовиться стать исполнительным директором. Когда она увидела вспышку восторга во взгляде Чжан Цзясэня, она мысленно холодно рассмеялась. - Ты это всерьёз говоришь? – беспомощно сказал Чжан Цзясэнь. – Работа – это тебе не кукольный домик. Как ты можешь принимать такие решения? - Эта компания принадлежит моей семье, так почему же я не могу? – ответила Нин Шу властным голосом. Чжан Цзясэнь был очень рад, заполучив гарантии Нин Шу, поэтому стал ещё более внимателен, по отношению к ней. Он ходил с ней на работу и с работы, а после того, как он услышал, что ей нравятся тюльпаны, он начал приносить ей по одному каждое утро. Если Нин Шу хотела остаться с её родителями, то она могла остаться с её родителями. Чжан Цзясэнь больше не говорил о том, что Нин Шу должна вернуться домой, а мать Чжан Цзясэня тоже больше никогда не появлялась перед Нин Шу. Чжан Цзясэнь явно знал, что его жене не нравится его мама, поэтому он больше не позволял своей матери мельтешить перед глазами Нин Шу. ---------- Мечта Начала Сбываться Причина, почему мать Чжан Цзясэня могла себе позволить быть такой властной – это потому, что она родила такого способного сына, как Чжан Цзясэнь. Ей придётся полагаться на Чжан Цзясэня до конца её жизни, поэтому она делала всё, что скажет Чжан Цзясэнь. Нин Шу внезапно почувствовала сильное восхищение Чжан Цзясэнем. Этот мужчина действительно умел кланяться и стоять прямо, когда нужно. Ради успеха, он скрежетал зубами и терпел так много, что кровь наполняла его рот. В итоге Чжан Цзясэнь добился успеха, но из-за его мелочной и коварной натуры, он не приобрёл такой великодушной ауры, которая бывает у тех, кто действительно успешен по жизни. Единственная причина, почему Чжан Цзясэнь делал всё это, была в том, что он хотел как можно скорее занять должность исполнительного директора. Каждый раз, когда родители семьи Мяо видели, что этот ублюдок ведёт себя так внимательно и заботливо по отношению к их дочери, они хотели взорваться от гнева. Они не могли перестать думать о той сцене, которую они увидели на USB-флешке, где Чжан Цзясэнь кувыркался с другой женщиной. Если бы не Нин Шу, которая останавливала их, то отец Мяо уже бы задушил Чжан Цзясэня до смерти. Однако, раз Нин Шу не хотела, чтобы они вмешивались, отец Мяо просто притворялся, что он ничего не знает. С одной стороны, он делал это в качестве уважения к своей дочери, а с другой стороны, это было даже немного уморительно, наблюдать за тем, как этот ублюдок белоглазый волк ведёт себя так уважительно и любяще по отношению к его дочери. Это всё равно, что наблюдать за глупцом. Родители семьи Мяо уже больше не считали Чжан Цзясэня своим тестем. Хоть Нин Шу и пообещала Чжан Цзясэню, что он станет исполнительным директором, она всё ещё не делала никаких движений в сторону ухода в отставку со своей должности. Это бесило Чжан Цзясэня. Даже если это была морковка, которую швырнули на землю перед ним, он всё равно хотел её заполучить. Стать исполнительным директором всегда было его целью. Естественно, Нин Шу видела нетерпение Чжан Цзясэня. Время от времени она видела нескрываемую темноту и обиду во взгляде Чжан Цзясэня, когда он смотрел на неё. Тем временем, Нин Шу тоже смогла заполучить то, что хотела. Дизайны, которые украл шурин Чжан Цзясэня, были найдены. Их нашла секретарь-интерн, которую Нин Шу назначила следовать за Сюэ Маньмань. Дизайны были пропущены через шредер, и Нин Шу потребовалось немало времени, чтобы снова их склеить. Как и ожидалось, эти вещи были на руках у Чжан Цзясэня. Что касается Сюэ Маньмань, то у неё не было способностей совершить нечто подобное. Она была не более чем китайской повиликой*, которая жила, полагаясь на мужчину. Чжан Цзясэнь, ах, Чжан Цзясэнь… Он действительно бросил своего шурина во всё это. Насколько же холодное, должно быть, у него сердце? Возможно это также потому, что Тань Хэюй и сам был тот ещё ублюдок, поэтому Чжан Цзясэнь воспользовался этим шансом, чтобы преподать ему урок? В любом случае, махинации Чжан Цзясэня залегали поистине глубоко. В этот момент Нин Шу была относительно благодарна себе за то, что не стала напрямую ругаться с Чжан Цзясэнем и решила тайно собрать доказательства проступков Чжан Цзясэня. Если бы она попыталась напрямую противостоять Чжан Цзясэню, то она, вероятно, не смогла бы одержать против него победу, и он, вероятно, ещё больше забрал бы у семьи Мяо. Огромная резиденция и дом принадлежали Чжан Цзясэню. С такой собственностью Чжан Цзясэнь уже мог стать независимым. Нин Шу протяжно вздохнула. Просто разыгрывать всё это представление с Чжан Цзясэнем было для неё просто отвратительно. Возможно также чувствовал себя и Чжан Цзясэнь. Она ему была отвратительна, но он всё равно вёл себя так, словно он в неё влюблён. Нин Шу почувствовала, как её сердце уже выдохлось. Однако она всё равно сдержала своё обещание того, что сделает Чжан Цзясэня исполнительным директором. Она уже назначила предварительную дату, когда Чжан Цзясэнь займёт должность исполнительного директора. Чжан Цзясэнь думал, что тот день, когда он станет исполнительным директором ещё далеко за пределами досягаемости, но, внезапно, его мечта начала сбываться. Это был такой шок, что его обычное спокойствие как рукой сняло. Он радостно поцеловал Нин Шу в лоб. - Жена, ты самая лучшая! Нин Шу заставила свои губы изогнуться в улыбке. - Да это ерунда. А потом она плавно отвернулась от него, чтобы вытереть свой лоб, словно его слюна могла вызвать стригущий лишай. Чжан Цзясэнь, похоже, наконец-то успокоился. Если бы семья Мяо действительно что-то обнаружила, то Мяо Чжи не позволили бы ему стать исполнительным директором. И хотя его немного беспокоило то, что тётушка Пин была в тюрьме, он всё равно был уверен в том, что сможет стабилизировать ситуацию. Нин Шу не знала, какие ещё трюки есть в рукаве у Чжан Цзясэня. Какая информацию была у Чжан Цзясэня на тётушку Пин, раз он мог сделать так, что она не хотела признаваться даже после обвинения в убийстве? Чжан Цзясэнь, похоже, отлично умел использовать слабые точки других людей, чтобы достигать своей собственной цели. Целью Нин Шу было сделать так, чтобы Чжан Цзясэнь лишился всего, навешать на него столько преступлений, что он за всю жизнь не сможет развернуть ситуацию в свою пользу. Чжан Цзясэнь хотел выделиться среди своих сверстников и достичь успеха, потому она сокрушит все его пути к успеху. _______________________ * китайская повилика - род паразитических растений семейства Вьюнковые. Повилика не имеет корней и листьев. Стебель нитевидный или шнуровидный, желтоватый, зеленовато-жёлтый или красноватый. Повилика обвивается вокруг растения-хозяина, внедряет в его ткань «присоски» (гаустории) и питается его соками. ---------- Почему Ты Стала Секретаршей? Когда Сюэ Маньмань вошла в кабинет, она увидела, как Чжан Цзясэнь целует Мяо Мяомяо в лоб. Её лицо тут же побледнело. Она почувствовала, как её сердце разрубают на части клинками, пока она тупо смотрела на Чжан Цзясэня. Когда Чжан Цзясэнь увидел, что Сюэ Маньмань поспешно входит в кабинет с таким болезненным выражением на лице, он начал раздражаться. Она что, специально пытается увеличить подозрения Мяо Мяомяо? Он же скоро сядет в кресло исполнительного директора, так что он не мог позволить себе никаких ошибок. Чжан Цзясэнь был очень недоволен поведением Сюэ Маньмань. Он чувствовал, что у неё уже больше нет чёткого понимания ситуации. Когда Нин Шу развернулась и увидела обманутое выражение лица Сюэ Маньмань, она почувствовала, что её опухоль неловкости вот-вот воспалится. Не могла бы она, пожалуйста, быть чуть менее очевидной? Она вела себя так очевидно, что было трудно даже симулировать, что Нин Шу этого не видит. Взгляд Нин Шу переместился на ухо Сюэ Маньмань. Она носила пару очень изысканных серёжек, которые были инкрустированы крошечными бриллиантами. Эти серьги сверкали нежным светом при каждом движении Сюэ Маньмань. - Серьги секретарши Сюэ очень милые. Это же последняя новинка от Тиффани, верно? – с улыбкой спросила Нин Шу. После этого её взгляд переместился на ноги Сюэ Маньмань. - А эти туфли от Феррагамо. Должно быть, секретарша Сюэ родилась в очень хорошей семье. Почему же ты решила стать секретаршей? Сюэ Маньмань взволнованно коснулась своей серьги, а потом увидела холодное выражение на лице Чжан Цзясэня. Она знала, что Чжан Цзясэнь был зол, поэтому она поспешно сказала: - Они не настоящие. Это просто подделки. Нин Шу слабо улыбнулась, ничего не говоря. Неужели они думают, что она не сможет различить, что настоящее, а что - нет? - Они настоящие, так почему же ты говоришь, что это подделки? Нин Шу медленно подошла к Сюэ Маньмань, отчего Сюэ Маньмань начала взволнованно пятиться назад. Нин Шу прикрыла рот и рассмеялась. Сюэ Маньмань вела себя так, словно Нин Шу ей что-то сделает. - Секретарша Сюэ, ты, похоже, очень меня боишься? Она была такой робкой. - Н… Нет, - запнулась Сюэ Маньмань, глядя на Чжан Цзясэня в поисках помощи. Чжан Цзясэнь махнул рукой на Сюэ Маньмань, чтобы та поскорее ушла, но Нин Шу его опередила: - Похоже, твоя секретарша хотела с тобой о чём-то поговорить, так что я пойду. - Ладно. Будь осторожна и смотри под ноги, - нежно сказал Чжан Цзясэнь Нин Шу. Сюэ Маньмань, которая наблюдала за этим со стороны, так сильно закусила свои губы, что из них чуть не полилась кровь. Как только Нин Шу вышла за дверь, нежность на лице Чжан Цзясэня тут же исчезла. Он холодно посмотрела на Сюэ Маньмань. - В будущем, не носи эти вещи, пока ты в компании. Мяо Мяомяо – дочь из богатой семьи. Она знакома со всеми этими брендами. Я не хочу, чтобы какие-то проблемы возникли в такой важный момент. Как минимум, я не хочу, чтобы Мяо Мяомяо узнала о наших отношениях до того, как я стану исполнительным директором. Сюэ Маньмань поджала губы с обиженным выражением лица. - Я ничего не могу поделать, потому что чувствую обиду каждый раз, как я вижу, что ты так хорошо относишься к Мяо Мяомяо. Быть может ты действительно влюбился в Мяо Мяомяо и теперь действительно хочешь быть с ней? Когда Чжан Цзясэнь услышал слова Сюэ Маньмань, то он на мгновение ошалел. Честно говоря, Мяо Мяомяо была наивной и доброй девушкой. В её жизни никогда не было такого, чтобы ей чего-то не хватало, потому что она выросла, купаясь в меду. ---------- У Нас Будет Замечательная Семья Тем временем, Чжан Цзясэнь был тем, кто вырос, купаясь в горечи. Он полз к успеху по колючему пути сквозь заросли ежевики. В глубине души он завидовал Мяо Мяомяо. Перед лицом Мяо Мяомяо, которая была совершенно чистой, он казался более запятнанным миром. В его сердце было слишком много сложных вещей. Даже если ему и нравилась Сюэ Маньмань, это было лишь потому, что он и Сюэ Маньмань были людьми одинакового типа. Мяо Мяомяо была такой прекрасной, что это возбуждало желание уничтожить эту красоту. И, в итоге, Чжан Цзясэнь утащил Мяо Мяомяо в ад и заставил её потерять всё, что у неё было. - Ты действительно влюбился в Мяо Мяомяо? Когда Сюэ Маньмань увидела, что Чжан Цзясэнь ничего не говорит, она подумала, что это было молчаливым подтверждением. В её глазах начали плескаться слёзы. Она запрокинула голову назад, чтобы попытаться сдержать их, но они всё равно потекли. Чжан Цзясэнь вздохнул, а потом вытер слёзы с лица Сюэ Маньмань и нежно сказал: - Ничего подобного. Мне не нравится Мяо Мяомяо. Мне нравятся девушки вроде тебя. Я тебе точно могу сказать, что мне никогда не понравится Мяо Мяомяо. Сюэ Маньмань улыбнулась сквозь слёзы, когда она это услышала. Её взгляд наполнился нежностью и любовью. - Мне плевать на статус, я лишь хочу быть вместе с тобой. - Я знаю. Чжан Цзясэнь глубоко вдохнул. Назначение Чжан Цзясэня на должность исполнительного директора должно было произойти через два дня. Нин Шу сама объявит о назначении Чжан Цзясэня на должность исполнительного директора перед лицом начальников компании. Сидя на диване в кабинете, Нин Шу наблюдала за тем, как Чжан Цзясэнь медленно застёгивает рукава рубашки, а потом надевает свой пиджак. Это выглядело так, словно император надевал мантию дракона, прежде чем взойти на трон. Сегодня Чжан Цзясэнь сиял воодушевлением. Он даже уложил волосы гелем, отчего он стал выглядеть круто и строго. Всё его тело излучало ауру элиты. Это было очень пленительно. Нынешний Чжан Цзясэнь уже сделал свой первый шаг к успеху. Когда Чжан Цзясэнь увидел, что Нин Шу смотрит на него, он спросил: - Этот наряд подходящий? Нин Шу встала и поправила галстук Чжан Цзясэня. - Очень хороший. Чжан Цзясэнь взял Нин Шу за руку и сказал: - Я сейчас очень счастлив. Я чувствую, что это самый благословенный момент в моей жизни. Мяомяо, мы продолжим жить благословенной жизнью. У нас будут свои дети, и выходные, когда мы будем ходить в парк и смотреть, как играют наши дети. У нас будет замечательная семья. Чжан Цзясэнь радостно улыбнулся, словно представлял себе эту сцену из жизни. Его тон становился всё более и более искренним. - Я хочу держать тебя за руку, даже когда наши волосы поседеют от старости. Нин Шу: … Он что, притворяется, что вместо неё Сюэ Маньмань? Даже когда наши волосы поседеют от старости? Ты же, блин, хочешь этого только с Сюэ Маньмань. Ха. Ха. Ха. Пожалуйста, перестань быть таким отвратительным. Нин Шу изобразила фальшивую улыбку и тихо сказала: - Конечно же мы будем вместе, пока не состаримся. Чжан Цзясэнь настойчиво сказал: - Мяомяо, я серьёзно. Я искренне говорю об этом. Он серьёзно не хочет сдаваться. Достаточно было один раз сыграть, но зачем ему нужно было продолжать повторять это? Нин Шу рассмеялась, а потом подняла запястье, чтобы посмотреть на часы. - Собрание вот-вот начнётся. - Мяомяо… Чжан Цзясэнь всё ещё хотел что-то сказать, но, когда он увидел какой незаинтересованной была Нин Шу, он проглотил свои слова. Чжан Цзясэнь выглядел немного нервным, но, всё же, он сейчас собирался заполучить то, чего всегда хотел, так что этого можно было ожидать. Он продолжил нервно метаться по кабинету. Нин Шу лишь спокойно выпила воды. Её поведение было совсем не таким, как у Чжан Цзясэня, который изо всех сил пытался подавить своё волнение и беспокойство. Сюэ Маньмань открыла дверь и вошла. - Директор, начальники всех отделов уже пришли. Нин Шу оценила Сюэ Маньмань и обнаружила, что та больше не носит вещей известных брендов. Теперь у неё были обычные серьги, а её туфли больше не были брендовыми. Она разом избавилась от всех своих брендовых вещей. Нин Шу с улыбкой сказала: - Секретарша Сюэ, в прошлый раз у тебя была такая красивая брошь. Ты её больше не носишь? Лицо секретарши Сюэ побледнело, но она быстро собралась и спокойно ответила: - Я одолжила её у подруги, поэтому уже вернула. Нин Шу кивнула, словно поняла её и поверила. - Тебе нужно первой прийти на собрание. Мы скоро придём, - сказал Чжан Цзясэнь, чтобы выручить секретаршу Сюэ из этой ситуации. Секретарша Сюэ поспешно вышла из кабинета. Нин Шу усмехнулась. Ну что за поведение? ---------- Я Хочу Сделать Тебе Подарок Когда Чжан Цзясэнь увидел, что Нин Шу обращает много внимания на брендовые вещи, которые носит Сюэ Маньмань, он невольно начал подозревать, что она что-то узнала. - Вообще-то, секретарша Сюэ из довольно хорошей семьи, так что для неё вполне нормально иметь несколько брендовых вещей, - сказал Чжан Цзясэнь. - Мяомяо, я хочу сделать тебе подарок. Чжан Цзясэнь достал из ящика стола шкатулку для драгоценностей, а потом открыл её. Внутри было бриллиантовое колье. Тонкая работа была очень замысловатая. Чжан Цзясэнь тепло сказал: - Я купил это специально для тебя. Нин Шу кротко ответила: - Это ведь ты становишься исполнительным директором, зачем ты мне подарок делаешь? - Мяомяо, я потратил половину своей годовой зарплаты на то, чтобы купить его для тебя. В прошлый раз ты сказала, что секретарша Сюэ носит много брендовых вещей, поэтому, в этот раз, я купил брендовую вещь и для тебя. Чжан Цзясэнь посмотрел на Нин Шу с выражением нежности на лице. - Мяомяо, оно тебе нравится? Нин Шу посмотрела на бриллиантовое колье. Оно было такого типа, с которым обычно ходят в официальном наряде на праздничных вечеринках. Оно было слишком хорошим для того, чтобы носить его повседневно. Оно было совсем не того стиля, который нравился Мяо Мяомяо, поэтому Нин Шу ни разу не поверила, что Чжан Цзясэнь купил это специально для неё. Вероятно, он купил его для Сюэ Маньмань, но теперь отдавал его ей. - Хочешь, чтобы я помог тебе надеть его? – спросил Чжан Цзясэнь. - Не нужно. Нин Шу покачала головой и закрыла шкатулку, после чего положила её на стол. Вялое поведение Нин Шу заставило Чжан Цзясэня чувствовать себя очень расстроенным. Если бы этот подарок получила Сюэ Маньмань, то она явно была бы очень рада. Поведение Мяо Мяомяо сделало Чжан Цзясэня очень несчастным. Он почувствовал, что никогда не имел никакой ценности в глазах Мяо Мяомяо, потому что Мяо Мяомяо уже обладала всем. Она легко могла заполучить всё, что захочет. Её такие вещи совсем не заботили. Нин Шу увидела обиженное выражение лица Чжан Цзясэня, но ей было на это абсолютно наплевать. Обижен? Для кого это он тут разыгрывал представление? Нин Шу вошла в конференц-зал следом за Чжан Цзясэнем. Она не стала произносить никаких напыщенных слов, и просто прямо сказала: - С этих пор, Чжан Цзясэнь будет исполнительным директором компании. У него будет полная власть над компанией и направлением её развития. Отец Мяо сегодня не пришёл, воспользовавшись отговоркой, что он не очень хорошо себя чувствует. Все присутствующие просто переглянулись между собой. Они не могли понять, всерьёз ли говорит Нин Шу или просто разыгрывает их. - Не нужно сомневаться в её словах. С этих пор я займу должность исполнительного директора. Я надеюсь, что с этих пор мы будем работать вместе и сделаем эту компанию ещё сильнее, - сказал Чжан Цзясэнь. Когда остальные услышали слова Чжан Цзясэня, они начали аплодировать, приветствуя его. Нин Шу тихо наблюдала за этим. Атмосфера была гораздо более оживлённой, по сравнению с той, когда она сама стала исполнительным директором. Было ясно, что в качестве исполнительного директора эти люди больше одобряли Чжан Цзясэня, чем её, эту женщину. Однако Нин Шу не злилась. Ей нужно было защитить компанию и избавиться от некоторых паразитов, которые работали в компании. Как ещё Чжан Цзясэнь мог отмыть достаточно денег, чтобы за два года купить особняк, если у него не было сообщников или подчинённых, поддерживающих его? Чжан Цзясэнь произнёс пылкую речь и закончил собрание на праздничной ноте. Если до этого Чжан Цзясэнь немного опасался, то теперь он чувствовал себя гораздо спокойнее. Он стал исполнительным директором компании. Следующим его шагом было полностью заграбастать кампанию, чтобы её председатель стал не более чем номинальным главой. Нин Шу лишь молча наблюдала за восторженным выражением лица Чжан Цзясэня. Скоро, скоро… ---------- Мяо Мяомяо Всего Лишь Пешка Когда Нин Шу и Чжан Цзясэнь вернулись в кабинет, они открыли дверь и увидели, что Сюэ Маньмань держит в руках шкатулку для драгоценностей. Это была та самая шкатулка, которую Нин Шу до этого поставила на стол. Когда Сюэ Маньмань увидела, что Нин Шу и Чжан Цзясэнь вернулись, она поспешно закрыла шкатулку и поставила её обратно на стол. - Я… Я увидела эту шкатулку на столе, поэтому мне стало любопытно и я заглянула внутрь, - поспешно объяснила Сюэ Маньмань. После этого она спросила у Нин Шу: - Это ваше колье? Нин Шу глянула на Чжан Цзясэня, а потом целенаправленно сказала: - Это подарок Цзясэня. Цвет лица Сюэ Маньмань тут же изменился, и она поспешила посмотреть на Чжан Цзясэня, в ожидании подтверждения. Однако Чжан Цзясэнь проигнорировал её взгляд. Нин Шу взяла шкатулку и сказала Чжан Цзясэню: - Я вернусь домой и отведу папу на медосмотр, так что, пожалуйста, присмотри за компанией. - Ладно, береги себя, - нежно сказал Чжан Цзясэнь. Он даже открыл дверь для Нин Шу и снова заботливо предупредил: - Будь внимательнее на дороге. Нин Шу повернулась к Сюэ Маньмань: - Секретарша Сюэ, я ухожу. - Берегите себя, - ответила Сюэ Маньмань дрожащим голосом. Нин Шу видела, что лицо Сюэ Маньмань было смертельно бледным, но на её лице всё равно была улыбка. Ей было очень приятно видеть, как больно было Сюэ Маньмань. Как только Нин Шу ушла, выражение лица Сюэ Маньмань вытянулось. Когда она увидела, как хорошо Чжан Цзясэнь относится к Мяо Мяомяо, в её сердце возникла паника. Чжан Цзясэнь даже подарил Мяо Мяомяо колье, которое должен был дать ей. - Цзясэнь. Во взгляде Сюэ Маньмань был водянистый свет, когда она посмотрела на Чжан Цзясэня с неукротимой страстью. Чжан Цзясэнь изначально был очень счастлив из-за своего повышения, но, когда он увидел рыдающее выражение лица Сюэ Маньмань, он потёр виски в лёгком раздражении. - Так уж вышло, что я сначала дал его Мяо Мяомяо. Я тебе завтра ещё одно куплю. Сюэ Маньмань покачала головой и сказала: - Мне плевать на колье. Единственная причина, почему я хотела это колье – это потому что я хотела посещать вечеринки вместе с тобой и стоять рядом с тобой, как равная. Меня больше беспокоит твоё поведение по отношению к Мяо Мяомяо. Почему ты так хорошо к ней относишься? Когда Чжан Цзясэнь услышал вопросы Сюэ Маньмань, на его лице появился след мрачного раздражения. - Я всегда хорошо относился к Мяо Мяомяо. Ты прекрасно знаешь, что всё это лишь притворство. Раньше ты ничего не говорила об этом, так почему же ты сейчас постоянно поднимаешь эту тему? Мяо Мяомяо всего лишь пешка. - Раньше я ещё могла это терпеть, но сейчас, каждый раз, как я вижу, что ты хорошо относишься к Мяо Мяомяо, я чувствую печаль и зависть. Я завидую тому факту, что Мяо Мяомяо может стоять рядом с тобой и быть открыто рядом. Тем временем, я могу лишь наблюдать со стороны, как мужчина, который мне нравится, обращается с какой-то другой женщиной как со своей женой. Сюэ Маньмань было так обидно, что её тело слегка трясло. Чжан Цзясэнь вздохнул, а потом твёрдо сказал: - Ты должна мне верить. У меня нет никаких чувств к Мяо Мяомяо. Как только я заполучу полный контроль над семьёй Мяо, давай поженимся. Когда Сюэ Маньмань услышала это обещание Чжан Цзясэня, в её сердце промелькнул след уныния. Сколько ей ещё придётся ждать? Сюэ Маньмань потянулась и обняла Чжан Цзясэня за талию. - Я просто хочу быть рядом с тобой. Цзясэнь, я без тебя умру. Они были в кабинете. Чжан Цзясэнь всегда избегал каких-либо интимных жестов с Сюэ Маньмань в публичных местах, но её слёзы намочили его рубашку. От этого его сердце слегка смягчилось, поэтому он не стал её отталкивать. Вот поэтому Чжан Цзясэню и нравилась Сюэ Маньмань. Благодаря Сюэ Маньмань он мог чувствовать ценность своего существования. Сюэ Маньмань обожала его, поклонялась ему и любила его. Это было совсем не так, как тогда, когда он сталкивался с Мяо Мяомяо. Ореол вокруг Мяо Мяомяо был таким сильным, что ему было трудно дышать в её присутствии. Чжан Цзясэнь был мужчиной, который верил в мужской шовинизм, но, за последние пару лет в компании, все говорили, что он смог забраться так высоко только благодаря своей женщине. И он отчётливо помнил все эти слова. ---------- Просто Отдаёшь Всё Ему Чжан Цзясэнь прекрасно понимал, что он был всего лишь бедным парнишкой из деревни. В этом колоссальном городе у него не было ни капитала, ни связей. Даже если бы он всю жизнь пытался пробиться в этом городе, он не смог бы пустить тут свои корни. Без этих внешних материальных условий, вещи вроде любви были лишь шуткой. Чжан Цзясэнь мог лишь пойти на нетрадиционную уловку и заплатить необходимую цену, чтобы он мог продолжить жить в этом городе. Надежды и ожидания его семьи. Его собственная жажда успеха. Всё это были причины, ведущие Чжан Цзясэня к тому, чтобы он воспользовался любыми преимуществами. Как только он заполучил краеугольный камень, он сможет встать на этот камень, чтобы взобраться ещё выше. Он женился на женщине, которая сократила ему двадцать лет мучительной борьбы за право выйти наверх. Даже если люди в компании говорили, что он живёт за счёт женщины, он это терпел. Потому что настанет день, когда он сможет смыть всё это унижение. Чжан Цзясэнь обнял Сюэ Маньмань. Благодаря этим внешним материальным условиям он сможет любить её ещё лучше. Нин Шу, которая больше не работала исполнительным директором, теперь лишь проводила своё время с отцом Мяо. Она водила его на медосмотры в госпиталь и готовила лечебные супы для отца Мяо. Она выглядела совсем как домохозяйка. Когда отец Мяо увидел насколько беззаботной и расслабленной была Нин Шу, он с лёгким разочарованием сказал: - Доченька, что ты делаешь? Неужели ты не можешь вынести того, чтобы расстаться с этим парнем? Ты даже отдала ему должность исполнительного директора. Ты просто отдаёшь всё ему, не так ли? Нин Шу держала в руках ножницы. Щёлкнув ими, она срезала цветок лилии. Она спросила у матери Мяо: - Мам, я правильно срезала? Мать Мяо глянула на неё, а потом кивнула. - Мяомяо, что ты действительно чувствуешь к Чжан Цзясэню? Он изменил тебе и даже воровал деньги из компании. Он обманул всю нашу семью. - Мам, я знаю, что делаю, просто позволь мне со всем разобраться. Пап, если окажется, что я не смогу справиться, то я передам всё тебе. Нин Шу спокойно вставила лилию в цветочную вазу. Когда отец Мяо увидел Нин Шу такой, он рассмеялся. - Очень хорошо! Как и ожидалось, у отцов-тигров нет слабых дочерей. - Тогда что насчёт секретарши Чжан Цзясэня? – мать Мяо посмотрела на Нин Шу. – Может нам выгнать её из компании? Нин Шу покачала головой и улыбнулась. - Всё в порядке. Пусть она останется в компании. Если мы её выгоним, то ни к чему хорошему это не приведёт. У Нин Шу уже был план, и для его выполнения нужна была Сюэ Маньмань. Нин Шу заставит их выблевать всё, что они откусили от семьи Мяо. Периодически, Нин Шу приходила в компанию, и каждый раз Чжан Цзясэнь был очень занят. Если он не был занят тем, что подписывал документы, то он был занят на совещаниях или выносил решения с витающей вокруг него королевской атмосферой. Та мрачная атмосфера, которая обычно парила вокруг Чжан Цзясэня, теперь исчезла. Всё его тело излучало сильную самоуверенность. Похоже, что его аура стала даже ещё сильнее. Нынешний Чжан Цзясэнь практически излучал харизму. Даже взгляд Сюэ Маньмань наполнился ещё большим восхищением и вечной преданностью. Такой была привлекательность успешного человека. Вероятно из-за того факта, что в последнее время Нин Шу почти не бывала в компании, Сюэ Маньмань снова начала носить брендовые вещи. Самым заметным был шарф на её шее. Эта Сюэ Маньмань явно обладала не простым уровнем тщеславия. Даже когда она была на работе, она всё равно добавляла эти вещи к своему наряду. Ха. Ха. Ха. Возможно, эти вещи скоро нанесут самой Сюэ Маньмань фатальный удар. ---------- Давай Заведём Ребёнка Когда Чжан Цзясэнь увидел, что пришла Нин Шу, он отложил то, над чем работал и попросил Сюэ Маньмань выйти. Сюэ Маньмань замешкалась на мгновение, а потом развернулась, чтобы уйти. - Мяомяо, ты зачем пришла? – спросил Чжан Цзясэнь. Нин Шу ответила: - Я пришла проведать тебя. Похоже, что ты очень занят. - Я только принял на себя эти обязанности, так что я немного занят, да, - Чжан Цзясэнь взял Нин Шу за руку. – Прости, в последнее время я был очень занят, поэтому пренебрёг тобой. Как только я освоюсь с работой, давай заведём ребёнка. Треск. Фарфоровая чашка упала на пол и разбилась. Когда Нин Шу обернулась и посмотрела в ту сторону, она увидела, что Сюэ Маньмань вносит кофе, но чашка с кофе упала на землю. Было ясно, что она уронила кофе от шока, когда услышала, что Чжан Цзясэнь говорит о заведении ребёнка с Мяо Мяомяо. Когда Чжан Цзясэнь увидел это, его цвет лица стал хуже. Сюэ Маньмань закусила губы и нагнулась, чтобы подобрать разбитые осколки чашки. Её лицо было крайне бледным, словно она страдала от сильного потрясения. - Не нужно, просто попроси уборщика прибрать тут. Чжан Цзясэнь увидел, что Сюэ Маньмань вообще не может контролировать свои эмоции, поэтому он постарался быстро спровадить её. Нин Шу с улыбкой сказала: - Всё в порядке, это же ведь просто разбитая чашка? Наблюдать за этой сценой было очень приятно. Особенно учитывая то, что это Чжан Цзясэнь ранил Сюэ Маньмань. Нин Шу глянула на Сюэ Маньмань, которая стояла на коленях на полу и подбирала осколки фарфора. Она словно не услышала того, что Чжан Цзясэнь сказал ей уйти, и просто продолжила стоять на коленях на полу. - Ах. В итоге, Сюэ Маньмань порезала палец из-за того, что отвлеклась. На её пальце тут же появились капли крови. Чжан Цзясэнь глубоко вдохнул, а потом строго сказал: - Выйди вон. Пусть придёт уборщик и уберёт это всё. Сюэ Маньмань была ошарашена, кода Чжан Цзясэнь закричал на неё. В итоге, эмоции, которые она подавляла, вырвались наружу, и слёзы потекли из глаз, падая на пол вместе с кровью из пальца. Взгляд Нин Шу практически сиял. О, боже, какая мелодрама. Обожаю это. Это была ещё одна проблема, о которой Чжан Цзясэню нужно беспокоиться. Он постоянно метался между двух женщин, так что он вполне мог утомиться. - Ты слишком жесток. Гляди, ты напугал эту юную леди настолько, что она теперь плачет. Нин Шу глянула в сторону Сюэ Маньмань. Сюэ Маньмань и близко не была к юной леди. Когда Чжан Цзясэнь услышал, что Нин Шу называет Сюэ Маньмань юной леди, то он почувствовал себя странно. Это прозвучало так, словно он был в отношениях с женщиной гораздо моложе него. - Ну, тогда я пойду. Когда Нин Шу прошла мимо Сюэ Маньмань, она сказала: - Тебе нужно скорее обработать эту рану. Будет плохо, если кровь попадёт на шарф. Всё же, твой шарф выглядит очень изысканно. Сюэ Маньмань напряглась, а потом её слёзы начали литься ещё сильнее. Нин Шу беззаботно ушла. Чжан Цзясэнь закрыл дверь кабинета, а потом взял кровоточащую руку Сюэ Маньмань. - Эту рану нужно обработать. - Мне не нужна твоя забота, - Сюэ Маньмань стряхнула руку Чжан Цзясэня с обиженным выражением на лице. – Ты же собираешься завести ребёнка с Мяо Мяомяо, но что ты сказал, когда я хотела завести ребёнка? Почему ты не хочешь заводить ребёнка со мной? Чжан Цзясэнь всегда пользовался презервативами, когда был с ней. Выражение лица Чжан Цзясэня тут же стало холодным. - Мы же давно об этом договорились. Мы не можем заводить ребёнка, пока наши отношения не стали публичными. У Чжан Цзясэня не было никакого желания заводить внебрачного ребёнка. Это повлияет на его престиж в компании. По крайней мере, он не мог себе позволить, чтобы случилось нечто подобное, пока он не развёлся с Мяо Мяомяо. - Но ты хочешь завести ребёнка с Мяо Мяомяо. Когда Сюэ Маньмань увидела холодное выражение на лице Чжан Цзясэня, то она ещё больше обиделась. Чжан Цзясэнь потёр свой лоб и беспомощным тоном сказал: - Разве ты не понимаешь, что я говорю это только напоказ? Как я вообще могу завести с ней ребёнка? Ты должна уволиться. Если ты продолжишь оставаться в компании и показывать таким образом свои эмоции, то люди рано или поздно что-нибудь заметят. Если честно, то Чжан Цзясэнь уже был сыт по горло тем, что Сюэ Маньмань постоянно что-то делала на эмоциях. Если бы они сейчас были дома или в каком-то укромном месте, то он бы сдержал свой темперамент, чтобы утешить Сюэ Маньмань, но они сейчас были в публичном месте и в любой момент сюда мог кто-нибудь войти. Их в любой момент могли раскрыть. Чжан Цзясэнь лучше чем кто-либо знал, как трудно было добраться до этого места, потому он не мог позволить себе никаких ошибок. Нынешняя иррациональная Сюэ Маньмань была лишь тикающей бомбой. ---------- Любовь, Основанная На Выгоде Чжан Цзясэнь хотел, чтобы Сюэ Маньмань повела себя хорошо и осталась в особняке в районе Танчэнь. Если ей будет скучно, то она может пройтись по магазинам, ему было всё равно, лишь бы она не была в компании и не поднимала подозрений. Когда Сюэ Маньмань услышала, что Чжан Цзясэнь просит её уволиться, она тут же начала паниковать. Что бы ни случилось, она должна была оставаться рядом с Чжан Цзясэнем. Ей нужно было держаться за этого выдающегося мужчину. В последнее время в компании начало работать много милых и нежных юных девушек, которые только закончили учёбу в коллеже. Сюэ Маньмань знала, что она уже больше не такая молодая. Ей уже было двадцать восемь, и вполне естественно, что она уже не могла соревноваться с этими полными юности девушками. Её единственным преимуществом было лишь то, что у неё была чистая любовь с Чжан Цзясэнем, когда они ещё учились в колледже. - Мне нравится эта работа. Цзясэнь, не волнуйся. Я буду осторожна. Сюэ Маньмань больше не могла позволить себе обижаться. Она поспешила гарантировать, что она будет контролировать свои эмоции и даже по-детски похныкала, чтобы заставить его согласиться. Наконец, Чжан Цзясэнь кивнул. Когда Нин Шу, которая вышла из кабинета, услышала их разговор, она начала смеяться. Чжан Цзясэнь и Сюэ Маньмань оба были людьми, которые вечно ненасытные, словно змеи, которые пытаются проглотить слона. Чжан Цзясэнь хотел по чуть-чуть обгрызать семью Мяо, пока он не сожрёт её целиком. В то время как для Сюэ Маньмань уже было недостаточно быть любовницей Чжан Цзясэня, и она хотела открыто стоять рядом с ним. Все они были эгоистичными людьми. Нин Шу практически лишилась дара речи. Мяо Мяомяо искренне любила Чжан Цзясэня, но Чжан Цзясэню было всё равно и он любил Сюэ Маньмань. Любовь Сюэ Маньмань была построена на материальной части их отношений. Если у Чжан Цзясэня не будет его нынешней должности, то Сюэ Маньмань ни за что не выберет Чжан Цзясэня. Возможно, всё это было потому, что Чжан Цзясэнь считал, будто любовь, в которой есть требования и взаимная выгода – это гарантия стабильности. Однако, любовь, основанная на выгоде, в итоге разрушится из-за интереса к выгодам. Нин Шу решила, что пришло время сделать свой ход. Она отправилась в полицейский участок, чтобы навестить тётушку Пин. За прошедшее время тётушка Пин стала гораздо худощавее и её ключицы резко торчали наружу. Не похоже, что ей хорошо жилось, и в её волосах добавилось седины. Её взгляд наполнился беспокойством и отчаянием. Нин Шу ни капли её не жалела. В изначальной истории тётушка Пин добилась успеха. Хоть Нин Шу и не знала, какие выгоды Чжан Цзясэнь предложил тётушке Пин, раз она выбрала этот путь, то она имеет полное право страдать от последствий того, что её раскрыли. - Ты всё ещё не хочешь говорить? Нин Шу села напротив тётушки Пин и посмотрела на неё через пуленепробиваемое стекло. Рот тётушки Пин слегка пошевелился, но она не заговорила. Она казалась немного не в себе. Было ясно, что допросы утомили её как физически, так и психологически. - Не забывай о своём сыне. Твоего сына уже исключили из колледжа из-за тебя. Хоть семья Мяо и не особо влиятельна в этом городе, нам всё равно будет довольно просто разобраться с твоим сыном, - тихо сказала Нин Шу. Тощее лицо тётушки Пин слегка исказилось, когда её взгляд наполнился страхом. Она взволнованно встала и начала умолять Нин Шу: - Мисс, прошу, я вас умоляю! Это дело не имеет никакого отношения к моему сыну! Прошу вас, не делайте ничего моему сыну. - Тогда признавайся! Зачем ты добавила яд в еду моего папы? – спросила Нин Шу. Ей нужно было поставить себя на её место. Тётушка Пин умоляла пощадить её сына, но сама она навредила отцу Мяо Мяомяо. Она навредила всей семье Мяо Мяомяо. Как она может не чувствовать никакого стыда, умоляя другого человека? Тётушка Пин покачала головой. - Я не могу сказать. Я правда не могу сказать. - Я дала тебе шанс, и ты им не воспользовалась, - Нин Шу встала. – Береги себя, я больше не приду. Вообще-то, мне совершенно плевать на твоё признание. ---------- Самое Время На самом деле, ей не так уж нужно было признание тётушки Пин. Если тётушка Пин настаивает на том, чтобы взять на себя всю вину за преступление и прикрыть Чжан Цзясэня, то и ладно. В любом случае, тётушке Пин придётся заплатить за то, что она сделала. Когда тётушка Пин увидела, что Нин Шу собралась уходить, она поспешно окликнула её. - Мисс, подождите! Я могу рассказать вам, но вы должны согласиться на одно условие. - Если ты хочешь говорить, то говори, если не хочешь, то забудь об этом. Что касается твоего условия, то я на него не соглашусь. У тебя нет права вести со мной переговоры. Даже если ты не признаешься, то улики всё равно есть. Более того, ты – убийца. Из-за тебя, твой сын тоже замешан. Его учёба и возможности получения работы разрушены из-за тебя. И она всё ещё хочет ставить условия? Какие у неё славные мечты. Тётушка Пин всхлипнула с надрывом, но Нин Шу развернулась и ушла, не оглядываясь назад. Выйдя из полицейского участка, она глубоко вдохнула. Женщинам нужно как следует заботиться о себе. Они не могут изменить того, кто их родители, но они могут проследить за тем, чтобы остальная их жизнь не была доверена тому, кому нельзя доверять. После свадьбы женщине придётся встретиться с семьёй мужа, родить детей и заниматься домохозяйством. А ещё им нужно присматривать за свекровью и свёкром, и называть мамой и папой людей, которые не кормили их ни единого дня в жизни. Если окажется, что тот человек, с которым ты столкнёшься, был недобросовестным человеком, тогда эти дни будут словно адом. После развода из-за разбитого сердца, сможет ли женщина всё ещё придерживаться своих идеалов и не довериться снова кому-то столь же беззаботно? Нин Шу была очень довольна своей нынешней жизнью. Даже если она и была на пути одиночки, даже если у неё и было лишь духовное тело, она всё равно могла жить очень свободно. В каждом мире она встречала разных людей, разных родителей и разных друзей. Каждая женщина может жить прекрасной жизнью даже без мужчины. А мужчины вроде Чжан Цзясэня заслуживают того, чтобы быть уничтоженными. Она уже немало времени пробыла в этом мире и собрала достаточно доказательств, так что сейчас самое время сделать ход. Прошло уже полмесяца с тех пор, как Чжан Цзясэнь был назначен на должность исполнительного директора и он уже стал лучше справляться с работой. Глядя на город из своего кабинета, он был очень доволен своими достижениями. Одним взглядом он мог обвести все маленькие горы внизу. Нынешний Чжан Цзясэнь чувствовал себя словно монарх из древней эпохи, которого короновали. Успех был для него неизбежен. Чжан Цзясэнь посмотрел на Сюэ Маньмань, которая сортировала документы. Статус, деньги и женщины. Всё это было жизненными целями любого мужчины, и он, вскоре, всех их добьётся. - Исполнительный директор, через пятнадцать минут очередная конференция, - сказала Сюэ Маньмань. Чжан Цзясэнь слабо улыбнулся. - Я понял. Сюэ Маньмань посмотрела на Чжан Цзясэня, который излучал ауру уверенности. Нынешний Чжан Цзясэнь уже больше не был таким угрюмым, как раньше. Он излучал уверенную ауру, словно у него всё было схвачено. Каждый раз, когда Сюэ Маньмань видела его таким, её сердце начинало бешено колотиться. Теперь она ещё больше любила этого мужчину. Чжан Цзясэнь поправил свою одежду, а потом толкнул дверь кабинета и отправился в конференц-зал. Главы всех отделов уже собрались там и ждали лишь Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэню очень нравилось это ощущение, когда он являлся центром внимания. В прошлом, он сидел рядом с главами отделов, как подчинённый. Но теперь все они были его подчинёнными. Чжан Цзясэнь вальяжно вошёл в зал. Когда он только собрался заговорить, дверь в зал резко открылась со стуком. После этого в зал вошли несколько человек. Выражение лица Чжан Цзясэня стало строгим, когда он холодно сказал: - Вы из какого отдела? Разве вы не знаете, что у нас тут собрание? - Полиция, - человек, стоящий впереди всех, достал значок и ордер на арест. – Должно быть вы - Чжан Цзясэнь? Вы арестованы. Лицо Чжан Цзясэня наполнилось шоком, а потом он холодно сказал: - Какой закон я нарушил, раз вы меня арестовываете? Если вы хотите меня арестовать, то предъявите доказательства. Полиция не может просто так арестовывать, кого пожелает. - Вы обвиняетесь в присвоении денежных средств и взяточничестве. Кто-то доложил о вас и предъявил твёрдые доказательства, - сказал главный офицер полиции. – Арестовать его. Сердце Чжан Цзясэнь затрепетало. Он хотел что-то сказать, но наручники уже защёлкнулись на его руках. Наручники были очень холодными. И от этого его сердце тоже похолодело. Его тело начало неконтролируемо дрожать. ---------- Чжан Цзясэнь Вернулся? Присвоение денежных средств и взяточничество? Что происходит? Почему случилось нечто подобное? Первой мыслью Чжан Цзясэня было то, что Сюэ Маньмань его предала. Сюэ Маньмань была единственной, кто знала об этих вещах. Чжан Цзясэня вывели из кабинета под эскортом. По пути он сталкивался с людьми, которые смотрели на него разными взглядами. Для него это была словно казнь. Всего несколько минут назад он всё ещё был всемогущим исполнительным директором, но теперь он отправится в тюрьму. Когда Сюэ Маньмань, которая пряталась в стороне, увидела это, она была так напугана, что её лицо стало совершенно бледным. Она взяла свою сумочку и помчалась в район Танчэнь. Первым делом она достала чемодан и смахнула в него всю косметику и драгоценности со стола. Затем она открыла шкаф, чтобы напихать в этот чемодан всю одежду, что там была. Когда она больше не могла в него ничего впихнуть, она нашла ещё один чемодан и сложила в него свои туфли, гель для душа из ванной и всё остальное. С одной стороны, она уничтожала следы своего проживания в этом доме. С другой стороны, всё это были очень дорогие вещи, которые Сюэ Маньмань очень ценила. Сердце Сюэ Маньмань очень быстро колотилось. Она вспомнила сцену того, как Чжан Цзясэня уводили, и попыталась успокоиться. Всё хорошо, всё обязательно будет в порядке. Чжан Цзясэнь был потрясающим, а ещё была Мяо Мяомяо. Мяо Мяомяо очень сильно любит Чжан Цзясэня, так что она обязательно его вытащит. За Чжан Цзясэнем стояла семья Мяо. Пока семья Мяо не будет разбираться в этом вопросе, Чжан Цзясэнь будет в порядке. Сюэ Маньмань не могла понять, как всё раскрылось. Она была крайне напугана, что она тоже будет в этом замешана. Когда Сюэ Маньмань тащила чемоданы к двери, послышался звук отпираемого замка. Сердце Сюэ Маньмань ёкнуло. Единственными людьми, у которых был ключ от этого дома – это она и Чжан Цзясэнь. Неужели Чжан Цзясэнь вернулся? Дверь открылась и вошли несколько мужчин. Когда они увидели Сюэ Маньмань, они сразу сказали: - Вы, должно быть, Сюэ Маньмань. Вы подозреваетесь в пособничестве, сокрытии преступления и в помощи отмывания денег. У вас нет права забирать ни один предмет из этого дома. Сюэ Маньмань явно знала, что Чжан Цзясэнь присваивал себе деньги компании, но она не докладывала об этом в полицию и помогала Чжан Цзясэню скрывать следы. Она использовала деньги, которые Чжан Цзясэнь получил незаконным путём, потратив их на покупку всяких вещей и драгоценностей, чтобы помочь Чжан Цзясэню сменить активы. А значит, она тоже виновата в отмывании денег. Когда Сюэ Маньмань услышала это, она начала панически трясти головой. - Я ничего не делала! Я не совершала никаких преступлений! - В данный момент, согласно процедуре закона, все украденные товары должны быть возвращены. Вы не можете ничего брать из этого дома. А ещё, вы арестованы, - сказал полицейский. Полицейские потянулись, чтобы забрать багаж Сюэ Маньмань. Но она крепко вцепилась в чемоданы и сказала: - Эти вещи принадлежат мне! Почему я не могу забрать свои вещи? - Всё в этом доме будет отправлено на инспекцию. Когда главный полицейский увидел, что Сюэ Маньмань ведёт себя подобным образом, он сказал остальным: - В наручники её, и верните всё в дом, чтобы люди из суда могли провести инспекцию. Сюэ Маньмань отвели в полицейскую машину. Она была так напугана, что слёзы ручьями лились по её лицу. Однако для полицейских она была всего лишь преступницей. Как бы жалобно она ни плакала, никто не почувствует к ней никакого сочувствия. Сюэ Маньмань привезли в центр предварительного заключения и там её посадили в камеру, как преступницу. Ей было очень страшно. После этого инцидента, что она будет делать до конца своей жизни? И её отношения с Чжан Цзясэнем тоже будут раскрыты. Всё произошло так внезапно, поэтому Сюэ Маньмань была крайне напугана. Что же ей теперь делать? Как полиция нашла дом в районе Танчэнь? Пока Нин Шу готовила лечебное блюдо дома, отцу Мяо позвонила одна из секретарш компании. Когда он узнал, что Чжан Цзясэня забрали в полицию, он спросил у Нин Шу: - А не слишком ли это плохо, когда всё сделано с таким размахом? Вероятно, это не очень хорошо скажется на имидже компании. ---------- Ты Должна Мне Помочь! Однако Нин Шу не имела ничего против этого. - Пап, неужели ты хотел разобраться с этим в частном порядке? Люди вроде Чжан Цзясэня, даже если он потеряет своё гнездо в виде семьи Мяо, он всё равно сможет где-нибудь пристроиться и начать всё заново. Нин Шу хотела, чтобы преступления Чжан Цзясэня стали известны всем и преследовали его до конца жизни. Какая компания посмеет снова нанять Чжан Цзясэня, когда у него есть судимость за присвоение средств в таком масштабе? Он был рабочим, который посмел украсть у компании то, что было заработано тяжёлым трудом остальных сотрудников. Более того, преступление по отмыванию денег было лишь первой волной. Чжан Цзясэня ждут ещё сюрпризы. Только теперь отец Мяо кивнул. - Ты права, мы не можем позволить ему так просто уйти. Я с самого начала был против твоего брака с ним. Если бы я был настойчивее, то этого бы не случилось. Нин Шу налила лечебного супа и протянула его отцу Мяо. - В те времена я была слепа от попавшего мне в глаза собачьего дерьма. Отец Мяо: … От упоминания собачьего дерьма отец Мяо совсем потерял аппетит. Нин Шу не пошла навещать Чжан Цзясэня, а просто отправилась в компанию, чтобы уладить ситуацию. Компания была в полнейшем беспорядке, поэтому Нин Шу снова заняла должность исполнительного директора, чтобы начать стабилизировать компанию. В этот раз, без Чжан Цзясэня, который создавал проблемы, ей нужно было постараться взять компанию под полный контроль. Пока Нин Шу была на работе, ей на телефон позвонили с незнакомого номера. Когда она подняла трубку, она услышала голос Чжан Цзясэня. - Мяомяо, это я. Я постараюсь покороче. Я не присваивал деньги, ты должна мне помочь! Голос Чжан Цзясэня прозвучал очень устало и немного дрожал. Однако в общем он всё ещё был довольно спокойным. - … Она мысленно рассмеялась. Помочь тебе?! - Мяомяо, ты меня слышишь? У меня не так много времени на звонок, ты должна мне помочь! Скажи свёкру, чтобы помог мне! – торопливо сказал Чжан Цзясэнь. На другом конце линии послышался голос. - Время вышло, больше никаких звонков. - Мяомяо, я люблю тебя! Ты… Бип бип Звонок прервался прежде, чем Чжан Цзясэнь успел договорить. Нин Шу уставилась на телефон, а потом пожала плечами. Неужели он действительно ожидал, что она поможет ему только потому, что он сказал "я люблю тебя"? Он явно размечтался. Этот Чжан Цзясэнь, вероятно, не знает, что Сюэ Маньмань тоже арестовали. Если бы он знал, то не стал бы звонить ей и так уверенно говорить, чтобы она ему помогла. Ей стало интересно, как же сейчас себя чувствует Чжан Цзясэнь, после того, как упал с должности исполнительного директора? Он упал с небес в ад, и, вероятно даже, будет приговорён к долгому тюремному заключению. Интересно, сможет ли он продержаться? Он был нацелен на успех и был близок к нему, но всё равно промахнулся. Насколько это должно быть болезненно для него? Насколько разочаровывающее? В данный момент она была занята делами компании, так как она могла выделить время на спасение Чжан Цзясэня? Каким бы ловким ни был Чжан Цзясэнь, он не сможет избежать наказания при наличии неопровержимых доказательств. Нин Шу уволила немало людей из отдела финансов. Это они покрывали отмывание денег. Компанией владела семья Мяо, но они были верны Чжан Цзясэню. После их увольнения, Нин Шу наняла в отдел финансов несколько талантливых людей, которых нашла заранее. Также она уволила множество управляющих. Все они были в сговоре с Чжан Цзясэнем. У них были взаимовыгодные отношения. На самом деле, многие люди считали, что семья Мяо, в итоге, станет собственностью Чжан Цзясэня. В семье Мяо не было сына, который мог бы унаследовать компанию, а их единственная дочь вышла замуж за Чжан Цзясэня. А значит было естественно предположить, что Чжан Цзясэнь унаследует компанию. В таком случае, было вполне естественно поддерживать Чжан Цзясэня, а не семью Мяо, чтобы выслужиться перед будущим главой компании. Похоже, что Чжан Цзясэнь продумал всё задолго до того, как выбрал Мяо Мяомяо своей целью. Ему было недостаточно, чтобы она была лишь дочерью из богатой семьи. Для него было важно, чтобы она была дочерью из богатой семьи и обладала правом наследия. ---------- Очередная Шумиха Семьи Чжан Все хотят успеха. Если бы Чжан Цзясэнь смог искренне заботиться о Мяо Мяомяо, возможно, это был бы брак, наполненный счастьем. Однако Чжан Цзясэнь лишь пользовался Мяо Мяомяо и сделал ей больно. Он даже украл всё, что у неё было. Это он был тем, кто ранит других, так почему он всё ещё чувствует себя обиженным, словно у него нет никакого достоинства? Ведь у него был выбор, он сам принял такое решение. Это он захотел жениться на Мяо Мяомяо. Однако он вёл себя так, словно его принуждают к этому, что это семья Мяо заставила его отбросить всякое достоинство, чтобы жениться на Мяо Мяомяо. Ради вот этого крохотного достоинства, ради его слегка шовинистического образа мышления, он полностью уничтожил счастливую жизнь Мяо Мяомяо. У Мяо Мяомяо, у которой больше ничего не осталось, естественно больше не было такого удушающего ореола. Никто больше не скажет, что он поднялся так высоко, полагаясь на женщину. Добившись успеха, Чжан Цзясэнь насильно смыл всё прошлое, которое он считал унизительным. Такие люди были психопатами. Чжан Цзясэнь позвонил Нин Шу, чтобы попросить о помощи, но Нин Шу забыла об этом в следующую же секунду. Она была весь день занята работой. Всё остальное могло подождать, пока она не возьмёт под контроль всю компанию. Однако Чжан Цзясэнь звонил почти каждый день, чтобы попросить Нин Шу найти способ вызволить его. Поначалу он очень тепло разговаривал с Нин Шу, но, спустя некоторое время, и благодаря Нин Шу, которая отвечала без особого энтузиазма, тон Чжан Цзясэня начал наполняться нетерпением. Чжан Цзясэнь прямо сказал Нин Шу вытащить его оттуда, но Нин Шу продолжила отмахиваться от него. Спустя несколько дней голос Чжан Цзясэня снова стал скромным. Он продолжал постоянно повторять: "Мяомяо, я люблю тебя, ты должна мне помочь". Чжан Цзясэнь знал, что единственные, кто могли его теперь спасти – это семья Мяо, а именно – отец Мяо, у которого было много связей. Чжан Цзясэнь полагался на любовь Мяо Мяомяо к нему. В данный момент, любовь Сюэ Маньмань не могла спасти Чжан Цзясэня. Поэтому он мог полагаться лишь на любовь Мяо Мяомяо. Нин Шу считала это очень ироничным. Мужчина вроде Чжан Цзясэня был серьёзной неудачей для женщин. Любая женщина, у которой есть мозги, должна бежать как можно дальше от такого мужчины. Нин Шу на словах соглашалась с ним. Был ещё месяц, пока Чжан Цзясэня приведут на суд. На протяжении этого месяца, департамент полиции должен собрать улики, а потом обратиться в суд. Как только это дело будет доведено до суда, уголовные обвинения Чжан Цзясэня будут высеченными в камне. Это будет нестираемым пятном в его досье, и он даже отправится в тюрьму. Вот почему Чжан Цзясэнь хотел, чтобы Нин Шу вытащила его прежде, чем начнётся суд, чтобы сделать этот инцидент как можно более незаметным. Однако, если она могла его убить, то она точно не собиралась оставлять его в живых. Вытащить его? Да как такое возможно? Нин Шу холодно рассмеялась. Чжан Цзясэнь звонил Нин Шу и просил, чтобы она пришла в полицейский участок, повидать его. Он сказал, что есть вещи, которые он хотел бы сказать лицом к лицу. У телефонных звонков было ограниченное время, поэтому он не мог толком всё рассказать. Более того, некоторые вещи звучат совсем по-другому, когда их говорят по телефону, а не лично. Чжан Цзясэнь пытался полагаться на любовь Мяо Мяомяо к нему. Он знал, что её сердце смягчится, когда она увидит, в каком плохом состоянии он был. Нин Шу лишь рассмеялась. Она подошла к окну и увидела, что семья Чжан Цзясэня создаёт шумиху у входа в компанию. Мать Чжан Цзясэня использовала свой обычный способ устроить сцену. Она сидела у дверей и плакала так, словно небо падает. Однако теперь она рыдала с гораздо большим надрывом, чем тогда, когда арестовали Тань Хэюя. Всё-таки, Чжан Цзясэнь был её плотью и кровью. Тут была не только мать Чжан Цзясэня. Вся семья собралась тут. Младшая сестрица Чжан и её брат, и Чжан Вэньлань привела свою дочь. Чжан Вэньлань лишь тихо плакала. Слёзы ручьями лились по её щекам, пока она обнимала свою дочь. Если честно, то Нин Шу очень не нравилась эта Чжан Вэньлань. Она постоянно делала так, создавая впечатление слабой женщины, и постоянно рыдала перед своим ребёнком. Она вообще думала о том, что, возможно, у ребёнка останется психологическая травма? Она всегда вела себя так, словно очень много страдает. От одного только её вида людям было неприятно. Больше всего матери Чжан Цзясэня нравилось клеветать на Нин Шу изо всех сил. Она сидела на земле, лупила руками по земле и вопила, что её невестка совершенно бессердечная, что она отправила своего собственного мужа и свояка в тюрьму, что она пытается отправить всех мужчин из этой семьи в тюрьму. Люди, которые входили и выходили из компании, все они ошарашено смотрели на семью Чжан, особенно, когда они слышали как мать Чжан Цзясэня проклинает исполнительного директора компании. Это был хороший повод для слухов. Нин Шу попросила секретаршу провести всю семью внутрь. Метод матери Чжан Цзясэня заключался в том, чтобы ранить себя и тем самым ранить других, но, если честно, для Нин Шу это всё было ничем. Однако у неё появилась идея, которую она хотела опробовать. ---------- Брать Деньги Из Своего Дома Семью привели в зал для совещаний. Нин Шу вошла как раз вовремя, чтобы увидеть, как мать Чжан Цзясэня вытирает свой нос, потом смахивает соплю на стену, после чего вытирает руку о свою обувь. Нин Шу: … Когда семья Чжан увидела, что Нин Шу вошла, их лица стали немного бледнее. Даже младшая сестричка Чжан знала всю серьёзность этой ситуации. Без своего старшего брата она не будет получать деньги на покупку вещей. В этом городе было слишком много хороших вещей, но их покупка стоила много денег. Младшая сестрица Чжан спросила у Нин Шу: - Старшая сестрица Мяо, за что арестовали старшего братца? Нин Шу тихо ответила: - Он присвоил себе деньги компании и об этом сообщили в полицию. - Что ты имеешь в виду, говоря "присвоил себе деньги компании"? Вы же с Цзясэнем женаты, так что вы – одна семья. Можно считать, что эта компания также принадлежит Цзясэню. Как то, что берёт деньги из своего дома может называться присвоением средств? – холодно сказал отец Чжан Цзясэня. - Это вовсе не присвоение средств. Невестка, нам сейчас не время вздорить из-за пустяков. Сейчас важнее всего – вытащить Цзясэня. По сравнению с матерью Чжан Цзясэня, которая рыдала так, словно небеса падают, и винила Нин Шу, поведение отца Чжан Цзясэня было заметно лучше. Ещё тогда, когда арестовали Тань Хэюя, отец Чжан Цзясэня просил её вытащить его, но тогда он вёл себя так, словно командовал. Теперь же его поведение было гораздо более любезным. Было ясно, что по мнению отца Чжан Цзясэня, Чжан Цзясэнь был единственным самым важным членом семьи. А ещё было возможно, что мать Чжан Цзясэня играет плохого полицейского, а он – хорошего полицейского. Но Нин Шу было плевать на то, что планируют эти люди. Она просто сказала: - Я не очень знаю, что делать. Цзясэнь мой муж, так что, конечно же, я хочу его вытащить. Нин Шу взволнованно заломила руки. - Но это будет стоить много денег. Я не знаю, сколько это будет стоить. Там нет никакого ограничения. - Тогда почему ты не тратишь деньги? Разве у твоей семьи не куча денег? – прямо сказала мать Чжан Цзясэня. Остальные члены семьи Чжан не стали ничего говорить, когда они услышали слова матери Чжан Цзясэня. Было ясно, что они думают точно так же. Нин Шу прищурилась. Она всегда подозревала, что у матери Чжан Цзясэня не было вообще никакого воспитания. Она всегда говорила то, что думала. Однако польза матери Чжан Цзясэня была в том, что её можно было использовать для проверки нижней границы терпения других людей и давать отцу Чжан Цзясэня понять, насколько далеко он может зайти. Например, сейчас мать Чжан Цзясэня прямо сказала, чтобы семья Мяо доставала деньги, чтобы вытащить Чжан Цзясэня. Эти слова были прямыми и их было трудно принять. Но это были те слова, которые отец Чжан Цзясэня хотел сказать, но не мог сказать. У этой семьи уже был установленный путь выживания, и они целенаправленно придерживались этого статуса. Когда отец Чжан Цзясэня увидел, что Нин Шу ничего не говорит, он вздохнул и сказал: - Невестка, Цзясэнь всё ещё страдает в центре предварительного заключения, так что мы должны вытащить его оттуда, прежде чем говорить о чём-либо ещё. Нет ничего важнее, чем этот человек. Как только Цзясэнь выйдет, вы должны будете жить вместе. Если фамилия первого ребёнка должна быть Мяо, то пусть будет Мяо. В любом случае, это всё равно будет ребёнок обеих семей. В данный момент отец Чжан Цзясэня пытался договориться с Нин Шу. ---------- Вот и Держите Полнеба Отец Чжан Цзясэня говорил, что позволит первому ребёнку иметь фамилию Мяо, но Нин Шу была уверена, что она вообще не хочет быть с Чжан Цзясэнем, так зачем ей вообще заводить с ним ребёнка? Почему семья Чжан считала, что она должна настаивать на том, чтобы вытащить Чжан Цзясэня? Без того ореола который Чжан Цзясэню дала семья Мяо, Чжан Цзясэнь был бесполезным. У него не было денег, а его моральные качества были мусором. Однако, по какой-то причине, семья Чжан чувствовала, что она должна быть верна ему до самой смерти, и не важно каким человеком был Чжан Цзясэнь. Нин Шу считала, что это нелепо. У неё было такое ощущение, что она практически вернулась во времени в древнюю эпоху, где женщины должны следовать конфуцианским моральным предписаниям. И хотя времена изменились, некоторый образ мышления всё равно глубоко укоренился в людях. В некоторых местах женщины даже не могут есть за обеденным столом. Во все времена люди всегда пытались заковать женщин в цепи. Современные женщины не обязательно живут более счастливой жизнью, чем женщины древней эпохи. Современным женщинам нужно рожать детей, воспитывать детей, заботиться о домашнем хозяйстве и управляться с работой. Разве нет поговорки, что женщина может удержать полнеба? Так вот и держите полнеба. Когда мать Чжан Цзясэня услышала, что у ребёнка будет фамилия Мяо, её цвет лица стал хуже, а губы зашевелились, но она ничего не сказала против. Было ясно, что она не смеет бросать вызов авторитету отца Чжан Цзясэня в качестве главы семьи. Вся семья Чжан посмотрела на Нин Шу, явно ожидая ответа. Нин Шу чуть не взорвалась от гнева. Это её что за чертовщина? Она должна тратить деньги на то, чтобы вытащить Чжан Цзясэня, потом забеременеть на десять месяцев, терпеть боль при родах, а потом просто принять, что дать ребёнку фамилию Мяо – это какая-то великая милость? Что за хуйня? Нин Шу глубоко вдохнула, а потом сказала: - Пусть так, но у компании не так много денег. Как бы там ни было, но денег недостаточно, так что вам, ребята, тоже придётся вложить немного денег. - Да откуда у нас деньги? У нас нет денег, - огрызнулась мать Чжан Цзясэня. Нин Шу тихо сказала: - Тогда и я ничего не могу поделать. Из-за того, что в прошлый раз дизайны были украдены, фабрика не могла начать производство новой продукции, но нам всё равно нужно было выплатить рабочим зарплаты. У компании почти не осталось денег. Этой мелочи недостаточно, чтобы спасти Цзясэня. Нин Шу беспомощно развела руками. - Я тоже хочу его вытащить, но условия этого не позволяют. Если уж на то пошло, то нам просто придётся позволить Цзясэню провести пару лет в тюрьме. Мать Чжан Цзясэня гневно сверкнула взглядом, озлобленно указывая пальцем на Нин Шу. - А ты, чёртова бессердечная сука! Кто так говорит о собственном муже?! Как ты можешь допустить, что Цзясэнь отправится в тюрьму?! Нин Шу посмотрела на мать Чжан Цзясэня. Она теперь была ещё более худой, чем раньше и её скулы торчали ещё отчётливее, отчего её глаза выглядели так, словно они впали ещё глубже. Её волосы были седыми. Хоть она и говорила с Нин Шу злым тоном, всё равно чувствовался её страх и недостаток уверенности. Мать Чжан Цзясэня была из тех, кто просто изображал угрожающие жесты, когда блефовала. Нин Шу не обратила внимания на мать Чжан Цзясэня, которая лишь создавала шумиху. Мать Чжан Цзясэня была просто женщиной, но она настаивала на защите идеи о мужском доминировании и даже требовала от своей дочери и невестки, чтобы они считали мужчин самым важным, что есть в их жизни. Особенно она требовала от Нин Шу, этой невестки, чтобы та считала её сына центром всего мира. Если она будет услужливой, кланяться и выслуживаться, то так будет даже лучше. Нин Шу просто лишилась дара речи, от этого невероятного образа мышления. ---------- Присвоил Себе Почти Восемь Миллионов У матери Чжан Цзясэня, на самом деле, не было никакого права голоса в семье. Все властью принятия решения обладал отец Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэнь, который вырос в подобной среде, твёрдо верил в мужское доминирование. Как бы хорошо Мяо Мяомяо ни относилась к Чжан Цзясэню и не смотрела свысока на его происхождение, Чжан Цзясэнь всё равно считал, что его достоинство было оскорблено и отрицал всё хорошее, что было связано с Мяо Мяомяо. - Невестка, у нашей семьи действительно нет денег. Максимум, что мы можем наскрести – это сто тысяч, - сказал отец Чжан Цзясэня. Сто тысяч? Похоже, что Чжан Цзясэнь действительно отправил немало денег семье Чжан за последние два года. Более того, Нин Шу была уверена, что эти сто тысяч были не всеми деньгами, которые мог достать отец Чжан Цзясэня. Нин Шу покачала головой и сказала: - Да разве этих ста тысяч может быть достаточно? Чжан Цзясэнь присвоил себе почти восемь миллионов. Это дело так просто не решить. Однако, если эту сумму можно вернуть, тогда и этот вопрос будет решён. - Восемь миллионов? Да откуда у нашей семьи может быть восемь миллионов? Старшая сестрица Мяо, у твоей семьи так много денег, неужели ты не можешь немного помочь? Как только младшая сестрица Чжан услышала о сумме в восемь миллионов, она чуть не подпрыгнула на месте. Даже если они всё продадут, то не смогут собрать столько денег. - Папа, что если мы просто позволим старшему брату… Младшая сестрица Чжан даже не успела договорить, когда отец Чжан Цзясэня строго посмотрел на неё. - Это твой старший брат. Как бы там ни было, мы должны его вытащить. Было ясно, что младшая сестрица Чжан хочет позволить своему брату остаться в тюрьме на пару лет, чтобы компенсировать эти восемь миллионов. Вообще-то, это был очень даже неплохой обмен. Было не так много людей, которые могли бы заработать восемь миллионов всего за несколько лет. Нин Шу просто села в стороне и слушала их, ничего не говоря. Отец Чжан Цзясэня уверенно сказал Нин Шу: - Как бы там ни было, мы должны его спасти. Как насчёт такого? В будущем, твой сын тоже будет иметь фамилию Мяо. Первый ребёнок тоже будет иметь фамилию Мяо. Так у тебя будет двое детей с фамилией Мяо. Иисусе, судя по его словам, они хотят, чтобы она родила им больше, чем двух детей. Раз двое детей точно будут иметь фамилию Мяо, то наверняка будет и ребёнок с фамилией Чжан. Боже мой. Нин Шу вытерла холодный пот. Нин Шу считала это нелепым, что они используют это в качестве условий для переговоров. Она и без Чжан Цзясэня сможет завести детей. Она может просто пойти в банк спермы и выбрать сперму самого лучшего качества. Ребёнок, которого она родит, будет потом на сто процентов принадлежать только ей. Зачем ей вообще нужна их "милость"? Нин Шу ухмыльнулась. - А как насчёт такого? Разве у нашей семьи нет дома? Давайте продадим этот дом, а я найду способ достать остальную часть суммы? Как вам такое? Нин Шу подразумевала, чтобы отец Чжан Цзясэня продал свадебный дом Мяо Мяомяо и Чжан Цзясэня. - Так не пойдёт. Отец Чжан Цзясэня сразу отказался от этой идеи. Дом был основанием для семьи. Даже если они продадут все кастрюли и сковородки, они не могут продать дом. Разве это не будет всё равно, что говорить другим, что эта семья больше не сможет выжить? И хотя отец Чжан Цзясэня был родом из деревни, он всё равно очень ясно понимал некоторые вещи. Он знал, что очень трудно заполучить собственный дом в городе. Нин Шу робко сказала: - Но нам сейчас очень нужны деньги. Когда у нас будет больше денег, мы сможем купить новый дом. Отец Чжан Цзясэня плотно нахмурил брови, посасывая свою трубку. Всё помещение наполнилось удушающим запахом дыма. В итоге, отец Чжан Цзясэня всё равно принял решение продать дом. Нин Шу слабо улыбнулась. Вскоре пришёл покупатель на дом, но цена была очень низкой. Изначально дом стоил больше двух миллионов, но со всей мебелью и украшениями он был продан всего за один миллион. Один миллион – это было очень далеко от восьми миллионов, но отец Чжан Цзясэня всё равно решил продать его, чтобы Нин Шу могла возместить остальную часть своими деньгами. Всё же, она сама сказала, что придумает, как найти остальные деньги. Вскоре дом был продан, но, пройдясь по рукам, он снова оказался во владении Нин Шу. В этот раз в свидетельстве о собственности было написано только имя Мяо Мяомяо и никакого Чжан Цзясэня. Этот дом больше не считался общим активом. Особняк тоже был конфискован, так что Чжан Цзясэнь потерял всё, над чем работал эти последние два года. У него уже ничего не осталось, и ему даже грозило тюремное заключение. Нин Шу спрятала подальше свидетельство о собственности и слабо улыбнулась. ---------- Не Волнуйся, Я Тебе Помогу Дом был продан, поэтому, естественно, семья Чжан больше не могла оставаться в этом доме. Мать Чжан Цзясэня увидела, что в доме полно мебели и хотела всю её унести. Однако отец Чжан Цзясэня отругал её и сказал, что эти вещи больше им не принадлежат. Более того, куда им вообще поставить эти вещи? Глаза матери Чжан Цзясэня покраснели от душевной боли, а её лицевые мускулы дрожали от боли. Все эти вещи принадлежали её сыну. Семья Чжан арендовала небольшой домик по соседству, чтобы дождаться решения по делу Чжан Цзясэня, а потом вернуться обратно в деревню. За всё это время спина отца Чжан Цзясэня стала ещё более сгорбленной. Как глава семьи он нёс на себе большое давление, особенно учитывая то, что произошло с его сыном, которым он больше всего гордился. Когда семья вернётся в деревню, им придётся столкнуться с косыми взглядами других жителей деревни и их высказываниями. Как же всё так получилось? За день до начала суда Нин Шу пришла в полицейский участок, чтобы навестить Чжан Цзясэня. В этот раз она почти не узнала его. Чжан Цзясэнь был в тюремной робе. Его щетина была неопрятной, а сам он стал заметно более худощавым. Его глаза были налиты кровью, а его волосы, которые он всегда причёсывал до идеального порядка, теперь беспорядочно свисали с его лба, почти закрывая глаза. Нынешний Чжан Цзясэнь выглядел очень мрачным и замученным, словно загнанный в ловушку зверь. Когда Чжан Цзясэнь увидел Мяо Мяомяо, он очень разволновался, отчего его глаза ещё больше налились кровью. - Мяомяо, почему ты пришла только сейчас? - После того, как тебя арестовали, компания впала в смятение. Мне пришлось стабилизировать ситуацию, - Нин Шу спросила у Чжан Цзясэня. – Как твои дела? Чжан Цзясэнь потёр свой лоб. Он хотел потянуться и взять Нин Шу за руку, но их разделяло пуленепробиваемое стекло. Чжан Цзясэнь нежно посмотрел на Нин Шу. - Мяомяо, я могу тебе всё объяснить. Что касается дома в районе Танчэнь, то я купил его, потому что хотел подарить тебе уютный дом. Я попросил построить этот дом для тебя. Нин Шу: … - Мяомяо, ты должна мне поверить. Чжан Цзясэнь делал всё возможное, чтобы подавить беспокойного зверя в своём сердце. На данный момент Мяомяо была единственной, кто может его спасти. Нин Шу посмотрела на Чжан Цзясэня с обиженным выражением на лице. - Но в том доме в районе Танчэнь жила только секретарша Сюэ. Ты правда купил этот дом для меня? В документах на него только твоё имя. Брови Чжан Цзясэня нахмурились, а его глаза стали совсем красными, когда он пристально уставился на Нин Шу. - Это была идея твоего папы? Твой папа ведь недавно просматривал бухгалтерские книги. За прошедший месяц Чжан Цзясэнь постоянно думал об этом, и пришёл к выводу, что за решётку его отправил именно отец Мяо Мяомяо. Более того, судя по поведению полиции, было ясно, что у них на него есть конкретные и реальные доказательства. Мяо Чжи стоял за всем этим. Возможно, Мяо Мяомяо тоже знала об этом, но Чжан Цзясэнь ставил на то, что у Мяо Мяомяо были к нему чувства. Однако было ясно, что на эти чувства не стоило рассчитывать. - Мяомяо, я… Чжан Цзясэнь хотел придумать объяснение, но не знал, что сказать. - Мяомяо, прошу тебя, поверь мне, - вяло сказал Чжан Цзясэнь. Нин Шу улыбнулась и сказала: - Не волнуйся, я тебе помогу. На лице Чжан Цзясэня промелькнула радость, а потом Нин Шу сказала: - Я продала наш свадебный дом, чтобы собрать деньги и помочь тебе. Радость на лице Чжан Цзясэня тут же застыла, а потом брови нахмурились. - Мяомяо, как ты могла продать дом? Это же наш свадебный дом. Губы Чжан Цзясэня дрожали. Его лицо приобрело пепельный оттенок, когда он уставился на Нин Шу. Внезапно, он горько улыбнулся. - Мяо Мяомяо, ты сделала это специально? - Что ты имеешь в виду? Свёкор тоже согласился продать дом, - удивлённым голосом ответила Нин Шу. Всю энергию словно высосало из тела Чжан Цзясэня. У него действительно ничего не осталось. ---------- Наблюдая За Мимом Всё, что он с таким трудом заполучил, теперь пропало. Он полностью потерял тот фундамент, который у него был в этом городе. Его взгляд дрогнул. Не так давно он всё ещё был внушающим благоговение исполнительным директором компании, но теперь у него вообще ничего не осталось. У него было такое ощущение, что его сердце бросили в кипящее масло, потому что боль была пронзительной и обжигающей. Чжан Цзясэнь посмотрел на женщину, которая была перед ним. - За сколько ты продала дом? Нин Шу сочла это забавным. Даже в такой ситуации, это было тем, о чём беспокоился Чжан Цзясэнь. Нин Шу показала один палец. Чжан Цзясэнь уставился на её палец и его лицо побледнело, после чего он резко шлёпнул ладонью по столу. - Этот дом был и на моё имя тоже. Ты продала дом, даже не дав мне об этом знать! Мяо Мяомяо, ты сделала это специально! Ты всё сделала специально! Это был дом в таком хорошем районе. Этот дом должен был быть продан за три миллиона, но был продан по цене китайской капусты, за одну треть от реальной стоимости. Нин Шу пожала плечами. - Я очень хочу спасти тебя. - Спасти меня? Чжан Цзясэнь холодно рассмеялся. Семья Мяо была не до такой степени бедной, что им пришлось бы продавать дом. Это явно Мяо Чжи воспользовался возможностью, чтобы забрать активы, которыми обладал Чжан Цзясэнь. Чжан Цзясэнь был так зол, что даже немного потерял равновесие, поэтому он снова сел. Его глаза ещё больше налились кровью. Когда он посмотрел на безразличное выражение на лице Мяо Мяомяо, его сердце наполнилось ещё большим страхом, и он снова повторил: - Мяомяо, я правда люблю тебя. Как только я выйду, я всё объясню тебе с самого начала. Объяснишь? В этом не было необходимости. Нин Шу ничего не говорила и лишь смотрела на Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэнь ещё больше разволновался. Если бы не пуленепробиваемое стекло, то он, вероятно, уже набросился бы на неё. Он выглядел немного помешанным. Он лупил по стеклу руками, а его рот непрерывно открывался и закрывался. Нин Шу повесила трубку, поэтому она не могла слышать, что он говорит. Так как Чжан Цзясэнь слишком разволновался, люди из центра предварительного заключения решили утащить его. Он отчаянно сопротивлялся и продолжал пристально смотреть на Нин Шу, что-то ей крича. Однако из-за стекла она не могла слышать, что он пытался ей сказать. Она словно наблюдала за мимом. В итоге, Чжан Цзясэня утащили. Его глаза теперь были практически цвета крови, особенно когда он увидел, что Нин Шу была спокойной и непоколебимой. Его выражение лица наполнилось отчаянием и обидой. Его взгляд наполнился горькой обидой, когда он уставился на Нин Шу. Нин Шу сочла, что она очень рада это видеть. Она почувствовала облегчение, при виде того, через какую боль и пытки он проходит. Нин Шу отправилась навестить Сюэ Маньмань, но она с ней так и не встретилась. Она лишь поговорила с офицером полиции, который допрашивал Сюэ Маньмань и выяснила, что весь брендовый макияж, одежда, обувь, духи и прочее, в сумме стоили больше миллиона. И всё это была кровь, высосанная из семьи Мяо. В общей сумме, это означало, что за последние два года после изначального повышения Чжан Цзясэня, он присвоил себе более десяти миллионов. Он был всерьёз настроен высосать всё богатство семьи Мяо, словно пиявка. Чжан Цзясэнь был не единственным, кто отправится в тюрьму. Сюэ Маньмань тоже грозило тюремное заключение. Более того, все её вещи больше не принадлежали ей, так как они были украденной собственностью. Как Нин Шу и говорила прежде, она заставит их выплюнуть всё, что они съели. Они вгрызались в плоть семьи Мяо, а потом насмехались над Мяо Мяомяо за то, что она тупая. Неужели семья Мяо действительно заслужила такое обращение только потому, что у неё были деньги? Может они чувствовали себя Робин Гудами, грабя богатых, чтобы помочь бедным? Помогали исполнять приговор Небес? Нин Шу не собиралась отпускать Чжан Цзясэня без наказания, как и не собиралась отпускать Сюэ Маньмань без наказания. Действия Чжан Цзясэня были подлыми, но и Сюэ Маньмань была такой же отвратительной. Возможно, после смерти Мяо Мяомяо, Сюэ Маньмань и Чжан Цзясэнь смогли открыто быть вместе. Возможно, как и говорил Чжан Цзясэнь, они завели очаровательных детей и сидели в саду, наблюдая за тем, как играют их дети, и были счастливой семьёй. ---------- Показания Свидетеля На следующий день было назначено слушание в суде, поэтому Нин Шу пришла в суд ранним утром. Так или иначе, это было дело об исполнительном директоре компании, который присвоил себе больше десяти миллионов, так что оно привлекло внимание репортёров из разных газет. Это и было целью Нин Шу. Просто директор, присвоивший деньги, это совсем не то, что исполнительный директор, присвоивший деньги. Человек, который управлял половиной всей компании, оказывается, присваивал себе деньги компании. Влияние этой новости было гораздо больше. Более того, это послужит раскрытием перед всеми Чжан Цзясэня, который просто стал самодовольным от объёма своих достижений, а потом был резко брошен в тюрьму и все его греховные выходки были раскрыты. Сегодняшнее представление определённо будет очень интересным. Нин Шу была не единственной, кто пришёл. Вся семья Чжан тоже была тут. Даже одержимый интернетом брат-близнец младшей сестрицы Чжан тоже пришёл. Вся семья Чжан мрачно смотрела на Нин Шу. Нин Шу показала, что ей всё равно и просто нашла себе место в зоне для зрителей. Семья Чжан села как можно дальше от Нин Шу, явно не желая сидеть рядом с ней. Вскоре полицейские привели Чжан Цзясэня и посадили на место подсудимого. Он был в тюремной униформе и в наручниках. Семья Чжан очень разволновалась, когда увидела Чжан Цзясэня. Когда мать Чжан Цзясэня увидела, что с её сыном так обращались, она с такой силой закусила свои щёки, что у неё задрожали лицевые мускулы. У отца Чжан Цзясэня на лице было строгое выражение. Он потянулся к талии, и только потом обнаружил, что не принёс свою трубку для курения. Тем временем, Чжан Цзясэнь не выглядел так, словно он в хорошем состоянии. Его голова была опущена, а волосы скрывали его глаза. Щелчки и вспышки камер заставили его опустить голову ещё ниже. Нин Шу посмотрела на нынешнего Чжан Цзясэня. Всё его тело излучало опустошённую и мрачную ауру. Прокурор обвинил Чжан Цзясэня в нескольких преступлениях, а потом пришло время жюри и судье принять решение о преступлениях Цзясэня. Тот факт, что Чжан Цзясэнь совершил преступления, уже был высечен в камне, но нужно было ещё пройти через процедуру и предъявить всевозможные улики. С самого начала Чжан Цзясэнь ни сказал ни единого слова. Он словно едва присутствовал тут. Возможно, его даже не интересовала больше его судьба. Он излучал очень мрачную ауру. Даже Нин Шу не могла понять, о чём он думает. И, пока проходили всевозможные судебные манипуляции, потребовалось заявление свидетеля. Когда Чжан Цзясэнь услышал, что появится свидетель, его тело слегка сдвинулось. Свидетель? Кем же будет этот свидетель? Нин Шу тоже было очень любопытно узнать. Полиция привела Сюэ Маньмань. Когда Нин Шу увидела Сюэ Маньмань, она внезапно улыбнулась. Сюэ Маньмань планирует быть свидетелем? Она хочет дать заявление против Чжан Цзясэня? Охо-хо-хо, так вот какая любовь была между Чжан Цзясэнем и Сюэ Маньмань. Когда Чжан Цзясэнь обернулся и увидел Сюэ Маньмань, он был ошеломлён. Было ясно, что он очень шокирован появлением Сюэ Маньмань. Его лицевые мускулы задрожали, когда он уставился прямо на Сюэ Маньмань. Сюэ Маньмань выглядела очень нервной. Когда она увидела мрачный взгляд Чжан Цзясэня, она тут же отвела свой взгляд. Её тело слегка дрожало. Она знала, что её действия подвели Чжан Цзясэня, но ей всё равно нужно было это сделать, чтобы избавиться от своего собственного приговора. Она была девушкой, она не могла отправиться в тюрьму. Вернувшись из тюрьмы ей будет уже тридцать. Кто же захочет женщину, которая побывала в тюрьме? И что ей тогда делать до конца своей жизни? Для неё это также было тяжёлой внутренней борьбой. Она не хотела предавать Чжан Цзясэня, но на данный момент у них больше не было никакого будущего. Они уже ни за что больше не смогут быть вместе. ---------- Я – Любовница Чжан Цзясэня У Чжан Цзясэня всё ещё будет Мяо Мяомяо, которая поможет ему, а что насчёт неё? Её родители считают её позором семьи и отказываются видеться с ней. У неё больше не осталось никакого выбора. Сюэ Маньмань уже приняла решение, но, когда она увидела Чжан Цзясэня, она всё равно почувствовала испуг и стыд, особенно, когда увидела в каком ужасном состоянии он находился. Однако, несмотря на её стыд, видя его таким, она стала ещё более уверена в своём решении. Она глубоко вдохнула, а потом сказала: - Судья, я могу свидетельствовать, что Чжан Цзясэнь использовал свою должность в компании, чтобы присвоить много денег. Он покупал по низким ценам, но докладывал о том, что цены высокие. Некоторые фабрики, у которых приобретали поставки снабжения, даже доплачивали ему. В его резиденции в районе Танчэнь, в сейфе, лежит его бухгалтерская книга. - Откуда вы всё это знаете? – спросил судья. Сюэ Маньмань закусила губы, после чего глубоко вдохнул и, наконец, призналась: - Я – любовница Чжан Цзясэня, поэтому он рассказал мне о многих вещах. Щёлк, щёлк… Репортёры начали неистово щёлкать камерами. Подобный сексуальный скандал был гораздо более интересным, чем простое дело о присвоении средств. Его собственная любовница дала показания против него. Эта история падения будет просто взрывной сенсацией. В любом случае, Сюэ Маньмань рассказала всё, что смогла вспомнить, на одном дыхании, отчего Чжан Цзясэнь взорвался от ярости. Он так быстро помчался к Сюэ Маньмань, что все остальные были слишком ошарашены, чтобы как-то отреагировать. Он вцепился в шею Сюэ Маньмань и закричал: - Сюэ Маньмань, как ты посмела меня предать?! Ах ты шлюха! Лицо Сюэ Маньмань стало тёмно-красным от того, что Чжан Цзясэнь её душил. Она боролась и пыталась оторвать от себя руки Чжан Цзясэня. Полиция поспешила ей на помощь, чтобы оттянуть Чжан Цзясэня, но Чжан Цзясэнь отказывался отпускать шею Сюэ Маньмань. Глаза Сюэ Маньмань уже закатились от недостатка кислорода. Пальцы Чжан Цзясэня сжались с такой силой, что они словно пронзали шею Сюэ Маньмань. Полицейские увидели, что всё плохо, поэтому они достали шоковый пистолет и использовали его на Чжан Цзясэне. Тело Чжан Цзясэня задрожало от электрического шока и его хватка на Сюэ Маньмань ослабла. Сюэ Маньмань упала на пол и наконец-то смогла вздохнуть, после чего закашляла. Взгляд Чжан Цзясэня был полон обиды и ненависти, когда он посмотрел на Сюэ Маньмань. Даже когда полицейские оттаскивали его, он всё ещё пытался пнуть Сюэ Маньмань. Сюэ Маньмань лежала на полу, кашляя так сильно, что слёзы и сопли покрыли её лицо. - Тишина в зале, тишина в зале. Судья постучал своим молотком по столу, а потом сказал полиции вывести Сюэ Маньмань из зала. Нин Шу спокойно наблюдала за всем этим. Видите? Отношения, основанные на выгоде, в итоге распадутся из-за выгоды. Чжан Цзясэнь и Сюэ Маньмань имели свой собственный эгоизм. Даже муж и жена, перед лицом великой катастрофы, могут пойти каждый своим путём. Поэтому, когда дело дошло до Чжан Цзясэня и Сюэ Маньмань с их незащищёнными отношениями, итог был ожидаем. Боже мой, это было так идеально, так приятно. Вот такие представления она любила. В прошлом они так страстно обнимали друг друга, но, в итоге, они сразу обратились друг против друга, несмотря на все их обещания о преданности. Нин Шу ничуть не удивилась тому, что Сюэ Маньмань приняла такое решение. Сюэ Маньмань и Чжан Цзясэнь, оба были очень эгоистичными людьми. Когда что-то происходит, первым делом они думают только о себе. Это было вполне нормально. Все люди были эгоистичными, но эти двое были крайне эгоистичными. Нин Шу посмотрела на Чжан Цзясэня. На его лице появилось ещё большее поражение. После того, как в него выстрелили из шокового пистолета, он казался ещё более упадническим и слабым. - Эта проклятая сука, бессердечная дрянь! Она посмела так отнестись к Цзясэню?! Мать Чжан Цзясэня, которая сидела в зоне зрителей, беспрестанно проклинала Сюэ Маньмань. У неё очень сильно болело сердце за Чжан Цзясэня. Если бы не отец Чжан Цзясэня, удерживающий её, то она бы уже побежала к стойке подсудимого. Вся семья Чжан выглядела бледной. Отец Чжан Цзясэня посмотрел на Нин Шу. Было ясно, что он хотел, чтобы Нин Шу спасла Чжан Цзясэня. Сложившаяся ситуация была очень плохой для Чжан Цзясэня. Его обвинила собственная любовница. Отец Чжан Цзясэня вытер лицо, цвет которого уже стал пепельным. Мысленно он винил Чжан Цзясэня в том, что тот не смог проконтролировать свою промежность и создал себе такую проблему. ---------- Самый Низкий Статус Из Всех Это также было впервые, когда семья Чжан вообще узнала, что у Чжан Цзясэня была любовница. Однако эта любовница даже дала показания против Чжан Цзясэня. Семья Чжан не могла этого принять. Так как она была женщиной Чжан Цзясэня, то было неприемлемо, чтобы она делала нечто подобное. Мать Чжан Цзясэня особенно считала, что Сюэ Маньмань совершила огромное преступление. И никто, похоже, даже не задумывался о том, что Нин Шу, эта жена, почувствовала, узнав, что её муж ей изменял. Никто не проявлял никакого беспокойства по поводу её чувств. Нин Шу рассмеялась. В семье Чжан, невестка была самым низшим существом без какого-либо достоинства. Над ней были все свояченицы, свояки, муж Чжан Цзясэнь, а ещё выше – свёкор и свекровь, которые обладали абсолютным авторитетом. В этой семье было так много статусов, и Мяо Мяомяо имела самый низкий статус из всех, так как она была посторонней. Суд всё ещё был в процессе. Так как Чжан Цзясэня обвиняли в присвоении денег и взяточничестве, и учитывая тот факт, что он присвоил больше ста тысяч, его приговорили к десяти годам тюремного заключения с конфискацией всего имущества. И в то же время, так как Сюэ Маньмань помогала скрывать эти преступления и избавляться от краденых товаров, то её приговорил к трём годам тюрьмы. Однако, раз она взяла на себя инициативу и предоставила улики преступления, то её приговор сократили до двух лет. Когда мать Чжан Цзясэня услышала приговор, она тут же встала и закричала: - Нет! Мой сын всего лишь брал деньги из семьи своей собственной жены! Как это может считаться присвоением средств компании? В любом случае, по мнению семьи Чжан, Чжан Цзясэнь всего лишь использовал деньги своей собственной семьи. По их мнению, семья Мяо принадлежала Чжан Цзясэню. - Тишина. Внесудебный персонал не имеет права поднимать шумиху. Если это случится ещё раз, то вас попросят покинуть зону зрителей, - безэмоционально сказал судья, стукнув своим молотком по столу. Лицо матери Чжан Цзясэня стало тёмно-красным. Множество репортёров стало фотографировать её, отчего она ещё больше растерялась и застыла на месте. С пепельным лицом, отец Чжан Цзясэня потянул её, чтобы она села. Он потянул её так сильно, что она опустилась так резко, что её лицо исказилось от боли. Однако она ничего не сказала. Чжан Цзясэнь обернулся, чтобы взглянуть на свою семью. Когда он обернулся, он увидел Нин Шу, сидящую в углу, и застыл. Нин Шу встретилась взглядом с Чжан Цзясэнем и он тут же стыдливо отвёл свой взгляд. Было ясно, что только что произошедшее событие между ним и Сюэ Маньмань заставило его чувствовать себя очень униженным. Чжан Цзясэнь отвернул голову, но Нин Шу видела, что его тело слегка дрожит, а вся его фигура словно поникла. Неужели ему слишком стыдно, чтобы смотреть ей в глаза? Раз он мог делать все эти вещи, то почему он не может принять их? Чжан Цзясэнь может даже чувствовать стыд? Его приговорили к десяти годам заключения. Нин Шу улыбнулась. Присвоение средств и взяточничество были серьёзными преступлениями. Если бы отец Мяо решил разобраться во всём в частном порядке, то с Чжан Цзясэнем всё было бы хорошо. Однако, если сделать всё всерьёз, то Чжан Цзясэню придётся столкнуться с последствиями. Это был лишь приговор за присвоение средств компании. А что если добавить подстрекательство другого человека к совершению преступления? Она собиралась раскрыть все злодеяния совершённые Чжан Цзясэнем, чтобы мир увидел, какой зверь скрывается под его шкурой. Он провернул аферу с браком, пытался насмерть отравить своего тестя, принимать взятки и присваивал средства компании, а ещё у него была любовница. И все же, человек вроде него смог добиться успеха и был уважаем другими людьми. ---------- Второе Судебное Разбирательство После того, как окончательный приговор был вынесен, Чжан Цзясэня увели. Его ноги немного ослабли, поэтому ему помогли двое полицейских. На протяжении всего этого времени, взгляд Чжан Цзясэня был зафиксирован на Нин Шу. Аура, витающая вокруг его тела была сдержана, поэтому теперь он казался очень холодным и спокойным. Он совсем не выглядел как человек, которого приговорили к десяти годам тюрьмы. Нин Шу была немного удивлена тем, что Чжан Цзясэнь вёл себя так тихо. Чжан Цзясэня поистине теперь было просто невозможно прочитать по выражению лица. После того, как это судебное разбирательство закончилось, сразу же началось ещё одно и Чжан Цзясэня снова привели на скамью подсудимых. Все были ошарашены, а все те репортёры, которые уже собрались уходить, тут же начали возвращаться. Лицо Чжан Цзясэня было немного бледным, но он всё равно выглядел спокойным. Тем временем, семья Чжан выглядела совсем растерянно. Они уже и так были в отчаянии из-за приговора на десять лет, так что же теперь будет происходить? В этот раз прокурор обвинил Чжан Цзясэня в подстрекательстве другого человека на совершение преступления. Начались волнения и репортёры снова стали щёлкать фотоаппаратами, словно сумасшедшие. Изначально, они думали, что это будет не более чем небольшой заметкой, но теперь, учитывая сколько натворил Чжан Цзясэнь, это обязательно будет большой новостью. Когда Чжан Цзясэнь услышал обвинение, его зрачки расширились, и он тут же повернулся, чтобы посмотреть на Нин Шу. Нин Шу встретилась взглядом с Чжан Цзясэнем. Чжан Цзясэнь слегка прищурился, а потом на его лице отразилось понимание. После этого он повернулся и перестал смотреть на Нин Шу. Мать Чжан Цзясэня всхлипывала, пытаясь сдержать рыдания. Отец Чжан Цзясэня был очень бледным и выглядел так, словно значительно постарел. Полицейские ввели тётушку Пин, одетую в тюремную униформу. Тётушка Пин была очень худой, поэтому тюремная униформа болталась на ней очень свободно. Её волосы теперь были совсем седыми. И хотя ей явно было всего пятьдесят лет, теперь она выглядела так, словно уже одной ногой в могиле. Тётушка Пин тихо рассказала: - Чжан Цзясэнь попросил меня добавить лекарство в лечебное блюдо Мяо Чжи. Даже после приёма этого лекарства его невозможно было бы обнаружить. Если бы всё прошло успешно, Чжан Цзясэнь пообещал, что позволит моему сыну стать его преемником. Он сказал, что будет тренировать моего сына. Я думала, что семья Мяо, в конечном итоге, обязательно станет принадлежать Чжан Цзясэню, поэтому я пошла на такой риск. Я лишь домохозяйка. Ради будущего своего сына, у меня не осталось иного выбора, кроме как рискнуть. Тётушка Пин видела, что Чжан Цзясэнь добивается успехов, и поэтому она захотела, чтобы её сын тоже немного срезал путь. Изначально, Чжан Цзясэнь был никем из деревни, но, благодаря семье Мяо, ему удалось добраться до вершины жизни. Даже тётушка Пин, эта домохозяйка, считала, что семья Мяо будет принадлежать Чжан Цзясэню, поэтому люди в компании, конечно же, считали так же. И поэтому многие руководители помогали Чжан Цзясэню. И хотя компания семьи Мяо была не такой большой, где бы ни собирались люди, всегда можно было получить какую-то выгоду. Мяо Мяомяо была девушкой, у которой не было ничего хорошего, поэтому все думали, что отец Мяо принял Чжан Цзясэня как зятя, чтобы тот унаследовал достояние семьи Мяо. И именно поэтому Чжан Цзясэнь смог очень легко взять под контроль компанию, после смерти отца Мяо. Чжан Цзясэнь не стал возражать против показаний тётушки Пин и просто спокойно принял их. В этом преступлении Чжан Цзясэнь был главным виновником, а тётушка Пин была лишь соучастником, поэтому Чжан Цзясэню грозило серьёзное наказание. И вот так приговор Чжан Цзясэня стал ещё хуже, так как его приговорили ещё к восьми годам тюрьмы, в то время как тётушку Пин приговорили к четырём годам. Это означало, что Чжан Цзясэнь проведёт в тюрьме восемнадцать лет. Это почти два десятилетия. Тело Чжан Цзясэня задрожало на мгновение, но он быстро собрался. Он повернулся, чтобы посмотреть на Нин Шу. С самого начала и до конца, выражение лица Нин Шу было безразличным. Губы Чжан Цзясэня слегка шевельнулись. Его лицо было немного туманным в свете вспышек, поэтому его выражение лица было невозможно понять. Когда разбирательство закончилось, мать Чжан Цзясэня больше не могла себя контролировать и начала причитать. Чжан Цзясэнь выглядел так, словно его не беспокоят причитания матери, или, возможно, он уже не мог беспокоиться. Репортёры продолжали беспрестанно фотографировать Чжан Цзясэня. У него на лбу так и было написано крупными буквами "зверюга". После этого судебного разбирательства, Чжан Цзясэня увели. Он посмотрел на Нин Шу, и его губы сложились в одно слово. Нин Шу посмотрела на форму его рта. Это было слово "Мяомяо". Неужели, даже в такое время, он всё ещё надеется, что она его спасёт? Нин Шу пришла к выводу, что он явно размечтался. Суд закончился. Нин Шу встала и приготовилась уйти. Ей осталось разобраться ещё с одним делом. - Невестка! – окликнул Нин Шу отец Чжан Цзясэня. Он встал довольно резко, поэтому немного растерял равновесие, но, к счастью, рядом были люди, которые поддержали его. ---------- Больше Не Родственники, А Враги Отец Чжан Цзясэня окликнул Нин Шу и сказал: - Разве ты не говорила, что собираешься спасти Цзясэня? Так почему же он всё равно отправился в тюрьму на двадцать лет? Нин Шу: … Она действительно не знала, что сказать. Чжан Цзясэнь пытался убить отца Мяо Мяомяо, но они всё равно смогли набраться смелости, чтобы праведно спросить её, почему она не спасла Чжан Цзясэня? Неужели у них нет ни стыда, ни совести? - Я пыталась воспользоваться связями при помощи денег, но это не сработало. Преступления Чжан Цзясэня слишком серьёзные. Он пытался убить моего папу. Нин Шу взяла свою сумочку и пошла прочь. Лицо отца Чжан Цзясэня побледнело. Они уже больше не родственники, а враги. Младшая сестрица Чжан схватила Нин Шу за руку и сказала: - Ты уже использовала тот миллион с продажи дома? Мой брат тоже владел этим домом, так что ты должна разделить остатки денег с нами. Нин Шу нахмурилась, глядя на младшую сестрицу Чжан. Неужели вся семья Чжан была настолько поверхностной? Её брат был в тюрьме, но у неё всё ещё хватило мозгов, чтобы спросить о деньгах с продажи дома? Нин Шу ухмыльнулась и сказала: - Я потратила всё до последнего цента. - Мяо Мяомяо, ты просто пытаешься присвоить себе остатки денег, - озлобленно сказала младшая сестрица Чжан. Нин Шу спокойно ответила: - Этот дом принадлежал мне, так что я имею полное право распределять деньги с его продажи. Если я сказала, что они все потрачены, значит они все потрачены. Что ты можешь с этим поделать? Младшая сестрица Чжан была в ярости. Мать Чжан Цзясэня присоединилась к требованию денег. - Как ты смогла потратить целый миллион всего за несколько дней? Это невозможно! Ты, дрянь с чёрным сердцем, ты просто хочешь украсть деньги Цзясэня! Нин Шу лишь усмехнулась, а потом развернулась и ушла. Ей больше не хотелось разговаривать с этими людьми. Когда она пришла домой, отец Мяо спросил у неё: - Как там всё закончилось? Что решил суд? - Всё имущество Чжан Цзясэня было конфисковано, а его приговорили к восемнадцати годам тюрьмы, - сказала Нин Шу. Отец Мяо холодно сказал: - Вот так это и должно быть. Когда отец Мяо увидел, что цвет лица Нин Шу был не очень хорошим, он поспешно спросил: - Моя дорогая дочь, неужели ты всё ещё не можешь отпустить Чжан Цзясэня? Дочь, ты же не планируешь ждать Чжан Цзясэня восемнадцать лет, верно? - Да как такое вообще возможно? Нин Шу не знала, плакать ей или смеяться. С какой стати ей ждать Чжан Цзясэня восемнадцать лет? Раз изначальный хост отправила такой запрос, то это означает, что у неё больше не было никаких иллюзий по отношению к Чжан Цзясэню. Он убил её родителей и заставил её лишиться всего. Её изначальная счастливая жизнь была им полностью уничтожена. Если бы она всё ещё любила Чжан Цзясэня после всего этого и ждала его, то её мозги, должно быть, раздавило свиньёй. - Это хорошо. Тогда поскорее разводись с Чжан Цзясэнем. В этом мире ещё полно хороших мужчин, - сказал отец Мяо с выражением сердечной боли на лице. Его дочь вышла замуж за такого зверя. Оставит ли это травму на её сердце? Останется ли она одинокой на всю оставшуюся жизнь? - Давай пока отложим вопрос о мужчинах на потом. После того, как Нин Шу уйдёт, а Мяо Мяомяо вернётся, это будет уже её собственный выбор, хочет ли она найти новое счастье или залечить свои раны. Цвет лица отца Мяо немного потемнел. Он был уверен, что его дочь серьёзно пострадала из-за этого ублюдка Чжан Цзясэня. Ранним утром следующего дня, Нин Шу открыла газету и увидела Чжан Цзясэня на главной странице. Там прямо рассказывалось о преступлениях Чжан Цзясэня. Он пытался убить своего тестя, и был практически зверем в человеческом обличии! В любом случае, теперь имя Чжан Цзясэня стало в этом городе общеизвестным. Нин Шу отложила газету. После завтрака она приготовилась отправиться на работу. Отец Мяо сказал Нин Шу: - Тебе сегодня не обязательно работать, отдохни немного. Работа никогда не закончится. - Но сегодня очень важное собрание, - сказала Нин Шу. Отец Мяо стал ещё более обеспокоенным. - Мяомяо, моя драгоценная доченька, если тебе грустно, то просто поплачь. Не нужно усердно работать до окоченения. Нин Шу: … Ей вовсе не было больно. С какой стати отцу Мяо показалось, что ей настолько больно, что она решила зарыться в работу? ---------- Я Уже Взрослая - Папа, мне правда не больно. С какой стати мне должно быть больно? Я должна радоваться, что нам удалось раскрыть истинное лицо Чжан Цзясэня раньше, чем он успел нам навредить, - Нин Шу по-товарищески похлопала отца Мяо по плечу, после чего добавила: - Пап, не волнуйся, я не настолько нежная. Я просто сочла это жизненным уроком. Я уже взрослая. Мне не больно. - Правда? Отец Мяо всё ещё не мог в это поверить. Нин Шу кивнула. - Правда. Единожды умерев, Мяо Мяомяо должна была повзрослеть. Нин Шу отправилась в компанию, чтобы разобраться с работой. Когда она добралась до компании, она увидела, что семья Чжан Цзясэня снова поднимает шумиху у дверей компании. Мать Чжан Цзясэня причитала, что её невестка с чёрным сердцем утаивает деньги, полученные за продажу дома. Вся компания уже знала о том, что произошло с Чжан Цзясэнем. Когда они услышали о том, что говорит мать Чжан Цзясэня, на их лицах появилось презрение. Чжан Цзясэнь был бедным ублюдком и все его активы уже были конфискованы. Откуда у него могли остаться деньги, которые могли бы присвоить другие люди? Нин Шу решила, что семья Чжан очень даже толстокожая. После всего того, что сделал Чжан Цзясэнь, как они ещё смели приходить к дверям компании? Нин Шу не обратила на них внимания. Закончив с работой, она отправилась в юридическую фирму и попросила адвоката подготовить документ о расторжении брака. Она положила документ в сумочку, а потом отправилась в центр предварительного задержания. Чжан Цзясэня привели в тюремной униформе. Чжан Цзясэню уже обрили голову, и он теперь выглядел очень худым. Когда Нин Шу видела лысую голову Чжан Цзясэня, она почувствовала некоторое разочарование и сочла это довольно забавным. С волосами Чжан Цзясэнь был очень красивым, но вот лысый Чжан Цзясэнь…Тц… Чжан Цзясэнь был очень спокоен, когда увидел Нин Шу, он даже нежно улыбнулся ей. Эта улыбка была совершенно другой, по сравнению с его обычной улыбкой, наполненной притворной любовью. Она была лёгкой и простой. Нин Шу нахмурила брови. Она действительно не могла понять этого человека. Его было невозможно прочитать. - Мяомяо, - окликнул её Чжан Цзясэнь. Нин Шу посмотрела на него. Ей было даже любопытно, что он скажет. - Должно быть трудно управлять компанией, да? Ты выглядишь похудевшей, - тихо сказал Чжан Цзясэнь, словно разговаривал с другом. Однако от этого у Нин Шу волосы встали дыбом. Нынешний Чжан Цзясэнь был действительно очень странным. Нин Шу покачала головой. - Я справлюсь. - Мяомяо, раз ты теперь обо всём знаешь, то ты, должно быть, ненавидишь меня. Чжан Цзясэнь посмотрел на Нин Шу. Нин Шу не ответила. Конечно Мяо Мяомяо ненавидела его. Чжан Цзясэнь улыбнулся. - Ты кажешься совсем не такой, по сравнению с тем, какой ты была в прошлом. Та Мяомяо, которую я знал, не настолько сильная, должно быть что-то заставило тебя измениться. Когда ты обо всём это узнала? - Ты бросил меня в деревне, - робко сказала Нин Шу. - Как и ожидалось? - Чжан Цзясэнь глубоко вдохнул. – А ты была причастна к тому, чтобы я оказался в такой ситуации, разве нет? Когда Чжан Цзясэнь сказал это, на его лице не было и следа обиды. На самом деле он был очень спокоен и просто тихо болтал с Нин Шу. Нин Шу прищурилась. Было действительно трудно прочитать этого мужчину. Её мысли были так глубоко скрыты, словно в глубине моря. Было трудно представить, чтобы ребёнок, выросший в далёкой деревне, мог иметь такую нечитаемую личность. ---------- Если Я Скажу, Что Люблю Тебя Нин Шу не хотела пререкаться с Чжан Цзясэнем, поэтому она просто достала документ о расторжении брака и положила перед ним. - Ты должен это подписать. Наверняка ты не хочешь ещё одного судебного заседания. Чжан Цзясэнь глянул на Нин Шу, взял бумаги о разводе и просмотрел их, а потом усмехнулся. Он взял ручку и без колебаний подписал их. Нин Шу даже ошалела. Она ещё даже не достала своё оружие. Она собиралась продемонстрировать видео, где Чжан Цзясэнь и Сюэ Маньмань кувыркаются в постели, а он уже подписал документ. Всё прошло настолько гладко, что даже шокировало её. После этого Нин Шу тоже подписала договор о расторжении брака. Чжан Цзясэнь посмотрел на Нин Шу. - Ты удивлена, что я так легко согласился на развод? Нин Шу лишь подняла брови, глядя на Чжан Цзясэня. Нынешний Чжан Цзясэнь выглядел так, словно он уже всё бросил и ему теперь было всё равно. У нынешнего Чжан Цзясэня больше ничего не осталось, и ему больше нечего было использовать. Нин Шу убрала документ о расторжении брака и собралась уходить, но Чжан Цзясэнь окликнул её. - Мяомяо, может, посидишь и поговоришь со мной немного? Ты, вероятно, больше не будешь меня навещать. - Я не думаю, что осталось ещё что-либо, о чём мы можем говорить, - ответила Нин Шу. - Неужели тебе не любопытно, почему я обошёлся с тобой таким образом? Почему я сделал всё это с семьёй Мяо? – спросил Чжан Цзясэнь. В его взгляде читалась нежность. Нин Шу снова села. Чжан Цзясэнь прямо сказал: - Мяо Мяомяо, если я скажу, что люблю тебя, ты можешь мне не поверить. Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Она пожалела, что решила послушать его болтовню. Если Чжан Цзясэнь сделал это потому, что любил Мяо Мяомяо, то означает ли, что уничтожение всего имеющегося у человека – это и есть любовь? Нин Шу захотелось лишь рассмеяться. Тогда это означает, что все её действия, которые привели к краху Чжан Цзясэня – это тоже любовь?! Она любит Чжан Цзясэня?! Пожалуйста, избавьте её от подобной любви, ладно? Лицевые мускулы Нин Шу задрожали. Чжан Цзясэнь сказал: - Я знал, что ты мне не поверишь. С самого детства я знал, какое у меня призвание. Моим призванием было взвалить на свои плечи семью Чжан и сделать так, чтобы семья Чжан, которая была бедной на протяжении нескольких поколений, воспарила к успеху. Мой папа очень хорошо ко мне относился, потому что я был смышлёным и имел очень хорошие оценки. Мой папа был тем, кто поддержал моё образование, так как образование является самым лучшим выходом для бедных семей. Мой успех был не только моим личным успехом, но успехом всей моей большой семьи. Твоё существование, и существование семьи Мяо были слабыми местами, через которые на меня нападали люди. Они все говорили, что я смог добиться успеха только благодаря тому, что поднялся социально. Нин Шу тихо рассмеялась. - Это правда. Чжан Цзясэнь не разозлился. Его выражение лица было очень спокойным. - Я знаю, что это правда, вот почему я хотел стереть эту правду. Нин Шу: … - Теперь, если подумать, за всю свою жизнь, я никогда не был самим собой. Ни единого дня. На моих плечах была слишком-слишком большая ноша, но ты жила радостно и беззаботно. В глубине души все любят идеальную красоту, и я не исключение. Ты действительно мне понравилась. И мне было стыдно за то, что я делал тебе больно. Некоторые сказанные вещи, даже если это ложь, если их повторять, они постепенно становятся реальными. Чжан Цзясэнь посмотрел на Нин Шу. - Самые мои свободные дни, что были в моей жизни, на самом деле появились, только когда я оказался в тюрьме. Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Нин Шу почувствовала, что Чжан Цзясэнь специально говорит это, чтобы добиться её сочувствия. ---------- Что За Грёбанный Нахер? - Мяо Мяомяо, однажды я полюбил тебя. И даже сейчас я люблю тебя. Чжан Цзясэнь прижал руки к своей груди. Когда Нин Шу услышала эти слова, в её сердце всколыхнулось огромное количество печали и боли. Это явно были эмоции изначального хоста. Пережив все те неизлечимые раны, когда слышишь подобные слова, то от этого ты чувствуешь лишь печаль и ненависть. Чжан Цзясэнь не имел права упоминать слово "любовь". Нин Шу тихо повторила очищающую сердце мантру, но у неё ушло некоторое время на то, чтобы успокоить всколыхнувшуюся волну эмоций. Нин Шу понимала, что Мяо Мяомяо – очень жалкая. Из-за извращённой комбинации факторов, её постигла вот такая судьба. Чжан Цзясэнь был готов пожертвовать всем. Даже несмотря на его слова, что он любил Мяо Мяомяо, в итоге, он всё равно пожертвовал Мяо Мяомяо. Нин Шу саркастически спросила: - Тогда что насчёт Сюэ Маньмань? - Сюэ Маньмань? Ха! - Чжан Цзясэнь рассмеялся. – Как бы это описать? Возможно, я видел свою собственную тень в Сюэ Маньмань. Это было всё равно, что любить себя, но, в итоге, я осознал, что на самом деле не люблю себя. Нин Шу: Чокнутый! Если говорить в двух словах, то Чжан Цзясэнь, это прогнивший насквозь человек, любил чистую и добрую Мяо Мяомяо, но он чувствовал, что находится под большим давлением, когда находится с Мяо Мяомяо. Честно говоря, он просто болезненно чувствовал свой низкий статус. И поэтому он потом убил всю семью Мяо Мяомяо. Это что за грёбанный нахер? Нин Шу почувствовала, что ей особо не о чём с ним разговаривать, поэтому она развернулась чтобы уйти. Она и так уже потратила половину дня тут на этого чокнутого. Психологическое состояние Чжан Цзясэня было очень аномальным. Ещё до того, как его личность окончательно сформировалась, на него возложили ответственность больше, чем он мог удержать. Ради достижения своей цели он был готов многим пожертвовать, просто ради этого чувства долга, которое пропитало его до самых костей. Ха. Ха. Но Чжан Цзясэнь не поэтому вредил другим. Чжан Цзясэнь всё ещё был мусором, подлейшим из подлых. Ему захотелось навредить Мяо Мяомяо, чтобы удовлетворить то жестокое желание, что было в его сердце, даже несмотря на всю его любовь к Мяо Мяомяо. - Мяомяо. Чжан Цзясэнь схватил Нин Шу за руку. Рука Чжан Цзясэня была очень холодной. Она хотела стряхнуть его руку, но он крепко вцепился в неё. Нин Шу: Убери от меня свои грёбанные лапы. Чжан Цзясэнь посмотрел на Нин Шу, а потом слегка улыбнулся. - Мяо Мяомяо, без меня ты обязательно будешь счастлива. - Естественно. Без тебя я определённо буду счастлива и благословенна, - с ухмылкой сказала Нин Шу. Если бы Мяо Мяомяо не столкнулась с Чжан Цзясэнем, то её жизнь не оказалась бы такой разбитой. После этого Чжан Цзясэнь сказал: - Я не жалею о том, что сделал тебе больно. Даже если бы мне представился второй шанс, я бы сделал то же самое, - Чжан Цзясэнь внезапно притянул к себе Нин Шу. – Мяомяо. Я просто не знаю, как любить тебя. Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Нин Шу просто топнула каблуком по ноге Чжан Цзясэня, но его выражение лица ничуть не изменилось. Словно он совсем не чувствовал боли. Он даже нежно улыбнулся, отпуская Нин Шу. - Тебе пора идти. Охренеть. Чжан Цзясэнь был очень странным. Нин Шу развернулась и пошла. Когда она дошла до двери и оглянулась, она увидела, что Чжан Цзясэнь всё ещё смотрит на неё. Его выражение лица было очень туманным. Словно его окружал тусклый слой света. - Мяомяо, - одними губами произнёс Чжан Цзясэнь, наблюдая за тем, как Нин Шу уходит. Когда Нин Шу вышла из центра предварительного задержания, она глубоко вздохнула. Всё это время её сердце ощущалось скованным. Она не могла подавить это чувство даже с очищающей сердце мантрой. Это были эмоции изначального хоста, эмоции, оставшиеся в этом теле. Если бы кому-то пересказали эту трагедию, то её восприняли бы как шутку. В данный момент Чжан Цзясэнь говорил, что ему нравилась Мяо Мяомяо, что он любил Мяо Мяомяо, но он не сожалел о том, что делал ей больно. Нин Шу хотелось лишь рассмеяться. Любовь была такой прекрасной формулировкой. Если делать другим больно – это означает любить, тогда у неё действительно нет слов. … - Динь, обнаружена подходящая душа. Загружаются данные, - прозвучал холодный механический голос. - Активируется системное пространство. … ---------- Смерть Решает Всё Одним Ударом Чжан Цзясэнь покончил жизнь самоубийством. Когда Нин Шу узнала об этих новостях, она была ошеломлена. К тому времени, когда она примчалась в центр предварительного заключения, безжизненное тело Чжан Цзясэня, покрытое белой тканью, уже выносили. Вся семья Чжан была в трауре. Когда они увидели Нин Шу, мать Чжан Цзясэня накинулась на неё. Нин Шу быстро увернулась. Лицо матери Чжан Цзясэня наполнилось болью и ненавистью. Она указала на Нин Шу и начала проклинать её. - Ты – женщина с чёрным сердцем! Ты довела своего собственного мужчину до смерти! С тех пор, как он женился на тебе, семья Чжан пережила всевозможные бедствия. Ты принесла нам плохую удачу! Теперь из-за тебя умер даже Чжан Цзясэнь! Почему это не ты умерла?! Нин Шу спокойно ответила: - Я уже развелась с ним. Чжан Цзясэнь больше не имеет ко мне никакого отношения. Вся семья Чжан была ошеломлена. Спина отца Чжан Цзясэня словно стала ещё более сгорбленной. Его взгляд наполнился злобной обидой, когда он уставился на Нин Шу. Сын, которым он так сильно гордился, теперь умер. - Ты поистине самая злобная и бесчестная женщина, из всех, что я видел. Ты развелась с Чжан Цзясэнем, как только он оказался в отчаянном положении, и теперь ты даже довела его до смерти. Нин Шу ничуть не была обеспокоена словами отца Чжан Цзясэня. Неужели она должна просто быть слабачкой, которой все пользуются? Неужели она должна была позволить этим людям вредить ей и убить всю её семью? Как её защита своей семьи и того, что ей принадлежит, вдруг стало считаться бесчестным? - Это не я довела Чжан Цзясэня до смерти, это сделали вы, ребята. Нин Шу не стала больше обращать внимание на семью Чжан. Отец Чжан Цзясэня, рулевой этой семьи, нёс на себе половину ответственности за то, что довёл Чжан Цзясэня до этого. Нин Шу смотрела, как труп Чжан Цзясэня заносят в автомобиль крематория. Семья Чжан в последний раз глянула на Нин Шу, а потом тоже села в этот автомобиль. Нынешняя семья Чжан выглядела так, словно у них вынули их стержень. Даже когда они сталкивались с Нин Шу, у них уже больше не было прежней уверенности. Теперь всплывала их боязливость, которая давно пропитала их до самых костей. В прошлом, что бы ни случилось, у них всегда был Чжан Цзясэнь, который помогал им, но теперь Чжан Цзясэнь умер. Им больше не на кого было полагаться в этом городе. Чжан Цзясэню приходилось не только самому взлетать, но и тащить за собой вверх всю семью Чжан. Нин Шу вошла в центр предварительного заключения, чтобы спросить о том, как умер Чжан Цзясэнь. Охранник сказал, что Чжан Цзясэнь пронзил своё горло рукояткой от зубной щётки. Пластиковая зубная щётка была стёрта до такой степени, что стала очень острой. Судя по всему, он давно уже это спланировал. Когда Нин Шу услышала это, она с трудом сглотнула. Как же он на такое решился? С её точки зрения, Чжан Цзясэнь был тем, кто строил глубокие махинации. Он явно был не из тех, кто легко будет искать смерти. Возможно, Чжан Цзясэнь просто устал и захотел освободиться от ответственности, которая сковывала его, или, возможно, почти два десятилетия тюремного заключения заставили его впасть в отчаяние. Его жизнь уже была разрушена. Нин Шу вспомнила, что ей сказал Чжан Цзясэнь в последнюю их встречу. Когда его не станет, Мяо Мяомяо будет счастлива. Значит, после этого он покончил жизнь самоубийством? Нин Шу покачала головой. Чжан Цзясэнь был не из тех, кто пожертвует всем ради другого человека. Возможно, Мяо Мяомяо была всего лишь одним из факторов. У Нин Шу не было никаких чувств по поводу самоубийства Чжан Цзясэня. У каждого события есть причина. Чжан Цзясэнь был причиной смерти всей семьи изначального хоста. В данный момент Чжан Цзясэнь просто расплачивается за свои преступления. Более того, он взял и вот так просто умер. Нин Шу считала, что жить страдая – это величайшее наказание для человека. Постоянные страдания в сожалениях – это больнее всего. Смерть решает всё одним ударом. Смерть – это не страшно. Страшно – это жить жизнью, полной боли. Нин Шу хотела, чтобы Чжан Цзясэнь пробыл в тюрьме все эти восемнадцать лет. Когда бы он вышел, то ему было бы около пятидесяти, и ему бы пришлось с трудом пытаться выживать. Однако он просто взял и умер. Было очевидно, что Чжан Цзясэнь тоже понимал, какая его ждёт судьба. Семья Чжан привезла пепел Чжан Цзясэня к дверям компании, чтобы поднять шумиху. Они говорили, что это она довела его до смерти. Довела его до смерти? Нин Шу даже не стала говорить с матерью Чжан Цзясэня, которая плевалась проклятиям, а просто повернулась к отцу Чжан Цзясэня, чья спина ссутулилась с возрастом. - Мы с Чжан Цзясэнем уже развелись, и я знаю, что Чжан Цзясэнь посылал вам много денег. Если вы, ребята, будете настаивать на том, чтобы поднимать подобную шумиху, то я вызову полицию, чтобы они могли пересчитать количество денег, которые присвоил себе Чжан Цзясэнь. Забудьте о своих попытках выудить деньги из меня. Вопрос в том, сможете ли вы сохранить те деньги, что у вас есть сейчас. Отец Чжан Цзясэня поджал губы, глядя на Нин Шу, но, в итоге, он ушёл. Они вернутся в деревню. Всё равно им ещё нужно было похоронить Чжан Цзясэня. ---------- Это Мир Был Очень Прекрасным Нин Шу не могла позволить семье Чжан продолжать устраивать шумиху у дверей компании. Все люди симпатизируют слабым. Когда публика увидит, что семья Чжан потеряла своего сына, и что старейшина семьи вынужден хоронить молодёжь в таком жалком состоянии, они забудут обо всех тех отвратительных делах, которые натворил Чжан Цзясэнь. Более того, она не могла дать им денег. Семья Чжан была словно пиявки. Если бы она дала им денег хоть единожды, то они бы пришли во второй раз, а потом ещё раз. Уступить один раз – это всё равно, что признать свою неправоту. Люди вроде них тут же воспользуются этим и вгрызутся в ваши вены, чтобы высосать всю вашу кровь. Нин Шу знала, что у отца Чжан Цзясэня есть немного денег, но она не планировала пытаться забрать их. Во-первых, это не такие уж большие деньги. Во-вторых, если она будет слишком безжалостной, то это негативно повлияет на репутацию Мяо Мяомяо. Если не случится ничего неожиданного, то в будущем Мяо Мяомяо будет владеть всей компанией. Изначальному хосту придётся общаться с другими, чтобы обеспечить деловые сделки. Если её репутация будет плохой, то люди будут считать, что она – человек плохих моральных качеств. Без Чжан Цзясэня, семья Чжан была лишь обыкновенными вьюнами, которые никогда не смогут стать драконами, но Мяо Мяомяо, в итоге, придётся лично иметь дело с семьёй Чжан. Те знания, которые она получила о ведении бизнеса, останутся в мозгах этого тела. Фух. Нин Шу протяжно выдохнула. Это задание можно считать законченным. Оба родителя Мяо Мяомяо остались живыми в добром здравии, а она лишь потеряла мужа. Нин Шу начала целеустремлённо фокусироваться на работе и постоянно курсировала между компанией семьи Мяо и фабрикой. Теперь компания была очень дружной, безо всяких примесей в виде сомнительных личностей. Она утвердила безусловный статус семьи Мяо в этой компании и ясно дала понять, что семья Мяо была абсолютным хозяином этой компании, чтобы рабочим больше не приходили в голову другие мысли. Когда Нин Шу полностью освоилась с тем, как заниматься делами компании, она начала много путешествовать с матерью Мяо. Они обе были как сёстры, гуляли с фотоаппаратом и фотографировали места, где они бывали. Пока они так путешествовали, Нин Шу стала очень спокойной. Даже у очищающей сердце мантры не было такого эффекта. С тех пор, как дела Чжан Цзясэня были раскрыты, особенно после того, что Чжан Цзясэнь сказал ей в центре предварительного заключения, на сердце этого тела была тяжесть. Однако в процессе путешествий, спусков на лыжах с гор и наблюдением за рассветами на востоке, стоя на берегу моря, ногами в приливе, этот камень на сердце постепенно исчез. Да, этот мир был очень прекрасным. Та боль, которую мы себе воображаем, на самом деле не настолько болезненна. Нин Шу также чувствовала себя очень беззаботной, когда она ныряла в океан, гуляла по пустыне, прыгала с парашютом и узнавала об истории в музеях. Жизнь была чудесной, поэтому она продолжит усердно трудиться, чтобы жить. Она видела целый океан миров и ходила по множеству миров. Возможно, в следующем же мире, она будет уничтожена, но, по крайней мере, на данный момент, она была жива. - Динь, задание завершено. Покидаем мир задания, - послышался голос 2333. Нин Шу почувствовала головокружение. Когда она снова очнулась, она уже была в системном пространстве. Она глянула вниз и обнаружила, что её душа стала даже ещё сильнее, чем прежде. Это задание не потратило её духовную энергию, а наоборот – укрепило её? ---------- Подруга На Всю Жизнь Задание, от которого душа становится даже сильнее? Это было то, с чем она ещё никогда раньше не сталкивалась. Нин Шу ощупала своё собственное тело. Это было похоже на то, словно она трогает желатин. Её душа действительно стала сильнее. Она была озадачена, поэтому спросила у 2333: - Почему у меня такое чувство, словно я использовала не так уж много духовной энергии в этом мире? Она даже кажется сильнее, чем раньше. - Очищение чьего-то духа – это тоже считается разновидностью культивации. Духовная энергия человека очень сильная, сильная до такой степени, что может сопротивляться внешним соблазнам. И это то, что можно усилить и натренировать до такой степени, что она станет прочной, - объяснил 2333. Нин Шу внезапно осознала, что хоть она и была получателем заданий, она также была человеком, у которого есть свои собственные мысли и чувства. Возможно это произошло благодаря тому живописному туру, который она совершила в мире задания. Это позволило ей расслабиться, поэтому она не почувствовала себя очень уставшей, когда вернулась в системное пространство. В отличие от предыдущих возвратов, она не испытывала сильной потребности первым делом вздремнуть. Раньше она всегда чувствовала отвращение и досаду, но в этот раз такого ощущения не было. Нин Шу решила, что это хорошая стратегия. Как только задание закончится, она должна прожить немного дольше в мире задания и побродить там немного. Это не только позволит ей расслабиться, но также и постепенно излечит сердце поручителя. Все поручители были обижены жизнью, поэтому их сердца были наполнены ненавистью и болью. И будет хорошо, если она сможет помочь поручителям снять часть этого груза, чтобы начать новую жизнь. Таким образом она также могла позволить себе расслабиться и усилить свой собственный дух. Это будет выгодно обеим сторонам. - В будущем, не нужно меня возвращать так быстро. Я дам тебе знать, когда я захочу вернуться, - сказала Нин Шу, обращаясь к 2333. - Ладно, но ты можешь прожить в мире не более чем три-четыре года. Если ты живёшь в нём слишком долго, то это может значительно повредить твою душу, - сказал 2333. Нин Шу кивнула. - Давай проверим очки. Перед Нин Шу появилась панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 400000 (+250000) Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 100 Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 55 Вера: 6 (+5) Способность: 26 Заслуги: 36 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Программист Начального Уровня, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо) Исполнено желание Мяо Мяомяо: Я не хочу быть снова обманутой Чжан Цзясэнем. Я хочу защитить компанию папы и сделать так, чтобы Чжан Цзясэнь, у которого изначально ничего не было, остался ни с чем. Степень Завершения Задания: 100% Получено 250000 очков опыта. Получено Очков Атрибутов: 30 Нин Шу увидела, что она получила 250 тысяч очков опыта, тридцать очков атрибутов, пять очков веры, а ещё – ореол "Подруга На Всю Жизнь". И хотя она не знала, что делали эти ореолы, она всё равно была очень рада получать их. В этот раз урожай был очень неплох. Нин Шу была очень довольна. - Этот ореол "Подруга На Всю Жизнь" – очень хороший. Он увеличивает инстинктивное доверие людей к тебе, - сказал 2333. Так вот какое у него применение. Нин Шу распределила очки атрибутов. Она добавила пятнадцать в интеллект, десять в боевые искусства и пять в способности. Она пыталась добавить несколько очков в заслуги, но обнаружила, что не может этого сделать. - Очки веры и заслуг добавляются мной. Они исчисляются посредством других показателей, поэтому ты не можешь добавить к ним очки атрибутов. ---------- Сборное Пространство Нин Шу кивнула. Панель характеристик уже отразила изменения. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 400000 (+250000) Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 100 (+15) Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 55 (+10) Вера: 11 Способность: 26 (+5) Заслуги: 36 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Программист Начального Уровня, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо) Ты заработала 500 тысяч очков, так что теперь можешь активировать сборное пространство – сказал 2333. – Хочешь активировать сборное пространство? Нин Шу даже не стала спрашивать, что такое "сборное пространство", а первым делом спросила: - Это стоит сколько-то очков? Повышение уровня и становление получателем заданий среднего уровня требовало три миллиона очков. Целых три миллиона! Она должна экономить как можно больше очков, чтобы она смогла повысить уровень и стать получателем заданий среднего уровня, и после этого начать делать задания в мирах среднего уровня. Так она сможет набрать себе побольше сокровищ. Миры культиваций и всякие божественные миры – они все относятся к мирам высокого уровня. В этих мира более сильные небесные законы и в них больше сокровищ. - … Для этого не требуются очки опыта. Это просто бонус, - сказал 2333. Нин Шу тут же сказала: - Тогда активируй его. - Подожди немного. Я сейчас же сделаю для тебя проход в сборное пространство, - сказал 2333. Спустя несколько мгновений, на полу системного пространства появилось кольцо диаметром около метра. 2333 пояснил: - Это – проход, чтобы войти в сборное пространство. Всё, что тебе нужно сделать – это шагнуть внутрь круга и он перенесёт тебя туда. - Что такое "сборное пространство"? – спросила Нин Шу. - Это место, где могут общаться получатели заданий. Оно было специально установлено, чтобы облегчить взаимодействие между получателями заданий. Там можно обменивать всевозможные вещи, а также ты можешь покупать всякое. Практически всё, что есть на системном рынке, там есть. Нин Шу была ошеломлена. - Разве я тогда не встречусь со множеством получателей заданий? - Конечно. Всё же, это место специально было установлено начальством, чтобы получатели заданий могли общаться. Конечно же там будет много получателей заданий, - сказал 2333. Нин Шу даже захотелось посмотреть, что это за сборное пространство. Как только она шагнула в проход, она почувствовала, как мощная сила затягивает её тело. По ощущениям было так, словно она стремительно падает. От этого начала кружиться голова. Когда она снова открыла глаза, она увидела, что стоит на улице. Под её ногами была уложена синяя плитка. Она была простой и без узоров, но её поверхность была гладкой и блестящей, словно полированный кафель. Вокруг были здания, которые тоже имели стиль древней эпохи. Это был город, и он был очень большим. Изначально Нин Шу думала, что увидит нечто такое, чего никогда раньше не могла себе даже представить, но это оказалось всего лишь городом? На улицах были всевозможные магазины, включая чайные дома и рестораны. Повсюду ходили люди и все они были духовными телами. Тут были мужчины и женщины, и сила их душ заметно различалась. Некоторые были очень плотными, в то время как другие были такими тонкими, что через них было видно насквозь. Нин Шу даже увидела, что дух некоторых людей был очень старым. У них были седые волосы и лица в морщинах. Нин Шу спросила из любопытства: - Неужели система принимает даже таких старых получателей заданий? - Да как такое возможно? Они просто оставались в мирах задания слишком долго. Возможно, они заполучили абсолютную власть в каком-нибудь мире и не смогли смириться с мыслью, что им придётся уйти, или их задание было слишком трудным и они провели слишком много времени в мире задания. Души тоже стареют, вот почему я советовал тебе не оставаться в мире задания более чем на четыре года. Это правда очень сильно вредит душе, - объяснил 2333. Нин Шу кивнула. - Я поняла. Тот человек, которого она заметила ранее, выглядел очень старым, а его душа была такой прозрачной, словно он вот-вот развалится на части. Она знала, что 2333 действительно сказал это ради её собственного блага. ---------- Город Древней Эпохи Нин Шу ожидала, что сборное пространство будет чем-то роскошным, а может, в небе будут летающие блюдца. Но она и не представляла себе, что на самом деле это будет город древней эпохи. Однако все получатели заданий в этом городе были одеты в разном стиле. Кто-то был в одежде древней эпохи, а другие были в футболках и шортах. Некоторые были в смокингах западного типа, а некоторые даже носили шкуры… - А я-то думала, что это будет какое-нибудь восхитительное место, - сказала Нин Шу 2333. - … Это сборное пространство существует вечность. Это место для того, чтобы получатели заданий общались, а не развлекались. И для этой цели, здания древней эпохи подходят больше всего, - сказал 2333. Нин Шу посмотрела на получателей заданий, которые проходили мимо неё. Тут было много народу. Она тихо воскликнула с лёгким вздохом: - Тут так много получателей заданий. - Разве это много? По сравнению с безграничным обширным океаном миров, эти получатели заданий, словно капля в море. Получателей заданий всегда недостаточно. Получатели заданий начального уровня постоянно погибают из-за разных вещей. Они исчезают быстрее, чем находятся новые подходящие души, - ответил 2333. Нин Шу в замешательстве спросила: - Раз так мало подходящих душ, тогда зачем их уничтожать? Разве нельзя дать им шанс? - Пффф… - 2333 презрительно фыркнул. – Позволить вам, ребятам, стать получателем заданий – это уже равняется тому, что вам дали шанс. Столь безжалостные меры наверняка используются для того, чтобы получатели заданий понимали своё место. Если они провалят задание, то естественно, что них уничтожат. Это процесс на уничтожение: выживание сильнейших, уничтожение слабых. Вам, ребятам, дали шанс на жизнь. Пока вас не уничтожат, у вас есть возможность жить вечно. Какие ещё шансы вам нужны? Нин Шу почувствовала, как по спине пробежались мурашки, поэтому она перестала интересоваться этим вопросом. Если она начнёт задумываться о таких вопросах, то это лишь увеличит её стресс. Она начала осматривать город. Тут очки служили деньгами. За очки можно было купить множество вещей. Некоторые получатели заданий продавали вещи, но большинство предметов было на обмен. Нин Шу увидела, что на ковриках у некоторых получателей заданий лежат довольно редкие сокровища, но и те вещи, на которые они готовы были их обменять, тоже были очень редкими. Нин Шу увидела немало сокровищ, но, когда она увидела цены, она могла лишь тихо сглотнуть. - А те люди в магазинах, они тоже получатели заданий? Нин Шу увидела, что множество продавцов тоже имели духовные тела. - Это касается вопроса разделения труда. Очки очень важны для получателей заданий, по сути, это местная валюта. Некоторые люди полагаются на ведение бизнеса, чтобы заработать очки. Они не хотят выполнять задания и лишь хотят продолжать жить. Таким образом, они не столкнутся с угрозой уничтожения. Нин Шу понимающе кивнула. - Однако подобные люди обычно лишаются шанса стать высокоуровневыми получателями заданий. Даже если у них будет достаточно очков, они всё равно не смогут повысить уровень, - сказал 2333. – У стабильной жизни есть свои ограничения. 2333 решил воодушевить Нин Шу и сказал: - Нин Шу, наверху все ещё есть ещё более восхитительные миры. Ты повстречаешь даже ещё более сильных людей. Вместо того, чтобы тратить всю жизнь на то, чтобы смотреть на небо со дна колодца, почему бы не взобраться наверх? Нин Шу всегда была решительно настроена на то, чтобы продолжать выполнять задания. Пока люди живут, они должны иметь цель, к которой постепенно двигаются. Более того, выполняя задания, она может побывать во множестве разных миров. Это было гораздо интереснее по сравнению с тем, чтобы оставаться в этом сборном пространстве. Нин Шу посмотрела на ресторан перед собой и спросила: - Разве в духовной форме можно есть? Когда она увидела поток людей входящих и выходящих из ресторана, она решила тоже зайти туда. - Это удовлетворяет только тягу к еде. Само поедание, на самом деле, не служит никакой цели, но все люди испытывают тягу к еде, - небрежно ответил 2333. Нин Шу облизнула губы. Она не ела с тех пор, как умерла. Как то, что ты ешь в чужом теле, может сравниться с тем, чтобы есть в своём собственном теле? ---------- (╯‵□′)╯︵┻━┻ Как только Нин Шу вошла в ресторан, к ней подошёл официант, чтобы поприветствовать её. Он выглядел как самый обычный официант из древней эпохи и на одном плече у него было полотенце. У этого официанта тоже было духовное тело, но его душа не выглядела такой устойчивой, как у неё. - Я бы хотела заказать немного еды, - сказала Нин Шу. Официант привёл Нин Шу к столику. Нин Шу увидела, что за соседним столиком сидели три женщины, а на их столике были сладости и кофе. Кто бы мог подумать, что в ресторане есть и такие вещи? Нин Шу просмотрела меню, а потом заказала жареную утку и пару домашних блюд. Официант сказал Нин Шу: - Итого: тысяча очков. Пожалуйста, заплатите вперёд. Нин Шу: … Она нихрена не знала, как платить… - Как мне заплатить? – спросила Нин Шу. Как только Нин Шу сказала это, все окружающие люди посмотрели на неё. Одна из женщин по соседству даже прямо сказала: - Так она впервые пришла в сборное пространство. - 2333, как мне тут платить? – мысленно спросила Нин Шу у 2333. - Ты мне задала так много вопросов, что я забыл тебе рассказать. Тебе нужно настроить карту очков. А потом нужно просто приложить карту, когда хочешь что-то купить. Приложить карту?! Ладно, хорошо. Раз даже центральные процессоры существуют, то и карты, которые можно прикладывать – это вполне нормальное явление. - Уважаемый гость, должно быть вы тут в первый раз. Мы можем настроить для вас карту прямо тут. Официант не рассмеялся над Нин Шу, и просто попросил её ввести информацию, чтобы сделать карту очков. После этого она ей же и расплатилась. Нин Шу огляделась по сторонам. В ресторане было довольно много народу и все они ели совершенно разные вещи. Похоже, что в этом ресторане имелось всё. Нин Шу заметила, что те три женщины, что сидели за соседним столиком, продолжили поглядывать на неё, а потом начали быстро перешёптываться. - 2333, неужели со мной что-то не так? Нин Шу чуть не лишилась дара речи. Она чувствовала себя обезьяной на витрине. - … Они говорят, что ты очень уродливая, - сказал 2333. Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ С какой стати я уродливая?! Меня как минимум можно считать нежной маленькой красоткой! Величайшей гордостью Нин Шу были её гладкие и шелковистые волосы. Когда она была ещё жива, ей каждый день приходилось проходить через химеотерапию, поэтому у неё не осталось даже бровей. Однако, после того, как она умерла, она обнаружила, что её волосы были очень гладкими и мягкими. И при этом они говорят, что она – уродина? Нин Шу повернулась, чтобы взглянуть на женщин. Насколько же они тогда красивые? Она нагло оценила их. У всех у них была очень белая и нежная кожа. Нин Шу коснулась своего лица. Оно было словно желатин и при этом было очень мягким. Однако эти женщины излучали очень чистую ауру и выглядели очень сексуально. Короче говоря, все они были восхитительно красивыми. Их глаза были словно вода. У них были большие бюсты, фигуристое тело и большие белые бёдра. Они были очень симпатичными, очень красивыми. По сравнению с ними она действительно была довольно уродливой. У Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как проглотить свой гнев. - На их внешность влияет количество очков харизмы. Твой уровень харизмы просто слишком низкий. Если твой уровень харизмы будет выше, то твоя внешность начнёт постепенно меняться, согласно особенностям твоего тела, - сказал 2333. – Твои три очка харизмы – это просто слишком мало. Нин Шу почесала голову. У неё было недостаточно очков атрибутов. Ради того, чтобы гарантировать свою безопасность и ради предотвращения несчастных случаев в мире заданий, она вынуждена первым делом увеличивать свой уровень боевых искусств. Более того. Подходящим количеством интеллекта будет пятьсот очков, а у неё было всего лишь сто. На данной стадии Нин Шу чувствовала, что она просто слишком слабая. Даже если она добавит очки в харизму, то это будет лишь бесполезной тратой. Вещи вроде харизмы были вторичными. В любом случае, когда она начинает задания, она входит в тело изначального хоста, поэтому другие люди всё равно не увидят того, как она выглядит. Так что, будет лучше добавить очки атрибутов в более важные параметры. Принесли еду. Нин Шу посмотрела на вкусную еду, а потом оторвала ножку у жареной утки и надкусила её. Мясо было крайне вкусным и ароматным, но, как только она проглотила его, оно словно исчезло. Она не могла переваривать пищу в духовном состоянии, так куда же всё девалось? Это всё было очень загадочно. ---------- (╯‵□′)╯︵┻━┻ x2 Давно она уже не могла есть так беззаботно. Когда она вгрызлась в жареную утку, она увидела, что те три женщины снова на неё уставились. Нин Шу: Ну что ещё? Они сказали, что она уродливая, и это было относительно верно. Кто просил их быть такими красивыми? Но теперь-то что происходит? - … Им интересно из какого угла ты выползла. Словно ты никогда раньше не ела мясо, - сказал 2333. Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ - Чего вы уставились? Никогда раньше не видели, как кто-то ест? – огрызнулась Нин Шу. Сидите и ешьте свои сладости, а мне позвольте насладиться моей жареной уткой. Три женщины усмехнулись, а затем продолжили болтать между собой. Похоже, что они даже не хотели разговаривать с Нин Шу. Вероятно, они считали, что она слишком низкоуровневая. - Вы две мне просто не поверите с каким странным парнем я столкнулась в одном из миров. В последнее время все задания были довольно трудными и утомительными, поэтому я решила отправиться в низкоуровневый мир, чтобы выполнить задание попроще. Это говорила соблазнительная женщина с праздной аурой. Её душа выглядела очень сильной, почти как если бы это было настоящее физическое тело. Эта женщина, и две её подруги были очень сильными. Когда Нин Шу услышала это, она навострила уши, даже несмотря на то, что продолжала грызть утиную ножку. - Старшая сестрица Вэй, что же случилось? – спросила одна из женщин. - Я провалила своё задание в том низкоуровневом мире. Если бы не тот факт, что у меня было кое-что для сохранения моей жизни, то меня бы, блять, уничтожило. Цвет лица соблазнительной женщины был очень нехорошим, когда она это сказала. - Я столкнулась с треклятым безмозглым мужиком. Как бы я с ним ни флиртовала, он в меня не влюбился. Уровень благоприятного впечатления всегда был на нуле. Он даже не всколыхнулся! Я, блять, даже подумала, что он робот! Соблазнительная женщина села прямо, её выражение было яростным и словно онемевшим. - Чего... – остальные две женщины обменялись взглядами, а потом расхохотались. – Неужели действительно существует мужчина, которого ты не смогла понять? Ты, наверное, просто не старалась, верно? Всё же, ты почти уже стала продвинутым получателем заданий. - Это я-то не старалась? Я очень сильно старалась, - соблазнительная женщина беспомощно взмахнула руками. – Я действительно не могла ничего понять. Чем больше я думала об этом, тем больше я впадала в депрессию, поэтому я вернулась в тот мир и оказалось, что тот мужчина влюбился в моего предыдущего поручителя, свою невесту. Пока я была там, он вообще не был в меня влюблён, но, как только я ушла, он влюбился в изначального хоста? Соблазнительная женщина была возмущена. Было ясно, что она в ярости от того, что этот мужчина оскорбил её харизму. Нин Шу: … И почему это прозвучало так знакомо?! Нин Шу взглянула на эту женщину. Не может же быть, что это была "Сун Нин" верно? Когда Нин Шу стала председателем, другой получатель заданий вошла в тело Сун Нин. Нин Шу никогда не думала о том, что встретится с ней тут. Нин Шу взглянула на неё. Эта женщина действительно была красивой и очаровательной. Однако Нин Шу не могла избавиться от образа того, как она выглядела, когда пыталась флиртом свести с ума Нин Шу. Конечно же, Нин Шу не посмела подбегать к ним и говорить, что это она была тем председателем. Она не могла сделать что-то настолько глупое. Пока Нин Шу ела, она продолжала подслушивать их разговор. - Старшая сестрица Вэй, так что же ты сделала? - Конечно же я должна была заполучить его. В этот раз моим поручителем была Ань Нуань, главная женщина. И скажу я вам, осада главного мужчины проходит гораздо эффективнее, если у тебя есть ореол главной женщины. Рука Нин Шу дрогнула, и она чуть не выронила палочки. Но главная женщина Ань Нуань уже вышла замуж за второстепенного главного мужчину?! Что за беспорядок?! - И что произошло? – с любопытством спросила одна из двух подруг. Нин Шу тоже было очень любопытно узнать результат. Соблазнительная женщина цыкнула и махнула рукой. - Все мужики одинаковые, в итоге, это всё равно было очень легко. Главные мужчина и женщина сошлись вместе, а невеста снова стала пушечным мясом. Когда соблазнительная женщина рассказала это, она пожала плечами, а потом отпила кофе. ---------- Сопротивление Было Ошибкой? - Мы так и знали! Никто не сможет сбежать от тебя. Научи нас некоторым своим навыкам! Две женщины с уважением посмотрели на ту женщину, которую они называли "старшая сестрица Вэй". Старшая сестрица Вэй небрежно махнула рукой и сказала: - Всем мужикам нравится, когда женщины любят их всем сердцем. Мужики просто ничтожные существа, которые не могут оценить того, что женщины относятся к ним слишком хорошо. Всё просто, чтобы поймать, его нужно отпустить. Как только ты начнёшь действовать, то он, естественно, начинает думать, что ты действительно его любишь. Не нужно слишком задумываться о чём-то вроде мужиков. Их можно использовать лишь для того, чтобы заполнить пустоту. Меняйте их в каждом мире. В мире слишком много мужчин. Вот почему мужчинам можно вести себя как жеребцам, а женщинам нельзя жить беззаботно? Женщины тоже могут жить свободно, - спокойно сказала старшая сестрица Вэй. Нин Шу доела свой суп, а потом встала, чтобы уйти. Выйдя из ресторана, она с трудом вздохнула, а потом снова пошла гулять по городу, чтобы лучше понять планировку города. Она была не в самом лучшем настроении, поэтому сказала 2333: - Давай возвращаться. - Ладно. В мгновение ока она вернулась в своё системное пространство. У неё было много вопросов, поэтому она спросила у 2333: - Я уже помогла Гун Ло освободиться от контроля истории, так почему же она использовала тело Ань Нуань, чтобы вернуть историю в прежнее русло? Более того, Гун Ло уже был в хороших отношениях с Сун Нин, но эта старшая сестрица Вэй, из-за своего личного поражения, настояла на том, чтобы расквитаться и вернулась, чтобы снова осадить Гун Ло. Она даже сделала это при помощи Ань Нуань, которая уже вышла замуж, отчего получилось, что Гун Ло силой увёл чью-то жену. По крайней мере, в изначальной истории Гун Ло лишил Ань Нуань девственности и принял на себя ответственность. Нынешняя ситуация с Гун Ло была ещё даже хуже, чем в изначальной истории. Так значит, когда она была на том задании, сопротивляться старшей сестрице Вэй было ошибкой?! О, Небеса, какой же это бардак! У них и так уже должна была быть счастливая концовка, так почему же она настояла на том, чтобы влезть и заставить Гун Ло и Ань Нуань быть вместе? - Я уже тебе говорил, каждый получатель заданий имеет свой способ выполнения их заданий. По закону этого мира, главные мужчина и женщина должны быть вместе. Нет ничего неправильного в том, что ты контратаковала за Гун Ло, но также и нет ничего неправильного в том, что она контратаковала за Ань Нуань и вернула историю обратно в норму. Просто делай так, как тебе велит сердце. Нин Шу кивнула, словно говоря, что именно так она и будет поступать дальше. 2333 продолжил. - Если Гун Ло снова сошёлся с Ань Нуань в том мире, то к тебе это не имеет никакого отношения. Гун Ло не смог сохранить свою собственную волю. Один раз ты помогла ему с контратакой, но во второй раз он уже сам проиграл харизме получателя заданий. И никто ничего не мог с этим поделать, - сказал 2333. Нин Шу вытерла лицо. Даже она, будучи женщиной, едва смогла сопротивляться этой харизме, так как же мужчина мог этому противостоять? Только сейчас она осознала, что красота и харизма тоже могут быть оружием. Это было оружие, которое околдовывало людей приятными чувствами. Вот почему она решила, что нужно больше практиковаться с очищающей сердце мантрой, чтобы натренировать свой дух на сопротивление внешним соблазнам. В тот раз она столкнулась с женщиной, но что если в следующий раз будет мужчина. Если великолепный мужчина с максимальной харизмой будет флиртовать с ней, то она наверняка не сможет ему сопротивляться. Однако Нин Шу всё равно считала, что старшая сестрица Вэй сделала это из собственного эгоизма. Она насильно разрушила пару, чтобы доказать силу своей харизмы. Если она так много обращает внимания на подобные вещи, то это лишь делает её волю слабее. Нин Шу была очень довольна нынешней собой. Возможно однажды она сможет стать симпатичной, но сейчас ей было трудно даже просто выживать, поэтому о мелочах пока не было смысла задумываться. Нин Шу знала, что Гун Ло был умным мужчиной. Как только получатель заданий ушла, её ослепительный ореол исчез с тела поручителя, так как он принадлежал только получателю заданий, а не поручителю. Боле того, у каждого человека был разный характер. Она надеялась, что Гун Ло сможет во всём разобраться. Если Гун Ло действительно влюбился, то это всё равно было не с Ань Нуань, а с получателем заданий, которая была в теле Ань Нуань. Его истинное сердце досталось получателю заданий. ---------- Тренировка Нин Шу перестала размышлять о том, что произошло с Гун Ло. У каждого человека своя судьба. Она села на диван и начала медитацию для культивации. Когда она почувствовала, что достаточно, она немного полила бонсай. И хотя эти деревья бонсай никогда не засохнут, ей всё равно хотелось их поливать. После этого она немного почитала. Она хотела однажды закончить читать все книги на этой книжной полке, чтобы она могла сказать, что она обширно начитана. В системном пространстве не было ощущения времени. После того, как Нин Шу закончила читать книги, она отложила их и купила на системном рынке немного постных пилюль, воды, лекарства и противоядий. Когда она закончила подготовку, она сказала 2333: - Давай начнём задание. - Ладно. Нин Шу тут же почувствовала волну головокружения. Как только её душа соединилась с телом, она почувствовала, как у неё волосы встали дыбом. Её мускулы были сильно напряжены, а сердце отчаянно колотилось. Это было очень опасно! Нин Шу тут же открыла глаза, но, прежде чем она успела осмотреться по сторонам, она увидела огромного тигра, мчащегося к ней. На неё нахлынула злобная аура зверя. Нин Шу вонзила то, что держала в руке, тигру в глаз. Это тело было очень ловким и чёрный меч точно вонзился в глаз тигра. Нин Шу с силой провернула меч и из раны хлынула обжигающе горячая кровь. Тигр зарычал, упал и начал конвульсивно дёргаться на полу. Спустя несколько мгновений он умер. Как только тигр умер, у Нин Шу подкосились ноги и она села на пол. Она тяжело дышала, пока осматривалась по сторонам. Она находилась в каком-то каменном помещении. И в данный момент она была заперта в железной клетке, где были только она и тигр. Было ясно, что кто-то хотел, чтобы она сразилась с тигром насмерть. Каменная дверь открылась и вошёл мужчина в чёрном. Нин Шу посмотрела на него. Когда она увидела, что его волосы были завязаны в пучок, она поняла, что в этот раз задание будет в древней эпохе. Мужчина излучал очень холодную ауру и его лицо было покрыто шрамами, отчего он выглядел очень опасным. - Неплохо. В этот раз у тебя получилось даже быстрее, чем в прошлый, - сказал мужчина. Его голос был немного хриплым и очень холодным. Звук его голоса был похож на шипение змеи. От этого людям становилось очень неуютно. При виде этого человека, сердце этого тела наполнилось благоговением и страхом. Нин Шу ещё не получила историю, поэтому она просто ответила: - Да. - Тренировка будет ускорена. У Хозяина есть для тебя задание, - сказал мужчина. - Поняла. Мужчина глянул на Нин Шу. Его голос был твёрдым и немного зловещим, когда он сказал: - Помни, ты поклялась в абсолютной верности и преданности третьему принцу. Хозяин решает, когда нам жить и когда умереть. Как только Хозяин отдаёт приказ, все мы должны выполнять наши задания, даже если это будет стоить нам жизни. … Это что, промывание мозгов? Прежде чем Нин Шу успела отреагировать, она уже рефлекторно ответила: - Поняла. Наконец, мужчина довольно кивнул. - Отдохни немного, скоро будет новое испытание. После этих слов он развернулся и ушёл. Нин Шу тут же села на пол и начала получать историю. #комментарий анлейта: Эта арка классненькая XD ---------- Желание Одиннадцатой Изначального хоста звали Одиннадцатая. Она была безымянной сиротой. Причина, почему её звали Одиннадцатой была в том, что уже имелись люди с кодовыми именами Первый, Второй, Третий, Четвёртый, Пятый, Шестой, Седьмой, Восьмой, Девятый и Десятый. У этих людей не было своих имён, только кодовые имена. Эта база была скрыта глубоко в горах. В этом месте, нынешний третий принц тренировал солдат смерти. Изначальный хост была солдатом смерти. Она была им ещё с тех пор, когда только начала что-то помнить. Тренировка была очень жестокой. Каждый человек выползал из-под горы трупов и крови. Они оттачивали свои навыки, готовясь встретить смерть ради своего хозяина, третьего принца. Одиннадцатая не отвергала этот образ жизни. Она изначально была сиротой, и это была единственная жизнь, которую она знала. Задание для Одиннадцатой в этот раз было довольно простым. Ей лишь нужно было защищать женщину по имени Шангуань Цинжоу. Шангуань Цинжоу была женщиной, которая нравилась третьему принцу. Шангуань Цинжоу была дочерью Начальника Управления Церемониями. Она была очень красивой, милой и прямолинейной; она очень отличалась от обычных девушек из дворянских семей. На самом деле, эта Шангуань Цинжоу была трансмигрировавшей. Она знала танец Гангнам стайл и как петь песню "Ты моё маленькое, драгоценное яблочко. Но, как бы ни была сильна моя любовь, этого всё равно недостаточно"*. Эти уникальные песни и танцы были очень интересными. Третий принц первым заметил Шангуань Цинжоу. У него сложилось благоприятное впечатление об этой уникальной женщине. Тем временем, Шангуань Цинжоу не была человеком из древней эпохи, поэтому её особо не заботила разница между положением мужчин и женщин. Познакомившись с третьим принцем, Шангуань Цинжоу стала часто навещать резиденцию принца. Вдвоём они часто отправлялись осматривать живописные окрестности и всё в таком духе. Они вели себя словно влюблённая парочка. Однако, вскоре Шангуань Цинжоу привлекла внимание остальных принцев. Третий принц знал, что борьба за трон будет очень опасной, поэтому он хотел, чтобы женщина-солдат смерти защищала Шангуань Цинжоу. Шангуань Цинжоу поддерживала хорошие отношения со всеми принцами. Это было больше, чем дружба, но ещё не как у возлюбленных. Даже юным принцам во дворце нравилось играть с ней. Эти юные принцы были все в том возрасте, когда хочется играть, а Шангуань Цинжоу всегда находила странные и новые способы игр. Шангуань Цинжоу очень нравилась третьему принцу. Он потребовал, чтобы Шангуань Цинжоу полностью принадлежала ему, сердцем и телом. Он хотел обладать ею полностью. Однако Шангуань Цинжоу пришла из современной эпохи и была очень независимой. Как мог человек с продвинутыми идеологиями стерпеть тиранический запрос, который лишил бы её свободы? У неё были свои собственные круги общения и друзья. У Шангуань Цинжоу изначально сложилось довольно благоприятное впечатление об этом благородном и талантливом мужчине, но она не смогла смириться с его тиранической манерой поведения. В итоге, она вышла замуж за пятого принца. Они были до крайности влюблены друг в друга. Ради Шангуань Цинжоу, пятый принц даже не взял себе никаких любовниц. Тем временем, когда третий принц увидел, как они счастливы, он холодно рассмеялся и ещё больше нацелился на пятого принца в борьбе за трон. Он отбросил всякую вежливость и даже собирался напасть на Шангуань Цинжоу. Каждый раз, когда он собирался навредить Шангуань Цинжоу, то её кто-нибудь обязательно спасал и опасности превращались в удачное событие. Целью третьего принца была именно порча репутации Шангуань Цинжоу. Я люблю тебя, поэтому ты должна любить меня. Если ты меня не любишь, тогда я просто убью тебя. Раз я не могу тебя заполучить, тогда я уничтожу тебя. А потом я смогу обнять твой труп, который будет принадлежать только мне. В этой борьбе за трон, третий принц потерпел поражение, а пятый принц взошёл на трон. Шангуань Цинжоу стала императрицей, но гарем остался лишённым наложниц. В итоге, пятый принц дал третьему принцу отравленное вино. После этого, император и императрица жили долго и счастливо. Желание изначального хоста: Не позволить её Хозяину умереть. Одиннадцатая никак не могла понять. Её Хозяин так хорошо относился к Шангуань Цинжоу. Он отдавал ей всё, и его единственным условием было, чтобы Шангуань Цинжоу была ему верна. Шангуань Цинжоу была очень близка с другими принцами, но она постоянно говорила, что они просто друзья. В любом случае, Одиннадцатая считала, что её Хозяин был очень хорошим, но Шангуань Цинжоу сказала, что её Хозяин не понимает, что такое любовь и может лишь забирать себе всё, что ему хочется. Нин Шу вздохнула. Видите, вот какие бывают верные слуги. Будучи живой, она готова была пожертвовать жизнью и конечностью, ради своего Хозяина, и даже после смерти, она всё равно предложила свою душу, в обмен на спасение её Хозяина. Насколько же эффективным было промывание мозгов? Нин Шу не знала, были ли у Одиннадцатой чувства к третьему принцу, или это была чистая преданность. Но что это за задание?! Охренеть, она была всего лишь солдатом смерти, как же ей повлиять на битву между теми, кто обладает большой властью? Как ей вообще влезть в передачу власти в династии? У неё даже не было права говорить перед третьим принцем. Её работой было поднимать клинок и мчаться вперёд по первой же команде третьего принца. Нин Шу: … #комментарий анлейта: Солдаты смерти – это, по сути, солдаты, которые натренированы на абсолютную преданность и не боятся смерти. ______________________ Примечание переводчика: * Про Гангнам стайл не знает, наверное, только человек, который был в коме последние 8 лет. Но, на всякий случай, оставлю ссылку на него, дабы вы могли представить, как его танцует будущая императрица. https://www.youtube.com/watch?v=9bZkp7q19f0 Вторая песня "Маленькое яблочко" — песня в исполнении дуэта Chopstick Brothers. Была издана в качестве промо к фильму Old Boys: The Way of the Dragon и быстро стала очень популярной в китайском киберпространстве, превратившись в интернет-мем, обросший кучей пародий и перепевок. В клипе тоже имеется специфический танец. https://www.youtube.com/watch?v=znWuROdYnNQ ---------- Второе Испытание Солдатам смерти даже не нужно было говорить, им нужно было лишь размахивать мечами, чтобы исполнять любую команду своего хозяина. Даже если они будут стоять на краю обрыва у бездонной пропасти, если их хозяин скажет прыгнуть, то они прыгнут без колебаний. Нин Шу тщательно обдумала это задание. Если бы вместо этого она трансмигрировала в тело императора, то смогла бы просто передать трон третьему принцу. А как только третий принц стал бы императором, то он с лёгкостью смог бы призвать Шангуань Цинжоу во дворец. Вся эта ситуация также возникла из-за того, как сильно третий принц любил дразнить смерть. Проще говоря, люди страдали только когда не могли удовлетворить свои желания. А если их желания удовлетворить, тогда они почувствуют лишь скуку. Нин Шу проанализировала желание Одиннадцатой. Она не хотела, чтобы её хозяин умер. Это означало, что ей нужно изменить судьбу третьего принца, чтобы его не казнили отравленным вином. А что касается того, станет ли третий принц императором или нет, к ней это не имело никакого отношения. Однако, если третий принц не станет императором, то его убьют. Благодаря его хобби по привлечению к себе катастроф изо всех сил, и, в частности, попыткам убить главную женщину всеми возможными способами, он явно не сможет уйти нетронутым. Вообще, третий принц, вероятно, считался персонажем дрянного бывшего парня. Дело было не в том, что он не любил, а в том, что он любил до безумия сильно. И иметь такого хозяина очень утомительно. Забудьте об этом, она будет просто планировать всё по мере происходящих событий. Нин Шу села в железной клетке и начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Раз она была солдатом смерти, то чем сильнее её боевые искусства, тем лучше. Так у неё будет больше шансов выжить на этой работе, где ей нужно быть готовой умереть в любой момент. Нин Шу не хотела умирать на этом задании. Если она провалит задание, то будет уничтожена. К счастью, в этом мире было довольно много духовной энергии, поэтому тренировка Непревзойдённых Боевых Искусств прошла довольно неплохо. Послышался звук открываемой тяжёлой каменной двери. Нин Шу перестала тренироваться и встала. Вошёл всё тот же мужчина в шрамах. Теперь Нин Шу знала, что он был глава этой тренировочной площадки и имел кодовое имя Первый. Он уже выполнил множество заданий. - Сейчас ты начнёшь своё следующее задание. Первый был очень холоден и безразличен по отношению к Нин Шу. Нин Шу кивнула, а потом последовала за ним через каменную дверь. Вскоре он открыл ещё одну каменную дверь. - Заходи. Это твоё второе испытание. Ты должна убить всю дичь, что внутри. Первый затолкал Нин Шу внутрь, а потом закрыл каменную дверь. Как только Нин Шу вошла, она почувствовала тошнотворный рыбный запах. А ещё комната была наполнена звуком шипения змей. Она огляделась по сторонам. Тут было так много змей! Эти змеи переплетались друг с другом и постоянно находились в движении. Нин Шу почувствовала, как всё её тело покрылось гусиной кожей. Охренеть, это было самое отвратительное зрелище из возможных. Более того, все эти змеи имели очень яркие расцветки. А значит, они все были ядовитыми. На самом деле Первый хотел её убить, не так ли? Как ей вообще убить так много змей? Нин Шу разрубила пополам ту змею, что ползла к ней, но к ней поползли другие змеи. Она использовала свою внутреннюю энергию и топнула по стене, чтобы взобраться на неё. Сделав несколько шагов, она, всё же, нашла место без змей. В данный момент ей нужно было не только убить всех этих змей, но ещё и не давать этим змеям укусить себя. Она уже начала сожалеть, что не купила ядовитый порошок. В следующий раз ей надо будет купить и ядовитый порошок. Нин Шу продолжила обезглавливать змей. Та змея, что была разрублена пополам, вертелась на полу, но, в итоге, всё равно умерла. Запах в этой каменной комнате стал ещё хуже. Рыбный запах от змей смешивался с липкой вонью крови. Это было удушающее противно. Нин Шу посмотрела на бесконечную массу змей. Она понятия не имела, сможет ли она их всех убить. Первый ждал у двери, пока Нин Шу закончит задание. Спустя долгое время он открыл дверь, как раз, чтобы увидеть, как Нин Шу убивает последнюю змею. ---------- Самое Простое Задание Первый без каких либо эмоций глянул на пол, покрытый трупами змей. Он даже не удосужился похвалить Нин Шу, и лишь сказал: - Ты прошла второе испытание. Осталось ещё одно. Нин Шу чувствовала сильную усталость. Она даже не могла поднять руки, поэтому сказала: - Можно мне немного отдохнуть сначала? А то я очень устала. Первый глянул на Нин Шу. - Последнее задание очень простое. Так что в отдыхе нет необходимости. Оно очень простое? Нин Шу последовала за Первым в очередную каменную комнату. Эта комната была очень чистой. Тут была каменная постель, а на ней – свёрток из одежды. Когда Нин Шу подошла ближе, она увидела, что в эти одежды был завёрнут младенец. Его чёрные глаза с любопытством оглядывались по сторонам, а на губах появлялись небольшие пузырьки, когда он что-то лепетал. Когда ребёнок увидел Нин Шу, он начал что-то по-детски лепетать. У него ещё даже не было зубов, лишь розовые дёсны. Нин Шу посмотрела на одежды, в которые его запеленали. На них было много заплаток, и это ясно давало понять, что ребёнок из бедной семьи. У Нин Шу возникло дурное предчувствие, когда она посмотрела на Первого. С холодным выражением лица Первый сказал: - Это твоя последняя проверка. Убей этого ребёнка. Сердце Нин Шу сильно сжалось. - Зачем? Этот ребёнок не имеет к нам никакого отношения. Взгляд Первого тут же стал резким. - Разве ты это должна говорить? Мы – просто мечи. Когда Хозяин отдаёт приказ, какой бы ни была цель, мы должны её убить, даже если это ребёнок. Первый указал на ребёнка, лежащего на постели. - Убей его. Это твоё последнее задание. Если ты его не выполнишь, то ты провалишься. Хозяин не сможет выдать тебе назначение. Возможно, младенец почувствовала угрозу, или, возможно, голос Первого напугал его, потому что он внезапно начал верещать. Каменная комната наполнилась эхом детских криков. Ладони Нин Шу вспотели. Она чувствовала себя запутанной и потерянной, как никогда раньше. Если она не убьёт этого ребёнка, тогда не сможет покинуть эту базу. Но что тогда случится с её заданием? Она будет уничтожена. Но у неё не было никакого прошлого с этим ребёнком. Этот ребёнок даже ничего не знал. Такова была жизнь. Нин Шу не чувствовала никакого психологического сопротивления, когда убивала того тигра и тех змей, но убийство человека? К тому же, это был человек, к которому она не испытывает никакой ненависти или враждебности. Всё тело Нин Шу покрылось холодным потом. Пот со лба начал затекать ей в глаз, отчего в глазу началось жжение, но ей было не до этого. Неужели она действительно убьёт невинного человека ради выполнения своего задания? Использует жизнь невинного младенца в обмен на свою собственную? Сможет ли она это сделать? Она сможет, не сможет… сможет… не сможет… Нин Шу почувствовала себя беспомощной и растерянной, как никогда раньше. В предыдущих заданиях она ни разу не сталкивалась ни с чем подобным. Так что же ей делать? Использовать эту жизнь, чтобы завершить своё собственное задание? Но это же ребёнок, который ничего не знает и который ничего не сделал, чтобы навредить ей. Неужели она действительно собирается это сделать? Нин Шу готова была делать разные вещи, чтобы добиться справедливости ради изначального хоста, но этот ребёнок не имел никакого отношения к заданию. Так что же ей делать? Как она может убить невинного человека, особенно учитывая, что это младенец, который ничего не знает? Ребёнка не судят даже за преступления, а перед ней был совершенно невинный ребёнок. Нин Шу была в изрядном замешательстве. Её мысли были в полном беспорядке. Она чувствовала, что её психическое состояние вот-вот расколется на мелкие части от смятения. Стоит ли ей перестать заботиться о способах, ради выживания, и решить жить, несмотря на то, какими способами это достигнуто? Первый холодно посмотрел на Нин Шу. - Тебе нужно лишь поднять свой клинок и пронзить сердце ребёнка. Это самое простое задание. Помни, ты – солдат смерти. Нин Шу с трудом сглотнула. Солдат смерти. Подобный метод тренировки практически уничтожал в человеке всё человеческое. Однако эта тренировка как раз и была нацелена на то, чтобы уничтожить в человеке всё человеческое и любое сострадание, чтобы они стали безэмоциональными машинами. Под каждым троном императора было неисчислимое количество костей мёртвых. Эти кости складывались в ступеньки, пока он постепенно взбирался на должность императора. ---------- Немного Удачи в Неудачных Обстоятельствах Как только она пронзит ребёнка, то все те морали, которых она придерживается, исчезнут. С этих пор она больше не будет ничем связана. Если был первый раз, то будет и второй. А когда это произойдёт несколько раз, она станет бесчувственной и больше не будет испытывать такого внутреннего конфликта, как сейчас. Нин Шу так крепко схватилась за рукоять своего меча, что на тыльной стороне ладони вздулись вены. - Убей его, убей его… - произносил холодный голос возле её уха. Либо ты умрёшь, либо я. Если бы перед ней был враг, то она бы не колеблясь подняла меч и разрубила его, но это был невооружённый и беззащитный ребёнок, с которым у неё не было никаких прошлых конфликтов. - 2333, что же мне делать? Нин Шу обратилась к 2333 за помощью. 2333 некоторое время молчал, а потом спросил: - А что ты хочешь делать? - Я не хочу его убивать. После того, как она мысленно произнесла это, Нин Шу почувствовала, как всё её тело расслабилось, а её мысли прояснились. Она не хотела убивать этого ребёнка. Этот ребёнок не имел к ней никакого отношения. Система молчал. Когда Нин Шу не услышала ответа 2333, она снова попросила о помощи. - 2333, прошу, помоги мне. - На системном рынке есть препарат фальшивой смерти. Я помогу тебе его достать, но только ты на меня не доноси. Это незаконное поведение. Я рискую быть переформатированным, помогая тебе. Это в последний раз. Если нас раскроют, но нас обоих уничтожат, - сказал 2333. Сердце Нин Шу радостно вздрогнуло. - Спасибо, 2333! Не волнуйся, в следующий раз я буду покупать такие вещи заранее. В ладони Нин Шу появилась пилюля, отчего её неспокойное сердце наконец-то смогло успокоиться. Похоже, что в будущем ей придётся покупать не только базовые средства выживания, но ей ещё придётся подготавливать и такие вещи. Она могла их использовать только если заранее купила для задания. - Ты уже решила? – спросил Первый. – С такой волей ты не сможешь быть солдатом смерти. В этот раз тебе не нужно браться за назначение. - Я смогу это сделать. Нин Шу быстро подошла к постели и прикрыла рот плачущего младенца. Затем она опустила взгляд и быстро вонзила свой меч в левую часть груди младенца, после чего вытащила меч. Каменная комната, в которой всего мгновение назад было очень шумно, теперь слышалось лишь дыхание Нин Шу и Первого. Первый глянул на Нин Шу, затем подошёл. Чтобы проверить пульс ребёнка и дышит ли он. Спустя некоторое время он подтвердил, что младенец мёртв, и сказал Нин Шу: - Сойдёт. Нин Шу спросила: - Могу я его похоронить? Первый глянул на Нин Шу, и его взгляд был крайне пронзительным. В итоге, он кивнул. Только после этого Нин Шу медленно подошла, чтобы взять мёртвого ребёнка и выйти из каменной комнаты. - Постой, - сказал Первый. Сердце Нин Шу ёкнуло, но она изобразила спокойствие, когда развернулась и спросила: - Что-то ещё? - Возвращайся скорее. Пойдёшь со мной на встречу с Хозяином, - сказал Первый. Нин Шу кивнула, а потом быстро ушла вместе с младенцем. Она вышла из огромной пещеры в лесу. Увидев лес, она быстро побежала в него, нашла кое-какие травы и начала жевать их. Она развязала свёрток одежды и нательное бельё ребёнка. На левой стороне груди была видна рана от меча, через которую просвечивала кожа и плоть. Нин Шу прижала прожёванные травы к ране, чтобы остановить кровотечение. 2333 сказал, что у этого ребёнка сердце было с правой стороны. Только поэтому она посмела пронзить его левую сторону. Вероятно, это можно было счесть как: немного удачи в неудачных обстоятельствах. ---------- Ничем Не Примечательная Единственным, что было поблизости – это горы. Тут вообще не было никаких живущих людей, так что же ей делать с ребёнком? Она никак не могла уйти с гор, чтобы найти семью, которая согласится принять этого ребёнка. Первый всё ещё ждал её. Так что у неё не было на это времени. Блять. Ну почему всё так сложно? Более того, действие препарата фальшивой смерти скоро закончится. Нин Шу была уже на грани, продолжая жевать травы и прикладывая их к груди ребёнка. Однако рана, всё же, перестала кровоточить. Она положила постную пилюлю в рот ребёнка. Постная пилюля растворилась тёплым потоком и потекла в рот ребёнка. Нин Шу не знала, что делать с ребёнком. Не может же она просто оставить его тут? Его наверняка найдут дикие животные и съедят. В таком случае, даже после всех её усилий, он всё равно погибнет. Эх. Нин Шу взяла ребёнка и запрыгнула на ветки дерева, чтобы осмотреть лес. Вскоре, она увидела волчицу, проходящую под деревом. За ней следовала пара маленьких волчат. У Нин Шу появилась идея. Она бесшумно выкрала волчонка и обтёрла им одежды, чтобы на ребёнке был запах волка, а потом проследила за волками до их логова в пещере. Всё, что она могла попытаться сделать – это попробовать. Она не знала, захочет ли эта волчица заботиться об этом ребёнке. Она скормила ребёнку лекарства от лихорадки и воспаления. Как только волчица ушла, она положила ребёнка в пещере и стала наблюдать со стороны. Если волчица попытается напасть на ребёнка, то она может лишь убить волчицу. Когда волчица вернулась в пещеру и увидела, что там есть неопознанный объект, она начала обнюхивать одежды и даже попыталась погрызть их. Однако она не выглядела так, слово она планирует съесть ребёнка. Нин Шу подождала ещё немного. Когда она увидела, что волчица игнорирует ребёнка и не пытается на него напасть, Нин Шу вздохнула с облегчением. Это всё, что она могла сделать. Раз уже прошло некоторое время, она отправилась назад. Когда она вернулась в пещеру, она увидела, что Первый её ждёт. Он дал ей комплект одежды и сказал ей помыться, прежде чем отправляться в столицу к Хозяину. Нин Шу взяла одежду и отправилась к небольшому ручью, чтобы помыться и переодеться. Первый дал ей комплект женской одежды для боевых искусств, который ей хорошо подошёл. Она подвязала свои волосы в хвостик, а потом нагнулась, чтобы взглянуть на поверхность воды. Ей было интересно, как она выглядит. Вполне обычная внешность, ничем не примечательная. Все её черты лица были самыми обычными. Если бы она была в толпе, то никак не выделялась бы. Приведя себя в порядок, она вернулась в пещеру. Первый повёл её в столицу. У них ушло полдня на то, чтобы выбраться из леса. Нин Шу была рада, что не попыталась вынести ребёнка из леса, чтобы найти людей. А иначе на это ушла бы целая вечность. Выбравшись из леса, Нин Шу увидела у дороги человека с двумя лошадьми. Когда он увидел подходящих к нему Первого и Нин Шу, он передал лошадей Первому. Первый дал одну из лошадей Нин Шу, а потом они поскакали на них в направлении столицы. Когда они добрались до входа в город, первый слез с лошади. Когда он увидел, что Нин Шу всё ещё сидит верхом, он холодно сказал: - Слезай. Не езди на лошади в городе, это привлекает внимание. Нин Шу слезла с лошади и последовала за ним в город. Этот город был очень процветающим. Тут были всевозможные магазины и прилавки. Люди на улицах были одеты со вкусом. Нин Шу положила руку на свой меч, пока следовала за Первым в резиденцию третьего принца. Они вошли через задний двор. Не слишком ли беспечными они были? Однако она лишь молча подмечала все эти детали. Эконом оповестил Первого и Нин Шу, что третий принц сейчас на встрече с гостем, поэтому им нужно немного подождать. Первый обернулся к Нин Шу и спросил у неё: - Ты знаешь, как приветствовать хозяина? Протягивать сложенный в горсть кулак, или вставать на колено, или просто падать на колени на землю? Нин Шу покачала головой. Она не имела понятия. - Вставать на одно колено и протягивать сложенный в горсть кулак, - сказал Первый. А разве это не поза для того, чтобы делать свадебное предложение? Эконом вышел, чтобы пригласить Нин Шу войти. Первый не стал входить вместе с ней и позволил Нин Шу войти одной. Нин Шу поправила одежду, а потом вошла в помещение. Вот это да, она действительно немного нервничала. В тот момент, когда она вошла в комнату, она увидела, что за столом сидят мужчина и женщина. Похоже, что они что-то рисовали. Когда она увидела этих двоих, она почувствовала, что её глаза словно исцелились, поэтому что эти двое были просто слишком красивыми. Женщина облокотилась на стол, её талия изгибалась, а сама она подпирала подбородок рукой и смотрела, как рисует мужчина. Это выглядело так, словно божественная парочка спустилась с небес на землю. ---------- Вырезан Из Нефрита и Бесподобен Два человека не обратили никакого внимания на вошедшую Нин Шу, поэтому Нин Шу тактично продолжила молчать и встала в угол, чтобы рассматривать этих двоих. Мужчина, вероятно, был третий принц Сюань Хунюй. Волосы Сюань Хунюя были собраны на макушке и удерживались нефритовой заколкой. На нём были белые парчовые одежды с широкими рукавами, поэтому, каждый раз, когда он поднимал кисть, рукава создавали лёгкий ветерок. Его брови были слегка приподняты, черты лица были изысканными, а его губы были цвета вишни. Он был вырезан из нефрита и бесподобен. Поистине стильный и непревзойдённый в своём поколении. Нин Шу усмехнулась. Сейчас он выглядел как обычный человек, но кто знает, когда воспалится его тираническое чувство собственничества? Он был неестественно зациклен на Шангуань Цинжоу, до такой степени, что обычные люди не смогут этого понять. Он до крайности хотел обладать всею ею. И человек, в которого он влюбился, была поистине достойна жалости. Нин Шу посмотрела на Шангуань Цинжоу. Её глаза были круглыми, у неё были маленькие губы, словно персики, и нежная розовая кожа. Вокруг неё витала воодушевлённая аура, а в её глазах таился намёк на лукавство. Шангуань Цинжоу излучала ауру свободы, которая очень сильно отличалась от обычных дочерей из богатых семей, которые были заперты в резиденциях. Эта аура свободы словно бы исходила из самой её души. Вот такой была прямолинейная и неприхотливая Шангуань Цинжоу. Нин Шу решила, что женщина, которая трансмигрировала в тело Шангуань Цинжоу, вероятно, была не такой уж старой. После того, как она трансмигрировала, она вскоре нашла своё счастье. За ней гонялись величайшие-среди-людей принцы, и, в итоге, она стала невероятно обожаемой императрицей. Шангуань Цинжоу была очень красивой женщиной, но, когда Нин Шу представила её танцующей гангнам стайл и распевающей популярные песни современной эпохи, она невольно ощутила разочарование. Ладно, возможно для этих юных принцев такой характер был очень уникальным. Нин Шу было интересно другое. Шангуань Цинжоу и Сюань Хунюй были противоположного пола, но находились в комнате одни. Разве это не должно было очень плохо сказаться на репутации Шангуань Цинжоу? Остальные женщины очень заботились о своей репутации, но Шангуань Цинжоу никогда не задумывалась об этом, и мужчины, которым она нравилась, тоже не думали об этом. Для примера, пятый принц даже зачастую навещал её по ночам. Нин Шу просто стояла, словно деревянная колонна, и не двигалась. Сюань Хунюй наконец-то отложил свою кисть. Шангуань Цинжоу взяла рисунок, чтобы рассмотреть его. - А чего это я такая уродливая? Ты нарисовал меня слишком уродливой. - Ты не уродливая, просто я не могу нарисовать всю твою красоту. Сюань Хунюй не разозлился на слова Шангуань Цинжоу. Шангуань Цинжоу надулась, а потом взяла кисточку, чтобы нарисовать карикатурную версию Сюань Хунюя. - Вот такой тип рисунка красивый. Разве он не миленький? Сюань Хунюй расхохотался. - А чего у него такая большая голова и такое маленькое тело? - Это манга. Шангуань Цинжоу ухмыльнулась Сюань Хунюю. Её манеры поведения были очень очаровательными. - Просто скажи, красивый рисунок или нет. - Красивый, красивый. Сюань Хунюй улыбнулся, отчего его черты лица стали ещё более очаровательными. Изначально Шангуань Цинжоу уже была очарована им, но, в итоге, она не смогла смириться с его яндере характером. Ты принадлежишь только мне, только мне дозволено смотреть на тебя. Ты не можешь гулять с другими мужчинами. Если ты мне не будешь подчиняться, то я тебя накажу. От подобного характера другие люди просто расклеивались. Более того, он был крайне серьёзен насчёт наказания, это не были пустые угрозы. Сюань Хунюй словно только сейчас заметил Нин Шу, и подманил её. ---------- Многозначительный Взгляд Нин Шу подошла к нему, встала на одно колено и сложила кулак в горсть. - Хозяин. Шангуань Цинжоу посмотрела на Нин Шу. Её взгляд прошёлся по лицу Нин Шу, но лишь ненадолго. - Цинжоу, эта тайный охранник для тебя. Она тебя защитит, - сказал Сюань Хунюй. Шангуань Цинжоу не выглядела так, словно Нин Шу ей понравилась. - Мне не нужен тайный охранник. А то у меня будет такое чувство, словно за мной кто-то постоянно следует. Это неуютно. - Она просто будет защищать тебе из теней. Если случится какая-то опасность, она появится, чтобы спасти тебя. Ты же любишь ходить в разные места, чтобы поиграть, так что можешь попасть в какую-нибудь опасную ситуацию. Она… - Сюань Хунюй повернулся к Нин Шу и холодно спросил: - Как тебя зовут? Нин Шу: … - Одиннадцатая, - ответила Нин Шу. - Одиннадцатая сможет тебя защитить, когда ты окажешься в опасности, и тебе будет удобно иметь под рукой тайного охранника-женщину, - сказал Сюань Хунюй, потирая нефритовый кулон на своём поясе. Шангуань Цинжоу надулась, но ничего не сказала. В прищуренном взгляде Сюань Хунюя промелькнул свет. У Нин Шу сложилось впечатление, что он злился, поэтому она поприветствовала Шангуань Цинжоу: - Мисс Шангуань. - С этих пор, она – твоя хозяйка. Защищай её как полагается и подчиняйся всем её приказам, поняла? – строго спросил Сюань Хунюй у Нин Шу. - Эта подчинённая поняла, - сказала Нин Шу, слегка опуская голову. У Шангуань Цинжоу не осталось иного выбора, кроме как принять Нин Шу. Шангуань Цинжоу была удручена, но Нин Шу была ещё больше удручена. Так или иначе, она была тут для того, чтобы гарантировать безопасность Шангуань Цинжоу. Так почему же ей так не рады? Когда Шангуань Цинжоу стала уходить, она была немного недовольна, но Сюань Хунюй ничего не сказал. Он лишь многозначительно посмотрел на Нин Шу. Этот взгляд совершенно ошарашил Нин Шу. Что это значило? Нин Шу увидела, что Шангуань Цинжоу уходит, поэтому она поспешно последовала за ней. Как только они вышли из резиденции принца, Шангуань Цинжоу остановилась и развернулась, чтобы сказать Нин Шу: - Ты нужна, чтобы гарантировать мою безопасность, поэтому спасибо, но мне не нравится, когда за мной кто-то ходит по пятам. Нин Шу сделала несколько шагов назад, а потом сказала: - Мисс Шангуань, вы можете идти первой. Я точно не появлюсь перед вами. Вы только гляньте на неё! Незамужняя девушка древней эпохи выходит из дома даже без горничной. Ходить вот так – это очень опасно. Шангуань Цинжоу ведь даже не знает никаких боевых искусств. А что если кто-то схватит её и утащит прочь? Возможно, тогда Сюань Хунюй в следующий раз встретит Шангуань Цинжоу лишь в квартале красных фонарей. Наличие горничной – это способ прояснить свой статус, чтобы отбить охоту у остальных на совершение какого-нибудь нахальства. А ещё это для того, чтобы не возбуждать у окружающих подозрения. Шангуань Цинжоу злобно топнула ногой, но её манеры были очень милыми. Нин Шу последовала за Шангуань Цинжоу к резиденции Начальника Управления Церемониями, а потом перепрыгнула через стену и забралась на дереве перед жильём Шангуань Цинжоу. Листва на дереве была очень густой, поэтому она скрывала фигуру Нин Шу. Когда Нин Шу посмотрела на гусеницу, что ползла на листе рядом с ней, она почувствовала себя очень удручённой. И почему жизнь тайных охранников так тяжела? Она щелчком смахнула гусеницу, а потом села на ветку и начала практиковать Непревзойдённые Боевые Искусства. Ей просто необходимо их тренировать. Нынешние навыки изначального хоста были недостаточно хорошими. В изначальной истории ей пришлось бежать в имперский дворец, чтобы спасти принца, но она пала, нашпигованная стрелами. Пока Нин Шу тренировалась, она наблюдала за всей резиденцией. Шангуань Цинжоу была любимицей в этой резиденции. Она была главной дочерью и очень располагающей к себе, поэтому даже сам Начальник Управления Церемониями хорошо к ней относился. Нин Шу считала, что начальник был согласен на то, что его дочь общалась с третьим принцем. Даже если третий принц, в итоге, не станет императором, он всё равно был очень влиятельным принцем. Так как уже имелся явный наследник трона, то третьему и пятому принцу, этим взрослым принцам, будет не так-то просто стать императором. Однако Нин Шу знала, что кронпринц был всего лишь пушечным мясом. В изначальной истории он тоже был очень заинтересован в Шангуань Цинжоу. Его люди похитили Шангуань Цинжоу, чтобы он мог взять её силой. Ну, ладно, харизма Шангуань Цинжоу была поистине очень сильной. В итоге, кронпринца сбили со сцены. После этого началась борьба третьего принца и пятого принца за трон. Пятый принц Сюань Сяотянь обладал удачей, дарованной небесами, поэтому Сюань Хунюй никак не смог бы его победить. Более того, Сюань Хунюй изрядно навредил Шангуань Цинжоу. После того, как ты навредил главной женщине, у тебя ещё остались какие-то надежды на успех? Просто иди спать и продолжай мечтать. Нин Шу могла лишь тихо вздохнуть. ---------- Потому Что Тут Так Много Комаров Нин Шу не очень-то хотела защищать Шангуань Цинжоу, но с её статусом у неё не было права отказываться. Она была солдатом смерти без своего личного мнения. Если она проявит хоть какие-то следы неповиновения, то её ждёт лишь смерть. Так как по статусу силы выше Нин Шу было ещё десять человек, она не сможет победить их всех, или, по крайней мере, в таком состоянии как сейчас, она не сможет. Нин Шу уже поняла, как ей нужно выполнить это задание. Ей не нужно было возиться с Сюань Хунюем – у неё на это не было никаких способностей. Когда наступит время и Сюань Хунюй будет повержен, она его спасёт. Всё будет хорошо, главное, чтобы он был жив. А об остальных вещах беспокоиться не нужно. Нин Шу начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Когда стемнело, она прокралась на кухню, чтобы найти себе еды, после чего вернулась на ветку, чтобы продолжить культивацию. Однако там было слишком много комаров. Нин Шу резко шлёпнула себя по лицу и убила комара. Она почесала укусы, а потом вспомнила тот многозначительный взгляд Сюань Хунюя. Может ей нужно вернуться обратно в резиденцию принца? Нин Шу снова перепрыгнула стену и отправилась в резиденцию принца. Там она увидела, что в кабинете Сюань Хунюя всё ещё горит свет. После мгновения колебаний, Нин Шу всё же постучала в дверь. Изнутри прозвучал холодный голос Сюань Хунюя. - Входи. Нин Шу толкнула дверь и вошла. Она обнаружила, что Сюань Хунюй что-то записывает. От всех тех ламп, что освещали его, он выглядел так, словно и сам слегка светится. - Хозяин. Нин Шу встала на одно колено. Сюань Хунюй не проявил никаких эмоций. Перед Нин Шу он был крайне холодным и величественным, излучая подавляющую ауру. Он поднял взгляд и посмотрел на Нин Шу, преклонившуюся на полу, а потом опустил кисть в чернильницу и сказал: - Ты пришла позже, чем я ожидал, но, по крайней мере, ты пришла. Нин Шу: … Так значит тот долгий многозначительный взгляд означал, что она должна вернуться. Ну и как ей нужно было это понять лишь по взгляду? Единственная причина, почему она вернулась – это просто случайная удача и потому, что там на дереве было слишком много комаров! Нин Шу сохранила на лице безэмоциональное выражение и ничего не сказала. Сюань Хунюй начал что-то рисовать на бумаге. Чем больше он рисовал, тем быстрее он это делал. Наконец, он рассержено бросил кисть, отчего чёрные чернила разбрызгались по бумаге. Сюань Хунюй нахмурился, а потом смял бумагу в шарик и выбросил его. Нин Шу: … Может, сначала позволить ей перестать стоять преклонённой? Сюань Хунюй посмотрел на Нин Шу и сказал: - Ты знаешь, какое у тебя задание в этот раз? - Эта подчинённая знает. Не волнуйтесь, Хозяин. Эта подчинённая обязательно защитит мисс Шангуань как полагается и проследит, чтобы она не сталкивалась ни с какими опасностями, - произнесла Нин Шу на манер клятвы. Сюань Хунюй вообще никак не отреагировал на страстные слова Нин Шу и лишь продолжил безразлично смотреть на неё. Нин Шу почувствовала, что её опухоль неловкости вот-вот воспалится. - Помимо того, чтобы гарантировать безопасность Шангуань Цинжоу, у тебя есть ещё одно задание. Третий принц желает знать, что Шангуань Цинжоу делает каждый день и с какими людьми она встречается. Всё, вне зависимости от степени важности, - Сюань Хунюй посмотрел на Нин Шу. – Ты сможешь это сделать? Нин Шу покрутила глазами, пока обдумывала слова Сюань Хунюя. - Хозяин, всё, вне зависимости от степени важности, это как? - Вообще всё, - ответил Сюань Хунюй. И что сюда входит? Нин Шу спросила: - Значит, какую одежду она носит, что она ест, что она говорит другим людям, обо всём этом нужно докладывать? - Да. Сюань Хунюй кивнул. Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Что за хуйня? Это же извращение?! У неё было такое ощущение, что она станет извращённым подглядывающим сталкером. Подобное экстремальное собственничество нельзя было ставить на обычный уровень пугающих вещей. Он хотел знать всё, включая время, в которое Шангуань Цинжоу просыпается, когда она ест, когда она ходит в туалет, по большому или по маленькому, и когда у неё начинаются месячные. Выражение лица Нин Шу было крайне невозмутимым и безэмоциональным, но внутри она совершенно разваливалась на части. #комментарий анлейта: “похлопала Нин Шу по плечу", тяжело же тебе. ROFL ---------- Орудовать Мечом и Четырьмя Сокровищами Рабочего Кабинета * Четыре сокровища рабочего кабинета (или четыре друга) — широко распространенное в позднеимперском Китае образное выражение: под четырьмя сокровищами подразумеваются кисть, бумага, чернила и чернильница. - Внимательно следи за тем, как Шангуань Цинжоу общается с мужчинами. Докладывай обо всём, что она сказала и что сделал каждый мужчина, поняла? – Сюань Хунюй холодно посмотрел на Нин Шу. – Ты с этим справишься? Нин Шу знала, если она скажет, что не справится, то её тут же забьют насмерть, поэтому она кивнула и сказала: - Эта подчинённая обязательно всё хорошо запишет. Нин Шу почувствовала, что ей нужно задать уточняющие вопросы. - А что если мисс Шангуань будет разговаривать со своим отцом или слугами-мужчинами в резиденции? Это всё тоже записывать? Сюань Хунюй холодно посмотрел на Нин Шу, явно очень недовольный её способностью понимать. - С любым мужчиной. Нин Шу: … Как утомительно. Кого-то вроде него нужно просто оставить умирать. Какой смысл его спасать? Это было просто излишним утомлением. Если бы она знала ранее, то не вернулась бы. Как только она вернулась, она получила так много дополнительных заданий. Сюань Хунюй бросил Нин Шу книгу. Нин Шу открыла её и обнаружила, что в ней были только пустые страницы. Сюань Хунюй сказал: - В будущем, записывай всё сюда. - Поняла. Нин Шу всё ещё приходилось притворяться, что она в восторге и с почтением принимает это задание. С этих пор Нин Шу ей придётся не только носить везде меч, но ещё и носить с собой четыре сокровища рабочего кабинета, чтобы всё записывать, когда есть возможность. У неё просто не осталось ничего, ради чего можно было бы жить. Нин Шу вернулась в резиденцию начальника, а потом проскользнула в комнату Шангуань Цинжоу. Шангуань Цинжоу крепко спала. Даже во сне она была очень красивой. Тело Шангуань Цинжоу поистине имело очень хорошую внешность. После смены души, её аура изменилась и от этого она стала уникальной среди дочерей дворян. Это привлекло внимание юного поколения аристократии. Нин Шу вернулась на дерево и достала книгу. В тусклом свете маленького карманного факела, Нин Шу записала в книге: "Мисс Шангуань крепко спит. Когда она перевернулась на другой бок, уголки её губ изогнулись в улыбке. Эта подчинённая думает, что мисс Шангуань, должно быть, видит сон про Хозяина. Какого хрена? Вот почему ей нужно делать подобные вещи? Orz Нин Шу была напугана тем, что под влиянием Сюань Хунюя она тоже станет такой же ненормальной. После этого она записала время, когда Шангуань Цинжоу проснулась ночью, чтобы сходить в туалет. После туалета она не помыла руки и выпила кружку воды. Записав всё это, Нин Шу начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Не было ничего важнее, чем практическая польза этого навыка. На данный момент ей удалось сформировать немного энергии, но пряди этой энергии были очень слабыми. Однако эта энергия начнёт укреплять тело, чтобы увеличить базовые способности её тела. Телу изначального хоста слишком много приходилось напрягаться до предела. После начальной тренировки, она только и делала, что целыми днями тренировалась. Её руки были покрыты толстыми мозолями, так как она держала меч с самого детства. На самом деле, даже если бы это тело не умерло посреди миссии, оно бы всё равно недолго протянуло. Можно было и не надеяться на смерть от старости. Энергия Непревзойдённых Боевых Искусств постепенно восстанавливала скрытые травмы в теле, но недостатком у этого было то, что ей постоянно хотелось есть. Она просто умирала с голоду. Ей нужно было очень много есть, поэтому она прекратила попытки найти еду в резиденции начальника и вышла наружу, чтобы купить парных булочек и жареных цыплят. Они были практически лучшими деликатесами в мире. Ежедневная жизнь Нин Шу состояла из тренировки Непревзойдённых Боевых Искусств и записей всего происходящего с Шангуань Цинжоу. Затем, поздней ночью, она возвращалась в резиденцию принца, чтобы передать записи Сюань Хунюю. Каждый раз, когда она видела, как Сюань Хунюй держит книгу с тем страстным выражением на его обычно великолепном лице, она чувствовала крайнее отвращение. На самом деле, Шангуань Цинжоу тоже было довольно трудно. Она совершенно не осознавала, что всё происходящее с ней передавалось Сюань Хунюю, и что её жизнь была под полным контролем Сюань Хунюя. Сюань Хунюй желал полного контроля над Шангуань Цинжоу. Это уже было далеко за пределами обычно ревности между возлюбленными. Это уже была больная и извращённая форма любви. А изначальный хост, Одиннадцатая, вообще знала, что её хозяин настолько яндере? ---------- Когда Он Достаточно Раздразнит Смерть Сюань Хунюя так сильно влекло к Шангуань Цинжоу, что он не мог этому противостоять. Это уже превратилось в некую настойчивую одержимость. Однако обычные люди не могли стерпеть столь напряжённого собственничества. Оно было таким удушающим, что им хотелось сбежать. Возможно, в глазах обычных людей Сюань Хунюй выглядел, как обычный безумец. Как только происходило что-либо касающееся Шангуань Цинжоу, он становился безумцем. Неудивительно, что Шангуань Цинжоу без колебаний бросила Сюань Хунюя, чтобы быть с пятым принцем. Я – женщина из современной эпохи! Как я могу принять эти нечеловеческие условия? Я принадлежу только себе, а не тебе или кому-либо ещё. У меня есть свои собственные мысли. Я – человек с достоинством, а не безэмоциональная игрушка. Нин Шу очень хотела оттащить Сюань Хунюя назад и не дать ему бежать по пути, где он постоянно дразнил смерть. Хозяин, прошу вас, успокойтесь. Прошу, не надо дразнить смерть. Сюань Хунюй закрыл книгу, а потом тихо сказал: - Очень хорошо. Продолжай записывать в том же духе. Нин Шу безэмоционально ответила: - Премного благодарна за вашу похвалу, Хозяин. После мгновения колебаний, она сказала: - Хозяин, раз вам нравится мисс Шангуань, разве вы не должны на ней жениться? Тогда пятый принц не сможет первым воспользоваться этим шансом первым, и третьему принцу не придётся скрежетать зубами, глядя на чужую жену. Сюань Хунюй холодно глянул на Нин Шу и строго отчитал её: - Наглость! Нин Шу беспомощно рухнула на колено на пол и сказала: - Хозяин, прошу простить эту подчинённую за то, что она заговорила без разрешения. Сюань Хунюй был зол на неё за то, что она высказала своё мнение. Они были людьми совершенно разного статуса, поэтому она не имела права даже озвучивать своё мнение. Нин Шу также мысленно отказалась от попытки свести вместе Сюань Хунюя и Шангуань Цинжоу. Усердная работа над тренировкой боевых искусств – это единственный истинный путь, по которому можно идти. Ей лишь нужно спасти его жизнь, когда он достаточно раздразнит смерть и будет на грани уничтожения. - Помни о своём статусе. Выражение лица Сюань Хунюя было очень холодным, когда он швырнул книгу Нин Шу. Нин Шу убрала книгу и отправилась обратно в резиденцию начальника, чтобы защищать Шангуань Цинжоу. Ей просто нужно делать, что должен делать тайный охранник. Нет смысла лезть в другие вещи. История просто должна развиваться так, как ей хочется. Однако эта миссия была вовсе не расслабляющей. Шангуань Цинжоу очень любила принимать участие во всяких мероприятиях, так как ей очень нравилось играть и пробовать что-то новое. И поэтому Нин Шу постоянно бегала вслед за Шангуань Цинжоу. На каждом мероприятии Шангуань Цинжоу привлекала внимание кучи мужчин. Даже если она была просто на улице или в ресторане, она всё равно встречалась с красивыми мужчинами. Это история была просто коллекцией красивых мужчин. Более того, у этих мужчин всегда складывалось до определённой степени благоприятное впечатление о Шангуань Цинжоу. Даже если она им не нравилась, они считали её своим другом. Возможно, это было из-за того, что Шангуань Цинжоу вела себя с ними небрежно и непритязательно, отчего эти мужчины считали, что она очень оригинальная. В этой эпохе, когда мужчины и женщины встречались, то женщины всегда вели себя вежливо и обходительно. Женщины всегда были сдержанными перед мужчинами и придерживались этикета, чтобы не продемонстрировать недостаток манер. Шангуань Цинжоу была в этом отношении совершенно другой. Её оживлённость создавала у людей впечатление, что она очень уникальная и совершенно пренебрегает разницей между мужчинами и женщинами. Она часто хлопала мужчин по плечу и называла их "бро". И поэтому, куда бы ни приходила Шангуань Цинжоу, вне зависимости от того, какое было мероприятие, она всё равно могла разговаривать со знакомыми мужчинами. Нин Шу решила, что Шангуань Цинжоу просто наслаждается тем, что она окружена красивыми мужчинами. Она наслаждается тем, что за ней ухаживают. До трансмиграции она была обычной девушкой, которая была не настолько привлекательной, но стоило ей только трансмигрировать, как она обрела харизму и стала привлекать красивых мужчин. Так что для неё было вполне нормально пребывать в приподнятом расположении духа. Нин Шу всё это записала, а потом передала книгу Сюань Хунюю. Когда Сюань Хунюй увидел, что она там записала, из его тела словно вырвалась чёрная аура. Его зрачки слегка задрожали. Было ясно, что он очень зол. Нин Шу мысленно наполнилась злорадством, но на поверхности она сохраняла безэмоциональное выражение лица. Каждый раз, когда Шангуань Цинжоу знакомилась всё с новыми и новыми мужчинами, каждый раз, когда она встречала парня и разговаривала с ним, Сюань Хунюй становился несчастным. И в своём несчастье Сюань Хунюй винил этих мужчин. Если статус мужчины был не сильно высоким, то третий принц просто делал что-то, чтобы этот мужчина страдал. Если его статус был высоким, то Сюань Хунюй просто создавал ему кучу проблем из тени. ---------- Тогда Ты Моя Сюань Хунюй всегда подавлял свои собственные желания, чтобы не дать себе навредить Шангуань Цинжоу, но, в конечном итоге, его желания всё равно вырвались. Сюань Хунюй затащил Шангуань Цинжоу в свою резиденцию и первым делом выразил ей свою любовь. - Цинжоу, у меня к тебе чувства. Лицо Шангуань Цинжоу покраснело. Она была немного робкой, глядя на благородного и величественного Сюань Хунюя. У неё тоже сложилось о нём благоприятное впечатление. Когда Сюань Хунюй увидел, что она ничего не говорит, его лицо наполнилось лёгкой раздражительностью. - А у тебя есть ко мне чувства? У Шангуань Цинжоу были чувства к Сюань Хунюю. Сюань Хунюй обладал высоким статусом и непревзойдённым талантом. Более того, он был самым красивым мужчиной из всех, что она встречала. Шангуань Цинжоу была очень рада, что она нравится такому хорошему человеку. В современной эпохе, мужчина с такими хорошими данными даже не обратил бы на неё внимание. - Да. Шангуань Цинжоу кивнула. Сюань Хунюй лучезарно улыбнулся, отчего его черты лица стали такими, словно он сошёл с прекрасной картины. - Тогда ты моя. Если ты меня предашь, то я тебя убью. Шангуань Цинжоу, которая всё ещё купалась в счастье от того, что ей признался прекрасный мужчина, внезапно задрожала. Она повернулась, чтобы посмотреть на Сюань Хунюя и, запинаясь, спросила: - Ч… что ты сказал? - Я сказал, что ты теперь моя. Ты можешь говорить только со мной, тебе нельзя больше разговаривать с другими мужчинами, а иначе я тебя убью. Сюань Хунюй радостно улыбнулся, но те слова, которые он произнёс, были очень жестокими. Нин Шу, которая сидела на дереве и наблюдала за этим представлением: … Боже. Если бы это была она, то услышав это, она бы тут же бросилась бежать. Было ясно, что Шангуань Цинжоу тоже напугана, но она попыталась оспорить его требования и гордо подняла подбородок, говоря: - Как ты можешь быть таким? Какое право ты имеешь запрещать мне общаться с другими мужчинами? Не слишком ли ты много хочешь контролировать? Когда Сюань Хунюй услышал это, его цвет лица стал темнее, но он всё равно ответил: - Веди себя хорошо, ладно? А иначе я действительно убью тебя. Шангуань Цинжоу чуть не взорвалась от гнева. Не слишком ли этот мужчина властный? Неужели он считает, что раз он признался ей, то она теперь принадлежит ему? - Да мне ни за что не понравится такой оплот мужского шовинизма, как ты! Шангуань Цинжоу развернулась, чтобы уйти. Та небольшая часть благоприятных чувств к Сюань Хунюю, что у неё была, тут же исчезла. Она хотела, чтобы мужчина мог понять её и проявить свою терпимость к ней, а не мужчина, который хочет её контролировать. Цвет лица Сюань Хунюя теперь был совсем нехорошим. Он плотно поджал губы, а потом схватил Шангуань Цинжоу за запястье и тихим голосом спросил: - Так я тебе не нравлюсь? - Всё верно, ты мне не нравишься! – громко сказала Шангуань Цинжоу. Столкнувшись с подобной ситуацией, согласно нормальным правилам развития событий, Сюань Хунюй должен прижать Шангуань Цинжоу к стене, а потом страстно поцеловать её до тех пор, пока у неё не закружится голова и она не перестанет сопротивляться. С внешностью Сюань Хунюя, всё можно было бы решить таким образом. Сюань Хунюй прижал Шангуань Цинжоу к стене, но не стал целовать её. Вместо этого он схватил её за шею и сказал: - Будь хорошей и не зли меня, а иначе я тебя убью… Нин Шу: Я… Нин Шу увидела, что милое лицо Шангуань Цинжоу уже покраснело от недостатка кислорода, поэтому она поспешно спрыгнула с дерева и крикнула Сюань Хунюю: - Хозяин. Если он продолжит её душить подобным образом, то Шангуань Цинжоу действительно умрёт. ---------- Главный Мужчина Теперь в Сети Нин Шу заговорила, чтобы напомнить Сюань Хунюю. К этому времени, лицо Шангуань Цинжоу уже начало становиться немного фиолетовым. Она была крайне шокирована, а её симпатичное личико исказилось от страха. Слёзы потекли по её щекам. Сюань Хунюй наконец-то пришёл в себя и подавил жестокое волнение в своём сердце. Со следами беспомощности на лице, он отпустил шею Шангуань Цинжоу. Шангуань Цинжоу, которая всё ещё прижималась к стене, сползла по ней на пол, кашляя и с трудом вдыхая драгоценный воздух. Её взгляд теперь был полон страха и ненависти, когда она посмотрела на Сюань Хунюя. Она поняла, что этот мужчина действительно хотел её убить. Он сказал, что у него есть к ней чувства, но всё равно пытался её убить. Шангуань Цинжоу поднялась с пола и сбежала, слегка пошатываясь. Когда Сюань Хунюй посмотрел в спину Шангуань Цинжоу, он сжал кулаки и слегка опустил голову. Часть волос упала ему на лоб, частично затеняя его безупречное лицо. Нин Шу глянула на него со стороны. В этот момент Сюань Хунюй казался очень беспомощным и растерянным. На его лице не осталось и следа той жестокости, когда он сжимал шею Шангуань Цинжоу. В ответ на это Нин Шу могла лишь сказать "ты, блять, сам это заслужил". Кто же сможет принять человека, который выражает свои чувства подобным образом? Он даже схватил Шангуань Цинжоу за шею, говоря ей с такой страстью: "ты принадлежишь мне, я тебя люблю". Это было слишком напряжённая ситуация, слишком экстремальная. - Хозяин, вы всё ещё хотите, чтобы я защищала мисс Шангуань? – спросила Нин Шу. Сюань Хунюй поднял голову и холодно глянул на Нин Шу. - Как и раньше, обеспечь её безопасность. Этот принц хочет знать всё, что с ней происходит. Сюань Хунюй развернулся и ушёл. Похоже, что он совсем не хотел разговаривать с Нин Шу. На самом деле, Нин Шу почувствовала облегчение, что Сюань Хунюй относится к ней подобным образом. Лучше всего быть проигнорированной. Люди, о которых заботился Сюань Хунюй, обладали довольно жалкой судьбой. Нин Шу догнала Шангуань Цинжоу, сбежавшую из резиденции принца. Она продолжала причитать и вытирать слёзы, не глядя, куда идёт, поэтому постоянно врезалась в людей на улицах. Она чуть не врезалась в телегу, но, к счастью, Нин Шу вовремя утащила её в сторону. Лицо Шангуань Цинжоу было смертельно бледным, отчего отметины на её шее были ещё очевиднее. Шангуань Цинжоу была ошарашена, а потом напряжённо повернулась, чтобы посмотреть на Нин Шу. Она оттолкнула Нин Шу прочь и хрипло закричала: - Проваливай! Я не хочу тебя видеть! Мне не нужна твоя защита! Ты – одна из людей Сюань Хунюя! Нин Шу слегка нахмурилась. Ну и какой смысл злиться на неё? Если у неё есть желание злиться, то пусть она идёт и ругается с Сюань Хунюем. Более того, она только что спасла Шангуань Цинжоу от судьбы быть затоптанной конём, и вот так Шангуань Цинжоу реагирует на это? Нин Шу была изрядно раздражена. Даже если ей и приказали защищать Шангуань Цинжоу, она ничего не должна Шангуань Цинжоу. Шангуань Цинжоу явно просто вымещала на ней свой гнев к Сюань Хунюю. Нин Шу сделала несколько шагов назад, не обращая внимания на Шангуань Цинжоу, которая только что перенесла огромный удар. - О, кто это у нас тут? – послышался вальяжный голос. Перед Шангуань Цинжоу остановился паланкин. Занавеска была отодвинута веером, а потом из паланкина вышел мужчина. Этот мужчина обладал высокомерной атмосферой, но при этом – благородной аурой. Он выглядел словно яппи*, но казался выдающимся и изысканным, а не вульгарным. В основном благодаря его хорошей внешности. Его длинные и узкие глаза цвета персика делали его внешность очень сексуальной. Аура Сюань Хунюя была благородной и холодной, в то время как Сюань Сяотянь казался экстравагантным и покладистым. Пока Нин Шу смотрела на этого мужчину, она думала о том, что главный мужчина теперь в сети, как только Шангуань Цинжоу почувствовала обиду. В такой ситуации, главной женщине больше всего нужно, чтобы главный мужчина утешил её раненное сердце. Когда Шангуань Цинжоу увидела этого мужчину, она тут же закатила глаза и злобно сказала: - А тебя это вообще каким боком касается? Хорошие пёсики не мешаются на дороге! Сюань Сяотянь взмахнул своим веером, оценивая Шангуань Цинжоу. - Ты действительно посмела назвать этого принца собакой и быть такой невежливой? Будь осторожна, а не то этот принц решит обвинить тебя в неуважении к императорской семье. Когда Шангуань Цинжоу увидела этого ненавистного мужчину, она почувствовала, что вот-вот разозлится до смерти. Враги несомненно пересекаются на узкой дороге. Почему она столкнулась с ним, когда была в таком разбитом состоянии? Шангуань Цинжоу возненавидела этого мужчину, поэтому она злобно сказала: - Тогда почему бы тебе не обвинить меня в этом преступлении и не бросить в тюрьму? Отруби, тогда уж, мою голову сразу! Сюань Сяотянь поперхнулся, когда Шангуань Цинжоу завопила на него подобным образом. Он взмахнул своим веером и сложил его. - Треклятая девчонка, ты что, приняла не то лекарство? ---------- Милые Бранятся, Только Тешатся - Это ты принял не то лекарство! Вся твоя семья приняла не то лекарство! Шангуань Цинжоу начала не сдерживаясь вопить на Сюань Сяотяня. Прохожие совсем лишились дара речи, когда они услышали, что сказала Шангуань Цинжоу. Было ли это потому, что у неё были большие сиськи, но не было мозгов, или потому, что она была просто особенно бесстрашная? Такими словами Шангуань Цинжоу прокляла даже императора. Сюань Сяотянь постучал по голове Шангуань Цинжоу своим веером и слегка раздражённо сказал: - Треклятая девчонка, у тебя явно кишка не тонка. Неужели ты можешь себе позволить проклинать этого принца? Шангуань Цинжоу только сейчас пришла в себя, а потом показала ему язык, с виноватым выражением на лице. Сюань Сяотянь вовсе не обвинял Шангуань Цинжоу, и даже помогал ей скрыть всё это. На самом деле, он защищал Шангуань Цинжоу. Не зря говорят: "милые бранятся, только тешатся". Сюань Сяотянь встретился с Шангуань Цинжоу на банкете и прямо сказал ей, что песни, которые пела Шангуань Цинжоу, оскорбляют общественную мораль, чем Шангуань Цинжоу была очень недовольна. Она всегда пела эти песни, с тех пор, как оказалась в древней эпохе. Все говорили, что эти песни очень уникальные, но этот мужчина просто сказал, что она оскорбила общественную мораль. Вообще-то, Нин Шу была согласна с тем, что сказал пятый принц. Всё же, популярные песни современной эпохи были очень прямолинейными и во всех пелось о любви, любви и ещё раз любви. В этой консервативной древней эпохе, где особое внимание уделялось всем видам искусств, такие песни были немного шокирующими. В то время Шангуань Цинжоу не хотела принимать критику, поэтому она сказала, что Сюань Сяотянь должен спеть песню, чтобы она могла понять, какую хорошую песню он сможет спеть. Сюань Сяотянь ошалел от этого, потому что он не был ни певцом, ни проституткой, поэтому он не стал петь. И вот так началась вражда между ними двумя. Каждый раз, когда они сталкивались друг с другом, они обменивались колкостями. Шангуань Цинжоу почувствовала, что ей сегодня очень не везёт. Сначала был Сюань Хунюй, а теперь ещё этот Сюань Сяотянь. Все они делали её жизнь такой трудной. Были ли они такими особенными только потому, что были принцами? Только потому, что они принцы – они могут издеваться над людьми подобным образом? Шангуань Цинжоу развернулась и пошла прочь. Когда Сюань Сяотянь увидел, что эта обычно властная миленькая перчинка отступает подобным образом, он был немного удивлён и потянулся следом, чтобы схватить Шангуань Цинжоу за руку. Когда её одежда сместилась, синяк на шее тут же раскрылся. Когда Сюань Сяотянь увидел этот синяк, он был на мгновение ошарашен, а потом холодно спросил: - Кто это сделал? Шангуань Цинжоу поспешно прикрыла шею и злобно ответила: - Это не твоё дело. Сюань Сяотянь холодно посмотрел на Шангуань Цинжоу и снова спросил: - Я спрашиваю тебя, кто это сделал? - Тебе-то какое до этого дело? Глаза Шангуань Цинжоу покраснели. Она хотела стряхнуть руку Сюань Сяотяня, но Сюань Сяотянь крепко держал её за руку. Слёзы потекли из глаз Шангуань Цинжоу. - Все вы издеваетесь надо мной! Все, без исключения! Сюань Сяотянь был на мгновение ошарашен, когда увидел, как плачет Шангуань Цинжоу. Его губы слегка пошевелились, а потом он начал тащить Шангуань Цинжоу в сторону своего паланкина. Шангуань Цинжоу была так ошарашена, что забыла вытереть слёзы. - Что ты делаешь? - Разве это важно, что я делаю? Поднять паланкин, - сказал Сюань Сяотянь. Нин Шу замешкалась на мгновение, а потом последовала за ними. Она слышала их разговор из паланкина. И хотя они спорили, у Нин Шу сложилось странное впечатление, что они флиртуют. - Сюань Сяотянь, ах ты ублюдок! Отпусти меня, или я заставлю тебя расплатиться! - Заставишь меня расплатиться? Да я первым заставлю тебя расплатиться. - Ах ты, ублюдок! Ты просто пользуешься моей слабостью! - … ______________________________________________ * Я́ппи — молодые состоятельные люди, ведущие построенный на увлечении профессиональной карьерой и материальном успехе, активный светский образ жизни. Яппи имеют высокооплачиваемую работу, в одежде предпочитают деловой стиль, следят за модой, посещают фитнес-центры. ---------- Правильный Способ Начинать Роман Когда Сюань Сяотянь приехал в свою резиденцию, он вышел из паланкина и затащил Шангуань Цинжоу следом за собой в резиденцию. Нин Шу не стала поспешно перепрыгивать через стену, чтобы войти в резиденцию. Она почувствовала поблизости присутствие подобных ей людей. Вероятно, это были тайные охранники, которые отвечали за безопасность резиденции. Немного подумав над этим, Нин Шу прямолинейно подошла и стала ждать у дверей. Она услышала идущий изнутри разговор. Сюань Сяотянь хотел намазать лекарство на шее Шангуань Цинжоу, но Шангуань Цинжоу отказывалась как могла. Сюань Сяотянь ответил угрозами, что снимет её одежду, чтобы намазать на неё лекарство. Поэтому Шангуань Цинжоу была презрительной и чувствовала обиду, но, в итоге, послушалась и позволила Сюань Сяотяню намазать лекарство. Пока Нин Шу слушала их разговор, у неё сложилось такое впечатление, что вся комната наполнилась розовыми пузырьками. Нин Шу решила, что Шангуань Цинжоу понравилась Сюань Сяотяню, и он специально использует этот метод, чтобы привлечь её внимание. Это был правильный способ начать роман. Что касается её хозяина Сюань Хунюя, то Нин Шу могла лишь вздохнуть. Хорошо, что её задание состояло лишь в том, чтобы спасти Сюань Хунюя, так что ей не нужно беспокоиться об остальных вещах и не нужно будет сражаться с этими людьми. Даже если она и хотела немного помочь Сюань Хунюю с чем-нибудь, она не могла. Она была солдатом смерти, поэтому не могла сделать ничего, что выходило за границы её статуса. Потому что так у Сюань Хунюя возникнет впечатление, что он не может её контролировать. Задание было простым и прямолинейным. Просто оно было немного хлопотным из-за того, что ей приходилось спасать такого хозяина. Она не знала, какое лекарство Сюань Сяотянь намазал, но синяк на шее Шангуань Цинжоу тут же стал светлее. Однако, сколько бы Сюань Сяотянь ни спрашивал у Шангуань Цинжоу, она отказывалась говорить ему, откуда у неё взялся этот синяк. Поэтому Сюань Сяотянь перестал спрашивать и просто отправил Шангуань Цинжоу в её резиденцию. Когда Нин Шу только собралась перескочить через стену в резиденцию начальника, её остановил Сюань Сяотянь. Нин Шу посмотрела на мужчину, что заблокировал ей путь, и спросила: - Пятый принц, вам что-то нужно? Сюань Сяотянь обмахивался веером, излучая подавляющую ауру. После некоторого молчания, он спросил: - Ты, должно быть, тайный охранник Шангуань Цинжоу. Я бы хотел знать, что именно случилось с Шангуань Цинжоу. - Это дела мисс. Если мисс не желает вам этого говорить, то я тоже не могу сказать, - ответила Нин Шу, качая головой. Сюань Сяотянь взмахнул своим веером и сложил его, после чего легонько постучал им по ладони и сказал: - Это не тебе решать. В то же мгновение появились несколько человек и окружили Нин Шу. Нин Шу почувствовала себя очень удручённо. Охренеть, он не смог смириться с тем, что не разговорил Шангуань Цинжоу, поэтому он решил разузнать всё через Нин Шу. Капец, даже если Сюань Сяотянь всё равно узнает, что в этом виноват Сюань Хунюй, это не должно произойти по её вине. Она была солдатом смерти, который был верным слугой Сюань Хунюя, солдатом смерти, который может умереть ради своего хозяина. Как она вообще могла бы выдать своего хозяина? - Откуда у неё на шее этот странный синяк? – потребовал Сюань Сяотянь. – Ты сейчас сама скажешь, или тебе придётся подождать и всё равно признаться, после того, как я тебя свяжу и начну допрашивать? Если решишь подождать, то можешь потерять несколько конечностей. - Ты же не из резиденции начальника. Кто твой хозяин? – Сюань Сяотянь холодно посмотрел на Нин Шу. – Зачем ты следуешь за Шангуань Цинжоу? Нин Шу ничего не сказала, и лишь крепко схватилась за рукоять меча, пока осматривала тех четверых, что окружили её. Четверо на одного. И она не была уверена в способностях этих людей. Шангуань Цинжоу поистине была просто благословлённой. Всегда находились мужчины, которые тихо защищали её и заботились о ней. ---------- Прошу, Обратите Внимание На Мой Умоляющий Взгляд - Свяжите её. Сюань Сяотянь даже не стал тратить своё дыхание на то, чтобы переубедить её, поэтому отошёл в сторону, чтобы его тайные охранники схватили Нин Шу. Четверо охранников накинулись на неё разом. Нин Шу тут же использовала свою энергию, начав сражаться с этими людьми. Её уровень был почти таким же, как у этих тайных охранников, но четверо на одного – это было несколько сложновато для неё. Она сунула руку в мешочек на поясе и швырнула в этих четверых белый порошок. Ради того, чтобы увернуться от белого порошка, четверо охранников разошлись, давая Нин Шу немного свободного места. Нин Шу тут же воспользовалась этим шансом, чтобы сбежать. Она продолжила бегать по городу, беспокоясь, что кто-то может за ней проследить. После того, как она кружила около двух часов, она вернулась в резиденцию третьего принца. Когда Сюань Хунюй увидел Нин Шу, он нахмурил брови. - Ты почему вернулась? Третий принц велел тебе следовать за Шангуань Цинжоу. Нин Шу поспешно рассказала Сюань Хунюю обо всём, что произошло. Как только Сюань Хунюй услышал о произошедшем между Сюань Сяотянем и Шангуань Цинжоу, его брови нахмурились ещё больше. Особенно когда он услышал о том, что Сюань Сяотянь угрожал снять одежду Шангуань Цинжоу, чтобы намазать лекарство. Сюань Хунюй раздавил нефритовый кулон, который крутил в руках. Его выражение лица было зловеще холодным. Нин Шу было плевать на то, что сейчас чувствует Сюань Хунюй. Её больше беспокоило то, что ей нужно делать дальше, поэтому она спросила у Сюань Хунюя. - Хозяин, эта подчинённая всё ещё должна защищать мисс Шангуань? Она не хотела возвращаться. Она очень не хотела возвращаться! Прошу вас, обратите внимание на мой умоляющий взгляд. Нин Шу пристально уставилась на Сюань Хунюя. Сюань Хунюй даже не удосужился глянуть на Нин Шу. Он взял кисточку и быстро что-то написал. Его рука дрожала, когда он держал кисточку. - Конечно же ты должна защищать Шангуань Цинжоу, - сказал Сюань Хунюй, даже не подняв головы. Нин Шу: … Почему она всё ещё должна защищать Шангуань Цинжоу? Какой смысл защищать её? Шангуань Цинжоу даже не скажет слова благодарности. Однако Нин Шу всё равно приняла эту команду, а потом спросила: - Тогда что насчёт пятого принца? - Этот принц разберётся с ним. Ты должна просто продолжать следовать за Шангуань Цинжоу. Особое внимание удели тому, что происходит между ней и пятым принцем. Этот принц желает всё знать, - холодно сказал Сюань Хунюй. Нин Шу ответила: - Поняла. После этого она вернулась в резиденцию начальника, чтобы продолжить защищать Шангуань Цинжоу. Она знала, что не нравится Шангуань Цинжоу, поэтому она никогда не появлялась перед Шангуань Цинжоу. Честно говоря, её и саму раздражал вид этой Шангуань Цинжоу. Ей даже приходилось записывать всякие вещи о Шангуань Цинжоу. Одно только это наблюдение за происходящими событиями раздражало, но Сюань Хунюй настоял на том, чтобы она их записывала и даже особенно настоял на исключительной подробности описаний без разбора. На данный момент Нин Шу лишь хотела, чтобы Сюань Хунюй поскорее был побеждён, чтобы она могла просто спасти его и сбежать. Тогда эти болезненные дни наконец-то закончатся. Нин Шу лежала на дереве, делая записи в книге. Закончив писать, она продолжила тренировку Непревзойдённых Боевых Искусств. Её сил было просто недостаточно. Она даже не смогла победить четырёх тайных охранников Сюань Сяотяня, так что, когда действительно наступит время спасать кого-нибудь, на стене будет жирным шрифтом написано "смерть". Нин Шу не хотела принимать участие в любовных отношениях этих людей. Единственное, что она делала, не считая тренировок боевых искусств, это каждый день записывала, с какими людьми Шангуань Цинжоу встречается на протяжении каждого дня. Она уже привыкла к тому, что записывала это каждый день. После окончания задания, ей, вероятно, придётся сходить на проверку к психиатру, чтобы убедится в том, что её психологическое состояние всё ещё в норме. Из-за того инцидента с намазыванием лекарства, отношения Шангуань Цинжоу с пятым принцем слегка изменились. Хоть они и переругивались всё время, в атмосфере всегда витала некая сладкая едкость. Эти двое, вероятно, уже дошли до состояния, которое слегка напоминало непристойное, они были всего в одном шаге от официальной парочки. Ладно, похоже, что у её хозяина действительно не осталось никакой надежды. С тех пор, как Сюань Хунюй чуть не задушил Шангуань Цинжоу, она больше не приходила в гости к нему. Всё же, кто бы стал приближаться к тому, кто грозил тебя убить? Хоть Шангуань Цинжоу и не навещала больше Сюань Хунюя, всё, что она делала, было под пристальным наблюдением Сюань Хунюя. Он знал её как свои пять пальцев. Сюань Сяотянь часто навещал Шангуань Цинжоу и вывозил её за город, чтобы покататься на лошадях или принять участие в Фестивале Фонариков. Короче говоря, он специально придумывал всякие весёлые вещи, чтобы развлекать её. Он знал, что Шангуань Цинжоу любит романы и всякие странные штуки, поэтому он адаптировался под её вкусы. ---------- Подавляя Розовые Пузырьки Взаимодействия Сюань Сяотяня и Шангуань Цинжоу казались очень похожими на современные свидания. Проще говоря, Сюань Сяотянь сейчас ухаживал за Шангуань Цинжоу. Сюань Сяотянь использовал метод ухаживания, который нравился Шангуань Цинжоу. Шангуань Цинжоу была женщиной современной эпохи, поэтому она не особо верила в конфуцианские моральные запреты для женщин. Она не чувствовала совершенно никакого давления, когда выходила гулять с мужчиной. Поначалу Шангуань Цинжоу всё ещё много ссорилась с Сюань Сяотянем, так как всё ещё была обижена на него за то, что он назвал её песни оскорбляющими общественную мораль. Но Сюань Сяотянь часто выводил её развлекаться, а иногда даже устраивал небольшие сюрпризы, поэтому она постепенно начала чувствовать, что он не так уж и плох. И хотя то, как он говорил, было слишком кокетливо, это всё равно было гораздо лучше, чем нечитаемый, холодный и мрачный Сюань Хунюй. По сравнению с Сюань Хунюем, который сразу сказал ей, что убьёт её, Сюань Сяотянь был гораздо более тактичным и внимательным. Его единственным недочётом было то, что он слишком сильно пользовался своим преимуществом над ней. Он всегда говорил ей такие вещи, от которых у неё сильно билось сердце, а сама она краснела. Каждый раз, когда они куда-нибудь отправлялись, Нин Шу была вынуждена утолщать свою кожу и следовать за ними. Конечно же, она не портила им атмосферу, а просто следовала за ними на расстоянии, не показываясь на глаза. Нин Шу чувствовала, что за Сюань Сяотянем всё ещё следуют тайные охранники. Вероятно, они были тут для защиты Сюань Сяотяня. Она не знала, что Сюань Хунюй сказал Сюань Сяотяню, но Сюань Сяотянь больше не приказывал своим тайным охранникам снова нападать на неё. Поэтому Нин Шу просто следовала за ними и наблюдала за представлением. Каждый раз, когда Шангуань Цинжоу выходила куда-нибудь с Сюань Сяотянем, Нин Шу записывала процесс каждого их сладкого свидания, чтобы Сюань Хунюй потом это прочитал. Каждый раз, когда Сюань Хунюй читал об этом, его выражение лица было спокойным, очень спокойным. Спокойным настолько, что это казалось аномальным. После этого Сюань Хунюй начал поджидать в чайном доме неподалёку от резиденции начальника. Как только Сюань Сяотянь отправлялся куда-нибудь с Шангуань Цинжоу, третий принц тут же следовал за ними. И вот так изначальное сладкое свидание на двоих внезапно превратилось в прогулку для троих. Всё это время выражение лица Сюань Хунюя было очень холодным, а излучаемая им чёрная аура полностью подавляла розовые пузырьки. Сюань Сяотянь обмахивался своим веером, всё ещё выглядя уверенно и непринуждённо, как всегда. Однако в глубине его глаз персикового цвета, был заметен намёк на темноту. Тем временем, взгляд Сюань Хунюя был всегда направлен только на Шангуань Цинжоу. Он полностью игнорировал Сюань Сяотяня, чей цвет лица стал подозрительно темнеть. Нин Шу наблюдала за ним, скрываясь неподалёку. Эти два брата уже были готовы порвать друг друга из-за женщины. Это всё было очень в духе Мэри Сью. Если бы Шангуань Цинжоу была той, кто обладала способностями и непревзойдённым талантом, то это было бы вполне нормально, что она привлекала взгляды мужчин. Однако у Шангуань Цинжоу не было никаких особых способностей. Если умение танцевать гангнам стайл и петь песню про маленькое яблочко считается особой способностью, тогда Нин Шу просто больше нечего тут сказать. У дочерей дворян из этой эпохи было гораздо больше достоинства и изящества, чем у Шангуань Цинжоу, отчего Шангуань Цинжоу казалась немного излишне оживлённой, до такой степени, что иногда это казалась слегка безумным. И только потому, что Сюань Сяотянь стал в итоге императором и не взял себе никаких наложниц, Шангуань Цинжоу смогла прожить жизнь в крайнем комфорте. А иначе, с личностью Шангуань Цинжоу, она бы точно не смогла одолеть женщин из этой эпохи, которые особое внимание уделяли правилам этой эпохи. Вот почему так важно выходить замуж за хорошего мужчину. Шангуань Цинжоу постоянно говорила о собственном достоинстве и любви к себе, что она принадлежит только себе и никому более. Она верила, что у неё самые лучшие и продвинутые идеологии современной эпохи, но на самом деле, она была такой же, как и женщины этой эпохи. Честь жены учитывалась благодаря знатному положению мужа, женщины полагались на мужчин, чтобы добиться наиболее высокого положения и жить счастливой жизнью. Шангуань Цинжоу тоже всегда полагалась на существование Сюань Сяотяня. Ей всего лишь нужно было полагаться на любовь Сюаня Сяотяня к ней. Она тоже была женщиной, которая полагалась на обожание и любовь мужчины. Шангуань Цинжоу была очень недовольна появлением Сюань Хунюя, особенно когда она увидела, что Сюань Хунюй смотрит на неё таким пугающим образом. У неё волосы дыбом становились от такого неуютного чувства. Короче говоря, атмосфера вокруг этих трёх была очень странной и напряжённой, и это было совсем неудивительно. Шангуань Цинжоу была так зла, что она просто развернулась и ушла. Как только она ушла, остальные два мужчины последовали за ней. Куда бы она ни шла, двое мужчин следовали за ней. На поверхности, Сюань Хунюй и Сюань Сяотянь демонстрировали друг к другу братское уважение. Один обращался "третий брат", а другой отвечал ему "пятый брат", но в тайне, они делали всевозможные атаки. Атмосфера этой прогулки складывалась не очень хорошо, поэтому, конечно же, они не могли так дальше продолжать. Шангуань Цинжоу могла лишь вернуться в свою резиденцию. Братья встали у двери и стали наблюдать за тем, как Шангуань Цинжоу уходит домой. А затем атмосфера между ними двумя тут же изменилась. ---------- Тут Цветочный Вор - Шангуань Цинжоу – моя женщина. Даже не смей пытаться сделать что-либо с ней, она может быть только моей. Даже если я должен испортить её, я не позволю сделать это кому-либо ещё, - холодно сказал Сюань Хунюй. Сюань Сяотянь обмахнулся веером и сказал: - А у тебя есть такие способности? Это же ты оставил синяк на шее Шангуань Цинжоу, верно? После того, как ты её ранил подобным образом, как ты вообще можешь ей ещё нравиться? На лице Сюань Хунюя промелькнуло мрачное выражение. Он холодно хмыкнул, а потом повернулся и залез в свой паланкин. Когда он увидел Нин Шу, стоящую неподалёку, он прищурился. Охренеть, это был очередной многозначительный взгляд. Ей очень хотелось просто притвориться, что она его не увидела. Её общение с Сюань Хунюем по большей части полагалось лишь на взгляды. С какого хрена ей знать, что он пытается сказать? Сюань Сяотянь увидел, что Сюань Хунюй уехал, поэтому тоже забрался в свой паланкин. Однако он тоже глянул на Нин Шу. В его глазах цвета персика промелькнул мрачный и проницательный взгляд. Нин Шу: … Вот с какой стати ему смотреть на неё, на тайного охранника? Той ночью Нин Шу пряталась в гуще веток дерева и тренировалась, когда услышала тихие шаги. Она тут же прекратила тренировку. Когда она раздвинула листья, она увидела, что возле дома Шангуань Цинжоу стоял Сюань Сяотянь, одетый в парчовые одежды. Сюань Сяотянь подвязал свои одежды, а потом открыл окно и запрыгнул внутрь. Нин Шу: … Ей очень хотелось просто погрузить энергию в свой даньтянь и как можно громче закричать, что тут цветочный вор! Она навострила уши, чтобы услышать происходящее внутри комнаты. Там были лишь тихие звуки голосов. После этого Нин Шу услышала, как Шангуань Цинжоу зовёт её. - Одиннадцать, Одиннадцать. Голос Шангуань Цинжоу был не очень громким. Его как раз хватило на то, чтобы Нин Шу, которая была снаружи, смогла его услышать. Спустя мгновение колебаний, Нин Шу тихо спрыгнула с дерева и вошла в комнату через окно, но обнаружила, что с Шангуань Цинжоу всё в порядке и она просто сидит на постели. Тем временем, Сюань Сяотянь вальяжно сидел на стуле, играя с фарфоровой чашкой. Сюань Сяотянь сказал: - Входите. Вошли четыре тайных охранника и окружили Нин Шу. Комната женщины, которая изначально была довольно большой, теперь казалась очень людной. Они все были в засаде и поджидали её. Нин Шу крепко схватилась за рукоять своего меча и спросила у Шангуань Цинжоу, сидящей на постели: - Мисс Шангуань, что всё это значит? Лицо Шангуань Цинжоу было очень прекрасно в свете лампы. Красотки всегда прекраснее всего как раз при таком свете. Её кожа выглядела безупречно гладкой и имела следы чарующей сонливости того, кто только что проснулся. Естественно, Нин Шу не было дела до красоты Шангуань Цинжоу. Она сейчас думала о том, как бы ей вырваться из окружения. В этот раз у всех тайных охранников были маски, сделанные из очень плотной ткани. Было ясно, что они были готовы к тому, что она снова использует яд в виде порошка. - Ты же тайный охранник Сюань Хунюя. В последнее время ты рассказывала ему обо мне. Если не ты, тогда откуда Сюань Хунюй знает всё о том, когда я выходила из дома и что делала? Ты должна уйти. Я не могу позволить себе иметь такого тайного охранника, как ты, - озлобленно сказала Шангуань Цинжоу. Шангуань Цинжоу всерьёз надоело то, что Сюань Хунюй следует за ней, куда бы она ни пошла. - Ты верна Сюань Хунюю, так что мне не нужна твоя защита. Ей очень не нравилось, как Сюань Хунюй продолжает её доставать. С тех пор, как Сюань Хунюй сделал ей больно и чуть не задушил её, она уже полностью отказалась от него. Он выглядел крайне благородным и выдающимся, но он был из тех людей, что делают больно женщинам. Она никак не могла смириться с присутствием такого дрянного мужчины в её жизни. ---------- Человек, а Не Меч С тех пор, как Шангуань Цинжоу пришла в эту древнюю эпоху, она видела множество красивых мужчин. Поначалу она была очарована прекрасной внешностью Сюань Хунюя, но, чем дольше она была тут, тем больше красивых мужчин встречала и её восхищение по отношению к Сюань Хунюю постепенно исчезло. Тем временем, чувства Сюань Хунюя к Шангуань Цинжоу уже стали очень крепкими. Это уже стало некоей одержимостью. Один был озабочен контролем, а другая была озабочена свободой. Это была серьёзная трагедия. - Одиннадцатая, ты же тайный охранник Сюань Хунюя. Даже если ты сейчас и следуешь за мной, ты всё равно верна своему изначальному хозяину, так что тебе не нужно больше следовать за мной. Ты должна уйти. Шангуань Цинжоу не хотела видеть ничего, что связано с Сюань Хунюем. Нин Шу нахмурила брови и сказала: - Хозяин сказал мне защищать вас. Это мой долг. Нин Шу глянула на тайных охранников, которые разглядывали её словно добычу. Скорее всего ей не удастся покинуть эту комнату мирным способом. Сюань Сяотянь поставил на стол чашку, которой играл, и спокойно сказал: - Ты тут для того, чтобы следить за этой девушкой, и попутно защищать её. Третий брат явно много думал об этом. В этот раз Нин Шу наконец-то поняла. Им надоело, что Сюань Хунюй преследует их, словно приставучее третье колесо. Более того, раз она продолжает передавать Сюань Хунюю отчёты, они потеряли все шансы на то, чтобы у них были свои личные свидания. - Мой долг – это защищать мисс Шангуань, а не следить за ней, - сказала Нин Шу, ничуть не разволновавшись и не растерявшись. Шангуань Цинжоу ошеломлённо посмотрела на Нин Шу: - Тогда как так получается, что каждый раз, как я выхожу, Сюань Хунюй постоянно следует за мной? Если ты не говоришь Сюань Хунюю, то откуда он знает? Нин Шу была изрядно удивлена тем, как Шангуань Цинжоу продолжает называть имя Сюань Хунюя. Так или иначе, но Сюань Хунюй тоже был принцем. Это немного возмутительно, что она продолжает называть принца по имени. - Я говорила хозяину. Хозяин сказал оповещать его каждый раз, когда мисс Шангуань куда-то выходит. Хозяин просто беспокоится о том, что мисс Шангуань может столкнуться с какой-нибудь опасностью на улицах. Хозяин просто беспокоится о мисс. Нин Шу утолщила свою кожу и специально исказила правду. Более того, Сюань Хунюй действительно сделал это из чувства беспокойства. Хотя по большей части это было для того, чтобы держать Шангуань Цинжоу под контролем. Шангуань Цинжоу тут же взорвалась. - И это ещё не называется слежкой?! Да как Сюань Хунюй мог такое сделать?! Цвет лица Шангуань Цинжоу был не очень хорошим, а в её бровях читалась ненависть. - Уходи. Мне не нужна твоя защита. Сюань Сяотянь встал и тихо сказал: - Мы не можем её вот так просто отпустить. Нин Шу поджала губы и ещё крепче взялась за рукоять меча. Она потянулась к мешочку на поясе, глядя в сторону Сюань Сяотяня. - Мы не можем просто так отпустить её. Она – солдат смерти третьего брата. Взгляд Сюань Сяотяня был полон убийственного намерения, когда он посмотрел на Нин Шу. Шангуань Цинжоу озадаченно спросила: - А что не так в том, чтобы быть солдатом смерти? - Подобных людей заботят лишь их хозяева. Ради выполнения приказов своих хозяев, они готовы пойти на любые меры. Эти люди не боятся смерти и их нельзя оставлять в живых. Их нужно убивать, - холодно сказал Сюань Сяотянь. - Она слишком хорошо знакома с этой резиденцией. Если она захочет тебе навредить, то ей будет очень легко это сделать, - сказал Сюань Сяотянь, глядя на Шангуань Цинжоу. – Более того, кто знает, сколько невинных людей умерло от её рук. Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Какого хуя? Он говорил так, словно у него самого нет ни одного солдата смерти. Твои ребята, что стоят прямо тут – это тоже тренированные солдаты смерти. Даже если они и убивали невиновных, то винить в этом нужно вас, ребята! Когда рука держит острое оружие, то убивает человек, а не меч. Когда Шангуань Цинжоу услышала слова Сюань Сяотяня, она неуверенно глянула на Нин Шу. - Тебе действительно придётся её убить? Сюань Сяотянь покачала головой и сказал: - Слишком опасно оставлять её в живых. Просто предоставь мне разобраться с ней. Спустя мгновение колебаний, Шангуань Цинжоу кивнула. - Ладно. Нин Шу: Какого хуя… Они вот так просто решили её судьбу? ---------- Обладать Всем Или Лишиться Всего Нин Шу знала, что Сюань Сяотянь хочет избавиться от неё, а заодно и добыть из неё важную информацию о третьем принце. Борьба за трон уже началась в тенях. Тем временем, битва между Сюань Хунюем и Сюань Сяотянем была особенно напряжённой из-за Шангуань Цинжоу. Тут были и верховная власть и женщина, которую они очень сильно любили. Победитель будет обладать всем, в то время как проигравший лишится всего, в том числе и своей жизни. Вне зависимости от того, кто взойдёт на трон, никто из них не будет колебаться при убийстве другого. - Схватить её, - сказал Сюань Сяотянь своим тайным охранникам. Нин Шу тут же сказала: - Постойте, я должна кое-что сказать. Четыре тайных охранника замерли и посмотрели на Сюань Сяотяня. Нин Шу использовала свою энергию и её тело напряглось в ожидании, когда она обратилась к Шангуань Цинжоу: - Я знаю, что в этот раз мне не сбежать, так что я хочу сказать тебе кое-что. - Что ты хочешь сказать? Шангуань Цинжоу посмотрела в сторону Нин Шу с лёгкой жалостью во взгляде, словно она видела того, кто вот-вот умрёт. Нин Шу использовала свою энергию и тут же подскочила к Шангуань Цинжоу, после чего сразу же схватила её за шею. Цвет лица Сюань Сяотяня тут же стал пепельным. В его тихом голосе слышался безграничный гнев. Это было совсем иначе, по сравнению с добродушной манерой общения, которая была у него всего мгновение назад. - Отпусти её, а иначе этот принц заставит тебя молить о смерти! Нин Шу ухмыльнулась, после чего схватила руку Шангуань Цинжоу и завернула её за спину, отчего тело Шангуань Цинжоу не могло пошевелиться. - Ты меня обхитрила! Шангуань Цинжоу пыталась вырваться, но с рукой, завёрнутой за спину, она не могла пошевелиться. А ведь вы заманили меня сюда, потому что собирались убить. Нин Шу презрительно поджала губы, а потом сказала Сюань Сяотяню. - Отпусти меня. - Это невозможно. Цвет лица Сюань Сяотяня был очень плохим. Ему угрожал какой-то муравей, и это было нелепо. Он больше не был в настроении допрашивать этого тайного охранника. Как только он её поймает - ему придётся её убить. Нин Шу крепче сжала шею Шангуань Цинжоу, и Шангуань Цинжоу тут же начала тяжело дышать от боли. Слёзы полились по её щекам. Она уже мысленно ненавидела Сюань Хунюя до смерти. Сначала Сюань Хунюй душил её, а теперь ещё и тайный охранник Сюань Хунюя душит её. Она чувствовала, что тело позади неё было холодным и наполнено убийственным намерением. Шангуань Цинжоу была немного напугана Нин Шу. Когда она вспомнила слова Сюань Сяотяня о том, что солдаты смерти – это люди, которые ничего не чувствуют, убивая людей, она очень перепугалась. Две группы теперь были в тупиковой ситуации, поэтому в комнате стало тихо. Нин Шу увидела, что Сюань Сяотянь не намерен её отпускать, поэтому она прижала свой клинок к шее Шангуань Цинжоу. - Отпустите меня, иначе я её убью. Сюань Сяотянь глянул на Нин Шу, а потом на клинок у шеи Шангуань Цинжоу. Его выражение лица было невозмутимым и спокойным. Нин Шу слегка прижала клинок и острый край тут же надрезал нежную кожу Шангуань Цинжоу. Свежая кровь потекла по краю клинка и капнула на пол. Шангуань Цинжоу резко вдохнула от боли и слёзы потекли ещё сильнее. Цвет лица Сюань Сяотяня тут же изменился. Сделав глубокий вдох, он строго сказал Нин Шу: - Этот принц позволит тебе уйти. Отпусти её. Нин Шу не была дурой. Как только она отпустит Шангуань Цинжоу, четыре тайных охранника нападут на неё с намерением убить. Нин Шу была не настолько глупой, чтобы считать, что он всё ещё хочет захватить её живой, после того, как она ранила Шангуань Цинжоу. Нин Шу бросила вызов престижу Сюань Сяотяня, поэтому ей суждено было лишь умереть. ---------- В Ожидании Книги Нин Шу потащила Шангуань Цинжоу за собой, когда она отступила из комнаты. Изначально она планировала отпустить Шангуань Цинжоу и пуститься в бега, но, когда она увидела, каким мрачным было выражение лица Сюань Сяотяня – он излучал напряжённое убийственное намерение, а его взгляд был крайне холодным, когда он смотрел на неё – она знал, что он был решительно настроен убить её сегодня. В этой ситуции она никак не могла отпустить Шангуань Цинжоу. Она использовала свою внутреннюю энергию, а затем повернулась и перепрыгнула через стену вместе с Шангуань Цинжоу. Однако Нин Шу почувствовала, что Шангуань Цинжоу была немного тяжеловатой. - В погоню. Лицо Сюань Сяотяня стало совершенно холодным, когда он первым бросился в погоню за Нин Шу. - Отпусти меня! Шангуань Цинжоу непрерывно пыталась вырваться. Тем временем. Нин Шу пыталась оставаться спокойной, так как позади её преследовала аура смерти и, казалось, становилась всё ближе. У неё волосы встали дыбом. И поскольку Шангуань Цинжоу продолжала шуметь, Нин Шу почувствовала изрядное раздражение и просто вырубила девушку одним ударом карате по шее. После этого она закинула Шангуань Цинжоу себе на плечо и направилась прямо к резиденции третьего принца. Она чувствовала, что преследующие её люди становятся всё ближе. Их скорость была очень высокой. Нин Шу использовала энергию из своего даньтяня и увеличила скорость. Она всё ещё была слишком слабой, просто слишком слабой. Сюань Сяотянь хотел уничтожить её. Он не хотел, чтобы какие-либо подчинённые Сюань Хунюя были рядом с Шангуань Цинжоу. Нынешний Сюань Сяотянь уже начал считать Шангуань Цинжоу своей женщиной, женщиной, которую другие мужчины не должны даже мечтать разделить с ним. Тот факт, что Сюань Хунюй смог выдать Шангуань Цинжоу тайного охранника обозначал, что их отношения уже были за пределами обычных. Если он убьёт этого тайного охранника, то сможет испортить отношения Шангуань Цинжоу и Сюань Хунюя. Когда кто-либо из императорского клана что-то делал, то за этим всегда стояли скрытые мотивы. Нин Шу чувствовала, что её даньтянь вот-вот порвётся. Как бы она ни хотела, но сбежать от четырёх довольно сильных тайных охранников и ещё довольно умелого Сюань Сяотяня было действительно не так-то просто. Нин Шу очень хотела бросить Шангуань Цинжоу, чтобы сбежать самой, но, даже если она сейчас положит Шангуань Цинжоу на землю, люди, что гонятся за ней, не дадут ей уйти, поэтому лучше будет попридержать Шангуань Цинжоу в качестве козыря. Она увидела, что уже почти добралась до резиденции третьего принца, поэтому она приложила пальцы к губам и издала громкий пронзительный свист. Это был способ, которым обычно общались тайные охранники с базы, давая понять о трудной ситуации. Семь чёрных фигур тут же выпрыгнули из резиденции третьего принца и направились к Нин Шу. Нин Шу сказала: - Помогите мне отогнать их. Я пойду к Хозяину. Нин Шу почувствовала облегчение, когда увидела этих людей. Она внесла Шангуань Цинжоу в резиденцию и отправилась в кабинет Шангуань Цинжоу. Свет в его кабинете всё ещё горел. Нин Шу знала, что Сюань Хунюй сидит там в ожидании, пока она принесёт ему книгу с сегодняшним отчётом. Он хотел знать, что Шангуань Цинжоу делала сегодня. Но сегодня она принесла самого человека. Нин Шу постучалась в дверь. Сюань Хунюй холодно сказал: - Входи. Нин Шу толкнула дверь и вошла. Она увидела, что пол был покрыт листами бумаги. На каждом листе был один и тот же человек; на всех них была Шангуань Цинжоу. Эти рисунки запечатлевали каждое движение Шангуань Цинжоу, каждый её взгляд и каждую улыбку. В данный момент Сюань Хунюй всё ещё рисовал. Он даже не поднял голову, когда Нин Шу вошла, и холодно спросил: - Уже ночь? ---------- Потому Что Рана Мисс Шангуань Требует Лечения Нин Шу почувствовала, как у неё волосы встают дыбом на загривке, когда она увидела Сюань Хунюя таким. Она положила Шангуань Цинжоу в кресло. Сюань Хунюй поднял голову, чтобы глянуть на Нин Шу, и его взгляд тут же устремился к бессознательному человеку в кресле. На мгновение он ошалел, а потом бросил кисточку и подошёл к ним. Когда он увидел рану на шее Шангуань Цинжоу, его взгляд стал очень холодным, когда он посмотрел на Нин Шу. Нин Шу поспешила сказать: - Хозяин. Эта подчинённая может объяснить… Нин Шу пересказала всё, что произошло. Как Сюань Сяотянь прокрался в комнату Шангуань Цинжоу посреди ночи, явно с недобрыми намерениями, и как она хотела спасти Шангуань Цинжоу, но обнаружила, что они сговорились, чтобы поймать её и выпытать из неё информацию о её хозяине. После этого на принесла Шангуань Цинжоу в резиденцию третьего принца. О том, как на шее Шангуань Цинжоу появилась рана, Нин Шу рассказала очень расплывчато. Сюань Хунюй холодно глянул на Нин Шу, а потом вытянул свою прекрасную как нефрит руку. - Не пытайся строить из себя самую умную перед этим принцем. Сюань Хунюй замахнулся ладонью в сторону Нин Шу, явно с намерением наказать её за то, что она действовала по собственной инициативе, но Нин Шу быстро нагнулась – уворачиваясь от руки Сюань Хунюя – чтобы расстегнуть воротник Шангуань Цинжоу. Она изобразила всё так, словно увернулась нечаянно, и лишь сказала: - Хозяин, рана мисс Шангуань требует лечения. Сюань Хунюй слегка прищурился, глядя на Нин Шу, а потом наклонился и поднял Шангуань Цинжоу, чтобы отнести её в боковую комнату. Нин Шу тихо вздохнула. У неё не было никакого желания быть избитой Сюань Хунюем. Охренеть, её тут убить могли, но Сюань Хунюй не только не утешил её, но и даже обвинил в том, что она ранила Шангуань Цинжоу. Ладно, Шангуань Цинжоу была гораздо важнее, чем тайный охранник. Жизнь тайных охранников действительно тяжёлая. Она просто не понимала, о чём думала изначальный хост, когда предлагала свою душу за спасение её хозяина. С подобным хозяином, чем раньше ты от него освободишься, тем лучше, но Одиннадцатая всё равно хотела его спасти. Нин Шу никак не могла понять преданности Одиннадцатой к Сюань Хунюю. Это можно было даже счесть удачей для Сюань Хунюя, что у него был такой солдат смерти, который преданно стоял за него. Однако Сюань Хунюй относился к ней так, словно она лишь инструмент. Он даже не считал её за человека, поэтому отношение к изначальному хосту, вероятно, было таким же. Нин Шу глянула на бесчисленное множество портретов на полу. Вот как Шангуань Цинжоу представляется в сердце Сюань Хунюя. Вместо того, чтобы говорить, что Сюань Хунюй глубоко влюблён в Шангуань Цинжоу, будет гораздо точнее сказать, что он ею одержим. Нин Шу вышла из кабинета и закрыла дверь. После недавнего напряжённого бега, всё её тело болело. Некоторые мускулы даже порвались от перенапряжения. Интересно, как там поживает Сюань Сяотянь? Нин Шу встала на стене резиденции, ожидая возвращения тайных охранников. Когда тайные охранники вернулись, Нин Шу почувствовала идущий от них запах крови, поэтому она поспешила спросить: - Ну, как там? - Они первыми отступили. Они были довольно сильными. Может нам сначала доложить Хозяину? – сказал один из тайных охранников. Его черты лица были скрыты, поэтому ночью его лицо вообще невозможно было разглядеть. Нин Шу покачала головой. - Давайте подождём до завтра. Как у Сюань Хунюя сейчас может быть настроение для того, чтобы выслушивать такие вещи? Сюань Хунюй не заставит же потом Нин Шу снова защищать Шангуань Цинжоу после всего этого, верно? Всё дошло уже до такой степени, что если Сюань Хунюй снова скажет ей идти и защищать Шангуань Цинжоу, то это будет всё равно, что он скажет ей идти и умереть. Нин Шу перестала думать об этом и взобралась по стволу дерева, чтобы сесть на ветку и начать тренировку. Она уже практически стала обезьянкой. Она залезала практически на каждое дерево, что видела, и не спала в постели с тех пор, как пришла в этот мир. Профессия солдата смерти очень опасная и у неё мало преимуществ. Как такая нечеловеческая профессия вообще может существовать? И её сила была действительно слишком дрянной. Всё, что она могла делать – это каждый раз сбегать. Она действительно очень хотела устроить невероятную PVE-резню и заработать репутацию непобедимой. Но ей не на кого было положиться. Нет даже смысла упоминать Сюань Хунюя, её хозяина с характером яндере. Возможно даже, что она умрёт от его руки, а не во время задания, вот почему ей действительно нужна сила! Сделав глубокий вдох, она прогнала все мысли, чтобы начать тренироваться. - Сюань Хунюй, ты извращенец! Отпусти меня… Тренировка Нин Шу была прервана пронзительным воплем. ---------- Потому Что Ноги Онемели Тренировка Нин Шу была прервана, поэтому она раздвинула листья, чтобы посмотреть в сторону боковой комнаты кабинета Сюань Хунюя. В комнате всё ещё было светло и громкий крик Шангуань Цинжоу раздался именно оттуда. Нин Шу стало интересно, что же Сюань Хунюй делает с Шангуань Цинжоу. Она спрыгнула с дерева и прокралась к окну, чтобы заглянуть внутрь. Шангуань Цинжоу была привязана к постели с четырьмя колоннами. Все её четыре конечности были привязаны к колоннам, поэтому она лежала на спине, растянувшись и не имея возможности даже пошевелиться. Тем временем, Сюань Хунюй сидел на стуле неподалёку от него и лишь наблюдал за Шангуань Цинжоу. Это до странного ужасающе. - Ты очнулась. Сюань Хунюй налил чашку воды, а затем подошёл к постели и сказал: - Должно быть тебя мучает жажда. Хочешь попить воды? Шангуань Цинжоу в данный момент пыталась вырваться из верёвок. Когда она услышала слова Сюань Хунюя, она презрительно закричала: - Не хочу я пить воду! Сюань Хунюй, отпусти меня! Мне неудобно. Пока Нин Шу наблюдала снаружи, у неё сложилось впечатление, что Сюань Хунюй очень хорошо умеет дразнить смерть. Шангуань Цинжоу была такой нежной девушкой. Хоть она и была довольно энергичной, но, судя по навыкам Сюань Хунюя, он с лёгкостью смог бы удержать её одной рукой. Как она смогла бы убежать? Маленькое лицо Шангуань Цинжоу было совершенно бледным от страха. Она посмотрела на Сюань Хунюя так, словно он был психом. - Сюань Хунюй, можешь сначала отпустить меня? – взмолилась Шангуань Цинжоу, упрашивая Сюань Хунюя. Сюань Хунюй покачал головой, отставив свою чайную чашку. Затем он забрался на постель и обнял Шангуань Цинжоу, отчего всё тело Шангуань Цинжоу начало трястись от страха. Сюань Хунюй погладил волосы Шангуань Цинжоу, утешая её. - Не бойся. Шангуань Цинжоу только ещё сильнее затряслась. Сюань Хунюй вздохнул, а потом нежно спросил: - Цинжоу, ты мне нравишься, так почему же я не нравлюсь тебе? Шангуань Цинжоу поперхнулась. Она понятия не имела, что сказать. Сюань Хунюй лёг рядом с Шангуань Цинжоу и подпёр голову, чтобы смотреть на неё. Его выражение лица было томным, а его гладкие волосы свободно спадали на его плечи, в этой сцене он был поистине великолепным. Сюань Хунюй внезапно о чём-то подумал и на его лице появилась ликующее выражение. Его черты лица словно сошли с картины, они были необыкновенными и бесподобными. - Цинжоу, давай станем единым целым. Нин Шу: Пфф… А дальше будет… Может, ей уже уйти? Глаза Шангуань Цинжоу округлились от страха и она лихорадочно закричала: - Нет! Я не хочу! - Тебе понравится. С этими словами Сюань Хунюй слез с постели. Нин Шу: Как же это пошло… Она слишком долго сидела на корточках, поэтому её ноги онемели, и она не смогла встать. Нин Шу стала стучать по своим ногам, продолжая наблюдать за ситуацией внутри комнаты. Сюань Хунюй достал кинжал. Клинок кинжала сиял в свете свечей холодным белоснежным светом. Губы Шангуань Цинжоу задрожали. - Ты… что ты делаешь? Она была изрядно ошеломлена, когда увидела, что Сюань Хунюй держит в руке кинжал. А разве "стать единым целым" не означает – заняться этим? Зачем же он взял кинжал?! Забудьте о том, как Шангуань Цинжоу, человек, лично принимающий в этом участие, чувствовала себя, даже Нин Шу почувствовала, что у неё волосы встали дыбом при виде такой картины. Мужчины вроде него – это действительно слишком много для кого-то другого. #комментарий анлейта: Нин Шу, неплохое оправдание. Xp ---------- Потому Что Недостаточно Образования Первым делом Сюань Хунюй наклонился и прижался головой к шее Шангуань Цинжоу, чтобы поцеловать её. Шангуань Цинжоу начала вопить. В её голосе слышалась боль, а лицо исказилось от агонии. Нин Шу прищурилась, чтобы приглядеться получше. То место, куда целовал Сюань Хунюй, было как раз тем самым, где у Шангуань Цинжоу была рана. Прошло некоторое время, прежде чем Сюань Хунюй поднял голову. Его губы были перемазаны свежей кровью. В паре с его несравненной внешностью, это выглядело мрачно и соблазнительно. Он даже облизал кровь со своих губ. Сюань Хунюй нежно заговорил с Шангуань Цинжоу, чьи глаза уже потускнели от страха. - Теперь в моём теле твоя кровь. Так что ты должна выпить моей крови. Таким образом, мы сможем стать единым целым. После этих слов Сюань Хунюй без колебаний надрезал своё запястье. Из раны тут же полилась кровь. - Т-ты… - Шангуань Цинжоу с недоверием посмотрела на Сюань Хунюя. – Ты… Что именно ты пытаешься сделать? Шангуань Цинжоу выглядела так, словно она хочет расплакаться, но у неё не было слёз. Она выглядела до крайности напуганной и растерянной. - Давай станем единым целым. Тогда никто не сможет нас разделить. Сюань Хунюй схватил Шангуань Цинжоу за подбородок и поднёс своё запястье к ней так, чтобы кровь капала ей в рот. Выражение лица Шангуань Цинжоу было болезненным и зловещим. Она наклонила голову в сторону, чтобы кровь не попала ей в рот, и от этого кровь начала капать ей на лицо. - Будь хорошей, ладно? Сюань Хунюй силой повернул голову Шангуань Цинжоу лицом к нему и крепко схватился за её подбородок. Он поднял запястье, позволяя крови капать ей в рот. Насыщенный рыбный вкус крови вызвал у Шангуань Цинжоу приступ рвоты. Когда Шангуань Цинжоу сплюнула кровь, Сюань Хунюй лишь ещё больше начал вливать свою кровь ей в рот. - Глотай. После некоторой борьбы, Сюань Хунюй наконец-то остановился. Он замотал свою рану тканью, и сказал Шангуань Цинжоу, которая, похоже, уже потеряла всю надежду на жизнь: - С этих пор, мы с тобой единое целое. Шангуань Цинжоу издала слабый звук, который был немного похож на безжизненный смех. Было ясно, что она в шоке от пережитого ей ужасающего события. Сюань Хунюй наклонился и обнял Шангуань Цинжоу. Когда он посмотрел на её лицо, перемазанное в крови, он сказал: - Теперь я действительно счастлив. Нин Шу вытерла холодный пот со лба. Теперь её ноги уже больше не были онемевшими, поэтому она на одном дыхании взобралась на дерево. Яндере второстепенный главный мужчина, ты просто невероятный! Как же страшно, когда у людей нет образования. И что с того, что ты выпил её кровь? После того, как ты её переваришь, ты высрешь её при следующей разгрузке. Зачем вообще нужно было делать всё настолько кровавым? Шангуань Цинжоу похоже вот-вот сойдёт с ума от испуга. Выпить крови друг друга, чтобы стать единым целым? Нин Шу думала, что у них будет этот особенно близкий контакт. На следующий день, ещё даже до того, как небо стало светлым, Сюань Сяотянь пришёл в резиденцию третьего принца, вероятно, чтобы лично потребовать возвращения Шангуань Цинжоу. Лицо Сюань Сяотяня было таким мрачным, что стало неприглядным. Он держал в руке веер и постоянно обмахивался им. Его взволнованность была очевидна. Шангуань Цинжоу провела тут целую ночь, и Сюань Хунюй любил Шангуань Цинжоу. Сюань Сяотянь старательно пытался не представлять себе, что могло произойти тут этой ночью. Когда Сюань Хунюй вышел встречать брата, он выглядел очень довольным своими достижениями. Его удовлетворение явно читалось на лице. Когда Сюань Сяотянь увидел его таким, его цвет лица стал ещё хуже, и он так сильно сжал кулаки, что даже костяшки захрустели. Сюань Сяотянь подавил гнев в своём сердце и вежливо обратился к Сюань Хунюю. - Третий брат, я пришёл, чтобы увести Шангуань Цинжоу домой. Уже почти утро. Если люди из резиденции начальника узнают, что её не было в резиденции, то это плохо скажется на её репутации. Если женщина всю ночь не возвращается домой, то это очень сильно бьёт по её репутации. Сюань Сяотянь всё ещё хотел иметь будущее с Шангуань Цинжоу, поэтому он не мог позволить, чтобы у Шангуань Цинжоу появилась репутация женщины, уже лишившейся своей невинности. По сравнению с Сюань Сяотянем, который был так взволнован, что чуть не прыгал, Сюань Хунюй был совершенно невозмутим. - Третий брат, где Шангуань Цинжоу? Мне нужно вернуть её домой, - снова повторил Сюань Сяотянь. - Тебе не нужно об этом волноваться. Я отведу её домой, - спокойно ответил Сюань Хунюй. - Мне нужно её увидеть. Сюань Сяотянь крепко сжал свой веер, когда на его лице появился неконтролируемый гнев. Сюань Хунюй спросил: - И ты уйдёшь, после того, как увидишь её? - Да, - сказал Сюань Сяотянь, скрежеща зубами. Он хотел увидеть, в каком состоянии Шангуань Цинжоу. ---------- Почему Она Так Себя Вела? Чувства, которые Сюань Сяотянь сейчас испытывал, было сложно описать. Опасение, беспокойство, ярость, волнение за Шангуань Цинжоу, а ещё возмущение. Когда Сюань Сяотянь увидел спокойное поведение Сюань Хунюя, его сердце неуютно сжалось. Он никак не мог избавиться от чувства, что между ними двумя что-то произошло. Шангуань Цинжоу вышла, поддерживаемся служанкой. Она уже переоделась в чистую одежду и её лицо больше не было измазано кровью. Однако её лицо было совершенно бледным и она казалась отвлечённой и напуганной. Увидев Шангуань Цинжоу в таком состоянии, сердце Сюань Сяотяня ёкнуло, а ещё цвет лица ухудшился. Сюань Хунюй явно что-то сделал с ней! Когда Шангуань Цинжоу увидела Сюань Сяотяня, у неё из глаз тут же полились слёзы и она подбежала к нему. Её голос дрожал, когда она закричала: - Сюань Сяотянь, прошу, уведи меня отсюда! Я хочу домой! Шангуань Цинжоу даже не смела смотреть на Сюань Хунюя. Цвет лица Сюань Хунюя тут же стал холодным и он сказал Шангуань Цинжоу: - Иди сюда. - Я не хочу, ты чёртов извращенец! Да я ни за что к тебе не подойду! Сюань Хунюй посмотрел на Шангуань Цинжоу с холодным выражением лица. У Шангуань Цинжоу мурашки побежали по спине, когда она увидела его странный и пронзительный взгляд. Она подёргала Сюань Сяотяня за рукав. - Сюань Сяотянь, я хочу домой. - Ладно. Сюань Сяотянь мог лишь подавить свои волнения и повести Шангуань Цинжоу к выходу. - Я же уже говорил, что сам её отведу, - холодно сказал Сюань Хунюй. Его взгляд был полон обиды и разочарования, когда он посмотрел на Шангуань Цинжоу. До этого он был счастлив, потому что думал, что у него теперь новое начало с Шангуань Цинжоу, но почему же она всё ещё ведёт себя таким образом? - Третий брат, она попросила меня отвести её обратно, так что просто позволь мне это сделать. И ещё, тебе не нужно больше назначать тайного охранника для защиты Цинжоу. Ей это не нравится. Сюань Сяотянь спрятал Шангуань Цинжоу у себя за спиной, словно защищая её от Сюань Хунюя. Сюань Хунюй поджал губы, а его выражение лица всё ещё было холодным. - Шангуань Цинжоу моя. Сюань Сяотянь пошатнулся на мгновение. Стоящая позади него Шангуань Цинжоу тут же возразила: - Я не твоя! Хватит придумывать всякое. Сюань Сяотянь холодно сказал: - Третий брат, если ты хоть немного переживаешь за Цинжоу, то позволь мне сейчас же отвезти её домой. Скоро уже будет рассвет. Неужели ты хочешь, чтобы у неё появилась репутация женщины, потерявшей свою невинность? Прежде чем Сюань Хунюй успел ответить, Сюань Сяотянь потянул за собой Шангуань Цинжоу и ушёл. Сюань Хунюй мог лишь тупо уставиться в спину Шангуань Цинжоу. Его выражение лица невозможно было прочитать. Нин Шу, которая скрючилась на дереве, презрительно поджала губы. Хоть Сюань Хунюй и был её хозяином, она всё ещё никак не могла избавиться от мысли, что он, чёрт подери, заслужил это. Сюань Хунюй идеально исполнял роль эксперта в том, как дразнить смерть. Это было впервые, когда она встретила второстепенного главного мужчину, который так хорошо дразнил смерть. Разве второстепенные главные мужчины не должны быть нежными запасными колёсами? Но крайнее собственничество этого парня уже было за гранью лечения. Простояв на месте некоторое время, Сюань Хунюй позвал Нин Шу. - Одиннадцатая. Нин Шу тут же спрыгнула с дерева и подошла к Сюань Хунюю. - Хозяин. Лицо Сюань Хунюя было смертельно бледным, когда он спросил у Нин Шу: - Одиннадцатая, почему она так себя вела? Нин Шу: … Нин Шу старательно сохраняла своё лицо безэмоциональным, при этом искренне говоря: - Эта подчинённая не знает. Сюань Хунюй глянул на Нин Шу, а потом повернулся и вошёл в помещение. Когда он увидел, что Нин Шу всё ещё стоит снаружи, он холодно сказал: - Зайди. Видите? Он просто вымещает на ней свой гнев. Нин Шу вошла, сохраняя безэмоциональное выражение лица, и встала на одно колено, спрашивая: - Хозяин, какие у вас будут для меня инструкции? Нин Шу очень нервничала. Прошу, не заставляй снова идти защищать Шангуань Цинжоу. Сюань Сяотянь убьёт её, как только снова увидит. Прошу, не отправлять её на мечи, Хозяин. Сюань Хунюй спросил у Нин Шу: - Ты же тоже женщина. Ты знаешь, почему Шангуань Цинжоу вела себя так по отношению к этому принцу? Она мне нравится, так почему же она так боится этого принца? Нин Шу мысленно расхохоталась. Если бы это была я, то я тоже была бы напугана. Сначала ты её чуть не задушил, теперь ты напоил её своей кровью, в следующий раз ты можешь накормить её дерьмом. Если ты даже не можешь съесть дерьмо человека, которого ты любишь, то как ты всё ещё можешь утверждать, что любишь меня? Нин Шу искренне ответила: - Эта подчинённая ничего не знает о таких вещах. - А что тебе нравится? – внезапно спросил Сюань Хунюй. Что ей нравится? Нин Шу на мгновение ошалела. Больше всего ей нравятся очки опыта. ---------- Не Женщина - У этой подчинённой нет ничего, что ей нравится, - ответила Нин Шу. Сюань Хунюй глянул на Нин Шу, наконец-то вспомнив, что стоящая перед ним женщина не была обычным человеком. Строго говоря, она даже не считалась за женщину. Он небрежно махнул рукой. - Иди. Нин Шу: … Сначала позвал внутрь, а после пары слов, снова прогнал человека. Ей нужно было привыкнуть к тому, что её призывают и прогоняют, чтобы не обижаться и не возмущаться. Нин Шу развернулся и уже была готова уйти, когда Сюань Хунюй внезапно сказал: - Ах, да, и ещё кое-что. Нин Шу спросила: - Хозяин, вы хотите, чтобы эта подчинённая сделала что-то ещё? Прошу, не отправляй её защищать Шангуань Цинжоу. - Продолжай присматривать за резиденцией начальника, - спокойно сказал Сюань Хунюй. Блять. Нин Шу чуть не закашлялась кровью. Ну и какого хрена ей всё ещё нужно возвращаться назад? Она не хочет туда возвращаться. Нин Шу чувствовала себя не очень хорошо, но она всё равно поддерживала на лице серьёзное выражение. - Эта подчинённая считает, что в резиденцию начальника больше не получится войти. Пятый принц наверняка отправит людей, чтобы охранять резиденцию. - Просто поглядывай со стороны. Если что-то произойдёт между пятым принцем и Шангуань Цинжоу, то доложи этому принцу. Сюань Хунюй не стал настаивать на том, чтобы Нин Шу отправилась умирать. Нин Шу приняла эту миссию и искренне выразила своё почтение. Однако это задание было сравнительно проще. Ей нужно было лишь записывать каждый раз, как Шангуань Цинжоу выходит, и больше не нужно сидеть на дереве у комнаты Шангуань Цинжоу, подкармливая комаров. Вероятно, Шангуань Цинжоу была слишком напугана Сюань Хунюем, потому что она очень долго не покидала резиденцию. Однако Сюань Сяотянь часто навещал резиденцию начальника. Каждый раз, когда он уходил, начальник лично провожал его. Нин Шу перехватила слугу, который вышел из резиденции начальника по какому-то поручению, и заплатила ему серебром. - В резиденции начальника случилось какое-то радостное событие? Слуга взвесил серебро, оказавшееся у него в руке, а потом с гордой улыбкой сказал. - Его Высочество пятый принц планирует сделать предложение нашей мисс. Через несколько дней он планирует попросить благословения на брак у Его Величества. Нин Шу тут же отправилась в резиденцию третьего принца, чтобы рассказать Сюань Хунюю об этом. Когда Сюань Хунюй услышал это, он тут же перевернул свой отделанный золотом рабочий стол. Он выглядел озадаченным. У Нин Шу внезапно даже не нашлось слов, чтобы описать Сюань Хунюя. Неужели Сюань Хунюй действительно думал, что после обмена кровью, они станут единым целым? Что пройдя через какую-то священную церемонию насыщения кровью, этот человек станет его собственностью? Пока Нин Шу всматривалась в растерянное выражение лица Сюань Хунюя, она спросила: - Хозяин, вы в порядке? Если ты в порядке, то поешь Люлюмэй. Цвет лица Сюань Хунюя был очень нехорошим, а его глаза налились кровью. Он сорвал со стены картину, изображающую Шангуань Цинжоу, и порвал её на части. Однако он считал, что этого ещё недостаточно, поэтому он достал все те картины, что нарисовал прежде и тоже порвал их. Нин Шу лишь молча наблюдала за этим. Какой смысл рвать бумагу? Выместив свой гнев, выражение лица Сюань Хунюя снова стало ледяным. Он выглядел так, словно бы успокоился, но его лицевые мускулы всё равно периодически перекашивало, показывая, что его эмоции всё ещё бурлят внутри. - Возвращайся назад и продолжай наблюдать за резиденцией начальника, - сказал Сюань Хунюй, даже не глядя на Нин Шу. Нин Шу ответила, что поняла, а потом развернулась и ушла. Она даже не планировала утешать Сюань Хунюя. #комментарий анлейта: Во фразе “Если ты в порядке", в китайском языке используются слова "тебе есть чем [заняться]", а во фразе "я в порядке" используются слова "[мне] нечем [заняться]". Люлюмэй (Liuliumei) – это известный китайский бренд, продающий сушёные фрукты, и одна из самых известных реклам вращается вокруг диалога: "Тебе есть чем заняться? Если тебе нечем заняться, то просто поешь Люлюмэй." ---------- Великолепная Свадьба История продолжалась гладко. Сюань Сяотянь и Шангуань Цинжоу уже собирались пожениться. Несмотря на игривый характер Шангуань Цинжоу, она уже давно ни на шаг не выходила из резиденции. Даже Сюань Сяотянь в последнее время редко навещал резиденцию начальника, хоть он и испытывал изрядный энтузиазм от встреч. Вероятно, он был занят приготовлениями к свадьбе. Нин Шу разузнала у служанки, которая выходила из резиденции начальника по какому-то поручению, и служанка сказала, что Шангуань Цинжоу сейчас вышивает своё приданное. Вышивает своё приданное? Нин Шу не считала, что Шангуань Цинжоу может вообще хоть что-нибудь вышивать. Вскоре вышел императорский указ о даровании брака, и свадьба Сюань Сяотяня с Шангуань Цинжоу уже была практически делом решённым. Даже если бы Сюань Хунюй хотел бы препятствовать этому, он не смог бы помешать этим двоим пожениться. День свадьбы был назначен очень скоро, вероятно, из-за опасений по поводу Сюань Хунюя. Сюань Хунюй приходил повидать Шангуань Цинжоу, но всегда сталкивался с закрытой дверью. Шангуань Цинжоу не хотела абсолютно никакого общения с Сюань Хунюем. А раз она собралась выходить замуж, то она ещё меньше хотела его увидеть. Более половины причины того, что Шангуань Цинжоу так спешила выйти замуж – было как раз из-за Сюань Хунюя. Однако это было ещё и потому, что Сюань Сяотянь очень хорошо к ней относился. Впрочем, Сюань Хунюй не сдавался и даже отправил солдат смерти в резиденцию, чтобы они похитили Шангуань Цинжоу. Сюань Сяотянь был к этому готов и уже проследил за тем, чтобы защита резиденции начальника была непроницаемой, чтобы Сюань Хунюй больше не доставлял проблем. Каждый день на лице Сюань Хунюя было ледяное выражение. Подавляющая атмосфера словно витала вокруг всей резиденции третьего принца. Нин Шу было абсолютно плевать на то, как больно было её хозяину, или каким обиженным он себя чувствовал. Она просто ещё больше работала над ускорением своей тренировки. Битва между двумя сторонами только усиливалась. Насколько она знала, несколько солдат смерти Сюань Хунюя уже погибли на всяческих миссиях. Некоторые были пойманы, поэтому они раскусили заготовленную капсулу с ядом и умерли. Другие взяли на себя инициативу и помчались навстречу смерти ради исполнения плана их хозяина. Подобная борьба происходила в частном порядке и вдалеке от людских глаз, но она была жестокой и кровавой. Из-за подобной свирепой борьбы – когда в каждой миссии был лишь небольшой шанс на выживание – заставлял волосы Нин Шу вставать дыбом. Всё, что она могла сделать – это успокоить себя и продолжить тренировку. По сравнению с тем, с чем приходилось сталкиваться другим, её миссия была гораздо проще, и гораздо удачнее. Ей лишь нужно было приглядывать за Шангуань Цинжоу и наблюдать за резиденцией начальника. Если Шангуань Цинжоу выйдет из резиденции, то Нин Шу должна немедленно оповестить Сюань Хунюя. Она уже официально стала подглядывающей. Как же утомительно иметь ненормального хозяина. В мире было так много девушек, так почему же Сюань Хунюй настаивал на том, чтобы иметь Шангуань Цинжоу? Эта зацикленная собственническая страсть довела Сюань Хунюя до того, что он настойчиво пытался заполучить Шангуань Цинжоу. Охренеть, я тебя хочу, поэтому ты должна быть моей! Твой труп мой, твои волосы – мои, твои ногти – тоже мои! Если он не мог её заполучить, тогда он чувствовал невероятную боль, которая словно выцарапывала его сердце изнутри. Это было так болезненно, что по ночам он постоянно ворочался на постели. Это было так болезненно, что практически сводило его с ума. День свадьбы поистине был наполнен громкими праздничными ударами гонга и барабанов, чья музыка доходила до небес, пока красная свадебная процессия двигалась по улицам. Дочь из резиденции начальника становилась невестой пятого принца и скоро станет принцессой-супругой. Это было самое праздничное событие в столице. Сюань Сяотянь очень хорошо относился к Шангуань Цинжоу и удостоил её огромной чести. Приданного было так много, что выстроилась очередь от резиденции принца до самой резиденции начальника. Сундуки казались очень тяжёлыми, так как шесты, на которых их несли, заметно прогибались под их весом. Сюань Хунюй планировал напасть на портшез невесты и просто заставить невесту исчезнуть, но Сюань Сяотяню как-то удалось убедить императора назначить отряд стражников, чтобы гарантировать, что свадьба пройдёт гладко. Поэтому Сюань Хунюю не осталось иного выбора, кроме как приказать его солдатам смерти отступить. Эти охранники были людьми Отца-Императора. Если он заставит своих солдат смерти атаковать, то просто отправит их прямо на мечи, и после этого Отец-Император будет относиться к нему более подозрительно. Сюань Хунюй мрачно уставился на Сюань Сяотяня, который ехал на коне, одетый в праздничный наряд. Он желал, чтобы Сюань Сяотянь упал с коня и разбился насмерть. Нин Шу стояла позади Сюань Хунюя и лишь презрительно поджимала губы. Она сказала ему скорее жениться на Шангуань Цинжоу, но он настоял на том, чтобы сделать Шангуань Цинжоу своей и даже слепо пытался использовать такие вещи, как кормление Шангуань Цинжоу кровью. Неужели он действительно думал, что таким образом она станет его женщиной? Поэтому, когда Шангуань Цинжоу пошла замуж за кого-то другого, её тело всё ещё было невинным. Нин Шу хотела лишь прикрыть лоб рукой. ---------- Вся Страна Будет Принадлежать Этому Папочке! Естественно, Сюань Хунюй был вынужден принимать участие в свадьбе Сюань Сяотяня. Хоть втайне они и были непримиримыми врагами, перед своим стариком императором, они всё ещё должны были вести себя так, словно они взаимно уважают друг друга, как братья. Как только Сюань Хунюй покинул чайный дом, он направился в сторону резиденции пятого принца. Резиденция была очень оживлённой, но и охранялась очень плотно. Это было сделано для того, чтобы предотвратить возможность всяких происшествий, но, по большей части, чтобы защититься от Сюань Хунюя. Сам Сюань Хунюй просто стоял в углу и наблюдал за тем, как пара молодожёнов проходит через ритуал преклонения перед небом и землёй. Мрачную ауру вокруг него невозможно было даже подавить. На его лице большими буквами было написано: "Пока я тут, вы, ребята, можете забыть о счастливой жизни вместе! Как только я убью одного из вас, я посмотрю, как вы, ребята, сможете продолжать держать друг друга за руку в старости!" Когда начальник церемоний прокричал: "Войдите в свадебную комнату!", Сюань Хунюй поджал губы и ушёл. Нин Шу поджидала Сюань Хунюя за пределами резиденции. Когда она увидела на его лице выражение, словно он хотел уничтожить весь мир, она отошла на пару шагов назад. Да она ни за что не подойдёт к нему сейчас, а что если он решит влепить ей пощёчину? Она не сможет увернуться, поэтому окажется пушечным мясом. Сюань Хунюй вернулся в свою резиденцию, а затем заперся в своей комнате. Нин Шу даже не знала, что он там делает. Она лишь ухмыльнулась, а потом отправилась заниматься делом. Сюань Сяотянь, вероятно, скоро взойдёт на трон, так что нужно было заранее приготовиться, чтобы спасти Сюань Хунюя. Каждый день она сидела на ветках деревьев, кормила комаров и вела журнал. Если пережив всё это Сюань Хунюй всё равно погибнет, то она, вероятно, закашляет кровью и умрёт. Что касается Сюань Хунюя, которому только что разбили сердце, то кому какое есть до него дело? Он скоро снова будет жив и скакать бодрячком, придумывая способы убить Сюань Сяотяня и Шангуань Цинжоу. Сюань Хунюй страдал, но Сюань Сяотянь и Шангуань Цинжоу после свадьбы были сладкой парочкой "не разлей вода". Все дворянские женщины в столице завидовали. Каждый раз, когда Сюань Хунюй слышал новости, его выражение лица было безразличным. Было невозможно определить, что он чувствует. Нин Шу полагала, что этот человек не просто тихо подавляет свой гнев, готовясь взорваться, но он тихо подавляет гнев и становится ещё более извращённым. Сюань Хунюй не отказался от мысли заполучить Шангуань Цинжоу, и даже стал ещё более зацикленным на ней. Он проводил все свои дни, не сводя взгляда с чьей-то жены. За это время произошло огромное событие, в котором кронпринц повстречал свою невестку, и его сердце разволновалось. Шангуань Цинжоу обладала живым характером, а ещё она была очень красивой. Так как она стала замужней, то она ещё и приобрела миловидность юной замужней женщины, так что она теперь была практически высококачественным товаром. Кронпринц придумал способ заполучить Шангуань Цинжоу в свои руки. Однако, когда он только решил воспользоваться им, Шангуань Цинжоу была спасена Сюань Сяотянем. Шангуань Цинжоу была напугана чуть ли не до смерти. Кстати говоря, Шангуань Цинжоу тоже была довольно жалкой. Она всегда привлекала таких волков. И с этим ничего нельзя было поделать, так как её харизма была просто слишком огромной. Когда Сюань Хунюй услышал об этом, он тут же сформировал обоюдное соглашение с Сюань Сяотянем и объединился с ним в убийстве кронпринца. После этого вся столица загудела, когда злобные деяния кронпринца были раскрыты. Однако всё это было лишь незначительными инцидентами. Хоть это и не сказалось хорошо на репутации кронпринца, это всё равно не смогло пошатнуть его позицию. Впрочем, это его разъярило. Кронпринц тоже знал о делах Сюань Сяотяня, поэтому решил напрямую сразиться с Сюань Сяотянем. Он считал, что будущее, что вся эта страна будет принадлежать этому папочке, так и что с того, что этот папочка переспит с твоей женщиной? Просто стерпи! А ты даже посмел поднять восстание?! Две стороны сражались, словно коты и собаки. Кронпринц был явным наследником и уже многие годы работал при дворе, поэтому его навыки не стоило недооценивать. Однако, Сюань Сяотяню помогал Сюань Хунюй, поэтому, на какое-то время, они были равны. ---------- Начало Борьбы За Трон В итоге, Шангуань Цинжоу стала фитилём, который зажёг борьбу за трон. Короче говоря, две стороны ожесточённо сражались и было трудно предсказать исход. Судя по тому, что знала Нин Шу, Сюань Хунюй отправил отряд солдат смерти, но почти весь отряд был уничтожен. Вернулись лишь некоторые из них. Так много жизней людей было потрачено просто так. Нин Шу была этим изрядно встревожена. Она знала, что ей осталось совсем немного времени, поэтому она могла лишь усерднее трудиться над увеличением своей силы. Однажды, когда император обращался к императорскому двору, он внезапно закашлял кровью и упал с драконьего трона. Когда императорские лекари проверили его, они сказали, что он отравлен и не проживёт и полугода. Император так разозлился, что выплюнул ещё полный рот чёрной крови, а потом потерял сознание. Император был отравлен, поэтому кронпринц, естественно, занялся исполнением долга по надзору за страной. А императору теперь осталось лишь дожидаться смерти. Однако, вскоре раскрылось, что это сам кронпринц отравил императора. Он подкупил личного евнуха императора. И тому было множество доказательств. Даже тот евнух сознался, что он следовал инструкциям кронпринца. А причиной тому было то событие, когда раскрылось множество преступлений кронпринца. Ради сохранения своего статуса как кронпринца, он отравил императора. Как только император умрёт, он, естественно, станет императором. Все эти улики практически лишили кронпринца дара речи. Он встал на колени у постели императора и стал кричать "этого покорного сына ложно обвинили!" Император был так зол, что снова закашлял кровью. С тех пор, как его отравили, его почти каждый день тошнило кровью. Эта кровь всегда была чёрной и ужасно воняла. Это был просто ужасный и неприятный способ ждать смерти. Император поистине чувствовал себя так, словно вот-вот умрёт. Когда он увидел, что его отравил собственный сын, он не стал убивать кронпринца, а просто понизил его до статуса простолюдина. Даже если он и хотел утащить за собой человека умирать, ему всё ещё приходилось учитывать свою репутацию в истории. Взаимные попытки убийства между отцом и сыном были ужасным скандалом. Что касается кронпринца, так как его уже понизили до простолюдина, он уже был побеждён и больше никто не обращал на него внимания. Как только кронпринца скинули со сцены, Сюань Хунюй и Сюань Сяотянь тут же изменили направление своих копий. Ещё вчера они сотрудничали, а сегодня уже начали драку. Всё произошло слишком быстро. Причём настолько, что даже Нин Шу была удивлена тем, как всё произошло. Императору осталось жить максимум полгода, поэтому оба сына, Сюань Хунюй и Сюань Сяотянь, вынуждены были отправиться во дворец, чтобы присматривать за императором. Им нужно было исполнить их сыновний долг, но, конечно же, это было ещё и соревнованием за трон. На данный момент было лишь два совершеннолетних принца. Остальные были всё ещё детьми, у которых не было никакой состязательной силы. Если не случится ничего неожиданного, то один из этих двоих станет императором. Нин Шу не верила, что Сюань Хунюй сможет стать императором. Главный мужчина, Сюань Сяотянь, станет императором, в то время как императрицей будет Шангуань Цинжоу. История любви, в которой император любил только одну женщину за всю жизнь, была образцом совершенства в виде императорской семьи, и которая навсегда останется в истории. Увеличив скорость своих тренировок, Нин Шу уже стала сильнее, чем прежде. Если бы она снова столкнулась с прежними тайными охранниками Сюань Сяотяня, то с помощью своего оружия и яда, она бы точно им не проиграла. Кому какое дело до всех вздымающихся волн в мире? Нин Шу просто молча работала над тренировкой боевых искусств, так как она уже знала, какой будет результат. И дело не в том, что Нин Шу не думала о том, чтобы помочь, но Сюань Хунюй точно не стал бы терпеть, если бы тот, кто должен быть всего лишь его инструментом, начал критиковать его действия. В любом случае, её заданием было лишь спасти Сюань Хунюя, поэтому ей незачем было беспокоиться обо всём остальном. Одно лишь задание по его спасению потребует немалых усилий. Сюань Хунюй и Сюань Сяотянь оставались подле императора вне зависимости от времени дня или ночи. Они переехали в императорский дворец. Хоть и было сказано, что императору осталось жить полгода, всего через месяц действие яда усилилось. Всё тело императора стало фиолетовым и в синяках. Яд уже сильно разъел его внутренние органы. Даже несмотря на то, что императорские лекари делали всё возможное, чтобы вылечить его, они не смогли спасти жизнь императора. А раз император вот-вот умрёт, то вполне естественно, что он должен будет передать страну своему сыну. ---------- Уважаю Сюань Хунюй и Сюань Сяотянь преклонились перед императором, который был уже на последнем издыхании. Чёрная кровь, испускающая сильную вонь, вытекала из уголков рта императора. Перед лицом своих ближайших министров, он с трудом заговорил: - После того, как мы умрём, пятый принц, Сюань Сяотянь, должен унаследовать трон. Третий принц, Сюань Хунюй, станет регулирующим принцем. Как только мы умрём, третий принц немедленно покинет столицу и отправится в феодальную вотчину. Если его не призовут, он не имеет права сделать ни единого шага в столицу. - Мы, покорные сыновья, благодарны за эту милость. Сюань Сяотянь и Сюань Хунюй поклонились, чтобы выразить благодарность. Сюань Хунюй крепко поджал губы. Его выражение лица было безразличным, поэтому люди никак не могли понять, о чём он думает. Тем временем, вокруг Сюань Сяотяня витала самодовольная атмосфера. - Всем разойтись. Хунюй, а ты останься. Император кашлянул. Ещё больше чёрной крови вылилось из его рта, усиливая неприятную гнилостную вонь. Сюань Сяотянь глянул на Сюань Хунюя, а затем последовал за министрами на выход. - Хунюй, подойди к нам, - сказал император. Сюань Хунюй поприветствовал его: - Отец-Император. - С твоим характером ты не подходишь для того, чтобы быть императором, - сказал император. – Когда ты был маленьким, у тебя был щенок. Ты безмерно любил этого щенка, но однажды, этот щенок подбежал к нам и захотел поиграть с нами. Мы немного подразнили его, но потом, ты убил этого щенка. Сюань Хунюй ничего не ответил. Император продолжил выкашливать кровь большими порциями. Сюань Хунюй сказал: - Отец-Император, не говорите. После этого он вытер чёрную кровь, которая капнула на шею императора. - Изначально мы думали, что ты просто кровожадный человек, но позже мы обнаружили, что это не так. Ты не заботишься о всяких вещах, но ты бываешь слишком одержим теми вещами, которыми дорожишь. Ты должен отправиться на вотчину. И больше не возвращайся в столицу. Сюань Хунюй поджал губы, но ничего не сказал. - Можешь идти, - сказал император. Сюань Хунюй поклонился. - Этот покорный сын уже уходит. Когда Сюань Хунюй вышел из дворца отдыха, он увидел, что Сюань Сяотянь и министры всё ещё ждут за дверями дворца. Сюань Сяотянь подошёл к Сюань Хунюю и спросил: - Что тебе сказал Отец-Император? Сюань Хунюй глянул на Сюань Сяотяня, а потом улыбнулся, впервые за всё это время. От этого он стал выглядеть исключительно великолепно. Даже Сюань Сяотянь ошалел на мгновение. Сюань Хунюй спокойно сказал: - А ты угадай. Сюань Сяотянь прищурился, но, прежде чем он успел что-либо сказать, он услышал полный скорби крик евнуха: - Его Величество скончался! Нин Шу, которая тренировалась в резиденции третьего принца, услышала звук похоронного звона, идущий со стороны дворца, и сразу поняла, что император умер. Эконом тут же убрал все цветастые вещи в резиденции, а потом вывесил белый шёлк, чтобы выразить скорбь. Когда Сюань Хунюй вернулся, вокруг него витала холодная атмосфера. С первого же взгляда на него Нин Шу поняла, что у Сюань Хунюя не осталось надежды. Позже, когда она услышала указ императора, она очень обрадовалась. Если Сюань Хунюй отправится на вотчину после похорон императора, тогда больше никаких инцидентов не будет. На самом деле, император сделал это для того, чтобы защитить Сюань Хунюя. В надежде, что Сюань Хунюй сможет понять кропотливые усилия своего старика. Изначально Нин Шу хотела спросить у Сюань Хунюя собирается ли он покинуть столицу после похорон, но, когда она увидела холодное выражение на лице Сюань Хунюя, и странную затаённую страсть в его взгляде, она проглотила свои слова. Она почти уже забыла, что этот парень был экспертом в том, как дразнить смерть. Если он не создавал каких-нибудь проблем, то он не мог спокойно спать. Как же это было тяжко. Иметь такого хозяина – это практически величайшая трагедия в жизни. Почему Сюань Хунюй просто не может переключиться на другие цели? Почему он так настаивает на том, чтобы быть зацикленным на Шангуань Цинжоу? Хоть у Нин Шу уже и было какое-то понимание способности Сюань Хунюя дразнить смерть, она всё равно удивилась тому, насколько ловко он это делал. Пока Сюань Сяотянь был занят тем, что устраивал похороны и проходил через процесс восхождения на трон, Сюань Хунюй похитит будущую императрицу, Шангуань Цинжоу. В ответ на это действие, Нин Шу могла лишь встать на колени и написать слово "Уважаю". ---------- Проклиная Все Восемнадцать Поколений На самом деле вся беда была в том, что ей нужно было спасти хозяина, который не прекращая дразнил смерть, и сделать так, чтобы её хозяин мог прожить немного дольше и продолжил дразнить смерть? Ей действительно хотелось накричать на своего хозяина и сказать: "не мог бы ты, блять, прекратить уже?" Предыдущий император явно сделал это, чтобы остановить братоубийство. Сюань Сяотянь, вероятно, мог соблюсти указ императора и не нападать на Сюань Хунюя, но после произошедшего, Сюань Сяотянь обязательно убьёт Сюань Хунюя. Нин Шу беспомощно вздохнула. Она просто никак не могла понять зацикленности Сюань Хунюя. В отношении тех вещей, которые ему были дороги, он демонстрировал шокирующее собственничество. Например, это проявилось в том, как он показывал свою любовь к Шангуань Цинжоу. Он даже был готов ранить себя, надрезав собственное запястье, чтобы напоить Шангуань Цинжоу своей кровью. Однако ему было плевать на подобные вещи, он полностью их игнорировал, даже когда под этим подразумевалась его собственная жизнь. Ей очень хотелось узнать, осознаёт ли Сюань Хунюй последствия того, что он сделал? Вероятно, он знал о них, но всё равно сделал то, что сделал. Сейчас была проблема в том, что Нин Шу понятия не имела, куда делся Сюань Хунюй, похитивший Шангуань Цинжоу. Некоторые тайные охранники из резиденции принца тоже пропали. Вероятно, они отправились вместе с Сюань Хунюем. Нин Шу: … Жена Сюань Сяотяня пропала. Он сразу же был уверен в том, что за этим стоял Сюань Хунюй, поэтому он отправил людей обыскать резиденцию третьего принца. Теперь Сюань Сяотянь был императором, поэтому его желание обыскать резиденцию принца было исполнено просто, как дважды два. Он даже лично руководил поисками и перевернул каждый клочок земли в резиденции, но не нашёл ни Сюань Хунюя, ни Шангуань Цинжоу. Нин Шу сбежала прежде, чем Сюань Сяотянь пришёл в резиденцию, и спряталась. Если Сюань Сяотянь её поймает, то её наверняка будут пытать. Её наверняка проведут через всякие ужасы вроде хлыстов, натёртых жгучим перцем, тигровой скамьи*, горячего железа и игл. Нин Шу не думала, что сможет выдержать такие безжалостные методы пыток. Выражение лица Сюань Сяотяня было очень холодным, когда он покинул резиденцию третьего принца без какого-либо результата. Втайне, он отправил ещё больше стражников на поиски Сюань Хунюя. Для внешнего мира было дано объяснение, что он ищет сбежавшего преступника. Императрица страны пропала. Если эта информация раскроется, то поднимается шумиха, поэтому Сюань Сяотянь мог лишь удерживать эту информацию в тайне. Сюань Сяотянь искал Сюань Хунюя, и Нин Шу тоже было интересно, куда же сбежал Сюань Хунюй. Он умудрился сделать так, что Сюань Сяотянь готов был взорваться от ярости. А когда император в гневе, то результатом будет тысяча километров крови. Более того, этим действием он надевал на императора зелёную шапку**. Нин Шу хотелось, чтобы она могла отказаться от спасения Сюань Хунюя. Действия Сюань Сяотяня стали причиной того, что в столице все были в напряжении. Все думали, что новый император решил установить свой престиж, используя новый клинок в качестве примера, поэтому они все вели себя крайне добропорядочно. Даже в низкосортных борделях было меньше посетителей, так как стражники часто врывались туда с обысками. Когда люди были посреди занятия этим, внезапные обыски чуть не ошеломляли их до смерти. Нин Шу пряталась в заброшенном доме, но, когда она увидела, что Сюань Сяотянь обыскивает весь город подобным образом, у неё не осталось иного выбора, кроме как вернуться в резиденцию третьего принца и спрятаться там. Однако, даже спустя несколько дней поисков, они всё равно не смогли найти Сюань Хунюя. За эти дни много чего случилось. Если бы Сюань Хунюй хотел сделать что-нибудь с Шангуань Цинжоу, то он бы уже это сделал. Если весть об этом инциденте распространится, даже если ничего не произошло между Шангуань Цинжоу и Сюань Хунюем, то её преступная потеря невинности будет уже делом решённым. Более того, было сомнительно, что Сюань Сяотянь поверит в то, что между ними ничего не было. Сюань Сяотянь уже был вне себя от волнения. Он даже отправил ещё больше стражников, чтобы прочесать весь город, но они не нашли Сюань Хунюя. Нин Шу подозревала, что Сюань Хунюя явно нет в столице. Возможно он сбежал на базу в горах. Нин Шу даже захотелось вернуться на ту базу, чтобы взглянуть, а заодно и проверить того ребёнка. Ей было интересно, как там поживает ребёнок? Нин Шу замаскировалась и переоделась из военного наряда в обычную женскую одежду тусклых цветов. Она вставила в волосы дешёвую серебряную заколку. Изначальный хост и без того выглядела самой обычной, так что в такой одежде она ещё меньше выделялась. Однако, когда Нин Шу дошла до ворот из города, она обнаружила, что они очень плотно охраняются. У всех стражников имелись портреты. Каждую выходящую женщину останавливали и сверяли с портретом. Если они выглядели как на портрете, то их арестовали. Нин Шу увидела, что её изображение было наклеено на стену в качестве ордера на арест. Так она тоже числилась в розыске? Она вытерла своё лицо. Вероятно это было потому, что Сюань Сяотянь не мог напрямую выдать приказ об аресте Сюань Хунюя, поэтому он мог лишь поймать её и попытаться найти Сюань Хунюя через неё. Проблема в том, что она сама понятия не имела, куда сбежал Сюань Хунюй. Даже если они её поймают, то не смогут найти Сюань Хунюя. Нин Шу не могла избавиться от чувства, что Сюань Хунюй затроллил её. Охренеть, он готов был спустить на неё всех собак, даже не сказав ей, куда он отправился. Нин Шу развернулась и ушла. Она никак не сможет покинуть город с такими поисками. Пока стражники считают, что женщина похожа не портрет, её арестовывали. Они лучше убьют по ошибке, чем позволят разыскиваемому человеку сбежать. У Нин Шу не было уверенности в том, что она сможет пройти подобную проверку. Когда она вернулась в резиденцию третьего принца, она обнаружила, что какие-то люди слоняются возле резиденции. Они явно были тут, чтобы поймать её. Это означало, что она даже не может вернуться в резиденцию третьего принца. У неё не оставалось иного выбора, кроме как спрятаться в очередном заброшенном доме. Она не могла даже переночевать в гостинице. Нин Шу мысленно проклинала все восемнадцать поколений предков Сюань Хунюя. ---------- Благочестивый Сын Это так бесило. Нин Шу стукнула себя в грудь. Даже если она должна спасти Сюань Хунюя, то она обязательно должна придумать какой-нибудь способ отомстить. Охренеть, если она не заставит Сюань Хунюя заплатить за это, то она ни за что не вынесет такой гнев. Нин Шу действительно не могла понять, почему Одиннадцатая решила предложить свою душу за спасение Сюань Хунюя. Сюань Хунюй вообще не относился к ней, как к человеку, и ни капли не заботился о её жизни. Так почему же она готова была рисковать жизнью и конечностями ради Сюань Хунюя, когда он вёл себя подобным образом? Нин Шу никак не могла понять такой фанатичной верности. Каждый раз, когда она сталкивалась с тем, чего не могла решить, она обнаруживала, что поистине знает слишком мало. Если бы она знала, как менять внешность, то легко смогла бы выйти из города. В будущем ей действительно нужно больше учиться. Ей нужно знать, как правильно маскироваться. Если на системном рынке есть пилюли, меняющие внешность, то ей нужно будет купить несколько. Однако, что если однажды она окажется на задании, на котором не сможет использовать предметы с системного рынка? Вот почему ей всё ещё нужно было изучить эти навыки самостоятельно. Чем большему она научится, тем лучше. Эти навыки позволят ей с большей лёгкостью выполнять задания и смогут даже спасти её жизнь. Нин Шу села в каком-то подвале и продолжила культивировать. Когда она чувствовала голод, то глотала постные пилюли и продолжала тренироваться. Периодически она выглядывала, чтобы узнать новости и проверить, нашли ли Сюань Хунюя. Пока стражники стояли у городских ворот, она была уверена, что Сюань Сяотянь ещё не нашёл Сюань Хунюя. Нин Шу вытерла лицо. Сюань Хунюй вот-вот сведёт своего младшего брата с ума. Прошло несколько дней, больше десяти. Сюань Сяотянь, который должен был взойти на трон, всё ещё этого не сделал. Он отодвинул дату, оправдываясь тем, что первым делом он должен начала исполнить ритуалы прощания с предыдущим императором, которые длятся двадцать один день. Он назначил старших монахов петь сутры, чтобы его отец-император мог отправиться в рай. И хотя министры говорили, что страна не может быть без монарха и торопили Сюань Сяотяня поскорее взойти на трон, Сюань Сяотянь отказывался и настаивал на том, чтобы подождать двадцать один день. Он сказал, что нужно сначала дождаться похорон предыдущего императора. Никто не мог его разубедить, поэтому они могли лишь последовать его воле. Сюань Сяотянь каждый день стоял у гроба предыдущего императора, провожая его дух, а сам в тайне продолжал искать Сюань Хунюя и Шангуань Цинжоу. Не нужно даже говорить, каким взволнованным он был. Однако его хорошая репутация как благочестивого сына, начала распространяться по городу. ____________________ * Тигровая скамья – это метод пыток, распространённый в древнем Китае. Человека привязывают сидя вдоль скамьи, закрепляя колени. После этого под пятки начинают подкладывать кирпичи, пока ноги не выгнутся в обратную сторону или не сломаются. ** Надеть зелёную шапку – означает "наставить рога". ---------- Вообще-то, Мы Можем Прорыть Туннель Благочестивый сын? Когда Нин Шу услышала об этом, она чуть не расхохоталась. Была середина лета, а он решил оставить труп не захороненным на протяжении более чем двадцати дней. Даже если в гроб положить лёд, то это всё равно не сможет замедлить скорость разложения трупа. Так что предыдущий император тоже был довольно жалким. Его сдуло ураганом, который возник от борьбы трёх его сыновей. Он не только умер от яда, но и после смерти его сын не давал ему лечь в землю и упокоиться с миром. Ему всё ещё приходилось терпеть подобную пытку. Сюань Сяотянь не смел восходить на трон до тех пор, пока не будет найдена Шангуань Цинжоу. Как он может взойти на трон, если рядом нет императрицы? Внутренний дворец окажется без хозяйки. Уважение Нин Шу к способности Сюань Хунюя дразнить смерть снова вышло на новый уровень. На данный момент, Сюань Сяотянь, вероятно, уже хотел заживо содрать кожу с Сюань Хунюя. И самой раздражающей частью было то, что сама она ничего не сделала для этого, так почему же на неё был выписан ордер на арест? Тьфу… В конечном итоге, Шангуань Цинжоу была найдена, и это произошло как раз перед похоронами предыдущего императора. Сюань Хунюй с важным видом вошёл в город вместе с Шангуань Цинжоу. Когда он входил в город, стражникам у ворот города даже пришлось отсалютовать ему. Когда Сюань Сяотянь получил известия, он тут же отправился спасать Шангуань Цинжоу. А заодно ещё и посадил под арест во дворце Сюань Хунюя, говоря, что тот должен скорбеть о предыдущем императоре. Когда Нин Шу узнала об этих новостях, она чуть не развалилась на части. Э-это… Неужели в голове Сюань Хунюя чего-то не хватает? Сначала он похитил Шангуань Цинжоу, но теперь он привёл её обратно и был пойман Сюань Сяотянем. Нин Шу почесала затылок. Какого чёрта? Если бы ты, чёрт тебя дери, вернулся всего на несколько дней позже, она бы посмотрела, как Сюань Сяотянь пытается спасти ситуацию. Нин Шу не могла успокоить ярость в своём сердце. Ты же, блин, любишь Шангуань Цинжоу, и уже похитил её, так почему бы тебе просто не сбежать куда-нибудь подальше?! Нахрена возвращаться-то?! Нин Шу сейчас очень хотелось поколотить Сюань Хунюя. Охренеть, она просто никак не могла понять, о чём он думает. Шангуань Цинжоу была найдена, так что стражникам, естественно, больше не нужно было обыскивать город. Нин Шу вздохнула с облегчением. Если честно, она очень боялась быть пойманной. От одной только мысли о пытках у неё волосы становились дыбом. Первым делом она решила вернуться в резиденцию принца. Она проверила, что никто больше не следит за резиденцией, после чего перепрыгнула через стену. Когда она перепрыгнула через стену, она увидела отметку у подножия стены. Она была оставлена лидером базы. Нин Шу последовала за отметками в заброшенный храм. Внутри она увидела несколько человек, которые либо стояли, либо сидели. Все они посмотрели на неё с холодными выражениями лиц и вокруг них витала мрачная и зловещая атмосфера. Когда Первый увидел Нин Шу, он холодно спросил: - Почему ты пришла только сейчас? Нин Шу поспешила с уважением ответить: - Всё это время какие-то люди следили за резиденцией третьего принца. Эта подчинённая только сейчас смогла увидеть отметки. Первый холодно хмыкнул, а потом посмотрел на людей, собравшихся в комнате. - Мы планируем отправиться на спасение Хозяина. Я слышал, что Хозяин был заперт в Длинном Дворце. Нин Шу подумала, что этот план был очень ненадёжным. Разве императорский дворец – это такое место, куда они могут так просто вломиться? Это же не отличается от того, чтобы просто отправиться умирать. Изначально Нин Шу хотела что-то сказать, но она увидела, что никто другой на это не возражает. Было ясно, что они согласны на то, что скажет Первый. Нин Шу поджала губы, а потом спросила: - Тогда когда мы выдвигаемся? - Завтра ночью, - решительно сказал Первый. – Завтра – это день, когда новый император взойдёт на трон. Завтра лишь немногие будут уделять внимание Длинному Дворцу, так что мы воспользуемся этим преимуществом, чтобы спасти Хозяина. Пока Первый рассказывал, он достал карту. Это была подробная карта дворца. Нин Шу сказала: - Вообще-то, мы можем прорыть туннель в Длинный Дворец. Первый холодно глянул на Нин Шу с убийственным намерением. - Одиннадцатая, ты слишком много болтаешь. Неужели ты задумала предать Хозяина? После того, как этот треклятый император взойдёт на трон, он точно убьёт Хозяина. Сколько времени у нас уйдёт на то, чтобы прорыть туннель? ---------- Вообще-то, Забудьте Все остальные солдаты смерти посмотрели на Нин Шу. Некоторые даже достали свои мечи, готовясь убить её. Нин Шу: … А разве она сказала что-то не так? Она лишь выдала предположение. - Помни, твоя жизнь принадлежит Хозяину. Всё, что ты имеешь, принадлежит Хозяину. Причина, по который ты существуешь – это Хозяин, - холодно сказал Первый. – Сейчас тебе нужно лишь спасти Хозяина, даже если это будет стоить тебе жизни. Нин Шу была ошарашена. Когда она огляделась по сторонам, то увидела, что на лицах всех остальных было такое выражение, словно это всё в порядке вещей. Она внезапно поняла, почему Одиннадцатая предложила половину своей души за спасение Сюань Хунюя. Это потому, что единственной ценностью во всём её существовании был Сюань Хунюй. В прошлом она не понимала и всё время гадала, чем же Сюань Хунюй заслужил то, что Одиннадцатая предложила свою душу за его спасение. Только сейчас она на самом деле поняла образ мышления Одиннадцатой. Солдаты смерти уже больше не обычные люди. Они уже привычны к тому, что их хозяева назначают им какие-то миссии. Они не мешкая пожертвуют своими жизнями ради выполнения миссии. Подобный образ жизни был их духовной поддержкой. Если поддерживающая балка упадёт, то они не будут знать, что делать. Они привыкли к тому, что им отдают приказы. Если однажды тот человек, который отдаёт им приказы, больше не будет существовать, то они почувствуют себя потерянными и напуганными. Они не будут знать, что делать. Их руки были покрыты кровью. Бессердечные и безжалостные солдаты смерти не могли жить обычной жизнью. Каждое их действие было чужеродным для обычных людей. Если они встанут под светом солнца, то достаточно будет одного взгляда, чтобы увидеть, как они отличаются. Сюань Хунюй относился к Одиннадцатой так, словно она была инструментом. Но, даже если он и бросит её, сама Одиннадцатая никак не могла бы бросить Сюань Хунюя. Нин Шу мысленно вздохнула, а потом сказала: - Эта подчинённая просто очень беспокоится о Хозяине. Первый холодно глянул на Нин Шу, а потом начал назначать другие миссии. Они явно вели себя так, словно шли на смерть, но Нин Шу могла лишь наблюдать за ними и ничего не говорить. Как эти несколько человек, собравшиеся в комнате, смогут одолеть императорскую армию? Первый планировал создать диверсию. Он отправил несколько человек убить Сюань Сяотяня, чтобы привлечь внимание стражников, а потом остальные проникнут в Длинный Дворец и спасут Сюань Хунюя. Те, кто были назначены на убийство Сюань Сяотяня, по сути, направлялись на смерть в качестве диверсии. Однако, те люди, что были назначены на это задание, не проявили никакой реакции и просто спокойно приняли задание. Это заставило Нин Шу сглотнуть. Боязнь смерти была основным инстинктом. Неужели эти люди больше не боятся смерти? Все назначения были розданы. Нин Шу была единственной, кому не дали миссию, поэтому она спросила: - А какая миссия у этой подчинённой? Первый холодно глянул на Нин Шу и в его взгляде промелькнуло убийственное намерение. У Нин Шу тут же появилось дурное предчувствие. Она подавила свой инстинкт бежать и спросила: - Что такое? - Связать её, - холодно сказал Первый. Люди тут же подошли и схватили Нин Шу, чтобы связать ей руки за спиной. Нин Шу использовала свою энергию и высвободилась из захвата этих людей. Она достала свой меч и с опаской встала лицом к ним. - Разве я сделала что-то не так? Почему вы пытаетесь меня связать? – Нин Шу была очень удручена. Первый холодно глянул на Нин Шу. - Я подозреваю, что ты уже предала Хозяина. Нин Шу: Ась?! Она предала Сюань Хунюя? А как так получилось, что она этого не знает? - Ради предотвращения утечек об этой миссии, ты не можешь никуда уйти, - первый поднял свой арбалет и нацелился стрелой в голову Нин Шу. – Изначально я хотел поймать тебя, чтобы Хозяин сам мог решить как тебя наказать, после того, как мы его спасём, но теперь я не могу позволить тебе жить. Нин Шу лишилась дара речи. Ни с того, ни с сего он сказал, что она предала Сюань Хунюя. А где его доказательства? ---------- Вообще-то, Я Уже Прорыла Туннель Первый навёл на него стрелу. Наконечник стрелы вспыхнул тёмным светом. У таких арбалетов была крайне сильная разрушительная мощь, а наконечники стрел были даже покрыты шипами, чтобы, когда их вытаскивали, они вырвали с собой большой кусок плоти. Всё тело Нин Шу напряглось, и она не сводила взгляда со стрелы, когда холодно ответила: - Я не предавала Хозяина. - Я верю своей интуиции. Даже если ты не предала Хозяина, я всё равно не могу оставить тебя в живых. Первый выстрелил в голову Нин Шу. Нин Шу использовала свою энергию и увернулась от стрелы. - Скажи мне причину, почему тебе нужно меня убить. Первый холодно сказал: - Ты сейчас совсем не похожа на солдата смерти. Ты больше не можешь жить. Нин Шу была ошарашена на мгновение. Да что это за причина такая? Она увидела, что Первый нацеливается на неё ещё одной стрелой, а несколько других солдат смерти двинулись в её сторону. Она поспешила использовать свою энергию, чтобы выбежать из храма и быстро исчезнуть из поля зрения. Она была очень довольна этим. Теперь она была гораздо сильнее, чем прежде. По крайней мере, она смогла сбежать от такой толпы людей. После того, как она долгое время бегала, она остановилась и обняла ствол дерева, чтобы забраться на него. Она огляделась по сторонам и обнаружила, что за ней никто не гонится. Она с облегчением похлопала себя по груди. Боже, и почему у неё сложилось такое впечатление, что весь мир теперь наполнен врагами? Сюань Сяотянь хотел её убить, а теперь ещё и солдаты смерти Сюань Хунюя тоже хотят её убить. Первый сказал, что она больше не похожа на солдата смерти. Нин Шу похлопала себя по губам, всё это произошло из-за того, что она слишком много говорила. У солдат смерти нет своих собственных мыслей. Им нужно лишь непоколебимо исполнять команды их хозяев. В итоге, она и Одиннадцатая были людьми разного типа. Она не прошла через тренировку солдата смерти, поэтому её психологическое состояние было совсем другим. Более того, и она, и Одиннадцатая были не одним и тем же человеком, поэтому в её действиях естественно были небольшие отличия. Иногда просто невозможно изменить некоторые подсознательные реакции человека. Раз они хотят попробовать свой вариант спасения, то пусть делают. Отправляться на спасение кого-то с такими громкими фанфарами – это всё равно, что отправлять себя на смерть. В этом нет совершенно никакого смысла. Нин Шу готова была пойти на спасение человека только при условии, что её собственная жизнь не под угрозой. Она не отправилась в город и просто села на ветку дерева, чтобы тренироваться. Она вернётся, только когда наступит день. Когда она добралась до городских ворот, она была ошарашена. Ряд трупов аккуратно свисал теперь с городских стен. Было слышно, как стражники бьют в барабаны и кричат: "Эти мятежники пытались убить Его Величество! В качестве предупреждения остальным, Его Величество вывешивает трупы этих мятежников на месяц! Нин Шу увидела труп Первого. Вокруг его шеи была завязана верёвка, и всё его тело свисало с этой верёвки, отчего его шея даже растянулась. Его лицо было слегка наклонено вбок. По его лицу тянулся шрам, отчего его вид был очень зловещим и полным нежелания. Человек, который недавно наводил на неё арбалет, чтобы убить, теперь висел тут трупом. Это было общество, где императорская власть была абсолютной и жизнь считалась лишь травой. Вероятно, вся группа была уничтожена. Нин Шу лишь мельком глянула на стену, после чего отвела взгляд и вошла в город. Интересно, как там сейчас поживает Сюань Хунюй? Знает ли он, что так много солдат смерти погибло, спасая его? Однако, даже если бы он и знал, ему, вероятно, было бы всё равно. Нин Шу вошла в город, чтобы разузнать информацию об императорском дворце, но в данный момент вся информация, которую сейчас обсуждали – это попытка убийства императора прошлой ночью. Про Сюань Хунюя не говорили ни слова. Изначально она хотела вернуться в резиденцию третьего принца, но там наверняка была охрана, которая так и ждала, что она попадёт в ловушку. Она развернулась и ушла. Она подошла к самому обычному дому простолюдина и открыла скрипучую дверь. Сверху упал большой комок пыли. Весь дом был практически руинами и повсюду была пыль и паутины. Нин Шу отправилась прямо в подвал. Оттуда послышался звук разговаривающих людей. Две стороны стены были тускло освещены масляными лампами. Нин Шу подошла к стене и спросила у одного из людей: - Как далеко вы уже прорыли? Мужчина, которому было около сорока лет, сказал: - Мы уже добрались до Дворца Боевой Сцены. Очень скоро мы достигнем Длинного Дворца. Вы же знаете, что копать во дворце не так-то просто, если мы не будем осторожны, то можем попасть в пруд. Нин Шу нахмурила брови. - Вы можете рыть немного быстрее? А то слишком медленно. Оплачу без проблем. С этими словами она достала две золотых цепочки. - Ладно, я попрошу ребят ускориться. Мы должны будем добраться до Длинного Дворца сегодня ночью. Мужчина с радостной улыбкой взвесил в руке золото. Воздух в подвале был ужасным, поэтому она стала ждать снаружи. Эти люди, которых она нашла, были расхитителями гробниц, поэтому они были очень опытны в рытье туннелей. Она запланировала это ещё с тех пор, как только впервые оказалась в столице. Изначально она планировала сказать Первому о том факте, что есть туннель, но Первый захотел её убить. Нин Шу подумала об этом немного, а потом покинула двор. Когда она вернулась, на её плече был тяжёлый мешок. Около полуночи, туннель наконец-то достиг Длинного Дворца. Нин Шу была рада это услышать. Наконец-то они добрались до него! На самом деле, этому туннельному методу она научилась у дяди школьного доктора. Дядя школьный доктор сделал туннель между своим кабинетом в школе и своей лабораторией, и вот она нашла этой идее применение. ---------- Вообще-то, Я Пришла Вас Спасти Нин Шу подняла мешок и положила его себе на плечо. Взяв масляную лампу, она пригнулась и начала идти по туннелю. В таком туннеле невозможно было стоять прямо. Нин Шу чувствовала, что её маленькая талия вот-вот сломается. Когда она слишком устала нести мешок, она просто потащила его по земле. Однако, в итоге, она всё же добралась до места. Прямо над ней были плиты из известняка. Нин Шу с силой толкнула плиту, но, едва ей только удалось её приподнять, как кто-то топнул по ней. Нин Шу была ошарашена. Неужели её уже кто-то обнаружил? Спустя некоторое время Нин Шу снова подтолкнула плиту, чтобы сделать небольшую щель. Через эту щель она увидела пару туфель, которые были украшены разнообразными облаками. - Откуда взялась эта огромная крыса? Сюань Хунюй топнул по плите из известняка, чтобы поставить её на место. Нин Шу: … - Хозяин, это ваша подчинённая. Прошу, перестаньте топать. Нин Шу с силой толкнула плиту и отодвинула её в сторону, после чего подняла мешок и выбралась из туннеля. Когда Сюань Хунюй увидел Нин Шу, он удивлённо поднял брови. - Ты ещё не умерла? Нин Шу: … Она не знала, почему, но ей сейчас очень хотелось его поколотить. Он выглядел так, словно его действительно нужно побить. Как и ожидалось, он знал о том факте, что трупы его солдат смерти вывесили у городских ворот. Нин Шу осмотрела внешний вид Сюань Хунюя. Он совсем не выглядел, как заключённый. - Хозяин, эта подчинённая пришла сюда спасти вас. Идёмте, - сказала Нин Шу. Сюань Хунюй слегка прищурился и спросил без какого-либо интереса: - Уйти отсюда, чтобы пойти куда? - Куда угодно в этом великом и обширном мире. После этих слов Нин Шу развязала мешок. Внутри был труп мужчины. Сюань Хунюй глянул на труп, а затем поднял бровь и глянул в сторону Нин Шу. - Хозяин, прошу, идите с этой подчинённой, - сказала Нин Шу. Она явно пришла сюда, чтобы спасти его, так почему всё кажется таким трудным? Сюань Хунюй посмотрел на Нин Шу. - Так и куда мы пойдём? - Давайте поговорим об этом позже, сначала нужно отсюда выбраться. Можем мы уже сначала уйти отсюда, прежде чем беспокоиться о том, куда мы пойдём? - Ты принесла сюда труп, чтобы использовать его в качестве замены для этого принца? – на лице Сюань Хунюя появилась холодная улыбка. – Нечто столь низкое будет похоронено с почестями, которые полагаются принцу и наслаждаться поклонением императорскому клану? Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Грёбанный же ты боже мой! Как же тяжело ему угодить! ---------- Вообще-то, Мне Нужно Это Вернуть Неужели он думает, что ей легко было найти труп, который был схожего телосложения с ним? И он всё равно высказывал своё презрение к трупу. - Тогда, Хозяин, что делать этой подчинённой? – спросила Нин Шу с тупым выражением лица. Сюань Хунюй безразлично глянул на Нин Шу. - Убери труп обратно в мешок. С какой стати принцу сбегать, подделывая свою смерть? И вот так у Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как убрать труп обратно в мешок. Когда она посмотрела на пепельное лицо трупа, она молча помолилась, Амитабха Будда. Сюань Хунюй подошёл к свечам и взял одну, чтобы поджечь занавеску. Когда Нин Шу увидела это, она поспешно зашвырнула труп в туннель, а затем сама спрыгнула в туннель. Сюань Хунюй тоже прыгнул вниз, и сдвинул плиту обратно, закрывая проём. В туннеле стало совершенно темно. Нин Шу достала свой маленький факел и снова закинула мешок на плечо. Она сказала Сюань Хунюю: - Хозяин, следуйте за мной. Сюань Хунюй издал звук подтверждения. Всю дорогу через туннель они не разговаривали. Нин Шу чуть не умерла от изнеможения из-за того, что ей пришлось тащить труп человека. Изначально она намеревалась найти труп и положить его вместо Сюань Хунюя, чтобы люди подумали, будто Сюань Хунюй сгорел насмерть. Даже если после осмотра они выяснят, что труп не принадлежит Сюань Хунюю, к тому времени, они уже смогут уйти достаточно далеко. Однако Сюань Хунюй был слишком горд, чтобы использовать этот метод. Он предпочёл сделать вопрос о том, жив он или нет, тайной. Нин Шу презрительно поджала губы. Ты, блин и так уже всё потерял. Так какой смысл делать тайной вопрос о том, жив ли ты ещё? Будь ты мёртв или нет, ситуация не изменится! Выбравшись из туннеля, она протяжно вздохнула с облегчением, а потом запрыгнула на крышу. Она увидела, что в стороне императорского дворца огонь уже достиг небес. Пламя было очень сильным и освещало половину неба. В императорском замке разгорелся пожар, поэтому по всей столице были волнения. - Куда это ты собралась? Сюань Хунюй стоял посреди старой комнаты. Повсюду была пыль и паутина, но он всё равно выглядел как всегда великолепно и, казалось, освещал всю комнату. Нин Шу сказала: - Эта подчинённая собирается положить труп обратно в похоронный дом. До этого она выкрала этот труп из похоронного дома. Сюань Хунюй не проявил никаких эмоций, поэтому Нин Шу перепрыгнула через стену с трупом и ушла. Когда она вернулась, она увидела, что Сюань Хунюй сидит на стуле и подпирает подбородок рукой, глядя на пляшущее пламя в лампе. Когда он увидел, что Нин Шу вернулась, он холодно сказал: - Когда мы уходим? Завтра там наверняка будет много стражников. - Хозяин, городские ворота уже закрыты, так что у нас нет иного выбора, кроме как уйти завтра утром, - сказала Нин Шу. Сюань Хунюй ничего не ответил. Когда он увидел, что Нин Шу просто стоит и не двигается, он сказал: - Этот принц будет теперь отдыхать. Он имел в виду, что ей нужно ретироваться? Нин Шу развернулась и ушла. - Одиннадцатая, где этот принц должен спать? Сюань Хунюй был немного посрамлён. Когда Нин Шу вошла, она поняла, что тут особо нет места, где можно прилечь. Повсюду была грязь, поэтому она сказала: - Хозяин, утро будет уже совсем скоро. Просто потерпите немного и не спите. Выражение лица Сюань Хунюя было холодным, но он промолчал. - Хозяин, когда мы будем выходить из города, то нам обязательно придётся замаскироваться. Кого-то столь очаровательного, как вы определённо узнают без маскировки. Сюань Хунюй всё ещё ничего не сказал. Поэтому Нин Шу принялась усердно работать над лицом Сюань Хунюя. Его изначально величественные брови стали наклонными, а цвет его лица стал жёлтым и болезненным при помощи лечебного порошка. Последней частью были парчовые одежды Сюань Хунюя. Они действительно привлекали слишком много внимания. Нин Шу нашла низкосортный хлопковый наряд, в который мог бы переодеться Сюань Хунюй. Сюань Хунюй глянул на этот простой наряд, а потом молча посмотрел на Нин Шу. Нин Шу изобразила строгое и искреннее выражение на лице и сказала: - Хозяин, это всё ради того, чтобы выбраться из города. Прошу вас, смиритесь с этим. ---------- Потому Что Нет Денег Сюань Хунюй переоделся в серые одежды. Хоть её навык в маскировке и не был особо отполирован, он всё равно выглядел совсем не так, как раньше. Нин Шу тоже изменила свою внешность, так что уродливая девушка стала красивой молодкой. Сюань Хунюй глянул в сторону Нин Шу, а потом тут же отвёл свой взгляд. Сюань Хунюй не разговаривал с Нин Шу, за исключением тех вещей, которые нужно было обсуждать. ____________________ Огонь разгорелся во дворце, и он даже появился в том месте, где располагался третий принц. На то, чтобы затушить огонь, ушло немало времени, но после этого обнаружилось, что третьего принца внутри не было. Каким бы сильным ни был огонь, он не смог бы сжечь человека так, что от ничего не осталось. Сюань Сяотянь холодно хмыкнул. Рядом с ним была Шангуань Цинжоу, которая безрадостно надулась с выражением обиды на лице. - Сюань Сяотянь, почему ты не веришь мне, что между мной и Сюань Хунюем ничего не случилось? Сколько ты ещё будешь ходить с кислым лицом передо мной? Сюань Сяотянь потёр свой лоб, но ничего не сказал, а потом развернулся и ушёл. Он отправил людей, чтобы разузнать, где сейчас находится Сюань Хунюй. Сюань Сяотянь считал, что Сюань Хунюй весь день скачет, словно блоха. За такой короткий промежуток времени случился ещё один инцидент, потому что он ещё не успел разобраться с Сюань Хунюем. Это так раздражало. А теперь у Сюань Сяотяня чесались руки, чтобы поймать Сюань Хунюя и переломать ему все кости в теле. Когда Сюань Сяотянь отправил людей на поиски, Нин Шу и Сюань Хунюй уже покинули столицу и ехали верхом на лошади. - Хозяин, не могли бы вы немного опустить вашу голову? Эта подчинённая не видит дорогу впереди, - сказала Нин Шу, обращаясь к Сюань Хунюю, сидящему перед ней. Сюань Хунюй немного пригнулся. - Почему этот принц должен сидеть впереди? И почему у нас только одна лошадь? Нин Шу держала поводья в одной руке, а кнут в другой. Она ответила: - Эта подчинённая сидит позади, потому что так эта подчинённая сможет заблокировать атаки на Хозяина, если на нас нападут преследующие нас солдаты. Причина, почему у нас только одна лошадь в том, что у этой подчинённой были деньги на покупку только одной лошади. У Нин Шу действительно не было денег. Те деньги, которыми она рассчиталась за рытьё туннеля, и так уже пришлось наскрести. Она даже украла некоторые вещи из резиденции Сюань Хунюя и продала их. Сюань Хунюй, который сидел в объятиях Нин Шу: … Нин Шу планировала вернуться на ту базу и проверить, как поживает тот ребёнок. Нин Шу чувствовала себя очень виноватой по отношению к этому ребёнку. Как только они добрались до леса, они уже больше не могли ехать верхом и им пришлось идти пешком. Сюань Хунюй глянул на Нин Шу. - Мы направляемся на базу? Нин Шу кивнула. Хоть Сюань Хунюй и был принцем, он всё равно был довольно опытным воином в боевых искусствах. И поэтому ему было заметно легче идти по лесу. - Они все мертвы, так почему же ты всё ещё жива? – внезапно спросил Сюань Хунюй. Нин Шу обняла свой меч и честно ответила: - Они сказали, что эта подчинённая предала Хозяина, поэтому они не позволили этой подчинённой принимать участие в том нападении. Сюань Хунюй ничего не сказал в ответ. Нин Шу было очень любопытно по поводу того, что произошло между Сюань Хунюем и Шангуань Цинжоу. Они исчезли вместе на такое долгое время. - Хозяин, а вы и мисс Шангуань? – спросила Нин Шу. Сюань Хунюй глянул на Нин Шу, а потом мрачно усмехнулся. Его жёлтое лицо в паре с этой жуткой улыбкой казалось крайне зловещим. - Между нами ничего не было. Я её не трогал. В голосе Сюань Хунюя слышалось самодовольство и злорадство. Нин Шу: … Если ничего не было, так чего же ты такой счастливый? Чокнутый. - Этот принц рассказал Сюань Сяотяню о том, где у Шангуань Цинжоу на спине родинка, - сказал Сюань Хунюй с холодной ухмылкой. Нин Шу: Пфф… Нин Шу странно посмотрела на Сюань Хунюя. Насколько же злым он должен быть, чтобы сделать нечто подобное? Он специально сказал Сюань Сяотяню, что между ним и Шангуань Цинжоу что-то было, что они уже занимались этим. Однако Шангуань Цинжоу была обвинена ложно. Между ними вообще ничего не было, так почему же Сюань Сяотянь ей не верит? А было ли на самом деле что-то или нет, кто именно сможет сказать? ---------- Ребёнок-Волчонок Нин Шу была очень удивлена. С таким характером, как Сюань Хунюя, как такое возможно, что он ничего не сделал с Шангуань Цинжоу? Разве не он говорил всякое о том, что Шангуань Цинжоу принадлежит ему, даже её труп? Нин Шу глянула на Сюань Хунюя, идущего впереди. - Хозяину очень нравится мисс Шангуань? Сюань Хунюй тихо ответил: - Этот принц очень сильно любит её, но она предала этого принца, поэтому этот принц наказывает её. После небольшой паузы Сюань Хунюй добавил: - То, что я хочу, должно полностью принадлежать мне, но Шангуань Цинжоу уже запятнана. Нин Шу: →_→ Шангуань Цинжоу была запятнана? Только потому, что она не вышла за тебя замуж, она была запятнана? - Поэтому этот принц придумал кое-что новое. Она ведь хочет счастливой жизни с Сюань Сяотянем и прожить с ним до самой старости? Тогда я сделаю так, что они постоянно будут сомневаться друг в друге. Эта колючка должна всю жизнь колоть их сердца, - сказал Сюань Хунюй, слегка приподнимая свой подбородок. Нин Шу: … Как всё запутанно! Сюань Хунюй специально создал у Сюань Сяотяня впечатление, что между ним и Шангуань Цинжоу что-то было, но он не касался Шангуань Цинжоу. Таким образом, как бы Шангуань Цинжоу ни объяснялась и как бы ни пыталась сказать, что ничего не было между ней и Сюань Хунюем, в сердце Сюань Сяотяня всегда будет сидеть колючка, которую невозможно вытащить. И каждый раз, когда будет всплывать эта тема, эта колючка будет заталкиваться всё глубже и глубже. Нин Шу глянула на Сюань Хунюя и спросила: - Хозяин, вы действительно ничего не сделали с Шангуань Цинжоу? Сюань Хунюй глянул на Нин Шу. - Одиннадцатая, ты слишком много разговариваешь. Нин Шу заткнулась и они вдвоём пошли через лес в тишине. Пройдя половину дня, они наконец-то добрались до базы. На базе уже никого не осталось, отчего она казалась очень пустой. Тут всё ещё были какие-то вещи первой необходимости, что позволило бы им продержаться тут какое-то время. Сюань Хунюй отправился прямо в свою каменную комнату. Эта комната была сделана специально для него. Она была полностью обставлена мебелью и была довольно просторной. Сюань Хунюй посмотрел на Нин Шу. - Одиннадцатая, этот принц голоден. - Тогда эта подчинённая отправится на охоту. Нин Шу развернулась и вышла из пещеры, а потом быстро поскакала по деревьям в то место, где была волчица. Она хотела проверить, как поживает ребёнок. Когда она уехала в столицу, те маленькие волчата были ещё совсем щенками, но теперь они уже полностью выросли. Несколько волков резвились в логове, и среди них был грязный ребёнок. Он ползал по земле, словно волк, даже сидел он как волки. Его длинные волосы были грязными и спутанными. Этому ребёнку уже было около года, но он не проявлял никаких признаков попытки ходить на двух ногах. Наоборот, он ползал на всех четырёх, как волки, и даже прыгал как они. Возможно всё было из-за того, что он долгое время оставался с волками, но его взгляд был слегка холодным. Он даже подражал волкам, оскаливая зубы и издавая не совсем точный вой. Нин Шу подошла и взяла ребёнка, перехватив его поперёк тела. Ребёнок был ошарашен и зарычал на Нин Шу, яростно пытаясь вырваться. Он даже укусил Нин Шу. Нин Шу прижала его голову, чтобы он успокоился, а потом стукнула его по шее. Ребёнок тут же затих, как только почувствовал угрозу. После этого Нин Шу отправилась на реку и вымыла его. Ребёнок оскаливал свои зубы, с опаской глядя на Нин Шу, но Нин Шу просто зажала его голову и погрузила её прямо в воду с безразличным выражением на лице. Ребёнок перестал скулить и начал вести себя хорошо и стоять смирно, пока Нин Шу его мыла. Однако в его зрачках всё ещё виднелись злобные огоньки дикого зверя. После того, как Нин Шу вымыла ребёнка, она увидела, что не считая шрама от клинка на его груди, у него на теле есть и другие раны. Было ясно, что волки о нём не особо заботились. У него был шрам даже на лбу. Нин Шу вздохнула. Тогда, когда она оставила ребёнка тут, это было потому, что у неё не оставалось иного выбора. А теперь, раз уж вся работа почти сделана, она должна была проследить за тем, чтобы этот ребёнок вернулся в общество людей. Ребёнок воспользовался тем, что Нин Шу отвлеклась и яростно укусил её за руку, отказываясь разжимать челюсти. Нин Шу без каких-либо эмоций защемила мускул на руке ребёнка. Поначалу ребёнок отказывался её отпускать, но, вероятно из-за того, что ему было слишком больно, он, всё же, перестал её кусать. ---------- Буду Отцом Ребёнок смог настолько прокусить кожу на её руке, что даже потекла кровь. Несмотря на то, что он был маленьким, этот ребёнок был довольно злобным. Нин Шу снова схватила ребёнка поперёк тела, а потом поймала несколько кроликов на ужин. Когда она вернулась в пещеру и Сюань Хунюй увидел, что Нин Шу вернулась с таким большим ребёнком всего только после одной прогулки, он тихо спросил: - Что это за ребёнок? Увидев незнакомца, ребёнок тут же начал рычать на Сюань Хунюя. Это был странно звучащий волчий рык, так как голос был таким молодым и незрелым. - Ребёнок-волчонок? Сюань Хунюй улыбнулся и поднял ребёнка. Его глаза слегка прищурились. Кто знает, о чём он задумался? Когда ребёнок оказался под контролем Сюань Хунюя, он начал тихо скулить в сторону Нин Шу. Его тон голоса был очень жалобным, и похоже было, что он просит Нин Шу спасти его. - Я слышал, что люди, которые выросли, питаясь молоком диких зверей, имеют необычные природные таланты. Когда Сюань Хунюй посмотрел на нижнюю половину ребёнка, он добавил: - Генерал из Государства Чэнь, по слухам, тоже был ребёнком-волчонком. Государство Чэнь было страной, граничащей с этой страной. Обе они были примерно равны в плане силы. Нин Шу: →_→ - Хозяин, позвольте лучше этой подчинённой присматривать за ребёнком. Он всё ещё очень дикий. Нин Шу никак не могла избавиться от чувства, что Сюань Хунюй не подходит ни для чего хорошего. Сюань Хунюй поднял ребёнка на двух руках. - Ладно, этот принц решил воспитать этого ребёнка! Посмотрим, какими особыми способностями обладает ребёнок-волчонок. В будущем я заставлю его сразиться несколько раундов с генералом из Государства Чэнь. Нин Шу почесала затылок: Нет… Она планировала обучить ребёнка быть чуть более нормальным, а потом найти семью для ребёнка, а не оставлять его с ними двумя. Однако Сюань Хунюй захотел воспитывать этого ребёнка. Неужели он хочет воспитать из этого ребёнка очередного солдата смерти? - Хозяин, ребёнка воспитывать очень трудно. Будет лучше, если мы отошлём этого ребёнка, - сказала Нин Шу. Не нужно воспитывать из этого ребёнка солдата смерти. У Сюань Хунюя и так уже ничего не осталась, и за ним даже охотятся люди Сюань Сяотяня. У него нет никакого шанса изменить ситуацию, если только он не вернётся в свою вотчину. Нин Шу спросила: - Хозяин, мы теперь отправимся на вотчину? - Торопиться некуда. Сюань Хунюй посадил ребёнка на постель, и ребёнок тут же зажался в угол, после чего развернулся, чтобы выступить против Сюань Хунюя. Он наклонил тело вперёд в позе готовности к атаке. Сюань Хунюй очень этому обрадовался. - Такой ребёнок, а у него уже столь острые чувства. Нин Шу прикрыла лоб рукой. Она уже начала жалеть о том, что принесла этого ребёнка обратно. Она не ожидала, что Сюань Хунюй так заинтересуется этим ребёнком. Однако она не планировала отдавать ребёнка ему. Этот ребёнок и так был неудачливым с самого начала, так что, если он останется вместе с Сюань Хунюем, он станет только ещё более неудачливым. - Хозяин, эта подчинённая найдёт завтра подходящую семью для этого ребёнка. Хозяин, вам будет неудобно носить с собой повсюду ребёнка, с вашей-то личностью. Сюань Хунюй поднял брови, когда холодно глянул на Нин Шу. - Одиннадцатая, ты что, отказываешься подчиняться моим инструкциям? - Одиннадцатая просто думает о вашем благополучии, Хозяин, - спокойно ответила Нин Шу. – Хозяин, какого человека вы хотите из него вырастить? - Этот принц уже сказал, что этот принц хочет, чтобы ребёнок вырос как генерал из Государства Чэнь. Сюань Хунюй выглядел недовольным. Было ясно, что ему очень не нравится неподчинение Нин Шу. Нин Шу сказала: - Но ребёнку нужны родители. - Родители? Тогда я буду отцом ребёнка. Сюань Хунюй ухмыльнулся. Было ясно, что он всерьёз заинтересован в том, чтобы воспитать ребёнка. ---------- Поистине Имелось Много Талантов Нин Шу увидела, что Сюань Хунюй искренне заинтересован в этом ребёнке. Если она скажет что-нибудь ещё, то Сюань Хунюй, вероятно, убьёт её. А по поводу того, что Сюань Хунюй сказал, будто хочет быть отцом этому ребёнку, Нин Шу лишь мысленно презрительно сплюнула. Она внезапно начала чувствовать жалость к этому ребёнку. Он неудачным образом привлёк внимание Сюань Хунюя. У него поистине неудачная судьба. В прошлом он чуть не умер, а теперь снова оказался во власти Сюань Хунюя. - Одиннадцатая, этот принц голоден, - Сюань Хунюй увидел, что Нин Шу всё ещё стоит, не двигаясь, поэтому он добавил: - Сын этого принца тоже голоден. Какого хрена? Это же ты хотел растить и воспитывать ребёнка, вот ты и готовь! Нин Шу вышла из каменной комнаты и убила принесённых кроликов. Однако, когда она вспомнила о ребёнке, она нарезала мясо кроликов на маленькие кусочки и смешала их с рисом, чтобы сделать мясную кашу. У солдат смерти поистине имелось много талантов. Им нужно было не только знать, как убивать людей, но им также нужно было знать, как готовить. Они должны были исполнять запросы своего хозяина во что бы то ни было. Кухня наполнилась дымом. В силу того факта, что они были в пещере, дым не особо выветривался. Нин Шу чувствовала, что она вот-вот задохнётся, но ей всё же удалось закончить приготовление риса. После этого она посыпала сверху немного соли и сочла, что всё готово. Сюань Хунюй посмотрел на жидкую кашу. Мясо кролика, которое было в ней, стало совсем белым. И всё это выглядело совсем не аппетитным. - Одиннадцатая, и ты хочешь, чтобы этот принц ел это? И так уже хорошо, что вообще есть хоть что-то съедобное, ясно? Нин Шу мысленно закатила глаза, но она изобразила на лице стыдливое выражение и сказала: - Эта подчинённая знает, как готовить только это. Если он не хочет это есть, то может просто начать голодать. И хотя Сюань Хунюю еда не понравилась, ребёнок, который сидел на каменной постели, потянулся на запах. Он подполз, чтобы глянуть на содержимое в тарелке. - О, так тебе это нравится? Сюань Хунюй дал ребёнку полную ложку. Однако эта каша была только что наложена из котелка, и поэтому была очень горячей. Она тут же обожгла губы ребёнка. Ребёнок начал кричать от боли. Нин Шу тут же напоила ребёнка холодной водой. Когда она заглянула ему в рот, она увидела, что тот весь покраснел от ожога. Она даже не знала, появятся ли там волдыри или нет. - Этот… этот принц сделал это не специально, - сказал Сюань Хунюй. – Этот принц не знал, что каша будет такой горячей. Когда ты её принесла сюда, тебе нужно было заранее проверить, насколько она горячая. Да ты охуел? А ты не должен был как минимум подуть немного и проверить, насколько она горячая, прежде чем есть? И ты ещё говоришь, что хочешь быть папой для этого малыша? Похоже, это будет чудо, если этот ребёнок вообще выживет. Нин Шу вежливо улыбнулась Сюань Хунюю. Сюань Хунюй спрятал руки за спину и отвёл взгляд, избегая смотреть ей в глаза. Нин Шу взяла тарелку и подняла ложку. Она дула на рис до тех пор, пока он не остыл, прежде чем поднести ложку ко рту ребёнка. Ребёнку очень понравилось есть кашу и он съел целых две тарелки. Для ребёнка его размера – это довольно много. - Неплохой аппетит, - сказал Сюань Хунюй. – Ах, да, этому ребёнку ведь нужно имя. Что же ему подойдёт? Сюань Хунюй начал размышлять над тем, какое имя дать ребёнку. Нин Шу не обратила на него внимания и начала есть кашу. Однако она совсем не имела вкуса. Мясо кролика на вкус было очень рыбным. Она смогла заставить себя съесть лишь пару кусочков. Сюань Хунюй долго размышлял над именами, пока не придумал имя: Сюань Месяо. Сюань Месяо?! Это "сяо" – это же не то, о чём она подумала, верно? А нормально ли вообще давать ребёнку такое имя? #комментарий анлейта: "Ме" – это "уничтожать", а "Сяо" – это сокращение от имени пятого принца Сяотяня. ---------- Начал Сомневаться в Таком Образе Жизни То, как звучало имя Сюань Месяо… Лицевые мускулы Нин Шу передёрнуло. По какой-то причине, каждым своим движением Сюань Хунюй дразнил смерть без ограничений. Он выглядел холодным и обладал величественной аурой, но всё, что он делал – это лишь портил впечатление Нин Шу о нём. - Хозяин, а это действительно хорошее имя? – спросила Нин Шу. Он не только сам дразнил смерть, он ещё и заставлял ребёнка, который ничего не знает, дразнить смерть вместе с ним. Выражение лица Сюань Хунюя стало холодным. Он был очень недоволен реакцией Нин Шу. - Разве оно плохо звучит? Если Сюань Месяо звучит плохо, тогда давай просто назовём его Сюань Тусяо. Нин Шу: Пффф… Даже если ты ненавидишь Сюань Сяотяня, ты не должен себя так вести. Нин Шу решила, что Сюань Хунюй делает это нарочно. - Главное, чтобы вы были счастливы, Хозяин. Нин Шу состроила гримасу. Когда Сюань Хунюй сказал, что хочет воспитать этого ребёнка, он начал зачитывать какие-то трудные для понимания ребёнком вещи. Ребёнок просто свернулся клубком и уснул. Он вообще не обратил внимания на Сюань Хунюя. Насчёт этого всё, что могла сказать Нин Шу, это "главное, чтобы вы были счастливы". Сюань Хунюй явно не обладал никаким опытом в заботе о ребёнке, поэтому вся эта ответственность пала не плечи Нин Шу. Нин Шу приходилось каждый день кормить ребёнка, купать его, учить его ходить на двух ногах. Когда она говорила, она преувеличенно изображала движения ртом, чтобы этот ребёнок перестал выть как волк. Даже сейчас, когда ребёнок плакал, он всё равно звучал, как скулящий волчонок. Тем временем, вся ответственность Сюань Хунюя сводилась к тому, что он давал ребёнку культурную пищу. Он каждый день рассказывал ребёнку о тех вещах, которые даже Нин Шу не могла понять. Заботиться о ребёнке было очень утомительно. Нин Шу была очень раздосадована, особенно потому, что ребёнок ползал только по-волчьи. Когда она поднимала его, чтобы он вставал на ноги, он чувствовал себя очень неуютно и даже кусал её. Когда он хотел в туалет, он не издавал ни звука и просто какал там, где был, поэтому он всегда был перемазан в какашках. Нин Шу не знала, что растить и воспитывать ребёнка было настолько сложно. Это было одновременно и психологически, и физически утомительно. А говорить с ним было совершенно бесполезно, потому что он всё равно ничего не понимал. Нин Шу постоянно повторяла очищающую сердце мантру. Когда она вспоминала, что это отчасти и её вина, что этот ребёнок стал таким, она подавляла то раздражение, которое чувствовала. После того, как она некоторое время кормила его, ребёнок начал постепенно привыкать к Нин Шу и стал больше к ней тянуться. Однако он всё ещё не знал, как говорить. Когда Нин Шу держала его за руки, он мог сделать пару шагов на ногах, но не более того. В пещере больше не осталось еды. Нин Шу планировала пойти в город и добыть немного припасов, а заодно и поспрашивать о нынешней ситуации. Нин Шу сказала Сюань Хунюю: - Хозяин, эта подчинённая сходит купить немного еды. Прошу, присмотрите за Сюань… Месяо. Сюань Хунюй безразлично кивнул. - Иди, этот принц сможет присмотреть за ним. Нин Шу не верила, что Сюань Хунюй сможет вообще хоть как-то присмотреть за ребёнком. - Хозяин. Нин Шу посмотрела на Сюань Хунюя. Сюань Хунюй глянул на Нин Шу, а потом сказал, словно оказывал услугу: - Ладно, возвращайся поскорей. Нин Шу: →_→ - Хозяин, у этой подчинённой нет денег, - сказала Нин Шу. Сюань Хунюй снова глянул на Нин Шу, а потом отправился в свою каменную комнату, чтобы принести несколько слитков серебра. - Возвращайся скорее. Нин Шу взяла серебро. Как и ожидалось, у него были деньги. Но, всё же, это была одна из баз Сюань Хунюя. - Принеси немного готовых блюд, когда вернёшься, - сказал Сюань Хунюй. Сюань Хунюй был из тех, кто не особо заботится о хорошей еде, но он, вероятно, начал сомневаться в таком образе жизни, после того как столь долго ел приготовленную Нин Шу еду. Нин Шу взяла серебро и ушла. Первым делом она купила всё необходимое. А потом начала ходить по столице, чтобы разузнать новости. И те новости, которые она узнала, немного ошарашили её. Сюань Хунюй был признан мёртвым. Когда в Длинном Дворце разгорелся пожар, Сюань Сяотянь поспешил воспользоваться этим преимуществом, чтобы объявить, будто Сюань Хунюй умер в огне. "Сюань Хунюй" даже был похоронен. Нин Шу нахмурила брови. Таким образом Сюань Сяотянь напрямую обрезал Сюань Хунюю пути к отступлению. Сюань Хунюй уже не мог вернуться на свою вотчину, так как "Сюань Хунюй" был мёртв. Если он вернётся на свою вотчину, то его могут даже арестовать за то, что он выдаёт себя за члена императорской семьи. Это было серьёзное преступление. Сюань Хунюй был очень хорош в том, чтобы дразнить смерть. Благодаря своим усилиям он лишился своей женщины и даже потерял свой почётный статус. В будущем, он даже не сможет открыто говорить своё собственное имя. #комментарий анлейта: "Ту" в имени Сюань Тусяо означает "кровавый убийца". ---------- Ты Слишком Много Говоришь Нин Шу была уже не в настроении, чтобы покупать Сюань Хунюю еду. Она просто купила немного крупы, а потом отправилась обратно. Она привезла крупу к пещере, но, как только она вошла в каменную комнату, она почувствовала предательскую вонь какашек. Сюань Хунюй стоял в углу, излучая вокруг себя мрачную ауру, и наблюдал за тем, как ребёнок, обмазанный какашками, ползал по полу. Везде, где проползал малыш, оставался след из какашек. Нин Шу: … Даже если бы он не стал мыть ребёнка и просто вынес бы его в корзине, то комната не оказалась бы в таком состоянии. - Скорее вынеси его отсюда, - холодно сказал Сюань Хунюй. Какого хрена? Это же ведь твой сын! Ты же сам дал ему свою фамилию Сюань! Раз ты собираешься быть отцом, то должен и нести за него ответственность, как отец! Нин Шу окунула ребёнка в воду и начисто вымыла его, прежде чем посадить на каменную постель. Сюань Хунюй рылся в тех вещах, что привезла Нин Шу. - Где еда, которую я сказал тебе купить? Он всё ещё был в настроении есть после всего этого? Нин Шу сказала: - Хозяин, всё ужасно. Сюань Хунюй глянул на Нин Шу и та начала рассказывать обо всех тех новостях, что собрала в городе. Когда Сюань Хунюй выслушал эти новости, его выражение лица ничуть не изменилось, поэтому Нин Шу не смогла определить, о чём он думает. Она спросила: - Хозяин, что же нам теперь делать? Сюань Хунюй глянул на Нин Шу и ничего не ответил. Когда Нин Шу увидела его таким, она решила просто пойти готовить. Нынешнему Сюань Хунюю действительно ничего не осталось. Нет, постойте, у него всё ещё была она, его солдат смерти, и сын. Нин Шу была как раз в процессе кормления Сюань Месяо, когда Сюань Хунюй вышел из своей каменной комнаты. У него на лице было всё то же ничуть не обеспокоенное выражение, а вокруг него витала всё та же величественная аура дворянина. Сюань Хунюй приказал Нин Шу наложить ему немного риса. Пока он ел, каждое его движение было элегантным и величественным. Даже когда он был в простой каменной комнате, наблюдая за ним, создавалось впечатление, что на самом деле вы находитесь в нефритовом дворце, украшенном драгоценными камнями. Нин Шу молча наблюдала с Сюань Хунюем, а потом спросила: - Хозяин, что же нам теперь делать? - Может, перестанешь уже постоянно спрашивать одно и то же? – холодно сказал Сюань Хунюй. Нин Шу презрительно поджала губы. Глядите, даже он не знает, что делать. Раз всё уже сложилось подобным образом, то Сюань Хунюй должен просто жить обычной жизнью. Всё-таки, императором теперь был Сюань Сяотянь. С самого начала они были на разных уровнях. Если Сюань Хунюй захочет убить Сюань Хунюя, то ему для этого нужно лишь взмахнуть рукой. - Хозяин… - Утихни, - оборвал Нин Шу Сюань Хунюй. У Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как перестать говорить. На следующий день Сюань Хунюй проснулся рано утром и сказал Нин Шу, которая делала завтрак, окружённая огнём и дымом: - Замаскируй лицо этого принца. Этот принц собирается сходить в город. Нин Шу спросила: - Хозяин, зачем вы хотите сходить в город? - Одиннадцатая, ты слишком много говоришь, - холодно сказал Сюань Хунюй. Нин Шу раздражённо поджала губы и воспользовалась своим очень дрянным навыком маскировки, чтобы помочь Сюань Хунюя замаскироваться. По сути, она просто делала всё возможное, чтобы сделать его уродливым. Внешность Сюань Хунюя была крайне хорошей и он имел естественную благородную ауру, поэтому это было действительно трудно сделать. Такие вещи, как аура, идут словно от самих костей. После некоторых трудностей, ей, наконец-то, удалось сделать его внешность приемлемой. Нин Шу не удержалась от того, чтобы спросить: - Хозяин, вам одному будет очень опасно ходить в городе. Разве эта подчинённая не должна пойти с вами? Нин Шу должна была проследить за тем, что Сюань Хунюй выживет. По крайней мере, Сюань Хунюй должен прожить до тех пор, пока она не покинет этот мир. А касательно того, что произойдёт после того, как она уйдёт, выживет Сюань Хунюй или нет, это уже не её проблема. Сюань Хунюй холодно глянул на Нин Шу. - Что ты имеешь в виду, говоря об опасности. Этот принц ведь не собирается вламываться в императорский дворец. А ведь мог бы. Нин Шу считала, что Сюань Хунюй с такой страстью дразнил смерть, что вполне мог сделать нечто подобное. Если Сюань Сяотянь поймает его, то Нин Шу уже не была уверена в том, что сможет вытащить его во второй раз. Сюань Сяотянь, вероятно, тоже постарается убить Сюань Хунюя как можно скорее, чтобы не дать тому создавать ещё больше проблем. Нин Шу была полна тревоги. Пожалуйста, не делай ничего поспешного! Нин Шу стала увещать Сюань Хунюя: - Хозяин, прошу, пожалуйста, будьте осторожны. Сюань Хунюй кивнул, а потом глянул на Сюань Месяо, который ползал по полу. - Как следует присматривай за ним. Этот принц очень скоро вернётся. ---------- Слух Об Императорской Любовной Интрижке После того, как Сюань Хунюй ушёл, Нин Шу никак не могла избавиться от чувства тревожности. Она очень переживала, что Сюань Хунюй создаст там себе какие-нибудь проблемы. Около полудня Сюань Хунюй наконец-то вернулся. Нин Шу облегчённо выдохнула, когда увидела, что этот парень вернулся в безопасности. Однако, когда она увидела улыбку на его лице, её беспокойство снова вернулось. - Хозяин, вы будете кушать? – спросила Нин Шу. Сюань Хунюй небрежно отмахнулся. Нин Шу почувствовала слабый запах алкоголя, идущий от него. Скорее всего, он уже поел. Сердце Нин Шу чесалось от любопытства. - Хозяин, зачем вы сегодня ходили в город? - Одиннадцатая, ты что же это, допрашиваешь этого принца? Выражение лица Сюань Хунюя стало холодным. - Эта подчинённая не смеет. Нин Шу видела, что Сюань Хунюй явно ей чего-то не рассказывает, но, поскольку он отказывался отвечать на её вопросы, то она просто найдёт повод сходить в город. Она решила сходить купить немного овощей для ребёнка, чтобы выяснить, что же там натворил Сюань Хунюй. Когда Сюань Хунюй услышал, как Нин Шу говорит о том, что она хочет сходить за покупками, его лицо сразу потемнело. В итоге, он сказал: - Возвращайся поскорее, а иначе он начнёт ка… ну, ты знаешь, размазывать повсюду. Как изысканный дворянин, естественно, он не мог произнести столь вульгарное слово. После того, как Нин Шу пришла в город, она обнаружила, что охрана снова усилилась, а на стенах даже появились ордеры на арест Сюань Хунюя. В этом ордере говорилось, что Сюань Хунюй – это сбежавший преступник. Нин Шу: ??? Что же такое сделал Сюань Хунюй, когда пришёл в город, раз Сюань Сяотянь даже выписал ордер на его арест? Чем он смог заставить Сюань Сяотяня снова взорваться от гнева? Нин Шу вошла в чайный дом. Проще всего узнавать новости о столице в подобных местах. Затем Нин Шу подслушала разговор, который заставил её выплюнуть свой чай. А именно: что регулирующий принц был заживо сожжён нынешним императором в Длинном Дворце. Его тело было обуглено до такой степени, что даже предыдущий император не смог бы его опознать. А вот насчёт того, почему император убил регулирующего принца, так это потому, что регулирующий принц надел на императора зелёную шапку. Императрица Шангуань Цинжоу переспала с регулирующим принцем, поэтому император сжёг заживо регулирующего принца в приступе гнева. Этот слух об императорской любовной интрижке был на слуху по всему городу. Даже если Сюань Сяотянь захочет прекратить эти слухи, он ни за что не сможет заткнуть так много ртов. Нин Шу: … Это явно было дело рук Сюань Хунюя. Сюань Сяотянь признал его мёртвым, поэтому он решил нацепить на Сюань Сяотяня зелёную шапку. Э-это… Нин Шу даже не знала, что сказать. Она могла лишь преклониться перед Сюань Хунюем. Как вообще ему удалось покалечить восемьсот своих воинов, чтобы ранить тысячу вражеских? Более того, Сюань Хунюй был даже одним из тех людей, кто замешан в этом инциденте. Было ясно, что Сюань Хунюй успокоится, только когда сам доведёт себя до смерти. Он не только настоял на том, чтобы отомстить Сюань Сяотяню за то, что тот объявил его мёртвым, но при этом ещё и попытался испортить отношения Сюань Сяотяня с Шангуань Цинжоу и репутацию Шангуань Цинжоу. Императрица страны, которая сотворила нечто подобное? Нынешняя Шангуань Цинжоу явно была сейчас не в самом лучшем положении. Даже если Шангуань Цинжоу была невиновна, мир всё равно будет сомневаться в том, действительно ли она невиновна. А самой удручающей частью во всём этом было то, что Шангуань Цинжоу действительно была невиновна. Если бы она действительно совершила нечто подобное, то она бы согласилась признать своё преступление, но она действительно не делала ничего подобного… Это было одновременно и психологически и физически утомительно. По сути, этот слух поджаривал Шангуань Цинжоу на гриле. Наконец, Нин Шу поняла, почему Сюань Хунюй не трогал Шангуань Цинжоу. ---------- Истинной Любовью Был Сюань Сяотянь Когда Сюань Хунюй уже сам похитил Шангуань Цинжоу, он ничего с ней не сделал. Он даже устроил ей экскурсию по красивым видам. Слухи гласили, что Шангуань Цинжоу даже сочла это довольно весёлым мероприятием. Шангуань Цинжоу явно не ожидала, что потом произойдёт нечто подобное. Сюань Хунюй сказал, что он хочет испортить жизнь Шангуань Цинжоу, и, судя по тому, что происходило сейчас, он действительно испортил ей жизнь. У него всё ещё были чувства к Шангуань Цинжоу, поэтому он использовал этот способ, чтобы испортить жизнь Шангуань Цинжоу. Его собственническая одержимость была поистине ужасающей. Что касается Сюань Сяотяня, то он, вероятно, уже сходил с ума от гнева. Этот метод создал проблемы для всех. Однако у нынешнего Сюань Хунюя уже ничего не осталось. Босоногие люди больше не боятся потерять обувь. Нин Шу купила немного овощей, а потом отправилась обратно в горы. Когда она вернулась, она увидела, что Сюань Хунюй держит книгу и снова читает Сюань Месяо что-то трудное для восприятия. Когда она вспомнила слухи из столицы, ей пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить своё раздражение. Она решила, что уже пришло время сменить местоположение. Если они продолжат ждать в этой пещере, то их обязательно поймают, особенно если учесть способность Сюань Хунюя вот так дразнить смерть. Когда Сюань Месяо увидел, что Нин Шу вернулась, он даже встал и пошатываясь пошёл к ней. Нин Шу поставила вещи, которые держала в руках, чтобы поймать ребёнка, который вот-вот был готов упасть. Сюань Хунюй глянул на Нин Шу, а потом закрыл книгу и отправился обратно в свою каменную комнату. Нин Шу последовала за ним и спросила: - Хозяин, может, нам стоит сменить местоположение? Нин Шу чувствовала, что они больше не могут тут оставаться. Каждый раз, когда она приходила в город за покупками, она покупала в разных магазинах, беспокоясь, что её могут узнать. Однако в столице уже больше было небезопасно, учитывая то, как много стражников её патрулировали и все те ордеры на арест, висящие повсюду. За сбежавших преступников, будь они живыми или мёртвыми, награда всё равно была большой. Императорский ордер лишь показывал, в какой ярости сейчас был Сюань Сяотянь. Поэтому им нужно переехать в другое место. Она всё ещё была в этом мире, а это означало, что задание ещё не закончено. Всё, чего ей сейчас хотелось – это убрать Сюань Хунюя как можно дальше от Сюань Сяотяня. Если они будут слишком близко, то наверняка может случиться какой-нибудь инцидент. Сюань Хунюй поднял брови. - Даже если мы и уйдём, то это будет не сейчас. Нин Шу: … Неужели ты хочешь ещё какое-то время понаблюдать за страданиями Сюань Сяотяня? Если ты будешь слишком много радоваться неудачам других людей, то, прежде чем ты успеешь это осознать, всё развернётся в твою сторону! А если ты, блин, действительно будешь пойман Сюань Сяотянем, то твоя смерть будет совсем не красивой! Подёргав тигра за бороду ты не сматываешься, а наоборот, скачешь вокруг него, радуясь выражению боли на морде тигра? Подобная манера дразнить смерть поистине расширила мировоззрение Нин Шу. - Хозяин… - Утихни, - Сюань Хунюй оборвал Нин Шу. – Этот принц голоден. Нин Шу очень хотела влепить ему пощёчину. Похоже, что если кто-то хочет дразнить смерть, то остановить его было просто невозможно. Нин Шу озлобленно нарубила овощи, затем покромсала мясо, после чего закинула всё это в котелок с кашей. Это единственное, что она могла приготовить. Жареная еда была для неё слишком высокоуровневой. Когда она подала еду, Сюань Хунюй глянул на содержимое своей тарелки, а потом беспомощно покачал головой. Пока Нин Шу кормила Сюань Месяо, она сказала Сюань Хунюю: - Хозяин, эта подчинённая считает, что нам, всё же, будет лучше сменить местоположение. Это место слишком опасное. Власть императорской семьи нельзя недооценивать. Нин Шу не думала, что им тут безопасно оставаться. - Более того, Хозяин, на вас выписали ордер на арест. - Вот именно из-за ордера на арест нам и нужно оставаться тут. Если я отсюда уйду и буду часто общаться с людьми, то меня узнают, - спокойно ответил Сюань Хунюй. Нин Шу лишилась дара речи. Разве это не ясно, что ты просто не хочешь уходить? Почему же он так на этом зациклен? Такое ощущение, что на самом деле истинной любовью Сюань Хунюя был Сюань Сяотянь. Он готов был поставить свою жизнь на кон, лишь бы доставить каким-нибудь образом хлопот Сюань Сяотяню. Ах ты, озорной маленький дьяволёнок! ---------- Стирать, Крахмалить и Шить Сюань Хунюй глянул на Нин Шу, а потом спокойно сказал: - Если ты хочешь уйти, то просто уходи. Этот принц не будет заставлять тебя оставаться тут. Нин Шу очень хотела уйти и покончить со всем этим, но, как только она вспомнила о задании, она уже не могла быть такой неподатливой и прямо сказать те слова, которые она очень хотела сказать: "эта мадам больше не будет с тобой играть!" И хотя сама она умела лишь смешивать различные ингредиенты, чтобы сварить некое подобие каши, она была уверена в том, что, как только она уйдёт, Сюань Хунюй закончит тем, что будет есть грязь. К тому же, разве кто-то вроде Сюань Хунюя сможет присматривать за его сыном? Он не задумываясь настоял на том, чтобы усыновить этого ребёнка, но есть ли у него способность присматривать за этим ребёнком? Нин Шу состроила гримасу и с большой неохотой сказал: - Хозяин должно быть шутит. Эта подчинённая – тайный охранник Хозяина, как эта подчинённая может покинуть своего Хозяина? Сюань Хунюй кивнул, а потом сказал: - Какое-то время не ходи в город за покупками. - Поняла. Губы Нин Шу дёрнулись. Конечно же она и без того не собиралась заходить в город в такой ситуации. Она больше беспокоилась о том, что Сюань Хунюй создаст ещё какие-нибудь проблемы. - Хозяин, вам тоже не стоит туда ходить, – сказала Нин Шу. Сюань Хунюй кивнул, а потом отложил свои палочки. - Как же мне надоело есть это каждый день. В следующий раз добавь немного масла и поджарь чего-нибудь. - Хозяин, в каше есть мясо и овощи. Она очень полезна для здоровья, - сказал Нин Шу. – Ребёнку тоже нравится её есть. После этого Сюань Хунюй вёл себя как послушный мальчик. Он либо читал Сюань Месяо какие-нибудь трудные для понимания книги, или ходил на реку ловить рыбу. Он выглядел так, словно был на отдыхе. Однако сердце Нин Шу было наполнено беспокойством. Когда она видела, что Сюань Хунюй дразнит смерть, её сердце трепетало от страха. Но даже теперь, когда он перестал дразнить смерть, её сердце всё равно беспокойно дрожало. Столкнутся с таким хозяином – это всё равно, что получить чёртову неудачу за восемнадцать жизней! Однако была одна вещь, которая очень радовала Нин Шу. И это то, что Сюань Месяо теперь мог прислоняться к стене и медленно ходить самостоятельно. Время от времени он даже издавал некоторые простые звуки. Было ясно, что он пытается научиться говорить, подражая Нин Шу и Сюань Хунюю. Она внезапно почувствовала гордость, словно она была мамой. И хотя Сюань Хунюй считал этого ребёнка своим сыном, он не особо о нём заботился. Всем воспитанием занималась Нин Шу. Иногда ей даже удавалось сшить какой-нибудь простой наряд. Жизнь поистине была суровой. Человек, который умел лишь обращаться с клинком, теперь вынужден был взять иглу для вышивки и шить. Каждый день она только и делала, что стирала, крахмалила и шила. А помимо этого, она готовила и занималась домашними делами. В каждом мире она поистине сталкивается с совершенно новым образом жизни. Однако все эти повторяющиеся дни были очень утомительными и психологически изнурительными. Для женщины – оставаться дома и заниматься всеми домашними делами, было также утомительно, если не больше, как и работать в какой-нибудь фирме. Нин Шу очень надеялась, что когда Одиннадцатая вернётся, она сможет найти своё собственное счастье, вместо того, чтобы считать Сюань Хунюя единственной ценностью в своей жизни. Она не хотела, чтобы Одиннадцатая продолжила ждать, что Сюань Хунюй будет просто выдавать ей задания, а она продолжит стоять позади Сюань Хунюя ничего не спрашивая и не тая обиды. Даже если другие относились к ней как к инструменту, она сама не должна считать себя инструментом. Каждый человек чувствует радость и боль. Одиннадцатая имела право на поиски своего собственного счастья и на возможность стать счастливой. Сюань Хунюй вёл себя так, словно Одиннадцатая была лишь инструментом. Какие чувства у него могут быть по отношению к инструменту? Даже сейчас, хоть он и был в тяжёлой ситуации, перед ней он всё равно казался равнодушным и отчуждённым. Его образ мышления уже был зафиксирован. Это всё равно что фермер, который не будет удосуживаться тем, что станет вежливо обращаться с тяпкой, которую держит в руках. Поэтому Нин Шу надеялась, что Одиннадцатая сможет в будущем устроить свою собственную жизнь, вместо того, чтобы продолжать считать Сюань Хунюя своей единственной психологической опорой. Если честно, кто-то, обладающий таким статусом, как у Сюань Хунюя, не будет задумываться о благосостоянии таких, как Одиннадцатая, прежде чем делать хоть что-либо. Тем временем, люди вроде Одиннадцатой должны рисковать своими жизнями ради Сюань Хунюя. Так много тайных охранников умерли, пытаясь спасти Сюань Хунюя, но он не сказал по этому поводу ни слова. ---------- Должно Быть, Он Мазохист В итоге, Нин Шу всё равно решила покинуть это место. Столицу переворачивали вверх дном. Стражники не только обыскивали город, они уже начали расширять круг поиска за пределы столицы, чтобы найти Сюань Хунюя. Сюань Сяотянь явно был решительно настроен на поимку Сюань Хунюя. В этот раз Сюань Хунюй действительно уколол его в больное место. Если они не уйдут, то их обязательно поймают. Однако Нин Шу практически разваливалась на части от того факта, что Сюань Хунюй отказался уходить. У неё сложилось впечатление, что Сюань Хунюю уже больше нет дела, выживет он или умрёт, поэтому его больше ничего не волновало. При одном только взгляде на него у неё появлялось такое сильное раздражение, что даже зубы болели. Нин Шу сгорала от волнения. Даже повторение вопросов к экзамену для поступления в колледж не могло её успокоить. Она наблюдала за лениво расхаживающим Сюань Хунюем. Раз он отказывался уходить, то ей просто придётся применить силу. Ради своего задания, она решила пойти на это. Если бы не задание, то она бы точно просто продолжила с улыбкой наблюдать за тем, как Сюань Хунюй дразнит смерть. Она коснулась лечебного порошка, который был запрятан у неё в нагрудном кармане, а потом холодно улыбнулась. ____________________ Под светом луны Нин Шу правила повозкой, движущейся по дороге. Она уже придумала хорошее место назначения. Нин Шу подняла занавеску и заглянула в повозку, глядя на спящих Сюань Хунюя и Сюань Месяо. Он никак не мог оценить то, что люди пытаются обсудить с ним важные вещи и настаивал на том, что люди должны использовать только силу. Должно быть, он мазохист. Нин Шу не спала ни единой секунды на протяжении всей ночи и продолжала ехать на повозке вперёд. Она считала, что лучше всего убраться как можно дальше от столицы. Когда начался день, Нин Шу остановилась, чтобы позволить лошади немного отдохнуть. Она начала разводить костёр, чтобы приготовить какой-нибудь завтрак. - Это… это что ещё за место, чёрт подери? Сюань Хунюй вышел из повозки. Когда он выходил, он немного не рассчитал и стукнулся головой о верх повозки. Он пошатнулся, а потом потёр свой лоб, всё ещё чувствуя лёгкое головокружение и тяжесть в голове. Он огляделся по сторонам, а потом спросил у Нин Шу: - Одиннадцатая, что ты делаешь? Ты проявляешь неуважение по отношению к своим старшим. Сюань Хунюй холодно посмотрел на Нин Шу. Его глаза слегка прищурились с убийственным намерением. - Эта подчинённая просто приняла во внимание вашу безопасность, Хозяин. Какие-то подозрительные люди уже начали поиски вокруг базы. Если бы мы не уехали, то нас бы точно поймали, - объяснила Нин Шу. Их было всего двое, а у Сюань Сяотяня была целая армия. Как, чёрт возьми, можно было бы вообще победить при таком столкновении? Сюань Хунюю не было дела до своей жизни, но Нин Шу должна была убедиться в том, что Сюань Хунюй выживет. Если она не выполнит задание, то будет уничтожена. Блин, защищать человека, который регулярно и настойчиво дразнит смерть – это та ещё боль. Сюань Хунюй холодно посмотрел на Нин Шу. Он подошёл к ней, а потом сказал: - Этому принцу хочется пить. Налей мне чашку воды. Нин Шу сходила к повозке, чтобы принести чашку, а потом налила немного воды из кожаного мешка, после чего подала чашку Сюань Хунюю. Сюань Хунюй потянулся, чтобы взять чашку, но застыл на месте, когда увидел свою руку. Он в шоке уставился на свою руку. Прекрасная нефритовая рука Сюань Хунюя была покрыта овальными язвами, которые были наполнены жёлтым гноем. Сюань Хунюй был ошеломлён. Он покрутил своей рукой, чтобы осмотреть её со всех сторон. Как его рука стала такой всего за одну ночь? Он коснулся своего лица и обнаружил, что эти штуки были также и на его лице. - Это… что это такое? Сюань Хунюй был одновременно и озадачен, и потрясён. На лице Нин Шу появилась печаль. Она открыла рот, но замешкалась. В итоге, она, всё же, сказала: - Хозяин, вы заразились проказой. - Это невозможно! – Сюань Хунюй рефлекторно возразил ей. – Это невозможно, как я вообще мог заразиться проказой? Сюань Хунюй уставился на Нин Шу. - Что ты со мной сделала? - Эта подчинённая ничего не делала, - Нин Шу поспешила покачать головой. – Эта подчинённая лишь добавила немного снотворного порошка в вашу еду. Эта подчинённая действительно не знает, как вы стали таким. Хозяин, может вы съели что-нибудь странное? На лице Нин Шу появилось искреннее стремление. - Хозяин, когда мы доберёмся до следующего города, давайте найдём доктора, чтобы он взглянул на вас. ---------- Будьте Сильным! Брови Сюань Хунюя были плотно нахмурены, а его лицевые мускулы дрожали. Всё выглядело так, словно он вот-вот развалится на части. - Ты точно со мной что-то сделала. - Эта подчинённая действительно ничего не делала! Зачем этой подчинённой делать что-то настолько предательское с вами, Хозяин? – ответила Нин Шу с очень искренним выражением лица. – Более того, у этой подчинённой нет такой способности. Брови Сюань Хунюя всё ещё были плотно нахмурены. Он слегка опустил голову с побеждённым видом. В эту эпоху проказа была смертельной. - Ладно, раз всё уже сложилось так, то мы теперь должны отправляться назад. Возвращаемся в столицу, - безразлично сказал Сюань Хунюй. Нин Шу: Пффф… Не думает же он, что раз жить ему осталось недолго, то он должен позволить Сюань Сяотяню поймать его, а потом попытаться передать болезнь Сюань Сяотяню? Губы Нин Шу дрогнули, когда она сказала: - Хозяин, в столице сейчас небезопасно. А в мире полно божественных докторов, с вашей болезнью наверняка можно справиться. Хозяин, даже если у вас проказа, вы всё равно должны оставаться сильным, будьте сильным! Нин Шу воодушевляла Сюань Хунюя, но Сюань Хунюй лишь глянул на неё с безразличным выражением на лице. - Это ты меня отравила? Сюань Хунюй отказывался верить, что он заразился проказой, потому что он никогда не контактировал с кем-либо, у кого была проказа. Как он мог ей так внезапно заразиться? Нин Шу поспешно замотала головой. - Хозяин, этой подчинённой правда нет причин это делать. Эта подчинённая верная и преданная Хозяину, и никогда не совершит нечто столь неверное. Эта подчинённая не знает никаких ядов, которые могут заразить кого-то сифилисом… То есть, проказой. - Раз у меня проказа, то почему ты меня не боишься? Всё-таки, эта штука очень заразная. Сюань Хунюй глянул на Нин Шу. Нин Шу тут же выпятила грудь и уверенно сказала: - Эта подчинённая – солдат смерти Хозяина. Моя жизнь и смерть существуют только ради вашего благополучия. Долг этой подчинённой – это идти сквозь огонь и воду ради вас, Хозяин. Так что, даже если у вас проказа, эта подчинённая не боится. Сюань Хунюй холодно рассмеялся. Со всей этой экземой на его лице, от его вида по спине пробегал холодок. Столь великолепное лицо было подобным образом испорчено. Нин Шу отвела взгляд в сторону и молча прочитал Амитабха Будда. Такая прекрасная вещь была уничтожена. Это поистине трагедия. Сюань Хунюй покрутил своей рукой в разные стороны, чтобы с безразличным видом изучить её. Нин Шу была обеспокоена тем, что Сюань Хунюй слишком тяжело это воспримет, поэтому она спросила: - Хозяин, как вы себя чувствуете? Ничего не зудит? Даже если зудит – не чешите. Как только вы расчешете, то у вас появится гнойная рана. Хозяин, когда мы доберёмся до города, давайте найдём доктора, чтобы он взглянул на вас и поспрашиваем, есть ли там какие-нибудь божественные доктора. После этого эта подчинённая отведёт вас к божественному доктору. После паузы Нин Шу снова добавила: - Хозяин, что бы ни случилось, не чешитесь, ладно? Сюань Хунюй ничего не чувствовал до этого, но, после того, как Нин Шу заговорила про зуд, всё его тело начало щипать от зудящего чувства такой силы, что ему невольно захотелось почесаться. - Хозяин, что бы ни случилось, вам нельзя чесаться, - Нин Шу тут же остановила Сюань Хунюя. – Хозяин, потерпите немного, и всё пройдёт. Даже если зудит, не чешитесь, ладно? Чем больше вы чешетесь, тем больше будет зудеть. - Заткнись. Чем больше ты говоришь, тем больше зудит! – взревел Сюань Хунюй. Нин Шу тут же прекратила говорить. Нин Шу забралась в повозку, чтобы достать плащ, и сказала Сюань Хунюю: - Хозяин, от ветра проказа становится только хуже, так что, пожалуйста, наденьте этот плащ. Сюань Хунюй холодно рассмеялся. - Ты даже приготовила плащ? Одиннадцатая, если ты действительно никак не причастна к этому, тогда этот принц просто покончит жизнь самоубийством. Выражение лица Нин Шу наполнилось обидой, когда она закричала: - Хозяин, эта подчинённая действительно ничего не делала! Эта подчинённая взяла плащ только потому что вы слишком красивый. Если бы вы носили этот плащ, то хоть немного смогли бы скрыть свою великолепную внешность. ---------- Просто Не Очень Разборчивые Сюань Хунюй надел плащ. Его тело теперь было полностью закрыто плащом, а лицо прикрыто чёрной вуалью, закреплённой на капюшоне плаща. - Куда мы направляемся? Сюань Хунюй глянул на Нин Шу через вуаль. - Эта подчинённая планировала отправиться в город рядом с вотчиной Хозяина, но раз у нас произошло вот такое, эта подчинённая планирует отвезти Хозяина на поиски лекарства, - искренне ответила Нин Шу. Сюань Хунюй затих. Чёрная вуаль закрывала его лицо, поэтому его выражение лица было невозможно определить. Сюань Месяо, который был в повозке, проснулся, поэтому Нин Шу вынесла его наружу и стала кормить. Сюань Хунюй сел с другой стороны костра, чтобы держаться подальше от Нин Шу и Сюань Месяо. - Хозяин, всё в порядке. Эта подчинённая потом намажет кожу ребёнка соком листьев полыни, и тогда ему будет гораздо сложнее заразиться, – сказала Нин Шу. Сюань Хунюй просто кивнул. - Не нужно искать доктора. Давай вернёмся в столицу, - сказал Сюань Хунюй. Нин Шу: Пфф… Вот какой же он… - Зачем? Хозяин, если вы вернётесь в таком состоянии, то окажетесь лишь посмешищем. В данный момент вам нужно сначала вылечиться от си… тьфу! От проказы. Хозяин, вы обязательно сможете вернуться. Нин Шу не собиралась позволять Сюань Хунюю вернуться назад. Сюань Хунюй ничего не сказал, поэтому Нин Шу сочла это за его согласие. Она втёрла сок листьев полыни в Сюань Месяо, а потом сказала Сюань Хунюю, который стоял в стороне, словно истукан: - Хозяин, поехали. Сюань Хунюй не стал залезать в повозку, а просто сел рядом с Нин Шу, поэтому Сюань Месяо был единственным, кто находился в повозке. Было ясно, что Сюань Хунюй боится приближаться к Сюань Месяо. Он переживал, что заразит своей болезнью ребёнка. Нин Шу взмахнула хлыстом и направила лошадь вперёд. Она глянула на Сюань Хунюя краем глаза, но из-за чёрной вуали, закрывающей его лицо, она не могла разглядеть его выражение лица. У неё было такое чувство, что под этой вуалью было выражение лица "все-надежды-уже-потеряны". Она очень хотела его увидеть. - Хозяин… - Утихни. Сюань Хунюй не хотел разговаривать. Нин Шу презрительно поджала губы. Она ехала вперёд без остановок, поэтому, после целой ночи езды, они уже были довольно далеко от столицы. Пока Нин Шу продолжала управлять повозкой, она подняла занавеску, чтобы проверить, как там ребёнок. Так как повозка покачивалась, то Сюань Месяо снова уснул. Вшух! Острая деревянная палка внезапно полетела в сторону одного из колёс повозки. Нин Шу потянула за поводья, а потом взмахнула своим хлыстом, ловя деревянную палку и отбрасывая её в сторону. - А ну гоните все ваши ценности! На дороге появились несколько человек. Они держали в руках мечи и выглядели опасно. Это было столкновение с бандитами. Один бандит глянул на Нин Шу. - О, да это же женщина. Она немного уродливая, но всё равно женщина. Потом он перевёл взгляд на Сюань Хунюя, который был с головы до пят укутан. Бандит повернулся к своему лидеру: - Босс, этот человек полностью замотан. Так что это либо красотка, либо совсем уродливая карга. - Поймать их, - бандит глянул на Сюань Хунюя с похотью во взгляде. – Дайте этому папочке первым отведать её. Сюань Хунюй обладал естественно величественной аурой. Даже полностью замотанный, он всё равно внушал людям ощущение, что его нельзя так просто оскорблять. Нин Шу: … Какого чёрта? Они подумали, что Сюань Хунюй – это женщина? Разве у женщины может быть такое крупное телосложение? Или они просто не очень разборчивые? Опасная атмосфера возле повозки заставила Сюань Месяо почувствовать себя беспокойно. Он начал кричать и плакать. - Там даже есть ребёнок. Лидер бандитов облизнул губы. Это зрелище было довольно ужасающим. Однако, прежде чем Нин Шу успела что-либо сделать, Сюань Хунюй протянул руку и взял хлыст у Нин Шу. Он слез с повозки, подошёл к лидеру бандитов, а потом начал резко взмахивать хлыстом, целясь в голову лидера бандитов. ---------- Вымещая Гнев Когда остальные бандиты увидели это, они пришли в движение, чтобы поддержать своего босса. Однако, Сюань Хунюй был этим совершенно не обеспокоен. Он просто начал махать хлыстом в сторону тех бандитов, что подбегали к ним, и отбрасывал их прочь ударом хлыста. Бандиты улетали, врезались в деревья и после этого уже были слишком ранены, чтобы подняться. Некоторых даже тошнило огромным количеством крови. Когда бандиты увидели, что эта красотка была настолько жестокой, они больше не смели подбегать к ней, и могли лишь наблюдать, как хлещут их лидера. Тем временем, сам лидер бандитов, даже не мог сбежать, даже если и хотел. Каждый раз, когда он пытался сбежать, вокруг него обматывался хлыст и его затягивало обратно. Сюань Хунюй просто спокойно и размеренно размахивал хлыстом, но каждый удар, что он наносил, заставлял лидера бандитов кричать от боли. Нин Шу решила, что Сюань Хунюй просто вымещает на этом несчастном злодее свой гнев. От свиста хлыста у людей волосы вставали дыбом. Остальные бандиты не посмели приближаться к Сюань Хунюю, поэтому, вместо этого, они помчались к Нин Шу, намереваясь тогда попытаться захватить её. Но Нин Шу просто достала свой меч и убила всех людей, что к ней приблизились. Эти люди жили за счёт грабежа других. Они не только забирали у людей деньги, но ещё и лишали их жизни, поэтому Нин Шу было их совершенно не жаль. В итоге, Сюань Хунюй забил лидера бандитов насмерть. Некоторые места были исхлёстаны так сильно, что под искалеченной плотью виднелись белые кости. Захлестав лидера бандита насмерть, Сюань Хунюй повернулся, чтобы посмотреть на остальных бандитов. И хотя на нём была чёрная вуаль, эти бандиты всё равно почувствовали взгляд Сюань Хунюя, проходящий по ним. Они почувствовали, как у них по спине пробежали мурашки, поэтому они все тут же развернулись, и побежали, поджав хвосты. Сюань Хунюй помчался в погоню за бандитами, явно намереваясь всех их отхлестать. Нин Шу окликнула его: - Хозяин! Однако Сюань Хунюй не обратил на неё внимания, поэтому ей не осталось иного выбора, кроме как ждать его возвращения. Она залезла в повозку, чтобы утешить Сюань Месяо, который всё ещё рыдал. Она дала ему немного мяса, чтобы ему было чем занять свои зубы. Спустя некоторое время Нин Шу чуть не уснула, прислонившись к стенке повозки. Всё-таки, она целую ночь не спала. Однако, даже после столь долгого ожидания, Сюань Хунюй не вернулся. У неё начало появляться ощущение, что тут что-то не так. Ей в голову внезапно пришла одна мысль, и она поспешно развернула повозку. Сюань Хунюй наверняка воспользовался этой возможностью, чтобы ускользнуть от неё. Проехав некоторое время, она наконец-то увидела впереди фигуру Сюань Хунюя, облачённую в плащ. Сюань Хунюй обернулся и глянул на Нин Шу, а потом ускорил свои шаги. Однако он ни как не мог сравниться в скорости со своими двумя ногами, против четырёх копыт лошади. - Хозяин, куда это вы собрались? – тихо спросила Нин Шу. Сюань Хунюй ответил: - Этот принц всё обдумал, и решил, что лучше будет, всё же, вернуться в столицу. Как бы там ни было, навыки докторов из столицы должны быть лучше, чем у тех докторов из деревень. - Ха-ха… - вежливо рассмеялась Нин Шу. – Хозяин, ваше тело покрыто язвами, и оно даже заражено си… проказой. Вы не сможете даже пройти через городские ворота, так как вы собираетесь найти доктора? Он постоянно настаивал на том, чтобы бежать в сторону столицы. Это было просто невероятно. - Хозяин, не сдавайтесь по поводу лечения, и не затягивайте поездку. Чем дольше вы тянете, тем тяжелее будет вылечить вас. Хозяин, не будьте таким упрямым. Нин Шу посмотрела в сторону Сюань Хунюя. - Хозяин, давайте, скорее залезайте. Нин Шу похлопала по повозке. Сюань Хунюй просто стоял на месте, не двигался и не обращал внимания на Нин Шу. Поэтому Нин Шу спросила: - Хозяин, у вас ничего не зудит? Сюань Хунюй начал слегка ёрзать. Его тело словно снова начало пощипывать. В итоге, он вернулся и сел рядом с Нин Шу, молчаливо излучая ледяную ауру. Нин Шу глянула на него, а потом развернула повозку. Нин Шу была немного сонной из-за того, что не спала всю ночь, но она была так встревожена из-за поведения Сюань Хунюя, что вся её сонливость тут же улетучилась. В будущем, ей нужно будет следовать за Сюань Хунюем, не отходя от него ни на шаг. - Хозяин, что у вас за важное дело такое, раз вы так стремитесь вернуться в столицу? – спросила Нин Шу. Сюань Хунюй холодно хмыкнул, а потом сказал: - Как бы там ни было, этот принц должен вернуться и посмотреть, как там поживает Шангуань Цинжоу, верно? Да какое ей вообще до тебя дело? В данной ситуации, Шангуань Цинжоу, вероятно, затащит Сюань Хунюя в двойное самоубийство, как только увидит его. ---------- Какой Вред? После очень долгой поездки, они, наконец-то, добрались до небольшого города, но Нин Шу обнаружила, что на воротах этого города тоже были ордеры на арест Сюань Хунюя. Неужели Сюань Сяотянь намерен начать охоту по всей стране? Похоже, что в этот раз Сюань Сяотянь был действительно в ярости. Сюань Хунюй увидел ордер на арест, но ничего не сказал. Ему, похоже, было совсем плевать. Едва они только собрались войти в город, как их остановили. Городской судебный пристав строго обратился к Сюань Хунюю, который был полностью закутан в плащ. - Сними свой капюшон. Нин Шу поспешила вмешаться: - Сэр, это мой молодой хозяин. Он заразился болезнью, поэтому мы теперь путешествуем в поисках опытных докторов. Ему очень неудобно снимать капюшон. - Он должен его снять. Мы получили приказы, любой, кто входит в город, должен быть проверен, - ответил судебный пристав. Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как схватить Сюань Хунюя за руку и задрать рукав, обнажая его покрытую язвами кожу. Когда судебный пристав увидел это, он поспешно отошёл и прикрыл рот, махнув Нин Шу, чтобы они проходили. - Заходите, заходите. - Спасибо, сэр. Нин Шу подхлестнула лошадь, чтобы продолжить движение. Как только они въехали в город, Нин Шу отправилась в магазин лекарств. Доктор, который был в магазине лекарств, глянул один раз и диагностировал проказу. Сюань Хунюй поджал губы и накинул капюшон обратно, ничего не говоря. Однако вокруг него появилась мрачная аура. Нин Шу уверенно сказала: - Хозяин, вам станет лучше. Сюань Хунюй ничего не сказал, поэтому Нин Шу прихватила Сюань Месяо и пошла гулять по улицам. Она купила для Сюань Месяо засахаренные ягоды на палочке. Сюань Хунюй молчаливо следовал за Нин Шу. Нин Шу протянула палочку сладких ягод и Сюань Хунюю, но он лишь холодно сказал: - Этот принц такое не ест. - Раз вы всё равно умрёте, то какой вред вам будет от того, что вы их попробуете? Ох… Хозяин, эта подчинённая не подразумевала ничего плохого. Взгляд Сюань Хунюя излучал холод даже через чёрную вуаль. Он взял палочку с ягодами, но не стал их есть. Он просто держал палочку в руке. - Этот принц желает вернуться в столицу, - сказал Сюань Хунюй. Нин Шу не обратила на него внимания, и купила немного румян и пудры для лица у продавца с небольшим прилавком. Это были необходимые вещи для маскировки. Затем она отправилась в магазин, чтобы купить одежду и обувь для Сюань Месяо, а заодно запасную одежду для Сюань Хунюя. Сюань Хунюю пришлось прилежно переодеться. Сюань Хунюй следовал за Нин Шу и повторял: - Этот принц должен вернуться в столицу. Вернёмся в столицу. - Хозяин, давайте поговорим об этом позже. Позвольте этой подчинённой сначала купить вещи. После этого Нин Шу купила немного круп и соли. Сюань Хунюй холодно сказал: - Одиннадцатая, а у тебя кишка не тонка стала. Ты даже смеешь не подчиняться приказам этого принца! Это потому, что ты чувствуешь, что этому принцу осталось немного, поэтому ты теперь можешь вырваться из-под контроля этого принца? - Хозяин, эта подчинённая никогда так не думала. Что бы эта подчинённая ни делала, это всё делается в надежде, что Хозяин продолжит жить. Всё это ради безопасности Хозяина. Даже если Хозяин пожелает убить эту подчинённую, эта подчинённая продолжит работать ради этой цели, - сказала Нин Шу. После того, как Нин Шу закончила с покупками, она покинула город. Теперь, когда солнце уже село, у них не осталось иного выбора, кроме как разбить лагерь снаружи. - Почему мы не остановились в гостинице? – холодно спросил Сюань Хунюй. Нин Шу сказал: - Хозяин, с вашей ситуацией, никакая гостиница нас не примет. ---------- Просто Примите Ваше Лекарство Сюань Хунюй снял свою шляпу, открывая свои прекрасные волосы. На его лицо сейчас было не очень приятно смотреть, но черты его лица всё ещё были изысканными. Раз у него была хорошая основа, то даже когда его лицо было покрыто язвами, он всё равно не был слишком уродливым. - Ты на что уставилась? Рядом никого нет, а мне слишком жарко, чтобы носить эту шляпу. С этими словами Сюань Хунюй начал обмахиваться своей же шляпой. Нин Шу ничего не сказала, и просто начала намазывать Сюань Месяо лекарственным соком, который отгонял комаров. Тут было много комаров. Она понятия не имела, как долго они будут ночевать в дикой природе подобным образом. Однако у Нин Шу не оставалось иного выбора, кроме как продолжать таскать Сюань Хунюя по таким местам. Вообще-то, бегать вот так было не столь уж и плохо. Они повидали всевозможные места и узнали местные обычаи, пока жили под небом в качестве одеяла и с землёй в качестве хижины. Подобные дни были также и очень приятными. - Хозяин, эта подчинённая узнала, что в Западных Краях есть известный по слухам божественный доктор, навыки которого достигли идеала. Хозяин, он обязательно сможет вылечить вашу проказу. Давайте отправимся в Западные Края, - сказала Нин Шу. Сюань Хунюй, который в это время обмахивал себя веером, застыл на секунду, а потом на его лице появилось выражение лёгкого гнева. - Ты уверена, что этот принц всё ещё будет жив к тому времени, как мы доберёмся до Западных Краёв? - Я уверена. Нин Шу кивнула. Сюань Хунюй: … Сюань Хунюй начал усиленно обмахивать себя веером. Наконец, он сказал Нин Шу: - Этот принц решил, всё же, вернуться в столицу. - Хозяин, пришло время принимать ваше лекарство. Нин Шу наложила тарелку лекарства, которое приготовила на огне и протянула её Сюань Хунюю. - Хозяин, сейчас ваши симптомы ещё не очень серьёзные, но, когда болезнь перейдёт на поздние стадии, то у вас разъест глаза и вы ослепнете. Ваша кожа тоже начнёт гноиться. Хозяин, как только мы найдём божественного доктора, он обязательно сможет вас полностью излечить, - спокойно повторила Нин Шу. Сюань Хунюй холодно глянул на Нин Шу, а потом подавил свой гнев и выпил лекарство. По ночам Сюань Хунюй ложился спать в повозке. Нин Шу залезала на дерево и тренировалась в Непревзойдённых Боевых Искусствах, попутно приглядывая за Сюань Хунюем. Нин Шу и Сюань Хунюй продолжили путешествовать без остановок в сторону запада. Сюань Месяо был вынужден следовать за ними и получать жизненный опыт отдыха в дикой природе. Однако теперь Сюань Месяо уже мог называть Сюань Хунюя папой и даже иногда говорить простые слова. Также он постепенно начинал ходить самостоятельно. Сюань Хунюй, похоже, нашёл для себя развлечение в этом скучном путешествии, а именно – обучение Сюань Месяо тому, как говорить. Он заставлял Сюань Месяо повторять всё, что он говорит, вне зависимости от того, понимал Сюань Месяо его слова или нет. Сюань Хунюй даже недовольно качал головой, отмечая, что генерал из государства Чэнь был очень умным. Нин Шу: … Спустя некоторое время Сюань Хунюй перестал поднимать шумиху по поводу возвращения в столицу. Вероятно это было потому, что они теперь уже отъехали достаточно далеко от столицы, поэтому говорить о возвращении было бессмысленно. Каждый раз, когда они проезжали город, Нин Шу заходила в него, чтобы пополнить их средства первой необходимости. Каждый раз, когда они сталкивались с проверкой, Нин Шу просто задирала рукав Сюань Хунюя, чтобы показать его руку, покрытую язвами, и повторяла историю о том, как её хозяин ищет доктора и всякое такое. Раньше, Сюань Хунюй очень враждебно реагировал на это, но, спустя некоторое время, ему уже стало всё равно. Сюань Хунюй сказал, что её ждёт воздаяние за то, как она использует подобным образом умирающего человека. Нин Шу, в ответ на это: →_→ Сюань Хунюй действительно верит в воздаяние? Так как Нин Шу каждый день варила лекарство для Сюань Хунюя, его проказа оставалась в приемлемом состоянии и не ухудшалась. Во время этой поездки Нин Шу и Сюань Хунюй увидели множество разных пейзажей. Они проезжали через поля и видели стада коров и овец, посещали песчаный город, где все дома сделаны из грязи, и видели бесконечно растянувшееся небо и песок пустыни. Они проходили через лето и попадали в зиму, а потом снова возвращались в лето. Теперь Сюань Месяо уже мог ясно выговаривать простые и короткие предложения. Они несколько раз меняли лошадей и стёрли множество колёс повозок. Путешествия в древнюю эпоху были просто очень медленными. Однако каждый раз, когда они видели другой пейзаж, сердце Нин Шу чувствовало себя очень спокойно, а сама она чувствовала себя очень беззаботной. Вся эта поездка от красот природы, текущей воды и городов до одиноких лагерей в пустыне, всё это путешествие было практически кругом духовного очищения. Иногда Сюань Хунюй даже не носил свой капюшон и просто демонстрировал своё лицо. Нынешний Сюань Хунюй казался гораздо более беззаботным, чем прежде. И хотя путешествие было утомительным, в нём было особенное очарование. Оно позволяло людям увидеть ошеломительные пейзажи и получить богатый жизненный опыт, поэтому всё того стоило. ---------- В Поисках Божественного Доктора Как там теперь обстояла ситуация в столице? Нин Шу решила, что спустя так много времени, Сюань Сяотянь уже, вероятно, отказался от поисков Сюань Хунюя. Всё же, прошёл уже почти год. Они уже добрались до Западных Краёв. Однако, Западные Края были лишь собирательным термином, и никто точно не знал, где находился божественный доктор. Сюань Хунюй никуда не спешил. Он даже не выглядел слишком обеспокоенным, поэтому Нин Шу просто не спеша спрашивала о божественном докторе в своё свободное время. Нин Шу спросила у Сюань Хунюя: - Хозяин, вы всё ещё хотите знать, что случилось с Шангуань Цинжоу? - Конечно, - ответил Сюань Хунюй, как ни в чём ни бывало. Нин Шу: … Ей не стоило спрашивать. - Одиннадцатая, скажи, как, по-твоему, сейчас поживают Шангуань Цинжоу и Сюань Сяотянь? – Сюань Хунюй начал беседу с Нин Шу. За матерью страны закрепилась репутация женщины, лишившейся своего целомудрия. Министры ни за что не позволят женщине с испорченной репутацией быть хозяйкой внутреннего дворца. Ситуация у Шангуань Цинжоу была, вероятно, не очень хорошей. И всё зависит от того, стал ли Сюань Сяотянь защищать её от давления внешнего мира. Любовь может лишь расти и процветать, если люди смогут выдержать атаки реальности. Однако, как случается во многих случаях любви, их побеждает жестокая реальность. И это случается скорее чаще, чем наоборот. В частности, Сюань Сяотянь был правителем страны. Если он хочет защитить свою должность, как императора, то ему придётся пойти на некоторые жертвы. Вопрос в том, станет ли Сюань Сяотянь жертвовать своей истинной любовью. Любовь была очень хрупкой и иллюзорной вещью. Можно влюбиться в человека с первого взгляда, но любовь может так же быстро рассеяться. Она словно мираж. Нин Шу искала не возможности иметь кого-то рядом с собой, кто будет её любить, а иметь возможность жить беззаботно в сотнях тысяч миров. Она хотела продолжать жить и увидеть небо в каждом мире. После встречи с Сюань Хунюем, Нин Шу ещё сильнее почувствовала, что быть одинокой – это очень даже хорошо. Если она встретится с кем-то вроде Сюань Хунюя, то её жизнь тут же станет трагедией. Ей и так уже было довольно болезненно просто быть подчинённой Сюань Хунюя. Она даже не могла себе представить, каково было Шангуань Цинжоу. - Эта подчинённая не знает, как поживает Шангуань Цинжоу, - ответила Нин Шу. Сюань Хунюй сел в повозке и подпёр рукой подбородок. Его волосы слегка коснулись его плеч, а некоторые пряди колыхались на ветру. Со спины его вид был убийственно прекрасным, но его лицо было полно язв. - Вообще-то этот принц надеется, что Шангуань Цинжоу будет императрицей всю свою жизнь. Нин Шу глянула на него. Это у него совесть воспалилась?! - Тогда они смогут пытать друг друга на протяжении всей жизни, - сказал Сюань Хунюй. Нин Шу: →_→ Как жестоко! - Хозяин, неужели вы можете смириться с тем, что мисс Шангуань будет рядом с кем-то ещё? – спросила Нин Шу. Это было совсем не в стиле Сюань Хунюя. Сюань Хунюй глянул на Нин Шу, а потом тихо ответил: - Конечно же нет. Даже если бы это была взаимная пытка, она должна быть с этим принцем. С этим чокнутым просто бесполезно разговаривать. В конечном итоге, Нин Шу удалось найти божественного доктора. Божественный доктор был глубоким стариком, чья борода была совершенно белой. Когда он проверял пульс Сюань Хунюя, его рука даже дрожала. Проверив пульс, он ничего не сказал и лишь написал рецепт, который нужно было принимать три раза в день. Сюань Хунюю не очень понравился этот божественный доктор. Они проделали такой путь, проехали несколько тысяч километров, и всё ради вот этого божественного доктора? Нин Шу отложила рецепт и начала каждый день варить для Сюань Хунюя лекарство, три раза в день. Это всегда была чаша, размером с океан. Сюань Хунюй пил так много этого лекарства, что его лицо стало зелёным. И не похоже было, что оно имело какой-то эффект. - Направляемся в Провинцию Цзян, - сказал Сюань Хунюй. Нин Шу была удивлена. - Зачем это? Сюань Хунюй слегка прищурился, потирая медный предмет в форме тигра. ---------- Где Твой Стыд? Нин Шу на мгновение ошалела, когда увидела, что он держит. Если она всё правильно поняла, то это, вероятно, была военная печать. Так у него, оказывается, есть такая вещь? Неудивительно, что Сюань Сяотянь так усердно его искал. Он делал это не только из-за Шангуань Цинжоу, а ещё и ради этой печати. Нин Шу отправилась в сторону их следующего пункта назначения, Провинции Цзян. В подобной ежедневной спешке Нин Шу начала чувствовать себя так, словно изрядно постарела. Её руки и так с самого начала были грубыми, но теперь они стали ещё грубее, до такой степени, что она уже царапала своё лицо, когда умывалась. Нин Шу была в некотором замешательстве. Сюань Хунюй уже был признан мёртвым, так какой смысл ему иметь военную печать? Нин Шу изначально хотела спросить об этом, но потом решила, что будет лучше не выспрашивать подобные секреты. Судя по всему, Сюань Хунюй уже не настаивал на том, чтобы снова вернуться в столицу. Каждый день Нин Шу варила лекарство для Сюань Хунюя. И каждый раз добавляла немного противоядия, чтобы Сюань Хунюй постепенно восстанавливался. Когда Сюань Хунюй увидел, что некоторые язвы на его теле покрываются корочкой, он ошалел. Тот старик-доктор, который уже одной ногой стоял в могиле, действительно имел настоящие навыки? Когда они наконец-то добрались до Провинции Цзян, Сюань Хунюй воспользовался каким-то методом, чтобы захватить армию в Провинции Цзян, а потом использовал свою личность решающего принца, чтобы задать вопрос Сюань Сяотяню. Он сказал, что Шангуань Цинжоу, эта императрица, была распущенной и не имела права быть матерью всей страны. Он потребовал, чтобы императрицу убрали, а иначе он нападёт на столицу с армией Провинции Цзян. Нин Шу: (⊙o⊙) Когда Нин Шу услышала приказ, отправленный Сюань Хунюем, она задалась вопросом о том, насколько же толстой стала кожа Сюань Хунюя. Императрица была распущенной? А ты чем лучше неё? Тогда получается, что у тебя были отношения с твоей собственной невесткой! Ты же сам часть всей проблемы, и всё же, ты используешь её как повод угрожать Сюань Сяотяню? Где твой стыд? Сюань Сяотянь не стал использовать этот повод, чтобы уничтожить тебя, а ты взял и обернулся против него, чтобы обвинить императрицу в распущенности? Она никогда не видела столь толстокожего человека. Сюань Сяотянь, вероятно, сейчас кашляет кровью от гнева. Ситуация Шангуань Цинжоу изначально была не очень хорошей. Единственная причина, почему ей удалось сесть на трон императрицы была в том, что у Сюань Сяотяня действительно были к ней чувства. Однако Сюань Хунюй не мог спокойно смотреть на их счастье, поэтому издал такой приказ, чтобы снова разорвать едва заросшую рану. - Динь, задание выполнено. Покидаем мир задания? – прозвучал голос 2333. Нин Шу сказала: - Подожди немного. Нин Шу положила всё противоядие в лекарство и отнесла его Сюань Хунюю, чтобы тот выпил. После того, как он это выпьет, все его язвы должны пройти. Нин Шу погладила Сюань Месяо по голове. Если Сюань Месяо сможет составить компанию Одиннадцатой и позволить Одиннадцатой испытать на себе жизнь обычного человека, то это, вероятно, будет очень даже неплохо. - 2333, покидаем мир задания, - сказала Нин Шу. Это задание считается выполненным. Нынешний Сюань Хунюй обладает контролем над армией Провинции Цзян, так что это послужит для него щитом. Раз у его теперь есть войска, то он уже не умрёт так легко. Вообще-то, Сюань Хунюй довольно глубоко скрыл свои намерения. Где он вообще добыл эту военную печать? Сюань Хунюй и Сюань Сяотянь были людьми из императорской семьи. Всё, что они делали, имело свои мотивы. Шангуань Цинжоу, которая была свободной душой, на самом деле была довольно жалкой. Она вообще не понимала скрытых мотивов этих двоих. Сюань Хунюй хотел быть императором, но предыдущий император передал трон Сюань Сяотяню, и даже выпнул его из столицы, чтобы тот не мог появляться в ней незваным. Поэтому Сюань Хунюй пользовался Шангуань Цинжоу в качестве повода для нападения на столицу. В прошлом, Шангуань Цинжоу послужила рычагом активации борьбы между кронпринцем, Сюань Хунюем и Сюань Сяотянем. А теперь, из-за этой же Шангуань Цинжоу, Сюань Хунюй и Сюань Сяотянь снова начнут яростно сражаться. Всякая борьба за власть и желание резни требует добросердечной маски. Шангуань Цинжоу не управляла страной, но она была на месте сосредоточения власти, поэтому она стала и поводом и целью для мужчин. Нин Шу почувствовала, как её накрыло головокружение. До встречи, Сюань Хунюй. Стоп, нет, надеюсь, следующего раза не будет. ---------- Всё Ещё Плохие Моральные Качества После того, как головокружение прошло и Нин Шу снова открыла глаза, она уже вернулась в системное пространство. Она подняла руку и увидела, что её душа истощилась не так уж сильно. В будущем, задания, вероятно, будут причинять значительно меньше вреда её душе. - Давай проверим очки, заработанные в этот раз, - сказала Нин Шу. – И спасибо за препарат фальшивой смерти. После того, как Нин Шу сказала об этом, перед ней появилась панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 650000 (+200000) Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 115 Харизма: 3 Удача: 34 Воля: 120 Боевые искусства: 65 Вера: 11 (+3) Способность: 31 Заслуги: 36 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо) Выполнено желание Одиннадцатой: Защитить Хозяина и сохранить Хозяину жизнь. Степень Завершения Задания: 100% Получено Очков Опыта: 200000 Получено Очков Атрибутов: 20 Получено Очков Веры: 3 В этот раз количество очков было вполне обычным, но и задание было не настолько сложным. Ей лишь нужно было сохранить жизнь Сюань Хунюя. Метод Нин Шу был простым, раз она не могла победить в сражении, то она просто утащила Сюань Хунюя за собой и сбежала как можно дальше. Каким-то образом, это позволило ей завершить задание. Двое людей, сражающихся против страны – это всё равно, что горсть муравьёв, пытающихся свалить слона. Поэтому Нин Шу была вполне довольна этим количеством очков. Раз у неё было двадцать очков атрибутов, то она добавила их в интеллект, боевые искусства и удачу. Она никак не могла избавиться от чувства, что у неё просто плохие моральные качества. Её удача постоянно была такой плохой. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 400000 (+250000) Душа: 200 Жизнь: 60 Интеллект: 100 (+5) Харизма: 3 Удача: 34 (+10) Воля: 120 Боевые искусства: 55 (+5) Вера: 11 Способность: 26 Заслуги: 36 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Программист Начального Уровня, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо) Распределив очки атрибутов, Нин Шу села на диване, скрестила ноги и начала культивировать. #комментарий анлета: Упс, эта переводчика совсем забыла обновить способности. Оказалось, что у Нин Шу теперь ещё несколько способностей, Базовые Ядовитые Смеси и Программист Начального Уровня! Я была слишком сфокусирована на заголовках, простите. Теперь буду внимательнее за этим следить! Комментарий переводчика: На самом деле анлейтерша вспомнила о них только где-то после 20-го мира, но я не буду так долго тянуть и исправлю сейчас. Ещё бы только понять, где Нин Шу их получила, чтобы исправить в предыдущих главах. В оправдание анлейтерши могу лишь сказать, что в оригинальном тексте эти способности тоже появились внезапно, словно автор о них забыла. ---------- Комната Консультаций По Работе После продолжительной культивации, Нин Шу сказала 2333: - Давай навестим сборное пространство. Нин Шу хотела ещё немного пообщаться с другими получателями заданий. Она, вроде как, хотела выяснить, как они выполняют свои задания. Она почувствовала, что ей уже становится тяжелее выполнять свои задания. Она практически застряла на одном месте и не может заработать много очков. Если всё продолжится подобным образом, то когда она сможет стать получателем заданий среднего уровня? Нин Шу встала на проход в сборное пространство. После интенсивного ощущения падения, когда она снова открыла глаза, она уже была в городе сборного пространства. Шумный город был наполнен получателями заданий, но, несмотря на то, что тут было так много народу, Нин Шу никого из них не знала. На протяжении всей жизни, труднее всего найти близких друзей и длительную настоящую любовь. Впрочем, её вполне устраивало, что у неё этого нет. У всех имеется своё мнение по поводу друзей и любви. Когда есть взаимодействия, то есть и трения, и с этими трениями всегда нужны уступки и компромиссы. Нин Шу гуляла по городу и смотрела на доступные к продаже инструменты. Все запросы на обмен были разными. Для некоторых требовались обычные очки опыта, для других – очки заслуг или веры. Нин Шу просто смотрела. Большую часть этих вещей она не могла себе позволить. У неё и без того было не так много очков, а ей ещё нужно было три миллиона, чтобы стать получателем заданий среднего уровня. А выше среднего уровня, есть ещё получатели заданий высокого уровня, а затем – получатели заданий супер-высокого уровня. А вот на то, что было выше этого, поверхностных знаний Нин Шу не хватало. Нин Шу немного погуляла, а потом почувствовала всю бесполезность этого занятия. Ей не с кем было поговорить, и никто её тут не узнавал. Она уже планировала вернуться, когда увидела на углу улицы магазин. Этот магазин назывался "Комната Консультаций По Работе". Нин Шу подумала немного, а потом вошла в эту комнату консультаций. Внутри пахло ладаном. Даже в её духовном состоянии, вдыхая этот аромат, она почувствовала, как уютная прохлада проникает в саму её душу и успокаивает её настроение. Нин Шу вдохнула ещё глубже, чтобы прочувствовать запах ладана. К ней вышел мужчина. Его длинные серебристые волосы были аккуратно подвязаны, а сам он был очень высоким. Его кожа была белой и чистой, отчего он выглядел исключительно красивым. По отдельности, черты его лица не были какими-то особенными, но, каким-то образом, в комбинации, они казались исключительно красивыми. Он держал в руке кожаную книгу. Глянув на Нин Шу, он сказал: - Присаживайся. Его голос был слегка холодным, и он не выглядел так, словно испытывает энтузиазм при виде Нин Шу, своего клиента. Нин Шу села напротив него. Мужчина опустил голову и начал листать книгу, которую держал в руке. Он даже не поднял головы, когда спросил у Нин Шу: - Так по поводу чего тебе нужен совет? - Я просто хочу узнать, как увеличить количество очков, пока я выполняю задания? Нин Шу чувствовала, что она уже попала в затор. Мужчина поднял голову и глянул на Нин Шу. Когда он пошевелился, его волосы засияли серебристым светом. Мужчина закрыл книгу и сказал: - Поручители предлагают половину своей духовной энергии, а иногда даже больше. И всё ради чего? - Ради того, чтобы изменить их трагические жизни и заполучить счастье? – сказала Нин Шу. - И какая же жизнь считается счастливой жизнью? Успешная жизнь? Власть, деньги, статус или репутация. Достижение любой из этих целей может считаться успешной жизнью, - сказал мужчина. Нин Шу глянула на него. - А попроще выразиться можно? - Это означает, что тебе нужно делать не только то, что ты должна, ради исполнения желании поручителя, ты должна также помогать поручителю добиться счастливой жизни. Или, возможно, поручитель хочет стать каким-то конкретным человеком. В таком случае, тебе нужно делать всё возможное, чтобы помогать поручителю стать таким человеком. Например, если твой поручитель любит рисовать и желает стать художником, и если ты выполнишь такое скрытое задание, то ты естественно получишь кучу очков. Власть, деньги, статус и репутация. Если одна из этих целей будет достигнута, тогда контратака считается успешной, - подробнее объяснил мужчина. Глаза Нин Шу округлились от осознания. Так вот, значит, как? Неудивительно, что ей казалось, что иногда она получает много очков, а иногда – совсем немного. Если она лишь помогает исполнить желания поручителя, то для него или неё это не считается за успешную контратакованную жизнь. - Если ты получаешь мало очков, это показывает, что поручитель не предлагает большую часть своей души. А это означает, что поручитель не очень доволен тем, как ты выполнила задание, и может даже снова предложить свою душу, чтобы попросить другого получателя заданий помочь с контратакой. Нин Шу кивнула. Теперь она поняла общую картину. - Спасибо, - с благодарностью сказала она. - Не нужно. Оплата – триста тысяч очков, - спокойно сказал мужчина. Нин Шу: （╯'-')╯︵┻━┻ (Переворачивает стол) Нин Шу: ┬─┬ノ('-'ノ) (Аккуратно ставит его обратно) Нин Шу: (╯°Д°)╯︵┻━┻ (Какого хуя?! Снова переворачивает) ____________________ Какие должны были бы быть атрибуты (по моим подсчётам) Номер: 2333 Ранг 2 (Новичок) Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 850000 Душа: 211 Жизнь: 71 Интеллект: 140 Харизма: 3 Удача: 72 Воля: 120 Боевые искусства: 92 Вера: 14 Способность: 36 Заслуги: 36 ---------- Чёрная Ветровка Когда Нин Шу услышала, что ей нужно заплатить триста тысяч очков всего за пару слов, она была в таком шоке, что у неё чуть не возникли внутренние травмы. Какого хрена? Чего так дорого стоит? Почему бы ему просто не грабить народ? - Эм, а не слишком ли высокая оплата? – смущённо спросила Нин Шу. Мужчина приподнял брови. - Ты пытаешься уклониться от оплаты? Нин Шу: →_→ Аж сердце кровью обливается. - Тебе не стоит воспринимать это как всего лишь несколько фраз. Эти знания – накопление опыта сотен получателей заданий. Неужели ты считаешь, что эти знания не стоят трёхсот тысяч очков? Мужчина скрестил руки на груди, глядя на Нин Шу. Его поведение было таким же, как у элиты древней эпохи. У Нин Шу не оставалось иного выбора, кроме как заплатить. Её и без того малое количество очков теперь стало на триста тысяч меньше. Она чуть не умерла от сердечного приступа. Всё её тело содрогнулось от боли. Немного прогулявшись, она умудрилась прогулять так много очков. Выйдя из комнаты консультации, она почувствовала себя так, словно её душа сейчас развеется. Ну да ладно, эти очки были потрачены на доброе дело. По крайней мере, у неё теперь есть новая цель, к которой нужно стремиться. Работай усердно! Нин Шу тихо воодушевила себя, даже несмотря на то, что её губы дрожали. Она решила сходить в ресторан и как следует наесться и напиться, чтобы заглушить это удручающее чувство. Когда она уже собралась идти в сторону ресторана, она внезапно увидела мужчину в чёрном. Этот мужчина был высоким и у него были очень длинные ноги, а ещё на нём была чёрная ветровка. Когда он шёл, лёгкий ветер немного приподнимал края его ветровки, что придавало ему крайне холодную и привлекательную атмосферу. Этот мужчина шёл впереди, а несколько человек следовали за ним по пятам. Рядом с ним тоже был кто-то разговаривающий с ним, но выражение лица человека в чёрной ветровке было безразличным, а его очки периодически мелькали устрашающим холодным светом. Нин Шу чуть не закричала. Разве это не дядя школьный доктор? Губы Нин Шу слегка зашевелились. Она только собралась окликнуть его и даже сделала шаг вперёд, но затем остановилась. Взгляд дяди школьного доктора прошёлся по Нин Шу, но затем продолжил двигаться дальше без паузы. Когда дядя школьный доктор прошёл перед ней, она почувствовала, как её накрыло мрачной прохладой, отчего её душа словно застыла. Нин Шу глянула в спину дяди школьного доктора, и её сердце наполнилось вопросами. Почему она столкнулась с дядей школьным доктором в сборном пространстве? И она, похоже, видела его в море таинства. Нин Шу подтянула к себе какого-то получателя заданий, чтобы расспросить. - Простите, а кто эти люди, которые только что прошли? Получатель заданий ответил: - О, это администратор сборного пространства. - Человек в чёрном? – спросила Нин Шу. - Нет, администратор – это тот человек, который говорил, - получатель заданий посмотрел на Нин Шу. – Ты, должно быть, новенькая. Ты даже не знаешь таких вещей? - Я – новенькая. А что насчёт человека, одетого в чёрное? Если человек, который разговаривал с дядей школьным доктором – это администратор сборного пространства, то кто же тогда дядя школьный доктор? На лице получателя заданий появилось выражение неловкости. - Я не знаю. Нин Шу: … Раз дядя мог разговаривать с администратором этого сборного пространства, то его личность явно была не такой простой. - 2333, давай вернёмся в системное пространство, - тихо сказала Нин Шу. Нин Шу тут же накрыло волной головокружения. Когда она открыла глаза и увидела, что находится в системном пространстве, она сказала 2333: - Я только что встретила кое-кого знакомого. Это был мужчина, одетый в чёрную ветровку. Ты его знаешь? - Я же всего лишь простая система, откуда мне знать? – раздражённым голосом ответил 2333. Нин Шу спросила: - А ты не можешь провести поиск? Разве ты не можешь разузнать, кто этот парень? - Забудь уже об этом, наверху слишком много сильных людей. Как может система вроде меня искать, кого мне захочется? Если меня поймает основная система, то меня отформатируют, - сказал 2333. Нин Шу: … Бесполезный мусор. ---------- Привыкла Писать Сидя Нин Шу перестала беспокоиться о вопросе про дядю школьного доктора. Было очевидно, что личность дяди школьного доктора была не такой простой. Она и дядя школьный доктор были людьми разного уровня, и дядя школьный доктор даже не знал, кто она такая. Как максимум, они могли считаться лишь знакомыми незнакомцами. Нин Шу отбросила мысли о дяде школьном докторе в дальний угол памяти и открыла системный рынок, чтобы купить постные пилюли, воду и лекарства. Усвоив урок из прошлого мира, она также купила препарат фальшивой смерти и ядовитый порошок. Она хотела также купить и защитный талисман, но этот защитный талисман стоил тридцать пять очков заслуг. Она беспокоилась о том, что этот талисман будет действовать только в одном мире. В таком случае, тридцать пять очков заслуг – это очень дорого. Даже система не мог подсчитать очки заслуг, так что они наверняка были чем-то хорошим. - Система, если я куплю этот защитный талисман, это будет означать, что я могу использовать его только в одном мире? – спросила Нин Шу. - О, этот талисман действует постоянно. Он будет работать в любом мире и может один раз послужить заменителем твоей жизни, - сказал 2333. Нин Шу почувствовала облегчение, когда услышала это и только тогда кликнула на кнопку покупки. Она вздохнула с облегчением. Если она столкнётся с какой-нибудь опасностью, с которой не сможет справиться сама, то, по крайней мере, у неё теперь есть этот предохранитель. - Скажи, ты правда не знаешь, кто такой дядя школьный доктор? – спросила Нин Шу. 2333 ответил: - Я правда не знаю. Ладно. Когда она видела дядю школьного доктора, то её сердце сгорало от любопытства. Она не могла ничего поделать с собой, так как очень хотела узнать, кто же, чёрт подери, он такой. - Ну и какая тогда от тебя польза? – раздражённо ответила Нин Шу. 2333 ответил лишь тишиной. - А что насчёт мужчины в той комнате консультаций? – спросила Нин Шу. - Я его не знаю. У меня нет прав на поиск, - прямо ответил 2333. - Да ты вообще бесполезный. Нин Шу закатила глаза. Ладно, она почувствовала, что воды тут слишком глубокие. Каждый был удивительнее предыдущего. Она единственная, кто был слабым мусором. Ей действительно нужно усердно поработать над увеличением своих способностей. Это было не только ради того, чтобы гарантировать её выживание, но и для того, чтобы спокойно стоять среди этих получателей заданий из Дзянху. Нин Шу взяла лейку, чтобы полить бонсай, а потом взяла книгу с полки, чтобы почитать. Закончив чтение книги, она медленно вернула её на полку, а потом некоторое время провела на беговой дорожке. Единственной её жалобой было то, что у неё всё ещё не было физического тела и она не могла вспотеть, поэтому не могла насладиться освежающим чувством, когда её тело покрыто потом после тренировки. Немного побродив по системному пространству, трогая вещи и просто блуждая, она наконец-то сказала 2333: - Ладно, давай начнём следующее задание. - Хорошо, - послышался голос 2333. Нин Шу ощутила волну головокружения. Она подождала немного, пока её душа приспособится к этому телу, а потом открыла глаза. Это тело было очень одеревеневшим. Когда она подняла голову, то поняла, что спит за рабочим столом. Она положила руку на обратную сторону шеи и размяла шею. Её шея была такой одеревеневшей, что даже несколько раз хрустнула. После того, как она закончила разминку, она наконец-то взглянула на свою руку, а потом тут же начала пристально её изучать, прежде чем быстро опустить её и пощупать у себя между ног. Нин Шу: … Какого хуя?! Почему она опять стала мужчиной?! - 2333, нам нужно поговорить с тобой о жизни, - спокойно сказала Нин Шу. - Ваша система отключилась. В данный момент происходит попытка подключения к wifi. Нин Шу потёрла свой лоб. - 2333, хватит придуриваться. - Ваша система отключилась. В данный момент происходит попытка подключения к wifi. - Нет смысла так притворяться. Нин Шу даже не хотела больше с ним разговаривать. Наконец, 2333 ответил: - Но ведь нет же ничего плохого в том, чтобы стать мужчиной, верно? - Но я привыкла писать сидя. Что хорошего в том, чтобы стать мужчиной? – сказала Нин Шу. – Более того, разве я не должна быть второстепенной главной женщиной? С какой стати ей, второстепенной главной женщине, становиться главной женщиной или главным мужчиной? Не может же быть, что в этот раз она стала второстепенным главным мужчиной, верно? ---------- Изменения в Судьбе У Нин Шу не оставалось иного выбора, кроме как смириться с реальностью того, что она стала мужчиной. Сколько раз это уже было? Это уже в третий раз! Нин Шу решила, что 2333 – это какой-то дефектный продукт. А иначе как ещё она могла оказаться не в том месте так много раз? Ей и так уже было тяжело жить. А с такой системой, это всё равно, что добавлять иней поверх снега. Однако, несмотря на все её жалобы, она приняла этого систему. Во времена, когда она была наиболее беспомощной, 2333 рисковал переформатированием, чтобы помочь ей. Нин Шу была очень благодарна за это. Однако это всё равно не отменяло того факта, что 2333 был мусором. Нин Шу посмотрела по сторонам. Она была в небольшом кабинете. Через окно она видела, что в большом офисе снаружи ходили рабочие. Нин Шу почувствовала, что это тело было очень уставшим. Её горло пересохло, а всё её тело ощущалось погружённым в воду. А ещё ей очень хотелось спать. Вероятнее всего, это тело работало всю ночь. Первым делом Нин Шу налила стаканчик воды из кулера и выпила его, чтобы успокоить жажду. Она потёрла свой лоб. Её виски внезапно взорвались от боли. Её нынешняя ситуация была очень плохой, но у неё не осталось иного выбора, кроме как начать принимать историю этого сюжета. Изначального хоста звали Сюй Вэньлан, он был адвокатом. Скоро должно было состояться слушание по его делу, поэтому, из-за этого дела ему приходилось непрерывно работать на протяжении нескольких дней. Он даже дважды оставался на всю ночь. Главным персонажем этой истории был не Сюй Вэньлан, а Ся Сяомань – подруга детства и возлюбленная Сюй Вэньлана. Ся Сяомань была на несколько лет младше, чем Сюй Вэньлан, и она была той целью, ради которой Сюй Вэньлан так усердно работал. Если бы не случилось ничего неожиданного, Ся Сяомань и Сюй Вэньлан, вероятно, прожили бы всю жизнь, поддерживая друг друга. Их семьи хорошо знали друг друга и у них обоих были чувства друг к другу. Однако, как и всё в жизни, всегда есть шанс на неожиданное развитие событий. В силу этого, судьбы Сюй Вэньлана и Ся Сяомань изменились. И причиной этому был Чу Сяожань. Этот человек был председателем крупной компании. Чу Сяожань однажды повстречал Ся Сяомань, а когда они повстречались в следующий раз, он уже имел при себе фотографии обнажённой её. Там были всевозможные фотографии, включая те моменты, когда она переодевалась и принимала душ. Кто-то тайком фотографировал её. Некоторые из этих фотографий были даже сняты у неё дома. Ся Сяомань была крайне шокирована, когда увидела эти фотографии. Когда она уставилась на красивое лицо Чу Сяожаня, он показался ей зверем в человеческой шкуре. Чу Сяожань угрожал Ся Сяомань и сказал ей, чтобы она стала его женщиной, чтобы она стала его любовницей. Ся Сяомань изначально как раз собиралась выйти замуж за Сюй Вэньлана, поэтому, когда кто-то вот так неожиданно появился перед ней и озвучил такие невероятные требования, конечно же, она не согласилась. Тогда Чу Сяожань начал угрожать, что он опубликует эти фотографии, если она не согласится. И вот тогда Ся Сяомань, блин, согласилась, и Чу Сяожань стал держать любовницу в своём золотом доме. Всё, что требовалось от Ся Сяомань – это оставаться на вилле и ждать, когда Чу Сяожань придёт на виллу. Когда Чу Сяожань приходил, они занимались всеми теми вещами, про которые неприлично рассказывать. Ловко обманувший и насильно похитивший – эта фраза идеально подходила Чу Сяожаню. Когда Сюй Вэньлан узнал об этом, он был решительно настроен на то, чтобы спасти Ся Сяомань из этого положения. Однако Ся Сяомань лишь страдала в тишине. Чу Сяожань пришлось также пригрозить ей, сказав, что Сюй Вэньлан был лишь мелким адвокатом, и что Чу Сяожань сможет легко его убить и загнать в угол беспомощности. Поэтому Ся Сяомань тихо терпела сама по себе. Она терпела этот позорный статус, терпела то, что Чу Сяожань насмехался над ней, а также терпела свои собственные противоречивые чувства. А Сюй Вэньлан, в итоге, умер из-за Ся Сяомань. Нин Шу: … После того, как Нин Шу закончила читать это, она была в изумлении. В крайнем изумлении. Даже после всего этого, этого! Ся Сяомань всё равно влюбилась и смогла прожить долгую и счастливую жизнь с Чу Сяожанем? После того, как кто-то сделал её фотографии в обнажённом виде, она даже не подумала о том, чтобы позвонить в полицию и просто позволила Чу Сяожаню делать всё, что ему хочется? Впоследствии она была неоднократно изнасилована Чу Сяожанем. Неужели она думала, что полиция была лишь для украшения? Но больше всего Нин Шу лишилась дара речи от того факта, что Ся Сяомань действительно влюбилась в Чу Сяожаня. ---------- Ты Что, Умрёшь, Если Позвонишь в Службу Спасения? Любовь мужчины зависит от желудка, а любовь женщин зависит от вагины. Ся Сяомань влюбилась в этого мужчину, которого постоянно обнимала в постели. Она влюбилась в мужчину, который принуждал её и практически насиловал, в мужчину, который никогда не относился к ней хорошо. Сюй Вэньлан умер из-за Ся Сяомань, поэтому у его родителей больше не было никого, кто бы позаботился о них. Семья Сюй поругалась с семьёй Ся и они переехали. Тем временем, Ся Сяомань вышла замуж за Чу Сяожаня. Смерть Сюй Вэньлана просто послужила катализатором для раскрытия их чувств друг к другу. Сюй Вэньлан был всего лишь пушечным мясом, поддерживающим главного мужчину. Годы внимания и любви Сюй Вэньлана не могли сравниться с тем Чу Сяожанем, который плохо относился к Ся Сяомань во всех смыслах этого слова. Прошу, только не говорите, что это любовь. У Ся Сяомань явно развился стокгольмский синдром*. С самого начала Чу Сяожань всегда был подлым по отношению к Ся Сяомань и плохо с ней обращался, но иногда он был с ней и нежен. Если человек всегда относится к вам хорошо, но внезапно становится очень скверным по отношению к вам, то вы не будете это терпеть и разозлитесь и почувствуете обиду. А если человек не относится к вам хорошо, угрожает вам и принуждает делать те вещи, которые вам не хочется делать, то если наступит день, когда этот человек начнёт относиться к вам чуть лучше, то ваше впечатление о нём тут же изменится. Охо-хо, что за глубокая садомазохистская любовь. Ся Сяомань пришлось вытерпеть всевозможные поводы для обиды ради сохранения своей репутации. Она не могла позволить своим родителям потерять лицо, к тому же, нужно было подумать о будущем её друга детства и возлюбленного, и бла-бла-бла. Насчёт этого, единственное, что могла сказать Нин Шу – это то, что Ся Сяомань была мусором. Она в полной мере могла использовать какие-то другие способы защитить себя. Всё же, Сюй Вэньлан был адвокатом. То, как она себя повела, дало Чу Сяожаню лишь ещё больше возможностей, чтобы продолжать делать ей больно. Неужели она бы умерла, если бы позвонила в службу спасения? Ох, похоже, что председатель был всемогущей большой шишкой. Это просто была необходимая часть истории. Она настаивала на том, что Чу Сяожань и Ся Сяомань сошлись вместе именно таким способом. Чу Сяожань тоже был чокнутым, раз настаивал именно на таком способе. Даже если он хотел похитить девушку, ему всё равно не обязательно было использовать этот способ. Только потому, что он смог по-председательски насильственно похитить, он думал, что от этого он кажется могущественным и величественным? Статус Чу Сяожаня давал ему множество дополнительных очков. Тем временем, Ся Сяомань нужно было лишь наслаждаться теми выгодами, которые приносил этот мужчина. Семья Сюй Вэньлана могла считаться лишь просто состоятельной. Если они хотели добиться лучшего будущего, то это уже зависело от тяжёлого труда Сюй Вэньлана. И это не шло ни в какое сравнение с Чу Сяожанем, который вырос с золотой ложкой во рту. Их ореолы просто невозможно было сравнивать. Сюй Вэньлан уже однажды умер. Ему всё ещё нужно было позаботиться о его родителях, поэтому он решил, что теперь Ся Сяомань может жить так, как ей хочется. Какие бы отношения у неё ни были с Чу Сяожанем – это уже её проблема. Нин Шу потёрла свой лоб, пытаясь избавиться от головной боли. Её тело ощущалось очень измождённым. Ей действительно нужно было отдохнуть. Она взяла своё пальто, потом вызвала такси и отправилась домой отдыхать. Семья Сюй жила в небольшом районе. Их дом был напротив дома семьи Ся Сяомань, поэтому эти две семьи были друзьями уже на протяжении более чем двадцати лет, а теперь ещё и планировали стать родственниками. Когда она вернулась домой, мать Сюй как раз поливала цветы на балконе. Когда она увидела, какой уставшей выглядела Нин Шу, она сказала: - Иди прими душ и ложись спать. Нин Шу сразу легла спать. Для неё сейчас не было ничего важнее сна. Она уже крепко спала, когда её разбудил телефон. Она открыла глаза. Блять, эта головная боль её убивает. Она глянула на экран и увидела, что это звонила Ся Сяомань, поэтому она приняла вызов. Ся Сяомань даже ничего не сказала, а просто начала плакать. Из телефона доносился звук рыдающей женщины. От этого тихого сдавленного звука голова ещё сонной Нин Шу чуть не взорвалась. Боже мой, какого чёрта? #комментарий анлейта: Я старалась изо всех сил с этим переводом… Но иногда авторский текст – это просто какая-то бессвязная последовательность фраз, так как повествование – это, по сути, Нин Шу, плюющаяся презрительными комментариями. ____________________ * Стокгольмский синдром (англ. Stockholm Syndrome) — термин, популярный в психологии, описывающий защитно-бессознательную травматическую связь, взаимную или одностороннюю симпатию, возникающую между жертвой и агрессором в процессе захвата, похищения и/или применения угрозы или насилия. Под воздействием сильного переживания заложники начинают сочувствовать своим захватчикам, оправдывать их действия и, в конечном счёте, отождествлять себя с ними, перенимая их идеи и считая свою жертву необходимой для достижения «общей» цели. ---------- Встретимся в Кафе Ся Сяомань продолжала плакать в телефон, это настолько достало Нин Шу, что она больше не могла это терпеть. - Сяомань, что с тобой произошло? - Братец Вэньлан, братец Вэньлан… Ся Сяомань продолжила плакать и называть Нин Шу по имени, ничего больше не говоря. Наконец, Ся Сяомань, похоже, немного успокоилась и попросила Нин Шу встретиться с ней в кафе. Они жили по соседству, но она всё равно хочет встретиться в кафе? Нин Шу хотела отказаться, но Ся Сяомань продолжала плакать без конца. Когда Нин Шу повесила трубку, Ся Сяомань позвонила снова. У Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как встать, одеться и приготовиться снова уйти. Мать Сюй как раз готовила на кухне. Когда она увидела, что Нин Шу снова куда-то собралась, она сказала: - Ты же едва отдохнул, куда ты опять собрался? Нин Шу держала в руке пиджак и обувалась. - Мне нужно кое-что сделать. - Не перенапрягайся. Следи за своим здоровьем и больше времени проводи с Сяомань. Почему я не видела Сяомань в последнее время? Не забывай о Сяомань из-за своей работы. Сяомань не тщеславная девушка, - сказала мать Сюй. Мать Сюй думала, что её сын так усердно работает именно ради Ся Сяомань. Нин Шу лишь улыбнулась, ничего не говоря, и вышла и дома. Когда она пришла в кафе, она тут же нашла Ся Сяомань, сидящую у окна. Ся Сяомань была одета в водолазку с длинным рукавом, которая плотно облегала её тело, а её длинные волосы были распущены и ниспадали на плечи. Нин Шу подошла, отодвинула стул и села напротив Ся Сяомань. Она увидела, что глаза Ся Сяомань были слегка красными. Ся Сяомань имела очень невинную внешность и была похожа на покорную дочь, которую очень хорошо защищали. Неудивительно, что Чу Сяожань запал на неё. Она была совсем не такой, как те низкие и соблазнительные женщины, которые обычно крутились возле него. Однако сейчас она выглядела как обиженная главная женщина из романа про садо-мазо. Нин Шу действительно не понимала, как Чу Сяожань мог заставлять себя спать с ней. Практически каждый раз, когда они занимались сексом – это было наполовину по принуждению. - Братец Вэньлан. Когда Ся Сяомань увидела Нин Шу, её слёзы тут же полились ручьями. Её глаза опухли и покраснели. Нин Шу взяла пару салфеток и протянула их Ся Сяомань, со словами: - Больше не плачь. Вот, вытри свои слёзы. Ся Сяомань взяла салфетки и крайне удручённо вытерла свои слёзы. Когда она посмотрела на Нин Шу, её выражение лица наполнилось виной и беспокойством. В её взгляде было замешательство и боль, а ещё в них были даже следы ненависти. Нин Шу сделала глоток кофе, и её разум наконец-то немного прояснился. Когда она увидела сморщенное лицо Ся Сяомань, она мысленно вздохнула. - Так что же произошло? Ся Сяомань посмотрела на Нин Шу, прикрыла свой рот и заплакала. Она снова начала всхлипывать: - Братец Вэньлан, братец Вэньлан… Нин Шу потёрла свой лоб, пытаясь унять головную боль. Вот зачем она плачет? Нин Шу мысленно прочитала очищающую сердце мантру. Ся Сяомань чувствовала себя так, словно она страдала от крайней обиды. Это было так, так болезненно. - Сяомань, я не спал две ночи. Я очень устал. Больше не плачь. Если что-то случилось, то просто скажи. Нин Шу сделала ещё один глоток кофе. Ся Сяомань тут же перестала плакать и обеспокоенно сказала: - Братец Вэньлан, тебе нужно следить за своим здоровьем. Не работай слишком усердно и не работай все ночи напролёт. Нин Шу кивнула. Она уже допила свой кофе, поэтому заказала ещё. В данный момент ей очень хотелось спать. ---------- Нет Такого Доки-Доки Чувства * Доки-доки – это звук, означающий стук сердца. "Доки-доки чувство" – это такое ощущение, от которого сердечко так и трепещет. Лицо Ся Сяомань было смертельно бледным, а выражение лица наполнилось внутренней борьбой и болью. - Братец Вэньлан, давай расстанемся. - Почему? – Нин Шу отставила свой кофе и посмотрела на Ся Сяомань. – Мы же собирались пожениться. - Я больше тебя не достойна. Братец Вэньлан, я тебя подвела. Ся Сяомань чувствовала себя так, словно её сердце умерло. Нин Шу заметила отметины возле воротника Ся Сяомань. Это были следы поцелуев, от которых остались небольшие синяки. Сразу видно было, каким энергичным был Чу Сяожань. Хорошо, что они не были настолько полны энергии, что Ся Сяомань не смогла бы даже встать с постели. Пока Сюй Вэньлан вливал всю свою энергию в то, чтобы построить будущее для них, чтобы Ся Сяомань могла жить стабильной жизнью после их свадьбы, чтобы Ся Сяомань могла жить, как счастливая жена, Ся Сяомань уже лежала под телом другого мужчины. Даже когда нечто подобное происходило, Ся Сяомань не обсуждала этого с Сюй Вэньланом и серьёзно и трагично брала всё на себя, подкармливая волка в своём сердце. Она даже считала, что пожертвовала собой, ради счастья всех остальных. Это было невероятно. - Так что же случилось, Сяомань? Мне всё ещё нужно завершить одно дело, над которым я работаю. Ты всерьёз решила расстаться? Нин Шу подняла запястье и глянула на свои часы. Ся Сяомань глубоко вдохнула. - Братец Вэньлан, не спрашивай меня о том, что случилось, я не хочу об этом говорить. Даже я сейчас ненавижу себя. Братец Вэньлан, ты обязательно встретишь хорошую девушку. Нин Шу кивнула. - Раз ты этого так желаешь, то я согласен. Слёзы Ся Сяомань ручьями полились по её щекам. Она посмотрела на Нин Шу сквозь слёзы. - Братец Вэньлан, я желаю тебе счастья. Нин Шу кивнула. Это было довольно иронично. Каждый раз, когда Ся Сяомань было обидно, она приходила к Сюй Вэньлану, чтобы поплакать. От этого Сюй Вэньлан постоянно чувствовал себя так, словно его сердце жарят на сковородке и поэтому делала всё возможное, чтобы спасти Ся Сяомань из лап Чу Сяожаня. Однако Ся Сяомань постоянно останавливала Сюй Вэньлана и говорила, что Чу Сяожань слишком могущественный, и что Сюй Вэньлан не сможет выиграть. Нин Шу не знала, было ли это действительно из-за этого, или потому что Ся Сяомань в тайне не могла вынести расставания с Чу Сяожанем. У Ся Сяомань просто был стокгольмский синдром. У неё появились чувства к человеку, который делал ей больно, и не хотела разбираться с проблемами. Она просто сбежала и забыла обо всех тех болезненных вещах, которые её ранили, и даже умудрилась, в итоге, жить счастливой жизнью. Она действительно была просто грёбанной мазохисткой. Любовь – это когда два человека заботятся друг о друге и они неразлучны, и это мягкая, таинственная и прекрасная вещь. Если то, что было между Ся Сяомань и Чу Сяожанем можно было назвать любовью, то Нин Шу могла лишь сказать, что эта извращённая любовь и близко не была чудесной. Она совсем не выглядела тем, чего люди желают. Сюй Вэньлан очень уважал Ся Сяомань. Самый интимный жест, который он себе позволял – это поцелуй, и за все прошедшие годы он никогда ей не изменял. И кто-то, кого он так много лет защищал, был внезапно украден волком. Сам он был убит, а его любовь – похищена. Сюй Вэньлан очень сильно ненавидел Чу Сяожаня, а также чувствовал злость и отвращение по отношению к Ся Сяомань. Он злился на Ся Сяомань за то, что она не любила саму себя. Никакое количество оправданий не может покрыть глупости и фривольности, которые исходили словно из самих костей Ся Сяомань. Ведь явно же имелось множество других способов решить это, но она выбрала самый глупый метод из возможных. Но больше всего отвращения у Сюй Вэньлана вызывал тот факт, что Ся Сяомань действительно влюбилась в Чу Сяожаня. Чу Сяожань ужасно к ней относился и топтался по ней, но она всё равно влюбилась в Чу Сяожаня и, в конечном счёте, даже сказала, что всегда думала о Сюй Вэньлане, как о старшем брате. Она сказала, что когда она была с Сюй Вэньланем, то её сердце было очень спокойным. У неё никогда не возникало такого сердцебиения, как тогда, когда она была с Чу Сяожанем. Нахер твоё чувство доки-доки! И ей даже начали нравиться пытки? Желанием Сюй Вэньлана было отомстить Чу Сяожаню. Что касается Ся Сяомань, то у Сюй Вэньлана уже не осталось к ней никаких чувств. Он не хотел пытаться удержать её, но он и не хотел видеть её счастливой. Поэтому, когда Ся Сяомань заговорила о расставании, Нин Шу тут же согласилась. У неё не было никакого желания сражаться с другим мужчиной из-за женщины. Но самым важным было то, что она не хотела быть простой жилеткой, жилеткой, которую Ся Сяомань могла вызвать, когда ей захочется и в которую можно поплакать. Ся Сяомань всегда выглядела так, словно ей очень больно, и она так сильно ненавидит, но она ничего этого не говорила. Каждый раз, когда случалось недопонимание, она всегда вела себя подобным образом – рыдала с видом "я не могу сказать, даже если умру". Один только вид этого зрелища раздражал Нин Шу. Ся Сяомань всегда будет искать Сюй Вэньлана, чтобы выплакаться, но, после того, как она перестанет плакать, она всё равно вернётся к Чу Сяожаню и будет терпеть унижения и заниматься теми вещами, которыми должна заниматься любовница. ---------- Наспех Зазубрив Закон Нин Шу с самого начала чувствовала себя не очень хорошо, а теперь ещё ей приходилось выслушивать непрерывные стенания Ся Сяомань. Ся Сяомань уже потратила около получаса только на то, чтобы сообщить о расставании, и всё это время она рыдала. Это был такой тип плача, когда слёзы просто тихо стекают по её щекам. Одно только это зрелище раздражало Нин Шу. - Ладно, - ответила Нин Шу. - Братец Вэньлан, - Ся Сяомань выдавила из себя улыбку. – Братец Вэньлан, я надеюсь, что ты сможешь найти счастье. Прошу, забудь обо мне. Выражение лица Ся Сяомань на мгновение застыло, но потом она вспомнила, каким деспотичным и злым был Чу Сяожань и какой почти всемогущей властью он обладает. Ради будущего братца Вэньлана, ей придётся заставить его бросить её. - Братец Вэньлан, я пойду уже. Ся Сяомань встала и на мгновение задержала свой взгляд на Нин Шу, после чего печально улыбнулась. - Братец Вэньлан… Она не знала, что сказать, поэтому развернулась и ушла. Со спины её фигура казалась наполненной печалью. Каждый её шаг словно отнимал всю энергию, когда она шла в направлении неизвестного будущего. Нин Шу допила кофе, а потом отправилась обратно, чтобы лечь спать. В таком состоянии она просто не могла сфокусироваться. Ей нужно как следует выспаться. У неё уже была примерная идея о том, как выполнить это задание. Она не станет напрямую биться с Чу Сяожанем, так как она была в слишком невыгодном положении. У неё не было достаточно капитала, чтобы сражаться с Чу Сяожанем, поэтому ей нужно будет сделать всё постепенно. Если с этой ситуацией было бы легко разобраться, то поручитель не стал бы предлагать свою душу и просить о контратаке. Но ей не только нужно отомстить за Сюй Вэньлана, но ещё и создать для него совершенно новое будущее. Нин Шу вернулась домой и легла спать. После того, как она выспалась, она немного потренировалась в Непревзойдённых Боевых Искусствах. Всё же, изначальный хост был зарезан насмерть, так что будет неплохо иметь хоть какие-то способности для самообороны. В современную эпоху не особо можно было культивировать, но этого было достаточно, чтобы немного усилить тело и заострить чувства. К тому времени, как она закончила, на улице уже было темно. Нин Шу перестала культивировать и отправилась на кухню в поисках еды. Мать Сюй оставила для Нин Шу еду в кастрюле. Немного поев, Нин Шу стала просматривать материалы изначального хоста. Нин Шу никогда раньше не была адвокатом, но, к счастью, изначальный хост делал много домашней работы. Он записал всю последовательность аргументов и даже оставил заметки о возможных ситуациях, которые могут возникнуть. Изначальный хост имел в памяти все необходимые статьи закона, но Нин Шу пришлось просматривать законодательные книги, чтобы проверить отмеченные в бумагах статьи. Это дело было довольно крупным. Это был иск о нарушении между двумя крупными компаниями. Причиной, почему Сюй Вэньлану поручили это дело, было то, что у него были выдающиеся способности. Ради этого дела, Сюй Вэньлан действительно напряг свои мозги до предела. Когда Нин Шу посмотрела на толстые стопки бумаг, она начала немного нервничать, и ей пришлось себя успокаивать. В этом мире она была на должности адвоката, и ей нужно было стать знаменитым адвокатом. Вот почему получателю заданий нужно иметь множество талантов. И самой важной частью является наличие смышлёного мозга. Она начала понимать, что интеллект был очень даже важен. Интеллект и боевые искусства, оба этих атрибута должны быть сильными, чтобы она могла идти вперёд быстрыми и уверенными шагами. Нин Шу тихо проговаривала слова, когда читала документы. У изначального хоста в голове хранилось много чего, так что ему нужно было лишь немного всё рассортировать. Однако мозг Нин Шу был пуст, поэтому у неё не оставалось иного выбора, кроме как наспех запомнить все эти вещи. К счастью, до судебного разбирательства было ещё несколько дней. У неё было достаточно времени, чтобы подготовиться. ---------- Гости с Добрыми Намерениями Не Приходят Нин Шу всё ещё работала над запоминанием содержимого этого дела, когда у неё зазвонил телефон. Она продолжила тихо повторять статьи, когда подняла телефон и взглянула на экран. Её брови поднялись вверх. Это снова была Ся Сяомань. Уже было больше полуночи, так зачем она звонит? Нин Шу подняла трубку, но Ся Сяомань ничего не сказала. Слышались лишь сдавленные рыдания. Нин Шу потёрла свою переносицу. Если она правильно помнит, то они уже расстались ранее этим же днём? И хотя они расстались, Ся Сяомань всё ещё очень полагалась на изначального хоста. Всё же, они так много лет общались, и всё это время она полагалась на него, так что она не могла так просто разорвать эту связь. Она позвонила Нин Шу уже практически на рефлексе. Как только она чувствовала себя обиженной или оскорблённой, она тут же думала об изначальном хосте. Каждый раз, когда она с чем-то сталкивалась, она приходила плакаться к изначальному хосту. Однако, когда она сталкивалась с чем-то крупным, она просто действовала сама, не удосуживаясь обсудить это с Сюй Вэньланом. За кого она вообще считала Сюй Вэньлана? А к тому времени, когда Сюй Вэньлан всё узнал, Ся Сяомань уже полностью отдала себя Чу Сяожаню. У Ся Сяомань явно кишка не тонка. Она смогла сохранить такой огромный секрет. Несмотря на все их годы вместе, Ся Сяомань не посмела ничего сказать Сюй Вэньлану, даже несмотря на то, что они собирались пожениться. Одного этого фактора было достаточно для Нин Шу, чтобы у неё сложилось плохое впечатление о Ся Сяомань. Однако сама Ся Сяомань считала, что она пошла на компромисс и многим пожертвовала. Какого чёрта? - Что такое? – спокойно спросила Нин Шу в трубку. Ся Сяомань не ответила. Вероятно, она даже прикрыла свой рот, потому что из телефона доносился лишь звук тяжёлого дыхания. Нин Шу сочла это просто бесполезным. Зачем вообще Ся Сяомань позвонила? Она даже ничего не говорила. А счета за телефон были не дешёвыми. Нин Шу уже собралась повесить трубку, когда услышала низкий магнетический голос, послышавшийся с другого конца. - Ся Сяомань, ты зачем там спряталась? После этого Ся Сяомань быстро повесила трубку. Похоже, что она была очень напугана. Этот голос, вероятно, принадлежал Чу Сяожаню. Всё, что можно было сказать о Чу Сяожане и Ся Сяомань – это то, что один хочет бить, а другая хочет быть побитой. Нин Шу перестала обращать внимание на то, что происходит с Ся Сяомань и сфокусировалась на работе над этим делом. После того, как она закончит этот судебный процесс, у неё есть другие планы, над которыми нужно поработать. В следующие несколько дней у Нин Шу было достаточно времени, чтобы запомнить всё необходимое. Когда пришло время суда, Нин Шу надела свой костюм адвоката и отправилась в суд, под воодушевления начальника фирмы. Атмосфера в суде была очень строгая и напряжённая, отчего Нин Шу тоже начала нервничать. Ей пришлось мысленно прочитать очищающую сердце мантру, чтобы подавить свою нервозность. После этого Нин Шу внимательно обсуждала дело с адвокатом защищающейся стороны. Нин Шу никогда раньше не была адвокатом, и она тут же была ошеломлена аргументами другой стороны, отчего она ещё больше разнервничалась. Она сделала глубокий вдох, а потом заставила себя строго следовать стратегии, разработанной изначальным хостом, которая полагалась исключительно на защиту. Она чувствовала, как холодный пот покрывает её спину. Это было даже ещё более нервотрёпно и утомительно, чем быть на поле боя. Краем глаза она увидела крайне привлекательного мужчину, который сидел на галёрке. У него была очень сильная аура, а его взгляд был высокомерным и презрительным. Это был жестокий и деспотичный мужчина. Когда Нин Шу увидела этого мужчину, в его голове сразу всплыла ассоциация: Чу Сяожань. Зачем Чу Сяожань пришёл сюда? Когда Чу Сяожань встретился взглядом с Нин Шу, он слегка приподнял подбородок и почти улыбнулся. Однако весь его облик выражал презрение. Нин Шу перестала смотреть на Чу Сяожаня и сфокусировалась на судебном разбирательстве. В итоге, ей удалось выиграть с небольшим преимуществом, потому что сторона её компании была потерпевшей. Если бы это был изначальный хост, то он наверняка смог бы победить с большим отрывом, а не оказаться практически подавленным другой стороной. У неё явно было преимущество, но ей всё равно было трудно победить. Ей нужно было серьёзное обучение. Если и не ради Сюй Вэньлана, то ради неё самой. Если она продолжит в таком духе, то репутация Сюй Вэньлана, как адвоката с золотой медалью, будет разбита в её руках. После того, как судья объявил результат, Нин Шу вытерла свой холодный пот, собрала документы и покинула зал суда. Как только она вышла, она увидела Чу Сяожаня, стоящего снаружи и, словно бы, поджидающего её. Нин Шу притворилась, словно не увидела его и пошла мимо. Председателю приходится разбираться с тысячей вещей в день, и тот факт, что он потратил так много времени на наблюдение за ней в суде, явно не было хорошим знаком. У гостя нет добрых намерений. Гости с добрыми намерениями не приходят. ---------- Предложение Работы - Адвокат Сюй. Чу Сяожань окликнул Нин Шу, которая прошла мимо, даже не глядя на него. Нин Шу замерла и повернулась, чтобы посмотреть на Чу Сяожаня. - Председатель Чу, что такое? Чу Сяожань подошёл к Нин Шу. Он был немного выше, чем Сюй Вэньлан. Нин Шу чувствовала, что он оценивает её, пристально изучая её враждебным взглядом. Чу Сяожань прищурился. Этот мужчина, вероятно, и есть братец Вэньлан, про которого говорила Ся Сяомань. Когда она лежала под ним, она специально пыталась разозлить его, сказав, что позвонит братцу Вэньлану. Чу Сяожань оценил этого мужчину. Он обладал аурой, свойственной учёным и это вызывала у людей очень уютное чувство, словно как у нежного нефрита. Его внешность тоже была неплохой. Чу Сяожань мрачно прищурился. Когда Нин Шу увидела, что Чу Сяожань просто рассматривает её, возвышаясь над ней, она снова заговорила. - Председатель Чу, вы хотели со мной о чём-то поговорить? - Адвокат Сюй знает меня? Чу Сяожань заговорил так, словно он поддерживал досужую беседу. Нин Шу сказала: - Огромная репутация председателя Чу хорошо известна во всём городе Т. Вообще-то, это даже удивительно, что председатель Чу знает столь ничтожного человека, как я. - Ничтожного? Для меня ты и близко не так ничтожен, - Чу Сяожань достал визитку и протянул её Нин Шу. – Ты довольно умелый. Поистине, это такой позор, что кто-то с твоими талантами вынужден оставаться в такой маленькой фирме. Приходи в мою компанию и работай на меня адвокатом. Твоя зарплата непременно будет больше. Нин Шу была немного удивлена. Что Чу Сяожань под этим подразумевал? У Нин Шу не было никаких заблуждений по поводу того, что он пытается ей помогать. Он ни за что не стал бы ей так помогать. Нин Шу приняла визитку с отчуждённой вежливостью. - Премного благодарен за такую высокую оценку, председатель Чу. Губы председателя Чу изогнулись в мрачной улыбке, когда он похлопал Нин Шу по плечу. Однако, когда он хлопал, он приложил так много силы, что плечо Нин Шу чуть не перекосило. Выражение лица Нин Шу ни капли не изменилось, и она просто продолжила безразлично смотреть на Чу Сяожаня. Чу Сяожань встретился взглядом с Нин Шу, а потом открыл дверцу своего автомобиля и сказал: - Адвокат Сюй, мы обязательно снова встретимся. После этих слов Чу Сяожань забрался в автомобиль и уехал. Нин Шу глянула на элегантную визитку, а потом, со слабой улыбкой, порвала её на части. Судя по поведению Чу Сяожаня, он, вероятно, был очень недоволен её статусом. Ему не нравились её прежние отношения с Ся Сяомань. Если он всерьёз прибежал сюда ради этого, потому что оценил её таланты, то она готова была открутить себе голову. Его наглое поведение ясно дало понять, что он пришёл сюда, чтобы продемонстрировать свою силу. Нин Шу знала, что сейчас у неё не было способностей, чтобы отомстить Чу Сяожаню, но способ наверняка есть. Хоть Чу Сяожань и был силён, есть кое-кто сильнее его. Когда Нин Шу вернулась домой и уже собралась отдохнуть, отец Сюй, который читал газету в гостиной, позвал её подойти. Отец Сюй и Мать Сюй уже оба были на пенсии. Их пенсия была очень большой, и отец Сюй всё ещё считался директором компании, поэтому жизнь семьи Сюй была очень даже хорошей. У них был простой и тёплый дом. Если бы Ся Сяомань вышла замуж и перешла в эту семью, то у неё была бы хорошая жизнь. Жизнь, которая должна бы быть благословенной, была разрушена Чу Сяожанем. Он сделал так, что родителям семьи Сюй пришлось похоронить своего сына даже прежде, чем они сами поседели от старости. Их единственный сын был убит и всё это из-за Ся Сяомань, поэтому семья Сюй рассорилась с семьёй Ся. Нин Шу стерпела изнеможение и села перед отцом Сюй. - Что такое, папа? Отец Сюй снял свои очки для чтения и сказал: - Когда вы с Сяомань уже поженитесь? Ты уже больше не молод. Скорее разберись во всем с этой девушкой. Обе наши семьи хорошо знают друг друга, так что тебе нужно воспользоваться этим благоприятным временем, пока мы с твоей мамой всё ещё молоды и можем вам помочь. Нин Шу поджала губы. - Давай поговорим об этом позже. Я пока что не планирую жениться. ---------- Беспрецедентное Желание Спать Отец Сюй слегка нахмурил брови. - Что-то случилось? Неужели что-то произошло между тобой и этой девушкой? - Пап, да ничего такого. Я просто немного устал. Я пойду отдохну. Нин Шу потёрла виски. Она чувствовала себя и психологически и физически изнурённой. - Я только что закончил битву в судебном процессе, поэтому я немного устал. - Тогда иди и отдохни, - поспешно сказал отец Сюй. – Прими душ и как следует выспись. Нин Шу забрала свой пиджак и вернулась в свою комнату. Приняв душ, она села на кровать и стала тренироваться в Непревзойдённых Боевых Искусствах. Когда она только начала фокусироваться, её прервал телефонный звонок. Нин Шу была немного раздражена. Она не смогла подавить гнев в своём сердце, и ей пришлось прочитать очищающую сердце мантру, чтобы утихомирить этот гнев. Она взяла трубку и увидела, что это, блин, опять Ся Сяомань. Нин Шу даже не стала думать об этом, прежде чем просто сбросить вызов. Это уже начинало всерьёз раздражать. Она звонила практически каждый день. И как это вообще сочеталось с тем, что пара уже рассталась? И она постоянно рыдала в трубку. Один только этот звук раздражал Нин Шу. Раз её культивация была прервана, она решила просто поспать. В современную эпоху и так трудно культивировать, потому что тут недостаточно духовной энергии. Тут практически невозможно было сформировать хоть какую-то энергию, и она ощущала подавляющий эффект небесного закона. Когда Нин Шу уже заснула, послышался стук. В полубессознательном состоянии она услышала голос Ся Сяомань, доносящийся снаружи. - Братец Вэньлан… Нин Шу, блин, решила, что ей это снится. Однако стук продолжался очень долго. У Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как встать. Она никогда раньше не испытывала более сильного желания спать. Вот зачем, блин, ей нужно быть такой раздражающей? Как только Нин Шу открыла дверь, она увидела Ся Сяомань, стоящую снаружи с взволнованным выражением на лице. Она была так взволнована, что её лоб покрылся потом. Похоже, что произошло нечто серьёзное. - Братец Вэньлан, мне нужно с тобой кое о чём поговорить. Давай поговорим снаружи. Ся Сяомань рефлекторно попыталась взять Нин Шу за руку, чтобы вытянуть её наружу, но потом она вспомнила, что они уже расстались, и заставила себя остановиться. - Братец Вэньлан, мне нужно рассказать тебе что-то очень важное. Лицо Ся Сяомань было полно тревоги, но она была обеспокоена тем, что Нин Шу не стала выходить к ней, поэтому она посмотрела на Нин Шу с умоляющим выражением на лице. У Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как последовать за Ся Сяомань наружу в соседний парк. Наконец, Ся Сяомань спросила у Нин Шу: - Братец Вэньлан, ты встречался с Чу Сяожанем? Ему нельзя доверять! Он – дьявол, который пожирает людей целиком и даже кости не выплёвывает! Ты не должен позволять ему обмануть тебя! Так вот какое изначальное впечатление было у Ся Сяомань о Чу Сяожане. Но, в итоге, она всё равно влюбилась в этого дьявола. Когда Ся Сяомань увидела, что Нин Шу ничего не говорит, она взволнованно добавила: - Братец Вэньлан, поверь мне. Прошу, не общайся с Чу Сяожанем. - Ты знаешь Чу Сяожаня? Нин Шу глянула на неё. Даже в такой ситуации Ся Сяомань всё равно не рассказала ей правду, и всё же, она всё ещё пыталась использовать флаг заботы о нём. Нин Шу даже не знала, что сказать. Ся Сяомань застыла на месте и выглядела так, словно она оказалась в трудной ситуации. - Братец Вэньлан, поверь мне. Я не хочу тебе навредить. Ся Сяомань обнаружила, что ей трудно говорить. Неужели она должна рассказать братцу Вэньлану, что она теперь очень грязная и очень никудышная? Что она стала чьей-то любовницей? Любовницей, у которой нет никакого собственного достоинства и которая должна подчиняться любым приказам без каких-либо вопросов? Ся Сяомань просто ждала, пока Чу Сяожань устанет от неё, чтобы он отдал ей те фотографии и отпустил. - Братец Вэньлан, у меня сейчас нет другого выбора, но ты правда должен поверить мне насчёт Чу Сяожаня. Он злобный и хитрый демон! – сказала Ся Сяомань. – Ты – единственный человек, который мне дорог, помимо моей семьи. Братец Вэньлан, я не хочу, чтобы ты пострадал. ---------- Родной, Как Семья Нин Шу слушала, пока Ся Сяомань тщательно предупреждала её с крайне обеспокоенным выражением лица. Однако Нин Шу ни капли не чувствовала себя тронутой этим. Вся эта ситуация возникла как раз из-за действий Ся Сяомань. Если бы она решила обсудить всё произошедшее с кем-нибудь, то она бы не потащила вниз всех остальных. Даже сейчас Ся Сяомань не планировала признаваться. Она продолжала говорить, что не хочет ранить Сюй Вэньлана, но её действия больше всего ранили Сюй Вэньлана. Она продолжала вести себя так, словно испытывает какую-то огромную боль. Нин Шу просто никак не ощущала, что Ся Сяомань хоть как-то беспокоится за Сюй Вэньлана. - Я запомню, что ты сказала, - Нин Шу поглядела на Ся Сяомань. – Ты о себе тоже позаботься и не подпускай его к себе. Когда Ся Сяомань услышала слова Нин Шу, она подумала, что та что-то знает, и её глаза округлились, когда она пролепетала: - Братец Вэньлан, ты что-то знаешь? - А что я должен знать, как ты думаешь? – ответила Нин Шу. – Мы же были с тобой вместе больше десяти лет, ещё с тех пор, как были детьми. И выросли вместе. В твоём сердце, кто я для тебя? - Ты для меня родной, как семья, - без колебаний сказала Ся Сяомань. – Я бы всё отдала, чтобы защитить тебя, как я бы стала защищать свою семью. Семью?! Это почти то же самое, как если бы ты сказала, что считаешь меня своим старшим братом. Это означает, что Ся Сяомань уже подсознательно выкинула Сюй Вэньлана из любовного круга. Она могла заботиться о нём, как о друге, как о семье, но это не будет любовью. Нин Шу улыбнулась. - Я скажу своим родителям, что мы расстались. - Братец Вэньлан, - губы Ся Сяомань задрожали. – Главное, чтобы ты был счастлив. Пока те люди, которые ей дороги, могут быть счастливыми, Ся Сяомань считала, что не зря терпит всё, что с ней происходит. Они закончили разговор. Ся Сяомань шла впереди и отправилась в дом семьи Ся, в то время как Нин Шу вошла в дом напротив, где жила семья Сюй. Ся Сяомань обернулась, чтобы посмотреть в спину Нин Шу. Она никогда раньше не считала эту спину столь незнакомой, как сейчас. Она плотно поджала губы. Всё хорошо, пока он счастлив. Ся Сяомань чувствовала сильную вину по отношению к Сюй Вэньлану. Она подвела Сюй Вэньлана. Она подвела этого мужчину, с которым вместе выросла, который всегда защищал её и который всегда стоял перед ней, несмотря на то, с чем она сталкивалась. В голове Ся Сяомань появился образ Чу Сяожаня. Он обладал могущественной разрушительной аурой и уничтожал всё. Он заставил её упасть прямо в ад. Так толстая стопка фотографий её обнажённого тела была способом, которым он затащил её в ад. Она ненавидела Чу Сяожаня. Ну почему это должна быть она? Почему Чу Сяожань выбрал её? Почему этот мужчина, похожий на императора, выбрал обычную девушку вроде неё? Нин Шу вошла в дом, а потом сказала родителям семьи Сюй: - Мам, пап, мы с Ся Сяомань расстались. Мы не поженимся. Родители семьи Сюй были так ошеломлены, что застыли на некоторое время. Мать Сюй первой пришла в себя и спросила: - Что произошло? Почему вы решили расстаться? - Мы решили, что не сочетаемся друг с другом, и поэтому мы расстались, - спокойно ответила Нин Шу. В этот раз им лучше сразу обрубить все отношения. Каждая встреча с Ся Сяомань очень раздражала и Чу Сяожань попытается из-за этого убить её. А в данный момент у неё не было способностей, чтобы дать отпор Чу Сяожаню. ---------- Требуя Ответов - Вы почему такие своевольные? Это вам не детские игры. Наши семьи живут напротив друг друга, нам приходится каждый день видеться. От этого всё станет неловко. Все наши соседи знают, что вы двое собираетесь пожениться, но теперь ты говоришь, что вы не женитесь? Семья Сюй совершенно потеряет лицо, и наша двадцатилетняя дружба тоже закончится, - отец Сюй нахмурил брови. – Ты же вырос вместе с этой девушкой, и вы двое очень хорошо знаете друг друга. Что такого плохого случилось, раз вы решили расстаться? Нин Шу пошевелила губами. Едва она только собралась заговорить, как дверной звонок начал беспрестанно звенеть. Мать Сюй открыла дверь. В дверь ломилась мать Ся Сяомань. Она затащила за собой Ся Сяомань в дом, несмотря на все протесты Ся Сяомань. Она ворвалась в гостиную и тут же с презрением начала допрашивать Нин Шу. - Вэньлан, ты что такое натворил? Зачем ты расстался с Сяомань? Ся Сяомань чувствовала себя очень пристыженной, и её лицо стало ещё бледнее. Она чувствовала очень сильный стыд. Она глянула на Нин Шу и увидела её холодное выражение лица, поэтому попыталась вытащить свою мать из дома. - Мам, это я подняла тему расставания. Это не имеет никакого отношения к братцу Вэньлану. Мам, я тебя умоляю, давай вернёмся. Я расскажу тебе о том, что случилось, после того, как мы вернёмся домой. Ся Сяомань успела лишь сказать своей маме, что они с братцем Вэньланем расстались. Мать Ся была очень прямолинейной личностью, поэтому она сразу же притащила Ся Сяомань сюда. Ся Сяомань была очень смущённой. Хоть её страдания и были ради защиты тех людей, которые ей дороги, ей было очень стыдно вообще об этом говорить. Поэтому она начала ещё больше ненавидеть Чу Сяожаня. Из-за него её жизнь оказалась в полнейшем хаосе. Она уже больше не была чистой и невинной Ся Сяомань и не имела права быть невестой братца Вэньлана. - Что бы там ни было, говори прямо, - отец Сюй посмотрел на Ся Сяомань. – Это не просто дело между вами двумя, оно касается обеих наших семей и репутации обеих наших семей. Что такого плохого произошло, что вам, ребятам, пришлось расстаться? - Я… Ся Сяомань не могла заставить себя говорить о её страданиях, поэтому у неё просто полились слёзы. Она выглядела так, словно испытывала сильную боль. Мать Сюй нахмурилась. Она никак не могла понять, отчего Ся Сяомань продолжает рыдать из-за каждой мелочи. Ся Сяомань раньше не была такой. Всё, что Нин Шу могла сказать, это то, что нынешняя Ся Сяомань уже активировала садомазохистский режим главной женщины. Главный мужчина доставлял ей садомазохистскую боль, и она сама делала себе больно. В любом случае, нынешняя Ся Сяомань была словно под влиянием постоянно самогипноза: я такая жалкая, мне так больно, это так больно. Нин Шу сказала: - Мы расстались. Мы уже расстались некоторое время назад. - Почему? Сюй Вэньлан, нельзя быть всегда недовольным тем, что у тебя есть. Сяомань из нашей семьи столько лет следовала за тобой, как ты можешь так просто бросить её? Тебе не кажется, что это уже слишком? – злобно сказала мать Ся Сяомань. Мать Ся Сяомань продолжила извергать из своего рта непрекращаемый поток жалоб, взрывающихся, словно лента с петардами. - Сяомань из нашей семьи не обязательно выходить за тебя замуж, но ты бы мог, хотя бы, объяснить, почему вы расстались? Как ты можешь вот так просто отмахнуться от Сяомань? Я с этим не согласна. Старшие Сюй, наши семьи так много лет были друзьями. Вы не можете быть такими бессердечными. Лицо Ся Сяомань стало ярко красным, и её слёзы полились ещё сильнее. Когда Нин Шу увидела всё это, она уже сразу поняла, что между семьёй Сю и семьёй Ся больше нет никакой дружбы. Они больше не могут быть настолько близки, чтобы быть словно одна семья. - Это не я заговорил о расставании. Я даже не знаю, в чём причина, - спокойно ответила Нин Шу. – Вообще-то, я тоже хочу узнать, почему Сяомань захотела со мной расстаться. Мать Ся Сяомань нахмурилась и тут же возразила: - Сяомань – застенчивая девочка. Она ни за что не стала бы говорить о расставании! У Ся Сяомань особо не было иного выбора. И этот факт был очевиден, исходя из того, как Чу Сяожань смог угрожать ей теми фотографиями. Что касается слов матери Ся о том, что Ся Сяомань была застенчивой, на это Нин Шу могла лишь усмехнуться. Ся Сяомань никак не могла быть застенчивой, раз смогла принять подобное решение за спинами двух семей. Она была глупой и имела бредовые мысли о том, что многим жертвует. Она никогда не думала о том, с чем придётся столкнуться двум семьями из-за её выбора, что из-за этого её решения Сюй Вэньлан погибнет. - Сяомань, что происходит? Это ты заговорила о расставании? – спросила мать Ся, после того, как оправилась от шока. Ся Сяомань с силой закусила свои губы и кивнула с мрачным выражением на лице. ---------- Стала Любовницей Кое-Кого Мать Ся Сяомань изначально думала, что они расстались из-за Сюй Вэньлана. Всё же, мужчины склонны быстрее, чем женщины, уставать от всяких вещей. Она думала, что это Сюй Вэньлан бросил её дочь, но теперь она выяснила, что это Ся Сяомань заговорила о расставании. Она была немного ошарашена. - Зачем ты захотела расстаться? Мать Ся Сяомань тут же стала взволнованной. Она почувствовала, что только что потеряла лицо перед семьёй Сюй. - Как ты могла даже не обсудить такой важный вопрос со мной? - Мам… - Ся Сяомань чувствовала себя одновременно и физически и психологически измождённой. – Давай сначала вернёмся. Я всё тебе объясню. Мам, я тебя умоляю, давай сначала вернёмся. Ся Сяомань пыталась утащить свою мать в сторону двери. - Почему? Сяомань, почему именно ты захотела расстаться? Мы тоже должны знать причину, твой братец Вэньлан тоже имеет право знать, что произошло. Как ты можешь ничего нам не рассказать и заставлять своего братца Вэньлана согласиться на расставание только потому, что ты так решила? Ты не можешь таким образом топтать честь своего братца Вэньлана, – сказала мать Сюй со строгим выражением лица. Ся Сяомань закусила губы и посмотрела на Нин Шу в поисках помощи. Она была так напугана, что всё её тело начало дрожать. Она вела себя словно преступница, ожидающая своего наказания. Даже если она и была любовницей, теперь, когда она была вынуждена это рассказать, она чувствовала такой стыд, что ей просто хотелось спрыгнуть с крыши. - Сяомань, скажи что-нибудь! Мать Ся Сяомань была зла на свою дочь. Когда она увидела, что семья Сюй очень недовольна, она стала ещё яростнее, по отношению к Ся Сяомань. - Проклятая девчонка, а ну быстро расскажи нам всё. Ся Сяомань разрыдалась. - Я стала любовницей кое-кого. Я не достойна братца Вэньлана! Это я добровольно опустилась до того, чтобы стать любовницей кое-кого. После того, как Ся Сяомань сказала это, она развернулась и убежала. Однако эти новости шокировали всех людей, оставшихся в комнате. Лицо матери Ся Сяомань наполнилось шоком. Она глянула на людей в комнате, а потом поспешила в погоню за Ся Сяомань. Мать Сюй уставилась на Нин Шу и спросила: - Ты слышал, что сейчас сказала Ся Сяомань? Выражение лица Нин Шу было очень спокойным. - Я слышал. Отец Сюй нахмурил брови. - Как такое может быть? - Она выглядела такой хорошей девочкой, как она могла сделать нечто подобное? Как она могла стать чьей-то любовницей? – мать Сюй посмотрела на Нин Шу. – Вэньлан, что ты будешь с этим делать? Ты всё ещё собираешься жениться на Ся Сяомань? Нин Шу покачала головой и сказала этим двум родителям. - Нам надо переехать. А после того, как мы отсюда переедем, я хочу отправиться за границу, чтобы взяться за продвинутое обучение. Мать Сюй и отец Сюй обменялись взглядами. - Переехать? - Ладно, - наконец-то сказал отец Сюй. Нин Шу добавила: - Я накопил немного денег, так что можно купить новый дом, только давайте продадим этот. У Нин Шу были некоторые накопления. Сюй Вэньлан успел накопить немного, готовясь к свадьбе. Родители семьи Сюй были обеспокоены, что их сын будет в депрессии, поэтому они решили, что уехать из этого места будет хорошей идеей. Отец Сюй сказал: - Ты должен сохранить эти деньги. Если ты собрался ехать за границу, то поезжай. Мать Сюй вздохнула. И как всё так вышло? Она спросила у Нин Шу: - Так чья она любовница? - Я не знаю, - спокойно ответила Нин Шу. – И не нужно больше об этом вспоминать. Я уже не хочу жениться на Ся Сяомань. - Наша семья всё равно не хочет такую девушку, которая не знает, как себя ценить, - холодно сказал отец Сюй. – Что за серьёзная проблема у неё была, раз она настояла на том, чтобы быть чьей-то любовницей? Нин Шу вернулась в свою комнату, приняла душ и легла спать. Как только она проснулась, она начала заучивать юридические статьи. Ей непременно нужно отправиться за границу. Одной причиной было то, что ей нужно обучение, чтобы развиться лучше. А иначе как ей сражаться без настоящих способностей? Город Т был территорией Чу Сяожаня. Он имел полный контроль над этим местом. Другой причиной было то, что она не хотела быть втянутой в дела между Чу Сяожанем и Ся Сяомань. Нин Шу планировала потратить не более двух лет на обучение. У Сюй Вэньлана явно было чудесное будущее, но из-за того, что он попал в водоворот любви, вышло так, что он даже потерял свою жизнь. ---------- Богатый и Красивый После этого инцидента всё происходящее между семьями Сюй и Ся было очень неловким. Даже когда они сталкивались друг с другом на улице, они не разговаривали. Обе семьи когда-то были очень близки и оповещали друг друга о любых праздниках и событиях. Семья Сюй иногда приходила в гости на обед в дом семьи Ся, а семья Ся иногда приходила в гости на обед к семье Сюй. Но теперь они даже не разговаривали. В итоге, мать Ся Сяомань схватила мать Сюй и смущённо сказала: - Мама Вэньлана, вы могли бы, пожалуйста, сохранить в секрете то, что произошло с Сяомань? Она сделала это только потому, что у неё не было выбора. Мать Сюй сказала: - Мы не из таких людей, которые распространяются о подобных вещах. Это же лишь Сяомань из вашей семьи… Кто бы мог подумать, что она из тех, которые пойдут на такое? Лицо матери Ся Сяомань исказилось, а потом она беспомощно ответила: - У неё тоже есть свои проблемы. У того ублюдка есть её фотографии в голом виде, и он даже угрожал ей ими. Сяомань сделала это не по своему согласию. Она сделала это ради репутации наших семей. Она тихо терпела боль. Я знаю, что Сяомань больше не достойна Вэньлана из вашей семьи, но, прошу, не говорите другим об этом. Мать Сюй нахмурилась. - Почему она не рассказала нам о таком огромном инциденте и сама всё решила? Этот мужчина совершил преступление, и вы просто согласились с этим? Лицевые мускулы матери Сюй дрогнули. Наконец, она сказала: - Не волнуйся, я не буду об этом распространяться. В данный момент мать Сюй хотела лишь, чтобы её семья как можно скорее переехала, чтобы они смогли убраться из этого места. Когда мать Сюй вернулась домной, она рассказала отцу Сюй об этом инциденте. Отец Сюй прямо сказал: - Разве это всё не потому, что она увидела, насколько этот мужчина богатый и красивый? Если бы это был старик, то эта девушка, вероятно, скорее предпочла бы умереть, чем согласилась. Не может быть, чтобы она так просто всё это приняла. Мать Сюй: … Как раз это Нин Шу и услышала в тот момент, когда вышла из своей комнаты. Возможно, Ся Сяомань действительно наполовину желала этого, но она всё равно настаивала на том, чтобы сделать из всего этого представление, будто она вынуждена подчиняться. Так она могла скрыть некоторые свои мысли в глубине души. Когда отец Сюй увидел вышедшую из комнаты Нин Шу, он сменил тему. - У нас уже есть покупатели, готовые посмотреть на дом. Когда ты планируешь отправиться за границу? - Как только мы закончим с покупкой нового дома, и вы двое обустроитесь в нём. Нин Шу нужно было первым делом уладить переезд семьи Сюй должным образом, прежде чем она могла отправиться в заграницу и не тревожиться. Она не могла гарантировать, что Чу Сяожань не попытается сделать что-нибудь родителям семьи Сюй. Он не только украл чью-то девушку, но ещё и убил человека. Чу Сяожань был практически самым агрессивным главным мужчиной из всех, что Нин Шу видела на данный момент. Он выглядел таким самоуверенным и правым. По его поведению было ясно, что он считает Сюй Вэньлана слабым. - Ладно, - отец Сюй кивнул. – Провести некоторое время вне страны и отдохнуть – это тоже хорошо. Нин Шу отправилась в свою фирму, чтобы уволиться. Начальник фирмы очень хорошо относился к Сюй Вэньлану. Причина, почему Сюй Вэньлан смог дойти до того, кем он был сейчас и стать адвокатом с золотой медалью, это не только благодаря его собственным способностям, но ещё и потому, что его начальник хорошо к нему относился. Прежде чем Нин Шу успела что-либо сказать, начальник посмотрел на неё с выражением затруднения на лице. - Вэньлан, ты в последнее время никого не оскорблял? Нин Шу тут же прищурилась. - Не оскорблял. Шеф Гу, что-то произошло? - Ох, тогда зачем ты меня искал? – спросил начальник. Нин Шу сказала: - Я пришёл уволиться. Я планирую отправиться в заграницу и немного заняться учёбой. - Ладно, я согласен. Однако даже если бы ты не уволился, мне бы всё равно пришлось тебя уволить. На меня давят люди сверху. Хааа, как же хорошо, что ты собрался уехать в заграницу, - сказал начальник. ---------- Должен Уволиться Когда Нин Шу услышала, что сказал начальник фирмы, она знала, что это дело рук Чу Сяожаня. Он использовал своё влияние, чтобы подавить её. Неужели Ся Сяомань снова сделала что-то, чем разозлила Чу Сяожаня? Или он уже атакует её? Каждый раз, когда Ся Сяомань делала что-то, что злило Чу Сяожаня, Чу Сяожань делал что-нибудь, чтобы ранить Ся Сяомань и заставить её выполнить его требования, а Сюй Вэньлан был одним из мягких мест, которыми Чу Сяожань угрожал Ся Сяомань. Более того, Чу Сяожань недолюбливал Сюй Вэньлана, потому что у Сюй Вэньлана было прошлое с Ся Сяомань. Чу Сяожань обращался с Ся Сяомань так, словно она была его питомцем. А такой питомец должен обожать его, и питомцу не дозволено иметь свои собственные мысли. Он использовал слабости Ся Сяомань и жестокие методы, чтобы заставить её исполнять его волю и уничтожал все те мелкие мысли, что она пыталась утаить. - Вэньлан, иди и сам напиши заявление на увольнение, тогда это будет считаться твоей инициативой в увольнении. Потому что если тебя уволить, то это плохо скажется на твоей репутации, особенно в этой профессии. Я тебя подвёл, но в этом деле всегда приходится идти на компромиссы, - беспомощным тоном сказал начальник. Нин Шу с улыбкой сказала: - Спасибо. Я пойду и сейчас же напишу заявление. Нин Шу знала, что у начальника тоже нет выбора. Эта фирма была не очень крупной, поэтому кто-то вроде Чу Сяожаня может с лёгкостью заставить эту фирму исчезнуть всего одним взмахом руки. Жизнь Ся Сяомань была жалкой, но жизнь Сюй Вэньлана была ещё более жалкой. У него не только похитили невесту, но он ещё и стал пушечным мясом в любви между этими двумя. Сюй Вэньлана периодически вытаскивали, чтобы выставить немного напоказ. Ся Сяомань специально злила Чу Сяожаня, говоря: "В моём сердце только братец Вэньлан! Даже если ты заполучил моё тело, тебе не заполучить моё сердце! Я тебе не подчинюсь!" А когда Чу Сяожань злился, он тоже говорил: "Ты всё ещё думаешь о Сюй Вэньлане?" И сколько бы Ся Сяомань не объясняла ему, он всё равно думал, что эта женщина продолжает думать о своём бывшем парне. И тогда он думал: "раз я не могу заполучить твоё сердце, то я просто буду тиранизировать твоё тело". А потом у них начиналось телесное общение, где и когда бы они ни находились. Нин Шу написала заявление на увольнение и начальник его утвердил. Он даже выдал Нин Шу красный конверт, а потом похлопал её по плечу. - Будь осторожен и береги себя. Нин Шу кивнула, а потом покинула фирму. Мысленно она холодно рассмеялась. Она это запомнит. Это действительно был божественный уровень раздражения, когда сталкиваешься с людьми вроде Чу Сяожаня и Ся Сяомань. Возможно у этих двоих и были чувства друг к другу, но они оба использовали крайне экстремальные способы, чтобы проверить друг друга и даже затягивали в это невинных людей. С демоническим характером Чу Сяожаня и его обширным влиянием, этого было достаточно, чтобы заставить Сюй Вэньлана видеть призраков при свете дня. После этого Нин Шу отправилась оформлять визу, чтобы съездить в Англию. Эта страна была широко известна своей строгостью в следовании закону, поэтому это был хороший выбор для продвинутого обучения. Единственное, что осталось выбрать – это место обучения. Не везде были готовы принять Нин Шу. - Вэньлан, я могу войти? – прозвучал из-за двери голос матери Сюй. Нин Шу пригласила её войти и мать Сюй вошла со стаканом молока для Нин Шу. Она села рядом с Нин Шу и сказала: - Вэньлан, после того, как вы с Сяомань расстались, ты начал непрерывно планировать поездку в заграницу. Я никогда не видела тебя опечаленным. Не держи всё в себе, ладно? Как можно было так просто отказаться от чувств, которые были между ними на протяжении десяти лет? Вот почему изначальный хост настойчиво пытался спасти Ся Сяомань из этого затруднительного положения, понятия не имея, что Ся Сяомань уже влюбилась в Чу Сяожаня. - После того, как я обнаружил, что у нас Ся Сяомань не будет будущего, я был не так уж и опечален. Полагаю, у меня было лишь чувство жалости. Я уже так привык, что она была со мной все эти прошедшие годы, а теперь её больше нет, - спокойно сказала Нин Шу. – У Ся Сяомань на самом деле тоже нет ко мне чувств. Единственная причина, почему она согласилась выйти за меня замуж – это тоже потому, что привыкла быть рядом со мной. Она просто привыкла, что он всегда рядом. Вот почему Ся Сяомань сказала, что её сердце не трепещет, когда она с Сюй Вэньланем. Мать Сюй вздохнула. - Езжай в заграницу и расслабься немного. Не держи всё в себе, ладно? Нин Шу кивнула. ---------- Отдай Мне Те Фотографии! На своей вилле Чу Сяожань достал документ и мрачно улыбнулся в сторону Ся Сяомань. - Вот, взгляни. С озадаченным выражением на лице Ся Сяомань начала читать документ. Это было заявление на увольнение. Когда она увидела подпись, то её лицо побледнело. Глаза Ся Сяомань покраснели. Как братец Вэньлан мог уволиться? Ся Сяомань помнила, что братец Вэньлан говорил о том, как ему нравится работа адвоката и поэтому он усердно трудится, чтобы стать лучше. Однако теперь он уволился. - Это ведь ты сделал, да? – злобно обвинила Ся Сяомань. – Братец Вэньлан невиновен, так зачем ты делаешь с ним всё это? - Потому что мой питомец постоянно думает о нём. И это меня не радует, - выражение лица Чу Сяожаня было жестоким. – Я просто дал ему свою визитку и сказал, что хочу нанять его, и он тут же уволился. Я даже планировал выгнать его из той фирмы, но кто бы мог подумать, что он первым же и уволится? Чу Сяожань злонамеренно посмотрел на Ся Сяомань, а потом щёлкнул пальцами и тихо сказал: - Итак, хочешь сделать ставку? Посмотрим, позвонит ли мне Сюй Вэньлан, чтобы я исполнил своё обещание, и он мог устроиться в мою компанию? Этот твой мужчина, который тебе так дорог, настолько простой? Я лишь швырнул ему кость, и он прибежал, виляя хвостом. Вероятно, он ещё даже не знает, что ты моя любовница, верно? - Ты бесстыдный! Зачем ты делаешь всё это?! Чего именно ты хочешь добиться? Неужели ты счастлив только тогда, когда видишь страдания других людей? – закричала Ся Сяомань, практически разваливаясь на части. Она упала на пол с потерянным выражением на лице. Она действительно не могла понять Чу Сяожаня. Как человек может быть настолько жестоким? Чу Сяожань посмотрел на Ся Сяомань. - Теперь ты моя сучка, так что хватит думать о всяких ненужных вещах и делать меня несчастным. Не забывай, кто ты такая. Ты – моя любовница. - Я не хотела быть любовницей, это ты меня заставил! Тело Ся Сяомань дрожало. Каждый раз, когда Чу Сяожань говорил слово "любовница", Ся Сяомань чувствовала себя так, словно её достоинство порвали на части и втоптали в грязь. Ся Сяомань закусила щёку, а потом с яростью сказала: - Я была твоей любовницей уже целых два месяца. Разве не пришло время тебе меня отпустить? Отдай мне те фотографии! Чу Сяожань слабо рассмеялся, словно он услышал забавную шутку. Он потёр свой подбородок и сказал: - Я могу отдать тебе те фотографии. Ся Сяомань была немного удивлена. Он так просто отдаст их ей? Всё это время она даже не надеялась на это, но теперь, когда он согласился, она почувствовала лёгкое разочарование. На мгновение она даже не поняла, что именно с ней происходит. - Ты действительно отдашь их мне? – спросила Ся Сяомань. Чу Сяожань кивнул. - Кончено. Потому что они мне больше не нужны. Теперь у меня есть кое-что новое. Чу Сяожань слегка наклонился к Ся Сяомань. - На постели, когда ты умоляла меня, просила меня войти в тебя, я всё это записал. Это гораздо лучше, чем те твои фотографии в обнажённом виде. Ся Сяомань была ошеломлена. Она почувствовала себя так, словно её ударило молнией. Она задрожала и спросила: - Ты… Что ты сказал? Чу Сяожань, похоже, очень радовался при виде такой Ся Сяомань. - Так ты хочешь те фотографии? Я тебе их отдам. - Чу Сяожань, ты ублюдок! Почему бы тебе просто не сдохнуть? Почему?! Почему ты со мной так обращаешься?! Я тебя ненавижу! Ся Сяомань легла на пол и начала рыдать. ---------- Тебе Нравится По-Жёсткому? Выражение лица Ся Сяомань наполнилось отчаянием и страхом, когда она посмотрела на демонического Чу Сяожаня. - Почему ты это делаешь со мной? Почему?! Чего ты пытаешься этим добиться? Чу Сяожань, почему бы тебе просто не убить меня? - А зачем мне тебя убивать? Я же тебе говорил, что ты теперь мой питомец. Когда я от тебя устану, тогда я тебя отпущу, но сейчас мне ещё пока очень нравится твой вкус, - ответил Чу Сяожань ничуть не обеспокоенным тоном. Чу Сяожань погладил её по голове. - Просто веди себя хорошо и жди, пока я от тебя устану. Не создавай мне проблем и покорно делай всё то, что должен делать питомец. А иначе у меня не останется иного выбора, кроме как остричь тебе когти. Ся Сяомань на мгновение застыла, а потом резко влепила Чу Сяожаню две сильные пощёчины. Она закричала: - Чу Сяожань, ты не человек! Ты не человек! Чу Сяожаню так сильно прилетело по лицу, что оно даже вынуждено было повернуться в сторону. Он коснулся своего лица с мрачной улыбкой, а затем повернулся и посмотрел на Ся Сяомань, приподняв одну бровь. - Разве я тебя не удовлетворяю? Как много обиды. - Ты бесстыдный! Бесстыдный! – Ся Сяомань была так зла, что уже была на грани срыва. – Чу Сяожань, провались ты в ад! Я проклинаю тебя отправиться в ад! - Серьёзно? Я отправлюсь в ад, но только лишь когда умру, лёжа на тебе. Чу Сяожань поднял Ся Сяомань. Ся Сяомань начала озлобленно колотить его кулаками. - Чу Сяожань, ты ублюдок! Отпусти меня! Я тебя ненавижу! Я тебя до смерти ненавижу! - Скоро ты будешь любить меня до смерти. Чу Сяожань демонически улыбнулся, похлопав по попе Ся Сяомань. - Гляди, эта камера всё время была тут. Довольно приятно насладиться видом, после всего произошедшего. Чу Сяожань придавил Ся Сяомань к постели. Ся Сяомань было так больно, что ей казалось, будто она вот-вот умрёт. Почему он её так пытает? Он не только силой взял её тело, но ещё и продолжает топтаться по её достоинству. По какой-то причине Чу Сяожань был сегодня очень в настроении. Ся Сяомань очень сильно пыталась вырваться от него, поэтому её лицо покрылось румянцем и она стала выглядеть ещё эротичнее. - Так тебе нравится по-жёсткому? Ладно, тут я тебе подыграю, - Чу Сяожань посмотрел сверху вниз на Ся Сяомань, которая была под ним, а потом щёлкнул её по носу. – Маленькая дикая кошечка, какая же ты дикая. Когда Чу Сяожань щёлкнул её вот так по носу, при этом глядя на неё таким демонически соблазнительным взглядом, Ся Сяомань была на мгновение ошеломлена. Однако она быстро вспомнила, что этот мужчина был просто демоном, и снова начала пытаться вырваться из его хватки. - Чу Сяожань, отпусти меня! Я себя сегодня нехорошо чувствую. Я тебя умоляю. Чу Сяожань демонически улыбнулся. - А когда ты вообще себя хорошо чувствовала? Ты всегда говоришь, что нехорошо себя чувствуешь. - Чу Сяожань, я тебя умоляю. Я правда нехорошо себя чувствую. Правда… - лицо Ся Сяомань было бледным. – Я тебя умоляю. - Ты меня уже умоляешь? _________________________________________________________ Нин Шу просматривала тексты законов, сидя дома. Её заявление на визу было одобрено. Как только они купят новый дом, они переедут. Нин Шу планировала покинуть город Т. Будет лучше, если родители семьи Сюй уедут из города Т, так как Нин Шу не смела рисковать их жизнями. Характер Чу Сяожаня можно было резюмировать как: "я богат, я делаю, что хочу". Он был способен сделать что угодно. Однако двое родителей немного колебались. Они не могли вынести расставания с тем местом, где прожили так много лет. Более того, они были уже старыми, так что им будет трудно адаптироваться к новому окружению. Они всё ещё испытывали затруднения в этом решении. _________________________________________________________ Нин Шу листала книгу, и её губы слегка шевелились, когда она запоминала юридические статьи. Мать Сюй вошла в комнату и сказала Нин Шу: - Что-то случилось с той девушкой-соседкой. Нин Шу закрыла книгу. - Что произошло? Мать Сюй нахмурилась и сказала: - Её увезли в госпиталь. Мать Сяомань сейчас поехала в госпиталь, чтобы присмотреть за ней. - Что же с ней такого случилось, что она оказалась в госпитале? Нин Шу немного ошалела. Неужели Чу Сяожань действительно сделал что-то с Сяомань? Нин Шу задумалась немного, а потом сказала: - Мам, пойдёшь со мной навестить её? - Ладно. Хоть мы больше и не общаемся, мы так много лет были друзьями. Мать Сюй кивнула и даже отправилась на кухню, чтобы приготовить суп для Ся Сяомань. ---------- Из-за Интенсивного Полового Акта Когда Нин Шу приехала в госпиталь и толкнула дверь палаты, она увидела, что Ся Сяомань лежит на койке и смотрит в полоток с пустым выражением лица и слезами в уголках глаз. Её лицо было бледным, как лист бумаги, и даже губы были бесцветными. Она выглядела очень больной. Мать Сюй поставила термос и с беспокойством спросила: - Сяомань, что произошло? Где твоя мама? Когда Ся Сяомань повернула голову и увидела Нин Шу, края её глаз покраснели. Её губы слегка зашевелились, а потом она хрипло произнесла: - Братец Вэньлан. - Отдыхай как следует. Не думай слишком много. Нин Шу глянула на Ся Сяомань. Весь её вид говорил о том, что у неё симптомы повреждения жизненной энергии и потери большого количества крови. Судя по всему, похоже, что у неё был… выкидыш. Нин Шу посмотрела на живот Ся Сяомань. - Отдыхай, как следует. - Братец Вэньлан, мне так больно! – воскликнула Ся Сяомань, а её взгляд наполнился ненавистью. – Братец Вэньлан, что же мне делать? Нин Шу спокойно ответила: - Всё в порядке. Не бывает шрамов, которые не проходят. Она не хотела смотреть на Ся Сяомань, чьё лицо было искажено от боли, поэтому она пошла спросить у доктора о том, что произошло. Доктор сказал, что этот выкидыш произошёл из-за интенсивного полового акта. Нин Шу: … Значит, они занимались этим до тех пор, пока у неё не случился выкидыш? Они даже раздолбили своего ребёнка? Возможно ли, что Ся Сяомань даже не знала, что она беременна? Нин Шу вернулась в палату и сказала Ся Сяомань: - Отдыхай хорошенько и не думай слишком много. Ся Сяомань повернулась, чтобы посмотреть на мужчину, стоящего рядом с ней. Она был нежным, как нефрит, как и всегда, но они уже разминулись друг с другом. Ся Сяомань посмотрела в потолок. Прошлая ночь была практически кошмаром. Ей было так больно, но Чу Сяожань отказывался останавливаться. Она была раздавлена под ним и чувствовала себя так, словно её живот пронзают ножами. Её ребёнок пропал. Она даже не знала о его существовании. Нин Шу ничего не чувствовала, когда смотрела на болезненное и отчаянное выражение на лице Ся Сяомань. Хоть она сейчас и ненавидела Чу Сяожаня до смерти, в итоге, она всё равно решит остаться с ним. Ся Сяомань была просто чёртовой мазохисткой. Она была им настолько травмирована, но всё равно смогла простить его и остаться с ним. Поэтому, с какими бы страданиями ни сталкивалась Ся Сяомань, Нин Шу не чувствовала к ней никакой симпатии. Возможно, это было также и потому, что Чу Сяожань принёс ей столько несчастья, поэтому каждый раз, когда Чу Сяожань относился к ней чуть лучше, её сердце тут же смягчалось и она снова бросалась в его объятия. - Братец Вэньлан, я больше не хочу жить, - Ся Сяомань посмотрела на Нин Шу. – Жить – это так больно. Всё так больно. Нин Шу спросила: - Этот мужчина не приходил? Лицо Ся Сяомань на мгновение исказилось, а потом она озлобленно закричала: - Я не хочу его видеть! Я не хочу его видеть! Нин Шу сказала несколько утешающих слов для Ся Сяомань, а потом развернулась и ушла из госпиталя. Она пришла сюда только для того, чтобы разузнать, что же произошло. - Как ужасно, - после того, как мать Сюй вышла из палаты, она покачала головой, глядя на Нин Шу. – Эта девушка просто слишком тупая. Когда Нин Шу вышла из госпиталя, она столкнулась с Чу Сяожанем, который держал букет цветов. Они прямо столкнулись друг с другом. Чу Сяожань снял свои солнечные очки и поднял брови, глядя на Нин Шу. - Адвокат Сюй, кого это вы приходили навещать в госпитале? - Друга. Нин Шу мельком глянула на нижнюю половину Чу Сяожаня. Он был так жесток, что у Ся Сяомань случился выкидыш. Чу Сяожань прищурился, и подавляющая аура вокруг него заметно усилилась. - Вот как? Нин Шу безо всяких эмоций на лице прошла мимо Чу Сяожаня и пошла прочь. Она не планировала принимать участие в их садомазохистских отношениях. ---------- Из-за Этого Демонического Мужчины - Адвокат Сюй, подождите минутку. Когда они только собрались разойтись, Чу Сяожань внезапно окликнул Нин Шу. Нин Шу оглянулась, чтобы посмотреть на него. Он был очень высоким и красивым. Стоя в лучах солнечного света с букетом в руке, он выглядел крайне привлекательно. Множество проходящих мимо прохожих невольно пялились на него. У Нин Шу в голове сразу всплыли слова: Зверь в позолоченной шкуре. Он полагался на своё влияние и богатство, чтобы забирать себе всё, что ему хочется. Нин Шу подняла бровь и спросила: - Председатель Чу, вам ещё что-то нужно? Чу Сяожань сказал: - Я слышал, что вы уволились. Может, вы уже решили, куда устроитесь потом? Нин Шу практически лишилась дара речи. У его женщины случился выкидыш, так почему же он спрашивает Нин Шу о её работе, вместо того, чтобы переживать за свою женщину? У Нин Шу не было никаких заблуждений по поводу того, что Чу Сяожань действительно переживал за неё. - Я ещё не решил. Я решу позже, - сказала Нин Шу. Чу Сяожань весело ответил: - Как я уже говорил ранее, ты можешь прийти ко мне и работать на меня. Раз ты уволился, то приходи и будь моим адвокатом. В его поведении сквозило пренебрежение, словно он давал милостыню, и его намерения явно были недобрыми. Нин Шу практически чувствовала, что он просто пытается унизить её, а вместе с этим заодно и унизить Ся Сяомань. Нин Шу не разозлилась на это, а просто вежливо ответила: - Премного благодарен, председатель Чу, за ваше предложение. Однако, в ближайшее время я не планирую устраиваться на работу. Губы Чу Сяожаня изогнулись в улыбке. Без какой-либо причины, это зрелище вызывало у людей очень жестокое и демоническое ощущение, словно он был сам Сатана. Однако, при этом, такая улыбка была ещё и неизбежно чарующей. Ся Сяомань, вероятно, оказалась в подчинении из-за лица Чу Сяожаня. А если добавить к этому его власть и престиж, несмотря на всю его злонамеренность, всё его тело излучало ауру, перед которой не могла устоять ни одна женщина. Даже если они будут знать, что впереди обрыв, и что они закончат тем, что все их кости будут раздроблены, они всё равно без колебаний спрыгнут вниз, словно мотыльки, летящие на огонь. Однако, когда Нин Шу увидела Чу Сяожаня, её сердце ни капли не разволновалось. Она не знала, было ли это потому, что её душа стала сильнее, или потому, что её воля стала сильнее, или благодаря эффектам ореола спокойствия и очищающей сердце мантры, но она абсолютно ничего не почувствовала, когда увидела улыбку Чу Сяожаня. Она невольно задумалась, а не потеряла ли она способность оценивать красоту. - Вот как? В таком случае, когда вам снова захочется работать, вы можете прийти ко мне. На той визитке, что я дал вам в прошлый раз, есть номер телефона. Адвокат Сюй, я искренне надеюсь, что вы придёте работать в мою компанию, - сказал Чу Сяожань. – Оплата не будет проблемой. Я всегда рад принять к себе способных людей. Нин Шу лишь слабо улыбнулась, ничего больше не говоря. После этого Чу Сяожань ушёл навещать Ся Сяомань, которая только что пережила выкидыш. Однако, основываясь на нынешнем психологическом состоянии Ся Сяомань, у этих двоих, вероятно, будет очередной раунд страстного садо-мазо. Нин Шу развернулась и отправилась к своему автомобилю, чтобы уехать домой. Мать Сюй, которая к тому времени уже сидела на переднем пассажирском сидении, сказала Нин Шу: - Давай переедем. Когда мать Сюй увидела Ся Сяомань в таком состоянии, она поняла, что для её сына нет больше никакой надежды на Ся Сяомань. Более того, семья Сюй никак не смогла бы принять невестку, которая была чьей-то любовницей и у неё даже был выкидыш в подобной ситуации. Она спала с мужчиной даже когда уже была беременной и, в итоге, даже потеряла ребёнка. В прошлом, мать Сюй считала, что Ся Сяомань была очень хорошей и послушной девочкой. Она казалась такой жизнерадостной и милой, но людей явно нельзя судить по их внешности. В итоге, она сделала нечто подобное, даже никого не предупредив. Нин Шу кивнула. Это было хорошо, что родители семьи Сюй были согласны переехать. Так она могла наконец-то покинуть страну и отправиться на учёбу без волнений. Семья Сюй как можно скорее продала дом. Пока они собирали вещи, Нин Шу столкнулась в коридоре с Ся Сяомань, которая только что вернулась из госпиталя. Было лето, но на Ся Сяомань была надета тёплая одежда с длинным рукавом, а на голове была шляпа. Её лицо было очень бледным, а взгляд – тусклым. В ней словно не осталось никакой энергии, а всё её тело окружала аура отчаяния и обиды. Мать Ся поддерживала Ся Сяомань. Лицевые мускулы матери Ся дрожали. Она злилась на свою дочь, у неё болела голова из-за её дочери, но ещё она чувствовала огромный стыд из-за неё. - Братец Вэньлан, а вы, ребята, чего… - спросила Ся Сяомань. Её голос был очень слабым. Этот тихий и безжизненный голос раздражал людей одним только своим звучанием. - Мы собираемся переезжать, - сказала Нин Шу и отчуждённо добавила: - Отдыхай и восстанавливайся, ты не очень хорошо выглядишь. Когда Ся Сяомань услышала, как Нин Шу говорит о том, что они переезжают, в её взгляде появилась обида и печаль. Она чувствовала себя так, словно вся её жизнь погрузилась во мрак. Она потеряла своего ребёнка, а теперь ещё и братец Вэньлан покидает её. А всё это из-за этого демонического мужчины. ---------- Пожелай Мне Всего Хорошего Нин Шу увидела выражение боли и отчаяния на лице Ся Сяомань. И без того смертельно бледное лицо Ся Сяомань теперь стало ещё бледнее, а белки её глаз стали совсем красными. Однако она заставила эти слёзы вернуться обратно. Нин Шу практически лишилась дара речи. С людьми вроде Ся Сяомань даже не нужно ничего делать, так как они сами падают в собственноручно созданный мир страданий. Они постоянно пытают себя, чувствуя, что им так больно, так, так сильно больно. Вот такие главные женщины в садо-мазо новеллах. Они всегда страдают, словно они в такой боли, что сейчас умрут. Они всегда могут найти способ, чтобы заставить себя страдать. Нин Шу никак не могла этого понять. Она провела в госпитале более десяти лет. И людям практически невозможно выдержать боль от химиотерапии. Если бы она тогда продолжала чувствовать, что она так много страдает, то наверняка бы уже развалилась на части. Вот почему, после всего того, что уже случилось, когда Нин Шу видела людей, постоянно пытающих себя за прошлое, вместо того, чтобы усердно работать и двигаться дальше, она считала, что они все просто грёбанные умственно отсталые. Ся Сяомань выдавила из себя улыбку и сказала: - Это хорошо, что вы переезжаете. Братец Вэньлан, я надеюсь, что ты найдёшь своё счастье. - И ты тоже. Нет ничего важнее, чем здоровье. Твоё здоровье – это всё, что у тебя есть, - спокойно сказала Нин Шу. Однако у Ся Сяомань на самом деле не было никаких дурных намерений. Она была просто немного чрезмерно самоуверенна. Без каких-либо оснований, она думала, что всё сделанное ей – это ради блага других людей, что она жертвует собой ради благополучия других. Но она никогда не задумывалась о том, хотят ли эти люди принимать её эти "жертвы". - Братец Вэньлан… Когда Ся Сяомань увидела, что Нин Шу вот-вот уйдёт, она окликнула её. Нин Шу обернулась, чтобы взглянуть на Ся Сяомань. - Прости. Нин Шу изогнула свои губы в улыбке, но ничего не сказала. Ся Сяомань не просто задолжала Сюй Вэньлану извинение, она также задолжала ему жизнь. Однако Ся Сяомань, в итоге, сошлась с Чу Сяожанем, который убил Сюй Вэньлана. Поначалу Ся Сяомань злилась, но, в итоге, она растаяла от нежности Чу Сяожаня. Она даже прибегала на могилу Сюй Вэньлана и что-то там лопотала о том, как она думала, что никогда не простит Чу Сяожаня, но она полюбила Чу Сяожаня и поэтому она решила отбросить и забыть все прошлые обиды, чтобы быть вместе с Чу Сяожанем. Всё же, в жизни трудно найти свою истинную любовь. В конце, она даже сказала: "Братец Вэньлан, теперь я нашла своё счастье. Пожелай мне всего хорошего". От этого Нин Шу практически тошнило кровью. Нин Шу развернулась и ушла. С людьми вроде Ся Сяомань, даже если ты не обращаешь на них внимания, они всё равно могут самостоятельно уничтожать себя. Однако перед Чу Сяожанем она всегда, казалось, имела такое эго. Хоть они и спали вместе, она всё равно говорила, что её к этому принуждали и, что у неё есть своё достоинство. Семья Сюй купила свой новый дом в соседнем городе У. Чу Сяожань не имел особой власти в городе У. Даже если бы он и решил сделать ход, то там у него было много ограничений. Причина, почему она сейчас бездействовала, была в том, что она собиралась сначала усилить себя. ---------- Пожалеешь, Что Не Научился Большему Новый дом семьи Сюй был немного больше, чем их старый. Они использовали деньги с продажи старого дома и Нин Шу добавила часть своих, чтобы купить дом побольше. Она надеялась, что родители семьи Сюй смогут жить более комфортной жизнью. Поручитель, Сюй Вэньлан, чувствовал вину по отношению к своим родителям за то, что им пришлось похоронить его прежде, чем они состарились. У него не было возможности выполнить свой сыновний долг. Поэтому сейчас Нин Шу помогала изначальному хосту исполнить его сыновний долг. Район был довольно хорошим, со множеством зелёных насаждений, а по соседству находился городской сад. Более половины денег, которые Сюй Вэньлан отложил на свадьбу, теперь были потрачены. Отец Сюй продолжал говорить, что это лишняя трата денег, но когда он увидел всяческое снаряжение для упражнений в парке и разных стариков, играющих в шахматы или разминающихся в парке, он был очень рад. После того, как Нин Шу помогла семье заселиться, она начала снова просматривать тексты законов, параллельно готовясь к поездке в заграницу. Она уже связалась с учебным заведением. Больше всего Нин Шу нервничала из-за того, что она может столкнуться там с языковым барьером, поэтому ей придётся начать обучение с нуля. Правду говорят, что когда дело дойдёт до использования знаний из книг, ты пожалеешь, что не научился большему. Каждый раз, она чувствовала себя таким бесполезным мусором. Теперь ей пора начать учиться. Когда-нибудь обязательно наступит день, когда она будет начитанной и эрудированной и сможет с лёгкостью разбираться со всеми мелкими проблемами на заданиях. Мать Сюй приготовила роскошный ужин. Во время ужина мать Сюй постоянно подкладывала еду для Нин Шу, а на её лице читалась душевная боль, когда она приговаривала: - Не забывай заботиться о себе в загранице. Если тебе будут нужны деньги, то просто позвони домой. Если будет слишком трудно, то просто возвращайся. Однако отец Сюй говорил другое: - В заграницу отправляются, чтобы отшлифовать себя. Усердно работай над своим обучением. Нин Шу приняла беспокойства родителей семьи Сюй. Ранним утром следующего дня мать Сюй и отец Сюй проводили Нин Шу, когда она отправилась в аэропорт. Нин Шу села в самолёт и посмотрела на облака, проплывающие за иллюминатором. Она чувствовала себя очень спокойной. Это было впервые, когда она себя так чувствовала, стремясь к своей цели на задании. В прошлом, она всегда пыталась придумать способ завершения задания. Все её мысли были о задании. Однако теперь она пыталась не спешить и обогатить себя знаниями. Она постоянно училась, чтобы сделать себя лучше. Самолёт приземлился в столице иностранного государства и Нин Шу начала свою занятую жизнь студента. Так как она не очень хорошо знала язык, то ей было очень трудно учиться, особенно учитывая то, что дебаты между адвокатами были очень требовательны к выбору слов. Малейшая оговорка могла позволить противнику ухватиться за слабое место. Более того, грамматика этого языка менялась в зависимости от ситуации. Ради того, чтобы как можно скорее усвоить язык, Нин Шу даже устроилась работать официантом в ресторане. Возможно из-за того, что Сюй Вэньлан был довольно красивым, но ресторан нанял её, несмотря на то, что она была китайцем. Во время обучения Нин Шу особо не принимала участия в тренировочных судебных заседаниях. Она и так не могла ясно выражаться, так что разговаривать в суде – это всё равно, что становиться посмешищем. Нин Шу была крайне измождена каждый день. Если бы не тот факт, что она каждый день тренировалась в Непревзойдённых Боевых Искусствах, то она бы уже упала в обморок от изнеможения. Однако, какой бы занятой она ни была на протяжении дня, она всё равно каждый день тренировалась в Непревзойдённых Боевых Искусствах. Китайцы имеют меньшее телосложение, по сравнению с европейцами, поэтому над ними часто издеваются. Поэтому просто необходимо знать хоть какие-то боевые искусства. Нужно уметь сбить противника с ног, чтобы он больше не смел тебя снова провоцировать. Более того, в стране, где разрешено носить личное оружие, ей нужно было гарантировать собственную безопасность. Некоторые люди были жестоки до такой степени, что им было плевать на невинных людей, и они просто начинали стрелять. Спустя полгода, Нин Шу удалось освоиться с языком и она постепенно начала принимать участие в тренировочных судебных заседаниях. Конечно же, закон, по которому она защищалась, был законом этой страны. Поначалу она много проигрывала и выигрывала лишь изредка. У неё не было иного выбора, кроме как постепенно обучаться. Нин Шу почувствовала, что в будущем ей нужно будет добавить ещё больше очков атрибутов в интеллект и в боевые искусства. Какое-то время ей пока не нужно задумываться о других атрибутах. Нин Шу периодически помогала другим китайцам в небольших судебных разбирательствах, не запрашивая больших денег. Это позволило Нин Шу заполучить некоторую репутацию среди китайцев, принадлежащих к низшему классу. Все китайцы, которые приходили к Нин Шу за помощью, были людьми, живущими трудной жизнью, поэтому Нин Шу просто принимала от них символические оплаты. Конечно, она не могла позволить, чтобы её услуги были совершенно бесплатными. Если она будет делать это бесплатно, то люди начнут считать, что помогать им – это вполне естественная её обязанность. Люди всегда меньше заботятся о тех вещах, которые им легко достались. У Нин Шу в голове уже была смутная идея, но эта идея ещё не полностью сформировалась. Для этого требовалось больше планирования. ---------- Признание Правительства По мере продвижения обучения Нин Шу, она смогла понять основы методологии дебатов. Это позволило её рейтингу побед в тренировочных судебных заседаниях постепенно увеличиться. Всё больше людей начали приходить к Нин Шу, чтобы она помогла с их судебными разбирательствами. Вообще-то, процент успеха в подаче исков был не очень высок для китайцев в этом иностранном государстве. Всё-таки, закон страны был более благосклонен к местным жителям, поэтому Нин Шу приходилось стараться изо всех сил, чтобы добиться победы в судебных разбирательствах, которые были предвзятыми ещё до начала суда. На данный момент в голове Нин Шу были лишь законы, законы и ещё больше законов. Она даже думала, что у неё может случиться какое-нибудь отклонение в энергии ци. Это было впервые, когда она так посвящала себя чему-то кроме Непревзойдённых Боевых Искусств. Процесс дебатов не только проверял способность реагировать и смелость человека, но, что ещё более важно, это требовало спокойного сердца. Какой бы ни была ситуация, нужно оставаться рациональным, чтобы развернуть волну и добиться победы. Нин Шу обнаружила, что благодаря всем этим дебатам, она теперь могла оставаться спокойной, даже без необходимости повторять очищающую сердце мантру. После того, как количество раз, что Нин Шу ходила в суд, увеличилось, множество местных жителей тоже начали просить Нин Шу выступать за них в суде, но Нин Шу вежливо всем им отказала. Обычно она вступалась только за китайцев. Нин Шу даже получила приглашение из китайского консульства. Они попросили её стать одним из китайских адвокатов консульства и работать вместе с другими адвокатами, чтобы помогать китайцам, которые приходили в консульство за помощью. Нин Шу с радостью приняла это предложение о работе. За китайским консульством стояла её страна, и наличие подобного рабочего опыта в её резюме непременно добавит ей чести и славы. Острые орудия страны существовали не для того, чтобы ими владел или пользовался какой-то один человек. Каким бы сильным ни был Чу Сяожань, он не мог быть сильнее целой страны. Помимо этого, Нин Шу также использовала свои деньги для того, чтобы инвестировать их в китайский ресторан. Шеф-поваром там был человек, которому Нин Шу помогала в судебном разбирательстве. И хотя им удалось выиграть с небольшим преимуществом, он всё равно потерял работу. Поэтому Нин Шу инвестировала в китайский ресторан, который теперь был под управлением этого мужчины и его жены. Бизнес шёл вполне нормально. Так как Нин Шу была адвокатом в китайском консульстве, лишь немногие люди приходили создавать проблемы этому ресторану. И хотя некоторые люди осмеливались издеваться над китайцами, они всё равно не смели открыто препятствовать консульству, то есть открыто препятствовать другой стране. Это позволило Нин Шу получать стабильный доход. Приятным сюрпризом было то, что этот доход со временем увеличивался. Спустя некоторое время Нин Шу накопила неплохую сумму денег. Изначально Нин Шу планировала вернуться в Китай через два года, но всё растянулось на целых три года. Чем глубже и толще будут её корни тут, тем проще ей будет победить Чу Сяожаня, когда она вернётся. На данный момент в голове Нин Шу была лишь усердная работа на консульство. Она сражалась в судебных разбирательствах в крайне невыгодных ситуациях, чтобы помогать китайцам, которые приходили просить о помощи. Суть в том, что по прошествии трёх лет, когда Нин Шу вернулась в Китай, у неё было рекомендательное письмо от консульства. На этом рекомендательном письме была печать консульства, поэтому оно ценилось больше, чем что-либо. Оно означало признание правительством усердной работы Нин Шу. Как только Нин Шу сошла с самолёта, первым делом она вернулась домой. Она долго утешала рыдающую от счастья мать Сюй, а потом сказала отцу Сюй, который старательно скрывал своё волнение: - Пап, я вернулся. - Это хорошо, что ты вернулся, - кивнул отец Сюй. Мать Сюй приготовила для Нин Шу много еды, говоря, что та страдала в загранице и что ей нужно есть больше. Нин Шу съела всё, что мать Сюй приготовила для неё. Когда она увидела, что родители семьи Сюй были в добром здравии, она мысленно вздохнула с облегчением. Хоть родители семьи Сюй и говорили всегда, что они в порядке, когда она им звонила, она всё равно чувствовала себя неуютно. ---------- Просто Позвонил Ради Пары Раундов в Постели Из-за разницы во времени Нин Шу пришлось несколько дней приходить в себя. Как только она восстановилась, она запланировала поездку в город Т. Когда мать Сюй услышала, что её сын собирается в город Т, она поспешно спросила: - Ты собираешься съездить и повидать Ся Сяомань? Выражение лица Нин Шу наполнилось внезапным осознанием. - Мам, если бы ты об этом не заговорила, то я бы и не вспомнил. Я просто собираюсь вернуться, чтобы повидать своего прежнего начальника и некоторых коллег. Даже если я увижу Ся Сяомань, это уже ничего не будет значить. Пока она была в загранице, она не особо обращала внимание на то, что происходит между Чу Сяожанем и Ся Сяомань, но, опять же, у неё и не было никакого способа получить эту информацию. На самом деле, в этот раз основной причиной её возвращение в город Т было то, что она хотела разузнать, как они там поживают. Спустя пару часов езды на автомобиле, Нин Шу приехала в город Т. Первым делом она навестила начальника той фирмы, в которой работала, и они даже сходили пообедать. Начальник спросил у Нин Шу: - Что ты планируешь делать теперь, когда вернулся? Нин Шу увидела, что он не намерен приглашать её обратно в свою фирму. Было ясно, что он всё ещё её опасается. Нин Шу сказала: -У меня осталось немного денег, так что я планирую открыть свою адвокатскую фирму. Бывший начальник кивнул. Он казался немного разочарованным. - Ты - хороший адвокат, жаль, что всё так сложилось. Ну, забудем об этом, давай не будем говорить о тех вещах. Где ты планируешь открыть свою фирму? - В городе Т, - ответила Нин Шу. Бывший начальник тут же нахмурился. - Ты не сможешь переехать в город Т. А если ты так сделаешь, то мы с тобой станем конкурентами. - Мы можем сотрудничать, - сказала Нин Шу. - Вэньлан, в прошлый раз кто-то надавил на меня, чтобы заставить уволить тебя, так зачем же ты всё равно остаёшься в городе Т? Всё будет по-другому, если ты откроешь свою фирму в другом городе, - сказал бывший начальник. С одной стороны, это было потому, что он действительно вынужден был усложнять жизнь для Сюй Вэньлана. С другой стороны, он не хотел иметь ещё одного конкурента. Нин Шу лишь покачала головой, ничего не говоря. После обеда Нин Шу отправилась разузнать о ситуации с Чу Сяожанем и Ся Сяомань. За прошедшие три года садомазохистская любовь Чу Сяожаня и Ся Сяомань постепенно стала общеизвестной. Статус Ся Сяомань изменился с любовницы на любимую девушку. Чу Сяожань даже иногда приводил Ся Сяомань на вечеринки. Однако между ними двумя всё ещё было множество проблем. Чу Сяожань был мужчиной такого типа, с которым всегда хотели связаться разные женщины, поэтому вокруг него постоянно порхали какие-нибудь бабочки. Это всё выглядело почти как гарем. Эти женщины всячески подставляли и оскорбляли Ся Сяомань, официальную девушку Чу Сяожаня. Эти женщины специально сближались с Чу Сяожанем и даже спали с ним, отчего Ся Сяомань испытывала сильную обиду. Ся Сяомань была из тех людей, которые не озвучивают обиды, которые испытывают, а просто барахтаются в своей собственной боли. Она игнорировала Чу Сяожаня до тех пор, пока Чу Сяожань не начинал злиться на её поведение и насильно заталкивал в спальню, чтобы провести сеанс страстных упражнений. От этого Ся Сяомань чувствовала себя ещё более обиженной. Чу Сяожань уже спал с другими женщинами, но он всё равно разбойничал над её телом. Она чувствовала такую боль и отчаяние! В любом случае, их отношения были крайне извращёнными. У них вроде бы и были чувства друг к другу, но они продолжали делать друг другу больно. Вообще-то нет, по большей части это Чу Сяожань делал больно Ся Сяомань эмоционально и физически. Однако, несмотря на тот факт, что всё складывалось таким образом, Ся Сяомань всё ещё оставалась с Чу Сяожанем все эти три года. Каждый раз, когда она была обижена и решала уйти, Чу Сяожань затаскивал её обратно и начинал раунд страстной борьбы в постели. Это всё выглядело так, словно не происходило ничего, что нельзя было бы решить, покувыркавшись в постели. Если одного раза было недостаточно, то он просто проводил два раунда. Вот так Ся Сяомань и Чу Сяожань взаимодействовали друг с другом. После этого у них начинался очередной медовый период, пока не появлялись ещё какие-нибудь женщины, и Ся Сяомань снова чувствовала обиду. Этот цикл продолжался без остановки. Он был просто бесконечным. Нин Шу выпустила долгий и протяжный вздох. Какого хрена? Она устала только от того, что ей пришлось выслушивать всё это. Неужели эти двое вообще не устали от этого? Она покачала головой. Она не чувствовала никакой симпатии к Ся Сяомань, несмотря на тот факт, что той было так больно. Она не могла собраться и уйти от Чу Сяожаня, даже несмотря на то, что он делал ей так больно, так кому же ещё тогда делать больно Чу Сяожаню, если не ей? Сюй Вэньлан был действительно довольно жалким. Каждый раз, когда Ся Сяомань было больно, она приходила к Сюй Вэньлану, плакала ему в жилетку и просила его забрать её. Каждый раз, когда она уже больше не могла терпеть, она приходила к Сюй Вэньлану за лечением. А как только она восстанавливалась, она снова возвращалась к Чу Сяожаню. Выслушав всё это, Нин Шу больше не обращала внимания на этих двоих. Она была очень даже рада видеть, как они делают друг другу больно. ---------- Позвольте Мне Представить Вам Нин Шу начала создавать свою собственную адвокатскую фирму. Она выбрала довольно хороший район. Какое-то время она была единственным адвокатом в этой фирме. Она наняла девушку, которая занималась бы такими вещами, как приносить чай и организовывать документы. Разумеется, она не могла заполучить себе крупные дела, едва только открывшись, поэтому она пришла в управление города Т и достала рекомендательное письмо из консульства. Она сказала, что планирует открыть адвокатскую фирму и что эта фирма будет благотворительной коммерческой организацией. Для людей из семей с низким уровнем дохода, эта фирма будет предоставлять бесплатные юридические консультации. Нин Шу хотела заранее проинформировать правление города. Правительство поддерживало агентства вроде таких, и у Нин Шу было рекомендательное письмо из китайского консульства, поэтому сертификат на ведение дел был выдан Нин Шу очень быстро. Было бы очень трудно управлять адвокатской фирмой в одиночку, поэтому она связалась с адвокатами из того консульства, в котором работала. Она сказала, что если они собираются возвращаться в Китай, то они могут зайти повидать её фирму. Нин Шу пригласила много людей на церемонию открытия. Однако, к её удивлению, люди из правительства действительно пришли принимать участие в церемонии открытия. Это вполне можно было интерпретировать так, что правительство собирается поддерживать её юридическую фирму. Когда её фирма только открылась, к ней приходили только те люди, которые услышали о бесплатных консультациях. Нин Шу проверяла семейные обстоятельства этих людей. Если они действительно бедствовали, то Нин Шу выполняла своё обещание и оказывала услуги бесплатно. Мало-помалу, она начала немного набирать себе репутацию. Несколько адвокатов пришли в её фирму, и она наконец-то начала быть довольно презентабельной. Нин Шу периодически принимала участия в вечеринках, чтобы расширить свои связи и, так уж вышло, что она столкнулась с Чу Сяожанем и Ся Сяомань. На Ся Сяомань было дорогое вечернее платье и сверкающие драгоценности. Её лицо светилось от счастья, когда она ходила рядом с Чу Сяожанем. Нин Шу прищурилась, глядя на самодовольно выглядящего Чу Сяожаня. В её голове уже мелькали всевозможные идеи. Чу Сяожань почувствовал, что на него кто-то смотрит. Он чувствовал, что его изучают враждебным взглядом, поэтому он оглянулся. Когда он увидел Нин Шу, он на мгновение ошалел, а потом потянул за собой Ся Сяомань и направился к Нин Шу. Ся Сяомань сначала была в замешательстве, но, когда она увидела Нин Шу, на её лице промелькнул след недовольства. Она хотела выдернуть свою руку из хватки Чу Сяожаня, но Чу Сяожань держал её очень крепко. - Адвокат Сюй, прошло уже немало времени, как мы виделись друг с другом? Чу Сяожань посмотрел на Нин Шу, слегка прищурившись. Этот мужчина казался ещё сильнее, чем раньше. Его манеры были такие спокойные, что от этого его было трудно прочитать. Это ощущение заставило Чу Сяожаня чувствовать себя очень недовольным. Изначально он думал, что этот мужчина придёт к нему и начнёт умолять дать ему работу, но тот неожиданно пропал на такой долгий срок. И, видя этого мужчину снова, Чу Сяожань почувствовал неудовольствие и неловкость. Нин Шу глянула на Ся Сяомань и мельком оценила её изысканный макияж, прежде чем сказать Чу Сяожаню: - Да, действительно, это было довольно давно. Председатель Чу, я верю, что у вас всё было хорошо. Чу Сяожань всмотрелся в спокойное выражение лица Нин Шу, а потом обнял Ся Сяомань за плечи и провокационно сказал: - Позвольте мне представить вам. Это моя девушка, Ся Сяомань. ---------- Никуда Не Пропадайте Чу Сяожань представил Ся Сяомань Нин Шу, но разве тут вообще нужно было представление? Сюй Вэньлан и Ся Сяомань знали друг друга больше десяти лет и общались гораздо дольше, чем Чу Сяожань общался с Ся Сяомань. Чу Сяожань просто делал это нарочно. Нин Шу подняла брови и спокойно протянула руку в сторону Ся Сяомань. - Привет. Когда Ся Сяомань увидела, что её братец Вэньлан реагирует подобным образом, на её лице промелькнула обида, но она всё равно протянула свою руку. Однако Чу Сяожань взял инициативу на себя и пожал руку Нин Шу. Хватка Чу Сяожаня была немного жёсткой. Когда он увидел, что Нин Шу никак на это не реагирует, он просто увеличил силу своей хватки. Нин Шу слабо улыбнулась и с крепко сжала его руку. Цвет лица Чу Сяожаня тут же изменился, и он выпустил руку Нин Шу. Вокруг него витала зловещая и недовольная аура, но он всё равно продолжил мрачно улыбаться. - Адвокат Сюй действительно интересный человек. Никуда не пропадайте, мне нравятся такие интересные люди, как вы. Нин Шу кивнула. - Я точно никуда не пропаду. Даже Ся Сяомань смогла почувствовать, что атмосфера между ними была напряжённой, поэтому она утащила Чу Сяожаня прочь. Как только Чу Сяожань развернулся, его цвет лица стал очень плохим. Его взгляд был полон холода и гнева, когда он резко сказал: - Твой старый возлюбленный вернулся. Должно быть, ты очень счастлива? Ся Сяомань чуть не споткнулась, когда недоверчиво посмотрела на Чу Сяожаня. - Как ты можешь такое говорить? Я вообще ничего такого не думала. Не надо на меня наговаривать. - Ты продолжаешь поглядывать на своего старого возлюбленного, но говоришь, что ты ничего не чувствуешь? Думаешь, что я совсем ослеп уже? Ты что, задумалась о том, чтобы вернуться к нему? Выражение лица Чу Сяожаня было наполнено презрением и насмешкой. Ся Сяомань была обижена выражением лица Чу Сяожаня. Почему Чу Сяожань всегда без колебаний говорит такие обидные слова? Нин Шу взяла бокал красного вина со стола. Попивая вино, она наблюдала за Чу Сяожанем и Ся Сяомань. Ещё совсем недавно атмосфера вокруг них была спокойной и хорошей, но теперь они снова начали ссориться. На лице Ся Сяомань снова появилось кислое выражение. Словно она страдала от огромной обиды и недовольства, словно она была нежной женой, которую разозлили. Даже один только её вид был утомительным. Нин Шу подумала, что если бы она была мужчиной, то ей бы точно не понравилась девушка, на лице которой весь день такое кислое выражение лица. Ся Сяомань всё ещё была очень счастлива до этого. По крайней мере, она была счастлива, когда была с Сюй Вэньланом. Однако нынешняя Ся Сяомань больше не чувствовала счастья. У неё оставалась только боль и беспомощность после учинённого над ней насилия. Если Ся Сяомань действительно считала, что это и есть любовь, то Нин Шу была искренне онемевшей. После того, как Нин Шу допила бокал вина, она развернулась и ушла. За всё прошедшее время, не считая работы над делами юридической фирмы, она лишь ездила домой, чтобы навестить родителей семьи Сюй. Юридическая фирма всё ещё была в довольно расслабленном состоянии. Большинство посетителей приходило сюда ради бесплатных консультаций. Когда Нин Шу просматривала документы, она услышала голос Ся Сяомань. - Братец Вэньлан. На мгновение Нин Шу подумала, что ей это показалось, но, когда она подняла голову, она увидела Ся Сяомань. - Как ты нашла это место? Ся Сяомань улыбнулась, а потом огляделась по сторонам. Она радостно сказала: - Братец Вэньлан, поздравляю тебя с открытием собственной юридической фирмы! Нин Шу кивнула, а потом спросила: - Зачем ты здесь? Как ты нашла это место? - Братец Вэньлан, ты, вероятно, этого не знаешь, но твоя юридическая фирма уже довольно известная. Мне лишь было достаточно немного поспрашивать, чтобы разузнать, где ты находишься. Голос Ся Сяомань был полон восторга, словно она радовалась за Нин Шу. Никто не взбирается по лестнице в храм просто ради забавы. Нин Шу была почти уверена, что Ся Сяомань пришла сюда не для того, чтобы просто поздравить её. Нин Шу налила Ся Сяомань стакан воды, а потом тихо спросила: - Зачем ты пришла ко мне в этот раз? Когда Ся Сяомань увидела, что Нин Шу настолько холодно относится к ней, она стала выглядеть немного обиженной. - Братец Вэньлан, ты всё ещё винишь меня? - Нет. Нин Шу не знала, что Ся Сяомань подразумевает под этим. ---------- Братец Вэньлан, Прошу, Помоги Мне - Братец Вэньлан, я знаю, что я тебя подвела. Мы должны были пожениться, но из-за меня… Я сделала тебе больно, прости. Выражение лица Ся Сяомань наполнилось виной и беспомощностью. Нин Шу покачала головой. - Всё это уже в прошлом. Я отпустил эти вещи. Ты тоже найдёшь своё собственное счастье. Всё-таки, мы просто временные гости в этой жизни. Нин Шу была изрядно раздражена. Что же такое она хотела сказать, раз прибежала прямо сюда? Она чувствовала, что Ся Сяомань была довольно тупой. Если Чу Сяожань выяснит, что она пришла сюда, то обязательно будет мучить её, когда она вернётся. Метод наказания Чу Сяожаня заключался в том, что человек потом не мог встать с постели. Похоже, что Ся Сяомань очень даже нравился этот метод наказания. - Ты пришла ко мне, потому что тебе что-то нужно? Нин Шу потёрла виски. Она действительно очень не хотела смотреть на кислое выражение лица Ся Сяомань, которое было наполнено виной. Одно только это зрелище изводило Нин Шу. Только потому, что та продолжала извиняться, не означало, что она действительно понимала, в чём её вина. Ся Сяомань просто привыкла извиняться. Кто знает, что она на самом деле думала? - Братец Вэньлан… Ся Сяомань сильно закусила свои губы, словно она хотела что-то сказать, то ей было трудно это произнести. Её лицо было таким перекошенным, что на него было невыносимо смотреть. Нин Шу вытерла своё лицо. Она перестала смотреть на Ся Сяомань и сказала: - Просто скажи. Чего ты хочешь? Ся Сяомань выглядела так, словно она выбросила осторожность на ветер и с решительным выражением на лице сказала: - Братец Вэньлан, прошу, помоги мне. Нин Шу на мгновение ошалела. Ся Сяомань искала её ради помощи? - Братец Вэньлан, я очень и очень устала. Я хочу уйти от Чу Сяожаня. Моё тело и сердце уже истощены. Ся Сяомань хотела схватить Нин Шу за руку, говоря это с умоляющим выражением лица, но Нин Шу увернулась от неё. - Если ты хочешь уйти от него, то просто уходи, - спокойно сказала Нин Шу. Какой смысл ей было говорить всё это? Ся Сяомань покачала головой с болезненным выражением на лице. - Братец Вэньлан, тут всё не так просто. У Чу Сяожаня есть не только фотографии моего обнажённого тела, но ещё и видео. Нин Шу: Пффф… С удивлённым выражением лица Нин Шу спросила: - Вы же уже в официальных отношениях. Так почему он не отдаст тебе эти вещи или не уничтожит их? Губы Нин Шу дрогнули. Пока она смотрела на измождённое выражение лица Ся Сяомань, в её голове была лишь одна мысль, что та, блин, всё это заслужила. Покорность Ся Сяомань всему позволяла Чу Сяожаню издеваться над ней без каких-либо волнений. Она никогда не сопротивлялась и просто молча всё терпела. Когда рядом есть кто-то такой, то над кем же ему издеваться, кроме как не над ней? Поведение без издевательства над ней было практически невыносимым. Но теперь Ся Сяомань пришла к ней, чтобы просить о помощи. Нин Шу считала, что эта женщина пришла сюда, чтобы, блин, снова её троллить. У неё была безграничная терпимость к главному мужчине, поэтому люди, которые сталкивались с неудачами, всегда были теми людьми, что хорошо к ней относились. И хотя ей сотни раз делали больно, она всё равно относилась к главному мужчине так, словно он был её первой любовью. Она была по-настоящему невероятно никудышной. Нин Шу очень сильно ненавидела Ся Сяомань. - Он не отдал их мне, - Ся Сяомань посмотрела на Нин Шу. – Братец Вэньлан, прошу, помоги мне подать на него иск в суд. Помоги мне вернуть эти вещи. Веки Нин Шу даже не поднялись, когда она ответила: - Этот иск будет трудно подать, так как вы двое находитесь в отношениях. Чу Сяожань может сказать, что это просто ваше общее хобби. Если ты действительно хочешь уйти от Чу Сяожаня, то ты можешь прекратить всё, просто уйдя от него. Зачем нужно всё настолько усложнять? ---------- Трудно Наконец-то Найти Любовь А раньше она чем занималась? Она должна была использовать этот метод, ещё когда только произошёл первый инцидент с фотографиями её обнажённого тела, но она решила пойти на компромисс. И к этому времени с такой ситуацией уже нелегко разобраться. Более того, у Нин Шу не было никакого желания ей помогать. Если она поможет, то станет очень занята делами Ся Сяомань, и ей придётся столкнуться с опасностью быть убитой Чу Сяожанем. Чу Сяожань и Ся Сяомань постоянно ссорились, а после кувырканий в постели Ся Сяомань может решить, что больше не хочет расставаться. И тогда уже больше нечего будет сказать. А учитывая характер Ся Сяомань, вполне возможно, что она нечто такое и сделает. - Братец Вэньлан, прошу, помоги мне, - взмолилась Ся Сяомань. – Я должна уйти от Чу Сяожаня, он меня совсем не любит. Он всегда лишь играет мной. Я просто устала. Нин Шу: … Проваливай!!! Она уже так много лет это терпела. Сейчас она такая вся решительная, но стоит только Чу Сяожаню поманить её пальцем, как она тут же прибежит обратно. Ся Сяомань была практически психически больной. Нин Шу спокойно сказала: - Я не могу тебе с этим помочь. Для подачи иска требуются доказательства. В каком преступлении ты намерена обвинить Чу Сяожаня? - Я… Ся Сяомань изрядно растерялась и не знала, что сказать. Нин Шу сказала: - Если ты действительно всерьёз настроена уйти от Чу Сяожаня, то просто бери и уходи. Не волнуйся обо всём остальном. Не волнуйся о тех фотографиях, а просто уходи и больше не приближайся к нему. - Я не могу! – рефлекторно возразила Ся Сяомань. Потом она добавила: - Но у него же есть все те фотографии и видео. Как только я уйду, Чу Сяожань обязательно их опубликует. Братец Вэньлан, мне страшно. А я не могу позволить, чтобы над моими родителями насмехались из-за меня. Видите? Подсознательно Ся Сяомань всё ещё не хотела уходить от Чу Сяожаня, вот почему она всегда находила подобные оправдания. Даже если она сейчас и была всерьёз настроена расстаться, то это было только потому, что Чу Сяожань сделал что-то, чем обидел её. Спустя некоторое время, она, естественно, простит его, и они снова станут сладкой парочкой. Ся Сяомань очень легко прощала Чу Сяожаня. Стоит только Чу Сяожаню вести себя хоть немного заботливее и сделать пару романтических поступков, как поведение Ся Сяомань тут же смягчится. Словам Ся Сяомань нельзя было доверять, особенно когда она говорила, что хочет уйти от Чу Сяожаня. Все эти слова можно было спокойно считать пердежом. Нин Шу была почти уверена, что Чу Сяожань не станет публиковать те фотографии и видео. Судя по мужскому шовинизму Чу Сяожаня, как он сможет позволить другим людям наслаждаться видом тела его женщины? Особенно, когда дело касается видеозаписей их секса. Он ни за что не станет их публиковать. Ся Сяомань единственная, кто поверит в подобную ложь. Чу Сяожань и Ся Сяомань подсознательно использовали это, чтобы привязаться друг к другу. Нин Шу лишь хотела спросить, что это за болезнь такая? Как эту херню можно назвать любовью? Они ранили друг друга до тех пор, пока на них не оставалось живого места, а потом всё равно говорили о том, как же трудно наконец-то добиться счастья? Это было просто нелепо. - Братец Вэньлан, я пойду. Ся Сяомань выглядела очень пришибленной, а потом внезапно подумала о чём-то и сказала: - Братец Вэньлан, позволь мне угостить тебя ужином в качестве поздравления с возвращением в город. Нин Шу небрежно отмахнулась. Она уже собиралась что-то ответить, когда увидела группу хулиганов с битами и ножами, которые ворвались в помещение фирмы. Они начали всё крушить и бросаться вещами без предупреждения. Все, кто были в фирме, ошеломлённо замерли. Ся Сяомань была так напугана, что её лицо побледнело. Она спряталась за Нин Шу и крепко схватилась за одежду Нин Шу. ---------- Пытаетесь Сбежать? Нин Шу холодно рассмеялась, а потом сняла свой пиджак и пошла в сторону хулиганов. Ся Сяомань схватила Нин Шу и начала мотать головой, приговаривая: - Братец Вэньлан, не ходи туда! Это слишком опасно! Нин Шу стряхнула Ся Сяомань, а потом пошла прямо в самое пекло и пнула одного из хулиганов, который громил всё подряд. Она схватила биту этого хулигана и махнула ей в сторону его ноги. Парень закричал от боли и рухнул на пол. С битой в руке, Нин Шу пошла в сторону остальных людей. Когда другие хулиганы увидели, что Нин Шу идёт к ним, излучая гибельную атмосферу, они растеряли свою уверенность и захотели сбежать. Нин Шу тут же захлопнула дверь. Они хотят сбежать после того, как разгромили её вещи? Эти хулиганы были страшными только внешне, и они были совсем не ровня Нин Шу. У Нин Шу ушло всего несколько мгновений, чтобы свалить их всех на пол. Нин Шу встала ногой на грудь лидера этой банды. - А у вас кишка не тонка, раз вы решили доставить проблем юридической фирме. Вы посмели спровоцировать того, кто зарабатывает на жизнь, играя с законом? Этот папочка может заставить вас прожить всю вашу оставшуюся жизнь в тюрьме, знаете ли! - Отпусти меня, а иначе наш босс заставит тебя заплатить! – закричал хулиган с напускной храбростью. Нин Шу слабо улыбнулась, а потом подняла биту и ударила ей по руке парня. Послышался отчётливый хруст кости. Хулиган издал нечеловеческий вопль. Нин Шу отбросила биту в сторону и отряхнула руки. Она повернулась к своим сотрудникам, которые всё ещё ошеломлённо стояли на местах: - Вызовите полицию. Мы не собираемся позволить ни одному из этих ребят уйти от правосудия. - Начальник, вы такой сильный! Секретарша тут же позвонила в полицию. Вскоре послышались звуки полицейских сирен, и все хулиганы были арестованы. Нин Шу назначила адвоката, чтобы разобраться с этим инцидентом, и сказала: - Чем серьёзнее будет наказание, тем лучше. Адвокат кивнул, давая понять, что всё понял. Нин Шу почувствовала себя немного жарко, поэтому она расстегнула пуговицу на рубашке. Когда она увидела, что Ся Сяомань всё ещё тупо смотрит на неё, она спросила: - А разве ты не должна была уйти? - Ох… - Ся Сяомань наконец-то пришла в себя и сказала: - Братец Вэньлан, я и не знала, что ты так хорошо дерёшься! Он разобрался со всеми этими хулиганами в одиночку. Нин Шу небрежно ответила: - Научился этому за границей. Ся Сяомань увидела, что в юридической фирме был изрядный бардак, и что у неё не было достойного повода остаться, поэтому она могла лишь уйти. Нин Шу слегка прищурилась ей вслед. Было слишком очевидно, кто стоял за всем этим. Ся Сяомань только пришла сюда, а потом сразу же произошло нечто подобное. Наивная Ся Сяомань, вероятно, даже не знает, что за ней наблюдают. Чу Сяожань явно давал ей предупреждение. Нин Шу рассмеялась. Не думает же Чу Сяожань, что он настолько всемогущий, верно? После этого инцидента в юридической фирме было довольно спокойно. Никаких других хулиганов тут не появлялось и не доставляло проблем. А тем хулиганам, что ворвались тогда в фирму, были предъявлены все возможные преступления: проникновение на чужую собственность, причинение вреда людям, грабёж… В любом случае, у этих людей не будет возможности избежать наказания. Они были слишком жадными до денег и взялись за подобную работу, поэтому они должны были быть готовы к последствиям. Сюй Вэньлан погиб от рук хулиганов. Иногда эти хулиганы бывают просто очень полезным инструментом. И хотя Сюй Вэньлан умер, это вообще никак не повлияло на Чу Сяожаня. Чу Сяожань так и остался председателем и продолжил равнодушно жить дальше. Что касается Ся Сяомань, то Нин Шу чувствовала лишь отвращение. Эта женщина была действительно тупой до такой степени, что это невозможно было терпеть. Люди, которые были тупыми, наивными и милыми – были просто отвратительными. Более того, Ся Сяомань была не только тупой и наивной. На её лице не было ни капли милоты, потому что оно весь день было напряжённым и перекошенным. Нин Шу отправилась в правительственное управление. Она приняла приглашение правительства и стала служебным адвокатом. Таким образом, её фирма на самом деле считалась правительственной. Правительству города Т нужна была эта фирма, чтобы улучшить свой имидж. Конечно же, Нин Шу всё ещё была начальником этой юридической фирмы. Она с самого начала пыталась наладить эту связь. Так как Чу Сяожань пытался разобраться с ней подобным образом, то она вполне имела право вернуть должок. Это раньше она считала, что у неё ещё не было достаточно сил, чтобы добиться успеха в борьбе против Чу Сяожаня. Но теперь, когда Чу Сяожань так нагло спровоцировал её, она решила, что больше уже нет необходимости прятаться. ---------- В Современном Обществе Трудно Выживать С поддержкой правительства, фирма Нин Шу постепенно встала на нужные рельсы и стала занимать хорошее положение в городе Т. В этом и была разница между сражением в одиночку и наличием того, кто тебя поддерживает. А Нин Шу поддерживал не просто какой-то человек. Нин Шу приходилось иметь дело со множеством бесплатных судебных разбирательств, но её фирма всё равно получала прибыль. В данный момент, Нин Шу была одной из тех, кого правительство рекомендовало тем, кому нужна помощь закона. И, пока она не пересекает границу дозволенного, её юридическая фирма будет становиться лишь сильнее. Теперь Нин Шу могла посещать некоторые вечеринки для высокого класса. Это означало, что её социальный статус стабильно растёт. Нин Шу чувствовала, что даже если ей и не удастся выполнить задание, она всё равно помогла изначальному хосту контратаковать и добиться прекрасной жизни. Теперь он уже вполне мог считаться человеком, стоящим на равных с Чу Сяожанем. Нин Шу чувствовала, что добилась того, что нужно. Когда она посещала разные вечеринки, она периодически сталкивалась с Чу Сяожанем. Когда Чу Сяожань увидел Нин Шу, он заметил антагонистически: - А у вас неплохо получается добиваться славы. Вы прям стали филантропом. Нин Шу улыбнулась. - Даже если я добиваюсь славы, мне всё равно приходится делать все те вещи. Аура Чу Сяожаня была очень сильной, когда он встретил взгляд Нин Шу с безжалостной улыбкой. - Вы действительно интересный человек. - Вы тоже очень интересный, - Нин Шу подняла свой бокал красного вина и слегка прикоснулась им к бокалу Чу Сяожаня. – Тост за вас. Зрачки Чу Сяожаня расширились, а потом он запрокинул голову и выпил вино. Когда он опустил голову и посмотрел на бокал вина, он даже стал немного опасаться этого мужчины. Чу Сяожань лишь сделал символический ход, но оказалось, что ему выдали предупреждение за тот небольшой инцидент. Что же за поддержка есть у этого мужчины? Чу Сяожань улыбнулся и сказал Нин Шу: - Мы можем в будущем сотрудничать. - О, у нас обязательно будет шанс на сотрудничество, - сказала Нин Шу, уверенно кивая. Чу Сяожань в последний раз глянул на Нин Шу, а потом ушёл. Нин Шу безразлично наблюдала за тем, как он уходит. Чу Сяожань и Нин Шу оба прекрасно понимали тот факт, что они были непримиримыми врагами. И хотя на поверхности они были вежливыми, больше всего они хотели уничтожить оппонента и убедиться в том, что этот оппонент больше не сможет восстановиться. Чу Сяожань полагался на своё влияние, чтобы брать то, что ему хочется, так что посмотрим, что он будет делать, когда потеряет столицу. Будет ли он таким же своевольным? В прошлый раз Чу Сяожань отправил людей, чтобы разгромить фирму Нин Шу, потому что она ему не нравилась, а Нин Шу тоже не нравился Чу Сяожань, поэтому в этот раз она действовала как адвокат из налогового бюро и пришла с налоговым инспектором в компанию Чу Сяожаня, чтобы проверить его счета. Компания Чу Сяожаня была очень крупной и считалась одной из самых богатых в городе Т. Ради демонстрации того, насколько всемогущественным был Чу Сяожань, можно сказать, что он управлял экономикой города Т. Если он топнет ногой, то экономика города Т в ответ лишь задрожит. В городе Т он был непобедим. Все склонялись под авторитетом Чу Сяожаня и виляли своими хвостами, умоляя сжалиться. Словно всем этим бизнесменам можно было есть, только если Чу Сяожань даст им немного милостыни. Он обладал умопомрачительной властью. Но Нин Шу на это лишь слабо улыбнулась. Она запрокинула голову назад, чтобы посмотреть на высокий небоскрёб, а потом потёрла заднюю часть шеи. Сколько же стоило такое здание? Нин Шу последовала за налоговым инспектором в компанию Чу Сяожаня. Чу Сяожань не вышел к ним, а лишь назначил своего секретаря, чтобы тот встретил налогового инспектора. В крупных компаниях вроде этой, в финансовом отделе всегда много народу, поэтому и финансы ведутся очень хорошо. Даже если там и есть какие-то утечки, то они были специально оставлены для инспектора, чтобы тот их нашёл, и компании нужно было лишь заплатить небольшой штраф и тем самым просто сэкономить в общем плане. Нин Шу села неподалёку, наблюдая за тем, как люди проверяют счета. В этот раз проверка была очень тщательной. Поведение инспектора разительно отличалось от прежних случаев. В этот раз они проверяли всерьёз. Даже если ошибка была в какой-то мелочи, инспектор всё равно был намерен дойти до конца. Секретарь Чу Сяожаня вскоре заметил, что тут что-то не так. Семейная компания Чу всегда была крупным налогоплательщиком. Даже с рутинными проверками, эти маленькие утечки были специально оставлены, чтобы у налоговых инспекторов был небольшой бонус. Однако теперь налоговый инспектор занялся проверкой всерьёз. Секретарь Чу Сяожаня тут же оповести Чу Сяожаня. Будет лучше оставить подобные вещи Чу Сяожаню, чтобы он сам всё уладил. Когда Чу Сяожань пришёл, он увидел, что Нин Шу сидит на диване и неторопливо пьёт кофе. Он глянул на инспектора, а потом подошёл и сел напротив Нин Шу, подняв брови. - Адвокат Сюй, оказывается, не просто адвокат, но ещё и бухгалтер? Нин Шу сделала глоток кофе, а потом причмокнула губами и ответила: - В современном обществе трудно выживать. Любой дополнительный навык – это ещё одна миска риса. Чу Сяожань прищурился, глядя на Нин Шу. Его губы слегка изогнулись в слабой и беззаботной улыбке. Было трудно понять, о чём он думает. Однако Нин Шу была почти уверена в том, что этот парень сейчас думает о том, как бы убить её, эту назойливую блоху. ---------- Обвиним В Уклонении От Уплаты Налогов На данный момент Нин Шу подозревала, что Чу Сяожань был связан с криминальной активностью, так как под его командованием была банда, и он мог даже провоцировать закон страны. И хотя это всё кажется мелкими инцидентами, возможно это также послужит последней соломинкой, которая переломит верблюда и убьёт его. В итоге, налоговый инспектор нашёл утечку, которую финансовый отдел не мог обосновать. Нин Шу тут же сказала: - Председатель Чу, пожалуйста, объясните это. А иначе это будет означать, что вы пытаетесь уклониться от налогов. Чу Сяожань посмотрел на Нин Шу. Этот мужчина даже не мог скрыть злорадства в своём голосе. Во взгляде Чу Сяожаня промелькнуло убийственное намерение, а потом он сказал налоговому инспектору: - Я всё объясню налоговому бюро насчёт этого вопроса. Вы можете уже уходить. Нин Шу достала перечень предъявленных обвинений. - Председатель Чу, будет лучше, если вы объясните сейчас, а иначе мы обвиним вас в уклонении от уплаты налогов. И если это дойдёт до суда, то ничего хорошего не случится. Чу Сяожань холодно рассмеялась. - А вы явно неплохо подготовились. Так вы с самого начала нацелились на меня? - Что вы такое говорите? Я же просто адвокат. В такой профессии просто необходимо быть доскональным, - с улыбкой ответила Нин Шу. Чу Сяожань на мгновение уставился на Нин Шу, а потом улыбнулся. Однако в этой улыбке не было ни капли тепла. Холодное убийственное намерение хлынуло волной на Нин Шу. - Неплохо. Я действительно недооценил вас в прошлом. - Премного благодарен за этот комплимент. Вы тоже неплохи, - ответила Нин Шу без малейшего изменения в выражении лица. В итоге, Чу Сяожань не смог объяснить требуемого, и был оштрафован на пятикратную сумму. И хотя для Чу Сяожаня это был всего лишь пустяк, он всё равно почувствовал себя оскорблённым. На самом деле, в счетах его фирмы было несколько неясных записей. В прошлом налоговое бюро не обращало на них внимания, но, если налоговое бюро начнёт теперь обращать на них внимание, то Чу Сяожань уже не сможет справиться с последствиями. Компании Чу Сяожаня нравилось доминировать на рынке во многих отраслях промышленности. Множество других компаний могли лишь следовать позади Чу Сяожаня и подбирать кости, которые он оставляет. Вот почему Чу Сяожань обладал таким влиянием в городе Т. Нин Шу убрала перечень предъявленных обвинений и собралась уходить, но Чу Сяожань окликнул её. - Адвокат Сюй, на этих выходных будет день рождения моей девушки. Сяомань собирается устроить вечеринку. Вам тоже стоит прийти. Ха-ха. Он даже использовал Ся Сяомань, чтобы атаковать её. Однако для Нин Шу Ся Сяомань была не более чем незнакомкой, а если точнее, то незнакомкой, которая ей не нравится. Даже если Ся Сяомань умрёт прямо перед ней, она даже глазом не моргнёт. Он хотел спровоцировать её при помощи Ся Сяомань? Нин Шу хотела сказать, что эта мадам сама внутри милая маленькая сестричка, и ей не нравятся женщины! Нин Шу небрежно ответила: - У меня собрание на этих выходных, поэтому я не смогу присутствовать на вечеринке вашей девушки. Чу Сяожань сказал: - Я слышал, что вы с Сяомань долгое время были друзьями, так что вам обязательно нужно появиться на её дне рождения. Мы с Сяомань будем вам рады. Нин Шу порылась в воспоминаниях Сюй Вэньлана. Насколько она поняла, до дня рождения Ся Сяомань ещё месяц. Неужели она собралась праздновать свой день рождения так рано? Вероятно, это была идея Чу Сяожаня, который только что придумал её, чтобы ткнуть её прямо в сердце. ---------- Пытается Её Убить? Приглашение Нин Шу на вечеринку, вероятно, было сделано для того, чтобы продемонстрировать ей, какая они сладкая парочка. Выражение лица Нин Шу не изменилось, когда она сказала: - Я немного занят в последнее время. Мне всё ещё нужно посетить много компаний, чтобы проверить их счета. Моя жизнь, к сожалению, не так хороша, как у председателя Чу, и я не могу просто лечь и пересчитывать свои деньги. Председатель Чу, проследите, чтобы в следующий раз со счетами всё было в порядке. Если такое повторится в следующий раз, то вам действительно может грозить судебное преследование. После того, как Нин Шу сказала это, она развернулась и ушла. Какая ещё вечеринка? Чу Сяожань просто пытается устроить демонстрацию власти. Она предпочтёт заняться бесплатным судебным процессом вместо того, чтобы зря тратить время на нечто подобное. Какие бы отношения ни были у Чу Сяожаня и Ся Сяомань, ей это было не интересно, она не хотела об этом слышать, и ей наплевать. Выражение лица Чу Сяожаня было мрачным, а его брови были плотно нахмурены. Его острые деловые инстинкты подсказывали ему, что эта проверка была знаком. Значит, кто-то собрался на него напасть? Однако, Чу Сяожань всё ещё был уверен в том, что в городе Т никто не сможет его тронуть. Даже вышестоящие люди на самом деле не смели трогать его, потому что это могло вызвать огромную волну в экономике города Т, особенно учитывая то, что он монополизировал так много видов коммерческой деятельности. Из-за этого на рынок города Т обрушится беспорядок, даже если и на короткое время. Чу Сяожань почувствовал ещё больше ненависти к этому мужчине по имени Сюй Вэньлан. Теперь дело было не только в Ся Сяомань. А всё потому, что этот мужчина стоял лицом к лицу с ним в такой сильной и внушительной манере. У этого мужчины наверняка есть какая-то поддержка. Чу Сяожань нахмурил брови. Теперь ему нужно было кое-что запланировать. ____________________ В последнее время, Нин Шу постоянно чувствовала, что за ней кто-то следует. Словно за ней кто-то наблюдает. Однако, каждый раз, как она пыталась выяснить, что скрывается за этим чувством, взгляд исчезал. Нин Шу была почти уверена в том, что это один из людей Чу Сяожаня. Он пытается её убить? Нин Шу считала, что иногда Чу Сяожань действительно слишком уверен в себе. Если бы она была обычным жителем и была убита, как в изначальной истории, то даже если и возникли какие-то колебания на воде, они бы быстро прошли. Однако её нынешний социальный статус уже совсем не такой. Она была одной из фигур правительства и даже управляла юридической фирмой. Если она умрёт, то это обязательно вызовет волнения. Чу Сяожань уже слишком долго наслаждался неоспоримым авторитетом в городе Т. Он забыл, кому принадлежит земля, на которой он стоит. Нин Шу зашла в переулок и подождала, пока появится человек, который её преследует. Этим преследователем оказался мужчина. Он обладал грозной аурой. Судя по тому, как он шёл, он казался уволенным в запас солдатом. - Зачем ты меня преследуешь, - спросила Нин Шу. Мужчина ничего не сказал. В его руке появился острый нож. Судя по всему, он планировал перерезать горло Нин Шу. Нин Шу прищурилась, а потом взяла на себя инициативу, чтобы ударить мужчину кулаком. Этот мужчина, вероятно, был солдатом спецназа, а значит – был очень умелым в бою. Похоже, что он смотрел на Нин Шу свысока, и лишь поднял руку, чтобы поймать кулак Нин Шу, но, в итоге, вынужден был отступить назад на несколько шагов от силы удара Нин Шу. Выражение лица мужчины стало серьёзным и он размял свою шею, издав отчётливое похрустывание. - А ты знаешь, как драться. Нин Шу прищурилась, а потом снова взяла на себя инициативу в атаке. Она сжала кулак, чтобы ударить мужчину в лицо, а другой рукой достала перцовый баллончик и брызнула мужчине в глаза. Глаза мужчины горели от спрея. Он так сильно обжигал, что ему даже показалось, что он вот-вот ослепнет. Мужчина нагнулся, прикрывая глаза, и издал сдавленный стон, поэтому Нин Шу воспользовалась этим преимуществом, чтобы крепко сжать кулаки и стукнуть его. Из-за боли в глазах, даже несмотря на то, что он остерегался Нин Шу, он всё равно оказался избит до бессознательного состояния. Нин Шу пнула бессознательного мужчину, а потом поцеловала баллончик со спреем. Перцовый спрей был серьёзным сокровищем. Он мог застать нападающих врасплох. Вероятно, никто бы не мог подумать, что мужчина будет носить с собой перцовый баллончик. Пока Нин Шу размышляла обо всём этом, она очень разозлилась. Этот мужчина был очень безжалостным в своих атаках. Он пытался убить её одним ударом. Нин Шу топнула по голени мужчины и послышался хруст костей. Нин Шу с силой топнула по ноге ещё пару раз. Мужчина испытывал такую боль, что тут же сел и закричал, а потом его глаза закатились и он снова потерял сознание. Его нога уже начала опухать. На самом деле, Нин Шу хотела убить этого человека, но это, как-никак, было законопослушное общество. Даже если тут и есть грязь по углам, как у адвоката, руки Сюй Вэньлана должны быть чистыми. Это был самый фундаментальный принцип, которого нужно придерживаться. Сюй Вэньлан наверняка не захочет вернуться назад и стать ответственным за смерть другого человека. ---------- Чем Выше Взлетаешь… Нин Шу позвонила Чу Сяожаню и сказала ему забрать своего парня, а иначе она отправит его прямо в полицию. Нин Шу не хотела звонить в полицию, потому что у таких солдат ветеранов обычно есть люди, которые будут их защищать. Военные люди, всё же, были как семья, поэтому Нин Шу предпочла бы просто выдать Чу Сяожаню предупреждение. Чу Сяожань пришёл лично. Он даже привёл несколько телохранителей. Чу Сяожань посмотрел на мужчину, лежащего без сознания на земле, а потом с улыбкой посмотрел на Нин Шу. - Я действительно вас недооценил. - Чу Сяожань, присматривайте за своим псом как следует. А иначе в следующий раз это закончится не тут, а в тюрьме, - спокойно сказала Нин Шу. Чу Сяожань махнул своим телохранителям, и те быстро унесли бессознательного человека прочь. Чу Сяожань посмотрел на Нин Шу и сказал: - Сюй Вэньлан, я действительно начинаю всё больше и больше восхищаться вами. Если бы не Ся Сяомань, то мне бы действительно хотелось, чтобы вы работали на меня. - Вы же знаете, что это невозможно. Насколько безмозглой она должна быть, чтобы решить работать на Чу Сяожаня? Её целью было добиться мести. Сделать так, чтобы Чу Сяожань, который берёт всё, что ему хочется, мучительно боролся в отчаянии. - А у вас сильная стойкость. Вы даже смогли вытерпеть то, что произошло с Ся Сяомань. А потом, пропав на некоторое время, вы смогли наладить связи с людьми из верхов. Чу Сяожань прищурился, скрывая убийственное намерение в своём взгляде. Нин Шу улыбнулась. Причина, почему ей удалось добиться таких связей, в том, что она имела пригодную для использования ценность. Всё, что она делала – это просто чесала там, где у них зудело. Тем временем, существование Чу Сяожаня было для них словно рыбная кость, застрявшая в горле. Она просто заимствовала импульс. Чу Сяожань презрительно глянул на Нин Шу, а потом ушёл. Чу Сяожань был слишком наглым. Если небеса хотят уничтожить людей, то им нужно сначала свести людей с ума. Тем временем, дерево, к которому прислонилась Нин Шу, отбрасывало освежающе прохладную тень. Нечто очень забавное произошло с тем инцидентом о компании Чу Сяожаня, уклоняющейся от уплаты налогов. Эта новость без ограничений распространялась в средствах массовой информации. От этого акции компании Чу Сяожаня заметно просели в цене. Утренние и вечерние новости рассказывали об этом, и в экономических газетах тоже освещали этот инцидент. Чу Сяожань тут же заставил все новости и СМИ перестать говорить об этом инциденте. Власть Чу Сяожаня в городе Т действительно нельзя было недооценивать. Однако, чем выше взлетаешь, тем больнее падать. В это время Ся Сяомань снова пришла к Нин Шу. Однако в этот раз она уже говорила не о расставании с Чу Сяожанем, а пришла попытаться наладить отношения между Чу Сяожанем и Нин Шу. - Братец Вэньлан, просто забудь об этом инциденте, ладно? Подобное сражение против Чу Сяожаня ничего хорошего тебе не принесёт. Чу Сяожань очень безжалостный, а ещё – обладает очень большой властью. Братец Вэньлан, если ты пойдёшь против него, то это повлияет на твой бизнес и твоё будущее, - сказала Ся Сяомань, пытаясь отговорить её. На её лице читалось волнение за Нин Шу. Нин Шу: … Нин Шу действительно не знала, что сказать. На каком основании Ся Сяомань пришла сюда, чтобы просить о таком? Хоть Ся Сяомань и говорила обо всём со своей точки зрения, было очевидно, что она склоняется на сторону Чу Сяожаня. Это было просто нелепо. Совсем недавно она плакалась о том, что хочет расстаться, но теперь она снова говорит в защиту Чу Сяожаня. Вот почему словам Ся Сяомань нельзя доверять. Если кто-то действительно всерьёз примет её слова, то это будет началом трагедии. ---------- А Тебе Кто-Нибудь Когда-Нибудь Говорил… Нин Шу правда не знала, чем думала Ся Сяомань, раз так регулярно меняла своё мнение. В один день она решительно настроена на одно, а на следующий день полностью меняет своё мнение. Просто невозможно понять, чего же она конкретно хочет. Было ли это настолько забавно? В изначальной истории, Сюй Вэньлан был обыгран этим так жестоко, что это его чуть не сломило. В один день она совершенно сломлена, а потом, на следующий день, она говорила, что не может отпустить Чу Сяожаня. Нин Шу вообще не могла понять личные принципы и границы дозволенного Ся Сяомань. Хоть она и была обижена Чу Сяожанем, отчасти это было из-за того, что она постоянно уступала, не имея никаких личных принципов. Нин Шу чувствовала, что это довольно плачевно для человека – жить подобным образом. Однако Ся Сяомань на самом деле считала, что страдание – это вполне естественно и должно идти под руку с любовью, так как это часть путешествия к достижению счастья. Сюй Вэньлан так хорошо к ней относился. Но она не захотела этой нежной и долгоиграющей тёплой страсти, а настояла на том, чтобы иметь такой разбивающий сердце, болезненный и беспомощный роман? - Братец Вэньлан, почему ты на меня так смотришь? Ся Сяомань увидела, что Нин Шу смотрит на неё с очень резким и незнакомым взглядом в глазах. От этого она начала чувствовать себя неуютно и начала неловко ёрзать на месте. Нин Шу спокойно отвела взгляд и спросила: - Это Чу Сяожань отправил тебя сказать это? Ся Сяомань поспешно замахала рукой и сказала: - Нет, Чу Сяожань ничего такого мне не говорил. Я сама решила прийти сюда. Братец Вэньлан, я не хочу, чтобы вы так яростно сражались. Кому бы ни было больно, я всё равно чувствую печаль. Нин Шу ничего не сказала и лишь посмотрела на Ся Сяомань. Не может быть такого, чтобы она и Чу Сяожань смогли мирно сосуществовать. В изначальной истории Сюй Вэньлан погиб. Однако это не обязательно произойдёт снова. У Ся Сяомань не было права говорить такое ей. Она предала Сюй Вэньлана, и всё равно просит Сюй Вэньлана отпустить прошлое и мирно общаться с Чу Сяожанем? Просто пусть уйдёт как можно дальше. От одного только её вида уже тошнит. Она пыталась использовать как оправдание то, что она думала о Сюй Вэньлане, несмотря на то, что сама была таким эгоистичным человеком. Влюблённая Ся Сяомань была поистине отвратительной. Нин Шу никогда раньше так не презирала женщину. Нельзя было даже сказать, что Ся Сяомань была отвратительной, так как она была очень беспомощной женщиной, которая выбирает только подчинение и принимает все обиды, которые ей причиняют. Однако от её действий боль причиняется тем людям, которые её действительно любят и хотят защитить её. Она призывает бедствия на других людей, но сама она терпимо относится лишь к тому человеку, который делает ей больно. Если это не болезнь, тогда что это? Если Нин Шу столкнулась бы с чем-то подобным, то она наверняка бы просто устроила борьбу не на жизнь, а на смерть, вместо того, чтобы воспользоваться методом Ся Сяомань. Более того, заставлять человека идти на компромисс при помощи угроз и обещаний – это само по себе больно. - Ся Сяомань, тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, какой ты мусор? Нин Шу была всерьёз раздражена тем, что Ся Сяомань постоянно появляется перед ней. Она уже перерасходовала те чувства, которые были у Сюй Вэньлана к ней. - Чу Сяожань вообще знает, что ты тут? - Братец Вэньлан, ты… Выражение лица Ся Сяомань наполнилось шоком. Она не могла поверить тем словам, что вышли из нежного рта братца Вэньлана. Лицо Ся Сяомань покраснело от возмущения и смущения. Её голос дрожал, когда она сказала: - Братец Вэньлан, ты хоть знаешь, что ты говоришь? - Конечно же знаю. Я. Сказал. Что. Ты. Мусор! Нин Шу медленно повторила свои слова. Ся Сяомань была в таком гневе, что её дыхание стало неровным и она яростно закричала: - Братец Вэньлан, как ты можешь говорить обо мне такое?! Братец Вэньлан, ты изменился. Прошлый ты никогда бы не сказал мне что-то столь грубое. Я пришла сюда отговорить тебя из добрых намерений, как ты можешь обзывать меня подобным образом? Ся Сяомань явно не отошла от шока, услышав, как братец Вэньлан обзывает её. Её выражение лица было полно возмущения и смущения. Она села, молчаливо гневаясь, словно была на него сердита. ---------- Ты Не Братец Вэньлан Нин Шу усмехнулась. - Ты уже злишься? Если бы это был Чу Сяожань, то стала бы ты так злиться? какими бы невыносимыми и жестокими ни были слова Чу Сяожаня, ты бы всё равно их стерпела. Однако сейчас ты злишься только потому, что я сказал одно предложение? Ся Сяомань, ты просто полагаешься на тот факт, что у меня к тебе были чувства на протяжении столь многих лет. Более того, ты предала меня, и всё равно появляешься передо мной с такой уверенностью, словно ты имеешь на это право? Тебе вообще не стыдно? Или ты считаешь, что раз у меня были к тебе чувства, то каждый раз, как ты возвращаешься, я всё ещё буду ждать тебя в том же самом месте? – Нин Шу даже не задумывалась о том, чтобы её слова звучали вежливо. – Твоя кожа явно толще обычной в несколько раз. Лицо Ся Сяомань было смертельно бледным, когда она в шоке уставилась на Нин Шу. Она с силой закусила свои губы. - Ты не братец Вэньлан. Братец Вэньлан ни за что бы не сказал подобные слова. Нин Шу: … - Проваливай. Я не хочу тебя больше видеть. Если в тебе осталось хоть капля стыда, то больше не приходи сюда снова, чтобы повидать меня. Нин Шу считала, что даже разговор с Ся Сяомань – это лишняя трата дыхания. В сердце Ся Сяомань Сюй Вэньлан был мужчиной, который будет нежно утешать её, который может понять её страдания и беспомощность. Поэтому, когда Нин Шу стала вести себя чуть неприятнее, от этого Ся Сяомань, которая уже привыкла к тихому беспокойству Сюй Вэньлана за неё, почувствовала, словно её предали. Ся Сяомань встала, всё ещё со смертельно бледным лицом. Она сделала глубокий вдох, а потом сказала: - Братец Вэньлан, я знаю, что ты меня ненавидишь, но всё, что я сделала – было ради того, чтобы разрешить этот инцидент. Моим изначальным намерением было предупредить тебя, чтобы твоя фирма не пострадала от каких-либо помех. Противостоять Чу Сяожаню действительно очень опасно. Что бы ни случилось, я не хочу, чтобы тебе было больно. Нин Шу даже не стала на неё смотреть. - Ты закончила? Если закончила, то уходи, пожалуйста. Ся Сяомань закусила свои губы. А потом развернулась и пошла прочь. Когда она подошла к двери и оглянулась назад, на Нин Шу, то она увидела, что та даже не смотрит на неё. Ся Сяомань нахмурила брови и ушла. Если у неё есть хоть капля стыда, то она должна больше не приходить. Ся Сяомань понятия не имела, что каждый раз, как она приходит к Сюй Вэньлану, это увеличивает опасность, в которой находится Сюй Вэньлан. Как вообще мог Чу Сяожань спокойно смотреть на то, как его женщина приходит в гости к другому мужчине, когда у неё есть свободное время? И этот мужчина, к тому же, прежний возлюбленный Ся Сяомань. Её намерением явно было возродить прежнее пламя любви. Ради предотвращения любых подобных казусов, будет лучше сделать так, чтобы Сюй Вэньлан исчез. Подобные мысли никогда не приходили в голову Ся Сяомань, и она иногда даже использовала Сюй Вэньлана, чтобы спровоцировать Чу Сяожаня. Столкновение с таким троллем по жизни – это явно какая-то неудачная судьба. Чу Сяожань держал под своим управлением банду, вероятно, специально для того, чтобы разбираться с теми людьми, которые его не слушаются. Нин Шу подумала об этом и тоже наняла несколько телохранителей. Все они были солдатами в запасе. Ей нужно было защищать людей, работающих в её юридической фирме. Чу Сяожань был из тех, кто равнодушно и небрежно смотрит на закон, словно нет ничего, что ему нельзя делать, словно всегда найдутся люди, расчищающие ему путь, относясь к нему с уважением, словно к императору. Что касается подобного мышления, то Нин Шу могла над ним лишь посмеяться. Из четырёх классов – учёные, фермеры, ремесленники и торговцы – Чу Сяожань на самом деле был не более чем торговцем, так почему же он считал себя самым влиятельным существом в мире? Это было просто какой-то нелепой ошибкой. Люди, чьё богатство было эквивалентно благосостоянию целой страны, сталкивались лишь с судьбой быть убитыми, когда они станут достаточно толстыми. Более того, Чу Сяожань не стал достаточно могущественным, чтобы освободиться от контроля этой страны. Нин Шу могла лишь позаимствовать импульс. Она сразилась во множестве дополнительных бесплатных судебных процессов, помогая людям, у которых нет других способов подать жалобу. Это позволило репутации её фирмы снова увеличиться. В газетах писали, что она – филантроп. В газетах не писали о том, что она была каким-то меняющим землю существом, она появлялась в них лишь изредка и всегда упоминалась очень вскользь. Чрезмерно преувеличенные статьи могли лишь стать причиной плохой ответной реакции и сомнений. Нин Шу знала, что поддерживающие её люди помогали рекламировать её. Тем временем, ей лишь нужно было усердно работать и делать то, что должно. ---------- Сейчас Усердно Работает Над Поиском Девушки Нин Шу прекрасно понимала своё место. Она была просто пешкой, которую можно использовать, чтобы разобраться с Чу Сяожанем. И она с радостью была готова быть такой пешкой. Некоторые действия Чу Сяожаня уже пересекли границу дозволенного властями. Разве бизнесмен вроде него имеет право манипулировать экономикой? Помимо работы в юридической фирме, Нин Шу иногда находила время, чтобы навестить родителей семьи Сюй. Однако, каждый раз, как мать Сюй видела Нин Шу, она первым делом отправляла её на свидания вслепую. Мать Сюй считала, что её сын уже больше не молодой. В общем и целом, ему уже было за тридцать. Большинство людей в этом возрасте уже стали отцами. Более того, у её сына теперь была успешная карьера, поэтому он сможет жениться на женщине, которая будет даже лучше, чем Ся Сяомань. И хотя мать Сюй никогда этого не говорила, но она всё ещё таила обиду на Ся Сяомань, особенно, когда она увидела, что рядом с её сыном нет ни единой девушки. Не было даже никого, с кем у него был бы хоть намёк на какие-то отношения, поэтому мать Сюй считала, что её сын всё ещё думает о Ся Сяомань. Лоб Нин Шу покрылся потом. Чтобы она женилась на девушке? Пожалуйста, не надо так шутить. Она говорила матери Сюй, что она сейчас усердно работает над поиском девушки, и как только она её найдёт, то обязательно приведёт её домой, а потом сбегала, словно от этого зависела её жизнь. И хотя она так делала, это всё равно не могло успокоить энтузиазм матери Сюй. Каждые несколько дней она говорила Нин Шу съездить домой, чтобы посмотреть на девушку. Она всегда говорила о каких-нибудь красивых и целомудренных девушках и просила Нин Шу приехать посмотреть. Нин Шу практически разваливалась на части. Такие вещи лучше оставить для Сюй Вэньлана, чтобы он сам разобрался. Нин Шу была сфокусирована на работе. Возможно из-за грубых слов, сказанных Нин Шу в прошлый раз, но Ся Сяомань долгое время не приходила её навестить. Она даже не звонила. Иногда Ся Сяомань появлялась на вечеринках, как спутница Чу Сяожаня, но каждый раз, как она видела Нин Шу, её выражение лица всегда было очень безразличным. Она не разговаривала с Нин Шу и даже не здоровалась с ней. Даже когда их взгляды пересекались, Ся Сяомань тут же отводила свой взгляд в сторону. Тц, тц. Ся Сяомань явно дулась. Ся Сяомань думала, что если она будет так делать, что Нин Шу начнёт чувствовать себя неловко и пойдёт на компромисс. Люди всегда устраивают такие необоснованные сцены с такой самоуверенной праведностью по отношению к людям, которые их любят, и которые будут им потакать. Чу Сяожань всегда эмоционально злоупотреблял Ся Сяомань, потому что чувствовал – Ся Сяомань не сможет уйти от него, и Ся Сяомань шла на компромисс. Тем временем, Ся Сяомань эмоционально злоупотребляла Нин Шу, потому что она верила, что у Нин Шу есть к ней чувства, и она должна пойти на компромисс ради неё. Нин Шу это немного озадачивало. Ся Сяомань ведь не делает это для того, чтобы заставить её извиниться, верно? Нин Шу: →_→ Она занималась своими делами и разговаривала с другими людьми, даже не глядя на Ся Сяомань. Ся Сяомань может делать всё, что ей хочется. Даже если Ся Сяомань умрёт прямо перед Нин Шу, Нин Шу ничего не почувствует. Чу Сяожань слегка прищурился, наблюдая за Нин Шу, а потом потянул за собой Ся Сяомань в сторону Нин Шу. Ся Сяомань не хотела туда идти. - Я не пойду. Чу Сяожань поднял брови. В этот раз он смирился со своевольным поведением Ся Сяомань. Было ясно, что Ся Сяомань намеренно избегает Сюй Вэньлана, чтобы ублажить его, поэтому он просто позволил Ся Сяомань подождать его в отдалении. ---------- Визит Раз в Два Месяца - Адвокат Сюй, - Чу Сяожань посмотрел на Нин Шу. – Вы взобрались по социальной лестнице быстрее, чем я когда-либо видел. Вы же были мелким адвокатом, но теперь вы правительственный адвокат, да ещё и филантроп. А вы умеете очень хорошо выслуживаться. На публике вы выступаете под личностью филантропа, но кто знает, какой вы на самом деле? Нин Шу лишь усмехнулась. Чу Сяожань говорит, что она добилась всего того, что у неё сейчас сесть – только кланяясь и выслуживаясь. - Вообще-то, никому нет дела до того, кто я на самом деле. Людям, которые приходят ко мне за помощью в судебных разбирательствах, плевать на это, потому что я могу помочь им выиграть дело. Тем же, кому нужна помощь закона, ещё меньше заботятся о том, что я на самом деле, потому что я могу добиться для них справедливости, и это будет недорого, - спокойно ответила Нин Шу. – Я делаю то, что должен делать, так с какой стати мне чувствовать себя виновато и неловко? Зрачки Чу Сяожаня расширились. Он уже собирался заговорить, когда послышался отчётливый звон разбитого стекла. Чу Сяожань и Нин Шу посмотрели в сторону этого звука и обнаружили, что платье Ся Сяомань было облито красным вином. Это вино медленно растекалось по белому платью. Напротив Ся Сяомань стояла очень привлекательная женщина, которая сейчас извинялась перед Ся Сяомань без особой искренности. Нин Шу лишь мельком глянула на них, прежде чем отвести взгляд. Это был очередной инцидент с любовной интрижкой. Как бессмысленно. Чу Сяожань подошёл к Ся Сяомань и увёл её переодеваться. Когда Нин Шу увидела это, то ей показалось, что Ся Сяомань – это просто гигантский ребёнок. Когда она с чем-нибудь сталкивалась, она была совершенно озадачена и могла лишь ждать, пока придёт её принц и спасёт её. Неудивительно, что она не могла уйти от Чу Сяожаня. Она уже в полной мере зависела от Чу Сяожаня. Чу Сяожань иногда был с ней крайне жесток, но потом он внезапно становился нежным и романтичным. Из-за этого Ся Сяомань никак не могла уйти от него. Она использовала фотографии и видео, чтобы скрыть свои собственные мысли в качестве оправдания, почему она не может от него уйти. В любом случае, причин была куча, но если вкратце, то Ся Сяомань просто влюбилась в мужчину, который её изнасиловал. Нин Шу продолжила приходить с налоговым инспектором в компанию Чу Сяожаня, чтобы проверить счета. Теперь проверка была ещё более серьёзной. Она происходила примерно раз в два месяца. Эта ситуация была довольно аномальной, так как в большинстве случаев налоговая проверка начиналась только к концу года и, какой бы серьёзной ни была проверка, она происходила лишь раз в полгода. Когда Чу Сяожань увидел Нин Шу, его выражение лица стало очень холодным. - Адвокат Сюй, неужели вы затаили на меня какую-то обиду, раз проверяете счета каждые два месяца? Как моя компания может нормально работать в такой ситуации? Нин Шу с улыбкой ответила: - Председатель Чу, ваша компания не единственная, которую проверяют. Все остальные компании тоже проходят проверки. Это указание сверху. Они хотят разобраться с проблемой уклонения от уплаты налогов, которая разрослась за последние пару лет. Чу Сяожань плотно поджал губы. Нин Шу сделала глоток кофе, который принёс секретарь, и села в стороне, неторопливо ожидая налогового инспектора. Чу Сяожань посмотрел на Нин Шу и спросил: - Адвокат Сюй, вы уверены, что хотите пойти против меня? А разве они не были против друг друга с самого начала? Выражение лица Нин Шу было спокойным. - Председатель Чу, о чём вы таком говорите? Я не понимаю. Чу Сяожань холодно рассмеялся. - Некоторые вещи не такие простые, как вы думаете. Вы действительно думаете, что мелкий адвокат вроде вас сможет меня одолеть? Нин Шу рассмеялась. Тот факт, что Чу Сяожань сказал нечто подобное, демонстрировал, что у него нет большой уверенности. Вместо того, чтобы говорить то, что он ей сказал в качестве предупреждения, было бы лучше говорить то, что хочется услышать другим людям. В счетах компании было несколько неясных мест. Нин Шу тут же достала заготовленные документы. Чу Сяожань холодно глянул на Нин Шу, а потом достал чек и холодно спросил у налогового инспектора: - И сколько на этот раз? Чу Сяожань был влиятельной фигурой в городе Т. Налоговый инспектор был напуган мрачной внешностью Чу Сяожаня и задрожал. Если Чу Сяожань захочет заглянуть в историю, то инспектор наверняка будет страдать от последствий. Нин Шу взяла беседу в свои руки. - В этот раз троекратное количество. Штраф – троекратная сумма этих сомнительных доходов. Зрачки Чу Сяожаня расширились, и он плотно сжал губы. Наконец, он быстро написал сумму на чеке. Он так сильно прижимал ручку, что в нескольких местах надорвал бумагу. Нин Шу спокойно убрала чек, а потом достала ещё одну пачку документов. - Председатель Чу, в этих документах содержится предлагаемая цена за товары. Цены на некоторую продукцию вашей компании нужно изменить. ---------- Чу Сяожань Был Жирной Свиньёй Компания Чу Сяожаня монополизировала несколько видов промышленности, и Чу Сяожань практически единолично решал, какие цены будут на всю эту продукцию. Компания Чу Сяожаня установила свои цены довольно высокими, вот почему начальство хотело изменить эти цены. - Председатель Чу, я надеюсь, что в следующий раз, как я приду, цены уже будут изменены, - Нин Шу проигнорировала нехороший цвет лица Чу Сяожаня и добавила: - Председатель Чу, прошу, измените цены, согласно предложенным в этом списке ценам. Чу Сяожань взял предложенные документы и пролистал их, прежде чем отшвырнуть в сторону. Он явно не планировал принимать их всерьёз. Нин Шу посмотрела на это с лёгкой улыбкой, но ничего не сказала. Это уже Чу Сяожаню решать, что он хочет с этим делать. Уклонение от уплаты налогов компанией Чу Сяожаня снова было опубликовано в СМИ. Но компания Чу Сяожаня была не единственной, другие небольшие компании тоже обсуждались в этом вопросе. Однако они все были крайне незначительными компаниями, которые не привлекали много внимания, поэтому люди больше были обеспокоены информацией о компании Чу Сяожаня. Всё же, это была такая огромная компания. Новостные газеты даже попросили, чтобы Чу Сяожань изменил цены на несколько продуктов компании, особенно стоимость вещей первой необходимости. Чу Сяожань попытался остановить распространение этой информации в новостях, но это не особо сработало. СМИ продолжали говорить об этих новостях ещё несколько дней, после чего перестали. Цвет лица Чу Сяожаня был мрачным, когда он смотрел новости, транслируемые на жидкокристаллическом экране. Ся Сяомань, которая сидела рядом с ним, была ошеломлена этим и спросила: - Чу Сяожань, что случилось? Чу Сяожань повернулся, чтобы посмотреть на Ся Сяомань. Мрачный гнев в его взгляде ещё не рассеялся. Когда он смотрел на Ся Сяомань, он казался аномально демоническим, но при этом чарующе привлекательным. Ся Сяомань была напугана этим взглядом. - Хмф! Конечно же, это всё из-за твоего бывшего возлюбленного. Он думает, что у него теперь сильная поддержка, и он настойчиво пытается мне противостоять, - лицо Чу Сяожаня изображало презрение. – Он пытается мне отомстить. Ся Сяомань закусила губы. А что ей ещё было сказать? Она видела, что взгляд Чу Сяожаня был мрачным, а на губах – насмешливая улыбка. Ся Сяомань внезапно почувствовала себя очень уставшей. Ей казалось, что Чу Сяожань обвиняет её, но она была совершенно невиновна. Чу Сяожань тайком сделал её снимки, когда она об этом не знала, а потом угрожал ей этими снимками. Из-за этого она ушла от братца Вэньлана, который всегда хорошо к ней относился и всё терпел. Чу Сяожань обвинял её, братец Вэньлан обвинял её, и её родители говорили ей, что она – позор для их семьи. Она лишилась своей невинности и оставалась рядом с Чу Сяожанем, не имея собственного достоинства. Ся Сяомань почувствовала себя очень уставшей, поэтому она развернулась, чтобы пойти на второй этаж, но Чу Сяожань резко встал и подошёл к ней. Он возвысился над ней и резко сказал: - Что такое? Раз твой бывший парень смог подняться с колен, то ты хочешь теперь вернуться к нему? Выражение лица Ся Сяомань наполнилось ещё большей болью, а её голос задрожал, когда она сказала: - Ты же знаешь, что это невозможно, так почему же ты всё ещё продолжаешь говорить такие вещи? Чу Сяожань, хватит уже делать мне больно! Чу Сяожань стиснул губы и обнял Ся Сяомань. Он подошёл ближе к ней и мрачно прошептал ей на ухо: - Если я узнаю, что ты всё ещё желаешь Сюй Вэньлана, то я убью Сюй Вэньлана. И тогда Сюй Вэньлан умрёт из-за тебя. Ся Сяомань задрожала. Она подняла голову и в шоке посмотрела на Чу Сяожаня. - Чу Сяожань, почему ты такой подлый? Когда это я желала братца Вэньлана? - Братца Вэньлана? Ты всё ещё называешь его так, словно бы вы очень близки, - холодно сказал Чу Сяожань, а потом подхватил Ся Сяомань на руки. Ся Сяомань в тревоге стукнула Чу Сяожаня. - Чу Сяожань, ты просто зверь! - Должно быть, я недостаточно тебя удовлетворяю, раз ты постоянно думаешь о других вещах, раз ты думаешь о других мужчинах. Я уж постараюсь напомнить тебе, кто твой мужчина и кому ты принадлежишь, - холодно сказал Чу Сяожань. Лицо Ся Сяомань покраснело, словно у неё началась лихорадка. Когда Чу Сяожань увидел, какой застенчивой была Ся Сяомань, в его взгляде промелькнула нежность, а потом он опустил её на постель и приступил к соитию. ____________________ Нин Шу продолжала следить за действиями Чу Сяожаня, но Чу Сяожань ничего не предпринял с тех пор, как она дала ему документы с предложенными ценами. К тому же, она не видела, чтобы он выдавал какие-либо распоряжения, чтобы поправить цены на продукцию. Она была немного удивлена. Неужели, Чу Сяожаню действительно наплевать, или у него есть какой-то козырь в рукаве? Нин Шу позвонила Чу Сяожаню, чтобы поторопить его начать работать над изменением цен. Чу Сяожань просто заблокировал номер телефона Нин Шу, чтобы она не могла до него дозвониться. Нин Шу вовсе не злилась на это. Она просто хотела увидеть, кто же победит. Чу Сяожань не делал никаких движений, но Нин Шу не волновалась. В любом случае, всё это было давлением на Чу Сяожаня. Что бы Чу Сяожань ни сделал, его высокомерие всё равно будет вынуждено пропустить удар. Снижение цен обязательно навредит его прибыли, но, если он этого не сделает, то это будет всё равно, что бросить вызов правительству города Т. В данный момент Чу Сяожань был жирной свиньёй. Он был достаточно жирным и выглядел так, словно собирается перепрыгнуть изгородь, так что же ещё было делать правительству, если не зарезать его? Вскоре, Чу Сяожань созвал пресс-конференцию. На этой пресс-конференции Чу Сяожань прямо сказал, что его компания больше не будет производить некоторую продукцию, потому требования столицы слишком завышены. Если они изменят цены, то измененная цена будет слишком низкой, поэтому у них не остаётся иного выбора, кроме как прекратить производство. ---------- Последствия Провоцирования Правительства Чу Сяожань сбросил бомбу, чтобы заставить общественность паниковать. Компания Чу Сяожаня монополизировала множество видов промышленности. Если они прекратят производство этой продукции, то данные вещи первой необходимости будет невозможно купить. Из-за этого общественность начала неистово закупать эти товары, и экономика города Т была на грани переворота. Пока количество товаров продолжало сокращаться, атмосфера начала становиться всё более напряжённой. Стало происходить всё больше вспышек насилия. Пока Нин Шу наблюдала за всем этим хаосом, она почувствовала некоторое восхищение Чу Сяожанем. Его действия были явной провокацией в сторону правительства. Вы хотите, чтобы я изменил цены на свои товары? Тогда я сделаю так, что город Т впадёт в хаос. Откуда у Чу Сяожаня была такая уверенность в себе, что он осмелился вот так провоцировать правительство? Он явно дразнил смерть. Город Т был в беспорядке на протяжении нескольких дней, но правительство не позволило Чу Сяожаню действовать подобным образом. Вместо этого, оно закупило товары другими способами, чтобы восполнить недостаток продукции. И, когда эти товары вышли на рынок, Чу Сяожань уже не мог поддерживать монополию в некоторых сферах промышленности. В прошлом, с присутствием Чу Сяожаня, другим товарам было очень трудно появиться на рынках города Т. Практически все магазины в городе Т продавали лишь товары от компании Чу Сяожаня. Это происходило практически в принудительном порядке. Чу Сяожань пытался заставить экономику города Т погрузиться в хаос, но правительство ответило тем, что начало импортировать продукты из других источников. Посмотрим, кто победит? Правительству удалось успокоить общественность, но настроение Чу Сяожаня и близко не было к хорошему. Потому что на данный момент на рынке города Т было несколько товаров одного типа, и все они были даже дешевле, чем его товары. Чу Сяожань был уверен, что этот его ход заставит экономику погрузиться в хаос, но эта нынешняя ситуация завела его в тупик. Самой важной частью было то, что его месту правителя экономики города Т был брошен вызов. Он уже больше не имел преимущества монополии в нескольких сферах промышленности. А монополия приносила больше всего прибыли. Чу Сяожань внезапно почувствовал, что он попал в ловушку. Всё происходящее было заговором, нацеленным на него. Что бы он ни делал, его власть постепенно уменьшалась. Сюй Вэньлан?! У этого мужчины явно кишка не тонка! ---------- Избегали, Словно Отравы Первая причина, почему Чу Сяожань так поступил, была в том, что он разозлился. Если они хотели его атаковать, то им нужно было хорошенько посмотреть на последствия! Чу Сяожань целенаправленно вызвал экономическую нестабильность в городе Т. Вторая причина была в том, что он привык к своей власти. Он привык к тому, что его боятся и перед ним заискивают, куда бы он ни пошёл. Изменить цены только потому, что ему так сказали? Что за шутка! Однако, Чу Сяожань никогда не представлял, что правительство не пойдёт с ним на компромисс. Чу Сяожань мог лишь вытереть своё лицо. Он был в ярости. Более того, репортёры теперь спрашивали его, действительно ли он остановит производство товаров, как заявлял ранее. Он не только потерял монополию над этими рынками, так он даже не мог больше производить эти товары? Это нанесло Чу Сяожаню огромный удар. Теперь Чу Сяожань не мог толком отступить, но и не мог наступать. Если он продолжит, то его наверняка будет поджидать ещё больше проблем. Однако, если он отступит, то власть его компании значительно уменьшится. Рядом всегда были злобные и завистливые псы, которые готовы накинуться на не охраняемое мясо. Чу Сяожань был в ярости. Он умудрится попасть в ловушку муравья. Нет, в ловушку правительства. Неужели они думают, что смогут одолеть его, просто выдвинув вперёд муравья, чтобы тот противостоял ему? Тогда он сделает так, что экономика города Т полностью погрузится в хаос. Чу Сяожань выбросил все свои резервные товары на рынок и стал продавать их за половину изначальной цены. Это было гораздо дешевле тех товаров, которые появились на рынке города Т. В данный момент шла ценовая война. Чу Сяожань не обращал внимания на прибыль и использовал низкую цену, чтобы вытеснить другие товары. Он действовал в приступе ярости. В ответ на это Нин Шу могла лишь сказать, что если небеса хотят уничтожить людей, то им нужно сначала свести людей с ума. Его действия явно вредили ему самому, чтобы навредить и противнику. Более того, он противостоял правительству. Было бы странно, если правительство действительно стало терпеть его, несмотря на это. Чу Сяожань хотел использовать низкие цены, чтобы вытеснить другие продукты с рынка, но вскоре было обнаружено, что в товарах Чу Сяожаня имеются токсичные компоненты. После этого целый ряд специалистов начал объяснять по телевизору эффекты этих токсичных компонентов с невозмутимой серьёзностью, объясняя то, как те вредят человеческому телу, негативно воздействуя на сердце, лёгкие и почки, что эти процессы необратимы и так далее. Общественность слепо поверила всему этому. Когда люди услышали, что это говорят специалисты, они перестали покупать продукты компании Чу Сяожаня. Люди избегали их, словно отравы. Нин Шу отправила Чу Сяожаню официальное письмо с просьбой перестать производить эти товары и потребовала, чтобы все товары были убраны с полок магазинов. Чу Сяожань полностью лишился монополии на эти продукты и даже навсегда лишился права производить их. Его сертификаты на производство уже были отозваны. Было слишком много способов для высшего руководства испортить кому-нибудь жизнь. Правительство дало Чу Сяожаню документы с предложенными ценами. Если бы он исправил цены согласно документам, то этого инцидента бы не произошло. И хотя он не мог бы зарабатывать столько же, сколько и раньше, то всё равно мог получать прибыль. Но он не захотел на это пойти. Чу Сяожань вёл себя так, словно хотел сокрушить небо, поэтому ему пришлось столкнуться с судьбой быть раздавленным, как это было с Сунь Укуном*. Когда Чу Сяожань получил письмо от Нин Шу, он так разозлился, что порвал его на части. Он потёр свои пульсирующие виски. За это время Чу Сяожань даже покрылся волдырями вокруг рта. Он находился под сильным давлением. Совет директоров теперь сомневался в его способности разобраться с кризисом. Чу Сяожаню хотелось просто вышвырнуть этих людей за дверь и спустить по лестнице. В прошлом они не смели даже пёрнуть в его присутствии. Пока они могли зарабатывать деньги, они просто радостно смеялись. А теперь они начали один за другим демонстрировать, что у них кишка не тонка указывать на него и критиковать его?! Акции компании начали падать, словно в прыжке на тарзанке. Все те, кто владели акциями компании Чу Сяожаня, начали продавать их, словно обезумевшие. Однако, их невозможно было продать только потому, что им этого хотелось, поэтому это считалось серьёзной потерей денег. Некоторые держатели акций даже пришли в компанию Чу Сяожаня, чтобы поднять шумиху. Чу Сяожань потёр свой лоб, откинувшись в кресле. Он закрыл глаза, словно он спал или просто был в ожидании. Когда Ся Сяомань вошла в кабинет, она увидела Чу Сяожаня с устало закрытыми глазами. У Ся Сяомань сжалось сердце при виде его в таком состоянии, и она поставила на стол суп, который принесла. Когда Чу Сяожань услышал движение, он открыл глаза. Он увидел Ся Сяомань, одетую в платье, которое обнажало её безупречные бледные икры. Её цвет лица был красивого румяного оттенка, и она казалась довольно счастливой. - Я сварила тебе немного супа, попробуй, - сказала Ся Сяомань и протянула Чу Сяожаню тарелку с супом. – Поешь немного. Чу Сяожань взял тарелку и глянул на Ся Сяомань. - Ты зачем сюда пришла? Что-то случилось? ---------- Не Проверяй Моё Терпение На лице Ся Сяомань появилась улыбка. Она опустила руку и погладила живот, после чего сделала глубокий вдох. Когда она только собралась заговорить, Чу Сяожань сделал глоток супа, а потом так резко поставил тарелку с супом обратно, что часть супа разлилась. Ся Сяомань была ошеломлена. Лицо Чу Сяожаня исказилось от раздражения, когда он озлобленно спросил: - Это что ещё за суп такой? Он отвратителен! Зачем ты вообще пришла ко мне в компанию? Если тебе нечего делать, то почему ты не можешь просто оставаться на вилле? Чего это ты тут бегаешь по городу? Разве ты не видишь, что я занят? Чу Сяожань сейчас был очень напряжён. Любая мелочь могла заставить его взорваться. Чу Сяожань был не из тех людей, что молча терпят. Даже если стоящим перед ним человеком была Ся Сяомань, он всё равно не стал бы сдерживаться. Лицо Ся Сяомань побледнело. Изначально она пришла сюда рассказать Чу Сяожаню хорошие новости. Она забеременела. И хотя она не особо уделяла внимание тому, что происходит в компании Чу Сяожаня, она всё равно знала о том, в какой ситуации оказался Чу Сяожань. Что-то нехорошее случилось с компанией. Ся Сяомань знала, что Чу Сяожань был взволнован из-за этой ситуации. Из-за того выкидыша три года назад, Ся Сяомань стала уделять много внимания своему телу. Её месячные задерживались на две недели. Когда она проверилась, то обнаружила, что она забеременела, но она волновалась, что могла ошибиться, поэтому даже сходила в больницу, чтобы убедиться наверняка. Когда ей подтвердили, что она беременна, она была рада, но при этом волновалась. Она думала о том, что это может оказаться той новостью, которая обрадует Чу Сяожаня в такой плохой ситуации, но она также не была уверена, что Чу Сяожаню захочется иметь этого ребёнка. Когда Ся Сяомань увидела холодное и раздражённое выражение лица, её сердце дрогнуло. Она поспешно взяла тарелку. - Всё так плохо? Она сделала глоток, а потом тут же прикрыла свой рот. Её чуть не стошнило. Её желудок скрутило от отвращения. Когда Чу Сяожань увидел Ся Сяомань такой, её лицо перекосило от ещё большего раздражения. - Ты приносишь мне то, отчего тебя саму тошнит? Хватит уже раздражать меня и иди домой. Я занят делами компании. - Но, Чу Сяожань, мне нужно с тобой поговорить кое о чём, - поспешно сказала Ся Сяомань. Когда она только вошла, она была такой счастливой, но теперь её лицо стало бледным. - Я занят. Что бы там ни было, расскажешь мне потом. Убирайся. Нынешний Чу Сяожань был словно лев, запертый в клетке, который беспокойно метался из угла в угол и пытался выбраться из неё. Ся Сяомань была напугана видом Чу Сяожаня. Она пошатнулась от страха. Её лицо было бледным, а сердце обдало горьким холодом. Чу Сяожань явно будет не рад появлению ребёнка. Он даже не дал ей шанса заговорить. Но это же был их ребёнок! Сердце Ся Сяомань наполнилось обидой, и она почувствовала себя очень потерянной. Она прикрыла живот рукой и посмотрела на Чу Сяожаня, словно страдала от огромной раны. Чу Сяожань и так уже сходил с ума от тревоги, поэтому, когда он увидел Ся Сяомань, смотрящую на него с таким жалким выражением на лице, он стал крайне раздражённым. Он подавил ярость в своём сердце и сказал: - Я же сказал тебе идти домой, так чего ты тут всё ещё стоишь? Разве тебе место в компании? Ся Сяомань, не проверяй моё терпение. ____________________ * Примечание: Сунь Уку́н — китайский литературный персонаж, царь обезьян, известный по роману «Путешествие на Запад» У Чэнъэня. Как и Нэчжа, является одним из наиболее популярных образов озорников в культуре Восточной Азии. ---------- Незаконнорожденный Ребёнок? Беременность Ся Сяомань изначально была радостной новостью, но, к сожалению, время было не совсем подходящее. Если бы эта новость пришла, пока Чу Сяожань всё ещё был возбуждён гордостью за свой успех, то это, естественно, было бы отличной новостью, но прямо сейчас Чу Сяожань был сам не свой от тревоги. В сердце Ся Сяомань Чу Сяожань был человеком, который может сделать всё, таким человеком, который с лёгкостью разберётся с любой проблемой. В итоге, эта ситуация случилась из-за того, что Ся Сяомань не до конца понимала нынешнюю ситуацию Чу Сяожаня. Но этого стоило ожидать. Ся Сяомань и не нужно было понимать все эти вещи. Ей нужно было лишь выполнять свою работу, а именно – обслуживать Чу Сяожаня и использовать своё тело, чтобы укреплять их чувства. Ся Сяомань не нужно было ничего делать, а просто быть рядом с Чу Сяожанем. Ей нужно было лишь ждать, пока Чу Сяожань с ней переспит. - Я просто хотела поговорить с тобой об одной вещи, – печально сказала Ся Сяомань. – А потом я сразу же уйду. Я бере… Прежде чем Ся Сяомань успела закончить то, что хотела сказать, Чу Сяожань прервал её. - Чего? Ты меня уже больше не слушаешься? Я же сказал тебе идти домой! У Ся Сяомань тут же полились слёзы, и она выбежала из компании, вытирая их. Она приняла решение. Она не расскажет Чу Сяожаню о её беременности. Поведение Чу Сяожаня только что очень глубоко её ранило. Даже если она и скажет, что беременна, учитывая то, каким страшным сейчас был Чу Сяожань, он, вероятно, навредит и её ребёнку. Ся Сяомань крепко закусила губы. Что же ей делать? Единственное, в чём она была уверена, так это в том, что хочет сохранить этого ребёнка. Выкидыш, который был три года назад, уже и так серьёзно навредил ей. Этот ребёнок был даром с небес. Хоть Ся Сяомань и приняла решение сохранить этого ребёнка, она не знала, что же будет с этим ребёнком. Она и Чу Сяожань не были женаты, поэтому, если она родит этого ребёнка, то он будет внебрачным. Тот факт, что её заставили быть любовницей, и так уже был для неё достаточной пыткой, поэтому она не могла позволить своему ребёнку обрести репутацию внебрачного, ещё до того, как он родится. Если мать была любовницей, тогда ребёнок будет незаконнорожденным. Ся Сяомань вышла из компании с крайне растерянным видом. Она не знала, что делать. Она слега погладила свой живот. Подумав немного, она достала телефон и позвонила. Нин Шу была занята работой. Когда она увидела входящий вызов от Ся Сяомань, она подняла брови. Зачем ей звонит Ся Сяомань? Нин Шу думала, что после того, как она в прошлый раз назвала Ся Сяомань мусором, та больше никогда не пойдёт с ней на контакт, но Ся Сяомань всё равно решила ей позвонить? Нин Шу прочистила горло, а потом приняла вызов. Женщина на другой стороне сначала прокричала: "братец Вэньлан", а потом начала рыдать. Нин Шу повесила трубку, ничего не сказав, а заодно и заблокировала номер Ся Сяомань. Она вообще не хотела иметь дело с проблемами Ся Сяомань. Она сейчас готовила документы, необходимые для подачи иска на Чу Сяожаня, и у неё не было времени уделять внимание Ся Сяомань. Каждый раз, когда Ся Сяомань собиралась дразнить смерть, к ней это не имело никакого отношения. Это не было её ответственностью – присматривать за Ся Сяомань и быть её эмоциональной жилеткой. Однако, к удивлению Нин Шу, Ся Сяомань всё равно прибежала в юридическую фирму в поисках неё. Когда Ся Сяомань увидела Нин Шу, прежде чем сказать хоть слово, у неё снова полились слёзы. Нин Шу изобразила стеклянный взгляд, словно она не видела Ся Сяомань. Когда Ся Сяомань увидела, что Нин Шу ничего не говорит, у неё не осталось иного выбора, кроме как заговорить первой. Её голос был глухим, словно она говорила через нос, когда она воскликнула: - Бдатец Вэньлан. После этого она снова начала рыдать. В юридической фирме было много народу, и они начали поглядывать на Ся Сяомань, которая рыдала с красным лицом. Нин Шу потёрла свой лоб. - Хватит плакать, давай поговорим в кабинете. - Бдатец Вэньлан. Когда Ся Сяомань увидела раздражение на лице Нин Шу, она почувствовала себя очень обиженной. Чу Сяожань был к ней свиреп, и даже братец Вэньлан теперь вёл себя подобным образом по отношению к ней. Выражение лица Ся Сяомань дрогнуло. Она даже не знала, зачем ей дальше жить. Она просто хотела, чтобы те люди, которые ей больше всего дороги, были счастливы. И люди, которые ей были больше всего дороги, включали в себя и братца Вэньлана. Именно поэтому она терпела всё, что с ней было, ради тех людей, которые ей дороги. - Я же говорил, хватит рыдать. Давай поговорим в кабинете, - повторила Нин Шу. Когда она увидела крайне обиженное выражение лица Ся Сяомань, словно миру настал конец, она была сбита с толку. Величайшим таланом Ся Сяомань, вероятно, была её способность делать даже простые вопросы такими, от которых разбивается сердце. Её постоянное самоистязающее поведение было просто невероятным. Ся Сяомань последовала за Нин Шу в кабинет и села на диван. Она всё ещё вытирала свои слёзы. Нин Шу закрыла дверь, а потом села напротив Ся Сяомань и спросила: - Так и зачем ты меня искала? ---------- Это Был Не Я! - Братец Вэньлан… - Ся Сяомань посмотрела на Нин Шу, а потом закусила губы и сказала: - Братец Вэньлан, я беременна. - Это был не я. Нин Шу поспешно отрицательно махнула руками. Ся Сяомань глянула на Нин Шу, а потом вытерла слёзы и сказала: - Конечно же, ребёнок не твой. Это ребёнок Чу Сяожаня. Нин Шу кивнула, а потом спросила: - Так и зачем ты искала меня? Она, вероятно, пришла просить об услуге. Совсем недавно она настойчиво игнорировала Нин Шу, так зачем она снова пришла? Никто не взбирается по ступеням храма ради забавы. Если Ся Сяомань была счастлива, то она бы ни за что не подумала прийти сюда. Но теперь Ся Сяомань уже решила позабыть о том факте, что они поссорились. - Братец Вэньлан, братец Вэньлан… - Ся Сяомань снова начала плакать. – Что же мне делать? Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Та какого чёрта ты плачешь, словно на похоронах?! Я же ещё жива! Нин Шу холодно посмотрела на рыдающую Ся Сяомань. Ей было интересно посмотреть, как долго та сможет плакать. Вероятно, из-за того, что довольно неловко плакать одной, когда никто не пытается тебя утешить, но Ся Сяомань постепенно перестала рыдать и сказала Нин Шу: - Братец Вэньлан, прошу, помоги мне! Мне больше некуда идти. Выражение лица Нин Шу всё ещё оставалось холодным и безразличным. Ся Сяомань поджала губы, а потом сказала: - Я беременна, но Чу Сяожаню, похоже, нет никакого дела до ребёнка. Моя жизнь испорчена, но я не хочу, чтобы мой ребёнок родился с плохой репутацией. - И что? – холодно спросила Нин Шу. Ся Сяомань сильно закусила свои губы, а потом встала на колени перед Нин Шу. - Братец Вэньлан, я знаю, что твоё впечатление обо мне очень плохое, но этот ребёнок ни в чём не виноват. - Это не мой ребёнок. Нин Шу подняла брови. Беременная женщина встала перед ней на колени. Выражение лица Нин Шу оставалось бесстрастным. Неужели Ся Сяомань пыталась заставить её уступить, используя подобный метод? - Давай ближе к сути. Я очень занят. Мне ещё нужно разобраться с кучей судебных исков. Давай не будем тратить время друг друга, ладно? – спокойно сказала Нин Шу. – Вставай, ты чего на колени упала? Ты же беременна, но всё равно встаёшь на колени? Разве ты не переживаешь, что у тебя опять случится какой-нибудь несчастный случай? Когда Ся Сяомань услышала это она тут же встала и осторожно села на диван, продолжая держать руку на животе, словно защищая его. - Ся Сяомань, насколько я помню, мы уже расстались, так зачем тогда всё это? – Нин Шу была очень раздражена. – Ты что, не понимаешь человеческого языка? Лицо Ся Сяомань побледнело. Её сердце наполнилось разочарованием и раздражением. Братец Вэньлан совсем изменился. Прежний братец Вэньлан поспешил бы её утешить, что бы ни случилось. Он очень хорошо к ней относился и всегда защищал её. Она потеряла братца Вэньлана, но она ни о чём не жалела. Если бы она могла позволить братцу Вэньлану быть счастливым и сделать так, чтобы Чу Сяожань не мешал работе братца Вэньлана, то всё остальное можно было стерпеть. - Братец Вэньлан, давай поженимся, - сказала Ся Сяомань с очень искренним выражением на лице. В её взгляде была глубокая боль, а выражение лица изображало конфликт, после чего он сменился решимостью. - Давай поженимся. - Чего? Нин Шу не удержалась от того, чтобы прочистить пальцем свои уши. #комментарий анлейта: *фейсмалм* Комментарий переводчика: *двойной фейспалм* Комментарий редактора: *тройной фейспалм* ---------- Честь Быть Героем, Дающим Фамилию Нин Шу даже показалось, что у неё возникла галлюцинация. Что там сказала Ся Сяомань? Ся Сяомань хочет выйти за неё замуж? Лицевые мускулы Нин Шу дрогнули. - Ты хоть понимаешь, что говоришь? Выражение лица Ся Сяомань наполнилось конфликтующими эмоциями. Наконец, она сказала: - Братец Вэньлан, давай поженимся. Нин Шу: →_→ Значит, это была не галлюцинация. - И по какому поводу? Чего ты хочешь добиться, выйдя за меня замуж? Если я правильно помню, то ты сейчас – женщина Чу Сяожаня, и беременна его ребёнком. Но теперь ты прибегаешь ко мне и говоришь, что хочешь за меня замуж? Нин Шу с недоверием посмотрела на Ся Сяомань. Ся Сяомань стала выглядеть совсем смущённой, а потом она печально сказала: - Братец Вэньлан, я знаю, что сама опустилась до бесстыдства и стала чьей-то любовницей, но я не хочу, чтобы мой ребёнок носил такое плохое имя. Выражение лица Нин Шу осталось безразличным. - Тогда зачем ты забеременела от него? Ся Сяомань поспешно сказала: - Братец Вэньлан, не волнуйся, у нас будешь лишь фиктивный брак. Я просто не хочу, чтобы этот ребёнок был незаконнорожденным. Нин Шу: Пффф… Она наконец-то всё поняла. Ей была предоставлена честь быть героем, дающим фамилию. Ей была дана милость воспитывать чьего-то чужого ребёнка и даже её жена будет фиктивной. Нин Шу захотелось лишь рассмеяться. Причина, почему Ся Сяомань сказала, что это будет фиктивный брак, явно в том, что она хотела сохранить свою чистоту. Она хотела дать своему ребёнку законный статус, но при этом не иметь необходимости исполнять обязанности жены. Охренеть, жизнь второстепенного главного мужчины действительно тяжёлая. Этот мир был поистине полон невероятных вещей. Тогда что же получит Сюй Вэньлан? Ся Сяомань просто полагалась на тот факт, что Сюй Вэньлан её любит, что он всё ещё любит её на протяжении всех этих лет? Нин Шу вытерла своё лицо, а потом слегка подвернула губы. Она подпёрла подбородок рукой, глядя на Ся Сяомань. - И зачем мне вступать с тобой в фиктивный брак? Зачем я должен позволять тебе занимать место в реестре моей семьи? На какой женщине я тогда смогу жениться, если я до этого женюсь на беременной женщине, и это будет фиктивный брак? После того, как мы поженимся, мне даже нельзя будет тебя трогать, так ведь? - Я… Ся Сяомань словно язык проглотила. - А Чу Сяожань знает, что ты хочешь выйти за меня замуж? Знает ли Чу Сяожань о существовании ребёнка? – тихо спросила Нин Шу. Она вовсе не злилась. Она просто не понимала, как Ся Сяомань может быть такой самоуверенной и считать, что это единственный правильный путь. Только потому, что есть чувства, другая сторона просто обязана поступить так, как сказано? Ся Сяомань покачала головой. - Он не знает, но я уверена, что ему не захочется иметь этого ребёнка. Он даже не хочет меня больше видеть. Нин Шу резко вздохнула от боли. Ся Сяомань действительно была милой тупой дурочкой. Она вообще знает о сложившейся ситуации? У Чу Сяожаня сейчас, почти наверняка, пятки в огне из-за его компании. Конечно же, ему не захочется никого видеть. Вероятно, ему даже хочется убивать людей. Приближаться к нему в такое время – это всё равно, что напрашиваться на унижение. Чу Сяожань отнёсся к ней немного свирепо, поэтому она прибежала сюда просить о фиктивном браке, чтобы дать ребёнку необходимый статус. Нин Шу практически хотелось встать на колени. У Ся Сяомань имелись отличные навыки по созданию беспорядка. Если Нин Шу действительно согласится на этот брак, то, стоит им только закончить приготовления и отправить приглашения, как Ся Сяомань обязательно снова вернётся и скажет что-то вроде "в моём сердце всё ещё есть только Чу Сяожань, так что, братец Вэньлан, я не могу выйти за тебя замуж и бла-бла-бла". Почему бы ей просто не остаться на вилле, как положено, и найти другой шанс сказать Чу Сяожаню, что она беременна? Это же ребёнок Чу Сяожаня, так почему она настаивает на том, чтобы им занимался Сюй Вэньлан и дал ребёнку фамилию Сюй? В итоге, и жена, и ребёнок будут не его. Может ли эта ситуация быть ещё большим троллингом? О, Небеса, Нин Шу казалось, что она не сможет больше терпеть это. - Ты сама уйдёшь отсюда, или ты хочешь, чтобы я тебя вышвырнул? – Нин Шу посмотрела на Ся Сяомань. – Если бы не тот факт, что ты беременна, то я бы уже побил тебя и выкинул на улицу. Лицо Ся Сяомань покраснело от гнева и неловкости. - Братец Вэньлан… ---------- Исчезни, Исчезни, Прошу, Исчезни Уже! Нин Шу тут же жестом попросила её остановиться, а потом указала на дверь. - Хватит говорить, просто выйди через эту дверь. Не оглядывайся, смотри куда идёшь. Иди. Ся Сяомань сильно закусила свои губы, а потом спросила у Нин Шу: - Братец Вэньлан, ты действительно не можешь мне помочь? Мне правда больше ничего другого не осталось. Если бы не ради моего ребёнка, то я бы не пришла так бесстыдно просить твоей помощи. Нин Шу мысленно прочитала очищающую сердце мантру. Она была в такой ярости, но ей всё равно приходилось поддерживать улыбку. Нин Шу медленно произнесла: - Я не собираюсь воспитывать какого-то чужого ребёнка. - Братец Вэньлан, тебе не нужно воспитывать ребёнка. Я буду работать и зарабатывать деньги, чтобы самостоятельно воспитывать ребёнка. Я просто хочу, чтобы у ребёнка был законный статус, вместо того, чтобы быть незаконнорожденным ребёнком, ребёнком любовницы, - полным печали голосом сказала Ся Сяомань. Нин Шу: Сила Балала – Фа Ти Ла Ла – Заклинание Удаления!* Исчезни, исчезни, поспеши и исчезни. Пусть этот человек уже уйдёт! - Если ты хочешь выйти замуж, то выходи замуж за Чу Сяожаня. Зачем ты настаиваешь на том, чтобы выйти замуж за меня? Чу Сяожань вообще знает, что ты прибежала сюда с его семенем? Нин Шу почувствовала, как её мировоззрение снова обновилось. Почему это Ся Сяомань решила, что Чу Сяожань не захочет этого ребёнка и не женится на ней? - Я лучше умру, чем женюсь на тебе, так что тебе уже пора сдаться, - у Нин Шу закончилось терпение. – С какой стати я должен на тебе жениться? Один только твой вид меня раздражает. Неужели, я должен жениться на тебе и привести тебя домой, чтобы каждый день присматривать за тобой? Когда Ся Сяомань увидела, что Нин Шу никак не убедить, у неё не осталось иного выбора, кроме как уйти. Вид её спины казался растерянным и беспомощным. Но Нин Шу было на это наплевать. Если честно, то она совершенно ничего не почувствовала, когда увидела Ся Сяомань такой несчастной. Кто просил её быть настолько хорошей в том, чтобы дразнить смерть? Благодаря вмешательству правительства, экономика города Т не так долго была в хаосе. Хоть это и повлияло на рыночную экономику города Т, по большей части она уже была под контролем. Нин Шу закончила организовывать материалы, которые были у неё на руках, а потом отправила Чу Сяожаню перечень предъявленных обвинений. В этом иске Чу Сяожань обвинялся в том, что монополизировал рынок и злоупотреблял своим контролем над рынком, чтобы вытеснить конкурентов. Нельзя было оставить всё просто так. Он хотел сбежать сразу после того, как всё полетело к чертям? Как можно было допустить что-то столь доброе? А вот насчёт того, как выглядело лицо Чу Сяожаня, когда он получил перечень предъявленных обвинений, то Нин Шу не было до этого дела. Компания Чу Сяожаня была верховным правителем в городе Т, но на самом деле это был семейный бизнес. После того, как Чу Сяожань начал им управлять, он стал гораздо сильнее и глубоко укоренился в городе Т. Обычно правительство оказывает большую поддержку подобному бизнесу, но эта компания уже вышла из-под контроля. Даже когда правительство давало указания, компания их игнорировала. Более того, компания могла заставить рынки города Т так легко впасть в хаос. Она действительно была словно рыбная кость, застрявшая в горле. Из-за этого стали уменьшаться власть правительства и рыночная эффективность, поэтому отказ от семьи Чу был вполне ожидаемым. Было абсолютно необходимо избавиться от семьи Чу. Нин Шу была обеспокоена тем, что Чу Сяожань попытается перевести своё богатство за границы страны, поэтому она порекомендовала правительству проверить, где находятся активы Чу Сяожаня. Она не имела никакого желания доводить до банкротства Чу Сяожаня в городе Т, только чтобы потом узнать, что он переместился в другое место и снова наслаждается жизнью. Раз уж она начала свою атаку, то ей нужно было убедиться, что Чу Сяожань будет побит до такой степени, что не сможет восстановиться. Правительство тоже не хотело, чтобы от них сбегал такой большой кусок мяса, поэтому там обязательно займутся расследованием. Конечно же, чтобы расследовать этот вопрос, комитет по управлению активами и надзору будет лично заниматься расследованием местоположения фондов компании Чу Сяожаня. Под таким пристальным наблюдением, даже если Чу Сяожань и захотел бы эвакуировать свои активы, он бы не смог этого сделать. Если его поймают на перемещении своих активов, то это лишь добавит дополнительное преступление к его иску. В данный момент все хотели наброситься и отхватить кусок мяса от Чу Сяожаня. ____________________ Примечание: * В комментариях под анлейтом пояснили, что " Сила Балала" – это отсылка на китайское аниме про магических девочек "Феи Балала". Когда они трансформируются или начитают заклинание, то говорят "Сила Балала". Нин Шу сказала "Фа Ти Ла Ла", но это, по сути, пародия на заклинания из аниме, где в первых трёх сезонах персонажи говорили заклинания вроде "Ву Ка Ла Ла" или "Ка До Ла Шадола". ---------- Снова Столкнулись у Дверей Суда Нин Шу просто спокойно ждала того дня, когда наступит время судебного разбирательства. Она уже приготовила всё необходимое. В день судебного разбирательства Нин Шу и Чу Сяожань столкнулись друг с другом у входа. За прошедшее время Чу Сяожань стал заметно более худым, и его глаза теперь были слегка выпученными. Три года назад они тоже встречались у двери в этот суд. В то время Чу Сяожань небрежно предложил Нин Шу работу. Однако теперь времена изменились. Теперь Чу Сяожань был той стороной, которой предъявили иск, а на противоположной стороне сидела Нин Шу. И хотя нынешний Чу Сяожань был в плохом положении, когда он увидел Нин Шу, его выражение лица всё ещё было равнодушным и презрительным. В его голосе сквозила насмешка, когда он сказал: - Ты же не более чем скромный пёс, который кланяется и выслуживается, но ты взял и решил, что ты – кто-то там важный? Нин Шу не обратила внимания на насмешку Чу Сяожаня. Неужели кто-то вроде Чу Сяожаня, который противостоял правительству и играл с рынком ради личной выгоды и есть пример важного человека? Нин Шу верила, что ни у одного человека не должно быть власти, чтобы противостоять целой стране, особенно когда Чу Сяожань даже не стал настолько могущественным, чтобы освободиться от этой страны. Если Чу Сяожань покинет город Т, то он не сможет насладиться такими привилегиями. Всё, что есть под небом – было не более, чем находящейся под управлением землёй. Гости этой земли были не более, чем управляемыми субъектами. Раз он жил в этой стране, то он, конечно же, должен следовать её правилам. Рыба хочет выпрыгнуть из воды? Разве это не всё равно, что искать смерти? Чу Сяожань был видной фигурой в городе Т, но теперь ему был предъявлен иск, поэтому вполне естественно, что это событие привлекло огромную толпу репортёров, которые не хотели пропустить такую историю. Чу Сяожань сел. Когда он посмотрел на Нин Шу, сидящую напротив него, он холодно рассмеялся, а его взгляд наполнился убийственным намерением. На поверхности Нин Шу не проявляла никакой реакции, но мысленно она была обеспокоена. Как только судебное заседание закончится, ей придётся нанять ещё больше телохранителей для юридической фирмы. На всякий случай, ей придётся найти несколько опытных телохранителей и для семьи Сюй. Она беспокоилась, что Чу Сяожань настолько сойдёт с ума, что попытается навредить родителям семьи Сюй. Как поверенный правительственного иска, Нин Шу обжаловала преступления Чу Сяожаня перед судьёй и присяжными. С самого начала и до конца Чу Сяожань не сказал ни слова, его адвокат отвечал на всё вместо него. Однако взгляд Чу Сяожаня становился всё более и более холодным, когда он смотрел на Нин Шу. Ся Сяомань сидела на галёрке, на её лице было затруднение и беспомощность. С одной стороны был человек, которого она любит, а с другой – тот, с кем она выросла. Обе стороны ладони, сделанной из плоти*. От этого Ся Сяомань чувствовала себя так, словно её сердце разрывается пополам. Почему им обязательно нужно нападать друг на друга подобным образом? Ся Сяомань действительно не могла понять. Если это потому, что она ранила Сюй Вэньлана, то она готова расплатиться за это преступление. Однако тот факт, что эти двое мужчин, которые были ей дороги, противостояли друг другу в подобном месте, вызывал у Ся Сяомань чувство неловкости. Ей было крайне неловко. Она нежно погладила свой живот. Она просто хотела дать ребёнку здоровую и счастливую жизнь. Почему же жизнь была такой суровой? Во время судебного разбирательства Нин Шу вела ожесточённую войну из слов с адвокатом Чу Сяожаня, но преступления Чу Сяожаня и без того были практически делом решённым. Когда Чу Сяожань был зажиточным, то монополизация рынка никак не могла считаться преступлением. Упоминание об этом было даже похвалой, но теперь, когда правительство было решительно настроено на то, чтобы разобраться с Чу Сяожанем, обвинение, естественно, выстояло. Преступления за монополизацию рынков было недостаточно, чтобы отправить его в тюрьму, был назначен лишь штраф. Однако этот штраф был настолько большим, что цвет лица Чу Сяожаня заметно изменился. Он был в троекратном размере от прибыли за монополизированные товары. В троекратном?! ---------- Я Лишь Помогаю Они явно пытались заставить Чу Сяожаня выплюнуть всё, что он когда-либо съел. И хотя адвокат Чу Сяожаня делал всё возможное, чтобы спасти отчаянное положение, это всё было тщетно. Суд дал Чу Сяожаню три месяца на то, чтобы собрать деньги. Чу Сяожаню не только предстояло выплатить штраф, но он ещё и не мог больше производить некоторые товары. Некоторые товары под брендом компании Чу Сяожаня уже были созревшей промышленной цепочкой и были очень прибыльным бизнесом, поэтому отзыв сертификатов на продукцию нанёс практически смертельный удар компании. Цвет лица Чу Сяожаня побледнел. Без сертификата соответствия, даже если они произведут товары, никто не станет их закупать. Незаконно произведённые товары никак не могли появиться на легальном рынке. Лицо Чу Сяожаня стало крайне мрачным, и он озлобленно сжал свои кулаки. Его взгляд был наполнен мрачной яростью, когда он глянул на Нин Шу, которая сидела на другой стороне зала суда. Нин Шу спокойно встретилась взглядом с Чу Сяожанем. Как только они вышли из здания суда, Чу Сяожань сжал кулак и замахнулся им в сторону лица Нин Шу. Нин Шу с лёгкостью увернулась. Лицо Чу Сяожаня стало пепельным, когда он посмотрел на Нин Шу. - Я действительно недооценил тебя. Я бы никогда не подумал, что у тебя есть такие способности. Нин Шу беспомощно развела руками. - У меня нет таких способностей. Это не я победил вас, я лишь помогаю. Чу Сяожань был в такой ярости, что его цвет лица стал ещё хуже. Он снова замахнулся на Нин Шу, но в этот раз Нин Шу поймала его руку и сжала кулак, чтобы ударить его в живот. Чу Сяожань издал сдавленный стон и сложился пополам от боли. После этого Нин Шу ударила Чу Сяожаня кулаком в глаз и его глаз тут же заплыл. Чу Сяожань сложился пополам и закашлял, прикрывая свой глаз одной рукой. Ему было очень больно. - Ах! Когда Ся Сяомань вышла из здания суда, это было как раз вовремя, чтобы увидеть, как Нин Шу бьёт Чу Сяожаня. Она закричала, а потом подбежала к ним, чтобы помочь Чу Сяожаню подняться. Когда она увидела синяк на лице Чу Сяожаня, её выражение лица наполнилось душевной болью. - Братец Вэньлан, зачем ты его ударил? – потребовала ответа Ся Сяомань. – Мне и так уже было грустно смотреть на то, как вы, ребята сражаетесь друг против друга в суде, так почему же вы всё ещё ведёте себя подобным образом? Нин Шу невинно развела руками. - Он меня первым ударил. Ей казалось, что всё это бессмысленно. Зачем она вообще что-то объясняет? Нин Шу развернулась, открыла дверцу автомобиля, а потом уехала. К этому времени Чу Сяожань и Ся Сяомань уже были окружены репортёрами. После этого судебного разбирательства Нин Шу наняла ещё несколько телохранителей и установила несколько камер наблюдения вокруг юридической фирмы. А ещё она наняла телохранителей для семьи Сюй, но они должны были тайно защищать родителей семьи Сюй, не показывая своих лиц. Что касается настоящего времени, то все новостные каналы и газеты пытались подсчитать, сколько же должен будет заплатить Чу Сяожань в качестве штрафа. Троекратное количество прибыли? По примерным подсчётам СМИ эта сумма должна быть около миллиарда. Однако комитет по управлению активами и надзору выдал сумму больше, чем один миллиард. Таких небольших денег, как миллиард недостаточно, чтобы отразить прибыль, которую Чу Сяожань собрал, пока у него была монополия над рынками. Чу Сяожань вынужден был заплатить этот штраф. Даже если он продаст всё, что у него есть, ему всё равно придётся заплатить штраф, а иначе суд прикажет закрыть его компанию. Более того, даже если Чу Сяожань хотел теперь сбежать, он не смог бы это сделать. Полиция постоянно следила за ним. Если он сделает какие-то подозрительные движения, то будет тут же арестован. Правительство явно хотело сожрать этот жирный кусок мяса, поэтому они готовы были пойти на любые средства, чтобы заставить Чу Сяожаня заплатить эту сумму. С этими деньгами город Т сможет продолжать развиваться дальше, а без Чу Сяожаня, оказывающего давление сверху, остальные компании в городе Т смогут вырасти, и в городе больше не будет одной доминирующей силы. - Братец Вэньлан! Сюй Вэньлан! Выходи… - прозвучал голос Ся Сяомань снаружи юридической фирмы. Нин Шу подошла к окну и увидела, что Ся Сяомань стоит у двери, несмотря на палящее солнце. Телохранители не давали ей пройти, поэтому она могла лишь стоять у входа и кричать. Нин Шу усмехнулась. Неужели она должна была выйти наружу только потому, что её позвали? Неужели Ся Сяомань действительно думает, что её так легко вызвать? Она даже не знала, зачем Ся Сяомань снова пришла искать её, но это явно не сулило ничего хорошего. ____________________ Примечание: * В английском языке есть идиоматическое выражение "знать кого-то, как свою тыльную сторону ладони", что на русский можно перевести, как "знать кого-то, как свои пять пальцев". А ещё есть две стороны медали, вот и получилось, что два человека – как две стороны одной ладони, потому что одного из них она знает, как свои пять пальцев. А второго, видимо, как того, кто хорошо раздаёт пощёчины. ---------- Ты Не Выходил Ко Мне, Поэтому У Меня Не Было Выбора Ся Сяомань пришла на поиски Нин Шу, но Нин Шу не хотела иметь с ней дела. Если она не приходила просить помощи с иском, то она приходила просить о фиктивном браке. Нин Шу видела, что Ся Сяомань вообще всерьёз не задумывается, прежде чем начать говорить. Её беспокоила только возможность выговорить свои чувства. В прошлый раз она просила о фиктивном браке, но во второй раз она о нём даже не упоминала. Когда Ся Сяомань увидела, что Нин Шу не выходит, она просто продолжила ждать у двери и выкрикивать имя Сюй Вэньлана. Когда она устала, она нашла какую-то тень, чтобы спрятаться от солнца. В любом случае, она настойчиво караулила у двери. Нин Шу не стала обращать на это внимание. Ся Сяомань могла делать всё, что ей хочется. Работа Нин Шу продолжалась до самой ночи. Когда она вышла из здания, она увидела, что Ся Сяомань уже больше нет у входа. Вероятно, она ушла. Нин Шу покачала головой. Сегодня было так жарко, а Ся Сяомань всё же беременная. Сможет ли её тело выдержать подобный стресс? Нин Шу собралась ехать домой, но, когда она только начала движение, как кое-кто выбежала перед автомобилем и развела руки в стороны, чтобы заблокировать путь. Нин Шу была так ошарашена, что её сердце сжалось. Она поспешно нажала на тормоза, и шины издали неприятный скрежет. - Братец Вэньлан… Ся Сяомань стояла неподалёку перед автомобилем. Она посмотрела на Нин Шу и неловко опустила руки. Ладони Нин Шу взмокли от пота. Она вышла из автомобиля и захлопнула дверцу, прежде чем, топая, подойти к Ся Сяомань. Она подняла руку, чтобы влепить пощёчину Ся Сяомань, но потом её взгляд упал на живот Ся Сяомань, и она остановилась. Ся Сяомань была напугана тем, как Нин Шу подняла руку. Она задрожала и посмотрела на Нин Шу с крайне жалобным выражением лица. - Братец Вэньлан. - Ты совсем больная? У тебя что, вместо мозгов сплошное дерьмо?! Нин Шу чуть не умерла от гнева. Если бы не тот факт, что она только начала движение, и автомобиль ещё не разогнался, то она бы ни за что не смогла остановиться вовремя. Ся Сяомань вообще обдумывала последствия того, что случиться, когда в неё врежется автомобиль?! Лицо Ся Сяомань было смертельно бледным, когда она пробормотала: - Братец Вэньлан, ты не выходил ко мне, поэтому у меня не было другого выбора, кроме как поступить вот так. Ты не хотел меня видеть, поэтому я пошла на такой риск! Нин Шу: Какого грёбанного чёрта… Так это теперь её вина?! Нин Шу глянула на живот Ся Сяомань. Внезапно, она уже больше не злилась. Злиться на кого-то вроде Ся Сяомань – это всё равно, что напрашиваться на проблемы. Забудьте о том, что Ся Сяомань постоянно говорит, как она делает это ради такого-то человека, что ради того-то она может вытерпеть любую боль и прочее бла-бла. На самом деле, Ся Сяомань просто находила оправдания для своего собственного эгоизма. Она явно была беременна, но всё равно не уделяла никакого внимания ребёнку в своём животе и совершала столь опасные поступки вроде выхода перед автомобилем. Она вообще думала о последствиях того, что случится, если её действительно собьют? Как мать, она совсем не думала о том, как защитить ребёнка в её животе. Она даже сказала, что ради обеспечения законного статуса для ребёнка, она будет терпеть брак с мужчиной, которого она не любит. Так и насколько же она любит ребёнка в своём животе? Ся Сяомань была слабой, но её слабость была ещё более отвратительной, чем поведение Чу Сяожаня, когда он брал то, что хотел. Ся Сяомань использовала нежный нож, чтобы постоянно вонзать его в сердце человека, в сердце Сюй Вэньлана. Ся Сяомань использовала чувства Сюй Вэньлана к ней, чтобы держать его под постоянным контролем. ---------- Автомобильная Авария Нин Шу очень не нравилась Ся Сяомань. У такой женщины не было даже такого достоинства, которое есть у проституток в борделе. Единственная разница между ними и Ся Сяомань была в том, что Ся Сяомань обслуживала лишь одного человека, и это обслуживание было даже короновано титулом "настоящая любовь". Нин Шу развернулась и пошла обратно к автомобилю. Она совсем не хотела разговаривать с Ся Сяомань. Это была просто лишняя трата дыхания. Всё равно до неё ничего не дойдёт. Ся Сяомань схватила Нин Шу за руку. - Братец Вэньлан, ты правда не хочешь даже поговорить со мной? - Не хочу. Нин Шу выдернула руку из хватки Ся Сяомань и села в свой автомобиль. Ся Сяомань выглядела очень обиженной. Она упёрлась руками в капот автомобиля, чтобы не дать Нин Шу уехать. - Братец Вэньлан, я тебя умоляю! Можешь просто выслушать меня по поводу одной вещи? Прошу, не надо больше вот так сражаться против Чу Сяожаня, я тебя умоляю! Слёзы Ся Сяомань ручьями текли по её щекам. Нин Шу была бесстрастна. - Почему? Как только Чу Сяожань будет побеждён, семья Чу развалится на части и я счастливее всех на свете, когда увижу это. Ся Сяомань закусила губы. Её голос дрожал, когда она сказала: - Братец Вэньлан, ты всё ещё таишь обиду за то, что произошло три года назад, да? Тогда я решила уйти от тебя. Если тебе нужно кого-то ненавидеть, то просто ненавидь меня. Нин Шу завела автомобиль. Послышался звук работающего двигателя. Ся Сяомань встала пред автомобилем с решительным выражением на лице. - Братец Вэньлан, я тебя не отпущу. Как бы там ни было, но мы сегодня всё обговорим. Нин Шу: … Какого хрена? Нин Шу бесстрастно сказала: - Если ты не отойдёшь, то забудь об этом. В любом случае, тот ублюдок, что в твоём животе – как бельмо на глазу, будет даже неплохо просто врезаться в тебя и избавиться от этого ребёнка. Думаешь, мне нравится видеть, как моя бывшая невеста носит под сердцем ребёнка какого-то ублюдка? Лицо Ся Сяомань наполнилось страхом. Она чувствовала лёгкую вибрацию двигателя под своими руками. Когда она посмотрела сквозь лобовое стекло, то увидела что лицо этого мужчины ужасающе холодное и безразличное. От этого её решимость дрогнула и она поспешно отошла в сторону. Нин Шу усмехнулась, а потом нажала на педаль газа, мгновенно оставляя Ся Сяомань позади. Вскоре, её фигура исчезла из поля зрения. На самом деле, Нин Шу вынуждена была признать своё уважение к Ся Сяомань. Это было просто настоящее чудо, что ей удалось прожить так долго и не оказаться забитой кем-то насмерть. Нин Шу действительно желала, чтобы она могла избить Ся Сяомань, просто чтобы выпустить то необъяснимое раздражение и гнев, которые скопились в её сердце, но она остановилась, когда вспомнила о ребёнке в животе Ся Сяомань. Она не смогла заставить себя навредить ребёнку. Но, когда подумала об этом, Ся Сяомань ведь не имела к ней никакого отношения. Злиться на неё подобным образом – это лишь портить своё настроение. Пока Нин Шу ехала домой, она читала очищающую сердце мантру. Она остановилась на светофоре и стала ждать зелёный свет. В это время было не так уж много машин на дороге, но тяжеловесный грузовик перед ней проигнорировал сигналы светофора и помчался прямо на её автомобиль. Тело Нин Шу отреагировало быстрее, чем её мозг. Она рефлекторно распахнула дверцу автомобиля и выскочила наружу. Она отошла всего на несколько шагов, когда услышала позади себя звук сильного столкновения. Звуки сталкивающегося и сминающегося металла прозвучали пронзительным скрежетом. Нин Шу обернулась и увидела, что её автомобиль был смят до такой степени, что его уже невозможно было узнать. Два автомобиля врезались в дорожное ограждение и кабина грузовика тоже полностью смялась от этого столкновения. Послышался капающий звук, когда из автомобиля полилась какая-то жидкость. Конечности Нин Шу немного обмякли, но, через мгновение, она быстро подошла и проверила ситуацию. В грузовике никого не было. Это означает, что это был автономный транспорт? Нин Шу вызвала полицию, чтобы они разобрались с этим происшествием. В машине никого не было, но она поджидала её на дороге к дому. А значит, нацелена была на неё. Чу Сяожань! Нин Шу холодно рассмеялась. Она огляделась по сторонам. Преступник должен быть поблизости, а иначе он не смог бы управлять грузовиком. Нин Шу стала внимательно осматриваться. Раз кто-то спланировал это, то он обязательно подождёт, чтобы посмотреть на результат, прежде чем уйти. В итоге, Нин Шу увидела неподалёку мужчину в шляпе. Он выглядел довольно молодо. Когда он увидел Нин Шу, он повернулся, чтобы уйти и даже спокойно прошёл мимо Нин Шу. Нин Шу резко потянулась и схватила его за руку. Человек запаниковал и попытался вырваться из хватки Нин Шу, чтобы сбежать, но Нин Шу просто прижала его к земле, а потом с силой придавила ногой. Мужчина закричал от боли, а потом начал вопить: - Избивают! На помощь! Меня избивают! Приехала полиция и стала разбираться в произошедшем. Они также забрали подозреваемого, на которого указала Нин Шу, в полицейский участок. Нин Шу тоже отправилась в полицейский участок, чтобы дать показания. То, что произошло этой ночью, всерьёз напугало её. ---------- Вышел Погулять в 2 Часа Ночи Она всегда знала, что Чу Сяожань был злобным и безжалостным человеком, и она ранее его оскорбила, поэтому было вполне нормально, что произошло нечто подобное. Когда она вспомнила, что Ся Сяомань даже прибегала к ней, только для того, чтобы умолять перестать сражаться с Чу Сяожанем, она практически лишилась дара речи. Нин Шу и Чу Сяожань уже были непримиримыми врагами, и Чу Сяожань даже хотел лишить её жизни. Ся Сяомань прибежала умолять её, несмотря на то, что ничего этого не знала. Почему бы ей не пойти и умолять Чу Сяожаня? Потому что она знала – Чу Сяожань не станет её слушать и даже будет подозревать, что у неё всё ещё остались чувства к Сюй Вэньлану. Вот поэтому она и прибежала умолять Сюй Вэньлана. Пойманный мужчина отказывался что-либо признавать. Он сказал, что просто вышел на прогулку, но его внезапно арестовали. Полиция не может арестовывать кого попало! Пока Нин Шу писала своё заявление, она услышала это и холодно рассмеялась. Было почти 2 часа ночи, а он всё равно вышел на прогулку? Допросом занималась полиция. Они просто раздели мужчину до трусов, после чего бросили его в морозильник. Мужчина всё ещё был решительно настроен молчать, но вскоре ему стало так холодно, что он стал непрерывно дрожать. Он начал прыгать в морозильнике, чтобы согреться, но его не хватило надолго, и он сказал, что готов сознаться. Когда мужчина вышел, полицейские дали ему тонкое одеяло. Мужчина неконтролируемо дрожал, а с носа свисали сопли. Его зубы дрожали, когда он выдавал своё признание. Он сказал, что сделал это потому, что Нин Шу отправила его старшего брата в тюрьму. Брат этого мужчины был одним из хулиганов, которые до этого приходили в фирму Нин Шу, чтобы устроить там беспорядок. Он сказал, что спланировал это только потому, что затаил обиду на Нин Шу. Нин Шу нахмурилась, когда услышала это признание. Это было относительно разумное признание, и оно никак не выдавало того, кто стоял за всем этим, управляя из-за кулис. Нин Шу поняла, что этот мужчина, по всей видимости, не выдаст Чу Сяожаня, но, раз он сознался в своих деяниях, ему придётся заплатить свою цену. Ему просто придётся ждать, пока он сгниёт в тюрьме. Даже если он и не останется в тюрьме настолько надолго, чтобы это произошло, она всё равно проследит за тем, чтобы он провёл в тюрьме остаток своей жизни. Если бы не тот факт, что она быстро отреагировала, то её труп уже был бы смят вместе автомобилем, а её задание было бы засчитано как проваленное. Когда Нин Шу вышла из полицейского участка, небо уже было светлым. Она вызвала такси и вернулась в юридическую фирму, чтобы немного отдохнуть на диване. Она была очень уставшей. Она знала, что по сравнению с Чу Сяожанем, её способности не были такими уж сильными. Однако у неё было одно преимущество, а именно, что её поддерживали люди, которые были сильнее, чем Чу Сяожань. И всё же, если она будет такой слабой, что умрёт, правительство тоже откажется от неё. Нин Шу навестила правительство и попросила их провести тщательную проверку Чу Сяожаня, потому что Чу Сяожань подозревался в причастности к преступной деятельности. Тем временем, она сама будет наживкой. Если будет обнаружено, что Чу Сяожань действительно причастен к преступной деятельности, тогда правительство также сможет атаковать и находящиеся в подполье силы, поэтому это будет отличным достижением. После этого Нин Шу взяла свои документы и отправилась в компанию Чу Сяожаня. В этот раз она пришла требовать уплаты штрафа. Когда Чу Сяожань увидел Нин Шу, он был шокирован, но быстро взял под контроль своё выражение лица и вместо этого насмешливо посмотрел на неё. - Адвокат Сюй явно очень преданный своей работе. Я слышал, что вы недавно попали в автомобильную катастрофу. Так почему же вы не отдыхаете в больнице, а вместо этого назойливо лезете в чужие дела и приходите сюда, чтобы придираться по поводу денег? Нин Шу сжала кулак, а потом расслабила его и спокойно сказала: - Председатель Чу явно уделяет мне много внимания. Авария произошла всего лишь этой ночью, но уже утром вы об этом знаете. Чу Сяожань рассмеялся. - Конечно же, я уделяю вам много внимания. Хорошо, что с вами ничего не случилось, а иначе было бы так жаль. Скорее, ему было жаль, что с ней ничего не случилось. ---------- Кровавое Бедствие Нин Шу спокойно ответила: - Хоть и произошла небольшая авария, работа важнее. Напоминать вам о штрафе – это обязанность суда, но начальство передало эту привилегию мне, так что, конечно же, я не могу их подвести. Председатель Чу, когда вы сможете заплатить 14 миллиардов? Когда Чу Сяожань услышал это число, его лицевые мускулы исказились, а его выражение лица помрачнело. 14 миллиардов, это вам не 14 сотен, их нельзя по желанию достать из кармана. Более того, множество акционеров забрали свои деньги, чтобы сохранить те деньги, которые они заработали, поэтому даже эти акционеры не смогут помочь с 14-ю миллиардами. Они все разбегались быстрее кроликов. У компании осталось не так уж много денег. Сертификаты на производство некоторых продуктов были отозваны, поэтому компания больше не могла их производить. Поэтому рабочих, отвечающих за производство этих продуктов тоже нельзя было оставлять. Однако, для того, чтобы уволить всех этих рабочих, пришлось потратить столько средств, что от этого у Чу Сяожаня разболелась печень. Когда-то он гордился тем, что его фабрика – самая большая в городе Т, и что у него имеется более десяти тысяч работников, но теперь, с оплатой увольнения этих десяти тысяч работников, он уже пожалел, что у него их было так много, чтобы большая производственная фабрика была вообще пустой. Деньги только уходили со счетов. Компании пришлось сократить множество сотрудников. Раньше это была гигантская корпорация, но она внезапно просела. Семья Чу била его по рукам. В сердце Чу Сяожаня мелькали всевозможные эмоции. Там была боль, ненависть и сожаление. Но ещё больше там было нежелания. Когда он услышал, как этот мужчина, Сюй Вэньлан, спрашивает про деньги, его сердце наполнилось яростью и ненавистью. Он, похоже, не мог подавить свой гнев, когда холодно сказал: - Ещё ведь не крайний срок для оплаты штрафа, так чего же ты так разволновался? Нин Шу улыбнулась. - Я не разволновался. Я просто пришёл напомнить вам поскорее собрать достаточно средств, чтобы заплатить штраф. А иначе такую крупную компанию придётся захватить. Нин Шу не сдвинулась с дивана и просто подняла кружку кофе, чтобы сделать глоток. Чу Сяожань не хотел видеть Нин Шу. Когда он увидел, что она ведёт себя так вальяжно, он холодно спросил: - Почему ты не уходишь? Нин Шу кивнула, а потом пошла к двери. Внезапно, ей кое-что вспомнилось, и она развернулась. - Ах, да, я же ещё не поздравил вас с новым пополнением в семье. Поздравляю! Чу Сяожань нахмурился. Он не публиковал тот факт, что Ся Сяомань была беременна, потому что у него и так было слишком много вещей, с которыми нужно разобраться в компании, а беременность Ся Сяомань может послужить лишь дополнительной слабостью, так как же этот мужчина узнал о беременности Ся Сяомань? В голове Чу Сяожаня промелькнули всевозможные мысли, но он бесстрастно ответил: - Премного благодарен. Однако, адвокат Сюй, похоже, над вами витает метка неудачи. Я боюсь, что вас ждёт кровавое бедствие, так что вам лучше быть осторожным. Нин Шу встревожилась, но она всё равно беспечно ответила: - Премного благодарен, председатель Чу, за ваше беспокойство. Я обязательно буду осторожен. Мускулы лица Чу Сяожаня конвульсивно дёрнулись, отчего он стал выглядеть очень зловеще. Было ясно, что недавние ошибки заставили Чу Сяожаня ощутить на себе беспрецедентный удар. От этого он, привыкший, что всё происходит так, как он хочет, чувствовал себя очень пришибленным. Он уже не казался таким гордым и состоявшимся, а вместо этого выглядел очень несчастным. Императорская аура, что витала вокруг него, была уже практически потухшей. Было много людей, которые приносят уголь в зиму, но также было и немало людей, которые бросают камни в колодец. Чу Сяожань обидел множество людей, особенно пока он был на пике своей власти. Он мог уничтожить чужие жизни, надежды и будущее одной лишь фразой. Раньше Чу Сяожань был всё равно что императором, поэтому вполне естественно, что у него не было никаких близких друзей. Они ему и не нужны были. Ведь он хотел, чтобы его боялись и уважали, чтобы ему поклонялись, куда бы он ни шёл. Так что теперь, вероятно, немало людей пришли доставлять проблем Чу Сяожаню. Всё же, не нужно объяснять удовлетворение от того, что ты можешь потоптаться по такой прежде возвышенной фигуре. ---------- У Тебя Всё в Порядке с Системой? Нин Шу целенаправленно пришла в компанию Чу Сяожаня, чтобы спровоцировать Чу Сяожаня, после чего вернулась в свою фирму. Она навестила Чу Сяожаня с определённой целью. Всё же, ей нужно действовать как подходящая наживка. Вместо того, чтобы каждый день беспокоиться о своей безопасности, будет лучше поймать все входящие угрозы за один заход. Хоть это и было немного опасно, она надеялась, что результат будет хорошим. Следующие несколько дней Нин Шу чувствовала, что за ней кто-то следует, но этот человек не делал никаких движений и просто преследовал её. Если бы не тот факт, что она тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства, то она бы вообще никого не заметила. Этот человек был гораздо сильнее, чем те хулиганы, что ворвались в её юридическую фирму. У Нин Шу теперь был радиопередатчик. Ей его выдало начальство. Если с ней действительно что-то случится, то полиция получит сигнал и тут же примчится. Нин Шу чувствовала себя так, словно действительно использует все возможные способности, что у неё имелись, для выполнения этого задания. Сражаться против богатого и влиятельного человека – это действительно так сложно. 2333 внезапно появился в её сознании. - Если бы ты захватила Чу Сяожаня осадой, то тебе не пришлось бы так много страдать, - спокойно сказал он. – Разве говорят, что мужчины завоёвывают мир, а женщины завоёвывают мужчин своими телами? Это как раз то преимущество, которое есть у вас, женщин. Лучше оставить такие вещи как драки и убийства для мужчин. - Какая нахрен осада?! Я же сейчас мужчина! Ты хочешь, чтобы я, мужчина, пошёл и занялся осадой Чу Сяожаня?! У тебя всё в порядке с системой? Ты там не подхватил вирус? Нин Шу чуть не упала на колени, чтобы поклониться 2333. - … Ох, а я и забыл об этом, - сказал 2333. Нин Шу: … - Если я начну осаду мужчины с моим уровнем харизмы, как ты думаешь, мужчина станет обращать на меня внимание? – спросила Нин Шу. 2333: - … Ни за что. Она должна помочь поручителю контратаковать и добиться новой жизни. Не может же быть, что у поручителя будет успешная жизнь только потому, что она найдёт поручителю хорошего мужчину? Что свадьба с богатым и влиятельным мужчиной является определением успешной жизни? Возможно, это тоже считается за успешную жизнь, но нет ничего такого, что приносит больше счастья, чем иметь свою свободу, делать, что хочется и работать с тем, что тебе нравится, чтобы исполнить свою мечту. И кем бы ты ни был, рядом с тобой будет человек, который разделит с тобой и хорошие, и тяжёлые времена. Чувства, которые смогут пережить нудные года – это и есть настоящая любовь. Нин Шу хотела иметь возможность продолжать идти через мириады миров. Чувства были для неё не важны, они были для неё даже помехой. Если она и захочет кого-нибудь, с кем можно смотреть на облака и горизонт, она надеялась, что это произойдёт тогда, когда она будет иметь полный контроль над своей собственной судьбой. Её нынешним мотивом было лишь продолжать жить, продолжать выживать… Истинное сердце человека было слишком тяжёлым. У неё не было ничего, что она бы могла дать в обмен на истинное сердце. Если она отдаст своё собственное истинное сердце, то как ей потом продолжать свободно гулять по мирам? Если её жизнь не принадлежит ей, и её сердце не будет принадлежать ей, тогда что же останется из того, что принадлежит ей? Нин Шу избегала возможности иметь чувства к людям на задании. Конечно, ей и без того никто особо не нравился. Это была довольно грустная тема. - Идиотка. 2333 обозвал Нин Шу, а потом затих. Нин Шу: … Она чувствовала, что кто-то шпионит за ней и преследует, словно тень. Она решила, что влияние Чу Сяожаня в подпольном мире явно не стоит недооценивать. ---------- У Него Был Пистолет?! Вот почему ей нужно было не только нанести ущерб власти Чу Сяожаня на поверхности, но ещё и уничтожить подпольное влияние Чу Сяожаня. Чу Сяожань был поистине влиятельным. Он был практически благословлён небесами. Пока Нин Шу ехала, она поглядывала в зеркало заднего вида в поисках того, кто её преследует. Она на мгновение задумалась, а потом поехала в сторону довольно пустынного района. Наконец, ей заблокировали дорогу несколько автомобилей. Сидя в своём автомобиле она нажала кнопку на часах, чтобы отправить сигнал. Стекло в одном из окруживших её автомобилей опустилось, открывая лицо, которое было очень знакомо Нин Шу. Чу Сяожань повернулся, чтобы посмотреть на Нин Шу. - Адвокат Сюй, мы снова встретились? Нин Шу тайком нажала на кнопку на часах ещё несколько раз, а потом сказала: - Председатель Чу? Нин Шу огляделась по сторонам, а потом тихо сказала: - Мы неожиданно встретились друг с другом в таком заброшенном месте. У нас поистине судьба на встречи. Чу Сяожань улыбнулся ей. - Это ничуть не совпадение. Я пришёл специально за тобой. Нин Шу ещё раз нажала на свои часы, пока смотрела, как крепкие мужчины окружают её. Эти мужчины излучали злобную кровожадность. Они явно были людьми, чьи руки давно покрыты кровью. Сердце Нин Шу ушло в пятки. Компания Чу Сяожаня совсем недавно выглядела так, словно он на грани банкротства, но, когда она увидела сейчас подчинённых Чу Сяожаня, у неё сложилось впечатление, что Чу Сяожань пытается перевести все свои активы в подполье. Теперь он планирует наращивать своё влияние только в подпольном мире? Это не то, что ей хотелось бы видеть. Она беспокоилась о том, что Чу Сяожань попытается начать распространять своё влияние в этой серой зоне. Если он не будет связан законом, то он будет словно рыба в воде. Нин Шу продолжала нажимать на свои часы, но не смела делать свои движения слишком подозрительными. Она обратилась к Чу Сяожаню: - Тогда, председатель Чу, вам от меня что-то нужно? Появились с таким большим войском, это очень пугает. Чу Сяожань злобно рассмеялся. - Так значит адвокат Сюй тоже чувствует страх? Я уж думал, что адвокат Сюй не боится ничего в мире? Я точно не видел в вас никакого страха, когда вы стояли напротив меня в суде. Чу Сяожань махнул рукой и окружающие их люди пришли в движение. Один из мужчин протянул руку, чтобы открыть дверцу автомобиля, но Нин Шу заперла её. - Открой дверь! – закричал мужчина со зловещим выражением лица. Он разбил окно и попытался сам отпереть дверь, но Нин Шу ударила его в нос. У мужчины тут же полилась носом кровь, он потерял сознание и упал на землю. Чу Сяожань глянул на бессознательного мужчину, а потом холодно глянул на Нин Шу. - Схватить его. Я лично разберусь с ним. Изначально Нин Шу планировала уехать, но её автомобиль был окружён со всех сторон, поэтому она не могла сдвинуться. В итоге, группа мужчин вытащила её наружу. Чу Сяожань вышел из своего автомобиля. Его чёрные кожаные туфли сияли, когда он шагал по жёлтой земле. Он был высоким и красивым, словно император тьмы. Нин Шу пнула в промежность того парня, который схватил её за руки. Парень застонал от боли и сложился пополам, падая на колени. Ему было так больно, что его глаза закатились наверх. Цвет лица Чу Сяожаня потемнел. Несколько человек тут же окружили Нин Шу. Нин Шу была немного обеспокоена. Она уже отправила сигнал, так почему же никто ещё не появился? Не может же быть, что это место слишком далеко и сигнал не прошёл? Она посмотрела на людей, что окружили её. Она не планировала драться с ними напрямую. В данный момент она пыталась вырваться из окружения и сбежать. Всё тело Нин Шу напряглось. Она выбрала направление и попыталась прорваться. Эти люди атаковали очень безжалостно, но навыки Нин Шу были примерно на том же уровне, что и у них. Она начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства, едва только пришла в этот мир. Хоть она и не смогла набрать энергии, базовая сила её тела значительно увеличилась. Нин Шу подтянула свои брюки, сняла пиджак и достала нож. Когда люди бросились на неё, она тут же стала бить их в самые жизненно важные места. В любом случае, либо они умрут, либо она. Она ранила несколько человек. Когда она собралась ударить ножом по горлу одного из мужчин, она почувствовала, как к её голове прижалось что-то холодное. Нин Шу оглянулась и увидела, что Чу Сяожань держит в руке пистолет и прижимает его к её виску. Сердце Нин Шу затрепетало. Так у Чу Сяожаня был пистолет?! ---------- Флаг Народного Героя Изначально Нин Шу думала, что у Чу Сяожаня лишь небольшое влияние в подпольном мире, но, когда она увидела пистолет в его руке, у неё появилось чувство, что ей нужно переоценить его действительную власть. Если он имеет доступ к огнестрельному оружию, то это означает, что у него не просто обычная банда. Из-за того, что на неё был нацелен пистолет, какое-то время она не смела ничего предпринимать. Нож, который она держала, тоже забрали у неё, а руки завели за спину, чтобы она не могла пошевелиться. Прежде чем сказать что-либо, Чу Сяожань ударил Нин Шу в живот. Нин Шу тут же почувствовала боль, словно её внутренности затянули узлом. - Адвокат Сюй, разве вы не умеете хорошо драться? – холодно спросил Чу Сяожань. Чу Сяожань всё ещё таил обиду на Нин Шу за то, что она ударила его тогда перед зданием суда. Нин Шу было так больно, что она продолжала резко вдыхать. Она практически умирала от боли. - В машину его. Взгляд Чу Сяожаня был мрачным, когда он посмотрел на Нин Шу. Он, вероятно, в этот момент обдумывал, как лучше замучить её до смерти. Как раз в этот момент звуки полицейских сирен наполнили воздух. Полицейские машины примчались в мгновение ока. Лицо Чу Сяожаня наполнилось шоком. Он глянул на Нин Шу, а потом поднял свой пистолет, пытаясь просто пристрелить Нин Шу и убить её. Нин Шу резко опрокинула тех двоих человек, что удерживали её на земле, и, практически забив на будущее состояние руки, бросила одного человека в сторону Чу Сяожаня. Тот человек, которого она бросила, был застрелен насмерть Чу Сяожанем, но и Чу Сяожаня придавило трупом. Пока полицейские мчались к ним, Чу Сяожань быстро оттолкнул труп, что лежал на нём и, прикрыв лицо рукой, залез в автомобиль. Забравшись внутрь, он снова выстрелил в сторону Нин Шу. Нин Шу резко рухнула на землю, но пуля всё равно зацепила её плечо. Это было очень больно. Кровь лилась без остановки, отчего всё её тело начало холодеть. Нин Шу посмотрела на номерной знак Чу Сяожаня. Как только полицейские добрались до неё, она поспешно сказала: - Номерной знак автомобиля: Т-5348. Полицейские автомобили погнались за Чу Сяожанем. Нин Шу была измотана и ранена, поэтому, к тому времени, как её привезли в больницу, она уже отключилась. В следующий раз, когда она очнулась, она почувствовала, как всё её тело ломит от изнеможения. Она даже не могла пошевелить рукой, но рана на плече уже была забинтована. - Сынок, ты проснулся? – когда мать Сюй пришла и увидела, что Нин Шу проснулась, её глаза покраснели. – Ты наконец-то проснулся! Ты до смерти напугал нас с папой! Ты же наш единственный сын, что же нам делать, если с тобой что-нибудь случится? Чем больше мать Сюй говорила, тем больше дрожал её голос. - Ловить преступников – это обязанность полиции, зачем такому обычному гражданину вроде тебя заниматься чем-то столь опасным?! Ты вообще думал о своих родителях?! Нин Шу знала, что мать Сюй просто волновалась за неё, поэтому она поспешила заверить её, что такое больше не повторится. Начальство пришло навестить Нин Шу и даже вручило ей флаг Народного Героя, поэтому Нин Шу, которая едва могла двигаться, вынуждена была сесть и оставшейся целой рукой держать флаг, пока её фотографируют с людьми из правительства. С выражение лица, говорящим "это моя честь, моя гордость, мой долг". Как только люди из правительства и репортёры ушли, Ни Шу тут же попросила мать Сюй: - Мам, скорее помоги мне лечь в койку. Всё её тело охрененно болело. А когда она посмотрела на дешёвый флаг, она почувствовала, что её тело болит ещё больше. Это ладно, что они дали ей флаг, но не могли бы они дать ей ещё и что-нибудь существенное? Однако позже она услышала, что полиция, всё же, поймала Чу Сяожаня. Его автомобиль был заблокирован так же, как его люди заблокировали её автомобиль. Когда Нин Шу узнала об этом, она почувствовала себя лучше. Чу Сяожань был задержан на некоторое время, а правительство быстро обыскало и захватило базу Чу Сяожаня. Чу Сяожань управлял подпольным игорным домом и занимался ростовщичеством. Чу Сяожань использовал свои компании на поверхности, чтобы отмыть деньги, полученные от ссуд под высокие проценты и из игорного дома. Когда начальство пришло навестить Нин Шу, их лица светились такими яркими улыбками, словно они были под кайфом. А всё потому, что ещё одна огромная сумма денег перешла в их карманы и которую они могли использовать, чтобы сделать город Т ещё лучше. Нин Шу сказала им, чтобы они тщательно зачистили всё, что было у Чу Сяожаня. Начальство ответило, что они не упустят ни одного из его приспешников. Только когда Нин Шу услышала это, она смогла расслабиться. Наконец-то на тот дешёвый флаг больше не было так больно смотреть. Нин Шу осталась в больнице. Связки на одной руке были серьёзно растянуты и вывихнуты. В руке, вероятно, не будет никакой силы около года. Однако, если считать, что это была цена за то, чтобы отправить Чу Сяожаня за решётку, то оно того полностью стоило. Нин Шу пробыла в больнице две недели, а потом выписалась. Про дело Чу Сяожаня ничего не было слышно. Правительство выпустило Чу Сяожаня. Но подпольное влияние Чу Сяожаня было обрезано вместе с корнями. Нин Шу чувствовала себя очень неуютно. Если ей удастся повесить на Чу Сяожаня обвинение в занятии преступной деятельностью, тогда Чу Сяожань в жизни не сможет изменить свою ситуацию. ---------- Таким Темпом Станет Банкротом После того, как правительство выпустило Чу Сяожаня, оно начало каждый день поторапливать его выплатить штраф в 14 миллиардов. Нынешний Чу Сяожань уже не был таким самоуверенным, чтобы злиться на правительство, поэтому, в итоге, ему удалось наскрести 14 миллиардов. Как только он заплатил штраф, его арестовали и бросили в тюрьму. После того, как необходимые доказательства были собраны, они провели слушание по делу Чу Сяожаня, в котором он обвинялся в связях с преступной деятельностью и выдачу ссуд под большие проценты. Нин Шу: … Иисусе. Она действительно лишилась дара речи. Правительство выпустило его только для того, чтобы он мог собрать деньги на уплату штрафа. А как только он заплатил штраф, его снова арестовали. Похоже, что таким темпом Чу Сяожань станет банкротом. Нин Шу почувствовала себя гораздо лучше, узнав эти новости и повесила флаг народного героя в самом заметном месте в юридической фирме. Без Чу Сяожаня, этой бомбы с непредсказуемым таймером, она почувствовала себя гораздо спокойнее. Она никогда раньше не чувствовала себя такой расслабленной в этом мире. Однако некоторые люди не хотели, чтобы она расслаблялась. Ся Сяомань снова пришла кричать у входа в юридическую фирму. Она кричала так, словно у неё мучительно болело сердце: "Сюй Вэньлан, Сюй Вэньлан, выходи оттуда!" Она уже больше даже не звала её братец Вэньлан, а прямо называла его Сюй Вэньлан. Нин Шу надела наушники и стала слушать музыку, игнорируя Ся Сяомань. Однако Ся Сяомань взяла и встала перед входом на колени. Под палящим солнцем её тело слегка покачивалось, словно она вот-вот упадёт. Когда ей хотели помочь, она так яростно смотрела на этих людей, словно они были её врагами. Нин Шу развела занавески, чтобы глянуть на неё. Лицо Ся Сяомань было смертельно бледным, а её спина была заметно очень напряжённой, несмотря на её свободные одежды. Ладно бы она только себе вредила, но она ещё и не обращала внимание на ребёнка в своём животе. Нин Шу покачала головой. В итоге, Ся Сяомань упала в обморок от теплового удара, поэтому Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как попросить занести её внутрь. Один из работников юридической фирмы обмахивал Ся Сяомань веером, зажимая её акупунктурную точку "центр человека". Нин Шу увидела, что ресницы Ся Сяомань подрагивают, поэтому она знала, что Ся Сяомань просто притворяется, что потеряла сознание. Ся Сяомань медленно пришла в себя. Она огляделась по сторонам, а потом её взгляд опустился на Нин Шу. Она поднялась с дивана. Её губы задрожали, а выражение лица было очень потерянным, когда она потребовала ответа: - Зачем тебе нужно было это делать? Зачем? Нин Шу: … Она была в растерянности. О чём вообще говорит Ся Сяомань? - Зачем ты это сделал? Что хорошего тебе в том, что Чу Сяожань оказался в тюрьме? Зачем тебе нужно было это делать?! Ся Сяомань внезапно почувствовала, что находящийся перед ней человек ей совсем незнаком. Это был не братец Вэньлан, которого она помнила. Братец Вэньлан не был бы таким бессердечным и жестоким. Нин Шу: →_→ Почему разговаривать с Ся Сяомань так утомительно? Неужели Ся Сяомань действительно не понимает причин, стоящих за всем произошедшим? - Разве ты не хотела уйти от Чу Сяожаня? Я тебе помогаю, - Нин Шу беспомощно развела руками и сказала: - Разве ты не говорила, что ненавидишь Чу Сяожаня? Разве ты не говорила, что Чу Сяожань играет с тобой? Ты должна радоваться, что Чу Сяожань больше не сможет этого делать. ---------- Явно Была Тупицей Теперь, когда Чу Сяожань был в таком положении, Ся Сяомань могла воспользоваться этим шансом, чтобы освободиться от Чу Сяожаня. Однако Ся Сяомань не стала этого делать. В прошлом она постоянно говорила о том, что сильно ненавидела Чу Сяожаня, но теперь, когда Чу Сяожань оказался в трудной ситуации, её сердце тут же смягчилось и сжалилось. - Братец Вэньлан, я понимаю, что ты говоришь, но, хоть Чу Сяожань и изнасиловал меня и, поначалу, лишь играл со мной, он – отец этого ребёнка, что теперь в моём животе, - сказала Ся Сяомань. – Братец Вэньлан, я тебя умоляю. Пожалуйста, отпусти Чу Сяожаня. Нин Шу протёрла свои глаза. Она посмотрела на Ся Сяомань так, словно смотрела на умственно отсталую. Неужели эту ситуацию можно было изменить всего несколькими словами? Нин Шу было очень интересно, какой же была жизнь у Ся Сяомань. Она действительно не понимала, как устроен мир. Казалось даже, что Ся Сяомань жила в совершенно изолированном мире. В мире Ся Сяомань всё, что нужно было делать – это лежать на постели и обслуживать Чу Сяожаня? - Ты хочешь спасти Чу Сяожаня? – с недоверием спросила Нин Шу. Это было впервые, когда она увидела кого-то вроде Ся Сяомань. Она даже не знала, как описать Ся Сяомань. Она не была злобной, и она была даже немного доброй, но вот мозгов у неё не хватало. Более того, всё, что она делала, создавало лишь беды для других, даже если она и делала это из благих намерений. По сути, Ся Сяомань явно была тупицей. Ся Сяомань решительно сказала: - Братец Вэньлан, при условии, что Чу Сяожань будет спасён, я готова сделать что угодно. Нин Шу застыла на месте. Охренеть, опять мы вернулись к этому сценарию. Это выражение на её лице словно бы говорило, что она готова отказаться от всего на свете, ради человека, которого она любит. Это было такое же выражение, как когда она в самом начале терпела унижение статуса любовницы, ради сохранения репутации семей Сюй и Ся и карьеры Сюй Вэньлана. - Готова сделать что угодно? Нин Шу практически лишилась дара речи, когда она всматривалась в сильное и полное печали выражение лица Ся Сяомань, словно та готова была прыгнуть с обрыва. Ся Сяомань кивнула. - Да, я готова сделать что угодно. Всё это началось из-за меня. Братец Вэньлан, я знаю, что я тебя подвела. Если ты спасёшь Чу Сяожаня, то я обещаю, что больше не буду с ним, и мы с тобой сможем уехать из этого города вместе. Нин Шу: Пффф… Она стукнула себя по груди. Это означало, что ради спасения Чу Сяожаня, Ся Сяомань смирится с болью и откажется от Чу Сяожаня. А дальше будет всё будет по следующей схеме: Ся Сяомань уедет из города вместе с ней, затем, пару лет спустя, вернётся. Чу Сяожань случайно снова встретится с Ся Сяомань и Чу Сяожань подумает, что Ся Сяомань предала его. Ся Сяомань почувствует себя обиженной, но не сможет сказать ему правду, поэтому у них двоих начнётся очередной раунд страстной садомазохистской любви. Какого хрена? Нин Шу действительно была жалким второстепенным главным мужчиной. Для истории, вероятно, даже понадобится, чтобы Нин Шу даже не прикасалась к Ся Сяомань все эти годы и помогла Ся Сяомань воспитывать ребёнка. Нин Шу снова стукнула себя по груди. Когда она посмотрела на воодушевлённое и покорное выражение лица Ся Сяомань, она небрежно махнула рукой. - Если хочешь быть с Чу Сяожанем, то просто уходи. Не надо втягивать меня во всё это. Ся Сяомань, сколько тебе нужно повторять, чтобы ты уже поняла? Если ты придёшь снова, то этот папочка просто убьёт Чу Сяожаня. Глаза Ся Сяомань округлились, когда она посмотрела на Нин Шу. В её миндалевидных глазах заблестели слёзы. - Братец Вэньлан, если ты спасёшь Чу Сяожаня, то я больше никогда не приду к тебе снова. - Проваливай. Лицо Ся Сяомань было бледным, а выражение лица было обиженным. Было ясно, что она обижена бессердечностью Нин Шу. Как только Ся Сяомань ушла, Нин Шу протяжно выдохнула. Ся Сяомань практически обновила её мировоззрение. Каждый раз, когда Ся Сяомань приходила к ней, она обладала такой ошеломительной уверенностью. Уехать из этого города? Это было легко сказать. Она должна отказаться от своей карьеры и уехать с Ся Сяомань? Как это нелепо. Ся Сяомань, по сути, говорила всё, что взбредёт ей в голову, а её голова мыслила невероятно просто. Чу Сяожань был задержан, поэтому его компания совсем развалилась на части. Все ресурсы компании были разделены между другими предприятиями, а огромная производственная база была продана правительством на аукционе. Разумеется, все деньги, вырученные с аукциона, отправились в кошелёк правительства. Вкратце, этот инцидент с Чу Сяожанем позволил правительству наконец-то избавиться от той занозы, что была в их глазу и заработать немало денег. Поэтому с финансами у них уже больше не было проблем. Если сложить все эти суммы вместе, то получилось около десяти миллиардов. Имущество Чу Сяожаня действительно было не дешёвым. Чу Сяожань, который находился под задержанием, вероятно, всё ещё не подозревал, что уже всё потерял. Всё, чем он владел, уже было подчистую вычищено правительством. Десяти миллиардов будет достаточно, чтобы поддержать город Т и начать два крупных строительных проекта вроде ремонта дорог и постройки базовых учреждений для города. ---------- Скала Ама* Примечание: Скала Ама (буквально переводящееся с китайского как "каменная женщина, высматривающая своего мужа") – это одна из достопримечательностей в Гонконге. Природное каменное образование на холме похожее на женщину, несущую на спине ребёнка. Высотой примерно 15 метров. По легенде, верная жена рыбака каждый день залезала на гору с маленьким сыном на спине, и глядела в море, ожидая возвращения своего мужа, не зная, что он утонул. В ответ на её верность, богиня моря превратила её в камень, чтобы её дух мог воссоединиться с мужем. Множество классических китайских поэм посвящено подобным камням, имеющимся по всему Китаю. [[image:/storage/reader-images/6ea938b4e41e77ea1549e540bbad683e9e1279d7.jpg]] Тем временем, Ся Сяомань просто тупо ждала, пока Нин Шу вытащит Чу Сяожаня. Она не смела приходить к Нин Шу снова, потому как волновалась, что Нин Шу действительно просто убьёт Чу Сяожаня. Ся Сяомань теперь немного побаивалась Нин Шу. Она просто весь день сидела на вилле. Она практически стала скалой Ама. Когда мать Ся Сяомань узнала об этом, она попыталась убедить Ся Сяомань отказаться от Чу Сяожаня. Чу Сяожань теперь был преступником, и больше не был всемогущим крупным председателем. Более того, этот мужчина даже изнасиловал её дочь в самом начале. Теперь, когда произошло нечто такое, мать Ся Сяомань решила, что её дочь теперь может освободиться от Чу Сяожаня и начать новую жизнь, без необходимости терпеть издевательства этого мужчины. Однако ребёнок в её животе был проблемой. Мать Ся Сяомань долго всё обдумывала, но, в итоге, решила сказать Ся Сяомань пойти на аборт. Ся Сяомань ещё не была замужем. Если она сохранит этого ребёнка, тогда этот ребёнок будет незаконнорожденным. Более того, отец этого ребёнка даже был преступником. Разве у такого ребёнка будет хорошая жизнь, даже если он и родится? Мать Ся Сяомань приняла такое решение в силу реалистичных соображений. Почему бы не выбрать небольшое страдание вместо долгих страданий? Ся Сяомань всё ещё сможет начать сначала. Однако, если она сохранит ребёнка в своём чреве, то её жизнь будет содержать ещё больше боли и страданий. Когда Ся Сяомань услышала, как её мать говорит ей пойти на аборт, она в тревоге прикрыла живот руками. Она была в таком шоке, что её голос сменился на пронзительный крик. - Мам, что ты такое говоришь?! Пойти на аборт? Это мой ребёнок и твой внук! Это жизнь! Как ты можешь быть такой жестокой? Мать Ся Сяомань какое-то время не говорила. Когда она услышала слова своей дочери, она не знала, что ей ответить. Лишь спустя долгое время она, наконец, заговорила: - Ну, ладно, если не хочешь делать аборт – не делай. Давай уедем из этого города. Мы переедем куда-нибудь ещё. Твой отец и я будем выращивать этого ребёнка, так что больше не связывайся с Чу Сяожанем. Ся Сяомань покачала головой. - Мам, я не оставлю Чу Сяожаня. Эта ситуация временная, он восстановится. И он ещё отец этого ребёнка. Он мне дорог. - Что ты такое говоришь? Неужели, ты хочешь ждать возвращения Чу Сяожаня? Ты уже забыла о том, как он с тобой обращался? Он заставил тебя уйти от Сюй Вэньлана! Если бы не Чу Сяожань, то ты бы уже вышла замуж за Сюй Вэньлана и вы завели бы ребёнка. Этот ребёнок даже не был бы незаконным! А теперь ты говоришь, что любишь Чу Сяожаня? Ся Сяомань, ты пытаешься сделать так, чтобы твой отец и я умерли от гнева? Ты уезжаешь с нами. Ты можешь оставить ребёнка, но ты не можешь больше встречаться с Чу Сяожанем. Сказав это, мать Ся Сяомань отправилась в спальню, чтобы помочь Ся Сяомань собрать вещи. Было ясно, что она всерьёз настроена на то, чтобы увезти Ся Сяомань отсюда. Когда Ся Сяомань увидела уверенное поведение своей матери, она встала перед ней на колени, разрыдалась и сказала: - Мам, мы с Чу Сяожанем действительно любим друг друга. Прошу, позволь нам быть вместе. Каким бы сейчас ни был Чу Сяожань, твоя дочь всё ещё его любит. Ся Сяомань кланялась перед матерью, не думая о ребёнке в животе. - Даже если я уйду от Чу Сяожаня, я не выйду замуж ни за какого другого мужчину, - решительно сказала Ся Сяомань. ---------- Методы Пыток Для Начинающих Мать Ся Сяомань никогда не представляла себе, что её дочь будет настолько тупоголовой, что будет продолжать висеть на Чу Сяожане, этом дереве, до самой смерти. Ей даже захотелось просто задушить её. Мать Ся Сяомань не считала, что Чу Сяожань хоть сколько-нибудь любит её дочь. Если он её любит, то почему он так и не женился на ней, несмотря на то, что прошло уже так много лет? Однако Ся Сяомань настаивала на том, чтобы остаться с Чу Сяожанем. Всё, что делала мать Ся Сяомань, было ради будущего Ся Сяомань, так как у Ся Сяомань впереди ещё было много времени. Однако сама Ся Сяомань ничуть не оценила беспокойства своей матери. Мать Ся Сяомань была рассержена и очень раздосадована. Она резко сказала: - Раз ты настаиваешь на том, чтобы остаться с Чу Сяожанем, то я просто буду считать, что никогда тебя не рожала. У тебя вообще никакого стыда не осталось? Из-за тебя каждый раз, как мы с твоим папой выходим из дома, нам приходится страдать от множества косых взглядов. Все смеются над нашей семьёй. У семьи Ся уже больше не осталась лица. Ся Сяомань разрыдалась, словно с разбитым сердцем, и начала повторять: - Мам, мне очень жаль. Мне правда очень жаль! Но я не могу оставить Чу Сяожаня. Ребёнок в моём животе от Чу Сяожаня. Мать Ся Сяомань посмотрела на свою дочь. - То есть, ты имеешь в виду, что хочешь остаться с Чу Сяожанем? Ся Сяомань всхлипнула, а потом кивнула. Мать Ся Сяомань так разозлилась, что швырнула на пол одежду, которую держала в руках, а следом швырнула чемодан. - Тогда я тебя никогда не рожала! Ся Сяомань поклонилась в спину своей матери, а потом слабо обмякла и легла на пол. Позже, семья Ся действительно переехала. Перед отъездом мать Ся Сяомань дала Ся Сяомань немного денег и сказала, что теперь она сама по себе. За прошедшие годы, семья Ся вынуждена была страдать от того, что из-за Ся Сяомань являлась целью для слухов и насмешек. Отец Ся Сяомань был учителем и был очень порядочным, но из-за Ся Сяомань он больше уже не смел смотреть в глаза своим ученикам. Некоторые ученики даже прикрывали рты и усмехались, когда они видели отца Ся Сяомань. Они перешёптывались, что дочь учителя стала чьей-то любовницей. К тому же, Чу Сяожань был довольно известной фигурой в городе Т. Отец Ся Сяомань резко потерял всю свою уверенность и даже чувствовал, что сомневается в своей моральности и поведении. Он больше не чувствовал себя уверенным и не мог призывать учеников к дисциплине. Некоторые ученики даже открыто не подчинялись ему и в лицо заявляли, что Ся Сяомань теперь любовница, отчего весь класс начинал смеяться. Изначально отец Ся Сяомань планировал дождаться выхода на пенсию, но он не мог больше найти в себе силы преподавать в этой школе и выпросил перевод в отдалённую школу, где были не такие хорошие условия. Следовательно, в глубине души, он уже отказался от Ся Сяомань. Эта дочь могла делать всё, что ей хочется. Если она хочет оставаться с Чу Сяожанем, то она может оставаться с Чу Сяожанем. Нин Шу узнала, что семья Ся переехала, а Ся Сяомань осталась сама по себе в городе Т. У Нин Шу ушло всего мгновение на то, чтобы осознать, что семья Ся отказалась от Ся Сяомань. Значит, Ся Сяомань ждёт возвращения Чу Сяожаня? Это действительно была настоящая любовь, ах. Настоящая любовь, наполненная непоколебимой верностью. Нин Шу мысленно вздохнула о том, насколько глубокой была настоящая любовь Ся Сяомань к Чу Сяожаню. Вскоре пришло время для слушания по делу Чу Сяожаня в суде. Так как у Нин Шу всё тело было в травмах, она не вела это дело лично. Каким-то образом, Чу Сяожань нашёл себе адвоката защиты и уменьшил свой приговор с трёх лет до одного года. Это означало, что Чу Сяожаню придётся просидеть в тюрьме всего год за связи с преступной деятельностью. Этот приговор, вообще-то, был довольно мягким. Попытаться полностью избавиться от какого-либо заключения было бы невозможно. Когда Ся Сяомань, которая сидела на галёрке, услышала приговор, её лицо побледнело. Она глянула в сторону Нин Шу. Было ясно, что она недовольна этим результатом. Нин Шу не обратила на неё никакого внимания. На самом деле, Чу Сяожань был очень доволен этим результатом. Годом позже, когда он выйдет, он всё ещё сможет вернуться и отомстить. Краем глаза он увидел Ся Сяомань с обеспокоенным выражением на лице, отчего его сердце потеплело. Однако, когда он увидел рядом Нин Шу, его цвет лица тут же потемнел и он сразу же пришёл к выводу, что Ся Сяомань бросила его и вернулась к Сюй Вэньлану. Чем больше он об этом думал, тем хуже становился его цвет лица. Более того, ребёнок в животе Ся Сяомань был от него. Ся Сяомань не знала, о чём думает Чу Сяожань. Её сердце было наполнено волнением за Чу Сяожаня, а на лице отражалась душевная боль. После того, как суд закончился, Чу Сяожаня отвели в центр задержания. Нин Шу покинула суд с лёгкой улыбкой. Если ты хочешь пытать кого-то, то тебе нужно уничтожить его жизнь, сокрушить его веру и растоптать его достоинство. Заставить его смотреть на то, как все его надежды разбиваются, и как люди, которых он ненавидел, равнодушно смотрят на него свысока. ---------- Имидж Города Т Ся Сяомань поймала Нин Шу и спросила: - Братец Вэньлан, почему Чу Сяожаня всё равно приговорили к году тюрьмы? Нин Шу глянула на живот Ся Сяомань. Он уже начал слегка выпирать. У Ся Сяомань изначально было очень маленькое телосложение, а в последнее время она стала ещё худее, вероятно из-за того, что слишком беспокоилась, поэтому её живот стал выглядеть подозрительно большим. Нин Шу тихо сказала: - Изначально приговор должен был быть больше трёх лет, но теперь это всего лишь один год. Я даже тайно помогал Чу Сяожаню найти адвоката защиты. Если ты не удовлетворена этим, то я больше ничего не могу поделать. - Братец Вэньлан, не злись. Я ничего плохого не имела в виду, - поспешно сказала Ся Сяомань. – Братец Вэньлан, спасибо тебе. - Больше ко мне не приходи. Если ты ещё раз придёшь ко мне, то страдать будет Чу Сяожань, - холодно сказала Нин Шу. Лицо Ся Сяомань наполнилось горечью. Она внезапно почувствовала, что мир очень большой, а ей больше не на кого положиться. Её родители уехали и она даже не знала куда. Словно они совершенно растворились из её мира. Братец Вэньлан уже больше не был тем человеком, с которым она выросла. Она почувствовала себя одинокой и напуганной. Она внезапно почувствовала сильную тревогу и боязнь неизвестного будущего. Ся Сяомань ни единого дня в своей жизни не жила независимо ни от кого. Нин Шу начала отстранённо заниматься работой и репутация юридической фирмы постепенно росла. Фирма теперь была известна не только в городе Т, но и даже в соседних городах. Таким было намерение правительства. Они хотели создать хороший образ, который мог бы представлять город Т. А Нин Шу была тем человеком, которого они решили поставить впереди. Нин Шу собирала все бесплатные исковые дела в журнал. Их было немало. Она действительно не принимала ни единого цента за эти дела, и подноготная каждой семьи была тщательно расследована. У неё не было желания позволять некоторым людям пользоваться преимуществом этой услуги без справедливых на то оснований. За весь этот год Нин Шу посетила множество крупных и мелких городов, как назначенный правительством адвокат, чтобы распространять знание о законе. Она посетила множество мест, прошла через горы, пересекла множество рек и увидела, в каких обстоятельствах живут многие люди. Попутно, она смогла даже помочь некоторым людям. Когда Ся Сяомань родила, Нин Шу вернулась в город Т. Ся Сяомань пришлось день и ночь терпеть родовые схватки, чтобы родить сына, но Чу Сяожаню предстояло просидеть ещё четыре месяца, прежде чем он выйдет из тюрьмы, поэтому он не мог присутствовать при рождении своего ребёнка. Всё то время, пока Ся Сяомань была беременна, она жила на вилле, которую для неё купил Чу Сяожань. Когда нужно было прибраться, она просто вызывала наёмных рабочих. За это она платила теми деньгами, что ей оставила мать Ся перед отъездом. Когда денег стало мало, она начала продавать драгоценности и брендовые сумочки, которые ей прежде покупал Чу Сяожань. Конечно же, она продавала их так дёшево, что это было всего десятой частью от изначальной цены. Раньше Ся Сяомань не хотела этого делать, но у неё были счета за коммунальные услуги и ей нужно было что-то есть. Давление выживания вынуждало её продавать эти вещи. Она очень ценила эти вещи, потому что их ей подарил Чу Сяожань, но ради сохранения собственной жизни, у неё не осталось иного выбора, кроме как продать их. Когда Ся Сяомань чувствовала себя очень обиженной, она думала о Чу Сяожане и заставляла себе пройти через это. ---------- Конец Тюремного Заключения Чу Сяожаня Ся Сяомань родила ребёнка, но она понятия не имела, как заботиться о ребёнке. Когда она столкнулась с ревущим ребёнком, она совершенно растерялась. Она не знала, что делать. Она не знала, что ребёнок чувствует себя плохо и не могла понять, голоден он или ему нужно сменить подгузники. Как только ребёнок закричал, её сердце начало болеть. В её сердце накопилось слишком много чувств, поэтому она взяла ребёнка на руки и начала рыдать. По пустой вилле разносился душераздирающие крики ребёнка. Ся Сяомань за всю свою жизнь никогда не сталкивалась с таким серьёзным событием. Её семья была хорошо обеспечена, поэтому она выросла в любви и заботе. А ещё был Сюй Вэньлан, соседский братец, который присматривал за ней и защищал её от всего, с чем она сталкивалась. Прежде чем она вышла в общество, прежде, чем она была отполирована обществом, она была похищена Чу Сяожанем. И хотя Чу Сяожань не относился к ней хорошо, ей никогда не приходилось думать о вещах, необходимых для выживания. Она проводила все дни, думая о всяких бессмысленных вещах. Теперь, когда у неё возник давящий вопрос выживания, и ей ещё нужно было воспитывать ребёнка, не имея возможности на кого-то положиться, Ся Сяомань почувствовала, как её сердце варится в кипящем масле. Ся Сяомань взяла ребёнка и пошла в юридическую фирму, искать Нин Шу. Единственный человек, о котором могла подумать Ся Сяомань в городе Т – это была Нин Шу. Ей мог помочь только братец Вэньлан, который знал её больше десяти лет. Однако, когда она пришла в юридическую фирму, ей сказали, что Нин Шу там нет. Нин Шу стояла у окна на верхнем этаже. Она видела, что Ся Сяомань стоит у входа с ребёнком на руках. Ся Сяомань стала заметно более худой, а её лицо было смертельно бледным, словно лёгкий порыв ветра мог сбить её с ног. Как только Нин Шу увидела цвет лица Ся Сяомань, она поняла, что у Ся Сяомань дефицит энергии ци в селезёнке. Она совсем о себе не заботилась после рождения и навредила своему телу. Пока она молодая, это ещё не страшно, но, когда она станет старше, послеродовая лихорадка будет с ней до конца жизни. Это было просто невероятно, насколько умело она могла травмировать себя. У Ся Сяомань не осталось иного выбора, кроме как вернуться домой. Однако, в конце, одна из пожилых работниц в юридической фирме не смогла больше смотреть на неё и посоветовала Ся Сяомань нанять сиделку, чтобы та присматривала за ребёнком. Когда Ся Сяомань услышала, что кто-то может помочь ей заботиться о ребёнке, её взгляд засветился радостью. Однако эта радость быстро прошла. На то, чтобы нанять сиделку, требовалось много денег, а у неё столько не было. Ся Сяомань никогда не представляла себе, что наступит день, когда ей придётся беспокоиться из-за денег. В прошлом у неё даже не было концепции денег, но теперь ей приходилось полдня планировать на что потратить деньги, потому что у неё их было совсем немного. Когда она подумала о своём ребёнке то, в итоге, стиснула зубы и наняла сиделку. Однако теперь у неё было ещё более туго с деньгами. Она начала думать о том, что ещё можно продать. Теперь у Ся Сяомань была возможность вздохнуть, раз за ребёнком следила сиделка, поэтому теперь она могла тратить весь день на охрану календаря и вычёркивание дней один за другим, ожидая, когда Чу Сяожань выйдет из тюрьмы. Нин Шу тоже ждала, когда Чу Сяожань выйдет из тюрьмы. Какой ему смысл оставаться в тюрьме? Когда ему было скучно, у него была даже целая группа людей, с которыми можно играть, поднимать мыло и всякое такое. Нин Шу подъехала к тюрьме в день, когда Чу Сяожань должен был выйти. Когда она приехала, она увидела, что Ся Сяомань уже ждёт у дверей. Ся Сяомань даже красиво оделась для этого дня. Она была в белом платье. Однако из-за того, что она была слишком худой, она выглядела не очень хорошо, а на лице были следы усталости, от которых было невозможно избавиться. Нин Шу осталась в автомобиле и просто наблюдала за тем, как люди выходят из тюрьмы. Чу Сяожань тоже вышел. Ся Сяомань прикрыла рот рукой, и по её щекам полились слёзы, а потом она бросилась в объятия Чу Сяожаня. Нин Шу посмотрела на Чу Сяожаня. Нынешний Чу Сяожань совсем растерял свою благородную и гордую ауру, которую излучал естественным образом. Его ореол значительно потускнел. Теперь Чу Сяожань был лишь обычным человеком. Вообще-то, он даже и на обычного человека не тянул. У нынешнего Чу Сяожаня уже ничего не осталось, не считая судимости. Ему теперь будет трудно пробиться в общество. ---------- Плачет, Словно На Похоронах? Однако Нин Шу увидела, что Чу Сяожань, похоже, выглядит очень уверенным. Она презрительно поджала губы. Неужели он всё ещё думает, что сможет забраться на вершину? Даже если он этого и хочет, она не даст ему такого шанса. Она в последний раз глянула на эмоциональное воссоединение этих двоих, а потом уехала. Стоя у дверей тюрьмы, Чу Сяожань и Ся Сяомань всё ещё обнимали друг друга. Когда Ся Сяомань обняла Чу Сяожаня за талию, её сердце тут же успокоилось. Она почувствовала, что теперь у неё есть на кого положиться и она больше ничего не боится. Теперь у неё есть тот, кто защитит её от всего. По пути на виллу, Ся Сяомань рассказала Чу Сяожаню обо всём, что произошло за этот год. Чу Сяожань был немного тронут. Он никогда не представлял, что Ся Сяомань откажется уехать со своей семьёй, чтобы остаться и дожидаться его. Чу Сяожань обнял Ся Сяомань и сказал: - Давай поженимся. Ся Сяомань была удивлена, но вместе с тем и обрадована. Слёзы потекли по её щекам и она с улыбкой кивнула. Хоть он и не принёс ей свежих цветов и не подарил кольца, но её такие вещи не волновали. Пока она могла делиться счастьем с человеком, которого она любит, и с её ребёнком, то они обязательно будут счастливой семьёй. Когда они вернулись на виллу, Чу Сяожань взял на руки своего сына. Его сердце наполнилось надеждой. С его способностями, оно скоро снова сможет вернуться на вершину, а потом дать Ся Сяомань и этому ребёнку благословенную жизнь. Если Чу Сяожань хотел вернуться, то ему нужен был стартовый капитал. Однако всё его имущество забрало правительство. Чу Сяожань решил продать эту виллу. Когда он только покупал эту виллу, она стоила больше десяти миллионов. В то время, десять миллионов были для него мелочью, но теперь это был единственный капитал, который у него остался, и с которым он мог вернуться. После продажи виллы Чу Сяожань и Ся Сяомань переехали в обычный дом в соседнем районе и стали жить как обычные съёмщики. Они также уволили сиделку, поэтому забота о ребёнке легла на плечи Ся Сяомань. Чу Сяожань взял деньги с продажи дома и пошёл искать деловые возможности, но, спустя целый день, он не смог ничего найти. Когда Чу Сяожань вернулся домой, ему даже нечего было есть. Ся Сяомань узнала, что о ребёнке очень трудно заботиться без помощи сиделки. Когда Чу Сяожань вернулся, она попросила Чу Сяожаня присмотреть за ребёнком, а потом пошла готовить. Ся Сяомань была из тех людей, что никогда раньше не касались воды, чтобы сделать что-нибудь по дому, поэтому легко можно было представить, какой вкус был у её еды. Чу Сяожань съел только пару ложек, после чего остановился. Пока он жевал то, что по вкусу напоминало мучную пасту, сидя в тесной комнате, его сердце внезапно наполнилось гневом. Ребёнок постоянно плакал по ночам, пока он пытался заснуть. Чу Сяожань чуть не сходил с ума от раздражения. - Чего ты расплакался?! На похоронах, что ли?! Чу Сяожань выбрался из постели и отправился на балкон, чтобы покурить. Ребёнок был напуган звуком голоса Чу Сяожаня и начал плакать ещё сильнее. Когда Ся Сяомань увидела, что Чу Сяожань был зол, её сердце сжалось и она поспешила взять ребёнка на руки, чтобы утешить его. Даже если Чу Сяожань был сейчас в трудной ситуации, Ся Сяомань уже привыкла к его могуществу и влиянию, поэтому, даже сейчас она всё ещё безусловно признавала его превосходство. Чу Сяожань был очень взволнован и раздражён. Ему не терпелось доказать себе и всем остальным, что он может вернуться. Раньше для него всё было очень просто, до такой степени, что достаточно было сказать лишь одну фразу, но теперь всё то же самое стало невероятно трудным. Иногда у него даже не было шанса заговорить, прежде чем его выгоняли. От этого смущения и негодования ему хотелось убивать. Чем больше всё так продолжалось, тем больше ему хотелось вернуться к прежнему состоянию и заставить расплатиться тех людей, что смотрели на него свысока. ---------- Чай Уже Остыл Всё это время Нин Шу присматривала за Чу Сяожанем. Она знала, что он продал свою единственную виллу и собирался использовать эти деньги для нового начала. На это она могла лишь сказать, что он был довольно наивен. Крах Чу Сяожаня был работой правительства. Практически никто из живущих в городе Т не посмеет сотрудничать с Чу Сяожанем. Даже если они и захотят сотрудничать с ним, Чу Сяожаню потребуется некоторый капитал на то, чтобы поддержать это сотрудничество. Неужели он думает, что сможет добиться этого всего с парой миллионов? Нынешний Чу Сяожань уже больше не был бизнес-магнатом, существом, ради сотрудничества с которым другие компании готовы сражаться. Люди ушли и чай уже остыл. Такова была реальность. Однако Чу Сяожань, похоже, был очень решительно настроен на то, чтобы добиться успеха. Нин Шу считала, что единственная причина, почему Чу Сяожань ещё мог продолжать скакать – это потому что у него всё ещё были деньги. Если бы у него больше не было этих денег, то у него, вероятно, больше не было бы такого энтузиазма. Однако, прежде чем Нин Шу успела сделать ход, люди, которых она отправила присматривать за Чу Сяожанем, сообщили ей, что Чу Сяожань уже нашёл делового партнёра. Так быстро?! Она даже немного ошалела. Неужели Чу Сяожань действительно сможет вернуться? Вскоре появилось ещё больше новостей. Чу Сяожань начал сотрудничество с компанией, которая развивала довольно многообещающий проект, предоставляющий новый вид энергии. Компания выглядела вполне законной. Нин Шу отправила людей, чтобы разузнать об этой компании, и выяснила, что на самом деле это оказалась фиктивная корпорация. Даже их кабинеты были арендованными. Они просто повесили на дверь табличку с названием фирмы. Судя по всему, они нацелились на деньги Чу Сяожаня. Они явно всё тщательно распланировали, так как Чу Сяожань уже заглотил наживку. Обе стороны уже подписали контракт, а Чу Сяожань уже вложил половину своих денег. Нин Шу лишь молча наблюдала за всем этим со стороны. Она и не планировала предупреждать Чу Сяожаня. Чу Сяожань явно проболтался, что у него есть деньги, пока он искал возможность для делового сотрудничества, поэтому какие-то мошенники положили на него глаз. Пока что Чу Сяожань вложил лишь половину своих денег, но мошенники наверняка придумают какой-нибудь способ, чтобы выудить из него все деньги. Так или иначе, Чу Сяожань был бизнесменом. Однако он был в очень нетерпеливом и взволнованном состоянии с тех пор, как вышел из тюрьмы, поэтому он растерял своё основное спокойствие и рациональность. Более того, мошенники продумали всё очень тщательно и предусмотрели все возможные проблемы. Эту компанию можно было даже найти в интернете. Они также были зарегистрированы в бюро промышленности и торговли. Вот почему Чу Сяожань всё же согласился на сотрудничество. Нин Шу просто наблюдала за этим, как за развлекательным сериалом. Те трудности, с которыми Чу Сяожаню пришлось столкнуться, как только он вышел из тюрьмы, естественно были плодом и её усилий. С её нынешним социальным статусом, ей было очень просто усложнить жизнь для Чу Сяожаня. Так что теперь ситуация полностью развернулась. Это она безразлично наблюдала за мучительной борьбой Чу Сяожаня. Гордый и равнодушный Чу Сяожань, который решал судьбы других людей, вероятно, никогда даже не представлял себе, что ему придётся столкнуться с такими обстоятельствами. Вскоре мошенник оповестил Чу Сяожаня, что им не хватает средств и придётся остановить этот проект. Это означало, что деньги, которые Чу Сяожань прежде вложил в компанию, будут потеряны зря. Чу Сяожань стиснул зубы, а потом решил пойти ва-банк и вложил все оставшиеся у него деньги. На следующий день Чу Сяожань пришёл в совершенно пустую компанию. Весь технический персонал пропал. Они все сбежали. Чу Сяожань тут же понял, что его обманули. Его конечности обмякли. Он почувствовал, как его душа вот-вот покинет тело. В этих деньгах были все его надежды, но теперь у него ничего не осталось. Теперь он не мог даже гарантировать ничего из своей жизни, а ему ещё нужно было кормить семью. Чу Сяожань был просто слишком жадным. Он хотел использовать имеющиеся у него деньги, чтобы заработать крупную сумму. Ему не терпелось вернуться. Сначала он вложил только половину средств. Если бы он тут же прекратил, то с такими потерями у него всё равно осталась бы половина денег. Нынешний Чу Сяожань мог бы сказать, что все его надежды превратились в пыль. На какое-то мгновение он даже задумался о смерти. Однако, когда он поднялся на крышу небоскрёба и посмотрел вниз с головокружительной высоты, его сердце сжалось от страха и он растерял всю свою решительность даже в поисках смерти. ---------- Пришлось Устроиться На Работу Удручённый Чу Сяожань напился до полусмерти. Когда он пришёл домой и услышал, как плачет ребёнок, он тут же взорвался и побил Ся Сяомань, которая даже не знала, что произошло. Чу Сяожань просто хотел выпустить всё то накопившееся в его сердце раздражение, поэтому он бил очень сильно. Он бил Ся Сяомань до тех пор, пока у неё не сломался нос и всё лицо не опухло. Пьяный Чу Сяожань выпустил весь свой гнев на Ся Сяомань, но Ся Сяомань просто молча терпела. Когда на следующий день голова Чу Сяожаня прояснилась и он увидел, каким невыносимым зрелищем стала Ся Сяомань, он тут же встал на колени перед Ся Сяомань и стал молить её о прощении. Он продолжил без остановки извиняться перед Ся Сяомань. Это всё было только потому, что у него на душе слишком много всего накопилось. Он действительно хотел снова взобраться на вершину, чтобы дать ей и их ребёнку благословенную жизнь. Ся Сяомань никогда раньше не видела Чу Сяожаня в таком сломленном состоянии. Она обняла Чу Сяожаня и тут же простила его. Теперь, когда у Чу Сяожаня больше не было денег, он растерял всю свою энергию и весь день сидел дома. Он даже не вставал с места, чтобы сходить поесть. Ся Сяомань все три приёма пищи приносила к нему. Он больше не беспокоился о своей внешности и даже не брился. Он выглядел совсем опустившимся. Было ясно, что он так и не отошёл от того шока, что его обманули мошенники. В нём невозможно было найти и следа от прежнего Чу Сяожаня. Чу Сяожань оставался дома и ничего не делал, но всегда имелись необходимые расходы. Сухое молоко для ребёнка и подгузники стоили денег. Аренда, коммунальные услуги, еда, напитки и одежда, всё это стоило денег. Ся Сяомань сначала хотела спросить Чу Сяожаня о деньгах, но потом она вспомнила, что у Чу Сяожаня недавно обманом выманили все деньги, поэтому разговор на эту тему, вероятно, сделает ему только хуже. Всё давление о необходимости выживания снова пало на плечи Ся Сяомань. Ся Сяомань, которая никогда раньше не работала, теперь вынуждена была начать зарабатывать деньги. Ся Сяомань не очень подходила для работы. Большинство компаний не хотели брать Ся Сяомань, даже несмотря на то, что у неё был диплом об окончании колледжа. С одной стороны, это было потому, что она была довольно известна в городе Т, а с другой стороны, потому что она всегда выглядела такой потерянной и беспомощной, что становилось очевидным полное отсутствие у неё каких-либо рабочих навыков. В итоге, Ся Сяомань устроилась работать посудомойкой в небольшом ресторане. Из-за её неуклюжести, она била посуду. Когда она получила зарплату за день, ей пришлось расплатиться за битую посуду, поэтому, в итоге, она заработала не так уж много. Ей пришлось весь день без остановки мыть посуду. Её поясница ощущалась так, словно сейчас сломается, а руки все были в морщинах от того, что отмокали в воде. Когда она пришла домой, ребёнок ревел, а Чу Сяожань лежал на диване и смотрел телевизор, совершенно игнорируя ребёнка. Ся Сяомань поспешила утешить ребёнка, а потом начала готовить ужин. После такого дня лицо Ся Сяомань было совершенно бледным. Когда она отправилась спать, её поясница так сильно болела, что она даже не могла перевернуться на другой бок, лёжа в постели. Но, когда ребёнок начал плакать посреди ночи, ей всё равно пришлось встать, чтобы утешить его. Несмотря на то, что всё сложилось таким образом, она не сказала ни единого слова Чу Сяожаню. Она встала рано утром, чтобы сделать завтрак, накормить ребёнка и сменить его подгузник, прежде чем выйти за дверь. Чу Сяожань, тем временем, всё ещё спал в постели. Чу Сяожаню нечего было делать и он всё время чувствовал себя раздосадованным, поэтому он начал топить свои тревоги в алкоголе. Он начал регулярно пить, а когда напивался, то не мог остановить себя и начинал бить Ся Сяомань. В прошлом, Чу Сяожань эмоционально издевался над Ся Сяомань, но теперь он дошёл до такого состояния, что начал издеваться над ней физически. Чу Сяожань, который пострадал от такого сокрушительного поражения, мог прибегать только к такому способу утверждения своего чувства существования с Ся Сяомань. Когда он трезвел, он всегда каялся перед Ся Сяомань и регулярно гарантировал, клялся, что больше это не повторится, но, когда он снова напивался, он забывал обо всём этом. Подобный выпуск пара вошёл у него в привычку. Из-за постоянного прощения Ся Сяомань, Чу Сяожань совсем перестал сдерживаться и даже начал считать, что это всё вполне естественно. ---------- Пристрастился к Азартным Играм Нин Шу знала, что Ся Сяомань начала работать. Вся семья из трёх человек теперь полагалась на то, что Ся Сяомань будет их кормить. Тем временем, Чу Сяожань не только не делал ничего, кроме того, что постоянно пил, но он ещё и бил людей, когда был пьян. Несмотря на это, Ся Сяомань всё ещё не чувствовала негодования по отношению к нему, как и не чувствовала сожаления. Нин Шу была озадачена. Всё её мировоззрение снова обновилось. Сколько же терпения должно быть у Ся Сяомань, чтобы она могла принимать такую жизнь? Несмотря на эту ситуацию, она всё равно относилась к Чу Сяожаню так, словно он был сокровищем. Это явно были последние стадии стокгольмского синдрома и её уже было не спасти. Такое ощущение, что Ся Сяомань была такой, что если даже Чу Сяожань изнасилует её мать, выебет её отца и даже не пожалеет их чихухуа, она всё равно сможет остаться с Чу Сяожанем до самого счастливого конца. Разве Сюй Вэньлан не относился к Ся Сяомань хорошо? Относился, он очень хорошо с ней обращался. Однако Ся Сяомань не чувствовала, что её сердце замирает от любви. Как раз наоборот, Чу Сяожань постоянно обижал её, но она всё равно чувствовала, что это и есть любовь. С её концепцией любви явно была какая-то проблема. В их отношениях не было даже самых базовых концепций уважения или защиты, как это вообще можно считать любовью? Стоило только Чу Сяожаню начать вести себя чуть лучше, и Ся Сяомань сдавалась. Ся Сяомань всегда была в положении слабейшего, и это был её собственный выбор. Нин Шу просто сказала своим людям продолжать присматривать за ними. Она не планировала к ним приближаться. Она просто наблюдала свысока, как эти двое с трудом пытаются выживать на дне общества. В изначальной истории, после всех тех травмирующих событий, они смогли жить долго и счастливо. Это всё было потому, что у них были деньги для поддержания счастья. А теперь, когда у них больше не было капитала, чтобы они могли мучить друг друга, их теперь просто мучила жизнь. Когда у Нин Шу было свободное время, она выступала в суде с какими-нибудь исками. Она также иногда гуляла и расслаблялась, периодически проверяя, как идут дела у Чу Сяожаня и Ся Сяомань. Похоже, что Чу Сяожань пристрастился не только к алкоголю, но ещё и к азартным играм. Он хотел разбогатеть на ставках и постоянно брал деньги из дома. Это были деньги на сухое молоко для ребёнка, которые Ся Сяомань с таким трудом зарабатывала ради ребёнка. Поначалу Чу Сяожань чувствовал себя немного виноватым из-за того, что воровал деньги, и он говорил Ся Сяомань: "Я обязательно выиграю много денег. Я просто не хочу видеть, как ты усердно работаешь" и всякое такое. Ся Сяомань ничего не сказала и просто увеличила количество своей работы. Разве Ся Сяомань не уставала? Она очень уставала, но, когда она вспоминала, что рядом с ней есть тот, на кого она может положиться, то она чувствовала себя сильной, даже когда уставала. Вот если бы она была совсем одна, то она бы ни за что не продержалась. Ся Сяомань была из тех, кто очень боится оставаться в одиночестве. У неё не было независимых мыслей, поэтому Чу Сяожань был её психологической поддержкой. Каким бы невыносимым Чу Сяожань сейчас ни был, Ся Сяомань всё равно боялась, что Чу Сяожань уйдёт от неё. Чу Сяожань не присматривал за семьёй, не присматривал за ребёнком, и был одержим азартными играми. Он хотел выиграть много денег, играя в азартные игры, чтобы иметь возможность вернуться к своему прежнему состоянию. Однако азартные игры всегда были бездонной дырой. Сколько бы денег ты туда не вбросил, ты никогда не выиграешь больше. После проигрыша Чу Сяожань просто приходил домой, чтобы взять ещё денег, а потом сразу же возвращался в казино, чтобы продолжать играть. Он стал очень вспыльчивым и зачастую даже требовал деньги у Ся Сяомань. Если Ся Сяомань не давала ему денег, то он бил Ся Сяомань так, словно она была его врагом и кричал, что она должна просто продать себя. Ся Сяомань было очень обидно. Тот факт, что Чу Сяожань хотел продать её, хотел сделать её проституткой, глубоко ранил её, но, стоило только ей возразить, как Чу Сяожань начинал жестоко её избивать. У Ся Сяомань часто появлялись новые травмы, даже прежде, чем старые успевали заживать, но она всё равно молча терпела всё это, потому что теперь любое её возражение вызывало безумное избиение со стороны Чу Сяожаня. Чу Сяожань, у которого теперь не было денег и престижа, чтобы изысканно одеваться, теперь был даже ещё более дрянным, чем раньше. Обычно его дрянной характер скрывался его деньгами и внешностью, поэтому тогда всё его своеволие считалось нормальным. Теперь Ся Сяомань больше не могла платить аренду, поэтому им пришлось переехать в один из тех маленьких домиков, аренда которых стоила около трёх сотен в месяц. Однако там была лишь одна комната. Всё – есть, пить, срать - приходилось делать в одной комнате. Все соседние комнаты занимали рабочие иммигранты, которые постоянно рано уходили и поздно возвращались. ____________________ Нин Шу просматривала документы, когда к ней подошла секретарша. - Начальник, тут у дверей женщина по имени Ся Сяомань, которая спрашивает про вас? Нин Шу подняла брови. Зачем Ся Сяомань пришла к ней? Они не общались с тех пор, как Чу Сяожань отправился в тюрьму. И с тех пор прошло уже почти два года. Нин Шу подошла к окну и увидела, что у входа стоит Ся Сяомань, одетая в очень простую одежду. Она была очень тощей, до такой степени, что на неё было страшно смотреть. Нин Шу почувствовала, как что-то сжало её сердце. Это было странное чувство. Вероятно, это были чувства изначального хоста. ---------- Должны Быть Лучшие Годы Жизни Женщины - Скажи ей пусть войдёт. Было кое-что, о чём она хотела спросить Ся Сяомань. Секретарша привела Ся Сяомань в кабинет. Выражение лица Ся Сяомань было немного робким и сдержанным. Её взгляд встретился со взглядом Нин Шу, а потом она быстро опустила голову. Нин Шу увидела синяки под глазами Ся Сяомань. Это явно было дело рук Чу Сяожаня. - Присаживайся, - спокойно сказала Нин Шу. Ся Сяомань робко села на диван. Нин Шу спросила: - Хочешь чего-нибудь выпить? - Нет, спасибо, мне и так нормально. Ся Сяомань поспешно замахала руками. Она выглядел действительно взволнованной. Жестокость жизни довела Ся Сяомань до такого состояния, что она стала очень робкой и раболепной. Нин Шу увидела, что её руки очень огрубели и на них виднелись небольшие травмы. На ногах у неё были дешёвые туфли без каблуков. В прошлом, хоть Ся Сяомань и была простой, она всё равно выглядела очень красивой, когда приводила себя в порядок. Когда она выходила из дома, она всегда была на высоких каблуках. Однако тяжёлое давление жизни сделало так, что у Ся Сяомань не было ни денег, ни времени, чтобы приводить себя в порядок. Когда даже само выживание было под вопросом, важнее всего было просто продолжать жить. Нин Шу осмотрела Ся Сяомань. Её кожа стала грубой и темнее, чем прежде, а её губы были бледными и бесцветными. А это всё были признаки анемии и недоедания. Вокруг неё витала мрачная атмосфера. Тело Ся Сяомань было сильно изношено, до такой степени, что она может умереть молодой. Нин Шу сочла, что это очень удручает. Почему женщины не могут больше любить себя? Почему они не могут собраться с духом и уйти от мужчины? Поведение Ся Сяомань заставило Нин Шу сильно её недолюбливать, но на самом деле Ся Сяомань потакала своим собственным решениям. Когда Ся Сяомань увидела, что Нин Шу пристально смотрит на неё, она снова опустила голову и неловко вцепилась в край своей блузки. Ей не хватало даже смелости посмотреть на Нин Шу. Этот мужчина носил хорошо проглаженный костюм. Его красивая внешность заставляла её чувствовать ещё более низкой, в сравнении с ним. В её сердце витали всевозможные эмоции, отчего ей было очень неспокойно. - Оно того стоило? – спросила Нин Шу. Женщина смогла довести себя до такого состояния? Ся Сяомань подняла голову, чтобы глянуть на Нин Шу, а потом снова опустила голову и тихо сказала: - Братец Вэньлан, я больше не могу повернуть назад. Потому что у неё не осталось надежды, поэтому она даже не хочет тратить энергию даже на то, чтобы просто попытаться? Она скорее предпочтёт продолжать жить подобным образом? Нынешней Ся Сяомань ещё даже не было и тридцати, но она выглядела так, словно ей уже за сорок. Её кожа была тёмной, а тело таким худым, что она словно излучала ауру изнеможения. А ведь это должны быть лучшие годы жизни женщины, время, когда они ходят на красивых высоких каблуках, занимаются шопингом и пьют кофе со своими подругами. Трагическая жизнь Ся Сяомань была в полной мере делом её собственных рук. Возможно, она и не считала, что её жизнь настолько трагическая. Она живёт с мужчиной, которого любит и у них даже есть ребёнок, так что это считается за полноценную семью. Нин Шу изначально хотела спросить за Сюй Вэньлана, жалеет ли Ся Сяомань о том, что она сделала, но теперь ей было видно, что это явно бессмысленно. ---------- Оно Того Стоило? - Тебе что-то нужно? – спросила Нин Шу. Прошло уже немало времени с тех пор, как они виделись. То, что Ся Сяомань так внезапно пришла сюда – это явно потому, что ей что-то нужно. Лицо Ся Сяомань немного покраснело, отчего всё лицо покрылось странным тёмно-красным цветом, отчего её загорелые места стали выглядеть ещё более подозрительно. - Я… Ся Сяомань сжала свою юбку, словно ей внезапно стало трудно говорить. Нин Шу не торопила её и попросила секретаршу принести две кружки воды. Ся Сяомань вытерла руки о свою юбку, потом взяла кружку и выпила всю воду. Нин Шу подала знак секретарше налить ещё воды, но Ся Сяомань поспешно замахала руками, чтобы остановить её. - Спасибо, братец Вэньлан, я уже напилась. Ся Сяомань открыла рот. - Братец Вэньлан, я… Но, в итоге, она так ничего и не сказала. Ся Сяомань действительно никак не могла собраться, чтобы заговорить. На самом деле, это Чу Сяожань заставил её прийти сюда. Было трудно представить, что Чу Сяожань действительно заставит её прийти сюда. В прошлом, Чу Сяожань был в ярости каждый раз, как она упоминала имя Сюй Вэньлана, но теперь он сам сказал ей пойти к Сюй Вэньлану, потому что у Сюй Вэньлана есть деньги. Чу Сяожань часто видел Нин Шу по телевизору. Нин Шу уже стала послом города Т, и общественная благотворительная реклама про неё часто показывалась по телевизору. Чу Сяожань ненавидел Нин Шу. Его глаза наливались кровью каждый раз, как он видел, насколько хорошо поживает его враг, поэтому ему пришла в голову идея. А именно – отправить Ся Сяомань попросить у Нин Шу денег. Теперь уже Чу Сяожань не возражал, чтобы его женщина пошла к Сюй Вэньлану, так как у него уже больше не было денег на азартные игры. Тот факт, что он уже говорил Ся Сяомань идти и продавать своё тело, уже показывал, что теперь он думал о Ся Сяомань только как об инструменте по добыче денег. Даже если бы Ся Сяомань действительно переспала с Сюй Вэньланом и взяла у него деньги, то это бы означало, что у Чу Сяожаня теперь была бы компрометирующая информация на Сюй Вэньлана и он бы смог в дальнейшем получить от него ещё больше денег. Из-за физических угроз Чу Сяожаня у Ся Сяомань не осталось иного выбора, кроме как прийти к Нин Шу. Однако, когда она оказалась лицом к лицу с человеком, который чуть не стал её партнёром на всю жизнь, она почувствовала лишь смущение. Она не хотела появляться перед братцем Вэньланом в таком жалком виде. - Братец Вэньлан, я пойду… Ся Сяомань резко встала, а потом поспешно ушла. Нин Шу подняла брови. Ся Сяомань явно пришла сюда, чтобы о чём-то попросить, но взяла и ушла, так ничего и не сказав. Человек, который присматривал за Чу Сяожанем, сказал, что Чу Сяожань отправил Ся Сяомань, чтобы та выпросила у неё денег. Нин Шу лишилась дара речи. Нынешний Чу Сяожань был действительно отвратительным. Впрочем, он всегда был таким подлым, а иначе он бы не смог тогда похитить женщину у другого человека. Ся Сяомань вернулась с пустыми руками, поэтому, естественно, ей пришлось столкнуться с гневом Чу Сяожаня. Чу Сяожань надеялся, что Ся Сяомань принесёт ему две кучи денег, но она не принесла ни единой монеты. Когда Ся Сяомань сказала, что она не может просить у братца Вэньлана деньги, Чу Сяожань совсем взорвался. Он схватил Ся Сяомань за волосы и начал бить её о стену, словно хотел её убить. По лицу Ся Сяомань вскоре потекла кровь и она потеряла сознание. Чу Сяожань тут же начал паниковать. Он поспешил принести Ся Сяомань в больницу. Ся Сяомань полагалась на Чу Сяожаня, но и Чу Сяожань также полагался на Ся Сяомань. Он не смог бы выжить без Ся Сяомань. У него не было бы ни еды, ни денег, на которые можно играть. В больнице доктор сказал, что у Ся Сяомань сотрясение мозга, но больничный счёт будет не малым. Чу Сяожань порылся дома и, наконец, собрал достаточно денег. После оплаты одного больничного счёта, у него совсем закончились деньги, поэтому он просто привёл Ся Сяомань домой. В этот раз Ся Сяомань уже не обращала на него внимание. Вопрос братца Вэньлана "Оно того стоило?" продолжал крутиться у неё в голове. Она не знала, стоило ли оно того. ---------- Это Всего Лишь Кожа Чу Сяожань, вероятно, чувствовал себя немного виноватым, потому что теперь он стал относиться к Ся Сяомань гораздо лучше. Он даже готовил для Ся Сяомань и кормил её с ложечки. Сердце Ся Сяомань совершенно онемело. Она не могла назвать эмоции, которые чувствовала. После того, как она восстановилась, она снова начала работать, и теперь ей даже приходилось носить ребёнка на спине с собой на работу, так как теперь ребёнок мог ползать, поэтому оставлять его дома было опасно. Тем временем, Чу Сяожань весь день сидел за игорным столом и ничего не делал. Нин Шу решила, что Чу Сяожань слишком комфортно устроился в последнее время, вот почему, должно быть, у него было время на то, чтобы попытаться нацелиться на неё. Поэтому она нашла человека, который отрежет один из пальцев Чу Сяожаня. В итоге, Чу Сяожаню отрезали в казино мизинец. Стоит заметить, что в прошлом Чу Сяожань тоже управлял подпольным казино, поэтому он наверняка прекрасно знал всю подноготную работы таких заведений. В азартных играх невозможно было выиграть. Чу Сяожань, вероятно, знал правду, но ему нужен был какой-то способ выместить свою депрессию. Более того, азартные игры легко приводили к зависимости от них. Стоит только оказаться на этой дороге, как с неё будет трудно свернуть. Чу Сяожаня привели в больницу. Ся Сяомань делала всё возможное, чтобы попытаться собрать достаточно денег, чтобы пришить палец Чу Сяожаня, но цена была слишком высокой. Ся Сяомань ничего не могла с этим поделать. Ради Чу Сяожаня, Ся Сяомань даже отбросила последние капли своего достоинства и пришла просить Нин Шу о помощи, но ей сказали, что Нин Шу нет в городе. Ся Сяомань была крайне взволнована, пока она ждала у дверей, но Нин Шу так и не вышла. В это время Нин Шу уже уехала в сельскую местность, чтобы распространять знание о законах. В итоге, Чу Сяожаню так и не пришили палец и он официально стал инвалидом. Когда Чу Сяожань узнал, что он лишился своего пальца, то он, естественно, впал в ярость. Он выпустил все свои эмоции на Ся Сяомань и избивал её до такой степени, пока она снова не оказалась в больнице. Теперь и муж и жена и лежали в больнице, но, поскольку у них не было денег, на следующий же день их выгнали. В итоге, у двух раненых людей не осталось иного выбора, кроме как взаимно поддерживать друг друга дома. Когда Нин Шу узнала об этом, она лишь слабо улыбнулась. Помогать друг другу таким образом – это ведь тоже считается за настоящую любовь, нет? - Динь, покидаем мир? Да/Нет, - прозвучал в голове Нин Шу голос 2333. - Да. Она уже пробыла в этом мире достаточно долго. Прошло уже почти пять лет. Это было впервые, когда она провела в мире так долго, поэтому ей нужно было уходить. Более того, мать Сюй была очень раздражена в последнее время, так как её сын никак не женился и едва появлялся дома. Когда она хотела отправить его на свидание в слепую, он убегал далеко-далеко. Сегодня он был в городе, а на следующий день он уже был где-то в горах. Мать Сюй и так уже была раздражительной из-за менопаузы, поэтому из-за вопроса о женитьбе своего сына она становилась ещё более раздражительной. Нин Шу действительно не знала, что делать с матерью Сюй. Будет лучше оставить эти вопросы изначальному хосту, чтобы он разобрался с ними, когда вернётся. Нин Шу почувствовала волну головокружения, а когда открыла глаза, то уже вернулась в системное пространство. Нин Шу не стала больше ничего делать, а просто легла на постель и уснула. Это задание было слишком утомительным. Ей было очень трудно сражаться против Чу Сяожаня, богатого и влиятельного человека. Когда она выспалась и проснулась, она увидела, что её душа была немного тусклой. Было ясно, что если бы она осталась в этом мире задания ещё дольше, то тем самым нанесла бы себе серьёзный ущерб. Нин Шу села на пол, скрестив ноги, и начала культивировать. Как только она закончила всё впитывать, она потянулась, а потом спросила у 2333: - Почему в этот раз я опять стала мужчиной? Разве ты не говорил в прошлый раз, что уже починил свою систему? - … Почему ты всё время так напрягаешься из-за этого? Мужчина или женщина, это всего лишь кожа. Это всё выдуманное. Какой смысл устраивать из-за этого конфликты? – раздражённо ответил 2333. Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Так это я тут виновата?! ---------- Ого! Как Много Очков! Нин Шу расхотелось разговаривать с 2333 о жизни. Всё же, он был просто тупой системой. - Посмотрим, сколько очков мы заработали в этот раз. Нин Шу очень хотелось увидеть, сколько она заработала в этот раз, так как ей удалось выполнить план новой жизни для Сюй Вэньлана. Ей удалось сделать его известным адвокатом, у которого даже есть своя собственная юридическая фирма. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 550000 (+1 000 000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 140 Харизма: 3 Удача: 67 Воля: 120 Боевые искусства: 92 Вера: 14 (+5) Способность: 39 Заслуги: 36 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо) Выполнено желание Сюй Вэньлана: Отомстить Чу Сяожаню. Степень Завершения Задания: 100% Получено Очков Опыта: 1 000 000 Получено Очков Атрибутов: 50 Получено Очков Веры: 5 Нин Шу: (⊙o⊙) Она была ошеломлена. Миллион очков и пятьдесят очков атрибутов?! Она никогда раньше не получала такое количество! Она невольно даже подумала, что ей это привиделось. - Может, система неправильно посчитала? – спросила Нин Шу. Ей это казалось нереальным. 2333 тоже прозвучал удивлённым. - Как много очков! Что ты такое сделала? Нин Шу: →_→ Охренеть, вот бы она могла его придушить. Она поняла, что те триста тысяч очков за консультацию были не такой уж и большой оплатой. Ей удалось отработать их обратно всего за одно задание. Такое большое количество очков, вероятно, было потому, что она помогла Сюй Вэньлану заполучить социальный статус, который вызывал уважение. Это считалось за то, что она помогла ему вырваться из его судьбы, где он трагическим образом погибал молодым. Нин Шу почувствовала такую радость, что не удержалась от восторженных прыжков на постели. После этого она кашлянула и сказала: - Ого, как много очков атрибутов! И как мне теперь распределить эти пятьдесят очков? У меня раньше никогда не было так много очков атрибутов. - Выпендрёжница, - пробормотал 2333. Однако он всё равно выполнил свою работу и высказал своё предложение. - Добавь немного в удачу. Удача – это очень невероятная вещь. Если у тебя её будет недостаточно, то, даже если ты и найдёшь какое-нибудь сокровище, ты не сможешь его забрать и тебе придётся беспомощно смотреть, как оно ускользает прямо у тебя из-под носа. ---------- Харизма Не Так Важна Нин Шу последовала совету 2333 и добавила очки атрибутов в интеллект, удачу и боевые искусства. С таким большим количеством очков атрибутов она чувствовала себя практически богачкой. Панель характеристик отразила изменения. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 1 550 000 Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 140 (+30) Харизма: 3 Удача: 67 (+10) Воля: 120 Боевые искусства: 92 (+10) Вера: 19 Способность: 39 Заслуги: 36 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо) Большое количество очков, которые Нин Шу заработала в этот раз, очень обрадовало её. Она почувствовала, что наконец-то нашла для себя направление. Тот консультант её не обманул. Ей нужно относиться к жизням поручителей, как к своей собственной, и усердно работать над тем, чтобы заполучить для них изумительные жизни. Репутация, статус, деньги или власть. Достижение любого из этих пунктов считается успешной жизнью. Нин Шу успокоила себя, а потом приготовилась отправиться в сборное пространство. Хоть она и не могла себе позволить покупать что-либо, расширение своих горизонтов тоже было полезным. В прошлый раз она увидела школьного доктора, так что ей хотелось испытать свою удачу и проверить, сможет ли она снова столкнуться с дядей школьным доктором. 2333 действительно был бесполезным. Сколько бы раз она ни спрашивала, у него никогда не было ответа. После мгновенного ощущения падения, она уже снова оказалась на улице города в стиле древней эпохи. Первым делом она отправилась в комнату консультации, чтобы поблагодарить сереброволосого мужчину, но, когда она дошла до входа, она остановилась. Всё же, будет лучше не заходить туда. Будет глупо, если ей придётся заплатить, даже после того, как она просто с ним поболтает немного. Она развернулась и ушла. Она решила пойти в ресторан и немного поесть. Даже если это и было лишь для того, чтобы удовлетворить её вкусовые рецепторы, это всё равно было приятно. Ей нравились оживлённые места вроде этих, так как тут можно услышать много слухов. С таким большим количеством получателей заданий вокруг, всегда есть возможность услышать какую-нибудь полезную информацию. Она заказала немного еды, а потом навострила уши и стала слушать. На самом деле, больше всего ей хотелось узнать, кем был дядя школьный доктор. Поначалу она думала, что дядя школьный доктор был немного потрясающим, немного зверем, немного излишне мизофобным, немного сдержанным и крутым. Но, когда она столкнулась с ним в этом сборном пространстве, ей показалось, что он ещё больше похож на зверя. По какой-то причине, он казался ещё более нечитаемым и могущественным. Ей было даже немного страшно. Она грызла окорочка, пока слушала разговоры других людей. Проведя так примерно полдня, она всё равно не услышала ничего, что было бы связано с дядей. Неужели у неё просто была галлюцинация, когда она увидела его в прошлый раз? Дядя школьный доктор был действительно неуловимым! Она решила пока об этом не задумываться. Покончив с едой и расплатившись за неё, она начала гулять по сборному пространству. А потом она увидела магазин питомцев. Тут есть магазин питомцев?! Внутри даже можно было увидеть разных питомцев. Она вошла и увидела, что магазин был заполнен клетками со всевозможными питомцами. Тут были собаки и кошки, а также животные, которых она не узнавала. Вероятно, это были животные с других планет. Она увидела собаку хаски. Эта хаски лежала на полу, из её пасти свисал длинный язык, а на морде было выражение "ты чего уставилась". Нин Шу побродила по магазину. Сначала она планировала купить питомца, но потом она вспомнила, что большую часть времени проводит выполняя задания. Оставлять питомца в безвременном системном пространстве не казалось ей хорошей идеей. Системное пространство было очень тихим. Оставаться там на долгое время – не очень хорошо для живых существ. Поэтому она передумала покупать питомца. Побродив ещё немного, она решила вернуться. - 2333, давай возвращаться. После короткого ощущения падения, она снова вернулась в системное пространство. Она взяла книгу с полки и начала читать. Она планировала читать по одной книге перед каждым заданием. Так она сможет, в итоге, прочитать все имеющиеся у неё книги. Спустя неизвестное количество времени она наконец-то закончила книгу. Вероятно из-за того, что её интеллект увеличился, она почувствовала, как прочитанное ей оказалось выгравированным у неё в мозгу. *кивок* Её целью было сделать свой мозг библиотекой, и стать женщиной, которая много читает! Те, у кого в груди скрывается литература, имеют декольте глубокое, как долина. Она станет эрудированной и утончённой красоткой, охо-хо-хо! Харизма не важна, важнее всего аура, аура! Нин Шу немного полила деревце бонсай, а потом вальяжно открыла системный рынок. Как обычно, она купила постные пилюли, воду, лекарства, препарат фальшивой смерти и ядовитый порошок. Она ещё немного полистала рынок и едва устояла от желания отрубить себе руку. У неё уже было 1,5 миллиона очков. Ей нужно всего лишь ещё 1,5 миллиона, чтобы стать получателем заданий среднего уровня. ---------- Ваше Величество Нынешней целью Нин Шу было стать получателем заданий среднего уровня. Тогда она сможет сама выбирать себе задания и разговаривать с поручителем, чтобы лучше понимать, чего хочет поручитель и более эффективно выполнять задания. Что ещё более важно, она сможет даже договариваться. Это же потрясающе! Ей, вероятно, нужно будет выполнить ещё только три задания, чтобы стать получателем заданий среднего уровня, поэтому сейчас она пока сэкономит очки до этого момента. Было такое ощущение, что получатели заданий среднего уровня получают только право поговорить с поручителем. По крайней мере, она наконец-то сможет выбирать на какие задания она хочет пойти. - 2333, давай начнём следующее задание, - сказала Нин Шу. – И тебе лучше не делать меня мужчиной в этот раз, а иначе… Прежде чем Нин Шу успела даже договорить, она почувствовала волну головокружения. Блять, 2333, вот ведь тупица… Она почувствовала как её душа сливается с телом. Рядом с её ухом прозвучал женский голос, но этот голос казался несколько хриплым. - Ваше Величество, пора вставать. Нин Шу всё ещё не очень хорошо себя чувствовала, но она резко открыла глаза, когда услышала слова "Ваше Величество". Она быстро потянулась в сторону своей промежности. Фух! Слава богу. Она была женщиной. Ваше Величество?! Так она была женщиной императором?! Когда придворная дама увидела, что взгляд Нин Шу кажется немного рассеянным, она сказала: - Ваше Величество, заседание двора скоро начнётся. Нин Шу ещё не получила историю и была совершенно растеряна, но женщина, что была рядом с ней, продолжала говорить, поэтому у неё не осталось иного выбора, кроме как встать. После этого к ней подошла огромная толпа слуг, чтобы помочь ей одеться. К её губам поднесли чашу с водой, поэтому Нин Шу опустила голову и сделала глоток. Когда придворная дама, стоящая неподалёку, увидела, что Нин Шу проглотила воду, она поспешно сказала: - Ваше Величество, пожалуйста, прополоскайте. Нин Шу: … Так чего же вы раньше не сказали, что это для полоскания? Нин Шу спокойно отпила ещё воды, а потом прополоскала ей рот. Служанка подняла плевательницу и Нин Шу выплюнула в неё ту воду, что была у неё во рту. Такие дни были очень роскошными. Ей лишь нужно было вытянуть руку, чтобы её одели, и открыть рот, чтобы в него положили еду. Служанки помогли расчесать волосы Нин Шу и уложить их в крайне сложную причёску, которая потом была утыкана полным набором дорогих заколок. Это было несравненно роскошно. Нин Шу казалось, что у неё сейчас случится растяжение мышц шеи. Она даже не смела слишком много двигаться. С эскортом в виде целой толпы людей, Нин Шу, которая была в полнейшей растерянности, оказалась при дворе. Женщина, стоящая рядом с ней, внезапно закричала: - Её Величество император прибыла! Да здравствует император! Нин Шу была ошарашена голосом придворной дамы, но всё равно заставила себя вальяжно подойти и сесть на трон. Когда она увидела, что перед ней склонилось так много народу, она снова встала и сказала: - Можете подняться. Все люди, что стояли перед ней на коленях, поднялись. Нин Шу уже собралась снова сесть, но ошалела, когда увидела, что все присутствующие при дворе люди – это женщины. Неужели это царство женщин? Нин Шу кашлянула, а потом сказала: - Что бы у вас там ни было, просто излагайте. У меня… у нас немного болит голова. Сразу после того, как Нин Шу заявила об этом, девушка в светло-зелёном платье шагнула вперёд. Из-за кулона у неё на лбу она выглядела оживлённой и чарующей. Её взгляд наполнился беспокойством за Нин Шу. - Мать-Император, вы в порядке? Отчего у вас болит голова? Мать-Император?! Нин Шу глянула на эту юную леди. Ей, вероятно, было около шестнадцати лет. Изначальный хост, должно быть, довольно старая, раз у неё такой взрослый ребёнок. Нин Шу не знала кто, блин, это такая, поэтому она могла лишь сказать: - Мы просто недостаточно отдохнули. Девушка кивнула. - Мать-Император, может нам вызвать императорского лекаря? – спросила ещё одна девушка, одетая в ярко-жёлтое платье. До этого у Нин Шу совсем не болела голова, но вот теперь она уже начала болеть. Она понятия не имела, что происходит, потому что она ещё не получила историю. Когда придворная дама увидела, что Нин Шу выглядит слегка раздражённой, она поспешно прокричала: - Представьте ваши записи сейчас или покиньте двор! Нин Шу показалось, что её уши не смогут больше выдержать голос этой придворной дамы. К счастью, эти люди были довольно тактичными и ничего больше не спрашивали, пока не закончилось дворцовое заседание. Когда они вернулись во дворец, Нин Шу сказала придворной даме: - Мы будем отдыхать. Никого не впускай. - Поняла. #комментарий анлейта: В этой арке, раз это царство женщин, то императоры и принцы – это женщины, а императрицы и принцессы – это мужчины. Периодически, я буду напоминать, что конкретные люди – женщины, но, по сути, подразумевается, что под всеми мужскими терминами находятся женщины, а под всеми женскими терминами – мужчины. Приношу извинения за любые недопонимания, но, прочитав всю арку, мне кажется, что использовать мужские термины для женщин, находящихся у власти – наиболее подходящий способ. ---------- Отправила Страну в Могилу Нин Шу легла на шезлонг и начла получать историю. Это была эпоха, где правили женщины, а у мужчин был довольно низкий статус. Тут было ровно наоборот, по сравнению с мирами, где мужчины считались лучше женщин. Тут, в этом мире, женщин поддерживала семья. Только женщины могли стать чиновниками при дворе и страной управляли тоже женщины. Тут женщины пахали как лошади, и все они были упорными и крепкими. Мужчины же выходили замуж и переходили в семью женщины. Изначального хоста звали Му Ничан. Она была женщиной-императором страны Лилейник. Ей было около тридцати и она был заурядным императором. У неё не было выдающихся способностей или славных достижений, но она всё равно считалась императором. Она сохранила достоинства предыдущих поколений. Ей нужно было лишь стабильно исполнять свои обязанности в качестве императора на протяжении всей жизни, а потом передать страну подходящему наследнику. Однако с наследником и возникла проблема, отчего она, в итоге, отправила страну Лилейник в могилу. У страны Лилейник изначально уже был бесспорный наследник, и это была та женщина в ярко-жёлтом платье, которую Нин Шу видела во дворце. Однако Му Ничан больше всего обожала свою четвёртую дочь и даже избавилась от императорского кронпринца, чтобы помочь своей четвёртой дочери взойти на трон. Однако эта четвёртая дочь вообще не заметила кропотливых усилий Му Ничан. На самом деле, внутри четвёртого принца была лишь милая маленькая сестричка. Настоящая четвёртый принц была очень беспощадной и неразборчивой женщиной, которую убили её мужчины-наложницы, а потом в неё трансмигрировала милая маленькая сестричка. В этом мире, где правят женщины, милая маленькая сестричка только и делала, что вела себя мило и избалованно. Её часто появляющийся на щеках румянец и доставшаяся по наследству красивая внешность женщин из императорской семьи были той причиной, почему она привлекала взгляды всевозможных мужчин. На самом деле, это была просто история о девушке, которая привлекала всевозможных красавчиков и встречалась с мужчинами всех типов. И всё же, эта милая маленькая сестричка была добродушной и очень хорошо относилась к Му Ничан. Она даже думала о Му Ничан как о своей настоящей матери. Всё же, можно было определить искренне ли ведёт себя человек по отношению к тебе или притворяется, к тому же, Му Ничан уже многие годы была императором. Любовь четвёртого принца к Му Ничан была искренней, поэтому Му Ничан защищала эту дочь и открыто и тайно, почти слишком милостиво. А ещё имелся тот факт, что любому императору не нравится тот факт, что кто-то нацеливается на их место. Му Ничан несколько раз проверяла четвёртого принца, говоря, что она собирается передать трон четвёртому принцу, но четвёртый принц отказывалась принимать это. На самом деле ей очень не нравился трон. Она лишь хотела быть свободным принцем и наслаждаться жизнью. Если она станет императором, то будет жить в этом императорском дворце как в ловушке. Однако такова человеческая природа: если ты хочешь у меня это забрать, то я тебе это не дам, но если ты не хочешь этого, то я специально дам тебе это. В итоге, трон всё равно оказался в руках четвёртого принца. Четвёртый принц была всего лишь милой маленькой сестричкой, как она могла управиться с делами двора? Она ничего не понимала. Хоть Му Ничан и обучала её, как управлять страной, это были лишь периодические наставления. После того, как она взошла на трон, она передала все дела двора своему законному мужу, Юань Цзюню. Этот Юань Цзюнь был сыном премьер-министра и умел неплохо планировать. После того, как четвёртый принц родила ему сына, он лично научил своего сына тому, как управлять страной. Как только его сын вырос достаточно, чтобы справиться с такой ответственностью, Юань Цзюнь сказал четвёртому принцу позволить их сыну быть императором, чтобы они могли отправиться в тур по живописным местам. Естественно, четвёртый принц согласилась, так как у неё не было никаких возражений против того, чтобы мужчина был императором. Всё же, в её мире, императорами всегда были мужчины. После этого четвёртый принц отправилась в тур по живописным мирам со всеми своими мужьями, чтобы наслаждаться жизнью и наличием нескольких партнёров. Она лишь иногда возвращалась, чтобы навестить своего сына. В дальнейшем эта страна стала собственностью семьи Цзюнь. Мужчины продолжили быть императорами и статус мужчин и женщин начал постепенно меняться местами. ---------- Милая Маленькая Сестричка На самом деле, за те несколько сотен лет, что семья Му правила страной Лилейник, идея маскулизма уже начала расцветать. Мужчины больше не довольствовались тем, что оставались дома и были под контролем у женщин. Тестостерон всегда вёл их к желанию захватывать и грабить. И поэтому, характер четвёртого принца очень привлекала мужчин. Её характер был совершенно иным по сравнению с другими представительницами женского пола в этом мире сильных женщин. Те мужчины, которые смогли оказаться рядом с четвёртым принцем, очень её любили. Даже Юань Цзюнь, несмотря на его амбиции, лишь попросил своего сына стать императором, чтобы отправиться в путешествие с той, которую он любит. Если бы не тот факт, что он действительно любил четвёртого принца, то он сам бы стал императором. Девушка вроде четвёртого принца тоже достойна быть любимой. Она была со всеми очень искренней. Она была немного глуповатой и бестактной, но очень очаровательной. Желание изначального хоста: Защитить страну Лилейник и убедиться в том, чтобы ничтожные мужчины не смогли захватить над ней контроль. Не позволить четвёртому принцу стать императором, но будет хорошо, если четвёртый принц будет в безопасности. Му Ничан не таила никакой ненависти по отношению к четвёртому принцу. Всё же, это её собственная сильная любовь ослепила её и позволила людям с тайными мотивами, которые были рядом с четвёртым принцем, воспользоваться этим шансом. После того, как Нин Шу закончила получать историю, она почувствовала, что это задание было довольно простым. Четвёртый принц с самого начала не хотела быть императором, и у страны уже был бесспорный наследник, поэтому ей лишь нужно было передать страну кронпринцу. Как всё просто! Нин Шу почувствовала, что это задание было довольно простое. Единственная трудность состояла в том факте, что она никогда раньше не была императором, поэтому ей нужно научиться, как управлять двором и быть подходящим императором. Когда придворная дама увидела, что Нин Шу проснулась, она тут же подошла к ней. - Ваше Величество, Её Превосходительство четвёртый принц ждёт вас у двери. Эта служанка сказала, что Ваше Величество сейчас отдыхает, но четвёртый принц сказала, что будет ждать, пока Ваше Величество проснётся. Нин Шу кивнула. - Впусти её. Четвёртый принц вошла и первым делом деликатно сделала реверанс перед Нин Шу. Она всё ещё была в том же самом светло-зелёном наряде, в котором была на заседании двора. Судя по всему, она не уходила к себе и ждала снаружи с самого окончания заседания. Этого небольшого действия было достаточно, чтобы немного согреть сердце Нин Шу. Неудивительно, что Му Ничан так сильно любила эту девушку, и не винила её, несмотря на то, что из-за неё стране пришёл конец. - Мать-Император, как вы себя чувствуете? Вы уже вызвали императорского лекаря? Это всё потому, что вы плохо спали прошлой ночью? Матушка, вам нужно больше ходить везде, а не сидеть весь день во дворце. Прогуляйтесь, подышите свежим воздухом. Мать-Император, хотите заняться йогой с этой покорной дочерью? Йога приводит тело в тонус, укрепляет его и помогает избавиться от стресса. Это приносит такое облегчение, когда вы, в конце, покрываетесь потом. Мать-Император… Нежный голос Му Яо без передышки затекал в уши Нин Шу. Нин Шу слушала её с лёгкой улыбкой. Спустя немалое количество времени, Му Яо наконец-то закончила выдавать все свои предложения. Она посмотрела на Нин Шу своими светлыми и невинными глазами. - Мать-Император, что вы думаете? Нин Шу: … Нин Шу строго сменила тему. - Я слышала, что твои мужья снова подняли шумиху. Тебе нужно больше дисциплинировать своих мужчин, не надо их всё время баловать. Лицо Му Яо покрылось румянцем и она по-детски махнула рукой на Нин Шу, после чего сказала: - Эта покорная дочь понимает. Но у них нет никаких плохих намерений. Если у них нет никаких плохих намерений, то как же они могли убить прежнюю Му Яо? Заметив изменения в поведении Му Яо, все мужчины внезапно заинтересовались ей. Однако они либо настойчиво поддерживали поведение цундере, или делали всё возможное, чтобы просто дурачиться. Даже те охранники, которых назначила Му Ничан для защиты Му Яо, тоже влюбились в Му Яо. По большей части это было из-за того, что Му Яо действительно сильно изменилась. И поэтому все сыновья дворян, сын премьер-министра и сыновья чиновников начали относиться к Му Яо совершенно иначе. - Мать-Император, позвольте этой покорной дочери сделать вам массаж? Это поможет вам с головной болью. Му Яо не стала ждать ответа Нин Шу и протянула руки, чтобы надавить на виски Нин Шу. После чего начала легонько массажировать область вокруг уголков глаз. Навыки массажа Му Яо были на удивление хорошими. Массаж было очень приятным. - Яо эр, ты же дворянская дочь из императорской семьи, так что ты должна излучать ауру внушительного достоинства, поняла? – сказала Нин Шу с закрытыми глазами. Му Яо была действительно всего лишь милой маленькой сестричкой. - Эта покорная дочь понимает, - послушно сказала Му Яо. Однако когда она сталкивалась со всеми этими мужчинами, она чувствовала себя так, словно не может держать спину прямо. Нин Шу особо не возражала по этому поводу. Просто таким был характер Му Яо. Это не из тех вещей, которые можно легко изменить. ---------- Императрица-Феникс Нин Шу сказала Му Яо остаться на завтрак, но Му Яо казалась немного отвлечённой во время приёма пищи. Когда Нин Шу заметила это, она позволила Му Яо уйти. Му Яо сделала реверанс перед Нин Шу, а потом поспешно побежала в сторону своей резиденции, словно огонь обжигал ей пятки. Красавчики в её резиденции сделали для неё завтрак, поэтому, если она вернётся слишком поздно, они снова устроят истерику. Му Яо сильно отличалась от местных людей, которые верили в женский шовинизм. Она хорошо относилась к своим мужьям и была хорошей женщиной. После завтрака Нин Шу начала читать записи. И хотя у неё были воспоминания изначального хоста, она всё равно никак не могла понять эти записи, даже после того, как провела полдня, читая их. В этих записях имелось бесконечное множество непонятных преамбул, прежде чем они наконец-то доходили до основной сути. Причина, почему так трудно быть императором – как раз из-за всех этих подчинённых, что пишут записи. Более того, во всех этих записях не было ни одного знака пунктуации. Она чувствовала себя так, словно задыхается, после чтения одного лишь предложения. Она понятия не имела, где делать паузу в предложении. Это была такая головная боль! Она заставила себя прочитать две записи, но это был её предел. У неё начала кружиться голова, поэтому она закрыла запись. Придворная дама сказала: - Ваше Величество, когда императрица-феникс услышал, что Ваше Величество не очень хорошо себя чувствует, он приготовил для вас питательный суп. Императрица… императрица-феникс?! Нин Шу почувствовала, что её словно ударило молнией. Она думала, что это задание простое, но она совершенно забыла, что Му Ничан была императором и у неё всё ещё был гарем со множеством мужчин-наложниц. Иисусе. Она внезапно почувствовала, что её голова закружилась ещё больше. Её губы дрогнули. Неужели ей всё ещё нужно будет удостаивать милостью своего визита мужчин во внутреннем дворце? Её почки такого не выдержат. Придворная дама ждала ответа Нин Шу. Нин Шу потёрла лоб и сказала: - Пусть… Пусть императрица-феникс войдёт. Вошёл мужчина, одетый в белое. Этот мужчина был красивым, но каждое его движение было благородным и вальяжным. Он держал в руках коробку для еды и сделал реверанс перед Нин Шу, прежде чем достал из коробки суп. Он нежно сказал: - Чанцин приветствует Ваше Величество. Императрицей-фениксом у Му Ничан был Лю Чанцин. Он был отцом кронпринца. Нин Шу подумала о полученной истории. Похоже, что Му Ничан бросила его в холодный дворец и больше никогда его не видела до самой смерти. Внешность Лю Чанцина словно сошла с картины. Его волосы были слегка подвязаны сзади, а на талии висела только одна пятнистая бамбуковая флейта. Он был мужчиной с очень самобытным темпераментом. - Я премного благодарна, Императрица-Феникс, - Нин Шу посмотрела на суп, а потом сказала: - Мы выпьем его позже. Лю Чанцин слабо улыбнулся. Он не настаивал на том, чтобы Нин Шу выпила суп и просто сказал: - Ваше Величество, его нужно выпить, пока он ещё горячий. Если он остынет, то будет уже невкусным. Нин Шу кивнула, а потом продолжила просматривать записи. Лю Чанцин отсалютовал ей, а потом развернулся и пошёл прочь. Когда пятнистая бамбуковая флейта и нефритовый кулон на его талии стукнулись друг о друга, они издали тихий и мелодичный звук. Лю Чанцин поистине был очень чарующим мужчиной. Нин Шу не стала пить суп и просто даровала его придворной даме. Странное и неописуемое чувство появилось в её сердце, когда она увидела Лю Чанцина. Это чувство было не её, оно шло от изначального хоста. Она не знала, что оно означает, но из-за этого она стала опасаться императрицы-феникса. ---------- Подарок в Виде Пилюль Бессмертия Каждый раз, когда она вспоминала, что у неё во внутреннем дворце так много мужчин-наложниц, ей казалось, что её скальп горит. В реальности, Му Ничан считалась женщиной с довольно сильным половым влечением. Как император, не может быть, чтобы она держала при себе так много исключительных мужчин и не трогала их. Вскоре после того, как императрица-феникс Лю Чанцин принёс ей суп, слуги кронпринца Му Сюэ тоже принесли кое-что. Нин Шу посмотрела на то, что ей отправил кронпринц. В коробке были пилюли бессмертия, которые были похожи на шарики из грязи. Они выглядели совсем неаппетитно. Более того, подобные пилюли бессмертия были лишь комбинацией киновари, серы и очищенного металла, смешанные вместе. Те, кто были немного смелее, просто добавляли менструальную кровь юных девушек в такую смесь, прежде чем забросить пилюли в печь. Разве нечто подобное может излечить все болезни и подарить бессмертие? Изначальный хост часто принимала эти пилюли, поэтому что они продлевали её удовольствие в постели. И, со временем, у неё появилась зависимость от них. - Ваше Величество, кронпринц сказала, что у этой партии эффекты даже лучше и нежнее, поэтому они смогут ещё больше укрепить ваше тело, - сказала придворная дама, протягивая коробку Нин Шу. Нин Шу глянула на эту придворную даму. У неё сложилось впечатление, что эта придворная дама слишком много говорит. Похоже, что она служила Му Ничан ещё с тех пор, когда та была ребёнком и была очень верной. - Придворная дама Цю, в будущем, не надо так много говорить. У нас болит голова, - спокойно сказала Нин Шу. Глаза придворной дамы Цю округлились и она испугано рухнула на колени. - Ваше Величество, прошу простить эту служанку. Эта служанка больше не посмеет быть такой разговорчивой. - Поднимись, - тихо сказала Нин Шу. Она достала из коробки одну пилюлю и понюхала её. От неё шёл запах канифоли и серы. Этот аромат сосновой канифоли перебивал запах остальных вещей в этой пилюле. Когда ей в голову пришла мысль, что в пилюле может содержаться менструальная кровь, она содрогнулась от отвращения. - Положи эти пилюли в нашей спальне. Нин Шу взяла кисть для киновари и продолжила просматривать записи. В какой-то мере она теперь понимала происходящее. Вероятнее всего, Му Ничан избавилась от кронпринца не только потому что она любила Му Яо, но ещё, вероятно, и потому, что нынешний кронпринц был немного нетерпелив в своём восхождении на трон. Какая дочь будет присылать своей собственной матери пилюли бессмертия? Любой человек с минимальными знаниями поймёт, что это была вовсе не пилюля бессмертия, а смертельный яд. Он высасывает энергию человека и постепенно разрушает тело. Те пять минеральных порошков, что содержались в них, были аналогами наркотиков в древней эпохе. Это просто был медленно действующий яд. Нин Шу нахмурилась. Её изначальным планом было передать трон законному наследнику, но теперь, судя по всему, изначальный хост не хотела передавать страну Му Сюэ. Если бы это было не так, то Му Ничан не пошла бы на такие риски, чтобы избавиться от бесспорного наследника. Означает ли это, что ей всё равно нужно последовать по изначальной истории и избавиться от Му Сюэ, чтобы назначить другого наследника? В любом случае, у четвёртого принца нет никаких шансов на то, чтобы стать бесспорным наследником, а иначе семье Юань опять представится шанс захватить императорский двор. Не считая этих двух принцев, среди совершеннолетних было ещё два принца, но они особо ничем не отличались. Нин Шу почувствовала сильную головную боль. Она думала, что это задание будет простым, но теперь, судя по всему, оно окажется совсем не таким простым. Она закрыла записи, а потом сказала придворной даме Цю: - Позови четвёртого принца во дворец. Мы хотим с ней поговорить. - Поняла. Придворная дама Цю тут же отправилась исполнять приказ. Вскоре торопливо примчалась Му Яо. Она приподняла свою юбку, чтобы перешагнуть порог и войти во дворец. Её лоб был покрыт потом. Было очевидно, что она бежала всю дорогу от ворот дворца, где остановилась её повозка. Му Яо слегка запыхалась, когда поприветствовала Нин Шу, а потом спросила: - Мать-Император, вы для чего-то искали эту покорную дочь? - Да ничего такого. Мы просто хотели, чтобы ты поужинала с нами, - с улыбкой сказала Нин Шу. Му Яо с облегчением вздохнула. - Мать-Император, вы так внезапно призвали эту покорную дочь, что эта покорная дочь подумала, будто случилось что-то серьёзное. - Ты слишком много переживаешь, - с улыбкой сказала Нин Шу. Неудивительно почему Му Ничан так сильно любила Му Яо. Вокруг Му Яо витала глупая атмосфера, но она всегда была очень искренней по отношению ко всему. А всем нравятся, когда люди о них заботятся. Действия Му Яо только что продемонстрировали, насколько она заботится о Му Ничан, так как она прибежала сюда, едва только её позвали. У Нин Шу было довольно хорошее впечатление о Му Яо, и изначальный хост надеялась, что Му Яо сможет жить счастливо, поэтому она и попросила также сделать всё возможное для защиты Му Яо. Нин Шу невольно задумалась, а заметила ли изначальный хост, что эта Му Яо уже больше не её дочь. Му Яо так сильно изменилась, что изначальный хост наверняка должна была это заметить. Изначальная Му Яо была очень вспыльчивой и безжалостной, а ещё и очень распущенной. Всё это разительно отличалось от того, какой была нынешняя Му Яо. ---------- Величайшее Желание – Это Быть Дармоедом Несмотря на это, изначальный хост всё равно защищала Му Яо и открыто, и тайно, и даже передала ей правление страной. Этого было достаточно, чтобы показать, как Му Яо удалось войти в сердце Му Ничан, даже несмотря на все её подозрительные моменты. Как император, Му Ничан была очень одинокой. Нин Шу сказала Му Яо, чтобы та заказала придворной даме Цю, что бы она хотела поесть, чтобы придворная дама могла передать заказ императорской кухне. Му Яо не стала скромничать и заказала то, что ей нравится, а заодно и заказала то, что нравится Нин Шу. Нин Шу просто наблюдала за этим со стороны. Му Яо спросила у Нин Шу: - Мать-Император, так же нормально будет? Нин Шу кивнула. - Да. Му Яо радостно улыбнулась, а потом сказала придворной даме Цю: - Тогда я вынуждена побеспокоить вас выполнением этого заказа, придворная дама Цю. - Эта служанка не смеет отказывать, это просто долг этой служанки, - поспешно ответила придворная дама Цю. Когда Му Яо увидела, что Нин Шу кажется уставшей, она встала со своего стула и зашла Нин Шу за спину, чтобы положить руки на виски Нин Шу. Она начала медленно массировать голову Нин Шу, приговаривая: - Мать-Император, вы слишком усердно работаете. Вы кормите так много министров, так просто позвольте им делать часть работы. Вы же император, вы должны расслабляться. Нин Шу могла лишь сказать, что Му Яо была очень глупой. Некоторые вещи может делать только император. Если эти вещи будут делать подчинённые, тогда это станет причиной появления мятежного поведения. Некоторую власть нужно держать только в своих руках. - Мать-Император, люди должны просто жить в счастье и наслаждаться жизнью, пока есть возможность. Если человек может быть дармоедом, то ему нужно просто быть дармоедом. Величайшее желание этой покорной дочери – это просто быть дармоедом, - сказала Му Яо искренним и радостным тоном. – Люди живут лишь единожды, поэтому Мать-Император, вы должны делать то, что вас радует. Например, эта покорная дочь любит ходить по магазинам и покупать разные вещи. Мать-Император, а вы знаете, что в стране Лилейник есть много всякой разной и вкусной еды? Османтусовое вино в Опьянённом Божественном Доме очень ароматное и сладкое, а кунжутный плоский пирог в Кулинарном Рекорде такой хрустящий и вкусный! А ещё есть конфеты-тянучки. В следующий раз эта покорная дочь обязательно принесёт вам одну такую во дворец, Мать-Император… Нин Шу: Это так усыпляет… Нин Шу слушала непрекращающуюся болтовню Му Яо. Она звучала, словно колыбельная. Во время ужина Му Яо постоянно подавала еду Нин Шу, а потом радостно ела, словно всё это было потрясающими деликатесами. При виде Му Яо, так наслаждающейся едой, Нин Шу тоже почувствовала больше аппетита. С тех пор, как она вошла в это тело, она чувствовала боль в груди и ей было тяжело дышать, и она постоянно чувствовала себя очень слабой. Она знала, что это было из-за того, что она съела слишком много тех пилюль. В её теле накопилось много яда. Более того, она чувствовала сильное желание съесть ещё больше тех пилюль. Должно быть, изначальный хост принимала эти пилюли каждый раз, как начинала чувствовать себя уставшей, так как после приёма пилюль она тут же начинала чувствовать себя более бодрой и энергичной. Однако, на самом деле, это был лишь обманчивый краткосрочный эффект. Это был порочный цикл. Нин Шу не планировала есть больше эти пилюли. Каждый раз, когда она чувствовала раздражение, она просто мысленно читала очищающую сердце мантру. В сочетании с эффектом ореола спокойствия, это было не слишком ужасно. После ужина Нин Шу отправила Му Яо обратно. - Позови императорского лекаря, мы не очень хорошо себя чувствуем, - сказала Нин Шу придворной даме Цю. Как только придворная дама Цю услышала, что Нин Шу не очень хорошо себя чувствует, на её лице появилось волнение, и она тут же отправила кого-то призвать императорского лекаря. ---------- Должна Воздержаться от Проявлений Страсти Нин Шу решила, что ей нужно найти повод, чтобы не кувыркаться со всеми теми мужчинами-наложницами во внутреннем дворце. Охренеть, она боялась, что от такого напряжения она испустит в постели свой последний вздох пердежа. Это тело действительно было в самом худшем состоянии из всех, с которыми она сталкивалась. - Императорский лекарь, в каком состоянии наше тело? – спросила Нин Шу. Рука императорского лекаря задрожала от шока, а потом женщина встала на колени и сказала: - Тело Вашего Величества, должно отдохнуть и восстановиться. Простите эту подчинённую за откровенность, но Вашему Величеству нужно перестать принимать так много пилюль. - И что подразумевается под отдыхом и восстановлением? Нин Шу подняла брови, глядя императорского лекаря. Императорский лекарь на время была ошарашена, но быстро ответила: - Вашему Величеству нужно воздержаться от проявлений страсти. Отлично, это именно тот ответ, который она хотела услышать! Как только императорский лекарь ушла, Нин Шу решила заняться тренировкой Непревзойдённых Боевых Искусств. Сначала ей нужно исправить это тело. Потому что это тело было поистине слабым, и она постоянно чувствовала изнеможение от усталости. - Ваше Величество, сегодня пятнадцатое число, - сказала придворная дама Цю. И что? А потом Нин Шу осознала ответ. Это было пятнадцатое число, поэтому она должна была навестить дворец императрицы-феникса. Немного всё обдумав, она направилась во Дворец Насест Феникса. Му Ничан постоянно навещала дворец Лю Чанцина пятнадцатого числа каждого месяца без пропусков, поэтому Нин Шу не могла изменить эту практику. Когда она прибыла во Дворец Насест Феникса, Лю Чанцин уже переоделся в зелёный наряд, но с ним была всё та же пятнистая бамбуковая флейта. Это был мужчина, обладающий сильной харизмой, он всегда излучал простую и уравновешенную ауру. Когда Нин Шу увидела Лю Чанцина, в её сердце снова появилось странное чувство. Словно что-то пытается вырваться из её груди. Почему чувства Му Ничан к Лю Чанцину были такими сложными? Они были сложными до такой степени, что даже Нин Шу не могла понять, каким же было отношение Му Ничан к Лю Чанцину. Однако в одном она была точно уверена: Му Ничан явно любила свою императрицу-феникса. Лю Чанцин был тихим человеком. Даже перед Нин Шу он мало говорил. Однако даже просто сидеть в такой тишине было довольно неловко. Нин Шу кашлянула. Лю Чанцин глянул в сторону Нин Шу, а потом сказал: - Ваше Величество, позвольте Чанцину сыграть для вас на флейте? Эм… Нин Шу покачала головой. Было уже поздно, так что игра на флейте побеспокоит соседей. - Давай отдыхать. Трудноуловимое выражение промелькнуло на лице Лю Чанцина, а потом он подошёл, чтобы помочь Нин Шу переодеться. Когда его тонкие пальцы прошлись по шее Нин Шу, у неё возникло такое неловкое покалывающее ощущение, что всё её тело покрылось мурашками. Не может же быть, что он хочет заняться этим? Нин Шу едва подавила свой импульс оттолкнуть Лю Чанцина прочь. Однако она заметила, что руки Лю Чанцина слегка дрожат, поэтому она тут же успокоилась. Она взяла Лю Чанцина за руку. Она была немного холодной, словно Нин Шу коснулась нефритового камня. - Не нужно так хлопотать. Императорский лекарь сказала, что нам нужен отдых, - сказал Нин Шу. Лю Чанцин плавно вытащил свою руку из её хватки, а потом слабо улыбнулся ей. Эта улыбка вызвала у людей очень уютное ощущение. Лю Чанцин и Нин Шу легли на постель. Они вдвоём просто молча лежали и смотрели в балдахин. Нин Шу чувствовала себя так, словно лежит на гвоздях, настолько это было неудобно. - Императрица-Феникс, ты хорошо присматриваешь за внутренним дворцом. Мы тебе за это благодарны. Лю Чанцин промолчал мгновение, а потом тихо ответил: - Это просто долг Чанцина. После этого они снова замолчал. В воздухе постоянно витала слабая атмосфера неловкости. Нин Шу: ⊙︿⊙ Почему разговаривать так утомительно? Нин Шу перевернулась спиной к Лю Чанцину. Лю Чанцин слегка повернулся, чтобы посмотреть на спину Нин Шу. Его взгляд был нечитаемым. Он протянул руку и положил её на талию Нин Шу, после чего нежно сказал: - Ваше Величество, вам нужно поскорее уснуть. Завтра ведь снова заседание при дворе. Нин Шу: Блять. Ты мог бы не класть руку кое-кому на талию? Это же, блин, щекотно! ---------- Спят в Одной Постели Пока Нин Шу всё ещё была раздираема противоречиями, Лю Чанцин уже убрал свою руку, а потом тоже перевернулся спиной к Нин Шу. Подобная ситуация действительно была как в поговорке, что муж и жена спят в одной постели, но видят разные сны. Нин Шу слегка нахмурила брови. Лю Чанцин действительно был очень странным. Она перевернулась обратно и протянула руку, чтобы взять шелковистые волосы Лю Чанцина. Она отчётливо почувствовала, как его тело напряглось и застыло. Как и ожидалось, тут была проблема. Нин Шу убрала руку и села на постели, после чего сказала: - Мы внезапно вспомнили, что у нас ещё остался нерешённый важный правительственный вопрос, так что мы пойдём. Лю Чанцин схватил Нин Шу за руку. Его рука была очень холодной. Как только он взял Нин Шу за руку, она вздрогнула. Подобный холод ощущался так, словно он проникал прямо в сердце. - Ваше Величество, вам стоит отдохнуть. Уже за полночь. Скоро будет утро. Голос Лю Чанцина был очень ясным и спокойным. И хотя он произносил слова заботы, и в его голосе ощущалось это чувство, но при этом он не казался заботливым. Нин Шу нахмурилась. Охренеть, она снова раздражается. Каждый раз, когда она сталкивается с этим Лю Чанцином, который выглядит так, словно в нём почти не осталось желания жить, её сердце наполнялось раздражением, которое невозможно было подавить. Вероятно, это были чувства изначального хоста. Нин Шу мысленно прочитала очищающую сердце мантру, чтобы подавить это чувство досады. - Ладно, давай спать. Нин Шу снова легла и продолжила мысленно читать очищающую сердце мантру. Спустя некоторое время она, всё же, уснула. Она не знала, сколько она спала, но, когда её разбудил ясный голос Лю Чанцина. - Ваше Величество, вам пора вставать. Нин Шу проснулась с дрожью во всём теле. Во рту была сухость, а всё её тело горело. Её сердце билось крайне быстро. Это тело было просто слишком нездоровым. Нин Шу посмотрела на Лю Чанцина. Он сидел у окна с книгой в руке. На него падал солнечный свет, придавая ему слабый светящийся ореол, отчего его обычная холодная аура немного оттаяла. Он был поистине чарующий красавец. Лю Чанцин отложил свою книгу и подошёл к Нин Шу. Он взял одежду с вешалки и сказал: - Ваше Величество, прошу, оденьтесь. Нин Шу развела руки и стала ждать, пока Лю Чанцин поможет ей надеть одеяние. Как только он оказался рядом с ней, она почувствовала идущий от него слабый элегантный аромат. Она решила, что Му Ничан, вероятно, нежно любила этого Лю Чанцина. Однако, после этого короткого взаимодействия, она не почувствовала, что у Лю Чанцина есть какое-либо влечение к Му Ничан. Означает ли это, что Лю Чанцин не любит Му Ничан? Ух, забудем об этом. Мужчины-наложницы в этом внутреннем дворце не имеют к ней никакого отношения, поэтому незачем об этом переживать. Лю Чанцин помог Нин Шу привести в порядок её одежды, а потом Нин Шу приготовилась уйти. Когда она подошла к двери, Лю Чанцин окликнул её. Она обернулась, чтобы посмотреть на него. После мгновения тишины, он сказал: - Ваше Величество, прошу, следите за своим здоровьем. Не работайте сверх меры. Нин Шу улыбнулась, потом кивнула и ушла. Выйдя из Дворца Насеста Феникса, она не пошла прямо во двор. Сначала она зашла в свой дворец, чтобы выпить кувшин воды. Ей очень сильно хотелось пить. Словно она была совершенно высушена. Она проверила свой пульс. Это тело слишком много баловалось с пилюлями. Во Дворце Насест Феникса, она терпела жажду и не пила никакой воды. Она не знала почему, но она всегда неуютно ощущала себя перед Лю Чанцином. Было невозможно понять о чём думают тихие люди, которые ничего не говорят. Но и нельзя было сказать, что Лю Чанцин был расчётливым. Казалось, что его просто больше ничего не заботит, и он покорно управлял внутренним дворцом, не пытаясь выслужиться. Нин Шу усердно думала над изначальной историей, чтобы понять, как происходило общение Му Ничан и Лю Чанцина. Не похоже, чтобы в истории было что-то особенное. Му Ничан просто навещала Лю Чанцина во Дворце Насеста Феникса каждое пятнадцатое число, как и полагается, и у них была одна дочь – кронпринц Му Сюэ. ---------- Мужчинам Нужно Позволить Приносить Пользу Этой Стране Нин Шу не заметила ничего необычного в Лю Чанцине, но она всё равно никак не могла избавиться от странного ощущения. Она решила отложить пока эти подозрения и отправиться во двор. Она села на трон и посмотрела сверху вниз на министров, которые стояли на коленях перед ней. Её взгляд опустился на кронпринца Му Сюэ, которая снова была одета в ярко-жёлтое платье. Му Сюэ была довольно похожа на Лю Чанцина, но она не унаследовала от него такую же простоту. Всё её тело излучало внушительную ауру представителя императорского клана. Глядя на неё, действительно казалось, что она подходящий бесспорный наследник. Нин Шу смахнула свои рукава назад. - Вам есть что доложить? Му Сюэ вышла вперёд с поклоном и сказала: - Мать-Император, у этой покорной дочери есть что доложить. - Говори. Нин Шу прищурилась, тайком изучая Му Сюэ. Му Сюэ почти не носила никаких аксессуаров. Её волосы были просто частично завязаны в пучок, а остальная часть волос свободно свисала. У неё даже отсутствовали серьги. Му Яо и два других принца были одеты гораздо красивее неё. Нин Шу прищурилась, пристально изучая Му Сюэ. Её брови были подрисованы, но, вместо того, чтобы сделать их длинными и тонкими, она сделала их гуще и слегка приподняла края. Это был облик, подходящий для обоих полов. - Мать-Император, вот что желает доложить эта покорная дочь. Му Сюэ протянула запись, поэтому придворная дама Цю быстро передала её Нин Шу. Нин Шу открыла запись, а потом её лицо наполнилось шоком, потому что в записи были всевозможные знаки препинания, и Му Сюэ подробно объяснила каждый из них. Откуда Му Сюэ может знать о знаках препинания? Нин Шу почувствовала подозрение, но даже не стала скрывать удивления и спросила у Му Сюэ: - Что это значит? Му Сюэ уважительно ответила: - Эта покорная дочь вдохновилась идеей четвёртой императорской сестры. - Ась?! Му Яо, которая стояла в стороне и выглядела так, словно вот-вот заснёт, была ошарашена и озадачена тем, что сказала Му Сюэ. Му Сюэ с улыбкой сказала: - Мать-Император, разве вы не говорили, что читать записи очень трудно, потому что вы не знаете, где заканчивается предложение? Это послужило причиной для моего вдохновения. - Четвёртая, посмотри. Нин Шу передала запись Му Яо. Му Яо приняла запись из рук придворной дамы Цю, а потом на её лице появилось искренне восхищение. - Старшая императорская сестра, ты просто потрясающая! Тебе действительно удалось придумать всё это только из того, что я сказала! Му Сюэ улыбнулась, ничего не говоря. Нин Шу прищурилась, глядя на Му Сюэ. Когда Му Сюэ почувствовала взгляд Нин Шу, она с уважением сказала: - Мать-Император, эта покорная дочь надеется распространить эти символы по всей стране. Нин Шу кивнула. - В завтрашних записях мы надеемся, что все министры будут использовать… - Нин Шу снова посмотрела в сторону Му Сюэ. – Что это? - Мать-Император, это знаки препинания, - Му Яо взяла на себя инициативу, чтобы ответить. - Да, знаки препинания. Мы надеемся, что завтра во всех представленных записях будут эти знаки препинания, - сказала Нин Шу, обращаясь к Му Сюэ. – Ты придумала хорошую вещь. Пусть все частные школы начнут обучать этому. - Поняла, Мать-Император, - сказала Му Сюэ. - Что-нибудь ещё? Если ничего нет, тогда все свободны. На лице Нин Шу появилась усталость, словно она была очень измождена. Му Сюэ заметила состояние Нин Шу, но снова сложила руки в уважительном жесте и сказала: - У этой покорной дочери есть ещё один вопрос, о котором она хотела бы доложить. - Говори. Нин Шу посмотрела на Му Сюэ. Му Сюэ затихла на мгновение, чтобы организовать свои мысли, а потом осторожно сказала: - Эта покорная дочь считает, что мы должны позволить мужчинам выходить из дома и учиться в частных школах. Мужчинам должны позволить тоже получать свои собственные профессии, чтобы они могли приносить пользу этой стране. После того, как Му Сюэ сказала это, на весь дворец опустилась мёртвая тишина. - Нахальство! Мужчины должны оставаться дома и соблюдать три послушания и четыре добродетели*, как им можно дозволить показывать свои лица на улице?! – строго сказала Нин Шу. – Мы не хотим больше никогда слышать о подобном! - Поняла. Эта покорная дочь была не права. По лицу Му Сюэ промелькнули следы хмурости, когда Нин Шу отчитала её, и она опустила голову, чтобы скрыть это. Му Яо изначально хотела поддержать Му Сюэ, но, когда она увидела, что лицо её матери-императора посерело, она закрыла рот и затихла. ---------- Мужчина-Трасмигратор? - Разойтись! Нин Шу резко встала, а потом у неё в глазах потемнело. Она пошатнулась, но, к счастью, смогла удержаться на ногах и не упасть. Её сердце потяжелело. Она вела себя сейчас рассержено, но она на самом деле не сердилась, так почему же у неё в глазах потемнело, когда она встала? У неё возникло плохое предчувствие из-за этого. Нин Шу снова глянула на всех четырёх взрослых принцев. Похоже, что это задание будет очень хлопотным. Даже Му Сюэ была очень ненормальной. Тот факт, что она знала о знаках препинания, означал, что она явно была из современной эпохи. Возможно ли, что кто-то трансмигрировал и в тело Му Сюэ? Нин Шу потёрла свой лоб, когда развернулась, чтобы выйти из дворца. Министры встали на колени, чтобы проводить её. Как только Нин Шу ушла, Му Яо поднялась и сказала Му Сюэ: - Старшая сестра, не отчаивайся. Я тебя поддержу. Му Сюэ безразлично посмотрела на Му Яо. В её взгляде промелькнул холод, но он быстро исчез. - Премного благодарна, четвёртая императорская сестра. - Тебе не нужно меня ни за что благодарить. Му Яо сладко улыбнулась, а её взгляд был особенно искренним. Когда Му Сюэ посмотрела на улыбку Му Яо, её взгляд на мгновение стал отстранённым. Эта женщина была очень похожа на женщину из её воспоминаний. Они обе были очень простыми и глупыми. Му Сюэ глянула на Му Яо, а потом ушла. Му Яо была немного озадачена таким поведением, но потом она отмахнулась от этого и приготовилась к возвращению в свою резиденцию, чтобы вздремнуть после обеда. Нин Шу вернулась в свой дворец и первым делом выпила кружку воды. Она потёрла свой лоб. Почему у неё такое ощущение, что у неё сейчас будет инсульт? Она практически лишилась дара речи. Почему Му Ничан принимала так много пилюль? Какое бы наслаждение это ни приносило, во всём нужно быть умеренным. Нин Шу призвала императорского тайного охранника и сказала: - Помоги нам разузнать повседневные привычки кронпринца. Доложить о любых аномалиях. Нин Шу не только подозревала, что Му Сюэ – это трансмигратор, но она также подозревала, что Му Сюэ внутри была мужчиной. Она слегка поменяла то, как одевается, а заодно и её макияж. Она говорила от лица мужчин, поэтому Нин Шу была на 80% уверена, что внутри тела Му Сюэ был мужчина. Изначальная Му Сюэ выросла в таком окружении и она была даже кронпринцем этой страны, её безусловным наследником. Она никак не могла приписывать мужчинам такую важность. Это всё равно что в мирах, где мужчины считаются главнее женщин, кронпринцы стран не станут приписывать женщинам такую важность и никогда не предложат позволить женщинам покидать дома, обучаться и получать свои собственные профессии. В этом мире статус мужчин был крайне низким. Вот почему Му Ничан не могла принять тот факт, что мужчина взошёл на трон страны Лилейник. Му Ничан считала, что мужчины незначительные и недостойные. Мужчины, которые жили на самой нижней ступеньке общества, имели ещё более низкий статус. Идея маскулизма только начинала прорастать среди дворян, мужчин, которые смогли получить образование. Если Му Сюэ была внутри мужчиной, то это было лишь ещё одной причиной, почему нельзя было передавать страну Му Сюэ. Если она так поступит, то как это будет отличаться от того, чтобы передать трон мужчинам? Му Сюэ уже хотела позволить мужчинам получать образование и устраиваться на работу, было очевидно, что она хочет, чтобы мужчины управляли страной и контролировали ресурсы страны. Это будет точно такой же результат, как если позволить сыну Юань Цзюня взойти на трон. Возможно, спустя пару сотен лет, всё изменится настолько, что женщин начнут запирать в домах с вышиванием и это мир станет одним из тех, где мужчины главнее женщин. Нин Шу сдавила свою грудь. Её сердцебиение ощущалось очень неравномерно, поэтому она перестала читать записи и села на постели, скрестив ноги, чтобы начать тренироваться в Непревзойдённых Боевых Искусствах. Без хорошего тела она ничего не сможет сделать. ____________________ Примечание: Три послушания и четыре добродетели – это основные моральные принципы и социальный кодекс поведения для девушек и замужних женщин в восточноазиатском конфуцианстве. Три вида послушания для женщин - это повиновение, поклонение и следование духовной, этической и моральной мудрости от: 1. Отца, пока она не замужем. 2. Мужа, когда она целомудренная жена 3. Сыновей, в конфликтах отдавая предпочтение старшим. Вдова же должна вечно служить клану и семье. Четыре вида добродетели: 1. в этике в супружеской жизни 2. в речи в супружеской жизни 3. в облике, манерах и внешнем виде в супружеской жизни 4. в кун-фу, то есть, активное и продолжительное участие в поддержании целомудрия, моногамности, половых сношений только в супружеских отношениях, сохранение девственности до вступления в назначенный брак, соблюдение интересов Империи/страны, клана и семьи в которую она вступает в качестве невесты, в том числе моральной славы семьи со стороны отца; жить моногамно и максимально репродуктивно (нормой является иметь около десяти детей, пятеро из которых должны быть здоровыми сыновьями), и так далее, и тому подобное. ---------- Встреча с Красавцем в Саду Нин Шу некоторое время тренировалась, но не почувствовала никакого эффекта. Возможно, это было потому, что способность этого тела была слишком слабой, поэтому она не добилась никаких результатов. Она была немного раздосадована, но при этом не могла понять, откуда взялось это чувство. Возможно, это было потому, что она не очень хорошо себя чувствовала, поэтому это состояние влияло на её настроение. Всё же, Непревзойдённые Боевые Искусства, которые всегда раньше работали, в этом теле почему-то не срабатывали. Теперь Нин Шу была решительно настроена на то, чтобы тренироваться до тех пор, пока не добьётся каких-нибудь результатов. Это тело всё время держало её в состоянии постоянной лёгкой досады. Более того, это тело имело зависимость от приёма пилюль. То зудящее ощущение в её сердце было желанием принять ещё пилюли. После продолжительной тренировки она всё равно не добилась видимых результатов, но она вспотела мутным и слегка красным потом. Вероятно, это был яд из пилюль, который накопился в её теле. Красный цвет, вероятно, был из-за киновари. После принятия долгой и приятной ванны, она почувствовала себя посвежевшей, а её голова прояснилась. Она ещё немного почитала записи, а потом решила прогуляться и расслабиться, в надежде смягчить часть того настойчивого раздражения, что набралось в её сердце. Если она хочет закончить это задание, то ей нужно оставаться спокойной. Она сможет заметить изменения в обстановке только если её сердце будет спокойным. Немного пройдясь по императорскому саду, она встретила мужчину-наложницу, резвящегося в саду. Этот мужчина-наложница обладал очень соблазнительной внешностью и был одет в одежды, которые были словно сделаны из кисеи. Две брильянтовые красные вишенки на его груди были видны сквозь прозрачный материал. И хотя это выглядело очень соблазнительно, с первого же взгляда было очевидно, что это мужчина. Когда наложница увидел Нин Шу, его взгляд тут же загорелся огнём. Он был словно муравей, который нашёл сахар – тут же подбежал к ней. Как только наложница приблизился, Нин Шу почувствовала идущий от него сильный запах фимиам и тактично сделала шаг назад. - Ваше Величество, почему вы в последнее время не навещали Юэ? Юэ очень скучает по Вашему Величеству, - сказал наложница, надувшись. Нин Шу подняла брови. - Императрица-феникс вам не сказала? Мы себя не очень хорошо чувствуем в последнее время, поэтому мы не будем навещать внутренний дворец. Мужчина-наложница по имени Юэ безрадостно надулся и ничего больше не сказал. По его выражению лица Нин Шу поняла, что императрица-феникс передал эту информацию наложницам. Было очевидно, что Лю Чанцин был способным мужчиной. Он очень хорошо умел присматривать за внутренним дворцом изначального хоста. Поэтому Нин Шу никак не могла понять, почему Му Ничан бросила его в холодный дворец. Было ли это из-за кронпринца? У Му Ничан, вероятно, были чувства к Лю Чанцину, так почему же она больше никогда его не навещала? - Если больше нет ничего важного, то тебе стоит просто оставаться в своём дворце. С таким жарким солнце твоя кожа обгорит, - сказала Нин Шу. - Правда? Мужчина-наложница коснулся своего лица, а потом сделал реверанс перед Нин Шу и поспешно ушёл. Все мужчины внутреннего дворца полагались на свою внешность, чтобы добиться расположения, поэтому было вполне естественно, что они сильно беспокоились о своей внешности. Нин Шу ещё немного побродила по саду, а потом снова оказалась перед входом во Дворец Насест Феникса Лю Чанцина. Когда она только начала думать о том, заходить туда или нет, она увидела Му Сюэ, выходящую из дворца. Когда Му Сюэ увидела Нин Шу, она была на мгновение ошарашена, а потом поспешно подошла, чтобы поприветствовать Нин Шу. Нин Шу посмотрела на Му Сюэ. Её взгляд дрогнул, когда она спросила: - Кронпринц навещал императрицу-феникса? - Да, эта покорная дочь приходила навестить Отца-Императрицу и уже уходит, - с уважением сказала Му Сюэ. Нин Шу кивнула и Му Сюэ быстро попрощалась и ушла. Нин Шу наблюдала за тем, как уходит Му Сюэ. Чем больше она смотрела на Му Сюэ, тем больше ей казалось, что Му Сюэ выглядит как мужчина. У женщин более нежная осанка, поэтому, когда они ходят, их талия неизбежно слегка покачивается. Однако Му Сюэ шла с очень прямой спиной. Нин Шу была почти уверена в том, что она щипала себя за задницу, чтобы заставить своё тело сохранять такую осанку. Нин Шу глянула на Дворец Насест Феникса. Она больше не планировала заходить в него. Каждый раз, как она видела Лю Чанцина, она чувствовала себя неловко. Всё же, она была не Му Ничан. Если Лю Чанцин заметит что-нибудь, то будет плохо. Она развернулась и ушла в направлении своего собственного дворца. Когда она вернулась, она отправила ещё несколько тайных охранников, чтобы они понаблюдали за вторым принцем Му Мэн и третьим принцем Му Жоу. Она хотела узнать, может ли одна из них быть хорошим кандидатом на место императора. Если дело дойдёт до этого, то она найдёт более молодого принца и просто сделает ещё несколько назначений, чтобы гарантировать стабильность страны. В любом случае, она наконец-то всё поняла. Му Ничан, по сути, хотела убедиться в том, что мужчины не захватят власть над страной и что страна останется в руках семьи Му. ---------- Пятнистая Бамбуковая Флейта В этот раз Нин Шу продолжила пытаться тренироваться в Непревзойдённых Боевых Искусствах, но она всё равно не смогла сформировать никакой энергии. Обычно было почти невозможно сформировать энергию только в современных мирах, где духовная энергия была скудной. В мирах древних эпох, она обычно могла создать слабую энергию в своём теле. Однако, даже несмотря на то, что она провела много времени за тренировкой этого тела, оно всё ещё было бесполезным. Пока она тренировалась, она начала потеть и выдавила из себя ещё немного яда, оставшегося после пилюль, но этого было недостаточно. Тайный охранник, которого Нин Шу отправила присматривать за Му Сюэ, вернулся, чтобы доложить ей о своих находках. Нин Шу мысленно рассортировала всё то, что ей сказал тайный охранник. По сути, Му Сюэ теперь ходила только в чёрной одежде, когда была в своей резиденции, и никогда не надевала ювелирные изделия. Она едва позволяла каким-либо слугам прислуживать ей и никогда не ходила в задний двор. А ещё она начала обвязывать свою грудь. Судя по всем этим факторам, Нин Шу теперь была уверена, что в теле Му Сюэ был мужчина, и этот мужчина явно сильно верил в маскулинность. Это задание явно становилось всё более и более оживлённым. Однако Му Сюэ сделала одну хорошую вещь, а именно – установила знаки препинания. Теперь Нин Шу было гораздо легче читать записи и разбираться с государственными делами. Теперь ей нужно было последовать по пути Му Ничан и избавить Му Сюэ от позиции бесспорного наследника. Возможно ли, что Му Ничан обнаружила что-то, и поэтому она рискнула стабильностью страны, чтобы лишить Му Сюэ статуса кронпринца? Она обнаружила, что внутри тела Му Сюэ находится дух мужчины? Изначальный хост не дала Нин Шу особо много полезной информации. Но теперь уже стало ясно, что это задание не будет лёгким. Она была очень наивной, раз думала, что это задание будет простым. Нин Шу почувствовала, что её задания стали становиться значительно труднее. Было ли это из-за её удачи, или система специально так делал? Всё это время она не навещала внутренний дворец, поэтому Лю Чанцин периодически приносил ей питательный суп. Его выражение лица было спокойным, когда он говорил Нин Шу следить за здоровьем, словно он проговаривал это чисто формально. От этого у Нин Шу яйца сжимались от боли. Каждый раз, когда она видела пятнистую бамбуковую флейту, висящую на поясе у Лю Чанцина, её так и подмывало спросить, откуда взялась эта флейта. Лю Чанцин, похоже, очень ценил её. Эта флейта всегда была с ним, за исключением того времени, когда он спал. Сердце Нин Шу просто безумно зудело от любопытства, поэтому она не удержалась от вопроса: - Императрица-Феникс, эта флейта имеет какое-то особое значение? Лю Чанцин отвязал флейту и поднял её, со словами: - Чанцин лично сделал эту флейту. Пятнистая флейта была вся в крапчатых отметинах, словно на неё падали чьи-то слёзы. Нин Шу кивнула и сказала: - Императрица-Феникс неплохо умеет мастерить. Лю Чанцин поджал губы, а его выражение лица стало немного подавленным. Он напомнил ей выпить суп, а потом ушёл. Нин Шу была совершенно озадачена. Неужели она сказала что-то не так? Почему у неё возникло такое ощущение, словно Лю Чанцин разозлился? Неужели она должна была не хвалить его мастерство, а сказать, что флейта красивая? Придворная дама Цю больше не могла сдерживаться. - Ваше Величество, вы и императрица-феникс вместе посадили пятнистый бамбук, когда были ещё детьми. Нин Шу: (⊙0⊙) Так вот оно как! ---------- Иди, Поиграй в Сторонке Лю Чанцин всегда носил с собой бамбук, который посадил вместе с Му Ничан. Означает ли это, что у Лю Чанцина тоже есть чувства к Му Ничан? Охренеть. Похоже, что ей действительно нужно постараться избегать общения с Лю Чанцином. Эти двое выросли вместе, так что он наверняка хорошо знает Му Ничан. И хотя она теперь знала о происхождении флейты, которую Лю Чанцин постоянно носил с собой, она всё равно не планировала пить суп, который ей приносил Лю Чанцин, хоть это и было продиктовано ей интуицией. Нин Шу теперь раздумывала о том, как бы найти хороший способ избавить Му Сюэ от статуса бесспорного наследника. Может, ей подложить мантию дракона в резиденции Му Сюэ, как это сделала Му Ничан? Но ей казалось это не очень подходящим способом, разобраться с Му Сюэ, подставив её и обвинив в планировании мятежа. Должен быть способ получше. Подкладывание мантии дракона в резиденцию Му Сюэ сработает, только если застать Му Сюэ врасплох. А иначе случится так, что Му Сюэ сможет ей противостоять. После последних нескольких столкновений с Му Сюэ, у неё сложилось впечатление, что душа в теле Му Сюэ – это довольно спокойный и умный мужчина, поэтому такой метод может и не сработать. Она думала об этом так много, что у неё разболелась голова. Нынешняя Му Сюэ не сделала ничего морально плохого, и даже придумала недавно знаки препинания, поэтому она уже принесла пользу стране. И пока она не совершит чего-нибудь чрезмерного, её позиция, как бесспорного наследника, будет очень стабильной. Му Сюэ даже почти не появлялась перед Нин Шу, чтобы освежить чувство своего присутствия. От этого Нин Шу становилось труднее понять, как Му Сюэ управляется со своими делами. После прошлого раза, когда она отчитала Му Сюэ за предложение позволить мужчинам занимать официальные должности, Му Сюэ больше не упоминала об этом. Она явно сохранила этот вопрос в себе. Тем временем, каждый раз, когда Му Яо находила что-нибудь забавное или вкусное, она приносила это к Нин Шу на пробу. Она была очень преданной дочерью. Нин Шу увидела радостный румянец на щеках Му Яо и поняла, что та, вероятно, снова столкнулась с очередным красавчиком. - Мы слышали, что в последнее время ты очень близка с сыном премьер-министра. - Кто с кем близок? Эта покорная дочь с ним не близка! Лицо Му Яо стало красным, и она практически подпрыгнула на месте. Нин Шу глянула на неё. - Раз ты говоришь, что нет, значит нет. Даже мы слышали эти слухи, несмотря на то, что были во дворце. Если он тебе не нравится, тогда не надо создавать ненужных инцидентов и портить репутацию Юань Цзюня, а иначе у него не останется иного выбора, кроме как жениться на тебе. На лице Му Яо появилось беспокойство. Она спросила: - Неужели это действительно испортит его репутацию? Тогда, возможно, эта покорная дочь должна просто взять его в мужья? Нин Шу: … Хорошая девочка, иди, поиграй в сторонке. Нин Шу не думала, что Му Яо и Юань Цзюнь так быстро поладят, но, на следующий же день, Му Яо неожиданно рухнула на колени, чтобы попросить у Нин Шу благословения на брак. - Мать-Император, эта покорная дочь желает взять в мужья Юань Цзюня, - прямо сказала Му Яо. Премьер-министр Юань была так ошарашена, что начала кашлять. А потом она тупо уставилась на Му Яо. Нин Шу потёрла лоб, а потом спросила у премьер-министра Юань. - Министр Юань, что думаете? Как только Нин Шу увидела выражение лица матери Юань Цзюня, она поняла, что Му Яо вообще не обсуждала этот вопрос с матерью Юань Цзюня. Премьер-министр Юань молча начала всё обдумывать. Её Величество очень любила четвёртого принца, так что это было довольно хорошее назначение для Юань Цзюня – жениться на четвёртом принце. Премьер-министр Юань хорошо понимала собственного сына. Он всегда был амбициозным и не стал бы кланяться и выслуживаться перед женщинами. Четвёртый принц была женщиной с очень хорошим характером, поэтому она, вероятно, будет терпимо относиться к Юань Цзюню. - Это честь для нашей семьи, - сказала премьер-министр Юань. Таким образом, Нин Шу издала указ, благословляющий этот брак, делая Юань Цзюня законным супругом Му Яо. Она всё равно не планировала разбивать эту парочку. Единственная причина, почему сын Юань Цзюня стал императором, была в том, что им был дан шанс. Однако теперь Нин Шу ни в коем случае не собиралась позволять Му Яо оказаться где-либо поблизости от трона, поэтому у Юань Цзюня власти будет не больше, чем у любого другого мужчины в заднем дворе. Нин Шу и премьер-министр Юань провели переговоры и приняли решение по поводу даты свадьбы. Всё это время Му Яо радостно улыбалась. Было ясно, что Юань Цзюнь ей очень нравится. Нин Шу глянула на Му Сюэ, которая ничего не говорила всё это время, а потом спросила: - Кронпринц, а у тебя есть мужчина, который тебя заинтересовал? Место твоего законного супруга всё ещё пустует. Уже пора бы тебе завести законного супруга, который будет за тобой присматривать. Выражение лица Му Сюэ застыло, но потом быстро пришло в норму. Если бы Нин Шу не смотрела внимательно, то она бы точно не заметила изменений в выражении лица Му Сюэ. - Эта покорная дочь не спешит. Как только эта покорная дочь найдёт подходящего… мужчину, эта покорная дочь обязательно попросит Мать-Императора благословить свадьбу, - с уважением ответила Му Сюэ. Нин Шу кивнула, а потом внезапно почувствовала в своём горле привкус рыбной сладости, и горячая кровь полилась ей в рот. Её рот тут же наполнился вкусом крови. Что за хуйня?! Какого чёрта?! ---------- Ты Отравлена Цвет лица Нин Шу изменился. Однако, перед всеми этими министрами у неё не оставалось иного выбора, кроме как заставить себя проглотить всю ту кровь, что была у неё во рту. Она махнула придворной даме Цю и придворная дама Цю тут же объявила: - Все свободны. Нин Шу поспешно встала и отправилась в боковой дворец. Му Сюэ многозначительно глянула в спину Нин Шу, а потом безразлично отвернулась в сторону Му Яо, которая была в приподнятом настроении. - Поздравляю, четвёртая императорская сестра, ты смогла привести в дом красавчика. - Премного благодарна, старшая императорская сестра! Му Яо радостно улыбнулась. Му Сюэ просто улыбнулась в ответ и больше ничего не сказала. Когда Нин Шу добралась до бокового дворца, её тут же стошнило целой лужей крови. Она понятия не имела, почему её внезапно начало тошнить кровью. Она проверила свой пульс, а потом её брови нахмурились ещё больше. Её пульс казался нормальным. - Ваше Величество? Придворная дама Цю была крайне шокирована, когда увидела, что Нин Шу тошнит кровью. Нин Шу вытерла кровь с уголков рта и подбородка. - Не позволяй никому узнать об этом и позови сюда императорского лекаря. Её симптомы были похожи на отравление ядом, но это было невозможно. Она бы заметила, если бы контактировала с ядом. Она знала лишь основы в искусстве лечения, но она была довольно опытна в искусстве отравления. И всё же, она никогда не представляла, что однажды будет отравлена. Нин Шу повторно проверила свой пульс, но всё равно не увидела признаков, что она отравлена. Неужели её навыки были просто слишком дрянными? Охренеть, как же тяжело быть императором. Их постоянно травят и всегда имелись какие-нибудь злобные простолюдины, которые хотели им навредить. В любом случае, Нин Шу понятия не имела, когда её отравили. Когда пришла императорский лекарь, Нин Шу поспешила протянуть руку, чтобы императорский лекарь проверила её пульс. Императорский лекарь какое-то время прощупывала пульс, а потом покачала головой. - Ваше Величество, пульс, похоже, показывает на яд, но, в то же самое время, это и не похоже на яд. После этих слов, императорский лекарь опустила иглу в ту кровь, которой Нин Шу стошнило на пол. Когда она увидела, что игла слегка изменила цвет, она сказала: - Вероятно, это яд. Нин Шу небрежно махнула рукой, что императорский лекарь может быть свободна, а потом достала пилюли с противоядием, которые купила заранее, и приняла одну пилюлю. Она думала, что яд будет излечен, после того, как она приняла пилюлю, но, спустя некоторое время, кровь снова хлынула в её горло и в рот. Она сплюнула. Нин Шу была немного озадачена. Как так вышло, что не работает даже пилюля противоядия, купленная в системе? Её руки немного тряслись, когда она вытерла кровь с уголков рта. - 2333, что происходит? Нин Шу позвала 2333. Эта ситуация казалась немного странной. - Позволь мне сначала просканировать твоё тело, - сказал 2333, а потом затих. Нин Шу с трудом скрывала своё нетерпение. - Что происходит? - … Спустя некоторое время прозвучал ответ. - Ты отравлена. Ну, если говорить точнее, то это проклятие, и… оно было куплено в системе, - сказал 2333. Нин Шу: Блять! Это означало, что в этом мире был ещё один получатель заданий, и этому получателю заданий удалось проклясть её, а она даже ничего не заметила. - Есть ли способ избавиться от этого проклятия? – спросила Нин Шу. 2333 затих. Сердце Нин Шу похолодело. Если она умрёт, то это задание будет считаться проваленным. ---------- Умри Ради Собственного Блага Она задумалась над вопросом, кем был этот другой получатель заданий. И в чьём теле? Однако сейчас самой важной проблемой было это проклятие. Нин Шу спросила у 2333: - Неужели действительно нет способа от него избавиться? - Такого способа нет. Это проклятие – одноразовый предмет, но, тот, кого прокляли – умрёт без осечки. Это означает, что ты точно провалишь это задание, - 2333 прозвучал очень беспомощно. – Хорошо, что ты недавно купила защитный талисман. Этот защитный талисман сможет один раз спасти твою жизнь. Охренеть. Она никак не могла заставить себя принять это. - Давай покинем этот мир, - сказал 2333. – Ты всё равно скоро умрёшь. Нин Шу с силой закусила губы, а потом спросила: - И как мне его покинуть? - Конечно же, умерев. Соверши самоубийство, - с лёгкостью ответил 2333. Охренеть, и как она может сделать нечто столь жалкое? Как только она умрёт, Му Сюэ взойдёт на трон как бесспорный наследник. А значит, на трон всё равно взойдёт мужчина, поэтому это ничем не будет отличаться от изначальной истории. Нин Шу покачала головой. Даже если это задание и будет провальным, она всё равно должна всё стерпеть и проследить за тем, чтобы другой получатель заданий, кто бы это ни был, не смог завершить своё задание так легко. Даже если она умрёт, ей всё равно нужно хоть чего-то добиться. - Говорю тебе, умри ради собственного блага. Это проклятие крайне болезненное. Это будет словно тысяча муравьёв постоянно грызущих твоё сердце, словно все твои кости сломаны. Цель, по большей части, умирает от боли, и тебя всё время будет тошнить кровью. Тон голоса 2333 был очень беспомощным. Какого хрена?! Нин Шу была так ошарашена, что чуть не подпрыгнула. Она впервые столкнулась с такой злобной вещью, и она была даже использована на ней. Она всегда брала только те вещи, которые помогут защитить её и увеличить её собственные способности, поэтому она никогда и не замечала, что существуют такие вещи. Нин Шу снова почувствовала рыбную сладость в своём горле. Кровь потекла в рот. Нин Шу проглотила кровь обратно со слабой улыбкой, а потом взяла кружку, чтобы отпить и прополоскать рот. После этого она звучно проглотила окровавленную воду, что была у неё во рту. 2333: … Это явно было олицетворение образа, когда ты глотаешь свои сломанные зубы, вместе с собственной кровью, после того, как тебя побили. - Ты действительно не собираешься уходить? – спросил 2333. – Это будет очень болезненно. Крайне болезненно. Есть лишь несколько человек, способных выдержать такое. Это самая злобная вещь в системе, номер один в списке на злобность. Все люди, которые прежде были прокляты этим, убили себя. 2333: - … Нин Шу: →_→ Она и так уже была достаточно напугана, а он всё ещё продолжает подробно описывать ужасы этого проклятия? Нин Шу было довольно неловко, но сбегать, поджав хвост, было слишком жалким поступком. Терпи. Эта маленькая сестричка была тем, кто терпел больше дюжины лет химеотерапии, нет такой боли, что одолеет эту маленькую сестричку! Хоть Нин Шу и была мысленно подготовлена, той ночью она поистине узнала, каково это – испытывать так много боли, что тебе хочется просто умереть. По ощущениям, это словно бесчисленные тонкие иглы вонзались во все её органы. Это было так больно, что она едва могла дышать. К тому же, вдобавок ко всему прочему, было ещё такое ощущение, что молоток медленно и ритмично крошит все её кости в теле, сантиметр за сантиметром. А ещё, её также тошнило кровью, словно она хотела выблевать свои органы. Был момент, когда она хотела просто умереть. Словно её тело было чистилищем. Даже несмотря на то, что она заранее подготовила обезболивающие пилюли, они были совершенно бесполезны. Подобное проклятие, похоже, больше ущерба наносило психологическому состоянию человека. Из-за этого люди чувствовали себя так, словно им крайне больно. В этом состоянии было так много боли, насколько это физически возможно, так как в нём собиралась вся крайне сильная боль, которую мог почувствовать человек. Нин Шу было так больно, что она беспомощно вертелась на постели. Она с силой закусила своё одеяло. Когда она уже больше не могла терпеть, она начала горстями запихивать себе в рот пилюли противоядия. Это проклятие было словно яд. Хоть поедание пилюль противоядия и не возымело никакого эффекта, она больше ничего не могла поделать, кроме как убедить себя, что эффект есть. - Ваше Величество, Ваше Величество, вы в порядке?! – придворная дама Цю, которая держала возле постели дракона плевательницу, была так обеспокоена, что плакала. – Эта служанка пойдёт и приведёт императорского лекаря. - Вернись, - голос Нин Шу был едва слышен. – Не распространяй эти вести. Какой смысл звать императорского лекаря? Она всё равно ничего не сможет сделать. Всё, что Нин Шу могла сейчас сделать – это продержаться как можно дольше. ---------- Уже Зашла Так Далеко - Ваше Величество. На лице придворной дамы Цю был только страх, когда она посмотрела на кровь в плевательнице. К счастью, тело Нин Шу, похоже, смогло выдержать эту боль. Она попросила придворную даму Цю тайно разобраться с окровавленным постельным бельём. Нин Шу было так больно, что всё её тело дрожало. Её мускулы словно вышли из-под контроля и были очень натянутыми. Она не могла даже поднять руку. Она слабо лежала на постели и постоянно читала очищающую сердце мантру. Она просто надеялась, что эта очищающая сердце мантра сможет развеять часть того отчаяния, что затапливало её сердце, а также боль, ненависть и желание просто умереть. - Нин Шу, почему бы нам просто не уйти? Это лишь первая волна, дальше будет только больнее. Это задание всё равно уже провалено. Тебе нет смысла так страдать, - прозвучал в голове Нин Шу голос 2333. Нин Шу хотела улыбнуться, но боль исказила её лицо. - Не могу позволить, чтобы вся эта боль была пережита зря. - … Хаа, - 2333 мог лишь вздохнуть. – Когда ты вернёшься, не забудь купить ореол, который добавляет сопротивление против проклятий. Дальше задания будут всё только сложнее, и вполне нормально, что получатели заданий будут врагами. Всё зависит от того, какие методы предпочитает человек. Нин Шу проглотила кровь, собравшуюся у неё во рту. Она никогда раньше не замечала, что там есть и такие вещи. Похоже, что ей нужно будет тщательнее изучить системный рынок, когда у неё будет свободное время. Если там были предметы для защиты, то наверняка есть и предметы для причинения боли. Нин Шу продолжила читать очищающую сердце мантру и, в итоге, смогла уснуть. Спустя некоторое время она услышала голос придворной дамы Цю. - Ваше Величество, состояние вашего тела дракона не очень хорошее, поэтому вам сегодня не нужно присутствовать при дворе. Нин Шу открыла глаза. Всё её тело ощущалось онемевшим, и ей было очень трудно встать с постели. Она села перед медным зеркалом и посмотрела в него, а потом чуть не разбила зеркало от шока. Человек в зеркале выглядел бледным, словно призрак. - Намажь на нас больше румян. Голос Нин Шу звучал словно из глубины горла. Спустя немало времени и макияжа, её цвет лица стал лучше и она уже больше не выглядела так ужасающе. - Принеси кружку воды. Нам хочется пить, - сказала Нин Шу, и её голос был немного хриплым. Её могло в любой момент стошнить, поэтому, если у неё поблизости будет кружка воды, то она, по крайней мере, сможет прополоскать рот. А иначе ей придётся говорить со ртом, полным красных зубов. Придворная дама Цю кивнула. Пока Нин Шу шла на заседание, её ноги дрожали. Они просто слишком болели. Она шла очень медленно, но ей приходилось вести себя грациозно и позировать, несмотря на то, что под платьем её ноги дрожали, словно палочки. Как только она села на трон дракона, она мысленно вздохнула с облегчением. Как же было удобно сидеть. - Предоставьте ваши записи или уходите! – прокричала придворная дама Цю. Сегодня её голос был особенно пронзительным и казался скорбным, словно крик кукушки, плачущей кровью. Му Яо взяла на себя инициативу заговорить первой. - Мать-Император, скоро близится свадьба этой покорной дочери. Мать-Император должна посетить свадьбу этой покорной дочери! Эта покорная дочь всё её должна склониться перед вами. Нин Шу собралась говорить, но почувствовала тепло в горле. После того, как она с трудом проглотила кровь, она махнула в сторону придворной дамы Цю и придворная дама Цю тут же принесла кружку, которую держала ещё одна дворцовая служанка. Нин Шу сделала глоток чая, прежде чем ответить Му Яо. - Там видно будет. Му Яо не выглядела разочарованной. Она знала, что её мать-император всегда была занята дворцовыми делами. - Мать-Император, ваш цвет лица выглядит не очень хорошо. Вы себя нехорошо чувствуете? – спросила кронпринц, Му Сюэ. Нин Шу посмотрела на Му Сюэ и сказала: - Нам немного нехорошо, но это просто старые недуги. #комментарий анлейта: “Не могу позволить, чтобы вся эта боль была пережита зря." То же самое я отвечала своим друзьям, когда я брала пятый дополнительный предмет, а потом и на шестой предмет за семестр. К тому времени, как меня настигло сожаление, я уже слишком далеко зашла. ---------- Главное, Чтобы Ты Была Счастлива Му Сюэ пристально изучила взглядом лицо Нин Шу, а потом опустила голову, словно не смеет смотреть прямо на это священное лицо. - Мать-Император, вы уже показывались императорскому лекарю? Если вам нехорошо, то не нужно просто терпеть. Выражение лица Нин Шу было очень холодным. - А почему мы должны это терпеть? Чего ради мы должны терпеть? Красивые брови Му Сюэ нахмурились, а потом она с уважением сказала: - Эта покорная дочь просто беспокоится о здоровье Матери-Императора. Но, раз Мать-Император чувствует себя хорошо, тогда всё в порядке. Нин Шу интерпретировала слова Мю Сюэ так: главное, чтобы ты была счастлива. Она и так уже была практически на пределе, пытаясь выглядеть нормально перед всеми этими людьми. После того, как она скомандовала разойтись, она тут же развернулась и ушла. Когда она вернулась в свой дворец для отдыха, она рухнула на постель. Ей казалось, что бесчисленное количество ножей вгрызались в её кости. Эта боль была такой сильной, что её сознание затухало. Она молча прочитала очищающую сердце мантру. Так как не было никакого способа это исцелить, она могла лишь гипнотизировать себя. Вот ведь грёбанный ублюдок! Эта мадам ни за что тебе этого не спустит с рук! Готовься умереть, как только эта мадам тебя найдёт! Если он собирался её убить, разве он не мог просто зарезать её? Зачем настаивать на том, чтобы пытать её? Нин Шу глянула на придворную даму Цю, которая стояла в стороне и чьё лицо было наполнено беспокойством. Человек, с которым она обычно больше всего общалась – была эта придворная дама Цю. Если это дело её рук, тогда Нин Шу могла бы сказать, что её актёрские навыки на столь высоком уровне, что этого достаточно, чтобы взорвать вселенную. Нин Шу чувствовала, что придворная дама Цю была ей верна, но ни в чём нельзя было быть уверенной. Другой вероятностью был Лю Чанцин. Она тоже некоторое время общалась с Лю Чанцином и даже провела ночь во Дворце Насест Феникса. Она понятия не имела о том, что произошло, после того, как она уснула. Она добавила Лю Чанцина в список подозреваемых. Четвёртый принц, Му Яо, вероятно, была просто милой маленькой сестричкой. Глаза человека не лгут. Как получатель заданий может вести себя так просто и невинно? Очень трудно быть такой невинной сладкой дурочкой. А далее шла… Мю Сюэ. Больше всего Нин Шу подозревала Мю Сюэ. Если душа в теле Му Сюэ была получателем заданий, тогда это означало, что получатель заданий контратакует за Му Сюэ. Изначальная Му Сюэ, которая стала пушечным мясом, предложила свою душу ради контратаки. Если бы душа в теле Му Сюэ была женкой, тогда она могла бы просто смириться с этим, но это явно был мужчина. Более того, этот получатель заданий, похоже, был кем-то с большими амбициями, кто хотел сделать мужчин доминирующей силой в этом обществе. И, как только подобный образ мыслей появился, от него уже больше невозможно было избавиться. Что ещё более важно, он даже проклял её! А значит, несмотря на всю эту боль, она ни за что не должна позволить ему с лёгкостью завершить его задание. Если эта леди умрёт, то ты отправишься следом! - Ваше Величество, позвольте этой служанке сходить за императорским лекарем? Почему вам так больно? Придворная дама Цю была вне себя от волнения. Нин Шу небрежно махнула рукой. - Не надо. Не нужно звать императорского лекаря, принеси нам записи со стола. Нин Шу совсем не хотела двигаться. Придворная дама Цю принесла Нин Шу записи, но в глазах Нин Шу всё расплывалось. Слова в записях были очень расплывчатыми и всё двоилось. - Прочитай их нам, - сказала Нин Шу. - Эта служанка не смеет. Придворная дама Цю упала на пол на колени. Нин Шу спокойно сказала: - Если мы говорим, что ты можешь, значит, ты можешь. Наконец, придворная дама Цю начала читать для Нин Шу записи одну за другой, чтобы Нин Шу могла понять, что происходит. Каждый раз, когда придворная дама Цю заканчивала читать запись. Нин Шу брала кисточку для киновари, чтобы нарисовать кружок на записи. Чтобы её рука слишком сильно не дрожала, ей приходилось поддерживать свою правую руку левой. Нин Шу: … Как же это было больно. ---------- В Следующий Раз Экипируется Если совсем честно, то жить подобным образом было очень больно. Было так больно, что она чувствовала себя так, словно постоянно умирает, а ещё её продолжало тошнить кровью. Сколько крови может выблевать человек? В таком состоянии она уже даже больше не могла есть. Её желудок уже потерял способность переваривать вещи. Процесс еды лишь увеличивал ту боль, которую она чувствовала. Даже если она не умрёт от боли, она умрёт от голода. К счастью, она заранее купила постные пилюли. Одной пилюли было достаточно, чтобы напрямую дать ей энергию, которая необходима её телу, без необходимости переваривания, поэтому она ещё долго сможет выживать без еды. Во время приёмов пищи она лишь притворялась, что ест немного. По сути, ей не было смысла есть, так как это лишь добавляло бы нагрузку на её тело. Человек, который наложил на её это проклятие был точно злобным. Каждый день тянулся словно год. Каждая секунда была вечной пыткой. Она словно была в аду. Она только не знала, когда эта адская пытка закончится. Всё это время она раздумывала о возможных путях разобраться с Му Сюэ. Кем бы ни был получатель заданий, Лю Чанцином или Му Сюэ, их целью, вероятнее всего, был трон дракона. Ей нужно избавиться от статуса Му Сюэ как кронпринца и найти наследника. Она очень боялась, что не сможет выдержать эту пытку и просто умрёт. Тогда, даже если ей и удастся избавиться от Мю Сюэ, все министры возведут четвёртого принца на трон. Тогда она точно выблюет остатки крови и умрёт. В данный момент она уже практически висела на волоске. Её единственной целью было убедиться в том, что Му Сюэ не станет императором. На данный момент Нин Шу уже задвинула задание в дальний уголок мозга. В любом случае, это тело скоро умрёт. Если тело поручителя умрёт, то её задание, очевидно, закончится провалом. Это тело, в итоге, развалится на части от пыток этой безграничной болью. Нин Шу терпела боль, чтобы продолжать каждый день присутствовать при дворе. Однако количество косметики на её лице становилось всё больше, а её губы уже начали синеть. Каждый раз ей приходилось намазывать очень красную помаду и накладывать много макияжа. Когда она увидела, что замешательство Му Сюэ только увеличивается и она уже начала расспрашивать о её здоровье, Нин Шу стала на 80% уверена, что душа в теле Му Сюэ – это получатель заданий. Однако ей больше было любопытно узнать, как Му Сюэ удалось её проклясть. Возможно ли, что она совершила необходимый ритуал в её собственной резиденции? - Как так вышло, что у меня появилось это проклятие? – мысленно спросила Нин Шу. 2333 ответил: - Это проклятие требует проводник, или что-либо, что может послужить проводником. После того, как конкретный человек коснётся проводника, проклятие будет передано на цель. Оно убивает без следа, поистине злобная вещь. Нин Шу нахмурила брови. Она много чего касалась, так что, кто знает, что из этого было проводником проклятия? Охренеть. В этот раз она действительно стала свидетелем истины, что нет пределов того, насколько гибельным может быть сердце человека. В будущем ей придётся покупать ещё больше вещей и экипироваться ими с головы до ног. Будет очень приятно увидеть лица тех людей, когда они узнают, что их вещи на ней не срабатывают. Нин Шу знала, что Му Сюэ уже начала тайно объединяться с некоторыми министрами. Просто она ещё не смела совершать никаких серьёзных поступков. Она, вероятно, агитирует их на своё будущее восхождение на трон. Более того, у Му Сюэ было ещё несколько талантливых мужчин в качестве подчинённых. Судя по всему, она планировала ввести этих мужчин в служение при дворе в качестве чиновников, после того, как она станет императором. Нин Шу была решительно настроена на то, чтобы не позволить этому случиться. Во вселенной было слишком много миров, где мужчины считались главнее женщин. Она хотела для разнообразия увидеть, как эти мужчины будут жить под управлением женщин. Возможно, это был довольно злобный образ мышления, но так она считала. Даже если однажды мужчины смогут перевернуть нынешние нормы этого мира, Нин Шу надеялась, что этот день наступит не так скоро. - Ваше Величество, императрица-феникс ждёт вас у дворца. Желает ли Ваше Величество видеть его? Придворная дама Цю видела, что Нин Шу было так больно, что у неё вены на лбу вспучились. Всё её лицо исказило агонией. Нин Шу покачала головой. Она не хотела видеть императрицу-феникса. В её нынешнем состоянии, он с первого же взгляда заметит, что тут что-то не так. Она не хотела, чтобы распространились вести о её отравлении. Иначе это даст Му Сюэ временно управлять страной и её власти, как императора, придёт конец. ---------- Завела Мужчин-Любовниц Когда Лю Чанцин услышал от придворной дамы Цю, что Её Величество не хочет его видеть, он глянул в сторону дворца, а потом сказал придворной даме Цю: - Тогда я попрошу придворную даму Цю присмотреть за Её Величеством. Придворная дама Цю поспешно сделала реверанс. - Это долг этой служанки. Лю Чанцин в последний раз глянул в сторону дворца, после чего развернулся и ушёл. Придворная дама Цю вошла во дворец и сказала Нин Шу: - Ваше Величество, императрица-феникс ушёл. Нин Шу спросила: - Зачем он приходил? - Похоже, что он приходил принести суп для Вашего Величества. Придворная дама Цю заметила, что Лю Чанцин держал в руке коробку для еды, но он ушёл вместе с ней. Нин Шу: … Снова суп, значит? Если бы она выпила весь тот питательный суп, что приносил Лю Чанцин, кто знает, какой бы сверхупитанной она стала? Возможно даже, что она бы свалилась с ещё большей болезнью, так как его тоник был уже слишком сильным для того, чтобы его переварило её ослабленное тело. Однако у Нин Шу было такое чувство, что Лю Чанцин, вероятно, пришёл проверить и посмотреть, не случилось ли с её телом чего плохого. В любом случае, Нин Шу опасалась как Лю Чанцина, так и Му Сюэ, эту пару из отца и дочери. - Ваше Величество, сегодня пятнадцатое число, - сказала придворная дама Цю. И что с того, что пятнадцатое? Ей сейчас уже было так больно, словно она шагала по мечам, так как она вообще может пойти во Дворец Насест Феникса? Это будет настолько болезненно, что ей лучше просто с разбега удариться головой о стену. Даже слепой человек сможет заметить, что с ней что-то не так. Нин Шу снова напомнила придворной даме Цю. - Внимательно следи за младшими персоналом и убедись, что никто ни о чём не проговорится. - Эта служанка будет присматривать. Придворная дама Цю увидела, что одежда Нин Шу совсем промокла от пота, поэтому она поспешила приготовить горячую воду, чтобы та могла помыться. Этим вечером, служанка из Дворца Насест Феникса пришла, чтобы пригласить Нин Шу и спросить, собирается ли она навестить Дворец Насест Феникса, но придворная дама Цю прямо сказала, что Её Величество занято делами двора, поэтому она не придёт. Служанка вернулась, чтобы сказать Лю Чанцину, что Её Величество не придёт сегодня во Дворец Насест Феникса. Когда Лю Чанцин услышал эти вести, он поджал губы, а потом сказал: - Тогда пусть отдыхает. На следующий день, когда Нин Шу пришла на заседание двора и увидела Му Сюэ, она взяла свиток с записями и бросила его прямо в Му Сюэ. Это застало Му Сюэ врасплох и она замерла, поэтому удар пришёлся ей в лоб. Удар оказался таким сильным, что у неё начала идти кровь. Му Сюэ коснулась лба. Когда она увидела красные следы на своих пальцах, на её лице промелькнуло мрачное выражение. Однако она быстро встала на колени, опустив голову, и испуганно сказала: - Эта покорная дочь не понимает, почему Мать-Император злится. - Ваше Величество, прошу, умерьте свой гнев! Все министры встали на колени. - Открой запись и прочитай её. Кронпринц, как бесспорный наследник этой страны, ты завела себе так много мужчин-любовниц? Чем ты там занимаешься?! Как кронпринц, ты должна быть благоразумной. Неужели ты хочешь, чтобы вся страна считала, что кронпринц – распутная женщина?! Не дожидаясь ответа, она продолжила: - Тебе хоть нужен ещё твой статус наследника? – холодно сказала Нин Шу. – Ты завела так много мужчин-любовниц. Что порочные звуки мешают даже соседям! Красивые брови Му Сюэ были плотно нахмурены, когда она подняла с пола запись и открыла её. В этой записи она обвинялась в крайне распутном поведении и тайном хранении большого количества любовниц, и что такое поведение идёт против спокойного и благоразумного поведения, которым должна обладать кронпринц. Нин Шу холодно посмотрела на Му Сюэ. - Тебе есть что сказать в своё оправдание? - Эта покорная дочь… Выражение лица Му Сюэ было противоречивым. Эти мужчины не были её любовницами, они были теми талантами, которых она нашла. Зачем ей возиться с любовницами? Му Сюэ почувствовала себя так, словно она только что наступила в дерьмо. Му Сюэ никак не могла понять, почему её, в итоге, обвинили в дурном поведении. А насчёт беспокойства соседей, эти ребята вряд ли бы стали делать что-то настолько глупое. Му Сюэ глянула на безразличную императора, а потом передумала возражать. - Эта покорная дочь ошиблась. - Если ты знаешь, что ты ошиблась, то исправься. Как мы должны передать тебе управление этой страной без опасений, когда ты ведёшь себя подобным образом? Отправь этих любовниц обратно, где ты их нашла. И проследи за тем, чтобы они больше никогда не появлялись в городе Лилейник. Нин Шу чувствовала себя так, словно все кости в её теле вот-вот рассыплются. Ей практически приходилось силой выдавливать свой голос через стиснутые зубы, пока всё её тело покрывалось потом. ---------- Второй и Третий Принцы Когда министры увидели, что тело Нин Шу слегка дрожит, они подумали, что это просто от гнева и все они воскликнули, чтобы Нин Шу умерила свой гнев. Му Сюэ преклонила колени и неохотно сказала: - Эта покорная дочь всё поняла. - Как бесспорный наследник, ты должна уделять внимание каждому своему действию. Распусти эту группу любовниц и прими наказание в виде уединения на месяц. Нин Шу почувствовала, как кровь потоком течёт вверх по её горлу и готова выплеснуться наружу. Она даже не могла проглотить её обратно, поэтому она взмахнула своими рукавами и повернулась, чтобы отправиться в сторону бокового дворца. - Старшая императорская сестра, у тебя кровь на лбу. Ты в порядке? Му Яо потянулась, чтобы помочь Му Сюэ подняться. Му Сюэ отмахнулась от руки Му Яо и поднялась. Она даже не стала смотреть на Му Яо, прежде чем повернуться и уйти. Её спина излучала очень холодную ауру. Му Яо наморщила свой нос. Ей показалось, что она не нравится старшей императорской сестре и поведение Му Сюэ по отношению к ней было тоже странным. Однако Му Яо вскоре забыла о поведении Му Сюэ и радостно вернулась в свою резиденцию. Она же готовилась к свадьбе! Тем временем, как только Нин Шу вошла в боковой дворец, она больше не могла сдерживаться, и её стошнило огромной лужей крови. В этот раз кровь уже была не ярко-красной, и в ней были кусочки свернувшейся крови. Они выглядели как фрагменты её органов. Нин Шу чувствовала, что она недолго сможет ещё продержаться. - Ваше Величество, может нам позвать императорского лекаря? Как бы там ни было, ваше тело не сможет выдержать, когда вас тошнит таким большим количеством крови. Голос придворной дамы Цю задрожал, когда она увидела кровь на обсидиановом полу. Нин Шу снисходительно махнула рукой и слабо легла на диван. Придворная дама Цю лично принесла воду, а потом присела, чтобы вытереть кровь чистой тряпкой. Её глаза были совсем красными. Нин Шу сочла это немного забавным. - Ты чего плачешь? - У этой служанки сердце кровью обливается за Ваше Величество. Придворная дама Цю тщательно вытерла пол. На самом деле Нин Шу была даже рада. По крайней мере, ей удалось избавиться от тех талантов, которых Му Сюэ с таким трудом собрала. Только потому, что у Му Сюэ были свои люди при дворе, не означало, что у Нин Шу, как у императора, не было своих людей при дворе. Обвинить Му Сюэ в недостойном поведении было очень просто. Но самым важным заданием сейчас было найти наследника. Она призвала тайных охранников, которых отправляла наблюдать за вторым и третьим принцами. Она подробно допросила их о том, с какими людьми общались эти двое. Она не надеялась найти какого-нибудь великого героя, она просто хотела кого-то, кто сможет сохранить и передать эту страну в надёжные руки. Тайные охранники рассказали Нин Шу о том, что они видели. Если подводить итоги, то второй принц была очень посредственной, вот прям действительно посредственной. Если бы кто-то сказал, что она скрывает свои таланты, то её таланты вообще никак не проявились. Может она и начала свою стратегию, притворяясь свиньёй, чтобы съесть тигра, но, судя по всему, она действительно была просто свиньёй. В качестве императора нужно не только быть терпеливым, но нужно также иметь доминирующую ауру. Также нужно периодически устраивать заговоры и честно атаковать. Тем временем, третий принц обладала роковым недочётом, а именно – она была слишком развратной. Каждый вечер она вызывала в свою комнату как минимум двух своих наложниц и любила играть во всякие возбуждающие игры. Тем, кто слишком жаждет удовольствий в постели, легко можно изменить мнение, нашептав что-нибудь в постели, и у них нет никакого сопротивления перед красавцами. Нин Шу так усердно думала, что у неё начала болеть голова. Вкратце, даже Нин Шу с её не слишком просветленными мозгами знала, что эти двое не самый лучший выбор для трона. Изначальный хост тоже не стала выбирать их, и отдала трон Му Яо. Итак, где же ей найти наследника? Во дворце имелось лишь четыре взрослых принца. Хоть тут ещё и были дети в ползунках, даже если осёл лягнёт Нин Шу в голову, она всё равно не выберет ребёнка для того, чтобы посадить её на трон. Разве это не будет равнозначно тому, что она просто отдаст министрам возможность управлять двором? Как ребёнок сможет победить против всех тех взрослых принцев? Нин Шу мысленно вздохнула. Ей было так больно, что она уже больше не могла терпеть. Она запихала в рот ещё одну пилюлю противоядия. Хоть та и не делала ничего, по крайней мере, тут имелся психологический эффект. Она приняла лекарство, так что оно обязательно должно помочь. ---------- Тогда Не Бери Юань Цзюня в Мужья Му Яо уже собиралась взять в мужья Юань Цзюня, поэтому Нин Шу вынуждена была подарить им поздравительные подарки. Нин Шу глянула в сторону придворной дамы Цю, которая стояла попой кверху, вытирая пол. - Есть ли в нашем хранилище что-нибудь хорошее? Помоги нам найти, какие поздравительные подарки мы можем дать четвёртому принцу. Придворная дама Цю сходила и принесла книгу, а потом сказала Нин Шу: - Все вещи в хранилище Вашего Величества записаны тут. - Прочитай, - сказала Нин Шу, закрыв глаза. Придворная дама Цю начала зачитывать все те драгоценные самоцветы и камни, что были записаны в книге. Когда Нин Шу услышала термин "жемчужина дракона", она была на мгновение ошарашена. - Жемчужина дракона?! Что за жемчужина дракона? Принеси её нам. - Поняла. Придворная дама Цю тут же приказала кому-то принести жемчужину дракона. Эта жемчужина дракона, про которую говорила придворная дама Цю, была примерно размером с кулак младенца и она блестела, словно была сделана из снега. Она была словно обычная большая жемчужина. Нин Шу взяла жемчужину дракона и понюхала её. От неё шёл рыбный запах, а когда она поднесла её к уху, она услышала звуки волн. Она была немного шокирована. Это же не может быть настоящей жемчужиной дракона, верно? - Ваше Величество, эту жемчужину дракона вам одарил странствующий бессмертный даосит. Он сказал, что она дарует долголетие, - сказала придворная дама Цю, когда увидела, что Нин Шу, похоже, заинтересована в этой жемчужине дракона. Жемчужина дракона, да?! Нин Шу вспомнила, что читала о ней в одной из своих книг. Вероятно, это было ядро организма с высокоуровневого мира. Откуда ему взяться тут? Нин Шу отложила её, а потом выбрала приличное количество украшений в качестве подарка для резиденции четвёртого принца. Теперь Нин Шу было даже трудно ходить, поэтому вполне естественно, что она не будет присутствовать на свадьбе Му Яо. Всё же, что если её снова стошнит кровью? Однако за день до свадьбы произошёл инцидент. Юань Цзюнь пропал. Никто не знал, куда он делся, даже в семье Юань. Когда Нин Шу узнала об этом, её первым подозреваемым была Му Сюэ. Это сделала Му Сюэ. Она смогла провернуть это, даже пока была под домашним арестом? Вероятно, она сделала это в приступе гнева, так как Нин Шу выкинула её людей из города Лилейник. Даже если это не было делом рук Му Сюэ, Нин Шу всё равно планировала повесить это на Му Сюэ. Му Яо так переживала из-за исчезновения Юань Цзюня, что чуть не плакала. Когда мужчина пропадает, это очень сильно вредит их репутации. Это было так же, как и в суровых феодальных обществах с репутацией женщин. В этой стране женщин требования к мужчинам были такими же жёсткими. Нин Шу отправила охранников на поиски Юань Цзюня, но они не смогли его найти. Более того, ночь уже прошла, поэтому репутация Юань Цзюня уже была испорчена. А значит, эта свадьба будет отложена, возможно, навсегда. Му Яо прибежала во дворец и встала на колени перед Нин Шу. - Мать-Император, вы должны помочь этой покорной дочери найти Юань Цзюня! Нин Шу было так больно, что всё её тело дрожало. Она проглотила кровь, которая поднималась в её горле и выпила кружку воды, прежде чем сказать: - Но репутация Юань Цзюня уже была испорчена. Му Яо тут же сказала: - Этой покорной дочери нет дела до репутации Юань Цзиня, он мне нравится как человек. Я не буду возражать, даже если он лишится своей невинности. Му Яо отличалась от других женщин в этом мире. Она не считала, что потеря мужской невинности это что-то серьёзное. Нин Шу кивнула. - Раз ты хочешь взять в мужья Юань Цзюня, тогда бери. Однако свадьба с мужчиной, который лишился своей невинности, повредит репутации императорской семьи. Му Яо, разве ты не желала путешествовать по миру? Мы хотим, чтобы ты отказалась от своего статуса принца и отправилась со своими мужьями путешествовать по миру. Конечно, ты всё ещё будешь нашей дочерью. Мы предоставим тебе деньги и дадим людей, чтобы защищать тебя. Му Яо на мгновение растерялась и тупо уставилась на Нин Шу. Затем она встала на колени и поклонилась Нин Шу. Слёзы потекли по её щекам, когда она сказала: - Мать-Император, эта покорная дочь согласна. Просто эта покорная дочь будет по вам скучать. Когда Нин Шу увидела простое и печальное выражение на лице Му Яо, она не удержалась о того, чтобы немного её утешить. - Всё хорошо, ты можешь вернуться в любое время, чтобы навестить нас. Му Яо, можно не иметь желания вредить другим людям, но нельзя жить, не будучи настороже по отношению к другим. Тебе нужно быть хоть немного настороже, даже по отношению к тем людям, что рядом с тобой. Когда Му Яо услышала слова Нин Шу, её слёзы ещё больше потекли по лицу. - Мать-Император, вы так хорошо относитесь к этой покорной дочери! Эта покорная дочь будет так сильно скучать по вам! - Ну, так не бери Юань Цзюня в мужья. - Ик… Му Яо икнула. - Иди. Когда придёт время, следуй нашим командам. Нин Шу небрежно махнула рукой. ---------- Визит Императрицы-Феникса Му Яо поднялась с колен и подошла к Нин Шу, чтобы поцеловать её в щёку. Она обняла тело Нин Шу, которому было так больно, что по нему прошлась небольшая конвульсия. - Мать-Император, я вас люблю. Нин Шу ухмыльнулась. - Главное, чтобы ты нашла своё счастье. Как только Му Яо ушла, Нин Шу больше не могла сдерживаться, и её стошнило очередной порцией крови. В этот раз тут было ещё больше окровавленных кусочков. Нин Шу подозревала, что к этому времени её органы уже покрылись шрамами. Охранники, которых отправила Нин Шу, нашли Юань Цзюня в мужском борделе в городе Лилейник. Юань Цзюня сделали проституткой-мужчиной, и он был осквернён несколькими женщинами. Сын премьер-министра, Юань Цзюнь, уже лишился своей невинности. Более того, он должен был стать мужем четвёртого принца, поэтому это уже стало огромным скандалом в городе Лилейник. Когда Юань Цзюня спасли, он уже был в таком отчаянии, что планировал совершить самоубийство, но был спасён как раз вовремя. Му Яо прибежала к Юань Цзюню и сказала, что она собирается взять его в мужья несмотря ни на что, что ей плевать на его репутацию. Тот факт, что Му Яо всё ещё была согласна взять Юань Цзюня в мужья, даже несмотря на его ситуацию, заставил семью Юань быть очень благодарной. Свадьба продолжилась, как и было запланировано. Нин Шу отправила к ним немало ювелирных украшений. Этого, вероятно, будет достаточно, чтобы гарантировать комфорт и счастье на оставшуюся часть жизни Му Яо. Все мужчины, что были у Му Яо, очень любили Му Яо, поэтому, вероятно, Му Яо сможет достичь такого же счастья, какое у неё было в изначальной истории. Теперь Нин Шу нужно было лишь заняться "исчезновением" Му Яо. Как только четвёртый принц исчезнет из генеалогических записей, у неё, естественно, больше не будет никаких прав на наследование. Это будет очень трагично для человека вроде Му Яо, жить в таком запутанном императорском хозяйстве. Она не сможет победить против остальных амбициозных людей. - Ваше Величество, пришёл императрица-феникс, - придворная дама Цю посмотрела на посеревшее лицо Нин Шу. – Императрица-феникс сказал, что он уже давно не видел Ваше Величество, поэтому он беспокоится за вас. Нин Шу кивнула. - Наложи косметику. У нынешней Нин Шу возникла проблема, а именно – тот факт, что она редко покидала свою спальню, поэтому Лю Чанцин заметил, что что-то не так. Лю Чанцин пришёл, чтобы проверить свои подозрения. После того, как придворная дама Цю закончила накладывать косметику, Нин Шу приняла ещё одну пилюлю противоядия, пока читала очищающую сердце мантру. - Впусти его. Нин Шу села за столом и начала листать записи. Прежде чем она даже увидела Лю Чанцина, она уже услышала стук его пятнистой бамбуковой флейты, которая нежно постукивала о его нефритовый кулон. Нин Шу подняла голову и увидела Лю Чанцина, одетого в наряд лунно-белого цвета. Его скорость ходьбы была ни слишком быстрой, ни слишком медленной, поэтому его походка была очень элегантной. Лю Чанцин поприветствовал Нин Шу. - Ваше Величество, вам всё ещё нехорошо? Вы давно уже не посещали внутренний дворец. С усталым выражением лица Нин Шу сказала: - В последнее время мы очень устаём. Так что, по правде говоря, у нас нет ни желания, ни силы. Лю Чанцин нахмурил брови. В его спокойном голосе появились следы беспокойства. - Ваше Величество, может вам повидать императорского лекаря? Вашему Величеству нужно больше гулять в саду. Если вы будете весь день просматривать записи, то будете быстро уставать. Нин Шу: →_→ Какого чёрта ей нужно ходить? Чтобы ощутить на себе то чувство, когда ты гуляешь по аду? Однако, перед лицом Лю Чанцина с его обеспокоенным взглядом, она заставила уголки своих губ подняться, после чего сказала: - Премного благодарная, Императрица-Феникс, за твою заботу. В будущем мы будем больше гулять. Ли Чанцин подошёл к столу и наклонился, чтобы взять Нин Шу за руку, которую сводило от боли. - Ваше Величество, в жизни нет ничего важнее, чем здоровье. Чанцин надеется, что Вашего Величество будет пребывать в добром здравии. Нин Шу улыбнулась. - Мы лелеем своё тело, как и полагается. Императрица-Феникс, тебе тоже нужно присматривать за своим здоровьем. #комментарий анлейта: Готова поспорить, что Лю Чанцин – это проводник проклятия. (Случайное предположение, эта переводчица тоже не знает) ---------- Руки Прочь! Когда Лю Чанцин взял её за руку, это ощущалось так, словно все волосы на её теле мгновенно взорвались. Она почувствовала во рту рыбную сладость, поэтому поспешно вытащила руку из его хватки и взяла чашку, чтобы выпить воды. Когда Лю Чанцин увидел, что рука Нин Шу дрожит, пока она держит чашку, на его лице появилось беспокойство. - Ваше Величество, что случилось? – пока он говорил, он снова взял её за руку. – Ваше Величество, вам нехорошо? Почему ваша рука такая холодная и так дрожит? Нин Шу: … Бляяяять, вот не может он говорить нормально? Может, хватит уже её за руку хватать? Лицевые мускулы Нин Шу исказились, а потом она заставила свои губы изогнуться в улыбке и сказала: - Это просто голод. Мы так проголодались, что нас трясёт. Слабая улыбка появилась на лице Лю Чанцина, это выглядело крайне элегантно. Он спросил: - Ваше Величество, чего бы вы хотели поесть? Нин Шу нахмурила брови. Что теперь пытается сделать Лю Чанцин? - Просто суп. Который сварен тобой лично. Нин Шу просто хотела, чтобы Лю Чанцин поскорее ушёл. Ей было так больно, что всё её тело подёргивалось в конвульсиях. Лю Чанцин выпустил руку Нин Шу и кивнул. Отсалютовав ей, он развернулся, чтобы уйти, но, сделав несколько шагов, он снова обернулся и сказал: - Ваше Величество, Чанцин надеется, что Ваше Величество внимательно разберётся с вопросом кронпринца. Пожалуйста, не портьте ваши отношения матери и дочери. Что бы в итоге ни случилось, Чанцин просто надеется, что и Ваше Величество, и кронпринц будут в безопасности. Нин Шу наконец-то поняла, что Лю Чанцин пришёл сюда из-за инцидента с Му Сюэ. Она поместила Му Сюэ под домашний арест на месяц из-за инцидента с мужчинами-любовницами. Лю Чанцин пришёл сюда молить о снисходительности. Однако по его поведению не было заметно, что он пришёл просить об услуге. Что это у него за выражение досады и разочарования? Нин Шу холодно ответила: - Мы возлагаем на неё большие надежды, но то, что она делает, нас поистине разочаровывает. Она не сдерживается в своих действиях и даже позволила императорскому блюстителю нравов заполучить свидетельство её проступков! Она не скрывала того факта, что собрала у себя кучу любовниц! О чём могут подумать граждане?! Пришлось заставить её вести себя подобающе в своей собственной резиденции! Лю Чанцин лишь молча посмотрел на Нин Шу. Он не пытался возражать от лица кронпринца, но он также не выглядел обеспокоенным гневом Нин Шу. - Чанцин пойдёт сварить суп для Вашего Величества. Как только Лю Чанцин ушёл, Нин Шу сложилась пополам, и её стошнило ещё большим, чем обычно, количеством крови. В этой крови было несколько шокирующих тёмно-красных комков. Нин Шу могла лишь представлять, насколько ужасной была ситуация в её теле. Она отправила несколько императорских тайных охранников, чтобы убить Му Сюэ. Как только Му Сюэ умрёт, всё будет решено. Если она действительно не сможет найти кого-нибудь подходящего для трона, то она просто отдаст трон посредственной второму принцу. Ей осталось совсем мало времени. Во время ужина, служанка из Дворца Насест Феникса принесла суп, который сварил Лю Чанцин. Когда служанка достала суп из коробки для еды, Нин Шу почувствовала богатый аромат. Было ясно, что этот суп варили медленно и долго. Но она всё равно не выпила этот суп. Она невольно остерегалась этого императрицы-феникса. Она не знала, заметил ли Лю Чанцин что-либо, и она не могла гарантировать, что она вела себя в точности как Му Ничан, поэтому она могла лишь как можно меньше общаться с Лю Чанцином. Единственное, что разочаровало Нин Шу – это что, что все тайные охранники, которых она отправила, были повержены. Несколько были убиты, а те, что смогли вернуться – были тяжело ранены. Тайные охранники сказали, что резиденция кронпринца была под плотной охраной, и что сама кронпринц тоже была довольно сильной. Те люди, которых кронпринц поймала живыми, были вынуждены прокусить свои мешочки с ядом, лежащие у них во рту, чтобы совершить самоубийство. Сердце Нин Шу ушло в пятки. Кронпринц была очень сильной. Если действие, совершённое в темноте, не работает, то ей просто придётся сделать всё открыто. Ей придётся избавиться от статуса кронпринца как бесспорного наследника. ---------- Прогуливаясь Нин Шу потёрла свой лоб. Её голова так сильно болела, что ей казалось, будто она вот-вот взорвётся. Это задание с самого начала не было простым, а теперь ещё и её тело не помогает. Ей было так больно, что она даже не могла думать. Она больше не могла читать записи, и ей приходилось полагаться на придворную даму Цю, чтобы та ей читала вслух. Более того, на её теле начали появляться синяки. Некоторые её вены, вероятно, лопнули, и кровь просачивалась в её кожные ткани. Этому телу уже наступал конец. Нин Шу стиснула зубы. Даже если она и умрёт, она всё равно должна сначала убить Му Сюэ. Когда погода была хорошей, ей пришлось стиснуть зубы и выйти из своего дворца для отдыха, чтобы прогуляться. Уже начали распространяться слухи, что здоровье императора отказывает, потому что она постоянно была в своём дворце для отдыха. Поэтому у Нин Шу не оставалось иного выбора, кроме как вытащить своё изломанное тело на улицу прогуляться вокруг дворца. Каждый раз, когда она приходила в новое место, Нин Шу приходилось напрягать свои мозги, чтобы придумать какую-нибудь похвалу вроде "какой красивый цветок" или "эта рыбка выглядит очень пухлой и сильной". В любом случае, ей приходилось устраивать небольшую сцену, чтобы дать людям понять, что император прекрасно себя чувствует. От этой болезненной пытки Нин Шу едва чувствовала свои конечности. Она всегда держала руку на придворной даме Цю, чтобы придворная дама Цю могла принять на себя большую часть давления. - Ваше Величество должно быть устали. Может, нам вернуться обратно во дворец для отдыха? – спросила придворная дама Цю. Нин Шу слегка прищурила свои близорукие глаза, глядя в сторону беседки неподалёку. Она спросила: - Кто это там, в беседке? Придворная дама Цю посмотрела в ту сторону, а потом с лёгким стыдом ответила: - Ваше Величество, это императрица-феникс. Но другого человека я не знаю. - Пойдём и посмотрим. Неужели во внутреннем дворце был кто-то, кого придворная дама Цю не знала? Когда Нин Шу приблизилась, она увидела, что Лю Чанцин разговаривает с молодой женщиной около двадцати лет. Эта девушка была одета в очень простую одежду, а на её лице отражалось упрямство. Она излучала беспощадную и высокомерно строптивую ауру. - Ваше Величество. На лице Лю Чанцина промелькнуло удивление, когда он увидел Нин Шу. Когда девушка, стоящая рядом с ним, увидела Нин Шу, её взгляд наполнился ненавистью, но её выражение лица было испуганным и опасливым. Она сжала кулаки и медленно попятилась. Нин Шу глянула на девушку и спросила у Лю Чанцина. - Кто эта девочка? Странное выражение промелькнуло на лице Лю Чанцина, а потом он сказал: - Это дочь Вэнь Гуйцзиня. После того, как Вэнь Гуйцзинь умер, этот ребёнок оставалась в холодном дворце. Никакого впечатления. В памяти Му Ничан не было никакого впечатления об этом ребёнке. Должно быть, это Му Ничан бросила Вэнь Гуйцзиня в холодный дворец, но кто бы мог подумать, что у него есть такой взрослый ребёнок? - Как тебя зовут? – спросила Нин Шу. Девушка лишь посмотрела на Нин Шу, и её взгляд был наполнен насмешкой. Она отказывалась сказать хоть слово и выглядела очень циничной. - Ваше Величество, у неё нет имени, - сказал Лю Чанцин. – Её нет в записях императорской семьи. Нин Шу равнодушно кивнула. Похоже, реакция Нин Шу спровоцировала эту девушку. Её выражение лица наполнилось ненавистью, и она выглядела так, словно готова броситься вперёд, словно маленькая волчица, чтобы укусить Нин Шу, но она также, видимо, опасалась того, что люди перед ней были сильнее её. Нин Шу проигнорировала выражение горькой ненависти на лице девушки. - Императрица-Феникс, о чём вы разговаривали с этой девочкой? Выражение лица Лю Чанцина было спокойным, когда он сказал: - Эта девочка довольно жалкая. Она мало ест, и у неё нет подходящей одежды. Ей даже приходится сражаться за еду со слугами самого низкого ранга. Чанцин просто счёл, что она кажется жалкой. Выражение лица Нин Шу не изменилось, когда она услышала эти слова. Она глянула на девушку, а потом сказала: - Уже довольно поздно. Нам нужно вернуться во дворец, чтобы продолжить читать записи. С самого начала и до конца разговора Нин Шу не выражала никакого мнения по поводу существования этой девушки, отчего её манеры были самим определением бессердечности и холода. Когда эта девушка увидела подобное поведение Нин Шу, края её глаз стали немного красными, а её выражение лица наполнилось ненавистью. Как только Нин Шу ушла, Лю Чанцин нежно сказал девушке: - Тебе стоит остаться со мной. Не нужно возвращаться в холодный дворец. Он положил руку на голову девушки и с жалостью сказал: - Ты – дворянская дочь небесного клана. Ты не должна жить такой жизнью. ---------- Спонсорская Поддержка Мамочки-Императора Лю Чанцин имел в виду, чтобы девушка жила с ним. И всё же, выражение лица девушки наполнилось насмешкой. Она стянула руку Лю Чанцина со своей головы. - Я отказываюсь. Кем вы себя возомнили? Я уже так долго живу в холодном дворце, мне не нужна ваша фальшивая симпатия. Каждый человек в этом дворце устраивает не вызывающие особого энтузиазма представления, чтобы получить то, что им хочется. Вам нет смысла делать этот ваш лицемерный обеспокоенный вид, словно вы хотите мне добра, когда как на самом деле вы лишь думаете о том, как меня использовать. Лю Чанцин нахмурил свои брови. Он был очень терпим к девушке и просто взял со стола тарелку с выпечкой и вложил её в руки девушки. - Возьми их с собой и съешь потом. Выражение лица девушки было немного неестественным, когда она взяла тарелку. - Это вы мне их дали. Я у вас ничего не просила. После этого она быстро убежала. Пока Лю Чанцин смотрел в спину девушки, вокруг него витала аура непередаваемой печали. На его лице были следы замешательства и противоречия. Нин Шу вернулась в свой дворец для отдыха, легла на постель дракона и больше не двигалась. Её одежды промокли от пота, и её тошнило кровью. Кровь стекала по краю её рта, текла по шее и впитывалась в постельное бельё. Придворная дама Цю смахивала слёзы, пока вытирала рот Нин Шу платком. - Ваше Величество, может нам позвать императорского лекаря? Нин Шу не ответила. Ей казалось, что все кости в её теле уже были раздавлены в крошку. Даже смерть от тысячи порезов не вызовет так много боли. Она лично подтвердила качество самого злобного проклятия в истории. После сегодняшней прогулки, она почувствовала, что снова потеряла много времени. Она, вероятно, вскоре развалится на части. - Ваше Величество, может попробовать держать при себе жемчужину дракона? – сказала придворная дама Цю, упрашивая Нин Шу. – Даосит сказал, что она поможет вашему здоровью. Нин Шу покачала головой. Хоть и было сказано, что это жемчужина дракона, на самом деле это просто было ядро монстра, которое можно употребить для культивации в мире высокого уровня. В нём была лишь энергия, которая никак не помогала увеличению долгожительства. Если бы она могла создать энергию при помощи Непревзойдённых Боевых Искусств, то она, вероятно, смогла бы поглотить эту энергию. Однако если она проглотит это ядро сейчас, в таком состоянии, то она может просто умереть от огромного количества энергии, которое возникнет, когда это ядро взорвётся в её теле. Му Яо пришла во дворец повидать Нин Шу, поэтому у Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как выбраться из постели и попросить придворную даму Цю снова наложить косметику. Как только Му Яо увидела Нин Шу, она спросила: - Мать-Император, когда эта покорная дочь сможет уйти? Нин Шу ответила: - Мы всё ещё продумываем план. Потребуется немало усилий, чтобы заставить принца исчезнуть, чего ты так торопишься? Му Яо вздохнула. Её выражение лица было немного беспомощным. Она уже взяла в мужья Юань Цзюня, но Юань Цзюнь постоянно был обеспокоен тем фактом, что он был лишён целомудрия, даже несмотря на то, что она множество раз говорила ему о том, что ей действительно нет до этого дела. Му Яо действительно не имела ничего против. В её мире мужчины вовсе не были нетронутыми и постоянно дурачились. Тем временем, слуги в резиденции всегда были не сдержанны в своих словах, и поэтому нынешний Юань Цзюнь начинал себя ненавидеть. В данный момент, Му Яо просто хотела забрать с собой Юань Цзюня и всех мужчин-наложниц из своего двора в путешествие по миру, чтобы повидать все его закоулки. В прошлом у неё никогда не было возможности попутешествовать по миру, но теперь у неё была спонсорская поддержка матушки-императора. Одна только эта мысль приводила её в восторг. Нин Шу выпила воды, чтобы проглотить кровь, которая поднималась в её горле, а потом сказала: - Скоро. Когда придёт время, делай, как мы укажем. - Спасибо, Мать-Император! – Му Яо была очень счастлива. – Мать-Император, вы самая лучшая! Му Яо обняла Нин Шу, чтобы продемонстрировать, насколько она была тронута. - Мать-Император… Нин Шу: Блять!!! Ойййй… ---------- Му Цин Как только Му Яо ушла, Нин Шу стошнило кровью. Охренеть, её уже так часто тошнило, что она уже даже привыкла к этому. Позже ночью, Нин Шу отправила императорского тайного охранника привести из холодного дворца ту молодую девушку. Нин Шу села на стул и молча начала читать очищающую сердце мантру. Прошло некоторое время, прежде чем она открыла глаза и обнаружила, что перед ней стоит тайный охранник, закрывающий рукой рот молодой девушки. Когда молодая девушка увидела Нин Шу, её взгляд тут же стал возмущённым. Она с силой укусила руку, которая прикрывала её рот, но, так как со стороны Нин Шу не было никаких приказов, тайный охранник мог лишь терпеть боль, идущую от его руки. Нин Шу небрежно махнула рукой, что тайный охранник может идти. Тайный охранник убрал руку ото рта молодой девушки, и стало видно, что её рот весь в крови. Было ясно, что она действительно прокусила руку тайного охранника. - С этих пор тебя зовут Му Цин, - сказала Нин Шу. Молодая девушка оскалила в усмешке свой рот, перемазанный в крови. - Могу я спросить, что Ваше Величество имеет в виду? Нин Шу безразлично глянула на неё. - Ты даже не знаешь самых основных манер? Ударь её. Придворная дама Цю подошла, чтобы осуществить наказание, но девушка по имени Му Цин швырнула её на пол. Придворная дама Цю пошатнулась и упала на пол. Му Цин встала неподалёку и скрестила руки на груди, провокационно глядя на Нин Шу. Она выглядела очень самодовольной, словно она только что одержала победу над Нин Шу. Нин Шу не разозлилась и лишь нахмурила брови. - Ты такая высокомерная и строптивая, несмотря на то, что жила в холодном дворце, как тебя ещё не забили до смерти? Му Цин: … На лице Му Цин появилась волчья жестокость. - Я не боюсь смерти, а вот другие – да. Вот почему я выжила. Нин Шу кивнула. Значит, она выжила даже с таким поведением, когда она постоянно обнажала клыки и размахивала лапами. - Вы – верховный и равнодушный император, зачем вам обращать внимание на такую мелочь, как я? Му Цин явно сильно ненавидела и испытывала отвращение к Нин Шу. Её руки были сжаты в кулаки, а её тело слегка дрожало. Было ясно, что она старательно пытается подавить чувства в своём сердце. Нин Шу сделала глоток чая, а потом сказала: - Ты что же это, выражаешь недовольство? - Нет, - сказала Му Цин. - Му Цин… - У меня нет имени, и меня точно не зовут Му Цин, - прервала Му Цин слова Нин Шу. Нин Шу была очень раздражена. Она была уставшей с самого начала разговора, а теперь ещё эта девушка бессмысленно прерывает её. Нин Шу вызвала тайного охранника и сказала: - Поколотить её. Только постарайтесь её не убивать. Му Цин посмотрела на Нин Шу широко открытыми от шока глазами. В её сердце всколыхнулся гнев и чувство обиды. Нин Шу спокойно сказала: - Хоть ты и наш ребёнок, ты всё равно для нас чужая. Мы можем определять твою судьбу. Ты думаешь, что мы тебе что-то должны, но, по крайней мере, ты всё ещё жива. Твой статус как принца внушал как минимум немного страха в остальных. Если бы не это, думаешь, ты бы смогла дожить до сегодняшнего дня? - Побей её. Нин Шу потёрла свой лоб. Она почувствовала рыбную сладость в своём горле, поэтому она выпила две чашки воды за один раз. Му Цин не сопротивлялась и просто прикрыла голову, припав к полу, позволяя тайному охраннику бить её. Она с силой закусила губы, поэтому сдавленные крики боли вырывались лишь изредка. - Этого достаточно, - сказала Нин Шу. Нин Шу посмотрела на Му Цин. - Теперь можешь нормально говорить? Будь хоть немного взрослее. Даже если ты выпустишь свой гнев и ненависть подобным образом, нам всё равно и мы не почувствуем никакой вины. Му Цин посмотрела на Нин Шу, а края её глаз стали немного красными. - Неужели вы не чувствуете даже капли вины по отношению к моему отцу? - Мы император. Всё, что мы делаем, имеет свои причины, - холодно сказала Нин Шу. - Мы ничего не скажем о прошлом. Даже если мы и были неправы, мы можем лишь просто продолжать быть неправыми. Прежде, Му Цин была совершенно непреклонной, но, когда она услышала слова Нин Шу, её слёзы тут пролились. - Отец продолжал говорить о вас до самой смерти, но его ждала лишь судьба быть сгнившим заживо. Вы даже не знаете, как он умер. Нин Шу почувствовала сильную головную боль, а её взгляд стал немного расфокусироваться. Она постоянно читала очищающую сердце мантру. Когда она услышала полное скорби обвинение, она почувствовала лишь раздражение. Ей осталось не так много времени, поэтому она не хотела выслушивать эти бессмысленные маленькие проблемы о любви и ненависти, обидах и возмущениях. ---------- Невероятный Беспорядок Му Цин душераздирающе разрыдалась, словно она вымещала все обиды, которые накопились у неё за последние годы. Она усердно вытирала свои слёзы, и из-за грубой ткани своей одежды натёрла своё лицо докрасна. - Ваше Величество? Придворная дама Цю увидела, что вены на лбу Нин Шу набухли и эти вены теперь выглядели очень подозрительно. Она не удержалась от вопроса: - Ваше Величество, вы в порядке? Нин Шу закрыла глаза. С тех самых пор, как она увидела Му Цин, она раздумывала о том, чтобы передать трон этой девушке. Однако теперь, когда она снова задумалась об этом, она думала о том, что это будет слишком просто. Му Цин выросла в холодном дворце, поэтому есть много вещей, которые она не понимает. Она не обладает характеристиками, которыми должна обладать правитель страны. В таком случае, будет лучше просто передать трон посредственной второму принцу. Му Цин вытерла слёзы, а потом посмотрела на Нин Шу и спросила: - Зачем я вам нужна? Не может быть, чтобы вы подумали обо мне, если бы не хотели чего-то от меня. Все пытаются воспользоваться мной. - Все? – повторила Нин Шу. На лице Му Цин снова появилась обычная насмешка. - Императрица-феникс хотел, чтобы я жила с ним и сказал, что я – дворянская дочь небесного клана, что я должна жить экстравагантной жизнью. Нин Шу нахмурила брови. - Ты знаешь императрицу-феникса? - Да откуда мне знать такого равнодушного и отстранённого человека? Если кто-то вдруг начинает проявлять к тебе много внимания, то это либо предатель, либо бандит. Две самых важных фигуры во дворце внезапно начали уделять мне внимание, так какой же ценностью я обладаю? – с насмешкой сказала Му Цин. Нин Шу потёрла свой лоб. Из-за напряжённой головной боли она даже не могла думать. Му Цин была тем, кто не обладал никакой ценностью, так почему же Лю Чанцин обратил на неё своё внимание? Или Лю Чанцин когда-то знал Му Цин? Однако Му Цин вообще не появлялась в изначальной истории, и у Му Ничан вообще не имелось о ней никаких воспоминаний. Когда Нин Шу столкнулась с Лю Чанцином этим днём, ей показалось, что он хорошо знаком с Му Цин. Му Ничан бросила Лю Чанцина в холодный дворец. Раз они оба были в холодном дворце, то Лю Чанцин и Му Цин должны были пересекаться. Значит… Лю Чанцин либо обладал своими воспоминаниями из прошлой жизни, либо он мог переродиться. С другой стороны, Лю Чанцин отвечал за весь внутренний дворец, так что было вполне нормально, что он знал о том, что в холодном дворце есть ребёнок. Однако Лю Чанцин никогда не упоминал перед Му Ничан об этом ребёнке. Головная боль Нин Шу настолько усилилась, что её голова словно была готова взорваться. У неё было слабое предчувствие, что Лю Чанцин, вероятно, прошёл через перерождение. Это было невероятно. Как можно было описать этот беспорядок? Му Сюэ, вероятно, была получателем заданий, Лю Чанцин, вероятно, прошёл через перерождение, и всё похоже на то, что они оба хотят ей отомстить. Нин Шу внезапно поняла, что приняла на себя всю вину за Му Ничан. Изначально проблема была только в наследнике, но всё стало настолько сложно. В частности, кажущееся заботливым и при этом не обеспокоенное поведение Лю Чанцина мешало ей понять, о чём именно он думает. Из-за Му Ничан он и его дочь закончили жизнь с такой жалкой судьбой, поэтому, если Лю Чанцин переродился с теми прошлыми воспоминаниями, то он обязательно сделает что-нибудь, чтобы отомстить. Нужно было действовать быстрее. Нин Шу спросила у Му Цин: - Ты умеешь читать? - Как человек вроде меня, которому приходилось бороться за жизнь на грани голода, должен уметь читать? – с насмешкой ответила Му Цин. Выражение лица Нин Шу стало холодным. - Говори, как полагается. Ты умеешь читать? Му Цин закусила губы с недовольным выражением лица. - Немного умею. - Подойди сюда и прочитай эту запись, - сказала Нин Шу. На лице Му Цин промелькнуло выражение шока и замешательства, но, в итоге, она покорно взяла запись и начала читать. Она часто запиналась, пока читала запись, а её лоб постепенно покрылся потом. После того, как она с огромным трудом закончила читать, она закрыла запись и положила её на стол. Нин Шу тёрла лоб так, словно от этого зависела её жизнь. - О чём говорится в этой записи? Му Цин презрительно поджала губы. - В этой записи местный чиновник написал извинение за то, что ещё не заплатил налоги. Нин Шу глянула на Му Цин, а потом спросила: - Как думаешь, как бы ты решила этот вопрос? ---------- А Можно Не Держаться За Руки?! - Я не знаю, - прямолинейно ответила Му Цин. – Зачем вы попросили меня коснуться этих записей? Не может же быть, что вы хотите передать мне трон в качестве компенсации, верно? Нин Шу почувствовала, что эта Му Цин очень умна. Она просто часто не закрывает свой рот и говорит всё, что думает. - Думаешь, на троне так удобно сидеть? Нин Шу вызвала тайных охранников и сказала им отвести Му Цин обратно в холодный дворец. Выражение лица Му Цин было наполнено замешательством, когда она уходила. Она не могла понять, что имела в виду император. Нин Шу отправила несколько тайных охранников, чтобы следить за каждым движением Му Цин. Она хотела знать, изменится ли как-то поведение Му Цин после этой встречи. После того, как Му Цин ушла, придворная дама Цю помогла Нин Шу добраться до постели. Мысли Нин Шу метались с одной темы на другую. Она думала о Лю Чанцине, Му Сюэ и о вопросе Му Цин. Ей нужно было разобраться со слишком большим количеством вещей. Из-за боли в её теле она вообще не смогла уснуть. Словно иглы постоянно втыкались в её мозг. На следующий день, когда Нин Шу вернулась с очередного агонизирующего заседания двора, она обнаружила, что возле входа во дворец для отдыха её поджидает Лю Чанцин. Нин Шу было так больно, что у неё не осталось никаких сил. Она не хотела уделять внимание Лю Чанцину. Лю Чанцин подошёл к Нин Шу, держа в руке коробку для еды. Он был на голову выше Нин Шу и в его голосе послышался вздох, когда он сказал: - Ваше Величество! Нин Шу: →_→ - Императрица-Феникс, ты что-то хотел? – спросила Нин Шу. На лице Лю Чанцина появилась слабая улыбка. При свете утреннего солнца его лицо словно обрело тёплый ореол, от которого его обычно холодное и безразличное лицо стало излучать некоторое тепло. - Чанцин пришёл, чтобы принести Вашему Величеству питательный суп. Телу Вашего Величества требуется больше питания. Почему снова этот суп? Нин Шу даже не знала, что сказать. Нин Шу приподняла уголки своих губ, глядя на Лю Чанцина. Она никак не могла понять, прошёл ли он через перерождение. - Почему Ваше Величество так смотрит на Чанцина? – спокойно спросил Лю Чанцин. Нин Шу хотела улыбнуться, но её лицо было напряжённым и перекошенным, поэтому она могла лишь безразлично сказать: - Императрица-Феникс, ты такой же грациозный и утончённый, как и тогда, когда был молодым. Лю Чанцин не ответил на это и просто достал суп, чтобы поставить его перед Нин Шу. - Ваше Величество, вы должны выпить этот суп. Если он остынет, то на вкус будет жирным. Нин Шу покачала головой. - Императрица-Феникс, мы не хотим пить такой жирный суп так рано утром. Лю Чанцин поджал губы, а потом, наконец, горько улыбнулся. - Раз Ваше Величество не хочет его пить, тогда это сделает Чанцин. После этого Лю Чанцин выпил половину чаши супа прямо перед Нин Шу. Нин Шу приподняла брови. Что Лю Чанцин подразумевал под этим? Неужели он пытался этим сказать ей, что суп, который он принёс, не отравлен? Лю Чанцин вздохнул, а потом сказал: - Ваше Величество, Чанцин видит, что ситуация с вашим телом не очень хорошая. Чанцин лишь надеется, что Ваше Величество будет здорова и невредима. Нин Шу выпила кружку воды, чтобы проглотить кровь, которая поднималась в её горле. - Премного благодарна за беспокойство императрицы-феникса. Мы просто не очень хорошо себя чувствуем. Это просто старые недуги. Лю Чанцин снова поджал губы. Прошло некоторое время, прежде чем он сказал: - Ваше Величество, вы всё ещё принимаете те пилюли бессмертия? Нин Шу кивнула, изображая беззаботность. - Принимаем. Если мы не будем их принимать, то у нас не останется энергии. Нам ещё столько правительственных дел нужно уладить. А принятие этих пилюль придаёт нам чуть больше энергии. Лю Чанцин протянул свои худощавые руки, чтобы взять Нин Шу за руку. Нин Шу почувствовала идущий от него слабый запах чистоты и элегантности. Нин Шу: Охренееееть! А можно не держаться за руки?! Он что, умрёт, если они просто нормально поговорят? Нин Шу чувствовала, какой напряжённой была её рука. Из-за боли, все мышцы в её теле были крайне напряжены, поэтому её руки больше не обладали тем блеском и той мягкостью, которые обычно были у женских рук. Однако этот Лю Чанцин всё продолжал постоянно тянуться к её руке. ---------- Что с Этим Супом?! Лю Чанцин опустил голову и посмотрел на руку Нин Шу. Вены на руке подозрительно набухли, а суставы торчали сквозь кожу. Нин Шу вытянула свою руку из его хватки и спрятала её в рукаве. Лю Чанцин посмотрел на Нин Шу, его взгляд слегка заблестел с намёком на слёзы. - Ваше Величество, выпейте немного супа, ладно? Нин Шу: … Суп, суп, да что с этим супом?! Какого чёрта? Лю Чанцин поднял чашу к губам Нин Шу. Судя по всему, он собирался заставить её выпить суп. Нин Шу сделала символический глоток, но Лю Чанцин снова сказал: - Ваше Величество, пожалуйста, выпейте ещё немного. Нин Шу плотно нахмурила брови, а потом покачала головой. - Мы больше не хотим пить. Если она продолжит пить, то это лишь увеличит нагрузку на её тело. Лю Чанцин поджал губы, а потом отставил чашу. Он взял руку Нин Шу и посмотрел на неё. - Ваше Величество, вашему телу нужно восстановление. Пилюли бессмертия только ещё больше ослабляют ваше тело. Нин Шу кивнула, а потом они снова оба замолчали. Лю Чанцин взял коробку из-под еды, а потом сказал: - Ваше Величество, тогда Лю Чанцин пойдёт. Нин Шу снова кивнула. Лю Чанцин застыл на мгновение, а потом спокойно ушёл. Как только Лю Чанцин ушёл, Нин Шу тут же прижалась к колонне. Охренеть! Её ноги совсем ослабли. Они постоянно тряслись от боли. - Ваше Величество! Ваше Величество… Придворная дама Цю торопливо вошла во дворец. Так как она слишком спешила, она чуть не споткнулась о порог. - Четвёртый принц скончалась. Нин Шу резко стошнило кровью. Придворная дама Цю поспешила подойти, чтобы поддержать шатающееся тело Нин Шу. Нин Шу вытерла кровь со рта. - Что произошло с четвёртым принцем? - Четвёртый принц скончалась, - просто повторила придворная дама Цю. - Чепуха! Четвёртый принц этим утром была на заседании двора! – яростно сказала Нин Шу. – Так что же произошло? - Кронпринц и четвёртый принц подрались. Эта служанка тоже не знает подробностей. Кронпринц сейчас во дворе. Придворная дама Цю подошла, чтобы поддержать Нин Шу. - Принести паланкин, - сказала Нин Шу. Нин Шу села в паланкине и её понесли в придворный дворец. Му Сюэ стояла на коленях на полу, а Му Яо лежала на носилках, и её тело было накрыто белой тканью. Рядом с носилками был мужчина в небесно голубых одеждах. Все окружающие министры переговаривались между собой. Это был серьёзный инцидент, поэтому, конечно же, все министры пришли ко двору. Нин Шу стерпела сильную боль в своём теле, чтобы подойти и поднять белую ткань, открывая бесцветное лицо Му Яо. Воротник её одежды был в крови. - Императорский Лекарь! Императорский Лекарь, подойди сюда и взгляни на Четвёртого Принца! – изо всех сил закричала Нин Шу. Кровь начала подниматься в её горле, но она заставила себя проглотить её. Императорский лекарь поспешно подошла, чтобы осмотреть Му Яо. Она проверила пульс, её зрачки, а потом встала на колени перед Нин Шу. - Четвёртый принц действительно скончалась. На её затылке очень серьёзная рана от удара. Нин Шу пошатнулась, когда она с недоверием уставилась на Му Яо. Её голос охрип, когда она сказала: - Что именно произошло? Мужчина, стоящий на коленях рядом с трупом Му Яо, поклонился Нин Шу. В его голосе была глубокая печаль и ненависть. - Ваше Величество, Юань Цзюнь может быть свидетелем. Её Высочество была убита кронпринцем! Глаза Нин Шу налились кровью, а вены на лбу надулись. Её вид был крайне шокирующим. - Кронпринц, что происходит? Мы… - Нин Шу сделала глубокий вдох. – Скажи нам причину. Причину, которая довела тебя до убийства твоей собственной сестры. Брови Му Сюэ были плотно нахмурены. Она поклонилась и скорбно произнесла: - Мать-Император, эта покорная дочь обвинена ошибочно. Это Четвёртая Императорская Сестра первой атаковала. Эта покорная дочь только оттолкнула её, а потом она упала на пол. Тело Нин Шу серьёзно трясло. - Она умерла от одного только толчка?! Выражение лица Му Сюэ было холодным. - Эта покорная дочь тоже не знает, как это произошло. ---------- Лишите Титула Бесспорного Наследника - Если ты не знаешь, что происходит, то как мы можем знать, что происходит? Нин Шу сорвала нефритовый кулон, который был привязан к её поясу, и бросила его в Му Сюэ. Му Сюэ изначально хотела увернуться, но, в итоге, не стала этого делать, поэтому нефритовый кулон ударил её прямо в бровь. Её лоб тут же начал опухать. Нефритовый кулон упал на пол и разбился. - Ты же была под домашним арестом! Зачем ты прибежала в резиденцию Четвёртого Принца?! – Нин Шу гневно уставилась на Му Сюэ. – Мы приказали тебе размышлять в уединении, и всё же, ты не подчинилась императорскому указу. Кронпринц, ты практически никак не считаешься ни с законом, ни с природной моральностью. Ты хочешь прямо сейчас захватить наш императорский трон, так ведь? Му Сюэ поклонилась ещё сильнее, и испуганно сказала: - Эта покорная дочь не смеет. Эта покорная дочь клянётся, что у неё не было таких намерений. Му Сюэ сделала глубокий вдох. Когда она увидела взгляд Нин Шу, наполненный настороженностью и ненавистью, когда та посмотрела на неё, Му Сюэ поспешила продолжить биться головой о пол и повторять: - Эта покорная дочь была обвинена ошибочно. Нин Шу вытерла свои слёзы, а потом с яростью сказала: - Как самая старшая сестра, как бесспорный наследник всего, ты не сочувствовала гражданам ранее, а теперь ещё и не заботишься о своих сёстрах. И как мы теперь должны передать тебе страну Лилейник, когда ты ведёшь себя подобным образом? Нин Шу больше не могла стоять прямо. Она немного пошатнулась, поэтому придворная дама Цю поспешно подошла к ней, чтобы поддержать её, пока кто-то принесёт стул. - Что за причина заставила тебя не подчиниться императорскому указу и прибежать в резиденцию Четвёртого Принца, в то время, когда ты должна была быть в уединении? Му Сюэ стояла на коленях на полу, прижавшись лбом к полу, и молчала. Что бы она сейчас ни сказала, это будет неправильно. Му Сюэ краем глаза глянула на Нин Шу, которая теперь сидела на стуле. Её выражение лица было крайне зловещим, словно она готова разорвать кого-нибудь на части. На лице Му Сюэ появился след холодной насмешки. Ну, разве это не душещипательная боль, когда ты теряешь дочь, которую любишь больше всех? - Почему вы, девчата, вообще начали ссориться? Кронпринц, ты что, онемела? Тело Нин Шу серьёзно трясло. Му Сюэ крепко стиснула губы. Могла ли она сказать о том, что услышала, будто в резиденции четвёртого принца находится мантия дракона? Это были неоспоримые вести. Искусный ремесленник помог Му Яо сшить мантию дракона. Вот почему она рискнула посетить резиденцию четвёртого принца и приказать её подчинённым найти следы мантии дракона. Когда она пришла в резиденцию четвёртого принца, она увидела, что Му Яо и Юань Цзюнь завтракают и очень мило кормят друг друга. Она лишь вскользь сказала: - А вы двое выглядите такими любящими. Му Яо тут же резко огрызнулась на неё: - Что Старшая Императорская Сестра под этим подразумевает? Неужели мне неправильно быть любящей, по отношению к моему мужу? Возможно, потому что в голосе Му Сюэ был лёгкий намёк на насмешку, и так вышло, что Му Яо остро это почувствовала. Му Яо начала шумно требовать, чтобы Му Сюэ объяснила, что она имела в виду под этими словами. Му Сюэ это стало немного раздражать, поэтому она протянула руку и оттолкнула в сторону Му Яо, устраивающую шумиху. Один этот толчок и стал причиной всего инцидента. Му Яо потеряла равновесие, а когда она упала, она стукнулась головой об угол стола. Всё это произошло так внезапно, что даже Му Сюэ не успела отреагировать. И теперь Му Сюэ стояла на коленях на ледяных плитках пола. Её сердце застыло. Она попала в чью-то ловушку. Однако она быстро успокоилась и перестала говорить, что её обвинили ошибочно. Вместо этого она сказала: - Эта покорная дочь толкнула Му Яо, но эта покорная дочь никогда не думала о том, чтобы убить четвёртого принца. Эта покорная дочь не достойна титула бесспорного наследника. Мать-Император, прошу, лишите эту покорную дочь этой должности. - Ваше Величество, пожалуйста, умерьте свой гнев! Как можно так беспечно лишать титула бесспорного наследника? Все министры встали на колени, чтобы молить о снисхождении для Му Сюэ. - Ваше Величество, если вы лишите её титула бесспорного наследника, то это дестабилизирует страну. Ваше Величество, пожалуйста, передумайте. Этот инцидент с четвёртым принцем был лишь несчастным случаем. Министр вышел вперёд с записью в руках и протянул её, слегка поклонившись. Нин Шу глянула на министров, стоящих на коленях, а потом на Му Сюэ, которая тоже стояла на коленях, с выражением искреннего сожаления. Так они ей угрожают?! ---------- Похороните Четвёртого Принца Просьба Му Сюэ о том, чтобы её лишили должности бесспорного наследника, была просто атакой, замаскированной под отступление. В таком случае министры будут давить на Нин Шу. Нин Шу посмотрела на всех этих людей, а потом насмешливо сказала: - Это наша дочь умерла. Вы же, люди, не чувствуете никакой боли, если только вопрос не будет связан лично с вами. Му Сюэ, твоя младшая сестра умерла из-за тебя. Неужели ты не чувствуешь никакой вины? Му Сюэ стукнулась лбом об пол и заговорила тихим подавленным голосом, в котором был намёк на произнесение через нос. - Эта покорная дочь никогда не думала об убийстве Четвёртой Императорской Сестры. Эта покорная дочь не достойна быть бесспорным наследником. Мать-Император, прошу, лишите эту покорную дочь этой должности. Министры тут же снова начали ныть. - Ваше Величество, пожалуйста, передумайте! На лице Нин Шу появилась усталость. В итоге, она небрежно махнула рукой и сказала: Кронпринц будет размышлять в изоляции. Без нашего указа она не должна ни на шаг выходить из резиденции кронпринца. - Эта покорная дочь кланяется с благодарностью за милость Матери-Императора. Му Сюэ поклонилась. Нин Шу посмотрела на Му Яо, лежащую на носилках. - Приготовьте гроб для четвёртого принца. Нин Шу пошатывалась, даже когда просто шла. Если бы не придворная дама Цю, что поддерживала её, то она, вероятно, уже упала бы. Му Сюэ посмотрела в спину Нин Шу, и её взгляд был мрачным. Как только Нин Шу вернулась в свой дворец для отдыха, она слабо рухнула на постель. Прошло немало времени, после чего она смогла сказать: - Как можно скорее похороните четвёртого принца. Придворная дама Цю сказала, что всё поняла. Однако, поскольку готового гроба для Му Яо не было, Нин Шу выделила для неё императорский гроб Му Ничан. Министры хотели сказать, что это не соответствует традициям, но, когда они увидели красные глаза Нин Шу, наполненные холодным гневом, они не посмели больше ничего говорить. С самого начала кронпринц была не права в этом вопросе. Однако же, кронпринц была лишь под домашним арестом, в то время как четвёртый принц умерла. Министры и так уже были в опасном положении, после того, как заступились за кронпринца, поэтому они не смели больше провоцировать Нин Шу. Труп четвёртого принца был упакован в гроб с максимально возможной скоростью, и похороны начались на следующий день. Всем говорилось, что император не смогла смириться со смертью четвёртого принца и просто хочет упокоить её как можно скорее. Но был и другой слух, гласящий, что она делает это для защиты кронпринца. Позже, вечером, главный дворец был повсюду увешан белыми тканями. Крошечный огонёк слабой масляной лампы периодически мерцал. В центре помещения был поставлен великолепный гроб, и это зрелище было слегка зловещим. Нин Шу с огромным трудом вошла в главный дворец и открыла гроб. Она протянула руку и похлопала Му Яо по лицу, приговаривая: - Эй, очнись. Лицо Му Яо было посеревшим, а сама она была красиво одета и неподвижно лежала в гробу. Нин Шу нетерпеливо защемила нос Му Яо. Поначалу Му Яо всё ещё могла терпеть, но, в итоге, она больше не выдержала и открыла рот, чтобы вдохнуть. - Оййй, моя голова, - Му Яо с трудом села, а потом потёрла свой затылок. – Мать-Император, голова этой покорной дочери так болит. Почему вы не забинтовали её ради этой покорной дочери? - Ты уже мертва, так какой смысл тратить на это усилия? Нин Шу махнула рукой, и снаружи вошли тайные охранники. Они несли камни, которые они быстро сложили в гроб. - Крепко заколотите гроб, - приказала Нин Шу. Она прислонилась к колонне во дворце, а потом посмотрела на Му Яо, которая всё ещё тёрла свою голову. - В будущем, просто живи хорошо с Юань Цзюнем. Он сказал нам, что отправится на императорское кладбище, чтобы присматривать за твоим духом. Нин Шу видела, что нынешний Юань Цзюнь был не совсем таким, как в изначальной истории. Нынешний Юань Цзюнь очень страдал от критики, куда бы он ни пошёл, потому что он лишился своей невинности. Какими амбициями он бы ни обладал, в такой среде они неизбежно сокращались. Более того, Нин Шу видела, что смерть Му Яо нанесла Юань Цзюню серьёзный удар. Всё же, Му Яо искренне заботилась о Юань Цзюне и, во времена отчаяния, Му Яо была рядом с ним и не отворачивалась от него. Он планировал провести остаток своей жизни на безлюдном императорском кладбище и быть хранителем могилы. - Спасибо, Мать-Император. Эта покорная дочь всё поняла, - с улыбкой сказала Му Яо. - Спасибо вам за всё, что вы сделали для этой покорной дочери. Нин Шу кивнула в ответ. - Эта покорная дочь теперь отправится в путешествие по миру, - сказала Му Яо. – Эта покорная дочь будет путешествовать по миру с Юань Цзюнем и другими людьми, которых эта покорная дочь любит. ---------- Эй, Очнись Охренеть, у Му Яо теперь будет такая хорошая жизнь, аж завидно. А вот жизнь Нин Шу была полна боли. Она скоро умрёт, но всё равно проводит каждый день, беспокоясь о всяких вещах. - Уходи завтра с похоронной процессией. Мы отправим людей, чтобы защищать вас, - сообщила Нин Шу. – Не позволяй никому узнать тебя. Ты это сможешь сделать? - Эта покорная дочь сможет, - Му Яо постучала себя по груди, пообещав: - Эта покорная дочь не доставит хлопот Матери-Императору. Нин Шу увидела, что тайные охранники уже закончили заколачивать гроб, поэтому она погладила Му Яо по плечу, а потом развернулась и ушла из дворца. На следующий день Нин Шу наблюдала за тем, как длинная похоронная процессия покидает дворец. Му Яо смешалась с процессией. Она обернулась назад и глянула на Нин Шу, стоящую на возвышении. Она хотела помахать на прощание, но приняла во внимание нынешнюю ситуацию и могла лишь покорно уйти вместе с процессией. Нин Шу выдохнула с облегчением, когда увидела, что Му Яо ушла из дворца, а потом она забралась в свой паланкин и отправилась во дворец. Нин Шу несколько дней не посещала императорский двор. Она и без того не хотела ходить на заседания двора, а теперь у неё, наконец-то, было оправдание этого не делать. То есть, она притворилась убитой горем от потери дочери и не хотела посещать заседания двора. Она бы убила того, кто решил бы затащить её на заседание. Это позволило разбитому телу Нин Шу немного отдохнуть. Плохой новостью было то, что этого инцидента было недостаточно, чтобы убрать кронпринца с должности бесспорного наследника. Степени проступка было просто недостаточно. Более того, причина, почему министры были так настроены против неё, была в том, что Му Яо уже была мертва. Незачем было тащить живого человека вслед за мёртвым. Те, кто умерли, уже больше не имеют никакой ценности, и даже у живой, статус Му Яо был не таким важным, как у Му Сюэ. Му Сюэ была под домашним арестом, но Лю Чанцин ничего не сказал. Он продолжил приносить Нин Шу питательный суп, а потом хватался за её уродливую руку и увещал: - Ваше Величество, вам нужно лучше заботиться о своём здоровье. Нин Шу: … Она действительно не могла понять, что имел в виду Лю Чанцин. Позже, вечером, Нин Шу приказала привести Му Цин, которой она уже долгое время пренебрегала. Му Цин всё ещё носила самые обычные одежды плохого качества. Когда она увидела Нин Шу, на её лице появилось опасение и замешательство. - Зачем вы меня искали? Му Цин теперь всё время была очень осторожна. Она действительно не знала, что эта номинальная мать пытается сделать, пренебрегая ей, поэтому ей приходилось быть очень осторожной в холодном дворце. Она не могла избавиться от чувства, что у этого человека дурные намерения. Когда Нин Шу увидела, что Му Цин ведёт себя, словно разозлённый ёж, она спросила: - У тебя в последнее время всё хорошо было? Му Цин: … Нынешние чувства Му Цин можно было выразить только тысячей грязно-травянистых лошадей*. Она спрашивает о том, хорошо ли ей было? Да это же явно насмешка. Император издевалась над ней. Му Цин ухмыльнулась. - У меня всё очень и очень хорошо. Нин Шу кивнула, потом взяла запись. - Подойди сюда и прочитай это. Му Цин раздражённо почесала свой затылок, потом взяла запись и начала читать. После того, как она закончила, Нин Шу спросила её, как решить содержащийся в записи вопрос, и Му Цин прямо сказала, что она не знает. Нин Шу глянула на неё, а потом взяла ещё одну запись и попросила её прочитать. После того, как Му Цин закончила читать, Нин Шу спросила: - Если бы это была ты, как бы ты разобралась с этим вопросом? Что думал министр, который написал эту запись? - Я не знаю, ответила Му Цин. Нин Шу взяла ещё одну запись. - Прочитай. Наконец, Му Цин поняла. Если она не придумает решение проблемы, то она так и продолжит читать записи. Вот ведь треклятая старая ведьма. ____________________ Примечание: * Об этом уже говорилось, но повторю: грязно-травянистые лошади – это омофон (слова, которые звучат похоже, но имеют разное написание и значение) фразы "ёб твою мать". Используется в китайском интернете для обхода цензуры. Буквальное же значение грязно-травянистых лошадей – это разновидность альпаки. ---------- Из-за Бесполезности 2333 Нин Шу виделась с Му Цин только по ночам. Как только наступал рассвет, Му Цин возвращали обратно в холодный дворец. Ей вообще не было дела до того, как живёт Му Цин. Ей не было дела до того, достаточно ли Му Цин ест в холодном дворце, достаточно ли тёплая у неё одежда и всякое такое. На самом деле, Му Цин была очень умной. Всё же, она смогла выжить в холодном дворце, так что у неё были свои способы выживания. Му Цин не смела распространяться об этом вопросе. Она не смела говорить, что император заставляет её каждую ночь читать записи и даже учит её тому, как управлять страной. Му Цин не знала, чего старая ведьма пыталась этим добиться, но она знала, что если расскажет об этом инциденте, то единственная судьба, которая ей достанется – это смерть, особенно учитывая то, что всё ещё имелась бесспорный наследник. Старая ведьма практически жарила её на огне. Му Цин была постоянно на взводе, пока была в холодном дворце. Нин Шу была вполне удовлетворена поведением Му Цин. Если бы та начала вести себя высокомерно или подозрительно, словно удача повернулась к ней лицом, то Нин Шу больше не стала бы обращать внимания на Му Цин. Люди должны всегда быть настороже. Нин Шу считала, что причина таких её страданий в том, что она была недостаточно настороже. Если бы не это, то она бы не оказалась под воздействием проклятия и не страдала бы в аду на земле. Самой удручающей частью всё ещё был 2333, этот система. Он даже не сказал ей, что она столкнулась с проклятым предметом. - Такие вещи не оставляют следа, так что я не смог бы его выловить. Почему ты пытаешься переложить всю вину на меня? – озлобленно спросил 2333. Нин Шу: →_→ С самого начала это всё произошло из-за бесполезности 2333. Нин Шу чувствовала, что она долго не продержится, потому что к этому времени она уже не могла даже ходить. Все вены на её теле вспучились, а само её тело было всё в синяках. В её сердцебиении больше не было ритма. Когда Лю Чанцин пришёл навестить Нин Шу и увидел, что Нин Шу неподвижно сидит на стуле, он подошёл к Нин Шу и сказал: - Ваше Величество, вы больны. Вызовите императорского лекаря, ладно? - Мы в порядке, - безразлично ответила Нин Шу. Она продолжила смотреть на запись, лежащую перед ней. Лю Чанцин потянулся и взял руку Нин Шу. Пальцы Лю Чанцина были худощавыми и похожими на нефрит, отчего рука Нин Шу выглядела ещё более серой на контрасте с ними. Нин Шу хотела выдернуть свою руку, но Лю Чанцин не отпустил. - Ваше Величество, вы избегаете Чанцина. - Мы не избегаем. Нин Шу не хотела обсуждать всякие банальные вещи. Лю Чанцин спросил: - Ваше Величество, вы собираетесь сегодня посетить Дворец Насест Феникса? Ни за что, зачем? Нин Шу ответила: - У нас много дел, так что мы не придём. Лю Чанцин грациозно улыбнулся. - Ваше Величество, следите за своим здоровьем. Нин Шу кивнула. Лю Чанцин отсалютовал ей, а потом развернулся и медленно ушёл. Наконец-то он ушёл! Нин Шу стошнило кровью. Это так раздражало. Лю Чанцин приходил каждый раз, как у него выдавалось свободное время, чтобы освежить своё ощущение присутствия. Что он под этим подразумевал? Нин Шу как раз закончила выплёвывать кровь, когда Лю Чанцин вернулся. Нин Шу была так ошарашена, что её чуть снова не стошнило кровью. Её лицевые мускулы исказились, когда она посмотрела на Лю Чанцина и спросила: - Лю Чанцин, ты… Лю Чанцин сказал: - С этих пор Чанцин будет жить вместе с Вашим Величеством, чтобы присматривать за здоровьем Вашего Величества. Нин Шу: Бляяяяяяя… Жить вместе?! Нин Шу холодно сказала: - Нам не нужно, чтобы Императрица-Феникс лично присматривал за нами. Мы хорошо понимаем своё тело. - Ваше Величество, вы не понимаете. Лю Чанцин покачал головой. - Мы сказали, что нам не нужно, чтобы ты присматривал за нами. Если у тебя так много свободного времени, то иди и дисциплинируй свою собственную дочь. Погляди на всё, что она натворила! Нам даже не хочется всё перечислять! – холодно сказала Нин Шу. ---------- Что Думаешь? Лю Чанцин поджал губы. На его лице промелькнул след обиды, а потом он, наконец, спросил: - Ваше Величество, почему вы всегда так недовольны Сюэ эр? Недовольна? Если бы Му Сюэ была всё ещё изначальной Му Сюэ, то Нин Шу просто передала бы ей трон, но теперь внутри тела Му Сюэ был мужчина, и этот мужчина даже получатель заданий, которые использовал на ней зловредное проклятие. Даже если ей придётся использовать всю энергию до последней капли, что есть в ней, она всё равно должна утащить с собой кого-нибудь умирать, чтобы этот человек послужил ей подушкой. Нынешняя ситуация была прямо как в изначальной истории. Она, как и Му Ничан, собиралась стащить Му Сюэ с должности бесспорного наследника. Даже если ей это не удастся, она всё равно не собирается позволить Му Сюэ так легко стать императором. - Это просто глубокая ненависть от слишком большой любви. Дело не в том, что мы недовольны, а в том, что она делает вещи, которые нас разочаровывают. Му Яо умерла из-за неё, а она даже ни капли не пожалела об этом и даже угрожала нам уходом с её должности. Разве таково поведение сожаления и желания измениться? Она просто пытается нам угрожать! – холодно сказала Нин Шу. - Больше не беспокой нас, и нам также не нужно, чтобы ты присматривал за нами, - Нин Шу небрежно махнула рукой. - Нам ещё нужно разбираться с государственными делами. Внутренний двор не должен вмешиваться в политику. Неужели Императрица Феникс желает наблюдать, как мы разбираемся с государственными делами? Лю Чанцин поджал губы, а потом сказал: - Чанцин перешёл границы допустимого. Лю Чанцин снова отсалютовал Нин Шу, а потом развернулся и ушёл. Со спины его фигура казалась очень печальной, но Нин Шу было на это наплевать. - Помоги нам лечь в постель, - сказала Нин Шу, обращаясь к придворной даме Цю. Пока она сидела на стуле, она уже перестала чувствовать свою нижнюю половину. Она словно онемела. Похоже, что даже кровь там не циркулировала. Нин Шу мысленно прочитала очищающую сердце мантру и, каким-то образом, ей удалось задремать. Когда она проснулась, придворная дама Цю стояла у постели с чашкой чая. Она сказала: - Ваше Величество, во дворце появился дурной слух. Сердце Нин Шу было совершенно спокойно. Она сделала глоток чая. - Что произошло? - Ходит слух, что здоровье Вашего Величество отказывает, что скоро… император умрёт, - придворная дама Цю рухнула на колени. – Ваше Величество, эта служанка клянётся, что никому ничего не говорила и регулярно предупреждала других слуг. Эта служанка не знает, откуда об этом прознали. Нин Шу особо не возражала. Даже у стен есть уши. Она просто старалась сохранить это в секрете как можно дольше. Она и не планировала пытаться держать это в секрете вечно. Она заставила своё почти мёртвое тело прийти на заседание двора. В итоге, едва только её задница коснулась трона дракона, как куча министров принесли свои записи и стали шумно галдеть, убеждая Нин Шу как следует отдохнуть и восстановиться. Спустя некоторое время они, наконец, сказали Нин Шу снять домашний арест кронпринца, чтобы теперь кронпринц присматривал за страной. С самого начала и до конца выражение лица Нин Шу: →_→ Вся ситуация с её отравлением и тем, что её тело отказывало, было, вероятно, делом рук Му Сюэ. Прошла уже половина месяца с тех пор, как её поместили под домашний арест, и всё же, ей уже стало так скучно, что она решила всех расшевелить. Му Сюэ, вероятно, и была той, кто распространил эти слухи. - Наше тело в полном порядке. Когда мы действительно умрём, тогда мы и позволим ей выйти, чтобы присматривать за этой страной, и быть императором, - резко сказала Нин Шу, а потом развернулась и ушла. Нин Шу чувствовала, что ей осталось недолго жить. Если не произойдёт ничего неожиданного, то она испустит свой последний пердёж в течение десяти дней. Она, вероятно, уже на финишной прямой к своей смерти. Её тело уже больше не чувствовало сильной боли, а её концентрация тоже была довольно хорошей. Она ускорила процесс обучения Му Цин по ночам. Нин Шу просто запихивала в Му Цин всё, что было в голове изначального хоста. А что насчёт того, сможет ли Му Цин всё это понять? К ней это уже не имело никакого отношения. Му Цин теперь уже была гораздо спокойнее, когда видела Нин Шу. По крайней мере, она сдерживала свой гнев и ярость. Она не называла Нин Шу "Мать-Император" и называла её лишь "Ваше Величество". - Вы правда скоро умрёте? – спросила Му Цин. Нин Шу глянула на Му Цин, а потом выплюнула в плевательницу полный рот чёрной крови. Она вытерла свой рот, а потом сказала: - Как думаешь, долго я ещё протяну подобным образом? Му Цин: … Охренеть. Как это было страшно. Как она может так спокойно говорить о том, что скоро умрёт? Треклятая старая ведьма. ---------- Не Стоит Терять Надежду Му Цин посмотрела на Нин Шу с противоречивым выражением на лице. - Разве вы не император? Почему бы вам не позвать императорских лекарей, чтобы они на вас взглянули? - Даже если они посмотрят, это будет бесполезной тратой усилий. Они всё равно не смогут меня спасти, так что нет смысла тратить их время, - равнодушно ответила Нин Шу. – Мы уже закончили писать черновик указа об изменении наследника. Нин Шу выдала Му Цин военную печать. - Это – военная печать для мобилизации императорской стражи города Лилейник. Мы придумаем способ разобраться с кронпринцем, но, если мы не сделаем это вовремя, то тебе придётся с ней сражаться. Если ты не сможешь победить её и умрёшь, тогда ты, блин, заслужила это. Му Цин: … Самым зловредным существом было сердце женщины. Эта старая ведьма затащила её в это, а потом умрёт, чтобы избавиться от проблем и перекинуть их на неё? Как можно троллить людей подобным образом? - Завтра мы представим тебя всем министрам. С этих пор ты теперь пятый принц, Му Цин, - Нин Шу сделала паузу, чтобы отдышаться, а потом добавила: - Приготовься, как полагается. Му Цин поджала губы. - Даже если вы и делаете это, я всё равно вас ненавижу. - Какое отношение твоя ненависть имеет к нам? Впрочем, если это сделает тебя счастливой. Нин Шу ничуть не возражала. Му Цин почувствовала себя всерьёз беспомощной. Как в мире может существовать такой человек? На следующий день Му Цин поддерживала Нин Шу, когда та направлялась на заседание двора. Му Цин теперь была одета в роскошные одежды, отчего она стала обладать гораздо более внушительной аурой и выглядеть гораздо красивее. Император внезапно привела на заседание женщину, поэтому все министры были озадачены и с любопытством изучали взглядами Му Цин. Нин Шу прямо сказала: - Это – пятый принц Му Цин. Она выросла в холодном дворце. Теперь мы добавляем её имя к записям императорского клана. Все министры встали на колени и высказали свои поздравления. А насчёт того, о чём они действительно думали, кто знает? В любом случае, Му Цин теперь была в поле зрения всех министров. Объявив личность Му Цин, всё остальное прошло согласно обычаям. Нин Шу не назначила для Му Цин жизнь в роскошном дворце, а вместо этого нашла дворец рядом с холодным дворцом, чтобы она, пока что, жила там. Как только резиденция нового принца будет построена, она переедет жить в эту резиденцию. Из-за такого поведения люди никак не могли понять, нравится ли на самом деле Нин Шу эта Му Цин. Словно её совсем не заботило появление этого нового пятого принца. Нин Шу передала Му Цин всю власть, что у неё была на руках. Если Му Цин всё равно не сможет победить Му Сюэ со всем этим, тогда Нин Шу больше ничего не могла сделать. У неё и без того не было особой надежды на выполнение этого задания. Слухи начали всё ухудшаться. В них даже говорилось, что императору жить осталось недолго. Министры постоянно просили Нин Шу позволить Му Сюэ выйти из-под домашнего ареста, чтобы присматривать за страной. Нин Шу была спокойна, как гора Тайшань. Она не обращала внимания на этих людей. Этот папочка всё равно скоро умрёт, так какого чёрта этому папочке вас бояться? Если вы хотите убедить императора покончить жизнь самоубийством, то так будет даже лучше. Мы можем умереть все вместе. Впрочем, эти министры не смогут заставить себя совершить самоубийство. Они просто пытались выслужиться перед Му Сюэ, этим будущим императором, так как Нин Шу, похоже, была уже на последнем издыхании. - Разве вы не можете просто попросить императорского лекаря взглянуть на вас? Каждый раз, как Му Цин видела эту старую ведьму, которая была скорее мёртвой, чем живой, у неё волосы дыбом вставали. Зрелище этой старой ведьмы, которую тошнило кровью без малейших изменений в выражении лица, бросало вызов её хрупкому здравомыслию. Нин Шу вытерла платком чёрную кровь с уголков своего рта, а потом тихо сказала: - Когда ты взойдёшь на трон, разберись с людьми из этого списка соответствующим образом. Му Цин презрительно поджала губы. - С чего вы взяли, что я смогу сесть на трон? Вы явно выглядите уверенной в этом. Вам не стоит забывать, что у вас всё ещё есть законный наследник. - Тогда отдай нам военную печать. Нин Шу глянула на Му Цин. Му Цин тут же сказала: - Вы же император, как правитель может быть таким переменчивым со дня на день? Разве вам не стыдно требовать от меня вернуть то, что вы уже мне подарили? - Хмф. Ты явно притворяешься, - Нин Шу закатила глаза. – Кто знает, сколько в тебе желания заполучить трон, но ты всё равно настаиваешь на том, чтобы вести себя подобным образом. Ради кого ты притворяешься? Раз ты хочешь быть императором, то ты должна понимать свои обязанности. Му Цин: Треклятая старая ведьма. - Неужели действительно нет способа вылечить вашу болезнь? – Му Цин закусила губы, а потом продолжила: - Я не видела, чтобы вы принимали какие-то лекарства или вызывали императорского лекаря. Вам не стоит терять надежду подобным образом. Нин Шу лишилась дара речи. Если бы это можно было вылечить, то с какой стати ей бы отказываться от лечения? Нин Шу стошнило очередной порцией чёрной крови. Кровь уже начала немного вонять. Её внутренности, вероятно, уже начали гнить. - Ты ведь ещё не встречала свою старшую императорскую сестру, верно? Мы отведём тебя повидаться с ней, - сказала Нин Шу. В её голове начал слабо формироваться план. ---------- Просто Веселья Ради Му Цин чуть не подпрыгнула на месте. Она не удержалась от вопроса: - Что это вы планируете сделать? Вы хотите, чтобы я сходила повидать кронпринца? Вы пытаетесь сделать так, чтобы кронпринц нацелился на меня? Я-я не пойду. Мне страшно встречаться с кронпринцем. - Подготовься, как положено. Мы отправимся в резиденцию кронпринца через два дня. И ты хочешь стать императором с такой тонкой кишкой? И как ты планируешь в будущем стоять перед министрами? Нин Шу закрыла глаза, чтобы прочитать очищающую сердце мантру. Му Цин вздохнула, а потом развернулась и ушла, озлобленно топая ногами. Глаза придворной дамы Цю были красными, когда она помогла вытереть пот со лба Нин Шу. - Ваше Величество… Нин Шу открыла глаза и безразлично сказала: - Нам осталось недолго. Мы скажем Му Цин позаботиться о тебе. Придворная дама Цю упала на колени, поклонилась ей и сказала: - Ваше Величество, позвольте этой служанке пойти с вами. Тогда эта служанка сможет присматривать за вами в другом мире. - Не будь ты такой. Мы больше чем кто-либо желаем продолжать жить. Если ты можешь жить, тогда живи. Не умирай. Эта придворная дама Цю была поистине верна Му Ничан, поэтому ей нужно назначить хорошую пенсию для придворной дамы Цю. - Эта служанка благодарна за милость Вашего Величества. Придворная дама Цю вытерла слёзы, а потом встала. Нин Шу съела постную пилюлю, чтобы у её тела было достаточно энергии. Как же удачно, что она всегда покупает базовые средства, необходимые для жизни, прежде чем отправляться на задание, а иначе она бы так долго не протянула. Нин Шу легла на постель. Эти предсмертные дни на самом деле даже улучшили качество её сна. Она не знала, как долго спала, но, едва она только открыла глаза, как увидела прекрасное лицо Лю Чанцина. Стоило ей только пошевелиться, как из её горла полилась чёрная кровь. Так как Лю Чанцин был прямо рядом с ней, она заставила себя проглотить чёрную кровь, но кровь всё равно пролилась из уголков рта. Когда Лю Чанцин увидел кровь, он взял аккуратно сложенный платок, чтобы протереть губы Нин Шу. Его голос был полон скорби, когда он сказал: - Ваше Величество, вас тошнило кровью. Нин Шу: … Конечно же, я знаю, что меня тошнило кровью. Нин Шу с трудом села, а потом сказала: - Это просто веселья ради. Лю Чанцин убрал окровавленный платок. Тон его голоса был ровным и нечитаемым, когда он спросил: - Му Ничан, почему ты настаиваешь на том, чтобы быть такой упрямой? Нин Шу: Называй меня Ваше Величество император. Лю Чанцин достал коробочку из сандала и открыл её. В ней было несколько маленьких лекарственных пилюль, которые излучали аромат трав. Нин Шу принюхалась, пытаясь понять, что это были за пилюли, но она едва могла что-то унюхать. Её обоняние уже было испорчено. Это проклятие не только заставляло жертву постоянно чувствовать боль, но и, по мере его распространения, жертва теряла все свои пять чувств. Нин Шу могла видеть не дальше, чем на десять метров, а теперь ещё и её нос едва мог что-то унюхать. Поэтому она никак не могла определить, были ли эти пилюли ядом или нет. Она с опаской посмотрела на Лю Чанцина. - Мы заняты государственными делами, поэтому, Императрица-Феникс, вам пора уходить. Лю Чанцин посмотрел на Нин Шу. - Ваше Величество, пожалуйста, перестаньте каждый раз использовать одно и то же оправдание. ---------- Вы Были Отравлены Нин Шу не знала, для чего Лю Чанцин принёс эти пилюли. Возможно ли, что он хотел отравить её, чтобы она поскорее умерла? Но, в её нынешнем состоянии, кормить её ядом – это просто лишняя трата денег. Ей не так долго осталось жить, но ей всё ещё оставалось сделать одно дело, поэтому она не могла сейчас умереть. - Придворная дама Цю, придворная дама Цю! Нин Шу начала звать придворную даму Цю. Когда Лю Чанцин увидел опасение на лице Нин Шу, он слегка нахмурился. Его голос был холоден, когда он сказал: - Ваше Величество, Чанцин попросил придворную даму Цю приготовить вам горячую воду, чтобы вы могли умыться, когда проснётесь. Нин Шу ещё больше встревожилась. Она холодно посмотрела на Лю Чанцина и сказала: - Императрица-Феникс, что ты намерен сделать? Лю Чанцин тихо усмехнулся. Это было впервые, когда Нин Шу услышала его смех. В его смехе слышались нотки печали. - Ничан, я тебя действительно ненавижу. Выражение лица Нин Шу было бесстрастным. Той, кого он ненавидел, была Му Ничан, к ней самой это не имело никакого отношения. Однако нынешний Лю Чанцин казался немного странным. Нин Шу слегка сжалась в сторону угла постели, спокойно спросив: - Императрица-Феникс, что ты имеешь в виду, говоря это? Ты нас ненавидишь? На лице Лю Чанцина появилась элегантная улыбка. Он достал пилюлю и поднёс её к губам Нин Шу. - Ваше Величество, примите лекарство. Нет, ни за что! Нин Шу повернула голову в сторону. Лю Чанцин не разозлился и лишь снова повернул голову Нин Шу лицом к себе. - Ваше Величество, это пилюля противоядия. Вы были отравлены. Иисусе. Нин Шу казалось, что её мозги уже больше не работают. Она была отравлена?! Разве она не была проклята? Возможно ли, что она была и проклята, и отравлена?! Эта парочка из отца и дочери отравили её по двум разным причинам?! Нин Шу: →_→ - Мы отравлены? Как мы были отравлены? – Нин Шу помотала головой. - Мы не будем принимать эту пилюлю. Лю Чанцин поджал губы. А потом взял одну из пилюль и проглотил её, после чего взял ещё одну и поднёс её к губам Нин Шу. - Ничан, прими пилюлю. Как только ты её примешь, то твоё здоровье естественным образом восстановится. - Это ты отравил нас? Нин Шу посмотрела на Лю Чанцина. Она задумалась обо всём этом, но никак не могла понять, когда он её отравил. Возможно ли, что это был тот питательный суп? Нин Шу вспомнила, что отпила немного того супа. Хоть Лю Чанцин и выпил половину чаши, у него было противоядие, поэтому на него этот яд, вероятно, не сработал. Лю Чанцин не пытался это отрицать и просто сказал: - Ваше Величество, примите пилюлю, хорошо? Бесчисленные грязно-травянистые лошади промчались в мыслях Нин Шу. Разве может жизнь быть ещё более трагичной? Однако каким бы ядом Лю Чанцин не отравил её, он уже был нейтрализован. Всё же, она горстями ела пилюли противоядия. - Зачем ты нас отравил? Из-за кронпринца? – спросила Нин Шу. Этот Лю Чанцин, вероятно, прошёл через перерождение. Лю Чанцин протянул пилюлю и нежно сказал: - Ваше Величество, примите пилюлю, ладно? Тогда Чанцин расскажет вам "зачем". Нин Шу проглотила пилюлю. Даже если это яд, ей было не страшно, так как у неё были пилюли противоядия. - Императрица-Феникс, налей нам чашу воды, - Нин Шу посмотрела на Лю Чанцина. - Нам хочется пить. Когда Лю Чанцин отвернулся, чтобы налить воды, Нин Шу тут же сунула себе в рот пилюлю противоядия. Кто знает, что он ей дал, противоядие или яд? Она ни капли не доверяла Лю Чанцину. Лю Чанцин поднял чашу к губам Нин Шу. - Ваше Величество, прошу, выпейте. Нин Шу сделала глоток, но не более. Она заговорила: - Так теперь ты сможешь рассказать нам, когда ты нас отравил, верно? И почему ты нас отравил? Лю Чанцин слегка опустил свой взгляд и уставился на чашку из белого фарфора, которую держал в руках. Он сказал: - Ваше Величество, у Чанцина был долгий сон. Чанцину снилось, что Ваше Величество бросила Чанцина в холодный дворец, и что Ваше Величество убила кронпринца. Лю Чанцин поднял взгляд, чтобы посмотреть на Нин Шу. - Ваше Величество, этот сон был очень реалистичным. Когда Чанцин проснулся, сердце Чанцина было наполнено ненавистью и негодованием. Во время величайшей душевной боли, Чанцин отравил Ваше Величество. Нин Шу: →_→ ---------- Нужно Быть Более Резким и Решительным - Так ты хотел нам отомстить. Раз такое дело, тогда почему ты сейчас даёшь нам противоядие? Почему он такой непоследовательный? Раз Небеса дали ему шанс на вторую жизнь, то ему нужно либо усердно работать, чтобы создать для себя выгодное положение, или усердно работать, чтобы жить хорошей жизнью. Если он собрался отомстить, то ему нужно было просто отомстить. Лю Чанцин спокойно сказал: - Когда я проснулся, я был так наполнен ненавистью, что отравил вас. Я хотел увидеть, как вы медленно умираете, увидеть, как вы мучительно умираете. - Этот яд постепенно разъедает дух человека до тех пор, пока тот не умрёт от конвульсий. Хоть Лю Чанцин и говорил такие злобные вещи, его голос всё ещё оставался очень спокойным и элегантным. Выражение лица Нин Шу не изменилось. - Когда ты нас отравил? - Ещё с тех пор, когда вы впервые начали принимать те пилюли бессмертия, - спокойно сказал Лю Чанцин. Это было ещё до того, как она только вошла в этот мир. Неудивительно, что её тело было в таком ужасном состоянии. Когда она проверила свой пульс, она поняла лишь, что это тело было слабым. Она соотнесла это со слишком частым приёмом тех пилюль бессмертия, но оказалось, что в тех пилюлях был дополнительный ингредиент. Нин Шу поджала губы. Это уничтожает вероятность того, что Лю Чанцин был получателем заданий, так что получатель заданий, вероятно, это человек в теле Му Сюэ. До этого Нин Шу не могла понять, как она вошла в контакт с проводником проклятия, но теперь, когда она об этом подумала, Му Сюэ подарила ей коробку пилюль. Вероятнее всего, именно в тот момент она и была проклята. Они отравили её одновременно, без предварительного сговора и даже используя один и тот же проводник – пилюли бессмертия. Нин Шу зажгла за себя свечку. Она действительно испытала на себе всю боль, что полагалась Му Ничан. - Так почему же теперь ты даёшь нам противоядие? – спросила Нин Шу. Это совсем не выглядело как необходимое действие. Лю Чанцин нахмурил брови. - Ваше Величество, тот, кого сейчас ненавидит Чанцин – это не вы, а сам Чанцин. Чанцин ненавидит себя за то, что был недостаточно безжалостным, и Чанцин ненавидит вас за то, что вы навредили Чанцину и кронпринцу подобным образом, но, в итоге, Чанцин обнаружил, что это было просто самоистязание. Нин Шу: … Охренеть, так почему же он так настаивал на том, чтобы использовать яд медленного действия? Если бы он просто использовал какой-нибудь быстродействующий, то отравленный человек уже был бы мертвее мёртвого, и у него не было бы времени на сожаления. Когда человек чувствует ненависть, он теряет всю рациональность и ему просто хочется уничтожить весь мир. Однако, когда проходит время, эта ненависть постепенно затихает. Так что теперь Лю Чанцин обо всём сожалеет и принёс противоядие, чтобы спасти её? Но через несколько дней она всё равно будет мертвее мёртвого. - Ваше Величество, горячая вода уже готова. Придворная дама Цю вошла и отсалютовала Нин Шу, после чего отсалютовала Лю Чанцину. Лю Чанцин опустил взгляд. Нин Шу спокойно сказала: - Императрица-Феникс, тебе пора возвращаться. Какое-то время оставайся во Дворце Насест Феникса и не выходи из него. Как следует обдумай своё поведение. - Лю Чанцин понимает. Лю Чанцин встал, повернулся и ушёл. Когда нефритовый кулон стукнулся о пятнистую бамбуковую флейту, послышался тихий и уникальный звук. А что ещё могла сказать Нин Шу? Чувства просто были той вещью, которую нельзя отрезать и дальше всё становится только запутаннее. - Куда ты уходила? Разве ты не в курсе нашей ситуации? – сказала Нин Шу. – Когда императрица-феникс пришёл сюда? Придворная дама Цю тут же рухнула на колени, чтобы принять своё наказание. - Императрица-Феникс пришёл сюда незадолго до того, как Ваше Величество уснула. Императрица-Феникс попросила эту служанку пойти приготовить воды. Но эта служанка столкнулась с некоторыми проблемами и задержалась. Нин Шу потёрла свой лоб. Лю Чанцин специально вывел отсюда придворную даму Цю. Нин Шу сразу издала императорский указ о том, что Лю Чанцин помещён под домашний арест на месяц, чтобы не дать ему создавать ещё больше проблем. Лю Чанцин ничего не сказал, когда он получил этот указ. Он уже приготовился к последствиям, когда сделал своё признание. В самом худшем случае, его бы бросили в холодный дворец, как было в его сне, а сейчас это был всего лишь домашний арест. С тех пор, как императрица-феникс и кронпринц оказались под домашним арестом, атмосфера стала заметно более странной. Министры непрерывно писали петиции с просьбой, чтобы Нин Шу выпустила императрицу-феникса и кронпринца из-под домашнего ареста. Нин Шу просто отбрасывала эти записи в сторону, даже не удосуживаясь их прочитать. Министры могли делать всё, что им вздумается. Им уже нечем было ей угрожать. ---------- Твоя Сестра - Очень Щедрый Человек После того, как Нин Шу поместила императрицу-феникса под домашний арест во Дворце Насест Феникса, она больше никогда не приходила его навещать, чтобы избежать неловкости. Тот факт, что Лю Чанцин в итоге принёс противоядие, говорил о том, что у него, всё же, ещё остались чувства к Му Ничан. Вероятно, он сейчас разрывается между этими чувствами любви и ненависти. Он спокойно мог не приносить ей противоядие, но, в итоге, решил это сделать. Более того, он не только принёс противоядие, но и вместо того, чтобы просто тайком подсунуть его ей, он признался во всём, что сделал. Словно он просто позволил всему рухнуть, раз всё и так уже сломано. Лю Чанцин покорно оставался во Дворце Насест Феникса, больше не создавая беспокойства. Он очень спокойно делал то, что должен был. С какой стороны на него ни посмотри, он выглядел так, словно его сердце уже превратилось в пепел. Нин Шу притащила своё закостеневшее, словно у трупа, тело на заседание двора. Министры снова принесли записи с просьбами выпустить кронпринца. Нин Шу глянула на Му Цин, которая усердно старалась скрыть своё чувство присутствия, а потом сказала: - Кстати говоря, давно мы уже не навещали кронпринца. С тех пор, как Му Цин была официально представлена как пятый принц, она получила право присутствовать на заседании двора. Когда она увидела, что взгляд Нин Шу направлен на неё, она тут же выпрямила свою спину. Все волосы на её спине встали дыбом. Она лишь знала, что эта старая ведьма постоянно пытается подтолкнуть её в ловушку. Прожив в холодном дворце так много лет, её принцип вести себя как можно тише ради собственной безопасности, уже стал делом принципа. Поэтому она никогда не произносила ни единого слова на заседании двора. - Пойдём с нами, проведаем кронпринца. Нин Шу встала, терпя боль. Она медленно потащила вниз по лестнице своё тело, грозящее рассыпаться на части. Когда министры увидели, что Нин Шу хочет навестить резиденцию кронпринца, они были ошеломлены, но они все последовали за ней. Нин Шу села в портшез. Она посмотрела на Му Цин, идущую позади неё, и сказала: - Пятый принц, подойди сюда. Му Цин глянула на Нин Шу и обнаружила, что та смотрит на неё с заботливым выражением на лице. Её взгляд был нежным и снисходительным. От этого зрелища Му Цин чуть не стошнило кровью. Когда она услышала как второй и третий принц холодно хмыкнули, она мысленно снова прокляла старую ведьму. Му Цин медленно подошла к паланкину, после чего Нин Шу сказала: - Пятый Принц, ты ещё ни разу не видела свою Старшую Императорскую Сестру, верно? - Не видела, - тихим голосом ответила Му Цин. - Мать-Император сейчас отведёт тебя повидать твою старшую императорскую сестру, - утешила Нин Шу Му Цин. – Твоя старшая императорская сестра – очень щедрый человек. Му Цин: … Она вообще не хотела идти. Эта старая ведьма, скорее всего, отправляет её прямо на клинок меча. Она точно знала, как умерла четвёртый принц. Она умерла от рук кронпринца. Щедрый человек?! - Ха-ха… Му Цин выдавила из себя пару сухих смешков. Большая процессия, во главе с Нин Шу, прибыла к резиденции кронпринца. Придворная дама Цю подошла, чтобы постучать в дверь. Му Сюэ вскоре вышла, чтобы поприветствовать Нин Шу. Она была одета в чёрные одежды, а её волосы были завязаны в хвостик. Когда она преклонила колени, никто бы не смог определить, мужчина она или женщина. - Эта покорная дочь с уважением приветствует Мать-Императора. Му Сюэ отсалютовала Нин Шу. Нин Шу кивнула, а потом оценила ситуацию в резиденции. Душа кронпринца изменилась, поэтому её повседневные привычки тоже изменились. Некоторые цветочные бонсай были заменены сосновыми бонсай, а жемчужные занавески в беседках были сняты. Стиль стал гораздо более практичным. - Мы пришли навестить тебя. С поддержкой придворной дамы Цю, Нин Шу вошла в главный зал и села. Она спросила: - Как проходят твои размышления? Выражение лица Му Сюэ наполнилось искренним сожалением, когда она посмотрела на Нин Шу с дочерней преданностью и сказала: - Эта покорная дочь опозорена. Нин Шу проигнорировала выражение дочерней преданности на лице Му Сюэ и подтолкнула Му Цин, стоящую рядом с ней. Му Цин удивилась и запнулась, чуть не упав на пол. Нин Шу представила Му Цин для Му Сюэ: - Кронпринц, это Пятый Принц, Му Цин. Раньше она жила в холодном дворце. Мы увидели, что она живёт довольно эффектно, поэтому мы решили, что теперь она будет жить с нами. ---------- Мантия Дракона Лицо Му Цин перекосило, а потом она поспешно поприветствовала Му Сюэ. - Му Цин приветствует Ваше Высочество Кронпринца. Взгляд Му Сюэ прошёлся по лицу Му Цин. Её брови слегка нахмурились, но это выражение лица вскоре исчезло. Она тоже поприветствовала Му Цин и сказала: - Пятая Императорская Сестра, привет. Лицевые мускулы Му Цин были немного напряжёнными и немного перекошенными. Она отступила и вернулась обратно к Нин Шу. Так как она выросла в холодном дворце, она хорошо научилась читать выражения лиц и отчётливо чувствовала, когда другие люди таят злобные намерения. Она чувствовала холод и намёк на насмешку во взгляде кронпринца. Нин Шу нежно улыбнулась и сказала: - Эта девочка очень умная и покорная, она нам очень нравится. Му Цин: Треклятая старая ведьма… - С тех пор, как Му Яо, эта девочка, покинула нас, нам больше не с кем было поговорить. К счастью, эта девочка теперь болтает с нами. Нин Шу посмотрела на Му Цин добрым взглядом. Прошу, перестаньте говорить! Веки Му Цин затрепетали, словно бабочки, когда она застенчиво опустила голову. Му Сюэ прищурилась. Сначала это была Му Яо, а теперь появилась ещё и какая-то Му Цин. Му Сюэ мысленно холодно хмыкнула. Нин Шу встала. - Мы просто пришли навестить тебя. Мы думали, что ты наконец-то поразмыслила над своими ошибками, поэтому мы планировали освободить тебя из-под домашнего ареста, но, судя по всему, твой домашний арест должен продолжиться. Ты совсем не выглядишь так, словно жалеешь о сделанном. Брови Му Сюэ плотно нахмурились. Она встала на колени на полу и сказала: - Мать-Император, эта покорная дочь действительно поняла, что она была неправа. Эта покорная дочь действительно сожалеет о том, что произошло с Четвёртой Императорской Сестрой. Эта покорная дочь никогда не хотела навредить Четвёртой Императорской Сестре! Нин Шу холодно сказала: - Ты не честна. Мы тебя уже спрашивали о том, почему ты пришла в резиденцию Му Яо, но ты нам не ответила. Что именно заставило тебя пойти против императорского указа и прийти в резиденцию Четвёртого Принца? Мы хотим услышать причину. Взгляд Му Сюэ сверкнул, отчего её глаза стали подозрительно темнее. После мгновения колебаний, она сказала: - Эта покорная дочь услышала, что в резиденции Четвёртой Императорской Сестры находится… мантия дракона. - Какая дерзость! Нин Шу взяла чайную чашку и бросила её в сторону головы Му Сюэ. Му Сюэ слегка сместилась и увернулась от чайной чашки. Чайная чашка упала на пол и разбилась, отчего чай разлился по полу. От горячей жидкости поднимался пар. Нин Шу: Охренеть, она действительно посмела увернуться! - Мать-Император, эта покорная дочь только услышала об этом, поэтому эта покорная дочь хотела навестить резиденцию Четвёртой Императорской Сестры, чтобы убедиться в этом. Когда Му Сюэ подняла эту тему, её сердце наполнилось сожалением. Ей действительно не стоило ходить в резиденцию Четвёртого Принца. Тогда она была уверена, что в резиденции Четвёртого Принца есть мантия дракона. Это могло бы вызвать чувство "дочь, которую вы больше всего любите, тайно прячет в своей резиденции мантию дракона. Она выглядит простой и бесхитростной, но на самом деле она тоже планирует махинации". Она отправилась в резиденцию четвёртого принца, но неожиданно произошло то событие. Это застало её врасплох, потому что она была совершенно к этому не готова. - Так тебе удалось найти мантию дракона? Нин Шу холодно посмотрела на Му Сюэ. Му Сюэ поджала губы, а потом покачала головой. - После того, как произошёл тот инцидент, эта покорная дочь не искала мантию дракона. - Ты не сказала нам о чём-то столь важном и решила разобраться во всём самостоятельно и тайком? Чего ты пыталась добиться? Кронпринц, в монархической стране множество людей следит за каждым твоим движением. Ты поспешила ослушаться императорского указа ради такого безосновательного слуха? Похоже, что тебе всё ещё нужно поразмышлять об этом под домашним арестом. - Ваше Величество, пожалуйста, умерьте свой гнев. Все министры двора встали на колени. Все они просили снисходительности за Му Сюэ. - Ваше Величество, кронпринц просто слишком поспешила выяснить правду, вот почему она иногда бывает такой импульсивной. ---------- Сердечная и Заботливая Мать Нин Шу очень раздражали все эти министры. Они получали зарплату чиновников, но всё равно хотели противостоять ей, этому императору, пользуясь численным преимуществом. Каждая из них хотела оставить свой след в истории, так почему бы им просто не покончить жизнь самоубийством, стукнувшись с разбегу о стену и убедить императора своими смертями? Какой смысл всё время вставать на колени? - Престиж кронпринца при дворе очень высок, так много людей молит о снисходительности вместо тебя, - уголки рта Нин Шу дёрнулись вверх. – Как впечатляет. Вы все объединились против нас ради личных интересов. Нин Шу указала на министров. - Ты, ты и ты. То, о чём вы просите, подразумевает то, что нашего императорского указа можно спокойно ослушаться? Что его можно ослушаться в момент поспешности? Раз это было не специально, то можно спокойно ослушаться нашего императорского указа? Все они пытались сместить основную суть вопроса. - Эти покорные подчинённые не смеют. Министры, которые стояли на коленях на полу, поклонились. Никто из них больше не смел ничего сказать. Му Сюэ нахмурила свои красивые брови, а потом глянула на Нин Шу. Она была в замешательстве от того, почему та пришла сегодня. - Мать-Император, это всё вина этой покорной дочери. Эта покорная дочь поступила поспешно. Му Сюэ поклонилась, а потом добавила: - Эта покорная дочь будет размышлять, как полагается. Нин Шу усмехнулась, а потом холодно сказала: - Кронпринц действительно любит министров, словно они её собственные дети. Мы лишь немного отчитали их, а ты тут же взяла всю вину на себя. Однако, при этом, ты всё равно была так безжалостна по отношению к своей собственной сестре. Му Сюэ сжала кулак, а на её лице промелькнуло мрачное выражение. Она быстро глянула на Нин Шу и обнаружила, что выражение лица Нин Шу было полно ненависти и насмешки. Сердце Му Сюэ было наполнено замешательством. Почему эта женщина ещё не умерла? Это было бессмысленно. - Эта покорная дочь была не права. Му Сюэ не знала, что ещё можно сказать кроме этого. Что бы она ни сказала, эта император всегда сможет найти ошибку в её словах. Нин Шу много говорила, и это уже было больше, чем её тело могло выдержать, поэтому у неё не осталось выбора, кроме как сесть. Её тело слегка дрожало. Му Цин в замешательстве посмотрела на Нин Шу. Большую часть времени эта старая ведьма выглядела скорее мёртвой, чем живой. Однако сейчас она такая оживлённая. Вероятно, она заставляет себя выглядеть таким образом. Кровь хлынула в горло Нин Шу. Она глянула в сторону придворной дамы Цю и придворная дама Цю тут же поднесла ей чашку чая. Нин Шу начала пить чай, чтобы проглотить кровь, появившуюся в горле. Выпив чашку чая, она холодно хмыкнула. - Если это повторится ещё раз, тогда мы лишим тебя статуса бесспорного наследника. Если ты продолжишь отказываться размышлять и не научишься быть строгой с собой, даже если это подвергнет риску стабильность страны, мы всё равно лишим тебя этого статуса. - Пятый Принц, идём, - обратилась Нин Шу к Му Цин, которая притворялась столбом. Му Цин тут же почувствовала, как мрачный взгляд кронпринца прошёлся по её лицу. Что именно эта старая ведьма пытается сделать? Неужели она целенаправленно пытается поставить её против кронпринца? Му Цин чувствовала, что у неё нет силы, чтобы сразиться с кронпринцем. Хоть у неё и была та власть, которую ей дала старая ведьма, но у неё не было при дворе такого же престижа, как у кронпринца. Судя по тому, что произошло сейчас, это было очевидно. Как только что-то происходило с кронпринцем, больше половины министров вставали на колени, чтобы молить о снисхождении для кронпринца. Му Цин молча предположила свои шансы на успех в сражении против кронпринца. В данный момент старая ведьма всё ещё целенаправленно увеличивала ненависть Му Сюэ по отношению к ней. Му Цин считала, что старая ведьма просто пытается убить её. Конечно, будет хорошо, если она сможет стать императором, но, если она не сможет, то она просто станет точильным камнем для кого-то другого. Эта старая ведьма точно злая, раз она целенаправленно ставит их напротив друг друга. - Ты чего это всё ещё стоишь тут? Идём. Хоть Нин Шу и поторапливала Му Цин, в её голосе явно слышалось обожание и любовь. Когда Му Цин услышала это, её ноги ослабли. Её обычное общение с этой старой ведьмой ничуть не походило на это. Эта старая ведьма была крайне бессердечной, поэтому её нынешнее поведение сердечной и заботливой матери было явно основано на дурных мотивах. Му Сюэ всё ещё стояла на коленях на полу. Когда она увидела поведение Нин Шу по отношению к пятому принцу, её брови нахмурились. Она действительно не могла понять. Почему Му Ничан так сильно ненавидела Му Сюэ? Они же обе были её детьми, так почему же такая разница в отношении? Му Цин быстро подошла к Нин Шу и встала позади неё, пытаясь уменьшить своё ощущение присутствия. Когда Нин Шу увидела, какой робкой та выглядела, она закатила глаза. Даже если Му Цин не хочет противостоять Му Сюэ, ей всё равно придётся. Му Цин почувствовала злобный взгляд Нин Шу и её чуть не начало тошнить кровью. Эта старая ведьма, должно быть, ненавидит её. Вероятно, это была месть за то, как та вела себя с ней в начале. #комментарий анлейта: Ах, название этой главы напомнило мне об арке с молочным пирожком. Ох, как же Нин Шу изменилась с тех пор… ---------- Ликвидируй Кронпринца! Когда Нин Шу дошла до двери, она словно что-то вспомнила, поэтому сказала Му Цин: - Ты иди пока, а нам нужно поговорить кое о чём с кронпринцем. Му Цин тут же вышла и закрыла за собой дверь. Теперь в комнате остались лишь Нин Шу и Му Сюэ. Нин Шу вздохнула, а потом сказала Му Сюэ, которая всё ещё стояла на коленях на полу: - Ты можешь подняться. - Благодарю, Мать-Император, - Му Сюэ встала. – Мать-Император, о чём вы хотели поговорить с этой покорной дочерью? - Да ни о чём таком, на самом деле. Нин Шу взяла Му Сюэ за руку. Она посмотрела на гладкую и блестящую ладонь, а потом посмотрела на свои собственные клешни, и её сердце наполнилось лёгким негодованием. Му Сюэ в замешательстве посмотрела на Нин Шу. Она не могла понять, что не так с этим человеком. Она хотела забрать свою руку, но император крепко держала её. Нин Шу всё обдумала. Она не сможет победить молодую и здоровую Му Сюэ. Она сделала глубокий вдох, затем достала кинжал и вонзила его себе в грудь. Пффф. Её стошнило потоком крови прямо на лицо Му Сюэ, а потом она громко и пронзительно закричала. Му Сюэ тут же поняла намерение Нин Шу. Она попыталась высвободиться из хватки Нин Шу, но Нин Шу продолжила крепко держаться за неё. Нин Шу использовала всю свою оставшуюся силу. Отказываясь отпускать Му Сюэ ценою своей жизни. - Ты… Му Сюэ резко вдохнула и пнула Нин Шу. Нин Шу продолжила выплёвывать кровь, крепко держась за руку Му Сюэ. Её нос уже забился потоком крови, поднимающимся в горле, поэтому она больше не могла дышать. Я не отпущу тебя, даже если умру. Если я не могу выполнить своё задание, то и тебе не стоит мечтать о том, чтобы выполнить своё. Когда люди снаружи услышали крик, Му Цин первой открыла дверь и увидела безжалостный пинок кронпринца. Все застыли в шоке. Му Цин закричала: - Кронпринц, вы действительно напали на Мать-Императора?! Императорских лекарей! Скорее, позовите императорских лекарей! Лицо Му Сюэ было покрыто чёрной кровью, а вокруг её руки словно была прицеплена огромная железная цепь. Она никак не могла отодрать от себя руку Нин Шу. - Ты поистине злобная. Кровь выливалась изо рта Нин Шу. С огромным трудом она сказала: - Ликвидируй кронпринца. Сердце Му Сюэ наполнилось шоком, когда она тупо уставилась на Нин Шу. Эта женщина настаивала на том, чтобы утащить её вместе с собой даже ценой собственной смерти. - Динь, покидаем мир задания, - послышался в голове Нин Шу голос 2333, и её душа тут же была выдернута из тела Му Ничан. Боль тут же исчезла. Цареубийство и матереубийство? Когда все смотрели на Му Сюэ, чьё лицо было покрыто кровью, в их головах была лишь одна мысль, с этим кронпринцем, вероятно, покончено. Зловещее выражение промелькнуло на лице Му Сюэ. Она хотела выдернуть свою руку, но, как бы сильно она ни тянула, она не могла избавиться от хватки Му Ничан. Ногти Му Ничан уже глубоко вонзились в её плоть. Решительность Му Ничан застала врасплох Му Сюэ. Му Цин достала военную печать и приказала императорской страже схватить Му Сюэ, совершившую цареубийство. Когда Му Сюэ увидела военную печать в руке Му Цин, она холодно сказала: - Какая дерзость! Я – кронпринц! Как ты смеешь меня трогать?! - Му Сюэ, ты убила свою сестру и совершила матереубийство. Ты виновна в ужасных преступлениях. Перед своей смертью Мать-Император сказала ликвидировать кронпринца. Му Цин махнула в сторону вооружённых императорских стражников. Императорские стражники тут же вбежали в комнату, чтобы окружить Му Сюэ. ---------- В Этот Раз Задание Не Выполнено Му Сюэ тащила за собой труп, и её окружило столько народу, поэтому сбежать было практически невозможно. В итоге, императорская стража её арестовала. Рука Му Ничан всё ещё крепко держалась за Му Сюэ. Труп уже начал остывать, но её хватка ничуть не ослабла. Стражники потратили немало времени, чтобы попытаться отодрать руку, но всё равно не смогли. В древнюю эпоху люди обычно очень суеверные. И все они говорили, что покинувший тело дух всё ещё преследовал Му Сюэ ради мести, вот почему её рука продолжала держаться мёртвой хваткой за кронпринца. В итоге, с огромными усилиями, этих двоих, наконец-то, удалось разделить. Рука Му Ничан уже застыла в этой форме, и её пальцы больше нельзя было выпрямить. Её состояние выглядело очень трагично. Тем временем, на запястье Му Сюэ осталось несколько синяков-отпечатков, оставленных хваткой Му Ничан. Сколько же ненависти было в Му Ничан, раз её умирающая хватка обладала такой силой? Му Сюэ была брошена в императорскую тюрьму, а Му Цин достала указ о наследии. После того, как император была похоронена, Му Цин как можно быстрее взошла на трон. Однако положение Му Цин на троне не было стабильным. Министры отказывались принимать право Му Цин на правление. Особенно учитывая то, что её статус был очень низким. Она была ребёнком из холодного дворца, а её отец был наложницей, брошенным в холодный дворец. Му Цин пошла по списку имён, которые ей заранее выдала Нин Шу, и первым делом поймала большую группу министров, чтобы наказать их в качестве примера для остальных. Чтобы предотвратить какие-либо неудачи, Му Цин хотела сразу вынести смертельный приговор Му Сюэ, которая сейчас была в императорской тюрьме. Она не смела быть беспечной по отношению к тому, кого старая ведьма побила ценой своей собственной жизни. Му Цин поняла, старая ведьма знала о том, что ей осталось жить совсем недолго, потому она решила подставить Му Сюэ своей собственной смертью. Вот почему Му Сюэ должна умереть. Более того, начали распространяться слухи, что она не была дочерью скончавшейся императора. Подобные слухи были очень плохими для неё, так как она только что взошла на трон. Особенно учитывая то, что этот слух был очень даже конкретным. В нём говорилось, что она была незаконным ребёнком от интрижки между её отцом и придворной дамой. В ней не было родословной императора. Это означало, что Му Сюэ имела право перехватить трон. Му Сюэ знала, что раз она уже зашла так далеко, то путей к отступлению уже больше нет. И всё это было из-за старой ведьмы. Эта ведьма сейчас наверно очень рада, так как это, вероятно, как раз тот результат, которого она хотела добиться. Чтобы усилить свой статус, и чтобы министры перестали думать о Му Сюэ, этой бесспорном наследнике, Му Цин провела публичное слушание по делу Му Сюэ. Она приказала, чтобы преступления Му Сюэ в убийстве её сестры и матери были написаны крупными буквами и распространены по всей стране. Она хотела, чтобы министры и общественность увидели, что такому человеку нельзя доверять становиться императором. Как настолько бессердечный человек может иметь право становиться императором? Му Сюэ лишь холодно смотрела на Му Цин. Она с насмешкой сказала: - Ты всего лишь самозванка недостойного происхождения. Если я не достойна быть императором, неужели это означает, что ты достойна? Ты не более чем ребёнок нижайшей придворной дамы. Как тебя вообще можно упоминать на равных условиях со мной? Му Цин тоже сомневалась о том, была ли она действительно ребёнком этой старой ведьмы, но она не могла позволить, чтобы на лице появились эти сомнения и просто сказала: - Мы - ребёнок скончавшейся императора. Как можно так легкомысленно относиться к великим вопросам страны? Как Мать-Император могла принять подобное поспешное решение? Мать-Император передала право наследия нам, поэтому мы должны быть ребёнком из семьи Му. А вот ты, наоборот, совершила такой сумасшедший поступок из-за страха, что Мать-Император лишит тебя статуса. В итоге, Му Сюэ обезглавили. И нельзя сказать, что Му Сюэ не боролась до самого конца, но у неё было не так уж много ресурсов на руках, по сравнению с Му Цин. Му Ничан отдала Му Цин все свои военные печати. Чтобы заставить режим сменить владельца, требуется власть и сила, а кроме статуса бесспорного наследника у неё больше не было других преимуществ. Победитель становится королём, а проигравший – бандитом. Даже если у Му Цин действительно не было родословной Му Ничан, на трон всё равно села Му Цин. После смерти Му Сюэ, Му Цин провела в её честь большие похороны. Её поведение соответствовало тому, как справедливый император должен придерживаться стандартов. Когда Му Сюэ умерла, Лю Чанцин тоже покончил жизнь самоубийством во Дворце Насест Феникса, поэтому у Му Цин не осталось иного выбора, кроме как провести ещё одни большие похороны. Ей пришлось подготовить трое последовательных похорон в один месяц. … Чжан Цзясэнь вернулся в системное пространство, и система сказала холодным механическим голосом: - В этот раз ты не выполнил задание. Чжан Цзясэнь потёр свой лоб, а потом спокойно сказал: - Я просто не привык использовать женское тело. И я сомневаюсь в личности Му Ничан. - Она – получатель заданий, - холодно сказала система. Чжан Цзясэнь поджал губы, а потом спросил: - Можешь выяснить, кто это? - Все системы-помощники независимые и не могут расследовать информацию о других получателях заданий. Голос системы был холодным и механическим. Чжан Цзясэнь никак не мог избавиться от ощущения, что эта получатель заданий была немного ему знакома. Каждое её движение было ему знакомо. Если он не ошибается в своих догадках, то это, вероятно "Мяо Мяомяо". ---------- Это Как Ковать Железо - Эта получатель заданий покончила жизнь самоубийством, значит, её задание тоже считается не выполненным? – спросил Чжан Цзясэнь. - Не обязательно, - ответила система. Чжан Цзясэнь вздохнул. Единственная причина, почему в этот раз он не умер, была в том, что он до этого смог заполучить сокровище. Однако этот сокровище уже исчезло, после того, как заблокировало ту силу, что пыталась его уничтожить. Сцена того, как Му Ничан совершает самоубийство, была всё ещё жива в его памяти. Рука, которая держала его, была смертельно бледной, а все вены ужасающе надулись. Эта рука уже больше не была похожа на человеческую, это было слишком безумно. Этот человек должен был умереть давным-давно. Однако даже после проклятия она всё равно смогла ещё так долго ходить, терпеливо перенося боль от проклятия. Внезапно Чжан Цзясэнь начал смеяться. Он проиграл одному и тому же человеку два раза подряд. У него было ощущение, что в будущем он ещё столкнётся с этим человеком снова. Не может быть, чтобы ненависть после этих двух инцидентов просто исчезла. Всё же, враги обычно ходят по узкой дороге. Чжан Цзясэнь тихо пробормотал имя Мяо Мяомяо. Его голос был крайне зловещим. … Когда Нин Шу вернулась в системное пространство, первым делом она хорошенько выспалась. Она никогда раньше так не уставала на задании. Даже после того, как она покинула тело Му Ничан, ей всё равно казалось, что она чувствует боль. Она даже не смела вспоминать ту боль. И всё же, она была очень довольна собой, ведь ей удалось выдержать такую пытку. После продолжительного сна, когда она проснулась, она потянулась, а потом глянула вниз и обнаружила, что её душа стала гораздо плотнее, чем раньше. Текстура тоже выглядела гораздо более плотной. Нин Шу: Считается ли это компенсацией за всю ту боль? …… - 2333, что происходит? У меня такое ощущение, что моя душа стала сильнее, чем прежде. Нин Шу была немного удивлена. 2333 ответил: - Это как ковать железо. После того, как ты была сформирована болезненным опытом, если ты смогла это выдержать, то ты, естественно, была удостоена чести получить новую жизнь. Но, если бы ты не смогла выдержать, то твоя душа развалилась бы на части. Некоторые люди сильные, некоторые люди слабые. Вот так обстоят дела. Нин Шу задумалась над его словами. - Так что я тебя поздравляю! С твоим идиотским решением ты умудрилась сделать свою душу гораздо сильнее, - радостно сказал 2333. – Чем сильнее твоя душа, тем меньше ты будешь подвергаться влиянию эмоций поручителя. Нин Шу кивнула. Это можно считать за урожай. В этот раз задание было просто невероятным. Она даже потратила тридцать пять очков, на которые купила защитный талисман. Её сердце обливалось кровью от такой потери. Нин Шу почувствовала, как её сердце защемило от боли. И эта боль была сильнее, чем когда её тело страдало от проклятия. Очки заслуг было труднее всего заработать. После всех тех заданий, она смогла заработать лишь немного очков заслуг. Она никогда не думала, что потратит их в подобной ситуации. Она же, чёрт подери, покончила жизнь самоубийством, ох, боже мой! Нин Шу безжизненно сказала: - Давай посмотрим, сколько очков мы заработали в этот раз. У неё не было особых надежд на это задание. Она даже не выполнила задание, так сколько очков она могла получить? Она хотела просто посмотреть, сколько очков у неё есть, чтобы узнать, может ли она купить ореол, который поможет противостоять проклятиям. Она больше никогда не хотела страдать от такой боли. От одних только воспоминаний у неё холодело в сердце. Ей лучше не узнавать, кем был получатель заданий в теле Му Сюэ, а иначе она его убьёт. ---------- Фейспалм Нин Шу 2333 вывел перед ней панель характеристик и сказал: - В этот раз твоё задание, по сути, было впустую. У Нин Шу и без того не было особой надежды. Она действительно потерпела поражение в этом мире. Нин Шу посмотрела на панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 1550000 (+1000000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 170 Харизма: 3 Удача: 44 Воля: 120 Боевые искусства: 112 Вера: 29 (+20) Способность: 39 Заслуги: 1 (+5) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо) Выполнено желание Му Ничан: Найти другого наследника. Степень Завершения Задания: 60% Получено Очков Опыта: 1000000 Получено Очков Атрибутов: 1 Получено Очков Веры: 20 Получено Очков Заслуг: 5 Нин Шу увидела, что она получила миллион очков опыта, и одно очко атрибутов. Одно, одно… И всё же, Нин Шу была довольно приятно удивлена. Оказывается, это задание было зачтено, как выполненное на 60%. Это означало, что задание не считалось невыполненным, и её защитный талисман был всё ещё нетронут. Единственная причина, почему Нин Шу смогла покончить жизнь самоубийством, была в том, что у неё был этот талисман, который давал ей дополнительную жизнь. Нин Шу спросила у 2333: - Почему это задание не считается невыполненным? - Му Ничан, вероятно, сжалилась над тобой и решила, что ты прошла. Более того, не похоже, что она хочет снова контратаковать. Она решила начать всё с чистого листа и отправилась дальше, на реинкарнацию, - объяснил 2333. Нин Шу кивнула. Чего и следовало ожидать, лучше всего стоять на своём, несмотря на итог. Если бы она послушала предложение 2333 и покончила жизнь самоубийством в самом начале, тогда это задание точно было бы невыполненным. - Му Ничан недовольна тем фактом, что ты передала трон Му Цин. Му Цин не была ребёнком Му Ничан! Как Му Ничан могла не знать, рожала ли она этого ребёнка или нет? – раздражённо сказал 2333. – О чём ты думала? Нин Шу: Какого хрена?! Бляяяя, что происходит? Императрица-феникс сказал ей, что Му Цин была ребёнком наложницы, которого бросили в холодный дворец, поэтому она предположила, что Му Цин была ребёнком Му Ничан. Нин Шу шлёпнула себя по лицу. К счастью, в итоге, на трон взошла женщина, и страна будет принадлежать женщинам. Нин Шу решила распределить очки атрибутов. Когда она увидела одно очко атрибута… Одно очко, боже мой. Нин Шу апатично добавила одно очко атрибута в харизму. ---------- Целенаправленный Поход По Магазинам Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 1550000 (+1000000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 170 Харизма: 3 (+1) Удача: 44 Воля: 120 Боевые искусства: 112 Вера: 49 Способность: 39 Заслуги: 6 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо) 2333: …… Добавив очко атрибута, Нин Шу грациозно покружилась на месте. Она спросила у 2333: - Я добавила харизмы. Я стала красивее? 2333: … Системное оповещение: [2333 больше не желает с вами общаться и бросает в вас какашками.] Нин Шу презрительно поджала губы, а потом открыла системный рынок. Она хотела посмотреть, есть ли там что-то, что может защищать от проклятий. В таком случае, если она снова столкнётся с подобной ситуацией, она уже не будет такой пассивной. Порывшись немного, Нин Шу нашла то проклятие, которое на ней использовал "Му Сюэ". Оно было довольно дорогим и стоило пятьсот тысяч очков. Этот человек потратил пятьсот тысяч очков на покупку одноразового предмета, он явно был богат. Нин Шу продолжила искать и нашла ореол веры. Он мог защищать от проклятий и духовных атак. Однако этот ореол веры нельзя было купить за обычные очки, для него требовались очки веры. Похоже, что все хорошие вещи нельзя было купить за обычные очки. Ореол веры требовал для покупки сорок очков веры, а у неё было только сорок девять очков веры. Нин Шу немного засомневалась, стоит ли ей покупать его или нет. Она спросила у 2333: - Стоит ли этот ореол сорока очков веры? 2333 на мгновение затих. - Сорок очков веры очень ценные. Это сила, сгенерированная из чистой веры человека. Даже у множества получателей заданий среднего уровня нет очков веры. Нин Шу нахмурилась. Значит 2333 говорит, что ореол того не стоит? - Почему бы тебе не проведать сборное пространство? Сравни цены и посмотри, вдруг там дешевле, - предложил 2333. – В сборном пространстве есть много вещей. Нин Шу задумалась над этим, а потом закрыла системный рынок и подошла к проходу в сборное пространство. После небольшого головокружения она появилась в сборном пространстве. В этот раз она уже не гуляла наобум, она ходила с определённой целью. Она пошла осмотреться в магазинах. В каждом магазине была виртуальная панель, на которой содержалась информация о продуктах магазинах, ценах способах обмена. Нин Шу пролистала пальцем список на панели и нашла ореол веры. Цена была всего на одно очко дешевле, чем на системном рынке. Когда продавец увидел, что Нин Шу смотрит на ореол веры, он с улыбкой сказал: - Юная леди, вам понравился этот ореол? Этот ореол может защитить от всех проклятий. Он очень сильный. Нин Шу с улыбкой ответила: - Он просто слишком дорогой, и на него даже требуются очки веры. - Но он полезный. Когда продавец увидел, что Нин Шу не очень его хочет, он поспешно начал рекламировать. - Если вы купите этот ореол веры, то я подарю вам набор чёток. После этих слов он достал из коробки чётки. Эти чётки были сделаны из блестящих жемчужин. Нин Шу взяла чётки, и тут же почувствовала, как в её душу просачивается прохладная энергия. Её разум словно прояснился и все негативные эмоции в её сердце медленно испарились. Эта штука была очень хорошей. Выражение лица Нин Шу не изменилось, но она мысленно спросила у 2333: - Что это за чётки? Они кажутся довольно хорошими. - Они ничего так. Они могут убрать некоторые негативные эмоции, но это всё, что они могут, - ответил 2333. Нин Шу вернула чётки продавцу и покачала головой. - У меня есть всего лишь тридцать пять очков веры. Хватит ли этого на ореол веры? Нин Шу видела по поведению продавца, что очки веры были очень ценными. Продавец был в замешательстве, но, в итоге, покачал головой. Нин Шу ничуть не расстроилась, она всё равно планировала заглянуть в другие магазины. ---------- Варить Тофу? Нин Шу планировала сходить и посмотреть, что есть в других магазинах. Если, пройдясь по округе, она всё равно не сможет найти хорошую цену, то она, возможно, вернётся в этот магазин. Всё же, ей действительно понравились те чётки, они могли успокоить сердце человека. Когда продавец увидел, что Нин Шу собралась уходить, он стиснул зубы, а потом сказал: - Ладно, тридцать пять очков веры хватит. - И чётки тоже, - радостно сказала Нин Шу. Мускулы на лице продавца задрожали. Нин Шу заплатила тридцать пять очков веры. У неё осталось ещё четырнадцать. Как и ожидалось, в сборном пространстве можно было покупать дешевле. Нин Шу надела чётки и её сердце тут же успокоилось. Более того, эти чётки были даже довольно симпатичными, они были гладкими и мягко сияли. Выйдя из магазина, она пошла в ресторан и заказала немного еды, чтобы утолить своё сильное желание чего-нибудь съесть. Нин Шу увидела, что все остальные были в группах по три или пять человек, в то время как она всегда была одна. У неё не было друзей, с которыми она могла бы поговорить. Казалось, что все получатели заданий, с которыми она сталкивалась, всегда были её противниками. Забудьте об этом. Давайте просто забудем о друзьях. Вместо того чтобы каждый день думать о том, как поймать лошадь, будет лучше посадить сейчас как можно больше семян. В будущем будет предостаточно лошадей, которые придут есть траву. Когда она станет сильнее, то она, естественно, встретит людей, которые разделяют её интересы. После того, как она съела целый стол еды, она снова пошла гулять по городу. Она раньше не замечала, но в сборном пространстве были даже казино и арены. Множество получателей заданий принимали участие в азартных играх. Там был один получатель заданий, который проиграл всё, что у него было, и поэтому он начал ставить очки своей собственной души. В итоге, он всё проиграл, не считая основы своей души. Теперь его душа выглядела такой тонкой, что была похожа на мыльный пузырь. Она могла лопнуть от одного тычка. Вероятно, будет невыносимо входить в тело поручителя в таком состоянии. Только сейчас Нин Шу осознала, что даже став получателями заданий и обретя вечную жизнь, люди всё равно оставались людьми. Низменная натура людей по-прежнему глубоко проникала в кости получателей заданий. Когда люди из казино увидели Нин Шу, с любопытством оглядывающуюся по сторонам, они оценили душу Нин Шу. Она была необычно сильной, поэтому они спросили: - Юная леди, желаете ли сыграть? Нин Шу поспешно замахала руками. - Я просто осматриваюсь. После этих слов она вышла из казино. Она ни за что не коснётся подобных вещей. Как же ей тогда стать сильнее, если она не сможет даже противостоять подобному соблазну? Ещё немного погуляв, Нин Шу вернулась в своё системное пространство. Первым делом она села на коврик и некоторое время культивировала, пока не почувствовала, что больше не может поглощать субстанцию этого системного пространства. После этого она взяла книгу с полки. Её целью было прочитать все книги на этой книжной полке. Она не чувствовала течения времени, поэтому не могла знать, сколько времени прошло. Она продолжала листать книгу, пока не прочитала последнюю страницу. Наконец, она закрыла книгу и положила её обратно на полку. После этого она немного полила дерево бонсай, побегала на беговой дорожке и поделала всякие другие вещи. Она открыла системный рынок, купила несколько базовых средств для выживания, вроде постных пилюль, воды, лекарств, пилюль противоядия, препарата фальшивой смерти и немного ядовитого порошка. Нин Шу опытный путём обнаружила, что препарат фальшивой смерти был очень полезным. После покупки всех этих необходимых вещей, Нин Шу наконец-то сказала: - Давай начнём задание. - Ладно! – ответил 2333. На мгновение у Нин Шу закружилась голова, а потом она почувствовала, как её душа входит в другое тело. После того, как она адаптировалась к телу, она открыла глаза и подняла голову, лежащую на её руках. Она тряхнула своей задеревеневшей шеей. Изначальный хост стояла перед отверстием в кирпичной плите, работая над поддержанием огня. Она увидела, как пламя облизывает низ котелка, но это пламя становилось всё меньше. Она огляделась по сторонам, а потом взяла сухое полено и сунула его в отверстие. В комнате было очень плохое освещение. На столе стояла керосиновая лампа. Нин Шу даже не знала, сколько сейчас времени. Помещение было наполнено запахом бобов, а поблизости была ткань для процеживания соевого жмыха. В котелке было белое соевое молоко, которое шумно булькало. Она варила тофу? Нин Шу была немного в растерянности, поэтому она поспешила получить историю. Изначального Хоста звали Чжу Сунян. Она уже была замужем и вся семья, по сути, полагалась на то, что Чжу Сунян делала тофу. Её муж Чжу Яньцинь уехал в Шанхай на учёбу. Чжу Сунян была женщиной с тяжёлой жизнью. Она была продана родителями в возрасте восьми лет семье местного богатого учёного, в семью Чжу. Судя по обстоятельствам семьи Чжу, им совсем не нужно было выращивать для себя жену. Они сделали это только потому, что Чжу Яньцинь было только четыре года на то время, он заболел, и ему всё не становилось лучше. В семье Чжу был лишь один этот ребёнок, поэтому, если бы он умер, то это разбило бы им сердца. Господин Чжу и так уже был очень старым, когда у него наконец-то появился ребёнок. Ему удалось завести сына, только когда ему уже стало за сорок. ---------- Непредсказуемая Погода В то время они просто надеялись принести немного хорошей удачи и изменить направление болезни Чжу Яньциня, чтобы его дурная удача перешла на кого-то другого. И они придумали завести малолетнюю невесту. Это было как раз во времена расцвета поздней эпохи Цин, Альянс Восьми Держав уже разгромили Старый Летний Дворец и военные установили независимый режим. В обществе были беспокойства, а граждане с трудом пытались выживать. Это было ужасное время. Родители Чжу Сунян продали Чжу Сунян семье Чжу только потому, что у них не было другого выбора. Семья Чжу сверила даты рождения Чжу Сунян и Чжу Яньциня и обнаружила, что у них хорошее совпадение, поэтому они выдали родителям Чжу Сунян половину цепочки медяков. С тех пор Чжу Сунян стала принадлежать семье Чжу. Деревенские люди не особо задумывались над именами. Чжу Сунян была четвёртым ребёнком в семье, поэтому её назвали Сы Ятоу (четвёртая девочка). Семье Чжу это имя не понравилось, поэтому папа-учёный дал изначальному хосту имя Сунян, и даже позволил ей взять фамилию семьи Чжу. Таким образом, она стала считаться частью семьи и могла помочь разделить ношу дурной удачи Чжу Яньциня. Дети-невесты обычно не имели какого-то особого статуса в семье, и поэтому у Чжу Сунян, по сути, был статус служанки, присматривающей за Чжу Яньцинем. Она была практически его личная горничная. В возрасте восьми лет Чжу Сунян пришлось смириться со своей судьбой. По крайней мере, в семье Чжу она могла есть досыта. Возможно, им действительно удалось привлечь немного удачи, потому что здоровье Чжу Яньциня стало постепенно улучшаться. Чжу Сунян начала присматривать за Чжу Яньцинем каждый день, помогала ему принимать ванну и есть, и ей даже приходилось играть с ним. Можно было сказать, что Чжу Сунян была и женой и матерью. Чжу Яньцинь унаследовал хорошую внешность семьи Чжу. В своём маленьком костюме в западном стиле и в кожаных туфлях, каждый раз, как он выходил из дома, сразу было понятно, что он – юный господин из богатой семьи. Беспорядки в Пекине не особо повлияли на эту деревню в Цзяннань. Когда последний император поздней империи Цин отрёкся от престола, феодальная эпоха наконец-то закончилась и деньги, находящие в обороте, сменились с медных монет на серебряные монеты с изображением толстяка и бумажные банкноты. Чжу Яньцинь и Чжу Сунян тоже постепенно выросли. Когда Чжу Яньциню исполнилось шестнадцать, он завершил бракосочетание с Чжу Сунян. Однако у неба всегда непредсказуемая погода. Семья Чжу столкнулась с кризисом, и весь бизнес, которым они владели, был просто закрыт. Господина Чжу стошнило кровью, а потом он заболел. Больше он так и не смог подняться и, в итоге, сдался и умер. Все ценности, что были в доме, были использованы для выплаты долгов. После похорон господина Чжу, семья распустила слуг и переехала из большой резиденции и вынуждена была тесниться в небольшом домике. Чжу Яньцинь не смог привыкнуть к такому огромному несоответствию и был совершенно потерянным. Наконец, его чувства стабилизировались, и он сказал матери Чжу, что хочет отправиться в Шанхай, чтобы учиться. Это было время столкновения идеологий, когда старые идеи сталкивались с новыми концепциями. Женщины теперь могли ходить на уроки, носить изменённые платья, которые обнажали их стройные руки. Новые студенты обучались западной идеологии. Чжу Яньцинь хотел возродить семью Чжу после обучения в колледже. Мать Чжу дала Чжу Яньциню большую часть тех денег, которые всё ещё оставались в семье, чтобы он мог отправиться в Шанхай и поступить в колледж. ---------- Герой в Шляпке Чжу Яньцинь взял свой кожаный чемодан, упаковал все деньги, которые ему дала мать Чжу, и сел на пароход, направляющийся в Шанхай. Вскоре после того, как Чжу Яньцинь уехал, Чжу Сунян обнаружила, что она забеременела. Однако текущая ситуация в семье была очень плохой, поэтому ей пришлось заплатить за обучение и научиться варить тофу. Пока она была беременна, она рано вставала и очень поздно ложилась, чтобы делать тофу. Производство тофу было очень тяжёлой работой. Нужно вымочить бобы, затем перемолоть их в пасту на больших жерновах. После этого нужно отфильтровать пасту, приготовить её, добавить загуститель, после этого пропустить через пресс и придать форму. Всё это делала Чжу Сунян. У неё едва оставалось время на отдых. И так было каждый день. Ей приходилось вставать ещё до восхода солнца, чтобы начать делать тофу, потом, рано утром, ей приходилось носить тофу в корзинах, висящих на коромысле, пока она ходила по улицам и кричала, чтобы продать свой товар. После того, как она всё распродавала, она возвращалась домой, только чтобы продолжить перемалывать пасту. Спустя девять месяцев Чжу Сунян родила сына и, наконец-то, позволила семье Чжу иметь наследника. Чжу Сунян усердно работала, чтобы поддерживать семью. Чжу Яньциню тоже требовались деньги, которые зарабатывала Чжу Сунян, продавая тофу, чтобы заплатить за своё обучение. Чжу Яньцинь часто посылал домой письма или телеграммы, чтобы Чжу Сунян отправила ему деньги. Причиной всегда было то, что ему нужно купить книги или письменные принадлежности. Несмотря на то, что семья Чжу оказалась в бедственном положении, Чжу Яньцинь не так уж и страдал. У него по-прежнему было всё самое лучшее. Даже его носки были самыми модными западными нейлоновыми носками. В то время западная продукция была товарами роскоши. Каждый раз, когда Чжу Яньцинь просил деньги, Чжу Сунян отправляла ему. Семье просто приходилось жить экономно и ещё туже затягивать свои пояса. Они жили очень тяжёлой жизнью, особенно Чжу Сунян. После того, как она родила, спустя пять дней она уже встала с постели и вернулась к работе. А вот чего Чжу Сунян не знала, так это того, что у Чжу Яньциня теперь была девушка. Это была студентка из его колледжа. Все студенты в колледже приняли современные идеологии и почитали свободу в любви. Парни и девушки из колледжа, которые разделяли схожие образы мышления, легко ладили друг с другом. Стоит также заметить, что ходить на свидания было очень и очень дорого. Поэтому Чжу Яньцинь часто просил деньги у своей семьи, и каждый раз Чжу Сунян стискивала зубы и отправляла их ему. Чжу Яньцинь хорошо ладил со своей девушкой Фан Фэйфэй. 18 сентября, когда Япония вторглась в Манчжурию, эта парочка без колебаний помчалась на поле боя и стала легендой. Чжу Яньцинь стал старшим военным офицером, а Фан Фэйфэй стала военным репортёром. Люди называли её герой в шляпке. Тем временем, Чжу Сунян умерла в печали. После стольких многих лет тяжёлой работы её тело больше не смогло выдержать нагрузки, поэтому она умерла прежде, чем ей исполнилось сорок лет. И до самой смерти она никак не могла понять. Чжу Яньцинь говорил, что он был членом культурной революции. Что он хочет придерживаться принципа "один муж, одна жена". Она родила ребёнка от Чжу Яньциня, и они вместе выросли. Разве они не были мужем и женой? Чжу Яньцинь сказал, что он не может общаться с ней, но он и без того редко разговаривал с ней. Каждый раз, когда он это делал, то он лишь просил денег, а потом ещё больше денег. Желание Чжу Сунян: Она больше не хочет усердно работать ради семьи Чжу и хочет жить своей собственной жизнью с сыном. Чжу Сунян никак не могла пойти в колледж, как это сделала Фан Фэйфэй. Она не могла носить чёрные кожаные туфли и плиссированные юбки. И это было не её виной, что она не могла этого делать. Однако Чжу Яньцинь чувствовал сильное презрение по отношению к Чжу Сунян. Что тут можно было сказать? Чжу Сунян просто была пушечным мясом в столкновении между феодальным образом мышления и новым образом мышления. Однако это было ещё и потому, что у Чжу Яньциня не было никакого чувства ответственности, как у мужчины. Он не исполнял никаких своих обязанностей по отношению к Чжу Сунян. После того, как Нин Шу закончила получать историю, она покачала головой. Вот почему она сказала, что Чжу Сунян была очень милой. Даже её желание было таким скромным. Если она не убьёт Чжу Яньциня, подобного дрянного парня, который пнул своего благодетеля в зубы, неужели он должна позволить ему праздновать Новый Год? Нин Шу чувствовала ненависть и негодование, которые Чжу Сунян затаила по поводу Чжу Яньциня, но то окружение, в котором она выросла, сделали так, что она не посмела загадать слишком чрезмерное желание. Чжу Сунян была просто женщиной феодальной эпохи. Она была доброй и всё, что она делала, было для её семьи. Она использовала свою собственную силу, чтобы выполнять желания семьи, и поэтому её статус казался низким. Тем временем, Фан Фэйфэй была той, кто приняла новые идеологии. Она была отважной и бойкой, и храбро следовала своим идеалам. Одетая в западные одежды, она ходила по улицам с высоко поднятой головой и выпятив грудь, поэтому она излучала уникальную харизму, которая ярко сияла. Одна была одета в серые одежды и чёрные штаны, в то время как другая была в платье с коротким рукавом и держала в руке книгу поэм. Любой, кто не ослеп, знал бы, кого выбрать. В отношении этого Нин Шу могла лишь вежливо рассмеяться. Она потёрла свои сонные глаза, а потом добавила ещё дров в печь. После этого она взяла ложку, чтобы снять пену с поверхности соевого молока. Она совсем не знала, как делать тофу. Она в полной мере полагалась лишь на память изначального хоста. В будущем, ей, вероятно, придётся поработать во всех 3615 профессиях хотя бы однажды. Нин Шу взволнованно работала над тем, чтобы сделать тофу. Однако, даже проработав до начала дня, она всё равно не успела его сделать. ---------- День Продажи Тофу - Сунян, ты всё ещё тут? Ты что, не закончила делать сегодняшнюю партию тофу? Мать Чжу вошла на кухню. Нин Шу как раз усердно работала над тем, чтобы придать форму тофу. Когда она услышала, что сказала мать Чжу, она ответила: - Всё почти готово. Обычно Чжу Сунян уходила ещё до рассвета. Однако теперь был уже почти полдень. Когда мать Чжу встала и увидела, что Нин Шу всё ещё на кухне, она пришла, чтобы взглянуть и помочь. Мать Чжу иногда помогала, но она, всё же, была когда-то богатой замужней женщиной. Даже несмотря на то, что семья уже больше не была богатой, были некоторые привычки, которые она не могла изменить. Однако мать Чжу была умной женщиной, которая когда-то осуществляла контроль над большим хозяйством в котором было множество слуг, и она очень хорошо всем управляла. Она часто тепло общалась с Чжу Сунян, и говорила, что та очень целомудренная невестка, что предки семьи Чжу были благословлены тем, что она пришла в семью. - Сунян, от Яньциня в последнее время не было писем? – спросила мать Чжу. Нин Шу ответила: - Нет, но, вероятно, скоро будет. Чжу Яньцинь, который ходил на свидания, всегда нуждался в дополнительных деньгах. После того, как ей удалось придать форму тофу, она положила тофу в вёдра, а потом подвязала их к коромыслу и закинула коромысло себе на плечо. Она стала подниматься, но не смогла поднять коромысло, поэтому она погрузила свою энергию в даньтянь, чтобы попробовать ещё раз. В этот раз ей удалось всё поднять, но она пошатнулась назад на пару шагов, прежде чем успела стабилизировать себя. Было очень больно, когда коромысло давило на её плечо. С тех пор, как Чжу Яньцинь покинул дому и отправился в Шанхай на учёбу, Чжу Сунян занималась этим каждый день. Однако Чжу Яньцинь не выполнял никаких своих обязанностей по отношению к Чжу Сунян и просто пытался выжать из неё все деньги до последней капли. Чжу Яньцинь принял новые пути мышления: свобода, равенство, братство. У каждого человека было право гнаться за счастьем, но в глубине своей души он просто смотрел на Чжу Сунян свысока. Он смотрел свысока на тот факт, что Чжу Сунян была совершенно неграмотной, поэтому она была бесхитростной и наивной. Нин Шу обернулась, чтобы заговорить с матерью Чжу. - Матушка, когда Сыюань проснётся, пожалуйста, присмотрите за ним. Чжу Сыюань был сыном Чжу Яньциня и Чжу Сунян. Ему уже было почти три года. Мать Чжу кивнула и сказала Нин Шу, чтобы та была осторожна. Нин Шу подняла коромысло и ушла, следуя по обычному маршруту Чжу Сунян. Некоторые знакомые подходили, чтобы купить у неё тофу. Продавать тофу было не очень трудно, очень трудно было носить тяжёлые вёдра с тофу. В основном тофу состояло из воды, поэтому она, по сути, ходила повсюду с двумя большими вёдрами воды, и это было утомительно. Она понятия не имела, как Чжу Сунян удавалось упорно продолжать заниматься этим. И даже упорно занимаясь этим целый день, она могла заработать так много. В хороший день, различные банкноты можно было сложить в одну пятую серебряного доллара. В эти времена, на пять серебряных долларов можно было купить пахотную корову, а двух серебряных долларов было достаточно, чтобы семья из трёх человек могла прожить год. Хоть это и было утомительно, но ей приходилось зарабатывать деньги, чтобы Чжу Яньцинь мог продолжить жить своей роскошной жизнью. Охренеть. Нин Шу хотелось просто бросить коромысло и сдаться, но, когда она вспомнила сына Чжу Сунян, она могла лишь продолжить ходить и продавать тофу. ---------- Вынуждена Всех Растить Она не позавтракала перед выходом, поэтому она купила печёное пирожное с кунжутом, чтобы перекусить. После того, как она его съела, она снова подняла коромысло и продолжила путь. Нин Шу была не очень уверена в тофу, которое она сегодня сделала. И некоторая часть тофу осталась непроданной. Немного поразмыслив, она решила принести их домой и выжать воду, чтобы сделать дуган*, которым отдаст погрызть Чжу Сыюаню. Это будет неплохим средством для полировки зубов. Сначала Нин Шу отправилась на почту, чтобы проверить, нет ли писем или телеграмм от Чжу Яньциня. Все люди на почте знали Чжу Сунян, поэтому, когда они увидели Нин Шу, они сразу же сказали: - Сунян, для тебя сегодня телеграмма. Нин Шу: →_→ Вероятно, это была очередная просьба отправить деньги. Чжу Яньцинь был словно кредитор, поторапливающий её отдать ему его деньги. Нахуй его. Нин Шу взяла телеграмму. Заплатила необходимый взнос, а потом прочитала содержимое. Чжу Яньцинь сказал, что погода становится холоднее, а климат в Шанхае влажный и холодный, поэтому ему нужно купить пальто. То есть, ему нужны деньги. Выйдя из почты, Нин Шу тут же порвала на кусочки телеграмму, отправленную Чжу Яньцинем. Ты, блин, заслуживаешь того, чтобы замёрзнуть насмерть, раз используешь деньги, заработанные кровью и потом этой мадам, чтобы угождать другим женщинам и вести себя перед другими людьми как богатый юный господин. Проваливай! Нин Шу взяла деньги, которые заработала на сегодняшней продаже тофу, и сходила в ресторан, чтобы купить жареную утку. После этого она отправилась к мяснику, чтобы купить килограмм мяса и полкило крупных костей. Обычно семья ела мясо лишь два раза в месяц, но Чжу Яньцинь ходил в высококлассные западные рестораны и наслаждался ужинами при свечах. Нин Шу подняла коромысло и отправилась обратно домой, где обнаружила двухлетнего Чжу Сыюаня, играющего во дворе. Мать Чжу сидела на крыльце и наблюдала за ребёнком, попутно укрепляя подошву ботинка. Когда Чжу Сыюань увидел Нин Шу, он побежал к ней. Нин Шу опустила коромысло и обняла Чжу Сыюаня. Это был драгоценный малыш Чжу Сунян. Чжу Сыюань был немного тощим, а его волосы были слегка желтоваты. Он выглядел так, словно недостаточно питался, и это всё ещё было даже несмотря на то, что Чжу Сунян периодически готовила ему яйцо или делала соевое молоко, пока готовила тофу. Можно было сказать, что вся семья совместно работала для того, чтобы вырастить Чжу Яньциня, и что он высасывал из их костей всё, вплоть до костного мозга. Мать Чжу отложила обувь и подошла к ней. Когда она увидела, что в ведре ещё осталось соевое молоко, и что Чжу Сунян купила мясо и жареную утку, она нахмурилась. - Почему ты не распродала тофу? Нин Шу ответила: - Я хочу сделать немного дугана для Сыюаня. - Почему ты тратишь деньги, покупая так много вещей? – сказала мать Чжу. – Всё же, плата за обучение Яньциня такая высокая. - Матушка, я знаю, что делаю. Нин Шу снова подняла коромысло, чтобы унести вещи на кухню. Мать Чжу больше ничего не сказала. Она лично пришла на кухню, чтобы приготовить и пожарить килограмм мяса с сушёными сливами. Блестящий горячий жир этого блюда был очень соблазнительным. Нин Шу чуть не захлебнулась слюной. Ей действительно очень хотелось есть. Мать Чжу даже нарезала жареную утку на тонкие кусочки и завернула их в тонкие лепёшки. Чего и стоило ожидать от богатой мадам, она знала, как есть. Нин Шу накормила Чжу Сыюаня супом из костей и дала ему немного тушёной свинины. Нин Шу ела до тех пор, пока её рот не покрылся жиром. Даже мать Чжу едва обращала внимания на свои манеры, пока ела. Этот пир был крайне вкусным. Двое взрослых и один ребёнок смели всю еду со стола. Слишком долго они уже не ели мяса, поэтому очень изголодались. После ужина мать Чжу просто села в кресло и не двигалась. Нин Шу начала собирать тарелки и палочки. Мать Чжу спросила: - Были ли какие-нибудь письма от Яньциня? Пока Нин Шу мыла тарелки, она спокойно ответила: - Нет, но, вероятно, скоро будет. Тогда мать Чжу сказала: - Становится холодно. Я сделала обувь для Яньциня. Когда придёт время, возьми их с собой на почту и отправь их Яньциню. Нин Шу глянула на хлопковую обувь, которую сделала мать Чжу. Обувь была очень хорошей и вышивка была очень аккуратной. Однако даже если она их отправит, Чжу Яньцинь не станет их носить. Нин Шу кивнула, а потом глянула на одежду, которую носил маленький Сыюань. Она была крайне старой и потрёпанной. Ей нужно купить немного хлопка и ткани, чтобы сделать одежду для малыша, а иначе он насмерть замёрзнет зимой. Нин Шу ни за что не собиралась быть как Чжу Сунян, и настаивать на том, чтобы морить себя голодом, пока она откладывает деньги, которые отправит Чжу Яньциню. Её заботила лишь возможность вырастить и воспитать ребёнка. Кстати говоря, жизнь Чжу Сунян была довольно жалкой. Она родила ребёнка и вырастила ребёнка. Более того, она также вырастила мужчину и вся семья полагалась на то, что она их кормила. Блять. Так какая польза от Чжу Яньциня? Потом Чжу Яньцинь разбогатеет, но Чжу Сунян не получит и капли выгоды и вообще будет заброшена. Потому что он нашёл себе другую родственную душу и товарища. Мать Чжу продолжала бормотать о том, когда Чжу Яньцинь напишет письмо. На самом деле, мать Чжу сама могла узнать об этом, просто дойдя до почты, но она редко выходила со двора. Мать Чжу была такой же, как и Чжу Яньцинь – они оба немного боялись столкновения с внешним миром. И Чжу Яньцинь нашёл свой способ справиться с этим, просто используя всякие западные игрушки, чтобы поддерживать свою веру. Мать Чжу оставила на Чжу Сунян разбираться со всем, что нужно делать вне дома. ---------- Бабушка Упала Нин Шу поставила деревянную дощечку поверх тофу, а потом поставила на дощечку груз, чтобы выдавить всю воду из тофу. После этого она пошла в комнату Чжу Сунян и достала из простого стола коробку. В этой коробке были банкноты и серебряные доллары. В общей сложности тут было больше двадцати серебряных долларов. Чжу Сунян заработала это тяжёлым трудом и продавая тофу, а также тем, что жила крайне бережливо. Двадцать серебряных долларов были очень большой суммой. Этих денег было достаточно, чтобы вся семья хорошо жила. Прошло уже полмесяца с тех пор, как Чжу Сунян отправляла деньги в прошлый раз. И теперь Чжу Яньцинь всё чаще и чаще просил деньги. Вероятно, он уже добился некоторого прогресса с Фан Фэйфэй. Свидания культурной молодёжи сжигали много денег. Всё же, они наслаждались всякими духовными вещами. Нин Шу убрала все эти деньги. Сегодняшняя продажа тофу чуть не довела её до полного изнеможения. От мысли о том, чтобы отдать эти деньги Чжу Яньциню, у неё так сильно заболело в сердце, что она не могла даже вдохнуть. В данный момент ей нужно усердно работать и откладывать деньги, чтобы она и её сын смогли жить лучшей жизнью. Прежде чем делать что-либо ещё, ей нужно убедиться в том, что они едят досыта. Пришло время ей снова молотить бобы. Крутить жернова было утомительной работой, у неё совсем не было времени на отдых. Она была такой сонной, что практически засыпала, пока молола бобы. Здоровье этого тела было не в самом лучшем состоянии. Оно было переутомлённым до такой степени, что Чжу Сунян умерла от переутомления, не дожив до сорока лет, поэтому ей нужно было тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства, пока у неё было время. Если бы она знала, что это будет такая хаотичная эпоха, то она бы заранее купила пистолет. Ей обязательно нужна была способность защитить себя. Чжу Сыюань подошёл к ней и обеспокоенно сказал: - Мама, бабушка… бабушка упала. Она спит на полу. Когда он перешагивал порог, он чуть не споткнулся. Сейчас Чжу Сыюань не мог ещё ясно выражаться, но Нин Шу поняла его. Мать Чжу споткнулась и упала. Нин Шу вышла с кухни и пришла в центральную комнату, где и нашла мать Чжу, лежащую на полу. Её глаза были закрыты, а лицо было очень бледным. Ситуация выглядела не очень хорошо. Изначально Нин Шу хотела перенести мать Чжу на постель, но сама она не смогла сдвинуть мать Чжу, поэтому она сказала маленькому Сыюаню. - Сыюань, веди себя хорошо, ладно? Мама сходит и поищет помощи, а ты присмотри за бабушкой и никуда не уходи, понял? Нин Шу поспешно вышла из дома и нашла пару женщин средних лет, чтобы они помогли ей перенести мать Чжу на постель. Причина, почему она позвала на помощь только женщин, была в том, чтобы избежать привлечения подозрений. Мать Чжу была вдовой, и в доме не было мужчин. Если мужчина войдёт в их резиденцию, то это плохо скажется на их репутации. В эти времена, хоть и имелось западное понятие о равенстве всех людей, феодальный образ мышления всё ещё был глубоко укоренившимся и он был очень строг по отношению к женщинам. С помощью тётушек Нин Шу удалось перенести бессознательную мать Чжу на постель. Нин Шу попросила тётушек помочь присмотреть за матерью Чжу и ребёнком, а потом отправилась в аптеку, чтобы найти доктора. ____________________ * Дуган – сухари из тофу. ---------- Улучшить Качество Жизни Нин Шу пришла в аптеку и нашла доктора, а потом поспешила обратно вместе с доктором. Мать Чжу всё ещё была без сознания, поэтому доктор начал проверять её пульс. Нин Шу стояла у кровати и держала маленького Сыюаня за руку. Если изначальная история не изменится, то мать Чжу не переживёт эту зиму. - Доктор, как там моя свекровь? – спросила Нин Шу. Доктор убрал руку, а потом покачал головой. - Это не какое-то серьёзное заболевание, это просто слишком много депрессии и беспокойства. Всё, что ей нужно – это постепенно восстанавливаться. Нин Шу поблагодарила доктора, а потом заплатила за диагноз. Проще говоря, болезнь матери Чжу была в том, что она слишком много волновалась. Мать Чжу была женщиной, которая раньше жила в большом и защищённом дворе. С тех пор, как господин Чжу умер, мать Чжу была в постоянном состоянии повышенного стресса из-за страха. Её сына не было рядом с ней, и у неё не было мужчин, на которых можно положиться. Нин Шу покачала головой. Мать Чжу была просто слишком слабая. Чжу Сунян очень хорошо присматривала за матерью Чжу и не позволяла матери Чжу делать никакой тяжёлой работы. Однако результатом стало то, что у матери Чжу было слишком много свободного времени на беспокойство. Нин Шу отрезала по куску тофу в качестве благодарности для каждой из тётушек, что пришли на помощь. Тётушки приняли тофу с радостным смехом и сказали ей приходить к ним за помощью в любое время. Нин Шу села у постели и проверила пульс матери Чжу. Результат, который она получила, был примерно таким же, как и сказал доктор. Нин Шу лишилась дара речи. У матери Чжу действительно была депрессия. Постепенно мать Чжу пришла в себя. Когда она увидела Нин Шу, сидящую у её постели, она спросила: - Что со мной произошло? - Матушка, вы в порядке. Ваше тело просто немного слабовато. Вам нужно лишь как следует отдохнуть и вы будете в порядке, - Нин Шу избегала описывать ситуацию так, чтобы она прозвучала слишком пугающе. – Доктор выписал вам рецепт. Вы будете в порядке, когда примете лекарство. Мать Чжу попыталась подняться. Нин Шу протянула ей руку, чтобы помочь встать. Мать Чжу утомлённо сказала: - Мне не нужно лекарство. Оставь деньги для Яньциня. Ещё с древних времён, и до самой современности, люди больше всего боялись заболеть, потому что тогда вся семья может быть опустошена болезнью. Чжу Сунян не бросала мать Чжу. Каждый день она работала крайне усердно, так как ей нужно было заботиться о больной свекрови, зарабатывать деньги на лекарства, а ещё и зарабатывать деньги для оплаты обучения Чжу Яньциня. Чжу Сунян могла лишь увеличить количество тофу на продажу. Иногда она так уставала, что засыпала прямо на жерновах. Чжу Сунян действительно работала слишком усердно в то время, пока мать Чжу была больна, и, в итоге, серьёзно подорвала своё здоровье, что и стало причиной её ранней смерти. - Всё хорошо, у семьи есть деньги, чтобы купить для вас лекарство, - сказала Нин Шу. – Я сделалю ещё больше тофу, чтобы продать завтра. Мать Чжу вздохнула и сказала: - Я прекрасно понимаю, какое у меня здоровье. Отправь Яньциню телеграмму и пусть приедет домой. Нин Шу согласилась и отправилась на почту, чтобы отправить Чжу Яньциню телеграмму, но это была бесполезная трата усилий. Чжу Яньцинь не вернётся. Он оправдывался тем, что ему нужно сфокусироваться на учёбе и что у него нет времени. Чжу Сунян неоднократно посылала ему телеграммы, но он не отвечал. Пока мать Чжу не умерла, она каждый день думала лишь о том, как она хочет повидать своего сына. Её взгляд постоянно следил за дверью, но, в итоге, Чжу Яньцинь так никогда и не вернулся. В то время, будучи амбициозным юношей, Чжу Яньцинь принимал участие в парадах на улицах, чтобы подбадривать китайский народ. Отправив телеграмму, Нин Шу отнесла рецепт в аптеку, чтобы купить лекарство для матери Чжу. В изначальной истории, несмотря на суровые условия, Чжу Сунян никогда не бросала мать Чжу, поэтому её репутация в этом маленьком городе была очень хорошей. Она была известной целомудренной невесткой, но Чжу Яньцинь всё равно её бросил. Нин Шу не планировала портить эту репутацию. Всё же, в эту эпоху репутация была очень важна для женщин. В таком случае, даже если она в будущем и будет противостоять Чжу Яньциню, она всё равно будет на праведной стороне. Более того, она больше не будет отправлять деньги Чжу Яньциню. В семье было около двадцати серебряных долларов и это были деньги, вырученные за ежедневную продажу тофу. Этого было достаточно, чтобы они могли хорошо жить. Купив лекарство, Нин Шу отправилась домой, чтобы сварить его для матери Чжу. Когда мать Чжу увидела Нин Шу, первым делом она спросила, отправила ли Нин Шу телеграмму Чжу Яньциню. На что Нин Шу ответила, что отправила. В мыслях матери Чжу был лишь только её сын. Несмотря на то, что все эти годы о ней заботилась Чжу Сунян, Чжу Сунян никогда на самом деле не входила в её сердце. И всё же, никто ничего не потеряет, если скажет пару ласковых слов. Как раз перед смертью она схватила Чжу Сунян за руку и сказала "ты действительно хорошая невестка в семье Чжу, я надеюсь, что вы двое продолжите жить вместе. Я буду рада знать об этом, даже когда я буду в Стране Жёлтых Вод*." Она явно боялась, что Чжу Сунян не будет продолжать поддерживать Чжу Яньциня после её смерти, поэтому специально сказала об этом перед своей смертью. Чжу Сунян была очень тронута. Даже капли признания от матери Чжу было достаточно, чтобы всецело замотивировать её. После того, как мать Чжу умерла, Чжу Сунян продолжила продавать тофу, чтобы кормить Чжу Яньциня. Нин Шу использовала котелок для того, чтобы сварить лекарство для матери Чжу. Когда она увидела, что маленький Сыюань смотрит на неё, она взяла немного дугана и дала его Сыюаню. Сыюань взял дуган и начал радостно его грызть. Нин Шу решила, что ей нужно улучшить качество питания в семье. Они должны хорошо есть, хорошо одеваться и жить как следует. ---------- Когда-то На Столе Всегда Были Медовые Фрукты Кстати говоря, Чжу Яньцинь даже не видел ещё своего сына. Этот человек поистине обновил мировоззрение Нин Шу. Он не вернулся, когда его жена рожала, он не вернулся, когда его мать умерла, но он вернулся, когда добился успеха. Пару раз поклониться перед могилой своей матери и выдавить пару слезинок из глаз – этого достаточно, чтобы исполнить свой сыновний долг? Нин Шу отнесла суп матери Чжу и сказала: - Матушка, выпейте его, пока он ещё горячий. Чёрный суп был очень горьким. Мать Чжу задержала дыхание и выпила всю чашу. Он был такой горький, что всё её лицо сморщилось. Она с тоской сказала: - Когда мы ещё жили в большом дворе, у нас на столе всегда были медовые фрукты. Хаах… Нин Шу глянула на мать Чжу. Медовые фрукты были даже ещё дороже, чем мясо. Это были закуски для богатых. Нынешняя семья Чжу просто не могла себе позволить медовые фрукты. - Матушка, может Сунян нужно купить для вас несколько медовых фруктов? – спросила Нин Шу. Мать Чжу выглядела так, словно её соблазняла такая идея, но, в итоге, она сказала: - Забудь об этом. У нас недостаточно денег, а нам ещё нужно покупать лекарство и отправлять деньги Яньциню. Я же не умру без медовых фруктов. Нин Шу кивнула. На следующий день, после того, как Нин Шу закончила продавать тофу, она отправилась в магазин сладостей и купила несколько медовых фруктов. Она также купила немного сушёных грецких орехов для Чжу Сыюаня, чтобы помочь развитию его мозга. В данный момент Нин Шу хотела лишь вырастить Чжу Сыюаня, чтобы он был красивым, пухлым и белым. Она не станет жить более бережно только ради Чжу Яньциня. Сколько бы она ни пожертвовала, Чжу Яньцинь не заметит, и ему будет всё равно. Когда она покупала сладости, она сказала продавцу, что покупает медовые фрукты, потому что лекарство показалось её свекрови слишком горьким. В любом случае, она была усердной работницей и целомудренной невесткой, поэтому ей можно было проявить и побольше дочернего благочестия. Она и сама хотела попробовать медовые фрукты. После того, как мать Чжу выпила лекарство, Нин Шу протянула ей несколько медовых фруктов. Когда мать Чжу увидела их, в её взгляде появилось приятное удивление, но она всё равно сказала: - Почему ты купила что-то столь дорогое? Это же такая трата. - Матушка, я знаю, что делаю. Я сегодня продала немного больше тофу, - спокойно сказала Нин Шу. Только после того, как мать Чжу услышала это, она положила медовый фрукт себе в рот. Она закрыла глаза, и её выражение лица наполнилось приятными воспоминаниями и радостью. После этого она отложила остальные медовые фрукты. Ей даже в голову не пришло предложить часть Нин Шу. Нин Шу тайком презрительно поджала губы. К счастью, она уже отложила заранее часть для малыша. Мать Чжу тоже была эгоистичным человеком. Из-за болезни матери Чжу, Чжу Сыюань теперь спал с Нин Шу. После того, как Нин Шу укладывала Чжу Сыюаня спать, она садилась на постели, скрестив ноги, и практиковала Непревзойдённые Боевые Искусства. В эту хаотичную эпоху, ей нужна была сила, чтобы защитить себя и ребёнка. ____________________ * Страна Жёлтых Вод (или Страна Жёлтого источника) – это подземное царство, страна мёртвых. ---------- Хороший Юноша Со Своими Мечтами и Стремлениями После того, как Нин Шу некоторое время занималась Непревзойдёнными Боевыми Искусствами, она остановилась. Её тело уже покрылось потом, поэтому она набрала немного воды, чтобы вытереть себя, прежде чем начать делать тофу. Было почти три часа утра. Прошлой ночью Нин Шу перемалывала пасту почти до десяти часов, но в три часа утра ей пришлось проснуться, чтобы разжечь огонь и начать делать тофу. Как только в небе стало немного светлее, она вынуждена была пойти продавать тофу, от которого ещё поднимался пар. Это означало, что у Чжу Сунян не было даже шести часов на сон. Нин Шу также сделала несколько дуганов на продажу. Она насыпала немного перца поверх тофу, прежде чем выжимать из него всю воду. В результате, дуганы получились довольно хорошими, они были приятными на вкус и твёрдыми, поэтому неплохо продавались вместе с тофу. Цена была даже немного выше, чем за тофу. Нин Шу подняла коромысло, чтобы выйти на улицу, но мать Чжу с трудом поднялась с постели и прислонилась к двери, чтобы сказать: - Сунян, отправь Яньциню ещё одну телеграмму, хорошо? Я хочу его увидеть. Нин Шу увидела, что лицо матери Чжу было слегка бледным, и она выглядела очень слабой, поэтому она кивнула и сказала: - Хорошо. После того, как Нин Шу вышла, она заперла дверь. Всё же, в доме оставались только ребёнок и больная женщина, а что если кто-то войдёт? Возможно из-за того, что она тренировалась в Непревзойдённых Боевых Искусствах, ей удалось немного улучить состояние этого тела, потому она могла идти быстрее, когда несла тофу и ноша была не такой тяжёлой. После того, как она распродала тофу, она отправилась на почту. Человек за главным столом сказал: - Для тебя пришла телеграмма. Нин Шу глянула на её содержимое. Это был ответ от Чжу Яньциня. Там говорилось, что он слишком занят учёбой, чтобы возвращаться домой. В конце сообщения он сказал Нин Шу отправить ему немного денег. Его тон был не очень хорошим. Вероятно, он был раздражён из-за того, что она не прислала ему денег в прошлый раз, когда он просил. Нин Шу ухмыльнулась и отправила ещё одну телеграмму Чжу Яньциню. В ней говорилось, что его мать серьёзно больна, и она хочет его видеть, так что ему нужно поскорее вернуться. Нин Шу заплатила за телеграмму. В эту эпоху отправка телеграмм стоила дорого. Они взимали плату за каждый символ, поэтому, после оплаты, большая часть денег, которые она выручила за продажу тофу, была потрачена. Большинство людей отправляли телеграммы, только если происходило что-то очень важное. Большую часть времени они просто писали письма. Выйдя из почты, Нин Шу отправилась к мяснику, чтобы купить мяса. Ей нужно было улучшить качество еды в семье. Им нужно есть мясо хотя бы раз в день. Более того, она сама была постоянно очень голодной, потому что тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства. Изначально она планировала есть постные пилюли, но, когда до неё дошло, что дальше ситуация может стать только хуже и еды будет гораздо меньше, тогда она решила, что будет лучше сохранить постные пилюли. Когда она вернулась домой, она протянула телеграмму матери Чжу, которая лежала на постели. - Матушка, Яньцинь сказал, что он занят учёбой, и может не вернуться в этом году. Мать Чжу посмотрела на телеграмму и больше ничего не сказала. Её лицо было немного бледным, и она выглядела очень разочарованной. Нин Шу сказала: - Я отправила ему ещё одну телеграмму. Мать Чжу спросила: - Яньциню нужны деньги. Ты отправила ему деньги? - Я отправила, - солгала Нин Шу, не моргнув и глазом. Чжу Яньциню нужно перестать мечтать о том, что он получит от неё хоть монетку. Мать Чжу перевернулась в постели, повернувшись спиной к Нин Шу. Её дыхание стало неровным. Должно быть, она тихо плакала. Нин Шу ничего больше не сказала и просто вышла из комнаты матери Чжу, чтобы вернуться в свою комнату. Она увидела, что Чжу Сыюань сидит на постели и ест медовые фрукты и дуганы. Когда он увидел, что пришла Нин Шу, он слез с постели и по-детски поздоровался с ней. Ему уже было почти три, но он никогда ещё не видел своего отца. После того, как Чжу Сунян умерла, Чжу Яньцинь позволил Чжу Сыюаню жить с ним. Всё же, это был его ребёнок. В десять лет он был как раз в самом разгаре своего бунтарского возраста. Чжу Сыюань так сильно ненавидел своего отца и героя в шляпке, Фан Фэйфэй, что решил делать всё, что угодно, лишь бы взбесить Чжу Яньциня. Он был словно ребёнком, которого уже не спасти. Сколько бы Чжу Яньцинь ни лупил его, всё было бесполезно. В то время Чжу Яньцинь уже добился успеха и признания. Он был старшим военным офицером, и под его командованием было несколько тысяч отрядов. Он вполне мог построить свою личную вотчину, поэтому разрушительная сила Чжу Сыюаня была немного больше. Он пользовался влиянием Чжу Яньциня, чтобы создавать повсюду проблемы. Чжу Сыюань ненавидел своего отца до глубины души. Его мать была так верна своему мужу, однако всё, что она получила в ответ – это бессердечное забвение. Отец и сын были словно враги, которые не могли существовать под одним небом. Чжу Яньцинь даже несколько раз доставал пистолет, желая просто пристрелить Чжу Сыюаня, но, в итоге, он так и не смог заставить себя сделать это. Человек, который бросил своих жену и сына, в итоге, смог добиться успеха и уважения. Нин Шу погладила Чу Сыюаня по голове. С этих пор они двое будут жить своей собственной жизнью. Чжу Яньцинь может просто пойти и умереть. Она собиралась вырастить из Чжу Сыюаня хорошего юношу с мечтами и стремлениями, чтобы он потом добрался до такой высокой должности, что его отцу придётся салютовать ему. Если ты кого-то ненавидишь, то просто взберись выше него, чтобы ты мог диктовать его судьбу. #комментарий анлейта: Ура, Нин Шу, наконец-то, воспитывает ещё один молочный пирожок! ---------- Твоя Мать Скоро Умрёт, Возвращайся Значит, как мать Чжу Сыюаня, она должна быть для него хорошим примером. Разве Фан Фэйфэй не назвали герой в шляпке? Каждый день Нин Шу была очень занята. Она не спала по ночам и просто проводила это время за медитацией. Когда наступал рассвет, она вставала, чтобы снова начинать делать тофу. На данный момент её единственной целью было заработать больше денег и купить больше продовольственных пайков. Как только начнётся хаос, пайков станет заметно меньше. К тому времени она не сможет даже купить парную булочку за слиток золота. Пока она работала над выполнением желания Чжу Сунян и присматривала за Чжу Сыюанем, ей всё ещё нужно было распланировать счастливую жизнь для Чжу Сунян. Разве причина того, что Чжу Сунян пала до такой степени, не была именно в том, что она не была настолько талантливой, как Фан Фэйфэй? Погода становилась холоднее. Нин Шу купила немного хлопка и ткани, чтобы сделать для себя и маленького Сыюаня куртки с хлопковой набивкой. Причина, почему она не стала делать такую для матери Чжу, была в том, что мать Чжу теперь была настолько больна, что не могла даже вылезти из постели. Сколько бы лекарства она ни принимала, не похоже, чтобы это помогало. И хотя это было бесполезно, Нин Шу всё равно регулярно покупала лекарство и варила его для матери Чжу. Она даже ещё несколько раз покупала медовых фруктов. Нин Шу понимала, что эта болезнь была из-за менталитета матери Чжу. Мать Чжу просто не могла смириться с трудностями. Если бы ей удалось выдержать все лишения, то она определённо стала бы благословлённой старой мадам. Всё же, Чжу Яньцинь в будущем будет процветать. Иногда болезнь матери Чжу была такой сильной, что она не могла ничего делать, кроме как бормотать имя Чжу Яньциня. Судя по всему, она долго не протянет. Когда доктор пришёл на неё взглянуть, он сказал Нин Шу начать приготовления к похоронам. Нин Шу часто ходила на почту, чтобы отправить Чжу Яньциню телеграммы с просьбой вернуться. Поначалу Чжу Яньцинь всё ещё отвечал, но потом, его, вероятно, это стало слишком раздражать, и он перестал обращать внимание на такие телеграммы. Более того, она не отправила ему никаких денег, поэтому он разозлился и вообще перестал отвечать. Нин Шу прямо сказала: "твоя мать скоро умрёт, приезжай проводить её". В этот раз Чжу Яньцинь ответил. Он был очень недоволен тем фактом, что Нин Шу сказала ему о грядущей смерти его матери. Чжу Яньцинь не верил, что его мать скоро умрёт. Мать Чжу была мадам из богатой семьи и всегда хорошо заботилась о своём теле. Более того, Чжу Яньцинь был в курсе того, что всю тяжёлую работу по дому делает Чжу Сунян. В конце письма Чжу Яньцинь сказал: "ты усердно работала и присматривала за семьёй". После этого он снова начал говорить о том, как холодно зимой в Шанхае, и что морской ветер с реки Хуанпу был влажным и холодным. В любом случае, ему нужны деньги, чтобы купить одежду. Нин Шу: →_→ Нин Шу порвала телеграмму. В любом случае, что бы она ни сказала, Чжу Яньцинь не вернётся. Выйдя из почты, она начала готовить гроб и похоронную одежду. Теперь мать Чжу уже не могла даже толком есть и могла лишь пить жидкую пищу. Иногда она даже не могла пить воду. Когда у матери Чжу наступали моменты просветления, она спрашивала у Нин Шу вернётся ли Яньцинь? Как только Нин Шу говорила "нет", мать Чжу начинала плакать. #комментарий анлейта: Кстати говоря, моя мама совсем как мать Чжу. В отличие от матери Чжу, она всегда была сильной фигурой в моём детстве, она словно могла решить любые проблемы, которые возникали у меня и моего брата. Как мать Чжу она была очень хорошей в плане межличностных отношений и, благодаря этим связям гарантировала мне и моему брату хорошее обучение, хотя нам постоянно приходилось переезжать, из-за того, что наши родители искали работу. Но, как и матери Чжу, у неё была очень сильная привязанность к семье. С тех пор, как я начала учиться в колледже, я всегда была вдали от дома, занимаясь летней стажировкой и обучаясь в загранице, поэтому, когда меня нет дома, у неё проблемы со сном и едой. К счастью, мой брат тоже очень привязан к семье, поэтому он остался дома и помогает ей оставаться в рассудке. *вздох* Хвала богу за семью. Но теперь, когда я дома, она ест даже слишком хорошо. Она уже на грани превращения в пухлую свинку. Кажется, я трачу не меньше получаса в день, чтобы уговорить её заняться какими-нибудь упражнениями. Теперь она убегает от меня каждый раз, как я переодеваюсь в спортивную одежду. ---------- Жизнь, Свободная От Страданий Нин Шу видела, что вокруг матери Чжу витала плотная атмосфера смерти. Она знала, что мать Чжу, вероятно, умрёт в течение следующих пары дней, поэтому она перестала продавать тофу и осталась дома, чтобы заботиться о ней. Так она сможет правильно записать время смерти матери Чжу, чтобы спросить у мастера по фен-шую хорошее место для похорон. - Сунян, подойди ко мне. Мать Чжу, которая была ужасно больна, внезапно села на своей постели и поманила к себе Нин Шу. Нин Шу увидела, что цвет лица матери Чжу был очень хорошим. Он был даже лучше, чем до того, как она заболела. Волосы Нин Шу встали дыбом, но она подошла, чтобы спросить: - Матушка, что такое? Мать Чжу потянулась, чтобы взять руку Нин Шу и погладила её. Нин Шу хотела выдернуть свою руку, но мать Чжу крепко её держала. У больного человека есть столько силы? - Ты хорошая женщина, хорошая невестка. Яньциню повезло, что у него такая жена, как ты. После того, как я умру, живи хорошо вместе с Яньцинем и вырасти из Сыюаня хорошего человека, - сказала мать Чжу. – Мы с отцом Яньциня сможем упокоиться с миром в Стране Жёлтых Вод, зная, что вы двое живёте вместе. Нин Шу просто сказала: - Матушка, не надо говорить таких вещей. Это приведёт к плохой удаче. Вы поправитесь. Мать Чжу покачала головой. - Мне вчера снился мой муж. Он пришёл забрать меня. Я знаю, что моё тело долго не продержится. Пообещай мне, что будешь жить с Яньцинем, как полагается. Нин Шу вяло согласилась. Она не была тронута словами матери Чжу. - Матушка, не волнуйтесь, я буду жить, как полагается. "Жить, как полагается", не обязательно подразумевает жизнь с Чжу Яньцинем. Мать Чжу не услышала невысказанных слов Нин Шу и удовлетворённо кивнула. Она посмотрела на дверь, и в её голосе появились тоска и печаль. - Интересно, как там сейчас дела у Яньциня? Чжу Яньцинь покинул дом в возрасте восемнадцати лет, чтобы отправиться в Шанхай на учёбу. Сейчас ему уже было почти двадцать один. Неудивительно, что мать Чжу была так зациклена на том, чтобы увидеть Чжу Яньциня. Нин Шу помогла матери Чжу снова лечь. Взгляд матери Чжу всё ещё был зафиксирован на двери. Нин Шу продолжила присматривать за матерью Чжу, не отходя ни на шаг, не считая того момента, когда она отнесла на руках уснувшего Чжу Сыюаня и уложила его в постель. Когда она вернулась в комнату матери Чжу, она увидела, что мать Чжу уже уснула. Она тихо окликнула её, но мать Чжу не отреагировала, поэтому Нин Шу поднесла руку к носу матери Чжу. Та уже больше не дышала. Она умерла посреди ночи. Нин Шу была довольно напугана, и она поспешила постучаться в двери соседей, чтобы попросить о помощи. Её глаза были красными от слёз. Когда соседи услышали, что мать Чжу умерла, они все пришли на помощь, потому что женщине будет трудно в одиночку управиться с похоронами. С общей помощью, останки матери Чжу были перенесены в главный зал. Её тело положили в самом центре зала, и Нин Шу начала помогать обмыть её тело и одеть в похоронные одежды. Этот процесс затянулся почти до рассвета. - Сунян, почему Чжу Яньцинь не вернулся? – спросила одна из соседок. – Как вы собираетесь присматривать за её духом? Нин Шу покачала головой и поспешила объяснить ситуацию с Чжу Яньцинем. - Яньцинь просто слишком занят учёбой. Мы с Сыюанем будем присматривать за её духом. Люди в главном зале обменялись взглядами. В итоге, старейшина сказал: - Да что он за учёный такой? Как он может не вернуться, даже когда его мать умерла? Нин Шу опустила голову и ничего не сказала. Поэтому обязанность присматривать за духом пала на Нин Шу и маленький бобовый росток, Чжу Сыюаня. Они оделись в простые белые одежды и стояли на коленях перед гробом, сжигая бумажные подношения. Чжу Сыюань был в замешательстве. Он не понимал, что происходит. Нин Шу потратила огромную сумму денег на то, чтобы пригласить мастера по фен-шую, чтобы найти хорошее место для могилы. Затем она пригласила банкетного повара, чтобы он приготовил еду и напитки для друзей, которые пришли выразить свои соболезнования. Короче говоря, Нин Шу единолично управилась со всем. Она даже пригласила музыкантов, играющих на соне*, чтобы мать Чжу была похоронена с большой помпой. Для того, чтобы проводить дух усопшего, требовался потомок мужского пола, а единственным мужчиной в доме был Чжу Сыюань. Однако он был слишком молод, чтобы знать, что делать, поэтому мастер по фен-шую сказал Нин Шу носить ребёнка, пока ребёнок держит в руках курильницу. В курильницу была воткнута одна палочка ладана. Пока палочка не прогорит и курильница не упадёт, всё будет в порядке. Все необходимые ритуалы были проведены, после чего Нин Шу понесла Чжу Сыюаня и пошла перед всей похоронной процессией. Она шла, не оглядываясь, до выбранного места могилы. В процессе не возникло никаких проблем, и мать Чжу была благополучно похоронена. Нин Шу смотрела на то, как земля постепенно скрывает гроб. Мать Чжу никогда не страдала в своей жизни. Даже когда удача отвернулась от них, у неё всё ещё была Чжу Сунян, которая заботилась о ней, как о собственной матери. ---------- Японский Инцидент 18 Сентября** Вероятно, она потратила всю свою удачу, что была у неё в этой жизни, и поэтому не смогла дожить до того времени, когда Чжу Яньцинь добился успеха. После того, как мать Чжу была похоронена, Нин Шу больше не отсылала Чжу Яньциню никаких телеграмм. Даже если Чжу Яньцинь пришлёт телеграммы, она прочитает их, а потом порвёт. Возможно, иногда она будет приносить их Чжу Сыюаню, чтобы тот мог складывать из них самолётики. В данный момент она всё ещё делала тофу на продажу. Однако одному ресторану понравились дуганы, которые она делала, поэтому они каждый день покупали у неё несколько штук. Это заметно увеличило её качество жизни, по сравнению с тем, что было прежде. Она накопила немало денег и половину из них потратила на то, чтобы запастись пайками. Спустя некоторое время, пока Нин Шу откармливала Чжу Сыюаня, он наконец-то стал круглее, по сравнению с прежним собой, и его волосы уже больше не были желтоватыми. Нин Шу также пыталась сделать своё тело более здоровым при помощи Непревзойдённых Боевых Искусств, и у неё теперь было гораздо больше энергии, по сравнению с прежними временами. Она также пыталась найти для себя подходящее оружие. Самым мощным оружием в эту эпоху было огнестрельное оружие, но на данный момент у неё не было никакой возможности заполучить себе пистолет. Означало ли это, что ей придётся постоянно носит на спине мачете, как у героинь из древней эпохи? Всё же, лучше всего было какое-нибудь скрытое оружие. Его гораздо удобнее носить. Нин Шу попросила кузнеца сделать много игл, которые были размером с ноготь, но были гораздо острее. Когда у неё было свободное время, она тренировалась в бросании игл в своём дворе. В этом мире хаос будет только нарастать. Как только железные подковы Японии коснутся земли этой страны, вся страна взвоет в печали и будет мучительно и болезненно бороться. Нин Шу сходила в аптеку и купила немного лекарств, после чего сделала немного ядовитого порошка и лечебного порошка, который мог останавливать кровотечение и лечить внешние раны. Всё же, женщины и дети входили в слабую группу, над которой можно было легко издеваться. Поэтому, когда у неё было свободное время, она заставляла Чжу Сыюаня бегать по двору и тренировать стойку всадника***, чтобы усилить его тело. Однако Чжу Сыюань был всего лишь ребёнком и не очень хорошо понимал происходящее, поэтому Нин Шу могла лишь сфокусироваться на дальнейшем усилении себя. Нин Шу всё ещё продавала тофу каждый день, но атмосфера, витающая над деревней, начала меняться. Теперь в ней был намёк на панику. Произошёл Японский Инцидент 18 сентября. Из-за политики непротивления центрального правительства, правитель Маньчжурии, Чжан Сюэлян не стал сопротивляться и просто отступил, отчего три провинции на северо-востоке Китая быстро оказались в руках Японии. Общественное мнение начало критиковать Чжан Сюэляна и центральное правительство Нанкина. Для обычных людей, все эти дела были слишком высоко для их понимания. Из-за того, что три северо-восточных провинции оказались в руках японцев, множество народу сбежало с северо-востока и помчалось в другие регионы. Тем временем, после того, как японцы захватили три провинции, они продолжили расширяться во все стороны. Скорее всего они скоро доберутся и до этой деревни. Более того, поток беженцев создавал много беспорядков. Судьбы всех людей больше не были в их руках из-за этой великой миграции, и все они едва сводили концы с концами. В этом мире Нин Шу отчётливо почувствовала, насколько маленькими на самом деле были люди. Несколько человек в деревне уже переехали. Как только кто-то пришёл в движение, остальные, вскоре, последовали за ними, боясь, что окажутся слишком медлительными. ____________________ * Сона, также лаба или заморская флейта — китайский язычковый музыкальный инструмент. Ближайшим родственником соны является европейский шалмей. Обладает громким и пронзительным звуком. [[image:/storage/reader-images/a740df9a4d45e4b6086438134bc08e283fed1718.jpg]] ** Мукденский инцидент — подрыв железной дороги около Мукдена (сегодня Шэньян) и последовавшее за этим наступление Квантунской армии Японии на китайские позиции, что стало началом захвата Маньчжурии и предвестием Второй мировой войны на Дальнем Востоке. *** Стойка всадника – классическая стойка во многих видах боевых искусств. [[image:/storage/reader-images/6cb506ea1d91660da1d9fcbd79012e20f17c12b4.jpg]] ---------- Действительно Было Сыро и Холодно Нин Шу тоже начала готовиться к переезду, потому что в деревне скоро появится большой поток беженцев и все эти беженцы пойдут на что угодно, лишь бы раздобыть еды. Женщина вроде неё с лёгкостью станет мишенью для беженцев. В изначальной истории Чжу Сунян привезла своего ребёнка в Шанхай с опасениями и радостным возбуждением, чтобы найти Чжу Яньциня. Она отправилась в ошеломительный Шанхай, который праздновал мир песнями и танцами. Когда она приехала туда, она растерялась и никак не могла приспособиться. Когда она обнаружила, что у Чжу Яньциня есть девушка, которая ему нравится, Чжу Сунян стала ещё более растерянной и испуганной. Чжу Яньцинь был совсем не рад тому, что Чжу Сунян приехала к нему, он даже чувствовал презрение по отношению к ней. Когда он представлял её своим знакомым, он говорил, что она – его сестра. Чжу Сунян изначально была на пять лет старше Чжу Яньциня, и из-за всей той тяжёлой работы, которой ей приходилось заниматься, она выглядела довольно старой. Словно она была на целое поколение старше Чжу Яньциня, который был красавчиком, полным интеллектуальной ауры. Чжу Сунян была немного обижена. Ведь изначально она была женой Чжу Яньциня, но он говорил всем, что она его сестра. Причиной такого решения Чжу Яньциня было то, что он не хотел, чтобы его однокурсники знали, что он уже женат, да ещё и посредством такого феодального метода, как малолетняя невеста. Он сказал, что его однокурсники будут над ним насмехаться. Чжу Сунян была не очень упрямой, поэтому, когда другие люди спрашивали. Она просто говорила, что она – старшая сестра Чжу Яньциня. Позже, Чжу Сунян так и не смогла приспособиться к жизни в Шанхае, а её муж, который был одет в белую рубашку и остроконечную шляпу, казался незнакомым и далёким, поэтому она забрала с собой ребёнка и вернулась в деревню, чтобы продолжать жить тяжёлой жизнью. Чжу Яньцинь даже не пытался отговорить Чжу Сунян. Возможно, в сердце Чжу Яньциня, Чжу Сунян и Чжу Сыюань были навеки презренными существами. Он даже пожалел о том, что довёл до конца процесс бракосочетания с Чжу Сунян. Нин Шу всё равно планировала отправиться в Шанхай, чтобы избежать потока беженцев. Однако, кто знает, что произойдёт в этот раз, когда она приедет? Охо-хо! В деревне уже было много беженцев. Один из беженцев даже перелез через стену и забрался в дом Нин Шу, чтобы ограбить её. Первым делом, он побежал на кухню и схватил остатки еды, после чего начал запихивать их в себя. Потом он начал угрожать Нин Шу. - А ну, отдавай мне всю свою еду. Нин Шу: →_→ Она побила человека, пытавшегося её ограбить, а потом выкинула его со двора и захлопнула дверь. Нин Шу купила билет на пароход до Шанхая. Теперь один билет уже стоил десять серебряных долларов. Она стиснула зубы и купила его, после чего собрала вещи, взяла Чжу Сыюаня и взошла на пароход. На корабле было много народу, толпе приходилось тесниться. Нин Шу отнесла ребёнка в уголок и села вместе с ним. Когда она осмотрелась, она увидела, что выражения лиц всех людей были наполнены растерянностью и паникой. Когда страна была в смятении, обычные люди вынуждены покидать свои дома и странствовать. Можно сказать, что этот конфликт был самым серьёзным случаем иностранной агрессии в истории страны. Из-за продолжительного разрушения, эти земли скоро покроются шрамами. Чжу Сыюань был немного напуган, поэтому Нин Шу погладила его по спине, чтобы успокоить. Когда ей хотелось есть, она тайком съедала немного хлеба и запихивала постную пилюлю в рот ребёнка. Запах, витающий на корабле, был невыносимым. Вонь, смешанная с запахом сигарет, была отвратительной. Корабль продолжал медленно плыть, делая частые остановки. Всё больше и больше народу втискивалось на корабль, отчего обстановка только ухудшалась. Наконец, неделю спустя, они добрались до гавани Гуандун. Нин Шу вынесла ребёнка с парохода, а потом с облегчением вздохнула. Они наконец-то прибыли. Пока она стояла в доках, она чувствовала, что морской бриз с реки Хуанпу действительно был сырым и холодным. Как замечательно. Интересно, не замёрз ли там насмерть Чжу Яньцинь? Нин Шу не планировала искать Чжу Яньциня. У неё не было никакого желания готовить для него и убираться за ним. Чжу Яньцинь даже говорил людям, что она – его старшая сестра. С какого хрена я твоя сестра?! Нин Шу нашла небольшой отель и немного привела себя в порядок. Поездка на корабле была просто слишком отвратительной. Всё это время Чжу Сыюань хныкал, поэтому Нин Шу коснулась его лба. У него была небольшая лихорадка. Нин Шу скормила ему жаропонижающую пилюлю, которую купила заранее. Приняв лекарство, Чжу Сыюань заснул. Всё его тело покрылось потом. Нин Шу принесла немного воды и помылась, терпя холод. После этого она принесла ещё воды, чтобы вытереть пот Чжу Сыюаня. Сейчас она хотела лишь осесть. Она планировала арендовать квартиру, а потом найти работу. Чжу Сыюань уже достиг того возраста, чтобы начать ходить в школу. Нин Шу хотела убедиться в том, что Чжу Сыюань получит хорошее образование. Она хотела вырастить его стремления. Чжу Яньцинь был культурным, но те вещи, которые он делал, были подлее подлого. И всё же, в итоге, он всё равно смог заполучить славу и признание. Она не могла с этим смириться! ---------- Доктором, Доктором, Доктором Ей нужно было усердно работать, а также помочь Чжу Сунян начать новую жизнь, чтобы помочь ей жить лучезарно в эти нелёгкие времена. Нин Шу обняла Чжу Сыюаня и легла спать. Она очень хорошо спала этой ночью. Она почти не спала на пароходе, поэтому была очень уставшей. На следующий день Нин Шу упаковалась и взяла Чжу Сыюаня, а потом вышла из отеля, чтобы найти дом. Она купила Чжу Сыюаню варёных пельменей. Чжу Сыюань начал очень радостно их есть, а потом прижал один из пельменей к губам Нин Шу и сказал своим детским голосом: - Мам, ешь! Мам, тебе тоже надо поесть! В сердце Нин Шу появилось тепло. Теперь, когда она задумалась об этом, она уже второй раз стала кормилицей и нянькой. Когда она вспомнила, что этот ребёнок изначально вырос невоспитанным и неумелым, она покачала головой. Она не могла позволить ему снова стать таким. Хоть он и делал это, чтобы разозлить Чжу Яньциня, это поведение всё равно было результатом беспомощности. Те, кто сильны и способны, не станут использовать подобные методы, чтобы кому-то отомстить. И только благодаря тому, что Чжу Сыюань был сыном Чжу Яньциня, он смог использовать против него такой метод. В итоге, Чжу Сунян и Чжу Сыюань были просто слишком слабыми. Чжу Сыюань беспокоился о своей матери, поэтому Чжу Сунян хотела хорошей жизни для себя и своего ребёнка. Большой город Шанхай чудесно процветал. Магазины были повсюду, словно деревья в лесу, и на витринах были выставлены прекрасные одежды в западном стиле и драгоценности. Вывески над диско-барами сверкали неоновыми огнями, а на улицах был бесконечный поток машин. Извозчики и канатные трамваи постоянно проносились мимо, а звук велосипедных звонков смешивался с криками детей, продающих газеты. Это был толерантный и современный город. После того, как Чжу Яньцинь приехал сюда, он больше не захотел отсюда уезжать. Нин Шу хотела найти квартиру под аренду, поэтому купила пару газет у ребёнка, после чего спросила у него, сдаёт ли кто квартиры. В итоге, ребёнок привёл её к дому в форме трубы. На балконах висели постиранные вещи. Это было место, где мошенники были смешаны с честным народом и всё место выглядело почти как клетка для перевозки свиней. Тут теснилось так много людей и у всех у них был только один небольшой двор для прогулок. Нин Шу хотела дать Чжу Сыюаню более благоприятное окружение, в котором он бы рос. Она искала целый день, но так и не смогла ничего найти. Перекусив, они вернулись в отель и заплатили за ещё одну ночь. Если хотите понять город, то вам нужно читать его газеты. В газетах имеется много информации, а в городе вроде Шанхая проходит слишком много событий в один день. Каждый день случается что-то новое. Тут была куча тайных сообществ, вроде Зелёной Банды и Общества Неба и Земли. Тут были иностранные концессии, полицейские участки и прочие всевозможные власти, которые создавали бесконечный поток возможностей в Шанхае. Тут было всё возможно. Этот город был процветающим, но также был и очень хаотичным. Вот почему ей придётся очень усердно работать, чтобы защитить себя и ребёнка. Она увидела в газете объявление, что госпиталь нанимает медсестёр, поэтому она решила попробовать себя в этом деле. Если она не будет зарабатывать денег, то на что они будут есть? У неё при себе осталось не так уж много денег. После того, как они закончатся, неужели она должна стать попрошайкой? Нин Шу планировала стать доктором. Она поцеловала Чжу Сыюаня, а потом сказала: - Дорогой, мама собирается стать доктором. Чжу Сыюань захлопал в ладоши и радостно повторил её слова: - Доктором, доктором, доктором… ---------- Подача Заявки На Становление Доктором Ранним утром следующего дня Нин Шу отправилась в больницу, чтобы подать заявку на работу. Ей пришлось принести с собой ребёнка, так что у неё особо не было надежды. Когда она пришла в больницу, как она и ожидала, ей сказали, что им нужны молодые девушки и будет лучше, если те будут выпускницами школы медсестёр. Как только в больнице увидели Нин Шу, несущую ребёнка и одетую в простую хлопковую куртку, они тактично сказали, что она не подходит. Нин Шу вздохнула, а потом сказала: - У меня есть немного знаний о работе медсестры, и я знаю традиционную китайскую медицину. Мои предки были императорскими лекарями, но семья попала в полосу неудач. Она совершенно всё выдумала, создавая для себя очень крутую семейную историю. Человек, который проводил собеседование, просто посмотрел на Нин Шу. В итоге, он сказал: - Есть особая должность, для военных докторов. Они сейчас как раз в фазе тренировок. Хотите подать на неё заявку? Нин Шу: →_→ Ей придётся отправиться на поле боя! Если ей не повезёт, то в неё может попасть шальной пулей, и она испустит свой последний пердёж? И что тогда делать Чжу Сыюаню? Нин Шу видела, что вокруг неё были молодые девушки, чьи волосы были завязаны в хвостики. Они были поистине красивыми, и ей действительно не хватало конкурентной силы, чтобы сравниться с ними. Нин Шу мысленно начала всё обдумывать. Фан Фэйфэй была полевым репортёром. Если Нин Шу станет военно-полевым доктором, то она обязательно с ней встретится. Нин Шу глянула на Чжу Сыюаня, который ещё ничего не понимал, а потом спросила: - А есть ли какие-нибудь материальные бонусы? Что если на поле боя со мной случится что-нибудь плохое? Что будет с моим ребёнком? И мне сейчас даже негде жить. - Страна позаботится о вашем ребёнке, так что вам не нужно переживать. Нужно лишь подписать документы, - сказал мужчина. Нин Шу нахмурила брови. - И мне негде сейчас жить. Стать военным доктором – это всё равно, что выбросить свою жизнь. Это была крайне опасная работа, поэтому ей нужно было добиться материальных бонусов. Всё же, она не могла гарантировать, что страна вырастит её ребёнка после её смерти. Документы с лёгкостью могут стать бесполезной бумагой. Во время того, что последует далее, вся страна будет в хаосе и беспорядке, так кто будет помнить о ребёнке? - Каждый месяц вам будут платить зарплату в размере пяти серебряных долларов, а госпиталь выделит вам небольшую квартиру, в которой вы сможете жить, - сказал мужчина. В эту эпоху, даже профессоры из Университета Цинхуа получали зарплату только в семь или восемь серебряных долларов в месяц, так что зарплата в пять серебряных долларов была очень даже неплохой. Нин Шу понимала, что у неё осталось совсем немного денег, и что оплата за проживание в отеле была очень большой. Более того, даже если только ради того, чтобы противостоять Чжу Яньциню и Фан Фэйфэй, она всё равно готова была взяться за эту работу. - Я согласна, - сказала Нин Шу и кивнула. Мужчина очень обрадовался. За всё это время никто не пожелал стать военным доктором, потому что для этой работы нужно, чтобы голова всегда была на плечах. Очень даже может быть, что в одну секунду ты будешь держать скальпель, а в следующую секунду в тебя попадёт бомба. Обстановка будет очень суровой. Это будет далеко не так комфортабельно, по сравнению с больницей. Мужчина, проводящий собеседование, принял во внимание тот факт, что одежда Нин Шу была очень простой, и поэтому решил хитростью заманить её на должность военного доктора-стажёра. - Подпиши тут, - мужчина достал документ и положил его перед Нин Шу. – Ты умеешь писать своё имя? Нин Шу взяла ручку, и, после короткого мгновения раздумий, она написала имя Чжу Сунян. - Очень хорошо! Мужчина убрал документ. Нин Шу обняла Чжу Сыюаня и поцеловала его. - Мама только что стала доктором! Чжу Сыюань радостно рассмеялся. Больница выделила для Нин Шу дом. Он был небольшим и очень простым, но в нём была вся необходимая мебель. Нин Шу была вполне довольна. Всё же, на улицах сейчас бродило очень много народу. Более того, этот дом был записан на её имя и считался её собственностью. В будущем, когда страна начнёт стремительно развиваться, цены на дома в Шанхае станут очень высокими. Это можно будет считать накопительной семейной собственностью для Чжу Сыюаня. Она вернулась в гостиницу и выписалась из своего номера, затем перенесла свой багаж в новый дом. Нин Шу оставила Чжу Сыюаня играть с сами собой, пока она отмывала каждый уголок дома. Когда она посмотрела на отмытый дом, в её сердце всколыхнулась неописуемая радость. Её тело даже слегка дрожало. Это были эмоции Чжу Сунян. Она была крайне рада обладать домом, который принадлежит только ей. ---------- Тренировка Военно-Полевого Доктора У неё был свой собственный дом в Шанхае. Даже у Чжу Яньциня такого не было. После этого Нин Шу начала свою тренировку. Военно-полевым докторам не обязательно знать, как лечить недуги вроде болезни сердца или высокого кровяного давления, но они должны быть очень умелыми в лечении боевых ранений. Им нужно знать, как лечить траншейную стопу*, ожоги, открытые раны и дизентерию. А что касается обстоятельств лечения, они должны уметь использовать всё, что имеется под рукой. У них может не оказаться ни средств для дезинфекции, ни анестетиков, ни скальпелей. Они должны быть готовы ампутировать конечность даже просто военным ножом или фруктовым ножом, должны быть готовы использовать самый быстрый и самый грубый способ, чтобы спасти жизнь солдата. Военные доктора в первую очередь были солдатами, а потом уже докторами. Им нужно иметь крепкое тело, чтобы находить необходимые для выживания вещи и инструменты для лечения в окружающей обстановке. Им не только нужно было спасать других, но ещё и гарантировать собственную безопасность. Короче говоря, это была очень опасная работа, и она была серьёзной проверкой для психологии человека. Слушая звуки борьбы и стрельбы снаружи, они должны спокойно извлекать пулю из тела солдата. Нин Шу принесла ребёнка на место тренировки. Там было лишь три мужчины. Вместе с ней всего стало четверо. Неудивительно, что мужчина, который проводил собеседование, принял её, несмотря на то, что она была женщиной. Шанхай считался процветающим городом, даже несмотря на то, что японцы захватили три северо-восточных провинции. И хотя мальчишки-газетчики каждый день кричали, что северо-восточные провинции пали под копытами японцев, большинство народу не осознавало жестокости войны, и тем меньше они думали или хотели стать военным доктором, чтобы отправиться на поле боя. Когда три мужчины увидели Нин Шу, несущую ребёнка, на их лицах появилось насмешливое выражение. Однако они не сказали ничего чрезмерного. Женщина была довольно храброй, раз решила стать военно-полевым доктором. Военно-полевой доктор научил Нин Шу и остальных троих, как забинтовывать раны солдат, и объяснил различные способы решения всяких проблем. Нин Шу тщательно записывала всё это в тетрадь. Это была информация, которая могла спасти жизнь. Если она всё хорошо запомнит, то, когда она отправится на поле боя, у неё будет больше шансов на выживание. У неё не было большой удачи Чжу Яньциня и Фан Фэйфэй, поэтому она могла полагаться лишь на свою усердную работу. Ещё у них были занятия по физической подготовке. Их учили базовым основам бокса и обращению с оружием. Нин Шу никак не терпелось добраться до пистолета. Когда она это сделала, он показался очень тяжёлым и был очень старым. Эти пистолеты иногда сами стреляли без какого-либо предупреждения, но они всё равно были поистине самым мощным оружием этой эпохи. Она сделала выстрел по мишени. Результат всё ещё был довольно неплохим. Физическая подготовка для военных докторов была мелочь для Нин Шу, так как она практиковала Непревзойдённые Боевые Искусства. Хоть у неё и сформировалась лишь крохотная часть энергии, эта энергия потихоньку восстанавливала её тело и постепенно улучшала само тело. В итоге, у неё было больше силы, чем у двух мужчин вместе взятых. По части физической силы остальные три мужчины не могли сравниться с Нин Шу. Когда они боролись, Нин Шу могла перебороть их всех троих разом. После окончания тренировки Нин Шу взяла Чжу Сыюаня домой и начала готовить и убираться. Эти дни были гораздо легче, по сравнению с теми, когда ей приходилось постоянно делать тофу. У неё было даже немного времени поиграть с Чжу Сыюанем. Она купила для Чжу Сыюаня несколько книг с цветными картинками. Чжу Сыюань начинал говорить всё лучше и лучше. Он теперь уже мог чётко выражать свои чувства и желания. Сердце Нин Шу наполнилось родительской гордостью. ____________________ * Траншейная стопа – разновидность обморожения, суть которого заключается в поражении ступней ног из-за продолжительного воздействия на них холода и сырости. ---------- Её Работа Тут Закончена Теперь Нин Шу уже некоторое время пробыла в Шанхае, но она так и не сходила повидать Чжу Яньциня. Когда она не работала над изучением базовых знаний военного доктора, она теперь учила Чжу Сыюаня читать и считать. Периодически, она приходила в ту больницу, чтобы работать медсестрой-стажёром и заботиться о пациентах. Это считалось за её попытку заранее привыкнуть к своей личности, как доктора. Каждый день был очень плодотворным. Она жила ради собственного блага, а не ради того, чтобы спонсировать Чжу Яньциня. Если честно, Чжу Сунян ни одного дня в своей жизни не жила для себя. Её продали в детстве семье Чжу в качестве малолетней невесты, а потом она проводила все дни, заботясь о Чжу Яньцине, который был младше неё. После того, как семья Чжу оказалась в трудной ситуации, она начала усердно работать, чтобы поддержать Чжу Яньциня в его учёбе. Как только Чжу Яньцинь добился успеха и создал для себя имя, её часть работы была закончена, и она была уволена. Функция Чжу Сунян была просто в том, чтобы вырастить Чжу Яньциня и спонсировать его до тех пор, пока она не умрёт. Насколько это было ужасно? И Чжу Яньцинь никогда её не признавал. Нин Шу надела униформу медсестры, надела шапку на голову, закрыла лицо маской, а потом вышла в больничное крыло. Она увидела, что там было немало студентов, одетых в китайские туники, а также было несколько студенток. Как только Нин Шу увидела эту ситуацию, она сразу поняла, что произошло. Некоторые амбициозные юноши снова маршировали по улицам со своими баннерами и вступили в драку с патрулирующими полицейскими. Все они были побиты. Более того, Нин Шу увидела кое-кого знакомого. Она никогда бы не подумала, что встретится с Чжу Яньцинем таким образом, как пациент и доктор. Нин Шу глянула на Чжу Яньциня, который сидел на стуле и читал. Дитя, подойти сюда и взгляни на свою старую простушку. Нин Шу подошла к Чжу Яньциню и оценила его взглядом. У Чжу Яньциня была бледная кожа, хорошо сформировавшиеся черты лица и он выглядел очень красиво в своём костюме-тунике, которая была школьной униформой. Он излучал утончённую ауру учёного. Чжу Яньцинь из воспоминаний Чжу Сунян всё ещё имел незрелый вид, но теперь его внешность стала гораздо более зрелой. Однако сейчас его лицо было в синяках, а губа была разбита. На его рубашке были даже оторваны несколько пуговиц. Нин Шу уже собралась заговорить с ним, когда к нему подошла студентка и спросила: - Яньцинь, ты в порядке? Яньцинь?! Они так близки?! Нин Шу посмотрела на студентку. У неё была классическая стрижка каре, красивая белая кожа, нежные черты лица, а в её миндалевидных глазах была непоколебимая решимость. С первого же взгляда было видно, что она женщина со своими идеями. В её взгляде было беспокойство, когда она посмотрела на Чжу Яньциня. - Тебе сильно больно? Тебе не стоило тогда вставать передо мной, чтобы защитить меня. - Всё в порядке. Уж лучше буду ранен я, чем ты. Это мелочи, не так уж и больно. Чжу Яньцинь нежно утешил студентку. - Больше так не делай. А то я переживаю, - студентка поджала губы. – Я и сама могу себя защитить. Чжу Яньцинь взял девушку за руку. - Девушка вроде тебя не сможет их побить. У них есть оружие и полицейские дубинки. Нин Шу подняла брови, наблюдая за их разговором. Эта студентка, вероятно, была Фан Фэйфэй. Она действительно была красива и полна энергии. Она была на совершенно ином уровне, по сравнению с Чжу Сунян, которая целыми днями носила коромысло, чтобы продавать тофу. Фан Фэйфэй обладала простой и элегантной аурой, а непоколебимая решимость и упрямство в её взгляде заставляли людей прочувствовать это, даже несмотря на её хрупкое телосложение. В её теле скрывалась огромная энергия. Чжу Яньцинь продолжал скрывать от Фан Фэйфэй тот факт, что у него уже были жена и ребёнок. Нин Шу кашлянула. Когда Фан Фэйфэй обернулась и увидела Нин Шу, она поспешно сказала: - Медсестра, пожалуйста, взгляните на его раны. - Давайте посмотрим, - Нин Шу повернула лицо Чжу Яньциня направо, а потом налево, после чего спокойно сказала: - С ним в порядке, просто несколько царапин. Он будет в полном порядке, когда я намажу немного лекарства. Пока Нин Шу говорила, она открыла бутылку и, при помощи щипцов, окунула ватный шарик в лекарство. Её губы презрительно поджались, когда она с силой прижала шарик к углу рта Чжу Яньциня. Чжу Яньцинь тут же закричал от боли, прикрыл свой рот и резко вдохнул. ---------- Всё Нормально, Это Моя Работа Нин Шу раздражённо сказала: - Вы чего дёргаетесь? Конечно же, вам немного больно, когда я накладываю лекарство. В данный момент Нин Шу носила маску, поэтому Чжу Яньцинь никак не мог узнать, что эта грубая медсестра была его женой. Он лишь чувствовал, что отношение медсестры было очень небрежными, она слишком сильно давила на его раны. К тому же, спирт, который содержался в лекарстве, заставлял его рану болеть так сильно, словно её разрывало. - Яньцинь, просто потерпи ещё немного, ладно? – Фан Фэйфэй утешила Чжу Яньциня, а потом вежливо обратилась к Нин Шу: - Мисс медсестра, позвольте мне помочь с его лечением? Голос Нин Шу прозвучал немного приглушённо через маску. - Всё нормально, это моя работа. Фан Фэйфэй не могла забрать у неё инструменты, поэтому она могла лишь наблюдать со стороны. Нин Шу окунула ещё один ватный шарик в лекарство, а потом начала обрабатывать лицо Чжу Яньциня. Её рука была такой же тяжёлой, как и раньше, поэтому Чжу Яньцинь постоянно резко вдыхал от боли. В итоге, он больше не смог терпеть и увернулся от руки Нин Шу. - Вы чего уворачиваетесь? – тон Нин Шу был раздраженным. Чжу Яньцинь чувствовал себя так, словно вся неудача его жизни собралась тут, раз он столкнулся с такой медсестрой. Она была ни капли не нежной. - Фэйфэй, ты возвращайся пока. А то скоро стемнеет. Чжу Яньцинь не хотел, чтобы Фан Фэйфэй видела его в таком жалком состоянии. Фан Фэйфэй выглянула на улицу. Там уже становилось темно, но, когда она увидела лицо Чжу Яньциня, она обеспокоенно спросила: - А что насчёт твоих ран? - Всё в порядке, возвращайся. Ходить по ночам небезопасно. Когда Чжу Яньцинь говорил с Фан Фэйфэй, его взгляд был полон любви, а тон его голоса был очень нежным. Когда Нин Шу услышала его это нежное обращение, она презрительно поджала губы, а её рука с щипцами раздражённо дёрнулась. Насколько она помнила, Чжу Яньцинь никогда не разговаривал с Чжу Сунян подобным образом. Его поведение всегда было равнодушным, особенно когда он был маленьким. Он в полной мере обращался с Чжу Сунян, как с горничной. Чжу Сунян приходилось готовить для него всю еду и одежду, а летом он заставлял её обмахивать его всю ночь веером, чтобы отгонять комаров. Только после того, как они завершили бракосочетание, его поведение по отношению к ней стало немного лучше. Когда она увидела его отношение к Фан Фэйфэй, она могла лишь сказать, что между разными людьми было поистине огромное неравенство. Сколько бы ты ни делала, некоторые люди никогда не увидят твоих усилий. Фан Фэйфэй увидела, что Чжу Яньцинь настаивает на том, чтобы она ушла, и что в его голосе слышится беспокойство за неё, поэтому она кивнула и улыбнулась ему, после чего ушла. Чжу Яньцинь продолжал смотреть в том направлении, в котором ушла Фан Фэйфэй. Его взгляд был таким нежным, словно его переполняла пылкая любовь. Нин Шу потёрла ватным шариком по лицу Чжу Яньциня, отчего он состроил гримасу боли. Его голос бы злым, когда он сказал: - Что это у вас за поведение такое? Вы не можете быть немного нежнее? Ни в коем случае! Нин Шу спокойно сказала: - Я и так уже очень нежная. Вы обвиняете меня в том, что ваши раны болят? У вас, интеллектуалов, совсем нет рассудка? - Ладно, вам больше не нужно меня лечить. Чжу Яньцинь оттолкнул руку Нин Шу. Когда он увидел сверкающие белоснежные щипцы в её руках, он почувствовал, как его раны снова начали пульсировать от боли. Нин Шу не стала настаивать и закрыла бутылку с лекарством, после чего сказала: - Оплатите лечение. На лице Чжу Яньциня промелькнули следы неловкости. Он ощупал свои карманы, но при нём не было денег, поэтому он сказал: - Я сегодня был на шествии, поэтому не взял с собой денег. Нин Шу просто безразлично уставилась на него. Чжу Яньцинь начал чувствовать смущение от того, что на него так пристально смотрят. Он снял свои часы и с лёгкой гордостью сказал: - Это немецкие заводные часы. Я оставлю их вам сейчас в качестве залога, а завтра вернусь, чтобы оплатить лечение. Комментарий редактора: Нин Шу: *С силой давит на каждую ранку ваткой со лекарством* Дядя школьный доктор: *Одобрительно смотрит* ---------- Ты Очень Уродливый У Чжу Яньциня действительно не было при себе денег. Его семья давно уже не присыла деньги, поэтому он теперь редко ходил куда-нибудь с Фан Фэйфэй. В прошлом, когда у них было свободное время, они ходили в кино. Однако теперь Чжу Яньцинь мог лишь использовать в качестве оправдания свою учёбу. Впрочем, Чжу Яньцинь был умён. Он приглашал Фан Фэйфэй в библиотеку, чтобы почитать. Когда она сидела у окна, а проходящий через окно солнечный свет падал на неё, он придавал ей прекрасное свечение. Чжу Яньцинь брал ручку, чтобы медленно нарисовать на бумаге набросок Фан Фэйфэй. Иногда он писал какие-нибудь неопределённые и романтические любовные поэмы. Он делал всё возможное, чтобы быть романтичным, но не тратить деньги. К счастью, Фан Фэйфэй была культурной девушкой, поэтому подобное очень хорошо работало на ней. Она совсем не замечала, что Чжу Яньцинь сейчас был в тяжёлой финансовой ситуации. В данный момент Нин Шу просила у Чжу Яньциня оплату за лечение. У Чжу Яньциня не было при себе денег, поэтому он мог лишь пообещать, что принесёт деньги и с крутым видом протянуть свои часы в качестве залога. Нин Шу подняла брови, когда взяла часы. Эти часы были довольно тяжёлыми и сделаны с изысканным мастерством. Даже у тонких стрелок был свой уникальный дизайн. В них не было и намёка на то, что это был продукт массового производства. С первого же взгляда было ясно, что они много стоят. - И сколько они стоят? – спросила Нин Шу. Выражение лица Чжу Яньциня было самодовольным. - Тысячу серебряных долларов. Этого достаточно, чтобы послужить залогом за больничную оплату? Что за хуйня?! Нин Шу хотела просто стукать его по лицу своими щипцами до тех пор, пока он не станет неузнаваемым. Он потратил тысячу серебряных долларов на покупку часов? Ха. Ха. Ха. В данное время на один серебряный доллар можно было купить больше 85 килограмм риса. Обычная семья из трёх человек могла прожить всего на два или три серебряных доллара. Пяти сотен серебряных долларов было достаточно, чтобы купить обычный дом. То, что делал Чжу Яньцинь, было практически бесчеловечно. Он заставлял Чжу Сунян работать до изнеможения, пока сам он наслаждался жизнью и носил роскошные часы. - И какая мне польза от ваших часов? Оплата за лечение даже не тысячная часть от цены этих часов. Мне не нужны часы, мне нужны только деньги. Нин Шу швырнула часы обратно Чжу Яньциню, и тот поспешно их поймал. Он раздражённо сказал: - Эти часы очень дорогие. Если вы их сломаете, то вы не сможете себе позволить выплатить компенсацию. - Оплата за лечение, - спокойно сказала Нин Шу. – Не может же быть, что у вас нет денег, верно? Обманщик. Вы носите такие дорогие часы, а у самого в кармане ни единого цента? Цвет лица Чжу Яньциня стал немного краснее, когда он заговорил: - Я уже сказал вам. Я был сегодня на шествии, поэтому не взял деньги. С теми синяками, что у него уже были на лице, теперь его лицо выглядело фиолетово-красным. Нин Шу просто уставилась на него, ничего не говоря. В итоге, один из его одноклассников заплатил за лечение. Чжу Яньцинь тут же надел свои часы обратно и поблагодарил этого друга, говоря, что он ему обязательно вернёт долг. Выйдя из помещения, Чжу Яньцинь увидел Чжу Сыюаня, который сидел с книгой и читал. Маленький мальчик выглядел очень серьёзным. У Чжу Яньциня разыгралось любопытство, поэтому он присел перед Чжу Сыюанем и спросил: - Эй, маленький дружок, ты почему тут один? Как тебя зовут? Нин Шу как раз убирала вещи на место. Когда она увидела, что Чжу Яньцинь общается с Чжу Сыюанем, её сердце ёкнуло. Она уже собиралась забрать ребёнка, когда услышала, как Чжу Сыюань говорит Чжу Яньциню: - Ты очень уродливый. Голос Чжу Сыюаня был очень детским, но его выражение лица было очень искренним. С тех пор, как они приехали в Шанхай, Нин Шу постаралась, чтобы Чжу Сыюань выглядел красивым, пухлым и белым. И теперь, когда он с таким серьёзным выражением лица говорил "ты очень уродливый". Нин Шу не знала, плакать ли ей или смеяться. В данный момент внешность Чжу Яньциня была довольно ужасной. Его лицо было бледным и фиолетовым, а после нанесения лекарства, оно стало ещё более невыносимым зрелищем. Однако когда ребёнок сказал ему это прямо в лицо, он почувствовал смущение и гнев. - У этого ребёнка нет никаких манер, - высказал своё замечание Чжу Яньцинь и ушёл. Первая встреча отца и сына закончилась так плохо. На самом деле, эта пара из отца и сына, должно быть, имела конфликтующие характеры по датам рождения, и они никогда не поладят. Нин Шу передала Чжу Сыюаня медсестре, с которой он был знаком, а потом сказала Чжу Сыюаню: - Сыюань, будь хорошим мальчиком, оставайся тут и жди маму. Мама очень скоро вернётся. Чжу Сыюань покорно кивнул. Нин Шу сняла свою униформу медсестры, надела маску и вышла из больницы, следуя за Чжу Сыюанем. Теперь небо уже начало темнеть. Чжу Яньцинь, который шёл впереди, даже не заметил, что его кто-то преследует. Когда он проходил мимо небольшого переулка, Нин Шу сняла своё пальто и быстро подбежала к нему. Она набросила своё пальто ему на голову, а потом затащила его в переулок, не давая прийти в себя. #комментарий анлейта: Большие пальцы вверх за малыша Сыюаня, ааах, он был такой милый в этот момент! ---------- Сейчас Изнасилуют?! Чжу Яньцинь просто шёл, когда перед его глазами внезапно оказалось темнота, и его кто-то куда-то потащили. Он был ошарашен и начал неистово сопротивляться, но другая сторона была очень сильной. Как бы он ни вырывался, он не мог освободиться. Нин Шу резко начала бить его, пиная, а потом ударяя кулаками по лицу. Чжу Яньцинь и без того был весь избит, поэтому под напором Нин Шу, он вскоре начал выть от боли. - Ты… Чжу Яньцинь хотел заговорить и снять ту ткань, что накрывала его голову, но ему в лицо тут же прилетел удар кулака, вслед за которым последовал ещё один пинок в живот. Чжу Яньциня тут же стошнило. Левый хук Нин Шу попал по его печени, а потом она круговым ударом ноги попала по его нижней части тела, и он со стоном упал на землю, не в силах подняться. Нин Шу наклонилась и сняла часы с запястья Чжу Яньциня, после чего раздела его, оставляя только в трусах. Чжу Яньцинь уже был избит до такой степени, что у него не осталось сил сопротивляться. Ему казалось, что все кости в его теле были сломаны. Его глаза так опухли, что он не мог их даже открыть. Когда он почувствовал, что с него снимают одежду, в его сердце всколыхнулся страх. Не может же быть, что его сейчас изнасилуют, верно? И это, к тому же, будет мужчина? Нин Шу была очень сильной, поэтому Чжу Яньцинь уже был уверен в том, что избивающий его человек был мужчиной. Когда Нин Шу посмотрела на Чжу Яньциня, который был красив как разделанная курица, в её сердце возникло убийственное намерение. Она должна просто убить его прямо тут. Не стоит жалеть о смерти такого человека. Более того, судя по удаче Чжу Яньциня, в будущем он будет процветать, а под его командованием будет более десяти тысяч солдат. К тому времени она не сможет его побить. Она протянула руку и с силой сжала шею Чжу Яньциня. Чжу Яньцинь неистово сопротивлялся и пытался отцепить руку, которая сжимала его горло. Его голос был хриплым, когда он закричал: - Угх, на помощь… На помощь! Даже сейчас Чжу Яньцинь не видел, как выглядит его противник. Его лёгкие горели от боли так, словно вот-вот взорвутся. - Прошу… отпусти… Нин Шу ещё сильнее сжала руку. В этот время послышались звуки шагов и голоса людей. Вероятно, это были патрулирующие полицейские. Нин Шу стиснула зубы. У Чжу Яньциня действительно была хорошая удача. Она отпустила его шею, а потом сжала кулак, чтобы ударить его в грудь. Чжу Яньцинь закашлял кровью, а потом слабо упал на землю. Он продолжил неистово кашлять, и вскоре его рот покрылся кровью. Нин Шу схватила своё пальто, потом развернулась и убежала. Когда пришли патрулирующие полицейские и посветили фонариком, они увидели полностью раздетого и уже бессознательного Чжу Яньциня. Нин Шу убрала в мешок те вещи, которые забрала у Чжу Яньциня, а потом вернулась в больницу, чтобы забрать Чжу Сыюаня. Нин Шу не стала задерживаться в больнице, и просто взвалила Чжу Сыюаня себе на спину и пошла домой. Пока Чжу Сыюань прижимался к спине Нин Шу, он спросил: - Мам, а что значит "ребёнок без манер"? Нин Шу небрежно ответила: - У моего Сыюаня есть все нужные манеры. Просто Сыюань сказал правду, которая расстроила мелочного человека. - Мам, этот человек правда был уродливым и злым, - сказал Чжу Сыюань. ---------- Грабёж Людей Приносит Больше Всего Денег Нин Шу зашла в западный кондитерский магазин, чтобы купить Чжу Сыюаню небольшой тортик. Сегодня был его третий день рождения. Скоро он уже должен начать ходить в школу. Она лишь надеялась, что сможет должным образом обеспечить ему всё, прежде чем ей придётся отправиться на поле боя. На самом деле, Нин Шу хотела оставить Чжу Сыюаня рядом с собой, но она собиралась быть военным доктором, и ей нужно было ездить вместе с армией. Если она возьмёт с собой ребёнка вроде Чжу Сыюаня, то могут возникнуть проблемы. Когда среда обитания слишком суровая, дети легко заболевают. К счастью, сейчас она только проходила тренировки резервных военных докторов, поэтому в ближайшее время её никуда не отправят. Пройдёт ещё пара лет, пока не начнётся китайская Война Сопротивления Японии*. У неё ещё было в запасе время, чтобы побыть рядом с Чжу Сыюанем. Ей было суждено отправиться на поле боя. Она уже подписала контракт. Если она передумает, то её, вероятно, ожидает очень трагическая судьба. В хаотичные времена, жизни людей были самыми бесполезными. Величайшим желанием Нин Шу было сохранить себя и Чжу Сыюаня в безопасности, а попутно ещё и вырастить из Чжу Сыюаня хорошего молодого человека и проследить, чтобы он не стал никчёмным богатеньким мальчиком. Когда они вернулись домой, Нин Шу зажгла свечи на тортике и сказала Чжу Сыюаню: - Сыюань, загадай желание торту. - Что такое "желание"? – озадаченно спросил Чжу Сыюань. Нин Шу ответила: - Сыюань, чего ты больше всего хочешь? - Сыюань хочет всегда быть с мамой, - сказал Чжу Сыюань. Аааах, какие трогательные слова. Нин Шу и Чжу Сыюань задули свечи, а потом нарезали торт. После этого мать и сын вместе съели этот небольшой тортик. Помыв лицо, руки и ноги Чжу Сыюаня, она уложила его в постель и рассказала сказку. Когда она увидела, что он засыпает, она погладила его по голове и мысленно вздохнула. Чжу Сыюань был ребёнком, который оказался без надзора обоих родителей. И уж точно без надзора со стороны отца. А теперь они встретились, но даже не узнали друг друга. Чжу Яньцинь ничего не знал о Чжу Сыюане. Тем временем, Чжу Сунян работала днями и ночами, чтобы зарабатывать деньги, поэтому было неизбежно, что Чжу Сыюань остался без присмотра. Причина, почему его характер в итоге стал таким, была в том, что он чувствовал себя удручённо. Причина, почему он противостоял своему отцу подобным образом, и это нельзя было отрицать, была в том, что в какой-то части его сердца таилась надежда. Он был ребёнком, которому не хватало любви. Когда Чжу Сыюань крепко заснул, Нин Шу достала из мешка вещи Чжу Яньциня. Тут были: шерстяной свитер, его школьная униформа, часы за тысячу серебряных долларов, а также перьевая ручка. Нин Шу увидела, что эта перьевая ручка тоже была очень качественно сделана. На ней были даже выгравированы слова. Среди них было словно "Яньцинь". Нин Шу взяла ножик и зачеркала это имя. После этого она осмотрела униформу Чжу Яньциня и нашла его имя, вышитое на внутренней стороне воротника. Она взяла иголку и выковыряла все нитки. Одежда была немного грязной, поэтому она её постирала. Когда одежда высохла, она всё упаковала и отнесла в ломбард. Она планировала заложить эти вещи в ломбарде. Часы, которые изначально стоили тысячу серебряных долларов, теперь можно было заложить только за пятьсот серебряных долларов, но Нин Шу не могла принять такую цену. Эти часы выглядели почти как новые. В итоге, она торговалась, пока цена не достигла шестисот пятидесяти серебряных долларов, после чего согласилась на сделку. Перьевая ручка и одежда пошли только за десять серебряных долларов, но и это было довольно неплохо. Как и ожидалось, грабёж людей приносит больше всего денег. Чжу Яньцинь, по сути, опустошил семью Чжу ради покупки этих вещей. Заполучив на руки больше шестисот серебряных долларов, Нин Шу почувствовала, что она теперь считается очень состоятельным человеком. Раз у неё теперь были деньги, то она начала снова запасаться едой. В эту эпоху цены на продукты были очень нестабильными. У неё не было желания ждать до тех пор, пока эти деньги станут бесполезными, поэтому она купила ещё один дом на эти деньги, а также немного невозделанной земли. Невозделанная земля была очень дешёвой. Хоть Шанхай и был уже процветающим, тут ещё оставались места, которые были не развитыми. Когда она вспомнила, какими мучительными будут в будущем цены на дома, она начала закупать землю. Однако она осмеливалась купить только небольшие участки, которые были не очень далеко от нынешних процветающих земель. Всё же, она не могла позволить себе купить большие участки земли. После того, как задание будет завершено, она покинет этот мир. Она надеялась, что Чжу Сунян и Чжу Сыюань смогут жить более лёгкой жизнью, после того, как Нин Шу уйдёт. После обычной тренировки, она отправилась в больницу, чтобы начать работать стажёром. Чжу Яньцинь, который был избит и находился при смерти, был привезён в больницу. Когда Нин Шу посмотрела на его свиноподобное лицо, она могла лишь сказать, что от беды так легко не избавиться. Как только она решила убить Чжу Яньциня, тут же появилась полиция. ---------- Лгать Перед Лицом Вора Нин Шу была относительно разочарована. Она очень хотела просто убить Чжу Яньциня пару сотен раз. Фан Фэйфэй сидела у койки, её глаза мерцали от слёз. Её выражение лица было негодующим, когда она спросила: - Да кто мог такое сделать? Это уже слишком. У Чжу Яньциня так сильно болело горло, что он не мог даже говорить. Тот человек так сильно сжал его шею, что ему казалось, будто она вот-вот переломится. Даже сейчас он не мог понять, кого он так обидел. Его не только ограбили, но ещё и хотели убить. От одного только воспоминания об этом всё его тело покрывалось мурашками. Этот человек всерьёз хотел его убить. Он почувствовал то убийственное намерение. Чжу Яньцинь был и психически и физически измождён. Он был серьёзно ранен, но у него не было денег, чтобы заплатить за лечение. Он отправил телеграмму домой, но ему никто не ответил. У него возникло ощущение, что там что-то произошло, и он планировал съездить домой, но теперь он был так избит, что не мог даже пошевелиться. Он чувствовал сильное головокружение и постоянную тошноту. Его грудь всё ещё болела от того удара. Доктор сказал, что у него сотрясение мозга, а в его ноге небольшой перелом. - Скажи что-нибудь? Ты же совсем недавно был в порядке. Фан Фэйфэй просила его заговорить, и её миндалевидные глаза были широко распахнуты от сияющего негодования. Чжу Яньцинь хотел говорить, но не мог. Нин Шу подошла к ним. Когда она увидела Чжу Яньциня, она удивлённо спросила: - Что это с вами случилось? Вы же не были таким раненым вчера. Чжу Яньцинь с трудом разлепил свои глаза. Когда он увидел Нин Шу в маске, стоящую перед ним, всё его тело начало болеть. Не может же быть, что эта медсестра с чёрным сердцем собирается обмазывать его лицо лекарством, верно? Медсестра, которая до этого обмазывала его лекарством, была гораздо нежнее, чем эта медсестра. Чжу Яньцинь очень хотел, чтобы Нин Шу просто свалила подальше. Нин Шу взяла щипцы и при помощи них окунула ватный шарик в лекарство. Она уже собралась прижать его к ранам Чжу Яньциня, когда Чжу Яньцинь увернулся. Нин Шу раздражённо сказала: - Вы чего это уворачиваетесь? После этих слов Нин Шу начала намазывать лекарство. Однако в этот раз она не стала делать это жёстко. Она не хотела, чтобы он потерял сознание от боли, так как впереди его ожидал более трагический вопрос. Она обмазала лекарством всё лицо Чжу Яньциня, которое уже было похоже на морду свиньи. Его лицо так опухло, что на него требовалось очень много лекарства. - Доктор сказал, что вас госпитализировали. Идите и оплатите лечение. Учитывая все расходы, с вас пять серебряных долларов, - спокойно сказала Нин Шу. Когда Чжу Яньцинь слышал слова "пять серебряных долларов", его лицо тут же стало совершенно красным. Он был зол и встревожен. Забудьте о пяти серебряных долларах, у него не было даже одного серебряного доллара. В данный момент он был серьёзно травмирован. Это было впервые, когда он был настолько травмирован, и он очень боялся, что останется обезображенным и с искалеченной ногой. Он очень беспокоился о том, что станет калекой. Как бы там ни было, он не мог позволить себе быть выгнанным из больницы. Это было впервые, когда он вспомнил о Чжу Сунян. Если бы Чжу Сунян была тут, то она бы обязательно придумала способ раздобыть для него деньги. Нин Шу посмотрела на Фан Фэйфэй и сказала: - Вы – его девушка, верно? Ему сейчас не очень удобно ходить и платить, так почему бы вам не помочь ему и самой заплатить за лечение? Фан Фэйфэй была на мгновение ошарашена, а потом она стиснула губы и ничего не сказала. - Фэйфэй, у меня украли все деньги, что у меня были, - с трудом пролепетал Чжу Яньцинь. Его голос был невыносимо хриплым. Да он же всё выдумал! У него не было ни единого доллара при себе, так чего там красть было? Нин Шу закатила глаза. ____________________ Примечание: * Японо-китайская война (7 июля 1937 — 9 сентября 1945) — война между Китайской Республикой и Японской империей, начавшаяся до Второй мировой войны и продолжавшаяся до её окончания. В российской историографической традиции наиболее распространённым является наименование «Японо-китайская война 1937—1945 годов». В источниках на Западе чаще встречается название «Вторая японо-китайская война». В то же время часть китайских историков использует широко распространённое в Китае именование «Восьмилетняя война сопротивления Японии» (или просто «Война сопротивления Японии»). ---------- Просто Убить Его Прямо Сейчас? Пять серебряных долларов были огромной суммой денег. Фан Фэйфэй замешкалась на мгновение. Однако когда она услышала объяснение Чжу Яньциня, она почувствовала себя немного беспомощно. - Фэйфэй, я не знаю, кто меня ограбил. Когда мне станет лучше, я тебе верну долг. Чжу Яньцинь мог лишь стать более толстокожим и снова попросить Фан Фэйфэй о помощи. В его голосе слышалось подавляемое смущение. В подобной ситуации Чжу Яньциню было довольно неловко занимать деньги у Фан Фэйфэй, особенно учитывая, что они были парой. Когда в отношения вмешиваются деньги, всё становится неловким, и деньги словно загрязняют чистоту их чувств. Более того, на данный момент Чжу Яньцинь и Фан Фэйфэй было лишь на стадии свиданий. Они ещё не пережили пылкой и страстной любви и храброй борьбы не на жизнь а на смерть на поле боя. Как максимум, у них были лишь взаимное хорошее впечатление друг о друге. И пока их чувства ещё были на стадии бутона, Чжу Яньцинь решил занять денег у Фан Фэйфэй, что было очень странно. Любая девушка почувствует себя немного неуютно, если её парень захочет занять у неё денег. Её парень, который должен быть успешным в любом начинании, внезапно захотел занять у неё денег. Она невольно почувствовала, что её парень был немного… некомпетентным. Нин Шу просто наблюдала со стороны, а потом сказала Фан Фэйфэй: - Он довольно серьёзно ранен. Если его не вылечить, скорее всего, на лице останутся шрамы, а если перелом ноги оставить недолеченным, то это может развиться в хроническую боль. Его сотрясение мозга наиболее серьёзная проблема. Вы уверены, что не хотите вылечить его? Чжу Яньцинь мог лишь заставить себя открыть глаза, чтобы посмотреть на Фан Фэйфэй. Фан Фэйфэй увидела, что он и медсестра пристально смотрят на неё, поэтому могла лишь кивнуть. Она сказала Чжу Яньциню: - Не волнуйся из-за денег, просто сфокусируйся на выздоровлении. Чжу Яньцинь с облегчением вздохнул, после чего потянулся и взял Фан Фэйфэй за руку. Его голос был хриплым, когда он сказал: - Фэйфэй, спасибо тебе. Фан Фэйфэй выдернула свою руку из руки Чжу Яньциня и сказала: - Я пойду пока оплачу лечение. Руки Чжу Яньциня на мгновение остались неловко висеть в воздухе, после чего он опустил их, словно ничего не произошло. Когда он увидел, что эта медсестра с чёрным сердцем всё ещё смотрит на него, он закрыл глаза и проигнорировал Нин Шу. Нин Шу было совершенно наплевать на то, что она не нравится Чжу Яньциню, она просто продолжила притворяться ответственной и прилежной: - Как вы себя теперь чувствуете? Голова ещё болит? Чувствуете головокружение? Чжу Яньцинь даже не стал открывать глаза, а его голос был очень несчастным. - Пока вас тут нет, я не чувствую головокружения. Чжу Яньциню было очень тяжело говорить. Из-за этого отметины удушения на его шее стали ещё более заметными. Это было ужасающее зрелище. Нин Шу мысленно хохотала как маньяк. Так тебе и надо! Нин Шу прищурилась, глядя на Чжу Яньциня. Может, ей просто убить его прямо сейчас? Она могла бы подстроить всё, сказав, что лечение оказалось неэффективным. На данный момент Чжу Яньциня можно было уже считать сиротой. Семья Чжу больше не существовала, его родители умерли, а что касается её – его малолетней невесты, она никогда не считала Чжу Яньциня своим мужем. Нин Шу потянулась к скрытому оружию, которое было спрятано у неё на поясе. Она должна просто убить его сейчас иглой. - Почему вы всё ещё здесь? – Чжу Яньцинь с трудом открыл глаза, которые были такими опухшими, что его поле зрения было не более чем щелью. – Вы мне сейчас не нужны, так что, пожалуйста, уходите. Нин Шу подавила убийственное намерение в своём сердце и спокойно сказала: - Мне ещё нужно осмотреть сейчас ваше тело и помочь вытереть вас. Чжу Яньцинь был очень раздражён. Эта медсестра всерьёз раздражала. Он не знал почему, но, каждый раз, как он видел эту медсестру, он чувствовал необъяснимый гнев. В данный момент Нин Шу просто хотела убить Чжу Яньциня. Она подошла к Чжу Яньциню с иглой, спрятанной в её ладони. Когда Чжу Яньцинь увидел, что медсестра не уходит и даже подходит ближе, он нахмурил брови и от этого пошевелил раной на лице. Он резко вдохнул от боли. - Да что с вами такое? Нин Шу потянулась, чтобы помочь Чжу Яньциню поправить одеяло. Игла уже была зажата между её пальцами. Она готова была вонзить её в сердце Чжу Яньциня, но в её теле всколыхнулась непреодолимая сила, и душу Нин Шу чуть не выдернуло из тела Чжу Сунян. Нин Шу пошатнулась, и на мгновение потеряла равновесие. Её тело покрылось холодным потом. Как раз в этот момент Фан Фэйфэй снова вошла в палату. - Яньцинь, я уже заплатила за лечение, - она глянула на Нин Шу, а потом села на стул, рядом с койкой. – Так что не волнуйся и просто сфокусируйся на восстановлении. Фан Фэйфэй сладко улыбнулась, её голос прозвучал очень честно. - Спасибо. В голосе Чжу Яньциня послышалось тепло. Нин Шу повернулась и вышла из палаты. Она не хотела оставаться там и наблюдать за их флиртом. Она вытерла холодный пот со лба, а потом ослаблено прислонилась к стене. Она мысленно вздохнула. ---------- Чжу Сыюань: ???? Серьёзно, она могла лишь вздохнуть. Та ситуация, которая произошла ранее, была из-за сопротивления Чжу Сунян. Чжу Сунян не хотела, чтобы Нин Шу убивала Чжу Яньциня. Чжу Сунян не была той, что может убить собственного мужа, и она также не хотела совершать это преступление. Чжу Сунян была робкая и скромная женщина, которая выросла под влиянием феодальных доктрин, поэтому она не смела совершать столь чуждые условностей действия. Она была продана ребёнком в семью Чжу, поэтому рабское услужение уже пропитало её до самых костей. Чжу Сунян была просто робким и добросердечным человеком. Она не могла вынести, чтобы на её руках была кровь, особенно, если бы это был её собственный муж. Как бы там ни было, Чжу Яньцинь был её мужем. Нин Шу лишь вежливо рассмеялась. Главное, чтобы Чжу Сунян была счастлива. Раз Чжу Сунян не хочет, чтобы Чжу Яньцинь умирал, тогда она просто позволит ему жить. Однако теперь уже Чжу Яньциню будет не так просто добиться успеха. Нин Шу заглянула в палату и увидела, что Фан Фэйфэй присматривает за Чжу Яньцинем, лицо которого было опухшим, как у свиньи. Нин Шу сняла униформу медсестры, а потом забрала Чжу Сыюаня и отправилась домой. Чжу Сыюань спросил у Нин Шу: - Мам, почему у меня нет папы? Чжу Сыюань обычно был с Нин Шу, когда Нин Шу приходила в больницу, поэтому многие люди в больнице уже познакомились с Чжу Сыюанем. Некоторые люди просто не могли не сплетничать, поэтому они пытались спросить Чжу Сыюаня о том, кто его отец. Большую часть времени Чжу Сыюань просто отвечал удивлённым выражением лица. Когда Нин Шу услышала это, она сказала: - Сыюань, у тебя есть папа. Твой папа умер. Чжу Сыюань: ???? Нин Шу пояснила: - Как и твоя бабушка, твой папа умер и был похоронен. Чжу Сыюань выглядел удручённым. - Мам, я никогда раньше не видел папу. - Всё в порядке, дома должны быть где-то фотографии умерших родственников. Мама попробует найти для тебя фотографию, чтобы ты смог увидеть своего папу, - небрежно ответила Нин Шу. Чжу Сыюань кивнул, а потом тихо прижался к спине Нин Шу. Нин Шу знала, что неизбежно появятся слухи, так как она была одинокой женщиной с ребёнком, но эти люди взяли и пошли спрашивать у Чжу Сыюаня? От этого ей стало очень неуютно. Ребёнок же ничего не знает. Она не могла позволить ребёнку оставаться в таких неблагоприятных условиях, это повлияет на его психологическое развитие. Не нужно было объяснять, насколько Нин Шу была сыта по горло Чжу Яньцинем. Раз она не могла его убить, тогда она сделает из него калеку. Его руки и ноги будут в порядке, но он не сможет больше использовать мелкую моторику рук. Всё же, Чжу Яньцинь собирался в будущем убивать врагов из оружия, ха-ха… В эту свободную и непринуждённую эпоху, даже если Чжу Яньциня вычеркнуть из общей картины, всегда найдётся другой человек, который встанет на его место. В эту эпоху было предостаточно народных героев. Даже без Чжу Яньциня там будут тысячи героев. Единственная причина, почему Чжу Яньцинь в итоге поднялся так высоко, была в его хорошей удаче. Однако Нин Шу не имела желания позволить Чжу Яньциню успешно создать для себя имя и, тем самым, добиться власти и красотки. Чжу Яньцинь забыл о кровавых слезах, которыми плакала женщина. Он никогда не чувствовал и капли благодарности к Чжу Сунян, и даже не ценил её. Он вообще считал, что она – его постыдное прошлое. Ибо как мог мужчина, принявший новый стиль обучения, иметь малолетнюю невесту с ребёнком? Фан Фэйфэй должна быть его женой на всю жизнь. ---------- Что Насчёт Отца Ребёнка? Чжу Сыюань был в удручённом состоянии духа в последние пару дней. Это явно было из-за его папы. Нин Шу просто наблюдала за этим, ничего не говоря. После тренировки военных докторов, Нин Шу отправилась в больницу. Она глянула в сторону главной медсестры, стоящей рядом с ней, а потом подошла к стойке, чтобы налить стакан воды. - Главная медсестра, вы не заняты? Главная медсестра была женщиной лет за сорок, и она довольно холодно относилась к Нин Шу. - Нет. - Главная медсестра, я слышала, что ваш сын сейчас учится в колледже. Перед ним поистине безграничные перспективы, - спокойно сказала Нин Шу. – Мой ребёнок ещё такой маленький, а мир сейчас в таком хаосе. Я даже не знаю, что делать в будущем. Дети всегда были самым эффективным способом сблизить двух женщин. На лице главной медсестры появилось сочувствие, и её голос стал чуть более праздным. - Действительно, женщине вроде тебя трудно самой растить малыша. А что насчёт отца ребёнка? Глаза Нин Шу покраснели от слёз. - Мой муж отправился учиться в колледже, но от него уже давно не было вестей. Я подозреваю, что он уже мёртв. К тому же, в моём родном городе тоже стало слишком хаотично, поэтому я приехала в Шанхай с ребёнком, чтобы избежать того хаоса, а заодно и найти отца ребёнка. Нин Шу снова начала рассказывать свою предысторию, стараясь сделать её как можно более скорбной. Главная медсестра тут же начала утешать Нин Шу. После этого, печальная история Чжу Сыюаня начала распространяться среди докторов и медсестёр. Даже те люди, которые были заинтересованы в слухах, больше не спрашивали у Чжу Сыюаня о его отце. Когда они видели Чжу Сыюаня, они даже периодически давали ему какие-нибудь дешёвые игрушки. Нин Шу хотела, чтобы Чжу Яньцинь какое-то время не знал о ней и Чжу Сыюане. Она не знала, как резко он отреагирует. Возможно, он даже попытается прогнать их из Шанхая. В данный момент Нин Шу хотела лишь усердно работать и изучать медицину, чтобы она смогла добиться хороших результатов на поле боя. А что касается Чжу Яньциня, разве он не смотрел на Чжу Сунян свысока? Она собирается сделать так, чтобы Чжу Сунян стала тем, кого уважают. Нин Шу внесла тазик для умывания в палату и спросила у Чжу Яньциня: - Как вы себя сегодня чувствуете? Когда Чжу Яньцинь открыл глаза и увидел Нин Шу, его выражение лица тут же стало хуже. - Гораздо лучше. Нин Шу поставила тазик и помогла поправить одеяло Чжу Яньциня, после чего намочила и выжала полотенце и начала вытирать лицо и руки Чжу Яньциня. Чжу Яньцинь увидел, что в этот раз Нин Шу была относительно нежной. Он глянул на её маску. - Почему вы всё время носите маску? Чжу Яньцинь окинул взглядом Нин Шу. Он никак не мог избавиться от чувства, что этот человек кажется ему знакомым. Однако он никак не мог вспомнить, где он видел её раньше. Чжу Яньцинь никогда бы и не подумал о Чжу Сунян. Он мог поверить в то, что Чжу Сунян знала, как готовить тофу, но чтобы Чжу Сунян стала медсестрой? Тут было только одно слово: невозможно. Более того, Чжу Сунян должна быть в его родном городе, а не тут, в Шанхае. Однако когда он вспомнил о ней, его сердце тут же наполнилось яростью. Чжу Сунян больше не присылала ему телеграмм и больше не присылала ему деньги. Он отправил домой множество телеграмм, но никто не ответил. Чжу Яньцинь уже принял решение. Когда ему станет легче, он съездит домой. Не может же быть, что дома действительно что-то случилось? Более того, у него не осталось никаких денег, поэтому ему точно придётся вернуться домой за деньгами. Нин Шу ничего не говорила, и лишь обтирала руку Чжу Яньциня тёплым полотенцем. Когда полотенце прошло через его запястье, Чжу Яньцинь внезапно почувствовал необычную резкую боль. Он поспешно выдернул свою руку и покрутил ею, но не обнаружил никакой раны, поэтому он не знал, почему ему было больно. - Что вы сделали? – озлобленно закричал Чжу Яньцинь на Нин Шу. Он покрутил своей рукой, но не обнаружил ни травмы, ни крови. Однако рука очень болела. Нин Шу посмотрела на Чжу Яньциня, а потом с растерянностью сказала: - Вы что, головой стукнулись? Я ничего не делала. Чжу Яньцинь плотно нахмурил брови и сказал: - Я не хочу, чтобы вы помогали мне мыть руки. Я хочу другую медсестру. Нин Шу взяла другую руку Чжу Яньциня и начала вытирать её. - В больнице нехватка кадров. Я уйду, когда протру эту руку, а в следующий раз вы уже сами будете выбирать, какая медсестра должна за вами ухаживать. Я никогда не видела мужчину, который поднимал бы такую шумиху из-за каждой мелочи. - Оййй… Чжу Яньцинь отмахнулся от руки Нин Шу. Его запястье очень болело. Место, которое медсестра протирала, очень болело, а под кожей чувствовались множественные уколы боли. Нин Шу посмотрела на Чжу Яньциня с крайним презрением, а потом швырнула полотенце в тазик, взяла тазик и ушла. Перед самым уходом она пробормотала: - Неужели он действительно считает себя каким-то богатым юным господином? Неужели так больно, когда ему вытирают руки? Почему бы ему тогда просто не вознестись на Небеса? Чжу Яньцинь был так раздражён, что его лицо стало пепельным. Он начал трясти своими руками, но его запястья всё равно сильно болели. Более того, эта боль теперь распространялась до кончиков его пальцев, отчего обе его руки словно болезненно опухли. #комментарий анлейта: Ого, актёрские навыки Нин Шу уже, наверное, достигли 200 очков. ---------- Я Слышала, Что Он – Богатый Юный Господин Выйдя из палаты, Нин Шу врезалась в Фан Фэйфэй, которая пришла навестить Чжу Яньциня. На Фан Фэйфэй было шерстяное пальто и красный шарф, из-за которого её цвет лица выглядел очень хорошо. Нин Шу глянула на неё, а потом протиснулась мимо. Фан Фэйфэй замешкалась на мгновение, а потом спросила: - Яньцинь, то есть, этот пациент, сколько времени у него уйдёт на полное выздоровление? Нин Шу расплывчато ответила: - Всё зависит от индивидуальной скорости восстановления. Я и сама не уверена. Брови Фан Фэйфэй нахмурились, а потом она прямолинейно спросила: - Тогда сколько будет стоить оплата за лечение до тех пор, пока он полностью не выздоровеет? Когда Нин Шу услышала этот вопрос, он застал её врасплох. Она глянула на красивое лицо Фан Фэйфэй. Не может же быть, что Фан Фэйфэй больше не хочет платить за лечение Чжу Яньциня, верно? - Я и сама не до конца уверена. Вам придётся уточнить у доктора, но вам стоит знать, что на восстановление от обычных травм обычно уходит три месяца. Его раны это не то, что можно вылечить за день или два. Ему нужно как следует восстановиться, - пока Нин Шу говорила, её взгляд суетливо забегал, а потом она словно решила рассказать сплетни: - Я слышала, что он – юный господин из богатой семьи, так что такие траты дня него, вероятно, вообще мелочи. Фан Фэйфэй глянула на Нин Шу. - Откуда вы знаете, что он – юный господин из богатой семьи? - Он носит немецкие часы стоимостью тысячу серебряных монет. Если он не юный господин, тогда кто он? Однако у него, похоже, нет денег. Когда вы, ребята, были побиты в прошлый раз на шествии и оказались в больнице, он не смог даже заплатить за своё лечение. Нин Шу много насплетничала, и от этого цвет лица Фан Фэйфэй ухудшился. Фан Фэйфэй нехотя ответила Нин Шу, а потом повернулась, чтобы войти в палату. Нин Шу усмехнулась. Чжу Яньцинь тратил деньги, которые Чжу Сунян зарабатывала своим потом и слезами. Они оба, Чжу Яньцинь и Фан Фэйфэй, тратили деньги Чжу Сунян на своих свиданиях, а теперь, когда она попросила Фан Фэйфэй достать пять серебряных долларов, Фан Фэйфэй уже больше не могла терпеть? Каждый раз, когда Чжу Сунян отправляла деньги, это было по двадцать серебряных долларов. Сколько же тофу она должна была продать, чтобы заработать столько денег? Семья Фан Фэйфэй была довольно обеспеченной. Если бы это было не так, то её семья не смогла бы отправить девушку в колледж. Однако они не были совсем уж богатыми. Иначе Фан Фэйфэй не стала бы так мучиться из-за пяти серебряных долларов. Чжу Яньцинь вёл себя очень щедро перед Фан Фэйфэй и, вдобавок с его естественно аурой, он не выглядел как человек, которому не хватает денег. Чжу Яньцинь никогда не говорил о своей семье перед Фан Фэйфэй. Он продолжал скрывать от неё тот факт, что у него есть жена и ребёнок. Он планировал просто хранить этот секрет как можно дольше и как можно дольше оставаться с человеком, которого любит. ---------- Два Серебряных Доллара То, как Нин Шу рассказала о том, что Чжу Яньцинь не заплатил за лечение в прошлый раз, вероятно, оставило нехорошее впечатление у Фан Фэйфэй, потому что она долгое время стояла перед палатой. Она поправила свою одежду, прежде чем войти. Чжу Яньцинь позвал доктора, потому что у него болели запястья. Все его руки и даже пальцы ощущались опухшими от боли. Когда доктор увидел, что на его руках не было никаких травм и что они даже не опухли, он просто списал это на тот фактор, что тело Чжу Яньциня боролось с воспалением. Чжу Яньцинь пристально смотрел на свои руки, когда в палату вошла Фан Фэйфэй, поэтому она спросила его: - Яньцинь, на что ты смотришь? Когда Чжу Яньцинь увидел, что пришла Фан Фэйфэй, он перестал беспокоиться о своих руках. К этому времени, та пронзительная боль уже словно снова исчезла, поэтому он с нежностью посмотрел на Фан Фэйфэй. - Ты пришла. Фан Фэйфэй кивнула, а потом налила ему стакан воды. Она задумалась на мгновение, а потом сказала: - Яньцинь, ты так серьёзно ранен. Почему бы тебе не сказать об этом своей семье, чтобы они тебя навестили? Чжу Яньцинь как раз пил воду, когда услышал её слова, поэтому поперхнулся. Он поспешно ответил: - В этом нет необходимости. Фан Фэйфэй удивлённо спросила: - Почему? Ты же так серьёзно ранен, об этом лучше рассказать твоей семье. Чжу Яньцинь ни в коем случае не стал бы рассказывать об этом своей семье. Если он это сделает, то его мать, вероятно, приедет сюда, и тогда Чжу Сунян тоже приедет навестить его. А что если Чжу Сунян и Фан Фэйфэй столкнутся друг с другом? Что если Чжу Сунян что-нибудь разболтает? В таком случае, разве Фан Фэйфэй не бросит его? - Моя мама уже довольно старая и живёт очень далеко, она не сможет перенести поездку на пароходе. Если я скажу ей, что меня госпитализировали, она не сможет ничего сделать, и будет только зря мучиться. Я не могу рассказать своей семье об этом инциденте, - объяснил Чжу Яньцинь. Он взял Фан Фэйфэй за руку и добавил: - Когда начнутся летние каникулы, я хочу отвезти тебя в свой родной город. Фан Фэйфэй раздражённо сказала: - Да кому нужно посещать твой родной город? Ах, да, я же до сих пор не знаю, какая у тебя семейная ситуация? На лице Чжу Яньциня промелькнул след печали, когда он рассказал Фан Фэйфэй о ситуации в своей семье. - Мой отец был учёным в поздней династии Цин, но вместо политики он занялся бизнесом. Однако он уже скончался. Моя мать теперь поддерживает всю семью. Вот почему я не могу сказать моей маме о своих травмах. Она не может ни на шаг отойти от семейного дела, и не сможет навестить меня, поэтому это будет для неё лишь поводом для бессмысленного волнения. Чжу Яньцинь намеренно опустил часть истории про Чжу Сунян и Чжу Сыюаня. Он также не посмел сказать правду о том, что его семья Чжу уже давно оказалась бедственном положении. Фан Фэйфэй кивнула со слабой улыбкой. - Это верно. Нельзя заставлять её волноваться. Нин Шу, естественно, не была в курсе того, что рассказал Чжу Яньцинь. Она вошла в палату со счётом и прямо сказала Фан Фэйфэй: - Пожалуйста, оплатите этот счёт. Доктор сказал, что этому пациенту ещё нужно будет остаться в больнице под наблюдением. Фан Фэйфэй нахмурила брови, а потом спросила у Нин Шу: - И сколько ещё нужно? - Два серебряных доллара, - сказала Нин Шу. – В основном потому, что жаропонижающее, которое использует пациент, довольно дорогое, поэтому я вынуждена побеспокоить вас оплатой счёта. После того, как Нин Шу закончила говорить, в палате тут же стало тихо. В воздухе витала сильная атмосфера неловкости, но Нин Шу ничего не говорила и лишь смотрела на этих двоих. В итоге, Чжу Яньцинь, всё же, заговорил первым. - Фэйфэй, можешь оплатить счёт за меня? Когда мне станет лучше, я скажу маме, чтобы она отправила мне деньги. Нин Шу закатила глаза. Твоей мамы даже больше нет в этом мире, так что тебе придётся поискать медиума для связи с духом. Фан Фэйфэй сказала: - Я уже заплатила пять серебряных долларов, поэтому у меня с собой осталось мало денег. У меня нет двух серебряных долларов. Я пойду займу немного у наших однокурсников. Фан Фэйфэй спросила у Нин Шу: - Можете подождать пару дней? У меня с собой столько нет. Нин Шу увидела, что Фан Фэйфэй крепко вцепилась в свою маленькую кружевную сумочку с жаккардовой вышивкой, и поняла, что у Фан Фэйфэй наверняка есть два серебряных доллара, но она не хочет их доставать. Нин Шу презрительно изогнула губы. - Я поговорю с доктором, это не мне решать. Если вы не сможете заплатить, тогда мы выпишем пациента. Только теперь Чжу Яньцинь по-настоящему почувствовал, что значит выражение "бедность сдерживает амбиции". Он невольно начал чувствовать негодование по отношению к Чжу Сунян. Если бы Чжу Сунян отправила ему деньги, то он бы не оказался в такой постыдной ситуации. Чжу Яньцинь почувствовал такой стыд, что его спина покрылась потом, а травмы начали болеть ещё сильнее. Однако он заставил себя сохранять спокойствие и сказал Фан Фэйфэй: - Фэйфэй, тогда сходи и одолжи, пожалуйста. Я тебе потом всё верну. Фан Фэйфэй вздохнула и сказала Чжу Яньциню: - Тогда я схожу на кампус и займу у ребят деньги, - Фан Фэйфэй повернулась к Нин Шу и сказала: - Пожалуйста, дайте мне пару дней. После этих слов Фан Фэйфэй развернулась и ушла. ---------- Жду, Чтобы Помочь Упаковать Чжу Яньцинь вздохнул с облегчением. Он никогда раньше не был в такой трудной ситуации. Правду говорят, что проблемы с деньгами могут подкосить даже героя. Раньше ему никогда не приходилось беспокоиться о деньгах. Если у него заканчивались деньги, он просто отправлял домой телеграмму, но в последнее время, он не получал никаких ответов на телеграммы, которые он отправил. Прошло уже полгода с тех пор, как он в последний раз получал деньги из дома. К счастью, у него ещё оставалось немного денег на повседневную жизнь, но теперь у него вообще не осталось денег. Он даже не знал, что ему делать после того, как он покинет больницу. Где ему теперь достать деньги? Чжу Яньцинь стиснул зубы. Ему придётся съездить домой. Что же такого произошло дома, что они перестали посылать ему деньги? Ему было крайне болезненно каждый раз просить деньги у Фан Фэйфэй. Он не хотел, чтобы их чувства изменились из-за проблемы с деньгами. Деньги, деньги, деньги! Сердце Чжу Яньциня было наполнено негодованием по отношению у Чжу Сунян. Нин Шу увидела выражения, которые промелькнули на лице Чжу Яньциня. Тут было негодование, борьба, стыд и беспокойство. Она мысленно фыркнула. Теперь ты по-настоящему вкусишь на себе то, каково быть юным господином, который оказался в бедственном положении. До этого страдала только Чжу Сунян, а Чжу Яньцинь и его мать вообще не страдали. А всё было потому, что Чжу Сунян была довольно тупой. Каждый раз, когда Чжу Яньцинь просил деньги, Чжу Сунян тупо отдавала их ему. Поначалу Чжу Яньцинь ещё придумывал всякие оправдания для того, почему ему нужны деньги, но потом, он даже это перестал делать и прямо говорил, что у него закончились деньги и ему нужны ещё. А всё потому, что он был избалован. Вот почему мужчин нельзя баловать, чем больше ты их балуешь, тем большими мудаками они становятся. Чжу Яньцинь и без того был удручён, а теперь, когда он увидел эту медсестру с чёрным сердцем, которая тупо смотрела на него, его гнев вырвался наружу. Он закричал: - Что вы тут всё ещё стоите? Мне не нужно, чтобы вы за мной присматривали. Исчезни с глаз моих долой! Мысленно закричал Чжу Яньцинь. Нин Шу: → _ → Что это за поведение такое? Нынешнее поведение Чжу Яньциня ничуть не отличалось от поведения обезумевшей собаки, которая пыталась перепрыгнуть стену. Нин Шу тихо сказала: - Я просто жду, чтобы помочь упаковать ваши вещи. - Зачем их упаковывать? – спросил Чжу Яньцинь, нахмурившись. - Думаю, вас скоро выпишут из больницы. Эту плату в два серебряных доллара могут и не оплатить. Сердце Чжу Яньциня похолодело, даже когда он сказал: - Мне ещё не стало лучше, так как вы можете меня выписывать? К тому же, моя девушка обязательно одолжит денег ради меня. Чжу Яньцинь почувствовал себя так, словно на него смотрят свысока, поэтому внутри он был крайне зол. И в то же время он был обеспокоен. Он тоже не мог гарантировать, что Фан Фэйфэй сможет добыть деньги. Тогда не будет ли это означать, что его просто выкинут из больницы? Чжу Яньцинь почувствовал ещё больше ненависти к тому человеку, который ограбил его той ночью, человеку, который обобрал его начисто, оставив лишь в трусах. Больше всего его сердце болело за те немецкие часы. Они были самой дорогой вещью из тех, что он владел; это была его величайшая гордость! ---------- Первый День в Школе Нин Шу думала, что Фан Фэйфэй не сможет занять денег, но, неожиданно, на следующий же день Фан Фэйфэй уже принесла два серебряных доллара. Эти два серебряных доллара были заняты у сокурсников, и на них даже была выписана расписка. Чжу Яньцинь с облегчением вздохнул, так как ему больше не нужно было беспокоиться о счёте за лечение. Когда он увидел Нин Шу, он выпятил грудь и самодовольно сказал: - Кто сказал, что меня скоро выпишут из больницы? Моя девушка очень популярная в моём университете, она бы меня ни за что не подвела. Нин Шу: → _ → Ты чего такой самодовольный? Говоришь так, словно тебе не нужно потом возвращать эти деньги. Как только придёт время, хотела бы Нин Шу посмотреть, откуда он достанет деньги. Это определённо будет крайне постыдно. И лучше всего, если он, в итоге, начнёт работать грузчиком в доках Хуанпу. Фан Фэйфэй пошла занимать деньги только потому, что она не хотела сама платить ещё два серебряных доллара. Вмешивать деньги в отношения между друзьями разного пола – это всегда плохо. А когда те студенты придут требовать свои деньги обратно, они уже будут искать Чжу Яньциня, а не Фан Фэйфэй. Фан Фэйфэй приходила в больницу, чтобы проведать Чжу Яньциня, когда у неё не было занятий. Её поведение было довольно внимательным, поэтому Чжу Яньцинь был очень счастлив. Нин Шу теперь уже редко появлялась перед Чжу Яньцинем, потому что большую часть времени она тратила на изучение военных знаний и на работу по усилению своего тела. А иначе, когда придёт время отправиться на поле боя, у неё даже не будет достаточно сил, чтобы сбежать, спасая свою жизнь. Она тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства и оттачивала свою технику стрельбы ради увеличения своих шансов на выживание. Скоро начнётся суматоха и она продлится очень долго, так что ей нужно постараться остаться в живых до тех пор, пока задание не будет выполнено. Нин Шу тщательно выполняла все тренировки, которые стояли на повестке дня. Благодаря тренировке Непревзойдённых Боевых Искусств, она была очень сильной. Во время тренировочного забега с мешками с песком, её мешки были тяжелее, чем у остальных трёх мужчин. Более того, у неё теперь были деньги, поэтому она, естественно, хорошо ухаживала за собой. Она хорошо ела, и её тело больше не было таким слабым, как раньше. В мгновение ока прошёл почти год. Чжу Сыюань достиг возраста, когда пора идти в школу, поэтому Нин Шу привела Чжу Сыюаня в детскую школу. Чжу Сыюань никогда раньше не оставался без Нин Шу, поэтому у входа он вцепился в ногу Нин Шу и запрокинул голову, крича "Мама не бросай меня!" Нин Шу терпеливо утешила его, говоря "Мама ни за что не бросит Сыюаня. Пришло время Сыюаню пойти в школу, там у тебя будет много друзей". Чжу Сыюань был ребёнком, у которого, по сути, не было чувства безопасности. У него в жизни никогда не было отца и, насколько он помнил, у него было лишь презрение по отношению к своему отцу за то, что он был так бессердечен по отношению к его матери. Каждый день, когда у Чжу Сыюаня заканчивались занятия, Нин Шу ждала у входа, чтобы забрать его. Каждый раз, когда Чжу Сыюань видел Нин Шу, он практически бросался ей на руки. По пути домой Нин Шу спрашивала у Чжу Сыюаня о том, что он сегодня узнал и хорошо ли он проводил время с остальными детьми. Чжу Сыюань всегда отвечал на её вопросы по порядку. Ему, похоже, было уже не так страшно ходить в школу, и он завёл там несколько хороших друзей. Периодически он дрался со своими одноклассниками, а потом плакался об этом Нин Шу. Нынешний Чжу Сыюань был гораздо более живым и энергичным, по сравнению с прежним собой. Нин Шу была очень рада видеть это. Нынешний Чжу Сыюань развивался в хорошем направлении. Помимо всего этого, Нин Шу также работала над тем, что готовила для себя инструменты. Она купила очень прочную аптечку, приготовила медицинские ножницы, скальпель, а потом привязала крепкий ремень, чтобы она могла везде носить с собой эту аптечку. Она будет полагаться на эти вещи, чтобы выжить. К тому же, она приготовила набор игл для акупунктуры. Когда придёт время, они ей понадобятся. Комбинация традиционной китайской медицины и лечения в западном стиле будет иметь гораздо лучший эффект. Нин Шу начала набирать западные противовоспалительные средства. Периодически она приходила в китайскую аптеку, чтобы купить травы, из которых потом делала порошок. Основной целью этого порошка было быстро остановить кровотечение, чтобы выиграть время для лечения. Она складывала готовый порошок в аптечку и продолжала делать ещё, когда у неё было свободное время, чтобы накопить как можно больше. Не считая золотистого порошка для ран, Нин Шу также делала яд. Однако найти ингредиенты для яда оказалось не так-то просто, поэтому конечный продукт оказался не очень хорошим. Токсичность была не очень сильной. Пока Нин Шу была занята своими делами, Чжу Яньцинь провёл в больнице около месяца и был выписан. Он почти полностью восстановился, но за это время он потратил немало денег. И за его лечение снова заплатила Фан Фэйфэй. Нин Шу наблюдала за тем, как Чжу Яньцинь уходит из больницы. Её сердце было в полнейшем спокойствии, когда она смотрела на то, как он уходит с Фан Фэйфэй. Вероятно, они больше не встретятся снова. ---------- Я Твой Отец Нин Шу прижала руку к груди, на душе у неё было душно и неуютно. У Чжу Сунян поистине был серьёзный комплекс неполноценности. И этот комплекс неполноценности был особенно сильным перед Чжу Яньцинем. Изначально, она должна была обращаться к Чжу Яньциню, как "господин". Когда она представляла его другим, она также должна была говорить "это мой муж, мой господин". Однако она боялась, что Чжу Яньцинь рассердится, поэтому, когда её кто-нибудь спрашивал, она говорила, что просто старшая сестра Чжу Яньциня. К этому времени атмосфера в стране становилась всё более напряжённой. Японцы захватили три северо-восточных провинции, а в самой стране две стороны были вовлечены в гражданскую войну. Политика центрального правительства гласила "не противиться иностранной агрессии, сначала мы должны избавиться от внутреннего врага", поэтому они были сфокусированы на том, чтобы подавить Красную Армию. Повсюду были шпионы, убийства и разрушения, отчего положение дел становилось всё более изменчивым. Покрывало беспокойства накрыло всю страну. Каждый день у чиновников и дворян статус менялся на уличных сплетников, после чего их арестовывали и бросали в тюрьму. Правительство пыталось избавиться от всех, кто казался частью Красной Армии. Над всей страной словно нависли слои невыносимо тяжёлых облаков, а почва под ними взывала в печали. В этом хаотичном мире Нин Шу чувствовала себя такой маленькой. Подобная горькая борьба, эти страдания, эта боль, постепенно росли и сжимали оковами её сердце. Каждый человек должен был сделать хоть что-нибудь ради этой страдающей страны. Чжу Сыюань попросил у Нин Шу книжки для чтения, поэтому Нин Шу тут же отвела его в книжный магазин за книжками. К этому времени Чжу Сыюань уже мог узнавать некоторые слова и поэтому умел немного читать. В эту эпоху книги были крайне дорогими. Единственными посетителями в книжных магазинах были студенты в униформах или прилично одетые интеллектуалы. Пока Нин Шу и Чжу Сыюань выбирали книги, они услышали голос, наполненный неуверенностью и шоком. - Чжу Сунян? Нин Шу обернулась и обнаружила Чжу Яньциня, стоящего с книгой в руке и ошеломлённо глядящего на неё. Нин Шу в замешательстве посмотрела на него. - А вы кто? Сердце Чжу Яньциня ёкнуло. Он был ошарашен, и ему казалось это нелепым – увидеть в этом книжном магазине человека, которого тут вообще быть не должно. После того, как первоначальный шок прошёл, слова "вот дерьмо" тут же заменили всё, что он чувствовал. - Что ты тут делаешь? Голос Чжу Яньциня был немного громким, поэтому все посетители книжного магазина посмотрели на него. Чжу Яньцинь тут же подошёл к Нин Шу и дёрнул её за руку, чтобы вытащить из магазина. Нин Шу стряхнула руку Чжу Яньциня, потом взяла Чжу Сыюаня, после чего вышла из магазина. Как только они вышли из книжного магазина, Чжу Яньцинь начал кричать на Нин Шу. - Что ты тут делаешь? Что с мамой? Я отправил тебе так много телеграмм, почему ты не ответила?! И ты даже не удосужилась сказать мне, что приезжаешь в Шанхай! Тебя тут быть не должно, скорее возвращайся домой! Нин Шу всё ещё сохраняла озадаченное выражение лица, когда нерешительно спросила: - А вы? - Чжу Яньцинь, - резко огрызнулся Чжу Яньцинь. На лице Нин Шу тут же расплылась улыбка, и она радостно сказала: - Господин, я наконец-то вас нашла! Чжу Яньцинь нахмурился и недоверчиво переспросил: - Как ты меня назвала? Господин? - Кажется, все люди тут называют своих мужей господином, - сказала Нин Шу. Потом она повернулась к Чжу Сыюаню и сказала: - Сыюань, это твой отец. Твой отец ещё не умер. Иди, поздоровайся с папой. Чжу Сыюань: ???? Его отец ещё не умер? ---------- Называй Меня Папочкой Когда Чжу Яньцинь услышал, как Нин Шу постоянно говорит о том, что он был мёртв, и понял, что она сказала своему ребёнку о том, что он мёртв, Чжу Яньцинь очень разозлился. Он вытянул руку и с силой толкнул Нин Шу. - Чжу Сунян, я задал тебе вопрос! Ты оставила маму дома одну, чтобы приехать в Шанхай? А что если с ней что-нибудь случится? - Мама уже умерла. Я отправила тебе много телеграмм и просила вернуться, но ты не приехал. Мама по тебе так сильно скучала, но даже провожать её дух пришлось Сыюаню, - сказала Нин Шу. - Она умерла? – Чжу Яньцинь пошатнулся от шока. – Почему ты мне не сказала?! Когда она умерла? Нин Шу: →_→ - Я же посылала тебе телеграммы, но ты всё не хотел возвращаться. Нин Шу уже повторила это дважды, но Чжу Яньцинь словно не слышал её. Чжу Яньцинь начал рвать на себе волосы, а его выражение лица наполнилось болью, когда он со скорбью зарыдал о своей матери. Нин Шу презрительно поджала губы. Если он действительно так заботился о матери Чжу, тогда почему он не вернулся, несмотря на то, что она отправила так много телеграмм? Чжу Яньцинь вытер свои слёзы, а потом посмотрел на Нин Шу своими покрасневшими глазами. - Почему ты не сказала мне, что приехала в Шанхай? - Я не знала, где ты живёшь, поэтому я не смогла тебя найти, - тихо ответила Нин Шу. Чжу Яньцинь опустил взгляд на Чжу Сыюаня, и Чжу Сыюань поспешно спрятался за Нин Шу. Чжу Яньциню показалось, что этот ребёнок выглядит знакомо. Он вспомнил, что это был тот ребёнок из больницы, который назвал его уродливым, поэтому его чувства к этому ребёнку были довольно противоречивыми. - Где ты сейчас живёшь? – спросил Чжу Яньцинь. Нин Шу была немного озадачена тем, почему Чжу Яньцинь спрашивает об этом, поэтому она поспешно ответила: - Я живу с Сыюанем в большом доме-трубе, мы там снимаем комнату. Господин, можно мы с Сыюанем переедем к вам? Чжу Яньцинь чуть не подскочил на месте. Он ни в коем случае не хотел позволять Чжу Сунян жить вместе с ним, поэтому он сказал: - Вам пока лучше некоторое время оставаться в том доме-трубе. Моя комната слишком маленькая, чтобы вместить ещё и вас двоих. Нин Шу: Что за хуйня?! Нин Шу уставилась на Чжу Яньциня, ничего не говоря. Чжу Яньцинь попытался избежать взгляда Нин Шу и присел, чтобы протянуть руку Чжу Сыюаню. Он нежно сказал: - Сыюань, иди к папе. Чжу Сыюань съёжился позади Нин Шу и лишь чуть-чуть высунул свою голову, чтобы с опаской поглядывать на Чжу Яньциня. Когда Чжу Яньцинь увидел, что Чжу Сыюань реагирует подобным образом, он отказался от попытки сблизиться с ним. Он поднялся и сказал Нин Шу: - Сунян, у тебя есть с собой деньги? Я послал тебе так много телеграмм, но ты не отправила мне никаких денег! Ты хоть знаешь, как мне было тяжело в последнее время? Чжу Яньцинь действительно страдал в последнее время. Он задолжал деньги своим сокурсникам, поэтому ему пришлось заложить все свои ценности, чтобы собрать достаточно денег и рассчитаться со своими однокурсниками. Однако он всё ещё был должен Фан Фэйфэй немало денег. Чжу Яньцинь мог лишь сказать Фан Фэйфэй, что он оповестил свою семью, и что деньги уже в пути, просто нужно время, потому что ситуация нынче слишком хаотичная. Чжу Яньцинь чувствовал себя так, словно он каждый день жарился на гриле. Он не знал, сколько он ещё сможет скрывать ситуацию со своей семьёй. И в то же время, он никак не мог заставить себя пойти работать. Если он начнёт работать официантом и встретится со своими однокурсниками, то он умрёт от стыда. Перед своими однокурсниками Чжу Яньцинь создал образ богатого юного господина. Не нужно объяснять, как болезненно будет уничтожать образ, над установлением которого он так усердно работал. Так что сейчас Чжу Яньцинь лишь изо всех сил старался поддерживать свой статус-кво. Теперь, когда он увидел Нин Шу, он даже почувствовал облегчение. По крайней мере, это решало его текущее затруднительное положение. Он тут же попросил у Нин Шу деньги. - Я недавно заболел и потратил много денег на лечение, поэтому я задолжал своим сокурсникам много денег. Дай мне денег, чтобы я мог рассчитаться со своими однокурсниками, - сказал Чжу Яньцинь. Возможно как раз потому, что он попросил деньги, его отношение к Нин Шу стало немного лучше. Он с теплотой сказал: - Когда я найду дом побольше, вы с Сыюанем переедете жить со мной. Выражение лица Нин Шу не изменилось, когда она спросила: - Что за одноклассник одолжил тебе так много денег? И сколько ты потратил на лечение? - Десять серебряных долларов, - ответил Чжу Яньцинь. Нин Шу: Иди ты нахуй! ---------- Можно Мы Будем Жить с Тобой? - Кто одолжил тебе деньги? – снова спросила Нин Шу. Взгляд Чжу Яньциня уклончиво дрогнул, когда он сказал: - Одноклассник, у которого со мной родственные души. Нин Шу: Иди ты нахуй! - Сколько у тебя с собой денег? – спросил Чжу Яньцинь. – Дай мне немного денег, чтобы я мог сначала рассчитаться по долгам. Нин Шу посмотрела на Чжу Яньциня. Этот экзотический человек поистине снова обновил её мировоззрение. Это Чжу Сунян избаловала его настолько, что ему подобное поведение казалось вполне естественным. Прежде она думала, что Чжан Цзясэнь, муж Мяо Мяомяо, был на самом высоком уровне среди мусора. Однако, по крайней мере, Чжан Цзясэнь присматривал за своей семьёй и проявлял сыновнее благочестие, хоть он и пошёл на то, чтобы украсть у семьи Мяо Мяомяо всё, что им принадлежало. А вот Чжу Яньцинь беспокоился только о себе. Всего секунду назад он скорбел о матери, а в следующую же секунду он начал просить деньги. Нин Шу кашлянула, а потом печально сказала: - У меня с собой нет денег. Когда мама заболела, я потратила много денег на лекарства для неё. После того, как она умерла, я очень много потратила на похороны и поиск хорошего места по фэн-шую для её захоронения. Все деньги, что были у нас дома, были потрачены. На лице Чжу Яньциня появился гнев. Он раздражённо потёр свои брови, после чего спросил: - У тебя действительно нет никаких денег? Нин Шу покачала головой. - У меня действительно нет никаких денег. Мы с Сыюанем живём в очень тесной комнатушке в доме-трубе. По ночам нам даже слышно, как храпят соседи. Нам приходится есть гниющие овощи, которые мы находим на помойке. Чжу Яньцинь изучил Нин Шу пристальным взглядом. Ему показалось, что кожа Чжу Сунян теперь стала красивее, чем раньше, да и её лицо стало круглее. Неужели можно обрести такое здоровое сияние, поедая гнилые выброшенные овощи? Чжу Яньциню казалось, что эта женщина просто водит его за нос. Неужели она действительно принимает его за дурака? Эта ситуация добавилась ко всем тем неудачами, которые он перенёс в последнее время и довела его до грани взрыва. Чжу Яньцинь никогда раньше не боялся разозлиться перед Чжу Сунян, поэтому он сразу же закричал: - Чжу Сунян, что ты имеешь в виду? Ты приводишь своего ребёнка в книжный магазин, чтобы купить книги, носишь хорошую одежду и даже растолстела, и всё равно говоришь, что живёшь только на гнилых овощах?! Ты что мне тут, голову морочишь?! Нин Шу коснулась своего лица. - Неудивительно, что народ говорит о том, какой в Шанхае питательный климат, я смогла набрать вес, просто поедая гнилые овощи. Чжу Яньцинь чуть не умер от ярости. - Чжу Сунян, неужели ты думаешь, что раз семья Чжу оказалась в бедственном положении и моя мама умерла, ты теперь можешь делать всё, что тебе хочется?! Я твой муж! Ты ведёшь себя эгоистично и вероломно! И что? Нин Шу холодно посмотрела на Чжу Яньциня. Так теперь он использует своё положение, как её мужа? Тогда почему он не подумал о том факте, что уже женат и у него есть ребёнок, когда он встречался с Фан Фэйфэй?! Насколько же Чжу Сунян избаловала Чжу Яньциня?! - У меня и правда нет денег. Даже если ты меня убьёшь, у меня всё равно не будет денег, - сказала Нин Шу. Выражение лица Чжу Яньциня стало мрачным, когда он сказал: - Чжу Сунян, хватит уже дурачиться, ясно? Мне действительно очень нужны деньги. Выражение лица Нин Шу наполнилось беспомощностью. - Но у меня действительно нет никаких денег, и все мои сбережения закончились. Можно мы будем жить у тебя? У меня уже не осталось денег платить аренду. Или, пусть только Сыюань будет жить с тобой. Я не стану жить с тобой, но, по крайней мере, позволь Сыюаню иметь место, где он может поспать. - Мааам… Чжу Сыюань посмотрел на Нин Шу со слезами на глазах. Нин Шу глянула вниз и сказала Чжу Сыюаню: - Сыюань, будь хорошим мальчиком и поздоровайся со своим папой. Тогда ты сможешь жить со своим папой, и тебе не придётся больше жить в том дрянном доме с мамой. Чжу Сыюань: ???? Почему ему всегда было так трудно понять, что говорит его мама? #комментарий анлейта: Лол, я как-то раз видела на фейсбуке схожий пост про карантин. Девушка написала о том, как её дядя попросил свою семью денег в семейном чате wechat, после которого она написала ему личное сообщение и спросила, сколько ему нужно, на что он ответил, что на самом деле ему не нужны деньги, он просто попросил их, чтобы никто у него не просил деньги, рофл. ---------- Она Моя Сестра Целью Чжу Яньциня было добыть деньги, но теперь Нин Шу пыталась спихнуть на него ребёнка. А ведь Чжу Яньциню ещё нужно было ходить на занятия. Откуда у него было время на заботу о ребёнке и на то, чтобы водить повсюду с собой ребёнка? Как он должен будет объяснить народу, кто этот ребёнок? Чжу Яньцинь глянул на робкого Чжу Сыюаня. При виде того, как тот прячется за женщину, Чжу Яньциню стало неуютно, и ребёнок перестал ему нравиться. - У меня нет времени заботиться о ребёнке! Я и так уже очень занят домашними заданиями, как я могу ещё и о ребёнке заботиться? Неужели я должен просто запирать его дома? Чжу Яньцинь нахмурился. Было ясно, что он не хочет воспитывать Чжу Сыюаня. На лице Нин Шу появилось выражение затруднения. - Тогда что же мне делать? Я больше не смогу позволить себе жить в том доме-трубе. Я могу вынести страдания, но ребёнок не должен страдать вместе со мной. Тысячи эмоций было бы недостаточно, чтобы описать те чувства, которые Чжу Яньцинь сейчас испытывал. Это что ещё за ситуация, чёрт подери? Чжу Сунян хотела выпросить у него денег?! - Давай деньги и Сыюань может остаться со мной, - сказал Чжу Яньцинь. Нин Шу: … - У меня действительно нет денег. Нин Шу развела руками в жесте беспомощности. Лицо Чжу Яньциня было наполнено нетерпением. Если бы не тот факт, что они были на улице. Чжу Яньцинь уже бы просто обыскивал её карманы в поисках денег. Чжу Яньцинь осмотрел Нин Шу с ног до головы. Как ни посмотри, но она не выглядела так, словно ей не хватает денег. Чжу Сыюань тоже выглядел ухоженным и красивым, у него даже был детский жирок, и при всём при этом она говорит, что у неё ничего нет и им негде жить. Чжу Яньцинь возмущённо нахмурил брови. Он чувствовал себя так, словно ему пудрят мозги, и тон его голоса выдавал нетерпение, когда он сказал: - Сунян, я сейчас в плохой ситуации. Дай мне немного денег, ладно? Я знаю, что у тебя есть деньги. - У меня нет денег, - твёрдо сказала Нин Шу. - Ты… - Яньцинь, ты уже купил свою книгу? К ним с улыбкой подошла Фан Фэйфэй. Когда Чжу Яньцинь услышал голос Фан Фэйфэй, его спина покрылась потом, а зрачки расширились. Всё его тело напряглось даже после того, как Фан Фэйфэй подошла к нему. Единственной мыслью в его голове была: Фан Фэйфэй и Чжу Сунян встретились друг с другом, что мне делать?! Фан Фэйфэй глянула на Нин Шу, а потом небрежно спросила: - А это кто? - Она моя сестра. - Я его жена. Чжу Яньцинь и Нин Шу заговорили в унисон, но слова, которые вышли из их рта, были совершенно разными. Чжу Яньцинь посмотрел в сторону Нин Шу, его лицо посерело, а его глаза покраснели от убийственного взгляда. Он выглядел словно дикий кровожадный зверь, но выражение лица Нин Шу было безразличным. В какой семье старшая сестра рожает тебе ребёнка, воспитывает твоего ребёнка, а потом ещё и работает, чтобы зарабатывать деньги, которые ты тратишь на учёбу и развлечения? Фан Фэйфэй была ошарашена. Она посмотрела на Нин Шу, а потом на Чжу Яньциня. Она никак не могла понять, что это за ситуация, поэтому она спросила: - Что ты имеешь в виду? - Да ничего. Чжу Яньцинь схватил Фан Фэйфэй за руку, а потом развернулся, чтобы уйти. Он сказал Фан Фэйфэй: - Я столкнулся с психопаткой. Она совершенно чокнутая. Каждому встречному мужчине она говорит, что она его жена, так что даже не обращай на неё внимания. - Но… - Фан Фэйфэй обернулась, чтобы посмотреть на Нин Шу. – Она? Нин Шу сказала Чжу Сыюаню: - Малыш, скорее позови своего папу. Нет, постой, назови его папочкой. Так более по-западному, позови папочку. Чжу Сыюань покорно позвал: - Папочка. Выражение лица Чжу Яньциня зловеще исказилось, когда он услышал, как его называют "папочка". Его взгляд был полон отвращения и ненависти, когда он посмотрел на Нин Шу. Он явно очень злился на Нин Шу за то, что она не поняла ситуацию. - Яньцинь, этот ребёнок называет тебя папой? – Фан Фэйфэй посмотрела на Чжу Яньциня с озадаченностью и беспокойством. – Что вообще происходит? - Я же сказал тебе, что она сумасшедшая. Эта безумная женщина недавно схватила меня и не отпускала. Пока Чжу Яньцинь говорил это, он тащил за собой Фан Фэйфэй, чтобы как можно скорее уйти отсюда. Фан Фэйфэй продолжила оглядываться на Нин Шу с озадаченным выражением лица. ---------- Я Буду Ждать Вас! Нин Шу помахала рукой на прощание и крикнула: - Господин, я буду ждать вас завтра. Удаляющаяся фигура Чжу Яньциня застыла на месте, а потом он взял Фан Фэйфэй за руку и быстро пошёл прочь. Нин Шу презрительно поджала губы. По крайней мере, она прояснила своё положение. Чжу Сунян была женой, а не какой-то там сестрой. - Мам, он и правда мой папа? – спросил Чжу Сыюань с озадаченным выражением на лице. – Разве папа не умер? Как он внезапно ожил? Чжу Сыюань чувствовал себя так, словно ему морочат голову. Его мама сказала, Сыюань, твой отец умер, он мёртв. Но теперь она говорит, Сыюань, скорее, поздоровайся со своим папой! Вообще-то, давай сделаем это по-западному, называй его папочка! Нин Шу кивнула. - Это твой папа. Он покинул дом в поисках обучения ещё до твоего рождения и никогда больше не возвращался домой, поэтому я думала, что он умер. Чжу Сыюань опустил голову и сказал: - Похоже, что я не понравился папе. Нин Шу не знала, что сказать. - Сыюань, не все люди такие же, как мы. Самое важное то, что мы должны больше любить друг друга. Даже если папа не любит Сыюаня, мама всё равно любит Сыюаня. Чжу Сыюань не совсем понял, но всё равно кивнул. Нин Шу взяла Чжу Сыюаня за руку, и они пошли домой. Её совсем не заботило то, что происходит с Чжу Яньцинем. А относительно того, прекратятся ли отношения между Чжу Яньцинем и Фан Фэйфэй, Нин Шу могла лишь пожать плечами. К ней это не имело никакого отношения. А насчёт того, что она сейчас сказала, что будет завтра ждать Чжу Яньциня у книжного магазина, то это была просто шутка. Чжу Сыюань снова был удручён. Он только смирился с тем фактом, что у него нет отца, как у него снова появился отец. А потом он обнаружил, что лучше не иметь отца, потому что его отец назвал его мать психопаткой. Нин Шу ничего не сказала, когда увидела Чжу Сыюаня таким. Что бы она ни сказала, это всё будет бесполезно. В этом возрасте дети больше всего нуждаются в отце. Им хочется, чтобы отец стоял перед ними, как гора Тайшань, и защищать их от всего того, что преподнесёт им мир. Каждый день Нин Шу проводила, занимаясь своими делами. Она уже почти заполнила свою аптечку лечебным порошком и его эффект бы довольно неплохим. Она попробовала надрезать свой палец и насыпать на него немного порошка, и кровь очень быстро перестала течь. Единственным недостатком было то, что по ощущениям это было так, словно кто-то сыпал соль на рану. Однако это было средством, которое могло спасти жизнь, поэтому с таким недостатком можно было смириться. Тем временем, раз Нин Шу сказала, что она будет ждать его завтра у входа в книжный магазин, на следующий день Чжу Яньцинь действительно пришёл к книжному магазину и стал ждать. Однако несмотря на то, что он прождал до полудня, Нин Шу так и не появилась. Чжу Яньцинь мог лишь подавить свою вспыльчивость и продолжить ждать. У него сейчас не было иного способа связаться с Чжу Сунян. Он даже не знал, где она живёт и как её найти. - Ты действительно ждёшь тут кого-то? – Фан Фэйфэй подошла к Чжу Яньциню и равнодушно посмотрела на него. – Ты от меня что-то скрываешь? Чжу Яньцинь не пришёл сегодня на занятия, поэтому Фан Фэйфэй решила наудачу прийти сюда. Она никак не ожидала, что Чжу Яньцинь действительно будет тут и будет ждать ту женщину. Чжу Яньцинь тут же покачал головой. - Я никого тут не жду, я просто пришёл купить книги. Вчера та сумасшедшая женщина доставала меня, поэтому я даже не смог купить себе книги. Выражение лица Фан Фэйфэй стало хуже. Она была очень зла, но подавила злость и напряжённо сказала: - Даже если тебе и нужно купить книгу, тебе же не обязательно было это делать во время занятий, верно? Ты просто ждёшь тут ту женщину, что мы видели вчера. Какие у вас с ней отношения? Чжу Яньцинь, объясни мне всё как положено. Чжу Яньцинь уверенно покачал головой: - Фэйфэй, я действительно пришёл сюда просто купить книги. - Так ты их купили или нет? Что это за книги такие, что на их покупку ушло полдня? Разве это не похоже больше на то, что ты так и не повстречал того человека, которого ждёшь? У Фан Фэйфэй появилась слабая догадка, которая шокировала и опечалила её. ---------- Ожидание… Бесконечное Ожидание… Фан Фэйфэй поняла, что она совсем не знает Чжу Яньциня. Чжу Яньцинь даже скрывал от неё такой серьёзный вопрос. Её нельзя было одурачить, просто сказав, что та женщина была безумной. Та женщина вовсе не была безумной. У Чжу Яньциня уже есть жена и даже есть ребёнок. Фан Фэйфэй пыталась успокоиться и подавить свой гнев и печаль. Она посмотрела на Чжу Яньциня и сказала: - У меня есть право знать правду. Чжу Яньцинь, если ты мне не расскажешь, тогда я пойду и узнаю правду сама. Чжу Яньцинь раздосадовано почесал затылок, его выражение лица было болезненным и беспомощным. Он быстро догнал Фан Фэйфэй и схватил её за руку. Фан Фэйфэй стряхнула его руку и холодно сказала: - Чжу Яньцинь, ты же знаешь, какой у меня темперамент. Либо ты расскажешь мне правду, либо мы расстаёмся. Чжу Яньцинь сделал глубокий вдох и сказал: - Прости, я тебе солгал. - Ты… Лицо Фан Фэйфэй стало бледным, и она развернулась, чтобы уйти. Чжу Яньцинь встал перед ней, чтобы заблокировать ей путь. - Я знаю, что ты меня не простишь, но, по крайней мере, выслушай меня. Мой брак с Чжу Сунян произошёл без моего знания о нём. Когда мне было ещё четыре года, я был так болен, что чуть не умер. Мои родители были суеверными и верили, что если они найдут малолетнюю невесту, то праздничная атмосфера отпугнёт мою болезнь. И в то же время Чжу Сунян была продана моей семье. Я никогда не считал её своей женой, как максимум, она была моей горничной, - объяснил Чжу Яньцинь, когда взял Фан Фэйфэй за руку. – У меня никогда не было к ней чувств. - А тот ребёнок? Фан Фэйфэй была мысленно подготовлена, но от этой правды ей всё равно было больно. Чжу Яньцинь поспешно сказал: - Этот ребёнок получился случайно. Это было всего один раз. Чжу Сунян забеременела всего после одного раза. Фэйфэй, я не говорил тебе этого, потому что ты мне нравишься, ты мне очень нравишься, и я хочу быть с тобой. Мне много раз хотелось рассказать тебе об этом, но я не решился рискнуть, потому что не хотел потерять тебя. Пока Чжу Яньцинь говорил, он крепко держал Фан Фэйфэй за руку, словно боялся, что Фан Фэйфэй исчезнет. Его ладони покрылись потом. Даже теперь Чжу Яньцинь не рассказал Фан Фэйфэй правды, его слова были лишь полуправдой. Он не сказал, что семья Чжу обеднела и он уже больше не богатый наследник. Чжу Яньцинь не посмел говорить об этом, потому что если бы он рассказал это, то Фан Фэйфэй точно ушла бы от него. У него были жена и ребёнок, и, к тому же, он был сыном обедневшей семьи? Это означало, что в нём нет совершенно никаких хороших моментов. Будет ли Фан Фэйфэй всё ещё любить его? Чжу Яньцинь не был в этом уверен. Чжу Яньцинь крепко стиснул губы, а потом поднял руку Фан Фэйфэй и положил её себе на сердце, после чего страстно сказал: - Фэйфэй, в моём сердце есть только ты. Фан Фэйфэй выдернула руку из хватки Чжу Яньциня, и её лицо стало бледным. Чжу Яньцинь попытался снова взять Фан Фэйфэй за руку, но Фан Фэйфэй покачала головой. - Мне нужно подумать. После этого она развернулась и ушла. Чжу Яньцинь наблюдал за тем, как Фан Фэйфэй уходит. Он был так зол, что ударил кулаком уличный столб, и его пальцы тут же пронзила боль. Лицо Чжу Яньциня побледнело, пока он тряс рукой, а потом он раздражённо дёрнул себя за волосы. Это всё было из-за Чжу Сунян! Чжу Сунян испортила его жизнь! Если бы не Чжу Сунян, то Фан Фэйфэй не стала бы к нему так относиться. Чжу Яньциню действительно очень нравилась Фан Фэйфэй. Фан Фэйфэй была яркой и трогательной. По сравнению с Чжу Сунян, которая была тупой и слишком невежественной даже просто для общения, Фан Фэйфэй была гораздо лучше. Что ещё более важно, он любил Фан Фэйфэй и хотел, чтобы Фан Фэйфэй стала его единственной женой до конца жизни. Сердце Чжу Яньциня было наполнено страхом и ненавистью. Он боялся, что Фан Фэйфэй уйдёт от него, и вся его ненависть, естественно, была направлена на Чжу Сунян. Почему ей нужно было появиться тут? Чжу Яньциню очень хотелось, чтобы он мог просто вырезать Чжу Сунян из своей жизни, словно её никогда и не существовало. Для Чжу Яньциня, Чжу Сунян была величайшим позором, и ко всему прочему, это был позор, от которого он не мог избавиться. Чжу Яньцинь очень сожалел о том, что завершил брак с Чжу Сунян и позволил ей забеременеть, чтобы родить ребёнка. Потому что из-за этого в его жизни всё стало так сложно. За последнее время произошло слишком много вещей. Он постоянно беспокоился из-за денег, а теперь ещё оказалось, что Чжу Сунян приехала в Шанхай. Это застало его врасплох и, в итоге, он позволил Фан Фэйфэй узнать правду. Правда, которую он тщательно скрывал долгое время, была вот так просто раскрыта. Чжу Яньцинь был в очень плохом настроении, так как он ждал очень долго, но никто так и не появился. А поскольку он ждал Чжу Сунян, то он начинал испытывать всё большую ярость. Однако у него не оставалось иного выбора, кроме как продолжать ждать. Раз всё стало настолько плохо, он просто заберёт вещи у Чжу Сунян, чтобы расквитаться за всё произошедшее. По крайней мере, ему нужно добыть денег, чтобы расплатиться с Фан Фэйфэй за тот случай, когда она заплатила за его лечение. Чжу Яньцинь ломал голову, придумывая способ, как спасти свои отношения с Фан Фэйфэй. От одной только мысли о том, что Фан Фэйфэй уйдёт от него, ему начинало казаться, что его будущее будет совершенно мрачным. Неужели ему придётся провести остаток своей жизни с женщиной вроде Чжу Сунян? Это было бы ужасно. Они двое были на совершенно разных уровнях в плане понимания, поэтому они не смогут нормально общаться. Ему придётся жить со скучной и тупой женщиной до конца своей жизни. От одной только мысли об этом у него волосы дыбом становились. Чжу Яньцинь сравнивал силы Фан Фэйфэй со слабостями Чжу Сунян. У Чжу Сунян действительно не было хороших моментов. Чжу Яньцинь продолжил ждать появления Нин Шу, но, прождав с утра до полудня, а потом с полудня до вечера, пока небо не стало совсем тёмным, Нин Шу так и не пришла. ---------- Медсестра Чжу - Чжу Сунян! – прорычал Чжу Яньцинь сквозь стиснутые зубы. Если бы он так и не понял, что его обыграли, то он был бы свиньёй. Чжу Сунян хватило смелости так издеваться над ним? - Злобная женщина! Она притворялась такой нежной, но, стоило только старикам семьи Чжу умереть, как она проявила свою истинную натуру. Чжу Яньциню даже показалось, что Чжу Сунян сбежала со всеми деньгами семьи Чжу. А иначе, зачем она приехала в Шанхай и не связалась с ним? Даже худой верблюд лучше коня. И хотя семья Чжу оказалась в бедственном положении, им всё равно нужны были деньги, и эти деньги были у Чжу Сунян. Чжу Сунян просто хотела забрать все деньги и наслаждаться ими в одиночестве! Все эти вещи принадлежат семье Чжу. Какое Чжу Сунян имеет право брать их? Все мысли Чжу Яньциня теперь были о том, как ему найти Чжу Сунян. Это он был тем, кто должен был унаследовать всё состояние семьи Чжу! Стало темно, поэтому у Чжу Яньциня не осталось иного выбора, кроме как вернуться. На следующий день он продолжил ждать у входа в книжный магазин, ожидая появления Нин Шу, но он прождал ещё один день впустую. Наконец, Чжу Яньцинь сообразил, что Чжу Сунян не появится. Подобное ожидание вслепую было плохим решением, поэтому он мог лишь придумать другой метод. Когда он вспомнил, что видел прежде Чжу Сыюаня в больнице, он решил пойти в больницу, чтобы испытать удачу и поспрашивать там. И вот так Чжу Яньцинь отправился в больницу и спросил медсестру о Чжу Сыюане. Как только медсестра услышала, что он сказал, она спросила: - Вы говорите о ребёнке медсестры Чжу, верно? - Медсестры Чжу? Глаза Чжу Яньциня округлились. Чжу Сунян стала медсестрой? Чжу Яньцинь счёл это нелепым. Это была совершенно абсурдная шутка. - Медсестру Чжу зовут Чжу Сунян? - Всё верно. Чжу Яньцинь чуть не подпрыгнул на месте от шока. Чжу Сунян, эта невежественная, необразованная женщина, знала, как использовать лекарства? Она вообще узнаёт буквы, которые используются в западной медицине? ---------- Ты Ничего Не Хочешь Мне Рассказать? Чжу Яньцинь никогда бы не подумал, что такая деревенщина, как Чжу Сунян сможет стать медсестрой. Это казалось ещё более нереальным, чем сон. В сердце Чжу Яньциня появилось странное чувство. Человек, на которого он всегда смотрел свысока, превратился в кого-то неизвестного ему. Чжу Яньцинь по очереди обыскал все палаты в поисках Нин Шу и, наконец, нашёл её. Она держала в руках шприц и ловко делала пациенту укол. Чжу Яньцинь снова перестал чувствовать уверенность в том, что этот человек – Чжу Сунян. В его воспоминаниях Чжу Сунян была тем, кто умел только работать, чтобы ей ни сказали, она всё делала, не говоря ни единого слова жалобы. А теперь она носила белую униформу медсестры и держала в руках шприц. Чжу Яньцинь почувствовал себя обманутым. Что Чжу Сунян хотела этим сказать, делая всё это в тайне? Когда его недавно ограбили, он довольно долго пролежал в больнице. Не может быть, чтобы Чжу Сунян не узнала, что он тут, но она не пришла к нему, и из-за этого у него не осталось выбора, кроме как просить у Фан Фэйфэй помощи в оплате счетов за лечение. А теперь, из-за неё, Фан Фэйфэй, похоже, думает о том, чтобы расстаться с ним. Чжу Сунян была настоящей ходячей проблемой. После того, как Нин Шу закончила делать пациенту укол, она развернулась, чтобы уйти с подносом, но увидела Чжу Яньциня, стоящего у двери с мрачным выражением на лице. Вокруг него витала атмосфера возмущения, а на лице у него читались негодование и гнев. Нин Шу не стала обращать на него внимания, и пошла на выход с подносом. Она просто равнодушно прошла мимо Чжу Яньциня. Чжу Яньцинь был в ярости и развернулся, чтобы последовать за Нин Шу. В его голосе сквозил сдерживаемый гнев, когда он сказал: - Чжу Сунян, ты ничего не хочешь мне рассказать? - Например? Нин Шу не считала, что ей нужно что-либо рассказывать. Чжу Яньцинь понизил голос и сказал: - Почему ты не сказала мне, что ты работаешь медсестрой в этой больнице? - О, я работаю тут медсестрой, - сказала Нин Шу. Лицо Чжу Яньциня посерело от гнева из-за безразличного отношения Нин Шу. - Чжу Сунян, что ты хочешь этим сказать? Чжу Яньцинь был очень зол поведением Нин Шу. Разве она не должна была ему что-то сказать? Ему хотелось увидеть лишь оправдывающееся поведение, но почему её поведение было таким? Что это у неё за поведение такое? Когда он попросил у неё деньги, она сказала, что у неё нет никаких денег. Неужели медсёстрам не платят зарплату? Он был в такой трудной ситуации, но Чжу Сунян вела себя совершенно чёрство. От этого Чжу Яньцинь был очень недоволен. Нин Шу посмотрела на Чжу Яньциня. Его выражение лица было полно возмущения, словно он был ужасно обижен. При виде этого выражения у Нин Шу по коже пробежались неприятные мурашки. Какого хрена ты там обиделся? - Ты же, вроде, больше не хотел иметь меня и ребёнка? Разве у тебя уже нет новой подружки? Я и так уже тихо ушла от тебя, чего тебе ещё нужно? – Нин Шу посмотрела на Чжу Яньциня с печальным выражением на лице. – Я и так уже покорно ушла, чтобы не мешать тебе и твоей девушке, чего ещё тебе нужно? Нин Шу увидела, что вокруг было множество зрителей, поэтому она посмотрела на Чжу Яньциня с покрасневшими глазами и сказала: - Когда мама собралась умирать, я отправила тебе столько телеграмм, но ты не хотел возвращаться. Когда ты попросил у меня деньги, и я сказала, что у меня их нет, ты разозлился. Ну, так продай меня тогда! У меня действительно нет денег. Всё больше и больше народу начало собираться, чтобы посмотреть на эту сцену. Лицо Чжу Яньциня становилось красным, пока он слушал то, что говорила Нин Шу, а взгляды окружающих их людей вонзались в него словно иглы. - Сунян, что ты такое говоришь? Ты ничего не сказала мне, даже когда приехала в Шанхай, я переживал из-за тебя. Чжу Яньцинь потянулся к Нин Шу, чтобы взять её за руку, явно пытаясь сбежать от толпы. Но Нин Шу увернулась от его хватки. - Сунян, не будь такой своевольной. В голосе Чжу Яньциня послышались угрожающие нотки. Нин Шу печально сказала: - Яньцинь, я знаю, что я не такая красивая, как твоя девушка, что я не такая образованная, как твоя девушка. Ты больше не хотел ни меня, ни ребёнка. Ты сказал, что ты не можешь со мной общаться, но ты даже толком не разговаривал со мной ни разу. После того, как мама умерла, в семье закончились все деньги. Я отправила тебе телеграмму, чтобы сказать тебе, что хочу приехать в Шанхай, но ты так и не ответил. Когда я приехала в Шанхай, я не смогла тебя найти, поэтому я могла лишь спать на улицах с ребёнком на руках. Лицо Чжу Яньциня было ярко красным, и его глаза тоже были красными. Его так сильно трясло от ярости, что он даже не мог говорить. Чжу Яньцинь никогда не думал, что у Чжу Сунян хватит смелости сказать такое. Она вообще никак не щадила его репутацию перед всеми этими людьми и из-за её слов он выглядел полнейшим ублюдком. Неужели ты бы сама не выбрала Фан Фэйфэй? Любой, у кого есть мозги, не стал бы выбирать Чжу Сунян. Так что теперь делает Чжу Сунян? Пытается испортить его репутацию? Она была не только невежественной, но у неё ещё и было такое злобное сердце. ---------- Тот, Кто Получил Новое Образование Как и следовало ожидать, все меняются. Прежняя Чжу Сунян была совсем не такая. Крах семьи Чжу действительно изменил её. - Сунян, я никогда и не думал о том, чтобы просить у тебя деньги. Просто ты ушла с ребёнком и не рассказала мне об этом, поэтому я и беспокоился. Я думал, что с тобой что-то случилось. Теперь в голосе Чжу Яньциня послышалась забота. На лице Нин Шу появилась улыбка, и она сказала: - Я думала, что ты пришёл снова просить у меня денег. Я дам тебе деньги, когда мне выплатят зарплату, ладно? Просто потерпи ещё несколько дней. Чжу Яньцинь тут же почувствовал сильное презрение во взглядах окружающих их людей. Он сказал: - Сунян, у меня ещё занятия сегодня, так что я приду к тебе завтра. Чжу Яньцинь взволнованно ушёл, и выглядел он при этом довольно потрёпанным. Главная медсестра, которой было за сорок, обратилась к Нин Шу: - Медсестра Чжу, это твой муж? Он выглядит таким честным, как он мог сделать нечто подобное? Нин Шу с улыбкой ответила: - Он тот, кто получил новое образование. Он следует правилу свободы в любви и выступает против феодальных договорных браков, поэтому он не может меня принять. Неужели новое образование учит людей бросать своих жён и детей? - В таком мужчине нет ничего хорошего, - сказала главная медсестра. – Однако ты – его законная жена. И та стерва никогда не будет законной. Нин Шу ничего не сказала. Судя по тому, что сказала главная медсестра, она хотела, чтобы Нин Шу попыталась спасти свой брак. У Нин Шу не было никакого желания это делать. С какой стати она должна пытаться спасти его? К тому же, нет никаких гарантий того, что она сможет его спасти. На самом деле, за всё то время, что они были без Чжу Яньциня, она и её сын прекрасно жили. Ей не нужно было прислуживать какому-то великому юному господину и терпеть его словесные оскорбления. Любой человек может жить хорошей жизнью. Даже если у женщины нет мужчины, она всё равно может жить хорошей жизнью. При чём тут одиночество? Женщины, которые мыслят подобным образом, просто хотят, чтобы у них был кто-то, на кого можно положиться. А на кого-то вроде Чжу Яньциня невозможно вообще полагаться. Как раз наоборот, он сам высосет весь костный мозг из твоих костей. Чжу Яньцинь никогда не разделял трудностей и страданий Чжу Сунян. Если ему и нужно было разделить чьи-то трудности и страдания, то он разделял их с Фан Фэйфэй. Он никогда не считал Чжу Сунян человеком равного статуса, он всегда был супер равнодушным и презрительным. - Не надо сильно печалиться. Мужчины все такие. Когда они молоды, их очаровывает каждый встречный цветок. Но, когда они станут старше, они возвращаются в свои семьи, - утешила Нин Шу главная медсестра. Нин Шу сняла свою униформу медсестры, чтобы забрать Чжу Сыюаня из школы. У неё не было никакого желания ждать, пока блудный сын вернётся домой. К тому же, как вообще Чжу Яньцинь может "вернуться домой"? Даже если он попытается это сделать, она просто вышвырнет его на улицу. Блудный сын – это просто блудный сын. Проще изменить пейзаж земли, чем изменить человеческую натуру. Забрав Чжу Сыюаня из школы, она отвела его в западный ресторан, чтобы поесть стейк. Она лучше потратит все деньги, чем отдавать их Чжу Яньциню. ---------- Переезжай Жить Ко Мне Нин Шу больше беспокоилась о том, что случится с Чжу Сыюанем, когда она отправится на поле боя. Нин Шу поджала губы, а потом сказала: - Сыюань, возможно, мама скоро отправится на поле боя. Чжу Сыюань отложил свой карандаш и подошёл к Нин Шу. Теперь Чжу Сыюань был гораздо выше. В возрасте пяти лет он почти доставал Нин Шу до груди. Однако и сама Чжу Сунян была не очень высокой. - Мам, ты оставляешь Сыюаня, да? Чжу Сыюань посмотрел на Нин Шу. Нин Шу вздохнула. - Мама должна будет отправится туда. Чжу Сыюань опустил голову, и тон его голоса стал удручённым. - Мам, Сыюань не хочет с тобой расставаться. Нин Шу начала жалеть, что подняла эту тему. И в тоже время, она не делала никаких обещаний, что никогда не оставит Чжу Сыюаня. Чжу Сыюань был грустным несколько дней и не особо общался с Нин Шу. Нин Шу тоже нечего было добавить. Она сможет прожить вместе с Чжу Сыюанем лишь несколько лет. С тех пор, как Чжу Яньцинь узнал, что Нин Шу работает в больнице, когда у него не было занятий, он стал приходить в больницу, чтобы найти Нин Шу. Его поведение по отношению к Нин Шу было гораздо лучше, возможно потому, что он немного опасался большого количества людей в больнице. Чжу Яньцинь не хотел заработать репутацию бессердечной крысы. В эту эпоху интеллектуалы старались уделять больше внимания репутации, и Чжу Яньцинь всё ещё хотел восстановить репутацию семьи Чжу. Целью Чжу Яньциня было выпросить у Нин Шу достаточно денег, чтобы справиться с текущим кризисом. Он считал, что нынешняя Чжу Сунян теперь была умнее, чем прежняя, поэтому он не смел больше напрямую просить деньги. Вместо этого, он говорил, что хочет, чтобы Нин Шу и Чжу Сыюань переехали жить к нему. - Сунян, должно быть, тебе утомительно воспитывать ребёнка одной. Ты должна переехать жить ко мне, чтобы я мог присматривать за тобой, - сказал Чжу Яньцинь. Когда Нин Шу услышала слова Чжу Яньциня, она была озадачена. Что он хотел этим сказать? У Нин Шу не было никаких иллюзий относительно того, что Чжу Яньцинь был таким добросердечным и хотел присматривать за ней и Чжу Сыюанем. Совсем недавно он был настроен крайне против этого. - Но это же не очень хорошая идея, верно? Разве это не помешает твоей учёбе? Разве ты не говорил ранее, что так занят своей учёбой, что у тебя нет времени заботиться о ребёнке? – сказала Нин Шу, нахмурив брови. - Да ладно. Это же мой долг, присматривать за вами двумя, - тепло ответил Чжу Яньцинь. Эти слова и его красивая внешность, его нежный и обеспеченный темперамент, создавали у людей хорошее впечатление. Нин Шу была не согласна. Она уже поняла, что планирует Чжу Яньцинь. Как только она окажется на его территории, он сможет делать с ней всё, что захочет. И тогда она будет использована до тех пор, пока у неё ничего не останется. Чжу Яньцинь не смел ничего делать в больнице. Он очень разозлился, когда Нин Шу отказалась от его предложения, но на поверхности, он сказал: - Сунян, сколько ты ещё планируешь злиться на меня? Нин Шу презрительно поджала губы. Он говорил это так, словно она специально создаёт ему проблемы. Однако она отказалась пойти с ним. Что он с ней сделает, если она не пойдёт? Укусит её? У Чжу Яньциня не оставалось иного выбора, кроме как приходить в больницу каждый день в поисках Нин Шу и говорить ей о том, что он хочет присматривать за Нин Шу, поэтому она должна жить с ним, говорить, что слишком опасно женщине жить одной с ребёнком, особенно в такую хаотичную эпоху. Нин Шу всё равно отказывалась, давая ему непреодолимый отказ. Чжу Яньцинь практически умирал от гнева и теперь ещё больше ненавидел Нин Шу. Была причина, почему ему так сильно нужны были деньги. Это было потому, что Фан Фэйфэй больше не обращала на него никакого внимания. Фан Фэйфэй не сказала ни слова с тех пор, как он впервые раскрылся перед ней. Хоть она и не упоминала о расставании, Чжу Яньцинь чувствовал себя очень беспокойно. Чжу Яньцинь теперь пытался найти повод поговорить с Фан Фэйфэй, и самым лучшим способом было вернуть долг за медицинские расходы, которые Фан Фэйфэй помогла ему оплатить. Однако у него не было денег, поэтому он надеялся забрать их у Нин Шу. Чжу Яньцинь никогда раньше не страдал от трудностей, поэтому ему никогда не приходило в голову работать ради того, чтобы добыть деньги. Вот почему он просто нацелился на Нин Шу и пытался выпросить у неё деньги. ---------- Развлекайся Ожиданием Более того, она теперь была медсестрой, а значит, должна быть богатой. Помимо этого, Чжу Яньцинь также подозревал, что Нин Шу взяла деньги семьи Чжу. Когда он уезжал, его мама дала ему большую часть денег, но деньги всё ещё оставались. Где теперь эти деньги? Чжу Яньцинь считал, что они у Нин Шу. Чжу Яньцинь никогда раньше не был в таком затруднительном положении, и он никогда раньше так не переживал из-за денег. Он решил смириться с риском вызвать ненависть у Фан Фэйфей, от того, что он позволил этой паре из матери и ребёнка жить с ним, но она всё равно не распознала его добрых намерений. Однако сейчас у Чжу Яньциня не оставалось иного выбора, кроме как смириться с этим. Он каждый день посещал больницу, несмотря на погоду, будь то ветрено или солнечно, только чтобы заставить Нин Шу увидеть его искренность и убедить её жить с ним. Его поведение было очень хорошим. Он даже сказал, что будет защищать их двоих. Даже доктора и медсёстры в больнице советовали Нин Шу не быть такой упрямой и что если есть время стать немного более уступчивой, то оно как раз настало. А иначе, когда придёт время, то мужчина потеряет своё терпение, страдать потом будет только она. Они говорили ей идти и жить хорошей жизнью с Чжу Яньцинем. Нин Шу отвечала лишь вежливым смехом. Эти люди видели лишь его нежную маску и считали, что возвращение блудного сына стоит любых денег. Они не видели его скрытого злого умысла. Чжу Яньциня заботила только Фан Фэйфэй. Единственная причина, почему он был так добр к Нин Шу, в том, что он хотел заполучить её деньги. Нин Шу так надоели приставания Чжу Яньциня, что она перестала работать в больнице и сфокусировалась на изучении полевых медицинских знаний. Если тебе так понравилось ждать в больнице, то можешь ждать там, пока не умрёшь. Когда Чжу Яньцинь пришёл в тот день в больницу, ему сказали, что Нин Шу уволилась. Чжу Яньцинь настолько ошалел и был так зол, что ему захотелось просто задушить эту женщину. Она исчезла, снова не издав ни звука. И как ему теперь найти её в этом море людей? Он всё ещё не знал, где живёт Нин Шу. Он и так уже снизошёл до того, чтобы разговаривать с этой женщиной, но она всё равно была такой претенциозной. Чжу Яньцинь запаниковал. У него не осталось никаких денег. Если он продолжит тянуть резину подобным образом, то у него не будет денег даже на еду, не говоря уже о том, чтобы рассчитаться с Фан Фэйфэй. К тому времени Фан Фэйфэй наверняка уже расстанется с ним. Чжу Сунян, эта женщина, была просто ненавистна ему. Чжу Яньцинь ушёл из больницы и приготовился взять рикшу, чтобы вернуться, но, когда он ощупал свои карманы, он обнаружил, что у него не осталось денег. Проблемы с деньгами поистине калечат героев. Чжу Яньцинь был теперь в поистине жалком состоянии. Чжу Яньцинь посмотрел на шумные и суетливые улицы, где люди шли в разные стороны. Внезапно в его сердце возникло чувство беспомощности. Как бы сильно он ни смотрел свысока на Чжу Сунян, правда в том, что он всё равно от неё зависел. Только из-за того, что Чжу Сунян терпела его, он посмел быть таким разнузданным по отношению к ней. Всё это было потому, что Чжу Сунян терпела его без каких-либо условий. А теперь, когда у него больше не было Чжу Сунян, он был растерян и напуган. Точно также, как была напугана мать Чжу, он не хотел сталкиваться с внешним миром. Однако они заставили Чжу Сунян работать, словно лошадь, чтобы служить им. Дальнейшие дни Нин Шу были очень комфортными. Ей было абсолютно наплевать, жив ли Чжу Яньцинь или нет. На самом деле, она была немного недовольна. Она тогда хотела сразу избавиться от Чжу Яньциня, но подсознательный разум Чжу Сунян воспротивился ей, что и привело к нынешней тупиковой ситуации. Чжу Сунян была поистине робкой и трусливой. Если ты булочка, то ты не имеешь права винить собаку за то, что она тебя ест. Человек, без нижней границы и принципов будет либо высшей сущностью, которая не сможет жить лучшей жизнью, или совершенно не будет иметь жизни, как Чжу Сунян. Нин Шу начала проводить ещё больше времени с Чжу Сыюанем. И в то же время, она приготовилась отправиться на поле боя, чтобы не оказаться слишком взволнованной, когда она там окажется. На данный момент Нин Шу хотела, чтобы у неё был полный комплект брони, и вооружиться до зубов, чтобы гарантировать свою собственную безопасность. На поле боя может случиться что угодно, и, если это произойдёт, то её задание будет считаться проваленным. ---------- Отправь в Школу-Интернат Чжу Сыюань налил чашку чая для Нин Шу, которая была занята перемалыванием лечебного порошка. Маленький мальчик обнимал чайник, чтобы налить чай для Нин Шу. Нин Шу была ошарашена и поспешно забрала у него чайник. Он был наполнен горячей водой. Если бы Чжу Сыюань ослабил хватку и случайно уронил его, даже несмотря на то, что чайник маленький, всё равно появились бы ожоги и итог этого был бы ужасным. Нин Шу поставила чайник на стол и сказала Чжу Сыюаню: - Спасибо, Сыюань. Чжу Сыюань посмотрел на порошок и спросил: - Мам, эти штуки нужны для спасения людей? - Да, всё верно. Чжу Сыюань посмотрел на Нин Шу и сказал: - Мам, отправь меня в школу-интернат. Нин Шу на мгновение ошалела: - Что? Чжу Сыюань опустил голову и тихо сказал: - Я спросил свою учительницу о том, кто такой военный доктор. Она сказала, что это человек, который помогает раненым, который спасает жизни солдат. Я сказал учительнице, что моя мама - военный доктор, и она сказала, что она очень восхищается тобой. Чжу Сыюань посмотрел на Нин Шу. - Я не понял, что она имеет в виду. Мама, ты должна отправиться на поле боя. Нин Шу странно посмотрела на Чжу Сыюаня. Ещё некоторое время назад Чжу Сыюань был удручён, но теперь он внезапно всё обдумал. Он был таким разумным; это совсем не было на него похоже. - Что с тобой случилось? - Нин Шу посмотрела на Чжу Сыюаня. - Ты внезапно стал таким взрослым? - Учительница сказала, что работа мамы полезна для страны и для людей. Нин Шу: → _→ У Нин Шу теперь не было заблуждений по поводу того, что Чжу Сыюань внезапно всё обдумал. Его похвалила учительница, и поэтому он больше не возражал, чтобы Нин Шу отправилась на поле боя. Однако, когда придёт время ей действительно отправиться на поле боя, Чжу Сыюань, вероятно, будет рыдать без остановки. - Мам, я отправлюсь в школу-интернат, - снова сказал Чжу Сыюань. На данный момент, школы-интернаты уже были открыты. Концепция школ-интернатов была основана сёстрами Сун*. Нин Шу отложила то, над чем работала, и спросила Чжу Сыюаня: - Это то, что ты действительно думаешь? Как только мама отправится на поле боя, чтобы спасть людей, Сыюаню придётся остаться одному. Мама даже не знает, когда сможет вернуться. - Мам, неужели ты можешь выбрать, что не отправишься туда? - спросил Чжу Сыюань, озадаченно наклонил голову. Конечно же нет. Нин Шу погладила Чжу Сыюаня по голове. - Мама должна отправиться туда. Нин Шу чувствовала, что как только она уедет, Чжу Сыюань обязательно будет плакать в школе-интернате. Чжу Сыюань сказал Нин Шу: - Мам, я заметил, что у меня есть некоторые вещи, которых нет ни у кого из моих одноклассников, а те вещи, которые есть у моих одноклассников, у меня гораздо лучше. Мам, это ты купила для меня все эти вещи. В прошлом ты очень усердно работала. Причина, почему у меня сейчас есть эти вещи — это потому, что ты собралась отправиться на поле боя? У Чжу Сыюаня было много книг и даже ручки, но у остальных учеников иногда даже не было дешёвой кисточки. Нин Шу удивлённо посмотрела на Чжу Сыюаня. Она не удержалась от того, чтобы обнять его и сказать: - Сыюань, если ты хочешь заполучить что-то в этом мире, то ты должен что-то отдать. Мама хочет дать Сыюаню лучшую жизнь, но ещё больше она хочет стать тем, кем Сыюань может гордиться. Ситуация на поле боя зачастую меняется практически мгновенно. Нин Шу не знала, сможет ли она вернуться, после того как она отправится на поле боя, поэтому она могла лишь попытаться дать Чжу Сыюаню положительный вид на вещи. - В будущем, ты сможешь с гордостью говорить другим людям, что твоя мама - военный доктор, который спасал жизни. - А что насчёт папы? - спросил Чжу Сыюань. Нин Шу тут же лишилась дара речи. Как ей на это ответить? Она подумала об этом, а потом сказала: - Сейчас в стране трудные времена, возможно, твой папа станет солдатом. Нин Шу уже больше не была уверена в том, что Чжу Яньцинь пойдёт в армию. - Сыюань, хочешь увидеть своего папу? Мама отведёт тебя повидать его. Нин Шу не стала отговаривать Чжу Сыюаня от того, чтобы повидать Чжу Яньциня. Каким бы молодым ни был ребёнок, у него было своё собственное суждение. Чжу Сыюань кивнул: - Я хочу его увидеть. - Ладно. Нин Шу надела пальто, потом взяла Чжу Сыюаня за руку, и они вышли из дома. Она взяла рикшу, чтобы отвезти их в колледж Чжу Сыюаня. Кампус в колледже Чжу Сыюаня был очень хорошим. Тут было много гуляющих студентов в китайских костюмах-туниках и были небольшие группы студенток, одетых в школьную униформу с плиссированными юбками и чёрными кожаными туфлями. Их волосы были аккуратно завязаны в хвостики, а в руках они держали книги. При виде этого Нин Шу почувствовала лёгкую дезориентацию, словно она попала в другую эпоху. Так как Нин Шу тут не училась, у неё не оставалось иного выбора, кроме как ждать Чжу Яньциня у ворот в колледж. Чжу Яньциня проинформировали, что у входа на территорию его кто-то ждёт и он тут же подумал про Чжу Сунян. Когда Чжу Яньцинь увидел Нин Шу, стоящую у ворот колледжа с ребёнком, он был приятно удивлён, но ещё и разозлён. Однако он подавил свой гнев, так как он беспокоился, что она снова сбежит. В этот раз, что бы ни случилось, но он должен выяснить, где она живёт. ---------- Называй Меня Дядя - Сунян, ты пришла. Сыюань тоже пришёл. Поведение Чжу Яньциня было довольно неплохим. Нин Шу кивнула, а потом осмотрела его. Чжу Яньцинь теперь был гораздо более тощим, и вокруг него витала мрачная атмосфера. У него дела явно шли не очень хорошо. - Сыюань хотел тебя увидеть, - сказала Нин Шу. Её поведение снова было равнодушным. Это разозлило Чжу Яньциня до такой степени, что его внутренности заболели. Она ушла из больницы, не говоря ни слова, поэтому он никак не мог её найти. Разве она не должна была ему всё объяснить? Чжу Яньцинь чувствовал, что ей совсем нет до него дела. Чжу Яньцинь с великой печалью осознал, что каким бы злым он ни был, ему приходилось терпеть. И при этом, таким терпеливым ему нужно было быть по отношению к самой Чжу Сунян. Это была такая трагичная реальность. - Сыюань, скорее поздоровайся со своим папой. Разве ты не хотел повидать папу? Нин Шу подтолкнула Чжу Сыюаня. Рядом со входом в колледж было много народу, и некоторые студенты посмотрели в их сторону, когда услышали эти слова. Лицо Чжу Яньциня тут же стало пепельно-серым. Чжу Сыюань издал чёткий и кристально-чистый возглас: - Папа! Чжу Яньцинь бросил на Нин Шу резкий взгляд. Эта женщина специально пыталась донести до общественности тот факт, что у него уже есть семья. - Называй меня дядя, - сказал Чжу Яньцинь намеренно завышенным голосом. Было ясно, что он говорит это для того, чтобы его услышали остальные. Чжу Сыюань стал выглядеть озадаченным и посмотрел на Нин Шу. На лице Нин Шу была улыбка. Чжу Яньцинь действительно был бесполезным подлецом. Он был самым бесполезным подлецом из всех, что она когда-либо встречала. Он боялся, что над ним начнут смеяться и, вероятно, очень хотел, чтобы они исчезли из этого мира. - Давай сначала вернёмся домой. Чжу Яньцинь хотел отвести Нин Шу и Чжу Сыюаня к себе домой. Нин Шу подманила рикшу и сказала: - Сыюань просто хотел тебя увидеть. Мы тебя увидели, а теперь мы возвращаемся. Чжу Яньцинь чуть не взорвался от гнева. Он чувствовал себя так, словно эти двое пришли посмотреть на мартышку, а теперь уходят после того, как увидели зрелище. - Сунян, хватит быть такой своевольной, мы можем поговорить нормально? - беспомощно сказал Чжу Яньцинь. - По поводу Фан Фэйфэй, я могу всё объяснить. Нин Шу тут же презрительно поджала губы. Что тут ещё объяснять? Нин Шу совсем не хотела этого слушать. Она сказала Чжу Сыюань: - Сыюань, пора возвращаться. Чжу Сыюань кивнул и забрался в рикшу. Чжу Яньцинь поспешно схватился Нин Шу и спросил: - Сунян, где вы живёте? - В доме-трубе. Разве я тебе уже не говорила? Я живу в доме в форме трубы. Нин Шу смахнула руку Чжу Яньциня и забралась в рикшу. - Чжу Сунян, ты когда-либо думала обо мне, как... - Чжу Яньцинь огляделся по сторонам, а потом сказал приглушённым голосом. - Ты когда-либо думала обо мне, как о своём муже? - А ты думал обо мне, как о своей жене? Ты же знаешь, что я тебе не сестра, - с усмешкой сказала Нин Шу. ____________________ Примечание: * Сёстры Сун — три сестры, сыгравшие значительную роль в истории Китая в XX веке. Каждая из них была женой крупного политического деятеля. Согласно распространённому выражению, «одна из них любила деньги, одна любила власть и одна любила Китай». ---------- Почему? Чжу Яньцинь никогда не заботился о Чжу Сунян, но он просил, чтобы Чжу Сунян всецело подчинялась ему, заботилась о нём, и усердно работала и не жаловалась. Иди ты нахуй! Нин Шу сказала вознице рикши ехать поскорее. Чжу Яньцинь долгое время бежал позади рикши, пока не устал и больше не мог поспевать. Нин Шу оглянулась на Чжу Яньциня, который согнулся, опираясь руками на колени, и тяжело дышал. Нин Шу действительно свысока смотрела на подобных мужчин. Он не был достоин называться сыном, мужем или отцом. Чжу Яньцинь был испорчен до непригодности, поэтому, каждый раз, как он сталкивался с неудачей, он оказывался в сломленном состоянии. Нин Шу задумалась о том, как такому человеку, в итоге, удалось добиться успеха. Неужели это было только из-за его большого ореола? - Мам, почему папа сказал мне называть его дядей? – озадаченно спросил Чжу Сыюань. Нин Шу небрежно ответила: - Потому что твой папа не хочет, чтобы люди знали, что ты его сын. - Почему? - Потому что он считает это постыдным. - Почему он считает, что это постыдно? - Потому что твоя мама не получила нового образования. - Я не понимаю. Как эти вещи связаны между собой? - Они связаны. Твоему папе нравятся девушки, которые получили новое образование. - Я не понимаю. - … Нин Шу получила приказы от начальства, что ей пора готовиться к отправлению в армию. Когда она получила приказ, на душе у неё стало тяжело. Она глянула на Чжу Сыюаня. Больше всего она переживала за него. После Инцидента 18 сентября, падение трёх северо-восточных провинций позволило Японии ощутить сладость победы и начать вторжение. Они могли использовать войну, чтобы разрешить беспокойства в своей стране, которые разрослись из-за недостатка ресурсов, малого внутреннего рынка и разросшегося населения. Наконец, 7 июля 1937 года, начала агрессивная война против Китая, которая продлится восемь лет. На данный момент страна была охвачена пламенем войны. Было отправлено ещё больше войск. У Нин Шу оставалось совсем немного времени. У неё было всего три дня на то, чтобы разобраться с домашними делами. Спустя три дня, она отправится вместе с армией. За это время было много народу, который записался в армию, чтобы сражаться против вторжения и спасти свою страну. - Мам, пожалуйста, отправь меня в школу-интернат, - сказал Чжу Сыюань. – Я знаю, что ты скоро уйдёшь. Чжу Сыюань рос очень быстро и его голова уже почти доставала до плеча Нин Шу. - Мам, учитель сказал, что японцы вторглись на нашу землю, и терроризируют наших товарищей. Мы должны прогнать японских захватчиков с нашей земли. Нин Шу: →_→ Каждый раз, когда она слышал, что Чжу Сыюань выкрикивает эти звучные и страстные слоганы, у неё было очень странное ощущение. Чжу Сыюаню явно промыла мозги какая-то разозлённая молодая учительница. Нин Шу отправила Чжу Сыюаня в школу-интернат и сказала учителю, что она военный доктор и получила приказ уезжать с армией, поэтому она надеется, что он хорошо позаботится о её ребёнке. Когда учитель услышал об этом, он сказал Нин Шу не беспокоиться, и что он хорошо позаботится о Чжу Сыюане. Когда страна в опасности, все рассчитывают на то, что земля под их ногами будет в безопасности. И хотя не всем хватает смелости отправиться на поле боя, они всё равно готовы сделать что-нибудь для своей страны. Нин Шу присела и обняла Чжу Сыюаня, после чего сказала: - Сыюань, будь хорошим мальчиком и дождись возвращения мамы. Чжу Сыюань вытер свои слёзы о рубашку Нин Шу. Он всхлипывал, когда говорил: - Сыюань будет ждать тебя, мама. Нин Шу вытерла его лицо, а потом развернулась и ушла. Когда она оглянулась назад, она увидела, что учитель держит Чжу Сыюаня за руку, а Чжу Сыюань всё ещё машет ей на прощание другой рукой. Чжу Сыюань теперь был совсем как маленький добропорядочный мужчина; он был даже более добропорядочным, чем Чжу Яньцинь. После того, как она оставила Чжу Сыюаня в школе-интернате, она отправилась на поиски того человек, который проводил у неё собеседование, и попросила его немного присмотреть за её сыном. Три дня прошли быстро. Нин Шу взяла только два плотно облегающих комплекта одежды, а потом отправилась в казармы с большой аптечкой, привязанной у неё за спиной. Коробка была наполнена лечебными порошками, которые она сделала. Там был порошок для остановки кровотечения, порошок для предотвращения теплового удара и диареи, и ещё немного западных противовоспалительных лекарств. Всего в аптечке было около пятнадцати килограмм порошка. К счастью, так как Нин Шу тренировалась в Непревзойдённых Боевых Искусствах и всё время занималась физической подготовкой, для неё было не так уж тяжело носить на спине эту аптечку. Три мужчины, которые тренировались вместе с ней на должности военных докторов, тоже были вызваны, но она не знала, куда их назначили. Нин Шу получила чуть лучшее обращение, чем обычные солдаты, но оно было не намного лучше. После залпа церемониальных выстрелов и клятв, они тут же отправились на поле боя, чтобы не пропустить иностранных агрессоров и выгнать этих агрессоров со своей земли. ---------- Отправление На Поле Боя Так как Нин Шу была военным доктором, она могла ехать в машине, и ей не нужно было идти вместе с войсками, неся при этом тяжёлую аптечку за спиной. Сейчас был июль, поэтому погода была очень жестокой. Войскам приходилось маршировать под палящим солнцем. Некоторые солдаты не смогли этого вынести и получили тепловой удар, поэтому Нин Шу воспользовалась походным котелком, чтобы вскипятить воду и размешать в ней лечебный порошок, прежде чем напоить солдат, которые получили тепловой удар. Нин Шу была очень рада, что заранее хорошо подготовилась, а иначе она бы точно не смогла разобраться с этой проблемой. Если она окажется бесполезным военным доктором, то наверняка долго не проживёт. Если что-то произойдёт, то её бросят. Человек, который не имеет ценности, не стоит того, чтобы его спасали. Войска продолжили маршировать почти без отдыха. Так как машин было недостаточно, у солдат не было иного выбора, кроме как бежать следом. Когда они наконец-то добрались до поля боя, они услышали отдалённые звуки продолжительной стрельбы. В небе летали боевые самолёты и время от времени сбрасывали смертельные бомбы. Нин Шу тут же была назначена в палатку в дальней части поля боя. Ей сказали, что прежний военный доктор умер, поэтому Нин Шу заменит его. Как только Нин Шу вошла в палатку, она увидела, что там лежит множество солдат с выражениями крайней боли на лицах. Некоторые даже катались по полу от боли, крича так, словно вот-вот умрут. Нин Шу быстро сняла свою аптечку и начала лечить раненых. Всю работу она делала сама. Вылечив одного человека, она тут же переходила к следующему. Это было впервые, когда она принимала участие в современных боевых действиях. Звуки взрывов постоянно разрывали её уши, и она чувствовала тени истребителей, пролетающих над головой. Пули словно пролетали мимо её ушей. Одной пули было достаточно, чтобы отнять жизнь человека. Нин Шу туго перевязала куском ткани бедро солдата. Этому солдату оторвало ногу ниже колена, и открытая рана была так разворочена, что виднелась белая кость. Эта рана всё ещё непрерывно кровоточила, и взгляд солдата уже стал расфокусированным. Было ясно, что он долго не протянет. Перевязав бедро куском ткани, чтобы замедлить кровотечение, она посыпала рану порошком для остановки кровотечения. Солдат взвыл от боли, но Нин Шу лишь стиснула зубы и продолжила заниматься раной. У неё не было времени на то, чтобы нежно утешать пациента в подобной ситуации. Каждые несколько минут приносили ещё кого-нибудь. Первым делом Нин Шу лечила тех, у кого были самые серьёзные раны, а те, у кого раны были не такими серьёзными, были оставлены на потом. Нин Шу чувствовала оцепенение, пока она продолжала лечить всевозможные раны. Это было утомительно, очень утомительно, но она не могла остановиться. Она с самого начала знала, что очень трудно быть военным доктором, но она никогда не думала, что всё будет настолько сурово. К тому же, ей даже приходилось опасаться снарядов, сбрасываемых вражескими самолётами. Каждый раз, когда падал снаряд, она чувствовала себя оглохшей. Земля под ногами тоже постоянно тряслась. Как только самолёты переставали бросать снаряды, она поднималась с земли, чтобы продолжить лечить раненных солдат. Было такое ощущение, что её рука уже умерла от чрезмерного использования, но она всё равно не знала, когда сможет сделать перерыв. ---------- Вы – Военный Доктор? Битва не прекращалась ни на минуту, даже несмотря на то, что уже наступила ночь. Всё больше и больше раненых поступало в палатку. Нин Шу была так занята, что у неё даже не было времени выпить воды. Она закинула себе в рот постную пилюлю и продолжила работать. Раскаты взрывающихся снарядов постоянно стояли у неё в ушах. Вражеские самолёты ревели в небе и время от времени сбрасывали снаряды. Несколько раз снаряды падали прямо рядом с палаткой. Нин Шу даже чувствовала жар от взрывов на свой коже, отчего её начинало болезненно пощипывать. Это действительно было слишком опасно. Современные приёмы ведения войны были гораздо более жестокими. И со всеми этими различными видами оружия, которые обладали огромной разрушительной мощью, это приносило ещё больше вреда и боли солдатам. Если не всё это, тогда почему говорят, что война способствует процессу развития человечества? - Доктор, пожалуйста, взгляните сюда! – послышался взволнованный женский голос. Нин Шу узнала этот голос. Когда она обернулась, она увидела Фан Фэйфэй, одетую в военную униформу и с фотокамерой, висящей у неё на шее. В данный момент Фан Фэйфэй поддерживала раненного мужчину. Нин Шу глянула на солдата, а потом состроила гримасу. Это действительно был Чжу Яньцинь. Его плечо кровоточило, и было ясно, что его подстрелили. Она никогда не думала, что они трое снова встретятся в подобной ситуации. Фан Фэйфэй была ошарашена, когда увидела Нин Шу и, запинаясь, произнесла: - Вы – военный доктор? Нин Шу проигнорировала её и продолжила лечить раненного. Фан Фэйфэй перестала задумываться о том, почему тут была эта женщина и сказала: - Пожалуйста, помогите мне с Яньцинем. Яньциня подстрелили. - Положите его вон там, я сейчас приду, - сказала Нин Шу. - Но он серьёзно ранен, можете сначала глянуть на него? Фан Фэйфэй была немного напугана, потому что Чжу Яньцинь был весь в крови. Нин Шу ответила, даже не поднимая голову: - Тут и так много раненых. Есть полно солдат, которые более серьёзно ранены, по сравнению с ним и они ожидают лечения. Я уже сказала вам положить его вон там. Насыпьте ему на рану вот этот порошок, чтобы остановить кровотечение. Фан Фэйфэй затихла, когда увидела мрачное выражение лица Нин Шу. Она положила Чжу Яньциня на простой операционный стол, сделанный из деревянной доски, и расстегнула его одежду, чтобы посыпать рану порошком. Чжу Яньцинь резко вдохнул и дёрнулся от боли. Когда Фан Фэйфэй увидела Чжу Яньциня таким, она поспешно закричала в сторону Нин Шу: - Можете поспешить и взглянуть на него? Что происходит? Нин Шу завязала узел на бинте, а потом подошла к Чжу Яньциню. - Держите его. Не позволяйте ему двигаться, - сказала Нин Шу. - Ох. Фан Фэйфэй на мгновение ошалела, а потом поспешно прижала Чжу Яньциня. Нин Шу взяла скальпель и немного надрезала рану, после чего взяла пинцет, чтобы достать из раны пулю и другие фрагменты. После этого она посыпала рану лечебным порошком и замотала бинтом. Весь процесс занял около десяти минут. Чжу Яньцинь выл от боли. Скальпель разрезал его плоть, а пинцет двигался в его ране. Это был невыносимо болезненное ощущение. Фан Фэйфэй едва удавалось удержать Чжу Яньциня на столе. Когда она увидела жестокие методы лечения Нин Шу, она недоверчиво спросила: - Почему вы не дали ему обезболивающее? Нин Шу глянула на Фан Фэйфэй. - У нас тут нет такой роскоши, как обезболивающее. Каждому солдату приходится просто терпеть. Нин Шу сунула противовоспалительную пилюлю в рот Чжу Яньциня. - Принесите ему немного воды, чтобы он мог запить лекарство. Нин Шу дала ещё несколько советов, после чего ушла лечить остальных. Фан Фэйфэй глянула на Нин Шу, а потом открутила крышку с фляги, чтобы осторожно напоить водой Чжу Яньциня, стонущего от боли. После этого она осталась рядом с ним, чтобы присматривать. Она глянула на непрерывно работающую Нин Шу, а потом на раненного Чжу Яньциня и слегка нахмурилась. - Военный доктор, идёмте со мной! В палатку вошёл мужчина в униформе офицера и с двумя медалями на груди. Войдя внутрь, он огляделся по сторонам, нашёл Нин Шу и тут же сказал: - Кое-кто ранен, так что идёмте со мной. - А почему бы не принести его сюда? – спросила Нин Шу, продолжая работать. ---------- Это Был Рефлекс - Командующего подстрелили. Он не может уйти, так как должен наблюдать за полем боя. Как только он уйдёт, это сильно навредит моральному духу, поэтому вы сейчас пойдёте со мной, - взволнованно сказал мужчина. – Если не случится ничего неожиданного, то мы успешно защитим эту базу к закату, поэтому у командующего нет иного выбора, кроме как заставить себя продержаться. Нин Шу сказала Фан Фэйфэй, которая присматривала за Чжу Яньцинем: - Раз у вас есть свободное время, если раненым солдатам захочется пить или ещё что, помогите немного. Если принесут ещё пациентов, и если они будут сильно истекать кровью, посыпьте раны этим порошком и первым делом остановите кровотечение. Остальное может подождать до моего возвращения. Фан Фэйфэй была ошарашена и тупо выслушала слова Нин Шу, приняв лечебный порошок, который ей протянула Нин Шу. Когда она только собралась заговорить, та уже ушла из палатки. Нин Шу пригнулась, пока они шли по траншее. Звуки пролетающих пуль наполнили её слух. В неё чуть не попала пуля, и она поспешно пригнулась ещё больше. Бам! Подстреленный солдат упал перед Нин Шу. Нин Шу тут же присела рядом с ним, чтобы проверить, можно ли его спасти. - Идёмте, что вы делаете? Командующий ждёт, - закричал на Нин Шу офицер, идущий впереди. Взрывы снарядов были такими громкими, что люди не могли слышать друг друга, если не кричать. - Ох… Она чувствовала непреодолимое желание попытаться спасти раненного, когда видела его. Её тело отреагировало быстрее, чем её голова, это был просто рефлекс. Нин Шу попыталась найти пульс солдата. Он уже был мёртв. Нин Шу поспешила последовать за офицером и увидела нескольких человек, собравшихся в траншее и стоящих вокруг мужчины, лежащего на носилках. Командующему, который лежал на носилках, было около тридцати лет. Он уже был без сознания из-за обильной потери крови. Его лицо было бледным, а губы стали бесцветными. Нин Шу увидела, что его одежда уже насквозь промокла от крови в районе груди, и предположила, что ранение, вероятно, было в районе сердца. Это было определённо хлопотно. Спасти его будет непросто. Если у неё не получится, убьют ли её эти офицеры? Нин Шу опустила на землю свою аптечку, расстегнула одежду командующего, а потом вытерла кровь с раны ватным шариком. В его груди была дыра. Сердце Нин Шу тут же похолодело. И как ей с этим разобраться? - Как он? Скорее спасите его! Офицеры, стоящие поблизости, все смотрели на Нин Шу, отчего она почувствовала сильное давление. Нин Шу воспользовалась скальпелем, чтобы очистить края раны и найти путь движения пули. У неё не было обезболивающего, поэтому командующий очнулся от боли и начал ёрзать. Офицеры поспешили прижать командующего к земле. Нин Шу раздвинула мёртвые ткани и увидела деформированную пулю, которая застряла в ребре. Некоторые фрагменты были разбросаны в плоти. Если эти фрагменты не извлечь, то они могут вызвать отравление свинцом. Нин Шу медленно разрезала скальпелем плоть на ребре, и командующий тут же резко вдохнул от боли. Его глаза открылись, лицо исказилось от боли, а на лбу выступил пот. Нин Шу достала пулю пинцетом в правой руке, и кровь тут же начала хлестать из раны, как из родника. Нин Шу насыпала немного лечебного порошка, а потом прижала к ране ватный шарик. Как только кровотечение замедлилось, она достала остальные осколки, после чего накрыла рану мягкой прокладкой и забинтовала её. Нин Шу очень беспокоилась, потому что командующий едва дышал. Она растворила в воде противовоспалительную и противоинфекционную пилюли, после чего оставила это офицеру, чтобы он напоил этим командующего. ---------- Работа Продолжается Как только она закончила, она начала собираться обратно. Офицер, который привёл её, сказал: - Вам пора возвращаться. Я вызову вас снова, когда командиру понадобится помощь. - Ладно. Нин Шу ушла вместе с аптечкой и снова пригнулась, пока шла через траншею. Когда она находила раненых солдат, она тут же снимала со спины аптечку, чтобы оказать срочное лечение. Когда она вернулась в палатку, она увидела, что Фан Фэйфэй была так занята, что практически бегала кругами. Она очень нервничала, потому что никогда раньше не делала таких вещей. Когда она увидела, что Нин Шу вернулась, она вздохнула с облегчением. - Вы, наконец-то, вернулись. Нин Шу сняла свою аптечку, натянула перчатки, а потом спросила у Фан Фэйфэй: - Кто серьёзнее всех ранен? - Вон тот человек. В него выстрелили дважды. Фан Фэйфэй указала на мужчину, который лежал на деревянных досках, и Нин Шу отправилась к нему, чтобы проверить пульс. Он был очень слабым. Лечебный порошок уже был насыпан на раны. Нин Шу достала иглы для акупунктуры и вставила их в две точки давления, прежде чем начала разбираться с раной. Фан Фэйфэй тупо уставилась на Нин Шу. Она почувствовала, что женщина, которая находится перед ней, совсем не похожа на ту необразованную девушку, которую ей описал Чжу Яньцинь. Она могла так спокойно лечить раны, как она вообще может быть малолетней невестой, про которую Чжу Яньцинь сказал, что она вообще ничего не знает? Уже начало темнеть. Нин Шу уже больше не могла видеть раны. Более того, проработав весь день, её глаза уже устали. Было очень утомительно нагибаться со скальпелем в руках. - Помоги мне посветить сюда. Я ничего не вижу, - сказала Нин Шу, обращаясь к Фан Фэйфэй, стоящей в стороне. - Ох, ладно. Фан Фэйфэй принесла масляную лампу и подошла к Нин Шу. Только тогда Нин Шу стало хоть что-то видно. Звуки стрельбы постепенно начали стихать, и уже не были такими интенсивными, как раньше. Нин Шу знала, что сегодняшняя битва закончена. Она закончила зашивать рану, а потом потянулась. Она протяжно выдохнула. Как же она устала! После окончания битвы принесли ещё нескольких раненых, поэтому Нин Шу начала лечить их ещё быстрее. Так как было темно, Фан Фэйфэй продолжала помогать ей держать масляную лампу. Когда одна рука уставала, она перекладывала лампу в другую руку. Поработав ещё немалое количество времени, Нин Шу, наконец, смогла разобраться со всеми ранами. Теперь на улице было совершенно темно. Вероятно, было около десяти часов вечера. Как только она закончила, она поблагодарила Фан Фэйфэй. Фан Фэйфэй ничего не сказала и просто поставила масляную лампу, чтобы вернуться к Чжу Яньциню. Нин Шу покрутила своей затёкшей шеей. Наконец-то она могла хорошенько отдохнуть. Она начисто вытерла скальпель, ножницы и другое оборудование, после чего сложила их в ящик. В аптечке теперь было заметно меньше порошка, и это был всего лишь первый день. Похоже, что ей придётся постараться его экономить. Она подумала о том, что ей, вероятно, придётся попросить медицинские ресурсы у вышестоящего начальства. Она была военным доктором, но без противовоспалительного лекарства, какие бы способности у неё ни были, она никого не сможет спасти. Когда пришло время есть, повар принёс немного еды. Эта еда была очень простой, тут был лишь рисовый суп с консервированными овощами и несколько парных кукурузных булочек. Нин Шу начала грызть парную кукурузную булочку. Когда она уже просто не могла глотать, она просто запивала её рисовым супом, который был прозрачным, как вода. Фан Фэйфэй просто не могла переваривать подобные вещи. Она отложила всё после одного лишь укуса и достала из кармана шоколад. Нин Шу заметила, что Фан Фэйфэй ест шоколад. В эту эпоху шоколад был очень дорогой иностранной сладостью. Эта девушка поистине была невероятно богатой. Чжу Яньцинь, который почти полдня был без сознания, наконец-то очнулся. Когда он открыл глаза, он был немного озадачен. Он слегка пошевелился и тут же резко вдохнул от боли. - Яньцинь, лежи спокойно. Не двигайся. Фан Фэйфэй тут же придавила Чжу Яньциня, чтобы он не вставал. - Фэйфэй. Когда Чжу Яньцинь увидел Фан Фэйфэй, на его лице появилась улыбка. На глаза Фан Фэйфэй тут же набежали слёзы и, рыдая, она сказала: - Ты меня до смерти напугал! Я думала, что ты уже больше не очнёшься! - Да не может такого быть. Чжу Яньциню было так больно, что лицо перекосило гримасой. Фан Фэйфэй поспешно поднесла рисовый суп к губам Чжу Яньциня. - Выпей немного воды. Чжу Яньциню нравилось, что Фан Фэйфэй ухаживает за ним. Судя по всему, даже ранение – это удачное событие. Нин Шу стояла в стороне, грызла парную кукурузную булочку и наблюдала за тем, как флиртуют эти двое. После того, как она закончила есть, она начала проверять, нет ли у кого лихорадки. Лихорадка тоже может быть смертельно опасной. Нин Шу видела, что многие раненные уже стали калеками. Они уже больше не обладали боевой мощью, поэтому их, вероятно, армия отправит домой, а потом выплатит компенсацию. ---------- Наш Долг – Быть Всегда Готовыми В беспокойные времена человеческие жизни всегда стоят меньше всего. По крайней мере, эти люди всё ещё живы. Они и так уже в гораздо лучшем состоянии, чем те, в кого попали, и кто умер прямо на месте. - Военный доктор, скорее идёмте со мной. У командующего лихорадка, - сказал тот же офицер, что приходил за Нин Шу раньше. Как только Нин Шу услышала это, она закинула аптечку на плечо и последовала за ним, не говоря больше ни слова. Чжу Яньцинь, который пил рисовый суп, увидел лишь спину Нин Шу, которая была не очень ясно видна в слабом свете. Он спросил у Фан Фэйфэй: - Наш военный доктор – женщина? Рука Фан Фэйфэй, которой она держала тарелку, за мгновение застыла, а потом Фан Фэйфэй кивнула и больше ничего не сказала. Нин Шу пришла в палатку командующего. Командующий спал на простой деревянной постели. Его тело было стройным и даже длиннее, чем деревянные доски постели. Она подошла, чтобы потрогать его лоб и взглянуть на его рану. Повязка на груди пропиталась кровью, а его тело было покрыто потом. Нин Шу поспешно сказала: - Принесите немного воды и вытрите его. Нин Шу открыла аптечку и растворила западное лекарство в воде, прежде чем напоить ею командующего. Охранник принёс воды, чтобы вытереть командующего. Нин Шу снова забинтовала рану. Она сделала всё, что могла. Если даже этого недостаточно, то она уже ничего больше не могла поделать. - Откуда взялись все эти вещи в вашей аптечке? – спросил офицер. - Я приготовила их заранее, - сказала Нин Шу. - Возвращайтесь к себе. Я позову вас снова, если с командующим что-нибудь случится, - сказал офицер. – Как вас зовут? - Чжу Сунян. Нин Шу закинула аптечку себе на плечо. - Тогда я буду звать вас доктор Чжу. Я – Тан Чжэн, - сказал Тан Чжэн. - Офицер Тан, - вежливо поприветствовала его Нин Шу, после чего сказала: - В армии не хватает лекарств. Одно только простое физическое лечение не сможет спасти жизни солдат. Мы можем получить какие-нибудь медицинские ресурсы? - Я не могу дать вам точного ответа, пока командующий не очнётся. Дело в том, что не только нашей армии не хватает лекарств, у всех остальных отрядов такая же ситуация, - сказал Тан Чжэн и беспомощно развёл руками. Нин Шу могла лишь кивнуть. Во время войны появляется нехватка не только медицинских ресурсов, но и еды. Теперь она жалела, что не взяла с собой ещё больше лекарств. Она знала, что медицинских ресурсов будет не хватать, но она никогда не думала, что эта нехватка будет настолько большой. Если бы она не приготовилась заранее, то ничего не смогла бы сделать в этой ситуации. Какой бы умной ни была жена, она не сможет готовить без риса! Нин Шу отправилась в палатку с аптечкой на спине. Она чувствовала головокружение. Она работала весь день, поэтому у её мозга не было ни мгновения на отдых. Она рухнула на деревянные доски и приготовилась немного вздремнуть. Она не знала, что её ждёт завтра. В этой отчаянной борьбе день за днём, никто не был уверен в том, что завтра он будет жив. Множество товарищей уже падало рядом с ними. В следующее мгновение они могут упасть так же, как и их товарищи. Люди были жадными и злобными. Они грабили и похищали. Ради выживания, каждый должен взять оружие и оказывать сопротивление. ---------- Я Ни За Что Не Буду с Тобой Чжу Яньцинь увидел возвращение Нин Шу и недоверчиво уставился на неё, когда она проигнорировала его и легла спать. Он был совершенно ошарашен. Кого он только что увидел? Чжу Сунян?!! Как она может быть тут? И она даже военный доктор?! Когда Чжу Сунян стала военным доктором? Чжу Яньцинь был совершенно ошеломлён тем, насколько сильно изменилась эта женщина. Прежде она стала медсестрой, а теперь она стала военным доктором. Она так сильно изменилась, а он, её номинальный муж, ничего об этом не знал. - Это… это Чжу Сунян? – недоверчиво спросил Чжу Яньцинь у Фан Фэйфэй. Цвет лица Фан Фэйфэй был не очень хорошим. Она начала крутить в руках свою фотокамеру, когда ответила: - Это твоя жена, Чжу Сунян. Чжу Яньцинь поспешно возразил: - Я никогда не признавал её своей женой. Не злись. Фан Фэйфэй подняла голову, посмотрела на Чжу Яньциня и сказала: - Чжу Сунян теперь стала военным доктором. Может, она вступила в армию ради тебя. Разве ты не чувствуешь себя тронутым? Чжу Яньцинь покачал головой и сказал: - Я не тронут. Меня тронуло то, что ты без колебаний решила последовать за мной, после того, как я сказал тебе, что собираюсь отправиться на поле боя. - Чжу Сунян не имеет ко мне никакого отношения, - равнодушно добавил он. Он прекрасно помнил всё то, что Чжу Сунян сделала с ним. У него не было никакого желания проводить остаток жизни с кем-то вроде неё. Фан Фэйфэй на самом деле не поверила ему. - Это действительно то, что ты думаешь? Разве у вас двоих нет ребёнка? Когда был поднят вопрос с его сыном, он вздохнул. - Этот ребёнок вырос со своей матерью, поэтому ему нет дела до меня, его отца. Чжу Сунян повлияла на него, и он меня презирает. Фан Фэйфэй нахмурилась, а потом вздохнула. - Я думаю, что в этот раз Чжу Сунян стала военным доктором ради тебя. Я думаю, что она хочет вернуться к тебе. - Ни за что, ни за что. Мне не нравится Чжу Сунян, - твёрдо сказал Чжу Яньцинь. На следующий день Нин Шу проснулась от звука выстрела. Он словно отметил начало дня, потому что после него послышалось ещё больше стрельбы. Битва снова началась. Нин Шу выпила стакан воды, сунула в рот очередную постную пилюлю, надела перчатки и начала очередной новый рабочий день. Она воспользовалась тем, что новых пациентов ещё не привезли, и проверила ситуацию у тех пациентов, которых она лечила. Если у кого-то была лихорадка, то она давала им лекарство или меняла повязку. - Чжу Сунян, даже если ты последовала за мной сюда, я ни за что не буду с тобой, - сказал Чжу Яньцинь. Нин Шу как раз меняла повязку раненому солдату, лежащему рядом с Чжу Яньцинем. Когда она услышала это, она на мгновение была ошеломлена, а потом совершенно ошарашена. Ему что, пуля попала в его долбанную голову?! Не слишком ли его эго много о себе возомнило? В этот момент принесли ещё одного раненого, поэтому Нин Шу проигнорировала Чжу Яньциня и занялась лечением пациента. И снова это пренебрежение! Чжу Яньцинь был так зол, что его рана начала болеть. Он прижал рану рукой. Когда он увидел, что Нин Шу ловко лечит раны солдата, он был немного растерян. Была ли это всё ещё та Чжу Сунян, которую он помнит? Чжу Сунян всегда была очень осторожной и покорной, словно кукла. Она была тупой, и то, как она говорила, было не очень приятно. С первого же взгляда было очевидно, что у неё не было своего мнения, и поэтому ему и не нравилась Чжу Сунян. Даже если они и завершили бракосочетание, это, вероятно, было из-за пубертатного возраста Чжу Яньциня. Его гормоны беспокойно бушевали, и его сильно влекло к противоположному полу. Более того, с самого начала ему можно было открыто завершить бракосочетание с Чжу Сунян, так почему бы этого не сделать? Чжу Яньцинь игнорировал Чжу Сунян, но этот сорняк, который он игнорировал, оказывается, расцвёл великолепными цветами. ---------- Боязнь Оружия? Чжу Яньцинь был изрядно раздражён. Он был ранен и лежал прямо тут, однако Чжу Сунян держала в руке скальпель и ловко лечила раны других людей. Эта смена статуса сделала Чжу Яньциня очень раздражённым. Более того, он даже был спасён усилиями Чжу Сунян. С одной стороны, он хотел добиться достижений на поле боя. С другой стороны, он сделал это для того, чтобы избавиться от своего затруднительного положения. Из-за Чжу Сунян в колледже его начали преследовать слухи. Все сокурсники говорили, что у него уже есть семья и даже есть ребёнок. Он явно был в расцвете своей юности, однако уже стал отцом. Из-за этого Фан Фэйфэй тоже игнорировала его. К тому же, у него снова закончились деньги. У него не было даже денег на аренду дома и покупку еды. Однако, к счастью, в это время разразилась война. И поэтому он решил вступить в армию. Чжу Яньцинь отправился повидать Фан Фэйфэй и сказал, что он отправляется на поле боя. Возможно, они больше никогда не встретятся в этой жизни. Чжу Яньцинь обнял Фан Фэйфэй и сказал "единственная любовь в моей жизни – это ты, ты всегда будешь в моём сердце". Фан Фэйфэй почувствовала, что тело Чжу Яньциня дрожит, когда она была в его объятиях. Словно он сдерживал целый поток эмоций. В этот момент Фан Фэйфэй почувствовала его искренность. На самом деле, Фан Фэйфэй нравился этот Чжу Яньцинь, её просто злило, что Чжу Яньцинь обманул её. Она чувствовала себя так, словно лезет в чью-то семью, поэтому не нужно объяснять, как неловко она себя чувствовала. Однако она была тронута глубокими чувствами Чжу Яньциня к ней. Когда до неё дошло, что Чжу Яньцинь отправляется на поле боя, и, возможно, когда она даже не будет этого осознавать, они расстанутся навсегда, когда до неё дошло, что она может никогда больше не увидеть Чжу Яньциня, в этот момент, в глубине души, Фан Фэйфэй приняла решение. Будет лучше отправиться на поле боя вместе, чем разделяться. По крайней мере, они смогут видеться друг с другом. И вот так Чжу Яньцинь стал солдатом, в то время как Фан Фэйфэй стала военным репортёром. Они вместе помчались на поле боя. Если бы не случилось ничего неожиданного, то они бы составили очень трогательную песню о любви на поле боя, но Чжу Яньцинь, который впервые отправился на поле боя, тут же почувствовал, что что-то не так. А именно, что-то не так с его указательным пальцем. Он был очень слабым, когда он пытался выстрелить. В обычных обстоятельствах всё было нормально, но, когда он целился во врага и собирался выстрелить, его указательный палец начинал дрожать. Он едва мог заставить свой палец нажать на спусковой крючок, но из-за этого он очень редко попадал. Он не знал, что с ним происходит. Солдат-ветеран, который был рядом с ним, сказал, что у него боязнь оружия, и что он не подходит для того, чтобы держать в руках оружие. Чжу Яньцинь не мог с этим смириться. Он пришёл на поле боя, чтобы принести почёт своим предкам, а теперь он даже не мог взять оружие, чтобы убивать врагов? Что же это такое? Ему всё ещё нужно было возродить честь семьи Чжу и дать Фан Фэйфэй чудесное будущее, чтобы она могла стать женщиной, которой все будут завидовать. Отправление на поле боя было его большим шансом. Возможно, в какой-то мере, он действительно хотел послужить своей стране, но, по большей части, он хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы добиться успеха. Самой важной частью было то, что он не сказал Фан Фэйфэй о том, что семья Чжу уже больше не процветающая. С самого начала Фан Фэйфэй думала, что Чжу Яньцинь – юный господин из богатой семьи. Юный господин из богатой семьи хочет отправиться на поле боя, чтобы спасти страну, и, отчасти, он сделал это из-за неё. Этого было достаточно, чтобы сделать мужчину потрясающим в сердце женщины. В некоторой степени, Чжу Яньцинь был просто компульсивным* лжецом. Он придумывал всевозможные виды лжи, чтобы выпросить деньги у Чжу Сунян. Он скрывал от Фан Фэйфэй тот факт, что у него уже есть семья, что у него есть жена и ребёнок, когда они ходили на свидания. И, с самого начала и до конца, он ни разу об этом не проговорился. Даже сейчас Чжу Яньцинь всё ещё скрывал некоторые вещи от Фан Фэйфэй. ____________________ Примечание: * Компульсивный – то есть, не в состоянии противостоять своему желанию ---------- Какая Бесстыдная Женщина! Чжу Яньцинь переживал, что Фан Фэйфэй уйдёт от него из-за его семейных обстоятельств, поэтому он хотел добиться больших достижений на поле боя. Таким образом, даже если Фан Фэйфэй потом узнает правду, она не сможет так просто уйти от него. Чжу Яньцинь одновременно лгал двум женщинам. Он обманывал Чжу Сунян из злого умысла, чтобы выпросить у неё деньги. И в то же время, он обманывал Фан Фэйфэй из добрых побуждений. Он делал всё, чтобы сохранить отношения с Фан Фэйфэй, потому что он любил её. Однако теперь он даже не мог держать в руках оружие, потому что в первый же день появления на поле боя он был ранен. Более того, он даже был спасён своей женой, Чжу Сунян. Его чувства были крайне сложными. Он чувствовал, что небеса были очень несправедливыми. У него не было никаких областей, в которых он бы превосходил Чжу Сунян, эту невежественную женщину, которая уже стала военным доктором. Чжу Яньцинь был внутренне очень зол. Чжу Сунян была из семьи Чжу. Она была воспитана семьёй Чжу, и всё же она решила взбунтоваться, как только его родители умерли, и украла все деньги семьи Чжу. И теперь она даже процветает в своей карьере. Какая бесстыдная женщина! Нин Шу занималась лечением раны солдата, когда почувствовала обжигающий взгляд. Она обернулась и обнаружила, что это Чжу Яньцинь смотрит на неё таким обиженным взглядом, что у него глаза покраснели. Нин Шу усмехнулась, а потом продолжила делать свою работу. Чжу Яньцинь просто привык вымещать все свои чувства на ней. Стали приносить всё больше и больше раненых солдат, а линия фронта всё непрерывно отступала. Это демонстрировало, что на линии фронта дела идут не очень хорошо. С самого начала у врага была более сильная огневая мощь, и их оружие тоже было сильнее, чем у китайцев. Простая операционная палатка Нин Шу тоже отступила назад. Пока они постепенно отступали, над их головами неистово продолжали стрелять военно-воздушные силы. Эта часть земли попала в руки врага. И хотя китайцы потратили множество солдатских жизней, они всё равно не смогли остановить тяжёлую поступь захватчиков. Нин Шу внезапно почувствовала, что единичная индивидуальная сила кажется такой крохотной. Даже если она была получателем заданий, она всё равно не могла ничего сделать перед лицом катящегося колеса истории. Нин Шу хотела лишь просто делать всё, что в её силах, чтобы спасти как можно больше людей. Каждый спасённый человек был одним дополнительным человеком. Всё-таки, у неё не было способности противостоять судьбе и взмахом руки полностью изменить всю военную ситуацию. Нин Шу открыла свою аптечку и обнаружила, что там осталось уже не так много лечебного порошка, но количество раненных только увеличивалось. Она начала очень беспокоиться. Если всё так продолжится, то рано или поздно у неё просто закончится лечебный порошок. Ей нужно придумать способ рассказать начальству об этом. Начальство продолжало говорить, что ресурсов не хватает, но, если умрёт слишком много солдат, то она, как военный доктор, вынуждена будет взять на себя ответственность. Каждый день Нин Шу приходилось беспокоиться о множестве вещей. Пока сердце солдата не прекращало биться, она делала всё возможное, чтобы спасти его. Она очень хотела, чтобы у неё был помощник. Прямо сейчас ей приходилось самой делать абсолютно всё, даже всякие простые мелочи. Нин Шу доложила об этом Тан Чжэну, так как он сказал, что она может просить у него что угодно. И, пока это было выгодно для армии, он постарается это ей обеспечить. Нин Шу сказала Тан Чжэну о том, что ей нужен помощник, чтобы помогать перевязывать раны солдат, и вскоре Тан Чжэн привёл юную девушку. Эта девушка выглядела юной и ей было не более пятнадцати или шестнадцати лет. Её звали Сяо Тун. Позже, когда Нин Шу познакомилась с этой юной девушкой, она узнала, что эту девушку изнасиловали японские дьяволы, и что это было даже не единожды. Однако, к счастью, она была спасена. Нин Шу научила юную девушку, как накладывать бинты и повязки, и научила её множеству базовых знаний, поэтому Сяо Тун обычно звала Нин Шу учителем. Когда Нин Шу увидела её такое отношение, она решила просто научить её всему, что она знала. Это было поистине время великих трудностей для страны. Даже если индивидуальная сила была крохотной, скопление этих крохотных сил всё равно будет огромной мощью. Теперь, когда у неё была помощница, её работа стала гораздо более расслабленной. Она поручила Сяо Тун разбираться со всеми простыми вещами. За этот период времени, Фан Фэйфэй уже набрала некоторую репутацию в качестве военного репортёра. Многие газеты использовали её фотографии поля боя, но Чжу Яньцинь так и не добился никакого прогресса. Так как он был ранен, ему пришлось много времени потратить на восстановление, поэтому он мог лишь каждый день наблюдать за тем, как Нин Шу усердно работает. ---------- Маленькая Помощница Когда он услышал, что люди в армии обращаются к Нин Шу, как "доктор Чжу" и увидел, что они, похоже, уважают её, он почувствовал, как бесчисленные муравьи заползают в его сердце. Он очень хотел сказать этим людям, что эта женщина вовсе не была уважаемым человеком, что она просто была продана в качестве служанки, когда она ещё была ребёнком. Более того, с самого начала и до конца, эта женщина игнорировала его, словно он был всего лишь воздухом. Она совершено не обращала на него внимание. Фан Фэйфэй тоже была каждый день занята тем, что делала фотографии, и приходила навестить его только когда бой заканчивался. Когда Чжу Яньцинь видел Нин Шу, он чувствовал себя очень неуютно, и, когда он видел Фан Фэйфэй, он тоже чувствовал себя неуютно, потому что Фан Фэйфэй теперь была уже впереди него. У него уже больше ничего не осталось, поэтому он очень боялся, что Фан Фэйфэй уйдёт от него. Но его травма… Чжу Яньцинь плотно сжал губы и решительно настроился на то, чтобы в следующий раз отправиться на поле боя. Если он продолжит вот так отлынивать, то даже Чжу Сунян будет более способной, чем он. Фан Фэйфэй вернулась, держа свою камеру. Когда она увидела мрачное выражение лица Чжу Яньциня, она спросила: - У тебя всё ещё болит плечо? Чжу Яньцинь скрыл своё мрачное выражение и протянул руку, чтобы вытереть лицо Фан Фэйфэй, так как на нём была грязь. - Хорошо, что ты в порядке, я постоянно беспокоюсь о тебе. - Я в порядке, - сказала Фан Фэйфэй, играя своей камерой. – Я сегодня сделала много фотографий. Все эти фотографии – доказательство того, что захватчики захватывают нашу страну. Чжу Яньцинь улыбнулся. - Фэйфэй, ты потрясающая. Фан Фэйфэй сладко улыбнулась Чжу Яньциню, а потом глянула на Нин Шу, которая была занята лечением солдатской раны. Пока она наблюдала за тем, как Нин Шу лечит рану и попутно со строгим выражением лица объясняет весь процесс Сяо Тун, взгляд Фан Фэйфэй дрогнул. По сути, Нин Шу каждый день приходилось работать до полуночи, и это было даже при помощи Сяо Тун. Сяо Тун была тихим ребёнком. Возможно из-за того, что она много страдала в таком юном возрасте, она начала чувствовать себя немного неполноценной. Однако она всё ещё была очень энергичной в плане выполнения работы и часто наливала чай или воду для Нин Шу. У Нин Шу были постные пилюли, поэтому, когда она чувствовала сильный голод, она просто принимала постную пилюлю, поэтому постоянно отдавала Сяо Тун половину своей еды. Работа военным доктором была физически очень тяжёлой работой. Она бы не смогла продержаться, если бы не обладала достаточной физической силой. Действия Нин Шу злили Чжу Яньциня чуть ли не до смерти. Он был мужем Чжу Сунян! Даже если он не мог сказать, что он её муж, он всё ещё был её юным господином! Но она не только игнорировала его большую часть времени, она даже не приносила ему никакой еды, и обращалась с посторонним человеком лучше, чем с ним?! Чжу Яньцинь хотел сорваться на Нин Шу, но ему нужно было принять во внимание его здоровье. Ему всё ещё нужно было залечить рану, и, кого бы ты ни обижал, не стоит обижать доктора. Всё же, никто не может гарантировать, что его не ранят на поле боя. Когда Нин Шу увидела, что Чжу Яньцинь снова гневно смотрит на неё, словно он страдал от запора, она практически лишилась дара речи. Она повернулась к Сяо Тун и сказала: - Иди спать. Завтра будет ещё больше работы. - Учитель, хотите, чтобы я принесла вам немного воды, чтобы помыться? Нин Шу снисходительно махнула рукой. - Просто иди спать, в этом нет необходимости. В подобной ситуации, у кого вообще есть время беспокоиться о том, чистый он или нет? Нин Шу даже чувствовала запах пота своего тела, но ей нужно было лишь гарантировать, что её руки были чистыми. Остальное может потерпеть. ---------- Полуночный Разговор Нин Шу планировала отдохнуть после тяжёлого дня, но Фан Фэйфэй подошла к ней и сказала: - Док… доктор Чжу, я бы хотела с вами кое о чём поговорить. Давайте выйдем наружу и поговорим? Нин Шу отказалась. - Простите, но я очень устала и хотела бы отдохнуть. Каждый день был очень утомительным, конечно же, она хотела воспользоваться всем свободным временем для отдыха. Посиделки с разговорами посреди ночи? Нин Шу считала, что у неё нет на это времени. Цвет лица Фан Фэйфэй стал немного хуже, и она сказала: - Это не отнимет много вашего времени. Всем будет проще, если мы проясним некоторые вещи. Я хочу поговорить с вами о Чжу Яньцине. Нин Шу потёрла свой лоб, поднялась с деревянных досок и вышла из палатки вместе с Фан Фэйфэй. Уже была поздняя ночь, и небо было наполнено яркими звёздами. Поблизости слышались шаги патрулирующих солдат. Нин Шу не стала обращать внимание на грязь, просто села на землю, подпёрла рукой подбородок и сказала: - О чём вы хотели поговорить? Фан Фэйфэй села рядом с Нин Шу и прямо сказала: - Я не отдам Яньциня. У нас общие стремления и мы можем говорить о чём угодно. Не так-то просто встретить в своей жизни такого человека. Я знаю, что Чжу Яньцинь прежде был твоим мужем, но вы двое не подходите друг другу. Нин Шу: … - И что? Зачем вы мне это говорите? – Нин Шу посмотрела на Фан Фэйфэй. – Как ни крути, он уже человек, у которого есть семья из жены и ребёнка. Вы, интеллектуалы, поистине забавные. Вы говорите, что вы принимаете новые идеи, что вы хотите иметь свободу в любви, но это не более чем противозаконные несосватанные союзы. Вы говорите, что люди должны иметь свободомыслящие жизни, что пока они влюблены, то они буду оправданы, но это просто поведение животных. В эту эпоху у женщин не было никакой защиты. По крайней мере, в древнюю эпоху общество придавало большое значение браку и поместило брак в корень всех обрядов. На поверхности, имелись три условия, из-за которых с женой нельзя было развестись*. Цвет лица Фан Фэйфэй слегка омрачился, когда она сказала: - Что это за устаревшее мышление? Сейчас уже другие времена. Все имеют право стремиться к собственному счастью. Доктор Чжу, если вы хотите привязать к себе Чжу Яньциня при помощи ребёнка, то знайте, что это невозможно. Как только ребёнок вырастет, у него будет своя собственная жизнь, но что насчёт родителей? Неужели они должны оставаться вместе только ради ребёнка? Жизнь человека очень долгая, разве проводя десятилетия с человеком, который вам не нравится – это не бесполезная трата собственной жизни? Это безответственное отношение к собственной жизни. Какой тогда в ней смысл, если приходится проводить всю жизнь с тем, с кем вы не можете общаться, и кто вам не нравится? Нин Шу: … Это было очень разумно. Нин Шу обнаружила, что ей нечем возразить на это, но корень проблемы был в том, что Чжу Яньцинь даже не признавал своих жену и сына. Он знал лишь как эксплуатировать Чжу Сунян. Даже если он захотел бы разойтись с ней, ему всё равно пришлось бы компенсировать Чжу Сунян, а иначе все могут просто отказаться от мечты иметь хорошую жизнь. Вы двое сладко флиртуете и ведёте себя как сладкая парочка, а потом, в итоге, совершаете большие достижения и встаёте на вершине пирамиды, чтобы наслаждаться благоговением людей. Тем временем, что же получит Чжу Сунян за все её жертвы? В мире нет таких вещей, которых бы человек оправданно заслужил, так почему же Чжу Яньцинь верит, что Чжу Сунян должна пожертвовать собой ради него и это в порядке вещей? К тому же, он даже не сказал ей "спасибо" и лишь смотрел свысока на Чжу Сунян. Раз такое дело, то пусть он тогда затянет пояс потуже. Чжу Яньцинь был просто своевольным юным господином. ---------- Противозаконный Несосватанный Союз - Так и зачем вы мне всё это говорите? Вы пришли сказать мне, что вы двое собираетесь сойтись вместе? – Нин Шу зевнула с равнодушным выражением лица. – Если вы хотели сказать мне эту бессмысленную вещь, то вам было бы лучше не говорить её. У меня нет никаких возражений по поводу того, что вы двое сойдётесь или даже поженитесь и заведёте детей. Можете забирать себе Чжу Яньциня. Нин Шу поднялась, отряхнула землю со своей задницы и прошла мимо Фан Фэйфэй. Фан Фэйфэй повернулась и сказала в спину Нин Шу: - Чжу Яньцинь не предмет, он – человек. У него есть свои мысли и чувства; ему не нужно ваше разрешение ни для чего. Нин Шу пожала плечами, не оглядываясь, и вошла в палатку. Когда она увидела, что Сяо Тун ещё не легла спать и ждёт её, она сказала: - Иди спать, иначе твоё тело не выдержит. Нин Шу легла на деревянные доски и заснула, едва только закрыла глаза. Ей особо нечего было сказать. Они всё ещё конфликтовали над такими вещами в подобной ситуации? Для людей на поле боя было ещё под большим вопросом то, смогут ли они завтра увидеть солнце. И конфликтовать из-за вопросов любви было совершенно бессмысленно. Чжу Яньцинь проснулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Нин Шу заходит в палатку, а Фан Фэйфэй заходит вслед за ней. Его сердце ёкнуло, и он тут же спросил у Фан Фэйфэй: - Фэйфэй, Чжу Сунян решила усложнить тебе жизнь? Фан Фэйфэй покачала головой и сказала: - Теперь я наконец-то поняла, что за человек Чжу Сунян. Она действительно человек старомодного мышления, неудивительно, что ты не мог с ней разговаривать. Она даже сказала, что у нас с тобой противозаконный несосватанный союз. Чжу Яньцинь с облегчением вздохнул и сказал: - Не переживай из-за неё. Она просто женщина из феодальной эпохи. Ты не сможешь пробиться через её твердолобость, так что разговаривать с ней – это просто зря тратить энергию. Фэйфэй, я планирую вернуться на поле боя. - Но как же твоя рана? – Фан Фэйфэй посмотрела на плечо Чжу Яньциня и сказала: - Не спеши, твоё здоровье важнее. Ты должен подождать, пока не восстановишься. Чжу Яньцинь тут же ответил: - Моя рана уже почти зажила, и я не могу просто так оставаться тут, зря тратить армейскую еду и ничего не делать. Чжу Яньцинь был очень взволнован. Он не мог продолжать тянуть резину. Люди, которые пришли на поле боя вместе с ним уже убили много врагов, а он просто лежит тут, скорее мёртвый, чем живой. Фан Фэйфэй кивнула. - Главное, что ты знаешь, что делаешь. Однако на поле боя очень опасно, так что постарайся защитить себя. Как только битва продолжилась, Чжу Яньцинь потащил своё потрёпанное тело на поле боя. Он теперь ещё больше хотел добиться мгновенного успеха. Даже Чжу Сунян, на которую он смотрел свысока, стала уважаемым доктором, а он так ничего ещё и не добился от своего имени. Как ему с таким раскладом можно говорить о восстановлении чести семьи Чжу и о том, чтобы привести Фан Фэйфэй к счастью? В его сердце накопилось желание, и он был решительно настроен на то, чтобы добиться великих свершений. Однако когда он скрючился в траншее, держа в руках оружие, и приготовился выстрелить, он уже больше не чувствовал амбиций, а только чувствовал беспомощность и страх. Чжу Яньцинь не знал, что случилось с его рукой. Каждый раз, как он пытался выстрелить, рука становилась очень слабой. Она слегка дрожала и была очень напряженной. Она просто не делала того, что он от неё хотел. Было такое ощущение, словно его палец не может реагировать с быстрой точностью. Перед лицом такой ситуации, Чжу Яньцинь, этот взрослый мужчина, чуть не начал плакать. Что происходит? Что именно происходит с его рукой? Нин Шу была занята лечением новых пациентов, когда она увидела как Чжу Яньцинь, который только недавно отправился на поле боя, приносят обратно на носилках. Он не был ранен, а просто отброшен взрывной волной. Однако рана на его плече снова открылась и поэтому его одежда вымокла в крови. Нин Шу насыпала немного лечебного порошка на старую рану Чжу Яньциня. Резкая боль заставила Чжу Яньциня очнуться. Он открыл глаза, и расплывчатое лицо перед ним постепенно стало отчётливым. Когда он увидел, что это была Нин Шу, он резко протянул к ней руку и схватил её. Его голос словно шёл сквозь щели между его стиснутых зубов. Он был мрачным и наполненным гневом. - Ты точно что-то сделала со мной, ты точно… ____________________ Примечание: * По поводу браков и разводов в 772 главе уже было пояснение: Есть лишь три условия, при которых мужчина не может развестись со своей женой, а именно: если у неё нет семьи, к которой она может вернуться, потому что её родители умерли; если в данный момент протекает трёхлетний период скорби по какому-либо из родителей; или если её муж был бедным, когда они поженились, а теперь разбогател. ---------- Дело Явно в Твоих Мозгах Чжу Яньцинь чувствовал себя так, словно он больше не может двигать своими руками. Он был уверен, что Чжу Сунян сделала с ним что-то, пока он был ранен. Если не она, тогда почему его рука была такой напряжённой и так сильно дрожала? - Чжу Сунян, ты должна взять ответственность на себя! Чжу Яньцинь крепко схватил Нин Шу за руку и отказывался отпускать её. Нин Шу была озадачена и даже раздражена. - А что не так с твоей рукой? Разве твоя рука не в полном порядке? Или это призрак схватил меня сейчас за руку, а не ты? Она же не сломана и не покалечена, так в чём проблема? Нин Шу отцепила от себя руку Чжу Яньциня и отправилась работать дальше. - Я больше не могу стрелять, - закричал Чжу Яньцинь в спину Нин Шу. Он поднял руку. - Ты точно со мной что-то сделала! Нин Шу посмотрела на него, как на чокнутого. - Чжу Яньцинь, ты в порядке? Твои руки в полном порядке, но ты настаиваешь на том, что с ними что-то не так. Проблема явно не в твоих руках, а в твоих мозгах. Выражение лица Чжу Яньциня было крайне поражённым, когда он лёг на деревянные доски. - Я не могу представить никого другого кроме тебя, кто бы сделал меня таким. - Это у тебя боязнь оружия, но ты обвиняешь меня? А ты можешь быть ещё более трусливым, Чжу Яньцинь? – выражение лица Нин Шу наполнилось презрением. – И так уже достаточно того, что ты не можешь поддерживать семью, но ты теперь ещё и обвиняешь меня в подобных вещах? Неужели от этого ты выглядишь более способным? Он во всём винил её. И она никак не могла открыто принять это обвинение. - Заткнись, Чжу Сунян! Заткнись! – закричал Чжу Яньцинь, и выражение его лица стало зловещим. Он беспокоился о том, что Нин Шу раскроет их отношения. Все уже знали, что он и Фан Фэйфэй – пара, что они влюблены друг в друга с колледжа. Если все узнают о его отношениях с Чжу Сунян, то как ему вообще тогда продолжать оставаться тут? Больше всего Чжу Яньцинь ненавидел связываться с Чжу Сунян. Нин Шу: Сукин сын! В этот момент Фан Фэйфэй поспешно вошла в палатку, чтобы спросить у Чжу Яньциня: - Яньцинь, ты в порядке? Чжу Яньцинь был очень удручённым. Он сказал Фан Фэйфэй: - Фэйфэй, я больше не могу стрелять. Моя рука не может стрелять! Фан Фэйфэй в шоке прикрыла свой рот, а потом поспешно спросила: - Что случилось? Что не так с твоей рукой? Почему ты не можешь стрелять? Что именно произошло? Почему ты ничего не говоришь? Фан Фэйфэй очень переживала за Чжу Яньциня. Чжу Яньцинь повернулся, чтобы посмотреть на Нин Шу, но Нин Шу просто развела руками в жесте беспомощности. - Не надо на меня смотреть. Что я могла тебе сделать? Фан Фэйфэй была рядом с тобой, пока ты был ранен, так что я могла сделать с тобой? Хватит пытаться переложить всю вину на меня, я не буду брать на себя ответственность за это. Нин Шу проигнорировала их двоих и начала работать над лечением ран. Сяо Тун стала помогать ей, и тихо спросила: - Учитель, вы в порядке? Нин Шу повернулась и увидела, что Сяо Тун обеспокоенно смотрит на неё, поэтому она покачала головой и сказала: - Я в порядке, незачем обращать внимание на подобных людей. Чжу Яньциню не обязательно знать, что это её рук дело. Он просто был удручён и хотел выместить на ком-нибудь свой гнев, а она просто оказалась этим кем-то. Нин Шу мысленно рассмеялась. По сравнению с занятой Нин Шу, Чжу Яньцинь и Фан Фэйфэй были заметно более обеспокоенными. Фан Фэйфэй даже тайком подошла к Нин Шу, чтобы спросить у неё, может ли Нин Шу вылечить руку Чжу Яньциня. ---------- Назначен в Снабжение Губы Нин Шу дрогнули, а потом она сказала: - С его рукой всё в порядке. У него просто боязнь оружия. Это то же самое, что боязнь высоты, это психологическая проблема. Это не имеет никакого отношения к его руке. Я просто военный доктор. У меня нет таких великих способностей, чтобы я могла вылечить любую болезнь. Фан Фэйфэй нахмурилась и спросила: - Неужели нет никакого способа? Это связано с будущими перспективами Яньциня. К тому же, сейчас время национального кризиса, ещё один человек добавит чуть больше силы. Если Яньцинь сможет взять оружие и убивать врагов, то он может помочь остановить продвижение агрессоров. Доктор Чжу, я поведу себя бесстыдно и обращусь к вам, как к старшей сестре. В подобное время мы должны отложить наши личные обиды. Перед лицом большей картины, во время этого кризиса для страны, все личные обиды можно отложить в сторону. Нин Шу: … Нин Шу была очень раздражена тем, как Фан Фэйфэй постоянно просит её о разных вещах, при этом стоя на великих вершинах морали, словно, раз она имела образование, то все остальные были совершенно невежественными. Зайдя так далеко, разве она не просила просто вылечить руку Чжу Яньциня? Если бы это был кто-то другой, то Фан Фэйфэй определённо было бы всё равно. С таким большим количеством людей в армии, будет там Чжу Яньцинь или нет, это ничего не изменит. Нин Шу тихо сказала: - Как мне всё объяснить, чтобы вы поняли? Я уже сказала вам, что его рука в порядке. Проблема в его психологии. У него боязнь оружия и он напуган. Это не то, что можно вылечить. Вместо того чтобы просить сделать что-то невозможное для меня, вам бы лучше убедить Чжу Яньциня преодолеть своё психологическое препятствие. Если он это не сделает, то до конца жизни не сможет держать оружие в своих руках. Фан Фэйфэй нахмурилась. Однако раз её собеседница уже объяснила всё подобным образом, она уже больше ничего не могла сказать. Однако Чжу Яньцинь не верил, что у него есть какие-либо психологические препятствия. У него не было боязни оружия, но его пальцы… Каждый раз, когда он пытался сделать точные движения или ему требовалось сделать вещи с высокой степенью концентрации, его руки становились негнущимися. Все солдаты вокруг него говорили, что он страдает от боязни оружия. Даже Фан Фэйфэй сказала, что он страдает от боязни оружия. Чжу Яньцинь в это не верил. Он настоял на том, чтобы взять оружие и самому всё увидеть, но результат был таким же. Естественно, Чжу Яньциню больше не позволили отправляться на поле боя в его нынешнем состоянии. Он не только не мог гарантировать свою собственную безопасность, так был ещё и шанс, что он будет мешать другим людям. Начальство назначило его заниматься снабжением, и поэтому он стал поваром. Работа повара была гораздо более безопасной, чем сражение с врагами на линии фронта, но Чжу Яньцинь не мог этого принять. Он был студентом колледжа, который получил новое образование, но теперь он вынужден был работать поваром. Он просто не мог этого принять. Все виды работ в мире были низкого ранга, и единственным благородным стремлением была учёба. Он был интеллектуалом, а люди благородного происхождения держатся подальше от кухни. Он будет лучше ползать по траншеям и рисковать своей жизнью во время битвы. Он бы предпочёл отдать свою жизнь на поле боя, чем оставаться в тылу, на кухне, с черпаком и в дыму. Какие перспективы были у повара? Он хотел чести и славы. Когда Нин Шу увидела Чжу Яньциня в фартуке, доставляющего еду с мрачным выражением лица, она мысленно чуть не умерла от смеха. На поверхности, её выражение лица не изменилось, но Чжу Яньцинь дал ей очень мало еды, явно чтобы отомстить. Чжу Яньцинь усмехнулся, глядя на Нин Шу, а потом триумфально ушёл. Нин Шу презрительно поджала губы. - Учитель, почему бы вам не взять мою порцию? Сяо Тун предложила свою часть Нин Шу, но Нин Шу снисходительно отмахнулась. - Ешь сама, не нужно отдавать её мне. Мне достаточно. Нин Шу съела маринованные овощи и парные кукурузные булочки, мысленно вздыхая над тем, какое огромное неравенство есть между людьми. Чжу Яньцинь жарил яйца для Фан Фэйфэй и придумывал всевозможные способы приготовить для Фан Фэйфэй роскошную порцию. Однако когда дело доходило до Нин Шу, он даже уменьшал её паёк. Фан Фэйфэй вошла в палатку и заговорила с Нин Шу. Тон её голоса был не очень хорошим. - Доктор Чжу, я бы хотела с вами поговорить. В этот момент воздух наполнил резкий свист падающей бомбы. Нин Шу тут же закричала: - Ложись! А потом потянула Сяо Тун вниз. Фан Фэйфэй тоже тут же рухнула на землю, как только Нин Шу закричала "Ложись". Как военный репортёр, которая каждый день делает снимки поля боя, она тоже могла себя защитить. Бум! Бомба упала на землю. И хотя Нин Шу прикрыла свои уши, она всё равно почувствовала себя оглохшей. Мощная звуковая волна тряхнула её так сильно, что у неё даже сердце заболело. ---------- Письмо Сыюаню Всё больше и больше снарядов падали с неба один за другим и земля беспощадно тряслась. Простую палатку сдуло огромной тепловой волной и некоторых раненых, что были в палатке, тут же убило снарядами, которые упали неподалёку. Нин Шу посмотрела на раненых, которые были убиты. Это всё были люди, на спасение которых она потратила много усилий. В итоге, одной бомбы хватило, чтобы все её усилия оказались напрасными. Самолёт ещё немного покружился в небе, а потом с рёвом улетел. Хоть воздушные бомбы и не были очень точными, они могли повредить здания и прочие цели. Более того, тепловое излучение и прочие побочные эффекты могли также нанести вред телу человека. Нин Шу покачала головой. Она слышала лишь гул в ушах, и не слышала того, что говорят люди вокруг неё. Это состояние продлилось некоторое время. Палатка была сломана и многие раненные получили ещё больше травм. Тан Чжэн пришёл с группой солдат, чтобы проверить ситуацию. Когда он увидел Нин Шу, он спросил: - Доктор Чжу, вы в порядке? Нин Шу не расслышала его, поэтому она поковырялась в своих ушах и сказала: - Некоторые из раненых уже в стабильном состоянии и вам стоит отправить их обратно. Тут слишком опасно. - Ладно. Командующий ищет вас. Пришло время сменить повязку, - громко сказал Тан Чжэн, чуть ли не в ухо Нин Шу. Нин Шу едва расслышала его. Она подала сигнал, что поняла его и что сначала разберётся с ранами тех людей, которые были травмированы упавшей бомбой. - Фан Фэйфэй, Фэйфэй! Чжу Яньцинь прибежал к палатке. Когда он увидел, что Фан Фэйфэй сидит на земле, он поспешно помог ей встать и спросил: - Фэйфэй, ты в порядке? Фан Фэйфэй была немного в ступоре. Когда она увидела Чжу Яньциня, её глаза покраснели. Она не удержалась от того, чтобы обнять Чжу Яньциня и начала плакать. Чжу Яньцинь стал утешать её и сказал: - Всё в порядке, всё в порядке. Тан Чжэн скомандовал солдатам перенести раненых и подготовить их к отправке назад. Нин Шу обвела их взглядом, а потом спросила: - Вы собираетесь обратно в Шанхай? Я хочу написать письмо, можете помочь мне доставить его? Тан Чжэн кивнул. - Конечно. Нин Шу быстро закончила свою работу, а потом наступил момент неловкости. У неё не было ни бумаги, ни ручки. Тан Чжэн дал Нин Шу ручку и попросил охранника принести бумагу. - Спасибо, офицер Тан. Нин Шу взяла бумагу, смахнула землю с деревянной доски, положила бумагу на доску, а потом начала думать о том, как написать Чжу Сыюаню. В итоге, она решила просто объяснить свою работу в письме. Она сказала, что она была очень занята и спасла много людей. Она написала о страданиях, с которыми сталкивались солдаты, и что они все защищают свои семьи и свою страну. Наконец, она сказала Чжу Сыюаню не волноваться за неё. Как только она закончила это письмо, она внезапно почувствовала, словно всё это было целую жизнь назад. После того, как она прибыла на линию фронта, она целыми днями работала над спасением людей. Она начинала лечить людей, едва только просыпалась. Тут практически не было чувства времени. Она даже не знала, какой сейчас день, какой месяц, и не знала, что делает Чжу Сыюань. Отдав письмо Тан Чжэну, Нин Шу сказала: - Простите, что побеспокоила вас, офицер Тан. После того, как Тан Чжэн убрал письмо, Нин Шу спросила: - Запрос на медицинские ресурсы ещё не выполнили? Я не смогу долго продержаться без медикаментов. Почему бы вам не принести мне немного традиционной китайской медицины? Я сама сделаю лекарства. В аптечке Нин Шу больше не осталось порошка. Если бы не порошок, останавливающий кровотечение, часть раненых давно бы уже умерли от обильной потери крови, прежде чем их успели бы вылечить. В эту эпоху переливание крови было невозможно и условия для переливания крови тоже отсутствовали, если кровотечение не остановить, то остаётся лишь ждать смерти. Нин Шу не стала ждать ответа Тан Чжэна, а просто схватила бумагу из рук охранника, чтобы написать список ингредиентов для традиционной китайской медицины. Она сказала: - Это те ингредиенты, которые мне нужны. Этот порошок может останавливать кровотечение. У меня сейчас больше нет лекарств, поэтому я не смогу никого спасти. У Тан Чжэна не было иного выбора, кроме как кивнуть. Он отвёл Нин Шу поменять повязки командующего, а потом отправился заниматься делами. Когда Чжу Яньцинь увидел, что Нин Шу разговаривает с Тан Чжэном, его сердце начало гореть. Он был всего лишь безымянным подчинённым, но Чжу Сунян могла спокойно разговаривать с Тан Чжэном. Кем был Тан Чжэн? Он был человеком, приближенным к главнокомандующему армией. - Чжу Сунян, а ты очень даже умелая. Ты даже подцепила начальство? Почему я раньше не замечал у тебя такой способности? #комментарий анлейта: Вообще-то, имя Сыюань можно примерно перевести как "тоска" и "далеко" ---------- Ты Говна Объелся? Нин Шу обернулась, и увидела Чжу Яньциня, который поддерживал Фан Фэйфэй и при этом смотрел на неё с презрением. Тон его голоса был крайне кислым, словно он выпил две бутылки уксуса. Когда Чжу Яньцинь увидел, что Нин Шу пристально смотрит на него, он саркастично сказал: - Как военный доктор, ты даже смеешь соблазнять всевозможных мужчин? Где же твоё целомудрие, как у замужней женщины? Чжу Яньцинь просто не мог смириться с тем фактом, что женщина, на которую он всегда смотрел свысока, справляется лучше него. Даже если человек, который раньше ничего не умел, перевернул чистую страницу своей жизни, это всё равно не могло изменить реальность её скромного прошлого. Она была просто девочкой, которую продали в качестве служанки. В этот момент Чжу Яньцинь совершенно позабыл о том, что он принял школу нового мышления. Всё то равенство, свобода и всеобщее братство были лишь чепухой. Нин Шу холодно посмотрела на Чжу Яньциня: - Ты говна объелся что ли, раз плюёшься тут повсюду говном? У меня нет целомудрия, как у замужней женщины? Тогда почему бы тебе не сказать мне, кто мой муж? Нин Шу с презрением посмотрела на Чжу Яньциня. - Раз ты такой умелый и способный, так почему бы тебе не сказать, кто мой муж? - Ты… Чжу Яньцинь огляделся по сторонам, но, в итоге, не посмел раскрывать своих отношений с Нин Шу. Пффф. Поглядите, какой он трусливый и неумелый. У него просто кишка тонка! Чжу Яньцинь был в ярости, когда Нин Шу посмотрела на него с презрением, но он стиснул зубы и ничего не сказал. Нин Шу не хотела больше думать о Чжу Яньцине. После того, как она разобралась с ранеными, она предупредила Сяо Тун, а потом закинула на спину свою аптечку и отправилась менять повязки командующему. Нин Шу понимала, что командующий армией был просто потрясающим. Ему было всего за тридцать, однако он мог вести армию сражаться против врага. По крайней мере, у Чжу Яньциня не было таких достижений в таком же возрасте. Возможно, у этого командующего есть какая-то поддержка или впечатляющая родословная. Нин Шу вошла в комнату с аптечкой на спине и увидела, что командующий рассматривает карту. Его цвет лица был не очень хорошим. Болезненная бледность была очень подозрительной. Нин Шу отсалютовала ему. - Командующий. Он сказал: - Я слышал от Тан Чжэна, что это вы спасли меня? Нин Шу кивнула. Она спасла его. Нин Шу сняла его одежду, а потом размотала бинт, обработала гнойную рану, после чего снова забинтовала его. После этого она убрала пропитанный кровью бинт, чтобы отнести его обратно. Командующий увидел, как Нин Шу убирает бинт, поэтому он спросил, чтобы уточнить: - Такой бинт ещё можно использовать? - Конечно, если его постирать и высушить на солнце, его ещё можно использовать. Таких вещей у нас не хватает, поэтому нет иного выбора, кроме как использовать их повторно, - сказала Нин Шу. Так как им не хватало ресурсов, то не оставалось иного выбора, кроме как придумывать всевозможные способы. Всё-таки, без бинта рану не вылечить. Командующий вздохнул. - Вы довольно неплохо справляетесь. Хоть вы и женщина, я слышал от Тан Чжэна, что вы спасли много людей. Как только битва закончится, я награжу вас грамотой за военные заслуги третьей степени. - Спасибо, Командующий! Нин Шу тут же отсалютовала. Она могла спокойно принять такую честь, потому что она её заслужила. С этой грамотой за военные заслуги она надеялась, что Чжу Сунян сможет прожить лучшую жизнь. Нин Шу не знала, как долго она сможет оставаться в этом мире, а характер Чжу Сунян был немного трусливым, поэтому Нин Шу не знала, сможет ли Чжу Сунян стать достойным военным доктором. Не так уж трудно быть сильной и жить для себя. Даже если только ради Чжу Сыюаня, Чжу Сунян должна стать храбрее и стать матерью, которой Чжу Сыюань сможет гордиться. В данный момент Чжу Сыюань очень гордился своей матерью. ---------- Право Собственности На Рецепт Несколько дней спустя Тан Чжэн пришёл, чтобы отдать Нин Шу письмо и некоторые ингредиенты традиционной китайской медицины. Нин Шу открыла письмо. Это было письмо от Чжу Сыюаня. В письме было полно беспокойства за Нин Шу, а ещё великая гордость. Он сказал, что показал письмо своим учителям и одноклассникам, и они все похвалили его мать, говоря, что она – великий герой. В конце письма он сказал Нин Шу как следует защищать себя и сказал, что вырастет как можно скорее, чтобы он тоже мог отправиться на поле боя и сражаться против японских дьяволов. Когда Нин Шу прочитала это письмо, она почувствовала, что Чжу Сыюань сильно повзрослел. Она отложила письмо и начала разбираться с лечебными травами, параллельно обучая Сяо Тун процессу их производства. Теперь у них появилось дополнительное задание, а именно – разобраться с этими травами. Это означало, что у них теперь было ещё меньше времени на сон. Нин Шу всегда отправляла Сяо Тун отдыхать. Она практиковала Непревзойдённые Боевые Искусства, поэтому её тело могло выдержать такую нагрузку. Однако юная девушка вроде Сяо Тун не смогла бы долго продержаться. К счастью, с помощью этих традиционных китайских лекарств, процесс лечения тоже стал значительно легче. Тан Чжэн пришёл поговорить с Нин Шу и сказал, что он заинтересовался её рецептами. Он хотел начать их массовое производство. Только после того, как он вернулся в Шанхай, он обнаружил, что армии на других фронтах понесли тяжёлые потери. Многие раненые умерли прежде, чем их успели начать лечить. И хотя жизни людей в такие хлопотные времена имели малую ценность, списки погибших всё равно были поразительными. Было слишком много мёртвых солдат, и это нанесло серьёзный удар моральному духу всей страны. Тан Чжэн уже давно заметил, что порошок, используемый этим военным доктором, похоже, был очень эффективным. За всё то время, пока быстродействующие западные лекарства были в дефиците, иметь возможность воспользоваться традиционной китайской медициной, которая передавалась из поколения в поколение, было очень хорошей альтернативой, особенно учитывая то, что ингредиенты для традиционной китайской медицины были широко распространёнными. В голове Нин Шу промелькнуло множество идей, а потом она спросила: - Чья это была идея? - Я доложил об этом командующему, и командующий сказал, что если вы поделитесь этим рецептом, то вас наградят грамотой за военные заслуги второй степени, - Тан Чжэн посмотрел на Нин Шу. – У вас будет больше грамот за военные заслуги, чем у главнокомандующего. Обменять рецепт на грамоту за военные заслуги второй степени было очень хорошей сделкой, но у Нин Шу на уме была другая идея. Она сказала Тан Чжэну. - Ладно, но у меня будет ещё одно условие, а именно, я хочу оформить патент на этот рецепт. Этот рецепт должен принадлежать мне, Чжу Сунян. Другие люди не могут незаконно его использовать. Этот рецепт не был чем-то особенным, особенно в текущей ситуации. Отдать его не было такой уж проблемой, но нужно, чтобы было имя. Оформление патента позволит Чжу Сунян стать известной и, когда снова наступит мирная эпоха, этот патент будет равнозначен деньгам. - Патент? Тан Чжэн не совсем понял, поэтому Нин Шу объяснила: - Это означает, что он будет принадлежать только мне. Хоть я и делюсь им, я всё равно буду обладать правом собственности на рецепт. Тан Чжэн задумался на мгновение, а потом пристально изучил взглядом лицо Нин Шу. - Тогда это будет означать то же самое, что вы им не поделились. - Офицер Тан, всем хочется славы. Я поделюсь рецептом, но этот рецепт всё равно номинально будет принадлежать мне. Однако, на самом деле, разве у вас не будет последнего слова в этом предложении? – с улыбкой сказала Нин Шу. Тан Чжэн покачал головой. - Я должен доложить об этом командующему. Нин Шу кивнула. - Учитель, командующий собирается наградить вас грамотой за военные заслуги второй степени? – Сяо Тун посмотрела на Нин Шу с восхищением и благоговением. – Учитель, вы потрясающая! Нин Шу ухмыльнулась. Это ещё был открытый вопрос, удастся ли ей это или нет. Нин Шу посмотрела на Сяо Тун и сказала: - В будущем, ты тоже можешь стать военным доктором. Лицо Сяо Тун покраснело, но потом она словно что-то вспомнила и выражение её лица потускнело. Нин Шу поняла, что та вспомнила своё тяжёлое прошлое. - Ты обязательно сможешь стать хорошим военным доктором. Нин Шу рассказала Сяо Тун о своём прошлом, о том, как её бросил муж, и как ей пришлось самой воспитывать своего ребёнка. Ради выживания ей пришлось пойти учиться на военного доктора. ---------- Слишком Шаблонно, Слишком Вульгарно После того, как Сяо Тун выслушала историю Нин Шу, она спросила с широко распахнутыми глазами: - А что насчёт отца ребёнка? - Разве я тебе не говорила, что он бросил своих жену и ребёнка? Так что это не важно, - беззаботно сказала Нин Шу. - Учитель, вы действительно непредубеждённая. Сяо Тун почувствовала себя гораздо ближе к Нин Шу, раз они обе были женщинами, которых прежде обижали. Какой смысл томиться из-за подобных вещей? Какой бы тяжёлой ни была ситуация, всегда есть способ дать отпор. Даже если впереди ждёт лишь смерть, по крайней мере, можно умереть не бессмысленно. Если ты знаешь, что скоро умрёшь, то тебе нужно как минимум утащить кого-нибудь ещё с собой в качестве подушки. Моя жизнь - это просто грёбанная трагедия, так что те, кто меня обижают, должны закончить ещё более трагично. Тан Чжэн пришёл и сказал Нин Шу, что командующий согласился на её условия. Он хотел назначить время, чтобы лично вручить ей медаль. Нин Шу почувствовала облегчение. По крайней мере, так она сохранит свои права, даже если начальство захочет её обокрасть, она не окажется в беспомощной ситуации. Эта ситуация была наилучшим исходом. Командующий притащил своё раненое тело, чтобы надеть медаль на Нин Шу. Он также выдал ей официальное заявление, что этот порошок всё равно будет записан на её имя. Нин Шу посмотрела на заявление, а потом быстро глянула на лицо командующего. Она внезапно почувствовала, что тут что-то не так. Командующий делал это только чтобы отплатить ей за спасение своей жизни. Если она действительно примет это, тогда его одолжение будет считаться оплаченным. Человеческие отношения основываются на взаимном обмене. Независимо от того, что вы должны, вы не должны делать одолжение. Если этот мужчина не умрёт, то он обязательно станет человеком очень высокого ранга. А иметь кого-то подобного, кто вам задолжал, это стоит гораздо больше, чем любой патент. К тому же, ей нужно подумать и о Чжу Сыюане. Иметь среди знакомых такого человека будет очень выгодно для будущего Чжу Сыюаня. Такие вещи не купить ни за какие деньги. Более того, после того, как Нин Шу уйдёт, этот человек, скорее всего, будет немного присматривать за Чжу Сунян. Нин Шу порвала заявление и протянула рецепт, который она записала, отдав воинское приветствие. - Я – гражданка страны и формула этого порошка того не стоит. Если этот порошок сможет спасти ещё больше людей, то это тоже будет считаться как моя заслуга и добродетель. Такие вещи, как заявление на право владения - это слишком шаблонно и слишком вульгарно. Командующий поднял брови и глянул на Нин Шу. Наконец, он рассмеялся, а потом взял рецепт и ушёл. Тан Чжэн задержался на мгновение и сказал Нин Шу: - Вы сделали правильный выбор. Нин Шу вытерла холодный пот со лба. Она чуть не была ослеплена деньгами. Гораздо лучше будет иметь того, кто сможет защитить Чжу Сунян и её ребёнка в эти трудные времена. Чжу Яньцинь, который подбрасывал дрова в костёр, услышал, что Нин Шу наградили грамотой за военные заслуги второй степени и его глаза стали совсем красными. Это было невозможно! Как эта женщина могла получить грамоту за военные заслуги второй степени? Как она её заполучила? Чжу Яньцинь бросил дрова, которые держал в руках и отправился на поиски Нин Шу. Он тут же потребовал от неё: - Как ты вообще смогла добиться грамоты за военные заслуги второй степени? Как ты её получила? Ты сделала какую-нибудь пошлую гадость?! Нин Шу сняла перчатки и с размаху залепила пощёчину Чжу Яньциню. От этой пощёчины лицо Чжу Яньциня повернулось набок, и она была такой мощной, что он даже пошатнулся немного, прежде чем восстановил равновесие. Нин Шу холодно сказала: - Что ты сейчас сказал? Ну-ка повтори! Чжу Яньциню прилетела такая сильная пощёчина, что он начал видеть звездочки, и он почувствовал головокружение. Когда он услышал, что сказала Нин Шу, он рефлекторно закричал: - Ты – бесстыжая сука! Аморальная замужняя дрянь! Какими грязными вещами ты занималась?! Чжу Яньцинь просто не мог принять того факта, что эта женщина получила грамоты за военные заслуги. Какое она имеет право?! Нин Шу снова влепила пощёчину Чжу Яньциню. Половина его лица опухла от пощёчин, отчего стала резко контрастировать с другой половиной. ---------- Это Уже Перебор? В голове у Чжу Яньциня звенело от этих двух жёстких пощёчин Нин Шу. Он упал на землю и затряс головой. Его лицо горело. Он недоверчиво посмотрел на Нин Шу. - Ты действительно посмела ударить меня? - Если ты продолжишь клеветать на меня, то я не только побью тебя, я забью тебя до смерти, - холодно сказала Нин Шу. Он был таким человеком, но Чжу Сунян всё равно не смогла вынести его убийства. Никакое количество знаний не сможет изменить злобное сердце человека. Чжу Яньцинь был просто зверем, одетым в красивую человеческую кожу. Чжу Яньцинь был так зол, что его всего трясло. - Чжу Сунян, ты стала слишком высокомерной. Нин Шу закатила глаза и проигнорировала его. Чжу Яньцинь должен отказаться от мечты обрести силу и власть. Он должен просто всю жизнь быть поваром. Чжу Яньцинь сказал тихим голосом, наполненным ненавистью: - Чжу Сунян, ты пытаешься убить своего мужа? - Если ты мужчина, так говори громче. Чего это ты там так тихо шепчешь? – усмехнулась Нин Шу. Он пытался использовать свою личность как мужа, чтобы взять её под контроль, но он не посмел раскрывать отношения между ними. Он был просто невероятным. Это было впервые, когда Нин Шу видела кого-то столь экзотического, как Чжу Яньцинь. Он был бесполезным, но всё равно заботился о своей репутации и хотел, чтобы остальные поклонялись ему, словно он был их предком. Да я, блять, посажу тебя на бочку бензина и отправлю в рай! Чжу Яньцинь был в ярости, когда он увидел необузданную манеру поведения Нин Шу, но он мог лишь развернуться и уйти. Для Нин Шу Чжу Яньцинь был всего лишь скачущим клоуном, который мог найти смысл своего существования только в издевательстве над слабыми людьми. Он умел лишь издеваться на Чжу Сунян. И хотя теперь её статус был другим, он всё ещё обладал ошеломительной самоуверенностью, стоя перед ней. Чжу Яньцинь не мог принять того, что его побила Нин Шу, поэтому он начал распространять слухи о том, что Чжу Сунян была просто служанкой, что родители продали её служанкой в большую семью. Он говорил, что она стала военным доктором только потому, что ей очень сильно повезло. Он также говорил, что её грамота за военные заслуги второй степени была получена сомнительным образом. Какое право имеет женщина получить грамоту за военные заслуги второй степени? Когда Нин Шу слышала эти слухи, она причмокнула губами и похлопала по своему сердцу. Видишь? Вот такой у тебя муж, ограниченный и злобный мужчина. Он ходил по лагерю, словно пожилая сплетница, поливая людей грязью. Она добилась успеха, но Чжу Яньцинь не чувствовал радости по этому поводу, а наоборот, злобным образом распространял слухи, втайне завидуя ей. С подобными людьми, чем больше ты для них делаешь, тем больше они считают, что это вполне естественно, когда ты всё для них делаешь. Нин Шу похрустела костяшками, а потом избила Чжу Яньциня. Она прямо сказала, что если ещё раз услышит подобные слухи, то будет бить его каждый раз, когда увидит. Чжу Яньцинь просто напрашивался на то, чтобы быть избитым. Фан Фэйфэй пришла навестить Чжу Яньциня и обнаружила, что он был так сильно избит Нин Шу, что у него даже не было сил отбиваться. После того, как Нин Шу бросила его через плечо, он упал на землю и больше не мог подняться. Фан Фэйфэй нахмурилась и недовольным тоном сказала: - Доктор Чжу, это уже перебор! Нин Шу усмехнулась. - Это уже перебор? Скорее тогда "перебор" – это то, что натворил твой парень. Если вы хотите быть вместе, то не надо меня провоцировать. В прошлом этот мужчина жил на мои деньги. Пока вы, ребята, ходили на свидания, все деньги, которые он тратил, были деньгами, которые я заработала кровью и потом, продавая тофу. Вероятно, он не рассказал вам о таких вещах, верно? Фан Фэйфэй была ошарашена, а потом сказала: - У Яньциня же богатая семья, зачем ему нужны деньги, которые вы заработали, продавая тофу? - Ха-ха, семья Чжу была большой, но это было очень много лет назад. Семья Чжу уже давно лишилась своего богатства, и им даже пришлось продать свой особняк. А потом семья… - Чжу Сунян, заткнись! Заткнись… - Чжу Яньцинь поспешил в панике прервать слова Нин Шу, а потом злобно сказал: - Ты украла все деньги семьи Чжу, ты – чёртова предательская дрянь. Нин Шу: →_→ ---------- Разговор Не По Душам Нин Шу фыркнула. - В то время все деньги семьи были отданы тебе, чтобы ты мог отправиться на учёбу. Ты сказал, что воскресишь семью Чжу, получив образование, но, как только ты уехал, прошло целых четыре года. Всё твоё обучение и расходы были оплачены на деньги, которые я заработала тяжёлым трудом, продавая тофу. Ты даже не приехал домой, когда твоя мать умерла. Фан Фэйфэй в шоке уставилась на Чжу Яньциня. - Это правда? - Фэйфэй, не слушай её ложь. Чжу Яньцинь встревожено схватил Фан Фэйфэй за руку, но Фан Фэйфэй стряхнула его руку. Фан Фэйфэй отшатнулась назад. В её голосе послышались следы слёз. - Ты лгал мне снова и снова. Я думала, что в прошлый раз ты наконец-то рассказал мне всё, но неожиданно оказалось, что ты всё ещё скрывал от меня такое. Чжу Яньцинь, я действительно зря потратила своё время, беспокоясь о тебе. Я даже отправилась с тобой на поле боя! Я никогда не думала, что ты всё ещё будешь скрывать от меня подобные вещи. Неужели тебе так весело обманывать меня? Тебе кажется, что я действительно глупая, да? Фан Фэйфэй увидела, что Чжу Яньцинь был покрыт пеплом с головы до пят. Он был совсем не таким как прежний Чжу Яньцинь, который всегда одевался с умом. Более того, его аура богатого юного господина теперь исчезла, поэтому он казался невыносимым зрелищем. Фан Фэйфэй повернулась и побежала. Чжу Яньцинь яростно сказал Нин Шу: - Чжу Сунян, какая же ты злобная. А потом погнался вслед за Фан Фэйфэй. Нин Шу отряхнула руки. Боже правый. Не забывайте смотреть на небо, пока бегаете, всё же, вражеский удар с неба может случиться в любой момент. У неё не было свободного времени, чтобы обращать внимание на то, как эти двое спорят о любви ненависти, она была очень занята. Время – жизнь. Спасение чьей-либо жизни было гонкой против времени. Нин Шу изначально думала, что эти двое расстанутся, но ночью Фан Фэйфэй снова пришла к ней. И это было даже прямо посреди ночи. Вероятно, она знала, что Нин Шу была свободна только так поздно ночью. Когда Фан Фэйфэй увидела, что Нин Шу начала убирать инструменты, она окликнула её с выражением затруднения на лице: - Доктор Чжу, я бы хотела с вами поговорить. - О чём же? О чём ещё можно разговаривать? Мы же не близкие подруги, так что не можем вести разговоры по душам. Серьёзно, мой муж уже с вами. Неужели вы хотите снова устроить со мной задушевный разговор о том, что вы верите в погоню за счастьем? Я не хочу этого слышать. Нин Шу легла на доски, готовясь уснуть. Она не хотела лезть в дела этих двоих. Отправятся ли они в рай или в ад или ещё куда, её это не интересовало. Фан Фэйфэй поджала губы, а потом сказала: - Я никогда не хотела никому навредить, но, когда я не была в курсе всей ситуации, так уж вышло, что тот, в кого я влюбилась, оказался вашим мужем. Нин Шу: →_ → - Давайте поговорим снаружи. Давайте поговорим о Чжу Яньцине, - сказала Фан Фэйфэй. – Это не решение проблемы, когда мы трое связаны подобным образом и продолжаем делать друг другу больно. В конечном счете, всё должно разрешиться. Нин Шу безразлично сказала: - Если вам есть что сказать, то говорите это здесь. Снаружи слишком много комаров, а я слишком устала, чтобы двигаться. У Фан Фэйфэй не осталось выбора и, после мгновения колебаний, она сказала: - Я знаю, что вы знаете способ вылечить травму Чжу Яньциня. Я слышала, что вы написали рецепт порошка и вам дали грамоту за военные заслуги второй степени. Нин Шу вытянула руку и помахала ей, говоря: - Во-первых, я не знаю, как вылечить Чжу Яньциня. У него просто боязнь оружия. Если он не будет трогать оружие и заниматься прочей деликатной работой, то с ним всё будет в порядке. Во-вторых, мои военные заслуги – это результат моих усилий по спасению и лечению раненых солдат. Они по праву мои. - Неужели вы можете спокойно смотреть на то, как Чжу Яньцинь работает у котла? – слабо сказала Фан Фэйфэй. – Яньцинь - образованный человек, он не должен хоронить себя подобным образом. Я знаю, что вы нас презираете, но в нынешней ситуации, каждый дополнительный человек добавит ещё больше силы в борьбе против врага. Нин Шу с ухмылкой ответила: - Кто сказал, что Чжу Яньцинь будет похоронен? Разве вы сами не сказали, что каждый дополнительный человек добавит ещё больше силы в борьбе против врага? На какой бы должности он ни был, будь то работники снабжения или солдаты, в этой армии они вся являются частью силы, которая сражается против врага. Раз они все сражаются против врага, так зачем же так сильно придираться к тому, как они это делают? ---------- Очередная Трагическая и Вдохновляющая Песнь о Любви Нин Шу просто не могла понять. Какие обязательства у неё были, что она должна вылечить Чжу Яньциня? Фан Фэйфэй всегда стояла на стороне праведности, на вершине морали, и при этом просила её вылечить руку Чжу Яньциня. Фан Фэйфэй создавала видимость того, что Нин Шу будет грешницей всего народа, всей страны, если она не вылечит руку Чжу Яньциня. Фан Фэйфэй постоянно говорила так, словно это было ради справедливости и ради общего блага, но, по сути, она шантажировала человека этикой. Нин Шу отказалась лечить руку Чжу Яньциня. Неужели она должна вылечить его, чтобы потом ожидать, когда её бросят? Нин Шу тихо сказала: - Рука Чжу Яньциня в полном порядке, у него просто боязнь оружия. Это не проблема с его рукой, поэтому я не могу его вылечить. Я лишь военный доктор, а не божественный доктор. Я же не могу решить любую проблему. Фан Фэйфэй вздохнула и посмотрела на Нин Шу, после чего сказала: - Я знаю, что вам это не нравится, но, в подобные времена, вам нужно отложить в сторону эти проблемы любви и ненависти. Нужно усердно работать, чтобы выжить и остановить захватчиков, а потом, возможно, Чжу Яньцинь вернётся к вам. Нин Шу: ∑ (° △ °) Нин Шу явно выразила свой испуг. Чжу Яньцинь вернётся к ней? Ха. Ха. Ха. Может, эти двое расстанутся. Они расстанутся по независящим от них обстоятельствам, и Чжу Яньцинь вернётся к Чжу Сунян, словно блудный сын. Однако в своём сердце он всё равно будет любить Фан Фэйфэй. Чжу Сунян будет всё равно чертовски жалкой, вынужденная оставаться верной телу без сердца. После крещения огнём, любовь между Чжу Яньцинем и Фан Фэйфэй станет ещё более чистой. Они полюбят друг друга до глубины души. Возможно, когда они станут старыми и седыми, они снова встретятся. Они просто будут стоять лицом к лицу, и смотреть друг другу в глаза. Это будет очередная трагическая и вдохновляющая песнь о любви целой эпохи. Даже если они не будут вместе, это не означает, что между ними не будет любви. - Итак, доктор Чжу, я прошу вас вылечить руку Чжу Яньциня. Он должен отправиться на поле боя, чтобы убивать врагов, вместо того, чтобы работать в снабжении, - искренним тоном сказала Фан Фэйфэй. Нин Шу усмехнулась. - Разве вы, интеллектуалы, не приняли новую школу мышления? Там же говорится, что все жизни равны и свободны. И не важно, солдаты они или снабженцы, они все способствуют сопротивлению против агрессии. Между их статусами нет различия, это просто разные виды труда. Разве вы, ребята, не эти идеи отстаиваете? У Чжу Яньциня просто боязнь оружия. Оставаться в отделе снабжения – это самое безопасное решение, и он всё ещё может внести свой вклад в помощь всей армии. Может ли быть такое, мисс Фан, что вы смотрите на персонал снабжения свысока? После всего того, что она сказала о равенстве, свободе и всеобщем братстве, разве в душе своей она не продолжала делить людей на разные уровни? Она использовала этот флаг, чтобы добиваться своих целей: некоторые вещи должны делаться открыто, вроде свободы в любви и противостояния договорным бракам. В своих мыслях она возвеличивала имя освобождения разума, освобождения человечества. Если вы с этим не согласны или возражаете, тогда вы просто старомодные, несгибаемые и античные, словно феодальная эпоха. Но что было поистине экстраординарным – это прославлять возможность бросить жену и ребёнка в погоне за собственным счастьем. Фан Фэйфэй была ошеломлена словами Нин Шу. Она поджала свои губы, а потом сказала: - Я не смотрю свысока на персонал снабжения. Чжу Яньцинь – студент колледжа, его талант не должен быть потрачен впустую. Он целый день работает у котла. Вопрос не в том, смотрю ли я свысока на такую работу или нет. Нин Шу посмотрела на Фан Фэйфэй с озадаченным выражением лица. - Какой талант? На поле боя все просто убивают врагов из огнестрельного оружия. Какая польза от его живота, полного западных идей? И что с того, что у него есть талант? Неужели он собирается читать врагам поэмы о любви? Чжу Яньцинь не был даже выпускником военной академии. Если говорить серьёзно, то он был всего лишь слабым и хлипким студентом, но Фан Фэйфэй всё равно говорит о таланте?! Лицо Фан Фэйфэй помрачнело, а потом она беспомощно сказала: - Вы просто обижены на Чжу Яньциня и меня, но это связано с будущим Чжу Яньциня. Поэтому я умоляю вас, пожалуйста, можете вылечить Чжу Яньциня? Нин Шу: →_→ - Я уже вам сказала, я не знаю, как его вылечить, и я даже не знаю, что с ним не так. Нин Шу встала и отряхнула свою задницу. - Я очень устала, поэтому пойду спать. В будущем, хватит уже говорить со мной о всяких мелочах, я очень занята. Время – это жизнь, вы понимаете? Я не хочу разбираться с тем, что между вами и Чжу Яньцинем. Чжу Яньцинь не хочет быть со мной. Неужели вы думаете, что я хочу быть с Чжу Яньцинем? Он не более чем мужчина, который бросил своих жену и ребёнка. Нин Шу уже собралась уходить, когда развернулась и добавила: - И ещё, мисс Фан, после того, как вы украли чьего-то мужа, было бы неплохо немного постыдиться. У вас нет права просить у меня что-либо сделать, не говоря уже о том, чтобы вообще появляться передо мной. Нин Шу усмехнулась, после чего развернулась и отправилась в палатку отдыхать. Какое равенство? Она постоянно просила сделать для неё что-нибудь, при этом утверждая, что стоит морально выше её. Если выражать это более неприятными словами, то они были просто мужчиной-бандитом и женщиной-проституткой. ---------- Она Училась Не Для Того, Чтобы Просто… Фан Фэйфэй вздохнула, глядя на спину Нин Шу. Она не хотела никому делать больно. Её саму держали в неведении, и она ничего не знала. Казалось, что она была благословлённой женщиной, но, в итоге, разве она не была такой же, как Чжу Сунян? Фан Фэйфэй отправилась на поиски Чжу Яньциня. Чжу Яньцинь терпеливо ждал её. Как только он увидел её, он поспешил подойти и спросить: - Фэйфэй, что сказала Чжу Сунян? Фан Фэйфэй покачала головой. - Чжу Сунян по-прежнему говорит, что она не знает, как это вылечить. Мне нужно возвращаться. После этого она развернулась, чтобы уйти. Когда Чжу Яньцинь увидел такое холодное отношение Фан Фэйфэй, он был немного взволнован. Он поспешил взять её за руку и сказать: - Фэйфэй, ты злишься на меня? Фан Фэйфэй посмотрела на Чжу Яньциня. - Ты лгал мне снова и снова. Ты никогда не говорил мне правды. У тебя есть жена и ребёнок, однако я об этом совершенно ничего не знала. Ты сказал, что твоя мать управляет семейным бизнесом, но твоя семья уже давно разорилась. В твоих словах нет правды, и мне даже пришлось узнать обо всём этом от Чжу Сунян. Неужели он думает, что она не злится из-за того, как её только что оскорбила Чжу Сунян? Она была очень зла, но она не могла объяснить себе это ощущение. Она стала человеком, который разрушил семью другого человека, поэтому она не могла даже возразить, когда другие люди указывали на неё пальцами и кричали. У неё, у Фан Фэйфэй, была своя гордость. Она ни за что не собирается делить мужчину с другой женщиной. Она училась не для того, чтобы просто стать чьей-то любовницей. - Фэйфэй, я никогда не хотел тебе лгать. Я просто слишком сильно любил тебя и боялся, что ты от меня уйдёшь. Семья Чжу разорилась после того, как умер мой отец. Причина, почему я не посмел тебе говорить об этом, была в том, что я боялся, что ты уйдёшь из-за обстоятельств моей семьи. Я обязательно совершу великие достижения на поле боя и принесу тебе величайшую честь и славу, - поспешно сказал Чжу Яньцинь. Фан Фэйфэй вытянула свою руку из руки Чжу Яньциня. - Мы уже давно с тобой знакомы, как ты ещё можешь не знать, какой я человек? Мне нет дела до обстоятельств твоей семьи. Для меня величайшим оскорблением было то, что ты мне ничего не рассказал и обманул меня. Нам обоим нужно немного времени на то, чтобы успокоиться, так что давай пока всё оставим, как есть. В данный момент важнее всего – это выжить на поле боя. Я больше не хочу разговаривать об этих проблемах и чувствах. Выражение лица Чжу Яньциня тут же вытянулось, и он с болью в голосе сказал: - Фэйфэй, я не могу без тебя жить. Прошу тебя, не делай этого. Фан Фэйфэй покачала головой, после чего повернулась и ушла прочь, не оглядываясь. Вскоре, её фигура исчезла в темноте. Чжу Яньцинь в отчаянии упал на землю, он начал выдёргивать волосы и колотить себя по голове кулаками. Он чувствовал себя так, словно его сердце разрывается на части. Самую большую рану нанесло ему то, что он потерял Фан Фэйфэй. Он никогда раньше никого так сильно не любил. ---------- Смотрела На Него Свысока? На душе у Чжу Яньциня было слишком много всего. Там были и его будущие перспективы, его судьба, его амбиции, а теперь ещё и то, что Фан Фэйфэй, похоже, хочет с ним расстаться. Ко всему прочему, Чжу Сунян, похоже, смотрит на него свысока. От этого Чжу Яньцинь чувствовал никогда ранее не испытываемое ощущение потерянности и беспомощности. Это было так болезненно, что он хотел просто умереть. Каждый день он просыпался только для того, чтобы готовить и готовить. Он был юным господином из богатой семьи, но теперь он весь день проводил у котла, окружённый пламенем и дымом. Подобные дни были для него такими болезненными, что он чувствовал, будто разваливается на части. Он мысленно поклялся, что должен любым способом попасть на поле боя. Он должен попасть на поле боя! Единственный способ решить эту текущую дилемму – это отправиться на поле боя, но его рука… Когда пришло время приёма пищи, Нин Шу увидела, что глаза Чжу Яньциня были красными. Его глаза опухли, словно он плакал. Не может же быть, что эти двое расстались, верно? Чжу Яньцинь заметил, что Нин Шу смотрит на него, поэтому он стрельнул в неё гневным взглядом. Он даже не хотел разговаривать с ней, поэтому просто развернулся и ушёл. Нин Шу поняла, что Чжу Яньцинь вёл себя так, словно совершил ошибку в жизни, нет, судя по его болезненному виду, он ошибся в любви. Вероятно, в их отношениях теперь возникла проблема. Стоит заметить, что в изначальной истории Фан Фэйфэй не узнала правды до тех пор, пока Чжу Яньцинь не добился успеха и славы. Чжу Яньцинь очень умело хранил свои секреты. Фан Фэйфэй знала о существовании Чжу Сунян, но она поверила словам Чжу Яньциня, и поверила в то, что Чжу Сунян была его сестрой. Позже, когда она узнала правду, она тут же захотела уйти от Чжу Яньциня. Однако к тому времени Чжу Яньцинь уже носил военную форму с рядами медалей, висящих у него на груди. Он сразу же упал на колено и стал просить у неё прощения. Властный и влиятельный мужчина стоял перед ней на коленях, любая женщина почувствовала бы, как трепещет её сердце. Более того, пока они были на поле боя, они постоянно поддерживали друг друга, что укрепило их чувства друг к другу. Фан Фэйфэй действительно полюбила Чжу Яньциня. К тому же, в то время Чжу Сунян уже была прикована к постели тяжёлой болезнью и находилась на грани смерти, поэтому Фан Фэйфэй приняла извинения Чжу Яньциня. Однако нынешний Чжу Яньцинь ещё не добился успеха. Он был с головы до пят покрыт пеплом и совершенно отличался от сиятельного юного господина, которым был когда-то. Он потерял свою ауру богатого юного господина, и поэтому его общая аура стала гораздо более тусклой. Он не убил ни единого врага с тех пор, как прибыл на поле боя, и даже стал снабженцем, у которого не было особого шанса внести значительный вклад в битву. Это и пара ранних срывов в его эмоциональном конфликте сделали так, что их чувства могут прийти к раннему концу. Ко всему прочему, у Фан Фэйфэй теперь была некоторая слава, как у военного репортёра, поэтому между ними двумя был заметный промежуток. Когда женщина сильная, а мужчина слабый, то в отношениях легко могут возникнуть проблемы. Всё же, все женщины хотят, чтобы их завоевал сильный мужчина. Всем известно, что даже животные выбирают спаривание с сильными самцами, которые побеждают в битвах. Увы, этот план для трагической и вдохновляющей песни о любви на поле боя вынужден провалиться. Нин Шу больше не стала обращать внимание на то, что происходит между Чжу Яньцинем и Фан Фэйфэй, потому что она теперь была очень занята, крайне занята. И она, и Сяо Тун всегда были в таком изнеможении, что у них не было даже сил поднять руки. Теперь было гораздо больше раненых, чем раньше, и линия фронта постоянно отступала. Бомбёжки становились всё яростнее, и воздушные удары случались по несколько раз на дню. Нин Шу приходилось не только лечить раны, но ещё и опасаться того, что она может быть ранена бомбой. Они не смогут долго защищать этот регион, и вот-вот падут. Вся эта борьба просто отсрочивала прибытие неизбежного дня. Командующий, который и без того был ранен, не мог продержаться дольше. Его рана серьёзно воспалилась, поэтому даже западные противовоспалительные лекарства не могли возыметь никакого эффекта. Нин Шу даже купила западное лекарство на системном рынке, но и оно оказалось бесполезным. Это с самого начала была фатальная рана, да ещё и окружение было плохим, и у него не было времени как следует отдохнуть. К тому же, каждый день он сталкивался с огромным давлением. Будущее всей армии держалось на его плечах. Командующий сказал Нин Шу проследить за тем, чтобы он продолжал жить, несмотря ни на что. Он не мог сейчас умереть. Он должен был продержаться до прибытия подкрепления, пока вышестоящее командование не отдаст приказ к отступлению. ---------- Война Пожинает Жизнь Это было хлопотно. Так как западная медицина не работала, тогда нужно воспользоваться традиционной китайской медициной. Нин Шу наложила пюре из свежих трав на рану командующего, а потом перевязала её бинтом. Эффект от традиционной китайской медицины обычно был умеренным. И хотя она работала довольно медленно, по крайней мере, она стабилизировала рану командира и не позволила ей стать ещё хуже. Нин Шу нарисовала все эти травы и описала, где они могут расти, после чего Тан Чжэн отправил солдат в горы, чтобы собрать их. Нин Шу теперь была крайне рада тому, что она училась медицине у божественного доктора в одном из прежних миров. Это позволило ей иметь возможность легче справиться с такими вещами. Поистине, вещи, которые ты изучаешь, в итоге могут сыграть огромную роль. Разобравшись с раной командующего, Нин Шу снова закинула на спину свою аптечку и вернулась в палатку. Там повсюду были пациенты со всевозможными травмами на теле и с лицами, искаженными от боли. Сяо Тун разбиралась со всем этим сама. Её ноги тряслись, но она стиснула зубы и продолжила работать. Тут было слишком много раненых солдат. Нин Шу и Сяо Тун лечили людей без единого перерыва на отдых. Их мозги словно впали в состояние ступора. Когда они видели травму, прежде чем их мозг успевал отреагировать, их руки уже держали инструменты. Они полностью полагались на мышечную память. Над головой всё ещё звучал рёв пролетающих самолётов. Время от времени падали бомбы, поэтому их нервы были всегда натянутыми. Это было очень тяжело, очень утомительно. В подобной ситуации, в сердце Нин Шу начало накапливаться чувство отчаяния. Она не знала, когда всё это закончится, и какой будет её судьба в следующее мгновение. Война пожинает человеческие жизни. Она уничтожает цивилизации и сокрушает человеческую веру. Нин Шу была так занята, что у неё даже не было времени думать. Она внезапно услышала, как кто-то зовёт её: - Чжу Сунян. Нин Шу проигнорировала этот голос, но он позвал снова. Наконец, Нин Шу отреагировала, а когда обернулась, то увидела Чжу Яньциня, лежащего на деревянных досках. Его нога сильно кровоточила; кровь стекала по нижней части ноги. - Чжу Сунян. Голос Чжу Яньциня был полон боли и отчаяния. Нин Шу подошла к нему, чтобы ощупать ногу, и он тут же резко вдохнул от боли и начал обильно потеть. Голень Чжу Яньциня была сломана, а под коленом была явная ножевая рана. Судя по всему, он был порезан каким-то клинком. Когда она приподняла плоть, она смогла даже рассмотреть кость. Кровь потоком лилась из раны; это было ужасное зрелище. - Чжу Сунян, моя нога ведь будет в порядке, верно? Голос Чжу Яньциня дрожал. Ему было очень больно, а ещё он был очень напуган. Нин Шу слегка нахмурила брови. Что же такое отправился делать Чжу Яньцинь, раз он заполучил такую рану? Она схватила иглу и начала зашивать рану. После этого она насыпала немного порошка, останавливающего кровотечение, и перевязала рану. Она привязала несколько палок к его ноге тонкой верёвкой, чтобы удержать всю конструкцию в одном положении. Чжу Яньцинь спросил: - Моя нога же будет в порядке, верно? - Я не знаю. Может, всё будет в порядке, а может, и не будет. Нин Шу отправилась работать дальше. Она даже не хотела выяснять, как Чжу Яньцинь умудрился так пораниться. Чжу Яньцинь начал рвать на себе волосы от боли, а потом посмотрел на ногу. Он был очень напуган. В тот момент, когда штык ярко сверкнул на солнце и разрезал его ногу, его сердце наполнилось страхом и отчаянием. Его нога, его амбиции. - Чжу Сунян! – закричал Чжу Яньцинь в сторону Нин Шу, которая была занята работой. Нин Шу проигнорировала его. Тут было слишком много раненых, которым требовалась помощь, поэтому у неё не было времени разговаривать с Чжу Яньцинем. ---------- Отступление В конечном счёте, они не смогли сохранить этот фронт. Вышестоящее начальство уже отправило приказ к отступлению. Командующий вздохнул и отдал приказ к отступлению, после чего армия начала быстро отступать. Эта часть земли попала в руки врага. Моральный дух войск был низким, пока они отступали, унося раненых. Лица солдат были покрыты грязью, а их взгляды были оцепеневшими и измождёнными. Нин Шу несла на спине свою аптечку, пока шла вместе с армией. Так ей было удобнее ухаживать за ранеными, когда им требовалось лечение. Сяо Тун следовала за Нин Шу, совершенно выдохшаяся. Нин Шу сказала ей залезть в грузовик, но Сяо Тун покачала головой. Она выглядела немного испуганной, когда сказала: - Учитель, я не знаю, куда мне идти. На поле боя Сяо Тун могла чувствовать свою ценность, могла следовать за своим учителем и спасать людей, но теперь они отступали. Она не знала, куда ей идти. Теперь, когда они возвращались в общество, Сяо Тун снова вспомнила о том, как её осквернили. Она боялась того, что теперь над ней будут насмехаться и презирать её. Нин Шу задумалась на мгновение, а потом сказала: - Тогда почему бы тебе не пойти со мной? Ты можешь стать военным доктором. Эта война с агрессором продлится ещё долго, и военных докторов всегда будет недостаточно. После того, как Нин Шу уйдёт, Чжу Сунян и Сяо Тун станут хорошими партнёрами. - Спасибо, учитель. Сяо Тун с облегчением посмотрела на неё. К Нин Шу подбежал солдат. - Доктор Чжу, солдат впереди постоянно твердит, что его нога болит и хочет, чтобы вы на него взглянули. - Ладно. Нин Шу пошла вперёд со своей аптечкой. Сяо Тун тоже собралась последовать за Нин Шу, но Нин Шу сказала: - Тебе не нужно следовать за мной. Просто посиди в машине. Нин Шу могла справиться с этим, потому что тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства, и у неё было крепкое телосложение, но Сяо Тун была всего лишь слабой девушкой. Она не могла сравниться с Нин Шу. - Учитель, я смогу. Сяо Тун стиснула зубы с решительным выражением лица. Когда Нин Шу увидела её такой, она позволила ей просто следовать за собой. Человеком, который продолжал твердить о том, что его нога болит, был Чжу Яньцинь. Он лежал на носилках, которые несли два солдата. Нин Шу сняла свою аптечку и спросила у Чжу Яньциня: - Какого вида у тебя боль? Она развязала бинты на его ноге и увидела, что там было лёгкое воспаление. Нин Шу взяла свежие травы и положила их в рот, чтобы прожевать, прежде чем наложить их на рану. Чжу Яньцинь тупо уставился на Нин Шу. Пока он наблюдал за тем, как она методично управляется с его раной, он спросил: - Чжу Сунян, где ты этому научилась? Нин Шу завязала узел на бинте и холодно сказала: - У одного человека. На лице Чжу Яньциня появилась нерешительность, когда он посмотрел на свою ногу и спросил: - С моей ногой всё будет в порядке? - Я не знаю. И ты не сможешь узнать об этом, пока не окажешься в больнице. Главное – не двигайся. Нин Шу посмотрела на ногу Чжу Яньциня. Вероятно, травма останется надолго. Всё-таки, он повредил кость. Лицо Чжу Яньциня выражало поражение и беспокойство. Было ясно, что он тоже осознавал состояние своей раны, он лишь снова и снова спрашивал подтверждение у Нин Шу, чтобы успокоить свои тревоги. Тогда он стиснул зубы и отправился на поле боя, но, неожиданно, во время штыковой атаки враг порезал его ногу. Ему тогда потребовалось немало усилий, чтобы свалить врага на землю, но, в итоге, враг упал на землю и смог рубануть его по ноге. Чжу Яньцинь не прошёл через военную подготовку, поэтому вполне естественно, что он был немного медленнее, когда столкнулся с подобной ситуацией. В отличие от изначальной истории, он не смог постепенно набраться опыта на поле боя. Чем больше ты стремишься к успеху, чем больше ты желаешь добиться быстрого успеха и получить мгновенную прибыль, тем больше вероятность несчастного случая. Чжу Яньцинь тоже уже жалел обо всём. Нин Шу осмотрелась по сторонам, но не увидела Фан Фэйфэй. Армия теперь отступала, а значит Фан Фэйфэй, эта военная репортёрша, тоже должна отступать с армией. Так почему же Нин Шу её не видела? Особенно теперь, когда Чжу Яньцинь был ранен? Он уже так долго был с этой раной. Неужели они действительно расстались?! Нин Шу не волновало то, что происходит с этими двумя, но любовь была невероятно хрупкой. Она так легко могла преждевременно закончиться из-за столь многих причин. Однако, всё же, не всё должно уступать любви. Истинная любовь не может служить причиной. Когда Нин Шу снова вернулась в оживлённый Шанхай, она внезапно почувствовала, что она была тут целую жизнь назад. Прошло уже очень много времени с тех пор, как она видела такую мирную атмосферу. ---------- Я - Военно-Полевой Доктор Тут не было стрельбы, не слышался рёв пролетающих самолётов, солдаты не кричали от боли. Солдаты на линии фронта использовали свои жизни в обмен на этот мир и спокойствие. Нин Шу привела Сяо Тун в свой дом, и они обе приняли ванну, после чего рухнули на удобную постель и уснули мёртвым сном. Они не хотели делать ничего, кроме как спать. Когда они проснулись – это уже был следующий день. Нин Шу надела свою военную униформу, повесила на грудь медаль второй степени и натянула военные ботинки, чтобы отправиться в школу-интернат и повидать Чжу Сыюаня. За это время Чжу Сыюань стал гораздо выше, и его телосложение тоже стало крепче. - Мама! Чжу Сыюань побежал к Нин Шу, но уже не стал бросаться в её объятия, как он это делал, когда был совсем ребёнком. Его поведение стало гораздо более сдержанным, но его глаза всё ещё были немного красными, когда он посмотрел на Нин Шу. Нин Шу с улыбкой сказала: - Сыюань, мама вернулась. Идём домой. Чжу Сыюань уверенно кивнул. По пути назад он постоянно задавал Нин Шу всевозможные вопросы. Когда он узнал, что она получила грамоту за военные заслуги второй степени, он начал смотреть на медаль не моргая. Нин Шу протянула ему медаль, и он осторожно взял медаль в свои руки. Он покрутил её в разные стороны, широко распахнув глаза, а потом сказал Нин Шу: - Мама, в будущем я тоже отправлюсь на поле боя, чтобы прогнать захватчиков с нашей земли! Нин Шу с улыбкой кивнула. Когда они пришли домой, Сяо Тун уже закончила готовить обед. Она выглядела немного робкой, когда увидела Нин Шу и Чжу Сыюаня. Нин Шу представила Сяо Тун Чжу Сыюаню, и Чжу Сыюань поприветствовал её, назвав старшей сестрой Сяо Тун. За обеденным столом Чжу Сыюань продолжал доставать Нин Шу разговорами о поле боя. Когда Нин Шу вспомнила все те вещи, которые происходили на поле боя, она немного потеряла аппетит. Она сказала Чжу Сыюаню: - Сыюань, не надо больше спрашивать маму. Мама потом всё это запишет, и ты сам сможешь прочитать. Нин Шу хотела рассказать обо всех типах ранений, с которыми она сталкивалась на поле боя и записать их в книгу, и она также хотела записать все те ситуации, с которыми сталкивалась. Ага, и название книги будет "Я – Военно-Полевой Доктор". Нин Шу начала записывать всё, что произошло на поле боя, как будто бы она вела дневник. Она написала о том, как она работала, какие травмы солдаты получали на поле боя, и как она справлялась с каждой раной. Каждый раз, когда она немного записывала, Чжу Сыюань был первым, кто читал это. Каждый раз, когда он заканчивал чтение, он смотрел на Нин Шу взглядом, полным восхищения, душевной боли и негодования. Он спросил: - Неужели агрессоры действительно такие жестокие?! - Да, война просто настолько жестокая, - сказала Нин Шу. После того, как Чжу Сыюань закончил читать, он даже взял записи в школу, чтобы показать их своим одноклассникам. Нин Шу не возражала. Вероятно, в ближайшее время её снова отправят на поле боя. Это было лишь временное отступление, эта война будет длиться ещё долго. Когда у неё было свободное время, она обучала Сяо Тун различным знаниям военной медицины. Так как Сяо Тун уже была прежде на поле боя, она быстро всё усваивала. Нин Шу почувствовала, что она уже довольно долго пробыла в этом мире. Это чувство стало особенно сильным после того, как она вернулась с поля боя. Словно прошла целая жизнь. Ни один другой мир не заставлял её чувствовать такую усталость. Одна из газет пришла к Нин Шу. Они хотели опубликовать "Я – Военно-Полевой Доктор". Нин Шу согласилась без каких-либо условий. Если они хотят опубликовать, то пусть публикуют. Пока страна находится в опасности, будет хорошо дать обычным людям понять, каково быть на поле боя. Газета заплатила ей небольшую сумму авторского вознаграждения и Нин Шу приняла её. Она копила деньги на свадьбу Чжу Сыюаня. ---------- Умеете Подбирать Слова Нин Шу отправилась в типографию со своим дневником и столкнулась там с Фан Фэйфэй. У Фан Фэйфэй на груди висела камера, и она была красиво одета. Когда она увидела Нин Шу, её взгляд дрогнул, а потом она грациозно и великодушно улыбнулась, говоря: - Доктор Чжу, кто бы мог подумать, что мы с вами тут встретимся? - Чжу Яньцинь был ранен. Вы его навещали? Чжу Яньцинь сейчас лежал в больнице. Доктор сказал, что его травма ноги немного повлияет на ходьбу, а от таких вещей как бег и прыжки кость будет немного болеть. В основном это было из-за того, что лечение было отсрочено на поле боя. На поле боя не очень хорошие условия для лечения. Фан Фэйфэй нахмурилась, когда услышала, что сказала Нин Шу, но потом её брови вернулись в исходное положение, и она меланхолично сказала: - Я не ходила навещать его, потому что я не считаю это необходимым. Даже если мы когда-то любили друг друга, ущерб уже был нанесён и наши отношения уже не вернутся к тому, что было раньше. Вместо того чтобы терпеть все эти проблемы в глубине души и, в итоге, возненавидеть друг друга, будет лучше расстаться сейчас. По крайней мере, так у нас останутся хорошие воспоминания. - Вы действительно умеете подобрать слова, - сказала Нин Шу, криво улыбнувшись. - Доктор Чжу, вам стоит продолжить свою работу. А я пойду передать фотографии. Фан Фэйфэй слегка приподняла камеру в своей руке. Нин Шу прищурилась, глядя на Фан Фэйфэй. Это означало, что Фан Фэйфэй бросила Чжу Яньциня. А значит сейчас Чжу Яньцинь лежит один в больнице, и нет ни одного человека, который о нём позаботился бы. Теперь у Чжу Яньциня не осталось ничего. Даже если Чжу Яньцинь и нравился Фан Фэйфэй, в реальном мире слишком много осложнений. Если бы Чжу Яньцинь к этому моменту уже добился успеха, тогда Фан Фэйфэй могла бы и не уйти от него. Фан Фэйфэй была той, кто получил новое образование, поэтому она знала, как планировать своё будущее. Она не верила в ту идеологию, в которой воспитывали феодальных женщин, что женщина должна жертвовать собой ради других. Она научилась тому, что она должна знать, как планировать всё для себя. Поэтому она с лёгкостью ушла от него. Чжу Яньцинь действительно заслужил это. Однако если Фан Фэйфэй думала, что она сможет так легко избавиться от Чжу Яньциня, то она была очень наивной. Чжу Яньцинь вырос избалованным. Его умственные способности практически всё ещё оставались на стадии "нужно мамино молоко". Он очень сильно любил Фан Фэйфэй. Теперь, когда он всё потерял, конечно же, он ещё крепче держался за Фан Фэйфэй. И всё это было во имя любви. Нин Шу отдала свой дневник в печать, а потом ушла. Она отправилась с Чжу Сыюанем в больницу, чтобы навестить Чжу Яньциня. Чжу Яньцинь теперь был очень тощим. Он лежал на койке, и рядом с ним не было ни единого человека, который бы о нём позаботился. По сравнению с изначальной историей, когда он был окружён людьми, куда бы он ни пошёл, нынешний Чжу Яньцинь поистине был в состоянии упадка. - Иди и повидай его. Он твой отец, - сказала Нин Шу Чжу Сыюаню. – Он не выполнил свои обязанности отца, но он дал тебе жизнь. Тебе лишь нужно выполнить свои обязанности перед ним. - Я не нравлюсь папе, - безрадостно сказал Чжу Сыюань. Чжу Яньцинь повернулся и увидел, что в дверях стоят мать и сын. Его взгляд опустился на Чжу Сыюаня и его губы на мгновение задрожали. - Сыюань. Чжу Сыюань на мгновение замешкался, но потом вошёл в палату. Нин Шу развернулась и вышла. Она не планировала заходить внутрь. Она стояла в коридоре и ждала Чжу Сыюаня. Когда Чжу Сыюань вышел, на его лице было странное выражение. Нин Шу спросила: - Что такое? Чжу Сыюань глянул на Нин Шу, а потом пробормотал: - Папа сказал мне найти человека по имени Фан Фэйфэй и привести её к нему в больницу. Нин Шу: … Можешь, блять, просто продолжать ждать и увидеть, сможешь ли ты дождаться прихода Фан Фэйфэй. Даже теперь всё, что заботило Чжу Яньциня – это всё ещё была Фан Фэйфэй. Он даже сказал своему сыну пойти и найти её. Чжу Яньцинь, просто приготовься до конца своей жизни быть одиноким. На самом деле, Фан Фэйфэй была той, кто больше всех мог сделать больно Чжу Яньциню, потому что Чжу Яньцинь любил её. Это было точно так же, как Чжу Яньцинь мог делать больно Чжу Сунян так небрежно, делая ей больно во имя любви. Когда Чжу Сыюань увидел, что Нин Шу ничего не говорит, он стукнул себя по груди и клятвенно заверил её: - Мам, не грусти. Я буду добропорядочным сыном и буду почитать тебя. Нин Шу кивнула. - Тогда мама будет ждать, когда Сыюань проявит сыновнюю почтительность. Дневник военного доктора Нин Шу привлёк к себе неожиданное количество внимания. На самом деле, её дневник был написан не очень-то и хорошо, но в данный момент страна подвергалась вторжению, поэтому нужно было хоть что-то, чтобы объединить людей и возбудить гнев страны против общего врага. ---------- Всё Готово Так уж вышло, что сейчас было нужное время и нужное место. Вообще-то, это сделало Нин Шу, эту женщину военного доктора, довольно знаменитой. Нынешняя Чжу Сунян уже больше не была брошенной женщиной, и у неё была собственная карьера. Даже если она и не получила нового образования, она тоже была женщиной новой эпохи. - Задание выполнено. Желаешь покинуть мир задания? – прозвучал в её голове голос 2333. Нин Шу показалось, что она не слышала голоса 2333 уже очень долгое время. - Да. Нин Шу почувствовала лёгкое головокружение, а когда она снова открыла глаза, то уже вернулась в системное пространство. Вид знакомой мебели тут же заметно успокоил её эмоции. Она опустила взгляд и увидела, что её душа выглядит очень прочной. Когда она коснулась своего лица, то ей показалось, словно она трогает желе. - Давай проверим, сколько очков я получила в этот раз, - сказала Нин Шу 2333. - Ладно. Перед Нин Шу появилась панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Начального Уровня) Возраст: 27 Опыт: 1650000 (+1500000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 170 Харизма: 4 Удача: 44 Воля: 120 Боевые искусства: 112 Вера: 14 (+30) Способность: 39 Заслуги: 6 (+20) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Выполнено желание Чжу Сунян: Больше не жертвовать собой ради семьи Чжу и жить своей жизнью с Чжу Сыюанем. Степень Завершения Задания: 100% Получено Очков Опыта: 1500000 Получено Очков Атрибутов: 60 Получено Очков Веры: 30 Получено Очков Заслуг: 20 Получен Ореол: Исцеляющая Рука. В этот раз она получила потрясающий урожай! Целых 60 очков атрибутов! Её уровень атрибутов заметно увеличится! 2333 радостно сказал: - Поздравляю, у тебя теперь три миллиона очков! Теперь ты можешь повысить свой уровень до получателя заданий среднего уровня. Желаешь пройти повышение? - Конечно, я пойду на повышение, но пока этого не произошло, я хочу спросить одну вещь: после повышения ты всё ещё будешь моей системой? – спросила Нин Шу. 2333 тут же ответил: - Конечно, это всё ещё буду я. Мы уже связаны друг с другом. Даже если ты станешь опытным получателем заданий, я всё ещё будут твоей вспомогательной системой. Нин Шу: Ну, вот и зачем теперь дальше жить? Внезапно, ей уже больше не хотелось повышать свой уровень. - Повышаем? – спросил 2333. - Ага. - На это потребуется всего мгновение, - сказал 2333. И Нин Шу стала ждать. Она думала, что системное пространство как-то изменится, но она прождала очень долго, но ничего не изменилось. Нин Шу спросила: - Всё готово? - Всё готово, - сказал 2333. - Уже готово? Вот так просто? Нин Шу была изумлена. 2333 сухо ответил: - Всё готово. Я изменил твою панель характеристик, так что теперь ты – получатель заданий среднего уровня. Охренеть. Почему-то она почувствовала себя уставшей. ---------- Вернуться Назад Нин Шу открыла панель характеристик и распределила 60 очков атрибутов. Она добавила 30 в интеллект, 10 в удачу, 10 в боевые искусства и 10 в способность. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 1650000 (+1500000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 170 (+30) Харизма: 4 Удача: 44 (+10) Воля: 120 Боевые искусства: 112 (+10) Вера: 44 Способность: 39 (+10) Заслуги: 26 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Распределив очки атрибутов, она осознала, что у неё только четыре очка харизмы. Если бы она поняла это раньше, то выделила бы очко на добавление в харизму. Теперь она стала получателем заданий среднего уровня. Нин Шу почувствовала, как в её сердце зажглась надежда. Она спросила у 2333: - 2333, а я смогу вернуться назад? - Куда вернуться? – озадаченно спросил 2333. - Я же стала получателем заданий среднего уровня, так что я смогу вернуться в тот мир, в котором я родилась? До этого Нин Шу похоронила все эти мысли глубоко в своём сердце, так как она не могла контролировать свою судьбу. Однако теперь она стала получателем заданий среднего уровня, так что у неё теперь было хоть какое-то право голоса. Она хотела вернуться обратно, чтобы повидать своих родителей. А ещё она хотела купить на системном рынке немного укрепляющих тело пилюль, чтобы принести их своей семье. У неё было два старших брата. Если честно, то они не были особо близки. Она была в больнице с тех пор, как ей исполнилось десять лет, и стоило ей войти в больницу, она так и не вышла из неё. Поначалу её родители очень переживали за неё и каждый день приходили навестить её, но со временем эти чувства затихли, и родители просто приходили в определённое время, чтобы заплатить за медицинские расходы. Однако Нин Шу всё равно была им благодарна. По крайней мере, у них были деньги, чтобы заплатить за её лечение. Хоть её время в больнице и было очень болезненным, она была жива. После того, как она умерла, она попала в системное пространство. 2333 ответил: - Ты не сможешь. Если у получателя заданий нет задания, то они не смогут прийти в какой-то конкретный мир по желанию. Но я буду приглядывать за твоим миром. Если в нём появится задание, я заберу его для тебя. - Я просто волнуюсь, что к тому времени, как я смогу вернуться, их уже не будет, - немного разочарованно сказала Нин Шу. - В каждом мире время течёт по-разному. Одна секунда в этом мире может быть одним годом в том мире, или даже тысячей лет, - утешил Нин Шу 2333. Однако Нин Шу это совсем не утешило. Она почувствовала ещё большее беспокойство. А что если эта тысяча лет уже прошла в том мире, в котором она родилась? - Вообще-то, есть ещё один способ, - сказал 2333. - Какой способ? Нин Шу подумала о том, что большинство способов 2333 оказываются каким-то троллингом. ---------- Просто Обрати Вспять Поток Времени - Когда ты станешь достаточно сильной, ты сможешь обратить вспять поток времени, даже если пройдёт тысяча лет, ты всё равно сможешь повидать своих родителей, - сказал 2333. Нин Шу: Иди нахуй! Обратить вспять поток времени? Насколько же сильной она должна стать?! Если бы она была такой сильной, то первым делом она бы избавилась от 2333. Она вздохнула. Она просто хотела вернуться домой и навестить родителей. - Твоим следующим заданием будет экзаменационное задание для получателей заданий среднего уровня, - сказал 2333. – Для каждого повышения есть экзаменационное задание. Нин Шу вспомнила то тролльское задание с Му Яньмэн и теми семью братьями Калебаш. У неё внезапно появилось дурное предчувствие. - Это нормальное задание? - А есть нормальные и не нормальные задания? – озадаченно спросил 2333. – Задание – это просто задание. Система никогда не поймёт чувства людей, их чувства, когда им хочется развалиться на части. - А что если я провалю задание? Что если я провалю экзаменационное задание? – спросила Нин Шу. – Я буду уничтожена? - Конечно. И, если ты провалишь, то твоё звание получателя заданий среднего уровня будет отменёно, а в следующий раз, когда ты захочешь стать получателем заданий среднего уровня, то требуемое количество очков удвоится. Тебе потребуется шесть миллионно очков, - сказал 2333. Нин Шу: … Что за троллинг! Жизнь была такой тяжёлой. - Кстати, ты ничего не сможешь купить на этом экзаменационном задании. А даже если и купишь, то не сможешь ничего использовать, - добавил 2333. Нин Шу поспешно спросила: - Даже средства первой необходимости? Даже постные пилюли и воду? - Да, - подчеркнул 2333. – Ты ничего не сможешь использовать… Нин Шу: (╯#=＿=)╯╧═╧ ╧═╧╧═╧ ╧═╧╧═╧╧═╧ ╧═╧╧═╧╧═╧╧═╧ [Вот тебе бросок "Фея, Разбрасывающая Цветы" от этой мадам!] - Это что за троллинг вообще? – немного озадаченно спросила Нин Шу. – Почему у меня такое чувство, что это задание пытается убить людей? - Нет, это задание нужно просто для того, чтобы проверить способности получателя заданий в различных аспектах. Оно нужно для того, чтобы выяснить их навыки, когда они находятся в окружении, в котором не могут полагаться на внешние ресурсы, - сухо ответил 2333. Нин Шу: … - Тогда могу ли я тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства и делать яд? – слабо спросила Нин Шу. - Это твои собственные способности, поэтому их можно использовать. Пока это не то, что куплено в системе, ты можешь это использовать, - сказал 2333. Затем Нин Шу спросила: - Тогда могу ли я использовать две моих вещи, ореол спокойствия и защитный талисман? У неё было чувство, что это задание будет очень трудным, поэтому ей обязательно нужно задать все необходимые вопросы. - О, эти две вещи можно. Так как ты купила их на очки заслуг и веры, то они принадлежат тебе на всю жизнь, - сказал 2333. Как и ожидалось, очки веры и заслуг были самыми ценными. Очки опыта почти ничего не стоят по сравнению с этими двумя. Вот только она не знала, как добывать очки заслуг и веры. - Могу я спросить, в каком мире я буду проходить экзамен? Это будет древний или современный мир? – спросила Нин Шу. 2333 небрежно сказал: - Это будет решено случайной лотереей. Нин Шу: … Чёрт, теперь она пожалела, что не добавила все очки атрибутов в удачу. Она чувствовала себя необъяснимо неуверенной, когда дело касалось вещей, зависящих от удачи. - Будет ли это задание трудным? – спросила Нин Шу. - Как получится, в зависимости от твоей удачи. Может быть очень трудным, а может и очень простым. Всё зависит от того, какое задание ты получишь. Разве ты не слышала пословицу, что удача – это тоже разновидность силы? – легкомысленно сказал 2333. – Удачи, я возлагаю на тебя большие надежды! - … Спасибо, - слабо сказала Нин Шу. Нин Шу сделала глубокий вдох, села на пол и начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Вне зависимости от того, каким было это задание, ей нужно держать свою энергию в тонусе. Спустя некоторое время тренировки она открыла глаза. Она чувствовала себя немного взволнованной. Она немного нервничала из-за этого задания. Если она провалит его, то у неё не только отменят её звание получателя заданий среднего уровня, но и следующее повышение будет стоить уже не три миллиона очков, а шесть миллионов. От одной только мысли об этом количестве она начала чувствовать отчаяние. После всей той работы, которую она выполнила, чтобы повысить свой уровень! Нин Шу очень наделялась, что в этот раз задание будет простым. ____________________ Примечание по поводу способностей и способности… Она себе повысила Aptitude (способность, пригодность, склонность), то есть умение приспосабливаться и применять навыки, что-то вроде того. В оригинале, на китайском, подразумевается "квалификация". А ещё у неё есть Abilities (способности, умения) – это уже типа навыки и скиллы (абилки, если вам так проще). ---------- Собака, Пытающаяся Укусить Свой Хвост Нин Шу признала, что была встревожена выгодами и потерями. Она была немного взволнована и металась кругами по системному пространству. - Ты похожа на собаку, пытающуюся укусить свой хвост, - сказал 2333. Нин Шу: … - Можешь хоть подсказку дать? – спросила Нин Шу. – Я тут немного паникую. - Не паникуй, может, задание будет очень простым, - утешил Нин Шу 2333. – Ну, ну, не бойся. Нин Шу: Ха. Ха. Ха… Это же не тебе выполнять задание. Легко сказать, да трудно сделать. Нин Шу подумала об этом, а потом решила, что она просто слишком сильно паникует. Она тихо прочитала очищающую сердце мантру. Подумав снова, она решила, что это не такая уж большая проблема. Если она действительно провалит, то просто начнёт всё сначала. Она и так уже выполнила много заданий, так что с этим экзаменационным заданием она тоже должна справиться. Нин Шу снова отправилась в сборное пространство, чтобы прогуляться. Самой важной частью прогулки было посещение ресторана с целью покушать. Сколько бы ты ни съела в ресторане, ты не растолстеешь. Как только ты что-то съедаешь, оно исчезает. Но это всё равно очень приятно для вкусовых рецепторов. Нин Шу готова была потратить тысячи очков на полный стол еды. Она хотела попробовать все виды еды. - Хорошо, что ты в своём духовном состоянии. Если бы ты ела так много, когда была жива, то ты бы точно стала супер толстой, - насмешливо сказал 2333. Но она ела так беспечно именно потому, что она была в своём духовном состоянии. После плотного обеда она вернулась в системное пространство и взяла книгу с полки, после чего села и начала читать. Закончив книгу, она лениво полила растения в горшках, затем немного побегала на беговой дорожке. Короче говоря, она просто тянула время. - Ты, вообще, хочешь начать задание? Зачем ты тратишь впустую так много времени? – спросил 2333. Нин Шу села на диван, скрестив ноги, и сказала: - Я ещё не готова. Мне нужна психологическая подготовка. - Какая подготовка? – озадаченно спросил 2333. - Психологическая подготовка. 2333: … Системное оповещение: [2333 не хочет больше с вами разговаривать и бросает в вас кучу какашек.] Нин Шу лениво потянулась. Изначально она уже собралась отправиться в мир задания, но потом она внезапно вспомнила кое о чём. Хоть 2333 и был бесполезным, есть кое-кто, кто может знать, на что ей нужно обратить внимание в экзаменационном задании. Она шагнула в проход в сборное пространство. После короткого мгновения головокружения, когда она открыла глаза, она уже стояла на улице. Не задерживаясь, она отправилась прямо в комнату консультаций. Когда она подошла ко входу в комнату консультаций, она на мгновение остановилась, чтобы оплакать те очки, которые вот-вот потеряет. Когда она вошла в комнату консультаций, она почувствовала запах алойного дерева*. Когда она его вдохнула, он словно освежил её душу, ощущение было такое, словно всё духовное загрязнение постепенно исчезает. Нин Шу усердно работала своим носом, пытаясь вдохнуть как можно больше этого аромата. Из внутреннего помещения вышел мужчина с серебряными волосами, держа в руке книгу в кожаной обложке, и спокойно сел. В каждом его движении чувствовался этикет древней аристократии. Сереброволосый мужчина положил свою книгу на стол и открыл её. Он даже не поднял головы, когда сказал Нин Шу: - Присаживайся, пожалуйста. Нин Шу села напротив него и продолжила тайком работать носом, чтобы вдыхать аромат. Она спросила у сереброволосого мужчины: - На что мне нужно обратить внимание во время экзаменационного задания среднего уровня? Вообще-то, сначала я хочу спросить, сколько мне будет стоить консультация по этому заданию. - Миллион очков, - тихо сказал сереброволосый мужчина. Нин Шу: Сдохни. Иди, блять, и сдохни… Лицо Нин Шу передёрнуло. В прошлый раз это было триста тысяч, а в этот раз уже миллион. - Почему так дорого? Хорошо, что она спросила заранее, а иначе, после того, как она закончила бы спрашивать и ей бы сказали заплатить миллион, её душа, вероятно, улетела бы прочь от шока. - Ты можешь и не консультироваться. Заплати двести тысяч очков и можешь идти, - тихо сказал сереброволосый мужчина. Его резные суставы были словно нефрит, когда его пальцы перелистывали страницы книги. Нин Шу была практически очарована этими руками, но, услышав эти слова, она очнулась и спросила: - Почему я должна платить двести тысяч очков даже если у меня не было консультации? Что за чёрный магазин! Он так небрежно требует очки, запрашивая сотни тысяч очков каждый раз, как открывает свой рот. Ему стоит просто идти и грабить людей! Она никогда раньше не видела столь коррумпированного человека. Однако, к сожалению, у неё не было иного выбора, кроме как прийти к нему за помощью. ---------- Я Не Вдыхала! Сереброволосый мужчина глянул на Нин Шу и сказал: - Счёт за оплату начался в тот момент, как ты вошла в это комнату консультаций. Этот аромат алойного дерева, который ты почувствовала – очень редкий. Его ценность даже невозможно сосчитать. Нин Шу тут же задержала дыхание. - Я его не вдыхала. Ей что, придётся зря потратить двести тысяч очков даже если она не задаст никаких вопросов? Тогда уж будет лучше задать свои вопросы. Нин Шу спросила: - Я хочу знать, на что мне нужно обратить внимание в экзаменационном задании. - Это не такое простое задание, каким было начальное экзаменационное задание. В экзаменационных заданиях среднего и продвинутого уровней, и даже на заданиях последующих уровней, не стоит сильно задумываться о том, сможешь ли ты выполнить задание. Самой важной частью является остаться в живых и не умереть на задании. Сереброволосый мужчина говорил всё очень медленно, чтобы Нин Шу успевала всё понять. - Когда вспомогательная система скажет тебе, что ты можешь покинуть мир задания, то задание будет считаться выполненным. Даже если степень выполнения задания будет всего 60%, экзамен всё равно будет считаться пройденным. Нин Шу почувствовала, что теперь она больше знает о том, что ей нужно сделать. И в то же время, в её сердце возник холодок. Она спросила: - В экзаменационном задании может возникнуть опасность, угрожающая жизни? - Конечно, и чем выше ты будешь подниматься, тем более опасными будут экзаменационные задания, - сказал сереброволосый мужчина. – Вне зависимости от экзамена, главное, чтобы ты оставалась в живых. Хорошо, если ты не умрёшь во время задания. Если будут выполнены предпосылки, что твоя жизнь не находится под угрозой, то ты сможешь продолжать выполнять задание. Нин Шу медленно кивала, показывая, что она поняла. Как и ожидалось, лучше всего прийти и спросить у эксперта. Однако, когда она подумала о плате за консультацию, то у неё заболели все внутренности. Вообще-то нет, это было больше похоже на то, что её внутренности вспыхнули огнём. Рука Нин Шу дрожала, когда она достала свою карточку очков и заплатила миллион очков. Когда она шла к выходу из комнаты консультации она шла очень медленно и старательно вдыхала как можно больше аромата алойного дерева. Каждый раз, как она вдыхала, прохладное ощущение наполняло её душу и успокаивало её сердце. Это был очень хороший аромат. Нин Шу глянула на вывеску комнаты консультации. Её снова без ножа зарезали. Её сердце чувствовало изнеможение. Нин Шу чувствовала, что этот сереброволосый мужчина был довольно силён. По крайней мере, возможно никто из присутствующих в этом сборном пространстве не посмеет его провоцировать. Ей очень хотелось отказаться и не платить, но она не посмела. Наконец, она знала что делать. Может 2333 знал правила, а может он и не знал правил экзамена, но, в любом случае, он не мог рассказать ей об этом. Увы, она была просто слабой. Она была практически муравьём. Когда она вернулась в системное пространство, она спросила у 2333: - Я действительно слабая? - Ты действительно слабая, - сказал 2333. – Но все начинают со слабых и постепенно становятся сильнее. Изначально я думал, что ты долго не протянешь, но ты теперь уже получатель заданий среднего уровня. В будущем ты станешь ещё сильнее. 2333 увидел на лице Нин Шу выражение душевной боли. - Не переживай ты так из-за одного миллиона очков. Они стоят того, чтобы обменять их на совет старших. Не будь ты такой жадной, будь щедрее. Нин Шу: Ха. Ха. Ха… Большую часть времени он просто притворялся мёртвым. А в остальное время он просто говорил всякие бесполезные вещи. Это было просто невероятно. Однако нынешний 2333 не казался таким уж уверенным, как раньше, когда он говорил, что она не сможет зайти далеко. Теперь он её подбадривал, хоть и использовал подобное безразличное поведение, словно ему совсем не интересны её задания. ____________________ Примечание: * Алойное дерево - ароматическая древесина деревьев рода Аквилария. Твёрдая, смолистая, жирная на ощупь, легковоспламеняющаяся и при горении распространяющее приятный запах бензола. В Восточной Азии считалось очень дорогим лекарственным материалом и весьма ценилось на Востоке (Индия, Китай, Юго-Восточная Азия, Ближний Восток) как курительное вещество, иногда до сих пор используемое в религиозных ритуалах. Употреблялось также в парфюмерии и в качестве сырья для создания бус, украшений, инкрустаций мебели. ---------- Новая Жизнь Чжу Сыюань отправился в больницу, чтобы навестить Чжу Яньциня и взял с собой куриный суп, который приготовила старшая сестрица Тун. Однако когда отец увидел его, он лишь спросил: - Сыюань, ты помог папе найти Фан Фэйфэй? Попросил её прийти повидать меня? Чжу Сыюань: →_→ Чжу Сыюань был всего лишь ребёнком, которому едва исполнилось десять лет. Ему и так уже было тяжело приходить одному в больницу, чтобы навестить Чжу Яньциня. Мир такой большой, в каком же месте ему идти и искать эту женщину по имени Фан Фэйфэй? До этого он видел эту женщину всего два раза, и совсем её не знал. Чжу Сыюань не знал, что сказать. Его мать сказала, что он должен выполнить свои обязанности по отношению к отцу, но ему даже не хотелось навещать отца в таких обстоятельствах. Этот человек просто продолжал бормотать имя другой женщины. Даже, несмотря на то, что мама Чжу Сыюаня была его женой. Почему же он всё ещё тоскует по другой женщине? Чжу Сыюань поставил куриный суп и развернулся, чтобы уйти. Чжу Яньцинь продолжил кричать в спину Чжу Сыюаня: - Сыюань, ты должен мне помочь! Чжу Сыюань очень хотел сказать, что он не сможет этого сделать. Что это за отец такой был? Чжу Сыюань вернулся домой и рассказал об этом Чжу Сунян. Чжу Сунян выглядела немного ошеломлённой. Сейчас в её голове мелькали всевозможные сцены, кадр за кадром, словно кино. Она глянула на свои руки, а потом потянулась и достала из аптечки скальпель. Скальпель ощущался словно продолжением её собственной руки. - Мам, я больше не хочу ходить к папе, - сказал Чжу Сыюань, нахмурив брови. У него было такое ощущение, что у его отца не все дома. Чжу Сунян безразлично сказала: - Если не хочешь ходить, то не ходи. Чжу Сунян сейчас снова и снова трогала всё медицинское оборудование, что было у неё в аптечке. - Он хочет повидать Фан Фэйфэй. Каждый раз, когда он приходил навещать своего отца, его отец говорил только о Фан Фэйфэй. Чжу Сунян задумалась на мгновение, а потом сказала: - Если он хочет её повидать, так тому и быть. Чжу Сунян связалась с Фан Фэйфэй через газету и попросила её навестить Чжу Яньциня. Фан Фэйфэй была немного раздражена этим и сказала: - Это же ваш муж, почему вы хотите, чтобы я навещала вашего мужа? То, что мы с Чжу Яньцинем встречались, было просто прекрасной ошибкой. Пришло время исправить эту ошибку. Чжу Сунян посмотрела на Фан Фэйфэй и сказала: - Раз вы двое так сильно любите друг друга, то почему бы вам не навестить его? Нам с Чжу Яньцинем невозможно быть вместе. В прошлом я была глупой. Однако теперь я хочу жить для себя. Раз вы двое так сильно любите друг друга, то я вам помогу. Чжу Яньцинь очень сильно вас любит, вы же не будете настолько жестокой, верно? Фан Фэйфэй поджала губы и посмотрела на Чжу Сунян. Эта женщина явно была хуже неё во всех смыслах, но теперь, из-за одной книги, "Я – Военно-Полевой Доктор", Чжу Сунян стала более знаменитой, чем она. Она теперь даже вела себя великодушно перед ней. Она явно была просто необразованной женщиной, так чего же она такая самоуверенная?! - Раз вы, ребята, влюблены друг в друга, разве вы не поклялись, что будете верными и поддерживать друг друга в трудные времена? Неужели вы собираетесь бросить Чжу Яньциня только потому, что он сейчас столкнулся с небольшой проблемой? Чжу Сунян с сомнением посмотрела на Фан Фэйфэй. - Разве вы прежде не говорили, что очень трудно встретить того, с кем вы настолько совместимы, что можете говорить о чём угодно? Раз это так трудно, то не надо сдаваться так легко. Чжу Сунян бросила обратно все те слова, что говорила ей Фан Фэйфэй. Цвет лица Фан Фэйфэй был не очень хорошим, но она всё равно выделила время на то, чтобы сходить в больницу. Когда она пришла в больницу и увидела Чжу Яньциня, она обнаружила, что он очень сильно похудел и у него даже глаза впали. Вокруг него витала мрачная аура. Одетый в больничные одежды он выглядел не очень красиво. Он просто выглядел мрачным и полумёртвым. Когда Чжу Яньцинь увидел Фан Фэйфэй, его взгляд просветлел, и он поспешно встал с койки, чтобы обнять её. Фан Фэйфэй тут же почувствовала неприятный запах, идущий от тела Чжу Яньциня. Это был гнилостный запах человека, который уже давно болен. Фан Фэйфэй оттолкнула Чжу Яньциня, а потом вежливо задала несколько вопросов о том, как он поживает. Чжу Яньцинь был очень счастлив, что Фан Фэйфэй пришла к нему. Однако нынешний Чжу Яньцинь слишком сильно опустился, Фан Фэйфэй даже не могла смотреть прямо на него. Прошлый образ грациозной и величественной внешности Чжу Яньциня постепенно стал расплывчатым в её мыслях. Это было словно какое-то принуждение, и единственное, что теперь она могла вспомнить о Чжу Яньцине – это его нынешняя внешность. Фан Фэйфэй практически сбежала из больницы. Чжу Яньцинь видел, что Фан Фэйфэй просто нехотя отвечала ему, и он почувствовал сильную панику. Когда его выписали из больницы, он начал повсюду искать Фан Фэйфэй. Он даже нашёл место, где живёт Фан Фэйфэй, чтобы каждый день поджидать её и продолжать надоедать Фан Фэйфэй. Чжу Яньцинь уже не первый раз поступал подобным образом. До этого он каждый день приходил в больницу к Нин Шу, чтобы попытаться зажать её в угол, поэтому он уже был привычен к подобным глупым и гнилым тактикам. ---------- Явно Был Сумасшедшим Фан Фэйфэй была крайне раздражена Чжу Яньцинем. Прежде она чувствовала себя немного виноватой, но эта вина быстро выдохлась от надоеданий Чжу Яньциня. Теперь она хотела лишь, чтобы он отстал от неё. Если бы Чжу Яньцинь надоедал Фан Фэйфэй подобным образом после того, как он добился славы и успеха, то Фан Фэйфэй не чувствовала бы такого отвращения. Всё же, эти два сценария были по своей сути совершенно разными. Один был преследованием, а другой – сексуальным домогательством. Особенно учитывая то, что у Чжу Яньциня всё ещё были проблемы с ногой. Это не было заметно, когда он шёл медленно, но, стоило ему немного ускориться или побежать, это становилось легко заметно. Фан Фэйфэй пыталась придумать способы избавления от Чжу Яньциня, но, чем больше она пыталась, тем больше Чжу Яньцнинь хотел удержаться за не. У нынешнего Чжу Яньциня ничего не осталось, поэтому ему приходилось держаться за женщину, в которую он был глубоко влюблён. В момент гнева, Фан Фэйфэй сбежала на поле боя с фотокамерой, поэтому Чжу Яньцинь последовал за ней на поле боя. Однако Чжу Яньцинь не мог взять в руки оружие из-за состояния своего тела, поэтому он вернулся к своей прежней работе в снабжении. Он придумывал всевозможные способы уделить Фан Фэйфэй особое внимание, но Фан Фэйфэй была ни капли не благодарна ему. Каждый раз она бросала тарелку на пол и говорила Чжу Яньциню перестать её преследовать. Чжу Яньцинь был в ярости и называл Фан Фэйфэй жестокой, но на следующий день всё равно приносил Фан Фэйфэй еду. Однако в этот раз Фан Фэйфэй уже не спешила снова бросать тарелку. Фан Фэйфэй начала сближаться с молодым офицером из армии. Когда Чжу Яньцинь узнал об этом, он был крайне разозлён и даже хотел подраться с этим офицером. Однако тот офицер просто достал свой пистолет и прижал его ко лбу Чжу Яньциня. Чжу Яньцинь тут же потерял всякое желание устраивать сцену. Однако из-за этого происшествия, отношение офицера к Фан Фэйфэй тоже заметно охладело. Фан Фэйфэй была очень красивой и имела решительный характер, поэтому она была очень привлекательна для мужчин. Однако это был особый случай. Как руководящая фигура в армии, ему нужно было быть уверенным в том, что в армии царит гармония. Он не мог себе позволить делать подобные вещи. Фан Фэйфэй разозлилась чуть ли не до смерти. Её уже всерьёз тошнило от Чжу Яньциня. Её взгляд был наполнен отвращением, когда она смотрела на него. Однако Чжу Яньцинь был очень рад и даже сказал Фан Фэйфэй, что офицер просто играл с ней и что ей не стоит позволять одурачить себя. Фан Фэйфэй была так зла, что практически захотела убить Чжу Яньциня. Тем временем, Чжу Сунян и Сяо Тун тоже были отправлены на поле боя. Они всё ещё были с тем командующим. Командующий указал, что он хочет, чтобы Чжу Сунян была доктором в его армии. Было ясно, что он очень доверяет Чжу Сунян. Чжу Сунян теперь была гораздо более знаменитой, чем Фан Фэйфэй, эта маленькая журналистка. У Чжу Яньциня всегда были очень сложные чувства каждый раз, как он слышал, что люди обсуждают женщину военно-полевого доктора. Однажды он не смог сдержаться и сказал, что Чжу Сунян – его жена, но люди, которые были вокруг него, лишь посмотрели на него с презрением. Вся армия знала, что Чжу Яньциню нравилась военная репортёрша. А теперь он говорит, что военно-полевой доктор – это его жена. Он явно был сумасшедшим. Всё же, одержимость Чжу Яньциня по отношению к Фан Фэйфэй явно сделала его чокнутым в глазах других людей. ---------- Завоевание Айсберга - 2333, давай начнём задание, - сказала Нин Шу. - Ладно. Нин Шу почувствовала мгновение головокружения. Как только её душа приспособилась, она открыла глаза и тут же почувствовала по всему телу липкое ощущение. Под ней был летний спальный матрац, но ей всё равно было очень жарко. Уже была довольно глубокая ночь. На столе была масляная лампа, а в комнате было четыре кровати. На остальных кроватях спали люди и периодически шевелились во сне. Это была глубокая и спокойная ночь, чью тишину прерывали лишь периодические трели нескольких цикад. Нин Шу почувствовала небольшую жажду, поэтому она встала с постели и подошла к столу, чтобы налить себе чашку воды. Вода была холодной, но пить её было очень приятно. После того, как она напилась, она поспешно забралась обратно на свою постель, чтобы получить историю. В этот раз она была служанкой по имени Мяо Лин. Её хозяйкой была наложница Иньчжэня, леди Сун. По различным причинам, она умерла в процессе конфликтов внутреннего двора. Нин Шу обнаружила, что этот мир был очень хаотичным. Это были времена династии Цин, которые были усыпаны дырами от постоянно прибывающих сюда трансмиграторов. Династия Цин попала в огромную волну борьбы за трон между девятью драконами, и тут имелись принцы всех видов темперамента. Каждый из них был гигантом среди мужчин. Большинство девушек были нацелены на четвёртого принца. Иньчжэнь был будущим императором. У него был непредсказуемый характер, и он был очень подозрительным во всём. Он был даже немного коварным и жестоким, поэтому каждая девушка хотела завоевать этого исторически известного холодного правителя. Завоевание подобного айсберга было серьёзным испытанием. Растопить айсберг и наблюдать за тем, как этот безразличный человек влюбляется пылкой и страстной любовью, при этом оставаясь холодным к остальным, относясь иначе только к своей избранной, это действительно давало ощущение потрясающего достижения. Добиться расположения императора и встречаться с императором было просто потрясающе. Тогда можно даже войти во дворец и стать супругой, или даже императрицей. Во внутреннем дворе четвёртого принца были трансмиграторы, реинкарнаторы и, возможно, даже контратакующие. Тут были две женщины из семьи Ниохужу. Все попаданцы считали, что пока у них фамилия Ниохужу, то они могут стать Божественной Матерью Вдовой-Императрицей, которая прошла через три династии подряд, проходя от наложницы до благородной супруги, потом до императрицы, и, наконец, став Вдовой-Императрицей, чей сын Цяньлун стал Императором и на протяжении всей своей жизни проявлял огромное сыновнее уважение. Это был безумный запутанный беспорядок. Все присутствующие держали в уме тот факт, что Иньчжэнь будет окончательным победителем в борьбе за трон. Либо они просто использовали свои знания истории, чтобы помочь Иньчжэню захватить трон. Нин Шу почувствовала, что Иньчжэню приходится довольно тяжело. Так много людей тайно следит за ним. Даже в такое время, Иньчжэнь всё равно поддерживал кронпринца. Он от всего сердца помогал кронпринцу, однако множество женщин всё равно стремились попасть в его внутренний двор. Экзаменационное задание: Защитить ещё не родившегося ребёнка леди Сун и проследить за тем, чтобы этот ребёнок не умер преждевременно. Когда Нин Шу увидела это задание, она на мгновение ошалела. Что это за задание такое? Нин Шу тщательно обдумала эту информацию. Статус леди Сун был не очень высоким. Она просто была опытной служанкой, которую господин Кан подарил четвёртому принцу. По сути, она обучила Иньчжэня процессу зачатия детей. Так или иначе, она считается первой женщиной Иньчжэня. Девственность Иньчжэня была предложена ей. После того, как Иньчжэнь женился на Ди Цзиньу из клана Ула Нара, леди Сун тоже стала женщиной его двора. Однако Иньчжэнь не очень-то любил леди Сун, а сама леди Сун немного запуталась в своих мыслях. Она всегда считала, что раз она была первой женщиной Иньчжэня, то она должна быть и первой женщиной, которая родит Иньчжэню детей. Проблема была в том, что обе дочери леди Сун, старшая императорская дочь и третья императорская дочь, умерли в детстве. Учитывая, насколько глубокими были воды внутреннего двора, единственный, кто мог там спокойно плавать – это, вероятно, был четвёртый принц. Рассортировав всю информацию, Нин Шу уже примерно поняла, в каком направлении она должна двигаться в этом задании. По сути, ей нужно было лишь наверняка защитить свою собственную жизнь, не позволить себе быть замешанной в последствия домашних битв этих женщин и не закончить свою жизнь, как пушечное мясо. К этому времени уже было пора вставать. Остальные три служанки уже поднялись, поэтому Нин Шу тоже поспешно встала, схватила одежду, которая лежала поблизости, и начала одеваться. Маньчжурская одежда в основном основывалась на ципао*, вертикальной робе с круглой прорезью для шеи. Сверху надевался пиджак без рукавов, похожий на жилет. Нин Шу долгое время возилась с одеждой, пока ей удалось одеться. Затем она небрежно взяла из шкатулки у изголовья кровати цветок из бисера и прицепила его на свой пучок волос, прежде чем отправиться прислуживать леди Сун, которая вот-вот должна была проснуться. Нин Шу отправилась на кухню и взяла тёплую воду, чтобы отнести её во двор леди Сун. Когда она вошла в комнату, леди Сун только встала и собиралась одеваться. Работой Нин Шу было умывать лицо леди Сун. Нин Шу выжала платок и начала нежно вытирать лицо леди Сун. Когда она рассмотрела леди Сун с такого близкого расстояния, она обнаружила, что у леди Сун была округлая внешность. У неё было круглое лицо и широкий лоб, что было характерно для хорошей удачи. Если бы не это, то господин Кан ни за что бы не подарил её Иньчжэню. ---------- Мне Не Нравится Этот Цвет После того, как она вымыла лицо леди Сун, она помогла ей вытереть руки и приготовилась уйти вместе с тазиком. Леди Сун внезапно окликнула Нин Шу. Нин Шу тут же обернулась к леди Сун и спросила: - Леди, вам что-то нужно? - Этот цветок из бисера, что у тебя в волосах, он очень красивый, - сказала леди Сун. Нин Шу на мгновение ошалела. Неужели она вышла за грань дозволенного, когда надела этот цветок из бисера? Вероятно, нет. В шкатулке Мяо Лин не должно быть ничего, что не подходило ей по статусу. У Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как ответить: - Премного благодарна за вашу похвалу, леди. После чего леди Сун сказала: - Не носи его больше, мне не нравится этот цвет. Говоря это, она массировала свои виски тонкими пальцами. Нин Шу тут же сняла цветок из бисера. Леди Сун глянула на Нин Шу и больше ничего не сказала. Нин Шу развернулась и вышла из комнаты. Этого короткого общения было достаточно, чтобы примерно понять характер леди Сун. Ей не нравилось, когда её служанки выходят из-под её контроля. Она сказала, что ей не понравился цвет этого цветка из бисера, но на самом деле, ей не нравилось, когда её служанки одеваются красиво. Возможно, это было потому, что она боялась, будто её служанки могут украсть у неё Иньчжэня. Леди Сун взяла свою личную служанку, чтобы выразить своё почтение главной супруге, поэтому Нин Шу отправилась завтракать, после чего вернулась в свою комнату. Она убрала цветок из бисера обратно в шкатулку у своей постели и просто вставила серебряную заколку в волосы. Она была очень осторожна с этим заданием. Леди Сун была всего лишь леди, но она была очень высокомерной по отношению к своим служанкам. Следовательно, как у служанки, у неё не было контроля над собственной жизнью, и ей легко можно было стать потерпевшей жертвой во время битвы между более крупными фигурами. Более того, леди Сун была частью той причины, почему умерла Мяо Лин. Как и сказал сереброволосый мужчина, самое важное было обязательно остаться в живых. Она просто ещё не знала, беременна ли леди Сун. Остальные три служанки тоже постепенно вернулись. Однако у них были другие хозяева, не те, что у Нин Шу. Так как они жили в комнате на четверых, их статус тоже был не очень высоким. Три служанки увидели Нин Шу, но не стали с ней разговаривать. Так как у них были разные хозяева, им было лучше не сближаться друг с другом. Нин Шу стала наблюдать за ними тремя. Они все носили простые и непримечательные одежды. Как и ожидалось, цветок из бисера, который она тогда надела, смотрелся совсем не к месту. - Мяо Лин, ты всё ещё тут? Леди потеряла сознание, скорее принеси воды! Девушка служанка вбежала в комнату, встревожено сказала это Нин Шу, а потом снова выбежала. Нин Шу поспешно отправилась на кухню, чтобы приготовить горячей воды. Взяв горячую воду, она отправилась во двор леди Сун. Там уже было несколько человек. В зале сидели несколько женщин в роскошных одеждах. Нин Шу сделала реверанс перед этими женщинами, продолжая держать тазик, а потом отнесла тазик с водой в спальню. Леди Сун лежала на постели, и её лицо было бледным. У постели был доктор, который проверял её пульс. Нин Шу поставила тазик и начала вытирать пот с лица леди Сун. ____________________ Примечание: * Ципао - в то время это было широкое платье, полностью скрывавшее фигуру и оставлявшее видимыми только голову, ладони и носки обуви. [[image:/storage/reader-images/1c210d2f4f4a55838b4b1e65c264ee95cb03eb8e.jpg]] ---------- Первый Месяц Беременности У Нин Шу было предчувствие, что леди Сун, скорее всего, беременна. Этот ребёнок будет первым ребёнком Иньчжэня; первым ребёнком с тех пор, как он переехал из дворца, чтобы жить в резиденции своего вассального государства. - Как дела у леди Сун? – спросила главная супруга, леди Ула Нара, обращаясь к доктору, который проверял пульс. Когда главная супруга спросила об этом, все остальные женщины тоже посмотрели на доктора. Некоторые из них явно поняли, что происходит, но пара женщин всё ещё выглядели озадаченно. - Леди Сун на первом месяце беременности. Она просто потеряла сознание из-за её слабого телосложения, - сказал доктор. Главная супруга грациозно кивнула, после чего обратилась к леди Сун: - Если тебе что-то нужно, то ты просто скажи этой супруге. Некоторые присутствующие женщины выглядели так, словно им завидно. Они погладили свои собственные животы, а потом с недружелюбными выражениями на их лицах глянули на леди Сун, которая лежала на постели. Леди Ула Нара начала наставлять Нин Шу и других служанок. - Так как ваша леди теперь беременна, хорошенько позаботьтесь о ней. Это первый ребёнок принца. Никакие ошибки недопустимы. - Поняли. Леди Ула Нара ушла вместе с паствой женщин четвёртого принца, и комната тут же опустела. Нин Шу помогла вытереть лицо леди Сун, а потом глянула на её живот. Ребёнок родится благополучно, но умрёт в юном возрасте. Ресницы леди Сун слегка затрепетали. Похоже, что она скоро очнётся. - Что произошло? Леди Сун потёрла свой лоб с измождённым выражением на лице. С радостным выражением лица Нин Шу сообщила: - Леди, доктор сказал, что вы беременны! Вы уже месяц как беременны! - Правда? Леди Сун выглядела ошарашенной и крайне радостной. Она поспешно коснулась своего живота. - Я беременна! Я беременна ребёнком четвёртого принца! Леди Сун была очень рада, поэтому она наградила своих служанок небольшой суммой денег. Даже Нин Шу досталось немного. - Принц, вероятно, уже вернулся со двора, иди и пригласи его сюда, - приказала леди Сун своей личной служанке Хун Мэй. Её голос был полон радости и счастья. Хун Мэй улыбнулась леди Сун, сделала реверанс, а потом отправилась приглашать принца. Вскоре принц прибыл. Нин Шу стояла в стороне и смотрела на знаменитого холодного короля из истории. Самой поразительной частью, конечно же, был его лоб, он был просто ошеломительным. Следом шли его волосы, собранные в хвосты. Она никак не могла увидеть красоты в этом стиле. Она не понимала, почему юные девушки так сильно любили династию Цин. Подобные причёски просто портили людей. Даже внешность на десять баллов может получить четвёрку, потому что всё испортит такой лоб. Выражение лица Иньчжэня было безразличным, но лёгкая радость в его бровях показывала, что на самом деле он был очень рад. Он сел у постели и взял леди Сун за руку, после чего сказал ей как следует присматривать за собой и ребёнком. Выражение лица леди Сун было наполнено робостью и радостью, когда она попросила Иньчжэня остаться с ней на обед. Однако Иньчжэнь прямо сказал, что он будет обедать со своей главной супругой. Выражение лица леди Сун тут же поникло. Она снова улыбнулась лишь тогда, когда Иньчжэнь пообещал ей прийти на ужин. Однако Нин Шу видела, что когда Иньчжэнь уходил из комнаты, он уже не казался таким радостным, как раньше. Она глянула в сторону леди Сун, которая сидела на постели и с радостным выражением лица гладила свой живот. Она наконец-то поняла, почему леди Сун не была привилегированной. Как только она забеременела, она тут же воспользовалась этим преимуществом, чтобы добиться расположения принца. Как чувства могли сохраниться при таком раскладе? Вот почему даже после того, как Иньчжэнь взошёл на трон, она просто осталась наложницей до самой смерти. А ещё она не оберегала двух своих дочерей. Леди Сун обладала таким большим количеством первых раз для Иньчжэня, но так и не смогла ими воспользоваться. Она, похоже, не совсем понимала, когда нужно наступать, а когда – отступать. Подобные всевозможные мысли промелькнули в голове Нин Шу. Битва между женщинами во внутреннем дворе была просто битвой без пороха. - Налей мне чашку воды, - сказала леди Сун, обращаясь к Нин Шу, которая стояла столбом. Нин Шу покорно налила для леди Сун чашку воды, а потом снова вернулась к тому, что тихо стояла в сторонке. Когда происходят радостные события, то настроение людей улучшается. Нынешняя леди Сун выглядела так, словно она уже в шаге от того, чтобы воспарить в небеса. Не нужно объяснять, какой самодовольной она себя чувствовала. Это был первый ребёнок принца. Старший сын выйдет из её живота! Это же будет старший сын! - Сынок, матушка на тебя рассчитывает! – пробормотала леди Сун, поглаживая свой живот. Нин Шу: →_→ Этот ребёнок, вероятно, был ещё просто эмбрионом, размером с ноготь, но на него уже возложили великие ожидания. ---------- Как Раздражать Чужую Бережливость Нин Шу просто стояла в сторонке. Она ничего не говорила, а также не удосуживалась подлизываться. Беременная леди Сун была очень привередливая. Во время обеда она постоянно говорила, что у приготовленных блюд нет аромата, и что эти блюда не были согласованы с ней. В итоге, ей не понравилось ни одно блюдо из предложенных на столе. Она делала всевозможные придирчивые ремарки и сказала, чтобы на кухне приготовили новый набор блюд. Однако она не стала уточнять, что она хочет есть, чтобы она могла быть недовольной и новыми приготовленными блюдами. Губы Нин Шу дрогнули, когда она посмотрела на это со стороны. Эту женщину было слишком сложно обслужить. Даже если она и была беременна, делая это снова и снова, она лишь приводила к тому, что люди начинали её ненавидеть. Во внутреннем дворе не так-то просто было безопасно родить ребёнка. В такое время нужно вести себя тихо. Если леди Сун будет вести себя подобным образом, то весь двор узнает о её ситуации. Если она и хочет быть привередливой, то она не должна делать это так. Леди Сун неохотно немного поела, а потом приказала убрать со стола. Она даровала остатки еды служанкам, и даже Нин Шу получила свою долю. Однако Нин Шу не стала есть, то, что ей даровали, а вместо этого стала есть то, что должна есть девушка-служанка. Когда пришло время ужина, и пришёл Иньчжэнь, леди Сун приказала приготовить очередной набор блюд. Когда Иньчжэнь увидел столько еды, он нахмурился, явно недовольный тем, что весь стол был уставлен роскошными блюдами. Честно говоря, Иньчжэнь был принцем четвёртого ранга, который только недавно покинул дворец. Его официальная зарплата была не очень высокой, и у него в резиденции была большая семья, которую нужно было содержать. Два человека ни за что не смогли бы съесть целый стол еды. Иньчжэнь был довольно бережливым человеком, и даже после того, как он взошёл на трон, он был бережливым императором. Однако леди Сун совсем этого не заметила и энергично подавала еду Иньчжэню. Они не смогли доесть всю еду на столе, поэтому она снова отдала остатки служанкам. Поэтому Нин Шу досталась очередная тарелка дарованной еды. Она почувствовала себя очень беспомощной, когда рассматривала благодарные выражения лиц других служанок. Хоть другие служанки и чувствовали себя польщёнными, получив эту еду, Нин Шу вовсе не чувствовала себя польщённой. Она продолжила усердно работать, пока леди Сун не легла в постель, после чего вернулась в свою комнату, чтобы лечь спать. Когда она села на краю постели, она стала стучать по своим одеревеневшим ногам. Её икры совсем затекли от того, что она целый день стояла. Проведя целый день, прощупывая ситуацию, она теперь выяснила, как быть служанкой. На самом деле, она осознала, что она была служанкой практически без какого-либо статуса. Она делала лишь грубую работу, вроде уборки стола и подношения воды. У неё не было даже права говорить леди Сун хоть слово. Пока Нин Шу массировала свои ноги, остальные три служанки тоже вернулись. Когда они увидели Нин Шу, они сказали: - Твоя хозяйка умеет устроить бурю. Теперь вся резиденция знает, что она беременна. Она беременна, но всё равно заставляет принца приходить в её двор? Нин Шу могла лишь мысленно вздохнуть. Жить во внутреннем дворе было очень утомительно. Это место было не настолько большим, но тут жило так много людей. Более того, они все сражались за одного мужчину, за единственный ресурс. Это задание было таким троллингом. Ей нужно было спасти ребёнка, который должен умереть в юном возрасте? И как ей это вообще сделать? Леди Сун с трудом удалось родить малыша со слабым здоровьем, поэтому, спустя некоторое время, ребёнок умер. Она действительно совсем не понимала значения этого задания! Однако раз это был экзамен на средний уровень, вероятно, всё было не так просто. Всё же, тут, во внутреннем дворе, были трансмиграторы и реинкантаторы. Более того, она даже не знала, кто был трансмигратором и реинкарнатором. Все они были во внутреннем дворе и имели собственные мотивы, поджидая возможности сделать свой ход. ---------- Тук, Тук, Тук… Нин Шу умылась и приготовилась лечь спать. Она начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Как бы там ни было, ей нужно здоровое тело, чтобы хорошо выполнить это задание. Нин Шу была даже благодарна за то, что Непревзойдённые Боевые Искусства принадлежали ей, а не были тем, что она получила от системы, иначе она бы сейчас не смогла этим воспользоваться. Как и ожидалось, важно было рассчитывать на себя и учиться разным вещам. То, что куплено в системе, может скопытиться и быть отменено без какого-либо предупреждения. Системе вообще нет дела до жизней людей. Остальные три служанки в комнате тоже легли спать. Нин Шу молча повторяла мантру Непревзойдённых Боевых Искусств. Тук, тук, тук… В этот момент послышался стук в дверь. Этот перестук был очень ритмичным, словно это стучало сердце человека. - Эй, кто-нибудь, откройте дверь. Наверное чьей-то хозяйке что-то нужно, - сонным голосом сказала одна из служанок. - Наверняка это беременная леди Сун чего-то хочет. Вот чья это хозяйка, пусть та и открывает, - сказала ещё одна служанка. Хоть они так и говорили, все три служанки поднялись со своих постелей. Нин Шу была немного напугана звуком этого стука. Она внезапно почувствовала лёгкую тревогу и боязливость. Когда они увидели, что Нин Шу не шевелится, одна из горничных закатила глаза, глядя на Нин Шу, а потом обулась. - Я пойду открою. Она добавила яркости масляной лампе, а потом пошла открывать дверь. Дверь открылась со скрипом, и Нин Шу сразу посмотрела в сторону двери, тут же обнаружив, что та горничная, которая открывала дверь, упала на пол. Она не сопротивлялась или кричала от боли, она просто лежала на полу, словно больше не дышала. У Нин Шу ёкнуло сердце и она поспешно слезла с постели и подбежала к двери, даже не удосуживаясь обуться. Когда она приблизилась к двери, она тут же начала отступать обратно в комнату. Потому что прямо на неё была направлена чёрная темнота дула. Пистолет?!!! Сразу же после этого в комнату вошёл мужчина в чёрной ветровке. Полы его ветровки слегка трепетали, а всё его тело излучало очень безразличную ауру. Конкретно в этот момент он целился пистолетом в голову Нин Шу. Нин Шу: Σ(°△°)︴ Это… это же дядя! Дядя как обычно был одет в чёрную ветровку. В данный момент снаружи было темным темно, поэтому из-за этого он выглядел словно демон, крайне холодным и бесстрастным. У Нин Шу волосы встали дыбом, когда она оказалась под прицелом чёрного дула пистолета, даже её душа словно содрогнулась, как если бы она столкнулась с чем-то крайне ужасающим. Лицевые мускулы Нин Шу задрожали, а на лбу появился холодный пот. Когда ей в голову был направлен пистолет, она даже не могла собраться с духом, чтобы заговорить. Словно она была лягушкой, загипнотизированной взглядом ядовитой змеи. Это всё равно, что столкнуться с хищником. Нин Шу подняла руки, давая понять, что она сдаётся. Это же времена династии Цин, иметь при себе пистолет – это против правил! Как ты можешь быть таким своевольным?! Нин Шу была уверена, что в тот момент, как она пошевелится, она тут же будет убита. Дядя школьный доктор слегка поправил свои очки, а потом посмотрел на Нин Шу и поднял брови. - Получатель заданий среднего уровня? Хоть это и был вопрос, его голос прозвучал очень ровно, даже безразлично. Дядя школьный доктор отвёл пистолет от головы Нин Шу и указал им на двух других служанок в комнате. - Пожалуйста, отпустите меня! Я сейчас же покину этот мир! Я была неправа! Служанка упала на колени на пол и начала кланяться дяде школьному доктору, словно была полна сожалений. Её лицо было покрыто слезами с соплями. Нин Шу: Озадачена… Дядя школьный доктор поднял брови и сказал: - Ладно. - Спасибо! Горничная улыбнулась сквозь слёзы с облегчением, но в следующую секунду её выражение лица застыло, а её тело рухнуло на пол. На теле не было никаких травм, но она уже больше не дышала. Нин Шу даже не слышала звука выстрела. Она повернула свою задеревеневшую шею в сторону служанки, лежащей на полу, а потом обнаружила, что дядя школьный доктор смотрит на неё. Она тут же так перепугалась, что чуть не обмочилась. - Твоя очередь, - сказал дядя. Он нацелился на другую служанку, которая затряслась от страха, и нажал на спусковой крючок. Служанка умерла, не имея даже ни единого шанса на сопротивление. Лоб Нин Шу был покрыт потом, а все мускулы в её теле тряслись. Когда дядя посмотрел на неё, её лицевые мускулы начали дёргаться ещё сильнее. ---------- Столкнулась с Психопатом Даже сейчас выражение лица Нин Шу было как у озадаченной собаки. Краем глаза глянув на развевающуюся ветровку дяди, она мысленно закричала 2333: - Что это за ситуация?! Я, блять, столкнулась с психопатом! Что мне теперь делать? - Бежать? 2333 смог выдавить из себя лишь одно слово. Нынешний дядя был даже ещё более устрашающим, чем раньше, он казался даже ещё более извращённым. Нин Шу медленно начала отступать в сторону двери. Она не могла позволить себе быть убитой. Что будет с её заданием, если она будет убита? Если она умрёт, то ей придётся начинать всё с начала. А когда она снова захочет повышения до получателя заданий среднего уровня, ей понадобится в два раза больше очков. Ей и так-то непросто было стать получателем заданий среднего уровня, поэтому она должна завершить это задание несмотря ни на что. Кто же такой этот дядя? Дядя школьный доктор повернулся в сторону Нин Шу и безразличным голосом сказал: - Они все были стёрты, и стоять осталась только ты. Это до странного неуютное зрелище. Нин Шу: Σ(°△°)︴ ОКР дяди уже не спасти. Раз он уже убил троих и оставил стоять только одну, не лучше ли стереть их всех четверых?!! Какого хрена? Эта ситуация всерьёз была равнозначной тому, что она просто сидела дома, как вдруг сквозь крышу на неё упала катастрофа. - Я ничего не знаю, пожалуйста, отпустите меня? – сказала Нин Шу. Дядя глянул на Нин Шу, поправил свои очки, а потом просканировал взглядом комнату. Затем он спросил у Нин Шу: - Которая из постелей твоя? - Чего?! – Нин Шу уставилась на дядю школьного доктора округлившимися глазами. – Что вы сказали? - Должно быть, он хочет, чтобы ты предложила ему своё тело, вот почему он спрашивает, которая из постелей твоя, - прозвучал в голове Нин Шу голос 2333. Губы дяди школьного доктора слегка изогнулись, а его очки сверкнули холодным светом. От этого он выглядел супер извращённым, особенно стоя в этой комнате. Из-за его длинных ног вся комната казалась гораздо меньше. По какой-то причине Нин Шу почувствовала, что дядя услышал сказанное 2333. Изгиб его губы был просто ужасающим. Нин Шу поспешно указала на постель. - Я сплю тут. - Смахни пыль с постели, - тихо сказал дядя. Нин Шу: Σ(°△°)︴ Что он хочет сделать? Под пристальным присмотром дяди Нин Шу нагнулась над постелью, чтобы смахнуть пыль. Дядя школьный доктор сделал несколько шагов назад, с безразличным видом наблюдая за тем, как Нин Шу прибирает постель. - В-всё готово, - сказала Нин Шу, обращаясь к дяде, который сейчас играл со своим стволом. Дядя просто сел на постель и скрестил ноги, отчего его ноги стали казаться очень и очень длинными. Нин Шу тоже хотела сесть, и она попыталась подойти к дяде, но он лишь глянул на неё и сказал: - Соблюдай дистанцию. Нин Шу: … Её попа чуть не коснулась постели. У неё не оставалось иного выбора, кроме как неловко встать и спросить: - Хотите чаю? Я пойду, вскипячу воду и заварю чай. Дядя школьный доктор спокойно глянул на Нин Шу, но ничего не сказал. Нин Шу сделала несколько нерешительных шагов в сторону двери. Когда она увидела, что дядя школьный доктор не указывает на неё пистолетом, она тут же выбежала из комнаты, сверкая пятками. На помощь, аааа!!! Нин Шу бежала, словно сумасшедшая, до самой кухни, где заперла дверь и прислонилась к ней, тяжело дыша. Да срать она хотела на то, чтобы вскипятить воду. Она даже не смела возвращаться туда. Если она вернётся, то её могут убить. Она даже не знала, почему дядя убил тех получателей заданий? #комментарий анлейта: Аааах, дядя наконец-то появился~~~ Да ещё и в такой соблазнительной манере. :3 ---------- Почему Ты Называешь Его Дядей? Нин Шу постучала кулаками по своим ослабшим ногам, попутно спрашивая у 2333: - Что вообще происходит? - То, что ты и сама видела, другие три служанки тоже были получателями заданий, но они уже убиты, - сказал 2333. Какова вероятность того, что четыре получателя заданий проживают в одной комнате? Более того, она совсем не заметила, что они были получателями заданий. Вероятно, она не заметила этого потому, что они совсем не общались. - Почему их стёрли? Почему дядя их стёр? Нин Шу была в полном замешательстве. 2333 спросил: - Почему ты назвала его дядей? - Не в этом дело. Дело в том, что происходит вообще? Меня тоже сотрут? Нин Шу стёрла холодный пот со своего лба. - Те получатели заданий, вероятно, были получателями заданий продвинутого уровня. А это – экзаменационное задание получателей среднего уровня. Они не должны были приходить на экзаменационное задание среднего уровня, чтобы создавать проблемы, - сказал 2333. – Других причин я не вижу. Нин Шу причмокнула губами. - Получателей заданий можно вот так просто убить? Стать получателем заданий продвинутого уровня не так-то просто. Она едва только стала получателем заданий среднего уровня, и уже почувствовала высокую сложность. Кто-то там говорил, что им не хватает получателей заданий, но их уничтожают без какого-либо замешательства. - Они были просто какими-то получателями заданий продвинутого уровня. Они нарушили правила, установленные вышестоящим начальством, и не обладают способностью освободиться от системы. А создавать подобный беспорядок – это всё равно, что напрашиваться на смерть. Получатели заданий продвинутого уровня тоже всего лишь муравьи. Просто они муравьи, которые чуть больше и сильнее, - голос 2333 был холодным. Нин Шу почувствовала холодок в сердце. - Зачем получатели заданий продвинутого уровня пришли на экзаменационное задание среднего уровня? - Тут явно есть какие-то преимущества. Ты узнаешь об этих преимуществах в будущем. Это преимущество наверняка было достаточно большим, чтобы эти получатели заданий продвинутого уровня решили пойти на экзаменационное задание, несмотря на риск оказаться уничтоженными. А если бы он их не стёр, тогда кто бы их стёр? – равнодушным голосом сказал 2333. Нин Шу совсем не знала, что сказать. Она чувствовала, что стала сопричастной ко всему этому, даже несмотря на то, что к ней это не имело никакого отношения. Однако она стала свидетелем того, как три получателя заданий продвинутого уровня умерли прямо у неё на глазах. Её сердце трепетало, словно его погрузили в ледяную воду. Почему этот мир так опасен? Выполнять задания очень опасно, и тут даже есть сильные люди, которые могут уничтожить её одной атакой. К сожалению, нынче люди все выродились, пути мира поистине трудные. Нин Шу просидела на кухне всё это время. Она не смела возвращаться. Всё же, она не знала, вдруг дядя школьный доктор убьёт её из-за своего ОКР, поэтому она не смела рисковать. Честное слово, она была получателем заданий среднего уровня. Она не могла позволить себе такую ошибку, как быть убитой дядей. Каждый раз, как она продвигалась на одну ступеньку вверх, она обнаруживала, что выше неё есть ещё более сильные люди. Её душа почувствовала изнеможение. Дядя школьный доктор мог убивать получателей заданий. Это ясно давало понять, что у него очень высокий статус, так почему же она тогда в прошлом столкнулась с ним в мире низкого уровня? Нин Шу: Мне слишком страшно, чтобы возвращаться. Нин Шу почувствовала себя немного голодной, поэтому нашла на кухне несколько остывших пирогов. Съев два куска, она поперхнулась до такой степени, что у неё началась икота, поэтому она перестала есть. Она не знала, как долго она пробыла на кухне. Она планировала вернуться, как только убедится в том, что дядя ушёл. Она ни за что не собиралась тусить там с ним. Нин Шу осторожно заглянула в комнату через окно. Дядя школьный доктор, который должен был сидеть на постели, исчез. Люди, которые были до этого убиты, теперь были снова живы и ходили по комнате. ---------- Мир Действительно Полон Опасностей - Души изначальных хостов вернулись? – спросила Нин Шу. 2333 утвердительно хмыкнул. Нин Шу почувствовала облегчение. Она вошла в комнату и, когда те три увидели Нин Шу, одна из них спросила: - Куда это ты ходила так поздно ночью? - Ты же не ходила на какую-нибудь тайную встречу с кем-то, верно? – с насмешкой спросила другая служанка. Нин Шу ничего не сказала и просто легла на постель. Постель словно сохранила холодную атмосферу, после того, как на ней посидел дядя школьный доктор. У неё волосы встали дыбом, когда она легла на неё. Всё, что стояло перед её глазами – это чёрная ветровка и те линзы очков, которые сверкали холодным белым светом. Это выглядело так холодно и безразлично, что уровень извращённости явно был на максимуме… Эта маленькая малышка была напугана! Той ночью Нин Шу не очень хорошо спала, поэтому, когда она проснулась на следующее утро, у неё была лёгкая головная боль. Когда она увидела трёх служанок, ходящих по комнате, она вспомнила о том, что получатели заданий, которые были в их телах, теперь исчезли навсегда. Она невольно задрожала. Похоже, что мир действительно полон опасностей. Нин Шу была немного удручённой. Она была всерьёз напугана прошлой ночью. Она сказала 2333: - Внезапно всё стало таким бессмысленным. - Какой смысл тебе нужен? – спросил в ответ 2333. Нин Шу не знала, что сказать. - Чтобы что-то получить, ты должна от чего-то отказаться. Все хотят жить вечно, но не все могут. Некоторые люди отчаянно культивируют ради того, чтобы стать бессмертными, ради того, чтобы стать достаточно сильными и иметь возможность контролировать свою судьбу. В мире не бывает бесплатных завтраков. Ты напугана и чувствуешь страх потому, что ты недостаточно сильная, - сказал 2333. – Если ты хочешь сдаться, то я могу отменить связь между нами. - Что случится со мной, если ты это сделаешь? – спросила Нин Шу. 2333 серьёзно сказал: - Ты будешь уничтожена. Твоя изначальная душа перестанет существовать и человек по имени Нин Шу просто исчезнет. Ты больше не будешь существовать ни в каком мире, и у небесного закона не будет о тебе никакой информации. Нин Шу выдавила из себя смех. - Я просто пошутила. Я просто пыталась разрядить обстановку. - Путь получателя заданий – это дорога без возврата. Если ты попытаешься вернуться на полпути, то столкнёшься лишь с судьбой быть уничтоженной. У тебя уже нет иного выбора, кроме как продолжать взбираться вверх. Пока ты не уничтожена и не умерла на задании, ты обладаешь вечной жизнью, - 2333 снова спросил: - Ты хочешь сдаться? Голос 2333 был очень холодным. Нин Шу сделала глубокий вдох. - Когда это я вообще говорила, что собираюсь сдаваться? Я просто немного пожаловалась, а ты тут же начал без конца брюзжать. 2333 намеренно запугивал её. Нин Шу умылась, а потом отправилась прислуживать леди Сун. Когда она пришла во двор, она обнаружила, что леди Сун ещё даже не встала. Однако для всех леди из внутреннего двора уже было почти время идти выражать своё почтение главной супруге. Разве леди Сун не собирается выражать своё почтение главной супруге? Неужели она надеется на тот факт, что беременна, чтобы перестать приходить к главной супруге и желать ей доброго здоровья? Нин Шу встала у двери с тазиком воды и долгое время ждала. Было уже довольно поздно. Похоже, что леди Сун действительно не собирается выражать своё почтение главной супруге. Это же был всего лишь первый месяц беременности, так что ей не было трудно ходить. Более того, леди Сун была всего лишь наложницей. Если она продолжит полагаться на свою беременность как на оправдание, чтобы действовать неразумно, то проблемы не заставят себя ждать. Как же тяжело иметь хозяев, у которых в голове лёгкий беспорядок. Скрип Дверь открылась и вышла личная служанка леди Сун, Хун Мэй. Она глянула на Нин Шу, а потом взяла тазик для умывания из рук Нин Шу. Она посмотрела на Нин Шу, надменно подняла подбородок и сказала ей: - Иди во двор главной супруги и скажи, что леди не очень хорошо себя чувствует. Она почувствовала головокружение, когда проснулась этим утром. Иди и расскажи об этом главной супруге и извинись за тот факт, что леди не сможет сегодня прийти и выразить ей своё почтение. Нин Шу: (ノ*T_T *) ノ┴┴┴┴┴┴┴┴┴┴┴┴┴┴┴┴┴ Она ни за что не пойдёт выполнять такое задание для пушечного мяса! - Сестрица Хун Мэй, эта служанка должна помогать леди умываться. Как же эта служанка может показывать своё лицо перед всеми леди? – осторожно сказала Нин Шу. Хун Мэй ещё больше подняла свой подбородок. - По крайней мере, ты знаешь своё место. А теперь иди. Отправляйся во двор главной супруги и отчитайся перед ней. Иди скорее, а не то главная супруга будет винить леди, - сказала Хун Мэй, после чего ушла в комнату вместе с тазиком. ---------- Внутренний Двор Иньчжэня Нин Шу чувствовала себя мёртвой. Это было всерьёз грубо, выдавать ей подобное задание, и самое худшее тут в том, что она должна пойти. Она отправилась в сторону двора главной супруги. Она вошла в основной зал, ведомая служанкой. Как только она вошла в зал, она увидела несколько красивых женщин, сидящих в комнате. Леди Ула Нара сидела на почётном месте, и выглядела очень грациозной достойной. Нин Шу быстро вошла в комнату и с уважением сделала реверанс перед леди Ула Нара. - Эта служанка выражает своё почтение главной супруге. Прежде чем главная супруга успела что-либо сказать, женщина, сидящая в стороне, взяла на себя инициативу спросить: - Почему твоя леди ещё не пришла выразить своё почтение мадам? Нин Шу посмотрела на наложницу, которая с ней заговорила. Это была леди Гэн. Нин Шу сделала реверанс перед ней и сказала: - Леди Гэн, моя леди почувствовала слабость, когда проснулась этим утром и её это очень обеспокоило, поэтому она приказала этой служанке прийти и извиниться перед мадам. Пока Нин Шу говорила, она чуть ли не встала на корточки в своём реверансе. Её поведение было очень скромным и уважительным. Леди Ула Нара с лёгкой улыбкой сказала: - Всё в порядке. Раз леди Сун не очень хорошо, сходила ли ты за доктором? Нин Шу поспешно ответила: - Леди сказала, что она может потерпеть это, и что нет необходимости поднимать такую шумиху из-за этого. Она сказала, что не может делать то, что переходит границы её статуса. Леди Ула Нара всё это время улыбалась, поэтому Нин Шу не могла определить, злится ли та или нет. Леди Ула Нара предупредила Нин Шу: - Хорошенько позаботься о своей леди, и дай знать этой супруге, если вам что-нибудь нужно. - Спасибо, Мадам, - с уважением сказала Нин Шу. После этого леди Ула Нара позволила Нин Шу уйти. Выйдя из двора, Нин Шу шумно выдохнула. О, небеса, как же это было страшно. Она очень переживала, что её накажут в качестве примера. По ощущениям это было так, словно она совершила прогулку на краю жизни и смерти. У неё было время изучить женщин, находящихся в той комнате. Главная супруга Иньчжэня, леди Ула Нара, была благородной и величественной. Вторая супруга, Нянь Шилань, Леди Нянь, была прекрасной и деликатной, с нежным характером, который был характерен для женщин Хань. Леди Нянь родила троих сыновей и одну дочь, он все они умерли в детстве. Ещё там была леди Ниохужу, которая пока была всего лишь леди, и ещё юная леди Ниохужу. Кстати говоря, у Иньчжэня было не так уж много детей, которые смогли дожить до совершеннолетия. По сравнению с его отцом, господином Каном, у него действительно было слишком мало детей. Нин Шу вернулась во двор леди Сун и обнаружила, что леди Сун уже сидит за столом и завтракает. Стол был полон еды. Она заказала себе такой обильный пир так рано утром. Нин Шу почувствовала себя довольно беспомощно. Она подошла и сделала реверанс. Леди Сун отпила рисового отвара, вытерла губы платком, а потом спросила у Нин Шу: - Что сказала мадам? Нин Шу ответила: - Мадам ничего не сказала. Только лишь то, что вы должны присматривать за своим здоровьем. На лице леди Сун появилась улыбка, и она стала выглядеть очень довольной. Она сказала Хун Мэй: - Подари ей мою заколку. Хун Мэй выглядела так, словно ей не хочется этого делать, но она всё равно отправилась в спальню, чтобы принести заколку для Нин Шу. Эта заколка была сделана из нефрита. На ней было несколько тёмных пятен и дефектов, поэтому она почти ничего не стоила. Но в качестве награды для неё, этой служанки без статуса, это был очень ценный подарок. Нин Шу поспешно замахала руками сказала: - Это слишком ценный подарок, чтобы эта служанка могла его принять. - Бери, - сказала леди Сун. Она была очень довольной, когда увидела взволнованное выражение лица Нин Шу. Хун Мэй пихнула заколку в руки Нин Шу. Она стояла спиной к леди Сун, поэтому прошептала сквозь стиснутые зубы: - Леди дарует тебе её, так что просто бери. Наконец, Нин Шу приняла заколку. Когда она увидела, что взгляд Хун Мэй всё ещё оставался сфокусированным на заколке в её руке, она мысленно вздохнула. Потом она отдала заколку Хун Мэй. Заколка не стоила того, чтобы кто-то затаил на неё обиду из-за этого, так как сама заколка изначально не так уж много стоила. Поначалу Хун Мэй вежливо отказывалась, но потом приняла заколку, задрав подбородок. Как и следовало ожидать, какая хозяйка, такая и служанка. Хун Мэй, как и леди Сун, всегда становилась очень самодовольной и высокомерной, когда получала то, что хотела. Нин Шу чувствовала, что лучше, всё же, быть скромной служанкой. Беременность леди Сун не была беззаботной. Она постоянно чувствовала то недомогание тут, то что-то неприятное там. В любом случае, она создавала бесконечные проблемы. Женщине и без того неудобно быть беременной, но леди Сун возвела это на совершенно новый уровень. - Мяо Лин, иди и попроси принца прийти сюда. Эта леди не очень хорошо себя чувствует, - сказала Хун Мэй, обращаясь к Нин Шу. ---------- Принц Обладает Медицинскими Навыками? Нин Шу глянула на леди Сун, которая сидела на постели. В данный момент леди Сун потирала свой лоб, словно ей очень некомфортно. Нин Шу, с её поверхностными медицинскими навыками, считала, что леди Сун ещё не достигла той стадии, когда она должна чувствовать себя некомфортно. Для стадии созревания плода, когда она будет чувствовать утреннюю тошноту, было ещё рано. Леди Сун нужно было хорошенько позаботиться о своём здоровье и воспользоваться этим временем и есть более питательную еду, пока у неё не началась утренняя тошнота. Как только у неё начнётся утренняя тошнота, то всё будет очень болезненно. - Скорее, иди и приведи принца. Леди не очень хорошо, - Хун Мэй снова поторопила Нин Шу, когда увидела, что та не двигается. Нин Шу: … Почему они всё время заставляют её делать такие вещи? К тому же, Иньчжэнь не был доктором. Какой смысл звать его сюда? Полагаться на тот факт, что она была беременна и выпрашивать благосклонность – это всё равно что испытывать терпение и жалость Иньчжэня. - Иди скорее, чего ты всё ещё стоишь? Разве ты не видишь, что леди не очень хорошо себя чувствует? Выражение лица Хун Мэй стало очень строгим. Нин Шу изобразила понимание, а потом отправилась на поиски Иньчжэня. Нет, на самом деле, на поиски доктора. Нин Шу и не собиралась искать Иньчжэня, а просто отправилась первым делом оповестить главную супругу, что леди Сун чувствует себя нехорошо. Для подобных дел внутреннего двора люди должны обращаться к главной жене. Если она просто перескочит через главную супругу и отправится на поиски Иньчжэня, то это будет равнозначно тому, что она бросает вызов авторитету леди Ула Нара. Когда леди Ула Нара услышала, что леди Сун нехорошо себя чувствует, она сказала Нин Шу отправиться за доктором резиденции. Нин Шу пригласила доктора прийти и вернулась, чтобы сказать леди Сун: - Леди, принц не может прийти, так как у него есть дела. Однако, когда он услышал, что леди не очень хорошо себя чувствует, он был очень обеспокоен и тут же приказал этой служанке позвать доктора. Поначалу, когда леди Сун увидела, что Нин Шу не привела к ней принца, её цвет лица тут же стал уродливым. Она лишь неохотно приняла всё это, только когда услышала, что Нин Шу рассказала и позволила доктору проверить её пульс. - Леди, с вашим здоровьем всё хорошо. Беременность бывает немного неприятной, так что просто постарайтесь пребывать в хорошем настроении. Доктор ушёл после того, как проверил пульс и даже не выписал рецепт. А это говорило о том, что леди Сун была в полном порядке. Нин Шу почувствовала себя очень измотанной. Во время ужина Иньчжэнь пришёл навестить леди Сун и спросил: - Как ты себя чувствуешь? - Принц. Мне гораздо лучше, - сказала леди Сун, которая, похоже, была немного ошеломлена этой благосклонностью её господина. Она явно чувствовала, что сегодня отношение принца к ней было гораздо лучше. Он казался более нежным, чем обычно. Леди Сун просто списала это на тот факт, что она была беременна. Она верила, что принц относится к ней лучше из-за ребёнка. Иньчжэнь сказал леди Сун: - Ты здравомыслящий человек. Иньчжэнь хвалил леди Сун за то, что она не пошла сразу искать его, а вместо этого отправилась на поиски главной супруги. Леди Сун была немного в замешательстве, но она была очень рада почувствовать лёгкую нежность, идущую от Иньчжэня. Она была слишком рада, чтобы подумать о смысле слов Иньчжэня. После ужина Иньчжэнь собрался уходить, но леди Сун попросила его остаться. Иньчжэнь нахмурился и сказал ей хорошо следить за своим здоровьем, после чего ушёл. Леди Сун была немного растеряна. Всего мгновение назад принц был добрым, как же так вышло, что он внезапно снова стал холодным? Что касается Нин Шу, наблюдавшей за этим со стороны, она просто не знала, что сказать. ---------- Изображая Телефон Леди Сун осталась в озадаченном состоянии даже после того, как Иньчжэнь ушёл. Было ясно, что она понятия не имеет о том, что так огорчило принца. Но вот Нин Шу ясно всё видела. Иньчжэнь только что похвалил леди Сун за то, что она повела себя разумно, но в следующее же мгновение леди Сун попросила его остаться. Беременная наложница всё ещё просит своего мужчину остаться на ночь? Когда главная жена беременна и не может обслужить своего мужа, даже она вынуждена помогать своему мужу найти женщину. Однако чтобы наложница во время её беременности действительно просила своего мужчину остаться. Она явно не знала правил этикета. Более того, леди Сун изначально не была любимицей. Леди Сун немного разозлилась и смахнула всю еду со стола. Тарелки упали на пол, издавая скрежещущие звуки, пока они разбивались. Масло и вода смешались с разбитым фарфором, отчего на полу образовался полнейший беспорядок. Леди Сун была расстроена тем, что Иньчжэнь так резко сменил своё отношение. Вдобавок к её переменам в настроении из-за беременности, она начала впадать в крайности. Выместив свой гнев, леди Сун увидела беспорядок на полу, и на её лице промелькнуло раздражение. Она сказала Хун Мэй: - Прибери тут всё на полу и чтобы никто об этом не узнал. Хун Мэй повернулась к Нин Шу и сказала: - Мяо Лин, скорее прибери на полу. Нин Шу: … Просто нет слов. У Нин Шу не было иного выбора, кроме как начать убирать всё с пола. Там всё было покрыто жиром. Ей пришлось несколько раз вытереть пол, чтобы наконец-то отмыть его. - Ой! – внезапно закричала леди Сун. Её лицо стало взволнованным. - Мой живот болит! Мой живот болит! - Леди, леди… - на лице Хун Мэй была паника. – Леди, вы в порядке? Нин Шу отбросила в сторону платок, который она держала и подошла, чтобы проверить пульс леди Сун. И не обнаружила никакой проблемы. Глядя на выражение лица леди Сун, изображающее огромную боль, она практически лишилась дара речи. Не слишком ли она преувеличивает? Во время беременности вполне нормально чувствовать некоторую боль внизу живота, потому что тело ещё не адаптировалось к беременности. Спустя некоторое время станет легче. - Леди, всё в порядке, - Нин Шу попыталась успокоить леди Сун. Лицо леди Сун было бледным. - Но у меня болит живот. - Мяо Лин, ты же не доктор. Неужели ты думаешь, что можешь всё определить только потому, что ты проверила пульс, как это делает доктор? Иди и приведи доктора, - раздражённым голосом сказала Хун Мэй. - Мне немного страшно. Иди и позови принца, - слабым голосом сказал леди Сун Нин Шу. Нин Шу: … Было уже так поздно, и они уже вызывали сегодня доктора в течение дня. Прошло совсем немного времени, но они снова вызывают доктора. Нин Шу была изрядно раздражена. Это же явно ничего серьёзного. Почему леди Сун настаивает на том, чтобы привлекать к себе внимание подобным образом? Нин Шу сделала реверанс и сказала: - Эта служанка обучалась медицине у босоногого доктора, поэтому эта служанка немного знает о медицине. - Эта леди – почётная дворянка. Ты думаешь, что ты какой-то там чудесный доктор только потому, что немного училась у босоногого доктора? Можешь ли ты взять на себя ответственность за то, что задерживаешь её лечение? В её животе – старший сын принца! Нельзя допускать никаких ошибок, - Хун Мэй чуть ли не ткнула пальцем в нос Нин Шу. – Леди приказала тебе попросить принца прийти сюда, так чего же ты зря тратишь время? Нин Шу: Тут я беспомощна… - Давай скорее, разве ты не видишь, что леди плохо себя чувствует? – Хун Мэй подтолкнула Нин Шу. – Скорее, иди и позови принца. Нин Шу вздохнула, а потом повернулась и отправилась во двор леди Ула Нара. В это время леди Ула Нара уже готовилась лечь в постель. Когда она услышала, что пришла Нин Шу, она разрешила Нин Шу увидеться с ней. Однако голос её был слегка недовольным. - Что там опять случилось с твоей хозяйкой? Нин Шу слышала беспомощность в голосе леди Ула Нара. Она сделала реверанс и сказала: - Мадам, леди сказала, что у неё болит живот и она хочет увидеть доктора. Леди Ула Нара потёрла свой лоб. - Иди и найди доктора, эта супруга сходит и позовёт принца. Нин Шу кивнула и ушла в сторону резиденции доктора. Доктор тоже выглядел беспомощным, когда увидел Нин Шу, но всё равно взял свою аптечку и направился во двор леди Сун вместе с Нин Шу. ---------- Первый Ребёнок Принца - Я же сказала тебе позвать принца, принца! – закричала леди Сун, когда увидела, что Нин Шу входит с доктором. Она не увидела Иньчжэня, поэтому её цвет лица тут же стал хуже. - Что случилось? Иньчжэнь вошёл, а вслед за ним и леди Ула Нара. - Принц, - радостно воскликнула леди Сун. А потом она тут же заявила взволнованным тоном: - Принц, у меня очень болит живот. Иньчжэнь сел у постели и спокойно сказал: - С тобой всё будет в порядке. - Но принц, мне очень страшно, - сказала леди Сун, крепко держась за Иньчжэня. Голос Иньчжэня становился всё холоднее и холоднее, когда он спросил у доктора: - Как там леди Сун? Леди Ула Нара спокойно наблюдала за всем этим со стороны, не говоря ни слова. - С леди всё в порядке. Это нормально для беременной женщины. Леди просто нужно сфокусироваться на отдыхе и оставаться в хорошем настроении, - сказал доктор, качая головой. Иньчжэнь глянул на леди Сун. - Видишь? Ты в порядке. Отдохни как следует. Иньчжэнь нахмурился, пока разворачивался, после чего он сложил руки за спиной и ушёл. Леди Ура Нара сказала леди Сун: - Не нервничайте, леди Сун. Вы просто слишком напряжены. - Принц, принц… Когда леди Сун увидела, что Иньчжэнь уходит, она поспешно закричала ему в спину. Однако Иньчжэнь ушёл, не оглядываясь назад. Леди Сун почувствовала себя очень обиженной. Когда она услышала слова леди Ула Нара, она ответила: - Мадам, вы же раньше не были беременны. Ребёнок в моём животе – это первый ребёнок в этой резиденции, и у меня нет в этом опыта, вот почему я так обеспокоена. Во взгляде леди Ула Нара промелькнуло строгое выражение, но оно вскоре исчезло. Она с элегантностью сказала: - Раз это первый ребёнок принца, леди Сун, то вы должны хорошенько следить за своим здоровьем и родить принцу здорового ребёнка. После этого леди Ула Нара развернулась и ушла. Леди Сун чувствовала себя немного огорчённой. Она погладила свой живот. Конечно же она родит принцу здорового ребёнка. Более того, это будет старший сын принца. Пока Нин Шу наблюдала за этим со стороны, у неё челюсть чуть не отвалилась до самого пола. Эмоциональный интеллект леди Сун чуть не заставил её упасть на колени. Она думала, что все женщины, живущие во внутреннем дворце, были умными людьми, но похоже, что были ещё один-два человека, у которых винтиков в голове не хватало. И леди Сун была таким человеком. Она просто не могла сохранять своё хладнокровие. Только те, кто не реагируют перед лицом благосклонности и оскорбления, могут далеко зайти. С подобным характером леди Сун просто обречена быть пушечным мясом в борьбе этого внутреннего двора. Она использовала ребёнка в своём животе, чтобы спорить с главной женой. От такой уверенности Нин Шу чуть не уронила челюсть. Главной проблемой было то, что она всё ещё должна служить такой хозяйке. Не нужно объяснять, какой утомлённой она себя ощущала. - Хун Мэй, как думаешь, этот ребёнок мальчик или девочка? – спросила леди Сун. Хун Мэй тут же сказала: - Конечно же в животе леди Сун находится маленький мальчик. Он будет старшим сыном принца. Леди Сун погладила свой живот. - Ты только подожди, пока я рожу принцу ребёнка. Сын, мама на тебя рассчитывает! Нин Шу могла лишь мысленно вздохнуть. Ребёнок в животе леди Сун был девочкой. С чего они решили, что это мальчик? Леди Сун родит двоих детей за всю свою жизнь. Они оба будут девочками и оба умрут в детстве. После этого полного хлопот дня Нин Шу вернулась в свою комнату. Когда другие три служанки увидели Нин Шу, они тут же начали насмехаться над ней. По сути, они говорили о том, что её хозяйка, леди Сун, полагается на свою беременность, чтобы поднимать шумиху и набивать себе цену. - Разве это не просто беременность? - Чего это она такая самодовольная? Было предостаточно девушек-служанок, которые хотели взлететь на ветку и стать фениксом, поэтому все они презрительно относились к беременной леди Сун. Нин Шу легла на постель и положила подушку себе на голову. Она не хотела слушать эти слова зависти. Днём она должна прислуживать леди Сун, а ночью ей всё ещё приходится выслушивать такие вещи. Это было просто утомительно. #комментарий анлейта: Пока я это переводила, меня постоянно доставала реклама телефонной игры типа "Попробуйте войти в императорский дворец в качестве наложницы и пробейтесь наверх". Изначально у меня был нулевой интерес к подобным играм, но, пока я редактировала эту арку, мне стало немного любопытно, смогла бы я сделать правильный выбор в таких играх и стать вдовой-императрицей… ---------- Какие 365 Профессий? После того как прошло полтора месяца беременности, леди Сун начала чувствовать утреннюю тошноту. Её тело с самого начала было относительно слабым, поэтому, когда её начало тошнить, её здоровье стало ещё хуже. Она плакала, пока её рвало. Нин Шу держала плевательницу и наблюдала за тем, как тошнит леди Сун. Комната была наполнена кислым запахом. После того, как леди Сун перестало тошнить, Хун Мэй тут же принесла ей воды. Леди Сун прополоскала рот, а потом слабо легла на диван. Её лицо было бледным. - Скорее унеси всё это отсюда, - приказала Хун Мэй Нин Шу. - Поняла. Нин Шу вышла из комнаты с плевательницей рвоты. С такой скоростью Нин Шу действительно успеет опробовать все 365 профессий. А если серьёзно, то быть девушкой-служанкой с самым низким статусом, которая не имеет контроля над своей судьбой, очень усложняло выполнение задания. Нин Шу предположила, что это задание было предназначено для проверки характера получателя заданий. В каком бы положении ты ни находился, ты должен сохранять своё хладнокровие. Она должна уметь быть императрицей, попрошайкой, знаменитостью и даже мужчиной. После того, как она промыла плевательницу, прежде чем она успела вернуться в комнату, Хун Мэй вышла и сказала ей: - У хозяйки почти нет аппетита, так что пригласи принца на обед. Нин Шу мысленно прочитала очищающую сердце мантру и сказала себе не злиться, но она действительно чувствовала беспомощность. Подобное оправдание использовалось каждый раз и, к тому же, это она всегда отправлялась заниматься приглашением. На данный момент она уже была знакомым лицом для леди Ула Нара. Нин Шу чувствовала, что если всё продолжится таким образом, то её точно будет ждать трагичная судьба. С тех пор, как леди Сун забеременела, она перестала приходить выражать своё почтение главной супруге. И хотя Нин Шу всегда старалась сделать своё поведение очень и очень скромным, когда докладывала леди Ула Нара, она всё равно чувствовала, что леди Ула Нара раздражена. Теперь, когда у леди Сун действительно появилась утренняя тошнота, у неё было ещё больше причин не выражать своё почтение леди Ула Нара. Нин Шу чувствовала, что так это продолжаться не может. - Леди, вы пойдёте выражать своё почтение мадам? – спросила Нин Шу. Леди Сун стошнило сразу, как она проснулась, так что она должна быть в силах сходить и выразить своё почтение леди Ула Нара. Леди Сун слабо потёрла свой лоб. Вероятно потому, что она не чувствовала себя хорошо, но она даже не разозлилась на Нин Шу за то, что она сказала нечто подобное. - Мне действительно нехорошо. Я не могу рисковать, пока мой ребёнок не родится. Я должна родить старшего сына для принца. На самом деле леди Сун знала, что её поведение вышло немного за грань допустимого. Возможно потому, что она была первой женщиной в резиденции, которая забеременела, она невольно чувствовала гордость. Вот почему она пыталась привлечь к себе внимание подобным образом. Нин Шу почувствовала себя очень беспомощной, когда сказала: - Леди, вы первая, кто забеременел в этом внутреннем дворе. Если вы будете так делать, то остальные леди почувствуют недовольство. ---------- Навестить Главную Супругу Нин Шу объяснила всё очень просто. - Это не обычное время, поэтому, леди, вы должны быть более осторожны. Вам нужно быть более осторожной со своими словами и действиями. - Ты что, устраиваешь мне лекцию? Леди Сун глянула на Нин Шу, а потом положила руку на Хун Мэй и медленно поднялась. Нин Шу поспешно сделала реверанс и сказала: - Эта служанка не смеет устраивать вам лекцию, леди. Леди Сун заправила локон за ухо и тихо сказала: - Но ты права. Мне нужно быть более осторожной со своими действиями. Нин Шу была немного удивлена, а потом достала ароматный мешочек и сказала леди Сун: - Леди, я сделала этот ароматный мешочек. В нём содержатся апельсиновые корки и мята. Когда вы почувствуете головокружение или дискомфорт, то вы можете достать его и вдохнуть аромат. Он поможет успокоить ваш дискомфорт. Леди Сун кивнула, а потом стрельнула взглядом в Хун Мэй. Хун Мэй тут же подошла, чтобы принять мешочек. - Идём со мной навестить главную супругу, - сказала леди Сун, обращаясь к Нин Шу. Нин Шу тут же сделала реверанс. И вот так леди Сун взяла Хун Мэй и Нин Шу вместе с несколькими другими служанками и направилась во двор леди Ула Нара. Нин Шу увидела, что леди Сун очень преувеличенно поддерживает свою талию. Беременность ещё не была видимой, так зачем же она поддерживает так свою талию? У Нин Шу возникло дурное предчувствие на этот счёт. Леди Сун не выглядела так, словно она собирается выражать своё уважение, она выглядела так, словно она идёт туда покрасоваться. Нин Шу как раз была в процессе обдумывания этого, когда Хун Мэй подошла к ней и яростно прошептала на ухо: - Мяо Лин, перестань пытаться заискивать перед хозяйкой! Ты что, пытаешься стать личной служанкой? Эти слова были выдавлены сквозь зубы. Хун Мэй явно была зла на Нин Шу за то, что та добилась благосклонности леди Сун. Она решила, что это поведение было равносильно бросанию вызова её позиции. Нин Шу ничего не сказала и лишь натянула на лицо испуганное выражение. Хун Мэй презрительно поджала губы, удовлетворённая поведением Нин Шу. Затем она поспешно подошла, чтобы взять руку леди Сун и сказала: - Леди, позвольте этой служанке поддержать вас. Когда они прибыли во двор леди Ула Нара, все остальные леди уже пришли. Леди Сун радостно улыбнулась, когда вошла в комнату, поддерживая свою талию. Леди Сун не приходила выражать почтение с тех пор, как забеременела, поэтому её внезапное прибытие всех удивило. - Эта наложница выражает своё уважение мадам. Леди Сун сказала, что собирается выразить своё уважение, но она не сделала реверанс. Леди Ула Нара сказала: - Не нужно быть такой вежливой, идите и садитесь. Леди Ула Нара приказала своей служанке добавить подушку на стул леди Сун и леди Сун с радостью села. Леди Ула Нара спросила леди Сун о её здоровье. На протяжении всей беседы леди Сун продолжала гладить свой живот с болью, но и с радостью. От этого цвет лица остальных женщин стал хуже. Нин Шу держала голову опущенной, глядя по сторонам краем глаз. Когда она увидела самодовольное выражение лица леди Сун, она всерьёз лишилась дара речи. Затем она продолжила наблюдать за остальными женщинами. Леди Ула Нара всё это время улыбалась, поэтому было не очень понятно, злится она или нет. Кстати говоря, леди Ула Нара была не очень старой. Выглядела она максимум лет на семнадцать, но она была взрослой, имела устойчивый темперамент и была великодушной. С первого же взгляда было очевидно, что она была отличным выбором на должность главной жены. Ула Нара была крупной фамилией в Маньчжурии, и семья леди Ула Нара имела очень выдающийся статус. Тот факт, что господин Кан обручил такую женщину с Иньчжэнем, показывал, что он очень сильно заботится об Иньчжэне. Леди Ула Нара могла оставаться такой спокойной перед лицом провокации наложницы, поэтому это действительно показывало, что она умеет терпеть. Нин Шу начала уже сожалеть о том, что попросила леди Сун прийти и выразить своё почтение. С подобным поведением, лучше бы она вообще сюда не приходила. На самом деле, Нин Шу могла понять нынешний образ мышления леди Сун. Обычно она была совсем не в почёте. И хотя она была первой женщиной Иньчжэня, среди всех этих леди её присутствие едва ощущалось. Теперь, когда она была беременна первым ребёнком Иньчжэня, она невольно почувствовала самодовольство и радость от подобного внимания к ней. Хаах. Нин Шу вздохнула. Как бы там ни было, её главным приоритетом было гарантировать своё собственное выживание. У неё не было права говорить перед леди Сун. - Леди Сун, у вас довольно хорошая служанка. Меня успокаивает то, что такие, как она заботятся о вас, - сказала леди Ула Нара леди Сун. На лице леди Сун промелькнула подозрительность, когда она спросила: - Мадам, про какую служанку вы говорите? Леди Ула Нара посмотрела на Нин Шу с улыбкой на лице. - Как раз про ту девушку, что приходит сюда каждый день, чтобы выразить почтение от вашего лица. С первого же взгляда становится очевидно, что она – самая искренняя. У Нин Шу возникло дурное предчувствие. Почему внезапно разговор зашёл про неё? Обычно ничего хорошего в таком случае не происходит. ---------- Передавая Горячую Картошку Как тема разговора перешла на неё? Нин Шу поспешно сделала реверанс и испуганным голосом сказала: - Премного благодарна вам, мадам, за вашу похвалу. Эта служанка её не заслуживает. Леди Сун уставилась на Нин Шу, а потом сказала леди Ула Нара: - Она просто беспечная маленькая служанка. Как она может принять такую похвалу от вас, мадам? Леди Ула Нара погладила нефритовый браслет цвета белого овечьего жира, что был у неё на руке, а потом с улыбкой сказала: - Я думаю, что эта девушка довольно хорошая. Она всегда приходит выражать своё почтение вовремя каждый день. Нин Шу поспешно сказала: - Это моя леди приказала этой служанке делать так. Эта служанка просто выполняет инструкции своей леди. Охренеть, не может же быть, что она сейчас станет курицей, и что они планируют убить курицу, чтобы предупредить обезьяну? - Видите? Мне очень нравятся люди, которые знают, как наступать и отступать, - с улыбкой сказала леди Ула Нара. Цвет лица леди Сун стал немного хуже. Её взгляд уже был совсем не дружелюбным, когда она посмотрела на Нин Шу с подозрением во взгляде. Нин Шу: … Вот что это за ситуация такая? Неужели она сделала что-то такое, чем переступила свои границы дозволенного и тем самым позволила леди Ула Нара заметить её? Или она просто пытается предупредить леди Сун? Леди Сун выдавила из себя улыбку и сказала: - Раз мадам так сильно нравится эта девушка, то как насчёт того, чтобы я отдала эту девушку вам? Просто считайте это проявлением доброй воли этой наложницы. Позвольте этой девушке остаться с вами и служить вам. Нин Шу была ошеломлена и посмотрела на леди Сун. Она пытается скинуть Нин Шу и отдать её леди Ула Нара? - Леди… - воскликнула Нин Шу, обращаясь к леди Сун. Леди Сун нахмурилась, глядя на Нин Шу, а потом сказала леди Ула Нара: - Позвольте этой девушке служить вам, мадам. Леди Ула Нара сказала с улыбкой: - Хоть мне и нравится эта девушка, не могу же я украсть её у вас. Более того, мне спокойнее, когда такая искренняя девушка находится рядом с вами и заботится о вас. Когда леди Сун услышала слова леди Ула Нара, она снова глянула на Нин Шу. Теперь она уже точно не хотела оставлять Нин Шу при себе. Она сняла ароматный мешочек со своего пояса и передала его Хун Мэй, которая стояла позади неё. Это был тот мешочек, который Нин Шу дала ей чуть ранее. Тот факт, что она сейчас сняла мешочек, говорил о том, что она больше не доверяет Нин Шу. - Прошу, мадам, просто примите эту служанку, - с улыбкой сказала леди Сун. – Считайте это благодарностью этой наложницы за всю вашу заботу. Нин Шу: … Она действительно не знала, что сказать. Люди в комнате выглядели так, словно их это совершенно не волнует. Никто не вступился, чтобы сказать хоть слово за Нин Шу. Все видели, что Нин Шу была брошена леди Сун, своей хозяйкой. И леди Ула Нара использовала Нин Шу, чтобы атаковать леди Сун. После всей той работы, что она сделала, она всё равно оказалась пушечным мясом в домашнем конфликте. Она стала пушечным мясом в конфликте между двумя крупными фигурами. ---------- Смена Хозяек Наконец-то Нин Шу поняла истинную сложность этого задания. Как служанке, которая не может даже контролировать свою собственную судьбу, просто выжить уже было огромным испытанием. Борьба между женщинами всегда была наиболее страшной. В ней поистине существовало убийство без единого следа крови. Нин Шу просто стояла, не шелохнувшись. В любом случае, всё уже дошло до этого. Если тут действительно будет угроза для её жизни, основываясь на её боевых искусствах, она точно сможет сбежать. Леди Ула Нара и леди Сун улыбались друг другу. Леди Ула Нара улыбалась грациозно, но вот улыбка леди Сун была немного напряжённой. - Мадам, эта наложница думает, что эта девушка очень приятная. Почему бы вам не отдать её мне? Мне как раз нужна дополнительная девушка для мелких поручений, - внезапно заговорила ещё одна женщина. Нин Шу посмотрела в сторону этой женщины. Это была леди Ниохужу. Леди Ниохужу заговорила только сейчас, чтобы разрешить сложившуюся тупиковую ситуацию. Леди Ула Нара, эта главная жена, явно не хотела принимать служанку наложницы, но леди Сун тоже не хотела оставлять у себя Нин Шу. Одна не хотела служанку, а другая пыталась насильно подарить свою служанку. - Это будет зависеть от того, что думает леди Сун. Всё же, эта девушка принадлежит леди Сун, - тихо сказала леди Ула Нара. Нин Шу чувствовала прохладу в голосе леди Ула Нара, когда та говорила с леди Ниохужу. - Старшая сестра, ты просто очень добрая или тебе действительно понравилась эта девушка? Деликатная женщина, сидящая рядом с леди Ниохужу, посмотрела в сторону Нин Шу, подперев свой подбородок. - Как тебя зовут? - Эту служанку зовут Мяо Лин. Эта служанка выражает своё почтение. Нин Шу сделала реверанс перед юной леди Ниохужу. Как было известно по истории, эта женщина была младшей сестрой леди Ниохужу. Она была сестрой, рождённой от наложницы. Вскоре после того, как леди Ниохужу вошла в эту резиденцию, юная леди Ниохужу тоже присоединилась к ней. А это означало, что в данный момент в резиденции было две леди Ниохужу. - Ну, хватит уже. Это же всего лишь вопрос о служанке. Леди Сун, просто позвольте ей и дальше служить вам. Всё же, она принадлежит вам. Если вы будете вот так спихивать её другим людям, то девушка тоже будет себя ужасно чувствовать, - с улыбкой сказала леди Ула Нара. Цвет лица леди Сун стал хуже. Она посмотрела в сторону леди Ниохужу и сказала: - Младшая сестра, раз вам нравится эта девушка, то старшая сестра отдаст её вам. Леди Сун полагалась на тот факт, что она была первой женщиной Иньчжэня, поэтому обращалась ко всем остальным леди, которые присоединились к резиденции после неё, как к младшим сёстрам. На лице леди Ниохужу промелькнуло удивление. Она явно не ожидала, что леди Сун всерьёз настроена на то, чтобы отдать эту девушку. Леди Сун даже отдавала её с таким уверенным поведением. Нин Шу чувствовала себя довольно беспомощной. Она глянула на леди Сун. Было ясно, что она уже больше не сможет вернуться к леди Сун. Пары небрежных слов леди Ула Нара было достаточно, чтобы леди Сун начала подозревать в ней шпионку и отказывалась возвращаться с ней. - Тогда я благодарю вас, старшая сестра. У леди Ниохужу не было иного выбора, кроме как принять Нин Шу. В её выражении лица читались следы беспомощности. - Спасибо вам, леди. Нин Шу сделала реверанс в сторону леди Ниохужу. Леди Ниохужу кивнула в сторону Нин Шу. Нин Шу подошла, чтобы встать рядом с леди Ниохужу, после чего тихо опустила голову. - Поздравляю, старшая сестра, ты наконец-то получила служанку, которая тебе так нравится, - сладким голосом сказала юная леди Ниохужу, которая сидела рядом с леди Ниохужу. Леди Ниохужу лишь улыбнулась и ничего не сказала. Нин Шу чувствовала себя очень жалкой. Всего одна прогулка в главный двор, и она уже сменила хозяек. Она уже сдалась по поводу выполнения этого задания. Ей было достаточно просто выжить. Леди Сун отдала её, не говоря ни слова, но она и изначально была холодным и безразличным человеком. Нин Шу пыталась сделать так, чтобы леди Сун ей доверяла, но леди Сун вообще не обратила на неё внимание. Теперь всё стало несколько труднее. Даже если она и переехала во двор леди Ниохужу, ей всё равно не будут доверять. Можно забыть о задании. Ей будет достаточно, если она сможет выжить в этом дворе. Она не хотела больше иметь дела с леди Сун. Даже если задание будет провалено, пока она останется в живых, степень выполнения задания будет 60%. Ей не было причин становиться толстокожей и продолжать переживать за леди Сун после того, как та с ней обошлась подобным образом. В любом случае, даже если она будет переживать, леди Сун не обязательно примет её добрую волю. Нин Шу глянула на леди Сун, которая выглядела так, словно с её плеч сняли тяжёлую ношу. Нин Шу раздражённо поджала губы, а потом перестала смотреть на леди Сун. Леди Ула Нара улыбнулась и сказала: - Ладно, вы все можете возвращаться к себе. Все леди сделали реверанс перед леди Ула Нара, а потом покинули двор. Нин Шу опустила голову и последовала за леди Ниохужу в самом конце процессии. Леди Ниохужу, которая шла впереди, внезапно остановилась и развернулась, чтобы посмотреть на Нин Шу. - Подойди сюда. Нин Шу подошла к ней, опустив голову, и сделала реверанс. - Леди. - Вне зависимости от того, кому ты принадлежала, ты теперь следуешь за мной, так что, естественно, ты под моей крышей. Пока ты верна мне, я буду хорошо к тебе относиться, - сказала леди Ниохужу, глядя на Нин Шу. Теперь на её лице уже больше не было прежнего выражения беспомощности, когда её заставили принять служанку. Нин Шу сказала: - Эта служанка понимает. Эта служанка обязательно будет выполнять свои обязанности как положено. ---------- Вдохновляющая Женщина - Мне не нравятся люди, которые ведут себя нерешительно. С этих пор, ты принадлежишь мне, так что, естественно, я буду хорошо о тебе заботиться, - тихо сказала леди Ниохужу. Нин Шу знала, что леди Ниохужу предупреждала её, поэтому она сделала реверанс и сказала: - Эта служанка понимает. Леди Ниохужу улыбнулась, а потом сняла со своего запястья нефритовый браслет и вложила его в руку Нин Шу. Она сказала: - Это мой приветственный подарок тебе. Нин Шу глянула на браслет. Это был браслет изысканной императорской супруги. С первого же взгляда было очевидно, что это нечто очень ценное. Нин Шу поспешно сказала: - Эта служанка не может его принять. - Бери его, - беспечно сказала леди Ниохужу. Браслет такой ценности не был тем, что может носить человек её статуса служанки. - Статус этой служанки очень скромный, поэтому она действительно не может принять столь ценную награду. Нин Шу не хотела принимать браслет. Леди Ниохужу стала выглядеть недовольной. - Я теперь твоя хозяйка. Раз я даю его тебе, то ты должна просто принять его с лёгким сердцем. - Эта служанка благодарит Леди за этот подарок. Нин Шу приняла браслет. Когда Нин Шу посмотрела на браслет в её руке, она невольно вздохнула от восхищения. Чего и следовало ожидать от женщины, которая смогла прожить на видном месте, на протяжении трёх династий подряд. Она была повышена со статуса леди из резиденции в вассальном государстве до императорской супруги, а потом стала императрицей, и, наконец, вдовой императрицей. Она дожила до пожилого возраста 86 лет, прежде чем наконец-то скончалась. Она дожила до тех пор, пока главная жена не умерла и тогда стал императрицей. Она дожила, когда умерла леди Нянь, которую Иньчжэнь очень сильно любил, и после этого стала одной из самых важных женщин для Иньчжэня. Наконец, она дожила до времени, когда сам Иньчжэнь умер и стала вдовой-императрицей. По её жизни можно было даже написать пьесу вдохновляющей женщины. Подобная комбинация грации и престижа были гораздо более искусными, чем те способы, к которым прибегала леди Сун. Хоть способы леди Ниохужу справляться с различными делами и были сейчас немного незрелыми, но ей было всего лишь 15 лет. Можно было разглядеть затаённые намерения, которые она таила. Нин Шу сочла это задание очень хлопотным. Леди Сун была совсем не такой, как её прежний яндере хозяин. Сюань Хунюй считал Одиннадцатую просто инструментом. Он бы выбросил бесполезный инструмент или инструмент, который сломался и который больше нельзя использовать. Он бы на полную использовал всё, что попадается ему в руки. Однако если посмотреть на то, что произошло сейчас, то леди Сун её выбросила. Она была выброшена целью её задания. Маленькая фигурка эго в сердце Нин Шу в ярости колотила кулаками по земле. Какого хрена?! А леди Ниохужу только что предупредила её, чтобы она не пыталась ничего сделать. Внутренний двор был не такой уж большой, поэтому все узнавали обо всех происходящих мелочах. Она больше не сможет общаться с леди Сун или с людьми из её двора. А иначе, когда придёт время, леди Ниохужу ни за что её не оставит. Её нынешнее задание было понижено просто до выживания во внутреннем дворе. Даже если она и хотела присматривать за леди Сун, она не могла этого сделать. Нин Шу переехала из того дома, в котором жила, и служанка леди Ниохужу назначила ей комнату чуть получше. Нин Шу спросила у служанки леди Ниохужу: - Старшая сестра, что я должна делать? ---------- Новая Карьера - Это зависит от того, на что тебя назначили, - тихо сказала служанка. Нин Шу почувствовала, что все обитатели двора леди Ниохужу были немного холодно настроены по отношению к ней. Вероятно, они были настороже из-за неё, так как она была посторонней. Раз ей ничего конкретного не говорили делать, она была совершенно безработной. Поэтому у неё не осталось иного выбора, кроме как найти чем себя занять, вроде того, чтобы подносить воду или прибирать в комнате. В этом и была разница между "быть одной из них" и "не быть одной из них". Она была служанкой леди Сун, поэтому, если леди Ниохужу доверится ей, то это будет означать, что у леди Ниохужу мозги прожарены. Нин Шу было довольно просто пребывать во дворе леди Ниохужу. А что касается задания, то она может делать его лишь постепенно. - Мяо Лин, леди тебя ищет, - сказала служанка Нин Шу на следующий день. Нин Шу немного привела в порядок свою одежду, а потом отправилась повидать леди Ниохужу. К этому времени леди Ниохужу была посреди процесса умывания. Скоро она пойдёт выражать своё почтение главной супруге. Когда она увидела Нин Шу, она сказала: - Мяо Лин, пойдёшь сегодня со мной навещать главную супругу. Нин Шу была немного удивлена, а потом сделала реверанс, обозначая, что она поняла. Она отправилась вместе с леди Ниохужу в главный двор. Когда леди Ула Нара увидела Нин Шу, она с улыбкой спросила: - Как тебе живётся у леди Ниохужу? Лицевые мускулы Нин Шу сократились, а потом она поспешила сделать реверанс и сказала: - Премного благодарна, Мадам, за ваше беспокойство. Оживлённый взгляд юной леди Ниохужу метался между леди Ниохужу и Нин Шу. Она спросила у леди Ниохужу: - Старшей сестре действительно понравилась эта девушка? Леди Ниохужу ответила со слабой улыбкой: - Эта девушка довольно приятная, как и говорила Мадам. Леди Ула Нара улыбнулась и ничего не сказала. Юная леди Ниохужу продолжила изучать Нин Шу хитрым и озорным взглядом. Нин Шу никак не могла понять. Она была просто служанкой. С какой стати этим людям вообще уделять ей внимание? Нин Шу тайком глянула на леди Ниохужу. Леди Ниохужу просто улыбалась и ничего не говорила. Внезапно у Нин Шу возникло дурное предчувствие. Пока эти леди болтали, Нин Шу делала всё, что в её силах, чтобы уменьшить своё чувство присутствия. После этого Нин Шу последовала за леди Ниохужу обратно во двор. Тун Юй, личная служанка леди Ниохужу сказала Нин Шу: - С этих пор ты будешь заниматься уборкой двора и домов. Однако внутрь дома тебе заходить не разрешается. Ей нельзя заходить в дом? Нин Шу поспешно сделала реверанс. - Эта служанка поняла. Спасибо, старшая сестра Тун Юй. И вот так Нин Шу начала карьеру служанки, подметающей полы. Ей сказали прибираться только во дворе и в коридорах. Ей не разрешили входить внутрь, а это давало понять, что ей не доверяли. Однако леди Ниохужу всегда вела себя так, словно она очень доверяет Нин Шу, когда они были перед леди Ула Нара и другими леди. Это серьёзно приводило в замешательство. Нин Шу продолжала следить за ситуацией с леди Сун. Её утренняя тошнота становилась всё более и более серьёзной. Её так сильно тошнило, что она ничего не могла переварить, и её здоровье было крайне слабым. Утренняя тошнота была обычным явлением в беременности, приём лекарств тут не поможет. На кухне уже изо всех сил пытались сделать аппетитные блюда, но леди Сун просто не могла их переварить. Когда леди Сун чувствовала себя плохо, она отправляла кого-нибудь за Иньчжэнем. В отличие от Нин Шу, эти люди не докладывали обо всём сначала леди Ула Нара, а просто сразу шли приглашать Иньчжэня. Сколько раз за день его можно было пригласить? Определённо как минимум три раза, на завтрак, обед и ужин. Иньчжэнь был серьёзно раздражён, но леди Сун каждый раз использовала ребёнка в качестве оправдания. Из-за этого у Иньчжэня не было иного выбора, кроме как приходить навещать леди Сун. Если он не придёт, то его будут называть бессердечным. К тому же, это был его первый ребёнок. Иньчжэнь невольно жаждал его увидеть. У Иньчжэня действительно было мало детей. У всех остальных принцев уже были дети, но у него был только один, и поэтому он действительно хотел, чтобы этот ребёнок родился благополучно. Леди Сун использовала эту причину, чтобы снова приглашать Иньчжэня, а потом продолжала использовать её снова и снова. Ладно, если использовать её всего несколько раз, но после столь многих раз это может утомить людей. Иньчжэнь был умным человеком, поэтому как он мог не догадаться, что леди Сун пытается использовать своего ребёнка, чтобы добиться его расположения? Ему от этого было уже тошно. Поэтому, когда леди Сун снова отправила кого-то на поиски Иньчжэня, Иньчжэнь прямо сказал её служанке, чтобы она пошла к доктору. Он же не был доктором, поэтому, если он придёт, то это будет бесполезно. Леди Сун была очень зла, когда ей не удалось в очередной раз пригласить Иньчжэня. Из-за этого и трудностей беременности она почувствовала себя очень обиженной. Она плакала, пока её тошнило. В любом случае, леди Сун стала кем-то вроде сенсации с тех пор, как забеременела. Вся резиденция знала об этом и некоторые люди насмехались над ней у неё за спиной, говоря, что им бы хотелось увидеть, что за золотое яйцо она родит. Однако леди Сун была очень уверена в том, что ребёнок в её животе – это мальчик, что её ребёнок будет старшим сыном Иньчжэня. ---------- Наконец Пришла Пора Рожать Нин Шу излучала очень слабое чувство присутствия во дворе леди Ниохужу. Однако она всё равно чувствовала, что за ней кто-то следит. Нет, если быть точным, то это было больше похоже на то, что за ней наблюдают. Вероятно, они наблюдали за тем, ведёт ли она себя честно. Нин Шу не стала обращать на это внимание и просто сфокусировалась на том, что она должна делать. Она всё равно не планировала сейчас ничего делать. Леди Сун ещё долго продолжала создавать шумиху. Наконец, пришло время рожать, и это даже произошло посреди ночи. Её пронзительные крики были такими громкими, что их было слышно во всей резиденции. Леди Ниохужу встала и отправилась во двор леди Сун. Все леди внутреннего двора были там, и даже Иньчжэнь и леди Ула Нара присутствовали. Иньчжэнь выглядел немного обеспокоенным, отчего его обычное холодное выражение лица было ещё холоднее. Леди Ула Нара утешила Иньчжэня, сказав: - Принц, с леди Сун всё обязательно будет хорошо. Она обязательно сможет родить тебе ребёнка без проблем. Иньчжэнь взял леди Ула Нара за руку и сказал с намёком на тепло в голосе: - Мадам, вам стоит вернуться и лечь спать. Достаточно будет и того, что я тут подожду. - Я буду ждать с вами. Леди Ула Нара скромно улыбнулась, а потом сказала служанке леди Сун: - Передай повитухе, что если ребёнок благополучно издаст первый крик и если оба, и мать, и ребёнок, будут в безопасности, то награда будет удвоена. Иньчжэнь погладил леди Ула Нара по руке. - Мне поистине повезло иметь такую главную жену, как ты. Леди Ула Нара просто улыбнулась. Атмосфера между Иньчжэнем и леди Ула Нара была спокойной. И хотя в ней не было сильных чувств, она была очень мирной и уважительной. С первого же взгляда было ясно, что они были гармоничной парой. Леди Сун уже очень долго рожала, но ребёнок всё никак не выходил. Звуки её криков становились всё слабее и слабее. Поначалу, Нин Шу, которая стояла во дворе, могла слышать крики леди Сун, но теперь она едва их слышала. Теперь уже было под вопросом, сможет ли ребёнок вообще благополучно родиться. Нин Шу не забыла о своём задании убедиться в том, что ребёнок леди Сун благополучно родится и не умрёт в юном возрасте. К этому времени небо на горизонте уже начало светлеть. Когда на то, чтобы вытолкать из себя ребёнка, уходит так много времени, то это может навредить ребёнку. Нин Шу всё обдумала, а потом решила отправиться на помощь. Но первым делом она заговорила с леди Ниохужу, её нынешней хозяйкой. - Леди, эта служанка немного знает о медицине. Можно эта служанка зайдёт внутрь и посмотрит, чем можно помочь леди Сун? Леди Ниохужу глянула на Нин Шу, а потом прошептала: - Ты уверена? Если ребёнок сможет родиться, тогда всё будет в порядке, но если ребёнок не сможет родиться, тогда это может даже сказаться на ней. - Эта служанка постарается изо всех сил, - сказала Нин Шу, поклонившись. – Леди Сун всё ещё не родила благополучно. Если всё продолжит затягиваться, то, скорее всего, возникнет родовая травма. Леди Ниохужу была в лёгком замешательстве. А что если у служанки ничего не получится? - Леди, прошу, позвольте этой служанке попробовать. Нин Шу посмотрела в сторону комнаты. Крики становились всё слабее и слабее, и служанки выносили один за другим тазы с кровавой водой. Леди Ниохужу сделала глубокий вдох, а потом глянула на Нин Шу, прежде чем заговорить с леди Ула Нара и Иньчжэнем. - Принц, Мадам, служанка этой наложницы немного знает о медицине. Почему бы не позволить ей войти и взглянуть, чем можно помочь? ---------- Помогла Родить Иньчжэнь уже был крайне на взводе, поэтому, когда он услышал, что сказала леди Ниохужу, он нахмурился. - Она всего лишь служанка, которая немного знает о медицине. Она не должна заходить туда и не создавать ещё больше проблем. На лице леди Ниохужу промелькнули следы неестественности. - Эта наложница заговорила без дозволения. Нин Шу почувствовала себя довольно беспомощной. Похоже, что она не сможет попасть внутрь. Повитуха приподняла занавеску и поспешно вышла, чтобы встать на колени пред Иньчжэнем. Она испуганно сказала: - Принц, у леди трудные роды. Показалась только ножка ребёнка. Иньчжэнь на мгновение ошалел, а потом вытер лицо и холодно сказала: - Сделай всё, что можно, для спасения ребёнка. - Леди, позвольте этой служанке попробовать. Нин Шу теперь уже действительно паниковала. Леди Ниохужу раздражённо прошептала: - Ты же слышала, что она сказала. Трудные роды! Нин Шу слышала тихие стоны леди Сун, доносящиеся из комнаты. Она казалась очень слабой. Леди Ниохужу раздражённо потёрла свой лоб, но потом всё же обратилась к Иньчжэню: - Принц, просто позвольте служанке этой наложницы попробовать помочь. Иньчжэнь махнул рукой, даже не поднимая голову, позволяя Нин Шу войти. Было ясно, что он теперь был уже в достаточно отчаянии, чтобы попробовать что угодно. Как только Нин Шу подняла занавеску, её накрыло вонью крови. Леди Сун лежала на постели и слабо стонала от боли, а её лицо было бледным. Нин Шу глянула вниз и увидела, что первой вышла ножка ребёнка. Если она не исправит положение ребёнка, то тот ни за что не сможет родиться. В древней эпохе не существовало технологии кесарево сечение. Если она разрежет чей-то живот без обезболивающих средств, пациент просто умрёт от боли. Нин Шу достала женьшень из коробки, нарезала его на части и положила в рот леди Сун. После этого она достала иглу для вышивания, чтобы уколоть ножку ребёнка. Но прежде чем она успела это сделать, повитуха схватила её за руку и потребовала ответа: - Что ты делаешь? Нин Шу стряхнула руку повитухи и уколола ножку ребёнка иглой. На ножке тут же появилась капля крови и после этого ножка спряталась внутрь. Когда ребёнок убрал ножку, леди Сун застонала от боли. Её цвет лица стал ещё более бледным, а на лбу появились крупные капли пота. Личная служанка леди Сун, Хун Мэй, в данный момент помогала вытирать пот. Нин Шу почувствовала облегчение, что ножка вернулась в живот леди Сун. Затем она положила руки на живот, чтобы изменить положение ребёнка. Это было впервые, когда Нин Шу помогала женщине рожать, поэтому она тоже изрядно нервничала. Остальные повитухи теперь тоже помогали ей. - Ах… Леди Сун закричала от боли. Нин Шу была так занята, что вся вспотела. Свечи в комнате уже выгорели дотла, а небо уже стало светлым. Однако, к счастью, ребёнок леди Сун благополучно родился. Это была очень тощая девочка. После того, как она вышла, она лишь вскрикнула несколько раз, после чего закрыла глаза и уснула. Нин Шу вытерла кровавые потёки с ребёнка, а потом завернула её в ткань. Повитуха взяла ребёнка у Нин Шу и подняла занавеску, чтобы выйти наружу и доложить эту радостную новость. Нин Шу взяла серебряную иглу из аптечки доктора и сделала леди Сун несколько уколов акупунктуры, прежде чем поднять занавеску, выйти и вернуться к леди Ниохужу. Леди Ниохужу с лёгким удивлением посмотрела на Нин Шу и прошептала: - С леди Сун всё хорошо? - Она в порядке. Иньчжэнь был немного разочарован обнаружить, что ребёнок был девочкой. Когда он увидел, что ребёнок был крайне худым и слабым, его брови нахмурились ещё больше. Эта девочка была тощей и слабой. К тому же, пока леди Сун была беременной, она не заботилась о своём здоровье, а продолжала поднимать шумиху, поэтому девочка родилась истощённой. Когда доктор сказал, что за ребёнком нужно внимательно присматривать, Иньчжэнь раздражённо потёр свой лоб. Он не спал всю ночь, а теперь ещё и был разочарован, поэтому он просто развернулся и ушёл. Леди Ула Нара сказала людям во дворе хорошенько позаботиться о леди Сун. Леди Ула Нара ушла, поэтому остальные наложницы тоже ушли. Леди Ниохужу глянула на Нин Шу, а потом покинула двор леди Сун. - Мяо Лин, ты действительно знаешь медицину. Как ты это сделала? – спросила леди Ниохужу. Нин Шу просто сказала, что она уколола ножку ребёнка иголкой. Леди Ниохужу долгое время смотрела на Нин Шу. - Если у тебя такие способности, то почему леди Сун захотела от тебя избавиться? Нин Шу снова почувствовала себя довольно беспомощной, когда была поднята эта тема, и она сказала: - Леди Сун не понравилась эта служанка. Леди Ниохужу улыбнулась и больше ничего не сказала. После того, как она вернулась к себе во двор, она не стала ложиться спать, а место этого немного привела себя в порядок, а потом отправилась выражать своё почтение леди Ула Нара. Всем, кто приходил выражать своё почтение, леди Ула Нара говорила возвращаться. Всё же, они все не спали всю ночь. ---------- Как Это Может Быть Девочка? Как только леди Сун проснулась, она захотела увидеть своего ребёнка. Когда она узнала, что ребёнок был девочкой, она была ошеломлена. Она схватила Хун Мэй за руку и спросила: - Как это может быть девочка? Разве это не мальчик? Леди Сун всегда верила, что в её животе мальчик, и что он будет старшим сыном принца. Однако ребёнок оказался девочкой! Как такое может быть? Это было невозможно! Кормилица принесла ей маленькую леди. Леди Сун глянула на худого ребёнка в пелёнках и обнаружила, что этот ребёнок был ещё и очень уродливым. Она была немного взволнована, когда развязывала пелёнки. Когда она увидела отличительные характеристики девочки, её фигура словно потеряла стержень и обмякла. Когда Хун Мэй увидела, что леди Сун в отчаянии, она поспешно сказала ей: - Леди, всё должно сначала расцвести, прежде чем принести плоды. Леди, вы обязательно сможете родить маленького принца. Леди, вам сейчас нужно как следует восстановиться, а потом родить сына для принца. - Унесите этого ребёнка, - сказала леди Сун кормилице, а потом снова легла и отвернулась. Леди Сун была крайне разочарована. Ей было так больно. Она так много страдала, что чувствовала, словно потеряла половину своей жизни, но, в итоге, родила просто девочку. Пока леди Сун лежала на постели, она слышала перешёптывания служанок снаружи. Они все говорили о том, что она требовала, чтобы к ней относились с таким уважением и баловали заботой, но, в итоге, родила девочку. На протяжении послеродового периода леди Сун ни разу не захотела увидеть свою собственную дочь и просто оставила её кормилице. Она была зла на этого ребёнка, а также затаила обиду на свой живот за то, что тот не родил сына. Возможно, леди Сун послужила катализатором, потому что остальные женщины внутреннего двора тоже начали беременеть. В этот раз это была главная супруга леди Ула Нара, которой тоже диагностировали беременность. Когда Иньчжэнь узнал об этом, он отправил все питательные тоники со своего хранилища во двор леди Ула Нара и приказал доктору проверять её пульс раз в три дня. Леди Ула Нара была беремена ребёнком прямой родословной, поэтому вполне естественно, что Иньчжэнь так заботился о ней. Когда леди Сун узнала об этом, она разозлилась чуть ли не до смерти. Она не видела, чтобы принц был так обеспокоен, когда она была беременной. Это всё было потому, что ребёнок в её животе не был сыном. Леди Ула Нара уделяла большое внимание ребёнку в её животе и передала все полномочия по управлению внутренним двором второй супруге, леди Нянь. Она сказала всем леди внутреннего двора, что им не нужно больше приходить выражать ей своё почтение, потому что она хочет сфокусироваться на беременности. Всё остальное её больше не волновало. Она была довольно рассудительной, раз просто передала полномочия по управлению внутренним двором. Это был довольно смелый ход. Однако у Нин Шу теперь было новое задание, а именно, прийти посреди ночи на кухню, чтобы вскипятить козьего молока, пока все спят. После этого она прокралась в комнату к маленькой леди с козьим молоком. Кормилица лежала на постели, громко храпя, в то время как маленькая леди ёрзала в колыбели. Нин Шу тихо поставила козье молоко на стол, чтобы дать ему остыть. Она принесла воду, чтобы вытереть ребёнка. Сейчас было лето, поэтому тело ребёнка было покрыто сыпью-потницей. Леди Сун не заботилась о своём собственном ребёнке, и даже кормилица не заботилась об этом ребёнке. Нынешняя леди Сун просто проводила своё время дуясь и бросая гневные взгляды на беременную леди Ула Нара. Она ворчала на себя за то, что не родила мальчика. ---------- Проверь Мой Пульс Вытерев ребёнка, Нин шу втёрла в неё немного порошка. Сыпь-потница вызывала зуд, поэтому ребёнку будет очень неприятно, если Нин Шу так не сделает. После этого она взяла небольшую ложечку, чтобы напоить ребёнка козьим молоком. Козье молоко было очень питательным и должно было восполнить ту энергию, которая так необходима телу этого ребёнка. Прошло уже немало времени с тех пор, как она родилась, но она всё ещё была такой худой и слабой. Нин Шу могла лишь вздохнуть. Она действительно стала кормилицей. После того, как она закончила кормить ребёнка козьим молоком, она подняла её и похлопала ей по спине, чтобы девочку не стошнило молоком. Как только девочка уснула, Нин Шу положила её обратно в колыбель. У неё ушло некоторое время на то, чтобы всё это сделать, но кормилица даже не проснулась ни разу, чтобы проверить ребёнка. Неудивительно, что этот ребёнок умер. С самого начала, пока леди Сун была беременна, у неё была серьёзная утренняя тошнота. Она не так много ела, поэтому ребёнок был не очень упитанным. Более того, роды были трудными, поэтому телосложение ребёнка было очень слабым. Кормилица даже не удосужилась как следует присматривать за ребёнком. Нин Шу вернулась назад только после того, как завершила все эти задания. Служанка, которая жила с ней в одной комнате, всё ещё спала, поэтому Нин Шу тихо вошла и легла в постель. Ранним утром на следующий день ей нужно было снова вставать и приниматься за работу. Нин Шу чувствовала, что её дни теперь были действительно богатыми и полными работы, очень полными. Она взяла метлу и начала сметать листья во дворе, но Тун Юй пришла и сказала ей: - Мяо Лин, леди желает с тобой поговорить. Пойдём. Нин Шу отложила метлу и привела в порядок свою одежду, прежде чем войти в комнату. Леди Ниохужу сидела на стуле. Нин Шу поспешно сделала реверанс перед ней и сказала: - Эта служанка выражает своё почтение, Леди. Вам зачем-то нужна была эта служанка? Леди Ниохужу нежно сказала: - Ничего такого. Я просто хотела спросить, у кого ты научилась медицине? - Эта служанка немного училась у босоного доктора, когда она ещё была служанкой в деревне. Однако это были лишь основы, просто некоторые поверхностные знания, - сказала Нин Шу. Леди Ниохужу сделала паузу на мгновение, а потом сказала: - Проверь для меня мой пульс. Нин Шу спросила: - Леди у вас где-то болит? Эта служанка имеет лишь немного поверхностных знаний. - Я чувствую себя хорошо, но ты проверь мой пульс. Губы леди Ниохужу слегка изогнулись в улыбке. У Нин Шу не было иного выбора, кроме как проверить пульс леди Ниохужу. После этого она убрала свою руку и сказала: - Леди, у вас очень хорошее здоровье. Леди Ниохужу кивнула. - Можешь вернуться к своей работе. Нин Шу сочла всё это довольно ошеломительным, но она могла лишь сделать реверанс и уйти. После этого она продолжила подметать полы. Она почувствовала, что за ней кто-то наблюдает. Когда она обернулась, она увидела, что это была личная служанка леди Ниохужу, Тун Юй. Нин Шу отложила тряпку, подошла к ней, сделала реверанс и спросила: - Старшая сестра, Тун Юй? Тун Юй посмотрела на Нин Шу, после чего спросила: - Ты сейчас проверила пульс леди. Как её здоровье? - У леди хорошее здоровье, - сказала Нин Шу. У леди Ниохужу действительно было довольно хорошее здоровье. Более того, она хорошо следила за собой. Если бы не это, то она бы не прожила более 80 лет, прожив в трёх династиях. Тун Юй приблизилась к уху Нин Шу и шёпотом спросила: - Тогда почему леди ещё не забеременела? Так вот о чём она беспокоилась. Нин Шу чувствовала, что леди Ниохужу вовсе не нужно беспокоиться. Если не произойдёт никаких несчастных случаев, то будущий император Цяньлун, Хунли, родится из живота леди Ниохужу. - Леди не нужно волноваться. У неё очень хорошее здоровье, поэтому она скоро сможет забеременеть, - с улыбкой сказала Нин Шу. – Леди обязательно сможет забеременеть. Её тело в идеальном состоянии. Тун Юй кивнула, а потом сказала: - Старательно делай свою работу. Ежедневной работой Нин Шу была уборка. Ей просто нужно было прибирать во всём дворе раз в день, а всё остальное время она могла делать всё, что ей хочется. Закончив работу, Нин Шу сделала мешочки с репеллентом от комаров и немного порошка, впитывающего влагу. Если покрыть этим порошком тело маленькой леди, то это уменьшит сыпь-потницу. В такие жаркие дни детей нужно чаще купать, но кормилица считала, что это слишком хлопотно. Даже леди Сун, её мать, не заботилась о своей дочери, так с какой стати остальные вообще должны заботиться о её ребёнке? Леди Сун лишь изредка приходила посмотреть на своего ребёнка. А когда она видела, что ребёнок был всё ещё худым и слабым, она чувствовала огорчение и беспомощность. А всё потому, что ребёнок не был мальчиком. Пренебрежительное отношение леди Сун к ребёнку привело к тому, что кормилица тоже игнорировала ребёнка. Даже Нин Шу заботилась о ребёнке только потому, что это было её заданием. Она не испытывала к ребёнку никакой любви. Всё же, с самого начала, этот ребёнок не имел к ней никакого отношения. ---------- Повышен До Отца Леди Сун хотела, чтобы Иньчжэнь завёл с ней ещё одного ребёнка даже прежде, чем она вышла из послеродового периода. Она пригласила Иньчжэня к себе, говоря, что ребёнок скучает по своему отцу. Для Иньчжэня это был его первый ребёнок, как никак. Благодаря ему он был повышен до статуса отца, поэтому он имел полное право периодически навещать двор леди Сун. Леди Сун заранее попросила кормилицу принести к ней ребёнка. Когда Иньчжэнь пришёл, он увидел, что девочка всё ещё очень худая и слабая. Она совершенно неподвижно лежала на руках кормилицы и спала с закрытыми глазами. Если бы не слабые движения её носа, то он бы подумал, что этот ребёнок уже мёртв. Иньчжэнь был очень опечален. Доктор сказал, что этот ребёнок может умереть в юном возрасте. После этого Инчжэнь стал очень редко навещать двор леди Сун. Он просто не хотел, чтобы у него появились какие-нибудь чувства к этому ребёнку. Тогда он будет только более опечален, когда ребёнок умрёт. Вскоре, когда леди Сун воспользовалась этим поводом для того, чтобы снова позвать его, он не ответил на её приглашение. Леди Сун была очень зла. Она указала на девочку, которая всё ещё была закутана в пелёнки, и закричала, что та бесполезная, потому что девочка. Однако когда она закончила кричать, она снова обняла ребёнка и извинилась со слезами на глазах: - Матушке очень жаль. Матушка тебя подвела. Когда Нин Шу узнала об этом, она поняла, что леди Сун, вероятнее всего, страдает от послеродовой депрессии. Она возложила такие великие ожидания на своего ребёнка. Она так много страдала во время беременности и родов, но в результате получилась только маленькая девочка. Она чувствовала, что не получила должной оплаты за свои усилия. Была слишком большая разница между реальностью и тем, на что она надеялась. Леди Сун всегда думала, что она родит старшего сына Иньчжэню, но это оказалась очень худая и хрупкая девочка. Легко можно было представить, какой разочарованной себя чувствовала леди Сун. И самым важным было то, что Иньчжэня, похоже, совсем не заботил этот ребёнок. Леди Сун чувствовала себя очень удручённой, поэтому она вымещала весь свой гнев на ребенке. Она даже не сшила ни одной одёжки для своего ребёнка. Женщины внутреннего двора полагались на своих детей, чтобы улучшить своё качество жизни, но ребёнок леди Сун совсем не улучшил её ситуацию. Она не смогла получить никаких дополнительных преимуществ из-за этого ребёнка. Леди Сун не заботил этот ребёнок, поэтому у Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как уделять дополнительное внимание этому ребёнку. А иначе история действительно повторит себя, и ребёнок умрёт ещё прежде, чем ей исполнится один месяц. Она даже не получит имени. Второй ребёнок леди Сун столкнётся с такой же судьбой. Она умрёт прежде, чем ей исполнится один месяц. Дети очень хрупкие. Если даже мать не забоится о своём ребёнке, то как ребёнок вообще может без проблем вырасти? Нин Шу каждую ночь кипятила козье молоко, чтобы накормить девочку, а потом вытереть её. Эта девочка была очень тихой и всё время спала. Даже когда она описывалась, она лишь немного бормотала. Когда кормилица не обращала на неё внимания, девочка очень долго носила мокрый подгузник, поэтому её кожа становилась красной от сырости. Нин Шу вздохнула. Она не могла постоянно заботиться об этом ребёнке. У неё не оставалось иного выбора, кроме как ждать ночи, чтобы принести ей что-нибудь поесть и умыть её немного. В любом случае, Нин Шу не знала, что леди Сун пытается сделать. Она была такой амбициозной в своём желании родить сына, но ей не суждено было иметь сына. Она рожала только дочерей и все они умирали ещё до того, как им исполнялся один месяц. ---------- Прозвища "Свинья" и "Псина" Леди Сун не подходила на роль матери. Нин Шу посмотрела на худую девочку. Она не знала, сможет ли эта девочка вообще пережить месяц. - Ты уж постарайся. Нин Шу вздохнула, сказав это ребёнку в колыбели. Иметь возможность прожить долгую жизнь – это большое счастье. Когда месяц прошёл, леди Сун захотела ещё одного ребёнка. Она использовала в качестве оправдания тот факт, что девочке уже исполнился месяц и ей нужно дать имя, и пригласила к себе Иньчжэня. Иньчжэнь не дал имя девочке. Он сказал, что нужно подождать, пока ей не исполнится один год. Иньчжэнь волновался, что эта девочка не сможет выжить, поэтому он просто уменьшит свою удачу, если даст ей имя. Нин Шу: Иисусе. С именем, даже если она умрёт, по крайней мере, она не будет безымянным маленьким призраком. В какой-то мере Иньчжэнь действительно был жестоким и безжалостным. Он убивал своих братьев и давал своим братьям прозвища "свинья" и "псина", а всё потому, что он презирал тот факт, что его мать была неравнодушна к его биологическому младшему брату. Нин Шу никак не могла понять, почему такой холодный император привлекал к себе так много женщин. Было ли это потому, что айсберг, хоть и холодный, но был крайне очаровательным, когда оттаивал? И поэтому так много трансмигрировавших сестричек бросались ему на шею? После того, как леди Ула Нара забеременела, леди Ли, будущая супруга Ци, тоже обнаружила, что она на первом месяце беременности. Леди Сун и так уже была очень расстроена, когда узнала, что леди Ула Нара забеременела, но теперь, когда забеременел кто-то ещё, она стала ещё более нетерпеливо настроена на то, чтобы иметь сына. Иньчжэнь был очень рад, всё же, чем больше сыновей, тем больше счастья. Однако он был очень обеспокоен, что они будут такими же слабыми, как и первый ребёнок, поэтому отправлял все питательные вещи со своего склада двум беременным женщинам. Леди Сун была так зла, что чуть не падала в обморок. Когда она первой забеременела, она получала немного питательных подарков от главной супруги, принц же ничего ей не отправлял. А ведь она была первой женщиной принца и родила его первого ребёнка! Леди Сун полностью потеряла самоконтроль с тех пор, как стала беремена. Нин Шу не обращала внимания на то, как там поживает леди Сун. По крайней мере, маленькой леди был уже месяц. Ей удалось прожить один месяц. Теперь она уже периодически открывала глаза. Впрочем, остальную часть времени она всё равно держала их закрытыми и едва шевелилась. Иногда Нин Шу нежно массировала её маленькие ручки и ножки. Внутренний двор поистине был местом, где хоронят женщин. Ради погони за выгодой и славой, даже отношения между матерью и её ребёнком могут исказиться. Матери любят своих детей, но любовь леди Сун была условной, и этим условием было то, что ребёнок должен быть мальчиком. После того, как она прошла через все те страдания, чтобы родить эту девочку, она даже ничуть о ней не заботилась. Причина, почему мужчины женились на таком большом количестве женщин была в том, чтобы иметь больше детей, но, чем больше женщин было во внутреннем дворе, тем меньше получалось детей. Больше детей умирали молодыми. Дети стали расходным товаром в битве между женщинами. Работой Нин Шу во дворе леди Ниохужу была по-прежнему уборка полов, а отношение леди Ниохужу к ней по-прежнему было очень безразличным. Однако когда она ходила навещать других леди или покидала свой двор, она всегда брала её с собой. Она вела себя так, словно очень ей доверяла. От этого Нин Шу чувствовала себя очень неуютно. Она никак не могла понять, что пытается сделать леди Ниохужу. Леди Ниохужу вела себя так, словно она тренирует Нин Шу быть её личной служанкой и доверенной помощницей. Однако Нин Шу чувствовала, что на самом деле леди Ниохужу ей не доверяет. Впрочем, Нин Шу это не особо беспокоило. Ей лишь нужно было остаться в живых в этом внутреннем дворе. Не нужно было переживать из-за не относящихся к выполнению задания вещах. Тун Юй вошла в комнату и заговорила с Нин Шу. - Мяо Лин, я хочу спросить тебя кое о чём. Нин Шу быстро убрала порошок на столе и спросила у Тун Юй: - Старшая сестра Тун Юй, вам что-то нужно? Тун Юй была самым близким человеком к леди Ниохужу. Ходили даже слухи, что они выросли вместе. Тун Юй пришла в эту резиденцию вместе с леди Ниохужу, так что, тот факт, что Тун Юй пришла повидать её, по сути, означал, что леди Ниохужу что-то от неё нужно. Тун Юй замешкалась на мгновение, а потом спросила: - Ты знаешь какие-нибудь народные средства для зачатия? Нин Шу на мгновение ошалела. - Это для леди? Тун Юй сказала: - Несколько других леди уже забеременели, а принц навещал и двор нашей леди, так почему же леди ещё не получила никаких новостей? Вот почему я хочу спросить, знаешь ли ты какие-нибудь народные средства. Тун Юй посмотрела на Нин Шу. Нин Шу покачала головой и сказала: - Я не знаю никаких народных средств для зачатия. У леди очень хорошее здоровье, так что ей не нужно принимать никаких лекарств. Если она примет лекарство, то это только навредит её здоровью. Леди обязательно сможет забеременеть, так что не волнуйтесь. Вы можете попросить доктора из резиденции, чтобы он помог ей немного настроить её тело. Нин Шу не знала никаких тайных рецептов, которые могли бы помочь фертильности. ---------- Леди Из Сада Протекающего Сердца Леди Ниохужу, вероятно, чувствовала некоторое нетерпение теперь, когда все остальные женщины начали беременеть одна за другой. Но Нин Шу знала, что леди Ниохужу незачем переживать. Так было суждено, поэтому не нужно было волноваться. Нин Шу сказала: - Здоровье леди очень хорошее, так что ей не нужно принимать никакие народные средства. Все лекарства на одну треть – яд, и они только навредят её здоровью. Тун Юй кивнула. - Похоже, что ты над чем-то работала, когда я пришла, что это? - Я сделала несколько мешочков с репеллентом от комаров. Хотите себе такой? Я могу дать, - Нин Шу достала мешочек. – Нынче летом так много комаров. Если носить его при себе, то это поможет от укусов комаров. - Ладно. Тун Юй приняла мешочек, а потом ушла. Нин Шу была немного в замешательстве. В этой резиденции был доктор, которого всегда можно было вызвать, так зачем же леди Ниохужу просила её совета? Неужели она просто проверяла её? ____________________ Тун Юй вошла в комнату и сделала реверанс перед леди Ниохужу. Леди Ниохужу была занята тем, что медленно втирала жемчужный крем в свои руки. От этого её руки нежно блестели, словно нефрит. Когда она увидела, что Тун Юй вернулась, она спросила: - Что сказала та девушка? - Леди, Мяо Лин сказала, что не знает никаких народных средств. Она также сказала, что такие лекарства на треть состоят из яда, поэтому вам не стоит пытаться принимать народные средства. Тун Юй доложила леди Ниохужу обо всём, что сказала Нин Шу. Леди Ниохужу кратко улыбнулась, а потом сказала: - Она – честный человек. Если бы она попыталась воспользоваться этой возможностью, чтобы выслужиться передо мной, то я действительно не смогла бы ей доверять. Она смогла помочь леди Сун родить, несмотря на трудные роды, так что у неё есть некоторые навыки. Когда под рукой есть кто-то, кто имеет знания о медицине – это ценный актив. Как она вела себя в последнее время? Тун Юй сказала: - Она довольно честная и каждый день выполняет свою работу, как положено. А ещё она редко общается с другими служанками. Леди Ниохужу нахмурилась. - У неё действительно нет никаких желаний, или она просто очень глубоко скрывает свои намерения? Леди Ниохужу коснулась своего живота с обеспокоенным выражением на лице. - Давай поговорим об этом позже. Тун Юй постаралась утешить её и сказала: - Леди, не волнуйтесь, вы обязательно сможете зачать ребёнка. Леди Ниохужу просто улыбнулась. Хоть она и сказала Тун Юй, чтобы так сходила и попросила у той девушки народные средства, она всё равно не планировала их использовать. Однако она действительно хотела забеременеть. Вошла служанка и сказала леди Ниохужу: - Леди, к вам пришла леди из Сада Протекающего Сердца. Губы леди Ниохужу изогнулись. Тем временем Тун Юй, которая сидела рядом с ней, презрительно изогнула губы и раздражённо сказала: - Зачем она сюда пришла? - Иди, позови ту девушку. Иди, позови Мяо Лин, - сказала леди Ниохужу, обращаясь к Тун Юй. – Пусть она придёт подавать нам чай. Тун Юй была в замешательстве. - Леди, зачем вы зовёте её? - Просто позови её сюда, - сказала леди Ниохужу, потирая свой лоб и чувствуя лёгкую усталость. И вот так Тун Юй отправилась звать Нин Шу. Тун Юй выглядела совершенно озадаченной, и Нин Шу тоже выглядела совершенно растерянной. Когда она вошла в главный зал, она увидела, что леди Ниохужу и юная леди Ниохужу болтают друг с другом. ---------- Создавать Что-то – Это Весело Тун Юй сунула поднос в руки Нин Шу и прошептала: - Иди туда и налей чай для этих леди. Нин Шу была совершенно растеряна, когда она вошла с подносом, чтобы налить чай для леди Ниохужу и юной леди Ниохужу. Юная леди Ниохужу наблюдала за тем, как Нин Шу наливает чай, а потом сделала глоток, кивнула и сказала: - Этот чай довольно хороший. После того, как Нин Шу налила чай, она отошла в сторону, чтобы начать изображать из себя колонну. Леди Ниохужу спросила у юной леди Ниохужу: - Тебе от меня что-то нужно? - Да ничего такого, я просто хотела немного поболтать с тобой. Мне просто скучно весь день ничего не делать. Юная леди Ниохужу постучала по подбородку, а потом окунула палец в чайную чашку и начала рисовать каплей чая на столе. Нин Шу глянула на то, что юная леди Ниохужу написала на столе. Там были слова "четвёртый принц". Леди Ниохужу подняла свою чашку и сделала глоток чая, прежде чем тихо сказать: - А разве не ты изобрела вышивание крестиком? Если тебе нечего делать, то ты можешь сделать какую-нибудь вышивку. Юная леди Ниохужу вытерла свои пальцы платком и сказала: - Создавать что-то – это весело, но у меня не хватит терпения самой этим заниматься. Когда Нин Шу услышала про вышивание крестиком, она глянула на юную леди Ниохужу. Вероятно, она была трансмигратором. Тот факт, что она просочилась во внутренний двор Иньчжэня выдавал её намерения. Раз трансмигратором была юная леди Ниохужу, тогда кто-то другой был реинкарнатором в этом внутреннем дворе. Кто же реинкарнатор? Леди Ула Нара? Леди Нянь? Или кто-то ещё? - Похоже, что в твоём дворе мне тоже нечем себя развлечь, старшая сестра. Тогда я пойду. Юная леди Ниохужу встала, сделала реверанс в сторону леди Ниохужу, а потом развернулась и ушла. Леди Ниохужу наблюдала за тем, как уходит юная леди Ниохужу, а потом она повернулась к Нин Шу и сказала: - Убери все чашки. - Поняла. Нин Шу собрала все чашки на столе, составила их на поднос, а потом ушла. Она действительно не могла ничего понять. Леди Ниохужу вытащила её просто показаться, а после того, как она показалась, её снова заперли за забором. Это что ещё за чертовщина была?! Нин Шу просто постаралась проигнорировать эти вопросы, а когда наступила ночь, она отправилась заниматься юной леди. Юной леди уже было два месяца, и она наконец-то начала набирать в теле. Она даже периодически двигала немного своими ручками и ножками. У этой девочки развилась довольно странная привычка, а именно – она теперь спала весь день, а ночью лежала с открытыми глазами и ждала появления Нин Шу. Когда она почувствовала козье молоко, она тихо промычала. Нин Шу посмотрела на девочку, пока постепенно кормила её козьим молоком. На её лице была пара царапин. Похоже, что она периодически чесала своё лицо. Кормилица явно могла сделать для девочки маленькие варежки, но она этого не сделала. Нин Шу сочла поведение леди Сун невероятным. С тех пор, как у неё закончился послеродовой период, она начала пытаться использовать всевозможные способы, чтобы затащить Иньчжэня в свой двор, чтобы завести ещё одного ребёнка, сына. Почему она не могла просто позаботиться о девочке, которую уже родила? По сравнению с её стараниями и погоней за иллюзорным сыном, будет лучше спокойно растить милого маленького ангелочка. Накормив девочку молоком, Нин Шу втёрла ей немного порошка от чесотки, после чего снова положила её обратно в колыбель. Нин Шу глянула на кормилицу, которая спала на постели, и покачала головой. Она втирала в ребёнка лечебный порошок и от ребёнка даже пахло козьим молоком, но кормилица ничего не заметила. А может она и заметила, но ей было всё равно. Нин Шу даже не знала, сколько она сможет заботиться об этом ребёнке. Как только задание будет закончено, она покинет этот мир. Но, если честно, у всех принцесс династии Цин обычно были довольно короткие жизни. Они часто умирали в возрасте двадцати лет, а большинство из них отправляли прочь по договорным бракам. Однако это было лучше, чем умереть прежде, чем появился шанс узнать хоть что-нибудь. За последние два месяца Нин Шу каждую ночь приходила посреди ночи, чтобы позаботиться о ребёнке. Нин Шу не знала, когда закончится её задание. 2333 тоже не говорил ей, что она может покинуть этот мир. Похоже, что ей всё ещё придётся остаться тут. Чем больше детей появлялось во внутреннем дворе, нем более напряжённой становилась борьба. Это было удушающее ощущение, словно близилась буря. Нин Шу хотела просто выжить в этом внутреннем дворе. Как только ребёнок уснул, Нин Шу тайком пошла в свою комнату. Едва она только дошла до двери, как услышала голос. - И куда это ты ходила тайком так поздно ночью? Нин Шу была ошарашена. Когда она обернулась, она увидела, как кто-то выходит из теней. Это была Тун Юй. - Старшая сестра Тун Юй, что вы тут делаете? – спросила Нин Шу, будучи немного удивлённой. Тун Юй нахмурилась. - Это я хотела тебя спросить, куда ты ходила посреди ночи. Я тебя тут уже целую вечность жду. ---------- У Всех Дискомфорт в Животе Нин Шу никогда не думала, что Тун Юй будет её поджидать тут. Она чувствовала себя так, словно её поймали за руку. - Я просто ходила в отхожее место. У меня небольшая диарея, - сказала Нин Шу, прикрывая рукой живот. Тун Юй на самом деле не было дела до того, куда ходила Нин Шу, она просто сказала: - Леди не очень хорошо себя чувствует, иди и взгляни на неё. - Ладно. Нин Шу последовала за Тун Юй в комнату леди Ниохужу. Леди Ниохужу лежала на постели, а её лицо было бледным. Нин Шу подошла, чтобы проверить пульс леди Ниохужу, а потом сказала: - Леди, с вами всё в порядке. Просто у вас лёгкий дискомфорт в животе. На лице леди Ниохужу промелькнул след разочарования. Тун Юй, которая была рядом, увидела её выражение лица, поэтому спросила у Нин Шу: - Это просто дискомфорт в животе? Нин Шу посмотрела на выражения лица леди Ниохужу и Тун Юй и всё поняла. Вероятно, они думали, что это признак беременности. Нин Шу сказала: - Тогда позвольте этой служанке проверить ещё раз. Было уже поздно, поэтому леди Ниохужу не могла просить доктора резиденции прийти к ней. Вот почему вместо этого она позвала Нин Шу. Нин Шу долгое время проверяла пульс, но он вовсе не бы ускользающим. - Леди, это просто дискомфорт в животе. Вам не нужно волноваться, - сказал Нин Шу. Леди Ниохужу кивнула. - Можешь идти. Нин Шу сделала реверанс, а потом развернулась и вышла из комнаты. Тун Юй вышла вслед за ней и дала ей серебряную заколку. - Леди желает дать тебе это. - Эта служанка благодарно кланяется леди. Нин Шу приняла серебряную заколку. Тун Юй спросила у Нин Шу: - Леди действительно не… Нин Шу кивнула. - Пульс леди пока не проявлял никаких признаков этого. Требуется месяц для того, чтобы появился ускользающий пульс. У леди очень хорошее здоровье. Ей не нужно волноваться. - Можешь отдыхать дальше, - сказала Тун Юй отпуская Нин Шу. Нин Шу сделала реверанс, а потом развернулась и ушла. Вернувшись в комнату, Нин Шу села на постель, скрестив ноги. У неё было дурное предчувствие. Казалось, словно леди Ниохужу теперь сфокусировалась на ней и больше не игнорировала её, как прежде. Учитывая это, ей будет гораздо труднее навещать маленькую леди по ночам. В этот раз, когда её поймали, она сказала, что ходила какать, но что будет в следующий раз? А в следующий раз после того? Ей и так было нелегко ухаживать за маленькой леди и добиться улучшения в её здоровье. По крайней мере, она пережила первый месяц. Нин Шу никак не могла понять намерений леди Ниохужу. Неужели она хотела сделать её доверенной помощницей, но не могла доверять ей, поэтому продолжала наблюдать за ней? Нин Шу определённо просто хотела быть тихой маленькой служанкой, которую никто не замечает. Вероятно, из-за того, что она показала некоторые навыки в прошлый раз, когда помогла леди Сун пройти через тяжёлые роды, леди Ниохужу решила, что она довольно полезный человек. Хаах. ---------- Кхм, Кхм… Я Тут Немного Погуглил… Нин Шу мысленно вздохнула. Теперь ей будет трудно навещать маленькую леди. Если кто-то часто ходит по ночным дорогам, то он неизбежно столкнётся с призраком. Если она будет вот так тайком уходить, то её неизбежно поймают. Это так удручало. Это даже был не её ребёнок, и всё же она должна так беспокоиться о ней. Почему леди Сун не может просто быть более обеспокоенной состоянием своей собственной дочери? Нин Шу не могла уснуть, поэтому она решила просто потренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Она долгое время тренировалась. Прошёл уже почти год с тех пор, как она впервые оказалась в этом мире. Леди Сун забеременела, родила, и маленькой леди уже было почти два месяца. Она смогла сформировать лишь крошечную прядь энергии Непревзойдённых Боевых Искусств. Однако, по крайней мере, она смогла сформировать эту энергию. Вот если бы можно было как-то передать в тело другого человека, чтобы усилить его тело. Энергия, сформированная Непревзойдёнными Боевыми Искусствами, могла вылечить скрытые раны тела и усилить само тело. Но самой большой особенностью было то, что она могла сделать вас сильным, как буйвола. Если вы будете достаточно долго культивировать, то энергия превратится в золотого дракона, который будет парить в вашем даньтяне. Если бы она могла передать эту энергию маленькой леди, тогда она смогла бы укрепить телосложение маленькой леди. Эти пряди энергии были жизненно необходимой энергией для тела. Нин Шу использовала энергию в своём даньтяне, чтобы проверить, сможет ли она заставить её выйти из своего тела. Сможет ли она передать эту энергию кому-то, подобно том, как люди передают свою внутреннюю силу? Нин Шу снова и снова пыталась вывести энергию из своего даньтяня. Если ей это удастся, то ей больше не придётся каждую ночь заботиться о ребёнке. Если её поймают, то она даже не сможет объяснить, почему она это делает. Нин Шу продолжала свои попытки до рассвета, но не смогла вывести энергию наружу. Она лишь сама вся покрылась потом. Она вытерлась, а потом начала прибираться во дворе. Она начала вытирать пол и выжимать тряпку. Убравшись, Нин Шу спросила у 2333: - Как мне вывести энергию из своего тела? - Я не знаю, - прямо ответил 2333. Нин Шу закатила глаза. - Тогда какая от тебя польза? Мусор. - Почему это я мусор? – озлобленно возразил 2333. Нин Шу усмехнулась. - Ты полный мусор с головы до пят. Каждый раз, как я тебя спрашиваю, ты всегда отвечаешь, что не знаешь. Что ты вообще знаешь? Ты даже не знаешь ответа на простой вопрос! - Ох, ну, раз это такой простой вопрос, тогда чего ты спрашиваешь? – голос 2333 был наполнен презрением. – Это экзаменационное задание. Консультации не разрешены. Этого совершенного бесполезного и дрянного 2333 нужно просто отформатировать. После того, как Нин Шу закончила свою работу, она вернулась в свою комнату и продолжила размышлять над тем, как ей вывести энергию из тела. - Кхм, кхм… - прозвучал в голове Нин Шу голос 2333. Нин Шу закатила глаза. - Чего ты хочешь? - Используй свою волю. Сфокусируйся и используй свои мысли, чтобы вывести энергию из твоего тела. Эта энергия может не только усиливать тело, она также может быть использована в качестве оружия для атаки, - сказал 2333. - Волю? – удивлённо спросила Нин Шу. – А воля очень важна? - Все значения, что записаны в системе – важны. Если у кого-то сильная воля, то они смогут сдвинуть горы силой мысли и даже контролировать разумы других людей. - Гипноз можно считать самой слабой версий контроля разума, - сказал 2333. – Я тебе постоянно говорю о том, чтобы ты не фокусировалась на одном или двух атрибутах, когда добавляешь очки, но, когда тебе что-то хочется, ты просто добавляешь все свои очки так целеустремлённо, словно у тебя на них какая-то обида. - О, тогда я добавлю побольше очков атрибутов в волю в будущем. Нин Шу определённо не хватало очков атрибутов. В прошлом она добавляла их только в боевые искусства. Когда она обнаружила, что интеллект очень важен, она начала добавлять в интеллект и боевые искусства. Позже, она обнаружила, что у неё очень жалкая удача. Ей совершенно не хватало удачи, поэтому она начала добавлять в удачу. Теперь она обнаружила, что и воля тоже очень важна, а это означало, что ей придётся начать добавлять очки и в волю тоже. Если бы она могла выбирать, то она хотела просто добавлять все свои очки атрибутов в боевые искусства. С достаточно сильными боевыми искусствами она могла уничтожить мир. Одного удара было бы достаточно, чтобы решить любую проблему. Ладно, это было нереалистично. - Так и как мне использовать волю? – спросила у 2333 Нин Шу, чувствуя себя немного потерянной. - При помощи своего разума, своих мыслей. Ты что, свинья? Я уже несколько раз тебе сказал. Нин Шу: →_→ Это ты – свинья! Чёртова свинья! Нин Шу опустошила свой разум, потом использовала свои мысли, чтобы управлять энергией в своём теле, пытаясь направить её к своим пальцам. Однако это было очень трудно. Возможно потому, что Нин Шу не особо привыкла использовать свою волю, или потому, что энергии было слишком мало. Крохотной прядью энергии было очень трудно управлять. Прежде чем она вообще смогла направить её в руку, энергия рассеялась. Нин Шу не была обескуражена. Теперь, когда она знала способ, она сможет добиться своего, когда у неё будет достаточно практики. #комментарий анлейта: Мой вопрос… Что изначально использовала Нин Шу для того, чтобы направлять свою энергию, если она не использовала свои мысли?? ---------- Она Же Не Могла Умереть, Верно? Нин Шу продолжала использовать свою волю, чтобы вывести энергию Непревзойдённых Боевых Искусств из своего тела. Будет лучше всего, если она сможет внедрить её в тело другого человека. Она не знала, было ли это из-за того, что её воля была недостаточно сильной, но даже после нескольких попыток ей всё равно не удалось вывести энергию наружу. У Нин Шу не оставалось иного выбора, кроме как пытаться снова и снова. Так как её собственная безопасность была на данный момент обеспечена, она очень хотела завершить это задание. Она продолжила безостановочно экспериментировать, делая перерыв только на то, чтобы выполнить свою работу и поесть. Она даже тратила на это своё время сна. Наконец, спустя полмесяца, она смогла подвести энергию к кончикам своих пальцев. У неё, наконец-то, получилось! Нин Шу была крайне рада. Теперь она могла выводить энергию из своего тела, а это означало, что она могла использовать её в качестве атаки! Однако это будет иметь смысл, только когда её энергия будет достаточно сильной. Её нынешняя прядь энергии была толщиной с волос и не имела никакой атакующей силы. Поздно ночью Нин Шу отправилась на кухню, чтобы приготовить немного козьего молока, затем прокралась в комнату кормилицы, чтобы проверить колыбель ребёнка. Она положила руку на спину маленькой леди и медленно направила свою энергию в тело маленькой леди. Когда энергия вошла в тело маленькой леди, маленькая леди внезапно начала кричать. Нин Шу была ошеломлена и поспешно прикрыла рот девочки. Она оглянулась и увидела, что нянечка беспокойно зашевелилась на постели. Она не стала вставать и проверять, вероятно, потому что ребёнок больше не кричал. Нин Шу была немного озадачена. Эта энергия была очень нежной, так почему же девочка начала плакать? Когда она снова посмотрела на девочку, она увидела, что её глаза закрыты. Сердце Нин Шу сжалось от страха. Она же не могла умереть, верно? Она поспешно приложила ухо к груди девочки. Её сердце всё ещё билось. Девочка выглядела крайне сонной. Она даже не выпила козьего молока. Нин Шу положила малышку обратно в колыбель и накрыла её тонким покрывалом. Затем она ушла вместе с козьим молоком. Она посмотрела на чистое козье молоко и задумалась на мгновение, а потом выпила его. Она почувствовала изрядное облегчение. По крайней мере, энергия Непревзойдённых Боевых Искусств сможет постепенно усилить тело маленькой леди. Тогда риск её ранней смерти будет гораздо меньше. Нин Шу больше не приходила к маленькой леди по ночам, потому что леди Ниохужу периодически заставляла её оставаться на ночной вахте. Как вообще обязанности ночной вахты достались служанке-уборщице? Неужели, таким образом леди Ниохужу собиралась её повысить? Нин Шу ничего не говорила и просто делала, как ей было велено. В любом случае, раз она не могла спать, пока была на ночной вахте, она просто пользовалась этой возможностью, чтобы тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Если она сможет сформировать ещё больше энергии, то она сможет передать её маленькой леди, а заодно и увеличить свою собственную физическую силу. Этой ночью снова была очередь Нин Шу быть на ночной вахте. Нин Шу помогла леди Ниохужу приготовиться ко сну. Затем леди Ниохужу протянула ей свою руку и сказала: - Проверь мой пульс. ---------- Детские Крики Нин Шу положила свою руку на запястье леди Ниохужу и долгое время прощупывала пульс. Наконец, она посмотрела в глаза леди Ниохужу и сказала: - Леди у вас хорошее здоровье. Леди Ниохужу нахмурилась и со вздохом убрала свою руку. К этому времени главная супруга леди Ула Нара уже была почти на пятом месяце беременности и леди Ли тоже была беременна. Иньчжэнь довольно часто навещал её, так почему же она ещё не забеременела? - Леди, не нужно беспокоиться. Всё произойдёт естественным образом, когда наступит время. Просто ещё не время для того, чтобы родился будущий император Цяньлун, так что не нужно так волноваться. - Можешь идти, - сказала леди Ниохужу и плотно сжала свои губы. Нин Шу сделала реверанс, а потом вышла из комнаты. Она села на кресло с откидной спинкой во внешней комнате и начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. - Ува, ува… Поздней ночью, когда вся резиденция погрузилась в тишину, воздух наполнил громкий крик. Эти стенания продолжались без остановки и становились всё громче и громче. Постепенно, во всех комнатах снова зажёгся свет. - Мяо Лин, что это за звук? Это кричит ребёнок? – прозвучал из внутренней комнаты сонный голос леди Ниохужу. Нин Шу открыла дверь и вошла, сообщив: - Вероятно, это кричит юная леди. Брови Нин Шу нахмурились от волнения. Почему маленькая леди плачет? Леди Ниохужу села и Нин Шу накинула на неё её одежду. Леди Ниохужу задумалась на мгновение, а потом сказала: - Иди, проверь ситуацию в главном дворе. Если главный двор не идёт, то и мы не пойдём. Нин Шу сделала реверанс, а потом отправилась в главный двор. По пути туда она встретила леди Ула Нара, беременность которой уже была очень заметна. Она была с Иньчжэнем, и он поддерживал её под руку, пока они шли. Вслед за ними шло много народу. Судя по направлению, они шли в сторону двора леди Сун. Нин Шу тут же вернулась и сказала леди Ниохужу: - Леди, и принц, и мадам идут туда. - Тогда мы тоже должны идти. Леди Ниохужу немного привела себя в порядок, а потом вышла из комнаты. Нин Шу последовала позади леди Ниохужу ко двору леди Сун. Прежде чем они успели войти в зал, они услышали звуки криков маленькой леди, смешанные со звуком голоса леди Сун. Леди Ниохужу сделала паузу на мгновение, а потом вошла. Нин Шу последовала за ней, немного волнуясь. Она обнаружила, что леди Сун обнимает маленькую леди и кричит на кормилицу, которая стоит на коленях на полу. Выражение лица Иньчжэня было мрачным. - Ах ты, женщина с чёрным сердцем, как ты можешь обращаться с моим ребёнком подобным образом? Что это за кормилица такая? Когда я пришла проверить своего ребёнка, я обнаружила, что она бьёт ребёнка. Это мой ребёнок! Служанка не имеет права так обращаться с ней! Лицо кормилицы было бледным, а сама она слабо сидела на полу. Её поймали за руку, так что возражать было бесполезно. Девочка на руках леди Сун непрерывно плакала. Как бы леди Сун её ни утешала, всё было бесполезно, и девочка продолжала пинаться и размахивать руками, не переставая кричать. Леди Сун было довольно больно от того, что её бьёт маленькая леди. - Что не так с ребёнком? – устало спросила леди Ула Нара. Такое событие произошло посреди ночи, пока она была беременна. Брови Иньчжэня нахмурились ещё больше, когда он увидел, какой усталой выглядела его главная супруга, и его взгляд стал очень строгим, когда он посмотрел на леди Сун. Его выражение лица и без того было без эмоций, поэтому от этого холодного выражения, он стал выглядеть ещё более страшным. - Что тут происходит? – спросил Иньчжэнь тихим и недовольным тоном. Леди Сун сама была на грани того, чтобы расплакаться. Откуда ей вообще было знать, что происходит с ребёнком? Когда Иньчжэнь стал её так допрашивать, она была зла и очень взволнована. Она боялась оскорбить Иньчжэня, поэтому продолжала пытаться утешить ребёнка. Нин Шу приблизилась к уху леди Ниохужу и прошептала: - Леди, вероятно, маленькая леди голодная. Обычно она тайком приносила немного козьего молока для ребёнка примерно в это время. Так как она передала девочке немного своей энергии, тело девочки постепенно стало сильнее, поэтому количество еды, которое ей теперь требовалось, тоже увеличилось. Она теперь могла выпить целую тарелку козьего молока и её сила тоже постепенно увеличилась. Энергия питала тело маленькой леди и укрепляла её телосложение. Сегодня Нин Шу была на ночной вахте, поэтому она не принесла еды для девочки. Девочка проголодалась и могла решить эту проблему только криками, чтобы привлечь внимание взрослых. Однако Нин Шу никогда не представляла себе, что кормилица действительно посмеет ударить ребёнка. В любом случае, всем им не стоит надеяться на то, что это легко сойдёт им с рук. Как бы мало Иньчжэнь ни заботился об этом ребёнке, это всё равно не означало, что другие люди могут издеваться над его детьми. В итоге, это всё была вина леди Сун. Несмотря на то, что она была матерью, она не заботилась о своей дочери. Она лишь иногда просила кормилицу принести её дочь, но, взглянув на ребёнка, она просила кормилицу снова унести её. Из-за этого кормилица была ещё более безразлична по отношению к ребёнку. ---------- А Она Любит Поесть - Принц, возможно, юная леди проголодалась? – предположила леди Ниохужу, обращаясь к Иньчжэню. - Прошу, позвольте этой скромной женщине покормить маленькую леди! – сказала кормилица, продолжая кланяться до земли. Она надеялась исправить свои прошлые ошибки, демонстрируя добропорядочное поведение. Иньчжэнь холодно рассмеялся. - Да я ни за что не позволю, чтобы моя дочь приближалась к такой злобной женщине, как ты. Иньчжэнь приказал своему личному евнуху, Су Пэйшэну, чтобы тот отправился на поиски новой кормилицы. К этому времени маленькая леди уже могла есть другую пищу, поэтому ей сделали немного каши с овощами и мясным соусом. Маленькая леди, которая так долго кричала, уже начала заикаться. Однако, когда принесли еду, она тут же перестала кричать и начала есть. - Накажите кормилицу десятью палками, а потом выбросьте её из резиденции, - холодно сказал Иньчжэнь. После этого он снова глянул на маленькую леди, которая ела кашу, и обнаружил, что она очень хорошо ест. Прошло совсем немного времени, но она уже съела половину тарелки каши. - А она любит поесть. Лёгкое недовольство на душе Иньчжэня рассеялось. Изначально он думал, что эта девочка не сможет прожить первый месяц, но теперь она выглядела всё более и более здоровой. Он почувствовал облегчение. - Как ты могла, как мать, не заметить, что у тебя за кормилица? Если бы девочка сегодня не заплакала, то я бы никогда не узнал, что кормилица смеет обращаться с моим ребёнком таким образом! – холодно сказал Иньчжэнь, глядя на леди Сун. Леди Сун вытерла свои слёзы платком и с горечью сказала: - Принц, эта наложница действительно не представляла, что кормилица такой злобный человек! Она выглядела такой честной, кто бы мог подумать, что её сердце на самом деле такое злобное? - Неужели ты, мать, не была в курсе ситуации со своим ребёнком? Если ты не хочешь растить эту девочку, то есть полно других людей, которые захотят её растить. Выражение лица Иньчжэня было холодным. Леди Сун тут же упала на колени перед Иньчжэнем и закричала: - Принц, этот ребёнок – моя жизнь! Иньчжэнь холодно усмехнулся, а потом повернулся к леди Ула Нара и сказал: - Мадам, вам стоит уже вернуться назад и продолжить отдыхать. Леди Ула Нара уже больше не могла держаться, поэтому она не стала настаивать на том, чтобы оставаться тут, и ушла. - Вы все можете возвращаться, - сказал Иньчжэнь, обращаясь к другим леди. Когда леди Сун увидела, что Иньчжэнь, похоже, планирует остаться, её сердце всколыхнулось от радости. Нин Шу пошла назад, следуя за леди Ниохужу. Она чувствовала облегчение. Раз этот инцидент привлёк внимание Иньчжэня, то ситуация маленькой леди наверняка теперь будет лучше. - В будущем, мы ни за что не должны нанимать такую кормилицу для моего ребёнка. Она слишком жестокая, - сказала леди Ниохужу, идущая впереди, обращаясь к Тун Юй. Тун Юй сочла это всё невероятным. - Она же всего лишь кормилица. Как она смеет бить ребёнка принца? На следующий день леди Сун была помещена Иньчжэнем под домашний арест. Маленькую леди передали леди Нянь, которая временно отвечала за внутренний дворец. Иньчжэнь попросил её какое-то время присматривать за ребёнком. ---------- Благословлённые Долгими Жизнями Леди Сун умоляла Иньчжэня не забирать у неё ребёнка, но Иньчжэнь прямо сказал: - Тебе нет дела до своего собственного ребёнка, а мне – есть. Давай поговорим, когда ребёнок станет немного старше. Нин Шу предположила, что Иньчжэнь был в курсе того, как леди Сун не заботится об этом ребёнке, вот почему он передал ребёнка второй супруге, леди Нянь. А вот насчёт того, вернут ли в будущем этого ребёнка леди Сун или его продолжит растить леди Нянь, то это был открытый вопрос. Теперь Нин Шу будет ещё труднее навещать ребёнка. Она не сможет вмешаться, даже если захочет. Однако, теперь ситуация у ребёнка должна быть лучше. Даже если вторая супруга леди Нянь будет просто действовать напоказ перед Иньчжэнем, она, вероятно, всё равно не будет относиться к ребёнку слишком плохо. По крайней мере, так будет лучше, чем когда ребёнок был у леди Сун. Леди Сун больше не входила в обязанности Нин Шу, поэтому она перестала уделять ей внимание. Нин Шу теперь могла со спокойным сердцем прибираться во дворе леди Ниохужу. Если леди Ниохужу её не звала, то она сама не подходила. Она никогда не пыталась взобраться по социальной лестнице, потому что, как только она завершит это задание, она покинет этот мир. Леди Ниохужу периодически спрашивала Нин Шу о питании и о том, какая еда поможет забеременеть. По сути, она очень сильно хотела забеременеть. Когда леди Ула Нара достигла времени родов, она успешно родила сына. Он был первым рождённым сыном, и он же был старшим. Иньчжэнь был очень рад и дал ему имя, как только он родился, назвав его Хунхуэй. После банкета в честь первого месяца Хунхуэя, леди Ли тоже родила ребёнка. Это была девочка, но Иньчжэнь всё равно был очень рад. Тем временем, леди Сун, которая всё ещё была под домашним арестом, практически умирала от гнева, услышав эти новости. Иньчжэнь не любил её ребёнка и даже не позволил ей оставить ребёнка при себе. И так было достаточно, что леди Ула Нара, главная супруга, родила мальчика, но даже несмотря на то, что леди Ли, которая была такой же наложницей, как и леди Сун, родила девочку, Иньчжэнь всё равно принёс ей подарки. Принц был таким несправедливым! Леди Ниохужу приходила навестить этих двоих белых и пухлых детей. Её взгляд был наполнен завистью, пока она трогала свой собственный живот. Она не знала, когда она сможет забеременеть. Нин Шу знала, что у леди Ниохужу обязательно будет ребёнок. У неё будет всего один ребёнок, Айсиньгьоро Хунли, но этот ребёнок стоил больше, чем все дети остальных женщин. Хунли был умён от природы. Он начал учиться в возрасте пяти лет и мог запоминать всё с первого прочтения. Его также очень любил его дедушка Канси, поэтому Хунли часто помогал своему отцу улучшить его присутствие перед Канси. Хунли и леди Ниохужу оба были благословлены долгими жизнями. Один прожил 89 лет, а другая – 86. Нин Шу не знала, когда закончится это задание. Дочь леди Сун уже хорошо поживала. Вторая супруга леди Нянь хорошо заботилась о ней. Нин Шу слышала, что девочка уже может ползать. Почему же тогда это задание ещё не закончено? Вскоре, леди Гэн узнала, что она забеременела, и леди Ли, которая недавно родила, снова стала беременна. Леди Ли, вероятно, была самой плодовитой женщиной во внутреннем дворе Иньчжэня. Она родила Хунфэня, Хунюня и Хонши. Все леди во внутреннем дворе забеременели, поэтому леди Ниохужу стала ещё более не уверена в своей способности забеременеть. Как так вышло, что все остальные уже беременеют, а она – никак не может? Леди Ниохужу сказала Нин Шу: - Проверь мой пульс и посмотри, вдруг у меня есть какие-нибудь болезни, о которых стыдно говорить? Я уже так давно в резиденции, так почему же я ещё не забеременела? Нин Шу чувствовала себя довольно беспомощно, но она всё равно натянула на лицо серьёзное выражение и помогла леди Ниохужу проверить её пульс. - Леди, ваше здоровье в идеальном порядке. Хороший фрукт не переживает о том, что созреет позже. Леди, вам не нужно волноваться. - Как я могу не волноваться? – встревожено сказала леди Ниохужу. - Леди, даже если вы волнуетесь, это бесполезно, - спокойно сказала Нин Шу. – В данный момент вам нужно постараться расслабиться. Дети были поддержкой и капиталом женщин во внутреннем дворе. Леди Ниохужу невольно становилась всё более взволнованной. - Леди, вы обязательно забеременеете. Нин Шу попыталась утешить леди Ниохужу, но леди Ниохужу лишь кивнула, но ничего больше не сказала. Леди Ниохужу получала много благосклонности от принца, поэтому она так спешила забеременеть. Однако, к счастью, вскоре волнение леди Ниохужу исчезло. Три месяца спустя после того, как забеременели леди Гэн и леди Ли, когда Нин Шу проверяла пульс леди Ниохужу, она заметила ускользающий пульс. Леди Ниохужу постоянно спрашивала у Нин Шу, забеременела ли она. Поэтому Нин Шу проверила несколько раз, а потом осторожно сказала: - Леди, вы беременны. Пульс немного слабый, так что, вероятно, вам будет лучше, чтобы пришёл доктор и проверил. Леди Ниохужу вздохнула с облегчением. Беременность означала, что она может рожать. Она радостно наградила Нин Шу нескольким таэлями серебра. ---------- Забеременели в Одно Время Прежде чем вести о беременности леди Ниохужу были объявлены, они обнаружили, что юная леди Ниохужу забеременела. Что интересно, она тоже была на первом месяце. Какое редкое совпадение. Чего и следовало ожидать от сестёр, они забеременели в одно время. Когда леди Ниохужу сказала леди Ула Нара, что она тоже беременна, на лице леди Ула Нара промелькнул холод. Однако, сразу же после этого, она сказала леди Ниохужу и юной леди Ниохужу, чтобы они как следует заботились о своём здоровье. Нин Шу чувствовала, что леди Ула Нара очень недолюбливает леди Ниохужу. Она не была такой холодной даже когда общалась с леди Нянь, любимицей Иньчжэня. Леди Ниохужу делала всё, как полагается. Она хорошо понимала свой собственный статус и очень уважительно относилась к леди Ула Нара, но леди Ула Нара всё равно была очень холодна по отношению к ней. Леди Ниохужу и юная леди Ниохужу вместе покинули двор леди Ула Нара. Юная леди Ниохужу с улыбкой сказала: - Старшая сестра, я никогда не представляла себе, что мы забеременеем в одно время. Интересно, кто же из этих двух озорных ребятишек родится первым? - Конечно же они родятся, когда придёт их время, - сказала леди Ниохужу, слабо улыбаясь. Леди Ниохужу мало говорила с юной леди Ниохужу. После того, как они обменялись несколькими традиционными приветствиями, она повернулась и ушла. Пока Нин Шу следовала за леди Ниохужу, она оглянулась на юную леди Ниохужу. Юная леди Ниохужу всё ещё стояла на месте и со слабой улыбкой гладила свой живот. Нин Шу отвернулась. У неё было предчувствие, что скоро начнётся ещё одна битва. Иньчжэнь приказал доставить во двор леди Ниохужу всякие питательные продукты. Леди Ниохужу приняла эти дары и убрала их на склад. Было ясно, что она не намеревается их есть. Леди Ниохужу сказала Нин Шу: - Ты единственная в этом дворе, кто знает о медицине, так что я надеюсь, что ты будешь внимательно за всем следить. Когда этот ребёнок родится, я обязательно щедро тебя награжу. Нин Шу сделала реверанс. - Я сделаю всё, что в моих силах. Леди Ниохужу кивнула. Она не заставляла Нин Шу говорить, что она обязательно это сделает, так как мир всегда был непредсказуем. Никто не может знать, что случится в следующее мгновение. Леди Ниохужу погладила свой живот. Она должна защитить своего ребёнка, во что бы то ни стало. Хоть леди Ниохужу и попросила Нин Шу помочь ей защитить ребёнка в её животе, она не позволила Нин Шу касаться чего-либо, что она ела. Было ясно, что она ещё не полностью доверяет Нин Шу. Но Нин Шу это особо не заботило. Она продолжила проводить свои дни, подметая во дворе. Ей не нужно было переживать из-за ребёнка в животе леди Ниохужу. Будущий император был благословлён огромной удачей и обязательно благополучно родится. Однако в последнее время она постоянно ощущала, словно за ней кто-то продолжает наблюдать. Каждый раз, когда она заходила на кухню на ужин, с ней специально сталкивалась служанка, а потом извинялась и спрашивала, как её зовут. Нин Шу нахмурилась. После нескольких дней наблюдений, она уже была уверена, что эта служанка, которая сталкивалась с ней, хотела ей что-то сказать, поэтому Нин Шу села есть в довольно уединённом месте. ---------- Идти Или Не Идти? Как она и ожидала, та служанка подошла и села напротив неё, а потом передала под столом записку. Нин Шу приняла записку и убрала её. После ужина Нин Шу вернулась в свою комнату и открыла записку. Там говорилось: "Встреться со мной в полночь в саду камней". Нин Шу сожгла записку. Должна ли она идти? Забудьте об этом, будет лучше не идти. Если она будет замешана в секретных битвах этой резиденции, то она умрёт, стоит ей только стать хоть чуточку беспечнее. Нин Шу хотела лишь выжить в этом внутреннем дворе, пока не закончится задание. На следующий день, когда та служанка увидела Нин Шу, её взгляд наполнился гневом и замешательством. Она явно злилась, потому что Нин Шу не пришла ночью в обозначенное место. Служанка несла свою еду, чтобы столкнуться с Нин Шу, явно намереваясь бросить еду на Нин Шу. Однако Нин Шу с лёгкостью увернулась, от чего служанка споткнулась о порог и уронила всю еду на себя. Служанка закричала, а потом гневно уставилась на Нин Шу. Однако потом она тут же исправила своё выражение лица и сказала Нин Шу: - Можешь мне помочь? Я хочу вернуться в свою комнату и переодеться, но осколок порезал мою руку. Я слышала, что ты знаешь немного о медицине. Можешь помочь мне обработать эту рану? Когда люди вокруг увидели, что служанка была в таком разбитом состоянии и что её рука кровоточит, после того как порезалась об осколок фарфора, они сказали Нин Шу: - Ты должна ей помочь. После того, как Нин Шу помогла служанке добраться до её комнаты, служанка тут же позабыла о ране на её руке и просто спросила у Нин Шу: - Почему ты не пришла прошлой ночью? Моя хозяйка хотела с тобой поговорить. - Я всего лишь незначительная служанка. У меня нет ничего, что стоило бы внимания твоей хозяйки, - Нин Шу глянула на её руку. – Так ты хочешь, чтобы я обработала твою рану или нет? Если тебе не нужна помощь, тогда я пойду. Нин Шу развернулась и ушла. Она не хотела связываться с этими людьми, особенно учитывая то, что она даже не знала, кто на неё нацелился. Служанка раздражённо топнула ногой по полу и закричала на Нин Шу: - Эй, постой! Как ты можешь вот так просто уйти? Нин Шу просто проигнорировала её. Кто бы ни искал её в подобное время, этот человек явно не имел добрых намерений, а она всё ещё хотела выжить в этом внутреннем дворе. Леди Ниохужу периодически просила Нин Шу проверять её пульс. На самом деле, был ещё доктор, который проверял пульс леди Ниохужу, поэтому в том, чтобы Нин Шу снова проверяла пульс, не было совершенно никакой необходимости. Однако Нин Шу всё равно честно проверяла пульс леди Ниохужу, а потом говорила ей обо всей той еде, которую леди стоит избегать. Леди Ниохужу тщательно всё записывала, а потом давала Нин Шу немного денег в качестве награды. Нин Шу уже накопила немало таких денег в награду с тех пор, как впервые появилась во дворе леди Ниохужу. Их было так много, что Нин Шу было даже немного неловко. Она также не совсем понимала, что леди Ниохужу под этим подразумевает. В плане доверия леди Ниохужу вообще ей не доверяла. Однако она часто давала ей деньги в награду. Нин Шу получила гораздо более хорошее обращение тут, по сравнению с тем, когда она была во дворе леди Сун. Может, она пытается заполучить таким образом её верность? Нин Шу считала, что её совесть чиста. Она не таила никакой злобы по отношению к леди Ниохужу, и не таила никаких намерений по отношению к кому-либо ещё, поэтому она не стала бы предавать леди Ниохужу. - Леди, пришла леди из Сада Протекающего Сердца, - сказала Тун Юй, когда вошла в комнату. Леди Ниохужу нахмурилась, а потом сказала Нин Шу: - Пойдём со мной, посмотрим. Когда юная леди Ниохужу увидела леди Ниохужу, она сказала: - Старшая сестра, мне так скучно! Вот почему я пришла поговорить с тобой. - Ты уже беременна, так что будь осторожнее, - спокойно сказала леди Ниохужу. Юная леди Ниохужу совсем не выглядела обеспокоенной. - Это же всего лишь беременность, я же не калека. - Чепуха, - шикнула на неё леди Ниохужу. Взгляд юной леди Ниохужу опустился на Нин Шу, и она с завистью сказала: - Эта служанка знает о медицине, верно? В прошлый раз, когда у леди Сун были трудные роды, эта служанка ей помогла. А это означает, что тебе не нужно волноваться ни о чём, когда дело дойдёт до твоих родов, старшая сестра. Нин Шу: →_→ Обычно ничего хорошего не происходило, когда люди упоминали её. Леди Ниохужу кивнула и сказала: - Это верно, и она ещё и женщина к тому же, так что это гораздо удобнее. - Я очень тебе завидую, старшая сестра, - юная леди Ниохужу посмотрела на Нин Шу. – Когда дело дойдёт до моих родов, можешь одолжить мне эту девушку? Юная леди Ниохужу говорила очень прямолинейно. Однако зачем женщине из внутреннего двора использовать чужую служанку? Особенно когда роды – это всё равно, что поездка к вратам ада? Если в это время кто-нибудь сделает что-нибудь, то она прямо отправится через врата ада. Возможно даже сделать так, что и мать, и ребёнок умрут в одно время. ---------- Могу Я Одолжить Эту Девушку? Нин Шу была почти уверена в том, что юная леди Ниохужу на самом деле не хочет, чтобы она помогала ей рожать. Она сказала это небрежно. - Старшая сестра, могу я одолжить эту девушку ненадолго? Ты же знаешь, что мне нравится сажать цветы, поэтому мой двор полон цветов. Я сейчас беременна и так волнуюсь, что некоторые из этих цветов могут нанести вред моему ребёнку. Юная леди Ниохужу прямо попросила дать ей Нин Шу. Нин Шу: →_→ По какой-то причине у неё было дурное предчувствие. Почему бы тогда юной леди Ниохужу не спросить об этом у доктора? Леди Ниохужу глянула на Нин Шу. Она не стала сразу отвечать юной леди Ниохужу. - Старшая сестра, просто позволь мне одолжить её совсем ненадолго. Я сразу же её тебе верну, - льстиво сказала юная леди Ниохужу избалованным тоном. У леди Ниохужу не осталось иного выбора, кроме как кивнуть. Юная леди Ниохужу тут же радостно улыбнулась. - Я сразу же тебе её верну. Нин Шу последовала за юной леди Ниохужу в её двор. Как только она вошла во двор, её накрыло ароматом цветов. У неё во дворе были всевозможные виды цветов, и вокруг них порхали бабочки и пчёлы. - Вот, взгляни на эти цветы. Есть ли среди них те, которые могут навредить ребёнку в моём животе? Юная леди Ниохужу махнула служанкам позади неё и все служанки отошли на некоторое расстояние так, чтобы в саду теперь стояли только Нин Шу и юная леди Ниохужу. - Леди, раз вы теперь беременны, то лучше не сажать цветы, - сказала Нин Шу. Юная леди Ниохужу деликатно наморщила нос, а потом кивнула и сказала: - Ты права, мне не стоит их больше сажать. А то у моего ребёнка может появиться аллергия на пыльцу. Нин Шу притворилась, словно она не услышала того современного термина, что упомянула юная леди Ниохужу. - Я знаю, что моя сестра не благоволит тебе. Раньше ты была служанкой леди Сун, так что моя сестра не может тебе доверять, - внезапно сказала юная леди Ниохужу. – Я просила кое-кого найти тебя недавно, но ты не пришла. Нин Шу тут же поняла, что та служанка была одной из людей юной леди Ниохужу. Нин Шу сделала реверанс и сказала: - Леди очень хорошо обращается с этой служанкой. - Хорошо она с тобой обращается или нет, зависит не от слов, это зависит от действий и чувств. На самом деле, моя сестра тебе не доверяет. Единственная причина, почему она берёт тебя с собой – это чтобы показать мадам. Судя по тому, что я слышала, у тебя не особо высокий статус во дворе моей сестры, и ты лишь занимаешься уборкой, которую обычно поручают третьесортным служанкам, - с лёгкой улыбкой сказала юная леди Ниохужу. - Ты способный человек. Я очень надеюсь, что ты будешь со мной, когда я буду рожать. Моя сестра не хочет доверять тебе, но я буду. После того, как Нин Шу услышала слова юной леди Ниохужу, она наконец-то поняла общую картину. Эта женщина пыталась её завербовать. Вообще-то, если говорить точнее, то эта женщина хотела, чтобы Нин Шу кое-что сделала. Нин Шу сделала реверанс и сказала: - Спасибо вам за похвалу, Леди. Эта служанка не смеет принимать её. ---------- У Тебя Нет Выбора Юная леди Ниохужу слегка наклонилась, чтобы сорвать цветок, а потом поднесла его к носу, чтобы понюхать. После этого она сказала: - Я объясню всё проще. Я хочу, чтобы ребёнок в животе твоей леди исчез без следа. - Леди, эта служанка не может этого сделать, - сказала Нин Шу с испуганным выражением лица. Юная леди Ниохужу слегка постучала по цветку. - А вот и можешь. Ты же доктор, так что ты наверняка знаешь способы. У меня есть кое-какое лекарство. Тебе нужно всего лишь втереть его в своё тело и сделать так, чтобы она понюхала аромат. И тогда ребёнок умрёт. Я гарантирую, что тебя никто не заподозрит. Нин Шу была на мгновение ошеломлена, а потом она поняла. Лекарство не станет прямой причиной выкидыша. Вместо этого оно постепенно убьёт ребёнка, пока он ещё в животе матери. И тогда он родится уже мертворожденным. Как вообще юная леди Ниохужу убедила себя на такой поступок? Они же кровные родственницы с леди Ниохужу! - Эта служанка не смеет, - испуганно сказала Нин Шу с опущенной головой. Юная леди Ниохужу выдернула лепесток и сказала: - Я уверена, что ты сможешь это сделать. И тогда я заплачу тебе целое состояние. Нин Шу просто восприняла это как пустые слова. Всем нравятся верные люди. Если она действительно так сделает, забудь о том, сможет ли она получить состояние или нет, под вопросом будет то, сможет ли она вообще продолжать жить. Кому понравится тот, кто уже предал своего хозяина? Если она смогла предать кого-то сегодня, то завтра уже предаст тебя. Юная леди Ниохужу пыталась убить будущего императора Цяньлун. - Это мой тебе подарок. Юная леди Ниохужу махнула в сторону служанки, которая стояла в стороне, и служанка подошла, чтобы передать Нин Шу красный шёлковый мешочек. Когда служанка достала мешочек, юная леди Ниохужу сделала несколько шагов назад и прикрыла свой нос. Нин Шу взяла мешочек и открыла его. Там было несколько слитков серебра и небольшая бутылочка. В этой бутылочке было несколько чёрных пилюль, которые имели лёгкий и элегантный аромат. - Раствори пилюлю в воде, а потом просто вотри себе в руки или шею, - сказала юная леди Ниохужу. Нин Шу: … - Леди, эта служанка действительно не может этого сделать. Нин Шу выдала прямой отказ. Юная леди Ниохужу тихо сказала: - Неужели ты думаешь, что сестра всё ещё будет доверять тебе, после твоего возвращения? Как только ты вошла в этот двор, у тебя уже больше не осталось никакого выбора. Нин Шу: Какого хрена? Неужели она действительно думает, что раз она трансмигратор, то это означает, что она – главный персонаж? - Я не буду несправедливо относиться к тебе, - тихо сказала юная леди Ниохужу. – То серебро, что ты сейчас держишь в руках – это лишь малая часть. Когда ты добьёшься успеха, то я дам тебе ещё больше серебряных банкнот. Нин Шу улыбнулась и убрала мешочек. Юная леди Ниохужу триумфально улыбнулась и сказала: - С этих пор мы с тобой на одной стороне. Нин Шу: Ха. Ха. Ха… Нин Шу ушла со двора юной леди Ниохужу, а потом достала пилюли и понюхала их, чтобы проанализировать их состав. Где юная леди Ниохужу достала подобные пилюли? Их эффект был как раз таким, как и описала юная леди Ниохужу. Эффекты не были такими сильными, как лекарство для аборта, но они вызывали постоянные повреждения у плода. Самой важной частью было то, что запах был довольно приятным. Он был крайне элегантным и лёгким, так что его было почти невозможно унюхать. Нин Шу взяла платок и завернула бутылочку в несколько слоёв. После этого она вымыли свои руки, прежде чем отправиться повидать леди Ниохужу. Леди Ниохужу вышивала дудо* для своего ребёнка. Когда она увидела Нин Шу, она тихо спросила: - Что она сделала со всеми цветами в своём дворе? - Леди сказала, что она уберёт все цветы со своего двора. Нин Шу достала деньги и лекарство, которые ей дала юная леди Ниохужу и рассказала леди Ниохужу обо всём, что ей сказала юная леди Ниохужу. Когда леди Ниохужу услышала об этом, она была так ошарашена, что даже уколола свой палец. Она в тревоге посмотрела на бутылочку с лекарством в руке Нин Шу и спросила: - Она действительно это сказала? Нин Шу кивнула. Фигура леди Ниохужу словно обмякла, и она тревожно погладила свой живот. - Я думала, что ей просто нравится красть у меня вещи, но она действительно собралась убить моего ребёнка? Я не могу ей этого позволить. - Леди, вам лучше сфокусироваться на заботе о своём здоровье. А все эти вещи можно будет обсудить уже после того, как вы родите. Потом будет ещё полно времени на то, чтобы разобраться с этими вопросами, - посоветовала Нин Шу. Леди Ниохужу задумчиво кивнула. - Леди, а что насчёт этого серебра? – спросила Нин Шу. - Раз она его тебе дала, то просто забирай его, - сказала леди Ниохужу, потирая свой лоб. Нин Шу сделала реверанс и ушла из комнаты. Вскоре вышла Тун Юй и протянула Нин Шу несколько слитков серебра. Там было в два раза больше, чем ей дала юная леди Ниохужу. Тун Юй улыбнулась и сказала: - Мяо Лин, это награда от хозяйки, так что просто прими её. И вот так она получила два денежных вознаграждения подряд. ____________________ Примечание: *Дудо - это традиционная китайская форма лифа, первоначально носившаяся как майка с целебными свойствами. С открытием Китая он иногда встречается в западной и современной китайской моде как рубашка без рукавов и блуза без спинки. В данном случае - это простая одежда для ребёнка. [[image:/storage/reader-images/a4fb003a803679892db0ddd361b100fa5068024d.jpg]] ---------- Кто Же Будет Четвёртым? Нин Шу прямо рассказала леди Ниохужу о том, что юная леди Ниохужу попросила её сделать. Она не имела никакого желания это скрывать. Леди Ниохужу может сама об этом переживать. С чего юная леди Ниохужу была так уверена, что Нин Шу не расскажет об этом леди Ниохужу? Откровенный разговор об этом тоже может решить проблему. В любом случае, больше это не имело к ней никакого отношения. Возможно, из-за этого инцидента, но леди Ниохужу больше так сильно не доверяла Нин Шу. Она теперь редко позволяла ей приближаться к себе. Если она чувствовала себя нехорошо, она приглашала доктора резиденции. Нин Шу это ничуть не волновало, и она просто продолжала делать то, что делала. Она никогда и не хотела добиться доверия леди Ниохужу. Нин Шу примерно понимала, что пытается сделать юная леди Ниохужу. Она хотела убить ребёнка в животе леди Ниохужу, чтобы будущий Хунли родился из её живота. Хунли был четвёртым. Леди Ула Нара родила первого сына. Леди Ли была в этот раз беременна мальчиком, а пол будущего ребёнка леди Гэн был неизвестен. И на данный момент леди Ниохужу и юная леди Ниохужу забеременели в одно время. Кто знает, которая из них родит первой? Нин Шу была тут не для того, чтобы вмешиваться во все эти дела, и она не смогла бы, даже если захотела. Поэтому сейчас она хотела лишь знать, когда она сможет покинуть этот мир. Леди Нянь хорошо заботилась о ребёнке леди Сун. К этому времени девочка уже могла медленно ходить, опираясь на что-нибудь, поэтому, вероятно, она уже не будет подвержена такому высокому риску ранней смерти. Нин Шу как раз подметала во дворе, когда к ней подошла Тун Юй и спросила: - Мяо Лин, что мне делать с тем лекарством, которое тебе дала леди из Сада Протекающее Сердце? - У вас всё ещё лежит то лекарство? – спросила Нин Шу. – Почему вы от него ещё не избавились? Нельзя хранить такие вещи. Один только запах может навредить беременной женщине. Нин Шу немного ошалела. Прошло уже семь дней. Почему они ещё не избавились от тех пилюль? Тун Юй сказала: - Поэтому я пришла к тебе, чтобы спросить, как с ними разобраться. Леди была очень взволнована и не знала, что делать. Нин Шу спокойно сказала: - Можете разобраться с ними как хотите. Например, просто растворите в воде и закопайте. На самом деле это не так страшно. Тун Юй внимательно слушала. - Это просто смесь различных трав. Стоит только её разбавить водой, и она уже не будет иметь такого сильного эффекта, - небрежно добавила Нин Шу. Тун Юй посмотрела на Нин Шу. - Я могу тебе доверять? - А почему ты не можешь мне доверять? Я – служанка леди. Какую выгоду я получу, если с леди что-то случится? Раньше я была служанкой леди Сун, но теперь я с леди. Если она мне не доверяет, неужели я буду в более благоприятной ситуации, если буду служить кому-то ещё? Все доверяют только своим людям. Тун Юй глянула на Нин Шу, а потом, наконец, сказала: - Можешь продолжать подметать. Нин Шу кивнула, а потом продолжила подметать. Тун Юй снова глянула на Нин Шу. - А ты довольно странная. Чего же ты желаешь? ---------- В Этом и Смысл Навыков Тун Юй считала, что эта девушка ни о чём не беспокоится. - Я боюсь умереть. Я просто хочу жить, - с ухмылкой сказала Нин Шу. Тун Юй усмехнулась: - Пока ты не будешь делать ничего, что может навредить леди, то она, конечно же, тебя защитит. - Конечно же, я на стороне леди, - сказала Нин Шу. Выражение лица Тун Юй не изменилось. Было не очень понятно, верит она словам Нин Шу или нет. По мере прогрессирования беременности, леди Ниохужу начала чувствовать утреннюю тошноту. У неё было сильное головокружение, тошнота и вялость. Это всё были обычные симптомы беременности. Тун Юй пришла к Нин Шу и спросила, знает ли какие-нибудь народные средства. Если леди не сможет удерживать в себе еду, то её тело не сможет долго продержаться. Нин Шу дала Тун Юй мешочек, в котором были листья мяты и апельсиновые шкурки и сказала: - Когда она будет чувствовать себя нехорошо, она может понюхать это. Вы также можете добавить немного уксуса в процессе приготовления еды. Это помогает усилить аппетит. Тун Юй взяла мешочек и отнесла его доктору, чтобы он проверил его. Доктор сказал, что с ним нет никаких проблем, и что действительно можно подавить некоторый дискомфорт, используя подобный метод. Леди Ниохужу наконец-то успокоилась и стала носить мешочек, который для неё сделала Нин Шу. Однако никакое лекарство не может вылечить утреннюю тошноту, все они могут лишь пытаться подавить её. Леди Ниохужу была очень измождённой от тошноты и у неё так кружилась голова, что она даже не могла выбраться из постели. Однако, как бы плохо она себя ни чувствовала, она не звала Иньчжэня. Леди Ниохужу говорила о том, как ей было плохо, только когда Иньчжэнь приходил навестить её. Таким образом, вместо того, чтобы вызывать у Иньчжэня раздражение, он наоборот чувствовал, как у него сердце болит за неё. Большую часть времени леди Ниохужу не беспокоила Иньчжэня. Она вела себя немного избалованно и жаловалась, только когда Иньчжэнь приходил к ней. Это было полной противоположностью тому, как вела себя леди Сун, когда была беременна. Леди Сун была из тех, что созывали людей, как только с ними случалась малейшая проблема. Она поднимала большую шумиху, и, в итоге, оказывалось, что это вообще не проблема. Эти две леди были просто на совершенно разных уровнях. К тому же, в этом внутреннем дворе было несколько других беременных женщин. Если одна женщина будет звать Иньчжэня, и другая женщина тоже будет звать его, то он, вероятно, измотается до изнеможения. Нин Шу всё ещё работала третьесортной служанкой-уборщицей. Каждый день она подметала двор и вытирала полы. Её руки уже стали грубыми от всей этой уборки. Когда она уже сможет покинуть это грёбанное место? Леди Ниохужу уже была почти на пятом месяце беременности! Почему она, блин, всё ещё в этом мире? Прошло уже больше двух лет. Почему система всё ещё не сказал ей, что она может покинуть этот мир? Юная леди Ниохужу периодически приходила навещать леди Ниохужу. Каждый раз, когда она видела Нин Шу, она подмигивала ей. Однако Нин Шу просто притворялась, что не замечала этого и продолжала заниматься своими вещами. Леди Ниохужу явно осознавала, что человек, находящийся перед ней, хотел навредить её ребёнку, но она этого никак не показывала. Юная леди Ниохужу называла её "старшая сестра", а леди Ниохужу называла её "младшая сестра". Когда они были вместе, они всегда казались близкими сёстрами с крепкой дружбой. Когда юная леди Ниохужу увидела слегка надувшийся живот леди Ниохужу, в её взгляде промелькнуло лёгкое замешательство. Почему у неё всё ещё не было выкидыша? Она видела, что цвет лица леди Ниохужу был довольно хорошим. Когда она услышала, что леди Ниохужу говорит о том, как она чувствует движения ребёнка, юная леди Ниохужу пришла к выводу, что её план провалился. Когда доктор пришёл к юной леди Ниохужу с рутинной проверкой, она спросила у доктора: - Как там здоровье моей сестры? Я слышала, что она не очень хорошо себя чувствовала. Ей уже лучше? Доктор сказал: - Леди в порядке и ребёнок очень здоровый. - Она действительно в порядке? Я очень волнуюсь за свою сестру, - юная леди Ниохужу снова спросила у доктора: - С моей сестрой правда всё хорошо? - Она в порядке, она очень здоровая, - сказал доктор. Юная леди Ниохужу была разочарована и зла. Та чёртова девчонка ничего не сделала даже после того, как взяла деньги. Она не исполнила наш план! Или это всё потому, что та девчонка не смогла подобраться близко к леди Ниохужу? Юная леди Ниохужу потёрла свой лоб, а потом отпустила доктора. Мгновением позже она попросила доктора вернуться. - Подождите минутку. А вы уже можете ведь определить, будет это мальчик или девочка, верно? Доктор почтительно сложил руки и сказал: - Ребёнок в животе леди – это мальчик. Юная леди Ниохужу улыбнулась и приказала своей личной служанке выдать доктору небольшую награду. Доктор принял деньги и ушёл. Пока юная леди Ниохужу наблюдала за тем, как уходит доктор, её взгляд сверкнул недобрым светом. Раз у неё не получилось использовать служанку, тогда она просто должна использовать доктора. Юная леди Ниохужу погладила свой живот. - Малыш, всё, что мама делает – это ради тебя. В этом внутреннем дворе только победитель сможет стоять на вершине. Она была человеком из современной эпохи, но теперь утолщила свою кожу, чтобы служить кому-то в качестве наложницы. Если бы не тот факт, что Иньчжэнь был будущим императором династии Цин, то она бы ни за что не стала делить мужа с другими женщинами. Более того, тот мужчина был даже её сводным братом. ---------- Фамилия Была Ниохужу После того, как юная леди Ниохужу трансмигрировала, она узнала, что её фамилия была Ниохужу. Она думала, что она станет знаменитой леди Ниохужу, но оказалось, что она была просто дочерью наложницы Ниохужу Линчжу. Над ней была старшая сестра, рождённая от основной жены, и её старшая сестра уже вошла во внутренний двор Иньчжэня. Юная леди Ниохужу была почти уверена, что её старшая сестра и была Вдовой-Императрицей, леди Ниохужу. А теперь она была беременна, будущий император Цяньлун наверняка в её животе. Каждый раз, когда она видела живот леди Ниохужу, она чувствовала себя очень взволнованной. Если этот ребёнок исчезнет, то Хунли может выйти из её живота. Пройдя через трансмиграцию, если она не совершит никакого великого достижения, то это будет всё равно, что упустить огромную удачу. ____________________ Тун Юй вошла в комнату, где Нин Шу делала ароматные мешочки, и сказала: - Мяо Лин, леди хочет тебя видеть. Скорей. Нин Шу увидела, что Тун Юй выглядит очень обеспокоенной, поэтому она стряхнула мятные листья с рук, поднялась и спросила: - Что случилось? - Просто пойдём со мной, - сказала Тун Юй. Нин Шу последовала за Тун Юй в комнату леди Ниохужу. Леди Ниохужу сидела в кресле. - Леди, что я могу для вас сделать? – спросила Нин Шу, делая реверанс. Леди Ниохужу ничего не сказала, но Тун Юй, которая была рядом с ней, объяснила: - Только что приходил доктор резиденции, чтобы проверить её пульс, и сказал, что плод леди немного нестабилен. Он даже выписал рецепт. Нин Шу примерно поняла ситуацию и спросила: - Леди, как вы себя чувствуете? Леди Ниохужу нахмурилась. - Я чувствую себя прекрасно. Этот ребёнок тоже любит шевелиться. Я не чувствую ничего плохого. Я позвала тебя, чтобы проверить мой пульс. Леди Ниохужу вытянула руку и положила её на стол. Нин Ну подошла, чтобы проверить пульс леди Ниохужу. После продолжительной проверки и повторной перепроверки, она была уверена. И леди Ниохужу, и Тун Юй, обе смотрели на неё с серьёзными лицами. - Ну, как там? С ребёнком что-нибудь не так? – спросила леди Ниохужу. Нин Шу сказала: - Эта служанка уверена, что ваше здоровье в полном порядке. Плод тоже очень здоровый. Может эта служанка взглянуть на рецепт? Тун Юй тут же принесла два свёртка с лекарством. Нин Шу открыла бумажный свёрток и проверила медицинские ингредиенты. Наконец, она сказала: - Один из ингредиентов - шафран, который используется для улучшения циркуляции крови и избавления внутренних кровяных сгустков. Он также может вызывать аборт. Леди Ниохужу плотно поджала губы, и вся её аура стала холодной и яростной. Она небрежно махнула рукой в сторону Нин Шу, поэтому Нин Шу сделала реверанс и вышла из комнаты. - Прими эти деньги в награду, - Тун Юй дала Нин Шу немного серебра. – Спасибо тебе за помощь в этот раз. ---------- Человек Предполагает, а Господь - Располагает - Старшая сестра Тун Юй, вы слишком вежливы. Это просто долг этой служанки. Нин Шу сделала реверанс. Тун Юй вложила серебро в руку Нин Шу. - Бери. Леди желает, чтобы ты их взяла. Нин Шу приняла кусочки серебра. Ей снова дали деньги. Каждый раз, когда она помогала леди Ниохужу сделать что-нибудь, леди Ниохужу давала ей немного денег в награду. К этому времени у неё уже накопилось немало денег. Для служанки это, вероятно, была огромная сумма денег. Леди Ниохужу знала, что всё произошедшее было подстроено юной леди Ниохужу. Юная леди Ниохужу снова пришла поговорить с леди Ниохужу, но та сказала, что плохо себя чувствует, и не стала встречаться с юной леди Ниохужу. К этому времени леди Ниохужу уже просто терпела всё происходящее изо всех сил. Для неё не было ничего важнее, чем её ребёнок. В будущем она постепенно со всем разберётся. К тому времени, как леди Ниохужу и юная леди Ниохужу были на седьмом месяце беременности, леди Ли и леди Гэн обе родили, и в обоих случаях были мальчики. Это означало, что после сына леди Ула Нара родились ещё два мальчика. Поэтому, между детьми леди Ниохужу и юной леди Ниохужу, тот, кто родится первым, будет четвёртым и получит имя Хунли. Леди Ниохужу не знала об этой истории, но вот юная леди Ниохужу знала. Когда Нин Шу проверяла пульс леди Ниохужу, вошла служанка и сказала леди Ниохужу: - Леди, леди из Сада Протекающего Сердца рожает. Леди Ниохужу была на мгновение ошеломлена. - Прошло же только семь месяцев. Почему она уже рожает? - Я слышала, что она упала, - сказала служанка. Цвет лица леди Ниохужу стал немного бледным и со следами затаённого испуга, когда она поддержала свой живот. - С ребёнком в её животе всё будет в порядке? Нин Шу утешила леди Ниохужу. - Не волнуйтесь, Леди. Всё же, разве не говорят, что рождённый на седьмом месяце выживет, а на восьмом – нет? - Сходи в её двор и посмотри за меня. Расскажешь мне, если что-то произойдёт. Леди Ниохужу не планировала приходить в её двор и отправила вместо себя Нин Шу. Нин Шу сделала реверанс, а потом отправилась во двор юной леди Ниохужу. Иньчжэнь и леди Ула Нара уже ждали там. Как только Нин Шу вошла во двор, она услышала болезненные крики юной леди Ниохужу. Она просто стала ждать снаружи. Роды леди Ниохужу прошли очень гладко, и вскоре она родила мальчика. Однако, поскольку он родился раньше срока, то был немного слабым. После того, как ребёнок родился, Нин Шу вернулась и доложила об этом леди Ниохужу. Когда леди Ниохужу услышала эти вести, она лишь поджала губы и ничего не сказала. Однако Нин Шу считала, что юная леди Ниохужу специально вызвала у себя ранние роды, чтобы сделать своего ребёнка четвёртым сыном. Иньчжэнь не стал сразу же давать имя ребёнку. Дети леди Ли и леди Гэн тоже ещё не получили имена. Детям не дадут имени до тех пор, пока им не исполнится месяц. Юная леди Ниохужу продолжала доставать Иньчжэня, чтобы он дал имя её ребёнку, даже несмотря на то, что она была в послеродовом периоде, но Иньчжэнь отказался. Он сказал, что даст ребёнку имя и запишет его в генеалогию, когда ему исполнится один месяц. Юная леди Ниохужу попросила несколько раз, но Иньчжэнь был неуклонен, поэтому она не смела больше упоминать об этом. Юная леди Ниохужу была довольно подавленной. Как так выходило, что когда трансмигрировали другие люди, то они всегда имели впечатляющие способности и даже влюбляли в себя императора? Она и так уже изо всех сил пыталась влюбить в себя Иньчжэня, но этот мужчина действительно был холодным до глубины души. Она уже так долго была его женщиной, но он всё равно не влюбился в неё. Вместо этого, она влюбилась в него. У женщин легко могут развиться чувства, когда дело доходит до удовольствий в постели. Люди всегда, в итоге, приспосабливались к своему окружению, и юная леди Ниохужу тоже постепенно стала женщиной из древней эпохи. Она считала своего мужа небом и рассматривала свою ценность, основываясь на своих детях. Если бы не это, то она бы не пошла на такой риск, как ранние роды. Однако поведение Иньчжэня обидело юную леди Ниохужу. Он отказался даже дать имя её ребёнку. Юная леди Ниохужу хотела, чтобы её сына звали Хунли, Айсиньгьоро Хунли. Однако вскоре кое-что произошло, отчего юная леди Ниохужу впала в состояние паники; а именно – ребёнок леди Гэн умер прежде, чем ему исполнился месяц. Детям, которые умерли в таком возрасте, даже не давали имена, не говоря уже о том, чтобы записывать их в генеалогию. А это означало, что преждевременно рождённый ребёнок юной леди Ниохужу теперь был третьим, а не четвёртым сыном. Когда Нин Шу узнала об этом, она лишь причмокнула губами. Судьба поистине непредсказуема. Юная леди Ниохужу продумала такой тщательный план, но оказалось, что он не принёс результатов. Неужели юная леди Ниохужу знала лишь то, что Хунли был четвёртым сыном? Она не была в курсе того, что у леди Гэн был лишь один сын, записанный в генеалогии? И её единственный записанный сын был шестым, Хунчжу, который любил зарабатывать деньги похоронными услугами, вместо того, чтобы работать на правительство. Как там говорится? Человек предполагает, а Господь располагает? Некоторые вещи не случаются так, как того хочет человек. ---------- Снова Стала Повитухой Живот леди Ниохужу продолжал расти с каждым днём, в то время как сердце юной леди Ниохужу с каждым днём становилось всё холоднее. Она была слишком обеспокоена, чтобы даже как следует заботиться о себе во время послеродового периода. Юная леди Ниохужу постоянно просила Иньчжэня дать имя её сыну. Она не могла понять, почему Иньчжэню так трудно просто назвать её сына Хунли. По мере того, как приближалось окончание беременности, леди Ниохужу начала всё больше нервничать. Она подозвала Нин Шу. Нин Шу утешила леди Ниохужу: - Леди, не волнуйтесь. Ваш ребёнок в правильной позиции и его головка направлена ко входу в таз. Он должен родиться в ближайшие несколько дней. Нин Шу вспомнила роды леди Сун. - Леди, вы уже закончили назначать повитух? – спросила Нин Шу. Леди Ниохужу кивнула. - Я попросила мою мать найти повитух. Она очень тщательно подбирала этих повитух, так что проблем возникнуть не должно. Леди Ниохужу внезапно схватила Нин Шу за руку. Она приложила изрядное количество силы, так что её ногти практически вонзились в руку Нин Шу. Она серьёзно посмотрела на Нин Шу и спросила: - Мяо Лин, я могу тебе доверять? - Леди, прошу, поверьте этой служанке. Если с вами что-нибудь случится, то для этой служанки в этом не будет никакой выгоды, - повторила Нин Шу. Леди Ниохужу не отпустила руку Нин Шу. - Я надеюсь, что ты будешь рядом со мной, когда я буду рожать. Я доверяю свою жизнь и жизнь своего ребёнка в твои руки. - Леди, эта служанка сделает всё, что в её силах, - торжественно сказала Нин Шу. – Эта служанка сделает всё, что в её силах, всё возможное. Нин Шу коснулась живота леди Ниохужу. Он уже заметно опустился. Вероятно, роды произойдут очень рано, поэтому Нин Шу оставалась рядом с леди Ниохужу, не отходя ни на шаг. Леди Ниохужу тоже чувствовала, что она скоро родит. Она чувствовала лёгкие схватки, и её поясница очень болела. Однажды утром, когда леди Ниохужу завтракала, у неё отошли воды, и на полу образовалась лужица. Как только Нин Шу увидела это, она поспешила помочь леди Ниохужу добраться до постели. - Старшая сестра Тун Юй, леди скоро родит! Скорее позови сюда повитух, а потом приготовь горячую воду, - сказала Нин Шу, обращаясь к нервничающей Тун Юй. - Да! Хорошо… Тун Юй поспешно ушла выполнять поручения. Леди Ниохужу лежала на постели, а её лоб был покрыт потом от боли. - Леди, постарайтесь потерпеть. Не кричите, сохраните свою силу для того, чтобы вытолкать ребёнка. - Мяо Лин, я доверяю тебе. Ты должна убедиться, что мой ребёнок благополучно родится, - сказала леди Ниохужу, терпя боль. У неё на лбу надулись голубые вены. Нин Шу кивнула. - Леди, доверьтесь мне. Вы будете в порядке. Пока Нин Шу говорила, она отрезала кусочек женьшеня и положила его в рот леди Ниохужу. Леди Ниохужу чувствовала себя так, словно её живот выскребают ножом. Это было так болезненно, что её тело казалось ослабшим. Тун Юй привела повитух. Нин Шу была занята тем, что помогала леди Ниохужу принять позу для родов, когда почувствовала сильный аромат лекарства, идущий от одной из повитух. Эта повитуха даже специально пыталась приблизиться к леди Ниохужу. Нин Шу схватила эту повитуху за руку, вывернула её и прижала к земле, сказав Тун Юй: - Свяжи её и запри в другой комнате. ---------- Успешные Роды Тун Юй была на мгновение ошеломлена и не могла найти верёвку. Леди Ниохужу, которая стонала от боли, наконец-то прошептала: - Разрежь сетку от комаров. Тун Юй тут же взяла ножницы, чтобы разрезать москитную сетку, а потом связала руки повитухи лоскутками, после чего утащила в соседнюю комнату. - Не волнуйтесь, Леди. Вы будете в порядке, - сказала Нин Шу, успокаивая леди Ниохужу. Леди Ниохужу кивнула, даже несмотря на то, что её лоб покрывал холодный пот. - Шейка матки раскрылась, Леди. Тужьтесь! – сказала одна из повитух леди Ниохужу. Леди Ниохужу сделала глубокий вдох, а потом стиснула зубы и начала усердно тужиться. - Сделайте глубокий вдох, а потом снова тужьтесь, - Нин Шу подсказывала леди Ниохужу. – Вдох, выдох. Леди Ниохужу была практически в трансе от боли. Она не могла даже думать и могла лишь делать, как ей говорила Нин Шу. Прошло уже два часа, но леди Ниохужу всё никак не могла родить. Нин Шу сочла это странным. Положение плода леди Ниохужу было верным, поэтому на роды не должно было уйти так много времени. - Проваливай! Нин Шу увидела, как одна из повитух запихивает головку ребёнка обратно в матку. Как только появлялась головка ребёнка, она запихивала её обратно, отчего леди Ниохужу чуть не умерла от боли. - Свяжи её, - сказала Нин Шу Тун Юй. – Леди, мы уже видим головку ребёнка. Ещё немного и ребёнок выйдет. Леди Ниохужу закричала, а потом вышла головка ребёнка. Нин Шу осторожно вытянула тело ребёнка, пока ребёнок, наконец-то, не покинул тело леди Ниохужу. Нин Шу похлопала ребёнка по попе и ребёнок начал кричать. Когда леди Ниохужу услышала крик ребёнка, она наконец-то потеряла сознание от изнеможения. Нин Шу вытерла ребёнка от крови, а потом завернула его в пелёнки, прежде чем передать его Тун Юй. - Иди и доложи эту радостную весть. Тун Юй осторожно взяла ребёнка, дрожа и плача от облегчения и радости. Она вынесла ребёнка, чтобы доложить Иньчжэню и леди Ула Нара, которые ждали снаружи. Нин Шу осталась в комнате, чтобы заняться прочими делами. Нин Шу осталась рядом с леди Ниохужу. Когда леди Ниохужу очнулась и увидела Нин Шу, она понимающе кивнула, а потом спросила: - Где мой ребёнок? - Леди, эта служанка всё ещё носит его. Тун Юй держала ребёнка с тех пор, как он родился. Из-за того, что прежде произошло с повитухами, она очень переживала и из-за кормилицы. Она позволила кормилице только накормить ребёнка молоком. Всё остальное время она держала ребёнка сама. Тун Юй поднесла ребёнка к леди Ниохужу, чтобы та могла на него взглянуть. Леди Ниохужу улыбнулась, когда увидела своего ребёнка. - Спасибо тебе большое, - сказала леди Ниохужу, благодаря Нин Шу. – Если бы не ты, то мой ребёнок и я, вероятно, уже оба бы умерли. Нин Шу кивнула, а потом попросила разрешения уйти. Ей нужно было вернуться в свою комнату и помыться. Нин Шу вернулась и помылась, а потом легла на постель, чтобы немного отдохнуть. Она почти не отдыхала в последнее время, пока леди Ниохужу готовилась к родам. А вот насчёт того, кто подослал повитух, которые пытались навредить леди Ниохужу и ребёнку, то этим уже пусть занимается леди Ниохужу. Она поймала одну повитуху с дурными намерениями, поэтому она не ожидала, что там будет ещё одна. Возможно, желающих убить ребёнка леди Ниохужу было больше, чем только одна сторона. После того, как произошло нечто подобнее, леди Ниохужу отказалась от идеи нанять кормилицу. Если у кормилицы будут недобрые намерения, то это будет всё равно, что бросить ребёнка в пасть волка. Новорожденные дети очень хрупкие. Любая лёгкая травма может привести к их смерти. А что если ей попадётся кормилица, как та, что была у первой юной леди? Та, что оскорбляет детей? Одна только эта мысль ужасала её. Леди Ниохужу спросила мнения Нин Шу. Нин Шу считала, что пить материнское молоко – это очень хорошо для ребёнка. Однако на данный момент леди Ниохужу была в послеродовом периоде, поэтому ей будет не очень хорошо тяжело работать. Нин Шу предложила, чтобы леди Ниохужу наняла надёжную кормилицу, чтобы передать ей такие вещи, как купание ребёнка и смена его подгузников. Леди Ниохужу не могла делать всё это, пока она была в послеродовом периоде. Леди Ниохужу слегка нахмурилась. - И где мне сейчас найти надёжную кормилицу? Даже эти четыре повитухи были найдены моей матерью, но всё равно произошло нечто подобное. Леди Ниохужу казалось, что очень многие люди заглядываются на неё ребёнка. Никто ещё во внутреннем дворе не испытывал такие вещи, когда они рожали своих детей. - Те повитухи наверняка были подкуплены. Нам ещё нужно их допросить, так что давайте подождём, пока у вас не закончится послеродовой период. Леди, вам сейчас нужно успокоить свой разум и сфокусироваться на восстановлении, - Нин Шу попыталась утешить леди Ниохужу. Леди Ниохужу посмотрела на Нин Шу и сказала: - Я… Я хочу, чтобы ты заботилась о моём ребёнке. Нин Шу: … #комментарий анлейта: Кстати говоря, эта переводчица считает, что рожать – это очень страшно. Это один из самых больших страхов переводчицы. И эта глава сделала всё только хуже. Эта переводчица всегда удивлялась тому, как остальные женщины проходят через этот изнурительный процесс, словно это ерунда. ---------- Прошу, Присмотри За Моим Ребёнком Леди Ниохужу чувствовала, что множество людей нацелились на её ребёнка. Она теперь вообще не доверяла людям, поэтому она хотела, чтобы Нин Шу заботилась о её ребёнке. Когда она рожала, эта девушка спасла и её, и ребёнка, поэтому леди Ниохужу теперь больше доверяла Нин Шу. Более того, у этой девушки были медицинские навыки, поэтому, если у её ребёнка появятся какие-то аномалии, то эта девушка заметит первой. Леди Ниохужу взяла Нин Шу за руку и сказала: - Мяо Лин, я надеюсь, что ты поможешь мне присмотреть за моим ребёнком. Я не могу доверять никому другому в моём нынешнем состоянии. Нин Шу очень хотела стряхнуть руку леди Ниохужу, но она стерпела и просто с уважением сказала: - У этой служанки нет никакого опыта в заботе о детях. Я боюсь, что не оправдаю ваших ожиданий. - Мне не нужно, чтобы ты заботилась о моём ребёнке. Я лишь надеюсь, что ты будешь рядом с ребёнком и заодно… - леди Ниохужу понизила голос до шёпота. – Поможешь мне присмотреть за кормилицей. Я не уверена, что могу ей доверять. Недавние события заставили леди Ниохужу стать словно испуганная птица. И это также заставило её гораздо больше доверять этой служанке, которая уже несколько раз приходила ей на помощь. Нин Шу: Нет, я не хочу… - Когда мой послеродовой период закончится, я сама буду заботиться о своём ребёнке, - сказала леди Ниохужу. После этого она стрельнула взглядом в Тун Юй. Словно по команде, Тун Юй достала из комода небольшую шкатулку. - Леди желаете дать тебе это, - сказала Тун Юй, открывая шкатулку. В ней были всевозможные ювелирные украшения, включая ожерелья, заколки, браслеты. Подобная шкатулка обладала значительной ценностью. Для обычных людей, она могла прокормить их на протяжении всей жизни. Нин Шу поспешно сделала реверанс и сказала: - Леди, это слишком много. Эта служанка не может такое принять. Иметь много денег – это не всегда хорошо, особенно учитывая то, что сейчас она была простой служанкой. Если она действительно согласится присматривать за ребёнком только после того, как примет эту шкатулку, тогда по окончании послеродового периода леди Ниохужу, вероятно, решит рассчитаться с ней. Если поставить себя на место леди Ниохужу, если бы она была хозяйкой, то было бы странно, не почувствуй она раздражение из-за того, что ей приходится награждать своих слуг, чтобы они делали то, что она просит. К тому времени леди Ниохужу достаточно будет лишь придумать какую-нибудь простую причину, чтобы избавиться от неё. Она была всего лишь служанкой, которая не могла контролировать свою судьбу. Она никак не могла устраивать переговоры на равных с леди Ниохужу. К тому же, когда задание будет завершено, она покинет это тело, и в него вернётся изначальный хост. Если леди Ниохужу начнёт критиковать изначального хоста и с изначальным хостом что-нибудь случится, то вина будет на ней, на Нин Шу. Она ведь использовала тело изначального хоста, поэтому она никогда не думала о том, чтобы оставлять изначальному хосту нерешённые проблемы. Немного всё обдумав, Нин Шу замахала руками и сказала: - Эта служанка обязательно присмотрит за маленьким господином, но эта служанка не может принять этот подарок. Эта служанка всего лишь ничтожная служанка. А эта шкатулка гораздо более ценная, чем сама служанка, поэтому это лишь навлечёт проблем. К тому же, Леди, вы уже дали этой служанке немало денег в награду. Эта служанка и так уже чувствует себя неуютно, принимая все эти награды, так что эта служанка действительно не может принять ещё и этот подарок. Нин Шу сделала реверанс: - Эта служанка обязательно старательно будет присматривать за юным господином. Губы леди Ниохужу изогнулись вверх. - Раз такое дело, то я на тебя рассчитываю. Спасибо вам, читатели рулейта, за множество интересных комментариев под каждой главой! Приятно читать и отвечать! ---------- Беспокоится, Словно Мать - Эта служанка не смеет принимать такую честь. Когда Нин Шу увидела облегчение на лице леди Ниохужу, она тут же поняла, что попалась в ловушку. После того, как леди Ниохужу достала шкатулку с такими ценными вещами, приняла бы Нин Шу её или нет, ей всё равно пришлось бы присматривать за юным господином. Более того, леди Ниохужу никогда и не планировала на самом деле отдавать ей шкатулку с такими ценными украшениями. Если бы она действительно хотела наградить служанку, любой один предмет, небрежно выбранный из этой шкатулки, был бы уже крайне дорогим для служанки. Все они были очень опытны в интригах. Возможно даже, что это была проверка. Нин Шу: →_→ Когда уже закончится это задание?! Леди Ниохужу недавно родила, поэтому она была очень уставшая. В это время Иньчжэнь пришёл навестить леди Ниохужу и её ребёнка. Нин Шу вышла из комнаты. Она просто не знала, что сказать. Её заданием было позаботиться о ребёнке леди Сун, но теперь уже леди Нянь воспитывала эту девочку и она делала это очень хорошо. Так что теперь она была вынуждена присматривать за ребёнком леди Ниохужу. Что вообще происходит в этом задании? Это даже не её собственный ребёнок, но она беспокоится, словно мать. Нет, вообще-то, она вынуждена беспокоиться даже больше, чем мать. Тун Юй помогла Нин Шу переехать в другую комнату. Эта комната была прямо по соседству с комнатой леди Ниохужу и была довольно большой. Нин Шу и кормилица будут заботиться о ребёнке в этой комнате. Нин Шу нужно было защищать ребёнка и следить, чтобы к нему не приближалось ничего опасного. И параллельно вместе с этим она должна была присматривать за кормилицей. Она должна была пробовать всю еду, прежде чем передавать её кормилице, а также проверять одежду ребёнка на наличие каких-либо проблем. Она не спала по ночам, а просто сидела на постели и тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства. Колыбель была прямо рядом с её постелью, потому что она должна была периодически проверять состояние ребёнка. Если ребёнок был голоден посреди ночи, то она относила его к кормилице, чтобы ребёнок мог напиться молока. Ребёнок был рождён в срок, поэтому он был очень здоровым и ел очень хорошо. Он был красивым и нежным, совсем не похожим на то, как выглядела маленькая леди в самом начале. Леди Ниохужу была хорошей матерью. Нин Шу ела не то же самое, что и кормилица. Еда кормилицы была специально приготовлена, чтобы способствовать производству молока. Нин Шу всегда проверяла еду кормилицы. Однако сегодня еда кормилицы была немного солёной. Даже ей она казалась солёной. Она едва могла проглотить свиной суп. Она посмотрела на кормилицу и спросила: - Почему еда сегодня такая солёная? Если кормилица будет есть солёные блюда, то молоко, которое она производит, тоже будет солёным. И это сильно нагрузит пищеварительную систему ребёнка. Не то, чтобы ей нельзя было есть ничего солёного, но ей нельзя было есть блюда, которые настолько солёные. Кормилица сказала: - С тех пор, как я пришла сюда, я ела такие постные блюда, поэтому я попросила повариху добавить немного соли. Вы должны меня понять. Я же из деревни, и у нас всегда подавали солёные овощи во время еды. Я очень привыкла есть солёные блюда, поэтому вся эта еда для меня на вкус такая постная. Нин Шу нахмурилась. - Ты же сейчас должна кормить ребёнка молоком. Если ты будешь есть слишком солёные вещи, то это будет плохо для ребёнка и тебе будет труднее производить молоко. Неужели ты не знаешь о таких вещах, несмотря на то, что ты работаешь кормилицей? - Мисс Мяо Лин, я же всего разок только, так что всё будет в порядке. Большую часть времени в еде вообще нет соли, поэтому мне её даже глотать трудно. Как мне вообще производить молоко для моего маленького господина, если я не буду есть? Кормилица выглядела немного раздражённой. Нин Шу пристально посмотрела на кормилицу. Она была полной, и её цвет лица был очень румяным. Поначалу она довольно хорошо заботилась о ребёнке, но что же она сейчас пыталась сделать? Кормилица беспокойно отвела взгляд, когда увидела, что Нин Шу смотрит на неё, а потом сказала: - Ладно, я больше не буду такое есть. На кухне переделали еду для кормилицы. После того, как кормилица поела и накормила ребёнка, Нин Шу отнесла ребёнка в комнату леди Ниохужу. Леди Ниохужу очень беспокоилась о своём ребёнке и просила приносить его по несколько раз в день. Большую часть времени она держала его при себе. - В последнее время происходило что-нибудь необычное? – спросила леди Ниохужу, когда нежно приняла ребёнка. Нин Шу задумалась на мгновение, а потом сказала: - Нет. Пока никаких проблем. Взгляд леди Ниохужу не покидал лица ребёнка. - Внимательно следи за всем, что происходит в этот период. - Эта служанка понимает. Нин Шу хотела рассказать о том, что сделала кормилица, но на самом деле, тот факт, что кормилице захотелось поесть солёной воды – это была не такая уж большая проблема. Однако, похоже, в будущем ей придётся внимательнее присматривать за кормилицей и беречь ребёнка. ---------- Подозрительная Кормилица Нин Шу чувствовала, что с этой кормилицей что-то не так, поэтому она продолжала тихонько присматривать за ней. Однако после того как она в прошлый раз сказала кормилице не есть ничего слишком солёного, кормилица начала вести себя нормально и без жалоб ела то, что приготовили на кухне. От этого прошлый инцидент выглядел просто как её страстное желание поесть чего-нибудь солёного. Нин Шу не заметила больше ничего необычного, и кормилица продолжила хорошо заботиться о ребёнке. Нин Шу решила, что она слишком много думает об этом. Возможно, она была слишком подозрительной. Семья леди Ниохужу тщательно выбрала эту кормилицу, а поскольку выбор кормилицы был тесно связан с выживанием ребёнка, они, вероятно, не были настолько беспечными… Однако после того инцидента с кормилицей она не смела так просто снимать все подозрения. Однако эта кормилица во всех аспектах вела себя нормально. Она почти всегда была рядом с Нин Шу. Нин Шу целенаправленно держала кормилицу подальше от ребёнка, за исключением тех моментов, когда ребёнку нужно было молоко. Она старалась минимизировать контакт ребёнка с кормилицей. - Увааа, ува… Нин Шу была в процессе тренировки, когда её прервал плач ребёнка. Как только она открыла глаза, она увидела, что ребёнок сучит ножками в колыбели с недовольным выражением на лице. Нин Шу поспешно встала с постели, чтобы поднять ребёнка. Ребёнок тут же потянулся к её груди. Он явно был голоден. Даже его губы были немного бледными. Нин Шу положила палец в рот ребёнка и обнаружила, что его рот был очень сухим. У него явно была жажда. Она не стала будить кормилицу и просто налила немного воды, чтобы напоить ребёнка. Ребёнок явно испытывал сильную жажду, потому что он выпил целую чашку воды. Он срыгнул, и вода начала стекать с уголка его рта. Нин Шу вытерла его рот рукавом. Она подняла малыша и нежно похлопала его по спине. Вскоре ребёнок заснул на руках у Нин Шу. Однако позже Нин Шу обнаружила, что с ребёнком что-то не так, потому что на следующий день ребёнку было трудно какать. Его лицо было ярко красным, когда он какал. Словно у него был запор. Более того, его какашки сильно воняли. Ребёнку было меньше месяца, поэтому он пил только молоко. Обычно чего-то подобного быть не должно. Нин Шу нахмурила брови. Прибрав за ребёнком, она снова напоила его водой, и ребёнок выпил целую чашку воды. Отчего у него такая жажда? Вся еда кормилицы была лишь слегка приправленной. - Мисс Мяо Лин, может, мне уже пора покормить маленького господина? Кормилица как раз только помылась. И она протянула руки, чтобы начать кормить малыша. Нин Шу прищурилась, протягивая малыша кормилице. ---------- Никогда Не Хотела Навредить Маленькому Господину Нин Шу всё обдумала и никак не могла избавиться от чувства, что тут что-то было не так. Она чувствовала, что проблема явно исходит от кормилицы. Однако она не могла придумать никаких других причин, кроме проблемы с едой. - Ребёнок не голоден, так что не надо пока его кормить. Нин Шу притянула ребёнка обратно к себе. Кормилица выглядела удивлённой. Она уже приготовилась к кормлению, так почему эта девушка внезапно передумала? Внезапно Нин Шу в голову пришла одна мысль, и она выдавила немного молока, чтобы попробовать его. Оно было очень солёным. - Ты… Нин Шу развернулась и ушла вместе с ребёнком. Кормилица даже не успела застегнуть свою блузку, как она поспешила остановить Нин Шу. - Мисс Мяо Лин, я вас умоляю, прошу, не рассказывайте леди! – лицо кормилицы было смертельно бледным. – Мисс Мяо Лин, я не посмею больше этого делать. Прошу, я вас умоляю! Нин Шу ничего не говорила в ответ и просто продолжила идти. Кормилица обняла Нин Шу за ногу. - Мисс Мяо Лин, прошу! Нин Шу дёрнула ногой, чтобы стряхнуть кормилицу. Кормилицу швырнуло в сторону, и она упала на пол. Нин Шу принесла ребёнка леди Ниохужу, сделала реверанс и сказала: - Эта служанка подвела Леди. Эта служанка действительно сожалеет. Леди Ниохужу удивлённо посмотрела на Нин Шу и спросила: - Что случилось? Что-то произошло с ребёнком? Прежде чем Нин Шу успела что-либо сказать, в комнату вбежала кормилица. Её одежда была растрёпана, а сама она с мольбой во взгляде посмотрела на Нин Шу. Леди Ниохужу нахмурилась. - Дай мне ребёнка. Нин Шу отдала ребёнка леди Ниохужу. Леди Ниохужу взяла ребёнка, а потом посмотрела на Нин Шу и кормилицу. - Что происходит? - Леди, эта кормилица обмазала своё тело солёной водой, отчего пищеварительная система ребёнка плохо работала последние два дня. Вы должны провести расследование по этой кормилице, - сказала Нин Шу. – Эта служанка тоже была небрежна. Прошу, простите эту служанку. Леди Ниохужу посмотрела на своего ребёнка с выражением затаённого страха. Когда она снова посмотрела на кормилицу, её голос был наполнен яростью. - Что вообще происходит? Почему ты это сделала? Леди Ниохужу мысленно была благодарна за то, что кормилица нанесла только солёную воду, а не яд. Если бы это был яд, то леди Ниохужу не знала, смогла ли она вообще увидеть своего ребёнка живым. - Говори! Разве семья Ниохужу не дала тебе достаточно денег, раз ты обращаешься с моим ребёнком подобным образом?! На лбу леди Ниохужу начали пульсировать голубые вены. Она выглядела почти как истеричка. Кормилица встала на колени, поклонилась и закричала: - Леди, эта скромная женщина никогда не хотела навредить ребёнку. - Тогда зачем ты это делала? Во взгляде леди Ниохужу было убийственное намерение, когда она посмотрела на кормилицу. После того, как подобные вещи происходили снова и снова, она уже чувствовала себя зажатой в угол. Почему так много людей хотят навредить её ребёнку? Две повитухи пытались убить её, пока она рожала. Она отправила их обратно в резиденцию Ниохужу и попросила свою мать провести тщательное расследование. Одна из этих повитух служила наложнице резиденции Ниохужу, и этой наложницей была мать юной леди Ниохужу. Другая повитуха была подкуплена, когда она пришла в резиденцию. По известиям из резиденции Ниохужу, та повитуха приняла взятку в два серебряных слитка, чтобы сделать это. Они так и не смогли выяснить, кто за этим скрывался. - Леди, прошу, успокойтесь, - спокойно сказала Нин Шу. Леди Ниохужу сделала глубокий вдох, а потом холодно посмотрела на кормилицу. - Кому ты служишь? Сквозь рыдания кормилица сказала: - Леди, эта скромная женщина действительно никогда не хотела навредить молодому господину! - То, что ты делала – вредило моему ребёнку, но ты всё равно смеешь говорить, что не хотела навредить моему ребёнку?! Взгляд леди Ниохужу был немного напуганным. Она выглядела словно раненная звериная мать. Внезапно кормилица гневно уставилась на Нин Шу, а потом указала на неё пальцем и сказала: - Это всё из-за Мяо Лин! Это всё из-за неё! Выражение лица Нин Шу не изменилось, когда кормилица высказала своё обвинение. Она просто стояла в стороне, ничего не говоря. Леди Ниохужу холодно посмотрела на кормилицу, а потом глянула на Нин Шу, которая ничего не говорила. Она опустила голову и поцеловала малыша в лоб, после чего тихо сказала: - О, и что же она сделала? Кормилица озлобленно сказала: - Леди, эта скромная женщина – кормилица ребёнка, это она должна нести ответственность за заботу о ребёнке! Однако Мяо Лин вообще не позволяет этой скромной женщине приближаться к маленькому господину. Эта скромная женщина думала, что если с ребёнком что-то случится, то вы больше не позволите Мяо Лин заботиться о ребёнке. Нин Шу: →_→ Ха-ха-ха, так теперь это её вина? Леди Ниохужу холодно рассмеялась. - Это мой ребёнок. И мне решать, кого я назначаю, чтобы заботиться о нём. Ты посмела навредить моему ребёнку из-за подобной причины, и всё ещё считаешь, что ты права? У тебя ещё хватает смелости чувствовать себя обиженной? - Эта скромная женщина просто хотела хорошо заботиться об этом молодом господине, но Мяо Лин совсем не позволяла этой скромной женщине приближаться к ребёнку. Выражение лица кормилицы было немного негодующим. Нин Шу нахмурилась. Эта кормилица постоянно называла себя "эта скромная женщина", но её амбиции вовсе не были скромными. ---------- Это Была Леди Из… - Тебе кто-то что-то сказал? – спросила Нин Шу у кормилицы. Кормилица, похоже, изрядно ненавидела Нин Шу. - Никто мне ничего не говорил. Я просто не могла больше смотреть, как ты держишь маленького господина при себе. Ты лишь хочешь, чтобы он был близок к тебе. Нин Шу ненадолго лишилась дара речи. Так она навредила ребёнку по такой причине? Нет, происшествие во внутреннем дворе не может быть настолько простым. За каждым ходом был мотив. - Леди… - Нин Шу пододвинулась к уху леди Ниохужу и тихо сказала: - Леди, эта служанка чувствует, что эту кормилицу явно кто-то спровоцировал на это. Кормилица, которая служит богатой семье, получает много преимуществ. Более того, этот ребёнок был внуком текущего Императора, так что тут ещё было много неосязаемых преимуществ. А если ребёнок будет привязан к ней, то преимуществ будет ещё больше. Нин Шу не позволяла кормилице приближаться к ребёнку, и поэтому кормилица так сильно её ненавидела. А если кто-то ещё и спровоцирует подобную ситуацию, тогда всё произошедшее будет иметь смысл. Леди Ниохужу посмотрела на кормилицу, которая стояла на коленях на полу. Она потратила мгновение на то, чтобы подавить гнев, поднимающийся в её сердце, а потом сказала Тун Юй: - Иди и позови принца. Мы должны оповестить об этом принца. Лицо кормилицы тут же стало бледным, и она начала отчаянно кланяться. - Леди, прошу, простите эту скромную женщину на этот раз! Прошу, пощадите меня, Леди! - А ну, не шуми. Ты беспокоишь моего ребёнка, - тихо сказала леди Ниохужу. Кормилица была напугана выражением лица леди Ниохужу, поэтому тут же заткнулась. Её лицо было наполнено страхом. Тун Юй отправилась позвать Иньчжэня. Вероятно из-за серьёзности этого инцидента, но Иньчжэнь пришёл очень быстро. Он вошёл в комнату и сразу же спросил: - Что произошло? Леди Ниохужу плакала, когда рассказала ему обо всём. После того, как Иньчжэнь выслушал обо всём инциденте, он потёр свой лоб с холодным выражением лица. - Что происходит? Почему нам постоянно попадаются такие злобные кормилицы? Мы не можем спустить ей с рук подобное. В этой резиденции ещё несколько детей. Если каждая кормилица такая, смогут ли мои дети вообще вырасти? Выражение лица Иньчжэня было очень холодным. Лицо кормилицы стало бледным, словно бумага, а всё её тело задрожало. Она едва могла говорить отчётливо, когда закричала от страха: - Принц, прошу, пощадите мою жизнь! Эта скромная женщина была ложно обвинена! Иньчжэнь приказал вытащить кормилицу из комнаты. Кормилица тут же закричала: - Принц, кто-то попросил эту скромную женщину сделать это! Выражение лица Иньчжэня было холодным. - О? И кто же подговорил тебя на совершение подобной вещи? - Это была леди из Сада Протекающего Сердца! Та леди сказала, что если я смогу сблизиться с маленьким господином, то в будущем обязательно обрету высокий статус! – поспешно рассказала кормилица, переживающая о том, что если она будет говорить чуть медленнее, то её забьют насмерть. Иньчжэнь холодно сказал: - Ты не только плохо обращалась с моим ребёнком, но ещё и клевещешь на одну из хозяек в этом внутреннем дворе? Зачем мы держим у себя таких предательских слуг? ---------- Празднование Первого Месяца - Принц, прошу, пощадите меня! Пронзительные крики кормилицы постепенно затихли вдали. Нин Шу задумалась о том, как Иньчжэнь разберётся с этой кормилицей. Будет ли это как в прошлый раз? Её побьют палками, а потом выкинут из резиденции? Иньчжэнь повернулся, чтобы посмотреть на леди Ниохужу, которая держала ребёнка и плакала. Он вздохнул и сказал: - Не надо больше плакать. Ты же в послеродовом периоде, это не очень хорошо для твоих глаз. Леди Ниохужу вытерла свои слёзы, а потом сказала Иньчжэню: - Принц, можете найти другую кормилицу для ребёнка? Эта наложница уже больше не знает, что делать. Иньчжэнь кивнул. - Оставь это дело мне. Я как следует разберусь с этим. Леди Ниохужу слабо улыбнулась и кивнула. Иньчжэнь сказал слугам в комнате, чтобы они хорошо позаботились о леди, а потом ушёл. Пока леди Ниохужу смотрела на уходящего Иньчжэня, она выглядела немного разочарованной. Было ясно, что кто-то хочет навредить её ребёнку, но Иньчжэнь казался безразличным, и не дал понять, что планирует с этим разобраться. Нин Шу увидела, что выражение лица леди Ниохужу было немного отстранённым, поэтому она спросила: - Леди, вы в порядке? У леди Ниохужу тут же потекли слёзы. Она обняла ребёнка и стала тихо плакать. - Леди, вам нужно радоваться. Вы смогли обнаружить, что рядом находятся люди, которые затаили недобрые намерения, и смогли защитить ребёнка от ещё большего вреда. Нин Шу постаралась утешить леди Ниохужу. - Это происшествие также произошло из-за небрежности этой служанки. Эту служанку нужно винить за такой исход. Нин Шу сделала реверанс. Леди Ниохужу вытерла глаза и сказала: - К тебе это не имеет никакого отношения. У этой кормилицы изначально были нечистые мотивы. На самом деле, мне нужно поблагодарить тебя за твою помощь в этот раз. - Эта служанка не смеет принимать такую честь, - сказала Нин Шу. – Нет ничего важнее, чем ваше здоровье, Леди. Вы должны сфокусироваться на том, чтобы позаботиться о себе. Всё остальное может подождать, пока вы не выйдете из послеродового периода. Леди Ниохужу кивнула. Какое-то время она держала ребёнка при себе, чтобы самой заботится о нём, и позволяла приближаться только нескольким доверенным людям. Вскоре, Иньчжэнь нашёл кормилицу. Однако леди Ниохужу не позволяла кормилице приближаться к ребёнку. Она просила Нин Шу несколько раз всё проверить, прежде чем позволяла кормилице покормить ребёнка. Леди Ниохужу не доверяла никому, поэтому работа по заботе о ребёнке пала на плечи Нин Шу. Нин Шу была серьёзно измотана. И так всё продолжалось, пока леди Ниохужу не вышла из послеродового периода. Возможно для того, чтобы смягчить обстоятельства для леди Ниохужу и ребёнка, Иньчжэнь приготовил для ребёнка банкет в честь празднования первого месяца, и назвал сына Айсиньгьоро Хунли. Юная леди Ниохужу сидела на банкете и держала своего ребёнка. Когда она услышала имя Хунли, она застыла на месте и крепко сжала своего ребёнка. Ребёнок в её руках почувствовал себя неуютно и начал кричать. Крики ребёнка привлекли внимание собравшихся людей. Иньчжэнь спокойно глянул на юную леди Ниохужу, и юная леди Ниохужу поспешно начала утешать ребёнка. Однако её сердце сжималось от большой боли. Почему? Её ребёнку было уже три месяца, но Иньчжэнь даже не дал её ребёнку имя! А теперь ребёнок леди Ниохужу получил имя Хунли и банкет в честь первого месяца. На контрасте с ней, ребёнок юной леди Ниохужу казался таким жалким. Леди Ниохужу посмотрела на юную леди Ниохужу с нечитаемой улыбкой. - Младшая сестра, зачем ты сама носишь ребёнка? Почему бы тебе не передать его кормилице? Ребёнок так сильно плачет, может, он голодный? Почему бы тебе не попросить кормилицу покормить его? Ох? Кормилица ребёнка не пришла? – тихо спросила леди Ниохужу. Юная леди Ниохужу сказала: - Ребёнку не нравится кормилица, поэтому я её не привела с собой. - Вот как? Взгляд леди Ниохужу был холодным. Юная леди Ниохужу кивнула. Она ни за что не могла позволить, чтобы её ребёнок сблизился с кормилицей. Конечно же, её ребёнок должен быть привязан к ней, а не к какой-то служанке. Нин Шу стояла рядом с леди Ниохужу, держа на руках ребёнка. Когда она услышала этот разговор, она поняла, что леди Ниохужу теперь ненавидит юную леди Ниохужу. Юная леди Ниохужу неоднократно пыталась убить её ребёнка. Даже если только ради своего ребёнка, леди Ниохужу должна была выступить против юной леди Ниохужу. Нин Шу решила, что всё это довольно невероятно. Несмотря на то, что леди Ниохужу была аутентичной женщиной древней эпохи, она не стала проявлять инициативу в том, чтобы вредить людям. Наоборот, это юная леди Ниохужу, которая пришла из мирной современной эпохи, пыталась убить ребёнка, который ничего не знал. Дети не должны отвечать за грехи родителей. Однако только из-за того, что этот ребёнок был Хунли, будущим императором, она хотела его убить. Поистине, самым ужасающим было сердце человека. И это не имеет отношения к тому, откуда человек пришёл. Как действия юной леди Ниохужу отличаются от действий тех же женщин древней эпохи во внутреннем дворе? Да никак не отличаются. Похоже, что у неё даже была ещё ниже крайняя граница дозволенных действий и личные принципы. Всё же, есть разница между активным причинением вреда другим людям и пассивным сопротивлением. ---------- Какой в Этом Смысл? После банкета в честь первого месяца Хунли, имя Айсиньгьоро Хунли было записано в генеалогию, и его матерью была леди Ниохужу. Когда что-то добавлялось в генеалогию, то это было всё равно, что высечено в камне. Это уже было не изменить. Из-за этого юная леди Ниохужу сорвалась и разломала много вещей. Она была зла и чувствовала обиду. С тех пор, как она трансмигрировала, она жила очень осторожно и даже стала наложницей. Она лишь хотела жизни, которая была не такой, какая у неё была в современном мире. А теперь она была немного в растерянности. Она не знала, какой смыл жить вот так, оставаясь во внутреннем дворе, где есть ещё полно других женщин, ждущих мужчину, который будет их нежно любить. Она даже не могла пойти туда, куда ей хочется. Ни один из её планов не увенчался успехом. Она планировала светлое будущее для своего ребёнка, но все её усилия были тщетными. Почему? Юная леди Ниохужу устало потёрла лоб. Она так устала. Но, как бы там ни было, она должна продолжать двигаться вперёд. Она должна решительно двигаться вперёд. Однако вскоре юную леди Ниохужу поместили под домашний арест на три месяца. Ребёнка, которого она так усердно рожала, тоже чуть не забрал Иньчжэнь, чтобы отдать на воспитание кому-то другому. Юная леди Ниохужу плакала и извинялась, и, наконец, смогла выпросить у Иньчжэня прощение. На самом деле, юная леди Ниохужу даже не знала, что она сделала не так. Однако у неё не было иного выбора, кроме как извиняться, чтобы спасти себя. Иньчжэнь тоже был довольно снисходителен, поэтому лишь поместил её под домашний арест на два месяца. Когда Нин Шу узнала, что юную леди Ниохужу посадили под домашний арест, она посмотрела на леди Ниохужу. Она не знала наверняка, имело ли это какое-то отношение к леди Ниохужу. Однако к ней это точно не имело никакого отношения. Ей лишь нужно было вести себя как хорошая нянька. Леди Ниохужу явно была в более хорошем настроении, теперь, когда юная леди Ниохужу не могла навещать её под предлогом того, что они сёстры. Леди Ниохужу больше ни о чём не заботилась и сфокусировалась только на заботе о своём сыне. Она даже не пыталась соревноваться за благосклонность. Иньчжэнь мог приходить к ней, если ему этого хотелось, но она не просила его оставаться. Нин Шу дважды передавала часть своей энергии Хунли, отчего тело Хунли стало немного сильнее, и ему уже было сложнее заболеть. Таким образом, ей было проще заботиться о нём. - Мяо Лин. Леди Ниохужу позвала Нин Шу, которая в данный момент проверяла одежду Хунли. Нин Шу подошла к ней и сделала реверанс, после чего спросила: - Леди, что-то не так? Леди Ниохужу потянулась и взяла Нин Шу за руку. Она вздохнула и сказала: - Спасибо тебе за то, что всё это время была со мной. Если бы не ты, то я бы точно переволновалась. Нин Шу сделала реверанс. - Это долг этой служанки. - И, тем не менее, я всё равно должна тебя поблагодарить, - с улыбкой сказала леди Ниохужу. – С этих пор ты – моя личная служанка. ---------- Проверяя Одежду - Спасибо, Леди. Нин Шу сделала реверанс. Теперь она стала личной служанкой леди Ниохужу. Это означало, что леди Ниохужу, вероятно, теперь доверяет ей. Нин Шу снова вернулась к проверке одежды. Пришла смена сезонов, и вся эта одежда была сшита вышивальщицей. Работой Нин Шу было лишь проверить эту одежду на предмет аномалий. Ей нужно было быть особенно осторожной с нижним бельём. Нин Шу была в полной растерянности. Когда она уже сможет покинуть этот мир? Когда уже закончится этот экзамен? Нин Шу взяла очередное одеяние и перевернула его, чтобы осмотреть. После продолжительного осмотра она обнаружила на воротнике какое-то белое вещество и мокрые пятна. Она поднесла одеяние к носу, чтобы понюхать, а потом нахмурилась. Она сказала леди Ниохужу: - Леди, прошу, подойдите сюда на секунду. Леди Ниохужу в данный момент качала колыбель, но, когда услышала Нин Шу, она подошла к ней. Нин Шу разложила одеяние перед ней. Леди Ниохужу протянула руку, чтобы взять одеяние, но Нин Шу поспешно сказала: - Не трогайте его. На нём может быть гной оспы. Леди Ниохужу тут же убрала руку и попятилась. Она начала заикаться от шока: - Как на одежде может оказаться такая вещь? - Леди, эта служанка пойдёт избавляться от этого одеяния. Нин Шу взяла одеяние и ушла из комнаты. Первым делом она опустила одеяние в котёл с кипящим уксусом, а потом использовала уксус, чтобы вымыть свои руки. После этого она сварила немного лекарства, которое сразу же выпила. Она трогала это одеяние, поэтому, вероятно, не сможет какое-то время заботиться о ребёнке. Выудив одеяние из котла, она выбросила его. Если бы она первым делом не сварила одеяние, то другие люди могли заразиться оспой, если бы коснулись его. В резиденции было много детей, так что у них был высокий риск заболевания оспой. Ей лишь было интересно, кто стоял за этим? Их намерение было слишком очевидным, всё же, они нанесли это на нижнее бельё ребёнка. Этот метод был гораздо более утончённым, нежели просить кормилицу намазывать солёную воду на свои соски. Они прямо использовали такой безжалостный метод. Если такой маленький ребёнок подхватит оспу, то его шансы на выживание будут крайне малы. Кто же мог такое сотворить? Тун Юй пришла повидать Нин Шу и спросила: - Мяо Лин, леди спрашивает, закончила ли ты избавляться от одеяния? - Я избавилась от него, как полагается, - Нин Шу кивнула. – Какое-то время я не буду заботиться о ребёнке. Я трогала это одеяние, поэтому нам нужно будет подождать и посмотреть, что будет. Разбрызгайте по всему двору уксус, чтобы продезинфицировать его, и обязательно мойте руки каждый раз, перед тем, как брать ребёнка, - проинструктировала Нин Шу. Тун Юй кивнула, сигнализируя, что она поняла. Нин Шу думала, что после приёма лекарства с ней всё будет в порядке, но, неожиданно, спустя несколько дней у неё началась лихорадка. Она почувствовала себя совершенно обессиленной. Нин Шу была изрядно удручённой. Это тело никогда раньше не болело оспой, и у него не было антител, поэтому оно не могло сопротивляться этому вирусу. Она думала, что с ней всё будет в порядке, потому что она тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства, но, неожиданно для неё, она всё равно заразилась. Нин Шу сварила лекарство и продолжила практиковать Непревзойдённые Боевые Искусства, но на её лице и теле начали появляться зудящие волдыри. У неё всё зудело. Она чувствовала себя совсем растерянной. Нин Шу сказала леди Ниохужу, что ей нужно покинуть резиденцию. Леди Ниохужу стояла очень далеко от неё. Когда она увидела волдыри на лице Нин Шу, она вспомнила о своём ребёнке, поэтому разрешила Нин Шу покинуть резиденцию. Леди Ниохужу отправила Нин Шу в поместье, которое было частью её приданного, и даже послала служанку, чтобы присматривать за Нин Шу. Однако Нин Шу отказалась от услуг служанки. Она не хотела усложнять жизнь другим. Леди Ниохужу также дала Нин Шу немного денег и сказала ей как следует позаботиться о своём здоровье, говоря, что она будет ждать возвращения Нин Шу, чтобы та могла продолжить присматривать за её ребёнком. Леди Ниохужу не отказалась от Нин Шу. Все знали, что если кто-то однажды переболеет оспой, то этот человек больше никогда ей не заболеет. Леди Ниохужу надеялась, что Нин Шу сможет выжить. Нин Шу приняла деньги, надела плащ и отправилась в поместье леди Ниохужу. Поместье леди Ниохужу было не очень большим, но там было несколько фермеров-арендаторов. Нин Шу переехала в небольшой домик. Она периодически ходила в горы на поиски трав и сама готовила себе лекарство и еду. Из-за её болезни никто не приближался к дому, где она жила. Если она хотела что-то съесть, то ей нужно было отправиться в огород и самой набрать овощи. Изначально Нин Шу хотела использовать системное лекарство, но у неё было такое чувство, что она не сможет воспользоваться им, так как это было экзаменационное задание. Охренеть, как же всё чешется. Она всё ещё не оправилась от болезни, поэтому не знала, сможет ли она выжить. В данный момент она была очень рада тому, что изучала медицину и может держать болезнь под контролем. А иначе у неё не оставалось бы иного выбора, кроме как ждать смерти. ---------- Надлежащее Возвращение Это была, вероятно, самая серьёзная проверка на этом задании. Она спасла чужую жизнь, а теперь она должна была спасти свою собственную. Нин Шу не хотела провалиться на этом задании теперь, когда она уже была на финишной прямой к успеху, поэтому каждый день она выпивала чуть ли не океан лекарства и ещё обмазывалась им. Она использовала все методы, которые смогла придумать. Пока она боролась со смертью в одиночку, она чувствовала себя одинокой как никогда. Рядом с ней не было ни одного живого человека. Даже тогда, когда она проходила химеотерапию, рядом с ней всё равно были доктора и медсёстры, но тут, все люди из поместья избегали её. Из-за этого в её сердце начало разрастаться чувство отчаяния. В её сердце была неописуемая обширная пустота. Какой смысл снова подвергать её пыткам болезни? Нин Шу едва останавливала себя от того, чтобы расчёсывать лицо. Как же сильно оно зудело! Однако если такой волдырь лопнет, то из-за содержащейся в нём жидкости появится ещё больше волдырей. Она не могла позволить своим никудышным лапам делать всё, что им вздумается. К счастью, после двух месяцев лечения, волдыри на лице и теле Нин Шу начали постепенно превращаться в коросты. Это означало, что Нин Шу выжила. Как только коросты постепенно исчезли, Нин Шу нанесла немного трав на своё лицо, чтобы предотвратить появление шрамов. Она же собиралась быть личной служанкой леди Ниохужу, и в будущем даже сможет войти во дворец. А без надлежащей внешности, даже если леди Ниохужу доверяет ей, она не сможет держать её при себе. Спустя несколько месяцев страданий, Нин Шу полностью исцелилась от оспы. Она вернулась в резиденцию принца, и леди Ниохужу была очень рада её видеть. Когда леди Ниохужу увидела оспины на тыльной стороне руки Нин Шу, она поняла, что болезнь Нин Шу полностью вылечена. Всё это время леди Ниохужу была постоянно настороже, чтобы не дать другим людям навредить её ребёнку, поэтому она была в постоянном напряжении. И теперь, увидев Нин Шу, она подсознательно почувствовала облегчение. Очень важно было иметь под рукой служанку с медицинскими навыками. Она сможет сразу подсказать, если что-то не так. Нин Шу сделала реверанс и поблагодарила леди Ниохужу. Позже она увидела, что Хунли теперь может переворачиваться и даже сидеть и медленно ползать. Он рос так быстро. После возвращения в резиденцию, она поспрашивала о маленькой леди. Маленькой леди теперь было больше двух лет, и она уже могла сама ходить. Нин Шу сходила посмотреть, оставаясь на некотором расстоянии от неё. Маленькая леди была очень здоровой, и о ней заботилось несколько служанок. Все эти служанки старательно выполняли свою работу по заботе о юной леди. Жизнь маленькой леди под присмотром леди Нянь была гораздо лучше по сравнению с тем, какой у неё была бы жизнь с леди Сун. Более того, леди Нянь была второй супругой, поэтому её статус был выше, чем у леди Сун. К этому времени леди Сун уже больше не хотела вернуть свою дочь. Она просто хотела снова забеременеть и родить сына. Уже так много женщин из внутреннего двора родили сына, поэтому она ещё больше хотела родить сына. Ничего из этого не имело никакого отношения к Нин Шу… Но… Какого хрена?! Когда уже закончится это задание? Прошло уже так много времени. Может, 2333 умер? Она хочет вернуться! - Вызываю 2333, ты тут? Нин Шу хотела проверить, нет ли неисправностей у 2333. Почему её всё ещё не оповестили о том, что она может уйти? - Что такое? – появился в голове у Нин Шу голос 2333. ---------- Когда Я Смогу Уйти? х999 - Когда я смогу уйти из этого мира? Нин Шу чувствовала, что её задание было завершено. Маленькая леди освободилась от своей судьбы. По крайней мере, она смогла дожить до второго дня рождения. - Тебя проинформируют, когда время задания закончится. Больше 2333 ничего не сказал. Нин Шу: … Что это за задание такое? Она никак не могла понять критерия для выполнения этого задания. Нин Шу перестала беспокоиться о том, когда она сможет покинуть это место, и спросила у леди Ниохужу: - Леди, вы узнали, кто пытался навредить маленькому господину? Когда поднялся этот вопрос, на лице леди Ниохужу появились следы меланхолии. Она покачала головой. - Я не смогла выяснить. Когда я только смогла узнать, какая вышивальщица делала одеяния, она уже покинула резиденцию. Слухи говорят, что она подхватила какую-то дурную болезнь, поэтому она вернулась домой. - Леди, у вас есть какие-нибудь подозрения? – спросила Нин Шу. Это всё явно было нацелено на Хунли. На Иньчжэня нацелились, потому что у него были хорошие перспективы, в то время как на Хунли нацелились, потому что он был препятствием. Для каких-то людей Хунли просто стоял на пути. - Подозрения? – леди Ниохужу поджала губы и покачала головой. – Я не знаю. Судя по тому, как выглядела леди Ниохужу, у Нин Шу сложилось впечатление, что у леди Ниохужу уже есть подозрения, она просто не была уверена. Нин Шу сменила тему. - А принц знает об этом? - Я не говорила принцу. А даже если бы и сказала… Даже если бы она и сказала ему, он не стал бы защищать её ребёнка. Цвет лица леди Ниохужу стал хуже. Нин Шу покачала головой. - Вне зависимости от позиции принца, всё равно будет полезно дать ему об этом знать. Происходящее во внутреннем дворце не всегда должно быть скрыто. Некоторые вещи, вынесенные на открытое обсуждение, могут быть более эффективными. Всё же, Иньчжэнь был хозяином этой резиденции. И вне зависимости от того, как он решит разобраться с этим вопросом, для леди Ниохужу это будет только нести выгоду. Нин Шу подозревала, что за этим стоит леди Ула Нара. Она отвечала за весь внутренний двор и управляла всеми слугами. Если она захотела, чтобы вышивальщица ушла, то вышивальщице пришлось бы уйти. Просто в силу того факта, что она была самой влиятельной женщиной в этом внутреннем дворе. Однако это были лишь догадки Нин Шу. Главная супруга родила законного сына, а остальные дети были лишь детьми наложниц. Они не представляли никакой угрозы её ребёнку. Так почему же она хотела избавиться от ребёнка леди Ниохужу? Но… её Хунхуэй умер в возрасте восьми лет. Может ли быть такое, что она нацелилась на ребёнка леди Ниохужу, потому что знала о том, как пойдёт история? В этом внутреннем дворе был трансмигратор и реинкарнатор, поэтому эта главная супруга могла пройти через перерождение. Да что за чертовщина творится с людьми из внутреннего двора Иньчжэня? Они транмигрируют и перерождаются только для того, чтобы вцепиться в этого мужчину, и используют Иньчжэня ради того, чтобы добраться до вершины власти. Чтобы подтвердить свои подозрения о том, что главная супруга была реинкарнатором, Нин Шу начала тайком спрашивать о происшествиях во дворе леди Ула Нара. Леди Ула Нара попросила женщину-доктора из дворца прийти и помогать ей заботиться о ребёнке. Она также наняла трёх кормилиц, чтобы у неё всегда было достаточно молока. По поведению леди Ула Нара было очевидно, как сильно она заботится о своём ребёнке. Возможно, леди Ула Нара и прошла через перерождение, но это не имело никакого отношения к Нин Шу, скромной служанке. Однако если леди Ула Нара настаивает на том, чтобы сражаться с леди Ниохужу, то Нин Шу, естественно, выберет остаться на стороне леди Ниохужу. В самом начале, когда леди Сун выбросила её, это леди Ниохужу приняла её к себе. Если бы леди Ниохужу не приняла её тогда, то Нин Шу не знала бы, какой сейчас была бы её ситуация. В то время леди Ула Нара специально устроила проявление силы в качестве предупреждения, и Нин Шу была пушечным мясом, которое использовали для этого. В любом случае, её судьба была тесно связана с судьбой леди Ниохужу. Кто победит в итоге? Будет ли это леди Ниохужу, как это было суждено, леди Ула Нара, которая прошла через перерождение, или юная леди Ниохужу, которая трансмигрировала сюда? Ох, и ещё был также Иньчжэнь, окружённый всеми этими женщинами. Иньчжэнь смог заполучить восхищение столь многих уникальных женщин. Его жизнь поистине не была прожита впустую. Нин Шу не сказала леди Ниохужу о своих выводах. Она могла говорить некоторые вещи, но были и некоторые вещи, которые она не должна была говорить, как служанка. Её нынешней работой было по-прежнему заботиться о ребёнке. Она правда не хотела снова быть ночной няней. Ей приходилось заботиться то об одном ребёнке, то о другом, воспитывая их с младенчества до школьного возраста. Она очень надеялась, что в следующий раз у неё не будет взрослого сына. #комментарий анлейта: Лол… Ну, конечно… ---------- У Какого Врача-Шарлатана Нет Секретных Средств? Личная служанка леди Сун, Хун Мэй, пришла спрашивать у Нин Шу, нет ли у неё какого-нибудь секретного народного средства для зачатия. Нин Шу практически лишилась дара речи. Зачем люди постоянно спрашивают её об этом? Словно, если ты знаешь немного о медицине, то у тебя определённо есть секретные средства. Тот факт, что леди Сун стала искать её, показывал, насколько она была нетерпелива и насколько сильно она хотела ребёнка. Более того, она хотела, чтобы это был мальчик. - У меня нет никаких народных средств для зачатия, - сказала Нин Шу. Хун Мэй так высоко и высокомерно задрала свой подбородок, что Нин Шу открылся полный обзор на её ноздри. Хун Мэй нахмурилась. - Что значит, у тебя нет никаких народных средств? Сразу после того, как ты перешла во двор леди Ниохужу, она забеременела и даже родила мальчика! Леди сказала, что если ты ей поможешь, то она обязательно щедро тебя наградит, - Хун Мэй достала мешочек. – Тут награда от леди для тебя. Нин Шу открыла мешочек и увидела, что там было несколько кусочков серебра. Она вернула мешочек Хун Мэй и сказала: - У меня действительно нет никаких народных средств для зачатия. Цвет лица Хун Мэй тут же стал неприятным. - Мяо Лин, что ты имеешь в виду? Не важно, кому ты служишь сейчас, когда-то ты служила нашей леди. Теперь, когда ты прижалась к ноге других людей, ты совсем позабыла о нашей леди?! У тебя совсем нет никакого чувства верности! Нин Шу повернулась и посмотрела на Хун Мэй. - Я просто служанка, служанка в резиденции принца, поэтому мой хозяин – это принц. Я буду верна тому, кому я служу. С подобным эмоциональным интеллектом леди Сун была просто пушечным мясом в этом внутреннем дворе. Она слишком легко оскорбляла людей. Нин Шу развернулась и ушла, игнорируя Хун Мэй. Хун Мэй раздражённо топнула ногой, а потом отправилась докладывать леди Сун. - Динь, ты выполняла экзаменационное задание три года и шесть месяцев, так что задание выполнено. Покидаем мир этого задания, - появился в голове Нин Шу голос 2333. Нин Шу никогда не думала, что будет считать голос 2333 таким прекрасным. Нин Шу почувствовала мгновение головокружения, а когда снова открыла глаза, то обнаружила, что она уже вернулась в системное пространство. Она посмотрела на мебель, которая была в этом пространстве: диван, книжный шкаф, чайный столик… Она не удержалась от радостного крика. Она вскочила на диван и начала скакать по нему. Она наконец-то вернулась! Её экзаменационное задание было окончено! Оно было завершено! Спустя немало количество времени она наконец-то успокоилась и спросила у 2333: - Ты сказал, что после завершения экзаменационного задания будут награды. Что за награды? Должно быть, они были достаточно ценными, чтобы получатели заданий продвинутого уровня решили отправиться на это задание, даже рискуя тем, что будут уничтожены. - Конечно же, есть награды. Чего ты такая нетерпеливая? – насмешливо сказал 2333. – Ты чего так разволновалась? Только те, кто не дрогнут перед лицом, как похвалы, так и оскорбления смогут стать великими. А ты лишь завершила экзаменационное задание, чего ты такая счастливая? Ты просто совершенно безнадёжна. Нин Шу: →_→ Перед Нин Шу появилась панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 1650000 (+1500000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 200 Харизма: 4 Удача: 54 Воля: 120 Боевые искусства: 112 Вера: 44 Способность: 49 Заслуги: 26 (+4) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Экзаменационное Задание Завершено. Получено Очков Атрибутов: 50 Получено Очков Заслуг: 4 Получено 5 защитных талисманов Получен 1 камень моря таинства ---------- Камень Моря Таинства Нин Шу посмотрела на награды, а потом сказала: - И это всё? - Ага. Ну, разве не щедрая награда? – сказал 2333. – У тебя теперь есть ещё пять защитных талисманов, а это означает, что у тебя есть ещё пять жизней. Ещё пять жизней! - Тогда это действительно кажется довольно хорошей наградой, - сказала Нин Шу, а потом спросила: - Так что же те получатели заданий продвинутого уровня так сильно хотели получить, что даже рисковали своими жизнями? - Камень моря таинства. Люди, которые забрались повыше, хотят его, так как его можно использовать для обмена на множество редких вещей, - объяснил 2333. - И что можно сделать с камнем моря таинства? – спросила Нин Шу. - Ничего. Для людей твоего уровня он совершенно бесполезен. Он используется для помощи сильным людям пробиться через их текущие пределы, чтобы выйти на ещё более высокий уровень. Однако этот уровень слишком далёк от тебя. Чтобы рассчитать расстояние понадобятся световые годы. Нин Шу: →_→ Он что, умрёт, если не будет насмехаться над ней?! - Море таинства… камень моря таинства? – Нин Шу нахмурила брови. – Этот камень моря таинства не может быть из того моря таинства, к которому мы тогда ходили, верно? - Это что-то из моря таинства. Каждый человек, который становится получателем заданий среднего уровня, получит камень моря таинства после прохождения экзаменационного задания. А вот насчёт того, почему, я тоже не знаю, - небрежно ответил 2333. Нин Шу прищурилась. - Так ты собираешься сохранить этот камень моря таинства, или хочешь сходить в сборное пространство, чтобы обменять его на что-нибудь хорошее? – спросил 2333. Нин Шу решила, что система не станет давать получателям заданий камень без какой-то причины, и тот факт, что сильным людям нужна такая вещь, показывал, что эти камни очень ценные. Поэтому, она решила его сохранить. Нин Шу взяла камень моря таинства. На первый взгляд он был чёрный, и похож был на камень первобытного хаоса, который она находила ранее. В руках он ощущался крайне холодным. Она словно услышала слабый звук волн. - На самом деле, камень моря таинства – это пространство, в котором зарождаются законы таинства. Однако никто ещё не смог его открыть. Среди вышестоящих людей ходят слухи, что если кому-то удастся слиться с камнем моря таинства, то этот человек сможет стать вечным существом. Слиться? Нин Шу уставилась на камень. И как кто-то должен слиться с камнем? Став камнем? Нин Шу отложила камень моря таинства. Она действительно была слишком далека. Она была всего лишь получателем заданий среднего уровня. Она поистине была слишком далека от того уровня, который описывал 2333. Она и так уже была очень рада тому, что получила пять защитных талисманов. При обычных обстоятельствах она могла купить такие защитные талисманы за очки заслуг, и один защитный талисман стоит 30 очков заслуг. Она будет чувствовать себя гораздо спокойнее, когда будет выполнять задания. Шесть защитных талисманов означали, что она может сфокусироваться на заданиях и не беспокоиться ни о чём. Нин Шу распределила 50 очков атрибутов между интеллектом, удачей, боевыми искусствами, волей и способностью. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 1650000 (+1500000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 200 (+10) Харизма: 4 Удача: 54 (+10) Воля: 120 (+10) Боевые искусства: 112 (+10) Вера: 44 Способность: 49 (+10) Заслуги: 26 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Распределив очки атрибутов, она обнаружила, что ей серьёзно не хватает очков атрибутов. Каждый раз, у неё не было выбора, кроме как добавлять их к тем атрибутам, которые увеличивали её шансы на выживание. #комментарий анлейта: "Став камнем?" Лол, очередной флаг. Я почти уверена, что Нин Шу в какой-то момент станет камнем. Если только я не думаю о другой новелле. ---------- Получатель Заданий Продвинутого Уровня? - Раз это было экзаменационное задание, то ведь должна быть и оценка, верно? Как моё задание было оценено в этот раз? – спросила Нин Шу. 2333 ответил: - В этот раз ты очень хорошо справилась, это было превосходно. Ты получила оценку "превосходно". - На чём основывается оценка? – удивлённо спросила Нин Шу. Она никогда не думала, что получит оценку "превосходно". 2333 сказал: - Всё, что ты делаешь на задании, включается в рамки инспекции. Твоя воля, способность адаптироваться, и твой нижний предел, как личности. Любые действия, которые ты предпринимаешь, создают очки, которые добавляются или вычитаются во время оценки. - А, вот оно как, - протянула Нин Шу, а потом спросила: - Так и какая польза от этих оценок? - Может и есть польза, а может её и нет. В любом случае, финальный результат – это лишь кучка данных, самое важное – это выживание. Это как на том твоём первоначальном экзамене. Все твои оценки были довольно плохими, но тебе всё равно удалось выжить, - сказал 2333. – А теперь наше путешествие – это море звёзд. Нин Шу бесстрастно слушала пылкие слова 2333. Её эмоции вообще не взволновались. - Какая ты скучная, - усмехнулся 2333. - Почему задание так внезапно закончилось? Было ли это потому, что задание выполнено? – спросила Нин Шу. 2333 объяснил: - Это потому что для этого задания было отведено определённое время. Даже если ты выполнила задание, ты не могла покинуть мир задания, пока не закончится время. Даже если бы ты не выполнила задание, тебе всё равно пришлось бы покинуть мир в это время. Так вот что имел в виду сереброволосый мужчина, когда говорил, что важнее всего – это остаться в живых. Нин Шу почувствовала себя немного уставшей. Она рухнула на постель, чтобы поспать. Как бы там ни было, первым делом ей нужно было немного поспать. Экзаменационное задание наконец-то было закончено. Процесс был немного мучительным, но, по крайней мере, он закончился. После сна Нин Шу встала, а потом потянулась. Она чувствовала себя гораздо более расслабленной. Затем она решила отправиться в сборное пространство, чтобы как следует поесть. В любом случае, сколько бы она ни съела, она бы не растолстела, и сколько бы она ни ела, она не чувствовала себя сытой. Это было потрясающе. Нин Шу села в ресторане и стала есть, слушая разговоры и сплетни других людей. Однако она не услышала ничего важного. Выйдя из ресторана она немного погуляла, оценивая доступные для продажи инструменты. Конечно же, она только смотрела на витрины и ничего не покупала. Всё это стоило не дёшево. Некоторые вещи были просто слишком дорогими. Более того, она обнаружила, что обычные очки тут не очень ценятся. Большинство инструментов можно было купить только за очки веры или заслуг. И так уж вышло, что очки заслуг и веры было труднее всего получить, в отличие от очков опыта, которые каждый получатель заданий получал в награду за выполнение заданий. Когда Нин Шу вернулась в системное пространство, она спросила у 2333: - Сколько очков мне нужно, чтобы подняться до получателя заданий продвинутого уровня? - Двадцать миллионов. ---------- Почему Ты Хочешь Узнать О Нём? Нин Шу: … Она практически ощутила пощёчину на своём лице. Зачем она спросила об этом? От одной только цифры в двадцать миллионов у неё сердце остановилось. - Почему для этого нужно так много очков? В этот раз ей понадобилось лишь три миллиона, чтобы стать получателем заданий среднего уровня. Как же так вышло, что для становления получателем заданий продвинутого уровня требуется так много очков? Это же в шесть раз больше! Ей было бы лучше этого не знать. - И как долго я буду зарабатывать столько очков? Нин Шу почувствовала, что ей больше не осталось, ради чего жить. - Кто знает. Нин Шу лишилась дара речи. Это ещё что было? Забудьте об этом, она просто будет действовать постепенно. Если нужно 20 миллионов, то она наберёт 20 миллионов. Нин Шу села на диване, скрестив ноги, и молча начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Когда она закончила тренировку, она взяла из шкафа книгу и начала медленно листать её. Внезапно ей в голову пришла мысль, и она перестала читать, чтобы спросить у 2333: - А ты знаешь того человека, с которым я столкнулась в начале задания? Ты знаешь, как его зовут? Кто он? И как он может уничтожать получателей заданий? - А зачем ты это спрашиваешь? Я тоже его не знаю. Я не знаю никого из начальства, - спокойно сказал 2333. – Зачем ты пытаешься выяснить его личность? - Он смог так легко уничтожить получателей заданий. Если я узнаю, кто он, тогда в следующий раз, когда я его увижу, я обязательно спрячусь как можно дальше. Даже сейчас, от одного только воспоминания, как тот чёрный ствол пистолета был направлен на неё, у неё волосы вставали дыбом, даже несмотря на то, что она сейчас была в своём духовном состоянии. Это было очень пугающе. - Ох, так почему бы тебе просто сразу не прятаться подальше? – ответил 2333, ничуть не обеспокоившись. Это был очень важный вопрос, который имел отношение к её выживанию. Не мог бы он быть чуть более серьёзным? - Пока ты не будешь делать ничего, что выходит за твои границы, кому надо будет приходить и убивать тебя? Ты слишком много думаешь об этом, - с презрением сказал 2333. – Для тех, кто по-настоящему силён, ты всего лишь муравей. Кто будет обращать внимание на муравьёв, которые ползают у их ног? Нин Шу: ╭(￣▽￣)╯╧═╧ переворот одной рукой Как же её раздражало разговаривать с 2333. Поэтому она заткнулась и вернулась к чтению книги. Она всё равно не смогла бы вести с 2333 приятную беседу. В системном пространстве раздавался лишь звук того, как Нин Шу переворачивает страницы книги. Спустя продолжительное время она, наконец, закончила читать книгу и неторопливо вернула книгу в шкаф. Она полила бонсай, а потом немного побегала на беговой дорожке. После этого она купила на системном рынке постные пилюли, воду, лекарства, препарат фальшивой смерти и некоторые другие необходимые вещи. - Ладно, давай начнём задание, - сказала Нин Шу 2333. После этого она закрыла глаза и стала ждать, пока 2333 её переместит. Однако, даже после того, как она прождала некоторое время, не последовало никаких изменений. Она не почувствовала обычного головокружения. Что происходит? Когда Нин Шу открыла глаза, она увидела, что перед ней стоит женщина и насмешливо смотрит на неё. Она огляделась по сторонам. Это было её системное пространство. Как эта женщина попала сюда? - Это ты будешь выполнять за меня контратаку? – наконец-то сказала женщина. Она была в больничной одежде, отчего она выглядела очень худой. Её лицо было очень бледным, а губы, казалось, отдавали синевой. У неё было очень маленькое лицо. Это было словно легендарное лицо, которое было размером с ладонь. Её черты лица тоже были довольно изысканными. Если честно, то при виде этого крошечного лица, побледневшего от болезни, у людей возникало только неприятное чувство. Оно совсем не было красивым. Когда 2333 увидел ошеломлённое выражение лица Нин Шу, он не удержался от того, чтобы подтолкнуть её. - Что ты делаешь? Поручитель задала тебе вопрос! Как только ты становишься получателем заданий среднего уровня, ты можешь заранее встречаться с поручителем. Неужели ты забыла? Нин Шу наконец-то очнулась от ступора и поспешно сказала: - Это я. Каково ваше желание? - Меня зовут Ни Цзин. Я хочу, чтобы та проклятая парочка изменщиков страдала, - Ни Цзин посмотрела на Нин Шу и тихо сказала: - Это всё, чего я хочу. Нин Шу задумалась на мгновение, а потом спросила: - Вы замужем? - Да. Я больше не нетронутая женщина, - глаза Ни Цзин наполнились слезами. – В итоге, он сказал мне, что влюбился в другую. В любви нет правильного или неправильного, только есть любовь или её отсутствие. Нин Шу: … Всё, что связано с эмоциями было слишком хлопотным. - У вас есть какие-нибудь ещё пожелания кроме этого? – спросила Нин Шу. Ни Цзин покачала головой. - Это всё, чего я хочу. Я хочу, чтобы они страдали. - Поручитель должен заплатить цену. Что вы готовы заплатить? – спросила Нин Шу. Ни Цзин поджала губы. - Я готова предложить всю мою духовную энергия, я хочу оставить лишь свой источник души, чтобы реинкарнировать и начать заново. ---------- Ооо, Так Это Духовная Энергия Когда Нин Шу услышала, что Ни Цзин планирует начать заново, она удивилась и спросила: - Вы не планируете возвращаться? Получатель заданий не может надолго оставаться в мире задания, поэтому Ни Цзин может вернуться и продолжить жить. Ни Цзин покачала головой. - Моё тело уже прошло через столько страданий. Я хочу начать заново, но я просто так зла. Они построили своё счастье, топчась на моих костях! Какое право они имеют, чтобы быть счастливыми? Нин Шу кивнула. - Ладно, я принимаю это задание. Когда она увидела Ни Цзин, она вспомнила те дни, когда сама лежала в больнице. Она страдала от болезни, но ей не пришлось проходить через нечто подобное. Слабая улыбка появилась на лице Ни Цзин. Её лицо стало выглядеть очень нежным, совсем не похожим на её прежний гневный вид. - Спасибо. Затем душа Ни Цзин постепенно исчезла. Нин Шу была немного озадачена. Она спросила у 2333: - Поручители всегда предлагают часть своей души, но я никогда не получала никакой духовной энергии. Почему так? - Одна треть духовной энергии, которую тебе предлагает поручитель, передаётся тебе. Система забирает другие две трети, - сказал 2333. Что за мошенничество! Но она вообще не видела раньше этой одной трети. - Каждый раз, когда ты культивируешь в системном пространстве, субстанция, которую ты поглощаешь – это чистая духовная энергия. А ты думала, что ты поглощаешь? Нин Шу подняла брови. Она не знала, чем была субстанция в системном пространстве. Она лишь знала, что эта субстанция укрепляла её душу. Она никогда не думала, что на самом деле это была духовная энергия. - Тогда я куплю пистолет. Это же современный мир. Нин Шу открыла системный рынок и переключилась на секцию с оружием. Однако она обнаружила, что не может купить ни одного оружия. Все кнопки покупок были серыми и неактивными. - Почему? Почему я не могу купить ни один? Нин Шу была очень раздосадована. - Задание будет проходить в мирной эпохе. Неужели ты планируешь купить пистолет и стрелять во всех, кто тебя раздражает? Ты же получатель заданий. Тебе нужно помочь поручителю с контратакой при помощи своих собственных способностей. Более того, я уже тебе раньше говорил, что системный рынок имеет соответствующие ограничения. Если ты не можешь что-то купить, то это означает, что в данном мире это использовать нельзя, - тихо сказал 2333. - Ты должна помочь поручителю по-настоящему контратаковать и добиться успешной жизни, - 2333 стал подбадривать Нин Шу. – Удачи тебе! Пока что ты всегда хорошо выполняла работу. Лучше всего было бы не сильно полагаться на вещи из системы. Тот, кто поистине силён не полагается на эти дополнительные вещи. Нин Шу: Ха. Ха. Ха. Любой может сказать такие приятные на слух слова. Но это она выполняет задания, а не 2333, так вали к чёрту… Нин Шу сделала глубокий вдох, а потом сказала: - Давай начнём задание. Она почувствовала знакомое головокружение, а потом ощущение её души втиснулось в тело. Как только душа и тело приспособились друг к другу, она тут же почувствовала сильный дискомфорт. ---------- Суррогатная Беременность Её сердцебиение было нерегулярным и ей было трудно дышать. Звук нерегулярного сердцебиения наполнил её слух. Её сердце так быстро билось, словно оно вот-вот взорвётся. Порок сердца! У Ни Цзин был порок сердца. Нин Шу тут же начала читать очищающую сердце мантру. Она почувствовала, как кто-то открывает ей рот, кладёт внутрь пилюлю и поит водой. Она проглотила пилюлю. Спустя некоторое время она, наконец, немного пришла в себя. Чувство, что её сердце вот-вот взорвётся, прошло, но она была очень уставшей. Она медленно открыла глаза и увидела перед собой красивое лицо. - Цзинцзин, ты в порядке? У красивого мужчины было обеспокоенное выражение лица, в котором также виднелись следы возмущения. Нин Шу осознала, что она лежит на полу, поэтому она попыталась подняться, но ей было трудно это сделать. Мужчина помог ей встать на ноги и взволнованно спросил: - Цзинцзин, ты правда в порядке? Нин Шу покачала головой. - Я в порядке. Я хочу пойти отдохнуть. - Хорошо. Мужчина поднял её на руки, словно принцессу. Нин Шу увидела женщину, стоящую в гостиной. У неё была грациозная фигура, и она с упрямым выражением лица и закусив губу смотрела на то, как мужчина уносит Нин Шу. Мужчина принёс Нин Шу в спальню, а потом нежно положил её на постель и подоткнул одеяло. Он сел рядом с постелью и положил свои тёплые руки поверх руки Нин Шу и сказал: - Поспи. Нин Шу кивнула, а потом закрыла глаза. Мужчина ушёл и закрыл за собой дверь. После этого Нин Шу начала получать историю. Этот мужчина, который только что ушёл, был Цзин Шаоцзэ, муж Ни Цзин. Они были женаты уже почти 5 лет и у них по-настоящему были чувства друг к другу. Цзин Шаоцзэ был единственным сыном семьи Цзин, поэтому ему пришлось вытерпеть немало давления за то, что он женился на Ни Цзин, у которой был врождённый порок сердца. Однако он был очень решительно настроен на то, чтобы жениться на ней. Ни Цзин, из-за её порока сердца, не могла делать никаких энергичных упражнений. А это означало, что Цзин Шаоцзэ не смел быть слишком страстным в постели и всегда был крайне нежен. Ни Цзин также не могла иметь детей. Её тело просто не выдержало бы тяжёлой нагрузки беременности. Была очень высокая вероятность, что её тело просто откажет, прежде чем она успеет родить. Но, если нет ребёнка, тогда кому же семья Цзин должна передать свой крупный семейный бизнес? И вот так свекровь Ни Цзин придумала идею о суррогатной беременности. Ни Цзин было немного обидно, но она чувствовала себя виноватой из-за того, что не могла родить ребёнка для Цзин Шаоцзэ. К тому же, её свекровь была очень недовольна невесткой, поэтому она почувствовала давление и вынуждена была согласиться. Та женщина в гостиной как раз и была суррогатной матерью, которую нашла мать Цзин Шаоцзэ. Е Си пошла на это только потому, что компания её отца могла вот-вот обанкротиться. Мать Цзин Шаоцзэ предложила одолжить денег семье Е на условии того, что Е Си послужит суррогатной матерью. Е Си, ради своего отца и её семьи, решилась на подписание суррогатного контракта. Когда Цзин Шаоцзэ узнал об этом, он был очень зол и даже ненавидел Е Си, которая пришла в их дом, чтобы быть суррогатной матерью. В то время у Цзин Шаоцзэ всё ещё были чувства к Ни Цзин. Мама Цзин Шаоцзэ привела Е Си в дом, говоря, что Е Си нужно подготовить своё тело. Поэтому муж, жена и суррогатная мать теперь жили под одной крышей. Это была очень странная ситуация. По мере того, как они постепенно общались друг с другом, у Цзин Шаоцзэ начали появляться чувства к Е Си, этой девушке, которая была упрямой до такой степени, что у людей сердце сжималось от боли за неё. Однако Цзин Шаоцзэ также любил свою жену, потому он чувствовал сильное затруднение. Тем временем, когда Ни Цзин узнала, что у её мужа появились чувства к кому-то ещё, она начала придумывать всевозможные способы усложнить жизнь для Е Си и сделать так, чтобы у Цзин Шаоцзэ и Е Си возникали всевозможные недопонимания. Е Си имела очень упрямый характер, поэтому она также ничего не объясняла, чтобы как-то разобраться в ситуации. И поэтому у Е Си и Цзин Шаоцзэ постоянно были страстные любовные ссоры. Наконец, когда Е Си родила ребёнка, она исчезла. К тому времени Цзин Шаоцзэ внезапно осознал свои чувства. Он влюбился в Е Си. Когда Цзин Шаоцзэ держал на руках своего новорожденного ребёнка, его сердце сжималось от боли. Он начал каждый день напиваться. Он совсем забыл о том, что является мужем другой женщины, и стал очень холоден к Ни Цзин. Когда он узнал о том, что Ни Цзин делала с Е Си ранее, он ещё больше возненавидел Ни Цзин. "Ты больше не та Ни Цзин, которую я знал. Я никогда не представлял, что ты действительно настолько злобная." Это цитата того, что Цзин Шаоцзэ сказал Ни Цзин. После этого Цзин Шаоцзэ редко возвращался домой. Он отказывался отвечать на звонки Ни Цзин, даже когда она звонила ему после сердечного приступа. Ей нужно было поговорить с ним из-за операции по трансплантации сердца. Её родители потратили немало усилий на то, чтобы найти для неё донорское сердце. Однако Цзин Шаоцзэ отказывался подписывать бумаги. К тому времени, как он неохотно их подписал, сердце Ни Цзин уже было в таком плохом состоянии, что она уже не могла пойти на риск операции. В итоге, она умерла на операционном столе. ---------- Предопределённая Судьба И всё же, спустя пять лет Е Си вернулась в город. За эти пять лет у Цзин Шаоцзэ не было никаких других женщин. Когда он снова увидел Е Си, он поклялся вернуть Е Си обратно и навсегда удержать рядом с собой эту женщину, которая его спровоцировала. Эта ненавистная женщина украла его сердце, а потом исчезла без следа. Более того, эта женщина была матерью его ребёнка. Поэтому он взял с собой ребёнка, чтобы устроить погоню за Е Си. К тому времени Цзин Шаоцзэ был вдовцом и очень достойным холостяком. Все женщины с амбициями хотели забраться в постель Цзин Шаоцзэ, но Е Си избегала Цзин Шаоцзэ, словно чумы. Из-за той обиды, которую она пережила пять лет назад, она больше ненавидела и боялась этого мужчину, чем любила его. После нескольких ссор эти двое, наконец, помирились. Однажды, когда они обсуждали своё детство, Е Си сказала, что повстречала мальчика, когда была маленькой. Этого мальчика похитили. Так как Е Си видела лицо преступника, то её тоже похитили. Они с мальчиком поддерживали друг друга и, благодаря разным хитростям, смогли сбежать. Они долгое время бежали, держась за руки. Когда Цзин Шаоцзэ услышал эту историю, он притянул Е Си в свои объятья и со вздохом сказал: "Хорошо, что он её не отпустил". У них была предопределённая судьба. Когда Нин Шу получила историю, её чуть не стошнило кровью. Первым делом, если отложить вопрос о том, как похититель не смог удержать двух детей взаперти, остальная часть истории из их детства явно была натянутой попыткой улучшить их репутацию. Их любовь была предопределена, поэтому Е Си не была любовницей. Теперь Нин Шу полностью понимала гнев Ни Цзин. Нин Шу села на постели, скрестив ноги, чтобы начать тренировку Непревзойдённых Боевых Искусств. Если она постоянно будет падать на пол без предупреждения, хватаясь за сердце, то задание будет очень трудно завершить. Однако в современном мире очень мало духовной энергии, а у этого тела и без того были проблемы с меридианами, поэтому культивация не имела заметного успеха. У Нин Шу не было иного выбора, кроме как продолжать медленно культивировать. Тук Тук Нин Шу, которая была в процессе тренировки, была прервана стуком в дверь. Она быстро легла и натянула на себя одеяло. После стука дверь тихо открылась. - Цзинцзин, просыпайся. Цзин Шаоцзэ подошёл к постели и потянулся рукой ко лбу Нин Шу. Нин Шу открыла глаза и увернулась от руки Цзин Шаоцзэ, сев на постели и спросив: - Что такое? Цзин Шаоцзэ улыбнулся. В данный момент он был одет в деловой костюм, отчего он казался ещё выше. Безупречные манжеты белой рубашки придавали ему более элегантный и утончённый вид. Цзин Шаоцзэ глянул на Нин Шу, и его взгляд наполнился теплом, когда он сказал: - Пора вставать и кушать, моя маленькая лентяйка. Нин Шу изогнула губы в улыбке и откинула одеяло в сторону, чтобы встать. ---------- Флирт На Кухне Цзин Шаоцзэ помог Нин Шу подняться. Когда Нин Шу спустилась вниз, она увидела, что Е Си уже сидела за обеденным столом вместе со свекровью и свёкром Ни Цзин. - Тебе уже лучше? – спросила мать Цзин Шаоцзэ. Цзин Шаоцзэ пододвинул стул для Нин Шу. После того, как Нин Шу села, она ответила: - Я чувствую себя гораздо лучше. - Тебе нужно больше внимания уделять своему здоровью. Это нехорошо, когда с тобой постоянно такое происходит, и, что ещё более важно, ты же сама от этого и страдаешь, - сказала мать Цзин Шаоцзэ. Это что её за чертовщина была сейчас? Она говорила так, словно Ни Цзин сама захотела себе такую болезнь. У неё не было выбора в таких вещах, но мать Цзин Шаоцзэ, похоже, винила её в том, что она доставляет всем хлопот с этой болезнью. Она подразумевала, что Нин Шу просто притворяется, что у неё сердечный приступ. Нин Шу ничего не сказала, а просто осмотрела Е Си. Е Си сидела напротив неё и тихо ела специальные блюда, разработанные для неё диетологом. Е Си была очень красивой и здоровой женщиной с румяными щеками и безупречной кожей. Она была полной противоположностью Ни Цзин, которая была худой, слабой и болезненной. Е Си заметила взгляд Нин Шу и тоже посмотрела на неё, но потом быстро опустила голову. После тренировки Непревзойдённых Боевых Искусств на протяжении всего дня, Нин Шу очень изголодалась, поэтому она начала молча есть. Цзин Шаоцзэ был очень рад увидеть, что Нин Шу сегодня ест больше, чем обычно, и поспешил подложить ей ещё еды. Е Си глянула на Цзин Шаоцзэ и Нин Шу, а потом продолжила есть с опущенной головой. После ужина Е Си помогла убрать со стола, а потом молча начала мыть посуду на кухне. Она старалась как можно больше уменьшить своё присутствие в этом доме. Хоть Цзин Шаоцзэ и разговаривал с Нин Шу, но он постоянно поглядывал на дверь кухни. Наконец, он сказал: - Ты сегодня довольно много съела. Я пойду на кухню и принесу тебе лекарство для пищеварения, а то тебе потом может быть некомфортно. Нин Шу ничего не сказала и просто посмотрела на Цзин Шаоцзэ, направляющегося на кухню. Цзин Шаоцзэ вошёл на кухню и увидел, что Е Си моет посуду, поэтому он подошёл к ней с холодным выражением лица, и схватил за запястье. Е Си как раз потянулась, чтобы взять тарелку, поэтому, когда Цзин Шаоцзэ резко схватил её за запястье, она была ошарашена и тарелка выпала у неё из руки. Е Си в шоке посмотрела на Цзин Шаоцзэ и захотела избавиться от его хватки, но он прижал её к стене. Е Си запаниковала и захотела оттолкнуть его, но он холодно сказал: - Хватит тебе уже мечтать, я ни за что не стану тебя трогать. Я люблю лишь Цзинцзин. А ты - всего лишь женщина, которая согласилась стать суррогатной матерью за деньги. Е Си плотно сжала губы и даже не попыталась объясниться. Она просто молча стояла перед Цзин Шаоцзэ. У этого мужчины явно была нежная сторона, так почему же он всегда был таким холодным и безжалостным по отношению к ней? Она же не хотела быть суррогатной матерью. - Почему ты ничего не говоришь? Что ты сегодня сказала Цзинцзин, раз у неё случился сердечный приступ? – потребовал Цзин Шаоцзэ, прижимая руку Е Си к стене. – Не надо проверять моё терпение. Высокий Цзин Шаоцзэ почти полностью закрывал собой Е Си. Его сильный мужественный запах было трудно вдыхать, и даже её сердцебиение начало выходить из-под контроля. - Я знаю, что ты меня ненавидишь, но я правда ничего не говорила, - сказала Е Си. Цзин Шаоцзэ усмехнулся своей демонической улыбкой. Его манера поведения была совершенно не такой, как когда он был рядом с Ни Цзин. Цзин Шаоцзэ был нежным, заботливым и защищал Ни Цзин, но перед Е Си он был словно мужчина, покоряющий женщин. И хотя Цзин Шаоцзэ говорил, что он считает Е Си отвратительной, он всегда пытался войти с ней в какой-нибудь телесный контакт. Он всегда тянул её за руку, прижимал к стене и насмехался обидными словами. Нин Шу тихо стояла у двери и наблюдала за ними двумя. Цзин Шаоцзэ совсем не был похож на себя, когда он был наедине с Е Си. Цзин Шаоцзэ был элегантным человеком, опытным в соблюдении общественных нравов и сохранял вежливую, но учтивую дистанцию. Однако сейчас он выглядел так, словно им управлял тиранический председатель с демонической харизмой*. И не важно, насмехался ли он над Е Си или делал с ней что-то неприятное, он всё равно подсознательно пытался привлечь к себе её внимание. Однако Цзин Шаоцзэ сам себе промыл мозги, твердя: "Я люблю лишь Ни Цзин. Я люблю мою жену, и мне ни за что не может понравится женщина, которая стала суррогатной матерью за деньги. Абсолютно ни за что не может понравиться. Эта женщина уничтожает мои отношения с Ни Цзин". Цзин Шаоцзэ просто был нерешительным человеком. Хоть он и постоянно повторял, что любит свою жену, он всё равно флиртовал с Е Си. - Цзин Шаоцзэ, вы сказали, что я стала суррогатной матерью за деньги. Это я признаю. Я готова заплатить эту цену, чтобы спасти компанию моего отца. И мне плевать, смотрите ли вы на меня за это свысока, или нет. Е Си посмотрела снизу вверх на Цзин Шаоцзэ. - Это не ваше дело, почему я стала суррогатной матерью. Это мой собственный выбор, - упрямо сказала Е Си. - А у тебя острый язык. Но я не хочу, чтобы мой ребёнок вышел из живота женщины вроде тебя, - сказал Цзин Шаоцзэ с насмешливой улыбкой. ____________________ Примечание: * Тиранический председатель с демонической харизмой – предположительно из 16 арки про Стокгольмский синдром. ---------- Не Могла Освободить Это Место Просто Так Е Си уже и так была под стрессом из-за принятого решения стать суррогатной матерью. Если бы не ради своей семьи, то она бы ни за что не согласилась терпеть насмешки Цзин Шаоцзэ. Е Си видела, что Цзин Шаоцзэ всегда нежен по отношению к Ни Цзин, но, когда он поворачивался, чтобы посмотреть на неё, его взгляд был таким холодным и демоническим, что её сердце трепетало от этого. Более того, некоторые его действия заставляли её сердце оставаться невозмутимым. Е Си чувствовала, что Цзин Шаоцзэ просто играет с ней. Она сделала глубокий вдох и оттолкнула его от себя. Она не могла позволять этому мужчине продолжать издеваться над её сердцем. Как только Е Си оттолкнула Цзин Шаоцзэ, она увидела, что Нин Шу стоит в дверях. Лицо Е Си тут же побледнело. - Ни Цзин. Цзин Шаоцзэ поспешно обернулся. Когда он увидел Нин Шу, бесстрастно стоящую в дверях, он с нежной улыбкой спросил: - Цзинцзин, что ты тут делаешь? Нин Шу подняла брови и сказала: - Ты так долго был на кухне, поэтому я пришла посмотреть, что ты тут делаешь. А вы двое? Взгляд Нин Шу начал метаться между Цзин Шаоцзэ и Е Си. Цзин Шаоцзэ подошёл к Нин Шу и положил руку ей на плечо, чтобы развернуть её и увести отсюда. Когда он уходил, он обернулся и холодно глянул на Е Си. Сердце Е Си дрогнуло, когда она увидела холодное выражение лица Цзин Шаоцзэ. Цзин Шаоцзэ действительно любил свою жену. - Шаоцзэ, подойди сюда. Мне нужно поговорить с тобой кое о чём, - сказала мать Цзин Шаоцзэ, глянув на Нин Шу. - Иди. А я пока вернусь в свою комнату. Нин Шу махнула руку Цзин Шаоцзэ. - Ладно, - тепло сказал Цзин Шаоцзэ. Нин Шу вернулась в спальню и начала думать о том, что делать дальше. Так как Ни Цзин не собиралась возвращаться, её задачей было разобраться с Цзин Шаоцзэ и Е Си. Она может даже просто развестись. Таким образом она избавит себя от раздражения и необходимости постоянно смотреть на них. Однако она не могла освободить это место для Е Си просто так. Цзин Шаоцзэ изменил Ни Цзин. Нин Шу глубоко задумалась, когда вошёл Цзин Шаоцзэ. Он сел у постели и сказал Нин Шу: - Цзинцзин, в компании кое-что произошло, поэтому мне придётся поработать допоздна. Я не смогу вернуться вечером, так что ты будь особенно осторожна, ладно? Нин Шу глянула на Цзин Шаоцзэ и спросила: - Что же такого срочного случилось, раз тебе приходится идти в компанию и работать вечером? - Нужно разобраться со срочным планом сотрудничества. Так как я президент компании, я должен там присутствовать. Выражение лица Цзин Шаоцзэ было нежным. Какая ложь! Каким бы нежным ни было его выражение лица, оно не могло скрыть его мечущийся взгляд. Нин Шу спокойно кивнула. - Заканчивай работу поскорее и не оставайся на работе слишком долго. Это плохо для твоего здоровья. Цзин Шаоцзэ потянулся и нежно погладил руку Нин Шу, после чего развернулся и ушёл. Нин Шу села на постели, чтобы тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Всё её тело ощущало сильный дискомфорт, а её сердцебиение было подозрительно нестабильным. Она не могла себе представить, как тяжело быть Ни Цзин. Пока она боролась с такой серьёзной болезнью, её муж, оказывается, предал её. Ни Цзин хотела использовать свою болезнь, чтобы перетянуть Цзин Шаоцзэ обратно на свою сторону. Поэтому, когда Цзин Шаоцзэ и Е Си были вместе, Ни Цзин притворялась, что у неё сердечный приступ. Однако такой метод не мог вернуть человека, которому уже нравился кто-то другой. Как только этот человек перестаёт заботиться о тебе, то, что бы ты ни делала, это уже бесполезно. Если я тебя уже больше не люблю, то ты для меня ничто. Поэтому действия Ни Цзин служили лишь пыткой для неё самой. Нин Шу покрылась потом от тренировки, поэтому она приостановила её. Она глянула на часы. Было уже одиннадцать часов вечера. Она и не заметила, что так долго тренировалась. ---------- Пытаетесь Обдурить Образованного Человека! Нин Шу приняла ванну, а потом спустилась вниз, чтобы налить себе воды. Когда она проходила мимо комнаты Е Си, она услышала шорохи, доносящиеся изнутри. Она прижалась к стене, но могла лишь смутно расслышать какие-то движения. Она не смогла услышать ничего конкретного. Нин Шу задумалась на мгновение, а потом тихо открыла главную дверь, чтобы выйти из дома и подойти к окну в комнату Е Си. Свет в комнате Е Си всё ещё горел. Через щель в занавесках Нин Шу увидела, что Цзин Шаоцзэ и Е Си лежат на одной постели. Судя по всему, они как раз занимались этим. Она смогла даже услышать тихий звук рыданий Е Си. Тем временем, Цзин Шаоцзэ лишь мельком посмотрел на красивую спину Е Си, а потом потянул её за плечо, чтобы развернуть лицом к себе. - Хватит уже притворяться. Раз ты делаешь это ради денег, то, конечно же тебе, приходится чем-то жертвовать. - Я… Взгляд Е Си был немного затуманен. Когда Цзин Шаоцзэ увидел красные отметины на теле Е Си, его взгляд потеплел, и он опустил голову, чтобы поцеловать Е Си в губы. Нин Шу развернулась и вернулась обратно в дом. Она подошла к двери в комнату Е Си и пнула дверь, создавая глухой стук. С какой стати это была суррогатная беременность, если вы, ребята, кувыркаетесь в постели и делаете ребёнка? Разве это не должно быть искусственным оплодотворением с использованием яйцеклеток Ни Цзин и спермы Цзин Шаоцзэ, чтобы Е Си просто выносила оплодотворённую яйцеклетку? Нин Шу была образованной! Они не могли её обдурить. Когда двое находящихся в комнате услышали этот шум, они тут же прекратили делать то, чем собирались заняться. Цзин Шаоцзэ накинул одеяло на обнажённое тело Е Си. Е Си испугалась того звука, но от того, что Цзин Шаоцзэ прикрыл её одеялом, её сердце на мгновение дрогнуло, после чего у неё немного запершило в носу. Цзин Шаоцзэ был в одних штанах. Его верхняя часть тела была открыта, обнажая его сексуальную и мускулистую фигуру. Е Си отвела взгляд и зарылась под одеяло. Цзин Шаоцзэ нахмурился, а потом открыл. Однако за дверью никого не оказалось. Он осмотрелся по сторонам, но там никого не было. Кто это устроил такой розыгрыш? Цзин Шаоцзэ закрыл дверь, а потом взял свою одежду и начал одеваться. Е Си наблюдала за тем, как Цзин Шаоцзэ застёгивает пуговицы рубашки. Движения его нефритовых пальцев были исключительно элегантными. - Кто был снаружи? – спросила Е Си немного хриплым голосом. Цзин Шаоцзэ глянул на неё. - Никого. Цзин Шаоцзэ взял пиджак и ушёл. Пнув дверь, Нин Шу вернулась наверх, в свою спальню. Её сердце чувствовало некоторый дискомфорт. Она ведь обошла вокруг виллы и поднялась вверх по лестнице, поэтому чувствовала себя немного больной. Она лежала на постели, но не могла уснуть. Она практически лишилась дара речи. Ситуация между теми двумя, вероятно, считалась за "чем ближе знаешь, тем больше нравится". Цзин Шаоцзэ был очарован вкусом Е Си и, в итоге, влюбился в тело Е Си. По причине слабого здоровья Ни Цзин, их постельные развлечения всегда были очень обычными. А вот с Е Си всё было наоборот, он мог проявлять свои мужественные способности завоевателя сколько захочет. Цзин Шаоцзэ никогда раньше в своей жизни не испытывал подобного. По крайней мере, он не испытывал такого с Ни Цзин. Поэтому эти двое начали спать вместе за спиной у Ни Цзин. Более того, даже тогда, когда Е Си родила, Ни Цзин всё ещё думала, что этот ребёнок был её и Цзин Шаоцзэ. Поначалу, когда мать Цзин Шаоцзэ решила найти суррогатную мать, Ни Цзин и Цзин Шаоцзэ сходили в больницу, чтобы заморозить свои яйцеклетки и сперму. Позже, мать Цзин Шаоцзэ привела Е Си, чтобы она жила в семье Цзин под предлогом, что ей нужно подготовить своё тело. А когда её тело будет в наилучшем состоянии, то они поместят сперму и яйцеклетки в её матку. После того, как Е Си родила и исчезла, Ни Цзин занялась заботой о ребёнке, отчего её и без того слабое здоровье стало ещё хуже и она даже умерла на операционном столе. Нин Шу сделала глубокий вдох. Возможно, мать Цзин Шаоцзэ изначально не планировала использовать яйцеклетки Ни Цзин. Мать Цзин Шаоцзэ на самом деле подстроила всё это. Нин Шу холодно рассмеялась. ---------- Совсем Как Женщина Из Древней Эпохи Цзин Шаоцзэ, который должен был кувыркаться с Е Си, отправился наверх. Когда он открыл дверь и увидел, что Нин Шу сидит у постели и пьёт воду, его взгляд на мгновение сверкнул. Он подошёл к Нин Шу и спросил: - Почему ты ещё не легла спать? Нин Шу обернулась с удивлённым выражением лица. - А разве ты не сказал, что собираешься в компанию? Почему ты вернулся? - Я уже закончил со всеми делами. А если я не вернусь домой, то неужели я должен просто лечь спать в компании? – Цзин Шаоцзэ посмотрел на стакан в руке Нин Шу. – Ты сейчас ходила вниз, чтобы налить воды? Кто-то только что пнул дверь. Цзин Шаоцзэ пристально изучал взглядом лицо Нин Шу. Нин Шу сделала глоток воды и покачала головой. - Я не ходила вниз. Тётушка Ли заранее налила мне воды. Нос Нин Шу немного дёрнулся. - Чем это от тебя пахнет? После этих слов она пододвинулась к Цзин Шаоцзэ, чтобы принюхаться к нему. Цзин Шаоцзэ тут же поспешил отойти. - Я был так занят в компании, что вспотел. От меня явно плохо пахнет. Я пойду в душ. Нин Шу изогнула губы, а потом нежно сказала: - Тогда иди, мойся. Цзин Шаоцзэ нежно улыбнулся Нин Шу, а потом отправился в ванную. Пока Нин Шу слушала шум воды, она тихо усмехнулась. Он кувыркался с другой женщиной за спиной у своей жены. Должно быть, это очень волнующе. После принятия душа, Цзин Шаоцзэ лёг рядом с Нин Шу и нежно сказал: - Давай спать. После чего он закрыл глаза и уснул. Недавние упражнения явно его утомили. Нин Шу презрительно поджала губы, пока в её голове мелькали разные идеи. На следующее утро Цзин Шаоцзэ умылся, а потом пришёл будить Нин Шу. - Цзинцзин, пора вставать. Нин Шу открыла глаза. Цзин Шаоцзэ помог ей подняться, а потом присел и поставил перед ней тапочки, чтобы она могла надеть их, всего лишь вытянув ноги. После этого он взял расчёску и расчесал её волосы. Он очень умело собрал волосы наверх в свободный, но элегантный бублик, после чего взял нефритовую заколку из древней эпохи и вставил её в получившуюся причёску. Цзин Шаоцзэ посмотрел на Нин Шу и сказал: - Цзинцзин, ты выглядишь совсем как женщина из древней эпохи, нежная и прекрасная. Что за херня! Её порок сердца такой серьёзный, что она не смеет даже ускорять шаг. Как она может не быть нежной?! Даже теперь, несмотря на то, что она внутренне была раздражена настолько, что чуть не взрывалась, её движения всё равно были очень медленными. Любое излишне интенсивное движение заставляло её сердце неравномерно колотиться. - Спасибо, - сказала Нин Шу, приподнимая уголки губ. Она посмотрела на Цзин Шаоцзэ. Он был одет в официальный костюм, отчего он выглядел привлекательным и благородным. Его выражение лица было нежным, а его взгляд был полон страсти, и он вёл себя крайне заботливо по отношению к ней. Если бы она не видела прошлой ночью Цзин Шаоцзэ и Е Си, то она бы подумала, что Цзин Шаоцзэ – хороший человек, основываясь на этом его поведении. Он был высоким и красивым, с хорошей фигурой и страстной натурой. Просто невозможно было быть более идеальным. Нин Шу и Цзин Шаоцзэ вместе спустились вниз. В гостиной мать Цзин Шаоцзэ разговаривала с Е Си. Е Си время от времени дёргала себя за воротник от дискомфорта. Мать Цзин Шаоцзэ улыбалась, и в её взгляде читался двусмысленный намёк, когда она смотрела на Е Си. Судя по всему, она явно знала о том, что произошло этой ночью. Е Си нравилась матери Цзин Шаоцзэ больше, чем Нин Шу, её настоящая невестка. Нин Шу подошла и пожелала доброго утра матери Цзин Шаоцзэ. Мать Цзин Шаоцзэ повернулась к Нин Шу и сказала: - Тело Е Си уже почти готово. Вероятно, скоро мы сможем поместить в её тело эмбрион из пробирки. Выражение лица Нин Шу было безразличным. - Вот как? Нин Шу оценила взглядом мать Цзин Шаоцзэ. Она обладала вежливой и элегантной манерой поведения, которая была типична для женщин высшего класса. Она умело общалась с разными леди из высшего класса, вне зависимости от того, были ли они в деловом или политическом секторе, и на каждом банкете чувствовала себя, словно рыба в воде. Это была очень хитрая женщина. ---------- Без Боли Нет Результата Однако Нин Шу считала её отвратительной. Она специально привела суррогатную мать в дом, действуя словно сутенёрша для своего сына. Это она была тем человеком, который стоял за тем, что произошло между Цзин Шаоцзэ и Е Си. - Мама, похоже, что вам очень нравится Е Си, - сказала Нин Шу со слабой улыбкой. Мать Цзин Шаоцзэ с улыбкой ответила: - Е Си хорошая девочка. Она жертвует собой ради её семьи. В наши дни лишь немногие люди относятся с таким почтением к семье. - Без боли нет результата. Губы Нин Шу изогнулись. Она не знала, считается ли это за дочернюю почтительность или нет, но усилия Е Си не смогут воскресить компанию её отца. Нет ничего, чем нельзя было бы пожертвовать. Всё зависит только от того, достаточно ли на столе разменных фишек. Если семья Е обанкротится, то жизнь Е Си не обязательно будет лучше по сравнению с тем, какая она у неё сейчас. Нин Шу посмотрела на Е Си и спросила: - А тебе не жарко в этом шарфе? У Е Си был шарф, который она плотно намотала на шею, явно прикрывая некие отметины. Е Си коснулась шарфа, а потом шмыгнула носом и сказала: - Я немного простыла. - Тогда тебе нужно лучше заботиться о своём здоровье. Ты должна как следует подготовить своё тело, чтобы родить здорового ребёнка, - тихо сказала Нин Шу. Лицо Е Си на мгновение потемнело, а потом она сказала: - Я поняла. Во время завтрака у Нин Шу на пол упала вилка. Когда она нагнулась, чтобы поднять, она увидела, что Цзин Шаоцзэ под столом толкает ногу Е Си своей ногой. Е Си постоянно отодвигалась, но потом ей это надоело, и она топнула по ноге Цзин Шаоцзэ. Цзин Шаоцзэ глянул на Е Си с безразличным выражением лица. Е Си немного перепугалась и убрала свою ногу. Когда Цзин Шаоцзэ увидел, что Нин Шу нагнулась, он поспешно убрал свою ногу и нагнулся, чтобы подобрать вилку. - Цзинцзин, я подниму. - Спасибо, - спокойно сказала Нин Шу. Цзин Шаоцзэ не отправился на работу после завтрака, поэтому Нин Шу спросила: - Разве ты не идёшь на работу? Цзин Шаоцзэ потёр свои губы и прищурился, глядя на Е Си. Он многозначительно сказал: - Я, пока, не пойду на работу. Я всё ещё устал после вчерашнего вечера, поэтому отправлюсь в компанию днём. Е Си напряглась, когда услышала, что сказал Цзин Шаоцзэ, и отвернулась, чтобы избежать его взгляда. - Вот как? – многозначительно спросила Нин Шу. – Ты уж постарайся следить за своим здоровьем. Не утомляй себя слишком сильно. Твоё здоровье важнее всего. Будет ужасно, если что-нибудь случится. Когда Цзин Шаоцзэ увидел, какой взволнованной была Е Си, его губы изогнулись вверх. Услышав слова Нин Шу, он отвёл взгляд и небрежно сказал: - Всё в порядке. Мне просто нужно немного отдохнуть. Цзин Шаоцзэ поднялся. - Я пойду налить немного сока. Цзинцзин, тебе хочется какого-нибудь сока? В прошлый раз это было лекарство для пищеварения, а в этот раз сок. Какой повод он придумает в следующий раз? - Ну, тогда апельсиновый сок, - сказала Нин Шу. Цзин Шаоцзэ с улыбкой направился на кухню. Зайдя на кухню, он закрыл дверь. Е Си содрогнулась и отставила стакан воды, который держала в руке, чтобы выйти из помещения. Она не хотела оставаться наедине с Цзин Шаоцзэ. Цзин Шаоцзэ вытянул свою длинную ногу, чтобы перегородить дорогу Е Си, и та тут же почувствовала, как она задыхается от внушительной ауры, которой её накрыло. Из-за этого её сердце начало неконтролируемо биться, а лицо быстро покраснело. Е Си опустила голову и сказала тихим, как у комара, голосом: - Пожалуйста, перестаньте это делать. Губы Цзин Шаоцзэ изогнулись в улыбке. - Перестать это делать? Это не то, что ты говорила вчера вечером. Когда твои ноги обхватывали мою талию, ты не говорила мне, чтобы я перестал это делать. Я помню, что это ты соблазнила меня прошлым вечером, но теперь ты уже отказываешься это признавать? Выражение лица Цзин Шаоцзэ было очень гнусным, но оно имело свою смертельную привлекательность. ---------- Чем Дольше Знаешь, Тем Больше Любишь Е Си была зажата в углу на кухне. Когда она услышала, как Цзин Шаоцзэ говорит ей это на ухо своим элегантным голосом, ей захотелось просто заползти в какую-нибудь дыру и умереть. Её лицо совсем покраснело. - Вы же прекрасно знаете, что это было не так! - Что было не так? Что ты хочешь этим сказать? – выражение лица Цзин Шаоцзэ становилось всё более и более бандитским. – Разве это не ты обнимала меня и говорила, что хочешь ещё? - Хватит уже! Хватит говорить об этом! – Е Си сделала глубокий вдох, но её румянец отказывался сходить. – Вы же прекрасно знаете, что этого хотела ваша мать. Ваша мать очень коварная. Я ведь подписалась только на контракт о суррогатном материнстве, но она сказала мне заняться этим с вами… И в противном случае угрожала забрать деньги. Цзин Шаоцзэ усмехнулся. - Ты же просто женщина, которая готова на всё ради денег. - Я уже и так зашла слишком далеко, чтобы отступать. Я сделаю всё, что угодно, ради спасения компании моего отца. Е Си посмотрела на Цзин Шаоцзэ с упрямым выражением на лице. Брови Цзин Шаоцзэ недовольно нахмурились. - Ты так говоришь, словно ты какая-то верная семье дочь, но на самом деле – ты просто женщина, которая готова обслуживать промежность мужчины ради денег. Как отвратительно. Лицо Е Си было красным, но после того, как Цзин Шаоцзэ насмехался над ней подобным образом, вся кровь отхлынула от её лица. Её маленькое лицо тут же стало бледным, словно снег. Е Си пошатнулась, а потом поджала губы и упрямо сказала: - И что с того, что я готова на всё ради денег? - Ты… Цзин Шаоцзэ на мгновение растерялся. Выражение лица Е Си потускнело. - Я знаю свой статус. Мой долг – это просто родить ребёнка для семьи Цзин. Я не буду мешаться между вами и вашей женой, но если вы снова будете топтаться подобным образом на моём достоинстве, то я расскажу об этом вашей жене. Глаза Цзин Шаоцзэ округлились, а потом он с силой дёрнул Е Си за руку и сказал: - Если ты посмеешь рассказать Цзинцзин об этом, то я сделаю так, что тебе захочется умереть. У Е Си очень болела рука из-за безжалостной хватки Цзин Шаоцзэ, но она стиснула зубы и вытерпела. С насмешливым и упрямым выражением лица она сказала: - Раз вы действительно так сильно любите свою жену, то почему вы… Почему вы делаете это со мной? Выражение лица Цзин Шаоцзэ было холодным. - Конечно же, я люблю Цзинцзин. Ты для меня всего лишь предмет потребления. Я потратил десятки миллионов на твою покупку, так почему я не должен наслаждаться этим, как мне хочется? Цзин Шаоцзэ пристально посмотрел на Е Си. - К тому же, ради денег ты пришла, чтобы соблазнить меня. Так неужели я должен вести себя честно и игнорировать твои попытки? – Цзин Шаоцзэ наклонился и прошептал на ухо Е Си. – Ты очень приятная на вкус. Ему действительно хотелось ещё раз отведать её. Сердце Е Си задрожало, и она сделала шаг назад, но упёрлась в стену. Цзин Шаоцзэ вытянул руку и прижал её к стене позади Е Си. Наклонившись к Е Си, он увидел, что её уши стремительно розовеют. Это было очень милое зрелище. Он наклонился и лизнул её ухо. Е Си задрожала, а потом поспешно оттолкнула его и прикрыла ухо рукой, уставившись на него с широко распахнутыми глазами. Цзин Шаоцзэ облизнул губы, а потом нежно провёл по губе большим пальцем. Его демоническое чарующее поведение на мгновение очаровало Е Си. Нин Шу стояла у входа в кухню. Услышав эту беседу, она поняла, что, как она и подозревала, мать Цзин Шаоцзэ стояла за всем этим. Мать Цзин Шаоцзэ с самого начала спланировала всё это с тех пор, как нашла Е Си, эту суррогатную мать. Она никогда и не планировала использовать яйцеклетки Ни Цзин. У Ни Цзин был порок сердца, и это был даже врождённый порок сердца. Мать Цзин Шаоцзэ, вероятно, переживала, что у ребёнка проявится такой же физический дефект. Поэтому мать Цзин Шаоцзэ, вероятно, нашла Е Си, чтобы та была любовницей для её сына, а в качестве прикрытия назвала её суррогатной матерью. Таким образом, после рождения ребёнка, изначальный хост всё ещё думала, что это её собственный ребёнок. Нин Шу мысленно усмехнулась, а потом глянула на этих двоих, флиртующих на кухне. Всё это было потому, что Ни Цзин не могла выносить ребёнка. Хоть Цзин Шаоцзэ и сказал, что он любит Ни Цзин, он совсем потерял голову от чувства вседозволенности в кувыркании с Е Си. И вот так получается, что чем дольше знаешь, тем больше любишь. Нин Шу вернулась в гостиную и села на диван, чтобы посмотреть телевизор. ---------- Такой Умелый в Многозадачности Спустя некоторое время Цзин Шаоцзэ вышел со стаканом сока и вложил его в руку Нин Шу. - Свежевыжатый. А разве ты сейчас не флиртовать уходил? Неужели у тебя было время выжать сок? Что за шутка. Нин Шу сделала глоток сока. Цзин Шаоцзэ сказал, с нежным выражением на лице: - Я скоро отправлюсь в компанию работать. Будь дома и веди себя хорошо. Нин Шу покорно кивнула. Цзин Шаоцзэ взял свой портфель и ушёл. Перед тем, как уйти, он даже наклонился, чтобы поцеловать Нин Шу в лоб. Этот поцелуй был лёгким, как пёрышко, его губы лишь слегка коснулись её лба. Когда Цзин Шаоцзэ обернулся, он увидел Е Си, стоящую неподалёку. Его губы изогнулись в улыбке, а потом он повернулся и ушёл. Нин Шу уже сформировала план в голове. Когда она обернулась, она увидела, что Е Си смотрит на неё остекленевшим взглядом. Е Си быстро опустила голову, чтобы избежать зрительного контакта с Нин Шу. Нин Шу ничего не сказала и просто повернулась, чтобы подняться по лестнице. Она достала из комода сертификат акций. Этот один процент акций изначально был свадебным подарком для семьи Ни. Родители Ни Цзин отдали эти акции ей. Одного процента акций было достаточно, чтобы прожить богатую жизнь. Однако Нин Шу больше не планировала оставлять у себя этот один процент. По крайней мере, она отказывалась оставлять его в семье Цзин. Нин Шу переоделась, положила пилюли Цзюсинь в карман, а потом взяла свою сумочку и ушла. Она связалась с самым крупным акционером в компании семьи Цзин. В каждой компании всегда есть человек, который обладает большим количеством акций и несёт угрозу для владельца компании. Нин Шу планировала продать свой один процент акций этому акционеру. Этот акционер был удивлён, когда услышал, что Нин Шу хочет продать ему свои акции. Он уже держал на руке почти столько же акций, сколько и семья Цзин. Если он получит этот дополнительный один процент, то баланс весов постепенно склонится в его сторону. После продажи акций Нин Шу получит крупную сумму денег, но она уже не сможет получать дивиденды от компании. После этого она пошла купить набор игл для акупунктуры и шпионскую мини-камеру. Когда она вернулась на виллу, она увидела, что Е Си бегает на беговой дорожке. Её фигура была стройной и была в хорошей форме. Было очевидно, что она очень здорова. Мать Цзин Шаоцзэ явно потратила немало усилий на то, чтобы выбрать женщину для своего сына. Когда Е Си увидела Нин Шу, она сошла с беговой дорожки. Прошло некоторое время, прежде чем она наконец-то сказала: - Вы вернулись. Сразу же после того, как она это сказала, она почувствовала, что это было как-то неправильно. Она не должна говорить подобные вещи. Е Си, похоже, боялась Нин Шу. Вообще, это был даже, скорее, не страх, а вина и, возможно, немного стыда. Возможно, из-за этого чувства вины она и исчезла сразу после того, как родила ребёнка. Это вдобавок к тому факту, что Цзин Шаоцзэ серьёзно обидел её. Поэтому она и решила уйти. Однако это всё оказалось бесполезно, так как она, наоборот, полностью испортила отношения между Цзин Шаоцзэ и Ни Цзин. Ни Цзин даже умерла из-за этого. После того, как Ни Цзин умерла, между ними больше никто не мешался, и они заполучили свой счастливый конец. Нин Шу задумалась на мгновение, а потом сказала Е Си: - Я забыла купить кое-что. Можешь помочь мне сходить и купить это? Е Си явно не ожидала того, что Нин Шу попросит её помощи. - Что нужно купить? - Я забыла купить нижнее бельё. Я ношу нижнее бельё только этого бренда, так что могла бы ты купить его для меня? Слуги наверняка не смогут купить то, что нужно. Е Си кивнула и взяла деньги, которые ей дала Нин Шу. Она вернулась в свою комнату, чтобы переодеться, а потом ушла. ---------- Сеанс Акупунктуры После того, как Е Си ушла, Нин Шу пошла в комнату Е Си и установила шпионскую мини-камеру в укромном месте, откуда был хороший обзор на постель. Она планировала развестись с Цзин Шаоцзэ, но этим всё не закончится. После установки шпионской мини-камеры она ушла из комнаты. После этого она спокойно открыла коробку игл и начала проводить себе сеанс акупунктуры. У неё не было иного выбора, кроме как положиться на акупунктуру, чтобы снять часть дискомфорта с её сердца. Когда Е Си вернулась и увидела, что лицо Нин Шу было утыкано иглами, она на мгновение ошалела. После этого она поставила сумку перед Нин Шу. - Вот то, что вы хотели. Нин Шу кивнула, пока вытаскивала иглы из своего лица. Она спросила у Е Си: - Что ты планируешь делать после того, как родится ребёнок? Тёмные полосы промелькнули по лицу Е Си, а потом она покачала головой и сказала: - Кто знает? Я так далеко не задумывалась. - Хоть ты и будешь суррогатной матерью, твоё тело всё ещё чистое и невинное, словно нефрит. Ты можешь прожить хорошую жизнь с тем, кого ты любишь, - сказала Нин Шу, глядя на Е Си. Всё ещё чистое и невинное, словно нефрит?! Е Си вспомнила все те вещи, которые она делала с Цзин Шаоцзэ. Она уже больше не была невинной. Выражение лица Е Си потускнело. Но этот мужчина уже был чьим-то мужем! И он даже очень любил свою жену. - Я подумаю о будущем позже. Е Си не очень хотела разговаривать с Нин Шу, поэтому она воспользовалась оправданием, что ей нужно принять душ, и ушла. Нин Шу наблюдала за тем, как уходила Е Си, а потом подняла бровь. Неужели Е СИ влюбилась в Цзин Шаоцзэ? Ха. Ха. Ха. Вы, ребята, определённо настоящие возлюбленные. Только потому, что вы спали вместе, вам суждено продолжать быть друг с другом? Вечером, когда Цзин Шаоцзэ вернулся с работы, Нин Шу тут же затащила его в спальню. Цзин Шаоцзэ удивлённо спросил: - Что случилось? Когда Цзин Шаоцзэ увидел, что Нин Шу так спешит затащить его в спальню, он посмотрел на неё с заботливым выражением лица. - Неужели что-то случилось? Нин Шу сказала: - Снимай одежду. Цзин Шаоцзэ поднял брови. - Цзинцзин, что такое? Ты что-то хочешь? Почему ты говоришь мне снять одежду, едва я только вернулся? Нин Шу чуть не стошнило на лицо Цзин Шаоцзэ, но она просто достала сверкающую иглу и сказала: - В последнее время я изучала акупунктуру, но не смогла найти некоторые точки для акупунктуры, так что… - Поэтому ты хочешь, чтобы я был твоим подопытным кроликом? – у Цзин Шаоцзэ было беспомощное выражение на лице. – Когда это ты решила начать изучать акупунктуру? - Мой папа нашёл специалиста по традиционной китайской медицине и тот сказал, что акупунктура может укрепить способности сердца и лёгких. Нин Шу держала иглу и поторапливала Цзин Шаоцзэ, чтобы тот снял одежду. Цзин Шаоцзэ медленно расстегнул рубашку и беспомощно сказал: - Так просто позвони тому доктору. Зачем изучать это самой? Цзин Шаоцзэ снял одежду, обнажая своё мускулистое тело, а потом покорно лёг на постель. - Цзинцзин, ты хоть знаешь, как это делать? – спросил Цзин Шаоцзэ. Держа в руке иглу, Нин Шу увидела, что на спине Цзин Шаоцзэ есть несколько царапин. Они явно были оставлены Е Си прошлой ночью. Нин Шу бесстрастно сказала: - Я как раз собралась начать. Тебе может быть немного больно. - Девочка, когда же ты сможешь хоть немного успокоиться? – беспомощно сказал Цзин Шаоцзэ, и его голос был полон заботы и любви. Губы Нин Шу просто изогнулись в улыбке. В одной руке у неё была диаграмма акупунктурных точек, а другой рукой она вонзила иглу в спину Цзин Шаоцзэ. Цзин Шаоцзэ сдавленно застонал. - Что ты чувствуешь? – спросила Нин Шу. - Боль, - очень беспомощным тоном ответил Цзин Шаоцзэ. ---------- Скопировать, Сохранить, Скопировать Снова Нин Шу радостно сказала: - Тогда, похоже, что я попала в правильное место! Не двигайся, дай мне попробовать ещё одну. Выражение лица Цзин Шаоцзэ стало ещё более беспомощным, пока он неподвижно лежал, чтобы Нин Шу смогла вонзить в него ещё несколько игл. Нин Шу аккуратно прицелилась в точку акупунктуры и вонзила иглу. Цзин Шаоцзэ тут же закричал от боли, а потом спросил: - Почему в этот раз было так больно? Нин Шу посмотрела на диаграмму акупунктурных точек, а потом поспешила вытащить иглу и взволнованно сказала: - Прости, я попала не туда. Лицо Цзин Шаоцзэ перекосило от боли, когда он сел и спросил: - Ты закончила баловаться? Нин Шу удивлённо спросила: - Раз ты знаешь, что я балуюсь, тогда почему всё равно позволил мне уколоть тебя? - Если бы я отказался, ты бы меня отпустила? – Цзин Шаоцзэ нежно щёлкнул Нин Шу по лбу. – Цзинцзин, у тебя такой упрямый характер. Нин Шу мысленно усмехнулась. Каким же хорошим мужчиной он был. Был ли этот мужчина действительно нежным, или он проявлял истинного себя только перед Е Си? Возможно, только перед Е Си он мог считаться настоящим мужчиной, мужчиной, который заставляет женщин хотеть быть завоёванными им. Нин Шу достала остальные иглы. Она увидела, что из акупунктурной точки появилась капля пурпурной крови, поэтому она вытерла её и сказала: - Можешь одеваться обратно. Я думаю, что мне будет лучше начала найти манекен для тренировок. Цзин Шаоцзэ медленно надел свою одежду. Его движения были расслабленными и элегантными, излучающими естественное благородство. Цзин Шаоцзэ погладил Нин Шу по голове с нежным выражением лица. - Цзинцзин, не волнуйся и не спеши. Ты мне нравишься несмотря ни на что. Нин Шу просто улыбнулась. После ужина Цзин Шаоцзэ прогулялся с Нин Шу по саду виллы, но потом ему позвонили, и он сказал Нин Шу: - Что-то случилось в компании, поэтому я поеду туда. Возможно, я сегодня не вернусь. Нин Шу кивнула. - Ты там не напрягайся слишком сильно. Цзин Шаоцзэ поцеловал Нин Шу в лоб, а потом ушёл. Нин Шу отправилась в свою спальню и включила ноутбук. На нём показывалась ситуация в комнате Е Си. В данный момент Е Си занималась йогой в своей комнате. Нин Шу начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства, но вскоре была прервана звуками, доносящимися из ноутбука. Цзин Шаоцзэ, который совсем недавно отправился на работу, вернулся и вошёл в комнату Е Си. И теперь он уже лежал поверх Е Си. Е Си прозвучала немного запыхавшейся, когда она сказала: - Цзин Шаоцзэ, давайте не будем больше этого делать. Разве мы не можем пойти на искусственное оплодотворение? Голос Цзин Шаоцзэ был очень холодным. - Конечно же, это всё прекратится. Это прекратится, как только ты забеременеешь. Так как ты решила стать суррогатной матерью, разве ты не должна всё терпеть ради денег? - Я… Пожалуйста, не будьте таким… Цзин Шаоцзэ прервал её прежде, чем она успела договорить. Нин Шу наблюдала за тем, как двое в комнате страстно кувыркаются. Цзин Шаоцзэ был очень диким, поэтому Е Си едва могла справиться с этим. Ни Цзин никогда не видела Цзин Шаоцзэ таким. Когда Цзин Шаоцзэ был в постели с Ни Цзин, он всегда был очень нежным. Ни Цзин всегда думала, что Цзин Шаоцзэ – просто был нежным человеком. Однако все мужчины имеют агрессивное желание завоёвывать. Нин Шу сохранила видео. Те двое кувыркались несколько раз на протяжении всей ночи. Нин Шу уже зевала, когда сохраняла каждое видео на USB-флэшку. Когда всё закончилось, Цзин Шаоцзэ снова оделся. К этому времени Е Си уже была такой уставшей, что просто уснула. Когда Цзин Шаоцзэ увидел, как выглядит Е Си после того, как Цзин Шаоцзэ побаловал себя, он не удержался от того, чтобы протянуть руку и коснуться её лица. Однако сразу же после этого он резко отдёрнул руку. Это была всего лишь суррогатная мать, а у него есть жена – Ни Цзин! Выражение лица Цзин Шаоцзэ было растерянным и в нём читалась внутренняя борьба. После этого он грубо растряс Е Си, пока она не проснулась. Е Си выглядела озадаченной и очень невинной, и в замешательстве посмотрела на Цзин Шаоцзэ. - Что случилось? Когда Цзин Шаоцзэ увидел её такой, он ещё больше разозлился. Он даже не знал, злится ли он на Е Си или на самого себя. ---------- Словно Маленький Мальчик Нин Шу сохранила все видео, достала USB-флешку и заперла её в комоде. После этого она выключила компьютер, зевнула и легла спать. Она услышала шаги, а когда она мысленно досчитала до трёх, послышался звук открываемой двери. После этого послышался звук льющейся воды из ванной. Нин Шу не знала, что и сказать. У Цзин Шаоцзэ явно была насыщенная ночная жизнь, где он бегает из постели одной женщины в постель к другой. Цзин Шаоцзэ, похоже, очень нравилась подобная жизнь. Он флиртовал с суррогатной матерью, которая стояла рядом, стреляя в неё гнусным взглядом, а сам при этом продолжал обнимать свою жену. Он переключался между ролями даже слишком гладко, практически незаметно. Приняв душ, Цзин Шаоцзэ лёг рядом с Нин Шу и уснул. Когда Нин Шу обернулась, она увидела, что Цзин Шаоцзэ лёг спиной к ней, а его дыхание уже было медленным и ровным. Очевидно, что он уснул, как только его голова коснулась подушки. На самом деле, Цзин Шаоцзэ и Ни Цзин уже видели сны о разных вещах, хоть и разделяли одну постель. Цзин Шаоцзэ говорил, что он любит Ни Цзин, но он уже был очарован Е Си. Его чувства уже перешли от чисто физического влечения к эмоциональному желанию. Однако он всё ещё продолжал лгать себе и метался туда-сюда. После пробуждения Цзин Шаоцзэ был всё таким же нежным и заботливым по отношению к Нин Шу, как и обычно, поэтому они выглядели счастливой парочкой с картинки из учебника. И хотя Цзин Шаоцзэ был нежным, Нин Шу почувствовала, что поведение Цзин Шаоцзэ начало становиться поверхностным. Он просто говорил равнодушные слова нежным тоном. Нин Шу и Цзин Шаоцзэ спустились вниз вместе. Мать Цзин Шаоцзэ как раз спрашивала у Е Си: - Что такое? Почему твой цвет лица такой плохой? Ты себя нехорошо чувствуешь? Взгляд Цзин Шаоцзэ тут же опустился на Е Си. Когда он увидел, что лицо Е Си выглядит помятым, а сама она выглядит вялой, он взволнованно спросил: - Что случилось? Сразу же после этого, Цзин Шаоцзэ осознал, что он действительно разволновался, и его выражение лица тут же стало строгим. Он медленно выдвинул свой стул, отчего тот издал резкий звук, когда процарапал по полу. Он сел и холодно сказал: - Раз ты суррогатная мать, то ты должна постоянно заботиться о своём теле. Пока ты не родишь ребёнка, твоё тело тебе не принадлежит. Тебе не позволено появляться передо мной в таком болезненном виде. Взгляд Е Си потускнел, когда она посмотрела на Цзин Шаоцзэ. После чего она опустила голову и тихо сказала: - Я поняла. Всё её тело болело, поэтому она действительно не очень хорошо себя чувствовала, но она жила под чужой крышей, поэтому она не могла не вставать вовремя. Нин Шу оценила неловкое поведение Цзин Шаоцзэ. Он явно не мог удержаться от того, что волновался о Е Си, но те слова, что вышли из его рта, были очень неприятными. Е Си явно прошла через многое прошлой ночью и почти не спала. После того, как её всю ночью заставляли заниматься физическими упражнениями, ей всё ещё нужно было рано вставать на следующий день. Цзин Шаоцзэ был очень зол, когда увидел Е Си в таком виде, поэтому, когда он ел завтрак, он с силой вонзал нож, создавая резкие и неприятные звуки. Пока он завтракал, он продолжал поглядывать на Е Си. Когда он увидел, что Е Си не поднимает голову и сфокусирована на том, чтобы съесть свой завтрак, он ещё больше разозлился. Он стукнул своим ножом и вилкой по столу и холодным тоном заговорил со своей матерью: - Мам, что это за суррогатная мать такая? С таким вялым видом, как она может родить здорового ребёнка? Когда мать Цзин Шаоцзэ увидела, что её сын так раздражён, её губы изогнулись в улыбке. - Она просто плохо спала прошлой ночью. Тело Е Си в хорошем состоянии. Ты чего так разволновался? Нин Шу тоже посмотрела на Цзин Шаоцзэ. - Ты чего так разволновался? Ты же величайший джентльмен. Как ты можешь говорить такие грубые вещи по отношению к мисс Е? Нин Шу посмотрела на Цзин Шаоцзэ со слабой улыбкой. Перед любимым человеком, под давлением неконтролируемых эмоций, даже самый джентльменский мужчина станет мальчишеским и озорным. Словно маленький мальчик, он будет устраивать всякие озорства с девочкой, чтобы привлечь её внимание. И именно вот так себя сейчас вёл Цзин Шаоцзэ. ---------- Единственная Посторонняя в Этой Семье Нин Шу сохраняла нежную улыбку на лице. Охо-хо, у этих двоих явно есть чувства друг к другу, но они подавляют их в силу внешних обстоятельств. - Это всё моя вина. Я обязательно поправлю своё здоровье, - поспешно произнесла Е Си, когда увидела, что люди, сидящие за обеденным столом, начали спорить. - Ладно, ведите себя тихо и ешьте, - сказал отец Цзин Шаоцзэ. Он глянул на своего сына. - Ты чего это тут суету поднял. Отец Цзин Шаоцзэ обладал абсолютным авторитетом в семье Цзин. Как только он заговорил, больше никто не смел ничего сказать. Он тоже был элегантным и красивым мужчиной. Цзин Шаоцзэ унаследовал свою выдающуюся внешность от отца. Отец Цзин Шаоцзэ молча согласился на эту суррогатную беременность. А если бы не согласился, тогда мать Цзин Шаоцзэ не посмела бы такое сделать. И вот так оказалось, что Ни Цзин была единственной посторонней в этой семье. Она была такой наивной и ничего не знала. Нин Шу поджала губы и продолжила есть, опустив голову. Она уже сформировала план в своей голове. Нин Шу очень не нравилась мать Цзин Шаоцзэ. Как женщина, которая должна считаться дружественной, могла усложнять жизнь другой женщине? Она нашла любовницу для своего сына, чтобы испортить отношения между Цзин Шаоцзэ и Ни Цзин. Нин Шу даже начала подозревать, что между матерью Цзин Шаоцзэ и Ни Цзин есть какая-то великая обида. Неужели это из-за того, что Ни Цзин не могла иметь ребёнка? Однако самым отвратительным человеком во всей этой афере был Цзин Шаоцзэ. Он говорил, что любит Ни Цзин, но изменял ей и эмоционально, и физически. Если он действительно любил Ни Цзин, стал бы он спать с Е Си? Он заводил ребёнка с какой-то другой женщиной за спиной у своей жены, и всё равно имел бесстыдство говорить, что он любил Ни Цзин? В любом случае, все они должны приготовиться страдать. После завтрака Цзин Шаоцзэ продолжил попытки поговорить с Е Си, но Е Си направилась прямо в свою комнату, чтобы отдохнуть. Так как на него смотрело столько народу, он не мог просто пойти в комнату Е Си. Поэтому у Цзин Шаоцзэ было ужасное выражение лица, когда он отправился на работу, словно кто-то задолжал ему крупную сумму. Нин Шу обратилась к матери Цзин Шаоцзэ: - Когда мисс Е сможет пройти через операцию? Я думаю, что это нужно сделать как можно скорее. Чем дольше мисс Е остаётся в нашем доме, тем больше это портит её репутацию. Мать Цзин Шаоцзэ нахмурилась. - Давай подождём ещё немного. Нин Шу не стала просить ещё раз. Мать Цзин Шаоцзэ, вероятно, ждёт, пока Е Си забеременеет естественным образом и родит наследника семьи Цзин. - Я пойду поговорить с Е Си. Она себя не очень хорошо чувствует, поэтому я узнаю, не нужно ли ей в больницу. Мать Цзин Шаоцзэ отправилась в комнату Е Си. Нин Шу быстро поднялась наверх и открыла компьютер. На экране появились мать Цзин Шаоцзэ и Е Си. Е Си сидела на постели, а мать Цзин Шаоцзэ стояла рядом и спрашивала: - Как ты себя чувствуешь? Ты не хочешь съездить в больницу? Лицо Е Си немного покраснело, когда она покачала головой и сказала: - Я в порядке, просто слишком устала. На лице матери Цзин Шаоцзэ появилось выражение осознания, и она сказала: - Тебе надо поскорее забеременеть. Лицо Е Си тут же покраснело до такой степени, что даже шея стала розовой. Она прошептала: - Мисс Цзин, я делаю всё возможное, но… можно мне провести искусственное оплодотворение? Потому что это не очень хорошо. Мать Цзин Шаоцзэ спокойно сказала: - А что в этом нехорошего? Твой долг – это родить наследника семьи Цзин. Более того, это должен быть здоровый наследник. - Но что насчёт Ни Цзин? – на лице Е Си появился след вины. – Если она узнает, то она не сможет этого вынести. Е Си посмотрела на мать Цзин Шаоцзэ. - Это действительно нормально? Если бы не тот факт, что компания её отца столкнулась с серьёзным кризисом, она бы ни за что не стала суррогатной матерью. Она ведь собиралась родить для кого-то другого ещё прежде, чем вышла замуж, и этот ребёнок в будущем не будет иметь с ней никакой кровной связи. ---------- Рождённый В Любви, А Не В Обиде Е Си изначально думала, что это и так уже была невыносимая боль – стать суррогатной матерью, но она никогда не представляла, что с ней случится нечто ещё более постыдное. Миссис Цзин хотела, чтобы она забеременела естественным путём с Цзин Шаоцзэ, а потом родила наследника для семьи Цзин. - Ни Цзин – настоящая жена Цзин Шаоцзэ. Ребёнок, которого мы с Цзин Шаоцзэ сделаем, не будет законным. Я… Е Си выглядела немного печальной. Самой важной частью было то, что как только она родит этого ребёнка, этот ребёнок уже больше не будет иметь к ней никакого отношения. Мать Цзин Шаоцзэ поджала губы, а потом сказала: - Семья Цзин приняла больную женщину. Если у нас ещё окажется и больной ребёнок, то семья Цзин станет посмешищем в высшем обществе! Тебе нужно лишь понимать свою собственную ответственность. Если ты родишь ребёнка, то компания твоего отца будет в порядке, а твой ребёнок будет будущим наследником компании семьи Цзин. - Но это мой ребёнок. Е Си плотно сжала губы, а её лицо побледнело. Мать Цзин Шаоцзэ выглядела недовольной. - Раз ты взяла деньги, то тебе нужно выполнить свою работу. Материнская семья Ни Цзин довольно богатая. У твоего ребёнка будет отличная материнская семья и семья Цзин в качестве поддержки, так что у него впереди будет светлое будущее. Тем временем, твоим долгом будет просто не появляться перед этим ребёнком. Глаза Е Си покраснели и из них полились слёзы. Когда мать Цзин Шаоцзэ увидела Е Си такой, она спокойно сказала: - Если ты сейчас об этом жалеешь, то ты всё ещё можешь повернуть назад. Однако я не стану поддерживать твою семью просто так. Е Си ничего не сказала. К этому времени она уже лишилась своей девственности, а без поддержки со стороны семьи Цзин, компания её отца обанкротится. - Раз ты решила стать суррогатной матерью, тебе сейчас нужно лишь хорошо заботиться о своём теле. Вдобавок к оборотным деньгам для компании твоего отца, я дам тебе дополнительные пять миллионов в качестве расходов на питание. Мать Цзин Шаоцзэ была очень щедрой. Е Си не особо хотела принимать подобную милостыню от матери Цзин Шаоцзэ, но из-за того, что она сейчас делала, на неё уже многие смотрели свысока. Отказавшись, она только создаст видимость, что она о себе слишком много возомнила. Мать Цзин Шаоцзэ села у постели и похлопала Е Си по руке, после чего сказала: - Вообще-то, ты мне очень нравишься. Ты очень верная и ты очень нравишься Шаоцзэ. Хоть Шаоцзэ и нежный, он очень решительный человек. Никто не сможет заставить его что-либо делать. В то время он был решительно настроен жениться на дочери из семьи Ни, которая родилась с пороком сердца. Когда мать Цзин Шаоцзэ заговорила о Ни Цзин, её тон голоса стал заметно хуже. Было очевидно, что ей не нравится Ни Цзин. - Тот факт, что он позволил тебе забеременеть естественным образом, показывает, что на самом деле ты ему нравишься. И это, кстати, хорошо, что биологический отец и мать любят друг друга, - тихо сказала мать Цзин Шаоцзэ. – Мне бы хотелось, чтобы мой внук родился в любви, а не в обиде. Поверь мне, я знаю своего сына. Ты ему нравишься. Вместо того чтобы каждый день выглядеть такой обеспокоенной, почему бы тебе не сфокусироваться на том, чтобы позаботиться о своём теле? Этот ребёнок также и твой ребёнок. Тебе нужно ответственно относиться к своему ребёнку. Мать Цзин Шаоцзэ идеально владела методом кнута и пряника. Е Си не особо поверила словам матери Цзин Шаоцзэ о том, что она нравится Цзин Шаоцзэ. Потому что Цзин Шаоцзэ постоянно вёл себя так, словно она ему отвратительная и всегда насмехался над ней. Как при таком раскладе она может ему нравиться? Он любит только свою жену. Он всегда нежен и заботлив по отношению к ней, и когда он смотрит на неё, его выражение лица наполняется лаской. Он всегда внимательно и с любовью относится к своей жене. Вот как выглядит настоящая любовь. Более того, Цзин Шаоцзэ постоянно напоминает ей о том, что Е Си не позволено портить его отношения с женой. Е Си никак не могла этого понять. Он явно был таким элегантным и благородным мужчиной, так почему же с ней он вёл себя так зло и грубо? Каждый раз, когда Цзин Шаоцзэ разговаривал с ней, она чувствовала себя так, словно нож разрезает её сердце. Она была никчёмной отвратительной суррогатной матерью. Она могла вытерпеть любые оскорбления, пока она могла спасти компанию своего отца. Е Си упрямо терпела все оскорбления и унижения, которые причинял ей Цзин Шаоцзэ. Однако она не осознавала, что чем более упрямой она была, тем больше Цзин Шаоцзэ хотелось её унижать. Он подсознательно хотел завоевать её. Он хотел видеть, как эта упрямая женщина признаёт поражение. Нин Шу сидела перед компьютером и слушала всю эту беседу. Она усмехнулась. Мать Цзин Шаоцзэ уже давала такие серьёзные гарантии о выплатах, ещё даже до того, как появились признаки ребёнка. Но теперь уже под вопросом было то, может ли этот ребёнок вообще быть зачат. Нин Шу сохранила видео этой беседы. ---------- Возможность Транснационального Сотрудничества С самого начала и до конца Е Си изображала из себя такую невинность, словно её вынуждали. Ха-ха, каждая женщина, которая становится любовницей, вынуждена делать это по причинам, находящимся вне их контроля. Всегда имеются какие-то трудности, из-за которых у них нет иного выбора. И вот поэтому мать Цзин Шаоцзэ считала Ни Цзин позором семьи. Возможно, она привела другую женщину к своему сыну, чтобы отомстить Ни Цзин. Вероятно, она никогда и не думала о том факте, что если Ни Цзин узнает об этом и не сможет выдержать этого, то умрёт от сердечного приступа. Если бы она была чуть более злобной, то, возможно, она бы даже надеялась на то, чтобы Ни Цзин поскорее умерла. Цзин Шаоцзэ забыл о своих обещаниях и ответственности перед Ни Цзин. Когда он был в постели с Е Си, он даже говорил себе, что просто использует купленный товар, и что это не имеет никакого отношения к любви. Нин Шу подняла брови. Вот это семейка! Если женщина не может иметь детей, то она теряет даже свою самую базовую ценность. В глазах семьи Цзин, изначальный хост была всего лишь существом, которое не могло рожать, и которое могло в любой момент испустить свой последний вздох. Когда Нин Шу выключила компьютер, зазвонил её сотовый. Она ответила на звонок и нажала на запись. Из телефона раздался нежный голос Цзин Шаоцзэ. - Цзинцзин, у компании возникла возможность транснационального сотрудничества, поэтому ближайшие пару дней я не смогу появляться дома. Нин Шу: →_→ Если я действительно поверю тебе, то у меня явно жареные мозги. Нин Шу презрительно изогнула губы и равнодушно спросила: - И как долго продлится это заключение сотрудничества? - Если сделаем всё по-быстрому, то, вероятно, полмесяца. Если всё затянется, то, возможно, больше месяца. Я обязательно найду время, чтобы прийти проведать тебя, - утешил Нин Шу Цзин Шаоцзэ. – Ты должна быть осторожна и сидеть дома. Обязательно принимай лекарство, когда будешь чувствовать себя плохо, ладно? - Я поняла, - спокойно сказала Нин Шу. - Тогда я пойду работать. Цзинцзин, я тебя люблю. После этого Цзин Шаоцзэ повесил трубку. Нин Шу посмотрела на запись телефонного разговора и усмехнулась. Действительно ли он сможет не приходить домой целых полмесяца? Так как Цзин Шаоцзэ не было дома, то Нин Шу редко спускалась вниз. Она спускалась только на время приёма пищи. Мать Цзин Шаоцзэ едва ли разговаривала с Нин Шу, но они были очень вежливыми друг с другом. Нин Шу осознавала, что мать Цзин Шаоцзэ ненавидит её. В этот раз, когда она отправилась вниз налить себе воды, она увидела, что вся вилла пустует. Она спросила у тётушки Ли, одной из служанок: - А где мать? Тётушка Ли сказала: - Мадам отправилась по магазинам и взяла с собой мисс Е, и сказала, что вечером не вернётся домой, так как должна присутствовать на вечеринке. А они две явно близки. Они почти так же близки, как должны быть близки свекровь и невестка. Нин Шу попросила тётушку Ли налить ей стакан воды, а потом вернулась наверх. Она села на постели и начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Ноутбук был перед ней, но комната Е Си была пуста. Она тренировалась очень долго, пока не послышался стук в дверь. Она перестала тренироваться и открыла глаза. Снаружи уже было темно. Тётушка Ли позвала Нин Шу вниз, на ужин. Она была одна в доме, поэтому и сидела за обеденным столом одна. С удовольствием съев ужин, она вернулась наверх, в свою комнату. ---------- Должен Быть Занят Транснациональным Сотрудничеством Нин Шу непрерывно тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства. Тот факт, что Цзин Шаоцзэ не возвращался, просто давал ей больше времени для тренировки. И хотя эффект от этой тренировки был самым минимальным, по крайней мере, это помогло ей сделать так, что её сердце не ощущалось таким жёстким. Даже если это был всего лишь психологический эффект, это всё равно было хорошо. После некоторой тренировки, со стороны компьютера послышались звуки. Нин Шу открыла глаза и увидела, что Цзин Шаоцзэ, который должен быть занят транснациональным сотрудничеством в компании, появился в комнате Е Си. Цзин Шаоцзэ включил свет, но не увидел Е Си, от этого его цвет лица немного ухудшился. Тогда он сел на диван и стал ждать возвращения Е Си. Только сейчас он осознал, что у него нет номера телефона Е Си, поэтому он никак не мог с ней связаться. От этого Цзин Шаоцзэ ощутил сильное раздражение. Он почувствовал, что эта женщина словно вышла из-под его контроля. Цзин Шаоцзэ хотел подняться наверх и спросить у Нин Шу, куда делась Е Си, но он сам же сегодня сказал, что не вернётся домой пару дней. И снова появляться перед ней будет не самой хорошей затеей. Цзин Шаоцзэ подумал немного, а потом отправился в ванную, чтобы принять душ. Нин Шу наблюдала за тем, как Цзин Шаоцзэ ходит по комнате Е Си, словно этого собственная комната, и презрительно поджала губы. Цзин Шаоцзэ явно был усердным работником. Так, в итоге, пытался ли он сделать Е Си беременной как можно скорее, или просто влюбился в тело Е Си? Вскоре, Цзин Шаоцзэ вышел из ванной с полотенцем, обёрнутым вокруг его талии. Это полотенце прикрывало лишь ключевые части и полностью обнажало его мускулистое и сексуальное тело. Цзин Шаоцзэ лёг на постель и стал ждать возвращения Е Си. Около десяти часов вечера Е Си вернулась с вечеринки, на которую её отводила мать Цзин Шаоцзэ. Когда она вошла в свою комнату, она тут же увидела Цзин Шаоцзэ, лежащего на её постели. Он даже был без одежды. Ванное полотенце слегка соскользнуло, обнажая его V-линии*. Е Си была так ошарашена, что чуть не закричала. Когда Цзин Шаоцзэ увидел Е Си, его взгляд наполнился удивлением. Е Си была в вечернем платье, которое подчёркивало её стройную фигуру, а тонкое ожерелье, которое виднелось на её худой шее, привлекало внимание к её соблазнительным ключицам. Сразу же после этого цвет лица Цзин Шаоцзэ потемнел, и он холодно спросил: - Кого это ты собралась соблазнять таким нарядом? Е Си поджала губы и упрямо сказала: - То, как я одеваюсь – это моё личное дело. Я немного устала. Пожалуйста, уйдите. - Уйти? Ты же не забыла про свою работу, верно? Думаешь, что мне хочется тебя касаться? Как только ты забеременеешь, моя работа, наконец, будет закончена, - сказал Цзин Шаоцзэ и его холодный тон был полон насмешки. Цвет лица Е Си побледнел, и она крепко сжала свою юбку. Наконец, она вяло отпустила её. Как ей хотелось сказать: "Пожалуйста, не надо больше делать мне больно!" - Я сегодня действительно устала. Можем мы забыть об этом на сегодня? – спросила Е Си. Цзин Шаоцзэ разозлёно встал с постели и схватил Е Си за руку, после чего бросил на постель. Он наклонился к ней и сказал: - Ты настолько сильно не хочешь меня видеть? Это всё потому, что ты успешно соблазнила кого-то ещё, поэтому теперь ты можешь освободиться от меня? Е Си была взволнована, когда мужественный аромат Цзин Шаоцзэ накрыл её. Этот аромат остался после душа и смешался с его естественным мужественным ароматом, отчего Е Си застыла, а её лицо разрумянилось. Когда Цзин Шаоцзэ увидел её такой, его сердце невольно смягчилось, и он наклонился, чтобы поцеловать её в губы. Нин Шу причмокнула губами, пока наблюдала за этим пикантным развитием событий. Они явно знали свои роли. Они занимались этим на полу, на диване, у стены, на балконе, постоянно говоря всякие вещи, от которых у людей появляется румянец и учащается пульс. Любое видео из этой коллекции было словно японское порно. У Нин Шу сложилось такое впечатление, словно Цзин Шаоцзэ никогда в жизни не видел женщины. Нет, вообще, это было больше похоже на то, что он никогда раньше в жизни не получал столько удовольствия. Нин Шу больше не смогла смотреть на них и задремала. После того, как она проснулась, эти двое наконец-то закончили. Цзин Шаоцзэ принял душ и уже одевался, глядя на Е Си, которая крепко уснула на своей постели. Он подошёл к постели и протянул руку, чтобы погладить лицо Е Си. Его взгляд был наполнен нежностью, о которой он сам даже не подозревал. После этого он выключил свет, закрыл дверь и ушёл. Нин Шу сделала копию сегодняшнего видео. Она мысленно усмехнулась. ---------- Она Может Только Плыть По Течению Она просто продолжала молча наблюдать за ними, и, как подлинная жена, быть свидетельницей их ах, какого трогательного романа. К этому времени у Цзин Шаоцзэ и Е Си уже, вероятно, созрели чувства друг к другу. За всё это время Цзин Шаоцзэ приходил только по ночам, и это всегда было очень поздно. Он даже не включал свет, а сразу прокрадывался в комнату Е Си. Затем они начинали очередной раунд энергичных упражнений, а потом он снова уходил до рассвета. Иногда Цзин Шаоцзэ даже спал немного, обнимая Е Си. Нин Шу обнаружила, что все эти видео занимают слишком много места и пространства, поэтому у неё не осталось иного выбора, кроме как пережать их. А что делать? Она очень хотела сохранить все эти файлы для дальнейшего использования. У неё так сильно чесались руки! Цзин Шаоцзэ иногда приходил за чистой одеждой. Каждый раз, как он видел Нин Шу, его взгляд наполнялся нежной заботой. Он касался губами лба Нин Шу, а потом уходил со своим портфелем. Однако по ночам он возвращался, чтобы спать с Е Си. Цзин Шаоцзэ был очень бдительным. Когда он приезжал, он не подъезжал к воротам виллы, а парковал свой автомобиль на обочине. Посреди ночи вся семья спала, поэтому было очень хорошее время для интрижки. Нин Шу просто вела себя так, словно она ничего не знала. Они могли делать всё, что им хочется. Мать Цзин Шаоцзэ пристально смотрела на живот Е Си вот уже почти два месяца. Если бы взглядом можно было сверлить, то она бы уже пробурила дыру в животе Е Си. Почему у неё всё ещё нет никаких признаков? У матери Цзин Шаоцзэ не осталось иного выбора, кроме как отвезти Е Си в больницу на обследование. Однако обследование показало, что всё в порядке. Если всё в порядке, тогда почему она не забеременела? Может, ещё не время? Мать Цзин Шаоцзэ попросила диетолога приготовить еду для Е Си, которая облегчит ей возможность забеременеть. Она хотела, чтобы Е Си забеременела как можно быстрее. Нин Шу, естественно, заметила нетерпение матери Цзин Шаоцзэ, поэтому она сказала: - Мама, когда мисс Е можно будет провести операцию? Мать Цзин Шаоцзэ раздражённо сказала: - Скоро. Доктор сказал, что Е Си нужно ещё немного подготовить своё тело. Мать Цзин Шаоцзэ хотела, чтобы Е Си зачала ребёнка естественным образом. Она просто не верила в медицинские технологии переноса эмбриона в матку. А что если у ребёнка потом возникнет какой-нибудь дефект? В семье Цзин уже была невестка с пороком сердца, поэтому они не могли ещё до кучи получить и дефективного ребёнка! А иначе она действительно не сможет гордо поднять голову перед другими благородными леди. У семьи Цзин было полно денег, так что они вполне могли себе позволить ребёнка, который был зачат и рождён естественным путём. Нин Шу подняла брови и спросила: - И как долго нам ещё ждать? Мать Цзин Шаоцзэ сказала: - Ребёнок будет здоровым, только если мы проведём всю необходимую работу. Если мы сейчас потратим ещё немного времени, то это благоприятно скажется в долгосрочном плане. На лице Е Си появилось виноватое выражение, и она сказала матери Цзин Шаоцзэ: - Это всё из-за меня. Е Си извинялась за то, что она не забеременела. Она внезапно ощутила давление на себе и тайком глянула на Нин Шу. Она не могла себе представить, сколько давления пришлось терпеть жене Цзин Шаоцзэ последние пять лет, потому что она не могла иметь детей. Нин Шу подняла брови и озадаченно спросила: - А чего это ты извиняешься? - Я… Е Си застыла, а потом опустила голову, не смея даже взглянуть на Нин Шу. Когда она видела жену Цзин Шаоцзэ, она чувствовала себя виноватой, и ей было очень неловко, но, когда она была с Цзин Шаоцзэ, она забывала о существовании Ни Цзин. Она чувствовала себя так, словно украла сладости, которые принадлежали Ни Цзин и Цзин Шаоцзэ. ---------- Амбициозная Цель Нин Шу оценила выражение борьбы и неловкости, появившееся на лице Е Си. Е Си явно знала, в чём она была не права, но она всё равно была зависима от подобной любви и желания. Позже, когда Ни Цзин умерла, Е Си смогла избавиться от этой психологической ноши и остаться с Цзин Шаоцзэ. К тому же, это было также ради того, чтобы дать их ребёнку счастливую семью. - Ладно, давайте подождём ещё пару месяцев, - сказала мать Цзин Шаоцзэ. – Позволим Е Си подготовиться ещё пару месяцев. Нин Шу ничего не сказала. Мать Цзин Шаоцзэ делала всё, что могла, чтобы позволить Е Си забеременеть естественным образом. Нин Шу чувствовала, что её свекровь уже начала терять терпение, и она была даже немного зла на Е Си. Е Си стала ещё более беспокойной. Она волновалась, что мать Цзин Шаоцзэ разозлится и заберёт свои деньги, которые вложила в компанию отца Е Си. Нин Шу улыбнулась. Даже если они хотят сделать Е Си беременной, всё по-прежнему зависит от того, есть у них такая способность или нет. Е Си теперь очень срочно хотела забеременеть. Когда Цзин Шаоцзэ пришёл в её комнату этой ночью, она была очень активной. Цзин Шаоцзэ почувствовал ещё больше удовольствия, чем когда-либо раньше. Даже его душа словно содрогнулась от удовольствия. Каждый раз, когда они заканчивали, Е Си поднимала свои бёдра навстречу. Цзин Шаоцзэ обнял Е Си и спросил: - Что ты делаешь? - Я хочу забеременеть, - голос Е Си немного дрожал. Губы Цзин Шаоцзэ изогнулись вверх. - Ты так сильно хочешь моего ребёнка? После этого Цзин Шаоцзэ гнусно сказал: - Но я ещё пока не хочу тебя отпускать. Что я буду делать, если ты забеременеешь? Е Си покраснела, когда её сердце наполнилось лёгкой сладостью. Она молча помолилась Богу, чтобы он простил её за её жадность. Она желала лишь этого короткого времени до рассвета с ним. На протяжении этой ночи она могла забыть, что мужчина, который держит её, был чьим-то мужем. Однако, когда наступит рассвет, этот мужчина покинет её комнату, и они больше не будут иметь друг к другу никакого отношения. Она была суррогатной матерью, а у него была жена, которую он любил. Е Си обняла Цзин Шаоцзэ и прижалась лицом к его груди. - Но твоя мать уже начинает терять терпение. Она хочет, чтобы я как можно скорее родила наследника. - Не нужно спешить с зачатием ребёнка. Цзин Шаоцзэ обнял Е Си и начал снова медленно двигаться. Нин Шу сидела на диване и зевала, когда сохраняла это видео. У них явно было много энергии. Она потёрла глаза, а потом повернула компьютер набок, чтобы прилечь. У них явно было много физической выносливости. Она ни за что не смогла бы остаться бодрствующей всю ночь вместе с ними. Она изначально поставила себе амбициозную цель: записать каждое мгновение, когда Цзин Шаоцзэ и Е Си были вместе, и рассортировать это по дате и времени. Таким образом, это сможет послужить доказательством. Но… Эти двое явно были страстными в постели. Словно Цзин Шаоцзэ пытался выпустить всю свою энергию в Е Си. Возможно, это было потому, что ему приходилось так много терпеть, когда он был с Ни Цзин. Когда он был в постели с Ни Цзин, ему всегда приходилось быть медленным и нежным. Он никак не мог настолько беззаботно спускать пар. Нин Шу решила съездить в больницу. Ещё тогда, когда семья только решила найти суррогатную мать, Ни Цзин и Цзин Шаоцзэ сходили в больницу, чтобы заморозить свои яйцеклетки и сперму. Когда она приехала в больницу, она сказала доктору, что хочет увидеть сперму Цзин Шаоцзэ и дала доктору немного денег. Доктор достал из морозильника пробирку и протянул её Нин Шу. - Видите, всё идеально сохранилось. Когда придёт время, она обязательно сможет оплодотворить яйцеклетку. - Можно посмотреть? Нин Шу взяла пробирку. Она хранилась в морозильнике при температуре -190 градусов Цельсия, поэтому уже превратилась в кусок льда. В данный момент от неё шёл белый пар. Нин Шу сняла крышку и, воспользовавшись моментом, когда доктор не смотрел на неё, достала из кармана бутылёк и добавила немного ртути в пробирку. После этого она вернула крышку на место и спросила: - Куда мне её поставить? - Имя вашего мужа вон тут, так что, прямо сюда, - сказал доктор. ---------- Неужели Что-то Случилось С Цзин Шаоцзэ Нин Шу поставила пробирку обратно со слабой улыбкой. - Если вы, ребята, хотите завести ребёнка, то вам нужно сделать это поскорее. Чем больше времени пройдёт, тем ниже будет активность спермы. - Я поняла. Нин Шу кивнула. После того, как она разобралась с этой проблемой, она почувствовала, как с её души упал огромный камень. Затем она отправилась с визитом в материнскую семью Ни Цзин. Родители семьи Ни очень любили Ни Цзин. Даже после того, как Ни Цзин вышла замуж несколько лет назад, они всё ещё не отказались от идеи найти для неё подходящее сердце. Однако после того, как им, всё же, удалось найти сердце, операция закончилась провалом. Визит Нин Шу очень обрадовал родителей семьи Ни. Они попросили Нин Шу остаться на обед и даже позвали её старшего брата тоже пообедать с ними. Из-за тренировок Непревзойдённых Боевых Искусств, цвет лица Нин Шу был лучше и её аппетит значительно усилился. Родители семьи Ни были очень рады это видеть и постоянно подкладывали еды для Нин Шу. - Этот сопляк из семьи Цзин не издевается над тобой? – спросил отец Ни. – Если он посмеет издеваться над тобой, то я сейчас же пойду и пристрелю его! Нин Шу улыбнулась и сказала: - Нет. - Правда? Я слышала, что твоя свекровь взяла и нашла суррогатную мать. Мать Ни явно не поверила ей. Она посмотрела на Нин Шу и сказала: - Расскажи маме правду. Мать Ни была благородной женщиной, которая посещала всевозможные банкеты, поэтому всё, что происходило в высшем обществе, достигало её ушей. Она с душевной болью посмотрела на Нин Шу. - Цзинцзин, расскажи маме правду. - Мы планируем провести суррогатную беременность. Я замужем за Цзин Шаоцзэ почти пять лет, и у нас до сих пор нет детей. И я действительно чувствую себя из-за этого немного плохо, - Нин Шу продолжала есть, пока рассказывала. – Цзин Шаоцзэ единственный сын в семье Цзин, поэтому у него должен быть наследник. - Цзин Шаоцзэ? – старший брат Ни Цзин, Ни Янь, посмотрел на Нин Шу и сказал: - Неужели что-то случилось с Цзин Шаоцзэ? Ты всегда называла его старший братец Шаоцзэ, а теперь называешь его Цзин Шаоцзэ. Нин Шу: … - Ничего не случилось. Они смогли обнаружить проблему, основываясь только на том, как она называет его? Ни Янь глянул на Нин Шу и сказал: - Если что-то случится, ты просто возвращайся домой. Семья Ни не боится семьи Цзин, так что тебе не нужно молча терпеть. - Спасибо, старший брат, - сказала Нин Шу, после чего сменила тему разговора и спросила: - Так а когда ты сможешь найти для меня невестку? - Девчонка, не переводи огонь на меня! Ни Янь стрельнул в Нин Шу раздражённым взглядом. Нин Шу собралась возвращаться после обеда. Отец Ни достал банковскую карту и дал её Нин Шу со словами: - Возьми. Мы дадим тебе наши собственные деньги, так что тебе не нужно будет вести себя скромно перед семьёй Цзин. Семья Ни беспокоилась, что Нин Шу придётся терпеть обиды из-за вопросов, касающихся суррогатной беременности. - Спасибо, папа. Нин Шу приняла банковскую карту. Перед семьёй не нужно было быть вежливой. Если она откажется, то от этого они только ещё больше начнут беспокоиться. - Позвони нам, если что-нибудь случится. Если мы не сможем с этим справиться, тогда просто позвони своему брату, - увещала мать Ни. Нин Шу непрерывно кивала. Родители семьи Ни продолжали ещё некоторое время давать ей советы, после чего они, наконец, отпустили её. Нин Шу вернулась на виллу семьи Цзин. Как только она вошла в гостиную, она увидела Цзин Шаоцзэ, сидящего на стуле за столом и держащего запястье Е Си. Е Си держала в руке ложку. Цзин Шаоцзэ ел с этой ложки, но его взгляд был сфокусирован на Е Си. Это выглядело так, словно Цзин Шаоцзэ схватил Е Си за руку и попросил её покормить его. Какая двусмысленная сцена. Е Си покраснела. Она явно была крайне смущена от того, что Цзин Шаоцзэ дразнит её подобным образом. Нин Шу молча наблюдала за ними двумя. - Довольно вкусно. А ну дай мне ещё. Цзин Шаоцзэ поднял брови в демонически чарующей манере. Он схватил запястье Е Си и направил её руку к тарелке. - Отпустите меня, - сказала Е Си, продолжая краснеть. – Будет плохо, если кто-то увидит. ---------- Прервала Сладкую Сцену Кормления Цзин Шаоцзэ крепко держал запястье Е Си и накормил себя полной ложкой риса. Затем он взял ложку из её руки и зачерпнул немного риса, чтобы накормить её, но она отказалась есть. Цзин Шаоцзэ поднял брови и сказал: - Если ты не хочешь есть, тогда я сам съем. Однако я хочу съесть не рис, а тебя. Лицо Е Си залилось румянцем, и она открыла рот, чтобы принять ложку. - Кхм… Нин Шу кашлянула, чтобы прервать эту сладкую сцену кормления. Когда Цзин Шаоцзэ обернулся и увидел Нин Шу, он отреагировал так, словно его ошпарило, и тут же стряхнул руку Е Си. Выражение лица Е Си потускнело, и она тихо опустила голову. Выражение лица Цзин Шаоцзэ было очень неестественным. Он встал и подошёл к Нин Шу, чтобы с теплом в голосе спросить: - Где ты была? Ты ушла в такой жаркий день, тебе, наверное, было очень некомфортно. Ты уже поела? Я пойду сделаю тебе немного лапши. Может, ты пить хочешь? Хочешь, я принесу тебе стакан воды? Цзин Шаоцзэ тут же начал болтать обо всём подряд, чтобы отвлечь внимание Нин Шу. Нин Шу тихо сказала: - Я ходила навестить родителей, так что я уже поела. Цзин Шаоцзэ взял Нин Шу за руку. - Почему ты мне не сказала, что собираешься к родителям? Я бы пошёл с тобой. Я так разволновался, когда узнал, что ты ушла одна. Нин Шу мысленно закатила глаза. Разволновался? А со стороны всё выглядело так, словно они только что отлично проводили время, кормя друг друга. Она не могла обнаружить ни единого следа волнения на его лице. Нин Шу нежно улыбнулась и сказала: - Я знаю состояние своего здоровья, так что всё в порядке. Вы ещё не поели? Нин Шу глянула на кашу восьми сокровищ, которая стояла на столе. Её варили до тех пор, пока она не стала очень густой, и её цвет был очень красивым. - Я как раз доел, - Цзин Шаоцзэ поднял свою тарелку. – Цзинцзин, хочешь немного? - Разве ты не говорил, что занят транснациональным сотрудничеством? Как так вышло, что ты столь внезапно вернулся? Нин Шу глянула на Е Си, которая сидела за столом с опущенной головой. Цзин Шаоцзэ тепло сказал: - Я уже закончил с ним разбираться, так что у меня теперь полно времени составить тебе компанию. После этих слов Цзин Шаоцзэ взял Нин Шу за руку. - Мы давно уже никуда не ходили. Погода сейчас такая жаркая, так что давай посетим какой-нибудь курорт. Цзин Шаоцзэ начал делать всяческие обещания, чтобы отвлечь внимание Нин Шу. В общем, когда парень делает что-то, отчего его мучает чувство вины, он становится особенно внимательным и заботливым. Поведение Цзин Шаоцзэ идеально вписывалось в эту модель. - Ладно, - сказала Нин Шу с улыбкой на лице. Она глянула на Е Си и сказала: - Мисс Е тоже должна поехать с нами. На курорте очень здорово. - Спасибо, - сказала Е Си. Нин Шу потёрла лоб. - Я пойду наверх и отдохну. Цзин Шаоцзэ вздохнул с облегчением и сказал: - Ладно, тогда иди отдыхать. Цзин Шаоцзэ почувствовал облегчение, когда увидел, что Нин Шу не стала устраивать истерику. Если она действительно что-то увидела, то её сердце не смогло бы это выдержать и наверняка случилась бы огромная сцена. Она бы ни за что не смогла так спокойно отреагировать, как сейчас. Цзин Шаоцзэ даже не знал, что на него нашло. Он весь день общался с Е Си и чуть не был пойман Ни Цзин. Словно он был одержим и совсем себя не контролировал. После того, как Нин Шу ушла наверх, Цзин Шаоцзэ посмотрел на Е Си. Е Си подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Цзин Шаоцзэ с усмешкой сказал: - А ты очень умелая. - Я не понимаю, о чём вы говорите? – сказала Е Си с выражением невинного замешательства на лице. - Тц… - Цзин Шаоцзэ схватил Е Си за руку и сказал: - Ты соблазняла меня на протяжении дня, чтобы я сблизился с тобой. Цзинцзин даже чуть не поймала нас. Ты явно хорошо умеешь соблазнять мужчин. Выражение лица Е Си наполнилось упрямством и насмешкой. - Разве я говорила вам хватать меня за руку? Это же вы сами и начали. Отпустите меня. ---------- Убивает Заботой - Ты… Женщина, ты что, умрёшь, если не будешь огрызаться на меня? – озлобленно спросил Цзин Шаоцзэ. Его выражение лица стало холодным. - Я тебя предупреждаю, тебе лучше не говорить об этом Цзинцзин. Если что-то случится с Цзинцзин, то я тебе спуску не дам. Выражение лица Е Си потускнело, а её губы задрожали. - Я вас тоже предупреждаю. Если вы снова будете вести себя со мной так грубо, то я всё расскажу Ни Цзин. - Ты… - зрачки Цзин Шаоцзэ расширились. – Если у тебя кишка не тонка, то можешь попробовать. Нин Шу стояла на лестнице и смотрела вниз. Она видела, что эти двое были слишком близки друг к другу, даже когда они спорили. Цзин Шаоцзэ практически обнимал Е Си. Ну же! Начинайте! Однако можно ли это вообще считать ссорой? Это явно был просто такой флирт между ними. Нин Шу повернулась и пошла в свою спальню. Она заперла дверь, а потом уснула, как только голова коснулась подушки. Она не знала, сколько времени прошло, пока она спала, но её, в итоге, растрясли. Она чувствовала, как её кости вот-вот рассыпятся по комнате от того, как её трясут. Цзин Шаоцзэ кричал ей в ухо: - Цзинцзин, очнись! Очнись! Он продолжал трясти её и кричать снова и снова. Нин Шу чувствовала, что у неё вот-вот случится сердечный приступ. Как только она открыла глаза, она увидела лицо Цзин Шаоцзэ, которое было перекошено от волнения. - Цзинцзин, ты в порядке? Цзин Шаоцзэ смотрел на Нин Шу с беспокойным выражением лица. Нин Шу подавила желание пнуть его. - Что случилось? - Зачем ты заперла дверь? Ты напугала меня до смерти! Цзинцзин, никогда больше не пугай меня так, - сказал Цзин Шаоцзэ, держа её за плечи и продолжая трясти. – Пообещай мне, что больше не будешь меня так пугать. Нин Шу: Блять, да хватит уже меня трясти! Ты просто надеешься, что я умру, так ведь?! - Я в порядке. Я случайно забылась и заперла дверь. Нин Шу отодрала руки Цзин Шаоцзэ от своих плеч. Было лето, поэтому её одежда была очень тонкой, отчего хватка Цзин Шаоцзэ на её плечах была особенно болезненной. Нин Шу начала подозревать, что Цзин Шаоцзэ хотел убить свою жену. На поверхности он вёл себя так, словно очень сильно заботился о ней, но он совсем не сдерживался, когда хватал её. По ощущениям это было так, словно он практически ей сейчас руку вывихнет. - Прости, я не хотел делать тебе больно. Я просто слишком переволновался, - Цзин Шаоцзэ посмотрел на Нин Шу. – Ты заперлась в комнате, поэтому я подумал, что с тобой что-то произошло. Цзинцзин, больше так не делай. Нин Шу кивнула, ничего не говоря. Цзин Шаоцзэ посмотрел на Нин Шу и спросил, словно зондируя почву: - Цзинцзин, ты чем-то недовольна? Если что-то есть, то ты просто скажи мне. Не держи всё в себе. Это плохо для твоего здоровья. Нин Шу почувствовала это зондирование в тоне голоса Цзин Шаоцзэ. Он пытался понять, знает ли она о его отношениях с Е Си. Нин Шу нежно улыбнулась и расслабила своё выражение лица. На её лице не было и следа депрессии. - Ничего не случилось. Братец Шаоцзэ, а разве что-то случилось? Цзин Шаоцзэ просканировал взглядом лицо Нин Шу, а потом, наконец, сказал с мягкой улыбкой: - Цзинцзин, я просто переживаю за тебя. Я был всё время занят делами компании, поэтому я просто волнуюсь, что ты зла на меня из-за этого. Если ты злишься, то можешь просто ударить меня. Не держи всё в своём сердце, словно в бутылке. После этих слов Цзин Шаоцзэ схватил руку Нин Шу и положил на своё лицо. Нин Шу тут же почувствовала его мягкую и шелковистую кожу. У мужчины может быть такая хорошая кожа? Нин Шу нежно улыбнулась и, пользуясь возможностью, ущипнула лицо Цзин Шаоцзэ. Она ущипнула его очень сильно. Так, что Цзин Шаоцзэ вскрикнул от боли. - Прости, я слишком сильно ущипнула, - Нин Шу тут же убрала руку. – Я так плохо контролирую свою силу. Цзин Шаоцзэ потёр своё лицо, попутно утешая Нин Шу: - Всё хорошо, мне совсем не больно. У него осталась яркая красная отметина, как же это может не быть больно? Он мог вытерпеть даже такое. А он был очень даже неплох. ---------- Шлюшки Бывают Такими Претенциозными Цзин Шаоцзэ потёр своё лицо. Его лицо жгло от боли, но он просто посмотрел на Нин Шу с беспомощным и потакающим выражением лица. - Ладно, пора ужинать. Идём. Нин Шу откинула одеяло в сторону и приготовилась выбраться из постели. Цзин Шаоцзэ присел и помог Нин Шу надеть тапочки. Его выражение лица было нежным, пока он делал все эти заботливые вещи. Как же так вышло, что у Цзин Шаоцзэ появилось такое ужасное раздвоение личности? Перед ней он вёл себя так, а перед Е Си – совсем иначе. Был ли в этом какой-то смысл? Нин Шу и Цзин Шаоцзэ спустились вниз на ужин. Родители Цзин Шаоцзэ уже были там и, вместе с Е Си, за столом было пять человек. Никто не говорил за столом, и слышался лишь тихий звук жевания. Нин Шу глянула на Е Си. Е Си опустила голову и ела питательное блюдо, приготовленное диетологом. Цзин Шаоцзэ подкладывал еду для Нин Шу, но тоже тайком поглядывал на Е Си. Когда Е Си случайно встречалась взглядом с Цзин Шаоцзэ, она тут же снова опускала голову. Её голова поникла так низко, что её подбородок практически касался её груди. Нин Шу проигнорировала их флирт и просто сфокусировалась на еде. Семья Цзин была богатой, поэтому еда у них была очень даже вкусной. - Мне нужно кое-что сказать, - сказала мать Цзин Шаоцзэ, откладывая палочки. - Что такое? – спросил Цзин Шаоцзэ. Мать Цзин Шаоцзэ глянула на Е Си, а потом повернулась к отцу Цзин Шаоцзэ и сказала: - Я хочу, чтобы Е Си пошла работать в компанию. Е Си с удивлением посмотрела на мать Цзин Шаоцзэ. Та хочет, чтобы она работала в компании? Затем Е Си посмотрела на Цзин Шаоцзэ, а Цзин Шаоцзэ тоже посмотрел на неё, поэтому их взгляды пересеклись. Нин Шу подняла брови и спросила: - Зачем вы хотите отправить мисс Е в компанию? Разве работа мисс Е не состоит в том, чтобы подготовить своё тело к вынашиванию ребёнка? Мать Цзин Шаоцзэ сказала: - Е Си выглядит вялой, пока она сидит дома весь день, поэтому я думаю, что будет лучше, если она пойдёт работать. Это также послужит для неё упражнением и это будет гораздо лучше, чем просто оставаться дома. - Я не согласен на это. Цзин Шаоцзэ отложил свои палочки с очень недовольным выражением лица. – Я не хочу её видеть. Я и так уже вижу её дома, а теперь мне ещё придётся видеть её, пока я в компании? Е Си опустила голову и начала ковырять палочками еду в своей тарелке. Она выглядела очень обиженной и жалкой. Цзин Шаоцзэ стрельнул в неё гневным взглядом. Когда он увидел, что она ведёт себя подобным образом, его цвет лица стал ещё хуже. Было трудно определить, злится он на себя или на Е Си. Губы Нин Шу дрогнули. Он явно сейчас был очень доволен этим, но настаивал на том, что не согласен с этим. Шлюшки бывают такими претенциозными. - В любом случае, я не согласен, чтобы эта женщина работала в компании, - сказал Цзин Шаоцзэ. – Она даже не выглядит так, словно она хоть что-то умеет. - Ни за что, Е Си должна пойти работать в компании! – взволнованно сказала мать Цзин Шаоцзэ. Когда она увидела, что все собравшиеся за обеденным столом удивлённо смотрят на неё, она кашлянула и сказала: - Я имею в виду, что Е Си не должна весь день сидеть дома. Для неё будет лучше выходить на улицу и прогуливаться. К тому же, мы не можем дать ей эти миллионы долларов бесплатно. Будет неплохо, если она немного поработает. Всё это ради того, чтобы позволить Е Си родить здорового ребёнка. Мать Цзин Шаоцзэ посмотрела на Е Си. - Я же вижу, что Е Си очень сдержанная и замкнутая в этом доме. Мы должны позволить ей выходить и работать в компании, - сказала Мать Цзин Шаоцзэ. Нин Шу мысленно усмехнулась, а потом тихо сказала: - В офисе полно всякой радиации от всех этих принтеров и компьютеров. Это точно не будет хорошо для здоровья мисс Е. Почему вы настаиваете на том, чтобы мисс Е пошла работать в компанию? Нин Шу тоже посмотрела на Е Си. - Если мисс Е тут неуютно, то мы можем арендовать для неё новый дом, чтобы она жила в нём и могла спокойно подготавливать своё тело там, - сказала Нин Шу очень понимающим тоном. Е Си отложила свою вилку и сказала: - Я готова пойти работать в компанию. Я готова работать и расплатиться своими усилиям за те деньги. Нин Шу спокойно посмотрела на мать Цзин Шаоцзэ. - Тогда, мама, какую же работу вы хотите назначить для мисс Е? - Как насчёт секретарши? – предложила мать Цзин Шаоцзэ. Секретарши Цзин Шаоцзэ? Нин Шу безразлично посмотрела на мать Цзин Шаоцзэ. Она точно была сутенёршей. Она использовала все возможные способы, чтобы оставить Цзин Шаоцзэ и Е Си наедине друг с другом, чтобы Е Си могла забеременеть. ---------- Почему Ты На Меня Уставилась? Нин Шу продолжила нежно улыбаться, глядя на мать Цзин Шаоцзэ. "Я искренне надеюсь, что ты тоже повстречаешь такую глубоко влюблённую и невинную любовницу, как Е Си. Я надеюсь, что твой муж тоже найдёт себе такую наивную и идеальную любовницу". Когда мать Цзин Шаоцзэ увидела, что Нин Шу пристально смотрит на неё, она спросила: - Цзинцзин, ты этого не одобряешь? - Как такое может быть? – сказала Нин Шу с улыбкой. – Я согласна со всем, что скажет свекровь. Мать Цзин Шаоцзэ наконец удовлетворённо кивнула, а потом сказала Цзин Шаоцзэ. - Возьми Е Си с собой, когда завтра отправишься на работу. Вам двоим всё равно в одну сторону. - Им необязательно ходить вместе, - сказал отец Цзин Шаоцзэ. Отец Цзин Шаоцзэ глянул на Нин Шу, а потом сказал: - Шаоцзэ женатый мужчина. Если он будет ездить в компанию в одной машине с женщиной, то это плохо скажется на его репутации, и это также будет плохо для имиджа всей компании. Мать Цзин Шаоцзэ выглядела немного недовольной, но она не посмела возражать отцу Цзин Шаоцзэ. После ужина Цзин Шаоцзэ пошёл гулять с Нин Шу. Нин Шу увидела, что Цзин Шаоцзэ выглядит очень счастливым. Было ясно, что он очень взволнован от возможности ходить на работу с Е Си. И хотя он сейчас гулял с ней, мысли его явно были уже где-то далеко. Нин Шу подавила импульс пнуть Цзин Шаоцзэ и просто сказала с лёгкой улыбкой: - Пойдём обратно. Я немного устала. - Ладно, - тут же ответил Цзин Шаоцзэ и развернулся в сторону дома. Нин Шу обратила внимание на то, как Цзин Шаоцзэ спешит обратно домой. Это всё было потому, что в доме была Е Си. К этому времени Цзин Шаоцзэ не хотел даже поддерживать самые основные части своего фасада. Когда он вёл себя подобным образом, то вполне естественно, что Ни Цзин хотела забрать всё это у Е Си. Она постоянно обвиняла Е Си во всяких ошибках и проступках, и обращалась с Е Си, как со служанкой, заставляя Е Си подавать чай и наливать воду. Если чай был слишком горячим, то она выливала его в лицо Е Си. Если он был слишком холодным, то она швыряла кружку в торс Е Си. Е Си всегда терпела, так как была очень упрямой. Но этим поведением Ни Цзин навлекала на себя лишь отвращение Цзин Шаоцзэ и заставляла его всё больше защищать Е Си. Он даже указывал на Ни Цзин и говорил: - Цзинцзин, ты изменилась. Когда ты стала такой злобной? Но разве Цзин Шаоцзэ, этот лицемер, не изменился тоже? Он уже больше не был тем мужчиной, которого знала Ни Цзин. Это он перестал быть верным, и даже перестал возлагать на себя ответственность, как на мужа. В любви нет правильного или неправильного, только есть любовь или её отсутствие. Нахуй* твою грёбанную любовь! Нин Шу почувствовала, как каждая трансмиграция бросает вызов её мировоззрению. Неужели вы, блять, умрёте без любви? Тогда вам, ребята, нужно просто пойти и умереть. Вероятно, из-за того, что у Цзин Шаоцзэ теперь будет много времени на то, чтобы проводить его с Е Си завтра, он не стал ночью прокрадываться в комнату Е Си. Однако у него было очень хорошее настроение. Когда он увидел, что Нин Шу пристально смотрит на него, он улыбнулся. Эта улыбка отличалась от его обычной нежной улыбки. Сразу было понятно, насколько искренне рад был Цзин Шаоцзэ. - Цзинцзин, почему ты так на меня уставилась? Цзин Шаоцзэ подошёл к Нин Шу и нежно поцеловал её в лоб. Это было лишь едва ощутимое прикосновение. А потом он опустил свои прекрасные нефритовые пальцы и начал расстёгивать её пижаму. Нин Шу: →_→ - Я себя сегодня не очень хорошо чувствую. Моё сердце немного напряжённое. Нин Шу коснулась своей груди. Цзин Шаоцзэ тайком вздохнул с облегчением. - Ладно, тогда просто ляжем спать пораньше. Когда Нин Шу увидела это выражение на его лице, словно он только что избежал катастрофы, она практически не знала, что сказать. ____________________ Примечание: * В анлейте тут шла отсылка на песню Bo Burnham – Eff. Эта рэп-песня, в основном, ругает всё популярное. Она была создана в знак протеста против того, как люди зарабатывают себе славу на глупых поступках. https://youtu.be/Pek6Exk1UXM ---------- Всё Ради Внука Цзин Шаоцзэ хотел прикрыть своё странное поведение обычным общением между мужем и женой. Однако, на самом деле, он почувствовал облегчение после того, как Нин Шу отказала ему. Отведав Е Си, Цзин Шаоцзэ уже больше не хотел терпеть и использовать нежный и вдумчивый способ занятия любовью, как он это делал со своей женой. Ему постоянно приходилось внимательно следить за тем, в порядке ли его жена или нет, и не слишком ли он перестарался. И какое в этом удовольствие? В таком сексе нет совсем никакого удовольствия. Раньше он так не думал, но теперь, когда у него возникла возможность опробовать что-то другое, занятие любовью со слабой женщиной, у которой порок сердца, казался для него скорее пыткой. Цзин Шаоцзэ слабо улыбнулся и сказал: - Иди спать. Если ты будешь поздно ложиться, то это плохо скажется на твоём здоровье. После этих слов он обнял Нин Шу. Однако это ощущение было совсем не удовлетворяющим. Она была такой худой, что он чувствовал себя так, словно обнимает лишь кожу, да кости. Цзин Шаоцзэ отпустил Нин Шу и нежно сказал: - Ложись спать. Нин Шу презрительно поджала губы. Этот мужчина был самым лучшим примером из всех, что она видела, как мужчины ведут себя, словно животные, которые думают только своей нижней половиной тела. Он выглядел таким элегантным и утончённым, но был наполнен похотью. Он как раз и был тем животным, которое думает лишь своей нижней половиной тела. Каждый день он делал так, что Е Си просыпалась утром с больной талией. Он был словно неутомимый свайный молот. Рано или поздно, от такого напряжения у него ослабнут почки. Нин Шу перевернулась спиной к Цзин Шаоцзэ, а потом закрыла глаза, чтобы уснуть. То, как теперь Нин Шу и Цзин Шаоцзэ общались друг с другом, было также, как и изначальный хост общалась со своим мужем. У этих двоих уже больше не было чувств друг к другу. Было лишь безразличие и негодование. После первого же раза, когда Цзин Шаоцзэ переспал с Е Си, это стало судьбоносным событием для окончания отношений между Цзин Шаоцзэ и Ни Цзин. Он забрал первый раз Е Си и после этого Е Си родила ребёнка для семьи Цзин. Было очевидно, кого, в итоге, выберет Цзин Шаоцзэ. Так чего же такого важного было в существовании Ни Цзин? Чтобы показать, насколько сильна была Е Си? Она молча терпела все придирки Ни Цзин. Она была так сильна и упряма, что у людей сжималось от боли сердце, когда они видели её такой? Пока Нин Шу и Цзин Шаоцзэ спали спиной друг к другу в главной спальне, родители Цзин Шаоцзэ тоже вместе лежали в своей постели. - Будь внимательнее с тем, как ты всё делаешь. Не заходи слишком далеко перед Ни Цзин, и не считай других людей дураками, - сказал отец Цзин Шаоцзэ, нахмурившись. – Ни Цзин всё ещё невестка семьи Цзин. Мать Цзин Шаоцзэ фыркнула. - Да она же настоящая калека. Она не может даже родить ребёнка, что она вообще сможет сказать? Я делаю это только из-за того, что Шаоцзэ и Е Си трудно встречаться только по ночам. К тому же, при таких встречах им будет труднее как следует отдыхать. Не спать по ночам – это тоже не очень хорошо для здоровья Е Си. После некоторой паузы мать Цзин Шаоцзэ беззаботно добавила: - Я хочу лишь здорового внука. Е Си высокая, красивая и, кажется, довольно умная. Ребёнок обязательно будет умным и здоровым. - Только не заходи слишком далеко перед Ни Цзин, - повторил отец Цзин Шаоцзэ. – Компания всё ещё ведёт дела с семьёй Ни, и даже кролик кусается, если его загнать в угол. - Я знаю. Я поэтому и отправила Е Си в компанию, потому как волновалась, что Ни Цзин всё узнает. Не волнуйся, я всё тщательно продумала, - сказала мать Цзин Шаоцзэ. – Я делаю это только потому, что хочу внука. Потому что в противном случае у семьи Цзин не будет никаких наследников. Разве ты не хочешь внука? - Я тоже хочу внука, но нужно вести себя сдержанно, иначе весь план может пасть прахом, - сказал отец Цзин Шаоцзэ. - Я знаю. На следующий день Е Си собралась отправиться в компанию на работу, поэтому она переоделась в костюм офисной леди. У неё была очень хорошая фигура, и все те места, которые должны были фигурными, были фигурными. Юбка-карандаш подчёркивала её идеальную попу, а её ноги теперь выглядели особенно длинными и стройными. Е Си плотно упаковалась, но от этого она казалась ещё более сексуальной и чарующей, чем когда она показывала своё глубокое декольте. Когда Цзин Шаоцзэ увидел Е Си в таком виде, его глаза загорелись, а его взгляд стал обжигающе горячим. Е Си заметила взгляд Цзин Шаоцзэ и её лицо стало красным. Она опустила голову и села на стул. ---------- Золотая Гусыня, Которая Может Отложить Яйцо - Е Си, я отвезу тебя на работу после завтрака, - сказала мать Цзин Шаоцзэ. - Спасибо, мадам, - с благодарностью сказала Е Си. - Цзин Шаоцзэ посмотрел в сторону Е Си и холодно хмыкнул. - Тебе лучше поспешить. Компании не нравятся люди, которые опаздывают или рано уходят. Перед лицом недовольного отношения Цзин Шаоцзэ, Е Си просто закусила губы и тихим голосом произнесла: - Я поняла. Нин Шу ела свой завтрак, сидя перед этой отвратительной семьёй. Она была очень даже впечатлена тем, что могла всё ещё иметь аппетит. Она почувствовала, как её мировоззрение расширилось. Хоть она и была зла, ей всё равно приходилось сохранять на лице слабую улыбку. Очищающая сердце мантра и ореол спокойствия даже позволяли ей смеяться над этим фарсом. Они хотят внука?! Ха. Ха. Ха. Мать Цзин Шаоцзэ практически считала Е Си золотой гусыней, которая может родить семье Цзин идеального внука. Но что, если Е Си не сможет вытащить ребёнка из шляпы? После завтрака Цзин Шаоцзэ глянул на Е Си, а потом коснулся губами лба Нин Шу, после чего взял свой портфель и ушёл. Прежде чем уйти, он саркастично сказал Е Си: - Тебе лучше поспешить. Компания не кормит ленивых работников. Если ты посмеешь опоздать, тогда готовься к тому, что тебя вышвырнут. Выражение лица Е Си потускнело. Почему этот мужчина так сильно её ненавидит?! Он с такой нежностью обращался с Ни Цзин, но с ней он был словно дьявол. Этот дьявол украл её тело и теперь делал на её сердце один надрез за другим. Е Си чувствовала себя так, словно она не сможет терпеть это ещё дольше. Этот любовный треугольник был для неё очень болезненным. Для неё это было невыносимо больно. Она крала то, что принадлежит другим, но Цзин Шаоцзэ отказывался отпускать её. Она очень устала. - Пойдём. Не обращай внимания на этого вонючку, - сказала мать Цзин Шаоцзэ, обращаясь к Е Си. Она точно обращалась с Е Си, как со своей невесткой. Только тот, кто мог родить, имел право быть её невесткой. Нин Шу презрительно поджала губы, наблюдая за тем, как эти двое уходят из гостиной. - Ни Цзин, сейчас в доме немного хаотично, но, когда ребёнок родится, всё снова станет тихо, - сказал отец Цзин Шаоцзэ. – Не так уж просто завести ребёнка, так что, пожалуйста, пойми. - Ладно, - сказала Нин Шу и лучезарно улыбнулась. Сейчас в доме было немного хаотично, но в будущем будет ещё более хаотично. Не так-то просто завести ребёнка, но в будущем это будет ещё труднее. Когда отец Цзин Шаоцзэ увидел улыбку на лице Нин Шу, он невольно нахмурился. Ему в голову пришла мысль, и он заверил Нин Шу: - Ты всегда будешь невесткой семьи Цзин. Семья Цзин и семья Ни всё ещё деловые партнёры, так что мы практически одна семья. - Ладно, - сказала Нин Шу с той же улыбкой. Отец Цзин Шаоцзэ кивнул, а потом водитель отвёз его в компанию. Как только эти люди ушли, Нин Шу осталась в доме одна. Она встала посреди гостиной. Одна семья? Ни Цзин была совершенно посторонней в семье Цзин, и только Ни Цзин была достаточно глупой, чтобы поверить в иное. Нин Шу отправилась наверх и собрала улики. Это можно было использовать в обмен на деньги. Она уже раньше была адвокатом, и Цзин Шаоцзэ явно был виноватой стороной. Более того, она записала то, что его мать сказала Е Си. Она открыто признала, что сказала своему сыну устроить интрижку и переспать с суррогатной матерью. Компенсация, которую Нин Шу собирается потребовать с них, заставит семью Цзин плакать кровавыми слезами. Однако у неё были доказательства, поэтому она могла потребовать компенсацию такого размера, какого только пожелает. Но ей ещё не время было уходить отсюда. Она должна подождать, пока семья Цзин окажется в самой трудной ситуации, чтобы наступить им на спину и заставить их полностью погрузиться в вонючую и не отмываемую грязь. ---------- Засыпай, Засыпай, Спи… Никто из них не считал Ни Цзин за человека. Они думали, что достаточно просто сказать несколько красивых слов и продолжать говорить, что Ни Цзин была невесткой семьи Цзин, но они совершенно точно принимали её за дуру. Цзин Шаоцзэ сказал, что в этой жизни он будет любить только Ни Цзин, но неужели его путь любви к ней был через постель с кем-то ещё? Он придумывал всевозможные способы скрыть это от Ни Цзин, так как беспокоился, что Ни Цзин не сможет вынести правды. Ни Цзин действительно оценила вдумчивость Цзин Шаоцзэ. Нин Шу села на постель и начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Как же приятно было быть одной дома. Если честно, раз Е Си и Цзин Шаоцзэ больше не кувыркались в комнате, то это также сэкономило Нин Шу кучу времени и пыток за просмотром этих нелепо долгих видео. Каждый день ей приходилось закапывать глазные капли, чтобы прочищать свои глаза. На её компьютере было уже много видео, поэтому ей не нужно было продолжать коллекционировать их. Вечером Е Си и Цзин Шаоцзэ вернулись с работы раздельно. Когда Нин Шу оказалась поблизости от Цзин Шаоцзэ, она почувствовала запах геля для душа. Волосы Е Си тоже были влажными у корней. Было очевидно, что эти двое принимали душ в компании. Одежда Цзин Шаоцзэ и Е Си тоже была слегка помята. Нин Шу легко могла представить, чем эти двое занимались в кабинете, но она ничего не сказала. Е Си отправилась в свою комнату, как только пришла. Когда она вышла оттуда, она уже переоделась. Цзин Шаоцзэ нежно спросил у Нин Шу: - Что ты сегодня делала дома? - Да ничего особого, расставляла цветы, да акупунктурой занималась. А у тебя как день прошёл? Много работы было в компании? – спросила Нин Шу. Цзин Шаоцзэ с улыбкой ответил: - Было не так уж плохо. - О, тогда я принесу тебе завтра обед? Обеды в компании наверняка на вкус совсем не такие, как домашняя готовка. Нин Шу посмотрела на Цзин Шаоцзэ. Цзин Шаоцзэ тут же отказался. - Пожалуйста, не надо… Сразу после этого он смягчил своё выражение лица и нежно взял Нин Шу за руку, после чего сказал: - На улице нынче так жарко, прошу, не ходи в компанию. А что, если с тобой по пути что-нибудь случится? Я буду очень переживать. Нин Шу подняла брови и спросила: - Ты правда не хочешь, чтобы я принесла тебе обед? Это не так уж трудно, иногда приходить к тебе. Я же не каждый день ношу обеды. Может, я принесу тебе обед завтра, а может послезавтра. Зависит от погоды. Когда Цзин Шаоцзэ услышал слова Нин Шу, его выражение лица ухудшилось. Если она начнёт такую внезапную атаку, то не получится ли так, что его поймают на месте измены? Цзин Шаоцзэ поспешно сказал: - Не надо. На улице так жарко. Снаружи бывает 30 градусов Цельсия, так что у тебя может случиться тепловой удар, даже если ты просто выйдешь на улицу. Меня больше всего волнует твоё здоровье. Пока ты в безопасности, я могу и поголодать пару дней. Меня больше будет мучить то, что с тобой может что-нибудь случиться. Нин Шу: Блять, как меня уже от этого тошнит… Пока она слушала слова Цзин Шаоцзэ, её выражение лица постоянно дёргалось. Она всерьёз беспокоилась, что Цзин Шаоцзэ скажет ещё что-нибудь более отвратительное, поэтому она поспешила кивнуть и сказать: - Ладно, тогда я не принесу тебе еду. Цзин Шаоцзэ наконец-то выдохнул с облегчением. Так как он уже порадовал себя на протяжении дня, он не стал придумывать оправданий, чтобы прийти в комнату Е Си ещё и ночью. В эти дни он приходил спать в постель к Нин Шу. Однако они просто лежали вдвоём и не разговаривали. Цзин Шаоцзэ лишь тихо говорил: - Засыпай, Засыпай, Спи… Каждое утро он умывался, а потом с теплом помогал Нин Шу обуться и расчесать волосы. Когда Нин Шу видела Цзин Шаоцзэ таким, ей очень хотелось просто влепить ему пощёчину. Однако она не стала этого делать. Она просто ущипнула его за лицо, отчего на нём сразу же появилась бросающаяся в глаза красная отметина. - Твоя кожа выглядит такой нежной, что я не могу удержаться от того, чтобы ущипнуть её, - с улыбкой сказала Нин Шу. Цзин Шаоцзэ беспомощно покачал головой. - Если ты хочешь ущипнуть, то щипай. Зачем делать это так сильно? Ты что, пытаешься убить своего мужа? Ага, она пытается убить своего мужа. Цзин Шаоцзэ посмотрел в зеркало. Когда он увидел красную отметину на своём лице, он раздражённо сказал: - Ну и как мне встречаться с людьми в таком виде? Нин Шу улыбнулась, но ничего не сказала. Они отправились вниз, а когда Е Си увидела двусмысленную красную отметину на лице Цзин Шаоцзэ, её выражение лица печально потускнело. Словно она ощутила сильный удар. Когда Цзин Шаоцзэ увидел печальное выражение лица Е Си, он невольно нахмурился, потирая красную отметину на своём лице. Он хотел объясниться перед Е Си, но тут было слишком много народу. Он планировал подождать, пока они не придут в компанию, чтобы объяснить ей всё. ---------- Словно Её Предали Е Си весь завтрак не поднимала головы. Цзин Шаоцзэ поглядывал на Е Си время от времени, но Е Си даже не взглянула на него. Было ясно, что она разозлилась. Нин Шу оценила реакцию Е Си. Не могла же Е Си думать, что между Цзин Шаоцзэ и Ни Цзин что-то произошло, верно? Тц, тц, и почему это выглядит так, словно Е Си теперь считает Цзин Шаоцзэ своим мужчиной? Это вполне нормально и полностью законно, что муж и жена проводят время вместе, но Е Си вела себя так, словно её предали. Нин Шу ела свой завтрак с довольной улыбкой. Их несчастье лишь добавляло радости в её жизнь. Когда Е Си увидела улыбку на лице Нин Шу, её выражение лица стало ещё более горьким. У неё на глаза даже набежали слёзы. Нин Шу улыбнулась ещё радостнее. Цзин Шаоцзэ наконец-то придумал повод поговорить с Е Си. - Секретарша Е, я не могу найти один документ, так что потом поедем в компанию вместе, - после чего он подчеркнул: - Это очень важный документ. Е Си поджала губы, но ничего не ответила. Было очевидно, что она злится. Мать Цзин Шаоцзэ улыбнулась и сказала: - Тогда, Е Си, пожалуйста, езжай с Шаоцзэ и помоги ему найти документ. - Ладно, мадам. Так как заговорила мать Цзин Шаоцзэ, то у Е Си не осталось иного выбора, кроме как кивнуть. Нин Шу сохранила свою улыбку. Вероятно, между ними потом развернётся очередной раунд драмы. "Я могу объяснить…" "Я не слушаю, я не буду…" "Блять, да дай мне объяснить…" "Так объясни! Я слушаю…" "Это не то, что ты подумала…" "Я не слушаю, я не буду…" Раз она не будет слушать, тогда они просто начнут заниматься этим. Нет ничего такого, чего не мог бы решить раунд кувырканий. Если один раунд этого не исправит, тогда нужно просто два раунда. Воображение Нин Шу совсем разбушевалось. Она причмокнула губами. Сможет ли Цзин Шаоцзэ справиться со всем этим напряжением? После завтрака Цзин Шаоцзэ сказал Е Си: - Поехали со мной, поможешь мне найти документы. У Е Си не осталось иного выбора, кроме как уйти с Цзин Шаоцзэ. Е Си и Цзин Шаоцзэ ушли, а потом отец Цзин Шаоцзэ тоже отправился в компанию. Мать Цзин Шаоцзэ пошла гулять с подругами и навестить салон красоты, поэтому Нин Шу была единственной, кто остался дома. Нин Шу взяла пилюли Цзюсинь, положила их в свою сумочку, а потом тоже вышла из дома. Она отправилась в юридическую фирму, чтобы найти адвоката. Изначально она хотела сама разобраться с этим делом, но после некоторых размышлений она решила, что будет лучше найти адвоката. Она не планировала развод по согласию, она хотела напрямую засудить Цзин Шаоцзэ. И не только его, она также планировала засудить мать Цзин Шаоцзэ. В любом случае, семья Цзин должна отказаться от всех надежд на продолжение своей счастливой жизни. Она ни за что не позволит им сохранить свою хорошую репутацию. Так как они делали нечто столь сомнительное, им нужно быть готовыми к принятию последствий. Вскоре, она уладила все вопросы с адвокатом. Она уже имела при себе видео-доказательства, так что это дело будет очень легко выиграть. Покинув юридическую фирму, она снова пошла навестить семью Ни. Она не стала говорить родителям семьи Ни о том, что планирует развестись. Она планировала подождать до того момента, когда их попросят присутствовать на суде, так как она переживала, что они не смогут удержаться о того, чтобы начать требовать ответов от семьи Цзин. В любом случае, это будет очередная забавная драма в семье Цзин, за которой можно понаблюдать. Семья Цзин определённо будет ошеломлена. Нин Шу очень хотелось посмотреть, как её родственники по закону справятся с этим. Пообедав в семье Ни, она уже собралась уходить, когда отец Ни дал ей ещё денег и сказал не волноваться, не экономить и спокойно тратить деньги. ---------- Холодная Пощёчина* Примечание: Холодная пощёчина нужна для того, чтобы вернуть человека в реальность, если он чем-то слишком увлёкся и не обращает внимания на то, что происходит вокруг. ____________________ Нин Шу приняла деньги. У неё уже были деньги, и даже немало, но каждый раз, когда она приходила в гости, отец Ни давал ей ещё больше денег, волнуясь, что у неё их недостаточно на всякие траты. Ни Цзин не могла иметь детей, и она вышла замуж за единственного сына семьи Цзин. Он волновался, что над его дочерью издеваются в том доме, так как она не могла иметь детей. Отец Ни очень переживал, что Ни Цзин не может уверенно поднимать голову в семье Цзин, но, если она будет тратить только деньги семьи Ни, то у неё будет полное право гордо выпячивать грудь. Есть поговорка, что замужние дочери – это разлитая вода, но родители семьи Ни очень любили Ни Цзин, и всегда переживали за неё. Нин Шу сказала отцу Ни: - Спасибо. - Ты же моя дочь, так что не нужно благодарить, - выражение лица отца Ни стало серьёзным. – Мы с твоей матерью тоже чувствуем грусть, когда видим тебя такой. Мы не смогли дать тебе здоровое тело. Нин Шу улыбнулась и сказала: - Всё в порядке. Они ничего не могли с этим поделать. Никто никогда не хочет становиться больным. В жизни с каждой потерей приходит какая-нибудь выгода. У Ни Цзин не было здорового тела, но она родилась в богатой семье. Поэтому ей не нужно было усердно работать ради того, чтобы спокойно жить в мире. Однако Ни Цзин вышла замуж за Цзин Шаоцзэ, а Цзин Шаоцзэ потом встретил Е Си. Таким вот было начало трагедии. - Если тебе приходится терпеть обиды в семье Цзин, то ты просто возвращайся домой. Папа тебя поддержит, - сказал отец Ни. – Нам не нужно склонять перед ними головы. - Ладно. Скоро ей, вероятно, действительно придётся вернуться сюда. Когда она ушла из дома семьи Ни, она задумалась немного, и решила навестить компанию семьи Цзин. Возможно, она сможет увидеть очередную нецензурную сцену. Возможно, ей даже удастся поймать их на том, что они в спешке натягивают свои штаны. Когда она пришла в компанию, она смогла пройти весь путь до самого кабинета председателя и ей никто не перекрыл путь. Открыв дверь, она увидела, что Цзин Шаоцзэ и Е Си как раз кормили друг друга с рук. Они были так близки, что их головы почти соприкасались. Атмосфера была очень сладкой. Она была такой сладкой, что этим людям практически требовалась холодная пощёчина. - Кто позволил… Когда Нин Шу открыла дверь, Цзин Шаоцзэ тут же встал и гневно заорал на неё. Однако, как только он увидел, что это была Нин Шу, гнев на его лице тут же исчез, и он натянуто спросил: - А ты зачем пришла сегодня? Когда Е Си обернулась и увидела Нин Шу, её лицо стало бледным, а её палочки упали на пол. Она тут же взволнованно нагнулась, чтобы поднять их. Она выглядела так, словно вот-вот заплачет. Цзин Шаоцзэ нахмурился, а потом натянул вежливое выражение на лицо и быстро подошёл к Нин Шу. Он достал платок, чтобы промокнуть пот на лбу Нин Шу, после чего сказал: - Почему ты не позвонила мне, что пришла? Я бы спустился вниз, чтобы встретить тебя. Нин Шу с улыбкой ответила: - Я просто пришла навестить тебя. А вы уже обедаете, да? - Ага, я попросил секретаршу Е принести мне обед. Хочешь с нами? – лицо Цзин Шаоцзэ практически лопалось от переполняющей его нежности. – Вообще-то, забудь об этом, давай сходим на обед в ресторан. Тебе наверняка не понравится еда компании. С этими словами Цзин Шаоцзэ потянул Нин Шу к выходу из кабинета. - Ты так редко приходишь, так что я отведу тебя поесть чего-нибудь вкусного. Цзин Шаоцзэ стрельнул взглядом в Е Си, но Е Си была так взволнована, что никак не могла понять, что ей хотел сказать Цзин Шаоцзэ этим взглядом. Когда Цзин Шаоцзэ увидел, какой напуганной была Е Си, он невольно нахмурился. Но у него не было иного выбора, кроме как продолжать разговаривать с Нин Шу, чтобы отвлечь её внимание. Нин Шу хотела бы сказать, что она не ребёнок и её не отвлечь всего парой слов. Однако она изначально не планировала уделять этому внимание. Поэтому она просто миновала эту тему. Даже если бы она попыталась потребовать ответов от Цзин Шаоцзэ, то он бы просто начал придумывать всевозможные причины, чтобы избежать этого. Единственное, что ей бы довелось услышать в такой ситуации – это отвратительная ложь Цзин Шаоцзэ, так что она могла спасти себя от этого неприятного опыта. - Ты мылся в душе? – спросила Нин Шу. От Цзин Шаоцзэ сильно пахло гелем для душа, поэтому было очевидно, что он совсем недавно мылся. ---------- Самое Время Посмотреть, Чем Они Заняты? Наверняка просто произошла очередная драма, в которой они не смогли проконтролировать свои чувства друг к другу. После принятия душа, они начали кормить друг друга. Их уровень жизни серьёзно опустился. Выражение лица Цзин Шаоцзэ ни капли не изменилось, когда он сказал: - Нынче слишком жарко. Я весь вспотел и был липким, поэтому принял душ, чтобы освежиться. Видите? Всё, что выходило из его рта, было ложью. Он теперь едва ли говорил хоть одно слово правды. Нин Шу остановилась и сказала: - Я уже поела дома. Я просто зашла, чтобы повидать тебя, так что ты можешь возвращаться на работу. Улыбка Нин Шу была очень нежной. Цзин Шаоцзэ вздохнул с облегчением и сказал: - Хочешь, я отвезу тебя обратно? - Не нужно. Можешь вернуться к своему обеду. Нин Шу повернулась и ушла. Цзин Шаоцзэ поспешно развернулся и вошёл в лифт. Когда Нин Шу обернулась, она обнаружила, что Цзин Шаоцзэ уже ушёл. А этот ублюдок быстро бегает. Он был так взволнован тем, чтобы вернуться и найти Е Си? Нин Шу пожала плечами. Ладно, полагаю, сейчас самое время вернуться и посмотреть, чем они заняты? Нин Шу вернулась в лифт и отправилась на этаж, где находился кабинет председателя. Она тайком открыла дверь в кабинет председателя и увидела, что Цзин Шаоцзэ и Е Си притягиваются и отталкиваются друг от друга, пока разговаривают. Е Си была вся в слезах и говорила, что они не могут продолжать так вести себя дальше, что это всё неправильно. Е Си чувствовала, что она больше не может этого выносить и действительно хотела просто уйти. Однако, что тогда случится с её семьёй, если она так сделает? Без финансовой поддержки миссис Цзин, компания её отца обанкротится. Но она влюбилась в чужого мужа! Е Си чувствовала сильный стресс и душевный конфликт. Тем временем, Цзин Шаоцзэ просто гнусно твердил: "Ты не должна забывать о своей работе. Тебе нужно забеременеть и родить ребёнка". Цзин Шаоцзэ просто прижал Е Си к своему столу и поцеловал её. Е Си поначалу сопротивлялась, но, в итоге, обняла руками шею Цзин Шаоцзэ. Пока Нин Шу наблюдала за этой сценой, она почувствовала, как ей по лицу снова прилетела холодная пощёчина. Ха. Ха. Ха… Нин Шу осторожно закрыла дверь, а потом пнула её, после чего развернулась и вошла в лифт. Она надеялась, что эта парочка умрёт от сердечного приступа! Этим вечером Цзин Шаоцзэ и Е Си вернулись домой по отдельности, но их цвет лица был не очень хорошим. Когда Цзин Шаоцзэ увидел Нин Шу, он хотел что-то сказать, но замешкался. Было очевидно, что он хочет спросить у неё о чём-то, но никак не мог заставить себя сделать это. Нин Шу продолжила притворяться беззаботной. А он мог продолжать давиться своими словами, пока не задохнётся. Она отказывалась говорить им, видела она что-то такое, чего ей не стоило видеть, или нет. Как только Е Си вернулась, мать Цзин Шаоцзэ утащила Е Си в её комнату и спросила: - Е Си, ты ничего странного не чувствуешь в своём теле? Е Си покачала головой и оцепенело посмотрела на мать Цзин Шаоцзэ. - Миссис Цзин, я не чувствую никакого дискомфорта. - Я спрашиваю тебя, беременна ли ты! У тебя всё нормально с месячными? – мать Цзин Шаоцзэ нахмурилась. – Прошло уже три месяца с тех пор, как ты пришла к нам. Почему ты всё ещё не забеременела? Е Си выглядела очень растерянной и прошептала: - Это всё ещё в пределах нормы. Мадам, я и так уже пытаюсь изо всех сил, но это не то, что я могу проконтролировать. Е Си и так уже потратила много усилий на то, чтобы забеременеть, но она так и не смогла этого сделать. Она испытывала сильное давление. Когда она увидела, что мать Цзин Шаоцзэ выглядит недовольной, она снова начала переживать, что мать Цзин Шаоцзэ выведет свои финансы, поэтому Е Си сказала: - Мадам, может нам, всё же, попробовать искусственное оплодотворение? Я не знаю, когда я смогу забеременеть при таком раскладе. Е Си действительно отвергала эту работу прежде, но теперь она просто хотела забеременеть как можно скорее. - Ни за что. Мать Цзин Шаоцзэ наотрез отказалась от этой идеи. Она и так уже потратила много усилий, поэтому не собиралась позволять им идти на искусственное оплодотворение. Она хотела, чтобы её внук был зачат естественным образом и рождён естественным образом. ---------- Ни Цзин Должна Получить Этого Ребёнка Е Си коснулась своего живота. Она тоже хотела забеременеть, тогда она сможет освободиться от этой ситуации. Более того, после рождения ребёнка она сможет сбежать от этой социально неприемлемой любви. У неё и Цзин Шаоцзэ не было будущего. Он любил свою жену, а её достоинство не позволяло ей отбросить стыд, чтобы остаться с ним. Она уйдёт сразу же после того, как родит ребёнка. - Тебе нужно поскорее забеременеть. Мы не можем слишком долго с этим затягивать, - сказала мать Цзин Шаоцзэ. - Я не могу слишком долго это затягивать, иначе Ни Цзин всё узнает. Она потёрла лоб и добавила: - Ни Цзин должна получить этого ребёнка, тогда у этого ребёнка будет надёжный дядя и богатая семья по материнской линии. Ты же тоже хочешь, чтобы у твоего ребёнка было хорошее будущее, разве нет? – мать Цзин Шаоцзэ похлопала Е Си по плечу. – Семья Ни и семья Цзин обе одинаково богатые. Е Си поджала губы. Она внезапно начала завидовать Ни Цзин. У неё самой был младший брат, который был практически бесполезным, поэтому, когда с компанией её отца случилась беда, вся семья начала полагаться на неё, эту дочь, чтобы она стала суррогатной матерью и помогла разрешить кризис в компании. Хоть у Ни Цзин и было слабое здоровье, она выросла принцессой, о которой все заботились и которую все защищали. Е Си сделала глубокий вдох. - Мадам, я постараюсь забеременеть как можно скорее. Мать Цзин Шаоцзэ удовлетворённо кивнула. Когда Нин Шу увидела, что мать Цзин Шаоцзэ вышла из комнаты Е Си, она подняла брови и спросила: - Матушка, о чём вы разговаривали с Е Си? Вы даже дверь закрыли, чтобы поговорить? Мать Цзин Шаоцзэ сказала: - Я просто сказала Е Си сходить завтра в больницу на медосмотр. - А, вот в чём дело, - Нин Шу просто улыбнулась. – Как по мне, так мисс Е выглядит очень здоровой. Её губы красные, её зубы белые, и у неё здоровый румянец. Я не думаю, что ей нужно ещё больше приготовлений. - Это будет зависеть от того, что скажут доктора, - сказала мать Цзин Шаоцзэ. На следующий день мать Цзин Шаоцзэ отвезла Е Си в больницу на осмотр. Но это было сделано не для того, чтобы проверить здорова она или нет, а для того, чтобы проверить беременна она или нет. Когда они не смогли найти следы беременности в матке, они просто проверили её анализ крови. Однако результат был прежний: она не беремена. Мать Цзин Шаоцзэ выглядела очень несчастной, и Е Си тоже опустила голову. Она была на грани того, чтобы разрыдаться. - Все тесты были нормальными, так почему же ты не можешь забеременеть? – мать Цзин Шаоцзэ нахмурилась и посмотрела на Е Си, после чего добавила: - Я могу дать тебе максимум ещё один месяц. - Я поняла. Е Си быстро кивнула. Мать Цзин Шаоцзэ была очень раздражена, поэтому даже один только вид Е Си бесил её. Она развернулась и пошла прочь, а Е Си торопливо последовала за ней. Так они и вышли из больницы. Е Си тоже была очень расстроена и чувствовала большое давление. Почему она всё никак не могла забеременеть? А Нин Шу наслаждалась прохладным воздухом из кондиционера, находясь дома. Она сидела на диване и ела фрукты, когда увидела, что мать Цзин Шаоцзэ и Е Си вернулись домой. Их цвет лица был не очень хорошим, но Нин Шу притворилась, что не заметила этого и спросила: - Как там результаты медосмотра? Мисс Е уже можно провести процедуру имплантации эмбриона? Мать Цзин Шаоцзэ уже и без того была в плохом настроении, поэтому, когда она услышала, что сказала Нин Шу, она ещё больше взбесилась. Эта женщина только и делает, что поторапливает её каждый день! - Нам нужно подождать ещё один месяц. Доктор сказал, что пока не пройдёт один месяц, он не будет знать наверняка, - раздражённым голосом ответила мать Цзин Шаоцзэ. Сколько ещё они смогут тянуть с этим? Нин Шу подняла брови. - Нам нужно подождать ещё один месяц? А что, есть какая-то проблема? - Никаких проблем нет, просто доктор сказал, что тело Е Си ещё немного слабовато, поэтому ей нужно подготовиться ещё немного. У матери Цзин Шаоцзэ не было иного выбора, кроме как ответить на вопросы Нин Шу, поэтому её выражение лица стало только ещё хуже. Нин Шу сказала: - Тогда мисс Е нужно сфокусироваться на том, чтобы как следует подготовить тело и перестать ходить на работу. Всё же, уходить рано утром и приходить поздно вечером – это очень утомительно. - Лучше пусть продолжает работать в компании. Двигаться – это тоже полезно для здоровья, - поспешно сказала мать Цзин Шаоцзэ. ---------- Цзинцзин Действительно Добрый Человек Она действительно вкладывала много усилий в то, чтобы сделать Е Си беременной. Нин Шу с улыбкой сказала: - Как скажете, матушка. Пока Нин Шу разговаривала с матерью Цзин Шаоцзэ, Е Си всё это время стояла в стороне, опустив голову. После этого Е Си и Цзин Шаоцзэ начали вместе уезжать на работу и даже возвращаться вместе. Вероятно, в силу того факта, что Нин Шу ничего не говорила, Цзин Шаоцзэ становился всё более и более наглым. Рано или поздно, они, вероятно, даже начнут ездить в компанию в одной машине. Цзин Шаоцзэ однажды спросил у Нин Шу: - Цзинцзин, ты же не злишься, что мы с Е Си ходим на работу вместе? Это всё из-за мамы. Она постоянно говорит, что девушке небезопасно ходить на работу и возвращаться одной. Нин Шу как раз пила сок. Услышав его слова, она причмокнула губами, а потом сказала: - С чего я должна злиться? Вы же просто ходите на работу вместе. Нежная улыбка появилась на лице Цзин Шаоцзэ, и он вытянул руку, чтобы легонько постучать Нин Шу по носу. Нин Шу чуть не поперхнулась соком. Фу, как отвратительно! - Моя маленькая Цзинцзин действительно добрый человек, - с улыбкой сказал Цзин Шаоцзэ. Блять, ей очень хотелось плюнуть ему в лицо. Терпеть их двоих и вести себя словно дура, которая ничего не знает – это значит быть доброй? Даже если Цзин Шаоцзэ имел красивое лицо и элегантные манеры, Нин Шу всё равно считала его ужасным и уродливым. Насколько отвратительным должен быть человек, чтобы сделать нечто подобное? Нин Шу посмотрела на Цзин Шаоцзэ и улыбнулась, ничего не говоря, несмотря на тот факт, что мысленно она хотела взорваться. Месяц спустя мать Цзин Шаоцзэ отвела Е Си в больницу на очередное обследование, но результатом было прежнее: не беременна. Более того, когда они пошли на обследование, у неё уже были месячные. Е Си не посмела сказать об этом матери Цзин Шаоцзэ. После серии обследований, когда мать Цзин Шаоцзэ выяснила, что Е Си всё ещё не беременна, её выражение лица помрачнело от серьёзного недовольства. Е Си была очень напугана, и она взмолилась: - Мадам, я действительно старалась изо всех сил. Я тоже хочу забеременеть, но, похоже, никак не могу. - Как это раздражает. Мать Цзин Шаоцзэ потёрла свой лоб. Неужели им действительно придётся пойти на искусственное оплодотворение? Все результаты обследований Е Си были нормальными, поэтому у матери Цзин Шаоцзэ не осталось иного выбора, кроме как привести Цзин Шаоцзэ в больницу на проверку. Когда Цзин Шаоцзэ услышал, что его будут проверять на наличие подобной проблемы, его цвет лица омрачился. Любой мужчина будет расстроен, если кто-то будет сомневаться в его способности по этой части. Цзин Шаоцзэ считал, что с ним нет никаких проблем. Более того, один из методов забора материала ужаснул его. Ему сделают укол в яйца для забора материала, и от одной только мысли об этом он почувствовал невыносимую боль. Он прошёл через полный комплект обследований, и на протяжении всех процедур его выражение лица было мрачным. Однако результаты обследования заставили мрачное лицо Цзин Шаоцзэ мгновенно стать бледным. Ему поставили диагноз "некрозоспермия"*, и количество спермы у него было аномально маленьким. А это означало, что Цзин Шаоцзэ страдал бесплодием. Мать Цзин Шаоцзэ переворачивала диагностический отчёт снова и снова, её руки дрожали, а лицо было бледным. - Доктор, возможно, вы сделали ошибку? Не может быть, чтобы мой сын был бесплодным. Этого не может быть. Это невозможно. Мать Цзин Шаоцзэ выглядела озадаченной. И что им теперь делать? - Мы уже провели повторный анализ несколько раз. У мистера Цзин действительно такой диагноз, - доктор развёл руками и сказал: - Мадам, если вы не убеждены, то мы можем снова собрать его сперму и провести новое обследование. С самого начала и до конца, Цзин Шаоцзэ был в оцепенении, словно его душа покинула тело. - Шаоцзэ, давай попробуем ещё раз, - мать Цзин Шаоцзэ потянула за собой Цзин Шаоцзэ, сидящего на стуле. – Может, возникла какая-то ошибка. Давай проверим всё снова. Выражение лица Цзин Шаоцзэ было опустошённым, когда он поднялся. Он пошатнулся и чуть не упал. Тяжёлыми шагами он вошёл в лабораторию. ____________________ Примечание: Некрозоспермия (некроспермия) – наличие в эякуляте мужчины более 50% нежизнеспособных сперматозоидов или отсутствие живых. Как непосредственная причина мужского бесплодия некрозооспермия у мужчин встречается в 0.3-0.5% случаев. Выделена группа заболеваний и состояний, которые могут стать причиной некроспермии: • Врожденные аномалии развития. • Травмы, последствия хирургических вмешательств. • Влияние алкоголя, наркотических и лекарственных веществ • Эндокринные и системные заболевания (туберкулез, почечная и печеночная недостаточность, сахарный диабет) • Состояния после лучевой, гормональной и химиотерапии. • Профессиональные вредности (ионизирующая радиация, высокие и низкие температуры). ---------- Её Сын Не Может Быть Бесплодным Цзин Шаоцзэ пришлось снова вытерпеть болезненную процедуру сбора материала. Когда он вышел, его лицо было совершено белым, а его тело беспрестанно дрожало. Е Си поспешно подошла, чтобы взять его за руку и помочь ему сесть. Цзин Шаоцзэ неконтролируемо трясло. Он чуть не упал на пол, когда садился на стул. - Цзин Шаоцзэ? – нежно позвала Е Си, когда увидела Цзин Шаоцзэ таким. Цзин Шаоцзэ проигнорировал Е Си и зарылся головой в руки. Ему хотелось просто свернуться клубочком. Мать Цзин Шаоцзэ ждала прямо у дверей в лабораторию. Её руки были крепко сжаты в кулаки, пока она молилась, чтобы предыдущий диагноз был ошибочным. Её сын не может быть бесплодным. Это просто невозможно. Губы матери Цзин Шаоцзэ дрожали, а её лицо конвульсивно дёргалось, отчего она никак не могла контролировать своё выражение лица. Из-за этого её лицо выглядело крайне зловещим. Это было долгое ожидание. Для людей, ожидающих у двери, каждая секунда была словно вечность пыток. Цзин Шаоцзэ обхватил свою голову и зарылся руками в волосы. Слёзы медленно текли из его глаз, а потом падали на пол. Е Си, которая сидела рядом с Цзин Шаоцзэ, увидела, что он плачет. Она была в шоке. Она никогда не представляла, что этот демонический мужчина, который всегда казался таким самоуверенным, может проливать слёзы. Е Си не понимала, насколько серьёзным был удар для мужчины – выяснить, что он стерилен. Это значительно уменьшало их достоинство и убивало их самоуверенность. В данный момент Цзин Шаоцзэ чувствовал себя так, словно он совершенно растерял основу своей уверенности, поэтому он был в полнейшем оцепенении. Этот инцидент практически уничтожил его. Е Си не удержалась от того, чтобы обнять его. Она хотела дать ему немного тепла. Она могла понять боль от неимения возможности завести ребёнка. За последние несколько месяцев она страдала от огромного давления как раз из-за этой проблемы. Вот почему она так неистово пыталась забеременеть. Но мысленно Е Си чувствовала облегчение. По крайней мере, это была не её вина. Беда была не из-за неё, так что, даже если она и не забеременела, это была не её проблема. Е Си очень боялась матери Цзин Шаоцзэ. Мать Цзин Шаоцзэ постоянно поторапливала её, чтобы она забеременела быстрее, и, каждый раз, как результаты обследований были отрицательными, выражение лица матери Цзин Шаоцзэ становилось очень холодным. Е Си нужна была мать Цзин Шаоцзэ, чтобы помочь ей спасти компанию отца, поэтому у неё не оставалась иного выбора, кроме как тихо терпеть её упрёки и страдать. Однако потом она осознала другую проблему. Если Цзин Шаоцзэ был бесплодным, тогда она не сможет забеременеть. И, раз такое дело, то не будет ли так, что мать Цзин Шаоцзэ заберёт деньги обратно? А раз это напрямую было связано с её заинтересованностью, она начала молиться, чтобы тело Цзин Шаоцзэ было в порядке. Что он сам обязательно будет в порядке. Наконец, дверь в лабораторию открылась и три человека, ждущие снаружи, все затаили дыхание, глядя на доктора. Доктор держал в руках отчёт, встретившись с их взглядами, а потом покачал головой. - Результат тот же. - Не может быть. Мать Цзин Шаоцзэ выхватила отчёт из рук доктора. Её рука неконтролируемо дрожала, пока она читала его, после чего она яростно порвала его. Лицо Цзин Шаоцзэ побледнело ещё больше. Внезапно, его глаза закатились, и он потерял сознание. Е Си переживала за деньги и за свои отношения с Цзин Шаоцзэ. Она и Цзин Шаоцзэ прошли через столь многое, но ради чего всё это было? Когда она увидела, что Цзин Шаоцзэ потерял сознание, она поспешила сообщить матери Цзин Шаоцзэ: - Мадам, Цзин Шаоцзэ потерял сознание. Мать Цзин Шаоцзэ была занята тем, что тянула доктора за халат и кричала, что он наверняка ошибся. Когда она услышала, что сказала Е Си, она обернулась и обнаружила, что её сын лежит на полу. Её это сломило, и она бросилась на пол, к нему, и начала кричать: - Мой сын! О, мой сын! Медсестра прикатила койку, чтобы отвезти Цзин Шаоцзэ в больничное крыло. После этого глаза матери Цзин Шаоцзэ тоже закатились, и она упала на пол. Е Си только помогла переложить Цзин Шаоцзэ на больничную койку, когда его мать тоже потеряла сознание. Е Си оказалась в полнейшем хаосе из суеты и волнения. Е Си стиснула зубы и стерпела всё это. … ---------- Вас Впереди Ждёт Ещё Много Чего Нин Шу поливала цветы дома, когда ей позвонила Е Си. Е Си сказала, что Цзин Шаоцзэ и его мать были госпитализированы и попросила её поскорее приехать в больницу. Когда Нин Шу услышала это, она отложила лейку, сняла свою шаль, а потом пошла наверх, чтобы переодеться. Прихватив пилюли Цзюсинь и положив их в карман, он отправилась прямиком в больницу. Отец Цзин Шаоцзэ уже был там, когда она приехала. Его выражение лица было серьёзным, а его лоб был покрыт потом. Было ясно, что он тоже спешил добраться сюда. Е Си как раз разговаривала с отцом Цзин Шаоцзэ, но, когда она увидела, что пришла Нин Шу, она тут же перестала говорить. Когда отец Цзин Шаоцзэ увидел Нин Шу, он вздохнул, а его брови нахмурились. Нин Шу подошла к Цзин Шаоцзэ и увидела, что его лицо было смертельно бледным. Даже в его губах не было ни капли цвета. - Что произошло? Как так вышло, что их обоих госпитализировали? – спросила Нин Шу. Отец Цзин Шаоцзэ тяжело вздохнул. - Давай поговорим, когда вернёмся домой. Цзин Шаоцзэ и его мать были просто настолько ошеломлены такими новостями, что не смогли выдержать этого, и потеряли сознание. Они же не заболели, поэтому скоро придут в себя. Как только мать Цзин Шаоцзэ очнулась, она обняла отца Цзин Шаоцзэ и начала рыдать. Сквозь всхлипывания, она закричала: - Что же нам делать? Что нам теперь делать? Какой грех мы совершили, чтобы заслужить это? Мать Цзин Шаоцзэ громко кричала, не обращая внимания на тот факт, что они находились в публичном месте. Её голос был таким громким, что все медсёстры и доктора обернулись в её сторону. Отец Цзин Шаоцзэ отчитал её тихим голосом: - Заткнись! Подожди, пока мы не вернёмся домой, а потом говори. Вскоре, обоих выписали из больницы. Отец Цзин Шаоцзэ дал немного денег больнице, чтобы они уничтожили медицинские записи Цзин Шаоцзэ. Если будет раскрыта информацию, что единственный наследник семьи Цзин бесплоден, то это вызовет большую шумиху в компании. Нин Шу помогла Цзин Шаоцзэ, который всё это время вёл себя тихо, забраться в автомобиль. Е Си стояла у автомобиля и не знала, что ей делать, залезать внутрь или нет. Это было их семейное дело, так что ей, наверное, будет неподобающе слышать такое? - Ты тоже садись в машину, - сказал отец Цзин Шаоцзэ, обращаясь к Е Си. У Е Си не осталось иного выбора, кроме как тоже залезть в автомобиль. Вскоре, автомобиль приехал к вилле. Вернувшись домой, Цзин Шаоцзэ больше не мог подавлять свои эмоции и начал крушить в гостиной всё, до чего мог дотянуться, словно обезумевший. Осколки разбитых ваз усыпали пол, а все чайные столики и стулья были перевёрнуты. В комнате образовался полнейший беспорядок. Наконец, Цзин Шаоцзэ слабо рухнул на пол и стал тяжело дышать. Отец Цзин Шаоцзэ посмотрел на Цзин Шаоцзэ и сказал: - Ты закончил выпускать пар? Как разочаровывающее. Это всего лишь мелкий вопрос, а ты так чрезмерно реагируешь. - Мой сын! О, мой бедный сын! Шаоцзэ… - рыдала мать Цзин Шаоцзэ. Она прикрыла рот и сквозь слёзы смотрела на Цзин Шаоцзэ. Выражение лица Нин Шу было безразличным. А вот на лице Е Си, наоборот, отражалась душевная боль. Отец Цзин Шаоцзэ приказал слугам прибраться в доме, потом дал им выходной и попросил покинуть виллу. - Дорогой, что же нам делать? Мать Цзин Шаоцзэ оцепенело уставилась на отца Цзин Шаоцзэ. В конечном счёте, мать Цзин Шаоцзэ была всего лишь женщиной. Если происходило что-то крупное, она могла лишь полагаться на главу семьи, чтобы он принял решение. Отец Цзин Шаоцзэ глянул на Нин Шу и Е Си, а потом тихим голосом сказал: - Не рассказывайте об этом никому. - Да, - в унисон ответили Нин Шу и Е Си. Цзин Шаоцзэ с трудом поднялся и подошёл к Нин Шу, чтобы обнять её и пробормотать: - Цзинцзин, Цзинцзин… Нин Шу начала утешать Цзин Шаоцзэ с нежной улыбкой: - Всё в порядке, это мелочи. Вас впереди ждёт ещё много чего. ---------- Играя В Хорошего Полицейского и Плохого Полицейского Цзин Шаоцзэ крепко обнял Нин Шу, словно пытаясь вытянуть тепло из Нин Шу. Нин Шу нежно похлопала по спине Цзин Шаоцзэ и тихо сказала: - Мне всё равно, какой ты. Ей действительно было абсолютно всё равно. Е Си тупо наблюдала за тем, как Цзин Шаоцзэ обнимает Нин Шу, а потом её выражение лица потускнело. Во времена его величайшей трудности, первым делом он подумал о своей жене. Е Си была для него никем. - Что ты хочешь сказать под словами "это мелочи"?! – когда мать Цзин Шаоцзэ увидела, как Нин Шу преуменьшала значение этого события, она начала вымещать весь свой гнев и негодование на Нин Шу. – Неужели ты рада тому, что Шаоцзэ не может иметь детей? Ты не можешь иметь детей, а теперь ещё и Шаоцзэ не может иметь детей! Должно быть, ты счастлива? Нин Шу воспользовалась этой возможностью, чтобы оттолкнуть Цзин Шаоцзэ. Слишком жарко было обнимать человека в такую жаркую погоду. Более того, слёзы Цзин Шаоцзэ капали ей на плечо, и от этого одежда стала неудобно липкой. - Что вы такое говорите, матушка? Нин Шу посмотрела на мать Цзин Шаоцзэ, которая кусала людей, словно бешеная собака. - Ты только взгляни на себя! Ты же явно тайно радуешься тому, что Шаоцзэ больше не может иметь детей! – мать Цзин Шаоцзэ указывала пальцем на Нин Шу, словно пытаясь выместить на ней весь свой гнев. – Возможно, ты даже молилась о том, чтобы Шаоцзэ стал бесплодным. Воистину, у женщин самые злобные сердца! Ты злобная дрянь! Нин Шу нахмурилась. Мать Цзин Шаоцзэ указывала пальцем прямо на её нос и проклинала её, но никто в комнате ничего не сказал. Цзин Шаоцзэ выглядел так, словно он был в полном оцепенении. В итоге, отец Цзин Шаоцзэ увидел, что его жена почти выпустила пар, поэтому тихо кашлянул, чтобы прервать проклятия своей жены. Им не было никакой выгоды в том, чтобы затягивать с этим, и от этого их невестка может только почувствовать отчуждение по отношению к семье Цзин. После того, как с Цзин Шаоцзэ произошёл этот инцидент, Цзин Шаоцзэ никак не мог ещё и развестись ко всему прочему. Из-за этого отношения между семьёй Цзин и семьёй Ни станут напряжёнными. У матери Цзин Шаоцзэ не было иного выбора, кроме как заткнуться, но её взгляд всё равно пронзал Нин Шу, словно нож. - Твоя свекровь сейчас просто в плохом настроении, так что, прошу, пойми её, - сказал отец Цзин Шаоцзэ, пытаясь уговорить Нин Шу. А с какой это стати она должна всё понимать? Хоть и есть поговорка, что нужно быть избирательно глупым и глухим, чтобы быть сильным главой семьи, отец Цзин Шаоцзэ просто слишком раздражал. Эта парочка просто работала вместе, играя в хорошего полицейского и плохого полицейского! Можно сказать, что отец Цзин Шаоцзэ нёс на себе полную ответственность за весь этот инцидент. Мать Цзин Шаоцзэ была исполнительницей, а отец Цзин Шаоцзэ молчаливо утвердил весь этот маскарад. Нин Шу ничего не сказала. Отец Цзин Шаоцзэ потёр свой лоб и внезапно стал выглядеть значительно старше. - Соберись уже. Иди и посмотри на себя в зеркало! – закричал отец Цзин Шаоцзэ на Цзин Шаоцзэ, который сидел на диване. Цзин Шаоцзэ сделал глубокий вдох, но всё равно выглядел очень удручённым. - Дорогой, что же нам теперь делать? Мать Цзин Шаоцзэ выглядела совершенно растерянно. Она действительно не знала, что теперь делать. - Неужели семье Цзин настал конец? Мать Цзин Шаоцзэ вяло обмякла. Властное высокомерие, которое она обычно излучала, тоже постепенно исчезло. Она родила бесплодного сына. Она чувствовала себя так, словно больше не сможет ходить с гордо поднятой головой. И в то же самое время она беспокоилась о своей позиции в этой семье. Отец Цзин Шаоцзэ снова потёр свой лоб. - Откуда мне знать, что делать? Нин Шу тихо сказала: - Но ведь у нас всё ещё есть мисс Е! Мисс Е, возможно, окажется нашей спасительницей. Люди в комнате были на мгновение ошарашены, а потом они посмотрели на Е Си. Е Си тоже выглядела так, словно она была в полнейшем замешательстве. Она явно не понимала, что имеет в виду Нин Шу. - Мисс Е – суррогатная мать. У старшего братца Шаоцзэ уже больше нет этой способности, но у вас она есть, отец, - Нин Шу слабо улыбнулась и тихо сказала: – Отец, матушка, вы же можете попросить мисс Е выносить для вас ребёнка. Таким образом, в семье Цзин будет ещё один наследник. Матери Цзин Шаоцзэ было уже почти 50 лет. Был высокий риск того, что ребёнок, которого она родит, не будет здоровым. #комментарий анлейта: " Воистину, у женщин самые злобные сердца!" Кхм… Это прозвучало так, словно она говорила как раз о себе... ---------- Никому Нет Дела До Её Чувств Однако, если они используют перенос эмбриона, то они смогут выбрать здоровые яйцеклетки для оплодотворения и позволить молодой Е Си выносить беременность. Ребёнок будет, по крайней мере, здоровее, чем если бы мать Цзин Шаоцзэ рожала сама. - Нет! - Ни за что! Мать Цзин Шаоцзэ и сам Цзин Шаоцзэ в унисон озвучили своё несогласие. Цзин Шаоцзэ, который ничего не говорил с момента инцидента, наконец, открыл свой рот. Его глаза совсем покраснели от гнева, когда он уставился на Нин Шу. От этого его выражение лица выглядело крайне зловещим. - Абсолютно ни за что. - Да, это никак не возможно, ни за что… Лицо матери Цзин Шаоцзэ было бледным. Казалось, что она в ужасе от одной только это мысли, так как она продолжала качать головой и говорить "нет". Видите? Люди просто не понимают боли, пока сами не испытают на себе ту боль, когда тебе вонзают нож в спину. Мать Цзин Шаоцзэ нашла суррогатную мать для своего сына. Если бы всё этим и ограничилось, то всё было бы в порядке, но она даже заставила своего сына спать с суррогатной матерью. Она совсем не думала о чувствах Ни Цзин. А теперь Нин Шу только предложила, чтобы Е Си стала суррогатной матерью для них двоих через искусственное оплодотворение, но мать Цзин Шаоцзэ уже не могла этого вынести. Суррогатная мать, которая спала с её сыном, теперь будет вынашивать ребёнка для неё и её мужа? Вот это поворот! Нин Шу подняла брови. - А почему нет? В любом случае, мисс Е – суррогатная мать. Нам лишь нужно одолжить тело мисс Е для рождения ребёнка. - Ни за что. Мать Цзин Шаоцзэ заскрежетала зубами, глядя на Нин Шу. - И больше об этом даже не вспоминай. Нин Шу закрыла рот и молча села в сторонке. Цзин Шаоцзэ тяжело дышал, глядя на Нин Шу красными глазами. - Цзинцзин, как ты могла позволить Е Си быть суррогатной матерью для ребёнка наших родителей? Как ты могла? Разве ты не знаешь, что… - Старший братец Шаоцзэ, а почему нет? Мисс Е пришла к нам, чтобы родить наследника для семьи Цзин. Старший братец Шаоцзэ, ты же не хочешь сказать, что… Нин Шу замолчала на мгновение. - У семьи Цзин такой большой семейный бизнес, как семья может продолжать жить без наследника? Это всё ради семьи Цзин. Отец и мать поймут. Всё это ради семьи, - сказала Нин Шу. Лицо матери Цзин Шаоцзэ было смертельно бледным. Она посмотрела на своего мужа со слезами на глазах и всхлипнула. - Дорогой, ты же не позволишь Е Си забеременеть, да? Дорогой… Е Си была женщиной их сына! Нин Шу строго сказала: - Матушка, почему бы вам не позволить мисс Е быть суррогатной матерью? Неужели вы хотите сами рожать? А с искусственным оплодотворением вы, ребята, сможете получить здорового ребёнка, который унаследует ваши гены. Нин Шу пристально посмотрела на мать Цзин Шаоцзэ. - Матушка, это всё ради того, чтобы дать семье Цзин наследника. Это всё ещё будет ваш ребёнок. - Заткнись… - взревела мать Цзин Шаоцзэ, повышая голос на Нин Шу. – Ты злая женщина, что ты имеешь в виду? Что ты хочешь сказать, настаивая на том, чтобы мы согласились на суррогатную беременность? Нин Шу ошалела. - А разве мисс Е пришла к нам не для того, чтобы быть суррогатной матерью? Единственное, что изменится, так это то, что она будет вынашивать ребёнка не для нас, а для вас и отца. К тому же, матушка, вы же сами нашли эту суррогатную мать. - Хватит уже спорить, - отец Цзин Шаоцзэ строго прервал ссору между Нин Шу и матерью Цзин Шаоцзэ. - Давайте поговорим об этом позже. Ни Цзин, присмотри за Шаоцзэ. Отец Цзин Шаоцзэ измождено потёр свой лоб. Е Си, которая стояла неподалёку, была словно в оцепенении. Она чувствовала, что была всего лишь товаром, товаром, с которым можно обращаться, как пожелаешь. Более того, она была товаром, единственной целью которого было вынашивать ребёнка. Ей придётся вынашивать ребёнка для того, для кого они решат. И никто даже не спрашивал её мнения по этому поводу, они совершенно позабыли о её существовании. Никому не было дела до её чувств. ---------- А Что Насчёт Оплаты За Суррогатную Беременность? С самого начала и до конца Е Си не сказала ни слова. Она молча наблюдала за их ссорой, словно это не имело к ней никакого отношения. Она чувствовала, как её сердце разрывается. Ради оплаты в пару миллионов за суррогатную беременность, она даже отказалась от своего достоинства. С того самого момента, как она ступила на эту тропу, у неё уже не было пути назад. Е Си посмотрела на Цзин Шаоцзэ. Она хотела, чтобы он вышел вперёд, чтобы защитить её, что он встанет перед ней в защитную стойку и скажет всему этому "нет". Но его заботила лишь жена. Е Си почувствовала себя крайне униженной. Она и Цзин Шаоцзэ уже переспали вместе несколько раз, но ей придётся вынашивать ребёнка для его родителей. Ей очень хотелось отказаться, она очень хотела сказать "нет", но пока она стояла в этой роскошной гостиной, она уже знала, что пойдёт по этому пути до конца ради денег. В итоге, отец Цзин Шаоцзэ не согласился на то, чтобы позволить Е Си быть их суррогатной матерью. Было ясно, что он тоже осознает, что Е Си была женщиной его сына. Мать Цзин Шаоцзэ вздохнула с облегчением. Нин Шу подняла брови и спросила: - Мы наняли мисс Е в качестве суррогатной матери, но теперь мисс Е нам больше не нужна, тогда что же нам делать с той большой оплатой за суррогатную беременность? Когда Нин Шу подняла тему с оплатой за суррогатную беременность, Е Си тут же посмотрела на мать Цзин Шаоцзэ с мольбой во взгляде. Компания её отца не сможет выжить без этой финансовой поддержки. Теперь мать Цзин Шаоцзэ считала Е Си бельмом на глазу во всех аспектах, поэтому она холодно сказала: - Раз нет никакой суррогатной беременности, то и деньги нужно вернуть обратно. Лицо Е Си стало бледным, и она запнулась, когда сделала пару шагов в сторону матери Цзин Шаоцзэ. Она резко рухнула на колени перед матерью Цзин Шаоцзэ и, схватившись за подол платья, начала умолять: - Мадам, прошу, я вас умоляю! Мой отец всё ещё ждёт этих денег, и я уже отдала своё тело… - Встань, я помогу компании твоего отца, - прервал Е Си отец Цзин Шаоцзэ, явно не желающий, чтобы она раскрыла тот факт, что она уже переспала с Цзин Шаоцзэ. Нынешняя ситуация была и без того крайне хаотичной, он не мог ей позволить сказать что-либо, от чего Ни Цзин взорвётся. Если семья Ни начнёт создавать шумиху, то всё действительно превратится в бардак. Им нужно было подготовиться ко всему, чтобы всё шло в правильном и хорошем направлении. Однако они и не подозревали, что возникнет проблема с телом их сына. Отец Цзин Шаоцзэ сказал это только для того, чтобы стабилизировать ситуацию и успокоить Е Си. Но из-за этого взорвалась уже мать Цзин Шаоцзэ. Она с недоверием посмотрела на отца Цзин Шаоцзэ и потребовала ответа: - А зачем ты ей помогаешь? Неужели ты уже планируешь позволить ей быть нашей суррогатной матерью? Или тебе понравилась эта стерва?! Мать Цзин Шаоцзэ начала кричать, словно обезумевшая, размахивая руками. Одним из ногтей она поцарапала лицо отца Цзин Шаоцзэ, оставляя длинную кровавую царапину. Отец Цзин Шаоцзэ почувствовал, как его лицо горит от боли, и его лицевые мускулы задрожали. Он глянул на своего сына, а потом тихо сказал своей жене: - Достаточно, ты хоть понимаешь, что ты говоришь? - Мам, - сказал Цзин Шаоцзэ с мрачным выражением лица. – Не говори чепухи. Мать Цзин Шаоцзэ тут же успокоилась. Она с силой закусила свои губы и затихла. После всей этой шумихи, вся семья почувствовала изнеможение. Нин Шу сидела на диване, спокойно пила воду и наблюдала за выражениями лиц людей, собравшихся в комнате. Отец Цзин Шаоцзэ выглядел очень обеспокоенным. Мать Цзин Шаоцзэ негодовала, а когда она смотрела на Е Си, её выражение лица было очень недружелюбным. Е Си уже больше не была женщиной, которая родит для неё драгоценного внука. Цзин Шаоцзэ был в оцепенении. Он явно всё ещё не отошёл от того шока и, вероятно, думал, что ему это всё мерещится. Е Си тихо плакала, отчего у людей сердце сжималось от боли, глядя на неё. Нин Шу была единственной в доме, у кого было хорошее настроение. Семья Цзин оказалась в хаосе. ---------- Ты Же Всегда Будешь Со Мной, Верно? Человеческое сердце всегда было источником всего хаоса. Проблема с наследником семьи Цзин стала ещё более сложной из-за стерильности Цзин Шаоцзэ. Если бы Е Си не спала с Цзин Шаоцзэ, то это не было бы большой проблемой, в случае, если бы Е Си действительно хотела стать суррогатной матерью для родителей Цзин Шаоцзэ. Но проблема была в том, что Е Си была женщиной Цзин Шаоцзэ. Если бы она стала суррогатной матерью для родителей Цзин Шаоцзэ то, даже если между ними не было кровной связи, это всё равно ощущалось бы как инцест. - Сходи, приготовь еды, - сказал отец Цзин Шаоцзэ своей жене. Так как он до этого отпустил всех слуг, то некому было приготовить ужин. Мать Цзин Шаоцзэ повернулась к Нин Шу и сказала: - Ни Цзин, иди ты приготовь. Нин Шу покачала головой и сказала: - У меня порок сердца, поэтому я не смогу выдержать запах дыма. Выражение лица матери Цзин Шаоцзэ стало уродливым, и она пробормотала: - В какой семье, вообще, свекровь обслуживает невестку? Выражение лица Нин Шу не изменилось, словно она не услышала того, что сказала мать Цзин Шаоцзэ. - Может, тогда я это сделаю? – осторожно спросила Е Си. Мать Цзин Шаоцзэ раздражённо глянула на неё и сказал: - Вот и иди. Е СИ отправилась на кухню с опущенной головой. Спустя некоторое время она сделала простую лапшу. Вкус был не очень хорошим, и ни у кого особо не было аппетита, поэтому, после пары укусов, они перестали есть. Нин Шу была единственной, которая съела целую тарелку лапши и даже выпила суп. Когда мать Цзин Шаоцзэ увидела Нин Шу такой, она со стуком опустила свои палочки и холодно сказала: - Что это у тебя за поведение такое? Хочешь, чтобы люди подумали, будто семья Цзин тебя голодом морит? Прежде чем Нин Шу успела что-либо сказать, отец Цзин Шаоцзэ уже начал отчитывать свою жену. - Хватит уже. Перестань поднимать шумиху. Мать Цзин Шаоцзэ была так зла, что она взяла свои палочки и начала вонзать их в свою тарелку лапши. Вскоре, её лапша превратилась в месиво, вызывающее отвращение одним своим видом. После ужина Нин Шу отправилась в свою спальню, чтобы принять душ и лечь спать. Когда Нин Шу вышла из ванной, она увидела, что Цзин Шаоцзэ сидит у постели. Цзин Шаоцзэ выдавил улыбку и спросил: - Цзинцзин, ты же всегда будешь со мной, верно? Навсегда-навсегда? - Не волнуйся слишком много. Каким бы ты ни был, для меня это не имеет никакого значения, - сказала Нин Шу. Цзин Шаоцзэ улыбнулся. - Цзинцзин, я знаю, что ты меня любишь. Цзин Шаоцзэ сходил принять душ, а потом лёг рядом с Нин Шу. Нин Шу сказала: - Засыпай. Цзин Шаоцзэ покорно закрыл глаза. Нин Шу, в итоге, задремала, но, когда она снова очнулась, она обнаружила, что Цзин Шаоцзэ, который лёг спать рядом с ней, теперь отсутствовал. Она крутанула глазами, а потом достала из ящика свой ноутбук и открыла его. Цзин Шаоцзэ, который должен быть наверху, пришёл в комнату Е Си. Эти двое крепко обнимались, словно раненные дикие звери, и страстно кувыркались. - Хоть я и не могу иметь ребёнка, я всё ещё могу иметь тебя. Голос Цзин Шаоцзэ дрожал, словно он был на грани того, чтобы расплакаться. И в тоже время, он словно бы дрожал от жестокости, так как его движения были очень безжалостными. - Ты принадлежишь мне! Тебе не позволено быть суррогатной матерью для кого-либо ещё, - хриплым голосом сказал Цзин Шаоцзэ. Е Си тихо плакала, но она всё равно крепко держалась за плечи Цзин Шаоцзэ до такой степени, что её ногти вонзались в его плоть. Однако Цзин Шаоцзэ словно и не чувствовал никакой боли, и просто продолжал выпускать пар с яростным выражением на лице. Эти двое были словно раненные звери. Они зализывали раны друг друга, даже если тем самым они и делали раны глубже. Нин Шу некоторое время наблюдала за этим интенсивным видео, а потом зевнула и сохранила файл. Она практически не знала, что сказать. Цзин Шаоцзэ только что, перед тем как лечь спать, сказал, что хочет всегда быть с ней, но ночь ещё не прошла, как он уже пришёл в постель к Е Си. Цзин Шаоцзэ вообще помнил, что он сказал? Он сделал обещание одной женщине, а потом, в мгновение ока, уже спал с другой женщиной. Вот какой была его любовь? Его обещания были совершенно пустыми. ---------- Но Это Было Только Начало Нин Шу и не думала, что Цзин Шаоцзэ будет всё ещё в настроении заниматься чем-то подобным. Может, он пытался таким образом высвободить всю свою боль? Она потёрла глаза, глядя на живую трансляцию. Так как она только проснулась, свет от компьютера неприятно бил по глазам. Сохранив видео, она выключила компьютер. Цзин Шаоцзэ вернулся в комнату ещё до того, как она уснула. Он тихо прокрался на балкон. Нин Шу почувствовала запах сигарет и алкоголя. Когда она перевернулась на постели, она увидела на балконе красную точку. Цзин Шаоцзэ курил. Прежде Цзин Шаоцзэ не курил и не пил. Он был хорошо образованным и элегантным молодым человеком. Однако теперь он был в совершенно упадочном состоянии. Сразу после возвращения из постели Е Си, вместо того, чтобы лечь спать, он решил остаться бодрствующим, чтобы выпить и покурить. Нин Шу не стала обращать на него внимание и просто закрыла глаза, чтобы уснуть. Он мог делать всё, что ему хочется. Той ночью Цзин Шаоцзэ спал на балконе. Когда Нин Шу проснулась и пошла проверить балкон, она обнаружила, что тот был усыпан пустыми бутылками и сигаретными бычками. Цвет лица Цзин Шаоцзэ был очень плохим, а его волосы были немного сырыми от утренней росы. Нин Шу толкнула Цзин Шаоцзэ и сказала: - Просыпайся. Цзин Шаоцзэ открыл глаза, и оказалось, что они были полностью налиты кровью. Это зрелище даже немного пугало. Цзин Шаоцзэ хотел что-то сказать, но его горло слишком болело. Он кашлянул, чтобы прочистить горло, но потом ему пришлось кашлянуть ещё несколько раз и посильнее. Нин Шу посмотрела на Цзин Шаоцзэ. Он уже не может такого вынести? Но это было только начало. Цзин Шаоцзэ несколько раз кашлянул, после чего, наконец, остановился. Он потёр свой лоб, пытаясь утешить пульсирующую головную боль. Потом он посмотрел на Нин Шу своими красными глазами, отчего стал выглядеть очень жалко. - Иди и умойся. Нин Шу сохраняла на лице нежную улыбку. Цзин Шаоцзэ поднялся, но пошатнулся и чуть не упал. Ему пришлось опираться на стену, чтобы дойти до ванной. После такого огромного инцидента, ни Цзин Шаоцзэ, ни его отец не поехали в компанию. И никто не приготовил завтрак. Когда мать Цзин Шаоцзэ увидела Нин Шу, она озлобленно сказала: - Как ты можешь быть такой ленивой? Ты только сейчас проснулась? Иди и приготовь поскорее завтрак. Нин Шу тут же наотрез отказалась. - Я не очень хорошо себя чувствую. - Ты… - мать Цзин Шаоцзэ гневно уставилась на Нин Шу. – Что это за поведение такое? Нин Шу равнодушно взяла стакан воды и отпила из него. - Алло, Ни Цзин?! Я с тобой разговариваю! – закричала мать Цзин Шаоцзэ. - Я приготовлю завтрак, - поспешно сказала Е Си. Когда мать Цзин Шаоцзэ увидела Е Си, её выражение лица стало ещё хуже. Она холодно сказала: - Я разговариваю с Ни Цзин. Ты чего лезешь в разговор? У тебя вообще есть право разговаривать в этом доме? Е Си не знала, что сказать, поэтому просто стояла в стороне с опущенной головой. Мать Цзин Шаоцзэ ещё больше разъярилась, когда увидела, что Е Си реагирует так, словно над ней издеваются. - Ты для кого это тут решила представление устроить? – мать Цзин Шаоцзэ гневно уставилась на Е Си. – Это таким образом ты людей соблазняешь? Е Си выглядела оцепеневшей и очень невинной. Она покачала головой и сказала: - Нет, мадам, я просто хотела помочь приготовить завтрак. ---------- Не Можешь Иметь Детей и Ленивая! Е Си почувствовала себя очень беспомощной. Она сказала всего три слова, но из-за этого мать Цзин Шаоцзэ практически взорвалась. У неё не осталось иного выбора, кроме как закусить губы и перестать говорить. Мать Цзин Шаоцзэ с отвращением уставилась на Е Си, а потом повернулась обратно к Нин Шу. Мать Цзин Шаоцзэ уже больше не была такой дружелюбно настроенной по отношению к Е Си, как раньше. Однако Нин Шу она ненавидела ещё больше за то, что она предложила, чтобы Е Си стала суррогатной матерью для неё и её мужа. - Ни Цзин, иди и приготовь завтрак. Мать Цзин Шаоцзэ посмотрела на Нин Шу. Она настаивала на том, чтобы Нин Шу сделала завтрак. Нин Шу тихо сказала: - Я не знаю, как. Я никогда раньше не готовила. Цзин Шаоцзэ, наконец, принял душ и спустился вниз. Его лицо было бледным, а глаза налиты кровью. Он выглядел очень взъерошенным. - Что происходит? – хрипло спросил Цзин Шаоцзэ, потирая свой лоб. Когда мать Цзин Шаоцзэ увидела Цзин Шаоцзэ в таком состоянии, её сердце сжалось от боли, и она спросила: - Шаоцзэ, что с тобой случилось? Почему твой цвет лица такой плохой? Цзин Шаоцзэ за одну ночь растерял свою обычную элегантность и достоинство. Он выглядел так, словно в нём совсем не осталось самоуверенности. Стерильный мужчина, похоже, не имеет никакой ценности жизни. Цзин Шаоцзэ больше не мог найти своё направление, и не чувствовал в себе никакой ценности. - Вы в порядке? – обеспокоенно спросила Е Си. Она невольно вспомнила прошлую ночь. Пока они были переплетены, она чувствовала, как ей на лицо и грудь падали горячие слёзы. Сердце Е Си сжималось от великой боли за Цзин Шаоцзэ. То, что Цзин Шаоцзэ обращался к ней с отвращением и все прошлые обиды исчезли из её головы. Единственное, что она помнила – это вид плачущего Цзин Шаоцзэ, его тихие слёзы. - Шаоцзэ, какую же женщину ты взял в жёны? Мало того, что она не может иметь детей, но она ещё и ленивая. Она отказывается что-либо делать и даже не слушается меня. Мать Цзин Шаоцзэ пожаловалась своему сыну, с негодованием поглядывая на Нин Шу. Когда Цзин Шаоцзэ услышал слова "не может иметь детей", его лицо внезапно стало пепельно-серым. Его лицевые мускулы задрожали, а его глаза стали ещё более налитыми кровью. - Прости, мама не это имела в виду! Мама не имела в виду, что ты не можешь иметь детей, мама говорила о Ни Цзин. Мать Цзин Шаоцзэ увидела выражение лица Цзин Шаоцзэ и поняла, что попала ему прямо в больное место. Она тут же попыталась извиниться, но, чем больше она объяснялась, тем хуже становился цвет лица Цзин Шаоцзэ. Отец Цзин Шаоцзэ вышел из своей комнаты и закричал на свою жену: - Я же говорил тебе не создавать проблем, но ты совершенно проигнорировала мои слова! - Я-я просто хотела, чтобы Ни Цзин приготовила завтрак, но она меня не послушала. Мать Цзин Шаоцзэ выглядела обиженной. Когда она увидела пугающее выражение лица своего мужа, она чуть не разрыдалась. Отец Цзин Шаоцзэ огрызнулся: - Ты же знаешь, что у неё слабое здоровье, так зачем ты уговариваешь её приготовить завтрак? Почему бы тебе самой этого не сделать? Как ты можешь быть настолько ленивой? Неужели так трудно что-нибудь приготовить? Лицо матери Цзин Шаоцзэ стало красным, а её выражение лица наполнилось возмущением, когда отец Цзин Шаоцзэ отчитал её. Она была дочерью из богатой семьи, которая выросла, ведя избалованный образ жизни. Она никогда даже не наливала себе воду, так как у неё всегда были слуги, которые это делали за неё. Но теперь ей нужно самой приготовить завтрак? - Ты будешь готовить со мной, - резко сказала мать Цзин Шаоцзэ, обращаясь к Е Си. - Хорошо. Е Си последовала за ней на кухню. Отец Цзин Шаоцзэ сказал Нин Шу: - Невестка, после всего того, что произошло, я лишь надеюсь, что вы с Шаоцзэ сможете жить хорошей жизнью. Шаоцзэ сейчас не особо может принять реальность, но спустя некоторое время ему станет лучше. Нин Шу спокойно кивнула. - Никто из вас не может иметь ребёнка, так что вы, ребята, можете просто усыновить его. Этого ребёнка также можно будет зарегистрировать в официальных документах семьи Цзин, - добавил отец Цзин Шаоцзэ. Нин Шу подняла брови и испросила: - Вы имеете в виду, что наш усыновлённый ребёнок будет также иметь право наследования? Отец Цзин Шаоцзэ затих. Было ясно, что он не стал бы передавать крупное предприятие семьи Цзин кому-то, с кем он не имеет кровной связи. ---------- Проблема Наследования Так как усыновлённый ребёнок не будет иметь прав наследования, то какой смысл в том, чтобы позволить ей усыновить ребёнка? Просто, чтобы задобрить её? - Зачем вы хотите, чтобы мы усыновили ребёнка, если у ребёнка не будет прав наследования? – спросила Нин Шу. Отец Цзин Шаоцзэ глянул в сторону Цзин Шаоцзэ, который сидел на диване с опущенной головой, а потом сказал: - Этот ребёнок сможет составить вам компанию. Нин Шу прищурилась. Похоже, что её свёкор уже принял тот факт, что Цзин Шаоцзэ был стерильным. Нин Шу изогнула губы в улыбке и спросила: - Отец, старший братец Шаоцзэ – ваш единственный сын. Неужели вы хотите передать наследие семьи Цзин кому-то ещё? Отец Цзин Шаоцзэ выглядел недовольным, когда он глянул на Нин Шу и сказал: - Ещё слишком рано говорить что-либо об этом. Шаоцзэ мой сын, так что вполне естественно, что у него есть право на наследие семьи Цзин. У Шаоцзэ есть лишь один физический недостаток. Но он всё ещё мой сын, поэтому наследие семьи Цзин будет передано ему, - сказал отец Цзин Шаоцзэ. - Но у меня и старшего братца Шаоцзэ нет детей. Нин Шу подняла брови. Отец Цзин Шаоцзэ потёр свой лоб и сказал: - Я думал об этом ночью и решил пойти на суррогатную беременность. Цзин Шаоцзэ повернул голову, чтобы посмотреть на своего отца. Его голос был очень хриплым из-за того ущерба, что ему нанесли сигареты и алкоголь. - Пап, ты собираешься пойти на суррогатную беременность? Отец Цзин Шаоцзэ кивнул. - Я решил завести ещё одного сына. Я передам наследие семьи Цзин тебе, а когда придёт время, ты передашь наследие семьи Цзин ему. Тогда это будет означать, что он всего лишь промежуточное звено. Цзин Шаоцзэ плотно сжал губы. Его зрачки заметно дрожали, и он долгое время не мог ничего сказать. Он не мог иметь детей, поэтому будущее, в котором он был уверен прежде, теперь стало очень запутанным. Изначально, наследие семьи Цзин было по праву его, но теперь у него будет младший брат, который будет соревноваться с ним за право унаследовать семью Цзин. Нин Шу глянула на мать Цзин Шаоцзэ, которая только что вышла из кухни с чашей в руках, а потом спросила у своего свёкра: - А вы уже решили, кто будет вынашивать суррогатную беременность? Так как она будет суррогатной матерью для семьи Цзин, то у неё должно быть хорошее здоровье. Когда мать Цзин Шаоцзэ услышала, что сказала Нин Шу, она была так шокирована, что уронила чашу. Чаша с лапшой упала на пол, и горячий суп расплескался на её ноги, отчего она почувствовала обжигающую боль. Но в данный момент её такие вещи не беспокоили. Она подошла к отцу Цзин Шаоцзэ и резко спросила: - Ты хочешь найти суррогатную мать? - Успокойся, - отец Цзин Шаоцзэ видел, что она сейчас сойдёт с ума. – Мы же сейчас это просто обсуждаем. - Я не могу успокоиться! Почему ты хочешь найти суррогатную мать? Я абсолютно не согласна на суррогатную беременность! Ты пойдёшь на это только через мой труп. Мать Цзин Шаоцзэ была очень взволнована. Она боялась, что её муж закончит как её сын, и лично займётся тем, чтобы сделать суррогатную мать беременной. Она ни о чём не жалела, когда искала суррогатную мать для своего сына, но она не могла позволить себе оказаться на месте Ни Цзин. Ни Цзин была глупой, но она-то не была! - А какие у нас ещё есть варианты, кроме суррогатной беременности? Или ты хочешь, чтобы семья Цзин вымерла? – взревел отец Цзин Шаоцзэ. – Если ты начнёшь снова создавать проблемы, то я тебя просто выкину отсюда! Мать Цзин Шаоцзэ испуганно посмотрела на него. - Разве я плохо относился к тебе все эти годы? – холодно сказал отец Цзин Шаоцзэ. – Ты была моей единственной женщиной, и у меня только один ребёнок. А теперь семья Цзин столкнулась с угрозой того, что у неё вообще не будет потомков. Если ты будешь продолжать вести себя так неразумно, то мы должны просто развестись. Мать Цзин Шаоцзэ открыла рот, но на мгновение ничего не смогла сказать. После этого её выражение лица смягчилось, и она упрямо сказала: - А почему тебе обязательно нужно найти суррогатную мать? Как будто я не могу выносить ребёнка. - Если ты можешь выносить ребёнка, тогда почему Шаоцзэ был у нас единственным ребёнком за все эти годы? Ты не родила, когда мы были ещё молоды, так как же ты сможешь родить в таком пожилом возрасте? – сказал отец Цзин Шаоцзэ, уже даже не удосуживаясь тем, чтобы быть вежливым. – Ты можешь быть чуть более разумной? - Я… - мать Цзин Шаоцзэ стала синюшно-бледной от гнева и начала истерически кричать: - А эта суррогатная мать будет вынашивать нашего ребёнка, или ребёнка от тебя и этой суррогатной матери? - Ты что такое говоришь? Хватит говорить чепуху! – отец Цзин Шаоцзэ глянул на Нин Шу. – Ты могла бы думать, прежде чем говорить? Конечно же, ребёнок будет нашим. Цзин Шаоцзэ был в полнейшем оцепенении, пока слушал весь этот диалог. Весь его мир словно резко перевернулся с ног на голову. Он чувствовал себя так, словно этот мир уже бросил его. ---------- Я Готова Быть Суррогатной Матерью Его родители прямо перед ним обсуждали то, как заведут ещё одного ребёнка. Потеряв свою способность иметь детей, он потерял всё. В его сердце словно был дикий зверь, который беспрестанно рычал и мучил его. Нин Шу кашлянула и спросила: - Раз уж вы решились на суррогатную беременность, то вам осталось лишь найти суррогатную мать. И у нас тут сейчас как раз есть готовая и доступная суррогатная мать. Вам лишь нужно сходить в больницу на медосмотр, и потом, очень скоро, у вас появится ребёнок, - Нин Шу поиграла со своими волосами. – Может быть, у вас даже будут двойня. Е Си, которая только что вышла из кухни, сказала решительным, но дрожащим голосом: - Я готова быть суррогатной матерью. Как только Е Си это сказала, все находящиеся в комнате пристально посмотрели на неё. Е Си сказала: - Я готова стать суррогатной матерью для ребёнка мистера и миссис Цзин. Нин Шу была немного удивлена. Разве прежде Е Си не сопротивлялась мысли о том, чтобы стать суррогатной матерью для родителей Цзин? - Ах ты, сука! – мать Цзин Шаоцзэ тут же помчалась к Е Си и влепила ей пощёчину. – Ты, бесстыдная шлюха! Мать Цзин Шаоцзэ начала бить и проклинать Е Си, словно сумасшедшая. Е Си плотно сжала губы. Когда ей было очень больно, она издавала сдавленный стон, но, помимо этого, она не сопротивлялась, когда мать Цзин Шаоцзэ била её. Треск! Дзинь! Всё тело Цзин Шаоцзэ тряслось, когда он перевернул чайный столик, создавая громкий шум. Ваза и фрукты со стола упали на пол. Мать Цзин Шаоцзэ, которая была занята избиением Е Си, в тревоге посмотрела на своего сына. Волосы Цзин Шаоцзэ прикрывали его лицо, отбрасывая большую тень, и всё его тело излучало мрачную ауру. Отец Цзин Шаоцзэ потёр свой лоб, а потом подошёл к матери Цзин Шаоцзэ и влепил ей пощёчину тыльной стороной руки. Он сделал это очень сильно, отчего она упала на пол. Мать Цзин Шаоцзэ прикрыла рукой своё лицо и в шоке посмотрела на своего мужа. Её взгляд был полон обиды и негодования. Она указала на Е Си дрожащей рукой и с недоверием в голосе спросила у отца Цзин Шаоцзэ: - Ради этой сучки ты меня ударил? Отец Цзин Шаоцзэ глянул на своего сына. Этот инцидент нанёс сильный удар по его сыну и полностью уничтожил то, чем он так гордился. Отец Цзин Шаоцзэ присел на корточки и схватил мать Цзин Шаоцзэ за волосы, чтобы повернуть её лицом к себе. Он с яростью сказал: - Если продолжишь создавать проблемы, то я тебя изобью до смерти. Подумай о своём сыне! Ты только посмотри, в каком он сейчас состоянии, и всё равно ты, как мать, лишь создаёшь ещё больше проблем. Мать Цзин Шаоцзэ рыдала и тихо стонала. Цзин Шаоцзэ посмотрел на людей в комнате, а потом его взгляд остановился на Е Си. Е Си встретилась с ним взглядом со слезами на глазах. Цзин Шаоцзэ хотел подойти к ней, когда внезапно оступился и резко потерял сознание. - Шаоцзэ! Мать Цзин Шаоцзэ поспешно поднялась с пола и подбежала к потерявшему сознание Цзин Шаоцзэ. Е Си тоже подошла к Цзин Шаоцзэ, но мать Цзин Шаоцзэ оттолкнула её. - Ты, бесстыдная сука, не подходи к моему сыну! Что ты сделала с моим сыном, ты, бесстыдная стерва? Е Си упала на пол и резко вдохнула от боли. Она так сильно закусила свои губы, что они чуть не начали кровоточить. ---------- Одна Последняя Надежда Цзин Шаоцзэ упал в обморок, а по всей гостиной был бардак. Пол покрывали разбитые осколки вазы, фрукты и разлитый суп с лапшой. Когда отец Цзин Шаоцзэ увидел всё это, его кровяное давление так сильно поднялось, что он чуть тоже не потерял сознание. Он сел на стул и потёр свой лоб. Он выглядел измождённым. Несмотря на то, что он был главой семьи Цзин, он не мог проконтролировать нынешнюю ситуацию, и всё совершенно вышло из-под его контроля. Он даже не знал, к чему всё это приведёт. Нин Шу сказала отцу Цзин Шаоцзэ: - Давайте позвоним в больницу и попросим их прислать кого-нибудь, чтобы осмотрели старшего братца Шаоцзэ. Отец Цзин Шаоцзэ тяжело вздохнул, а потом позвонил в больницу. Вскоре приехали доктор и медсестра. Доктор проверил состояние Цзин Шаоцзэ, а потом сказал, что тот просто потерял сознание от изнеможения, и что тут нет никаких серьёзных проблем. По мнению Нин Шу, Цзин Шаоцзэ, вероятно, потерял сознание от излишнего гнева, после того, как услышал, что Е Си согласилась стать суррогатной матерью для ребёнка его родителей. Он не смог этого принять. Цзин Шаоцзэ перенесли в спальню и Нин Шу села рядом, чтобы присматривать за ним. Е Си тоже хотела остаться, но у неё не было причины или права оставаться в этой комнате. Когда Нин Шу увидела, что Е Си стоит у двери, она спросила: - Мисс Е, вы правда собираетесь стать суррогатной матерью свекрови и свёкра? Е Си закусила свои губы. К этому времени её губы уже кровоточили, а её лицо совсем опухло после того, как её побила мать Цзин Шаоцзэ. У неё даже была кровь в уголках губ. - Да, я решила быть суррогатной матерью для родителей Цзин Шаоцзэ. Лицо Е Си было совсем красным. Говорить такие слова перед Ни Цзин – это очень било по её самоуважению. И хотя Ни Цзин не знала об отношениях Е Си с Цзин Шаоцзэ, Е Си всё равно чувствовала себя очень униженной, и её лицо горело от стыда. Е Си в последний раз глянула на Цзин Шаоцзэ, лежащего на постели, а потом развернулась и ушла. Нин Шу ждала у постели, когда Цзин Шаоцзэ очнётся. Прежде прекрасная и нежная кожа Цзин Шаоцзэ теперь стала гораздо более тусклой, словно её покрывал слой пепла. Настроение людей поистине влияет на их тела. Цзин Шаоцзэ очнулся после того, как проспал почти три часа. Нин Шу вставила соломинку в стакан с водой и спросила у Цзин Шаоцзэ, который тупо уставился в потолок: - Хочешь воды? Цзин Шаоцзэ сел и стал пить воду через соломинку. Нин Шу подняла брови и сказала: - А разве ты не замораживал свою сперму раньше? Мы можем сходить и проверить, вдруг твоя замороженная сперма фертильна. - Да, всё верно… - глаза Цзин Шаоцзэ тут же засияли, но вскоре снова потускнели. – Раз с моим телом проблема, то, разве, там не будет всё также? - Но мы всё равно можем проверить, - сказала Нин Шу. – Что если это твоё состояние только недавно стало проблемой, а раньше всё было иначе? Услышав, что сказала Нин Шу, Цзин Шаоцзэ возбуждённо встал с постели, чтобы отправиться в больницу. Родители Цзин Шаоцзэ отправились в больницу вместе с ним, но Нин Шу с ними не поехала. На улице было слишком жарко, поэтому она не хотела выходить на улицу. Е Си увидела, как Цзин Шаоцзэ в спешке уходит, поэтому, после некоторого замешательства, она, всё же, спросила у Нин Шу: - А куда они пошли? Нин Шу посмотрела на Е Си. Её лицо посерело. Её изначально красивое лицо уже больше не было таким приятным на вид. Нин Шу чувствовала, что Е Си тоже приходится довольно тяжело. Ей приходилось терпеть всевозможные пытки ради того, чтобы спасти компанию своего отца. У женщин есть свои уникальные преимущества. Тело женщины – это её оружие и её капитал. На самом деле, любовь Цзин Шаоцзэ и Е Си была просто покупкой сексуальных услуг. Которые были приукрашены оправданием того, что это истинная любовь. - Они поехали в больницу, - тихо ответила Нин Шу. Когда Е Си увидела, что Ни Цзин, похоже, больше не хочет с ней разговаривать, она могла лишь тихо встать в сторонке. ---------- Заперся Пока Нин Шу ждала возвращения Цзин Шаоцзэ и остальных, она мысленно повторяла очищающую сердце мантру, чтобы прояснить свои мысли. Она слишком много пережила и видела всевозможные тёмные дела. Те, кто предлагали свои души ради контратаки, были людьми, которых обидели или с которыми несправедливо обошлись. И те, кто вредили этим поручителям, чаще всего были ближайшими к ним людьми. Чувства были самой неконтролируемой и эфирной вещью. Их существование было одновременно сильным и крайне хрупким. Их можно было легко уничтожить и изменить. Чем больше она видела, тем больше её сердце наполнялось негодованием и яростью. Эти эмоции пачкали её душу и её сердце. Поэтому ей приходилось постоянно прочищать своё эмоциональное сосредоточение, чтобы держать себя в поле зрения. Вскоре вернулся Цзин Шаоцзэ и поспешил наверх, ничего не говоря. Он оступился и упал, пока поднимался по лестнице, но быстро поднялся снова. Он заперся в своей спальне и отказывался видеть кого-либо. Отец Цзин Шаоцзэ беспокоился, что Цзин Шаоцзэ пойдёт на крайние меры и достал ключ, чтобы открыть спальню. Однако Цзин Шаоцзэ открыл дверь и тихо сказал: - Дайте мне немного времени побыть одному. Я не настолько слаб, чтобы покончить жизнь самоубийством. Нин Шу увидела, что взгляд Цзин Шаоцзэ был пустым и невоодушевлённым. Его состояние было ещё более пугающим, чем тогда, когда над ним витала мрачная аура. Отец Цзин Шаоцзэ тихо вздохнул, и у него не осталось иного выбора, кроме как позволить своему сыну поступать так, как ему хочется. Нин Шу знала, что всё прошло не так, как они надеялись. Цзин Шаоцзэ только увидел лучик надежды, но эта надежда снова была разбита. Цзин Шаоцзэ не выходил ни на шаг из своей спальни, поэтому у Нин Шу не было иного выбора, кроме как пойти спать в гостевую комнату. Она ела и крепко спала каждый день. Мать Цзин Шаоцзэ каждый день оставляла еду перед дверью спальни. Цзин Шаоцзэ открывал дверь, чтобы забрать еду, а потом открывал снова, чтобы оставить тарелки. Из комнаты не доносились никакие звуки, поэтому никто не знал, чем там занимался Цзин Шаоцзэ. Цзин Шаоцзэ был рождён с золотой ложкой во рту. С самого детства для него всё шло гладко, поэтому он не смог справиться с таким внезапным ударом. Цзин Шаоцзэ не был даже таким сильным, как Ни Цзин. Ни Цзин страдала от своей болезни с самого детства, и она не могла иметь детей, поэтому давление, которое ей приходилось терпеть, было даже ещё больше, чем то, что сейчас приходилось терпеть Цзин Шаоцзэ. Однако она никогда не вела себя так, как он сейчас. Е Си переживала за Цзин Шаоцзэ, но она не смела это никак выражать. Более того, ей постоянно приходилось терпеть придирки матери Цзин Шаоцзэ. Мать Цзин Шаоцзэ придумывала всевозможные способы заставить Е Си страдать и была груба с Е Си. Если честно, то Е Си имела только деловые отношения с матерью Цзин Шаоцзэ, поэтому ей не нужно было терпеть всё это. Вероятно из-за того, что она влюбилась в Цзин Шаоцзэ, она не могла поступить никак иначе, кроме как мириться с издевательствами его матери. Мать Цзин Шаоцзэ редко ругалась с Нин Шу, потому что Нин Шу не терпела её издевательства, и отец Цзин Шаоцзэ постоянно предупреждал её не лезть к Нин Шу. С такой ситуацией, в которой оказался Цзин Шаоцзэ, они не могли позволить себе потерять поддержку семьи Ни. В прошлом семья Цзин была полна уверенности, но теперь они уже не могли быть такими высокомерными. Нин Шу не могла иметь детей, и Цзин Шаоцзэ не мог иметь детей, поэтому они теперь были действительно равными. Цзин Шаоцзэ, который заперся в спальне почти на полмесяца, наконец-то вышел. Он даже привёл себя в порядок перед тем, как выйти. И хотя он стал более худым, он был в относительно хорошем расположении духа. Нин Шу посмотрела на Цзин Шаоцзэ, приподняв брови. Цзин Шаоцзэ обнял Нин Шу. Он сделал глубокий вдох, а потом сказал: - Цзинцзин, я вернулся. Я больше никогда не буду конфликтовать из-за этого, - сказал Цзин Шаоцзэ. – Мне же всё ещё нужно составлять тебе компанию. Нин Шу выкрутилась из объятий Цзин Шаоцзэ и посмотрела на него. Он выглядел гораздо менее удручённым, чем прежде, но он также стал и спокойнее. Неужели Цзин Шаоцзэ наконец-то преодолел это, или просто закопал эту проблему глубоко в своём сердце? ---------- Условия Для Суррогатной Беременности Отец Цзин Шаоцзэ почувствовал облегчение, когда увидел, что его сын наконец-то пришёл в себя. На протяжении этого периода отец Цзин Шаоцзэ очень много работал. Ему приходилось не только беспокоиться о стабилизации компании, но ему также приходилось беспокоиться о своей семье и о том, не испортит ли своё тело его сын. Он также беспокоился, что у семьи Цзин не будет наследников и что их родословная вымрет. Поэтому он теперь сожалел о том, что не ходил на сторону, пока был молодым. Иначе сейчас у него могли бы быть какие-нибудь незаконные дети, и ему не пришлось бы беспокоиться о том, что в семье Цзин нет наследников. В то время он считал, что одного сына будет достаточно. Он думал, что будет лучше воспитывать и тренировать одного ребёнка, чем иметь постоянные внутренние ссоры. Домашние конфликты только впустую тратили бы ресурсы семьи Цзин. Ему никогда не приходило в голову, что Цзин Шаоцзэ, его единственный сын, окажется бесплодным. И когда он увидел, что вопрос с Цзин Шаоцзэ разрешился, он начал фокусироваться на вопросе суррогатной беременности. Когда отец Цзин Шаоцзэ предложил суррогатную беременность, хоть мать Цзин Шаоцзэ и не была согласна, она не посмела снова устраивать сцену и просто высказала свои требования. - Я должна присутствовать при операции по оплодотворению в пробирке, и ребёнок должен быть нашим. Она ни за что не собиралась воспитывать ребёнка от другой женщины. - Конечно, - сказал отец Цзин Шаоцзэ. - У меня есть ещё одно условие, - мать Цзин Шаоцзэ указала на Е Си. – Я не хочу, чтобы она была суррогатной матерью. Цвет лица Цзин Шаоцзэ стал немного неприятным, когда он посмотрел на Е Си. - Я тоже не согласен, чтобы она была суррогатной матерью. Она должна была быть суррогатной матерью для меня и Цзинцзин, но теперь она будет суррогатной матерью для моих родителей? Это полнейший бардак. Нин Шу сказала: - А почему вы не хотите использовать мисс Е? Она молодая и красивая, и у неё хорошее здоровье. К тому же, матушка, разве вы уже не выдали ей половину депозита? Мы просто одалживаем её тело, чтобы выносить ребёнка. И не должно иметь значение, чьего ребёнка она вынашивает. Когда Цзин Шаоцзэ услышал слова Нин Шу, в его взгляде промелькнул след гнева. Е Си была его женщиной, как он мог позволить ей стать суррогатной матерью для кого-то ещё? Да ещё и для своих родителей? - Цзинцзин, она мне не нравится, так что пусть мама и папа найдут себе другую суррогатную мать, - тихо сказал Цзин Шаоцзэ, когда взял Нин Шу за руку. Нин Шу улыбнулась и больше ничего не сказала. Отец Цзин Шаоцзэ прямо заявил: - Я начну поиски другой суррогатной матери. Нам больше не нужна мисс Е. Лицо Е Си тут же стало бледным, и она поспешно встала на колени перед матерью Цзин Шаоцзэ и взмолилась: - Мадам, прошу! Позвольте мне быть для вас суррогатной матерью! Я готова! Мать Цзин Шаоцзэ чуть не взорвалась от гнева. - Ах ты, бессовестная сучка! Да я ни за что не позволю тебе быть для меня суррогатной матерью! Убирайся из моего дома сию же секунду! Как ни крути, но мать Цзин Шаоцзэ теперь видела в Е Си только стерву. Эта стерва соблазнила её сына, а теперь пытается соблазнить её мужа! Е Си в панике покачала головой. - Мадам, прошу! Позвольте мне быть для вас суррогатной матерью. Если она не сможет стать суррогатной матерью, тогда что случится с компанией её отца? Е Си знала, что если она не будет суррогатной матерью, то мать Цзин Шаоцзэ ни за что не даст ей обещанных денег просто так. Когда Цзин Шаоцзэ увидел Е Си такой, он разозлился и встал, собираясь преподать этой женщине урок. Однако, в итоге, он сдержал себя. Нин Шу посмотрела на это с поднятой бровью. Прежде Е Си так неохотно шла на это, но теперь её единственным выбором была успешная суррогатная беременность. Семья Цзин была единственной стороной, которая могла заплатить такую высокую цену за суррогатную беременность. Мать Цзин Шаоцзэ злобно влепила пощёчину по лицу Е Си. - Как ты можешь быть такой бесстыдной? Е Си прикрыла лицо, но продолжила упрямо стоять на коленях. Когда Цзин Шаоцзэ увидел, что Е Си ударили, в его взгляде промелькнула душевная боль за неё. После всех этих событий Цзин Шаоцзэ наконец-то осознал, что Е Си, эта женщина, глубоко вошла в его сердце. Но в то же самое время, он не мог заставить себя расстаться с Ни Цзин. Всё же, Ни Цзин была женой, ради женитьбы на которой он прошёл через такое больше сопротивление со стороны семьи. ---------- Не Была Злонамеренной Помехой Нин Шу не издевалась над Е Си, как это делала изначальный хост, и не была "злонамеренной", поэтому сердце Цзин Шаоцзэ не было полностью на стороне Е Си. Но он всё равно влюбился в Е Си. И с Нин Шу, которая не вела себя как злонамеренная помеха, Цзин Шаоцзэ невольно конфликтовал в душе по этому вопросу. - Мам, тебе не нужно о ней беспокоиться, - холодно сказал Цзин Шаоцзэ. – Я бы хотел посмотреть, насколько она толстокожая. Будет ли она достаточно бесстыдной, чтобы остаться в этом доме? Когда Е Си услышала слова Цзин Шаоцзэ, она закусила губы, словно тихо зарыдала. Её взгляд наполнился обидой, когда она посмотрела на Цзин Шаоцзэ. Отец Цзин Шаоцзэ никогда и не планировал позволять Е СИ быть их с женой суррогатной матерью. Использовать женщину своего сына в качестве суррогатной матери? Это будет вообще полнейший бардак. Однако Е Си была решительно настроена на то, чтобы остаться в этом доме. Отец Цзин Шаоцзэ принял во внимание Цзин Шаоцзэ и не стал выгонять Е Си. Но мать Цзин Шаоцзэ не хотела видеть Е Си даже на секунду дольше и настаивала на том, чтобы прогнать Е Си, несмотря ни на что. Отец Цзин Шаоцзэ закричал: - На улице уже слишком поздно. Даже если она и должна уйти, она должна будет уйти завтра утром. Просто пусть останется на ночь. Мать Цзин Шаоцзэ стала выглядеть ещё более подозрительной, и она почувствовала уверенность в том, что эта женщина соблазнила её мужа. Время было уже позднее, поэтому семейное собрание закончилось. Нин Шу и Цзин Шаоцзэ отправились в свою спальню отдыхать. Как только они пришли в спальню, Цзин Шаоцзэ взял Нин Шу за руки и эмоционально сказал: - Цзинцзин, ты была на моей стороне, несмотря на всё произошедшее. Спасибо. Нин Шу нежно улыбнулась. А в её сердце были большие "Ха. Ха. Ха…" Блин. Ей действительно хотелось влепить ему пощёчину. Сейчас он говорил такие страстные слова, но посреди ночи этот сукин сын снова исчез. Нин Шу: →_→ Она достала ноутбук и открыла его. Она ничуть не удивилась, когда увидела, что Цзин Шаоцзэ вернулся в комнату Е Си. Они оба лежали на постели, Цзин Шаоцзэ с силой сжимал запястья Е Си и говорил: - Ты так сильно хочешь быть суррогатной матерью для моего отца? Ты же знаешь, что ты – моя женщина?! Е Си лишь тихо рыдала, поэтому Цзин Шаоцзэ начал терять терпение. - Скажи уже что-нибудь! - В тот момент, как только я вошла в этот дом, у меня уже не осталось дороги к отступлению. Я должна быть суррогатной матерью для вашей семьи, чтобы я могла спасти компанию моего отца. Ради денег, ради компании моего отца, я готова пойти на всё! - Ты… - Цзин Шаоцзэ был раздражён. – Почему ты такая упрямая? Если тебе дать деньги на то, чтобы разрешить кризис, с которым столкнулась компания твоего отца, ты перестанешь пытаться быть суррогатной матерью? Е Си затихла на некоторое время, а потом, всё же, ответила: - Да. - Если тебе нужны деньги, то я дам их тебе. Но посмеешь ли ты их взять? Выражение лица Цзин Шаоцзэ было расчётливым. Е Си с опаской посмотрела на него и спросила: - Что вы от меня хотите? - Будь моей любовницей. Уходи отсюда завтра. Я куплю тебе дом, и деньги, которые я тебе дам, будут считаться оплатой того, что ты будешь моей любовницей. - Цзин Шаоцзэ, перестаньте меня оскорблять! – воскликнула Е Си, пытаясь освободиться от его хватки. Цзин Шаоцзэ потянул запястья Е Си вниз, чтобы не дать ей двигаться. - Разве ты не говорила, что готова на всё ради денег? Разве ты не говорила, что готова заплатить такую цену, чтобы спасти компанию своего отца? Цзин Шаоцзэ начал угрожать Е Си. - Сама подумай, как следует. Твой отец всё ещё ждёт денег, которые его спасут. Если он их не получит, то, возможно, в завтрашней газете на главной странице будет статья о предпринимателе, который спрыгнул с крыши здания. Лицо Е Си побледнело. - Перестаньте! Не говорите больше ничего. - К тому же, мы и так уже этим занимались. Губы Цзин Шаоцзэ изогнулись в улыбке, отчего Е Си покраснела и почувствовала жар во всём теле. Выражение лица Е Си некоторое время отображало внутреннюю борьбу, но, когда она, наконец, открыла рот, она сказала: - Я могу быть вашей любовницей, но вам придётся сначала заплатить мне деньги. Я вам не доверяю. ---------- Я Хочу Развестись Е Си пришлось пойти на компромисс. На её плечах было слишком много груза, поэтому у неё не осталось выбора, кроме как пойти на компромисс. Более того, у неё были тайные чувства к Цзин Шаоцзэ. Она хотела остаться рядом с этим мужчиной, пусть даже и ненадолго. Возможно, когда Цзин Шаоцзэ от неё устанет, она сможет ужесточить своё сердце настолько, чтобы уйти от него. - Вот чек. Цзин Шаоцзэ достал заполненный чек. Он явно был уверен, что Е Си примет его условия. Е Си взяла чек и внимательно посмотрела на него, а потом кивнула и сказала: - Я уйду завтра же. - И… - Цзин Шаоцзэ поднял подбородок Е Си. – Ты ничего не расскажешь Ни Цзин об этом, ни полнамёка. Более того, тебе нельзя будет даже показываться перед Ни Цзин. Ты всегда будешь всего лишь любовницей. Даже не мечтай о том, чтобы заполучить что-то ещё. Цзин Шаоцзэ холодно посмотрел на Е Си. - Если ты нарушишь договорённость между нами, то я уничтожу компанию твоего отца. Это будет также легко, как и помочь спасти её. Е Си закусила губы. - Я поняла. - Хорошая девочка. Цзин Шаоцзэ наклонился и поцеловал Е Си в губы, а Е Си в ответ обхватила его шею руками. Нин Шу: … Иисусе. Она думала, что уже достаточно повидала в этом мире, но, похоже, есть ещё вещи, которые могут её ошеломить. Как и ожидалось, она была всё ещё слишком неопытна и всё ещё удивлялась всяким мелочам. Ха-ха, Е Си тоже очень умно разыграла свою карту. Это кто ещё кем тут воспользовался? Она явно настояла на том, чтобы остаться в этом доме, чтобы дождаться Цзин Шаоцзэ. Нин Шу сохранила видео, а потом выключила компьютер и легла спать. Изначально она думала, что Цзин Шаоцзэ будет раздавлен, когда обнаружит своё бесплодие, но он, похоже, смирился с этим и даже стал ещё более распутным. Он даже был в настроении, чтобы кувыркаться с Е Си. И всё это продолжая вести себя словно "я очень сильно люблю свою жену, так что ты даже и не мечтай о том, что станешь моей женой". Теперь Нин Шу пожалела о том, что не вонзила в него ещё одну иглу в тот раз, чтобы сделать его импотентом. На следующий день Е Си собрала свои вещи и ушла, вероятно, направляясь в тот дом, который для неё приготовил Цзин Шаоцзэ, чтобы начать жизнь тайной любовницы. Когда мать Цзин Шаоцзэ увидела, как уходит Е Си, она самодовольно улыбнулась, словно выиграла большую битву. И в то же самое время она была очень рада, что изгнала из дома этого демона чумы. Мать Цзин Шаоцзэ очень переживала, что её муж будет тайно соблазнён этой бесстыдной сукой. Эта женщина была готова соблазнить её сына ради денег, так что за деньги эта женщина наверняка сможет сделать то же самое и с её мужем. К этому времени мать Цзин Шаоцзэ уже совсем позабыла о том, как она сама использовала деньги, чтобы заставить Е Си согласиться на такой поступок. Воистину, какая мать, такой и сын. Мать Цзин Шаоцзэ повернулась, чтобы посмотреть на Нин Шу, которая ела свой завтрак. Её сердце наполнилось презрением и чувством превосходства. Что за дурочка. Эта женщина даже не осознавала, что её муж изменяет ей с другой женщиной. Нин Шу закончила пить молоко, а потом отправилась в свою комнату. Она положила свой ноутбук в сумку и прихватила пилюли Цзюсинь, после чего отправилась в свой родной дом. Когда мать Цзин Шаоцзэ увидела, что Нин Шу уходит, она спросила: - Куда ты направляешься? - Домой. Тут сейчас нет никаких слуг, поэтому много неудобств. На какое-то время я вернусь домой, - сказала Нин Шу, подняв подбородок. Она даже не удосужилась, чтобы вести себя вежливо. Мать Цзин Шаоцзэ была в ярости. - Ты всегда сбегаешь к своей семье! Разве ты не знаешь, что ты теперь член семьи Цзин? Скоро она уже больше им не будет. Нин Шу проигнорировала её и отправилась в семью Ни. Первым делом, что она сказала, когда увидела родителей семьи Ни, было: - Мам, пап, я хочу развестись. Глаза отца Ни округлились. - А чего это так внезапно? Нин Шу выбрала несколько видео, чтобы дать их посмотреть родителям семьи Ни и сказала: - Я не хочу, чтобы семье Цзин это сошло с рук. После того, как отец Ни посмотрел видео, у него тут же поднялось давление. Он смог прийти в себя только после того, как мать Ни быстро принесла ему лекарство. ---------- Суд Прислал Повестку - Вот ведь отвратительные мерзавцы! – сказал сквозь зубы отец Ни. – Развестись, ты должна развестись! Вот ведь ублюдки! Отец Ни позвонил Ни Яню, который был на работе, и сказал ему тащить свою задницу домой. Когда старший брат Ни Цзин вернулся и увидел, что отец Ни выглядит так, словно он готов разбить всё, что попадётся ему под руку, он спросил: - Что с тобой случилось? - Ты только посмотри на эту кучу ублюдков! Отец Ни подтолкнул компьютер к Ни Яню. Ни Янь поднял брови, пока смотрел видео, а потом его выражение лица начало становиться всё более странным. После того, как он закончил просмотр видео, он спросил у Нин Шу: - Откуда у тебя это? - Записала, разумеется, - ответила Нин Шу. Ни Янь сказал: - А ты довольно сильная, раз смогла смотреть на это и не заработать сердечный приступ. Это что, нечто вроде комплимента? - Мы не можем спустить с рук подобное поведение семьи Цзин. Отец Ни был так зол, что его дыхание стало прерывистым. Ни Янь посмотрел на Нин Шу и сказал: - Я думаю, что тебе нужно развестись. Оставаться в подобной семье – это слишком вредно для твоего тела. И кто знает, вдруг они потом решат сделать что-нибудь, что навредит тебе? Единственная причина, почему они пытались скрыть это от тебя – это потому, что переживали из-за семьи Ни. - Старший братец, я обязательно разведусь. Я уже нашла адвоката. Я лишь жду, пока суд вызовет Цзин Шаоцзэ, - сказала Нин Шу. Отец Ни тут же кивнул. - Разводись. Папа будет за тобой присматривать. Когда папы не станет, твой брат будет за тобой присматривать. - Тебе нужно что-нибудь от меня? – спросил Ни Янь. - Пока ничего не нужно. Материалов, которые она собрала, было достаточно, чтобы уничтожить репутацию семьи Цзин. Ей не нужно было переживать ни о чём. Всё же, статус семьи Ни был сравним со статусом семьи Цзин. Нин Шу осталась в семье Ни и мать Ни начала готовить много еды, которая нравилась Ни Цзин. Она постоянно подносила еду Нин Шу и вытирала свои слёзы. Нин Шу ела всё, что приносила мать Ни, потому что она была не придирчивой. В суровых условиях она могла есть практически всё, что угодно. Ни Янь ел медленно и изысканно. Он глянул на Нин Шу, а потом сказал: - Хорошо, что ты не стала чрезмерно реагировать на всё это. Если бы ты позволила семье Цзин заранее узнать о том, что ты в курсе их дел, то ты, возможно, даже не смогла бы вернуться к нам. У тебя и без того слабое здоровье, так что если бы с тобой что-нибудь случилось, то они могли бы просто списать это на сердечный приступ, и мы бы ничего не смогли с этим поделать. Нин Шу кивнула. А иначе зачем бы ей было всё терпеть? Если бы семья Цзин заперла её, то она бы не смогла сбежать. Это тело было слишком слабым, она бы начала задыхаться, сделав всего пару шагов от дома. Она позвонила адвокату и попросила его быстро подготовить материалы для судебного заседания, а потом спросила его, когда суд будет проводить слушание. ____________________ В данный момент Цзин Шаоцзэ был с Е Си. Он купил небольшой дом для Е Си в обычном районе. И хотя он находился довольно далеко от центра, интерьер был очень роскошным. Они как раз кувыркались в постели, когда зазвенел телефон Цзин Шаоцзэ. Как только он ответил, отец зарычал ему в трубку: - Ты где? А ну возвращайся немедленно! Суд прислал повестку. Цзин Шаоцзэ был ошарашен, но, так как это происшествие заставило его отца потерять самообладание, то это наверняка было что-то крупное. Он тут же собрался уходить. Е Си обняла талию Цзин Шаоцзэ, и Цзин Шаоцзэ нежно погладил её руки. - Мне нужно вернуться. А ты пока отдохни сегодня. Е Си сладко кивнула и смотрела на то, как Цзин Шаоцзэ уходит. Когда Цзин Шаоцзэ вернулся домой, ему в лицо вместе с пощёчиной прилетел лист бумаги. Его отец зарычал: - Взгляни на это! Ни Цзин хочет развестись с тобой и уже оформила иск! Цзин Шаоцзэ был совершенно ошеломлён, и у него ушло некоторое время на то, чтобы прийти в себя. - Какой развод? Кто хочет развестись? Цзин Шаоцзэ посмотрел на вызов в суд. Это было так неожиданно. Почему Ни Цзин внезапно захотела развестись? Не было же никаких предупреждающих знаков. Отец Цзин Шаоцзэ измождено потёр лоб. - Ни Цзин уже вернулась в родительский дом. Скорее иди и верни её. И веди себя с ней смиренно. - Если она хочет развода, то пусть разводится. У меня нет никакого желания оставлять себе такую невестку. Мать Цзин Шаоцзэ презрительно поджала губы. - Заткнись! У тебя вообще мозгов нет! – закричал на неё отец Цзин Шаоцзэ, и его выражение лица было мрачным. ---------- Увидимся в Суде Отец Цзин Шаоцзэ повернулся и закричал на Цзин Шаоцзэ: - Ты должен вернуть Ни Цзин обратно. Если ты не вернёшь её, то и сам не приходи! Цзин Шаоцзэ был немного изумлён. Он никогда не представлял себе, что Ни Цзин захочет с ним развестись. Это было тем, над чем он никогда не раздумывал, поэтому, на мгновение, он даже не смог это принять. - Иди скорее уже. В доме и так уже достаточно хаоса. Вы двое не можете развестись в такое критическое время, - поторопил отец Цзин Шаоцзэ. Цзин Шаоцзэ был не единственным, кто был ошеломлён, отец Цзин Шаоцзэ тоже был на некоторое время захвачен врасплох, когда он впервые увидел повестку в суд. Цзин Шаоцзэ развернулся и выбежал из гостиной в гараж. Он поспешно сел в автомобиль и помчался к семье Ни. Когда Цзин Шаоцзэ приехал на виллу семьи Ни и вошёл в гостиную, он увидел, что Нин Шу сидит на диване и разговаривает с матерью Ни. Она выглядела совершенно спокойной и довольной. Она совершенно не была похожа на человека, который собирается разводиться. Сердце Цзин Шаоцзэ тут же наполнилось яростью. Она что, шутки с ним шутит? Как только Цзин Шаоцзэ вошёл, взгляды всей семьи Ни повернулись к нему, а потом на их лицах появилось презрение и негодование. Отец Ни тут же встал, чтобы преподать Цзин Шаоцзэ урок. Нин Шу опустила его обратно и сказала: - Я с этим разберусь. - А ты сможешь разобраться с этим? Если нет, то я просто поколочу его, пока он не сбежит, - сказал Ни Янь, закинув ногу на ногу и откинувшись на диване. Нин Шу ухмыльнулась. Цзин Шаоцзэ почувствовал, что атмосфера была очень странной. Семья Ни выглядела так, словно они хотят сожрать его заживо. Он посмотрел на Нин Шу с обиженным выражением на лице. - Цзинцзин, что случилось? Почему ты так внезапно захотела развестись? И что мне делать, если ты уйдёшь от меня? Разве это не равнозначно тому, чтобы забирать у меня жизнь? Лицо Цзин Шаоцзэ наполнилось беспомощным потворством. - Хватит уже создавать проблемы и давай вернёмся домой, хорошо? Мы можем всё обсудить, когда вернёмся домой. Выражение лица Нин Шу было холодным, когда она тихо сказала: - Всё именно так, как есть. Мы разводимся. Увидимся в суде. - Почему? Цзин Шаоцзэ никак не мог понять. Когда он увидел холодное и безразличное выражение лица Нин Шу, он был захвачен врасплох. Ни Цзин всегда была очень мягким человеком. Её улыбка всегда была очень нежной. Но теперь она выглядела совсем иначе. Холодная аура, которую она излучала, создавала впечатление, что это совершенно другой человек. Нин Шу сказала: - Ты узнаешь, почему я хочу развестись, когда начнётся суд. Я любезно напоминаю тебе, что суд скоро начнётся. Ты уже нанял адвоката? Я тебе совершенно серьёзно говорю. Цзин Шаоцзэ раздражённо взъерошил свои волосы, а потом шагнул к Нин Шу. Нин Шу тут же отошла назад, чтобы сохранить дистанцию. - Цзинцзин, вот тебе обязательно это делать? Почему? Даже если ты хочешь приговорить меня к смерти, ты должна хотя бы предъявить обвинения. Я ни за что не соглашусь на развод без причины, - неумолимо сказал Цзин Шаоцзэ. - А мне плевать, согласен ты или нет. Я всё равно собираюсь развестись, - усмехнулась Нин Шу. Она уже заполнила исковое заявление, так какое значение имеет его мнение? Оно ничего не значит. Цзин Шаоцзэ уже больше не мог сдерживать свой гнев. - Ты чего такую шумиху подняла? Произошло столько всего, но мы же уже прошли через это. Я думал, что ты всегда будешь со мной, так почему же ты это делаешь? Если ты сейчас же мне не объяснишь всё и не пойдёшь со мной домой, тогда я не сойду с этого места. Цзин Шаоцзэ поджал губы и сел на пол, глядя на Нин Шу с жалобным выражением на лице. Когда отец Ни увидел бесстыдное поведение Цзин Шаоцзэ, он настолько разозлился, что начал указывать на Цзин Шаоцзэ пальцем и говорить, что он ублюдок, никчёмный и ёбанный развратник! В любом случае, он начал обзывать его всеми словами, которые мог вспомнить. Цзин Шаоцзэ был совершенно озадачен, а потом его выражение лица стало очень мрачным. Он действительно не понимал, что произошло. Родители семьи Ни всегда очень хорошо относились к нему, но теперь их поведение резко изменилось. Он почувствовал себя немного неуютно и начал умолять Нин Шу: - Цзинцзин, мы можем поговорить наедине? Нин Шу слабо улыбнулась. - Нет. Цзин Шаоцзэ расстроился ещё больше и начал рвать на себе волосы. Он хотел взорваться, но сдерживался. - Тогда ты должна хотя бы рассказать мне, что произошло. Ты хочешь развестись со мной, даже не говоря причины? Тебе не кажется, что это нечестно? - Нечестно? Нин Шу чуть не испортила свой благородный и хладнокровный темперамент. Цзин Шаоцзэ говорил о честности? А был ли он честен с Ни Цзин? ---------- Я Вас Не Знаю Нин Шу снова улыбнулась. - Я тебе не скажу. Цзин Шаоцзэ: … Цзин Шаоцзэ почувствовал себя совершенно беспомощным. - Цзинцзин, прошу, перестань создавать проблемы. Пойдём домой, ладно? Мы можем всё обсудить дома. Голос Цзин Шаоцзэ дрожал, когда он умолял её. Его взгляд был наполнен тоской и любовью, когда он смотрел на Нин Шу. - Если ты не вернёшься со мной, то я буду спать тут. Цзин Шаоцзэ решил рискнуть, поставив на тот факт, что его жена очень заботилась о нём, и у неё заболит сердце от жалости за него. Нин Шу улыбнулась и сказала Ни Яню: - Старший братец, звони в полицию. Скажи им, что кто-то вломился в наш дом и у нас пропала клуазонная* ваза периода Юнчжэн. Ни Янь поднял брови, а потом ухмыльнулся и стал набирать номер. Цзин Шаоцзэ был ошеломлён. Он недоверчиво уставился на Нин Шу и сказал: - Цзинцзин. Цзин Шаоцзэ не мог поверить, что его жена была такой жестокой. Она внезапно и без предупреждения стала безжалостной и бессердечной. Цзин Шаоцзэ продолжил сидеть на полу и с надеждой смотреть на Нин Шу. Нин Шу встретилась с ним взглядом, а потом нежно улыбнулась ему так, как это всегда делала Ни Цзин. Цзин Шаоцзэ тупо уставился на улыбку на лице Нин Шу. Это явно был тот же самый человек, и явно была та же самая улыбка. Однако один человек был нежным и трогательным, а другой – крайне холодным. Вид этой улыбки, в сочетании с холодным ощущением, идущим от напольной плитки, заставил Цзин Шаоцзэ задрожать. Нин Шу села на диван и стала игнорировать Цзин Шаоцзэ, который остался сидеть на полу. Вскоре послышались полицейские сирены, которые становились всё ближе и ближе. Полицейские автомобили остановились у ворот виллы. Несколько полицейских в униформе вошли в дом. Ни Янь подошёл к ним, чтобы объяснить ситуацию. - Кто вломился в дом? – спросил один из полицейских. Нин Шу указала на Цзин Шаоцзэ. - Это он. - Ни Цзин. Цзин Шаоцзэ заскрежетал зубами, глядя на Нин Шу. Его голос был полон негодования и обиды, когда он сказал: - Тебе обязательно это делать? Тебе обязательно быть настолько бессердечной? Неужели ты забыла обо всём, через что мы вместе прошли? С лёгкой улыбкой Нин Шу сказала: - Я вас не знаю. Цзин Шаоцзэ: … Цзин Шаоцзэ чуть не закашлял кровью. Возможно ли тут было вообще вести нормальную беседу? Ни Янь сказал полиции: - Пожалуйста, уведите его отсюда. Отправьте его туда, откуда он пришёл, спасибо. Полицейские подошли, чтобы увести Цзин Шаоцзэ, но Цзин Шаоцзэ внезапно вскочил и побежал в сторону Нин Шу. Ни Янь заблокировал путь Цзин Шаоцзэ и ударил его кулаком в лицо. Цзин Шаоцзэ с грохотом упал на пол, и полицейские тут же скрутили его. Цзин Шаоцзэ посмотрел на Нин Шу и закричал: - Ни Цзин, что ты пытаешься сделать? Ни Цзин! Нин Шу похлопала себя по груди и испуганной сказала: - Скорее арестуйте его! Он только что хотел напасть на меня. Цзин Шаоцзэ: Пффф… - Цзинцзин, Ни Цзин… Полиция потащила Цзин Шаоцзэ прочь. Пытаясь вырваться от них, он продолжал выкрикивать имя Ни Цзин. - Ни Цзин, я ни за что не соглашусь на этот развод. Ты разведёшься только через мой труп! – Цзин Шаоцзэ высунулся из окна автомобиля, крича: - Цзинцзин, я люблю тебя! Не делай этого со мной! Полицейские закрыли окно и крики Цзин Шаоцзэ резко оборвались. ____________________ Примечание: * Клуазонне - таким же термином во Франции стали обозначать изделия Китая с перегородчатой эмалью по фарфору, меди или латуни (китайское название хуафалань — цветная, красочная эмаль). Однако китайские мастера в средневековье практиковали, как и европейские, в основном выемчатую эмаль, поэтому китайские перегородчатые эмали, привозимые в Европу торговцами голландской и английской Ост-Индской компаний, сами возникли под влиянием французских изделий (как и краски для росписи фарфора), которые привозили в страны Востока те же торговцы. Отсюда закономерность французского названия техники. Но именно китайские, а затем японские и корейские мастера, достигли в этом искусстве высочайшего уровня благодаря тонкости цветовых сочетаний и изысканности рисунка. Самые изящные образцы относятся ко времени правления династии Мин (1368—1644). [[image:/storage/reader-images/1c1cee07947054fe5e6aff66c5dff76852d06707.jpg]] ---------- Это Нормально Для Нашего Социального Слоя Как только Цзин Шаоцзэ увели, в гостиной сразу же стало гораздо тише. Нин Шу тяжело вздохнула. Слава богу, он, наконец-то, свалил отсюда. - У тебя всё хорошо? – спросил отец Ни. Нин Шу кивнула. - Я в порядке. Я уже приняла своё решение, уже больше не чувствую боль, и я не буду колебаться. Я точно разведусь. Ни Янь посмотрел на Нин Шу и сказал: - У Цзин Шаоцзэ ещё остались к тебе кое-какие чувства. Он просто хочет взять лучшее от двух миров. Подобные вещи вполне нормальны для нашего социального слоя. Просто это зависит от того, можешь ты с этим смириться или нет. Нин Шу искоса посмотрела на него. - Он хочет взять лучшее от двух миров? Да я лучше предпочту всё доломать, чем продолжать это лицемерное притворство. И ты говоришь, что подобное – вполне нормальное явление? Тогда, братец, почему же я не вижу, чтобы ты делал нечто подобное? Я никогда не видела, чтобы ты путался с женщинами. Я ни за что не соглашусь терпеть нечто подобное. Ты только посмотри на то, что спланировала семья Цзин! Они хотели, чтобы я воспитывала чужого ребёнка, чтобы у тебя появился "законный" племянник, который будет не только наследником семьи Цзин, но ещё и наследником нашей семьи, - холодно сказала Нин Шу. Ни Янь сказал: - Раз ты уже приняла решение, тогда ты должна действовать быстро и решительно. Не надо поднимать большую шумиху, а потом всё равно говорить, что ты скучаешь по нему. - Не волнуйся, старший братец. Если я вернусь в семью Цзин после того, как они обращались со мной подобным образом, тогда это будет означать, что я совершенно безмозглая, - сказала Нин Шу. - У нашей семьи были кое-какие деловые сотрудничества семьёй Цзин, но теперь мы их отменим, - сказал Ни Янь. – Тебе бы лучше потом не страдать из-за этого. Страдать? Из-за чего? Цзин Шаоцзэ отвезли в полицейский участок и допросили. Когда они выяснили, что это была всего лишь ссора между женатой парой, они отпустили Цзин Шаоцзэ. Выражение лица Цзин Шаоцзэ было крайне мрачным. Когда он вернулся домой, он надолго замешкался у двери, не смея открывать её. В итоге, он всё равно вошёл. В гостиной ярко горел свет. После той поездки в полицейский участок, на улице уже начало темнеть. Родители Цзин Шаоцзэ ещё не ушли спать и сидели на диване, ожидая его возвращения. - Мам, пап, - устало сказал Цзин Шаоцзэ. Когда отец Цзин Шаоцзэ увидел, что его сын вернулся один, его брови взметнулись вверх. У него уже было дурное предчувствие. - Как так вышло, что ты вернулся один? Голова Цзин Шаоцзэ поникла ещё больше, и он ничего не сказал. - Что там произошло? – поспешно спросил отец Цзин Шаоцзэ. – Говори уже! Ни Цзин не вернулась с тобой? Разве я не говорил тебе вернуть её? - Ты можешь нормально разговаривать со своим сыном? Разве ты не видишь, как он устал? – сказала мать Цзин Шаоцзэ, и на её лице отразилась душевная боль за сына. У Цзин Шаоцзэ не осталось иного выбора, кроме как объяснить, что произошло в семье Ни. Выражение лица отца Цзин Шаоцзэ становилось всё мрачнее и мрачнее по мере того, как он слушал рассказ. - Ни Цзин даже вызвала полицию, чтобы прогнать тебя? - Что? Как она посмела сделать такое с тобой? – голос матери Цзин Шаоцзэ дрожал от ярости. Жена вызывает полицию, чтобы арестовать своего мужа? Это что ещё за абсурдное поведение! Она же была калека! Она должна радоваться тому, что удостоилась чести войти в семью Цзин, но она всё равно посмела совершить нечто подобное! Отец Цзин Шаоцзэ понял, что отношениям между двумя семьями пришёл конец. Семья Ни сказала полиции арестовать Цзин Шаоцзэ, даже не предупредив их семью. Люди их социального слоя больше всего беспокоятся о своей репутации. Даже если они и ссорились, то они всё равно придерживались учтивого поведения. Они не могли просто так резко рассориться. Отец Цзин Шаоцзэ потёр свой лоб и встал, чтобы позвонить. Однако его накрыло головокружением, и он упал обратно на диван. - Дорогой! – мать Цзин Шаоцзэ встревожилась и поспешно спросила у него: - Ты в порядке? - Пап. Цзин Шаоцзэ тоже посмотрел на него с беспокойством. Отец Цзин Шаоцзэ небрежно отмахнулся и сказал: - Дайте мне телефон. Я позвоню этому старикану из семьи Ни. ---------- Личный Привет Всем 18 Поколениям Цзин Шаоцзэ принёс телефон своему папе, и он позвонил отцу Ни. Как только тот взял трубку, отец Цзин Шаоцзэ сказал: - Лао Ни, я – отец Шаоцзэ… Как только он сказал, кто он, отец Ни тут же обрушил на отца Цзин Шаоцзэ поток проклятий. Словно он намеревался лично проклясть все восемнадцать поколений семьи Цзин. Отец Ни всегда чувствовал, что подвёл свою дочь, не дав ей хорошего здоровья, поэтому он всегда старался защищать её. Раньше Цзин Шаоцзэ ему нравился, потому что Цзин Шаоцзэ, казалось, очень хорошо заботился о его дочери. Вот почему он дал такое же количество свадебных подарков, сколько получил сам в качестве приданого. Но они, оказывается, так плохо относились к его дочери и даже хотели, чтобы она воспитывала чужого ребёнка. Такое издевательство недопустимо! Они не проявляли никакого уважения к семье Ни, раз им хватило наглости попробовать обмануть семью Ни подобным образом! Отец Цзин Шаоцзэ не мог вставить ни единого слова. После того, как отец Ни закончил его проклинать, он тут же повесил трубку. Отец Цзин Шаоцзэ вздохнул. Похоже, что семья Ни была решительно настроена на развод. Цзин Шаоцзэ посмотрел на своего отца. - Пап. Отец Цзин Шаоцзэ посмотрел на Цзин Шаоцзэ и сказал: - Мы должны приготовиться к худшему. Похоже, что семья Ни решительно настроена на развод. - Я не хочу разводиться с Ни Цзин, - сказал Цзин Шаоцзэ. Отец Цзин Шаоцзэ гневно уставился на него. - Даже если они хотят разводится, мы должны сохранить права и интересы семьи Цзин. Нужно вернуть акции компании. Цзин Шаоцзэ выглядел немного удручённо. Он никак не мог прийти в себя. - Почему Ни Цзин захотела развестись? Отец Цзин Шаоцзэ глянул на свою жену, а потом на своего сына. Он прищурился и сказал: - Возможно, Ни Цзин узнала о том, что произошло между Шаоцзэ и той суррогатной матерью. - Не может быть! Я старательно всё скрыл от неё. Она никак не могла узнать, - возразил Цзин Шаоцзэ. – А даже если бы она узнала, то она бы не смогла не поднять шумиху, но она никогда об этом не говорила. Она никогда даже не спрашивала об этом. Отец Цзин Шаоцзэ замолчал на мгновение, а потом, наконец, сказал: - Как бы там ни было, мы должны забрать тот один процент акций. Если она откажется их возвращать, тогда мы не будем соглашаться на развод. Цзин Шаоцзэ плотно сжал губы. Он не хотел разводиться. Они с женой всегда хорошо ладили. Когда он был с Ни Цзин, ему было очень спокойно и уютно. Это было совершенно иначе, по сравнению с интенсивной страстью, которую он чувствовал, когда был вместе с Е Си. Цзин Шаоцзэ рухнул на диван, чувствуя измождение. Все эти события, которые случились с ним за последнее время, оставили его очень измученным и на грани развала на части. С тех пор, как Е Си пришла в семью Цзин, всё начало выходить из-под контроля. Если бы не её прибытие, то он бы и не узнал, что он бесплодный. А теперь, после того как ему, наконец-то, удалось собраться, перед ним встал вопрос развода. Возможно, он не сможет с этим справиться. Иногда Цзин Шаоцзэ не совсем контролировал свои эмоции. Он уже больше не был спокойным и уверенным, как прежде. Как может бесплодный мужчина сохранять какую-либо самоуверенность? Если бы он мог выбирать, то он бы предпочёл провести всю свою жизнь с Ни Цзин и никогда не узнать об этом. Таким образом он бы даже получил хорошую репутацию за любовь к своей жене. И у него не было бы детей потому, что его жена не может иметь детей. Как жаль, что этого с ним не случилось. В этот момент у Цзин Шаоцзэ зазвенел телефон. Он взял трубку и увидел, что это была Е Си, которая звонила спросить его, придёт ли он сегодня вечером к ней. В данный момент Цзин Шаоцзэ был очень взволнован и считал всех лишь помехой. Его даже собственная мать раздражала. Он немного презирал её за то, что она настояла на поиске суррогатной матери и за то, что она заставила его переспать с Е Си. Е Си его тоже раздражала. Если бы не она, то этого всего бы не случилось. Он злился и на Ни Цзин. Как эта женщина могла быть такой бессердечной и решить просто развестись с ним? Она была совершенно безжалостна к нему и даже вызвала полицию! ---------- Тронуть Нин Шу Свой Искренностью Сердце Цзин Шаоцзэ сейчас было полно недовольства, поэтому звонок Е Си пришёлся на крайне неудачное время. - Ты там что, умрёшь без меня? – раздражённым голосом взревел Цзин Шаоцзэ. – Сиди дома и никуда не выходи! Я к тебе не приду ещё некоторое время! Затем Цзин Шаоцзэ повесил трубку. На другом конце Е Си держала телефон, совершенно захваченная врасплох. Её лицо сморщилось, а из глаз потекли слёзы. Она была любовницей без какого-либо достоинства, любовницей, которую можно было призывать и прогонять по желанию. Цзин Шаоцзэ всегда обращался с ней так, словно она была расходным материалом, но она влюбилась в этого бессердечного мужчину. Вся семья Цзин была очень взволнована, но Нин Шу жила очень комфортно. В семье Ни она могла делать всё, что ей хочется и спать сколько угодно. Ей не приходилось каждое утро спускаться вниз вместе с Цзин Шаоцзэ, как это было в семье Цзин. В то время, если она не вставала вовремя, то мать Цзин Шаоцзэ начинала жаловаться, что она ленивая и валяется в постели несмотря на то, что её муж уже проснулся. Более того, теперь она могла ходить, куда хочет. Это была поистине роскошная и беззаботная жизнь. Родители семьи Ни очень хорошо к ней относились, так как боялись, что она будет грустить из-за развода. Когда Нин Шу увидела, с какой любовью относятся к ней родители семьи Ни, она решила, что изначальный хост должна вернуться. Всё же, у неё была семья, которая так сильно о ней заботилась. И было бы неплохо, если бы она вернулась и провела ещё немного времени с родителями семьи Ни. Ей не нужно было отказываться от своей чудесной жизни только из-за Цзин Шаоцзэ, из-за совершенно несущественного человека. Дата судебного заседания была определена. Оно начнётся через полмесяца. Цзин Шаоцзэ приходил к дому семьи Ни каждый день, чтобы найти Нин Шу и ясно заявить о своей позиции. Он говорил, что он ни за что не согласится на развод. Он делал всё, чтобы спасти этот брак. Нин Шу даже не впускала Цзин Шаоцзэ в дверь. Если он хочет орать у ворот, то спокойно может это делать. Она закрыла окна и шум тут же уменьшился. Сейчас была середина лета, поэтому снаружи было крайне жарко. Нин Шу чувствовала себя очень хорошо, наслаждаясь прохладным воздухом из кондиционера в закрытом помещении. Цзин Шаоцзэ всё кричал снаружи, пока его рот не пересыхал. Лучи солнца жарили так беспощадно, что он уже был на грани того, чтобы начать дышать, как собака. Однако он был настойчив и продолжал приходить к семье Ни каждый день, пытаясь тронуть Нин Шу своей искренностью. Но Нин Шу, которая тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства и наслаждалась прохладным воздухом, ничего об этом не знала. Какая искренность? Побегав так несколько дней подряд, Цзин Шаоцзэ всё же упал в обморок. У него был тепловой удар. Отец Ни позвонил отцу Цзин Шаоцзэ и прямо сказал: - Ваш сын упал в обморок. Если вы не приедете и не заберёте его, то я выброшу его посреди дороги. Если его переедут, то это будет ваша проблема. Отец Цзин Шаоцзэ, конечно же, был в курсе того, чем занимался Цзин Шаоцзэ. Однако он позволил Цзин Шаоцзэ продолжать заниматься этим и делать из себя дурака. К этому времени отец Ни уже был крайне решительно настроен провести черту между своей семьёй и семьёй Цзин. Они были просто слишком отвратительными. Цзин Шаоцзэ забрали домой и положили под капельницу, чтобы он больше не мог устраивать сцены перед семьёй Ни. Цзин Шаоцзэ снова стал свидетелем безжалостности Нин Шу. С самого начала и до конца она ни разу не показала своего лица. Он упал в обморок от теплового удара, но она не сказала ни единого слова. Как человек может так быстро измениться? - Твоё сердце не болит? – спросил Ни Янь, глядя на Нин Шу. – Он приходит сюда каждый день, разве ты не тронута? Нин Шу усмехнулась: - Мужчины просто любят использовать такие трюки, чтобы заставить женщин чувствовать душевную боль за них и идти на компромисс. Ни Янь поднял брови. - Говорят, что сердце мужчины словно железо, но, когда сердце женщины становится жёстким, она тоже может стать довольно безжалостной. Нин Шу слегка поджала губы в презрительной ухмылке. Каким бы ни был мужчина и что бы он ни делал – это нормально, но стоит только женщине стать немного более решительной и что-то сделать, как её тут же обзывают безжалостной и бессердечной? ---------- 200 Миллионов Юаней В день судебного заседания Нин Шу прибыла в суд вместе с семьёй Ни. Она встретилась у входа с семьёй Цзин и увидела, что Цзин Шаоцзэ изрядно похудел. Его кожа тоже стала заметно темнее. Недавно, чтобы продемонстрировать свою искренность, он ждал у её дома под палящими лучами летнего солнца, поэтому стал гораздо более загорелым. Из-за этой тёмной кожи он совсем не выглядел утончённым и изысканным. Он вообще больше не казался красавчиком. Когда Цзин Шаоцзэ увидел Нин Шу., он открыл рот, но не знал, что сказать. Наконец, он закрыл свой рот и просто уставился на Нин Шу с возмущением. - Ни Цзин, как ты можешь так поступать? – сказала мать Цзин Шаоцзэ и посмотрела на Нин Шу. – Если ты хочешь развестись, то просто разводись. Зачем поднимать такую большую шумиху? Мать Цзин Шаоцзэ увидела, что вокруг собралось много репортёров, поэтому она бросила на Нин Шу гневный взгляд. Губы Нин Шу изогнулись в улыбке. - Это не я позвала этих репортёров. Эти репортёры были словно коты, которые почувствовали запах рыбы. Они всегда были поблизости, так как скандалы богатых семей были их любимой темой. Во время свадьбы Цзин Шаоцзэ и Ни Цзин, бесчисленные репортёры делали снимки и называли это свадьбой столетия. Однако времена изменились. В конечном счёте, брак Цзин Шаоцзэ и Ни Цзин продлился лишь пять лет. Он развалился, даже не достигнув "зуда седьмого года"*. - Ты должна быть благодарна, что кто-то вообще захотел взять в жёны такую женщину, как ты, - с презрением сказала мать Цзин Шаоцзэ. Мать Ни впала в ярость. - Что вы сказали? Думаете, что люди захотят кого-то вроде вашего сына? Он даже не может иметь детей, но тратит всё своё время на то, чем занимаются только животные. Должно быть, я была тогда слепой, раз решила, что вы будете хорошей свекровью. - Животное? Вы называете моего сына животным? – глаза матери Цзин Шаоцзэ округлились, а потом она яростно уставилась на мать Ни. – А ну-ка повторите! Этот спор привлёк внимание репортёров, и они тут же начали делать снимки. Отец Цзин Шаоцзэ притянул к себе свою жену и начал тихо её отчитывать. - Хватит, перестань создавать проблемы. Отец Цзин Шаоцзэ посмотрел на отца Ни. - Старик Ни, важно быть разумными, чтобы решать проблемы как полагается. Если вы настаиваете на том, чтобы продолжать раздувать всё это, то пути назад уже не будет. Вы точно готовы стать нашими врагами? Отец Ни небрежно ответил: - Ну, значит будем врагами. Зрачки отца Цзин Шаоцзэ расширились, а его брови плотно нахмурились от беспокойства. Дверь в суд открылась и Нин Шу вошла первая со своим адвокатом. Остальные последовали за ней. Судья и присяжные вошли в зал и начали заниматься досудебными процедурами. Наконец, заседание суда было официально объявлено открытым. Нин Шу села на место истца, вдалеке от Цзин Шаоцзэ, который сидел на противоположной стороне, на месте ответчика. Семья Цзин и семья Ни сидели в зоне для зрителей. Там также было множество журналистов. Защитник Нин Шу сразу потребовал, чтобы Цзин Шаоцзэ согласился на развод и выплатил 200 миллионов юаней компенсации Ни Цзин за причинённый ей моральный ущерб. Как только адвокат сказал это, весь зал суда затих. Слышался лишь звук репортёров, делающих фотографии. Цзин Шаоцзэ тупо уставился на Нин Шу. - Ты хоть понимаешь, что говоришь? 200 миллионов юаней? Нин Шу улыбнулась. Её улыбка была очень нежной, когда она сказала: - Конечно. Это требование вполне разумное, потому что ты – виновная сторона. В то же время я обвиняю тебя в посещении проститутки. Нин Шу достала USB-флешку. - Все доказательства тут. Я записала каждый раз, когда ты делал это дома, не пропуская и дня. В этих доказательствах также содержится беседа, в которой твоя мать принуждает Е Си к проституции. Она заставляла женщину быть проституткой под предлогом суррогатной беременности, - с улыбкой сказала Нин Шу. Е Си принимала деньги от матери Цзин Шаоцзэ, так как в этом вопросе присутствовали деньги, то это была проституция. Какими бы красивыми словами это не описывать, это всё равно была проституция. Эта грань обычно была довольно расплывчатая, поэтому не всё обязательно должно быть проституцией, но Нин Шу настояла на том, чтобы повесить на это происшествие такой ярлык. Иметь связь на стороне, это ерунда, но если она свяжет это дело с общественной безопасностью, тогда оно тут же станет очень большим делом. Цзин Шаоцзэ получил тогда очень много удовольствия, так что теперь ему нужно быть готовым к тому, чтобы заплатить цену. Потери 200 миллионов юаней должно быть достаточно, чтобы заставить семью Цзин почувствовать немалую боль. Однако они не казались такими расстроенными, когда давали Е Си десять миллионов за то, чтобы она была любовницей. ____________________ Примечание: Зуд седьмого года – знаменитый фильм с участием Мерлин Монро. Знаменитый, в основном, сценой, где она стоит на вентиляционной решётке и поток воздуха развевает её платье. По сюжету главный герой, живущий в браке уже семь лет, остаётся на лето в городе, в то время как его жена и сын уезжают на каникулы. Он знакомится с героиней Мерлин Монро, живущей на верхнем этаже, и они вместе гуляют, ходят в кино и общаются. Богатое воображение рисует ему не только сказочные картины завоевания сердца соблазнительной красавицы, но и унизительные сцены разоблачения женой его неверности. В итоге, у героя сдают нервы и он, взяв на работе отпуск и предоставив квартиру в распоряжение девушки, уезжает к жене и сыну. ---------- Как Ты Могла Так Поступить Со Мной? Нин Шу передала USB-флэшку присяжному, так как на ней содержалась важная информация. Присяжный вставил USB-флэшку в компьютер и включил видео. Весь зал суда наполнился звуками, идущими с компьютера. Там показывалась беседа матери Цзин Шаоцзэ с Е Си, когда она говорила Е Си переспать с её сыном и поскорее забеременеть. Она даже сказала, что когда ребёнок родится, это будет ребёнок Ни Цзин, и Ни Цзин будет его воспитывать. Таким образом, ребёнок будет наследником семьи Цзин, и будет иметь богатую семью по материнской линии. А ещё там была запись про деньги, которые Цзин Шаоцзэ дал Е Си, чтобы та была его любовницей. Семья Ни уже видела эти видео раньше, но их лица всё равно покраснели от гнева, когда они услышали эти бесстыдные слова. Репортёры в зале суда начали сходить с ума. Они никогда не представляли, что они столкнутся с такой кровавой суррогатной драмой. Подобный скандал среди аристократов привлечёт больше всего читателей. Семья Цзин была в шоке. Брови отца Цзин Шаоцзэ плотно нахмурились, и он выглядел так, словно в этот момент сильно постарел. Он провёл половину своей жизни доминируя в деловом мире, и никогда не ожидал, что будет побеждён женщиной-калекой. Отец Цзин Шаоцзэ никогда не заботился о Ни Цзин, так как считал, что эта женщина не сможет создать большую волну. Однако, его момент беспечности стал результатом того, что вся ситуация полностью вышла из-под его контроля. Цвет лица матери Цзин Шаоцзэ постоянно менялся. Когда она увидела, что репортёры продолжают её фотографировать, её сердце наполнилось ненавистью к Нин Шу. Цзин Шаоцзэ не мог в это поверить. Он уставился на Нин Шу, словно она была ему совершенно незнакомым человеком. - Как ты могла? Как ты могла так поступить? Как ты могла так поступить со мной? Цзин Шаоцзэ всегда чувствовал, что он всё ещё любит Ни Цзин, поэтому сейчас он чувствовал себя так, словно его предали. Выражение лица Нин Шу было безразличным. - Ну, а как ты мог поступить так со мной? Цзин Шаоцзэ озлобленно дёрнул себя за волосы. - Но ты мне ничего не говорила! Ты, ты… - А зачем я должна была тебе говорить? Какой смысл был спорить? Гораздо лучше нанести один фатальный удар. Нин Шу прекрасно понимала, что её здоровье не очень хорошее. Если окажется так, что семья Цзин её убьёт, то её задание будет провалено. Если честно, то у неё появился шанс записать эти видео только потому, что семья Цзин совершенно не брала во внимание Ни Цзин. Если бы они обращали на неё чуть больше внимания и были чуть более осторожны, то Нин Шу было бы гораздо труднее добыть такие доказательства. - Я требую отсрочки, - сказал Цзин Шаоцзэ сквозь стиснутые зубы. Всё его тело дрожало. Нин Шу тихо сказала: - Я отказываюсь от примирения. Я буду обжаловать это до конца. - Ты… Цзин Шаоцзэ больше не мог контролировать свои эмоции и вскочил на ноги. Он указал пальцем на Нин Шу и закричал: - Вот обязательно тебе быть такой? Когда обе стороны пострадают из-за этого бардака, думаешь, тебе будет хорошо? Нин Шу кивнула. - Мне будет очень хорошо. До этого тебе было хорошо, так что теперь моя очередь. - Ты…. Выражение лица Цзин Шаоцзэ было очень зловещим, а его губы были почти фиолетовыми от ярости. Всё его тело трясло как от гнева, так и от страха. Когда адвокат Цзин Шаоцзэ увидел, насколько эмоционально взволнованным был Цзин Шаоцзэ, он тут же заговорил: - Судья, мой ответчик попросил об отсрочке. Мой ответчик сейчас не в очень хорошем состоянии, поэтому я умоляю судью сделать перерыв. Судья стукнул своим молотком: - Перерыв на час. Мать Ни тут же принесла воды Нин Шу. - Вот, выпей скорее. ---------- Женщину Вроде Тебя - Ты справишься? – спросил Ни Янь. - Я в порядке. Хоть она и запыхалась немного после того, как говорила так много, присутствие в суде не требовало, чтобы она спорила, поэтому это не было проблемой. - Ни Цзин, ты – жадная, злобная женщина! Ты действительно хочешь 200 миллионов? Думаешь, твоё сломанное тело стоит 200 миллионов?! – закричала на Нин Шу мать Цзин Шаоцзэ. – Семья Цзин, должно быть, собрала неудачу восьми поколений предков, раз взяла тебя в жёны! Ты просто бьёшь ножом в спину! Да кто посмеет взять в жёны такую женщину, как ты? - А что насчёт тех гадких вещей, которые делали вы? Семья Цзин взяла в жёны женщину, которая вела себя как сутенёр, и считала свой дом борделем. Заполучить такую женщину – это наверняка накопленная неудача за ещё восемь поколений предков, - неторопливо ответила Нин Шу. Сладко улыбнувшись, Нин Шу добавила: - Ах, да, ваш сын больше не может иметь детей, так что ваш муж тоже ищет суррогатную мать. Я надеюсь, что вам не попадётся такая суррогатная мать, как Е Си. Всё же, не так-то просто сделать ребёнка естественным образом. - Ты… Мать Цзин Шаоцзэ так разозлилась, что её лицевые мускулы дрожали. Она указала на Нин Шу. - Ты злобная дрянь с острым языком! Мать Цзин Шаоцзэ подняла руку, чтобы влепить пощёчину Нин Шу, но Ни Янь поймал её за запястье и откинул руку. - Думаете у вас есть право бить члена моей семьи? - Хватит уже поднимать шумиху! – завопил отец Цзин Шаоцзэ с мрачным выражением лица. Накричав на свою жену, он посмотрел на Нин Шу и сказал: - Это была моя вина. Как главу семьи, это меня нужно винить за то, что произошло нечто подобнее. - Вы знали об этом, но молча согласились на это, - тихо сказала Нин Шу. – Я просто была дурочкой для семьи Цзин, дурочкой, с которой вы все трое играли. Я не отступлю в этом вопросе. Я хочу сертификат на развод и 200 миллионов в качестве компенсации морального вреда. Цвет лица отца Цзин Шаоцзэ стал уродливым, и он холодно сказал: - Ты действительно отказываешься забыть об этом? - Мы отказываемся! Зачем ты пытаешься запугать мою дочь? Мы будем сражаться за этот иск до конца! – отец Ни утянул Нин Шу себе за спину. – Не забывай, что это твой сын виновен в посещении проститутки. Тебе нужно быть готовым к тому, что его посадят как минимум на три месяца. Я говорю тебе здесь и сейчас, что мы ни за что не забудем об этом. Если дойдёт до этого, то пусть нас обоих уничтожит. Отец Цзин Шаоцзэ и отец Ни гневно уставились друг на друга. - Ты только взгляни на ту чудесную идею, которую придумала твоя жена. Она хотела, чтобы какой-то незаконнорожденный сын стал наследником семьи Цзин и, возможно, даже наследником семьи Ни? Какая причудливая идея! Пусть продолжает мечтать! – озлобленно сказал отец Ни. Отец Цзин Шаоцзэ потёр свой лоб, а его цвет лица стал очень плохим. Он посмотрел на Нин Шу и сказал: - Мы можем согласиться на развод и выплатить тебе 200 миллионов юаней, но ты должна вернуть нам акции нашей компании. Когда отец Цзин Шаоцзэ сказал слова "200 миллионов юаней", его губы дрожали. Достать так внезапно 200 миллионов юаней – это было слишком много для того, чтобы семейное предприятие легко от этого оправилось. Нин Шу нежно улыбнулась и сказала: - Те акции были моей добрачной собственностью, поэтому они принадлежат мне. У вас нет права требовать их вернуть. Чтобы продемонстрировать свою искренность, семья Цзин передала один процент акций семье Ни. Потом отец Ни передал их Ни Цзин. На записях о передаче акций тоже было написано имя Ни Цзин. В самом начале, отец Цзин Шаоцзэ захотел расширить свой канал продаж через семью Ни, и его сыну очень понравилась Ни Цзин, поэтому он тогда воспользовался ситуацией. Он обменял один процент акций на прибыльную и крупную возможность сотрудничества с семьёй Ни. Он позволил Ни Цзин спокойно сохранить эти акции, когда узнал, что Ни Цзин выходит замуж вместе с этим акциями. - К тому же, я уже продала эти акции кое кому, - небрежно ответила Нин Шу. Цвет лица отца Цзин Шаоцзэ помрачнел, но Нин Шу полностью его проигнорировала. - Я продала их директору Ли. К этому времени директор Ли, наверное, собрал уже очень много акций. - Я ни за что не соглашусь на развод, - Цзин Шаоцзэ с отвращением уставился на Нин Шу. – Ты же знаешь амбиции директора Ли, и всё равно продала ему акции? Ни Цзин, ты слишком ужасная! Естественно, Цзин Шаоцзэ знал о ситуации в своей компании. Директор Ли обладал почти таким же количеством акций, как и семья Цзин. Вероятно, ему потребуется ещё немного, чтобы перехватить компанию у семьи Цзин. Когда Цзин Шаоцзэ выяснил, что Нин Шу продала акции директору Ли, их самому главному сопернику, в нём исчезли последние капли нежности, которые он чувствовал к своей жене. ---------- Не Волнуйся, Я Буду Ждать Тебя Цзин Шаоцзэ понял, что Ни Цзин никогда не считала себя частью семьи Цзин, вот почему она смогла сделать нечто столь отвратительное. - Я действительно ошибался в тебе. Ни Цзин, если ты меня ненавидишь, то можешь просто отомстить мне! Ты вообще думала о возможности того, что компания окажется в руках директора Ли? Всё лицо Цзин Шаоцзэ перекосило. Нин Шу нежно улыбнулась. - А какое отношение это имеет ко мне? Цзин Шаоцзэ счёл улыбку на лице Нин Шу крайне извращённой. Он всегда больше всего любил улыбку Ни Цзин. Она была нежной и мягкой, умеренной, но очень красивой. Это всегда было трогательное зрелище. Но теперь ему хотелось лишь сорвать это лицо, чтобы выместить свой гнев и ненависть. - Я скорее умру, чем разведусь. Посмотрим, кто из нас продержится дольше! – озлобленно сказал Цзин Шаоцзэ. – Мы можем лишь страдать вместе. Нин Шу ничуть не изменилась в лице и просто пожала плечами со словами: - Меня это устраивает. Если не сработает сегодня, то мы можем подождать до завтра. Если не хватит недели, я могу подождать месяц. Месяц, полгода, год? Мне действительно всё равно. Я буду только рада продолжить этот бой с тобой. В любом случае, мне не нужно работать, так как мои родители и мой брат меня кормят. У меня полно времени. После этого Нин Шу тихо добавила: - С другой стороны, тебе придётся пройти через заключение как минимум в полмесяца. Но ты не волнуйся, я буду ждать тебя. Я буду ждать твоего возвращения, чтобы мы могли развестись. Ох, и твоя мама заставляла кого-то заниматься проституцией, так что ей тоже грозит уголовное задержание. К тому времени, как Нин Шу закончила говорить, лица всей семьи Цзин уже были совершенно пепельно-серыми. Мать Цзин Шаоцзэ прижала руку к груди, словно у неё сейчас случится сердечный приступ. - Ты правда настаиваешь на том, чтобы сделать это? – отец Цзин Шаоцзэ посмотрел на Нин Шу. – Разве ты не думала о том, что это плохо скажется на твоей репутации? Если ты это сделаешь, то кто посмеет жениться на тебе после того, как ты разведёшься? Людям свойственно ошибаться, так что тебе нужно быть более всепрощающей. Очень важно не заходить слишком далеко в своих действиях, чтобы в будущем не сталкиваться с неловкими повторными встречами. - А разве все женщины должны выходить замуж? – тихо спросила Нин Шу. – Я прекрасно могу жить и не выходя замуж. Я могу ходить куда захочу и делать, что захочу, и когда захочу. У меня будет свободная жизнь без оков. Мне не придётся сталкиваться с такими отвратительными родственниками мужа, как вы, и постоянно скромно сидеть в вашем доме. Мне не будет изменять мой муж, и не будет говорить мне смириться с этим. И, что мне больше всего нравится, мне не придётся высказывать дочернее почтение свёкру и свекрови, которые и дня меня не растили. - Ты… Отец Цзин Шаоцзэ был захвачен врасплох и он не смог вымолвить больше ни слова. Вскоре, часовой перерыв закончился. Нин Шу отказалась отступать и потребовала компенсацию в 200 миллионов юаней за нанесённый ей моральный ущерб. Тем временем, Цзин Шаоцзэ был решительно настроен на то, чтобы не разводиться. С этим иском было связано большое количество денег и, к тому же, истец и ответчик отказывались отступать от своих решений, поэтому данное дело оказалось в полном тупике. У суда не осталось иного выбора, кроме как временно отложить слушание и подождать некоторое время. В то же самое время это даст двум семьям время на переговоры. Развод был отложен, но осталось ещё преступление Цзин Шаоцзэ о посещении проститутки. Он был обвинён в нарушении общественного порядка и приговорён к штрафу и уголовному задержанию. Мать Цзин Шаоцзэ тоже арестовали за домогательство. Естественно, отец Цзин Шаоцзэ не мог позволить, чтобы его жену и сына арестовали. Он заплатил штраф и залог за то, чтобы их выпустили. Репортёры торопливо делали снимки. Завтрашние газеты будут заполнены статьями о скандале и семья Цзин станет печально известной. В частности, мать Цзин Шаоцзэ была поистине редким чудом. Репортёры были изрядно разочарованы тем, что суррогатная мать не пришла, но они вскоре смогли накопать информацию о Е Си, основываясь на уликах. СМИ называли Е Си самой дорогой суррогатной матерью в мире. Е Си стала любовницей Цзин Шаоцзэ, поэтому единственное, что она делала каждый день – это ждала его прихода. Она ничего не знала о произошедшем. Она узнала об этом только когда её семья позвонила ей и она была совершенно захвачена врасплох. Она никогда не представляла себе, что жена Цзин Шаоцзэ тайно снимала всё, что происходило между ней и Цзин Шаоцзэ. Когда они вернулись домой, отец Ни сказал Нин Шу: - А разве компенсация в 200 миллионов юаней, это не слишком много? Как по мне, то важнее всего – это развестись. - Всё в порядке. Они не смогут долго продержаться, - тихо сказала Нин Шу. ---------- Не Так Легко Принять Это был ужасный скандал для семьи Цзин и каждый раз, когда они будут ходить в суд, этот скандал снова будет освещаться. Чем дольше они затягивают всё, тем больше ущерба понесёт их репутация. Это также позволит амбициозным людям в компании, вроде директора Ли, заполучить больше власти. Этот скандал будут постоянно вспоминать и СМИ продолжат с энтузиазмом следить за ним. Пострадает от этого только семья Цзин. Это даже повлияет на действие их компании и на цены их акций. Как только Цзин Шаоцзэ успокоился, он тоже осознал, что его семья больше всего пострадает, если они затянут с разводом. В суде он был в такой ярости, что вся кровь прилила к его голове, отчего он и сказал, что никогда не согласится на развод. Цзин Шаоцзэ был бизнесменом. Даже в самых невыгодных ситуациях ему нужно было обеспечить минимальные потери. Поэтому они никак не могли заплатить Ни Цзин 200 миллионов юаней за моральный ущерб. Как смеет она просить 200 миллионов? С какой стати она вообще может стоить 200 миллионов? Цзин Шаоцзэ тоже подсознательно смотрел свысока на Ни Цзин из-за её болезни. Цзин Шаоцзэ хотел поговорить с Нин Шу, но Нин Шу не обращала на него внимания. Она просто заблокировала его во всех мессенджерах и звонках. У Цзин Шаоцзэ не осталось иного выбора, кроме как найти кого-то, кто будет находиться поблизости от семьи Ни и докладывать ему о том, когда Нин Шу выйдет за дверь. Таким образом, он сможет с ней встретиться. Нин Шу периодически выходила на прогулку. Не может же человек всё время сидеть взаперти. Но, стоило ей только выйти, как Цзин Шаоцзэ начинал следовать за ней, говоря, что он хочет обсудить вопрос компенсации за моральный ущерб. Цзин Шаоцзэ говорил, что он согласен на развод, но он никак не может дать ей 200 миллионов в качестве компенсации за моральный ущерб. Позиция Нин Шу была очень твёрдой. 200 миллионов и ни единым юанем меньше. Она не боялась бороться за этот иск, и, как сказал сам Цзин Шаоцзэ, она хотела бы посмотреть, кто продержится дольше. Когда Цзин Шаоцзэ посмотрел на её лицо, его сердце закипело от гнева. Он очень хотел просто свернуть шею этой женщине. Естественно, Нин Шу заметила убийственное намерение в глазах Цзин Шаоцзэ. Она с силой замахнулась своей сумочкой ему по лицу, а потом развернулась и забралась в автомобиль, чтобы уехать домой. Она заметила, что кто-то наблюдает за домом, поэтому она вызвала полицию. Нин Шу сказала полиции: - Цзин Шаоцзэ нанял людей, чтобы они помогли ему убить меня, чтобы ему не пришлось переживать из-за развода. И чтобы ему больше не пришлось беспокоиться о выплате 200 миллионов за моральный ущерб. Полиция арестовала людей, которые вели наблюдение и отправились допрашивать Цзин Шаоцзэ. Когда Цзин Шаоцзэ услышал обвинение Нин Шу, он так разозлился, что чуть не взорвался. Теперь он очень-очень хотел убить эту женщину. Цзин Шаоцзэ постоянно говорил полиции, что он просто хотел знать, когда Ни Цзин выходит из дома, чтобы он мог поговорить с Ни Цзин. Однако тот факт, что Цзин Шаоцзэ нанял людей, чтобы следить за Нин Шу, уже показывал нечистые мотивы, поэтому постоянно повторяющиеся попытки всё объяснить только ухудшали ситуацию. Ни Янь перевёл несколько охранников из службы безопасности компании к дому семьи Ни, чтобы защищать Нин Шу. И в то же самое время попросил полицию присматривать за Цзин Шаоцзэ. У Цзин Шаоцзэ был мотив для убийства. Если что-нибудь случится с его сестрой, то Цзин Шаоцзэ будет первым подозреваемым, вместе с остальными членами семьи Цзин. Таким образом, Цзин Шаоцзэ больше не мог нанять людей, чтобы они следили за семьёй Ни. Он не мог отслеживать ситуацию с Нин Шу, и уж тем более – встретиться с ней. Он надеялся закончить переговоры к следующему заседанию суда, но теперь всё стало ещё хуже. Он был обвинён в попытке убийства своей жены и не мог даже повидать Нин Шу. - Забудь об этом. Если она хочет 200 миллионов, то просто дай ей 200 миллионов, - тихо сказал отец Цзин Шаоцзэ. - Пап, почему мы должны отдавать ей эти деньги? 200 миллионов – это слишком много, - настойчиво не соглашался Цзин Шаоцзэ. - Но эти 200 миллионов не так легко принять. Как смеет женщина, которая даже не может родить, просить столько денег? – холодно сказал отец Цзин Шаоцзэ. ---------- Давай Покончим с Этим С тех пор, как началось дело о разводе, Е Си оставалась в купленном для неё доме. Она не смела выходить, потому что, стоило ей только выйти, как другие люди начинали указывать на неё пальцем и шептаться друг с другом о том, какой бесстыдной она была. Они говорили, что она любовница и спала с чужим мужем, находясь под одной крышей с его женой. И хотя всё ещё не дошло до такой степени, что люди прямо кричали на неё, её это всё рано беспокоило. Она плотно закусила губы. Это было самое дно её жизни. Хуже уже и быть не могло. Е Си никогда не представляла, что нежная Ни Цзин будет такой безжалостной. И в то же время она считала, что Ни Цзин очень хороша в том, чтобы терпеть. Она не создавала никакой шумихи даже после того, как собрала улики. Е Си позвонила Цзин Шаоцзэ, надеясь, что он составит ей компанию. Она сейчас чувствовала себя очень беспомощной. Её семья тоже винила её, говоря, что у неё нет никакого самоуважения. Они говорили, что хотели, чтобы она была только суррогатной матерью, а не становилась проституткой. Однако было ли так легко добыть эти деньги? Она сделала это ради компании, ради компании своего отца, но теперь они винили её в том, что она портит репутацию семьи. Забудьте об этом. Она просто будет считать это своей оплатой за то, что они её воспитали. С этих пор она будет жить сама для себя. Когда Е Си позвонила Цзин Шаоцзэ, тот всё ещё пытался придумать способ, как не платить Ни Цзин 200 миллионов, поэтому он был очень раздражён, когда увидел кто звонит. Он сказал Е Си просто сидеть дома и никуда не ходить. Вообще-то, Цзин Шаоцзэ тоже был очень зол на то, что Е Си не осознавала наличия скрытой камеры в своей собственной комнате. Когда Цзин Шаоцзэ вернулся из суда, он отправился прямо в ту комнату, где прежде жила Е Си, но обнаружил, что камеры там больше нет. Он впал в такую ярость, что разбил всё, что было в доме. Его сердце похолодело. Он никогда не думал, что его жена может быть такой. Она явно выяснила, что он изменял ей, но она не сказала ни слова и вела себя совершенно невозмутимо. Когда он поставил себя на её место и представил сценарий, в котором Ни Цзин изменила ему, он был уверен, что он ни за что не смог бы быть таким спокойным. Когда Е Си услышала разражённый голос Цзин Шаоцзэ, она прикрыла рот и начала тихо лить слёзы. Наконец, она подняла голову и заставил свои слёзы вернуться назад. - Раз такое дело, то я больше не буду тебя беспокоить. Е Си повесила трубку и начала собираться. Она больше не могла заставить себя оставаться тут. Она должна просто уехать отсюда, чтобы покончить со всем этим. Закончив собираться, она положила ключ от дома на чайный столик, а потом снова оглядела весь дом. С тех пор, как компания её отца столкнулась с проблемами, её жизнь стала бедствием и это бедствие ей принёс Цзин Шаоцзэ. Дверь внезапно открылась и Цзин Шаоцзэ, который сказал, что сегодня не придёт, внезапно появился в дверях. Е Си удивлённо уставилась на Цзин Шаоцзэ, а потом её сердце наполнилось радостью. Она даже не осознавала, что так сильно хотела увидеть Цзин Шаоцзэ. Цвет лица Цзин Шаоцзэ был очень уродливым, а его брови нахмурились, когда он увидел чемодан. Он подошёл к Е Си потребовал: - Куда это ты собралась идти? Е Си посмотрела на Цзин Шаоцзэ и просканировала его лицо, словно вырезая его внешность на своём сердце. - Ты похудел, - тихо пробормотала Е Си. Цзин Шаоцзэ схватил Е Си за руку. - Я спросил тебя, куда ты собралась! Не забывай, что ты теперь принадлежишь мне. - Ты оказался в этой дилемме из-за меня, поэтому я хочу выйти из этого аномального любовного треугольника, - Е Си почувствовала сильную усталость. – Цзин Шаоцзэ, отпусти меня, и позволь отпустить тебя. Давай покончим с этим. ---------- Давай Поженимся - Отпустить тебя? Конечно, только отдай мне деньги, которые я тебе давал, и я тебя отпущу. Взгляд Цзин Шаоцзэ был демоническим. - Откуда у меня может быть так много денег? Я отдала все те деньги моему отцу, - сказала Е Си, и её глаза округлились. Затем она закусила губу и сказала: - Я всё тебе верну. - Вернёшь мне? И что же ты собираешься использовать для того, чтобы заплатить мне? – Цзин Шаоцзэ смягчил своё выражение лица и сказал: - Просто покорно останься рядом со мной и никуда не уходи. Давай поженимся. - Что ты сказал? – Е Си в шоке посмотрела на Цзин Шаоцзэ. – Поженимся? Цзин Шаоцзэ искренне сказал: - Давай поженимся. Я устрою тебе грандиозную свадебную церемонию. Всё же, мы по-настоящему любим друг друга, и ты станешь законной супругой. - А что насчёт Ни Цзин? Е Си была ошеломлена. Она не могла в это поверить. Она никогда не представляла себе, что она сможет выйти замуж за Цзин Шаоцзэ. Она думала, что она всегда будет прятаться в углу и тайком наблюдать за Цзин Шаоцзэ. - Ни Цзин? Эта женщина такая злобная. Я точно разведусь с ней. Выражение лица Цзин Шаоцзэ зловеще исказилось, когда была упомянута Нин Шу. Он страстно сказал: - Я никогда не думал, что она, на самом деле, такая жадная, злобная и эгоистичная. - Но согласятся ли твои родители? – обеспокоенно сказала Е Си. Цзин Шаоцзэ постучал по носу Е Си. - Ты о таком не беспокойся. Тебе сейчас нужно лишь сидеть тут и ждать, пока я женюсь на тебе. Стань моей женой и давай жить вместе, пока смерть не разлучит нас. - Да. Е Си плакала от радости. Единственный, кого она любила, был Цзин Шаоцзэ. Это не имело никакого отношения к его происхождению. Даже если он был бесплодным, она всё равно любила его. Цзин Шаоцзэ поднял Е Си на руки, словно принцессу, и понёс в спальню. Руки Е Си обвились вокруг шеи Цзин Шаоцзэ. Она была покорна, словно кошка. Когда началось второе слушание в суде, семья Ни величественно отправилась в суд, окружённая телохранителями. На контрасте с этим сторона Цзин Шаоцзэ была подозрительно пуста. Там был только Цзин Шаоцзэ и его адвокат защиты. В этот раз родители Цзин Шаоцзэ не пришли. Когда Цзин Шаоцзэ увидел Нин Шу, его выражение лица было безразличным, а его взгляд был полон отвращения. Он усмехнулся и сказал: - А ты не беспокоишься о том, что лопнешь от того, что потребовала слишком большой кусок пирога? - Даже если я лопну, я всё равно буду счастлива, - с улыбкой ответила Нин Шу. Когда Цзин Шаоцзэ увидел улыбку на лице Нин Шу, ему захотелось просто содрать её лицо. От такой лицемерной улыбки людям становится плохо. Войдя в зал суда, Нин Шу села на место истца, а Цзин Шаоцзэ сел на место ответчика. Начался суд. Требование Нин Шу осталось неизменным: развод и компенсация морального ущерба в размере 200 миллионов юаней. Цзин Шаоцзэ усмехнулся. - Не слишком ли ты капризна, иметь смелость требовать 200 миллионов? Ты даже не выполнила в браке свои обязанности и обязательства, как жена. Нин Шу подняла брови и спросила: - И как это я не смогла выполнить свои обязанности и обязательства как жена? - В силу твоего здоровья, мы редко занимались сексом, поэтому, даже если я пошёл к другой женщине, это можно понять, - Цзин Шаоцзэ посмотрел на Нин Шу и сказал с насмешкой: - Ты действительно думаешь, что ты стоишь 200 миллионов? Нин Шу: Тц тц. Какой омерзительный парень. Так теперь это её вина? Он сталкивал всю вину на неё и вёл себя так, словно имел полное право на измену. От этой его праведной манеры поведения просто тошнило. Нин Шу усмехнулась, затем достала USB-флэшку и тихо сказал: - Ты тоже не исполнял свои обязанности и обязательства как муж. С тех пор, как Е Си появилась в нашем доме, мы с тобой больше не занимались любовью. Более того, каждую ночь ты тайком пробирался в комнату Е Си. Хочешь посмотреть? Я всё записала. Дни и время, всё записано тут. Нин Шу помахала USB-флешкой. - Тут очень много, так что можно не сдерживаться. ---------- Вторжение в Мою Личную Жизнь - Ты уже пошёл искать другую женщину, но всё равно пытаешься обвинить меня в том, что я не выполняю свои обязательства как жена? – усмехнулась Нин Шу. Вот почему ей было очень интересно, почему женщины хотят выйти замуж. После свадьбы вас заставляют придерживаться так называемых обязанностей. Цзин Шаоцзэ потратил деньги на покупку сексуальных услуг у Е Си, но сейчас он говорил своей жене об ответственности и обязанностях. Он пошёл посещать проститутку, а теперь демонстрирует презрение к тому факту, что тело Ни Цзин было в плохом состоянии, поэтому он не мог насладиться сексом. Что за ублюдок. Если честно, Цзин Шаоцзэ потратил на Е Си чуть ли не в два раза больше денег, чем на свою жену. Его любовница жила очень роскошной жизнью, но от своей жены он отмахнулся, оправдываясь обязанностями и ответственностями. - Хочешь, чтобы я показала видео? – Нин Шу холодно посмотрела на Цзин Шаоцзэ. – "Бесполезный мусор без какого-либо чувства ответственности", это идеальное описание для людей, вроде тебя. Исполнял ли ты свои обязанности перед своей женой как муж? Лицо Цзин Шаоцзэ посерело, когда он глянул на USB-флэшку в руках Нин Шу, а потом холодно сказал: - Это вторжение в мою личную жизнь. Ты не можешь использовать их в качестве доказательств. Нин Шу тихо сказала: - Как твоя жена, я имею право знать о твоей жизни. Ты не оставался верным в этом браке, поэтому ты и виновная сторона. Я требую 200 миллионов юаней в качестве компенсации за мой моральный ущерб. Я не приму ни одним юанем меньше. Цзин Шаоцзэ глубоко вдохнул, а потом сжал кулаки, когда встретился взглядом с Нин Шу. - Твоя жадность и злобность просто отвратительны. - Мне от тебя тоже тошно, чёртов жеребец, который даже не может контролировать свою нижнюю часть тела. И ты, к тому же, бесплодный жеребец, - с насмешкой сказала Нин Шу. - Ты… Цзин Шаоцзэ задрожал от гнева. Нин Шу закатила глаза. Краем глаза она увидела человека, сидящего в зрительном зале в шляпе и маске. На улице был такой жаркий день, но она всё равно укуталась с головы до ног, словно не чувствовала жары. Кажется, ей тяжело. Когда эта женщина почувствовала взгляд Нин Шу, она тут же опустила голову. Была лишь одна женщина, которая постоянно опускала свою голову. Нин Шу никогда не думала, что Е Си тайно придёт сюда послушать заседание суда. Нин Шу отвела взгляд и посмотрела на судью. - Судья, я хочу попросить о принудительном разводе. У нас с Цзин Шаоцзэ уже больше нет чувств друг к другу, так что мы больше не сможем жить вместе. Нин Шу посмотрела на Цзин Шаоцзэ и указала в сторону зрительного зала. Цзин Шаоцзэ посмотрел туда, куда она показывала и увидел сидящую там Е Си. Так как Нин Шу смогла узнать Е Си, то и Цзин Шаоцзэ, естественно, тоже смог узнать ту, которая обычно разделяла с ним постель. Цзин Шаоцзэ гневно уставился на Нин Шу и выдавил из себя слова: - Я согласен на развод. Сразу после этого он почувствовал, как все силы покинули его. Он угрожающе сказал: - Тебе нужно быть осторожной. Бесплатные деньги не падают с неба, так что их непросто сохранить. - Ну и ладно. В любом случае, если со мной что-нибудь случится, ты будешь подозреваемым номер один, - небрежно ответила Нин Шу. – Не волнуйся, я щедро растрачу все те деньги, которые ты мне дашь. Цзин Шаоцзэ был так зол, что у него на лбу вздулись вены. Эта женщина была такой ненавистной! Судья был готов объявить решение суда, поэтому все встали. Судья объявил, что Нин Шу и Цзин Шаоцзэ разводятся, и Цзин Шаоцзэ компенсирует своей бывшей жене 200 миллионов юаней за моральный ущерб. Репортёры непрерывно фотографировали Нин Шу. С этого момента Нин Шу была богатой женщиной. Этих двухсот миллионов было достаточно, чтобы она могла до конца своей жизни растрачивать их, словно сумасшедшая. Нин Шу улыбнулась. Выйдя из суда, Нин Шу и Цзин Шаоцзэ отправились в ЗАГС, чтобы заполнить заявление на развод. Вскоре они вышли, держа в своих руках зелёные сертификаты о разводе. Нин Шу нежно улыбнулась. - Тебе лучше поспешить с выплатой компенсации. Если у тебя недостаточно наличности, то ты можешь просто передать мне акции семьи Цзин. Меня это тоже устроит. - Ты хочешь заполучить акции семьи Цзин? Размечталась! – сказал Цзин Шаоцзэ. – Ни Цзин, тебе не стоит принимать меня за дурачка. Ты хочешь сунуть свои пальцы в компанию семьи Цзин? Я ни за что этого не допущу. Нин Шу посмотрела на Цзин Шаоцзэ, а потом презрительно смерила его взглядом. - Тц тц, ты же всё равно не сможешь унаследовать компанию семьи Цзин. Разве твой папа не ищет сейчас суррогатную мать? Твоя работа – это просто охранять компанию и усердно работать, пока не придёт время передать её своему брату. ---------- Трансплантация Сердца? - Ни Цзин, что бы ты там ни говорила, меня это не заденет. Я знаю, что ты затаила недобрые намерения по отношению к семье Цзин, но тебе меня не одурачить. Выражение лица Цзин Шаоцзэ было холодным, но за спиной его руки были плотно сжаты в кулаки. Нин Шу тихо сказала: - Тогда, пожалуйста, выплати мне компенсацию в течение ближайших двух месяцев, а иначе мне придётся добавить проценты. После этих слов она развернулась и ушла. Цзин Шаоцзэ окликнул Нин Шу. - Ни Цзин. Нин Шу посмотрела на Цзин Шаоцзэ, и он сказал: - Я собираюсь жениться на Е Си. Я надеюсь, что ты придёшь на мою свадьбу. Нин Шу моргнула, а потом сказала: - Я не приду. Я желаю вам всего наилучшего, и чтобы у вас вскоре родился здоровый сын. Он хотел спровоцировать её чем-то подобным? Нин Шу хотела сказать, что она совершенно ничего не почувствовала и ей даже хотелось рассмеяться. После этих слов она развернулась и села в автомобиль. Отец Ни вздохнул с облегчением и сказал: - Ты наконец-то развелась. Девочка, не злись. Поехали домой и будем просто наслаждаться жизнью. Ни Янь, который был за рулём, спросил у Нин Шу: - Что ты теперь планируешь делать? Нин Шу развела руками и сказала: - Я думаю, что пока побуду просто так. Буду иногда гулять и жить беззаботно. В любом случае, у меня есть 200 миллионов. Ни Янь сказал: - У нас, возможно, скоро появятся новости о подходящем для тебя сердце. После трансплантации сердца твоё здоровье будет лучше, чем сейчас. И тогда ты сможешь поехать, куда захочешь. Нин Шу на мгновение ошалела. Трансплантация сердца? После того, как её задание будет выполнено, она покинет этот мир, а изначальный хост, Ни Цзин, не планировала возвращаться. Это будет просто бесполезной тратой сердца. В изначальной истории Ни Цзин умерла на операционном столе во время трансплантации сердца. Нин Шу поджала губы и сказала: - Не нужно никуда спешить, старший братец. Подходящее сердце не так-то просто найти. Ни Янь глянул на Нин Шу, а потом поднял брови и спросил: - Разве тебе не хочется этого поскорее? Разве ты не хочешь более здорового тела? - Конечно. Все хотят быть здоровыми, - сказала Нин Шу. Нин Шу жизнерадостно добавила: - Если мне сделают трансплантацию сердца, то я точно должна буду попутешествовать по миру. - И ты обязательно это сделаешь, - сказал Ни Янь. - Спасибо, старший братец. Ни Цзин была поистине благословлённой, раз у неё была семья, которая так сильно её любила. После развода жизнь Нин Шу была очень расслабленной и удовлетворительной. Однако в телевизоре постоянно мелькал Цзин Шаоцзэ и Е Си, которые демонстрировали, какая они влюблённая парочка. Цзин Шаоцзэ сделал грандиозное свадебное предложение Е Си. Такое впечатляющее романтическое событие было тем, о чём мечтает каждая женщина. Е Си кивнула, с радостными слезами на глазах. Она теперь выйдет замуж за Цзин Шаоцзэ. Она больше не будет любовницей, которая вынуждена прятаться в тёмном уголке, потому что у неё были чувства, которых не должно быть. Всё её лицо сияло радостным свечением. На экране телевизора она обнимала руку Цзин Шаоцзэ с робкой и счастливой улыбкой, пока разговаривала с ним. Она выглядела очень красивой. Они выглядели словно талантливая и прекрасная парочка. Цзин Шаоцзэ развёлся, а теперь так спешил снова жениться. Он даже женился на своей любовнице. Цзин Шаоцзэ можно было считать худшим из худших. Словно он беспокоился о том, чтобы другие люди не узнали о его интрижке. Множество людей называли Е Си бесстыдной разлучницей, особенно когда они устроили такое публичное проявление любви по телевизору. Все почувствовали крайнее отвращение. ---------- Полный Набор Благословений Для Сына Цзин Шаоцзэ отправил Нин Шу приглашение и сказал, что она должна прийти на его свадьбу, чтобы стать свидетелем этого счастливого момента для него и Е Си. Когда Нин Шу получила приглашение, она тут же выбросила его в мусор. В день свадебной церемонии Цзин Шаоцзэ и Е Си, она отправила корзину красных фиников, арахиса, османтуса и тыквенных семечек. Она отправила им полный набор благословений для скорейшего рождения сына. Он что, хотел устроить соревнование по тому, кто у кого больше отвращения вызовет? Свадьба Цзин Шаоцзэ и Е Си была очень грандиозной. Их свадьба была даже больше, чем "свадьба столетия", которая была у Цзин Шаоцзэ и Ни Цзин. Цзин Шаоцзэ сделал это специально. Он даже транслировал это вживую по телевизору. Пока Нин Шу рассматривала их счастливые лица, она презрительно поджимала губы. Ей хотелось посмотреть, как долго они смогут оставаться счастливыми. Свадьба была могилой для любви. После долгого брака, даже если они и не будут презирать друг друга, их жизнь всё равно будет наполнена ссорами и безразличием. Что ещё важнее, у них была тикающая бомба, которой был тот факт, что Цзин Шаоцзэ не может иметь детей. Это означало, что у Е Си тоже не будет детей. Если только она не заведёт ребёнка с другим мужчиной. И их так называемое счастье было совершенно поверхностным. Кто знает, как обстоят дела за закрытыми дверями? Эта грандиозная свадьба стоила много денег. Эта прекрасная мечта, эта свадебная церемония, которой позавидовала бы любая женщина, была создана посредством сжигания денег. Поначалу, отец Цзин Шаоцзэ не давал согласия на это, так как семье всё ещё нужно было выплатить 200 миллионов юаней в качестве компенсации за развод. Однако Цзин Шаоцзэ сказал своему отцу: - Это всё, что осталось в моей жизни. Цзин Шаоцзэ говорил о том факте, что он не может иметь детей. Он был крайне удручён, поэтому хотел каким-то образом выместить это чувство. У отца Цзин Шаоцзэ не осталось иного выбора, кроме как позволить сыну сжечь все эти деньги, чтобы устроить такую огромную сцену. После свадьбы, отец Цзин Шаоцзэ начал искать суррогатную мать. Как бы там ни было, семья Цзин должна иметь наследника. По какой-то причине отец Цзин Шаоцзэ невольно считал, что Е Си приносит дурную удачу. Он чувствовал, что удача семьи Цзин была запятнана её плохой удачей. Компании её отца грозило банкротство, а после того, как она пришла в семью Цзин, Цзин Шаоцзэ и Ни Цзин развелись. Семье Цзин теперь нужно заплатить много денег в качестве компенсации и их сотрудничество с семьёй Ни тоже развалилось. Ни Янь, старший сын семьи Ни, отменил все планы о сотрудничестве, а заодно и забрал множество клиентов компании. Некоторые компании, с которыми они обычно работали, тоже больше не хотели с ними работать. Это явно было дело рук семьи Ни. Из-за этого доходы компании сильно сократились. Совет директоров тоже создавал шумиху, так как они стали получать меньше денег, чем раньше. Амбициозный директор Ли практически скакал от радостного возбуждения. Он выглядел так, словно готов сразу же захватить компанию. Отец Цзин Шаоцзэ был психически и физически измотан, но он не мог перестать искать суррогатную мать. Было много женщин, которые хотят добиться связи с влиятельной семьёй. Когда они узнали, что семья Цзин ищет суррогатную мать, одна из них устроила неожиданную атаку. Она напоила отца Цзин Шаоцзэ во время делового ужина и собрала его семя. Затем она отправилась в больницу и забеременела. Более того, это гарантированно был мальчик. Люди готовы на всё ради денег. Когда Нин Шу узнала об этом, она лишь улыбнулась. Теперь, когда у неё было свободное время, она звонила в семью Цзин, чтобы напомнить Цзин Шаоцзэ о том, что он должен ей заплатить. Иногда по телефону отвечала Е Си. Е Си и Цзин Шаоцзэ теперь были женаты, так что она была более уверена, когда общалась с Нин Шу и уже больше не отступала робко. Она даже настаивала, чтобы Нин Шу больше не звонила в дом и сказала, что они обязательно ей заплатят. Губы Нин Шу изогнулись в улыбке. Когда Е Си была любовницей, она не считала зазорным звонить своему парню. Но теперь, когда она стала законной женой, она постоянно опасалась, что он ей изменит. Когда любовница сходится с парнем, то это настоящая любовь. И с настоящей любовью в качестве щита, они будут успешны в любом своём стремлении, поэтому теперь Е Си очень опасалась того, что ей тоже будут изменять. Нин Шу повесила трубку. Так вот каким оказалось их счастье. Единственные настоящие надёжные отношения, это когда оба человека самостоятельные и поощряют друг друга, чтобы быть лучшими версиями себя, заодно взаимно поддерживая и дополняя друг друга. Они не могли даже достичь самого базового уровня равенства, так как она планирует завоевать мужчину? Неужели тот факт, что мужчина обожал её, был доказательством того, что она его завоевала? ---------- Деньги Давай Нин Шу только повесила трубку, как позвонил Цзин Шаоцзэ. Он сказал: - Давай встретимся в кафе. Если ты хочешь денег, то должна прийти. Нин Шу подняла брови. Она схватила пилюли Цзюсинь а потом, после мгновения размышлений, таже положила в свою сумочку иглу для акупунктуры. Она отправилась в то кафе, про которое сказал Цзин Шаоцзэ, с кучей охранников из службы безопасности. В кафе было пусто. Внутри был только Цзин Шаоцзэ. На столике перед Цзин Шаоцзэ лежал букет красных роз. Он что, опять пытался выставить перед ней напоказ свой счастливый брак? Нин Шу попросила охранников подождать у двери, а сама вошла в кафе. - Деньги давай. Нин Шу села перед Цзин Шаоцзэ. Цзин Шаоцзэ посмотрел на Нин Шу. Ему показалось, что после того, как он давно её не видел, её лицо стало более румяным, а её телосложение стало лучше, чем прежде. Цзин Шаоцзэ взял букет роз и протянул его Нин Шу. - Это тебе. Нин Шу: (⊙ 0 ⊙) Нин Шу была в шоке. А разве эти цветы не должны предназначаться для Е Си? Зачем он дарит их ей? Она никак не могла уложить это в своей голове. - Нет, спасибо, - Нин Шу не взяла цветы. – Деньги давай. Цзин Шаоцзэ нахмурился. - Тебя только деньги волнуют? - Да. Цзин Шаоцзэ достал несколько чеков. - Вот твои деньги. Нин Шу протянула руку, чтобы взять чеки, но Цзин Шаоцзэ схватил её за руку. Она посмотрела на него. Цзин Шаоцзэ сказал: - Неужели ты считаешь, что так легко заполучить деньги? Ни Цзин, ты действительно хочешь расстаться со мной таким образом? Нин Шу схватила чеки другой рукой, а потом тыльной стороной ладони влепила пощёчину Цзин Шаоцзэ. - Перестань пытаться использовать на мне те трюки, которые ты использовал на Е Си. Цзин Шаоцзэ был ошеломлён пощёчиной, а потом ещё крепче сжал запястье Нин Шу. Словно он хотел раздавить её кости. Нин Шу безразлично посмотрела на Цзин Шаоцзэ. - Ты же не пытаешься вернуться ко мне, верно? Цзин Шаоцзэ прищурился. - А что, если да? Нин Шу: →_→ - Разве ты не женился на Е Си? – спросила Нин Шу. Цзин Шаоцзэ не ответил. Нин Шу усмехнулась, а потом стряхнула руку Цзин Шаоцзэ. - Хочешь хитростью выудить из меня деньги? Размечтался! Как кто-то столь похотливый, как Цзин Шаоцзэ, может захотеть вернуться к ней? Нин Шу развернулась и пошла к выходу. Цзин Шаоцзэ поднялся и схватил её за руку. Он холодно сказал: - Как тебя могут волновать только деньги? Я ни за что не позволю тебе сегодня уйти. Ты не сможешь уйти. Я зарезервировал всё это кафе. Ого, как впечатляет. Нин Шу позвала охранников и в кафе вбежало несколько мускулистых мужчин. Когда Цзин Шаоцзэ увидел охранников, он тут же отпустил руку Нин Шу. Он посмотрел на неё и раздражённо сказал: - Ты привела с собой охранников даже на встречу со мной? - Я привела с собой охранников как раз именно потому, что пошла на встречу с тобой, - с улыбкой ответила Нин Шу. Её улыбка стала ещё ярче, когда она повернулась к охранникам. - Поколотите его. Если что-нибудь случится, я возьму на себя ответственность. Охранники тут же начали надвигаться на Цзин Шаоцзэ. Цзин Шаоцзэ попятился и визгливо сказал: - Ни Цзин, ты действительно собираешься быть такой безжалостной? Да какой мужчина, кроме меня, взглянет на тебя второй раз? - Поколотите его! И постарайтесь бить туда, где больно, - холодно сказала Нин Шу. Цзин Шаоцзэ был зажат в угол и вскоре оказался окружён охранниками. Он выглядел так, словно планирует отбиться от всех пятерых, но он очень переоценил свои навыки. Его тут же завалили. ---------- Вызвал Полицию Цзин Шаоцзэ был сбит с ног группой охранников, поэтому всё его тело болело. Услышав приказ Нин Шу, охранники покорно выбирали самые болезненные места для ударов. После того, как Цзин Шаоцзэ был повален на пол, он уже не мог подняться. Нин Шу полезла в свою сумочку за иглой, а потом подошла и шлёпнула Цзин Шаоцзэ по спине. Этим движением она быстро вонзила иглу в талию Цзин Шаоцзэ. Всё тело Цзин Шаоцзэ болело. Когда Нин Шу шлёпнула его вот так, он тут же закричал от боли. И это послужило прикрытием для той боли, которую причинила игла. Нин Шу холодно сказала: - Я знаю, о чём ты думаешь, но тебе не стоит принимать женщин за дурочек. Единственная причина, почему он изобразил эту фальшивую влюблённость, явно была в том, что он хотел вернуть эти 200 миллионов юаней. Цзин Шаоцзэ было так больно, что его лицо покрылось потом. Он развернулся и уставился на Нин Шу красными глазами. Он так сильно стиснул зубы, что его дёсны чуть не начали кровоточить. Он озлобленно сказал: - Ни Цзин, хотел бы я посмотреть, как хорошо ты сможешь жить после развода. Нин Шу улыбнулась. - Тогда смотри внимательнее. Однако я точно знаю, что ты вообще не сможешь хорошо жить. Мужчина без какого-либо чувства ответственности перед своей семьёй, кто не строг с самим собой, никогда не сможет дать своей жене чувство безопасности. Твоя жизнь станет только ещё более хаотичной. Каким бы ярким ни был у тебя ореол главного мужчины, когда всё станет хуже, ореол тоже рассыплется. Потворство своим прихотям имеет свою цену. - Я желаю тебе самого лучшего. Нин Шу развернулась и ушла. Нин Шу отправилась в банк и обналичила чеки. На её счету тут же появилось огромное количество денег, и она использовала их на покупку разрозненных акций компании семьи Цзин. Так как в последнее время доходы компании были не очень хорошими, ей легко удалось купить акции у низших членов совета. Эти члены совета видели, что ситуация в компании выглядит не очень хорошо, и Нин Шу предлагала очень высокую цену, поэтому они тут же продали ей свои акции. Вскоре это позволило ей собрать немало акций. В тот день Цзин Шаоцзэ вернулся назад весь избитый. Е Си спросила его, как он оказался в таком состоянии, и Цзин Шаоцзэ ответил, что его побила Ни Цзин. Е Си тут же расстроилась. Ей не нравился тот факт, что Цзин Шаоцзэ ходил повидаться с Ни Цзин, поэтому она позвонила Нин Шу, сказать ей, чтобы та больше не встречалась с Цзин Шаоцзэ, так как они разведены и всякое бла-бла-бла. Нин Шу закатила глаза и повесила трубку. Цзин Шаоцзэ страдал от боли несколько дней. Чем больше он об этом думал, тем злее становился. Он вспомнил, как Нин Шу прежде вызывала полицию за ним, поэтому в этот раз он тоже вызвал полицию. Он сказал, что Нин Шу намеренно избила его, что она виновна в нанесении умышленных ранений. Когда полиция пришла навестить Нин Шу, та прямо сказала: - Это была самооборона. В то время при мне были чеки на 200 миллионов юаней. Он схватил меня за руку и уже собирался украсть эти чеки. В кафе наверняка есть камера. Вы можете проверить запись. Цзин Шаоцзэ: Пфф… Вот ведь сука. Цзин Шаоцзэ искал возможность отомстить Нин Шу, но она всегда была либо дома, либо, когда выходила, имела при себе целую процессию из людей. Цзин Шаоцзэ был в ярости. Она действительно считает себя кем-то особенным, да?! Но вскоре у Цзин Шаоцзэ уже больше не было времени пытаться доставить хлопот Нин Шу, потому что он обнаружил, что с его телом возникла проблема. А именно, его приятель больше не мог продержаться в постели так же долго, как раньше. Более того, уходила целая вечность на то, чтобы его поднять, отчего Е Си была очень несчастна и обижена. Цзин Шаоцзэ стерпел стыд и отправился в больницу на обследование. Доктор сказал что-то о чувствительности нервов и проблемах с предстательной железой, а потом пришёл к выводу: вам нужна операция. Когда Цзин Шаоцзэ услышал, что ему нужно провести операцию в той области, он был в ужасе и тут же сбежал из больницы. Затем он отправился на поиски довольно знаменитого практикующего врача традиционной китайской медицины. Врач сказал, что у Цзин Шаоцзэ серьёзная почечная недостаточность и ему нужно перестать так много кувыркаться в постели. Цзин Шаоцзэ был ошеломлён. Сперва он лишился своей плодовитости, а теперь он ещё и этой способности лишился? Той ночью Цзин Шаоцзэ настоял на том, чтобы проверить с Е Си, действительно ли он больше не может заниматься этим. Результатом было то, что он быстро обмяк. Цзин Шаоцзэ был так зол, что голым выскочил из постели и начал ломать в спальне всё, что можно было сломать. ---------- Если Бы Она Знала Раньше… Е Си тупо уставилась на Цзин Шаоцзэ, сидя на постели. Её лицо выражало крайнее затруднение. Громкий шум привлёк внимание родителей Цзин Шаоцзэ. У Цзин Шаоцзэ не осталось иного выбора, кроме как подавить свой гнев, чтобы успокоить своих родителей. Он никак не мог сказать им, что он больше не может заниматься этим. На следующее утро мать Цзин Шаоцзэ резко начала проклинать Е Си. Мать Цзин Шаоцзэ всегда была недовольна Е Си и семья Е Си никак не могла сравниться с богатой семьёй Цзин, поэтому мать Цзин Шаоцзэ и не удосуживалась, чтобы быть вежливой с Е Си. Что ещё важнее, нынешняя Е Си не родила золотого внука для семьи Цзин, как это было в изначальной истории, поэтому мать Цзин Шаоцзэ сильно презирала свою невестку. Е Си чувствовала сильную беспомощность и обиду. Цзин Шаоцзэ в это время был просто в оцепенении. Ему даже не пришло в голову заступиться за неё. Сердце Е Си пронзило холодом. Она начала горевать о том, какая её дальше ждёт жизнь. Она думала, что теперь будет так счастлива, она никогда не думала, что итог будет таким. Если бы она знала раньше… Если бы она знала раньше, то она бы просто ужесточила своё сердце, чтобы ещё в самом начале уйти от всего этого. Если бы она знала, по крайней мере, она бы не опустилась до такого состояния. У неё никогда не будет ребёнка в этой жизни, и, хоть у неё есть муж, она была всё равно, что вдова. Жизнь стала казаться безнадёжной. Она ведь так этого хотела, но, когда она это заполучила, всё оказалось совсем не так, как она себе представляла. У матери Цзин Шаоцзэ теперь была ужасная репутация. Даже если где-то и была вечеринка, то её уже не приглашали. Так как матери Цзин Шаоцзэ больше нечем было заняться весь день, она начала обустраиваться в своей роли злобной свекрови и придумывать всевозможные способы пыток для Е Си. В их доме явно были слуги, но она настаивала на том, чтобы Е Си занималась стиркой, готовкой и уборкой. Е Си была в ярости. В итоге, Цзин Шаоцзэ больше не мог смотреть на это и немного заступился за Е Си. Цзин Шаоцзэ теперь чувствовал себя очень виноватым перед Е Си. Всё же, он больше не мог заниматься этим. Как раз, когда мать Цзин Шаоцзэ дошла до самой крайности пыток Е Си, в их дом пришла женщина с выпирающим животом. Беременная женщина высокомерно сказала, что ребёнок в её животе принадлежит отцу Цзин Шаоцзэ. Более того, это был мальчик, который будет будущим наследником семьи Цзин. Мать Цзин Шаоцзэ тут же сошла с ума. Она потянулась к тому, что могла схватить, чтобы ударить по животу женщины, дабы избавиться от ребёнка-бастарда. Естественно, женщина стала защищать своего ребёнка, так как это был её главный козырь. Е Си лишь стояла в сторонке и холодно смотрела на это. Она не стала помогать матери Цзин Шаоцзэ. Наоборот, на её лице даже была широкая ухмылка. Отец Цзин Шаоцзэ, который вскоре получил вести, быстро вернулся из компании. Он тупо уставился на женщину, чей живот слегка выпирал. Отец Цзин Шаоцзэ совершенно не узнавал эту женщину. Он не мог поверить, что в её животе был его ребёнок. У женщины не осталось иного выбора, кроме как раскрыть способ, которым ей удалось забеременеть его ребёнком. Более того, она подчёркивала, что этот ребёнок точно был мальчиком. Когда мать Цзин Шаоцзэ услышала, что эта бесстыдная женщина украла сперму её мужа, она была так зла, что захотела забить эту женщину до смерти. Отец Цзин Шаоцзэ не посмел пойти на такой риск. А что, если этот ребёнок действительно от него? Мать Цзин Шаоцзэ была так зла, что хотела просто спрыгнуть с крыши здания. Она хотела просто схватить и утащить эту ненавистную самодовольную женщину с собой в ад. Мать Цзин Шаоцзэ была очень напугана и встревожена. Эта женщина была молодой и красивой, и она была даже беремена ребёнком от её мужа. А сама мать Цзин Шаоцзэ уже постарела. Сможет ли она сохранить своего мужа верным ей? А что, если её мужа, в итоге, соблазнит эта женщина? Мать Цзин Шаоцзэ чувствовала себя так, словно у неё в сердце вращается нож, кромсая его. Это было так болезненно, что она едва могла дышать. ---------- Пришла За Богатством и Славой Эта беременная женщина явно пришла за богатством и славой, поэтому мать Цзин Шаоцзэ никак не могла упрямо и молча всё терпеть, как это делала Е Си. Эта женщина даже сказала, что хочет выносить своего ребёнка в этой роскошной вилле. Мать Цзин Шаоцзэ тут же взорвалась. Она закричала на отца Цзин Шаоцзэ: - Если этот дом примет её, тогда я уйду! Кто знает, откуда взялся этот ублюдок в её животе?! Как она смеет шантажировать семью Цзин таким образом?! - Мой ребёнок точно от мистера Цзин. Мы можем сходить в больницу, чтобы взять немного амниотической жидкости* и провести тест ДНК, - сказала беременная женщина. - Этот ребёнок – будущий наследник семьи Цзин, так что плохого в том, чтобы я вынашивала его тут? – беременная женщина улыбнулась и кокетливо глянула на отца Цзин Шаоцзэ. – Мистер Цзин, неужели вы хотите увидеть, как страдает ваш сын? Мать Цзин Шаоцзэ была так зла, что у неё начала кружиться голова. Она продолжала кричать: - Ты – бесстыдная сука! Я надеюсь, что твой ребёнок родится без грёбанной жопы! Обычно мать Цзин Шаоцзэ была грациозной леди средних лет, но она никак не могла оставаться спокойной после того, как столкнулась с чем-то подобным. Её реакция ничем не отличалась от реакции жены какого-нибудь рыбака. С тех пор, как Цзин Шаоцзэ поставили диагноз "бесплоден", мать Цзин Шаоцзэ больше не могла сохранять своё хладнокровие. Более того, событие, которого она больше всего боялась, действительно произошло. И как ей такое терпеть? Что ещё осталось в её жизни? - Хватит. Отец Цзин Шаоцзэ огорчился, когда увидел, что она проклинает ребёнка. Судя по уверенному поведению этой женщины, скорее всего этот ребёнок действительно его. Мать Цзин Шаоцзэ тупо уставилась на своего мужа, а потом закричала: - Я твоя жена! Я была рядом с тобой все эти годы, но ты кричишь на меня, защищая эту бесстыдную стерву?! Мать Цзин Шаоцзэ потянулась и расцарапала лицо отца Цзин Шаоцзэ. Её ногти были длинными и с красивым маникюром, поэтому они тут же оставили несколько царапин на лице отца Цзин Шаоцзэ. Некоторые царапины были очень глубокими. Отец Цзин Шаоцзэ влепил ей сильную пощёчину, отчего она рухнула на пол. - Ты бы посмотрела на себя в зеркало! Как ты смеешь нападать на меня?! Цзин Шаоцзэ поспешил помочь своей матери подняться и неодобрительно сказал: - Пап, как ты мог ударить маму? Отец Цзин Шаоцзэ всё ещё чувствовал жгучую боль на своём лице. - Ты погляди, что она натворила! Мать Цзин Шаоцзэ бросилась в объятия Цзин Шаоцзэ и начала рыдать. Что касается Е Си, то она просто наблюдала за этим, и её губы слегка изгибались в улыбке. - Если мне не позволят выносить ребёнка тут, тогда я пойду делать аборт, - беременная женщина слегка приподняла свой живот. – Вам лучше всё тщательно обдумать. У меня тут наследник семьи Цзин. Мать Цзин Шаоцзэ гневно уставилась на женщину и яростно сказала: - Если у тебя кишка не тонка, то иди и сделай аборт! Даже если ты не сделаешь аборт, я найду способ довести тебя до выкидыша, если ты будешь жить тут. Беременная женщина сделала пару шагов назад, а потом сказала: - Я могу и не оставаться тут. Однако вы должны купить мне дом, чтобы я могла спокойно вынашивать этого ребёнка. - Размечталась! – озлоблено прокричала мать Цзин Шаоцзэ. – Ты хочешь дом? Продолжай мечтать! Отец Цзин Шаоцзэ потёр свой лоб, но решил пойти на компромисс ради ребёнка. Он подписал соглашение с этой беременной женщиной. В нём говорилось, что как только ребёнок родится, он не будет иметь к ней никакого отношения. В обмен на это он купит ей дом и оплатит питание. Однако если ребёнок в её животе окажется не из семьи Цзин, тогда её ждут последствия, с которыми она не сможет справиться. Женщина охотно согласилась, а потом ушла прочь, специально поддерживая свою талию. Перед тем, как уйти, она даже бросила на мать Цзин Шаоцзэ провокационный взгляд. Мать Цзин Шаоцзэ так разозлилась наглым поведением этой женщины, что чуть не сошла с ума. Если бы не тот факт, что Цзин Шаоцзэ удерживал её, она бы точно сбегала на кухню за ножом и зарезала бы эту женщину насмерть. Мать Цзин Шаоцзэ была полна ненависти. Как может существовать такая бесстыдная сука? ---------- Теперь Имела Право Голосовать После того, как беременная женщина ушла, мать Цзин Шаоцзэ обратила всё своё внимание на своего супруга. Она плакала и требовала узнать, делал ли он что-нибудь с этой стервой. Отец Цзин Шаоцзэ был очень раздражён этим и отправился сразу в компанию. В то же самое время он позаботился о вопросе с домом для беременной женщины, чтобы она могла спокойно вынашивать ребёнка и не волноваться. Беременная женщина была очень умной. Она настояла на том, чтобы в сертификате собственности стояло её имя, а иначе она бы отправилась прямо в больницу и сделала аборт. Отец Цзин Шаоцзэ стерпел это ради ребёнка. Он купил дом для этой женщины и записал в сертификате её имя. В то же время он принял решение. Если этот ребёнок не его, тогда эта женщина пожалеет, что жива. Отец Цзин Шаоцзэ не сказал своей семье, где находится дом, который он купил для этой женщины. Он сделал это отчасти для того, чтобы сохранить в секрете от своей жены, а иначе она устроит очередную огромную сцену. Ничего же не произошло, но она всё равно сходила с ума, обвиняя и ругаясь, отчего вся семья пребывала в беспокойстве. Отец Цзин Шаоцзэ уже больше не мог контролировать ситуацию. И ситуация, похоже, не достигла своего дна, так как дальше всё становилось только хуже. Мать Цзин Шаоцзэ теперь постоянно поднимала шумиху. Отец Цзин Шаоцзэ теперь редко приходил домой, потому что хотел избегать её. Он целыми днями оставался на работе, а иногда даже ходил в дом к той беременной женщине, чтобы посидеть немного. Этот мужчина был её спонсором, поэтому, конечно же, женщина вела себя с ним очень мило. И мужчина, который устал от своей жены, устраивающей сцены, наслаждался этим ощущением. Поэтому он стал приходить к ней чаще, оправдываясь тем, что он проверяет своего ребёнка. Иногда он даже ходил с этой женщиной на осмотры, оставляя мать Цзин Шаоцзэ в одиночестве в роскошной вилле. Мать Цзин Шаоцзэ с самого начала была обеспокоена своим положением, а теперь ещё и появилась женщина, которая могла уничтожить их отношения. Как она могла спокойно это воспринимать? Если отец Цзин Шаоцзэ не приходил домой, тогда мать Цзин Шаоцзэ прибегала в компанию, чтобы создавать там проблемы. Она устраивала беспорядок не только в доме, но ещё и в компании. В любом случае, в семье Цзин витала беспокойная и безумная атмосфера. Словно тетива лука, натянутая до упора и готовая в любой момент оборваться. По сравнению со штормовой погодой, с которой приходилось иметь дело семье Цзин, Нин Шу жила очень комфортно. В свободное время она тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства или ходила гулять, чтобы чем-нибудь заняться. До этого некоторые акционеры компании семьи Цзин продали ей свои акции, поэтому некоторые мелкие держатели акций начали сами искать её. Они говорили, что хотят продать ей свои акции. В компании теперь царила очень странная атмосфера. В любом случае, у людей было дурное предчувствие. Компания уже больше не излучала позитивную и вдохновляющую энергию, и держатели акций начали получать всё меньше и меньше дивидендов. Цены на акции тоже начали падать. Некоторые мелкие держатели акций услышали, что Нин Шу скупает акции по завышенной цене, поэтому они связались с ней, чтобы продать свои акции. Так как они пришли к ней по собственной инициативе, естественно, она снизила цену покупки. Она не собиралась снова покупать акции по высокой цене. Когда эти держатели акций увидели, что она снизила цену, они ещё больше уверились в том, что у этой компании нет будущего. Они захотели поскорее избавиться от этих акций, чтобы они не стали бесполезными прямо у них на руках. Цена Нин Шу была немного выше, чем на рынке акций, поэтому эти держатели акций поспешно продали ей свои акции. К этому моменту Нин Шу потратила почти все те 200 миллионов юаней. Она потратила их на акции компании семьи Цзин. Теперь у неё на руках было достаточно акций, чтобы вступить в совет директоров. Теперь она имела право голосовать. Теперь ей нужно было лишь дождаться подходящего времени, чтобы сменить имя компании семьи Цзин. Например, был директор Ли, второй самый крупный держатель акций компании. Он давно уже нацелился на компанию, пытаясь захватить контроль над компанией и сделать её собственностью семьи Ли. ---------- Компания Сменяет Владельца Нин Шу связалась с директором Ли и сказала, что готова проголосовать за него, чтобы сделать его председателем компании. Семья Цзин теперь была в полнейшем хаосе. Цзин Шаоцзэ был крайне обеспокоен и усердно искал докторов, чтобы попытаться излечить свою болезнь, но это было не так-то просто. Единственный, на ком сейчас держалась семья Цзин – это отец Цзин Шаоцзэ, но из-за инцидента с беременной женщиной, мать Цзин Шаоцзэ каждые пару дней вламывалась в компанию, чтобы поднять там шумиху. Это ставило отца Цзин Шаоцзэ в очень неловкое положение, так как у него практически не оставалось никакого достоинства перед сотрудниками компании. Его репутация была совершенно испорчена матерью Цзин Шаоцзэ, поэтому, наконец, он сказал, что, если она продолжит создавать проблемы, он с ней разведётся. Однако от этого мать Цзин Шаоцзэ обезумела ещё больше. Она кричала, что отец Цзин Шаоцзэ хочет развестись с ней ради той женщины, и что он бросает своих жену и сына. Отец Цзин Шаоцзэ был в ярости. Он ужесточил своё сердце и запер мать Цзин Шаоцзэ дома, сказав, что ей нужно время на то, чтобы успокоиться. К этому времени она уже была словно совершенно обезумевшая жена рыбака. Она постоянно устраивала истерику без причины. Е Си осталась дома и стала заботиться о матери Цзин Шаоцзэ. Однако она приносила еду матери Цзин Шаоцзэ только когда та уже начинала умирать с голоду. Более того, еда была не очень хорошей. Из-за этого мать Цзин Шаоцзэ начала так громко ругаться, что её голос был слышен во всей вилле. Е Си ничего не сказала, когда её свекровь проклинала её. И в то же время, качество следующего приёма пищи осталось неизменным. Семья Цзин уже больше не обладала способностью управлять компанией. Когда директор Ли услышал, как Нин Шу сказала, что поддержит его, он неспеша всё перепроверил, чтобы Нин Шу точно не отказалась от своих слов, а потом созвал совет директоров. Он сказал, что хочет убрать отца Цзин Шаоцзэ с должности председателя и лишить семью Цзин права управлять компанией. Выражение лица отца Цзин Шаоцзэ было очень мрачным, но он всё равно остался невозмутимым. Всё же, семья Цзин всё ещё обладала самым большим количеством акций и эти держатели акций ни за что не проголосуют за директора Ли. Наконец, члены совета директоров начали голосовать. Каждый из них голосовал очень осторожно. Нин Шу не пришла на собрание, а просто сделала телефонный звонок, чтобы проголосовать за директора Ли. Директор Ли уже подговорил несколько членов совета. И хотя некоторые из них всё равно отступили, в итоге, ему всё равно удалось одолеть семью Цзин на один голос. Когда результат был объявлен, отец Цзин Шаоцзэ тут же упал в обморок на месте от высокого давления и был срочно отвезён в больницу. Цзин Шаоцзэ обнаружил, что компания перевернулась с ног на голову только когда вернулся из своей деловой поездки. Его отца лишили должности председателя совета директоров, а самого Цзин Шаоцзэ лишили должности исполнительного директора. Ему сказали, что компания семьи Цзин теперь больше не имеет никакого отношения к его семье. И хотя семья Цзин всё ещё обладала некоторыми мелкими компаниями, эта компания была их основной. Это не означало, что семья Цзин потеряла всё. У семьи Цзин всё ещё было много акций этой компании. Одних только ежегодных дивидендов будет достаточно, чтобы семья Цзин продолжала процветать. Но эта компания больше не принадлежала семье Цзин! Как они посмели её забрать?! Цзин Шаоцзэ отправился поговорить с директором Ли, но, прежде чем ему даже представился шанс его повидать, его вывели охранники службы безопасности. Нин Шу решила, что это задание уже практически завершено. Она просто не знала, когда она сможет уйти. Семья Цзин так усердно трудилась, чтобы заполучить наследника и вызвала тем самым огромный шторм с суррогатной беременностью, и теперь они потеряли свой семейный бизнес. Неужели их наследнику достанутся лишь акции компании и несколько небольших компаний? Эти небольшие компании были всего лишь каплей в море, по сравнению с их основной компанией. По сравнению с ней они были ничем. Отец Цзин Шаоцзэ был в больнице, а мать Цзин Шаоцзэ была заперта дома, проклиная всех на свете целыми днями. Нин Шу жила очень комфортной жизнью, но родители семьи Ни были очень взволнованы. Они сказали, что они должны найти мужчину, который будет заботиться о Нин Шу до конца её жизни. Когда они увидели, что Цзин Шаоцзэ женился повторно, они поклялись себе, что найдут для Нин Шу мужчину в десять тысяч раз лучше, чем Цзин Шаоцзэ. Лицо Нин Шу почернело, когда она это услышала. Ей и так было непросто наконец-то выпрыгнуть из этой ямы, а они теперь хотят, чтобы она снова в неё запрыгнула? ---------- Сватовство К тому же, все мужчины, которые были подходящей парой, избегали Нин Шу. А всё потому, что Нин Шу взялась за дело слишком храбро. Она сняла сцены измены своего бывшего мужа и потребовала огромную сумму в 200 миллионов юаней, когда разводилась. Более того, у неё был порок сердца, и она не могла родить. Любой, у кого были мозги, ни за что бы не женился на ней. Однако были некоторые мужчины, которым нравились те двести миллионов, которые заполучила Нин Шу, и они выражали своё согласие на свадьбу с ней. Нин Шу: Проваливайте туда, откуда вы пришли! Руки родителей семьи Ни были связаны, поэтому они попросили Ни Янь о помощи на случай, если у него есть знакомые надёжные мужчины. Ни Янь глянул на Нин Шу, которая выглядела совершенно не обеспокоенной, и сказал: - У меня есть подчинённый, который может быть подходящим кандидатом. Он очень надёжный и у него хороший характер. Если ты хочешь, то я могу назначить вам двоим встречу. - О, а что у него там с семьёй? – небрежно спросила Нин Шу. - Они не такие уж богатые. Однако он очень усердный работник, так что его будущее имеет потенциал. А ещё он очень талантливый помощник, - сказал Ни Янь. Нин Шу искоса глянула на него. - Забудь об этом. Если состояние семей не совпадает, то и пара не совпадает. Иначе, когда придёт время, он скажет, что это ты заставил его жениться на своей больной сестре. У меня во владении больше денег, чем у него, и моя семья богаче, по сравнению с его семьёй. Любой парень с любым чувством мужского шовинизма не сможет с этим смириться. Он будет чувствовать себя так, словно задыхается. И какой ему смысл брать в жёны женщину, которая не может произвести наследника? Ни Янь: … - Раз ты так думаешь, тогда просто не выходи замуж, - сказал Ни Янь. Нин Шу небрежно ответила: - А я никогда и не собиралась выходить замуж ещё раз. Неужели все женщины должны выходить замуж? Такая жизнь вполне комфортна для меня. Нин Шу считала, что эта жизнь, в которую она трансмигрировала, была чудесной. Никто не заставит её выйти замуж. Люди всё время считают, что если женщина не вышла замуж, то это означает, что она просто мусор, кусок мусора, который никто не хочет взять. Ни Янь перестал пытаться представить людей Нин Шу и сказал: - Донор уже согласилась пожертвовать своё сердце. Вероятно, скоро пройдёт операция. В больнице уже назначили время для операции, так что тебе пора собираться. С завтрашнего дня ты будешь ожидать операции в больнице. Нин Шу: Нет, не буду…. Когда она уже сможет покинуть этот мир? Семья Ни полностью проигнорировала мнение Нин Шу и отправила её в больницу. Они утешали её и говорили ей не нервничать, но они сами нервничали больше, чем она. Ни Янь сказал Нин Шу: - Не бойся, просто сфокусируйся сейчас на здоровье своего тела. Я уже пригласил для тебя самого лучшего доктора. Когда прибудет сердце, тебе проведут операцию. После этого ты сможешь путешествовать где захочешь. Нин Шу увидела на лицах семьи Ни выражения надежды и предвкушения, и почувствовала беспомощность. Если она откажется от этой операции, то семья Ни будет очень опечалена. Будет лучше, если она умрёт на операционном столе вместо того, чтобы отказываться от операции. Как только сердце прибыло в больницу, Нин Шу привезли в операционную палату и к ней прикрепили всевозможные инструменты. Нин Шу мысленно ругалась. 2333, ты там умер, что ли? Почему её всё ещё не отправили назад? После того, как ей ввели анестетик, она почувствовала головокружение и вскоре потеряла сознание. Когда она пришла в себя, её тело было онемевшим. В палату вошёл Ни Янь в стерильной одежде. Когда он увидел, что Нин Шу очнулась, он радостно улыбнулся. - Операция прошла очень успешно. Цзинцзин, просто отдыхай и восстанавливайся. Нин Шу почувствовала сильную горечь внутри. Она невольно чувствовала досаду из-за того, что ей пришлось предстать перед этой счастливой семьёй. Как жаль, что изначальный хост не планировала возвращаться. Операция прошла успешно, поэтому это тело уже не будет таким слабым, как прежде. - Динь, задание выполнено. Желаешь покинуть мир задания? – прозвучал голос 2333. Нин Шу ответила очень удручённым голосом: - Уходим. Вот не мог он вытащить её раньше? Она смогла уйти только после того, как операция прошла успешно. И как семья Ни сможет такое принять? ---------- Могу Жить, Как Здоровый Человек После мгновения головокружения Нин Шу открыла глаза и обнаружила, что она вернулась в системное пространство. Она тут же распласталась на диване, а потом перед ней появилась Ни Цзин. Когда Нин Шу увидела Ни Цзин, она тут же села прямо и спросила: - Вы довольны этим заданием? Ни Цзин улыбнулась и сказала: - Спасибо. Я очень довольна. Нин Шу затихла на мгновение, а потом сказала: - Я думаю, что вам нужно вернуться обратно. Ваша операция по трансплантации сердца прошла успешно, так что вы теперь можете продолжать жить, как здоровый человек. - Я могу жить, как здоровый человек, но я всё равно не буду здоровым человеком, - Ни Цзин покачала головой. – И мне придётся принимать лекарства против отторжения плоти до конца моей жизни. - А разве раньше вы не принимали лекарства? – спросила Нин Шу. Чтобы сохранять своё состояние под контролем, Ни Цзин нужно было постоянно принимать лекарства. - Ваши родители были так рады, что операция прошла успешно. Ни Цзин улыбнулась. - Спасибо, но я хочу начать с чистого листа. - Тогда ладно. Я желаю вам удачи. Нин Шу почувствовала некоторую жалость. Более того, её жизнь после реинкарнации не обязательно будет такой же хорошей, как та, что у неё есть сейчас. Нин Шу считала, что у Ни Цзин определённо будет хорошая жизнь, если она вернётся. У неё достаточно денег, чтобы свободно тратить их и не волноваться о том, что не хватит денег на жизнь. Более того, семья Ни не будет заставлять Ни Цзин выходить замуж. В какой-то мере, подобная жизнь наполнена большей свободой, чем у большинства людей. Однако у всех есть свои стремления. Хоть Нин Шу и считала, что подобная жизнь очень хорошая, Ни Цзин не обязательно должна думать так же. У Нин Шу сложилось впечатление, что Ни Цзин очень переживала из-за того, факта, что она не могла иметь детей. Всё началось как раз из-за того, что Ни Цзин не могла иметь детей. - Как бы там ни было, спасибо вам. Ни Цзин поблагодарила Нин Шу, а потом её душа начала истончаться, пока не стала выглядеть такой хрупкой, словно её может разметать порывом ветра. Когда Ни Цзин исчезла из системного пространства, Нин Шу тут же обратилась к 2333 и потребовала ответа: - Почему ты не сказал мне, что кто-то вошёл в системное пространство?! 2333 объяснил: - Я думал, что ты уже готова встретиться с поручителем. Лжец! Стала бы она распластываться по дивану, если бы была готова встретить гостя? Нин Шу закатила глаза и сказала: - 2333, ты какой-то пассивно-агрессивный в последнее время. Если тебя что-то не устраивает, то ты прямо скажи мне. - Меня всё устраивает, я просто поторапливаю тебя, чтобы ты не стала слишком тщеславной. Я просто обеспокоен, что ты станешь слишком самодовольной, так как ты стала получателем заданий среднего уровня, - сказал 2333. Нин Шу: →_→ Так это значит, что она ещё и поблагодарить его должна?! Нин Шу спросила: - Я покинула тело Ни Цзин, но Ни Цзин не вернётся, так что же случится с её телом? - Естественная смерть, - сказал 2333. Нин Шу всё равно почувствовала жалость. Ни Цзин предложила свою душу ради контратаки. Неужели это всё было только для того, чтобы выполнить её желание, и чтобы она потом спокойно реинкарнировала? - Давай проверим, сколько очков мы получили в этот раз, - сказала Нин Шу и села на диване, скрестив ноги. Перед ней появилась панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 3150000 (+2000000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 210 Харизма: 4 Удача: 54 Воля: 130 Боевые искусства: 132 Вера: 44 (+20) Способность: 59 Заслуги: 30 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Выполнено желание Ни Цзин: Отомстить Цзин Шаоцзэ и Е Си. Степень Завершения Задания: 100% Получено Очков Опыта: 2000000 Получено Очков Атрибутов: 40 Получено Очков Веры: 20 ---------- Она Требует Замены Системы! В этот раз награда была довольно хорошей. Она заработала два миллиона очков. Как же ей распределить эти сорок очков атрибутов? Она задумалась на мгновение, а потом решила, как обычно, добавить их в интеллект, боевые искусства и удачу. Немного задумавшись, она решила добавить немного и в харизму. Все остальные её атрибуты были как минимум двузначными, и только её харизма имела ярко выделяющиеся 4 очка. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 3150000 (+2000000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 210 (+14) Харизма: 4 (+6) Удача: 54 (+10) Воля: 130 Боевые искусства: 132 (+10) Вера: 64 Способность: 59 Заслуги: 30 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Нин Шу добавила 6 очков в харизму, чтобы её харизма наконец-то стала двузначным числом. Разобравшись с этим, она села на диван и начала культивировать. Она продолжала делать это до тех пора, пока могла поглощать энергию. Нин Шу открыла глаза и попыталась потрогать свою душу. Её душа теперь была гораздо крепче, чем прежде, и ощущалась как желе. Она была очень рада. По крайней мере, она становилась сильнее. Когда 2333 увидел, что Нин Шу трогает своё лицо в такой увлечённой манере, он презрительно усмехнулся. - Тц. Ты такая мелкая. Ты хоть знаешь, какие по-настоящему сильные души? Они словно человеческое тело, но неуязвимые для оружия. Чтобы убить такую душу, тебе нужно полностью её уничтожить, не оставляя ни капли сознания, а иначе ты не сможешь убить такую душу. Нин Шу: … Она прекрасно понимала, что в этом мире существует множество сильных существ. Ему не обязательно нужно было напоминать ей об этом. - Мне нужно одобрение, а не эмоциональные удары. Разве ты не беспокоишься, что я больше не смогу выдержать давление и развалюсь на части? – раздражённым голосом ответила Нин Шу. - А ты уже больше не можешь выдержать? – спросил 2333. - Я едва с этим справляюсь. - Ну, тогда, разве, не всё в порядке? Нин Шу: o(*T▽T)ツ┏━┓ [Яростно лупит по столу со слезами на глазах!] Она требует замены системы! Её система совсем не дружелюбная! Нин Шу планировала сходить в сборное пространство и оглядеться там. Может, она сможет найти что-нибудь полезное. Обычно она ничего не покупала. Она была чертовски бедна, но ей просто нравилось оживление на улицах. После мгновения головокружения она появилась в сборном пространстве. К чёрту всё остальное, сначала она пойдёт в ресторан, чтобы поесть. Когда она проходила мимо магазина, получатель заданий, который выходил из магазина, врезался в неё с такой силой, что она пошатнулась. - Простите. Человек, который врезался в неё, извинился и протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Нин Шу не стала принимать его руку и покачала головой, со словами: - Я в порядке. Когда она присмотрелась к этому получателю заданий, она офигела. Она протёрла глаза и с недоверием посмотрела снова. Не может быть. Откуда тут взялся этот человек? Этого не может быть. Выражение лица Нин Шу совершенно перекосилось от шока. Она не могла поверить тому, что она видит. - Вы в порядке? – вежливо спросил мужчина. ---------- Это Был Чжан Цзясэнь! Нин Шу очень хотела просто влепить себе пощёчину, чтобы её выражение лица стало более нормальным. Она тихо кашлянула, а потом сказала с напряжённым спокойствием: - Я в порядке. Нин Шу никогда не представляла себе, что встретит Чжан Цзясэня тут. Чжан Цзясэнь! Это был Чжан Цзясэнь, грёбанный ты боже мой! Он стал получателем заданий после того, как покончил жизнь самоубийством?!! Нин Шу повернулась и пошла прочь. Она не хотела даже разговаривать с Чжан Цзясэнем. Чжан Цзясэнь вытянул руку и заблокировал путь Нин Шу. Нин Шу с опаской посмотрела на него. - Чего вы хотите? Чжан Цзясэнь опустил руку и сказал: - Я просто хотел спросить в порядке ли вы. Нин Шу тряхнула головой. - Я в порядке. Чжан Цзясэнь остался на разумном расстоянии от Нин Шу и вежливо сказал: - Простите меня за это. Я был недостаточно внимательным, когда выходил. Если вам где-то больно, скажите мне. Я готов компенсировать вам. Когда Нин Шу увидела Чжан Цзясэня таким, у неё появилось дурное предчувствие. Она слишком хорошо знала этого парня. Он всегда устраивал крайне низкие махинации и был совершенно безжалостен. Что бы он ни делал – это имело свой мотив. - Всё в порядке, я в полном порядке. Нин Шу повернулась и начала уходить прочь. Чжан Цзясэнь снова остановил Нин Шу своей длинной ногой. Нин Шу почувствовала серьёзное раздражение и холодно посмотрела на него. - Что ещё вам нужно? - Чтобы извиниться, я угощу вас обедом, - Чжан Цзясэнь указал на ближайший ресторан и сказал: - Я тут впервые и вы – первый человек, которого я встретил, так позвольте мне угостить вас обедом. Нин Шу: oツ┏━┓ Что это за проклятое совпадение? Что она действительно столкнулась тут с Чжан Цзясэнем. Она очень не хотела связываться с Чжан Цзясэнем. Она сделала пару шагов назад и спокойно сказала: - Не нужно, но спасибо. Чжан Цзясэнь поднял брови. Он посмотрел на Нин Шу и сказал: - Вы меня боитесь? Боюсь тебя? Если у тебя кишка не тонка, давай сразимся один на один? Чжан Цзясэнь осмотрел Нин Шу с головы до ног. Его взгляд был таким пронзительным, что у Нин Шу волосы дыбом встали. - Вы на что смотрите? – раздражённо потребовала ответа Нин Шу. Чжан Цзясэнь потёр свой подбородок. - Вы кажетесь мне очень знакомой. Нин Шу: Что за хуйня? С какой стати она ему знакома? Если честно, то Нин Шу не хотела связываться с кем-то вроде Чжан Цзясэня. Ей хватило и того одного раза, когда она с ним сталкивалась. Она никогда не представляла, что повстречает его снова. У неё было очень дурное предчувствие насчёт всего этого. Чжан Цзясэнь стал получателем заданий. А что, если она столкнётся с ним во время задания? Дерьмо. Жизнь и так уже была достаточно трудной, а теперь у неё был ещё и получатель заданий, который может искать её ради мести. Однако она ни о чём не жалела. Даже теперь, когда она узнала, что Чжан Цзясэнь стал получателем заданий, она всё равно бы сделала тот же выбор. Вот только тогда ей стоило прихватить с собой духовную жемчужину, чтобы поглотить душу Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэнь увидел холодное выражение лица женщины, но его взгляд стал только ярче. Он сказал: - Я бы хотел снова пригласить вас. Я говорю это искренне, прошу, дайте мне шанс извиниться. Нин Шу тут же отказалась. - Не нужно. Чжан Цзясэнь слегка нахмурился, но вскоре его брови разошлись, и он начал тихо хихикать. Нин Шу: ╯︵┻━┻ Ты чего это тут хохочешь, чокнутый?! Чжан Цзясэнь спокойно посмотрел на Нин Шу и сказал: - Мяо Мяомяо. - Пфф, кхе кхе… Какого чёрта? Это практически нарушает закон природы! Он узнал её даже в таком виде? Чжан Цзясэнь с улыбкой сказал: - Я так и думал, что это ты. Кто бы мог подумать, что ты выглядишь вот так? Нин Шу: →_→ ---------- Если Бы Не Ты… Нин Шу выпрямила спину и ответила: - Да, это я. А что такое? Хочешь мне отомстить? Чжан Цзясэнь спокойно сказал: - С какой стати мне хотеть отомстить тебе? Если бы не ты, то я бы не был выбран системой. Нин Шу: Это явно была насмешка. - Ха-ха… Нин Шу посмотрела на Чжан Цзясэня. - Я серьёзно. Прошлое осталось в прошлом, и на мне больше нет груза ответственности. Теперь я могу жить ради себя. Чжан Цзясэнь посмотрел на Нин Шу. - И тебя я тоже не ненавижу. - Что касается Мяо Мяомяо, то моё сердце болит за неё. Она даже предложила свою душу кому-то, чтобы контратаковать за неё, - Чжан Цзясэнь выглядел слегка опечаленным. – Даже несмотря на то, что духовная энергия так важна для души. Нин Шу: Как будто я тебе поверю. Словам Чжан Цзясэня доверять нельзя. - Как тебя зовут? – спросил Чжан Цзясэнь. Нин Шу очень опасалась Чжан Цзясэня, поэтому у неё не было никакого намерения называть Чжан Цзясэню своё имя. - Раз ты меня не ненавидишь, тогда давай оставим прошлое в просторах полноводных рек и озёр*. Туда ему и дорога. Нин Шу повернулась и пошла прочь. В этот раз Чжан Цзясэнь не стал снова останавливать Нин Шу. Вместо этого он поднял брови и стал наблюдать за тем, как Нин Шу уходит. Он задумчиво потёр свой подбородок, а потом развернулся и пошёл в противоположном направлении. После встречи с Чжан Цзясэнем, Нин Шу уже больше не была в настроении поесть в ресторане. Немного поразмышляв, она решила, что вела себя слишком трусливо. Это же был всего лишь Чжан Цзясэнь, чего ей было бояться-то? Они могли просто устроить простую драку, чтобы посмотреть, кто, в итоге, победит. После этого Нин Шу решила всё же отправиться в ресторан. Стоило ей только войти в двери, как к ней подошёл официант и сказал: - Дорогой гость, кое-кто пригласил вас в приватную комнату. Нин Шу удивилась. Она никого не знала в этом сборном пространстве, но кто-то всё равно пригласил её в приватную комнату? Приватные комнаты были очень дорогими. Она всегда ела в главном зале, когда приходила в ресторан. Нин Шу последовала за официантом в приватную комнату. Как только официант открыл дверь, она почувствовала элегантный аромат агарового дерева. Она глубоко вдохнула его и тут же почувствовала, как её душу омывает прохладное ощущение. Когда она почувствовала этот аромат, она тут же подумала о консультанте с серебряными волосами. Нин Шу вошла внутрь и, как она и ожидала, увидела сереброволосого мужчину, сидящего внутри с книгой в руке. - Присаживайся, - тихо сказал сереброволосый мужчина, грациозно закрывая кожаную обложку книги. Нин Шу было интересно, зачем он её искал, поэтому она спросила: - Зачем вы меня искали? - Ты теперь получатель заданий среднего уровня, - сказал сереброволосый мужчина. – Мне кое-что нужно. Я надеюсь, что ты поможешь мне найти это в мирах среднего уровня. Нин Шу стала ещё более растерянной. - Что же это? И почему это существует только в мирах среднего уровня? Раз вам это нужно, то почему бы вам самому это не поискать? Разве вы не можете сделать это самостоятельно? - Я не могу входить в миры слишком низкого уровня, - тихо сказал сереброволосый мужчина. Нин Шу: … Хоть у неё и было ощущение, что этот человек довольно силён, это всё равно было слишком примечательно, что он мог в такой спокойной манере называть миры среднего уровня слишком низкоуровневыми. Губы Нин Шу дрогнули, когда она спросила: - И что же вам нужно? - Некий песок, который называется звёздный песок, - сказал сереброволосый мужчина. – Если ты найдёшь для меня звёздный песок, то я выдам тебе щедрую награду. Если отложить пока в сторону вопрос о награде, основной проблемой было то, что она даже не знала, что такое звёздный песок. Она спросила: - А как он выглядит? Почему он существует только в мирах среднего уровня? - Хоть он и попадает в категорию песка, на самом деле это нечто вроде камня, который можно даже описать как кристалл. Это камень таинства, который формируется в процессе развития мира среднего уровня, чтобы стать высокоуровневым миром, - сказал сереброволосый мужчина. Нин Шу была удивлена. - Тогда эта штука, вероятно, очень ценная. Разве её нельзя купить? В сборном пространстве полно магазинов, так что ему не должно составить труда найти то, что ему нужно. Сереброволосый мужчина глянул на Нин Шу, которая вскакивала от удивления от каждой мелочи. - На самом деле, тут от этой вещи нет особой пользы. Это больше похоже на смолу, которая выделяется деревом. Нин Шу: →_→ Она почувствовала себя такой глупой. По какой-то невысказанной причине, на неё явно смотрели свысока. ____________________ Примечание: * Слово цзянху впервые появляется в китайских классических литературных текстах больше, чем две тысячи лет назад. Одно из первых упоминаний мы находим в философском памятнике «Чжуан-цзы» (IV век до н. э.), где автор использует термин цзянху для размышлений о человеческой жизни в главе под названием «Высший учитель»: «Когда высыхает пруд, рыбы, оказавшиеся на суше, увлажняют друг друга жабрами и смачивают друг друга слюной. И все-таки лучше им забыть друг о друге в просторах полноводных рек и озёр» «Реки и озёра» в этом фрагменте — это и есть цзянху, это действительно буквальный перевод этого слова. Что же это все значит? Дело в том, что для даосов, к которым относился философ Чжуан-цзы, термин цзянху значит нечто большее, чем просто «вольница»: цзянху — это не только реальное, но и ментальное пространство свободы. Соответственно, высыхающая рыба во фрагменте из «Чжуан-цзы» — это метафора нашей жизни в материальном мире. А «реки и озёра» обозначают одновременно и нашу телесность, телесное существование, и нашу ментальную сферу, которая дает нам возможность созерцать мир. Именно созерцание помогает людям достичь состояния сяояо 逍遙 (безмятежности, свободы, нестесненности ограничениями). ---------- Почему Вы Просите Меня? Так как эта вещь была практически бесполезной, то зачем она была ему нужна? Но Нин Шу не планировала спрашивать об этом. Даже если она спросит, он не обязан ей отвечать. Подумав немного, она сказала: - Я не знаю, как найти звёздный песок, и я не могу гарантировать, что смогу его найти. - Я могу ждать сколько угодно, пока ты не найдёшь. Время – это не проблема. Если ты найдёшь и соберёшь немного, то можешь прийти в комнату консультации, чтобы поторговаться со мной, - сказал сереброволосый мужчина. Нин Шу задумалась над этим, а потом спросила: - Почему вы просите меня? Её настоящий вопрос был в том, почему среди всех сереброволосый мужчина искал именно её. Сереброволосый мужчина сказал: - Никто из тех, кого я знаю, не пойдёт в мир низкого уровня. Так уж вышло, что я увидел тебя, и поэтому решил предложить тебе эту сделку. Нин Шу: … Её сердце только что получило тысячу очков урона. - Вот так выглядит звёздный песок. Сереброволосый мужчина протянул Нин Шу лист бумаги. Эта бумага была цвета белого золота и чуть толще, чем обычная бумага. Нин Шу глянула на изображение. Звёздный песок очень хорошо отражал своё название. Он был серебристым и очень мелким. Он выглядел размером лишь с ноготь. Похоже, что его будет не так-то просто найти. Всё же, он был таким мелким, что даже если она с ним столкнётся, она всё равно может не заметить и пройти мимо. Нин Шу кивнула и сказала: - Я сделаю всё, что в моих силах. Сереброволосый мужчина кивнул, а потом поднялся, чтобы уйти. У двери он замер на мгновение и сказал: - Заказывай всё, что захочешь. Я угощаю. После этого сереброволосый мужчина толкнул дверь и вышел. Нин Шу не стала вести себя вежливо и позвала официанта, чтобы заказать полный стол блюд. После того, как она закончила есть, она вернулась в системное пространство. - Как так вышло, что Чжан Цзясэнь стал получателем заданий? – спросила Нин Шу у 2333. - Любая подходящая душа может стать получателем заданий, - сказал 2333. Нин Шу почувствовала сильную усталость. - А ты можешь выяснить его текущий уровень? Как так вышло, что он смог столь быстро появиться в сборном пространстве? - Это не то, что я могу расследовать. Вспомогательные системы – это независимые сущности, связанные с индивидуальными получателями заданий. Мы не можем узнавать информацию о других получателях заданий. Что касается того, как он смог появиться в сборном пространстве, ему достаточно было накопить пятьсот тысяч очков опыта, чтобы активировать сборное пространство, - объяснил 2333. – Ты и сама активировала сборное пространство, когда впервые набрала пятьсот тысяч очков. Нин Шу презрительно поджала губы. Судя по поведению Чжан Цзясэня, если ему представится шанс, он обязательно будет мешать ей в будущем. У Нин Шу было ощущение, что Чжан Цзясэнь узнал её из-за одного из её подсознательных движений. У всех есть свои собственные привычки. И, так или иначе, какое-то время она прожила с Чжан Цзясэнем, поэтому вполне нормально, что он смог угадать её личность. Нин Шу обхватила свою голову. Ей придётся быть более внимательной на будущих заданиях. И, если ей представится шанс растоптать его, она должна убедиться, что она сокрушила его. Мысленно заполнив файл с информацией о Чжан Цзясэне, она взяла бумагу, которую ей дал сереброволосый мужчина. Она была очень плотной и гладкой, без каких-либо складок. Нин Шу попыталась порвать её, но обнаружила, что не может этого сделать. Даже когда она увеличила силу, она не смогла порвать бумагу. Это был очень хороший материал. Нин Шу посмотрела на изображение звёздного песка на бумаге и записала его в свою память. Таким образом, если ей действительно удастся столкнуться с ним, она его не пропустит. - Что это за бумага такая? Она такая прочная, - сказала Нин Шу. 2333: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Почему этот хост всегда выглядит так, словно она никогда ничего не видела в мире? - Какой бы прочной она ни была, это всё равно лишь бумага. Чего ты так удивляешься-то? – с насмешкой ответил 2333. – Конечно же, люди вроде него будут использовать более высококачественные вещи. Нин Шу нахмурилась и раздражённо сказала: - 2333, почему ты всё время ведёшь себя так, словно у тебя наступила менопауза? Ты всегда говоришь таким недовольным тоном. И что с того, что я удивляюсь? Всё-таки, я никогда раньше не видела такой бумаги, вот почему я спрашиваю. Если ты мной недоволен, то ты можешь отменить нашу связь. ---------- Нить Любви 2333 затих на некоторое время, а потом сказал: - Прости, я почти забыл, что ты девушка. Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Блять, и с какой это стати она не девушка? Это вообще можно считать за извинение? То, как он говорит – просто невыносимо. - Эта бумага сделала из мякоти зонтичного дерева*, поэтому она очень прочная и может долго храниться. Если ты чего-то не понимаешь, то ты должна больше читать, - сказал 2333. Нин Шу закатила глаза, а потом взяла книгу с полки и вложила бумагу между страниц. Она открыла системный рынок. Ей показалось, что она уже давно сюда не заглядывала. Ей уже больше не были интересны вещи, которые предлагал системный рынок. С тех пор, как она прошла через прошлое экзаменационное задание и ей было запрещено использовать предметы с системного рынка, она начала усердно работать над тем, чтобы меньше зависеть от вещей, которые были куплены на системном рынке. Если она могла чему-то научиться, она работала над тем, чтобы изучить это самостоятельно так же, как она обучалась медицине у божественного доктора. Таким образом система не сможет забрать её навыки. Нин Шу полистала системный рынок и, наконец, купила постные пилюли, воду и пилюли противоядия, а заодно и некоторые базовые медицинские препараты. Больше ей на глаза ничего не попалось. Она закрыла системный рынок. - Давай встретимся с новым поручителем. Нин Шу села прямо, чтобы с достоинством встретить поручителя. - Ладно. Как только 2333 закончил говорить, в системном пространстве появилась женщина. Эта женщина была одета в модную одежду древней эпохи, а её длинные волосы были собраны в конский хвост. Нин Шу посмотрела на лицо женщины. Её губы были слегка подкрашены чёрным, а вокруг её лица словно витала чёрная аура, отчего её черты лица казались немного нечёткими. - Меня зовут Сяо Сусу. Я хочу запросить контратаку. Сяо Сусу посмотрела на Нин Шу. Её голос звучал очень ясно. - Я просто хочу освободиться от оков моей родословной. Только из-за того, что я обладала этой родословной, мне не позволили жить. Нин Шу была немного в замешательстве и спросила: - И какое твоё желание? - Я хочу жить своей жизнью, и чтобы меня больше не использовали другие. Выражение лица Сяо Сусу потускнело. Похоже, что она что-то вспомнила, и её брови плотно нахмурилось, а на лице появилась печаль. Нин Шу кивнула и сказала: - Я берусь за это задание. Как только она это сказала, душа Сяо Сусу исчезла из системного пространства. Нин Шу задумалась на мгновение, а потом спросила у 2333: - А есть ли какие-нибудь приспособления, которые позволят мне знать, есть ли на задании другие получатели заданий? - Нет, - ответил 2333. Нин Шу изрядно разочаровалась. Она думала, что если бы был способ определить, когда Чжан Цзясэнь находится в одном мире с ней, тогда она, по крайней мере, была бы к этому готова. А ещё лучше, если она смогла бы его убить. - Но есть приспособление, которое может обладать таким эффектом. Оно называется нить любви. Если использовать это приспособление на том, кого ты хочешь отслеживать, то, если вы, ребята, окажетесь в одном мире и встретитесь, то эта нить станет горячей, - сказал 2333. - Нить любви?! Нин Шу нахмурилась. Это название звучало не очень хорошо. - Побочный эффект действует как яд гу**, и заставляет этих двоих постепенно влюбляться друг в друга, - 2333 звучал так, словно он ухмыляется. – Хочешь купить её? Нин Шу: -_-||| Он явно над ней издевается! Влюбляются?! Она и Чжан Цзясэнь?! От одной только мысли об этом, она содрогнулась от отвращения. - Ни за что. Нин Шу вообще не хотела связываться с Чжан Цзясэнем. Она спрашивала об этом в качестве меры предосторожности от Чжан Цзясэня, а не для того, чтобы троллить себя. Она ни за что не могла пойти на нечто столь глупое. А иначе, к тому времени, она действительно окажется игрушкой в руках Чжан Цзясэня. И эта судьба даже хуже смерти. Чжан Цзясэнь получит возможность отомстить, а она будет даже ему в этом помогать. ____________________ Примечание: * Фирмиа́на проста́я (китайское зонтичное дерево) — растение; вид рода Фирмиана семейства Мальвовые. Листопадное дерево с округлой или зонтиковидной кроной, достигающее высоты до 20 м. Родина фирмианы — субтропики Южной Японии, Индокитая и Китая. В странах, где фирмиана произрастает в диком виде, её древесина служит сырьём для получения лучших сортов бумаги, а кора — материалом для изготовления верёвок. © Википедия ** Яд Гу - отрава на основе яда, связанный с культурами южного Китая, особенно с Наньюэ. Традиционное приготовление яда гу заключалось в запечатывании нескольких ядовитых существ (например, многоножки, змеи, скорпиона) в закрытом контейнере, где они пожирали друг друга и якобы концентрировали свои токсины в единственном выжившем, телом которого питались личинками до тех пор, пока оно всё не было съедено. В последней выжившей личинке содержался сложный яд. Гу использовалась в практиках черной магии, таких как манипулирование сексуальными партнерами, создание злокачественных заболеваний и умерщвлении. ---------- Сражение С Диким Кабаном После того, как Нин Шу узнала про мощный побочный эффект "нити любви", она отказалась от её применения. Использование подобного приспособления на Чжан Цзясэне было полнейшим самоубийством. Это бы означало, что она уже отказалась от своей жизни. - Давай начнём задание. Вместо того, чтобы пытаться придумать способ обезопасить себя от Чжан Цзясэня, будет лучше усердно работать, чтобы стать сильнее, а потом просто сокрушить его. На самом деле, она невольно чувствовала себя неуверенной перед Чжан Цзясэнем. Ей было не так-то просто успешно завершить ту контратаку, но теперь она обнаружила, что мужчина, которого она победила с таким трудом, вернулся. И теперь он был ещё сильнее, чем прежде. Это было страшнее, чем столкнуться с призраком. Нин Шу почувствовала волну головокружения, а потом её душа вошла в тело. Ещё до того, как она открыла глаза, она уже почувствовала напряжённую атмосферу. Она почувствовала, как её сердце бешено колотится. Нин Шу поспешно открыла глаза и обнаружила, что она находится в лесу. Вокруг неё было множество людей различного возраста. Самому младшему было лишь семь, а старший выглядел лет на пятнадцать или около того. В группе были и мальчики, и девочки. Нин Шу осматривалась по сторонам, когда из леса выбежал дикий кабан, с жёстким колючим мехом и бивнями, словно у слона. Никто бы не смог выжить, пронзённый этим клыком кабана. Так как Нин шу смогла заметить этого кабана, то и все остальные, естественно, тоже увидели его. Они тут же начали кричать и убегать. Некоторые более умные дети начали залезать на деревья. Когда Нин Шу увидела кабана, она инстинктивно приготовилась убегать. Однако она увидела, что мальчик, которому на вид было всего лишь семь лет, казался таким напуганным, что он не мог пошевелиться. Он просто стоял на месте и тупо смотрел на кабана. Нин Шу схватила его за руку и начала бежать, словно сумасшедшая. Из-за того, что она тащила за собой ещё одного ребёнка, она не могла бежать очень быстро. Все остальные уже попрятались, поэтому кабан нацелился на Нин Шу и мальчика. Кабан мог бегать очень быстро. Всё выглядело так, словно он скоро их догонит, поэтому, когда Нин Шу заметила впереди сухую ветку, она отшвырнула мальчика в сторону, и быстро подобрала ту ветку. Затем она резко развернулась лицом к дикому кабану, который нёсся на неё. В её теле было странное ощущение. Словно что-то внутри неё беспокойно шевелилось, пытаясь вырваться наружу. Это было очень странное ощущение, словно в её теле был пойман огромный зверь. Нин Шу тут же подавила силу, которая пыталась вырваться из её тела. Она планировала ткнуть веткой в глаз кабана, но, прежде чем кабан смог добраться до неё, вокруг его тела оплелась лента и остановила его движения. Кабан попытался освободиться, но не смог. Нин Шу проследила взглядом вдоль ленты и увидела маленькую девочку, которой было около 12 лет, которая держала в руке другой конец ленты. Её деликатное и красивое лицо сейчас было покрыто потом. Было ясно, что ей не так-то просто сдерживать кабана. Нин Шу не стала мешкать и тут же вонзила палку в глаз кабана. Нин Шу это удалось, и кабан пронзительно закричал, а потом начал ещё сильнее вырываться, до тех пор, пока ему не удалось освободиться от ленты. Это животное явно затаило обиду. После того, как Нин Шу ткнула ему палкой в глаз, он начал рычать и гоняться за Нин Шу. И когда он уже почти догнал Нин Шу, по воздуху внезапно пролетел складной веер и ударил по шее дикого кабана. Голова дикого кабана была ровно отсечена и повсюду начала хлестать кровь. Однако на складном веере крови не было. Обезглавленное тело кабана продолжило некоторое время бежать, после чего, всё же, рухнуло и начало конвульсивно дёргаться на земле. Нин Шу тоже слабо рухнула на землю. Её ноги совсем выбились из сил. Она вытерла холодный пот со лба. Мальчик, которого она тогда отбросила с дороги, подбежал к ней и спросил: - Ты в порядке? Нин Шу кивнула. ---------- Да Кто Захочет Такое Есть? Девушка, владеющая лентой, тоже подошла. Она смерила взглядом Нин Шу и сказала: - К счастью, Духовный Учитель был рядом, чтобы спасти тебя. А иначе тебя бы уже не было. - Спасибо, - Нин Шу поблагодарила девушку. – А ты довольно сильная. Девушка фыркнула как цундере. Дикий кабан был убит, поэтому ребята, которые прятались, тоже повыходили из укрытий и окружили их. Так как все только что были напуганы кабаном, у них на лицах всё ещё были шокированные выражения. Два человека прилетели на ветру и остановились перед группой людей. Когда группа детей увидела этих двух человек, летящих по воздуху, их взгляды наполнились восхищением и завистью. Нин Шу увидела, что один из мужчин имел красивую и утончённую внешность, грациозную ауру и почти божественный, не от мира сего, темперамент, который обычно имеется у культиваторов. Он апатично стоял перед ними, держа в руке складной веер. Было очевидно, что это именно он сейчас убил кабана. Когда Нин Шу увидела этого человека, в её сердце всколыхнулась волна эмоций, которые было трудно описать. От этого её сердце заболело от горечи, разочарования и раздражения. В любом случае, это было очень сложное сочетание. Нин Шу молча прочитала очищающую сердце мантру и подавила это чувство. Культиваторы обладают очень острыми чувствами, поэтому они наверняка заметили бы её аномальное состояние, если бы она этого не сделала. - Вы, ребята, должны сегодня провести ночь в этом лесу. Мы проверим ваши духовные основы завтра, - сказал более молодой культиватор, на спине которого был большой меч. Выражения лиц всех ребят ухудшилось, когда они услышали, что им придётся провести ночь в лесу. Некоторые из них, которые были более робкими, вроде того мальчика, которого недавно спасла Нин Шу, выглядели так, словно они уже были на грани того, чтобы расплакаться. - Вашим ужином на сегодня будет этот дикий кабан. Мужчина указал на дикого кабана своим складным веером. После этого он добавил: - О, и ещё: в этом лесу много других диких зверей. Тут могут появиться даже демонические звери, так что следите за собой, ясно? Когда он это сказал, лица некоторых ребят тут же стали бледными от страха. Мужчина со складным веером улыбнулся. Он с самого начала уже выглядел, как бессмертный, поэтому, когда он вот так ухмыльнулся, он стал выглядеть совсем как роковой мужчина. Его улыбка была крайне чарующей. - Вот ведь лис, - тихо пробормотала себе под нос девушка с лентой. Мужчина со складным веером глянул на неё со слабой и нечитаемой улыбкой. Он не выглядел так, словно у него есть какие-либо добрые намерения. Девушка была немного напугана, когда он уставился на неё подобным образом, но она всё равно выпрямила спину. После этого два культиватора улетели прочь, несмотря на надежды всех присутствующих, что они останутся. Какое-то время атмосфера была напряжённой. Все только переглядывались, и никто ничего не говорил. Более того, никто не сделал ни шага в сторону дикого кабана. И хотя им сказали, что этот дикий кабан будет их ужином, никто не хотел его трогать. Нин Шу проверила свою одежду и обнаружила, что у неё на поясе висит нож, поэтому она вышла вперёд, чтобы разобраться с диким кабаном. Если оставить дикого кабана просто так, то он может привлечь других хищных животных, вроде волков. Более того, согласно словам того мужчины, это могут быть даже демонические звери. - Что ты делаешь? – спросила у Нин Шу девушка с лентой. Нин Шу была недавно спасена этой девушкой, поэтому у неё было очень хорошее отношение к ней. Она объяснила: - Я собираюсь избавиться от этой штуки. А иначе туша может привлечь других диких зверей. Нин Шу вскрыла живот дикого кабана и из горячих внутренностей тут же разнёсся запах фекалий. Когда остальные только учуяли его, они тут же отступили. Так как это было связано с их выживанием, Нин Шу стерпела запах и извлекла внутренние органы. Она планировала выкопать яму, чтобы зарыть в ней внутренние органы, но потом осознала, что у неё нет никаких инструментов, которыми можно было бы копать. - Эй, ребята, подойдите и помогите мне выкопать яму, чтобы зарыть всё это барахло. А заодно, присыпьте кровь на земле почвой, - сказала Нин Шу. Они замешкались немного, а потом начали рыть ножами и камнями. После некоторой совместной работы, им наконец-то удалось выкопать яму. - Бросьте в яму и кабана тоже. Мы ни за что не станем есть его. Он такой вонючий и волосатый, да кто захочет такое есть? Тот лис наверняка сделал это специально, - сказала девушка с лентой, обращаясь к Нин Шу. ---------- Мир Демонов и Культиваторов Нин Шу удивилась, когда услышала, что девушка хочет выбросить кабана. Она спросила: - Что же мы тогда будем есть, если выбросим его? - У нас у всех есть сухие пайки, так что нам не нужно есть такую дрянь. Нин Шу: - … Поистине ужасно. Тот мужчина сказал, что этот дикий кабан будет их ужином, и она действительно поверила в это! Грош цена таким словам! А ведь ей было очень трудно вытерпеть вонь, чтобы вскрыть живот кабана. И она сама вся провоняла. Нин Шу не знала, что и сказать. Эта девушка подождала, пока Нин Шу закончит доставать все органы из кабана, после чего сказала ей о сухих пайках. Нин Шу было слишком лень, чтобы спорить с ней. Она просто сорвала пучок травы, чтобы вытереть кровь. Весь дикий кабан был похоронен в яме. После этого все прижались друг к другу. К этому времени небо уже стало тёмным. Какие-то птицы кричали в лесу, создавая пугающую какофонию звуков. К тому же, крапчатые тени, отбрасываемые деревьями, создавали очень зловещую атмосферу. Все невольно стали прижиматься ближе к своим товарищам. Один из них достал сухой паёк, чтобы поесть. Нин Шу осмотрела свою сумку на пояске и обнаружила, что она была пуста. В мешке для воды тоже ничего не было. Изначально она хотела съесть постную пилюлю, но обдумав всё, она поняла, что те два культиватора наверняка на самом деле не бросили эту группу людей. Скорее всего, они находятся где-то поблизости, наблюдая за ними. А иначе как они смогли появиться так своевременно, после убийства кабана? У культиваторов очень острые чувства. Если она попытается тайком съесть постную пилюлю, она всё равно не сможет избежать их взгляда. Более того, она сейчас была слишком слаба, чтобы идти на такой риск. Так как у неё нечего было есть, то она могла лишь прислониться к дереву и начать получать историю. В этом мире были люди, демонические звери и демоны. Люди культивировали, чтобы достичь бессмертия. Демоны были злобными по природе и крали силу у других, чтобы сделать сильнее себя. В этом мире была огромная популяция демонических зверей. И хотя у них был низкий интеллект, у них было численное преимущество. Они доминировали и в море, и на земле. Люди, демонические звери и демоны формировали трёхсторонний баланс сил. Континент Лазурные Воды был несравненно большим. Никто в точности не знал, насколько он большой. Он был полон опасностей и неизвестных мест. Это был мир, полный убийств, мир, где уважают только сильных. Демонам нравилось пожирать жизненную силу культиваторов, поэтому культиваторам приходилось отбиваться, чтобы защитить свои жизни. Посему, эти два клана имели очень глубокую вражду между собой, и каждая сторона постоянно пыталась убить другую сторону. Что касается демонических зверей, то им не хватало порядка, так как у них не было командира, который бы их вёл за собой. Иногда они словно существовали только для одной цели – приносить культиваторам сокровища. Культиваторы извлекали ядра этих зверей и собирали урожай в виде частей тела. Демоны тоже охотились на демонических зверей ради еды. И хотя у демонических зверей было преимущество в большом количестве, они были в невыгодном положении из-за своего низкого интеллекта. И в то же время, были также и культиваторы, которые оказывались в желудках демонических зверей. Кто был сильным – выживал. Кто был слабым – умирал. Изначальный хост Сяо Сусу была полу-человеком, полу-демоном. Её отец был очень могущественным демоном, а её мать была человеком культиватором. Её отец поймал и изнасиловал её мать. Однако её мать неожиданно забеременела и родила полу-человека, полу-демона Сяо Сусу. Её мать хотела покончить жизнь самоубийством, едва только родила, но её отец высосал всю жизненную силу матери прежде, чем она успела это сделать. Её мать начала стремительно стареть, пока, в итоге, от неё не остались только кожа, да кости. Сяо Сусу выросла в Демонической Пещере. Так как по её венам текла человеческая кровь, она не обладала способностями демонов. Из-за этого она стала жалким существом, над которым часто издевались. Когда ей было около пятнадцати лет, отец запечатал её демоническую кровь и заставил её вступить в Бессмертную Секту, чтобы украсть их божественный артефакт, Меч Сюаньюань. Этот меч был создан при помощи редкого материала, чистого янь. К тому же, в момент создания, его создатели пропитали его свежей кровью человека с телосложением чистого янь, поэтому этот меч был особенно эффективен против демонов. Отец Сяо Сусу был очень могущественной фигурой среди демонов, и он всегда желал поработить человеческую расу. Именно потому он и позволил родиться Сяо Сусу, потому что хотел украсть этот божественный артефакт. ---------- Используемая Всеми Сяо Сусу успешно вступила в Бессмертную Секту, и ей даже удалось стать ученицей мастера Цин Хуа. Мастером Цин Хуа был как раз тот мужчина со складным веером. В мире культивации он был известен как самый молодой эксперт на стадии формирования души. У него были первоклассные духовные основы и бесшабашный характер. Казалось, что он больше похож на тех, кто предпочёл бы, чтобы весь мир был в хаосе, поистине плохой самаритянин. Время шло, и у Сяо Сусу, в итоге, появились чувства к её учителю, похожему на божество. В итоге, она влюбилась. Однако мастеру Цин Хуа очень нравилась другая ученица, которую он принял в обучение в то же время, Юй Линэр. Юй Линэр была та девушка, владеющая лентой. В мире смертных она была принцессой, но, когда её королевская семья обнаружила, что у неё двойная духовная основа, они отправили её в мир культивации. У этой маленькой девочки была гордость принцессы, но её характер был довольно простым и прямолинейным. Из-за её характера, похожий на лиса учитель часто поддразнивал её. Сяо Сусу имела низкую самооценку и всегда очень уважительно относилась к своему учителю. Она не могла быть такой свободомыслящей, как Юй Линэр, поэтому Юй Линэр заметно затмевала существование Сяо Сусу. По сравнению с пребыванием на территории демонов, Сяо Сусу предпочла остаться в Бессмертной Секте. Мастер Цин Хуа направлял её культивацию и у неё была возможность видеть его, отчего она чувствовала себя очень счастливой. Чтобы остаться тут, Сяо Сусу вынуждена была терпеть болезненные припадки, вызванные печатью. Печать не просто скрывала её демоническую родословную, но она также вызывала припадки по прошествии длительного времени. Во время этих припадков ей было больно так, словно тысячи муравьёв вгрызались в её кости. Более того, если бы её отец, который находился на далёкой территории демонов, захотел её убить, от он мог бы сделать это одной лишь мыслью, и Сяо Сусу пришлось бы молча принять свою смерть. Однако однажды, во время одного из её припадков, кое-кто обнаружил тот факт, что она обладает демонической энергией. Ненависть клана людей к демонам глубоко укоренилась в их сердцах, и они обычно убивали демонов при первой же встрече. Ведь демоны не только поглощали жизненную силу культиваторов, они также выпивали всю кровь у обычных людей. И поэтому две эти расы были непримиримыми врагами. Естественно, Бессмертная Секта захотела убить Сяо Сусу. Однако мастер Цин Хуа пошёл против решения секты и спас Сяо Сусу. Сяо Сусу была очень тронута тем фактом, что мастер Цин Хуа спас её, поэтому она призналась о цели своего прихода в Бессмертную Секту. Мастер Цин Хуа сказал, что Сяо Сусу больше не может оставаться среди людей, и дал ей меч Сюаньюань. Со слезами на глазах Сяо Сусу понесла меч Сюаньюань обратно к демонической расе и передала его своему отцу. Однако, как только её отец коснулся меча, тот взорвался. Силы этого взрыва было недостаточно, чтобы ранить её отца, но внутри меча Сюаньюань был скрыт кровососущий червь, который смог воспользоваться преимуществом секундного отвлечения, и вгрызся в сердце её отца. Мастер Цин Хуа действительно делал всё, что ему вздумается. Большинство людей в ортодоксальных сектах постоянно думают о том, как их поступки повлияют на их репутацию или имидж, но мастера Цин Хуа ничего из этого не волновало. Если что-то могло сработать, то он попытался бы это сделать, поэтому он использовал Сяо Сусу, чтобы сделать тайную атаку на её отца. И этот метод явно был эффективен. Демоническая раса полагается на свою кровь, чтобы культивировать. Поэтому, когда кровососущий червь вошёл в сердце отца Сяо Сусу и начал пожирать его кровь и жизненную силу, культивация её отца начала стремительно регрессировать. Отец Сяо Сусу был в крайней ярости и тут же высосал всю кровь из Сяо Сусу. В расе демонов, кровное родство ничего не значило. Важна была лишь сила; кто был силён – владел всем. Читайте самые свежие главы только на https://tl.rulate.ru/book/11249 Когда Сяо Сусу только родилась, она уже была обречена не иметь хорошей жизни из-за своей родословной. Раса людей не могла терпеть её из-за её демонической крови, а расу демонов ещё меньше волновала такая полукровка, как она. У неё даже не было никаких прирождённых способностей, как у демона. К тому же, учитель, которого она так сильно уважала и любила, тоже использовал её. Сердце Сяо Сусу было разбито от того, как с ней обошёлся тот, кого она любила. Это предательство стало ещё более болезненным, когда её отец высосал всю её кровь и жизненную силу. Мастер Цин Хуа согрел сердце Сяо Сусу небольшим количеством нежности, проявленной к ней, но потом он жестоко забрал всё это тепло. Сяо Сусу была в растерянности. Она даже не знала, ради чего жила. Она хотела, чтобы Нин Шу контратаковала за неё, чтобы помочь ей освободиться от той боли, которую ей принесла её родословная. Источником боли Сяо Сусу было то, что она была недостаточно сильная. У неё не было силы сопротивляться, когда её отец поместил на неё печать. И причина, почему мастер Цин Хуа использовал её, была в том, что она была слабой, словно муравей, поэтому ему не нужно было переживать из-за неё. Нескончаемые войны между двумя расами сделали так, что их ненависть друг к другу глубоко укоренилась в их сердцах. Как только происхождение Сяо Сусу было раскрыто, мастер Цин Хуа больше не считал её своей ученицей. Проще говоря, всё, что с ней произошло, произошло потому, что ей не хватало силы. ---------- Ты Должна Гордиться! После того, как Нин Шу получила историю, она почувствовала лёгкий голод. Когда она увидела, что все остальные вокруг едят, она почувствовала ещё более сильный голод. - Это тебе. Ешь. Нин Шу бы предложен жареный мясной пирожок. Она обернулась и обнаружила, что позади неё находится маленький мальчик, который держит в руке мясной пирожок. Нин Шу приняла мясной пирожок, поблагодарила его и начала есть. Пирожок был очень вкусным. Аромат мяса наполнял её рот с каждым укусом. - Вкусно же? Это моя мама сделала для меня, - сказал маленький мальчик, подходя к ней. – Меня зовут Цю Му, а тебя? О, и спасибо, что спасла меня тогда. - Без проблем, - Нин Шу посмотрела на Цю Му. – Ты такой молодой. Твоя семья не волнуется о том, что ты тут один? - Конечно же, они волнуются. Но мой папа сказал, что у меня большой потенциал, поэтому, чем раньше я вступлю в Бессмертную Секту, тем лучше, - Цю Му выглядел немного возмущённым. – Если бы я знал, что это будет так опасно, то я бы ни за что не пришёл. - И насколько хороший у тебя потенциал? – спросила Нин Шу. - Мой папа сам меня проверял. У меня духовная основа с самой большой атакующей силой, металлическая духовная основа. А ещё у меня всего одна духовная основа. Цю Му слегка приподнял подбородок, отчего он стал выглядеть очень горделиво. Чем меньше основ у человека, тем выше его потенциал. К тому же, те, у кого меньше духовных основ, могут культивировать быстрее, чем те, у кого больше духовных основ. И, если они не умрут в молодости, то они станут силой, с которой в будущем будут считаться. Таланты вроде Цю Му были очень востребованными в Бессмертной Секте. Изначально Нин Шу хотела заняться тренировкой Непревзойдённых Боевых Искусств, но, так как за ней наблюдали, она решила этого не делать. Вообще-то, Нин Шу не хотела вступать в Бессмертную Секту, и уж тем более красть какой-то меч Сюаньюань. Пока её печать активна, люди легко смогут обнаружить, что она обладает демонической энергией. Эта печать предназначалась для того, чтобы подавлять её демоническую родословную и демоническую энергию в её теле, но, так как демоническую энергию невозможно подавлять постоянно, печать периодически вызывала припадки. Это всё было просто слишком несправедливо. Сяо Сусу имела лишь немного демонической энергии и у неё даже не было врождённых способностей демона, поэтому она не могла высасывать жизненную силу культиваторов, как остальные представители расы демонов. Нин Шу прислонилась к стволу дерева, а Цю Му прислонился к ней. Нин Шу глянула на Цю Му, и тот тут же выпрямил спину, со словами: - Этот юный господин прислонился к тебе потому, что очень высоко тебя ценит. Нин Шу: -_-! Проваливай, сопляк. Нин Шу проигнорировала его. Она закрыла глаза и прислонилась к стволу дерева, чтобы отдохнуть. Когда её сердце успокоилось, чувство, что за ней наблюдают усилилось. К счастью, она уже вела себя осторожно и не стала доставать постные пилюли или тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Пока она находится под наблюдением Бессмертной Секты она не могла раскрыть свою личность, а иначе она умрёт. Когда люди сталкивались с демонами, они убивали их без малейшего сожаления. Хоть Нин Шу и закрыла глаза, она всё равно следила за тем, что происходило вокруг. Однако до наступления утра никто не столкнулся ни с какой опасностью. К ним не приближались ни опасные животные, ни демонические звери. Было ясно, что те люди защищали их. Тут было так много талантливых детей. Если с ними что-то случится, Бессмертная Секта определённо будет огорчена этой утратой. Любая основная секта культивации хотела заполучить себе учеников с хорошим потенциалом. Нин Шу открыла глаза и оттолкнула Цю Му, который прислонился к её плечу. Её плечо промокло от его слюны. Цю Му проснулся, когда Нин Шу оттолкнула его, и протёр глаза, спрашивая: - Что случилось? Остальные тоже начали постепенно просыпаться и зевать. Мастер Цин Хуа и юноша с большим мечом, привязанным к его спине, появились перед ними. Юноша, который следовал за мастером Цин Хуа, был Гун Хао, культиватор меча на стадии золотого ядра. В этот раз он отвечал за вербовку учеников. Мастер Цин Хуа был могущественным культиватором на стадии формирования души. Его статус в Бессмертной Секте был очень высоким, поэтому ему не нужно было надзирать за подобным событием. Однако ему было скучно, и он пришёл сюда исключительно ради развлечения. После этого мастер Цин Хуа встретил Юй Линэр, а потом началась его интересная жизнь с воспитанием ученицы. Он держал в руке складной веер и медленно обводил взглядом всех присутствующих. Каждый, на кого он смотрел, выпрямлял спину и с уважением смотрел на него. Его взгляд прошёл мимо Нин Шу и, наконец, остановился на Юй Линэр, после чего на его лице появилась загадочная улыбка. ---------- Кто Придёт Первым – Получит Награду Юй Линэр тут же почувствовала недобрые намерения мастера Цин Хуа и внезапно у неё появилось дурное предчувствие. Нин Шу краем глаза глянула на мастера Цин Хуа и Юй Линэр. Эта пара из учителя и ученицы практически олицетворяла собой историю о старом лисе и маленьком кролике. У Нин Шу не было никакого конфликта с Юй Линэр. Даже в изначальной истории Юй Линэр никогда не обижала Сяо Сусу. В секте Сяо Сусу была старшей сестрой для Юй Линэр. Она была старше, чем Юй Линэр, поэтому, вполне очевидно, что она не стала бы намеренно создавать проблемы для Юй Линэр. Сяо Сусу лишь немного завидовала, когда видела, как сильно её учитель заботится о Юй Линэр, но, учитывая её от природы слабый и подчинённый характер, естественно, что она ничего об этом не говорила. Также как вода в колодце не влияет на речную воду, романтические чувства Сяо Сусу к её учителю не влияли на её отношения с Юй Линэр. К тому же, Сяо Сусу с самого начала вступила в Бессмертную Секту с недобрыми намерениями, поэтому она не смела поднимать шумиху. Она чувствовала себя хуже остальных, поэтому была такой покорной, но даже это не помогло ей спасти свою жизнь. Быть рождённой в этом мире было её величайшим грехом. - Теперь мы отправимся в Бессмертную Секту, чтобы проверить ваши духовные основы, - сказал Гун Хао, культиватор меча. Как только Гун Хао сказал это, на лицах детей появились улыбки. Когда мастер Цин Хуа увидел эти возбуждённые выражения лиц, он улыбнулся. Он выглядел так, словно предвкушал хорошее представление. Юй Линэр невольно презрительно поджала губы. Какой лис! - Вы, ребята, пойдёте отсюда прямо до ворот Бессмертной Секты, а потом подниметесь на пять тысяч ступеней. Ваше исполнение этих заданий будет также включено в общую оценку, - сказал Гун Хао. Пойдём пешком?! Это место было как минимум в десяти километрах от Бессмертной Секты. Если бы они были могущественными культиваторами, то они бы смогли пересечь это расстояние на одном дыхании. Но они ещё даже не начали культивировать, так что это определённо будут утомительные десять километров. А после этого им всё ещё придётся взбираться на пять тысяч ступеней. - Скорее, начинайте бежать! Кто придёт первым – получит награду. Мастер Цин Хуа стоял на вершине дерева и выглядел словно бог, который спустился с небес. Услышав о том, что будет награда, дети все обрадовались и поспешили побежать в том направлении, куда указывал мастер Цин Хуа. Так как был приз, эти дети бежали, словно ветер. Никто из них не хотел сдаваться, так как они сражались за награду, о которой сказал мастер Цин Хуа. Нин Шу посмотрела в том направлении, куда указал мастер Цин Хуа. Это вовсе не было направлением в сторону Бессмертной Секты. Скорее, это была абсолютно противоположная сторона. Если убежавшие дети осознают это рано, то это будет ещё нормально, но если они не осознают это и продолжат бежать, тогда окажется, что их обманули и им придётся пробежать двойное расстояние. - Боевой наставник, - беспомощно сказал Гун Хао. С совершенно незаинтересованным видом, мастер Цин Хуа слегка обмахнулся веером. Видя, что несколько человек не сдвинулись с места, он поднял бровь и спросила: - А вы почему не побежали? Награда включает в себя пилюли, ценные руководства по культивации и духовные артефакты. Голос мастера Цин Хуа был очень приятным, до такой степени, что практически очаровывал. Юй Линэр поджала губы и тихо пробормотала себе под нос: - Хмф, лис. Мастер Цин Хуа с загадочной улыбкой посмотрел на Юй Линэр. Резким щелчком он сложил свой веер и прищурился. Он явно придумывал очередной весёлый розыгрыш. К главным героям всегда было иное отношение. Культиваторы могли даже отчётливо разглядеть ножки комара, так что они явно могли услышать даже мельчайшие звуки при помощи своих острых чувств. Мастер Цин Хуа определённо услышал то, что сказала Юй Линэр. Юй Линэр уже дважды оскорбила мастера Цин Хуа, но мастер Цин Хуа в обоих случаях ничего не сказал. - Почему вы не побежали, ребята? – спросил Гун Хао у оставшихся людей. Один из юношей сказал: - Я знаю, что Бессмертная Секта находится не в том направлении. Мастер Цин Хуа посмотрел на юношу. - О, юноша из семьи Ли? Юноша вложил кулак в ладонь и уважительно отсалютовал мастеру Цин Хуа: - Да. ---------- Принуждаешь Меня Платить Награду Нин Шу молча зажгла свечку за бедных детей, которые были обмануты мастером Цин Хуа. Мастер Цин Хуа, похоже, поистине переживал, что в этом мире недостаточно хаоса. Он был по-настоящему двуличным. Нин Шу даже подозревала, что мастер Цин Хуа уже знал, кем была изначальный хост, когда принял её в свои ученики. Стоит заметить, что способности изначального хоста были не очень-то хорошими. У неё были три духовных основы: земля, дерево и огонь. Она сможет благополучно создать своё основание, но продвинуться дальше стадии основания будет для неё трудно. Если ей повезёт, и у неё будут удачные находки, тогда она сможет достичь стадии золотого ядра, но это максимум, чего она сможет достичь. Чем больше Нин Шу думала об этом, тем больше она подозревала, что мастер Цин Хуа заранее разузнал всё о Сяо Сусу. После такого осознания Нин Шу ещё меньше захотелось вступать в Бессмертную Секту. Она хотела уйти! Но ей сейчас было просто невозможно уйти. Она уже дошла до той точки, где ей нужно пройти тест на поступление в секту. Если она сейчас отступит, то это определённо вызовет подозрения. Все хотят культивировать и стремятся к бессмертию, поэтому будет выглядеть странно, если она единственная из всех этого не захочет. Что ещё важнее, на ней была тикающая бомба. Этой бомбой была печать, которую на неё поместил отец Сяо Сусу. Благодаря ей он может взорвать её на кусочки одной только мыслью. Как это удручает! - А что насчёт вас, ребята? Почему вы не бежите? – спросил мастер Цин Хуа, посмотрев в сторону Нин Шу, Цю Му и Юй Линэр. - Мне всё ещё приходится полагаться на эту женщину, которая меня защищает, - сказал Цю Му. Он пододвинулся ближе к Нин Шу. Нин Шу: Положись. На. Мою. Жопу. (‵o′)凸 Да кто захочет тебя защищать?! Ты же мужчина, это ты должен защищать женщину. У тебя что, совсем ни стыда, ни совести? - А я вам точно не поверю. Юй Линэр презрительно поджала губы. Нин Шу сказала: - Я голодная. Я не завтракала, поэтому мои ноги очень слабые. Уголки губ мастера Цин Хуа приподнялись, но он ничего не сказал. - Ты голодная? Можешь взять этот мясной пирожок. Цю Му достал из своей сумки мясной пирожок и дал его Нин Шу. Нин Шу приняла его и начала есть. Всё же, ей ещё предстояло дойти до врат Бессмертной Секты и подняться на так много ступенек. Когда Цю Му увидел, что Нин Шу с таким удовольствием наслаждается пирожком, он достал ещё один и тоже начал есть. Остальные дети тоже один за другим начали доставать свои пайки. От этого те дети, которые были обмануты мастером Цин Хуа стали выглядеть очень жалкими. Они не выпили ни капли воды, перед тем как начали интенсивные упражнения, и даже совершили такой бесполезный забег. Нин Шу съела свой пирожок и попросила у Цю Му ещё один. Цю Му дал Нин Шу ещё один, при этом недовольно бормоча: - Что это ты так много ешь? Эти пирожки мне мама испекла. Цю Му был одет в шёлковые одежды, так что было очевидно, что он был юным господином из престижной семьи. Нин Шу помогла ему лишь раз и то мимоходом, но он прицепился к ней. - Раз ты хочешь, чтобы я тебя защищала, то ты должен мне как-то платить. Неужели твоя жизнь не стоит двух мясных пирожков? – спросила Нин Шу. Цю Му искоса глянул на неё. - Все говорят, что за доброту не нужно платить. А ты сейчас принуждаешь меня платить награду. Вот ведь мальчишка… Нин Шу закончила есть, поэтому она легла на землю, чтобы отдохнуть. Всё же, ей предстоит бежать марафон. Ребята, которые до этого убежали, все вернулись, один за другим, с бледными лицами. Они попадали на землю, тяжело дыша. Нин Шу почувствовала усталость только глядя на них. - Гун Хао, сходи и посмотри, все ли вернулись, - сказал мастер Цин Хуа, обращаясь к культиватору меча. Гун Хао вложил кулак в ладонь, а потом отправился на поиски людей, которые убежали слишком далеко. Вскоре Гун Хао вернулся, держа в каждой руке по человеку. Один паренёк вышел вперёд и спросил: - Уважаемый культиватор, зачем вы нас обманули? Мастер Цин Хуа поднял брови и ответил с насмешливым взглядом: - И что с того, что я вас обманул, ребята? Неужели вы думаете, что путь к бессмертию – это лёгкая дорога? Этот мир очень опасен, и в нём обитает бесконечное число демонических зверей. К тому же, есть демоны, которые едят людей, и даже среди людей есть такие, которые имеют дурные мотивы. Неужели вы, ребята, действительно должны слепо верить всему, что я вам говорю? - Те представители расы демонов очень хороши в обмане людей. Им достаточно будет сказать лишь несколько слов, и вы, ребята, покорно отправитесь прямо к ним в пасть, - сказал мастер Цин Хуа с высокомерным и пренебрежительным выражением на лице. Озлобленные выражения на лицах обманутых детей исчезли и при этих словах, и им тут же стало стыдно за себя. - А теперь, начинайте бежать к вратам Бессмертной Секты, - холодно сказал мастер Цин Хуа. Его тело внезапно стало излучать мощное давление, от которого было трудно даже дышать. - Бегите в ту сторону. Гун Хао указал в нужном направлении. ---------- Отнеси Меня и Я Расскажу Некоторые ребята, которые не так давно были обмануты, вели себя немного опасливо, думая, что это может быть очередной обман. Однако, когда они увидели, что все остальные начали бежать, они тоже поспешили в погоню. Они чувствовали изрядную горечь. Они были голодными и едва успели вернуться к остальным, когда те снова начали бежать. - Женщина, я не смогу больше бежать. Тебе придётся меня нести, - сказал Цю Му, обращаясь к Нин Шу. Лицо Нин Шу помрачнело, и она пнула Цю Му по заднице. - Я тебе не горничная из твоей семьи. Цю Му гневно уставился на Нин Шу. - Ты такая грубая. До этого я думал, что ты нормальная, поэтому я подумывал о том, чтобы позволить тебе стать моей женой, но теперь я уже тебя больше не хочу. Нин Шу: Проваливай… Нин Шу бежала медленно со стабильной скоростью, оставаясь примерно в конце группы и наблюдая за теми ребятами, которые бежали изо всех сил впереди. Её совсем не волновал приз за победу. Этот так называемый приз может быть очередным обманом мастера Цин Хуа. Это будет вполне вписываться в характер мастера Цин Хуа, сделать нечто подобное. Цю Му тяжело дышал, когда бежал рядом с Нин Шу. - А ты можешь… можешь позволить мне прислониться к тебе? Я выдохся. Юный господин Цю Му никогда раньше так не страдал. Его заставили бежать до тех пор, пока он не начал тяжело дышать, словно собака. Нин Шу проигнорировала его и продолжила медленно бежать. Цю Му и Нин Шу постепенно отстали от основной группы. Цю Му почувствовал облегчение. - Хорошо, что ты со мной. Нин Шу: … Юй Линэр бежала среди тех, кто был впереди группы. Она уже начала культивировать, поэтому её тело было сильнее, чем у обычных людей. Нин Шу посмотрела на измотанного Цю Му. - Раз ты такой талантливый, то почему ты не начал культивировать раньше? - Мой папа… я так устал, не разговаривай со мной сейчас, - Цю Му посмотрел на Нин Шу. – Если ты понесёшь меня, то я тебе расскажу. - Я больше не хочу знать. Цю Му: … К тому времени, как они достигли врат Бессмертной Секты, ноги Нин Шу были словно свинцовые. Она уже больше не могла их поднять. Цю Му упал на колени, а потом начал падать вперёд, пока не рухнул. Он распластался по земле, словно слизняк, и начал подползать к ногам Нин Шу. - Подай мне руку. Нин Шу: -_-! Она подняла его за воротник. Бессмертную Секту нельзя было отчётливо разглядеть из-за большой формации, защищающей гору. Перед ними раскинулось лишь обширное белое нечто. Больше ничего не было видно. Когда формация заклинания, защищающего гору, открылась, перед ними раскрылся величественный вид на гору Бессмертной Секты. Если описывать в двух словах, то Бессмертная Секта выглядела внушающей благоговение и праведной, штрихи этой картины были такими же величественными, как и дракон, летающий в небе. Перед ними также была лестница, которая тянулась вверх и конца её видно не было. Конечный пункт назначения тоже был неизвестен. - Теперь начинайте взбираться по лестнице, - тихо сказал мастер Цин Хуа. Цю Му взвыл в отчаянии. Он уже готов был умереть. Нин Шу шагнула на ступени, и вокруг неё внезапно всё заполнилось плотным туманом. Она могла видеть лишь ступени. Более того, она была совсем одна на этих ступенях. Больше никого не было видно. Нин Шу предположила, что это была работа духовного артефакта. Она начала медленно подниматься по ступеням. Поначалу, она ничего не чувствовала, но, чем дальше она поднималась, тем большее давление она ощущала. От такого давления на её тело, она чувствовала себя так, словно её лёгкие вот-вот взорвутся. У неё ушло немало времени на то, чтобы продвинутся ещё на одну ступеньку вверх. Подумав немного, она решила просто сесть на ступеньки и больше не продолжать взбираться. Нин Шу очень не хотела вступать в Бессмертную Секту. Сяо Сусу хотела изменить свою судьбу. Ей не обязательно было оставаться в Бессмертной Секте, чтобы сделать это. На самом деле, оставаясь в секте, она подвергалась повышенному риску быть раскрытой. Будет лучше вообще выбыть ещё на процессе вступления. Сяо Сусу не просила её разбираться с мастером Цин Хуа, поэтому Нин Шу должна оставить его на потом, чтобы Сяо Сусу сама разобралась с ним, когда она вернётся. Сяо Сусу хотела стать сильной. Достаточно сильной, чтобы избавиться от той боли, которую ей принесла родословная, и избавиться от оков, которыми она была связана из-за этой крови. Это делало задание Нин Шу гораздо проще. Когда она покинет Бессмертную Секту, она найдёт способ избавиться от печати в своём теле. Пока на ней будет печать, её жизнь по-прежнему будет в руках других. ---------- Я Возьму Тебя Под Своё Крыло Нин Шу почувствовала себя очень уставшей. Так как она не планировала вступать в Бессмертную Секту, она решила просто сесть на ступеньки и закрыть глаза, чтобы немного отдохнуть. Духовная энергия, окружающая её, была очень плотной, но она подавила своё желание начать тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. По крайней мере, ей нужно подождать, пока она покинет Бессмертную Секту, прежде чем начинать это делать. В любом случае, даже просто вдыхая эту духовную энергию, она уже почувствовала себя гораздо свежее. Тренировка Непревзойдённых Боевых Искусств в этом мире определённо даст ей много преимуществ. Она надеялась, что она будет культивировать до тех пор, пока она не сможет сформировать в своём даньтяне того золотого дракона. У Нин Шу возникло чувство, что духовная энергия постепенно просачивается в её тело, формируя в её даньтяне духовный туман. Она была немного шокирована, она даже не начала ещё культивировать, но духовная энергия всё равно затекала в её тело. Как страшно. Она раньше ещё не сталкивалась с подобной ситуацией. Неужели это тело было настолько талантливым, что могло само постоянно поглощать духовную энергию? Что за шутка! Если бы у Сяо Сусу был подобный талант, то она бы никогда не пала до такой степени, что её использовали все, кому не лень. Нин Шу встала. Духовная энергия всё ещё постоянно проникала в её тело, отчего её ноги сразу же стали отдохнувшими. Но самой Нин Шу было немного страшно. Эта ситуация была очень странной. После того, как оценка наконец-то закончилась, лестница исчезла. Нин Шу обнаружила, что стоит на площади, окружённая людьми, которые либо сидели, либо распластались на земле. Все они устали до смерти. У каждого из них лица были бледными. Некоторые даже истекали кровью. Они явно заставляли себя терпеть интенсивное давление, чтобы взобраться как можно выше, и их тела не могли выдержать такого напряжения. В сравнении с ними, Нин Шу обнаружила, что ей было проще всех. Её тело всё ещё впитывало духовную энергию, отчего она чувствовала себя очень комфортно. Под всеобщими взглядами, Нин Шу тут же села среди остальных и прижала руку ко лбу, изображая изнеможение. Далее шла их проверка духовных основ. Ученик Бессмертной Секты принёс проверочный камень. На проверочном камне было много прожилок, проходящих по поверхности, отчего он выглядел похожим на нефрит. Должно быть, это инструмент, который использовали для проверки духовных основ. - Встаньте в очередь, чтобы проверить ваши духовные основы, - сказал ученик Бессмертной Секты, обращаясь к новоприбывшим. - Ли Синь, земля и дерево, двойная духовная основа. - Ли И, вода, одинарная духовная основа. Юй Линэр, вода и земля, двойная духовная основа. - Помоги мне, я не могу встать, - сказал Цю Му, обращаясь к Нин Шу. Он всё больше волновался, так как многие остальные уже проверили свои духовные основы. Нин Шу подняла Цю Му за воротник. Когда Цю Му коснулся проверочного камня, тот сменил цвет на чистый золотой оттенок. - Цю Му, метал, одинарная духовная основа. Голос ученика Бессмертной Секты слегка повысился, как бы одобрительно, так как атакующая сила духовной основы металла была очень сильной. Цю Му обернулся, чтобы посмотреть на Нин Шу. - Я же тебе говорил, что у меня духовная основа металла. - Сяо Сусу. Ученик назвал имя Нин Шу. Нин Шу положила руку на проверочный камень. Камень приобрёл три цвета: коричневый, зелёный и красный, означая, что у неё тройная духовная основа земли, дерева и огня. Увидев оценку Нин Шу, брови Цю Му нахмурились. - Как так вышло, что у тебя такая плохая оценка? Ничего, в будущем я возьму тебя под своё крыло. Нин Шу улыбнулась и сказала: - Спасибо. Атрибуты духовных основ всех новоприбывших были записаны, и те, кто не имел духовных основ, могли только вернуться туда, откуда они пришли. После того, как их духовные основы проверили, группу ребят провели в главный зал. В главном зале было полно культиваторов. В данный момент они собрались тут, чтобы выбрать себе учеников. Мастер Цин Хуа тоже присутствовал. Его взгляд блуждал поверх его складного веера и тут же опустился на Юй Линэр. Группа ребят отсалютовала лидеру секты и старейшинам каждой вершины. Затем они стали ждать, когда их выберут. Те, у кого были одинарные духовные основы, были самыми востребованными, особенно Цю Му, у которого была духовная основа металла. Даже Великий Старейшина, который давно уже был в изоляции, проявил свою заинтересованность. Великий Старейшина использовал в качестве оправдания свой высокий уровень культивации и тот факт, что у него тоже духовная основа металла, чтобы забрать Цю Му себе в ученики. Он утверждал, что является самым подходящим учителем для Цю Му и, что в противном случае талант Цю Му окажется потраченным впустую. Великий Старейшина взял Цю Му себе в качестве ученика и дал ему духовный артефакт в качестве приветственного подарка, отчего остальные ребята почувствовали такую зависть, что у них глаза позеленели. ---------- Ждите Меня Великий Старейшина забрал Цю Му с собой. Когда Цю Му проходил мимо Нин Шу, он сказал: - Жди меня. Я за тобой приду. Нин Шу рассмеялась. Этот мальчишка был довольно милым. - Идём. Тем, кто ещё не сформировал золотое ядро, не разрешается беспечно гулять. Великий Старейшина глянул на Нин Шу, а потом положил свою большую ладно на голову Цю Му и забрал его. - Цин Хуа, ты уже достиг стадии формирования души. Пришло твоё время взять себе несколько учеников, - сказал лидер секты, обращаясь к мастеру Цин Хуа. Обычно люди начинают брать себе учеников, когда они формируют своё золотое ядро, но у мастера Цин Хуа всё ещё не было ни одного ученика. Мастер Цин Хуа резко захлопнул свой складной веер и небрежно сказал: - Тогда я выберу двух учеников наугад. Мастер Цин Хуа указал на Нин Шу. - С этих пор, ты будешь моей главной ученицей. Все остальные были в шоке. Лидер секты сказал: - У этой девочки смешанная тройная основа. Тебе нужно выбрать того, у кого больше потенциала. - Да всё в порядке. Я просто указал наугад, и так уж вышло, что указал на неё. А значит, так и должно быть, - спокойно сказал мастер Цин Хуа. Нин Шу: o(︶︿︶)o *вздох* Как же так вышло, что она всё равно оказалась в его руках? Сила сюжета была поистине слишком сильна. Она думала, что её вычеркнут из выбора. Лидер секты не одобрил фривольности мастера Цин Хуа. - Эта девочка поднялась лишь на двести ступеней. У неё не только плохая оценка культивации, но ещё и её воля недостаточно хороша. - С подобными способностями, она может быть лишь внешним учеником секты. Как она может быть твоей главной ученицей? Лидер секты нахмурился. - Есть и другие дети с более подходящими способностями. Мастер Цин Хуа безразлично ответил: - Это не важно. Раз я её выбрал, то она будет моей главной ученицей. Когда Нин Шу увидела подобное поведение мастера Цин Хуа, она наконец-то поняла чувства Сяо Сусу. Когда Сяо Сусу ещё только была среди расы демонов, она была из тех, над кем все издеваются. Не имея силы ей было трудно даже выживать. Никто не заботился о ней. Но теперь, учитель настоял на том, чтобы принять её в качестве своей ученицы. Сяо Сусу почувствовала тепло. И хотя в итоге она была использована как пушечное мясо, Сяо Сусу не затаила особой ненависти по отношению к мастеру Цин Хуа. Нин Шу встала на одно колено и признала мастера Цин Хуа в качестве своего учителя. Мастер Цин Хуа глянул на Юй Линэр. - Моей второй ученицей будет эта девочка. Лицо Юй Линэр резко помрачнело. Она вообще не хотела признавать этого лиса в качестве своего учителя! У неё было предчувствие, что её будущее будет сплошным бедствием. Юй Линэр глянула на мастера Цин Хуа. На его лице была улыбка, из-за которой он выглядел словно элегантный бессмертный. Перед таким количеством зрителей Юй Линэр не посмела отказать и стала ученицей мастера Цин Хуа. Всё же, мастер Цин Хуа был экспертом на стадии формирования души! Если бы она так поступила, то её отец-император переломал бы ей ноги. Юй Линэр очень неохотно встала на колено и признала мастера Цин Хуа своим учителем. - Хорошо. А теперь идите с Учителем культивировать, - тихо сказал мастер Цин Хуа. Мастер Цин Хуа взял Нин Шу и Юй Линэр на Спокойный Пик. Этот пик, нет, эта гора, принадлежала мастеру Цин Хуа. Окружающая атмосфера была очень хорошей. Это была словно небесная обитель. Нос Нин Шу дёрнулся. Духовная энергия тут была очень плотной, и она вся текла в её сторону, проникая сквозь поры. Опять? Нин Шу даже не знала, что сказать. Она вообще ещё не начала культивировать, так почему же духовная энергия так стремится в её тело? Почему?! Нин Шу не знала, что происходит, и была совершено ошарашена. Когда они прибыли в главный зал, мастер Цин Хуа сел. Он повернулся к Нин Шу и Юй Линэр и сказал: - С сегодняшнего дня вы, девчата, ученицы Спокойного Пика. Хорошо культивируйте, чтобы вас не съели демоны. Мастер Цин Хуа глянул на Нин Шу и сказал: - У тебя тройная духовная основа земли, дерева и огня. Чтобы культивировать, тебе нужно выбрать что-то одно в качестве твоей главной духовной основы. Какую духовную основу ты хочешь культивировать? Нин Шу повела себя так, словно она не уверена в том, что выбрать и сказала: - Эта ученица не знает, как выбрать. - Основа земли имеет сильную защитную способность. Основа дерева имеет сильную лечебную способность, но она также может быть использована и для атаки. Основа огня имеет очень хорошую атакующую способность, - объяснил Нин Шу мастер Цин Хуа, ведя себя как приличный учитель. #комментарий анлейта: Забавный момент, "спокойный" в китайском на самом деле это "цин хуа", так что, по сути, пик назван в честь мастера Цин Хуа… ---------- Может, у Тебя Ошибка Восприятия Нин Шу задумалась. Она могла тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства в этом мире культивации, поэтому она сможет заполучить невероятную силу. Её способности ближнего боя будут значительно усилены, и она сможет также выпускать свою энергию, чтобы атаковать противников. В таком случае, ей нужна была защитная способность основы земли. Нин Шу сказала мастеру Цин Хуа: - Эта ученица выбирает основу земли. Мастер Цин Хуа одобрительно хмыкнул, а потом протянул Нин Шу нефритовый свиток. - Это техника культивации для основы земли. Нин Шу приняла нефритовый свиток. - Премного благодарна, Учитель. - Можешь идти. Когда спустишься вниз, там будет ребёнок, который отведёт тебя в назначенную комнату, - сказал мастер Цин Хуа. Нин Шу отсалютовала ему и пошла к выходу. В комнате оставались только мастер Цин Хуа и Юй Линэр. Юй Линэр отчаянно подмигивала Нин Шу, подавая ей сигнал остаться. Она совсем не хотела оставаться наедине с этим лисом, она очень не хотела! Нин Шу притворилась, что она слепая и не увидела подмигиваний Юй Линэр, после чего послушно ушла. Ребёнок отвёл Нин Шу в её комнату. Комната была очень обычной, но Нин Шу не была придирчивой. Пока у неё есть место, где она может спать, её всё устраивало. Закрыв дверь, Нин Шу села на кровать скрестив ноги и начала культивировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Как только Нин Шу начала культивировать, окружающая её духовная энергия начала стремительно втекать в неё, словно обезумевшая. Прошло совсем немного времени, когда в её даньтяне сформировались пряди духовной энергии и протянулись в каждый уголок её тела, входя в её клетки. Нин Шу сжала кулаки. Она чувствовала, как её наполняет сила и энергия. Но эта скорость культивации была слишком быстрой. Она была такой быстрой, что это даже немного пугало. Она знала, что Непревзойдённые Боевые Искусства будут очень сильными в мире, который полон духовной энергии. Но это было впервые, когда её культивация проходила так быстро. Нин Шу вернулась к изучению изначальной истории, но факт был неизменным – способности Сяо Сусу были посредственными. А значит, всё это было очень ненормально. - 2333, мне страшно. Что происходит? Нин Шу окликнула 2333. Эта ситуация казалась неправильной. Разве подобная скорость культивации, которая словно отвергала законы небес, могла быть у пушечного мяса вроде неё? Она теперь чувствовала в себе достаточно энергии, чтобы с лёгкостью сломать дверь напополам одним пинком. В голове Нин Шу появился голос 2333. - Ты чего такая напуганная? - Духовная энергия активно стремится в моё тело, и сила растёт как на дрожжах, когда я культивирую. Что происходит? – спросила Нин Шу. 2333 надолго затих. - Может, у тебя ошибка восприятия. Грёбанный идиот. Как это может быть ошибкой восприятия? - Я сейчас буду культивировать. Смотри сам. Нин Шу начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства, и духовная энергия снова начала стремительно стекаться к её телу. Духовная энергия сформировала вихрь-воронку над её головой, а потом вливалась в её тело. Капли духовной энергии парили в её даньтяне. Энергия, собираемая от тренировки Непревзойдённых Боевых Искусств, становилась всё гуще и гуще, постоянно объединяясь в её даньтяне. Нин Шу перестала культивировать и спросила у 2333: - Видишь? Вся эта ситуация меня пугает. - Что происходит? – спросил 2333. Нин Шу: … Вот об этом, блять, я и хочу у тебя узнать! - Неужели произошла какая-то проблема? – спросила Нин Шу у 2333. 2333 ответил: - Я и сам не уверен. Давай действовать постепенно. Нин Шу: (╯‵□′)╯︵┻━┻ Она почувствовала усталость. Нин Шу решила, что причина, почему её скорость культивации была такой быстрой, вероятно, в том, что она очень часто тренировала Непревзойдённые Боевые Искусства. Просто это было в мирах, где духовной энергии мало. Она достала инструкцию по культивации основы земли, которую ей дал мастер Цин Хуа, направила в нефритовый свиток свою духовную энергию и начала культивировать согласно инструкциям в этом свитке. ---------- Ай, Как Пошло! Она ожидала, что ей будет трудно, но обнаружила, что духовная энергия земли тоже стремительно направляется в её тело, словно обезумевшая. У неё ушло совсем немного времени на то, чтобы дойти до второго уровня техники культивации. Нин Шу: … Что, блять, происходит? - 2333, я думаю, ты должен проверить, что происходит, - Нин Шу сказала 2333. Эта ситуация была слишком аномальной. Она никогда раньше не сталкивалась с подобной ситуацией. - Я ищу, но не вижу никаких ошибок, - сказал 2333. – Забудь об этом, просто прими силу и скорость. Но это ощущалось слишком нереально и, что важнее, Сяо Сусу никогда не сталкивалась с подобной ситуацией. Способности Сяо Сусу были посредственными, поэтому она горько страдала, не находя себе место как среди людей, так и среди демонов. Если Сяо Сусу могла бы культивировать так, словно находилась на полыхающей ракете, то нужна ли ей была вообще контратака? Короче говоря, что-то было совсем не так. Тут явно происходило что-то странное. Нин Шу перестала культивировать. Она открыла дверь, желая прогуляться снаружи и оценить элегантные цветы и ароматный бриз. Едва она только отошла от своей комнаты, как столкнулась с Юй Линэр. Лицо Юй Линэр полыхало от гнева, и она выглядела очень обиженной. Когда Юй Линэр увидела Нин Шу, она окликнула её: - Старшая сестра. - Что с тобой случилось? Нин Шу улыбнулась. Для неё Юй Линэр была всё ещё маленькой девочкой. Она выглядела лет на двенадцать и её груди ещё только начали развиваться. Однако мастеру Цин Хуа очень понравилась эта девочка, даже несмотря на то, что в Бессмертной Секте было полно женщин-культиваторов, которые хотели стать партнёршами по культивации с несравненным талантом мастера Цин Хуа. - У-Учитель сказал мне поливать цветы и полоть траву каждый день. Юй Линэр чувствовала, что мастер Цин Хуа делает это специально. Она была принцессой, так почему же она должна делать подобные вещи? Прежде чем Нин Шу успела что-либо сказать, она услышала переданный удалённо голос мастера Цин Хуа. - Ты очерняешь своего учителя за его спиной? Готовься к наказанию. Юй Линэр тоже услышала его. Её лицо тут же побледнело. Если бы не тот факт, что она не могла победить мастера Цин Хуа, то она бы уже готовилась к битве. Судя по тому, как себя вела Юй Линэр, было ясно, что она всё ещё не понимает, чем она оскорбила мастера Цин Хуа. - Юй Линэр, вернись в главный зал, - проинструктировал мастер Цин Хуа. Юй Линэр развернулась и удручённо пошла в сторону главного зала. В любом случае, мастер Цин Хуа мучил Юй Линэр весь день напролёт ради забавы. А потом, аскетичный мастер Цин Хуа, который никогда не трогал смертных вещей, сказал Юй Линэр готовить для него. Он хотел, чтобы Юй Линэр готовила его лапшу. Как пошло! Он заставлял Юй Линэр целыми днями бегать кругами, выполняя его приказы, но он также лично обучал её культивации, используя свой складной веер, чтобы бить её по голове и постоянно говорить ей, какая она глупая. Под наставлениями мастера Цин Хуа, сила Юй Линэр быстро увеличивалась. Сам он словно бы совершенно позабыл о Нин Шу и лишь иногда спрашивал о её прогрессе в культивации. Юй Линэр жаловалась Нин Шу со слезами на глазах. Почему Учитель мучает только меня? Почему он не мучает тебя? Почему в отношении к нам такая большая разница? Нин Шу тоже не знала, что сказать. Он же явно считает своей ученицей только тебя. Мастер Цин Хуа редко позволял им двоим оставаться месте надолго. Как только они проводили немного времени вместе, мастер Цин Хуа приходил и отсылал Юй Линэр под каким-нибудь предлогом. Нин Шу всё больше и больше уверялась в том, что мастер Цин Хуа уже знал о её личности. Скорость культивации Юй Линэр была очень быстрой. Тем временем, Нин Шу была изрядно напугана своей собственной скоростью культивации. Как только она начинала культивировать, духовная энергия мчалась в её тело, словно она спешила реинкарнировать. В её даньтяне уже сформировался золотой дракон. Энергия Непревзойдённых Боевых Искусств стала драконом, который летал в её даньтяне. Когда Непревзойдённые Боевые Искусства достигают высочайшего уровня, энергия формирует извивающегося дракона. Прежде, она достигала этой стадии лишь однажды. Это было время, когда она была Вэй Лянюэ*. Тогда духовная энергия сформировала золотого извивающегося дракона при помощи кристаллов духовной эссенции. И хотя её энергия ещё не стала золотой, у неё уже было достаточно силы, чтобы превращать камешки в порошок, просто сжимая их. Это было так пугающе. Она также достигла десятого уровня техники культивации основы земли. Всего было двенадцать уровней, а она смогла пройти десять уровней практически за один сеанс. Она чувствовала, как дрожит земля у неё под ногами и слышала, как корни растут под землёй. Это было довольно потрясающее ощущение. ____________________ Примечание: * Вэй Лянюэ – парень-поручитель из 8 арки с миром культивации. В этой арке Нин Шу неоднократно сражалась с главным героем истории и даже украла у него из-под носа ядро подземелья. ---------- Ты Кого Это Назвала Свиньёй? Нин Шу не стала следовать соответствующим стадиям культивации, где сначала нужно было сформировать своё основание, потом – сформировать своё золотое ядро, а после этого уже работать над стадией формирования души. Нин Шу обнаружила, что Непревзойдённые Боевые Искусства гораздо сильнее, чем любая другая техника культивации. В её даньтяне содержалось много духовной энергии, и эта духовная энергия постепенно накапливалась, чтобы потом сформировать золотого извивающегося дракона. Но даже сейчас, этот дракон из духовной энергии был живым и реалистичным, словно у него было своё собственное сознание. Нин Шу очень хотела выпустить свою духовную энергию и посмотреть, насколько силён был её извивающийся дракон, сделанный из духовной энергии. Но весь Спокойный Пик был под присмотром мастера Цин Хуа, поэтому Нин Шу не смела рисковать. Однако даже теперь 2333 всё ещё не обнаружили причины, почему её скорость культивации была такой быстрой. Словно она использовала чит-коды. Каждый раз, как Нин Шу культивировала, ей хотелось плакать. Почему это происходит? Неужели, в этом мире какой-то баг? Когда Нин Шу не надо было ничего делать, она оставалась в своей комнате. Она редко появлялась перед мастером Цин Хуа. Она чувствовала, что всё ещё не сможет победить мастера Цин Хуа с её нынешними способностями. К тому же, мастер Цин Хуа был главным мужчиной этого мира. Его скорость культивации могла лишь стать быстрее, но никак не медленнее. Нин Шу могла лишь продолжать культивировать ещё упорнее. - Бессмертная Сяо, мастер Цин Хуа хочет, чтобы вы пришли в главный зал, - сказал ребёнок, который стоял за дверью комнаты Нин Шу. Сердце Нин Шу ёкнуло. У неё было дурное предчувствие насчёт этой встречи, но она всё равно привела в порядок свои одежды и открыла дверь. Нин Шу прибыла в главный зал как раз, чтобы увидеть, как мастер Цин Хуа слегка стукнул Юй Линэр по голове своим складным веером и сказал: - Неправильно. Этот навык исполняется не так. У тебя что, мозги свинья съела? Лицо Юй Линэр сморщилось. - Это вы мой мозг съели. Если вы ещё раз стукнете меня по голове, то я действительно растеряю все свои мозги. - Кого это ты назвала свиньёй? Мастер Цин Хуа снова легонько стукнул Юй Линэр по голове. Юй Линэр в ярости надулась. Она выглядела так, словно готова была уже просто покусать его. Мастер Цин Хуа увидел Нин Шу, стоящую в дверях, и перестал улыбаться. - Входи. Нин Шу шагнула через порог и вошла в главный зал. Юй Линэр поприветствовала Нин Шу. - Старшая сестра. Нин Шу поприветствовала её в ответ. - Младшая сестра. - Иди цветы полей. Тебе нельзя использовать свою культивацию. И не забудь принести воду с водопада. А ещё тебе запрещается использовать ребёнка в качестве помощника, - сказал мастер Цин Хуа, выдавая указания Юй Линэр. Выражение лица Юй Линэр тут же вытянулось. Она топнула ногой и отвернулась, уходя прочь, словно порхающая бабочка. - Прошёл уже почти месяц с тех пор, как ты пришла на Спокойный Пик. Как ты себя чувствуешь? – спросил мастер Цин Хуа, взмахивая рукой, чтобы закрыть дверь. Когда Нин Шу увидела, что мастер Цин Хуа закрыл дверь, она встревожилась ещё больше. Её тело настороженно напряглось. - Эта ученица тупая, поэтому прогресс идёт медленно, - сказала Нин Шу. - Ах… - мастер Цин Хуа улыбнулся. – Из двух моих учениц, твои улучшения заметны больше всех. Скорость, с которой твоя комната поглощает духовную энергию, сравнима с моей, на моей стадии формирования души. Нин Шу нахмурилась. Как она и подозревала, мастер Цин Хуа присматривает за ней. Каждое её движение находилось под его наблюдением. Мастер Цин Хуа налил чашку чая, наполненную духовной энергией. Его движения были плавными и грациозными. Затем он поднял белую фарфоровую чашку и сделал глоток. Атмосфера была напряжённой. По спине Нин Шу потекли капли пота. Похоже, что мастер Цин Хуа собирался выложить свои карты на стол. Мастер Цин Хуа опустил свою чашку и тихо сказал: - Раз ты моя ученица, то, как пара учитель-ученик, мы, по идее, на одной стороне. Какова твоя цель прихода в Бессмертную Секту? Нин Шу тайно мобилизовала свою духовную энергию в даньтяне. Когда она услышала слова мастера Цин Хуа, она плотно сжала губы и ничего не сказала. ---------- Моя Цель – Меч Сюаньюань Мастер Цин Хуа встал и пошёл в сторону Нин Шу. Его шаги были очень медленными, но Нин Шу чувствовала, как её постепенно придавливает огромной горой. Она не удержалась и отступила на несколько шагов. Мастер Цин Хуа посмотрел на Нин Шу. - Какова цель прихода расы демонов в мою Бессмертную Секту? Мастер Цин Хуа вытянул руку и выпустил прядь духовной энергии, чтобы поймать Нин Шу. Нин Шу тут же выпустила свою энергию, которую уже собрала в кончиках пальцев. Дракон, сделанный из духовной энергии, беззвучно взревел и помчался в сторону мастера Цин Хуа. Когда мастер Цин Хуа увидел эту атаку, он на мгновение был ошеломлён. Он нахмурился и отправил свою атаку на эту духовную энергию, но дракон из духовной энергии словно имел свой собственный разум. Он атаковал мастера Цин Хуа, одновременно уклоняясь от атак мастера Цин Хуа. Однако всего за несколько движений мастер Цин Хуа смог его развеять. Духовная энергия снова вернулась в даньтянь Нин Шу, чтобы постепенно собраться там и снова сформировать дракона. Нин Шу была ошарашена. Она никогда не думала, что духовная энергия, сформированная культивацией Непревзойдённых Боевых Искусств, будет иметь такую мощную силу атаки, когда её выпускаешь. Эта духовная энергия ещё даже не стала золотой. Если она действительно станет золотым извивающимся драконом, то не станет ли её оборонительная способность ещё сильнее? Мастер Цин Хуа посмотрел на Нин Шу. - Что за технику ты культивируешь? Складной веер в руках мастера Цин Хуа развернулся и превратился в восемнадцать обоюдоострых мечей. Эти мечи продолжили делиться на ещё большее количество мечей; и вся эта плотная пачка собралась вместе, указывая своими острыми концами на Нин Шу. Нин Шу предчувствовала, что её просто превратят в фарш, если она сдвинется хоть на миллиметр. Её лоб покрылся холодным потом. Мастер Цин Хуа подошёл и прижал свою нефритовоподобную руку ко лбу Нин Шу. Нин Шу тут же почувствовала, как величественная духовная энергия наполняет её голову и отправляется прямо в сторону её даньтяня. Дракон из духовной энергии, который был в её даньтяне, начал отбиваться от этой атаки. Эта мощная атака активировала печать, скрытую в даньтяне Нин Шу. Чёрная формация заклинания начала излучать густую чёрную демоническую энергию. Из-за атаки мастера Цин Хуа, побочный эффект печати произошёл раньше, чем обычно. Нин Шу почувствовала себя так, словно её переехал грузовик. Словно все её кости растрескались, и бесчисленные муравьи начали заползать в её кости и высасывать костный мозг. Нин Шу молча материлась. Ну охренеть, блять! Эта боль была почти настолько же ужасной, как и прошлое проклятие*. Нин Шу села на пол, скрестив ноги. Всё её тело, с головы до пят, излучало демоническую энергию. Боль ломала всё её тело до такой степени, что её трясло. Мастер Цин Хуа сел на своё место и взял фарфоровую чашку, чтобы продолжить пить чай и холодно наблюдать за происходящим со стороны. Нин Шу приходилось не только терпеть боль от печати, но ещё и держаться против всех тех мечей, направленных на неё. Боль продлилась около двух часов. К тому времени, как боль прошла, всё её тело пропиталось потом и неконтролируемо тряслось. Духовная энергия в её даньтяне растекалась по каждому уголку её тела, исцеляя те части, которые были повреждены печатью. Чёрная печать в её даньтяне постепенно исчезла и снова стала скрытой. Нин Шу встала и мечи в воздухе тут же снова приблизились к ней, словно хотели порубить её на куски. - Раз у тебя было время подумать, то теперь можешь начать говорить. Я знаю, что ты дитя, рождённое от демона и человека. И хотя в тебе кровь расы людей, в тебе также есть кровь расы демонов. Раса людей ни за что не примет тебя. Ты должна вернуться туда, откуда пришла. Это может тоже считаться частью наших отношений учителя и ученика. Мастер Цин Хуа опустил свою фарфоровую чашку. Он так безжалостно активировал её печать, а теперь говорит такое? Она ни за что ему не поверит. Ведь это именно то, что он сказал Сяо Сусу. Она должна покинуть Бессмертную Секту. Она ничего не сможет сделать под присмотром мастера Цин Хуа, не говоря уже о контратаке. К тому же, в Бессмертной Секте есть полно могущественных стариков. Нин Шу сказала: - Моя цель – меч Сюаньюань. Если я принесу меч Сюаньюань обратно, то раса демонов снимет мою печать. Мастер Цин Хуа поднял брови. - И ты даже поверила словам расы демонов? - У меня нет иного выбора, - сказала Нин Шу. Мастер Цин Хуа легонько постучал пальцем по столу. - Я могу дать тебе меч Сюаньюань. Нин Шу: →_→ Конечно же, он даст ей фальшивку. ____________________ Примечание: * Проклятие из 17 арки, где Нин Шу была императором, проклятым и отравленным. ---------- Так Она Должна Его Поблагодарить? Сначала он активировал печать в её даньтяне, отчего она почувствовала такую боль, словно вот-вот умрёт, а теперь он говорит, что собирается дать ей меч Сюаньюань? Ха. Ха. Нахуй иди! Нин Шу озвучила свои сомнения. - Учитель, вы действительно отдадите этот божественный артефакт этой ученице? Неужели он так просто отдаст ей настоящий божественный артефакт? Не может быть, чтобы их отношения были настолько хороши. Мастер Цин Хуа смерил взглядом Нин Шу. - Конечно же, на самом деле я не дам тебе меч Сюаньюань. Меч Сюаньюань – это божественный артефакт Бессмертной Секты. Я никак не смогу тебе его отдать. Но тот меч Сюаньюань, который я тебе дам, очень похож на настоящий. Тебе должно быть достаточно его, чтобы закрыть свою сделку с расой демонов. Брови Нин Шу дрогнули. Она лишилась дара речи. Так она всё ещё должна поблагодарить мастера Цин Хуа? - Когда у тебя на руках будет меч Сюаньюань, ты должна будешь покинуть Бессмертную Секту. Мы тут не принимаем демонов. Мастер Цин Хуа развёл руками. Плотный строй мечей в воздухе собрался обратно в веер и влетел в руку мастера Цин Хуа. - По твоим венам течёт человеческая кровь, так что мы с тобой учитель и ученик, поэтому я тебя не убью. Я дам тебе фальшивый меч Сюаньюань, чтобы разобраться с расой демонов. После этого не приходи в Бессмертную Секту, - безразлично сказал мастер Цин Хуа. Нин Шу очень хотела влепить ему хорошую пощёчину. Он явно хотел, чтобы она отнесла фальшивый меч Сюаньюань, чтобы совершить внезапную атаку на расу демонов, но он намеренно исказил суть так, чтобы это прозвучало, словно он отпускает её из-за их отношений учитель-ученик. Но даже так у Нин Шу не было иного выбора, кроме как поблагодарить мастера Цин Хуа. - Спасибо, Учитель. Как это раздражает. - Иди. Мастер Цин Хуа даже не посмотрел на Нин Шу и открыл дверь главного зала взмахом руки. Нин Шу вышла из главного зала, чувствуя себя так, словно она парит от облегчения. Как только она вышла за дверь, всё её тело покрылось холодным потом. Холодный ветер коснулся её кожи, и она задрожала. Она пошла в сторону своей комнаты. По пути она увидела Юй Линэр, несущую ведро воды и поливающую цветы черпаком. Когда Юй Линэр увидела каким бледным было лицо Нин Шу, она тут же спросила: - Старшая сестра, Учитель отчитал тебя? Нет, у нас только что была дуэль. - Старшая сестра, достаточно просто слушать слова Учителя. Не нужно принимать их близко к сердцу. Этот человек не обладает праведным нравом, и ему просто нравится пытать своих учеников. Юй Линэр пыталась утешить Нин Шу. Всё тело Нин Шу сейчас ощущалось слабым. Ей казалось, что её кости дребезжат на каждом шагу. Она знала, что активация печати будет болезненной, но она не думала, что это будет настолько болезненно. Она решила дать Юй Линэр формальный ответ и вернуться в свою комнату. Нин Шу едва только открыла рот, когда услышала голос мастера Цин Хуа, передающийся ей в ухо. - Юй Линэр, ты уже закончила поливать цветы? Выражение лица Юй Линэр стало неприятным. Она топнула и подняла ведро с водой, говоря Нин Шу: - Старшая сестра, я продолжу поливать цветы. - Если будешь говорить слишком много и двигаться слишком медленно, то тебе придётся поливать и деревья, - сказал мастер Цин Хуа. Юй Линэр тут же понесла ведро и начала поспешно поливать цветы, чувствуя горечь обиды. Нин Шу вернулась в свою комнату. Она села на постели, скрестив ноги, и начала культивировать. Духовная энергия влилась в её тело, и она тут же почувствовала себя гораздо лучше. Нин Шу не знала, когда мастер Цин Хуа прогонит её. Так как они уже отбросили всякое притворство, мастер Цин Хуа уже больше не обращался с Нин Шу, как со своей ученицей. Прежде он всё ещё спрашивал Нин Шу о её прогрессе культивации, но теперь он просто отшвырнул её в сторону, полностью игнорируя. Нин Шу предположила, что мастер Цин Хуа теперь помчался делать скрытое оружие, меч Сюаньюань. Как только меч Сюаньюань будет готов, ей придётся покинуть Бессмертную Секту. Нин Шу тоже не было дела до её учителя, и она закрылась в своей комнате, чтобы культивировать. Духовная энергия на Спокойном Пике была очень густой. Вероятно, тут была активирована формация сбора духовной энергии. Как только она покинет Спокойный Пик, она уже не сможет найти такой превосходной среды для культивации. Нин Шу очень хотела просто всосать всю эту духовную энергию в свой живот, чтобы для мастера Цин Хуа не осталось ничего. Спустя полмесяца, к Нин Шу пришёл маленький мальчик. - Бессмертная Сяо, Духовный Учитель хочет вас видеть. Нин Шу привела в порядок свои одежды, прекрасно понимая, что пришло время ей уходить. Она не боялась покинуть Бессмертную Секту. Она боялась лишь того, что мастер Цин Хуа решит запереть её на Спокойном Пике. Как только она покинет Бессмертную Секту, она будет свободна, словно птица в небесах. Когда Нин Шу пришла в главный зал, первым делом она отсалютовала мастеру Цин Хуа. ---------- Учитель Предвзят Юй Линэр, которая стояла в стороне, поприветствовала Нин Шу. - Старшая сестра. Когда Нин Шу увидела Юй Линэр, она на мгновение ошалела. Она не видела Юй Линэр всего полмесяца и ей показалось, что Юй Линэр стала выше. Одетая в светло-зелёные одежды, она выглядела очень молодо и нежно. На неё было очень приятно смотреть. Нин Шу поприветствовала в ответ. - Младшая сестра. Мастер Цин Хуа достал пространственную сумку-хранилище и дал её Нин Шу. Он сказал: - Всё, что ты хотела, тут. Теперь ты сама по себе. Нин Шу поймала пространственную сумку-хранилище, которая летела в её сторону. Это было очень здорово, ей удалось заполучить бесплатное пространственное хранилище. Мастер Цин Хуа, вероятно, боялся, что меч будет слишком большим, чтобы нести его на спине, и поэтому его украдут. Он оказался довольно вдумчивым. Нин Шу поджала губы. - Спасибо, Учитель. Юй Линэр ничего не поняла. Когда она увидела пространственное хранилище в руках Нин Шу, она тут же надулась и сказала: - Учитель предвзят. Вы подарили пространственное хранилище только старшей сестре! Этой ученице вы никогда ничего не давали. Мастер Цин Хуа закатил глаза, глядя на Юй Линэр, а потом в его руке появился браслет. Браслет имел сложный узор и выглядел очень изысканным. Похоже, что он был сделан из серебра. - Это пространственное хранилище для тебя, - сказал мастер Цин Хуа. Юй Линэр радостно приняла браслет, покрутила его в руке, восхищаясь им, и только потом надела. С этим браслетом её стройное запястье стало выглядеть ещё красивее. Мастер Цин Хуа увидел Юй Линэр такой и на его лице появился намёк на улыбку. - Чтобы оно заработало, нужно кровавое жертвоприношение. Оно не станет твоим только потому, что ты надела его на запястье. Как ты можешь быть такой глупой? Нин Шу посмотрела на свою собственную оборванную сумку, а потом глянула на браслет Юй Линэр. Ей очень захотелось просто швырнуть эту сумку попрошайки прямо в лицо мастера Цин Хуа. Поистине, всё познаётся в сравнении. Ладно, ей и так повезло, что она вообще получила пространственное хранилище. И старое на вид даже лучше, потому что оно не привлечёт никакого внимания. Нин Шу повесила пространственную сумку-хранилище себе на пояс и снова отсалютовала мастеру Цин Хуа. Она сказала: - Эта ученица благодарна вам, Учитель, и обязательно отплатит вам в будущем. Мастеру Цин Хуа не было особого дела до этого, и он просто издал утвердительный звук с безразличным выражением на лице. Нин Шу сказала: - Тогда эта ученица уходит. - Старшая сестра, куда ты уходишь? – с любопытством спросила Юй Линэр. Мастер Цин Хуа кашлянул. - Она отправляется по моему поручению. - Вот, значит, как, - Юй Линэр сказала Нин Шу: - Старшая сестра, будь осторожна в дороге и возвращайся поскорее. Нин Шу ответила: - Спасибо. - Тебе пора заняться культивацией. Чего ты тут всё ещё стоишь? Мастер Цин Хуа отослал Юй Линэр прочь. Юй Линэр поджала губы и сказала: - Эта ученица уходит. Что же такое Учитель хочет сказать старшей сестре, чего она не должна знать? Юй Линэр чувствовала, что между Учителем и её старшей сестрой была какая-то странная атмосфера. Юй Линэр мешкала, медленно направляясь к выходу, желая узнать, о чём эти двое собираются говорить. Читайте самые свежие главы только на https://tl.rulate.ru/book/11249 Мастер Цин Хуа махнул рукой и отослал Юй Линэр. А потом он взмахнул рукой и закрыл дверь. Юй Линэр встала у двери. Она чувствовала себя немного неуютно. Что они планируют делать? Они даже закрыли дверь. Нин Шу молча наблюдала за всем этим. Мастер Цин Хуа очень любил Юй Линэр. Всё хорошее, что было ей дано, было сделано очень вдумчиво и специально выбрано именно для неё. Он защищал Юй Линэр от ветра и дождя. Юй Линэр имела двойную духовную основу, поэтому её способности были не особо выдающимися. Мастер Цин Хуа потратил немало усилий на то, чтобы найти божественное сокровище, чтобы промыть костный мозг Юй Линэр и преобразовать её кости, чтобы она могла стать обладателем одинарной духовной основы и тем самым увеличить скорость её культивации в разы. Однако Юй Линэр была не особо сообразительным человеком, когда дело доходило до эмоций. Она чувствовала только то, что её учитель любит её дразнить. Он всегда насмехался над ней и находил новые способы мучить её. Когда Юй Линэр станет старше, эти двое станут партнёрами по культивации. Старый лис разорвёт на части маленького пушистого кролика и съест её целиком. ---------- Это Была Инструкция По Культивации Основы Земли - Кто наложил на тебя эту печать? – спросил мастер Цин Хуа. - Это был отец этой ученицы, - сказала Нин Шу. - Отдай этот фальшивый меч Сюаньюань самому высокому начальству в расе демонов и попроси его снять твою печать, чтобы ты могла покинуть расу демонов. Если ты останешься в расе демонов, то рано или поздно тебя просто сожрут, - тихо сказал мастер Цин Хуа. Демоны не только пожирают эссенцию людей, но, когда они оказываются в крайней ситуации, они даже пожирают представителей своей расы, чтобы сделать себя сильнее. Он хочет, чтобы она выбрала самого высокопоставленного демона? Он явно хочет использовать это, чтобы уничтожить высокопоставленного демона. Нин Шу кивнула и сказала: - Эта ученица запомнит ваши слова. Мастер Цин Хуа с безразличным видом махнул рукой. - Можешь уже уходить, и больше никогда не возвращайся. Нин Шу отсалютовала. - Эта ученица уходит. - Постой. Мастер Цин Хуа окликнул Нин Шу. Сердце Нин Шу ёкнуло. Она не хотела, чтобы снова возникла какая-нибудь напряжённая ситуация. Она заставила себя сохранять спокойствие и повернулась лицом к мастеру Цин Хуа, спрашивая: - Учитель, вам что-то ещё нужно? Неужели Учитель позволит этой ученице остаться тут? Выражение лица мастера Цин Хуа немного потрескалось. - Твоё тело содержит демоническую энергию, так как я могу позволить тебе остаться в Бессмертной Секте? Я хотел спросить тебя, какую технику культивации ты используешь? Блять, так ему понравились её Непревзойдённые Боевые Искусства! Нин Шу ответила: - Эта ученица культивирует ту инструкцию по культивации основы земли, которую Учитель дал ей. Мастер Цин Хуа усмехнулся. - Думаешь, я не знаю, как выглядят техники основы земли? Нин Шу поджала губы и встала на колени перед мастером Цин Хуа. Она сказала: - Эта ученица тренировала демоническую технику. Если Учитель позволит этой ученице остаться, тогда эта ученица поделится этой техникой. Выражение лица мастера Цин Хуа было апатичным, и было трудно понять, о чём он думает. Он махнул рукой и сказал: - Уходи. С разочарованным выражением на лице Нин Шу поднялась с пола и вышла из главного зала. Она покинула Спокойный Пик и, наконец, покинула Бессмертную Секту. Нин Шу показала средний палец в сторону Спокойного Пика. Ты только подожди, пока она станет сильной! Она вернётся и, блять, поколотит его, а потом прижмёт руку к его лбу и даст ему почувствовать это ощущение, когда её духовная энергия вторгается в его даньтянь. После того, как Нин Шу вышла из врат Бессмертной Секты, она внезапно осознала, что ей некуда идти. Естественно, она не могла вернуться в расу демонов. Её нынешнее количество силы было слишком слабым, чтобы соперничать с её отцом-демоном. Отец Сяо Сусу был генералом демонов. Его ранг был эквивалентен по силе стадии формирования души для расы людей. Он был на том же уровне, что и мастер Цин Хуа. А она сейчас не могла победить мастера Цин Хуа, не говоря уже о своём отце-демоне. Более того, раса демонов имела безжалостные и предательские техники, против которых трудно было обороняться. Также она не могла пойти в густонаселённые города. Её печать скоро снова активируется, и в подобном переполненном людьми месте её обязательно обнаружат. Не было никаких гарантий, что её не опознает культиватор. Если её обнаружат, то всё станет гораздо хлопотнее. Её наверняка будут преследовать, и ей придётся бежать, спасая свою жизнь. В этот момент Нин Шу наконец-то по-настоящему почувствовала, что у неё не было ни одного места под небом, куда она могла бы пойти. Забудьте об этом. Она просто пойдёт в малонаселённое место. И чем дальше оно будет от Бессмертной Секты, тем лучше. Нин Шу планировала захватить часть территории демонических зверей и постепенно культивировать. Она повернула в сторону Таинственных Духовных Гор, одного из пяти самых опасных мест в этом мире. Бесконечные леса были наполнены всевозможными демоническими зверями и скрытыми божественными сокровищами. И хотя там было опасно, это место очень хорошо подходило для культивации. Там было много демонических зверей, поэтому те, кто искали демонические ядра или кому нужны были материалы для создания духовных артефактов, все они шли туда. Нин Шу выбрала направление, мобилизовала свою энергию, и побежала, словно ветер, в сторону Таинственных Духовных Гор. ____________________ А в главном зале Спокойного Пика, сердце мастера Цин Хуа не находило себе покоя. Культиваторы могли общаться с небом и землёй и получать предчувствия о грядущих опасностях. И в данный момент у мастера Цин Хуа было дурное предчувствие. Он почувствовал сильное сожаление от того, что отпустил Нин Шу. Это было впервые, когда он встретил демона, который культивировал подобную технику. Мастер Цин Хуа тут же покинул главный зал, вышел из Бессмертной Секты и помчался в направлении расы демонов. И хотя он летел очень долго, он так и не увидел следов Нин Шу. У мастера Цин Хуа возникло дурное предчувствие на этот счёт. Он почувствовал ещё большее сожаление о том, что прогнал её. С её уровнем силы она ни за что не могла быть настолько быстрой. Мастер Цин Хуа ещё долго мчался вперёд, гордо и прямо стоя на своём мече в небе. Он смотрел повсюду, но, в итоге, сдался и не стал продолжать погоню. Она вообще не стала возвращаться к расе демонов. ---------- Тут Сокровище, Там Сокровище Мастер Цин Хуа не знал, что и сказать. Он всегда был тем, кто обманывает других людей. Он никогда не думал, что наступит день, когда его самого кто-то обманет. Он даже не знал, действительно ли та девушка понесла меч Сюаньюань обратно к расе демонов. Мастер Цин Хуа развернулся и вернулся в Бессмертную Секту. Но он всё равно чувствовал, что тут что-то не так. ____________________ Что касается Нин Шу, то она всё дальше и дальше бежала в противоположном от расы демонов направлении. Она замедлилась только когда почувствовала себя немного в безопасности. Она почувствовала лёгкий голод, поэтому достала постные пилюли, чтобы поесть. Она культивировала, пока шла. Как она и ожидала, духовная энергия вне Бессмертной Секты была не такой хорошей, как духовная энергия на Спокойном Пике. Но, когда она культивировала, духовная энергия тут же собиралась вокруг её тела, так что эффект был не таким уж плохим. Даже сейчас Нин Шу всё ещё никак не поняла причины, почему её скорость культивации была такой высокой. И это ощущение её очень пугало. У всего была своя причина. И бесплатных обедов не бывает. Она попыталась взлететь, но, похоже, что у неё не было способности летать. Ей не осталось иного выбора, кроме как продолжить идти. Периодически Нин Шу сталкивалась с демоническими зверями. Она тут же бросалась на них со сжатыми кулаками и насмерть забивала этих демонических зверей. Голыми руками. Но иногда ей было лень, и она выпускала извивающегося дракона из духовной энергии, который был у неё в даньтяне. Тело извивающего дракона становилось жёлтым, когда он яростно рычал и стремительно нападал на демонического зверя. Если это был особенно слабый демонический зверь, тогда извивающийся дракон просто вытягивал лапу и сжимал зверя, пока тот не взорвётся, покрывая Нин Шу брызгами крови. Нин Шу была ошеломлена. Дракон был слишком сильным. Хотя перед мастером Цин Хуа этот извивающийся дракон не смог выдержать больше нескольких ударов. Было очевидно, что эти невежественные демонические звери, которые могли культивировать только неразумно, имели недостаточно силы. Когда Нин Шу находила божественное сокровище, она тут же прибирала его себе. Всё же, это всё были ресурсы. Когда она заходила в какие-нибудь небольшие городишки, она могла обменять их на духовные камни. Однако у Нин Шу сложилось такое впечатление, что она постоянно находит сокровища. По мере её продвижения эти божественные сокровища становились всё более и более ценными. И хотя они охранялись демоническими зверями, она каждый раз могла спокойно избавиться от демонического зверя и положить божественное сокровище в свою сумку. Нин Шу практически разваливалась на части. Любое случайно подобранное птичье яйцо, которое она находила, оказывалось яйцом феникса. Она же не была главной героиней. Она была пушечным мясом, так как же она могла находить так много сокровищ? Неужели она должна отдать эти сокровища другим людям? И так было до тех пор, пока Нин Шу не нашла кое-что, отчего ей захотелось даже разрыдаться. Прямо посреди дороги были небрежно рассыпаны несколько крупиц звёздного песка. Это был тот самый звёздный песок! Звёздный песок! Тот, который нужен был сереброволосому мужчине. Нин Шу думала, что пройдёт ещё очень много заданий, прежде чем она наткнётся на нечто подобное. Она не ожидала, что найдёт его так быстро. Нин Шу практически чувствовала себя так, словно она во сне. Она отстранённо подошла к звёздному песку. Она наступила на него, а потом осмотрелась по сторонам. Неужели кто-то специально оставил его тут? Нин Шу подобрала звёздный песок, вытирая свои слёзы. Она попросила 2333 забрать его. Раз она его нашла, то не нужно бросать его. - 2333, мне так страшно, что я чуть не описалась. Что вообще происходит с этим миром? – мысленно спросила Нин Шу у 2333. Она была очень озадачена. 2333 тоже был озадачен. - Я проверю всё для тебя. Нин Шу была крайне напугана. Что, блять, происходит? Это же было отношение, как к главному герою. Жизнь Сяо Сусу была крайне трудной. Так почему же так вышло, что, когда за дело взялась она, она могла культивировать так, словно использовала чит-коды? Это было слишком невероятно. В мире не бывает подарков без каких-либо обязательств. Что-то было не так, что-то было сильно не так! #комментарий анлейта: Яйца феникса очень ценные! Фениксы тоже очень ценные! Если бы из моих яиц вылупились перепела или ещё кто, то я была бы очень рада, но если бы это были фениксы, то я была бы супер-пупер офигевшей…>u ---------- Зелёный Икемен* Примечание: Термин «икемен» - это неологизм-словослияние, образованный от японских слов «икеру» или «икетеру» и «мензу». Ikeru и iketeru означают «круто», «хорошо» и «захватывающе», а menzu - японизация «мужчин». Этот термин был используется для обозначения красивых мужчин в японской поп-культуре. ____________________ 2333 отправился проверять, что происходит, поэтому Нин Шу прислонилась к дереву с ярким красным фруктом, свисающим с ветки, и стала ждать. Нин Шу закатила глаза. Это же был облачный фрукт, который обладал эффектом очистки костного мозга и перестроения костей. Нин Шу не захотела брать его. Затем она увидела, как перед ней покачивается трава, которая была очень похожа на норичник Нинпо. Нин Шу: … Нин Шу просто закрыла глаза и спросила: - Ну что, как там идёт расследование? 2333 ответил: - Я всё проверил. Этот мир – самый обычный. Ни один из других получателей заданий не сталкивался с такой ситуацией, как у тебя. А ведь хорошие вещи просто прыгали ей в руки. Нин Шу: … Её сердце так устало от этого. Нин Шу встала и отряхнула пыль со своей попы. Ей было слишком лень брать как облачный фрукт над головой, так и норичник Нинпо, растущий на земле. Она просто оставит их другим людям, которым они предназначаются. Божественные сокровища формируются лишь раз в много-много лет. А она и так уже собрала очень много. Больше она уже не могла взять. И Нин Шу считала это всё очень странным совпадением. Вся эта ситуация была просто слишком странной. А что, если это ловушка? Она не должна быть жадной. И ладно, если бы только её скорость культивации была невероятно хорошей. Но получать всякие хорошие вещи, куда бы она ни пошла, это явно было особое отношение, как к главному герою. А откуда она могла получить такое отношение? Нин Шу стало слишком лень, чтобы сражаться со зверями, и она даже не удостоила второго взгляда некоторые хорошие вещи, которые попадались ей на пути. Когда она пришла в небольшой городок, она обменяла некоторые сокровища на духовные камни и купила себе несколько запасных комплектов одежды. После долгой прогулки, она, наконец-то, пришла к Таинственным Духовным Горам. Издалека эти Таинственные Духовные Горы были словно окутаны дымкой. Недалеко от этих гор был небольшой городок. Этот городок был очень процветающим. Нин Шу давно уже не ела горячей еды. Она решила пойти в ресторан и чего-нибудь поесть. В этом ресторане подавали всевозможное мясо демонических зверей. А ещё они использовали всяческие способы готовки, вроде жарки, пропаривания, фритюра, отчего демоническое мясо было особенно вкусным. К тому же, в этом мясе содержалась духовная энергия, что позволяло питать и укреплять тело культиватора. В этом мире, сильные охотились на слабых. Раса людей больше всего презирала в расе демонов то, что они пожирали людей ради их сущности, но они всё равно ели демонических зверей. Сильные вызывали уважение. Только сильные могли контролировать свою судьбу и не становиться очередной ступенькой для других. Нин Шу вошла в ресторан и заказала несколько блюд. Затем она стала ждать, пока официант их подаст. В ресторане было немало культиваторов, поэтому Нин Шу не позволила своему взгляду свободно блуждать по залу. Она не могла бесцельно оценивать людей взглядом. Мир культиваторов был полон жестокости. У некоторых культиваторов были странные темпераменты. Одного только взгляда или предложения было достаточно, чтобы спровоцировать их на бой. А если у кого-то на руках есть хорошие вещи, то они могут просто ждать, пока их убьют и заберут их сокровища. Она только вошла, но уже почувствовала, как несколько духовных сознаний прошлись по ней, после чего отступили. Нин Шу почувствовала, что кто-то не сводит с неё взгляда. Она проследовала за ощущением этого взгляда и оглянулась, чтобы посмотреть на того человека, который пристально смотрит на неё. Когда она его увидела, она на мгновение ошалела. У этого человека были тёмно-зелёные волосы, и сам он носил зелёные одежды. Он сидел на лавке, когда встретился с ней взглядом. Его глаза были мерцающего синего цвета. Он был очень красивым, но его эстетическая сторона была немного странной. И его волосы, и его одежда были зелёными. Они были слишком зелёными, отчего на них было немного странно смотреть. Проблема в том, что он явно был не человеком. Но демон тоже не стал бы вести себя подобным образом. Неужели он был демоническим зверем, который умудрился достичь человеческой формы при помощи культивации? Откуда у демонических зверей такой интеллект? Разве демонические звери не должны быть кучей тупых и невежественных существ? Как они могут вот так смешаться и жить среди людей? В ресторане сидел демонический зверь, но все эти культиваторы словно игнорировали его и не имели никакого намерения напасть на него. Рядом с ним тоже никто не сидел. Было очевидно, что никто не хочет к нему приближаться. Когда Нин Шу увидела, что он не сводит с неё пристального взгляда, она начала оплакивать свою судьбу. Только главная женщина может привлекать внимание красивых мужчин. Неужели те её дополнительные шесть очков, добавленные в харизму, тут же начали привлекать внимание красивых мужчин? Тогда почему же она не заметила, как её интеллект увеличивается в разы, хоть она и добавила так много очков в свой интеллект. Нин Шу тайком потрогала свою пространственную сумку-хранилище. Неужели он узнал, что у неё в сумке много сокровищ? Он хочет убить её и забрать сокровища? Когда ей принесли заказ, Нин Шу взяла палочки и начала есть. Она чувствовала сильное волнение, видя, что этот зелёный красавчик ни на миллиметр не отводит от неё своего взгляда. Какого чёрта ты на меня уставился?! Нин Шу бесконечно проклинала его в глубине души. ---------- Хочешь Выпить? Краем глаза она увидела, что этот человек направляется в её сторону. Нин Шу: Проваливай, проваливай, проваливай… Этот демонический зверь сел за стол напротив Нин Шу. Он увидел, что Нин Шу заказала полный стол рыбных и мясных блюд, поэтому он спросил: - Тебе нравится есть мясо? Его голос было очень приятно слушать. Он был очень нежный. По одному только его голосу невозможно было определить, что он – раздражающий демонический зверь. Неужели он последовал японскому не-мейнстримному визуальному стилю, и на самом деле у него крашеные волосы? Волосы на спине Нин Шу тревожно встали дыбом. Она почувствовала, что человек, находящийся перед ней, очень сильный, поэтому она ничего не сказала. - Хочешь выпить? Демонический зверь достал мешок для воды. Нин Шу: →_→ А они, разве, знакомы? Нет, не знакомы. Он что, решил приударить за ней?! Нин Шу очень хотела отправить сидящего перед ней человека пинком куда подальше. Неужели очки харизмы настолько мощные?! В любом случае, это было ненормально, всё это было совсем ненормально. - Значит, ты хочешь выпить. Мужчина доверху наполнил кружку Нин Шу водой из своего мешка для воды. Нин Шу глянула на него и ничего не сказала. - Пей, - тихо сказал мужчина. Если бы не его зелёные волосы, Нин Шу подумала бы, что сидящей перед ней мужчина был культурным и утончённым учёным. Была в нём какая-то поэтическая грация, но аура вокруг него была более безразличная и отстранённая, по сравнению с учёным. Его темперамент не был ни гордым, ни нетерпеливым. Нин Шу была настроена немного подозрительно. Был ли этот мужчина действительно демоническим зверем? Но он был настолько эстетичным. На милость нельзя отвечать грубостью, поэтому Нин Шу протянула руку и взяла чайную чашку. Она принюхалась к ней. Запах был сырым и солёным. Может ли это быть отравой? Нин Шу глянула на мужчину, сидящего напротив, на лице которого была простая и элегантная улыбка. Она сделала глоток, и её лицо внезапно позеленело. Она посмотрела на него испросила: - Это что, солёная вода? Мужчина ответил: - Если точнее, то это морская вода. Нин Шу: →_→ Что за чудак, пьёт морскую воду. - Меня зовут Цин Юэ. А тебя как? – спросил у Нин Шу Цин Юэ. Нин Шу ответила: - Сяо Сусу. Цин Юэ нахмурился и спросил: - Это твоё настоящее имя? - Да. Нин Шу кивнула. Нин Шу проглотила полный рот солёной воды, потому что она не могла выплюнуть её перед Цин Юэ. Она чувствовала, что вот-вот умрёт от жажды после того, как выпила всю эту соль, поэтому она без остановки пила обычную воду. Цин Юэ выглядел немного озадаченным. Нахмурив брови, он выглядел оцепеневшим, как будто впал в эфирное состояние. - Зачем ты смотрел на меня? – прямо спросила Нин Шу. Цин Юэ пришёл в себя, улыбнулся и сказал: - Что ты планируешь делать? Позволь мне пойти с тобой. - Пфф, кхе-кхе-кхе… Нин Шу поперхнулась до такой степени, что у неё слёзы появились на глазах. Она была очень напугана. Лицо Нин Шу перекосилось. Когда это она стала настолько чарующей, что люди влюбляются в неё с первого взгляда? Более того, она видела, что у Цин Юэ нет к ней никаких чувств. Так почему же он хочет следовать за ней? - Зачем? Нин Шу подавила своё желание закатить глаза. - Я хочу достичь Небесного Дао, - сказал Цин Юэ. И какое отношение к ней имеет его желание достичь Небесного Дао? Нин Шу тут же закатила глаза. - У меня такое чувство, что твоя душа мне очень знакома. Мы наверняка встречались раньше, - сказал Цин Юэ. Ну разве это не выглядит как обычный флирт? Неужели в этом мире культивации люди начинают беседу с разговора о том, что их души знакомы? - Мы раньше не встречались. - Мы встречались. - Не встречались. - Встречались. - В таком случае, блять, скажи мне, где мы встречались. Нин Шу мысленно начала читать очищающую сердце мантру. #комментарий анлейта: - Хочешь выпить? Нин Шу: →_→ - Значит, ты хочешь выпить! Ааах, кьяааа! Настоящий ученик Нин Шу! o(*≧□≦)o Кто ещё вспомнил, кто он?! XDXDXD ---------- Полагаю, Я Тебе Должен Нин Шу была очень раздражена тем, что этот красавчик настойчиво липнет к ней. Может, она бы и смирилась с этим, если бы они были знакомы, но они только встретились, а теперь он говорит, что хочет следовать за ней. Он явно был ненормальным. Нин Шу чувствовала себя так, словно с ней будут играть, пока она не сломается. Она не знал, что ещё для неё заготовлено. Цин Юэ увидел, что Нин Шу разозлилась, и нахмурился. - У меня нет никакого злого умысла по отношению к тебе. В какой-то мере, полагаю, я тебе должен. Нин Шу задумалась ненадолго. - Так быть не должно. Может ли быть, что он должен изначальному хосту Сяо Сусу? Проблема в том, что Сяо Сусу вообще не знала его. - Моя ситуация не позволяет мне брать с собой спутника. Ты не должен следовать за мной, - тихо сказала Нин Шу. Цин Юэ элегантно сказал: - Не проблема. Тебе не нужно присматривать за мной. Нин Шу: →_→ И что же ей делать? Изначально, она радостно пришла сюда попировать, но столкнулась с подобной ситуацией. Нин Шу посмотрела на его тёмно-зелёные волосы и спросила: - Это твой натуральный цвет волос? Цин Юэ кивнул. - Он был таким, когда я трансформировался в эту Форму. Трансформировался! Он действительно был демоническим зверем. - И что ты за демонический зверь… - спросила Нин Шу. Цин Юэ посмотрел на Нин Шу. - А ты угадай. Нин Шу: Ха-ха… - Ты же демонический зверь, так почему они тебя не атакуют? – очень тихо спросила Нин Шу у Цин Юэ. Цин Юэ обвёл взглядом людей в зале. - Они не смеют. Нин Шу показала ему большой палец вверх. Эти слова были по-настоящему доминирующими. Она съела все блюда на столе и решила найти гостиницу, где можно отдохнуть. Нин Шу вышла из ресторана. Цин Юэ последовал за ней и спросил: - Куда ты теперь собираешься? - Я собираюсь найти место, где можно переночевать. Вообще-то, ты не обязан следовать за мной, так как мы с тобой совершенно не знакомы. Спасибо за морскую воду. Нин Шу видела, что у него нет никакого злого умысла по отношению к ней, поэтому её отношению к нему тоже смягчилось. - Если тебе понравилось, то я всегда могу налить тебе ещё морской воды, - сказал Цин Юэ. Нин Шу: … - Невежливо пользоваться добротой других, - поспешно отказалась Нин Шу. Когда она встретилась взглядом с Цин Юэ, она увидела, что в его глазах мягко колышется свет, отчего он выглядит очень спокойным и мудрым. Он действительно не был похож на демонического зверя. - Ты очень отличаешься от остальных демонических зверей. Он больше был похож на человека, чем на демонического зверя. - У меня тут есть неподалёку место, где можно остановиться, - сказал Цин Юэ. – Раз мы вместе отправляемся в путешествие, можешь остаться у меня. Нин Шу была немного смущена. - Я бы не хотела создавать тебе столько хлопот. - Это вовсе не хлопоты. Нин Шу: Нет, я не хочу… Он появился так внезапно и даже обращался к ней так хорошо. Нин Шу чувствовала, что тут что-то не так, потому что это было слишком внезапно. - Ты чего такая настороженная? – спросил Цин Юэ. - Мы никогда раньше не встречались и мы совершенно не знакомы, поэтому я не хочу доставлять тебе хлопот, - Нин Шу посмотрела на Цин Юэ. – У меня такое ощущение, что ты меня с кем-то путаешь. Цин Юэ тихо сказал: - Я это чувствую. Возможно, ты больше не помнишь. Нин Шу: … - Наши души уже сталкивались раньше, - сказал Цин Юэ. – Тебе не нужно в этом сомневаться. Я ещё не смог достичь Небесного Дао. Возможно, потому что у меня всё ещё осталась карма с тобой. Нин Шу: Говори по-человечески. Она чувствовала себя так, словно её интеллект даже невозможно сравнить с интеллектом этого демонического зверя. Она что, умственно отсталая? Нин Шу вздохнула и последовала за Цин Юэ к его дому. Они остановились перед большим двором. - У тебя, оказывается, такой большой дом. Нин Шу увидела, что в этом доме даже есть слуги. Когда слуги увидели Цин Юэ, они с уважением поприветствовали его. - Господин Цин. - Подготовьте комнату для неё. Экономка выделила Нин Шу комнату, которая была прямо рядом с комнатой Цин Юэ. Нин Шу была настроена очень скептически. ---------- Разве Люди Живут Не Ради Еды? Нин Шу почувствовала, что духовная энергия в этом доме была довольно густой. Она села на постели скрестив ноги и начала культивировать. Окружающая духовная энергия помчалась к Нин Шу. Она не знала, как долго она культивировала, но, когда она снова открыла глаза и проверила содержимое её даньтяня, она обнаружила, что духовная энергия сформировалась в золотого извивающегося дракона. Живой и энергичный, он выглядел совсем как настоящий дракон. Когда он почувствовал духовное сознание Нин Шу, он даже поднялся, чтобы коснуться её сознания. Нин Шу была немного удивлена. Неужели у него есть своё собственное сознание? Послышался стук в дверь. Нин Шу слезла с постели и открыла дверь, за которой стоял Цин Юэ. - Ты закончила культивировать? Время ужинать, - сказал Цин Юэ. Нин Шу последовала за Цин Юэ в главный зал. Там был стол, полный блюд. И все они были мясными. Нин Шу: →_→ Нин Шу села и начала есть всё, что было на столе. Цин Юэ поднял бровь. - Разве вы, культиваторы, не должны воздерживаться от еды? - Культиваторы то, культиваторы сё. Культиваторы тоже люди. Разве люди живут не ради еды? Цин Юэ отпил своей морской воды и кивнул. - Звучит логично. Каждый раз, когда Нин Шу видела, что Цин Юэ пьёт морскую воду, она чувствовала себя всё более и более разочарованной. - Ты – демонический зверь из моря? - Да. - И кем ты был изначально? – спросила Нин Шу. Цин Юэ наклонил голову. - Угадай. Нин Шу: … Нин Шу решила больше не спрашивать. Если он не хочет говорить, то ладно. Внезапно тело Нин Шу напряглось, из-за того, что печать в её даньтяне постепенно начала активироваться. Когда печать активировалась, её тело внезапно взорвалось болью. Нин Шу поспешно села на пол, скрестив ноги, и стала терпеть боль. Её тело начало излучать демоническую энергию. Цин Юэ создал барьер, который накрыл весь дом, чтобы предотвратить проникновение демонической энергии Нин Шу вовне, и чтобы её никто не обнаружил. Нин Шу яростно проклинала того ублюдка, который поставил печать на её сердце. Ты только подожди у меня! Печать постепенно стихла и снова скрылась в её даньтяне. Нин Шу было так больно, что всё её тело покрылось холодным потом. Нин Шу взяла со стола чашку воды и залпом выпила её. - Ты демон? - Цин Юэ посмотрел на Нин Шу, а потом покачал головой. - Полукровка. А ещё на тебе демоническая печать. Нин Шу посмотрела на него. - Ты даже знаешь о демонической печати. Цин Юэ улыбнулся. - Когда я впервые обрёл свою человеческую форму, раса демонов ещё не существовала в этом мире. Раса демонов появилась позже. Нин Шу: (⊙０⊙) Какой старый монстр. В воспоминаниях Сяо Сусу раса демонов существовала уже чёрт знает как долго, но теперь Цин Юэ говорит, что раньше расы демонов не существовало. - Ты помнишь, сколько тебе лет? – спросила Нин Шу, и уголок её рта дёрнулся. Цин Юэ покачал головой. - Я не помню. Моя нынешняя форма прошла через бесчисленные годы обучения. Обучения у расы людей и обучения у расы демонов. Небесное Дао дало демоническим зверям сильные тела, но не дало им интеллекта. Нин Шу с восхищением сказала: - Ты очень сильный. Цин Юэ улыбнулся. - Это просто удачное совпадение, что я смог пробудить свой интеллект. Небесное Дао не имеет формы, оно создаёт небеса и землю. Небесное Дао не имеет эмоций, оно вращает солнце и луну. Небесное Дао безымянно, оно питает всё сущее. В этом мире есть люди, но в нём также появились демонические звери и демоны, чтобы держать людей под контролем. Только в балансе можно поддерживать стабильность. Нин Шу выслушала все эти непонятные слова и спросила: - Тогда скажи, есть ли способ снять печать с моего тела? Цин Юэ кивнул. - Способ есть. - И как мне её снять, - возбуждённо спросила Нин Шу. Если она сможет снять печать, то её жизнь уже больше не будет в ловушке в руках её отца. Цин Юэ посмотрел на Нин Шу и сказал: - Эта печать требует свежей крови демона. Судя по тому, что я узнал ранее, пока у меня есть свежая кровь демона, я могу помочь тебе снять печать. Блять, ей всё равно придётся вернуться к грёбанной расе демонов, чтобы найти своего отца. - Давай проведём спарринг. Нин Шу хотела увидеть, насколько она теперь сильная. Она хотела проверить, будет ли она высосана досуха, как это было в изначальной истории, когда она вернулась в расу демонов. - Ты не сможешь меня победить. Цин Юэ покачал головой. - Я знаю, что я не могу тебя победить. Я просто хочу узнать, насколько я теперь сильная, -сказала Нин Шу, чувствуя, что сейчас лишится дара речи. #комментарий анлейта: "Нин Шу взяла со стола чашку воды и залпом выпила её." Я ожидала, что это будет чашка морской воды. ---------- Ты Не Сможешь Меня Победить Нин Шу хотела устроить спарринг с Цин Юэ и посмотреть, насколько сильной она стала на данный момент. Она хотела понять, будет ли она убита, когда она отправится на поиски своего отца-демона. - Нападай на меня. Нин Шу махнула в сторону Цин Юэ. Цин Юэ честно сказал: - Ты не сможешь меня победить. Нин Шу выпустила свою внутреннюю силу. Золотой извивающийся дракон взревел и вылетел наружу. Когда он увидел Цин Юэ, он тут же затих и съёжился. Цин Юэ пристально наблюдал за извивающимся драконом, чувствуя некоторое удивление. - У этой штуки начало формироваться собственное сознание. Нин Шу тоже так считала. Она чувствовала, что этот золотой дракон начал наращивать интеллект. Она спросила у Цин Юэ: - Может, ты знаешь, почему так? - Мне очень знакомо его дыхание. Прежде я не был уверен, что это ты, но теперь я уверен, - сказал Цин Юэ, кивая головой. Он протянул руку и ухватился за золотого дракона. Золотой дракон начал кружиться на его ладони. Боже мой. Мы же должны были устроить сейчас спарринг, ясно? Духовная энергия золотого дракона вернулась в даньтянь Нин Шу, следуя её мысленному приказу. Цин Юэ сказал: - Твой метод культивации очень хороший. Именно он позволил золотому дракону обрести некоторое сознание. Когда Нин Шу нашла Непревзойдённые Боевые Искусства, она думала, что это была просто инструкция по низкоуровневыми боевым искусствам, но она использовала их снова и снова. Они по-настоящему показывали мощь миров, полных духовной энергии. - Ну же. Нин Шу слегка приподняла подбородок. Она сжала кулак и ударила им в сторону Цин Юэ. Цин Юэ стоял на месте, не двигаясь. Он взмахнул рукой и отмахнулся от Нин Шу с такой лёгкостью, словно отмахивался от комара. Нин Шу врезалась в стену. Её внутренние органы сотряслись и во всём теле появилась боль. Блять, этот парень ещё сильнее, чем мастер Цин Хуа. Он действительно был старым монстром. Цин Юэ нахмурился и спросил: - Ты в порядке? Я почувствовал неприятную отдачу от Небесного Дао. Нин Шу: →_→ Почему он постоянно говорит вещи, которые она не может понять? Из-за этого она чувствовала себя по-настоящему глупой. - Когда я атаковал тебя, я действительно почувствовал неприятную отдачу от Небесного Дао. Часть моей удачи была отобрана, - Цин Юэ плотно нахмурил брови. – Кто ты? Нин Шу задумалась над словами Цин Юэ. - Что ты имеешь в виду? Говори проще. - Словно ты была избрана небесами, - Цин Юэ пристально смотрел на Нин Шу. – Обычные люди не чувствуют, когда их удачу забирают, но я это чувствую. Нин Шу кивнула. - Ты имеешь в виду, что я – протагонист? Когда это она стала протагонистом? Должно быть, он шутит. В любом случае, Нин Шу чувствовала, что баг, который существует в этом мире – очень большой. От этого она очень перепугалась. Нин Шу просто хотела быстро закончить своё задание и уйти. Серьёзно, она не могла оставаться в этом мире ещё дольше. Он был слишком хаотичным. - Что ты думаешь о моей силе? – спросила Нин Шу у Цин Юэ. Цин Юэ небрежно сказал: - Я бы сказал, что ты не далека от достижения стадии золотого ядра. Стадия золотого ядра? Мастер Цин Хуа был уже на стадии формирования души, на целую стадию выше неё. Между ними всё ещё была большая разница. Когда она начала сражаться с мастером Цин Хуа, она была ещё слабее, чем сейчас. Неудивительно, что она была так легко побеждена. Она точно не сможет победить своего отца-демона, пока она всё ещё на стадии золотого ядра. Ей нужно культивировать ещё больше, прежде чем она вернётся. Эту печать нужно снять. А иначе отец-демон сможет уничтожить её в любой момент одной только мыслью. - Ты хочешь вернуться к расе демонов? – спросил Цин Юэ. Нин Шу отмахнулась от этой мысли. - Я сейчас слишком слабая. Давай подождём немного, пока я не стану немного сильнее, прежде чем отправляться туда. ---------- Кажется Нежной в Сравнении - Но твоя печать будет периодически активироваться. Цин Юэ поднял бровь. Нин Шу не возражала. - Ну и ладно. Эта печать распалялась только через определённый интервал времени. Плюс, боль длилась недолго. Гораздо большее – это жить со злобным проклятием, где ей больно каждую секунду, и с каждым днём боль становится только сильнее. Печать кажется нежной в сравнении с этим. - Я могу тебе помочь, сказал Цин Юэ. В этом мире бесплатных обедов не бывает. Они никогда раньше не встречались, но он дал ей место, где можно переночевать и даже хотел ей помочь. Этому должна быть причина. - Почему? Я всё ещё чувствую, что ты принял меня за кого-то другого. Мы же не знакомы друг с другом, - Нин Шу посмотрела на Цин Юэ. – Если ты не скажешь мне почему, то я не смогу бездумно принять твою помощь. Люди должны помогать друг другу, но кто знает, насколько могущественным на самом деле был Цин Юэ. И то, что он внезапно вёл себя так по отношению к ней, выглядело очень подозрительно. Они не были обитателями одного мира. Какой человек будет вежливым с муравьём, которого он может легко раздавить одной рукой? Цин Юэ нежно улыбнулся и протянул руку в сторону Нин Шу. Нин Шу тут же прикрыла свою грудь. - Что ты делаешь? Я же сказала тебе не шутить со мной. Цин Юэ ухватился за воротник одежды Нин Шу и приподнял её. Окружающее пространство вокруг Нин Шу внезапно стало расплывчатым, и она почувствовала головокружение и тошноту. Нин Шу потёрла голову. Она не понимала, что происходит, пока глядела по сторонам. Они уже покинули дом Цин Юэ и стояли перед чёрной городской стеной. В окрестностях то появлялись, то исчезали разные люди. Мужчины и женщины были красивыми до невозможности, чарующими настолько, что могли тронуть сердца людей. При виде этих людей в голове Нин Шу возникло одно слово: демоны. Раса демонов была экспертами по атаке на разумы людей своей харизмой. Люди ожидают, что демоны будут крайне злобными и зловещими на вид, но они, на самом деле, ещё красивее, чем сами люди. Однако под этой привлекательной внешностью текла злая чёрная кровь. У расы демонов, похоже, не было никакой концепции правильного и неправильного. У них не было отличительных понятий добра и зла. У них не было таких же, как у расы людей, чувств приличия, справедливости, целостности и чести. Они считали, что могущество решает, и верили только в силу. Нин Шу почувствовала себя так, словно её укачало. У неё было такое головокружение, что ей хотелось умереть. Каким образом она внезапно оказалась на территории расы демонов? Нин Шу мысленно прочитала очищающую сердце мантру, чтобы ей стало легче. Когда окружающие демоны увидели Нин Шу, они отреагировали так, словно только что увидели аппетитный кусочек. Их носы тут же дёрнулись, а взгляды наполнились презрением. Они явно учуяли, что Нин Шу имеет смешанную кровь и она полу-человек, полу-демон. Но, когда демоны увидели Цин Юэ, их выражения лиц стали настороженными. Какого хрена? Раз она была слабой, то у неё не было никакого права голоса. Он принёс её сюда без малейшего предупреждения. И ей было довольно страшно. У неё ещё было недостаточно силы, чтобы противостоять её отцу-демону. Нин Шу сказала Цин Юэ: - Почему ты не предупредил меня заранее? Что бы это ни было, хорошее или плохое, ты должен был сказать мне, чтобы я могла мысленно приготовиться. - А зачем ты всё время откладываешь? Ты даже готова терпеть боль от печати, но это не решит проблему. Цин Юэ неодобрительно посмотрел на Нин Шу. - У меня расстройство прокрастинации, ясно? – Нин Шу вздохнула. – Просто моей силы ещё недостаточно. Когда я стану достаточно сильной, разве боль от печати не станет воздействовать на меня меньше? - Я же сказал, что могу тебе помочь, - Цин Юэ посмотрел на Нин Шу и искренне сказал: - Я могу тебе помочь. Нин Шу улыбнулась и кивнула. - Ладно. Ты можешь мне помочь. Какой бы ни была причина твоей помощи, спасибо. Цин Юэ кивнул и установил барьер вокруг Нин Шу. Нин Шу наблюдала за тем, как Цин Юэ читает заклинание. Он действительно не был похож на демонического зверя. Нин Шу осталась внутри барьера и стала ждать возвращения Цин Юэ. Она просто села внутри барьера, скрестив ноги, и стала культивировать. Духовная энергия, которая входила в её тело, поглощалась золотым извивающимся драконом в её даньтяне. Нин Шу изучила плавающего в её даньтяне извивающегося дракона. Ей стало интересно, станет ли он однажды настоящим драконом. Но это будет в далёком будущем. В данный момент она всё ещё была очень слаба. Ей нужно продолжать культивировать, чтобы стать сильнее. А ещё ей нужно быть в месте с обильным количеством духовной энергии, чтобы культивировать золотого дракона. Будет здорово, если она сможет культивировать такого золотого дракона и в её духовном состоянии. Вскоре Цин Юэ вернулся. В его руке была нефритовая бутыль с чёрной кровью. Эта кровь выглядела так, словно она кипела. ---------- Подари Мне Этого Мужчину Нин Шу увидела, что одежда Цин Юэ не была запачкана, а его волосы не были в беспорядке. Он выглядел как кто-то, кто просто вернулся с прогулки. Нин Шу почувствовала некоторую зависть. Когда она сможет стать такой сильной? - Ты же потревожил моего отца, да? – спросила Нин Шу. – Если ты его потревожил, то он может убить меня одной только мыслью. - Он ничего не почувствовал, - сказал Цин Юэ. Нин Шу показала ему большие пальцы вверх. - Ты потрясающий. Цин Юэ улыбнулся с равнодушным и беззаботным видом. Когда он снял барьер, он спросил у Нин Шу: - Хочешь заглянуть в город? У расы демонов есть немало хороших вещей. - Не нужно. Если я окажусь слишком близко от своего отца, он меня заметит, - отказалась Нин Шу. Цин Юэ кивнул. - Тебе решать. Когда Нин Шу увидела, что Цин Юэ так покорно ведёт себя по отношению к ней, она сочла это очень странным. Он, блин, знает, насколько он сейчас похож на Марти Сью? - Ты всё ещё собираешься нести меня за шкирку, когда мы в этот раз будем возвращаться? – спросила Нин Шу. Цин Юэ кивнул. - Если ты хочешь, чтобы я нёс тебя за шкирку, то я не буду возражать. Нин Шу поспешно отмахнулась рукой. - Не нужно. У меня голова кружится. Я лучше пройдусь. Цин Юэ ответил: - Тебе решать. Нин Шу посмотрела на Цин Юэ, который вёл себя, словно преданный лабрадор. Неужели все исключительные эксперты ведут себя подобным образом? - Эй, вы двое, остановитесь, - послышался нежный голос. Этот мягкий голос было до такой степени приятно слышать, что уши слушателей просто немели. Нин Шу повернулась и увидела женщину, сидящую в портшезе, который несли четверо демонов-мужчин. В данный момент она в буквальном смысле свысока смотрела на Нин Шу и Цин Юэ. У этой женщины-демона была очень соблазнительная внешность. Её лицо было таким чарующим, что оно словно могло похищать людские души. Все женщины и мужчины расы демонов имели очень красивую внешность. Женщина-демон оценила взглядом Нин Шу и усмехнулась. - Полукровка. Я приказываю тебе подарить мне этого мужчину, что рядом с тобой. Низшие демоны-полукровки не имеют права иметь таких мужчин. Взгляд женщины-демона был словно приклеен к лицу Цин Юэ. - Мне нравятся твои волосы. Мало у кого есть такой цвет волос. Женщина-демон слегка приподняла свой подбородок, когда говорила с Цин Юэ с высоты своего портшеза. Нин Шу тоже повернулась, чтобы посмотреть на волосы Цин Юэ. А почему ей тогда этот цвет кажется уродливым? Такой сочный зелёный цвет. Всё его тело было слишком сочно-зелёного цвета. Цин Юэ ни сказал ни слова. Он просто молча стоял с незаинтересованным видом. От этого взгляд женщины-демона наполнился ещё большим желанием обладать им. Раса демонов никогда не скрывала своих желаний. Это касалось как мужчин, так и женщин. По человеческим стандартам, они все словно не имели никакой сдержанности. Но раса демонов никогда так не считала. Если им попадался человек, который соответствует их вкусам, то они, сначала, занимались этим, а потом уже поглощали сущность человека. Нин Шу ткнула Цин Юэ локтем и тихо сказала: - Эта женщина очень красивая. Цин Юэ покачал головой. Женщина-демон указала на Нин Шу. - Что ты такое говоришь? Я приказала тебе отдать этого мужчину мне. Нин Шу пожала плечами и отошла в сторону. Она сказала: - Вообще-то, это не я тут принимаю заказы. Вы должны спрашивать его. - По крайней мере, ты знаешь своё место, - женщина-демон презрительно глянула на Нин Шу, после чего перевела взгляд обратно на лицо Цин Юэ. – Следовать за мной во множество раз лучше, чем следовать за этим мусором. Я могу предоставить все инструкции для культивации и сокровища, которые ты когда-либо захочешь. Цин Юэ подошёл ближе к Нин Шу и посмотрел на неё. - Идём. - Постой. Женщина-демон слетела с портшеза и остановилась перед Нин Шу и Цин Юэ. - Ты должен сделать умный выбор, пока я ещё веду себя по-доброму. Выражение лица женщины-демона стало жестоким, а всё её тело начало излучать густую демоническую энергию. Цин Юэ слегка нахмурился и поднял взгляд. Его рука превратилась в холодную и мрачную штуку, похожую на ленту. Эта кельпо-подобная лента тут же пронзила тело женщины-демона, словно гвоздь, проходящий сквозь тофу. Не было заметно никакого сопротивления. Цин Юэ убрал руку. Его рука была по-прежнему белой, как нефрит. Чистый, яркий, сверкающий и прозрачный. На ней не было ни единой капли крови. Женщина-демон медленно посмотрела на свою грудь. Там была огромная дыра, а её сердце уже было превращено в фарш. ---------- Ты Же Не… Чёрная кровь начала капать на землю, издавая шипящий звук, когда она начала разъедать землю. Женщина-демон была в полнейшем недоумении. Мощная жизнеспособность расы демонов означала, что она не умрёт сей же момент. - Вот вы у меня подождите! - Принцесса Лизи. Четыре демона-мужчины, которые несли портшез, окружили Нин Шу и Цин Юэ. Цин Юэ поднял ошарашенную Нин Шу за воротник и исчез во вспышке света. Каждый раз, когда они телепортировались, Нин Шу чувствовала сильное головокружение. Когда Цин Юэ остановился, первым делом ей пришлось проблеваться, пока ей не стало немного легче. Её голова кружилась, словно сумасшедшая. После того, как Нин Шу закончила блевать, она обнаружила, что они уже вернулись в тот дом в маленьком городке. Нин Шу посмотрела на Цин Юэ и сказала: - Почему у меня возникло такое чувство, что ты выглядишь немного знакомо? Какой была твоя изначальная форма? Взгляд Нин Шу начал блуждать, пока она пыталась вспомнить. Она подёргала себя за волосы. "Это невозможно. Этот парень сейчас всё ещё должен быть в море таинства." - Ты же не кельп, верно? – неуверенно спросила Нин Шу у Цин Юэ. Цин Юэ кивнул. - Изначально я был кельпом. Нин Шу не удержалась от того, чтобы оценить его взглядом. Даже мрачное и смуглое растение кельп может культивировать в человеческую форму? - Это ты однажды использовал кристаллы духовной эссенции в качестве своего дома? Нин Шу вспомнила, что она однажды встречалась с кельпом в бессмертной резиденции. Вот только тот кельп был очень тупым и невежественным. У него не было даже собственного сознания. Он был совершенно другим видом, по сравнению с этим Цин Юэ. - Да, - Цин Юэ достал кристалл духовной эссенции. – Это тебе. Нин Шу: … Не нужны мне твои кристаллы духовной эссенции. Нин Шу хлопнула в ладоши, когда всё поняла, а потом радостно сказала: - Так почему же ты просто не сказал мне, что ты прежде был кельпом? Как ты сюда попал? - Я всегда был в этом мире, - сказал Цин Юэ. Нин Шу прижала руки к голове и вызвала 2333. - Какого чёрта? Этот мир же не та бессмертная резиденция с того раза, верно? Разве он не был на грани разрушения? Как он стал миром среднего уровня? Прошло совсем немного времени, а он уже стал миром среднего уровня? Нин Шу почувствовала себя бесполезной. Даже какой-то мир был более способным, чем она. 2333 застыл на мгновение, прежде чем сказать: - В разных мирах время течёт по-разному. Может, с твоей точки зрения прошло и не так много времени, но для этого мира могло пройти несколько сотен миллионов лет. Ебануться. - Если это так, тогда это означает, что этот мир тебя признал. И теперь все предыдущие странные ситуации можно объяснить, - сказал 2333. Нин Шу стала выглядеть скептически. - И как этот мир узнал меня? 2333 ответил: - А ты уже забыла? По пути к морю таинства ты была в своём духовном состоянии. Когда ты держала этот мир в своей ладони, он определённо был хоть немного, но в контакте с аурой твоей души. Нин Шу вздохнула с облегчением и вытерла холодный пот со лба. Каждый день она тряслась от страха и страдала от бессонницы. Она никогда не представляла себе, что причиной всему окажется это. Этому миру повезло, что он смог эволюционировать в мир среднего уровня. - Он подкидывает тебе всякие бонусы. Это можно считать за оплату по долгам, - сказал 2333. – Всё, что ты будешь делать в этом мире, должно проходить гладко. К счастью, я не зря потратил ту энергию на то, чтобы отправить тебя в море таинства. 2333 даже добавил, чтобы прикрыть свою собственную некомпетентность: - А я-то удивлялся, почему я не могу найти причину. Нин Шу: Ха. Ха… - Ты о чём задумалась? – спросил Цин Юэ, видя, что Нин Шу словно оцепенела. Нин Шу пришла в себя и посмотрела на Цин Юэ. - Божечки, как же давно мы с тобой не виделись. Ты уже вырос и стал человеком. Цин Юэ: … - Я, вероятно, гораздо старше тебя, - сказал Цин Юэ. Нин Шу подумала об этом и осознала, что он был прав. Цин Юэ был практически таким же старым, как и этот мир. #комментарий анлейта:Дун-дун-дун! Вот всё и раскрылось! Цин Юэ – это тот милый маленький кельп, которому Нин Шу помогла в другом мире культивации! Это также объясняет, почему он такой зелёный, ха-ха-ха-ха… Мой любимый зелёный икемен… ---------- Кельп, Спасибо - А ничего, что ты использовал своё тело для атаки демонов? – спросила Нин Шу. Кровь расы демонов была очень токсичной и едкой. Цин Юэ посмотрел на свою руку и сказал: - Я как раз хотел устроить эксперимент и проверить, смогу ли я сопротивляться едкости крови расы демонов. Нин Шу кивнула. - И как всё прошло? Твоя рука выглядит нормально. - Неплохо, да, - сказал Цин Юэ, кивая. Нин Шу искренне сказала: - Я хочу попросить тебя снять мою печать. Цин Юэ кивнул и достал нефритовую бутылку. Он выдернул пробку и из бутылки тут же вылетел белый дым. Кровь демона в бутылке всё ещё кипела. Нин Шу не знала, из чего была сделана эта нефритовая бутылка. Ведь она смогла выдержать разъедающую способность крови расы демонов. Цин Юэ окунул палец в бутылку и сказал: - Я нарисую на твоём лбу формацию заклинания. Будет больно, но тебе придётся это немного потерпеть. Нин Шу на мгновение ошалела: - Ты будешь рисовать пальцем? - Всё остальное будет просто разъедено кровью, - небрежно ответил Цин Юэ. Нин Шу была немного тронута этим. - Спасибо. Ты уже так много сделал для меня. За всё время её трансмиграции она встретила лишь двоих, которые помогли ей именно из-за её души, а не из-за изначального хоста. Первым был дядя школьный доктор, а Цин Юэ был вторым. Нин Шу поблагодарила Цин Юэ за помощь. - Как бы там ни было, я должна тебя поблагодарить. Цин Юэ улыбнулся. - Всё в порядке. Палец Цин Юэ был запятнан чёрной кровью. Он начал читать заклинание, а потом коснулся лба Нин Шу своим пальцем. Кожа, которая вошла в контакт с кровью демона, стала ощущаться аномально горячей. Нин Шу ощущала себя так, словно её кожа жарится. Вероятно, только благодаря демонической крови в её теле она чувствовала только жар, но не страдала ни от каких других побочных явлений. Формация заклинания на её лбу проникла в её кожу и превратилась в бесчисленное множество острых мечей, которые помчались прямо в её даньтянь. Печать в её даньтяне постепенно вышла на поверхность. Возможно, эта печать чувствовала угрозу, потому что она теперь излучала огромное количество демонической энергии. И это было крайне больно. Две силы начали сражаться в её теле, превращая её даньтянь в хаос. Её даньтянь ощущался так, словно он вот-вот взорвётся. Цин Юэ всё ещё рисовал формации заклинания, не делая пауз, отчего Нин Шу чувствовала такую боль, что ей хотелось просто разбежаться и удариться головой о стену. Она не знала, сколько времени прошло, прежде чем печать со щелчком сломалась. Нин Шу тут же почувствовала себя так, словно её душа вот-вот вознесётся. От этого ничем не обременённого чувства свободы Нин Шу захотелось посмотреть в небо и зарычать. Когда печать исчезла, её больше никто не мог контролировать! Нин Шу обеими руками взялась за руки Цин Юэ и начала трясти их со взволнованным выражением на лице. - Кельп, спасибо тебе. Цин Юэ выдернул свои руки. - Без проблем. Прошу, зови меня Цин Юэ, - очень серьёзно сказал Цин Юэ. - Хорошо, Кель… Цин Юэ. Теперь, когда её печати не стало, Нин Шу почувствовала себя очень счастливой. Этим вечером она съела две дополнительные тарелки риса. Цин Юэ пил морскую воду, наблюдая, как Нин Шу наедается до тех пор, пока у неё всё лицо не стало перемазано жиром. Он не удержался и сказал: - Я всё ещё не понимаю страстное желание расы людей по отношению к еде. Нин Шу сказала: - Я тоже не понимаю, зачем ты пьёшь морскую воду. На твоём уровне, тебе же уже не нужна морская вода, верно? - Я к ней привык, - сказал Цин Юэ. - Людям приходится есть, чтобы выжить. Естественно, чтобы сделать процесс еды более приятным, еда должна быть приготовлена лучше. Нин Шу икнула и отложила свою тарелку и палочки. - Что планируешь делать дальше? – спросил Цин Юэ. Нин Шу ответила: - Конечно же культивировать. Мне всё ещё нужно сделать кое-что, когда я стану сильнее. Цин Юэ кивнул. - Я последую за тобой. - Тебе не обязательно этого делать. В тот раз я помогла тебе просто мимоходом. Ты не обязан возвращать мне долг. Нин Шу небрежно махнула рукой. Цин Юэ молча посмотрел на Нин Шу: - Что ты сделала? Нин Шу: →_→ ---------- Ты Не Сможешь Меня Победить Она и забыла, что в то время кельп был всего лишь малышом. У него тогда ещё даже не было сознания. - Я ничего не сделала, - сказала Нин Шу. – Если хочешь следовать за мной, тогда просто следуй. Нин Шу вернулась в свою комнату после сытного ужина и начала культивировать. Её скорость культивации была очень высокой. Духовная энергия стремительно мчалась в её тело, а потом поглощалась извивающимся драконом в её даньтяне. Всё тело извивающегося дракона из духовной энергии было ярко золотого цвета, пока он кружился в даньтяне Нин Шу. У него даже были усы дракона и зрачки в глазах. Поначалу у него была только форма дракона. А теперь он действительно формировал душу. Моральный дух Нин Шу получил ускорение, поэтому она продолжила культивировать без остановки. Но даже несмотря на её скорость культивации, золотистый цвет тела извивающегося дракона начал бледнеть. Яркое жёлтое сияние затихало и начало становиться серебристым. Нин Шу почесала свой затылок с озадаченным выражением на лице. Она не знала, что вызвало такое внезапное изменение. Она могла лишь найти Цин Юэ, чтобы оценить свою боевую силу. - Давай устроим раунд спарринга, - сказала Нин Шу. Цин Юэ покачал головой. - Ты не сможешь меня победить. - Я знаю. Я просто хочу оценить свою текущую боевую силу, - сказала Нин Шу. С этими словами она выпустила свою духовную энергию. Извивающийся дракон вылетел и помчался в сторону Цин Юэ. Цин Юэ поднял руку и поставил щелбан извивающемуся дракону, летящему на него. Духовная энергия тут же рассеялась. Нин Шу подняла кулак и замахнулась на Цин Юэ. Цин Юэ взмахнул рукой и снова отправил Нин Шу в полёт, после чего она врезалась в стену. Нин Шу поднялась и спросила у Цин Юэ: - Какая у меня теперь сила? - Она уже почти на стадии формирования души. Но стадия формирования души имеет и сильный и слабый уровень. Разницу между этими двумя немного трудно оценить, - честно ответил Цин Юэ. Нин Шу сжала кулак и ударила по стволу дерева во дворе. Дерево тут же разлетелось в щепки. Культиваторы могут опрокидывать горы и переворачивать моря. Они могут достать меч и разрезать воду на части. У них имеются всевозможные исключительные методы, которые делают их серьёзной силой. - Почему тогда духовная энергия снова сменила цвет? Нин Шу всё никак не могла это понять. Духовная энергия была словно хамелеон. - Я никогда не культивировал этот метод, поэтому я не знаю, что происходит, - сказал Цин Юэ. – Может быть, просто, этот цвет был слишком ярким и бросающимся в глаза. Это объяснение было очень легко понять, но было ли так на самом деле? Самый пик Непревзойдённых Боевых Искусств, который был у Нин Шу – это когда её духовная энергия стала золотым извивающимся драконом. Она никогда раньше не видела, чтобы он становился серебряным. Нин Шу могла лишь закусить удила и продолжить культивировать. После того, как духовная энергия извивающегося дракона стала серебряной, больше изменений не последовало. Возможно ли, что после того, как она станет серебряной, она больше не изменится? Нин Шу могла лишь постепенно исследовать это сама. Цин Юэ пришёл к Нин Шу и сказал: - Ты не можешь просто продолжать культивировать вот так. Ты должна пойти и попробовать что-нибудь ещё. Цин Юэ поднял Нин Шу за воротник и телепортировал её из города на горный хребет. - Ты можешь найти тут демонического зверя, чтобы проверить свои силы, - сказал Цин Юэ. Нин Шу посмотрела на бесконечный горный хребет и сказала: - Но демонические звери – это же твои собратья. Цин Юэ посмотрел на Нин Шу. - А разве люди не такие же? Они убивают своих собратьев, чтобы забрать сокровища ради собственной наживы. Демоны поступают так же. Как и демонические звери. Слабые демонические звери становятся едой для более сильных демонических зверей. Нин Шу чуть не лишилась дара речи. - Дитя, в мире всё ещё есть красота. Цин Юэ улыбнулся. - С тех пор, как я обрёл человеческую форму, я блуждал повсюду и набирался всевозможных знаний. Я учился как у людей, так и у демонов. Вещей, с которыми я сталкивался в своей жизни, просто слишком много. Мысли Нин Шу тут же создали картинку глупого Цин Юэ, которого продали, а потом он помогал своим похитителям считать деньги. Она даже не знала, сколько человек хотели выкопать его внутреннее ядро из-за его головы, полной сочных зелёных волос. Теперь он выглядел таким мудрым. Сколько же лет опыта собралось в нём? Это наверняка было не очень легко. Нин Шу утешила Цин Юэ: - Ты теперь совсем не выглядишь отсталым. Цин Юэ: … ---------- Думаю, Мне Нужно Оружие Цин Юэ провокационно выпустил свою духовную энергию в сторону пещеры. Сразу же после этого из пещеры послышалось злое шипение. Нин Шу увидела, как из пещеры выползла гигантская змея. Она тут же почувствовала отвращение, когда увидела змею. Ну почему сразу змея-то? Она хочет поменять своего партнёра по спаррингу! Тело змеи было совершенно чёрным. Её язык то высовывался из пасти, то нырял обратно, пока она поднимала свою голову, чтобы взглянуть на Нин Шу и Цин Юэ. Когда гигантская змея увидела Цин Юэ, вся чешуя на её теле встала дыбом, и она поспешила заползти обратно в свою пещеру. Она явно боялась Цин Юэ. Цин Юэ просто взял и швырнул змею в сторону Нин Шу. А потом телепортировался в сторону. Когда Нин Шу видела летящую в её сторону гигантскую змею, она тут же развернулась и побежала. Гигантская змея ударилась о землю и всё вокруг словно затряслось. Змея хотела сбежать, но она оказалась поймана в ловушку вместе с Нин Шу барьером, который создал Цин Юэ. Из-за того, что это место оказалось заключено в одном месте со змеёй, тут сразу же начало вонять. Нин Шу почувствовала, что она сейчас задохнётся, поэтому она замахнулась кулаком в сторону головы змеи. Но, когда она ударила по голове змеи – это было всё равно, что ударить по резиновой шине. Это никак не навредило змее. Наоборот, сила отдачи была такой мощной, что у Нин Шу заболели лёгкие. Тело демонического зверя было слишком сильным. Нин Шу выпустила свою духовную энергию. Извивающийся дракон начал сражаться с гигантской змеёй, пока Нин Шу помогала своими кулаками. Нин Шу решила, что ей вскоре нужно будет найти подходящее оружие. Наличие оружия в комбинации с её физической силой даст ей в два раза больше результата всего при половине усилий. Защитные способности гигантской змеи были очень сильными. Чешуя, которая покрывала её тело, была непробиваема для мечей и копий. У Нин Шу закончились идеи, поэтому она просто схватилась за чешую гигантской змеи и с силой дёрнула её. Чешуя выдернулась и воздух тут же наполнил вонючий и рыбный запах крови. Гигантская змея взревела от боли, и её тело начало неистово крутиться. Змея развернулась и начала фокусировать все свои атаки на Нин Шу. Нин Шу подпрыгнула и специально атаковала то место, где чешуя была содрана. Она атаковала это место до тех пор, пока оно не было серьёзно избито и искалечено. Цин Юэ снял барьер, и гигантская змея перестала сражаться с Нин Шу. Она сбежала, утаскивая своё искалеченное тело. - Ну, и как это было? – спросил Цин Юэ. Нин Шу ответила: - Думаю, мне нужно оружие. Цин Юэ спросил: - И какое оружие ты хочешь? - А у тебя есть оружие? – спросила Нин Шу. - Я могу выковать его, - ответил Цин Юэ. - Ты умеешь ковать оружие? Нин Шу была в большом шоке. Как кельп, он и так уже был достаточно хорош, раз смог избежать участи стать салатом из морских водорослей, но он ещё и оружие умеет ковать? Цин Юэ кивнул. - Я научился этому у людей. И хотя люди не такие сильные, как демонические звери или демоны, они знают всевозможные способы усилить себя, вроде пилюль, формаций заклинаний и божественных артефактов. - Значит, всё, что умеет делать раса людей, умеешь делать и ты? – спросила Нин Шу, глядя на него. - Да. У меня было бесконечное количество времени научиться всему этому, - сказал Цин Юэ. Хмф, так он, оказывается, был экспертом, который всё умеет делать. Все дети, которые любят учиться – это хорошие дети. - Дорогой, научи меня, как изготавливать пилюли и составлять матрицы заклинаний, - сказала Нин Шу. Цин Юэ немного удивился. - Ты хочешь научиться таким вещам? - Конечно, всегда лучше иметь больше навыков, - кивнула Нин Шу. Цин Юэ кивнул в ответ. - Ладно. Цин Юэ вернулся во двор, держа Нин Шу за воротник. Затем он спросил: - Чему ты хочешь научиться? - Как изготавливать пилюли и составлять матрицы заклинаний, - сказала Нин Шу. - Ты не хочешь научиться тому, как ковать оружие? – спросил Цин Юэ. Нин Шу покачала головой. - Я думаю, что заниматься этими двумя вещами уже очень утомительно. Ей и без того будет очень трудно выучить все эти навыки, прежде чем она закончит это задание. Любая мелочь, которой она могла научиться, была полезной. ---------- Тут Даже Небесное Дао Не Сможет Помочь Как ранее сказал Цин Юэ, обучение делает тебя мудрым и могущественным. Цин Юэ достал из своего пространственного хранилища печку для создания пилюль и толстую пачку формул для пилюль. Эти формулы пилюль были аккуратно рассортированы. И хотя некоторые страницы уже начали желтеть, их уголки даже не завернулись. Цин Юэ явно очень хорошо их сохранил. Затем Цин Юэ достал некоторые медицинские ингредиенты, божественные сокровища и ядра демонических зверей. Когда Нин Шу увидела, насколько серьёзен был Цин Юэ, она поняла, насколько уважительно он относится к знаниям. - И ты сам всё это собрал? – спросила Нин Шу, когда увидела эти формулы пилюль. Цин Юэ кивнул. - Да. Каждый раз, когда появлялась новая формула пилюль, я делал себе копию. Некоторые формулы пилюль уже утеряны для внешнего мира, но у меня они есть. Он действительно был живым ископаемым. Почему он не использовал нефритовые свитки, чтобы сохранить формулы? Как долго может храниться бумага? - Алхимия требует духовной основы огня. Если у тебя нет духовной основы огня, то тебе понадобится либо небесный огонь, либо земной огонь, - сказал Цин Юэ. Нин Шу использовала свою духовную энергию в теле, и на кончике её пальца появился небольшой огонёк. - У меня есть духовная основа огня. - Начиная с этого момента тебе нужно будет запомнить формулы пилюль и научиться определять божественные сокровища, - сказал Цин Юэ. – Когда ты закончишь с этим, мы можем начать изготавливать пилюли. - Хорошо, спасибо. Нин Шу поблагодарила Цин Юэ. После этого Нин Шу переключилась в режим запоминания. Она видела, как сильно Цин Юэ ценит эти формулы пилюль, поэтому она была особенно осторожна, когда читала их, стараясь не повредить их. К счастью, она добавила много очков атрибутов в интеллект, поэтому её память стала лучше. Она могла выгравировать эти знания в своей памяти простым механическим запоминанием. Затем она запомнила атрибуты и применения божественных сокровищ, а также – шаги создания пилюль. Когда Нин Шу не культивировала, она просматривала всю эту информацию и думала о ней. Когда она чувствовала голод, она съедала постную пилюлю. Иногда Цин Юэ приходил проведать её. Когда он увидел, что она так сфокусирована, он не стал её беспокоить. Нин Шу не знала, как долго она сидела, запершись в своей комнате, прежде чем Цин Юэ пришёл сказать ей, что она уже может начать делать пилюли в печке. Она была так взволнована. - Иди прими ванну и переоденься, - сказал Цин Юэ. И хотя она могла использовать заклинание очищения, она всё равно чувствовала себя грязной из-за того, что давно не принимала ванну. После того, как она тщательно вымылась и сменила одежду, Нин Шу пришла в комнату алхимии. Она увидела серьёзное выражение лица Цин Юэ и невольно тоже сама стала более серьёзной. - Насколько большое пламя ты можешь создать? – спросил Цин Юэ. Нин Шу использовала духовную энергию в своём теле и на её пальце появился слабый огонёк. Он был очень маленьким. Даже если этот огонёк потратит всю жизнь за приготовление пилюль, он всё равно не сможет этого сделать. Она не культивировала основу огня по инструкциям для культивирования, поэтому было вполне естественно, что её пламя было очень слабым. Цин Юэ глянул на Нин Шу и достал несколько огненных красных кристаллов. Когда все эти кристаллы были собраны в кучу, они начали излучать температуру, как у обычного огня. Цин Юэ положил эти кристаллы под печку и сказал Нин Шу: - Попробуй приготовить самую простую постную пилюлю. - Ладно. Нин Шу нервно сглотнула. Потом она взяла духовную траву и духовные фрукты, необходимые для создания постных пилюль и положила их в печку, согласно инструкциям в формуле по изготовлению пилюль. Она выпустила своё духовное сознание, чтобы приглядывать за ситуацией внутри печки. Она направила духовную энергию в жидкость для пилюли, чтобы заставить пилюлю принять форму. У Нин Шу явно не было никакого таланта в приготовлении пилюль. Она два раза подряд потерпела неудачу, и печка взорвалась. С таким талантом, даже если Небесное Дао этого мира захочет выдать ей какие-нибудь чит-коды, она всё равно не сможет ничего сделать. Цин Юэ утешил Нин Шу: - Не спеши. Производство пилюль процесс не лёгкий. Нин Шу согласно угукнула и продолжила свои упорные попытки по созданию постных пилюль. Она никогда не думала, что постные пилюли, которые она обычно покупала за очки, так трудно изготовить. Пилюли стоили по двадцать очков за штуку, и каждый раз, когда она покупала пилюли, она брала сразу сотню. Но почему их было так трудно сделать самостоятельно? Нин Шу вытерла своё лицо, оставляя на нём пепельное пятно. Ей лучше постараться и научиться этому. Всё-таки, а что, если система однажды психанёт и Нин Шу не сможет купить пилюли ни за какие очки? Нин Шу теперь совсем не доверяла системному рынку. Купленные вещи можно было забрать, и на них имелись различные ограничения. Только предметы, купленные за очки заслуг и веры, навеки принадлежали ей. Проблема была в том, что эти два вида очков были не такими, как очки опыта, она не могла заполучить их в каждом мире. Надёжными были только те вещи, которые она твёрдо держала в своих руках. ---------- Это Заняло Примерно… Карьера Нин Шу в алхимии была очень ухабистой. Прошло уже больше десяти дней с тех пор, как она начала работать с печкой, но она всё ещё не смогла сделать ни одной пилюли. Самой основной причиной для этого было то, что пилюля никак не могла принять форму. Она всегда была просто кучей слизи. Нин Шу чувствовала себя подавленной. Как так получается, что когда другие люди делают пилюли, то их пилюли всегда выскакивают из печки, сияя золотистым светом? Цин Юэ, который наблюдал за всем со стороны, наконец, покачал головой. - Эта печка – божественный артефакт среди печек, и она может помогать людям делать пилюли. Однако даже это, похоже, не может тебя спасти. Нин Шу почувствовала раздражение. Она искоса стрельнула взглядом на Цин Юэ. - И сколько же у тебя ушло на то, чтобы сделать твою первую пилюлю? Цин Юэ надолго задумался над вопросом. - Это заняло примерно тысячу лет. - Какого хрена? Ты всё ещё смеешь насмехаться надо мной, когда у тебя самого на это ушла тысяча лет? По крайней мере, у меня это не займёт тысячу лет. Нин Шу презрительно подвернула губы. Цин Юэ сказал: - Вещи расы людей слишком сложные для меня. Мне пришлось потратить бесчисленные часы в самом начале только для того, чтобы понять, что такое алхимия. Нин Шу почувствовала укол вины. - Прости, мне не стоило смеяться над тем, что ты умственно отсталый. Цин Юэ: … Нин Шу почувствовала головокружение от мучительных попыток научиться алхимии. Как и говорил Цин Юэ, она была очень сложной. Все эти духовные травы и духовные фрукты нужно добавлять в определённом порядке и нужно выдерживать определённое время между добавлением каждого ингредиента. Она не могла просто перемешать всё в однородную массу и вздремнуть рядом с печкой, запихав в неё все материалы разом. - Давай пока отложим изготовление пилюль. Давай сперва займёмся составлением матриц заклинаний, - сказала Нин Шу, меняя тему разговора. Цин Юэ посмотрел на Нин Шу. - Матрицы заклинаний в равной степени сложные. Там есть Скрытые Основы Странных Врат и Странности, содержащие, солнце, луну и звёзды. Врата содержат в себе отдых, жизнь, боль, предел, вид, страх, смерть и открытость. Основы, шестидесятилетний цикл, включают в себя крысу (первый год), собаку (одиннадцатый год), обезьяну (двадцать первый год), лошадь (тридцать первый год), дракона (сорок первый год) и тигра (пятьдесят первый год), которые скрыты под основными шестью десятилетиями. Шесть основных десятилетий также включают в себя… - … Нин Шу уставилась на него, словно умственно отсталая. А потом глухо рассмеялась. - Теперь расскажи медленно. Нин Шу начала жизнь заучивания Небесных Основ и двенадцати Земных Ветвей, а заодно и всевозможные сложные сопоставления. Нин Шу улыбнулась. Она, блин, могла бы просто тренировать боевые искусства. Нин Шу чувствовала себя так, словно вот-вот развалится на части. Но, каким бы трудным всё это ни было, она всё равно должна была учиться. Однажды все эти вещи могут оказаться полезными. Она полагалась на свои базовые медицинские познания, чтобы пройти через множество миров. Когда она научится этим вещам, даже если она будет в трудной ситуации в мире задания, она всё равно сможет, по крайней мере, открыть ларёк на обочине дороги, чтобы продавать предсказания. Всё это было ради того, чтобы ей было легче выполнять задания. Нин Шу выжигала все эти знания в своей голове, пока Цин Юэ помогал ей и направлял её. Когда она уставала, она культивировала. Когда она решала, что достаточно культивировала, она снова начинала учиться тому, как делать пилюли и составлять матрицы. После долгого, но упорного обучения, Нин Шу почувствовала, что её духовное сознание стало гораздо сильнее, чем прежде. Теперь, когда она делала пилюли, она даже чувствовала все изменения, происходящие в духовных травах и фруктах. Спустя почти три месяца, Нин Шу, наконец-то, смогла делать полную печку постных пилюль. Однако они все были разного размера и формы, и совсем не выглядели гладкими и круглыми. Они были не такими хорошими, как постные пилюли, которые она покупала на системном рынке. Они выглядели очень уродливо. Нин Шу опробовала одну из пилюль. Хоть она и выглядела уродливо, она всё равно сработала. То, что она смогла добиться конденсации пилюль, уже было очень хорошим началом. Если она будет больше тренироваться, то её пилюли могут стать гладкими и круглыми. Что касается создания пилюль с благоприятными небесными метками, Нин Шу решила просто считать их мифом. Ей будет и без того трудно сделать их просто гладкими и круглыми. В дополнение к алхимии, Нин Шу также разместила несколько матриц заклинаний по всему двору. Однако они все были очень простыми и Цин Юэ мог обнаружить их даже просто мельком взглянув. Конечно же, Нин Шу хотела сделать их более сложными, но такие вещи нужно было располагать согласно правилам. Успешное построение матрицы зависит от времени и места, воли небес и различных других факторов. Каждый раз, когда она устанавливала матрицу, она использовала все сокровища из своего кармана. Каждая ключевая точка матрицы требовала в центре себя чего-то, что могло её удерживать на месте. Но Цин Юэ каждый раз все их уничтожал. Её матрицы заклинаний были совершенно бесполезными. Но Нин Шу не была обескуражена. Может, они и не были полезными против Цин Юэ, но они всё ещё могли быть эффективными против обычных людей. ---------- Огромный Топор Нин Шу весь день была очень занята, пытаясь научиться как можно большему у кельпа, прежде чем ей придётся уйти. Не в каждом мире есть люди, готовые учить её. Однако духовная энергия в даньтяне Нин Шу снова изменилась. До этого она была серебряная, но теперь стала белой и даже словно становилась прозрачной. Нин Шу выпустила свою духовную энергию. Как она и ожидала, она не выглядела так ошеломительно, как когда она была золотой, и теперь выглядела очень непримечательно. Неужели всё так, как сказал кельп? Она изменилась, потому что цвет был слишком ярким и его трудно скрывать? Нин Шу чувствовала себя так, словно уже достаточно сильная, чтобы поднять здание. Она пошла во двор, обняла большое дерево и безо всяких усилий выдернула его из земли. Она даже не знала, насколько сильной она была. Цин Юэ не нравилось сражаться с Нин Шу. По его словам, : "Каждый раз, как он её атаковал, часть его удачи отнималось. Ей лучше вместо этого найти демонического зверя." Нин Шу могла лишь отправиться в Таинственные Духовные Горы, чтобы найти демонических зверей. Чем дальше она заходила, тем сильнее там были демонические звери. И у каждого из них, зачастую, была своя собственная территория. Ей нужно было лишь просто агрессивно зайти на территорию демонического зверя, чтобы спровоцировать его. После чего демонический зверь тут же начинал её атаковать. Нин Шу теперь была гораздо сильнее, чем раньше. Каждая клетка её организма была до краёв наполнена энергией. Когда она встречала демонического зверя, который был не слишком силён, она могла превратить его в кровавый туман одним только ударом кулака. Цин Юэ прокомментировал, что сила Нин Шу уже должна быть близка к стадии формирования души. Подобная скорость культивации шокировала Нин Шу. Она не так уж давно пришла в этот мир. И эта скорость действительно была такой, словно она мчалась верхом на ракете. Обычные люди сначала создают своё основание, потом спешат сформировать своё золотое ядро. И только те, кто достигли стадии золотого ядра, могут считать себя немного сильнее. Нин Шу чувствовала себя слишком напуганной от того, что она такими скачками продвигается вперёд. Всё казалось нереальным, и она словно парила в воздухе. Блять, она же просто была невежественной деревенщиной. Цин Юэ спросил у Нин Шу: - Какое ты хочешь себе оружие? Нин Шу задумалась над этим. С её силой нечто вроде меча будет бесполезным. Это должно быть оружие, которое является нетрадиционным, но агрессивным, таким, чтобы она могла сокрушить любого, кто попадётся ей на глаза, как только она взмахнёт им. Оружие, которое поможет ей действовать круто! Цин Юэ закончил выслушивать требования Нин Шу и молча посмотрел на неё. - Тогда, огромный топор. Вы расстраиваете переводчика, если читаете это не на сайте https://tl.rulate.ru/book/11249 Во взгляде Нин Шу загорелся огонёк, когда она вспомнила, как выглядел Паньгу, когда разделял мир своим огромным топором*. Она кивнула. - Да, топор. Цин Юэ: →_→ - Я уже много лет в мире культивации, но я никогда прежде не видел женщину, использующую топор. Даже мужчины редко им пользуются, - сказал Цин Юэ. Культиваторы, естественно, очень ценят свой внешний вид. И дело не только в женщинах, мужчины тоже хотят выглядеть грациозными, когда они становятся бессмертными. Цин Юэ посмотрел на Нин Шу. В своих мыслях он представил её, орудующую топором. Он почувствовал, как его глаза жжёт от этого образа, поэтому он перестал представлять. - Спасибо. Я тебя побеспокою этой просьбой. Я схожу на поиски материалов, которые тебе нужны, - сказала Нин Шу. Цин Юэ покачал головой. - У меня много материалов. - Тогда я попрошу тебя сделать мне топор, - Нин Шу воодушевляюще похлопала Цин Юэ по плечу. – У меня большие надежды на твой счёт. Цин Юэ отодвинулся, избегая руки Нин Шу. - Я собираюсь на некоторое время уединиться, чтобы выковать оружие. Не бегай повсюду бездумно. Нин Шу кивнула. - Будь осторожен. Она слышала, что ковка оружия – это гораздо более опасное занятие, чем создание пилюль. Цин Юэ: Я не хочу с тобой разговаривать. Цин Юэ закрыл дверь. Нин Шу начала делать пилюли и тренировать установку матриц заклинания. Периодически она ходила изводить демонических зверей в горах, чтобы проверить свои боевые способности. Когда она станет сильной, она обязательно вернётся, чтобы отомстить мастеру Цин Хуа. А иначе она не сможет отплатить за его кропотливые усилия "основательной" заботы о ней. #комментарий анлейта: Ха-ха-ха-ха-ха-ха, топор, ха-ха-ха-ха-ха-ха Видимо, это дипломированный хлыст. ____________________ Примечание: * Пань-гу́ — в древнекитайской мифологии мифический первопредок, первый человек на земле. Мифы о Пань-гу зафиксированы письменно только в III в. н. э. Согласно китайским мифам, изначально во Вселенной был бесформенный хаос. Со временем в хаосе возникло вселенское яйцо, из которого позднее появился Пань-гу. Считается, что взмахом огромного топора Пань-гу отделил Инь от Ян и сотворил мутную часть — землю (Инь) и светлую часть — небо (Ян). Чтобы Инь и Ян не соединились, Пань-гу каждый день отталкивал небо от земли. Когда Пань-гу удостоверился, что земля и небо не соединятся и не нуждаются в его подпирании, он умер. Дыхание Пань-гу стало ветром, голос — громом, левый глаз солнцем, правый глаз — луной. Руки и ноги образовали четыре стороны света, туловище землю, из крови возникли реки, из вен — дороги, из волос — звёзды, растения, деревья, из зубов и костей — металл, из костного мозга — нефрит. ---------- Злобное Создание Расы Демонов! Нин Шу поймала кролика, после чего освежевала его и поджарила на костре. Она даже посыпала его приправами, отчего капающий с него жир был очень ароматным. Она крутила в руке палку, на которую был нанизан кролик. Она только что спарринговалась с боссом этой территории, монстром, который по силе равнялся стадии бедствия. В итоге, у них была ничья. Нин Шу получила несколько ранений, но тот демонический зверь был избит ею до такого же жалкого состояния. Внезапно, уши Нин Шу навострились. Она заметила приближение людей. Она увидела, что кролик уже приготовился, поэтому она схватила его, вгрызлась в него и пошла посмотреть, что происходит. Нин Шу присела на ветке дерева и увидела, что группа людей гонится за пареньком, которому на вид было около пятнадцати лет. Его тело было в кровоподтёках. Он явно был ранен, но всё равно продолжал отчаянно бежать. Нин Шу увидела лишь крохотные духовные колебания в теле мальчика. Он явно ещё не начал культивировать. Люди, которые гнались за ним, скорее всего были какими-то низкоуровневыми культиваторами. Вероятно, они ещё даже не создали свои основания. Культиваторы быстро догнали и окружили убегавшего мальчика. Выражение лица мальчика было мрачным, и он с опаской смотрел на них. Длинная чёлка закрывала его глаза. - Злобное существо расы демонов, сдавайся или умри! – крикнул культиватор и помчался на мальчика с оружием, похожим на компас. Нин Шу, которая в этот момент сидела на дереве и грызла кролика, ошалела. Она внимательно осмотрела мальчика. Раса демонов? Мальчик плотно сжал губы и гневно уставился на человека, который мчался на него с намерением убить. Взгляд мальчика был мрачным, отчего он выглядел так, словно он был обижен на весь мир, и поэтому он хотел уничтожить весь мир, словно какой-то восьмиклассник. Один из культиваторов, держащий меч, прочитал заклинание и его меч начал танцевать в воздухе, направляясь в сторону мальчика. Мальчик хотел увернуться, но остальные культиваторы удерживали его. На лице мальчика промелькнуло отчаяние. Всё его тело начало излучать демоническую энергию. Словно он надеялся, что с её помощью сможет атаковать этих людей. Но по сравнению с настоящими демонами, демоническая энергия в его теле была словно мерцание светлячка против сияния яркой луны. Нин Шу бросила кость, которую только что начисто обглодала, и кость попала по мечу, который вот-вот должен был пронзить мальчика. Меч тут же улетел в сторону и глубоко застрял в стволе дерева. Это внезапное изменение ситуации шокировало всех, кто был внизу. Культиваторы стали осматриваться по сторонам и кричать: - Кто здесь? Покажись! Мальчик глубоко выдохнул и тоже начал оглядываться. Нин Шу сидела на ветке дерева, вытирая жир с пальцев. После того, как она закончила, она спрыгнула вниз. Когда культиваторы увидели, что Нин Шу была девушкой, они тут же усмехнулись. - Иди своей дорогой! А не то мы убьём тебя вместе с ним. Мальчик почувствовал отчаяние, когда он увидел Нин Шу. Он думал, что тут появился какой-то эксперт, но это оказалась просто девушка, которая была не выше него. - Зачем вы хотите его убить? – спросила Нин Шу. - Проваливай! Это не то, что тебе нужно знать. Если ты не уйдёшь, то не вини нас в том, что мы не были к тебе вежливы, потому что мы сделаем тебя нашим сосудом для культивации. Один из культиваторов похотливо осматривал тело Нин Шу. Нин Шу безо всякого выражения на лице выпустила свою духовную энергию и влепила ею пощёчину этому культиватору. Культиватор улетел и с треском врезался в дерево. Когда он сполз вниз, он выплюнул изо рта несколько зубов. Выражения лиц других культиваторов изменились, когда они увидели, что Нин Шу была настолько сильной. - Госпожа культиватор, этот человек – ублюдок из расы демонов. Любой демон – преступник, который должен быть казнён. Простите, пожалуйста, что побеспокоили вас. Нин Шу только что без усилий победила самого сильного из них. Они осознали, что Нин Шу не стоит провоцировать, поэтому тут же смягчили своё поведение. Нин Шу посмотрела на мальчика. Когда мальчик встретился взглядом с Нин Шу, он плотно поджал губы, а его выражение лица было крайне мрачным. Он выглядел прямо как подросток, который всем доставляет хлопот. Когда один из культиваторов увидел, что Нин Шу смотрит на мальчика, он тут же сказал: - Госпожа культиватор, этот мальчишка – полу-демон, полу-человек. Его мать была изнасилована низкоуровневым демоном, и она решила тайно выносить этого мальчишку. Он совершил все возможные проступки. Он создавал невообразимый хаос везде, где только появлялся, поэтому жители деревни попросили нас избавиться от этой ходячей катастрофы. ---------- Устал От Этого Мира Нин Шу тут же поняла всю ситуацию. Ей хватило всего одного взгляда, чтобы понять, что этот мальчишка был хулиганом. И желание убить хулигана было совершенно понятно. Когда мальчик услышал слова культиватора, всё его лицо стало угрюмым. Он выглядел так, словно уже устал от этого мира и хочет только стать печью, которая может сжечь этот мир. Нин Шу понимающе хмыкнула и тихо сказала: - Отдайте этого мальчика мне, я сама с ним разберусь. - Это… Культиваторы переглянулись между собой. Один из культиваторов смущённо сказал: - Жители деревни попросили нас избавиться от него. Если мы не выдадим им его труп, то нам будет трудно уговорить жителей деревни. Нин Шу мысленно усмехнулась. С каких это пор культиваторам есть дело до того, как отреагируют смертные? Нин Шу тихо сказала: - Так вы хотите его убить? - Госпожа культиватор, этот мальчишка – демон. Мы должны его убить, - сказал культиватор. Нин Шу начало всё это раздражать, и она влепила ему пощёчину, от которой тот улетел. - Иди сюда, - позвала Нин Шу мальчика. Мальчик на мгновение оглянулся, а потом подошёл к Нин Шу. Обе стороны означали смерть, поэтому он решил умереть от рук Нин Шу. - Я с ним разберусь. Нин Шу подняла мальчика за воротник и ушла. Она никогда не думала, что поднимать кого-то за шкирку – это так круто. Неудивительно, что Цин Юэ так много поднимал её за шкирку. Мальчик отчаянно сопротивлялся, желая освободиться от хватки Нин Шу. То, что девушка, которая даже не была выше него, несла его за шкирку, это было просто… Его лицо залилось румянцем. Нин Шу отпустила его воротник и спросила: - Ты – полу-демон, полу-человек? Мальчик холодно сказал: - Я из расы демонов. Если ты хочешь убить меня или разрезать, то дело твоё. А почему ты не говоришь, что ты из расы людей? Нин Шу была немного удивлена. Мальчик усмехнулся. - Людей? Я никогда не считал себя частью расы людей. Мне просто жаль, что я ещё и не демон. А иначе я бы высосал сущность всех людей. Нин Шу: … Сколько же боли ему пришлось вытерпеть? Однако это было вполне нормально. Люди и демоны были несовместимы друг с другом, как вода и огонь. А люди вроде них, в телах которых была кровь демонов и людей, были чужаками везде. Для расы людей они были отвратительными демонами. Для расы демонов они были скромными низшими полукровками. Их жизнь будет одинаково трудной на любой из этих двух сторон. Дни Сяо Сусу в расе демонов можно было назвать бездной страданий. Нин Шу сказала: - Я тоже полукровка. Вы огорчаете переводчика, если читаете это не на сайте https://tl.rulate.ru/book/11249 Мальчик на мгновение застыл. - Я тебе не верю. Демоническая энергия начала медленно излучаться из тела Нин Шу, отчего глаза мальчика округлились. - Тогда почему ты такая сильная? - Я сама занималась культивацией, - сказала Нин Шу. Мальчик проворчал: - Это невозможно. Нин Шу медленно воспарила и снисходительно посмотрела на него сверху вниз. - Я даже сильнее, чем ты думаешь. Мальчик поднял голову, и его взгляд дрожал. Он встал на колени перед Нин Шу. - Прошу, прими меня в ученики. Я хочу стать сильным. Выражение лица Нин Шу было незаинтересованным. - Когда ты станешь сильным, ты же отправишься отомстить обществу, верно? Мальчик не понял, что она имела в виду под словами "отомстить обществу", но он понял слово "отомстить". Он угрюмо сказал: - Они убили мою мать. Нин Шу покачала головой. - Я не принимаю учеников. - Прошу, я умоляю тебя! Я готов делать что угодно, - мальчик стал биться головой о землю. – Я хочу стать сильным, несравненно сильным. Сильным настолько, что никто больше не посмеет говорить о том, чтобы побить и убить меня. Только сильные могут управлять своей собственной судьбой. ---------- Небесное Бедствие Нин Шу не приняла его в ученики. Она с первого же взгляда поняла, что этот парень был из тех, кто может просто уничтожить мир. Если он действительно станет сильным, тогда весь мир окажется в хаосе. Он был до крайности циничным. Нин Шу сказала: - Я спасла тебе жизнь только потому, что мы с тобой одинаковые. А теперь прощай. Мальчик следовал по пятам за Нин Шу и умолял: - Прошу, прошу. Нин Шу обернулась и посмотрела на него. А потом она сказала: - Ты же на меня сейчас обижен? Обижен за то, что я отказываюсь тебя учить? Взгляд мальчика уклончиво ушёл в сторону, а сам он промолчал в ответ. Нин Шу безразлично сказала: - Даже такая незначительная мелочь может заставить тебя чувствовать такую обиду. Если ты однажды станешь сильным, то я буду первой, кого ты убьёшь. Мальчик рухнул на колени. - Я клянусь, что я никогда этого не сделаю. Нин Шу покачала головой и продолжила идти в сторону городка. Они вернулись во двор Цин Юэ. Нин Шу не впустила его в дом, поэтому он просто встал на колени перед главными воротами. Нин Шу проигнорировала его. Раз он хочет стоять на коленях, то пусть стоит. Нин Шу начала делать пилюли и настраивать матрицы заклинаний. Внезапно, над домом стремительно собрались чёрные грозовые тучи. Они выпустили смертельный удар молнии в сторону дома. И дом был мгновенно уничтожен. Сердце Нин Шу сжалось. Кельп всё ещё был в доме! Она уже собралась бежать и доставать кельпа, когда заметила топор, медленно поднимающийся в небо и противостоящий разрядам молнии. Это было небесное бедствие! Топор закалялся в небесном бедствии. Цин Юэ вышел из дома с измождённым видом. Нин Шу спросила: - Ты в порядке? Он покачал головой и посмотрел на топор. Небесное бедствие ударило по топору, отчего топор издал гулкий звук. Топор выглядел так, словно он сопротивляется молнии изо всех сил. Затем он начал постепенно сжиматься и его цвет стал тусклым. Небесное бедствие начало ослабевать. Когда последняя молния ударила в топор, тёмные тучи рассеялись и небо снова стало ясным. Цин Юэ вытянул руку в сторону топора, и тот полетел ему в руку. Затем Цин Юэ повернулся и отдал топор Нин Шу. Нин Шу взяла отпор. Он ощущался очень тяжёлым и очень приятно лежал в её руке. - Спасибо. Она была очень рада. - Держи его в своём даньтяне, чтобы он мог расти. Это божественный артефакт. Цин Юэ выглядел немного уставшим. Божественный артефакт?! Нин Шу в шоке сказала: - Кельп, так ты умеешь даже ковать божественные артефакты? - Все те охранные артефакты сект были выкованы людьми. Так почему я не должен уметь ковать божественные артефакты? – тихо спросил Цин Юэ. - Я имела в виду, что твоё мастерство в кузнечном ремесле настолько высоко, что превзошло мои ожидания. Нин Шу погладила чёрный топор. Этот простой и одноцветный топор на самом деле был божественным артефактом. Настоящие сокровища скрывают своё величие. Сокровища должны прятаться, а не искать славы. - Тогда он слишком ценный. Я не могу просто так принять его, - сказала Нин Шу. - Тогда ты можешь отдать его мне. Цин Юэ протянул руку. Нин Шу тут же покачала головой. - Ты же всё равно не будешь использовать этот топор. Подобное оружие действительно испортит твою скромную джентльменскую, благородную и утончённую ауру. Мальчик, стоящий на коленях у ворот, не сводил изумлённого взгляда с неба. Это было так потрясающе! Выражение лица Цин Юэ изменилось, и он спросил: - А что произошло у ворот? - Ох, полу-демон вроде меня хочет, чтобы я приняла его в ученики, но я отказалась, - беспечно ответила Нин Шу. Она внедрила своё сознание в топор, чтобы выгравировать в нём своё сознание. Когда она как следует научится владеть топором, он будет ощущаться как простое дополнение к её собственной руке. Она сможет свободно манипулировать им, силой воли заставляя его сжиматься и расти. ---------- Нападайте! Нин Шу убрала топор в свой даньтянь. Как только он погрузился туда, извивающийся дракон в её даньтяне обвился вокруг рукоятки топора, словно нашёл себе идеальное место для отдыха. Топор очень сильно сопротивлялся, но духовная энергия крепко привязалась к рукояти топора. Топор ничего не мог с ней поделать. - Как называется этот топор? – спросила Нин Шу. Цин Юэ сказал: - У него ещё нет имени. Ты можешь сама его дать. Нин Шу задумалась и сказала: - Раскалывающий Небо Топор Паньгу*. Разве это не супер самоуверенно? Как только она это сказала, топор в её даньтяне пошевелился. Цин Юэ кивнул. - Тебе решать. Нин Шу была очень рада, так как она получила такое сокровище. К ним подбежало немалое количество культиваторов. - Тут сейчас был божественный артефакт, который закалялся в небесном бедствии. Божественный артефакт, который проходит через небесные бедствия, привлекает внимание множества экспертов. Всё же, это – божественный артефакт. Один такой божественный артефакт может повысить силу всей секты. В каждой секте культивации есть охранный божественный артефакт, который является источником их уверенности и способом защиты от остальных. Если кто-то сможет заполучить божественный артефакт, то его сила увеличится во много раз. Множество лет прошло с тех пор, как кто-то создавал божественный артефакт на континенте Лазурные Воды. В несколько мгновений двор Цин Юэ был окружён толпами экспертов, парящих в небе, и ещё больше всё ещё мчались сюда. Шумиха, созданная божественным артефактом, который закалялся в небесном бедствии, была слишком большой. И все эти культиваторы пристальными взглядами изучали Нин Шу и Цин Юэ. - Вы двое видели божественный артефакт? – спросил седой старик. – Я видел недавно топор, летящий в этом направлении. Нин Шу: →_→ Они так говорят, словно это их топор. - Да, он полетел туда. Нин Шу указала в сторону. Выражение лица старика тут же стало строгим. - Отдай божественный топор. Нин Шу сплюнула. - С какой это стати? Когда она посмотрела на этих людей, ей очень захотелось подраться. Она уже давно хотела проверить уровень своей силы. После того, как она получила Раскалывающий Небо Топор, она также хотела проверить, насколько же сильным был этот топор. Всё больше и больше культиваторов прибывали ко двору, формируя непроницаемое окружение. С таким количеством народу, даже если каждый плюнет всего раз, они с лёгкостью смогут утопить Нин Шу и Цин Юэ в водовороте слюны. На лице Цин Юэ было ничуть не обеспокоенное выражение. Даже стоя перед таким большим количеством народу, в его сердце не было ни капли колебаний. - Если вы, ребята, вызовете этот божественный топор, то мы вас пощадим, - вперёд вышел мужчина с сильной аурой. – Кто выковал этот божественный топор? Нин Шу похлопала себя по груди. - Я. Мужчина проигнорировал Нин Шу и сфокусировал свой взгляд на Цин Юэ. - Это ты выковал божественный топор? Ты можешь вступить в мою Секту Божественного Ветра. Мы не допустим, чтобы ты хоть каплю пострадал. Цин Юэ спросил у Нин Шу: - Нам уйти или мы должны их побить? - Побить их. Пусть Раскалывающий Небо Топор откроет нам путь. У Нин Шу руки чесались заняться делом. Прятаться – это не решение, культиваторы всё равно последуют за ними. И пока они ползут по своему пути вверх, следуя за Небесным Дао, они ещё встретят множество неудач и трудностей. - Ты, пока, присмотри за мной. Если я не смогу их побить, тогда ты придёшь ко мне на помощь, - Нин Шу проинструктировала Цин Юэ. Цин Юэ молча посмотрел на Нин Шу, а потом сказал: - Ты не можешь избавиться даже от такого небольшого количества народу? - И эту толпу ты называешь небольшим количеством? Нин Шу искоса глянула на него. - Давным-давно, кто-то сказал, что если он сможет заполучить меня, то сможет пробиться через пустоту и вознестись до бессмертия. Однако я и сам не могу пробиться через эту пустоту. Я всё ещё ограничен Небесным Дао, - безжизненно сказал Цин Юэ. Нин Шу посмотрела на Цин Юэ с выражением горького сочувствия на лице. - Вообще-то, это всё из-за твоих зелёных волос. Зелёные волосы слишком заметные. Как только люди обратили внимание на цвет волос Цин Юэ, большинство из них тут же подумало о демоническом звере. У демонических зверей был низкий интеллект, поэтому лишь немногие из них могли обрести человеческую форму. Поэтому неудивительно, что Цин Юэ был таким уникальным. Если они не пойдут за ним, тогда за кем им идти? Возможно даже, что они смогут много чего получить после того, как съедят его мясо, как если бы это было мясо Тан Саньцзана**. Мысленным приказом Нин Шу призвала в руки Раскалывающий Небо Топор. Топор зазвенел, когда она взяла его, издавая чистый звук. Она громко крикнула: - Топор у меня в руках. Если у вас, ребята, есть способности, то нападайте и заберите его у меня! ____________________ Примечание: * Небольшое уточнение. Паньгу – это не имя топора, а имя владельца топора. То есть, более точным будет перевод Раскалывающий Небо Топор, которым владел Паньгу. Ровно также его можно назвать и Раскалывающий Небо Топор Нин Шу, потому что она владеет им. Из-за несклоняемости имён этот нюанс теряется, поэтому я уточняю это тут. ** Тан Саньцзан - центральный персонаж романа Ву Чэнъэня «Путешествие на Запад» 16 века. Тан Саньцзан основан на историческом буддийском монахе Сюаньцзане. Сюа́ньцзан — китайский буддийский монах, учёный, философ, путешественник и переводчик времён династии Тан. Он известен в первую очередь своим семнадцатилетним путешествием в Индию, где он учился и общался со знаменитыми буддийскими мастерами, в частности в монастыре Наланда. Сюаньцзан привёз в Танский Китай из Индии 657 текстов на санскрите. Он получил поддержку императора, и организовал большую школу переводов в городе Чанъань, привлекая к работе многочисленных учеников по всей Восточной Азии. Он перевёл на китайский язык 1330 сочинений. В результате деятельности его школы переводов на Дальнем Востоке была основана буддийская школа Фасян-[цзун], которая распространилась в Японии под тем же названием (в японском произношении Хоссо-сю. Хотя школа Фасян существовала недолго, её взгляды о сознании, ощущениях, карме, реинкарнации были потом переняты многими поздними школами. ---------- Настоящий Божественный Артефакт! Раскалывающий Небо Топор, который выковал Цин Юэ, привлёк к себе множество алчных взглядов. Пока люди пристально смотрели на топор в руках Нин Шу, у одного за другим взгляды становились ало-красными, а их дыхание учащалось. Это был настоящий божественный артефакт! Нин Шу схватила топор и воспарила вверх, после чего заявила: - Этот топор будет принадлежать тому, кто сможет выхватить его из моих рук! Культиваторы не смогли противостоять страстному желанию обладать божественным артефактом и, один за другим, помчались в сторону Нин Шу. Когда остальные увидели, что кто-то уже начал атаковать, они занервничали, думая, что могут не успеть заполучить себе божественный артефакт. И поэтому они тоже помчались в сторону Нин Шу. Однако некоторые надменные личности не сдвинулись с места, и выглядели так, словно они совершенно никуда не спешат. Топор в руках Нин Шу задрожал, когда она начала циркулировать по нему своей духовной энергией. Она подняла топор, и за её спиной сформировалась огромная тень топора, которая рубанула в сторону толпы. Столкнувшись с атакой тени огромного топора, многие культиваторы начали блевать кровью от силы удара, и они растеряли свои способности к бою. Более того, некоторые культиваторы даже получили урон своему духовному сознанию, отчего они упали в обморок. И было неясно, живы ли они ещё или уже нет. Нин Шу крепко держала Раскалывающий Небо Топор. После всего только одной этой атаки она почувствовала себя опустошённой. Раскалывающий Небо Топор был слишком мощным, а она была слишком слабой. Когда те надменные культиваторы, которые прежде остались на местах, увидели, насколько мощным был Раскалывающий Небо Топор, их взгляды зажглись страстным желанием обладать им. Один из них сказал Нин Шу: - Нас тут так много. Вы не сможете сбежать. Если вы добровольно отдадите божественный топор, то мы вас пощадим. Если вы его не отдадите, тогда мы можем только убить вас обоих, чтобы у божественного топора больше не было владельца. Нин Шу улыбнулась и сказала: - Топор тут только один, но людей так много. Как же вы, ребята, собираетесь его поделить? Все культиваторы переглянулись. Тот культиватор, который прежде утверждал, что он из Секты Божественного Ветра, сказал: - Сначала мы разберёмся с вами. А потом мы уже решим, кто будет владеть божественным топором. Нин Шу фыркнула и использовала свою внутреннюю силу. Дракон из духовной энергии вырвался из её тела и взревел, когда бросился в сторону культиваторов. Духовная энергия, которая сначала сменила цвет с золотого на серебристый, теперь была полупрозрачной. И если смотреть невнимательно, то её можно было и не разглядеть. Конечно, те, кто культивировали, имели очень хорошее зрение. Когда они увидели извивающегося дракона, они плотно нахмурились и начали защищаться. Они совсем не узнавали эту технику. Дракон из духовной энергии обвивался вокруг рук этих людей, пока сражался с ними. Он сразу же ломал кости тех культиваторов, у которых уровень культивации был чуть ниже. Все культиваторы объединили свои силы, чтобы атаковать извивающегося дракона, но их атаки ни капли не влияли на него. Похоже, несмотря на то, что Цин Юэ мог отмахнуться от него одним пальцем, обычные культиваторы так сделать не могли. Нин Шу начала вращать Раскалывающим Небо Топором и сражаться с культиватором из Секты Божественного Ветра. И хотя она использовала Раскалывающий Небо Топор, она не особо могла ему навредить. Он постоянно пытался разрубить связь между Нин Шу и Раскалывающим Небо Топором. Каждый раз, когда он видел, как Нин Шу выпускает мощную атаку Раскалывающим Небо Топором, его глаза начинали светиться ярче. Нин Шу теперь примерно понимала свою силу, поэтому она перестала сражаться и остановилась. Её рукава затрепетали на ветру, пока она парила в воздухе. Нин Шу сказала Цин Юэ: - Я больше не хочу драться. Уходим отсюда. Цин Юэ мгновенно появился рядом с Нин Шу и взял её за воротник. Извивающийся дракон из духовной энергии вернулся в даньтянь Нин Шу, следуя её мысленному приказу. - Остановите их! Они пытаются сбежать! – завопил культиватор из Секты Божественного Ветра. Нин Шу повернулась и увидела ошеломлённого юношу, стоящего у ворот. Она сказала Цин Юэ: - Забери его тоже. Цин Юэ тут же превратил свою руку в холодный и угрюмый лист кельпа. Он обернул листом кельпа юношу, и они все исчезли в одно мгновение. Группа культиваторов планировала использовать всевозможные методы, чтобы поймать их в ловушку, но они просто мгновенно исчезли. Божественного артефакта тоже нигде не было видно. Нин Шу и Цин Юэ уже сбежали очень далеко. Цин Юэ отпустил воротник Нин Шу. Нин Шу прислонилась к дереву и её начало тошнить. Каждый раз, когда она телепортировалась, это ощущалось, словно пытка. А мальчишка так вообще потерял сознание. Цин Юэ нахмурился и сказал: - У меня в доме ещё остались некоторые вещи. Я вернусь за ними. Нин Шу подумала обо всех тех формулах пилюль, различных матриц заклинаний и божественной печке, оставшейся во дворе. - Иди, конечно, - сказала Нин Шу. Цин Юэ исчез во вспышке света. ---------- У Тебя Теперь Есть Ученик? Нин Шу огляделась по сторонам и увидела, что вокруг необитаемая местность. Рядом с ней был только бессознательный парнишка. Она села на землю, скрестив ноги, чтобы начать культивировать, и остановилась только после того, как почувствовала себя гораздо комфортнее. Когда она открыла глаза, она обнаружила, что смотрит в пару пылающих огнём глаз, пристально глядящих на неё. Нин Шу закатила глаза. - Ну и что ты на меня уставился? - Пожалуйста, прими меня в свои ученики. Мальчик снова встал перед Нин Шу на колени. Нин Шу поднялась, удивляясь тому, что кельп ещё не вернулся. Может, с ним что-то случилось? Мальчик увидел, что Нин Шу игнорирует его. - Учитель, пожалуйста, примите меня в ученики. Я непременно буду демонстрировать надлежащее почтение по отношению к вам. Нин Шу плотно нахмурила брови. Со способностью кельпа телепортироваться, он должен был вернуться очень быстро. - Учитель, - окликнул её мальчик. - Хватит уже, утихни, - раздражённо сказала Нин Шу. Цин Юэ всё ещё не вернулся. Нин Шу уже начала сильно переживать, что с ним что-то случилось. У него всегда был такой полубессознательный и простоватый характер, а что, если его кто-то обхитрил? Цин Юэ вернулся, едва только мысль Нин Шу дошла до этой точки. Она спросила: - Ты чего пропадал так долго? Я уже начала думать, что те люди тебя поймали! Цин Юэ ответил: - Возникла проблема. Те люди забрали мои вещи, поэтому мне пришлось их разыскивать, и это меня немного замедлило. - Это ладно, главное, что ты их нашёл. Куда мы направимся теперь? Нин Шу не знала, куда ей идти. - Учитель, вы можете прийти ко мне домой, - сказал мальчик, поспешно поклонившись ей. В этот раз его лицо не выглядело таким несравненно угрюмым, как раньше. - У тебя теперь есть ученик? Цин Юэ поднял брови. - Нет, он просто всё выдумывает, - Нин Шу покачала головой. – С первого же взгляда на него понятно, что он – хулиган. - Учитель, пожалуйста, - мальчик встал на колени перед Нин Шу и поклонился. – Этот ученик готов служить Учителю и считать Учителя своим собственным отцом, нет, своей собственной матерью. Этот парень очень хорошо умел адаптироваться. - Ладно, веди нас к своему дому. Нин Шу кивнула, когда ей в голову пришла мысль. - Как тебя зовут, - спросила Нин Шу. - Этого ученика зовут Цзян Лэ, - сказал мальчик. Дом Цзян Лэ был в деревне неподалёку от Таинственных Духовных Гор. В ней были даже люди, которые могли культивировать и им удалось достичь первого уровня конденсации энергии ци. Они зарабатывали себе на жизнь охотой на животных в окрестностях Таинственных Духовных Гор. Цзян Лэ привёл Нин Шу и Цин Юэ в деревню. Когда жители деревни увидели Цзян Лэ, они ошалели. - Как так вышло, что ты не умер? Когда Цзян Лэ увидел этих людей, его выражение лица стало очень угрюмым. Когда жители деревни увидели, что выражение лица Цзян Лэ светится злобой, они почувствовали ещё большую ненависть по отношению к нему. Особенно когда они увидели, что он привёл с собой ещё двух человек, у одного из которых даже были зелёные волосы. Нин Шу и её свита прибыли в дом Цзян Лэ, сопровождаемые подобными взглядами. Дом Цзян Лэ был довольно ветхим. Когда он толкнул калитку, она издала скрип, и с неё посыпалась пыль. Весь двор зарос сорняками. - Учитель, я приберусь для вас в комнате, - сказал Цзян Лэ, и вошёл в дом, чтобы прибраться. Цин Юэ оглянулся и спросил у Нин Шу: - Какова твоя цель? - У меня нет никакой цели. Я просто хочу создать секту, где люди вроде меня и Цзян Лэ смогут найти себе место, - сказала Нин Шу. - О, так ты хочешь открыть секту и начать принимать учеников? – Цин Юэ поднял брови. – А ты достаточно сильная, чтобы обучать учеников? Нин Шу: →_→ Охренеть, так кельп даже научился, как высмеивать людей? Нин Шу ухмыльнулась. - А разве люди не говорят, что учитель лишь указывает путь, а то, как ученики будут культивировать – это уже их дело? ---------- А Это Настоящие Пилюли? После того, как Цзян Лэ прибрался в комнате, он вышел и сказал Нин Шу: - Учитель, в комнате теперь прибрано. Нин Шу глянула на Цзян Лэ и кивнула. - Ты хорошо поработал. Цин Юэ первым вошёл в помещение. Нин Шу тоже последовала за ним, оценивая взглядом комнату. Она была очень простой, но, по крайней мере, её можно было считать чистой. - Я пойду готовить, - сказал Цзян Лэ. Нин Шу махнула рукой и сказала: - Не нужно. У меня полно постных пилюль. Она достала бутылочку и кинула её в сторону Цзян Лэ. Он поспешно поймал её и высыпал несколько постных пилюль на ладонь. Затем он посмотрел на эти пилюли. Цзян Лэ не знал, что и сказать. А это настоящие пилюли? Почему все пилюли разной формы? Разве пилюли не должны быть гладкими, круглыми и сиять духовной энергией? Естественно, Нин Шу увидела выражение лица Цзян Лэ, и её сердце наполнилось всевозможным недовольством и ругательствами. Она кашлянула и сказала: - Хоть они и не выглядят красиво, эффект от них такой же. Когда они окажутся в твоём желудке, разницы не будет. - Премного благодарен, Учитель, - Цзян Лэ принял пилюли и встал на колени перед Нин Шу. – Учитель, прошу, примите этого в качестве своего официального ученика. На лице Нин Шу было безразличное выражение, пока она запихивала постную пилюлю себе в рот. Она ничего не сказала. Цзян Лэ снова поклонился ей. - Учитель, прошу, примите этого ученика. Нин Шу указала на Цин Юэ. - Почему ты хочешь, чтобы именно я была твоим учителем? Он ведь даже сильнее меня. Цзян Лэ глянул на Цин Юэ, после чего опустил взгляд. - Я не думаю, что его метод культивации подойдёт для меня. А этот мелкий сопляк довольно умный. Нин Шу презрительно подвернула губы. - У него есть много сокровищ. Может, это как раз подходящий для тебя метод культивации. - Этот ученик чувствует, что только метод культивации Учителя подходит для него, - сказал Цзян Лэ. – Демоническая энергия сражается с духовной энергией в моём теле, отчего я вообще не могу культивировать. Нин Шу: →_→ Так значит, этот мелкий сопляк пришёл за её Непревзойдёнными Боевыми Искусствами. Раз уж Нин Шу хотела основать секту, она планировала передать свои знания о Непревзойдённых Боевых Искусствах, но она считала, что моральное состояние этого Цзян Лэ было неподходящим. Всё же, тут сейчас решается вопрос о принятии главного ученика. В будущем, этот парнишка может даже попытаться убить её. С первого же взгляда любой может понять, что этот парень из тех, кто, блин, хочет уничтожить мир и отомстить обществу. Его сердце стало чёрным и наполнилось обидой из-за всей той злобы, от которой ему пришлось страдать. Если ему дать силу делать всё, что он пожелает, то это просто станет огромной катастрофой. Нин Шу сказала: - Я – человек, который хочет спасти этот мир. Ты должен спасти его вместе со мной. Цзян Лэ был ошарашен. "Какого чёрта?" было написано на его лице крупными буквами. Затем Цзян Лэ сказал: - Этот ученик последует по стопам Учителя. Нин Шу ухмыльнулась. Неужели он думал, что она действительно не знает его истинных мыслей? Однако Нин Шу всё равно планировала принять Цзян Лэ в качестве своего ученика. Она привела в порядок свою одежду, кашлянула и сказала: - Я могу принять тебя в качестве моего ученика, но ты должен подчиняться моим правилам. И правило только одно. Ты не можешь просто так убивать невиновных. Цзян Лэ тут же сказал: - Этот ученик обязательно будет помнить о правилах секты. Изначально он хотел подать Нин Шу чай, но вода, которую он поставил кипятиться, оказалась ещё недостаточно горячей, поэтому он предложил Нин Шу те постные пилюли, которые она ему дала. Нин Шу: … - Учитель, как будет называться секта? – спросил Цзян Лэ. Нин Шу сказала: - Она будет называться Божественная Школа Солнца и Луны. Цин Юэ покачал головой. - Это название звучит не очень хорошо. Так как причина того, что ты открываешь секту, лежит в том, что ты хочешь дать людям знать о том, что ты стоишь высоко и живёшь мирно, ты должна вложить некоторые усилия в подбор названия для секты. Чистота в сущности, абсолютность в силе. Небеса управляются прилежностью, два состояния находятся в постоянном подчинение закону природы. Отсюда и поговорка: долгожительство благосклонно к тем, кто не стремится к эгоистичному самосохранению. Как насчёт Секты Долгожительства? Нин Шу улыбнулась. В итоге, получается, что наиболее образованный у нас ты. #комментарий анлейта: Ха-ха-ха-ха, Цзян Лэ тоже не захотел пользоваться её постными пилюлями! Внешний вид очень важен. ---------- Божественная Школа Солнца и Луны Цзян Лэ сказал: - Этот ученик считает, что Божественная Школа Солнца и Луны звучит очень хорошо. Нин Шу глянула на Цзян Лэ. Этот парнишка действительно был бунтарского типа. Цин Юэ и Цзян Лэ оба посмотрела ни Нин Шу. Нин Шу тянула время и мешкала, пока, наконец, сказала: - Тогда, как насчёт того, чтобы назвать её Божественная Школа Солнца и Луны Секты Долгожительства? Цин Юэ: … Цзян Лэ: … - Тогда просто Секта Долгожительства, - сказала Нин Шу. Цзян Лэ был немного разочарован. - Божественная Школа Солнца и Луны всё равно звучит гораздо более доминирующе. Нин Шу: →_→ В любом случае, Цзян Лэ теперь был её учеником, поэтому она научила его методу культивации Непревзойдённых Боевых Искусств и передала ему прядь духовной энергии. Цзян Лэ всё ещё был зол на прошлое, поэтому, когда ему достался такой редкий чит-код, он начал культивировать без остановки, чтобы иметь возможность в следующий раз гордо стоять перед своими врагами. Цин Юэ спросил у Нин Шу: - Что ты теперь планируешь делать? - Первым делом я буду обучать своего ученика. А что касается остального, то давай подождём, пока люди и демоны начнут сражаться между собой, тогда и будем решать, - сказала Нин Шу. Осталось не так много времени до того, когда демоны и люди начнут сражаться за территорию. Для демонов эта война не имела никаких недостатков, только потенциальные выгоды. Они могли заполучить как тела культиваторов, так и их территорию. А если на их стороне будут демоны, которые умрут, то их тоже можно будет сожрать. Но сила людей не была тем, над чем можно насмехаться. Они не позволят демонам и шагу ступить на их территорию. Нин Шу предположила, что война скоро начнётся. Ей нужно воспользоваться преимуществом этого периода, чтобы продолжить культивировать свою силу, чтобы она могла использовать эту войну в качестве рекламы её Секты Долгожительства. Цин Юэ кивнул. - Тебе решать. - А ты дошёл до бутылочного горлышка? – спросила Нин Шу у Цин Юэ. – Почему так вышло, что я никогда раньше не видела, что ты культивируешь? - Да, я дошёл до такого. Я хочу пробиться через пустоту и войти в другие миры, но я всё ещё не могу пробиться через законы этого мира. Я всё ещё не нашёл причину этого, - сказал Цин Юэ. Нин Шу тоже не знала, что сказать. Задумавшись над этим вопросом, она сказала: - Может, есть какой-то аспект культивации, который ты ещё не охватил? У тебя есть какие-нибудь слабости? Как и в случае с ней, если она не наберёт определённое количество очков, она не сможет пойти на повышение. Невозможность Цин Юэ пробиться через пустоту не обязательно означает, что он недостаточно силён. Возможно, имеются какие-то недочёты, не дающие ему вознестись. Цин Юэ прищурился и покачал головой. - Я не знаю. Нин Шу тоже не была уверена в том, почему у Цин Юэ возникла такая проблема, поэтому она сказала: - Вообще-то, вхождение в другие миры не сильно отличается от того, чтобы просто остаться в этом мире. Вокруг нас миры. Ты же знаешь, что такое мир? Нин Шу подобрала два камня и указала на них. - Представь, что ты сейчас на этом камне. Затем, ты пробиваешься через этот камень и выходишь на другой камень, а правила мира другого камня чуть более продвинутые, чем те, которые были на том камне, на котором ты сейчас. Не важно то, как ты пробьёшься через пустоту и войдёшь в этот, так называемый, божественный мир, ты всё равно не сможешь выжить вне мира, - сказала Нин Шу. Цин Юэ посмотрел на Нин Шу и моргнул. А потом спросил: - Ты знаешь о мирах вне этого камня? - Я знаю только немного. Но я не знаю, как совершить прорыв и выбраться с этого камня, - сказала Нин Шу. Причина, почему она могла трансмигрировать по всем этим мирам, была как раз в системе. Она не знала, как люди могут вырваться из мира. Вероятно, она сможет путешествовать через миры по своей воле только когда она станет сильнее. Цин Юэ ошеломлённо уставился на два камня. Было непонятно, о чём он задумался. Нин Шу проигнорировала его и начала культивировать, и духовная энергия этого мира неистово полилась в её тело. Когда Цзян Лэ, который был в соседней комнате, увидел эту сцену, он бесстыдно сел на краю постели Нин Шу, чтобы тоже культивировать. Духовная энергия в этой комнате была особенно густой, формируя туманную массу из духовной энергии. Уши Нин Шу дрогнули, и она перестала культивировать. Она почувствовала, как некоторые люди летят к дому. Цин Юэ вошёл и сказал Нин Шу: - Они проследили за нами досюда. Есть люди, которые действительно не желают сдаваться. Ради того, чтобы заполучить Раскалывающий Небо Топор, они готовы гоняться за ними по всему миру культивации. ---------- Создающая Репутацию Битва Соблазн заполучить божественный артефакт был просто слишком велик. Из-за него люди могли следовать за артефактом, словно обезумевшие, особенно учитывая то, что владелец был не особо сильный. Многие люди хотели попробовать, так как они вполне могут потом оказаться владельцами божественного артефакта. - Очнись. За нами охотятся, - сказала Нин Шу Цзян Лэ, которого совсем унесло после культивации. Цзян Лэ открыл глаза и почувствовал, как его тело переполнено энергией и силой после культивации, но он также почувствовал и невероятный голод. - Учитель, этот ученик очень голоден, - сказал Цзян Лэ. Даже голод, который он когда-то почувствовал после двух дней без еды не мог сравниться с этим. Нин Шу знала, что на его нынешнее состояние повлияла тренировка Непревзойдённых Боевых Искусств. Нехваток энергии в его теле можно восстановить едой. Нин Шу достала из своей пространственной сумки-хранилища несколько постных пилюль и протянула их ему. Цзян Лэ пришлось съесть целую бутыль пилюль, прежде чем его муки голода смягчились. Когда Нин Шу вышла, она увидела, что домик был окружён культиваторами. Тот краснолицый культиватор из Секты Божественного Ветра тоже подоспел. Секта Божественного Ветра была поистине очень настойчивой в своих попытках добыть Раскалывающий Небо Топор. Нин Шу достаточно было только подумать, и Раскалывающий Небо Топор появился в её руке. Как только он появился, культиваторы начали беспокойно суетиться. Они пристально уставились на Раскалывающий Небо Топор в руке Нин Шу своими пылающими глазами. Краснолицый культиватор из Секты Божественного Ветра сказал: - Отдай мне божественный топор, и я тебя пощажу. А иначе моя Секта Божественного Ветра может проинформировать все остальные секты, и заставить всю расу людей объединиться, чтобы одолеть тебя. - Этот человек – демон. Каждый представитель расы демонов должен быть приговорён к смерти за их преступления. Но, если ты отдашь божественный топор и этого демона, я тебя отпущу, - праведно сказал краснолицый культиватор. Он явно уже поговорил с жителями деревни и знал, что Цзян Лэ был полу-человеком, полу-демоном. Лицо Цзян Лэ стало угрюмым, а его губы плотно сжались. Он посмотрел на краснолицего культиватора взглядом, полным убийственного намерения. Нин Шу усмехнулась и медленно подняла над головой Раскалывающий Небо Топор. Она громко объявила: - Сегодня состоится создающая репутацию для Секты Долгожительства битва. Цзян Лэ – ученик моей Секты Долгожительства. Будет он побит или убит, это уже не вам решать. Нин Шу подняла Раскалывающий Небо Топор ещё выше и за её спиной сформировалась гигантская тень топора. Эта тень несла в себе необъятное давление, словно она действительно могла расколоть всё небо. Чтобы продемонстрировать свою силу, Нин Шу вытянула всю духовную энергию в своём теле, полностью осушив его. Дракон из духовной энергии слился с огромным топором, делая его невероятно больше, пока он не стал выглядеть настолько большим, что закрыл облака. Краснолицый культиватор из Секты Божественного Ветра посмотрел вверх, на тень огромного топора, и всё его тело задрожало от восхищения. Если он сможет заполучить этот божественный топор, тогда Секта Божественного Ветра сможет стать первоклассной сектой. Если он сам заполучит этот божественный топор, то может даже пойти против Секты Божественного Ветра. Давление, излучаемое огромным топором, становилось всё тяжелее и тяжелее, а потом топор рубанул в сторону собравшихся людей словно со всей силой небес и земли. Когда культиваторы увидели это движение, большинство из них не решились противостоять ему, а вместо этого предпочли поскорее спрятаться. К тому же, атакующая мощь этого божественного артефакта не была тем, что они могут просто небрежно заблокировать. Гигантский топор опустился вниз, и земля под их ногами сотряслась. Некоторые люди, которые были слишком медлительны в своём побеге, были мгновенно сдуты прочь порывами ветра, созданными этим гигантским топором. Нин Шу подняла Раскалывающий Небо Топор и замахнулась им в сторону краснолицего культиватора из Секты Божественного Ветра. Люди, которые всегда взывают к справедливости и праведности, и которые явно делают это только ради собственной выгоды, раздражают её больше всего. Ведь он же просто хочет топор в её руках! Он хочет сохранить хорошую репутацию, при этом делая аморальные вещи, какое бесстыдство. Сегодня, она специально преподаст этому человеку урок. Только потому, что он обладает таким величественным самообладанием и чертами лица, как у мудреца, он возомнил себя кем-то великим? Когда краснолицый культиватор увидел, что Нин Шу помчалась к нему, он тоже достал свой собственный артефакт и начал сражаться с ней. Нин Шу не стала колебаться и направила свой Раскалывающий Небо Топор так, чтобы разрубить артефакт противника. Каждый раз, как они сталкивались, его артефакт трясло. Краснолицый культиватор был до смерти разозлён. Этот артефакт был связан с его жизнью. И теперь, когда его так беспощадно рубил кто-то другой, хоть его артефакт и получал физический урон, урон его собственной силе был ещё больше. Нин Шу высоко подняла топор. Раскалывающий Небо Топор слегка завибрировал, создавая ясный звук. А потом сила извивающегося дракона, вместе с тенью топора, рубанули в сторону культиватора. ---------- Резкий Контраст с Её Жестокостью Зрачки краснолицего культиватора расширились, а его лицо побледнело от ужаса перед лицом такой невообразимой силы. Он мог лишь схватить свой собственный артефакт и попытаться прикрыться им от этой атаки. Тень топора тяжело рубанула по артефакту, создавая огромный взрыв. Лицо краснолицего культиватора стало ещё более красным, когда он выплюнул свежую кровь. Его артефакт тут же разлетелся на куски. Даже если бы он и хотел его починить, он бы этого уже больше не смог сделать. Краснолицый культиватор тут же достал какой-то амулет и сбежал во вспышке света. Видя, что он сбежал, некоторые культиваторы, которые изначально наблюдали со стороны, тоже поджали хвосты и сбежали. Нин Шу крепко держала топор, который слегка вибрировал, издавая гул. От этого зрелища многие культиваторы лишились дара речи. Тело Нин Шу было шестнадцатилетней девушкой, а её лицо всё ещё обладало детской аурой. Это был резкий контраст с тем, насколько жестокой она была, когда замахивалась топором на людей. Нин Шу закинула топор на плечо и обвела взглядом оставшихся людей, по очереди глядя на них. Когда она встречалась взглядом с культиватором, культиватор отводил взгляд. Некоторые слабые культиваторы решили пока просто наблюдать. Конечно же, они не могли отказаться от возможности заполучить божественный артефакт. Это была возможность, которая бывает только раз в жизни! Они будут жалеть до конца своих жизней, если упустят эту возможность. Спустя некоторое время, люди, которые окружали дом, отступили. Однако Нин Шу всё ещё чувствовала, как со всех сторон за ними продолжают наблюдать. Было ясно, что остались ещё некоторые люди, которые спрятались в темноте и не показывали себя. Нин Шу убрала Раскалывающий Небо Топор обратно в свой даньтянь и показала Цин Юэ большой палец вверх. - Ты действительно потрясающий. Это было действительно невероятно, что Раскалывающий Небо Топор оказался настолько мощным, что все его возжелали. - Тебе, пожалуй, не стоит больше делать никаких вещей. Как только ты что-нибудь сделаешь, этот предмет наверняка станет причиной кровавой бани, - сказала Нин Шу. Цин Юэ молча посмотрел на Нин Шу. - Ты слишком слаба. Ты даже не можешь в полной мере воспользоваться силой Раскалывающего Небо Топора. - Да, но я усердно работаю над тем, чтобы не сдерживать потенциал Раскалывающего Небо Топора, - Нин Шу улыбнулась и сказала: - В будущем, Раскалывающий Небо Топор станет божественным охранным артефактом Секты Долгожительства. Цзян Лэ сказал: - Учитель, вы такая потрясающая! - Ты тоже неплох. Эта техника очень мощная, но ты не должен обучать ей других. Иначе Секте Долгожительства не на что будет опираться, - сказала Нин Шу. Её целью в создании Секты Долгожительства было позволить людям с такой же судьбой, что у Сяо Сусу, изменить свой неизбежный удел при помощи этой секты. Существовало много полу-людей, полу-демонов вроде Сяо Сусу, которые проскользнули сквозь трещины и родились. В любом случае, этот мир делает всё удобным для неё, так почему бы не воспользоваться этим на полную? Цзян Лэ встал на колени перед ней и поклялся: - Этот ученик клянётся Небесным Дао, что он никогда не раскроет эту технику ни расе людей, ни расе демонов. Нин Шу кивнула. - Встань. - А можно ли её передавать другим полу-людям, полу-демонам? – спросил Цзян Лэ. Нин Шу ответила: - Если они могут культивировать, тогда это хорошо. В будущем, ты будешь старшим и главным братом Секты Долгожительства. Цин Юэ спросил у Нин Шу: - Что ты теперь собираешься делать? - Я собираюсь пойти набирать учеников. Секте Долгожительства нужно расширяться, - Нин Шу задумалась на мгновение, а потом сказала: - Я пойду на границу между территориями расы людей и расы демонов. Как обычно, Цин Юэ сказал: - Тебе решать. Нин Шу посмотрела на Цин Юэ и сказала: - А тебе, разве, ничего не нужно делать? Тебе не обязательно следовать за мной. Цин Юэ сказал: - Мне нечего делать. Я хочу следовать за тобой, чтобы больше понять об этих ми… мирах и прочих вещах, о которых ты говорила. Нин Шу кивнула. - Тогда ладно. Я просто беспокоилась, что сдерживаю тебя. Втроём они покинули дом Цзян Лэ. Цзян Лэ в последний раз взглянул на свой полуразрушенный дом, после чего развернулся и последовал за Нин Шу. #комментарий анлейта: Ха-ха, но это же так типично для Нин Шу? Яростно рубить людей, не пытаясь выглядеть супер красиво или грациозно? Точно также, как было с хлыстом во второй арке… ---------- Тогда Зачем Культивировать? Немало жителей деревни наблюдали за группой Нин Шу из трёх путников, когда те покидали дом Цзян Лэ. Когда Цзян Лэ увидел этих людей, его кулаки сжались до такой степени, что даже захрустели, а его выражение лица наполнилось убийственным намерением. Наконец, Цзян Лэ больше не мог контролировать себя. Он чувствовал, что его тело полно энергии. Он наверняка смог бы убить тех людей, которые оскорбляли его. Нин Шу оттащила Цзян Лэ в сторону и спросила: - Что ты делаешь? - Причина, почему те культиваторы смогли отследить нас досюда, это всё наверняка из-за того, что жители деревни рассказали им. Этот ученик хочет их убить, - угрюмо сказал Цзян Лэ. Нин Шу закатила глаза. - Я не позволяю тебе действовать необдуманно. Для нас теперь представляют угрозу только культиваторы. Теперь, когда ты вступил в секту культивации, ты не можешь ничего сделать этим смертным. - Но, они прежде пытались убить меня и убили мою мать. Учитель, вы хотите, чтобы я сдерживался, но если я так поступлю, то я действительно не понимаю, в чём смысл культивации. Тело Цзян Лэ тряслось, а его глаза были ярко-красными. Всё его тело излучало демоническую энергию. Нин Шу сказала: - Ты должен убить тех, кто убил твою мать. Око за око. Однако эти люди только оскорбляли тебя. Они не представляют никакой угрозы твоей жизни. Ты можешь преподать им урок, но они всего лишь смертные. Если ты их убьёшь, то ты навлечёшь на себя отрицательную карму без причины. Культивация означает, что ты изначально идёшь против небес. Ты можешь убивать тех, кто должен быть убит, но если ты убьёшь тех, кто не может дать тебе отпор, тогда ты ничем не будешь отличаться от тех, кто когда-то издевался над тобой. Цзян Лэ плотно сжал губы. Наконец, он сказал: - Этот ученик запомнит. Нин Шу кивнула. - Тогда иди. Мы подождём тебя у входа в деревню. Нин Шу и Цин Юэ направились ко входу в деревню. Цин Юэ посмотрел на Нин Шу и сказал: - Прочие культиваторы вообще не берут смертных в расчёт. А ты отличаешься. - Я не отличаюсь. Каждый раз, когда кто-то убивает человека, на его теле накапливается зло, и эта обида потом преследует их. Если кто-то может сделать выбор в пользу не убийства, то он не должен убивать. К тому же, на убийства незначительных людей зря тратятся усилия, - сказала Нин Шу. – Но если люди настаивают на том, чтобы попытаться убить меня, тогда я просто не могу позволить им жить. Цин Юэ кивнул. - У каждой причины есть следствие. Нин Шу и Цин Юэ стояли у входа в деревню, ожидая Цзян Лэ. Цзян Лэ долго не приходил. А когда он появился, его лицо было всё в ранах, а одежда была грязной. Однако его шаги были лёгкими и быстрыми. Когда он увидел Нин Шу и Цин Юэ, он ускорился. Нин Шу спросила: - Ты закончил? Цзян Лэ издал утвердительный звук. Нин Шу кивнула. - Тогда этот вопрос считается решённым. Нин Шу с любопытством спросила: - Как ты разобрался с тем человеком, который убил твою мать? Цзян Лэ спокойно ответил: - Я вырвал ему глаза, отрезал уши, отрубил руки и ноги, а потом бросил эту человеческую свинью в большой винный бак. Это называется кости пьяницы. Затем я поставил его перед могилой моей матери и позволил ему искупить свои преступления перед моей матерью. Учитель, я его не убивал. Цзян Лэ улыбнулся Нин Шу, показывая свои белые зубы. Нин Шу: … Какой ужасающий метод пыток. Подобный метод пыток определённо заслуживает пяти звёзд в плане страдания и боли. Уж лучше просто умереть. Цзян Лэ увидел, что Нин Шу ничего не говорит и сказал: - Я не ненавижу их потому, что они унижали меня. Но моя мать была простым человеком. У неё не было никакой силы, поэтому она не могла оказать сопротивление демону, который её изнасиловал. Почему им обязательно нужно было убить её? Нин Шу надолго затихла, прежде чем ответить: - Они были напуганы и выместили свой гнев на ней. Мать Цзян Лэ была тут настоящей жертвой. Эти люди не пошли искать расу демонов, а вместо этого преследовали жертву. Это поистине гнусно и отвратительно. Особенно это касается того человека, который убил мать Цзян Лэ. А всё это было потому, что раса демонов была очень сильной и люди их боялись. С другой стороны, мать Цзян Лэ был и слабой, и женщиной, поэтому её назвали нечистой и блудливой. А потом она даже родила Цзян Лэ, это злое создание. - Раз ты закончил, то пойдём, - сказала Нин Шу. Группа из трёх путников пошла прочь, а бесчисленное множество людей втайне последовало за ними. Конечно же, Нин Шу знала, что эти люди следуют за ними. Если они хотят следовать, то она, так и быть, позволит им следовать. Если эти люди начнут выскакивать, чтобы помочь дальнейшему развитию репутации Секты Долгожительства, то Нин Шу с радостью им это позволит. Раз они хотят заполучить Раскалывающий Небо Топор, который находится у неё, они должны готовиться к худшему. - Учитель, раз Секта Долгожительства – это секта, то у нас должны быть и врата секты, верно? – спросил Цзян Лэ. - Мы ещё не выбрали гору. Подожди до тех пор, пока мы дойдём до горы Бессмертной Секты. Тогда мы захватим её и поставим там свои врата. ---------- Небрежно Собирая Сокровища Во время их путешествия Цзян Лэ делал всю тяжёлую и грязную работу. Нин Шу просто шла позади него и подбирала сокровища. Нин Шу уже больше не паниковала, как раньше, когда она находила всевозможные божественные сокровища. Она просто убирала их прямо в свою сумку-хранилище. Чтобы открыть секту, ей нужно много ресурсов, поэтому она начала работать над их накоплением. Когда они сталкивались с демоническими зверями, которые были не очень сильными, Нин Шу позволяла Цзян Лэ управляться с ними. Поэтому тело Цзян Лэ было постоянно покрыто старыми и новыми ранами. Когда они сталкивались с мощными демоническими зверями, Нин Шу тоже отправлялась в бой. Однако она не забывала взять Цзян Лэ с собой, отчего тот чувствовал себя очень горько. Каждый раз Нин Шу ждала до самого критического момента, прежде чем протянуть руку помощи. Цзян Лэ чувствовал себя так, словно он уже множество раз прошёл мимо врат в ад. Его сердце было полно гнева, но потом он просто чувствовал беспомощность, когда его за воротник поднимала девушка, которая была даже меньше него. От жгучего стыда Цзян Лэ обхватывал свою голову руками. Вероятно, из-за того, что Цзян Лэ был учеником Нин Шу, но Цин Юэ сделал для него довольно неплохой артефакт. Все, кто практиковали Непревзойдённые Боевые Искусства, обладали силой Геракла. И поэтому Цин Юэ дал ему длинную булаву, которая значительно увеличила боевые способности Цзян Лэ. Нин Шу внезапно осознала, что, когда у неё будет становиться всё больше и больше учеников в будущем, ей придётся предоставлять им какое-то оружие. Нин Шу посмотрела на Цин Юэ. Цин Юэ повернулся и посмотрел на Нин Шу. - Что? - Мы же считаемся хорошими друзьями, верно? – сказала Нин Шу. Цин Юэ не знал, должен ли он покачать головой или кивнуть. - Да, полагаю, что так. - Тогда, можешь ли ты помочь мне выковать несколько артефактов, чтобы я могла выдать их молодому поколению? Если у тебя в будущем что-нибудь случится, то я обязательно всё брошу, чтобы помочь тебе, - сказала Нин Шу, постучав себя по груди. Она была великим основателем секты. Как великий основатель, если у неё не будет чего-нибудь, чем можно было бы похвастаться перед молодым поколением, то о каком достоинстве она сможет говорить? Цин Юэ молча посмотрел на Нин Шу. - В этом мире, есть ли что-либо, с чем я не смогу справиться сам? Нин Шу: … - Не говори так. В жизни бывают взлёты и падения. Кто знает, что произойдёт в следующую секунду? – сказала Нин Шу, протягивая руку, чтобы поймать женьшеневую куклу. У этой женьшеневой куклы выросли конечности, но она всё равно выглядела как женьшень. Ей всё ещё нужно было больше времени и удачи, чтобы вырасти в пухлого и белого малыша. Цин Юэ наблюдал за тем, как женьшеневая кукла бросилась на Нин Шу и оказалась поймана. Он не знал, что сказать. - Когда у меня будет свободное время, я что-нибудь выкую, - сказал Цин Юэ. Нин Шу тут же улыбнулась и сказала: - Спасибо. Цин Юэ дал Нин Шу сумку. - Вот, держи сумку демонического зверя. Женьшеневой кукле не так-то просто принять форму. Ты должна её вырастить. Нин Шу взяла сумку и запихала в неё женьшеневую куклу. Когда у неё потом будет свой пик, она будет выращивать эту малышку в секте. Это будет очень круто. Цзян Лэ видел, как его учитель просто небрежно подобрала сокровище и лишился дара речи. Почему он не находит эти сокровища? У него было только несколько ядер демонических зверей, которые он добыл своим усердным трудом и убийством демонических зверей. Когда он увидел, как его учителю нужно просто нагнуться, чтобы подобрать сокровище, его сердце наполнилось печалью. Он тоже нагнулся, желая увидеть, сможет ли он подобрать какое-нибудь сокровище. Но он ничего не увидел. Когда наступила ночь, они разбили лагерь, чтобы отдохнуть и заодно продолжить культивировать. Нин Шу даже попросила Цзян Лэ поджарить несколько диких зайцев и фазанов на ужин. Цзян Лэ чувствовал себя очень беспомощным. ---------- Еда - Это Еда Цзян Лэ никогда не видел культиватора столь прожорливого, как его учитель. Каждую ночь она отправляла его на поиски еды. Какого чёрта, а постные пилюли уже закончились, что ли? - Учитель, а разве у нас нет постных пилюль? – спросил Цзян Лэ. Нин Шу искоса глянула на него. - Постные пилюли – это постные пилюли, еда – это еда. Когда мы культивируем по методу культивации нашей секты, мы должны постоянно восполнять энергию в наших телах. Цзян Лэ: … Если она прожорливая, то пусть будет прожорливой. Его-то зачем при этом пытать. - Учитель занят своими делами, поэтому ученик должен работать усерднее. Ты ведь сам тогда говорил, что будешь считать меня своей матерью, - сказала Нин Шу. Цзян Лэ сказал: - Учитель, подождите немного. Этот ученик очень скоро вернётся. Цзян Лэ тут же убежал. Вскоре, Цзян Лэ принёс ей дичь. После того, как он всё поджарил, он дал её Нин Шу. Сам он тоже поел немного. Нин Шу радостно улыбнулась. Она считала, что ей нужно принять ещё несколько учеников, которые будут ей прислуживать. Цин Юэ пил морскую воду, сидя рядом. Он спросил у Нин Шу: - Как я могу переходить с одного мира на другой? Этот вопрос был слишком сложным. Нин Шу не знала, как на него ответить. Она мысленно спросила у 2333: - Ты знаешь, как культиваторы могут вырваться из мира? 2333 ответил: - А разве это происходит не после молниеносного бедствия? Законы мира отвергают их в этом мире, что позволяет им войти в другой мир. Нин Шу поняла и пересказала это Цин Юэ. - Ты когда-либо переживал молниеносное бедствие? После такого удара молнии тебя отвергают законы мира. И тогда ты можешь покинуть этот мир. Брови Цин Юэ нахмурились. Нин Шу была немного удивлена. - Только не говори мне, что ты никогда раньше не переживал молниеносного бедствия? Разве ты не пережил одно такое, когда обрёл свою человеческую форму? Брови Цин Юэ нахмурились ещё больше. Нин Шу искоса глянула на него. - С тобой действительно такого не случалось? Цин Юэ посмотрел на Нин Шу с несколько удручённым видом. - В то время я увидел группу облаков, преследующих меня, поэтому я пронзил и развеял их. Я только потом узнал, что это было моё молниеносное бедствие. После этого я больше никогда не встречал ещё одно молниеносное бедствие. Нин Шу: … Нин Шу открыла рот, а потом закрыла его. В итоге, она похлопала Цин Юэ по плечу. - 2333, ты это слышал? Кельп оказался в такой ситуации. Есть ли какой-то ещё способ, при помощи которого он сможет вырваться? Я думаю, что он пробыл в этом мире так долго, что ему стало скучно, поэтому он хочет вырваться из него, чтобы повидать другой мир, - сказала Нин Шу. 2333 ответил: - Есть пространственные узлы. Каждый раз, когда я телепортирусь, мне нужно находить пространственный узел, чтобы вырваться из мира и достичь других миров. - Пространственный узел? – переспросила Нин Шу. - В мирах, где существуют межзвёздные путешествия, они называются червоточинами. Они ведут из одной точки в другую, - объяснил 2333. От подобных объяснений просто голову сносило. Нин Шу сказала Цин Юэ: - Ты же можешь телепортироваться? Что ты используешь для телепортации? - Переход из стартовой точки в конечную, это же просто закон пространства. Ты этого не знаешь? – сказал Цин Юэ. Блять, если бы я знала, нужно ли было бы тебе продолжать носить меня за шкирку? Нин Шу сказала: - Прохождение через миры происходит также. Ты устанавливаешь одну точку тут, а другую – вне мира. Твоя цель теперь – найти эту конечную точку. Затем, ты наверняка сможешь выбраться из мира при помощи своей собственной силы. Цин Юэ затих, явно задумавшись. Цзян Лэ: … Я чувствую себя умственно отсталым. О чём эти двое разговаривают? Это так высокоинтеллектуально. ---------- Принеси Тот Деревянный Тазик После того, как Цин Юэ получил новую информацию, он погрузился в собственный мир. Во время их путешествия, только Нин Шу и Цзян Лэ избивали и убивали всё, что им попадается на пути к их пункту назначения, который был границей между расой людей и расой демонов. Количество людей, следующих за ними, становилось всё больше и больше, но, когда они видели Нин Шу и Цзян Лэ, которые безжалостно сокрушали всё на своём пути, лишь немногие решали выскочить и спровоцировать их. Вместо этого, большинство из них решили тихо наблюдать за этой троицей. Они ждали, пока сильные люди из их секты прибудут сюда, прежде чем делать что-либо. Граница была крайне хаотичной. Люди и демоны смешивались вместе и тут было много полу-людей, полу-демонов. Нин Шу планировала сперва принять некоторых приятных глазу учеников. На границе располагался город под названием Чёрный Город. В нём было множество магазинов, которые торговали сокровищами как для расы демонов, так и для расы людей. Это была серая зона, признаваемая обеими расами. Тут располагались многие демоны и люди с сильными культивациями. Группа Нин Шу направилась в сторону Чёрного Города. Они ещё не дошли до города, когда проходили мимо реки и увидели женщину с деревянным тазиком в руках. И в нём лежало нечто, завёрнутое в одежды. Женщина поспешно опустила тазик в реку. Затем, она подняла края своей юбки и побежала прочь, промчавшись мимо Нин Шу. Нин Шу увидела, что лицо женщины было крайне бледным, а на её юбке были пятна крови. Похоже, что она только что родила. Она выглядела паникующей, когда она достала летающий меч, чтобы сбежать. За женщиной гналась группа людей, летящих на своих мечах. Нин Шу посмотрела на деревянный тазик, плывущий посреди большой реки, и сказала Цзян Лэ: - Вытащи деревянный тазик обратно. - Учитель. Цзян Лэ не был этому рад. - Скорее. А то он вот-вот уплывёт. Нин Шу подняла ногу и пинком отправила Цзян Лэ в реку. Нынешней силы Цзян Лэ было ещё недостаточно, чтобы он мог летать по воздуху, поэтому он мог лишь поплыть в сторону деревянного тазика, схватить его и поплыть обратно. Цзян Лэ протянул деревянный тазик Нин Шу. Она посмотрела на завёрнутого в пелёнки малыша, лежащего в деревянном тазике, и коснулась его лица. Она сказала: - Он полу-человек, полу-демон. - Это ребёнок, рождённый от человека и демона? Цзян Лэ был немного удивлён. Нин Шу развязала свёрток и посмотрела на низ живота ребёнка, чтобы проверить, мальчик это или девочка. Верно, это был мальчик. Нин Шу махнула рукой и сказала: - Вот и нашёлся наш второй ученик. Цин Юэ глянул на Нин Шу. Лицо Цзян Лэ перекосилось и у него в душе возникло дурное предчувствие. Он спросил: - Но, Учитель, он же ещё совсем ребёнок. Кто будет заботиться об этом ребёнке? Нин Шу посмотрела на Цзян Лэ и слегка улыбнулась. - Ты же самый старший брат, конечно же, это ты будешь о нём заботиться. Неужели ты хочешь, чтобы я, учитель, заботилась о нём? Лицо Цзян Лэ угрюмо вытянулось. Он хотел просто вернуть деревянный тазик обратно в реку… Нет, он хотел просто закинуть ребёнка в реку, чтобы тот утонул. Ему и так было несладко от всех этих пыток, которые ему устроила Нин Шу. А теперь добавилась ещё одна, молодая. Цзян Лэ хотел просто умереть. Нин Шу искоса глянула на него. - Этот ребёнок – полу-человек, полу-демон. Кто его примет? Даже если сейчас он об этом не знает, он всё равно узнает об этом, когда вырастет. К тому времени, он тоже испытает на себе то, что уже пережил ты. Как бы там ни было, твоя мать – всё ещё твоя биологическая мать. Приёмный отец и приёмная мать наверняка будут достаточно жестокими, чтобы убить его. Цзян Лэ молча взял деревянный тазик и ничего не сказал. Нин Шу поменяла пелёнки ребёнка, а потом сказала Цзян Лэ: - Выбрось этот деревянный тазик и пелёнки в реку. Те люди наверняка вернутся, чтобы найти ребёнка. На теле ребёнка всё ещё были пятна крови. Пуповина была перерезана совсем недавно. Нин Шу достала какую-то одежду из своей пространственной сумки-хранилища и завернула в неё ребёнка. Затем она отправилась в сторону Чёрного Города. Принятие одного этого ребёнка уже было её пределом. Нин Шу заметила, что та женщина, которая убегала, была довольно сильной, а значит сила тех, кто за ней гнался, наверняка была ещё больше. Нин Шу не планировала лезть в эту мутную воду. Чёрный Город был очень большим. Общий архитектурный стиль больше напоминал о расе демонов. Нин Шу и её группа заплатили несколько духовных камней, чтобы войти в город. Они нашли трактир и планировали остановиться в нём, прежде чем обсуждать остальное. Нин Шу сунула ребёнка в руки Цзян Лэ и сказала: - Хорошенько позаботься о своём младшем брате. Цзян Лэ почувствовал себя так, словно только что ошпарил руки. Он хотел просто выкинуть этого ребёнка. Блять, это ведь и твой ученик тоже, а ты – его учитель! ---------- Полезно Больше Общаться с Детьми Цзян Лэ хотел быть в комнате с Нин Шу, несмотря ни на что. Если ему придётся остаться в комнате наедине с ребёнком, то он сойдёт с ума. Нин Шу была к нему снисходительна. Она попросила официанта принести немного кипячёного молока демонического зверя, чтобы напоить ребёнка, а потом достала немного тряпок из пространственного хранилища, чтобы нарезать из них подгузники. - Смотри и учись. Делай как я, - сказала Нин Шу. Цзян Лэ наблюдал за тем, как Нин Шу меняет подгузники ребёнка и почувствовал, что умирает внутри. - Учитель, раз вы можете заботиться о ребёнке, тогда этот ученик оставит на вас заботу о нём. Нин Шу усмехнулась и тихо сказала: - А что такое? Ты не можешь даже позаботиться о своём младшем брате? Это тоже нечто вроде культивации. Цзян Лэ, твои мысли слишком угрюмые, так что тебе будет полезно больше общаться с детьми. Цзян Лэ улыбнулся. - Учитель, мне кажется, что так я стану ещё более угрюмым. - Тогда иди и выясни личность той женщины, - сказала Нин Шу. Цзян Лэ тут же вскочил. По сравнению с заботой о детях, подобное задание он готов был выполнять с большей охотой. Нин Шу собрала небольшую прядь духовной энергии из своего даньтяня, размером с волос, и позволила ей войти в тело ребёнка. После того, как ребёнок выпил молока демонического зверя, он уснул. Цин Юэ вошёл в комнату и посмотрел на ребёнка на постели. - Не так-то просто заботиться о ребёнке. - Раз мы уже с ним повстречались, то это означает, что нас вместе свела судьба. Такое ведь тоже может быть, верно? – сказала Нин Шу. Цин Юэ поджал губы. - Этому ребёнку тоже повезло встретить тебя. - Я всё равно планировала принять его в качестве ученика. Вскоре Цзян Лэ вернулся и рассказал Нин Шу: - Эта женщина – ученица из секты в Чёрном Городе. Она влюбилась в демона и втайне родила от него ребёнка. Вот почему её преследовала её же секта. Нин Шу подняла брови. Человек и демон полюбили друг друга? И эта женщина даже была культиватором. Разве она не знает, насколько страшными бывают демоны? Все демоны выглядят очень привлекательно, особенно те демоны-мужчины, которые обладают намёком на злую ауру. Как говорится, если бы мужчины не были плохими, то женщины бы в них не влюблялись. Люди все существа визуальные. Они легко попадаются в подобные ловушки. Просто Нин Шу всё ещё считала, что ей очень трудно поверить в то, как человек и демон влюбляются друг в друга. Может, это действительно была настоящая любовь. Но, они не из одной расы, поэтому окончание их любви будет довольно трагичным, особенно учитывая то, что демоны не чувствуют никаких эмоций. В любом случае, невозможно представить демона, влюбляющегося в человеческую женщину. После того, как они поселились в Чёрном Городе, Цзян Лэ с горечью стал няней для ребёнка, каждый день кормя его молоком демонического зверя и меняя подгузники. Он мог культивировать только когда ребёнок засыпал. Можно было даже сказать, что ни единой секунды его времени не было потрачено впустую. Подобной жизни Цзян Лэ никак не ожидал. Он думал, что станет крайне сильным, но теперь оказалось так, что ему каждый день нужно заботиться о ребёнке. Цзян Лэ всё равно не мог пойти против Нин Шу. Пока он не стал очень сильным, ему всё ещё нужна была защита учителя. Цзян Лэ с нетерпением ждал того, как будет выглядеть Секта Долгожительства после своего основания. Как и сказала Учитель, людям вроде них нужна прочная опора, на которой можно стоять. После того, как он свыкся со своей работой, он почувствовал, что она не такая уж и трудная. Нин Шу увидела, что Цзян Лэ уже готов заботиться о ребёнке, поэтому она скинула ребёнка на него. Она уже в нескольких мирах работала няней. Она вообще больше не хотела заботиться о детях. Теперь она могла полагаться на свой статус учителя, чтобы заставить Цзян Лэ заботиться о ребёнке. Это было так приятно. Нин Шу передавала ребёнку немного духовной энергии раз в несколько дней, чтобы сделать его тело сильнее. Таким образом, в будущем, он сможет культивировать, используя половину усилий, и получать двойной результат. Мать ребёнка умерла, убитая своей сектой. Она даже не смогла войти в зал предков учеников. Нин Шу не считала, что судьба этой женщины была жалкой. Она соблазнилась внешним видом. А раз такое дело, то за это нужно заплатить цену. Неужели рядом не было никаких мужчин среди людей? Почему она решила погнаться за красотой демона? И она родила такого ребёнка, чьё присутствие недопустимо во всём мире. С какой судьбой пришлось бы столкнуться этому ребёнку? ---------- Хороший Мальчик Нин Шу Была больше обеспокоена прогрессом культивации Цзян Лэ. Как бы там ни было, но он был её учеником. - Насколько уже сильная твоя духовная энергия? Цзян Лэ изучил свой даньтянь и сказал: - Она стала гуще. И её форма выглядит немного странно? - Уже неплохо. Она уже может даже принимать форму, - сказала Нин Шу. – Как только ты доведёшь культивацию этой техники до определённого предела, энергия изменит форму. Даже её цвет изменится. Не волнуйся ни о чём. Просто поглощай ещё больше духовной энергии, и духовная энергия постепенно примет форму. После некоторой паузы Нин Шу спросила: - Какой формы твоя энергия? - Я не могу разглядеть отчётливо. У неё четыре лапы, и она немного похожа на тигра, - сказал Цзян Лэ. Тигра? Нин Шу подняла брови. Может ли быть такое, что форма, которую принимает культивируемая духовная энергия, у каждого своя? У неё был дракон, поэтому она думала, что у всех остальных тоже формируется дракон. Ну, она может лишь постепенно проверить это позже. Нин Шу с улыбкой сказала: - Хорошо культивируй и заботься о своём младшем брате. Цзян Лэ кивнул. - Этот ученик понимает. - Хороший мальчик, - сказала Нин Шу, чувствуя удовлетворение. Цзян Лэ лишился дара речи. Эта девушка не была старше или выше него, но она всегда словно выпендривалась перед ним своим возрастом и опытом. Иногда Нин Шу отправлялась в разные места на поиски полукровок, которых она могла бы принять в качестве учеников. В качестве первой пачки учеников, Нин Шу надеялась найти таких ребят, у которых моральное поведение чуть лучше, чем у остальных. Некоторые полу-люди, полу-демоны больше склонялись в сторону своей демонической крови, и даже больше наследовали характеристики демонов. Цзян Лэ кормил ребёнка молоком демонического зверя, когда увидел, что его учитель возвращается с девушкой. Он вздохнул с облегчением. Если это не маленький ребёнок, то он был готов принять кого угодно. Цин Юэ глянул на Нин Шу. - Нашла себе ещё ученицу? Нин Шу с улыбкой сказала: - Моя третья ученица. Её зовут Ли Шулань. Цзян Лэ глянул на эту девушку. Ей было около пятнадцати лет, у неё было изящное тело и красивое лицо. Ли Шулань поприветствовала Цзян Лэ: - Самый старший брат. Цзян Лэ ответил: - Маленькая младшая сестра. Нин Шу объяснила: - Её мать – демон, а её отец – человек. Цзян Лэ был немного удивлён. У большинства полу-людей, полу-демонов матери были людьми, а отцы – демонами, но у этой девушки всё было наоборот. Из-за этого Цзян Лэ почувствовал некоторое опасение. Он сказал: - А мать маленькой младшей сестры готова расстаться с ней? Ли Шулань поджала губы. Она была экспертом в чтении выражений лиц и сразу поняла, что она не понравилась Цзян Лэ. Она опустила голову и сказала: - Моя мать хотела подарить меня культиватору Хун Ту. Этот Хун Ту был сильнейшим мужчиной в Чёрном Городе. И его самой отличительной чертой была его похоть. Он был настолько похотлив, что ему было даже всё равно, на кого он обращает свою похоть. Женщины-люди, женщины-демоны, женщины-полукровки, он играл со всеми ними. Нин Шу столкнулась с Ли Шулань, когда Ли Шулань отправили во двор Хун Ту, поэтому она привела её к себе. Цзян Лэ: →_→ - Итак, Учитель, мы снова оскорбили сильных мира сего, в этот раз из Чёрного Города, верно? – сказал Цзян Лэ, чувствуя себя так, словно вот-вот лишится дара речи. И так уже много людей пытаются похитить их охраняющий артефакт. А теперь, едва они только прибыли в Чёрный Город, они снова кого-то оскорбили. Они больше не могут оставаться в Чёрном Городе. Ли Шулань со стуком упала на колени перед Нин Шу. Она стала биться головой об пол, издавая громкие звуки. - Учитель, прошу, не прогоняйте меня. Я готова делать что угодно. Я вас умоляю. Если я вернусь, то моя мать меня убьёт! Нин Шу особо не возражала. У неё и без того было много проблем, поэтому, если она создаст себе ещё больше, то это ничего не поменяет. Она сказала: - Если мы не можем тут больше оставаться, мы всегда можем переехать. Нин Шу повернулась к Ли Шулань: - Поднимись. Так как я тебя привела с собой, то я, конечно же, возьму на себя ответственность за тебя. Если будешь называть меня Учителем, то я обязательно тебя защищу. - Спасибо, Учитель. ---------- Похитила Чужую Красотку Нин Шу похитила чужую красотку, поэтому вполне естественно, что проблема сама её нашла. Так уж вышло, что культиватор Чёрного Города Хун Ту, нашёл их гостиницу и тут же завопил, паря в воздухе: - Кто посмел тронуть мою собственность? Когда Ли Шулань услышала голос Хун Ту, она задрожала в комнате. Она жалобно посмотрела на Нин Шу и сказала: - Учитель, прошу, не отдавайте меня ему. Он меня точно убьёт. Бесчисленное множество женщин было испорчено этим Хун Ту. Он был сильным культиватором, поэтому некоторые женщины добровольно хотели подняться, используя его. Но, у этого Хун Ту была прихоть, а именно, он любил коллекционировать вещи. Когда ему надоедало играть с женщиной, он отрезал часть её тела в качестве сувенира. Если им улыбалась удача, то он мог забрать немного волос или ногти. Но если им не везло, то они вообще могли потерять палец, глаз, нос, ухо или даже грудь. Все те женщины, которые хотели подняться, используя Хун Ту, делали это, чтобы защитить себя, но теперь они не могли даже сохранить свои жизни, не говоря уже о том, чтобы получить защиту. Никто не хотел терять ухо или глаз. Нин Шу открыла окно гостиницы и увидела мрачное выражение Хун Ту. Гостиницу окружило много народу. Похоже, что они пришли порыбачить в мутных водах. Кто-то в толпе крикнул: - Это была лидер Секты Долгожительства! У неё даже есть при себе божественный артефакт! Когда Хун Ту услышал слова "божественный артефакт", его глаза загорелись, а его голос стал громче. Он взревел: - Кто лидер Секты Долгожительства? А ну покорно выйди ко мне! Иначе я зарублю всю Секту Долгожительства, и вся эта ваша секта вымрет на месте! Хун Ту никогда не слышал ни о какой Секте Долгожительства. Он решил, что это, вероятно, просто какая-то мелкая секта, поэтому он и заговорил об уничтожении всей секты, едва только открыл рот. Нин Шу: →_→ Нин Шу изначально хотела ретироваться. В этой комнате были женщины и дети. Не очень-то хорошо втягивать в это всю семью. Но теперь, когда кто-то вызвал её таким образом, она вынуждена была противостоять ему. А иначе Секта Долгожительства не будет иметь никакого престижа, на который можно опираться. Все они просто соблазнились божественным артефактом, который у неё есть. Как же так вышло, что эти культиваторы не поспешили в Секту Бессмертия, чтобы забрать у неё меч Сюаньюань? Нин Шу сказала Цин Юэ: - Помоги мне позаботиться об этих трёх учениках. Я собираюсь сражаться. Цин Юэ кивнул. Нин Шу открыла дверь и взлетела вверх, чтобы встретиться с Хун Ту вдалеке. Когда Хун Ту увидел, что Нин Шу была женщиной, он тут же начал непристойно пожирать её взглядом. Словно занимаясь благотворительностью, он сказал: - Отдай мне божественный артефакт, и я позволю тебе быть моей женщиной. А иначе, ты умрёшь жалкой смертью. Нин Шу вяло улыбнулась. - А что, если я не захочу? - Тогда я просто поймаю тебя живьём. Сначала изнасилование, а потом уже убийство. Тогда ты, естественно, будешь моей, - сказал Хун Ту, словно так и должно быть. – Хех, что за секта? Лидер секты – это женщина. Неужели в твоей секте нет мужчин? Силой мысли Нин Шу приказала Раскалывающему Небо Топору появиться в её руке. Она подула на острый край топора, а потом безразлично сказала: - Божественный топор у меня в руке. Если у тебя есть способности, иди и возьми его. Когда Хун Ту увидел божественный топор, его выражение лица стало взволнованным. Конечно же, он смотрел на Нин Шу свысока, поэтому он просто вытянул руку, чтобы выхватить топор из рук Нин Шу. Нин Шу использовала свою энергию и взмахнула топором в сторону нижней половины Хун Ту. Тень топора соединилась с силой извивающегося дракона из духовной энергии и с силой атаковала интимные части Хун Ту. Выражение лица Хун Ту тут же застыло. Он посмотрел на свою нижнюю половину, с которой текла кровь, и издал душераздирающий крик. Затем он просто свалился с воздуха на землю. Хун Ту упал на землю, прикрывая свою нижнюю часть. Его лицо было бледным. Даже если у него и была невообразимая сила, в этот момент он был просто обычным мужчиной. На его лице была лишь боль и шок, отчего его крайне перекосило. Никто не подошёл к нему. Некоторые мужчины даже прикрыли свои интимные места. От одного только вида Хун Ту им стало больно. Нин Шу видела, что недалеко появилось много культиваторов, летящих в их сторону. Она закричала Цин Юэ, который был в комнате: - Кельп, бежим отсюда. Она прокричала, но Цин Юэ, который был в комнате, не пошевелился. Нин Шу могла лишь крикнуть снова: - Цин Юэ. Только тогда кусок кельпа, холодный, как чёрное железо, вытянулся из окна и обвился вокруг Нин Шу. Под взглядами всех присутствующих, Нин Шу исчезла. Толпа начала уныло переглядываться между собой. ---------- Просто Нормальное Место Телепортация всегда ощущалась как пытка. Цзян Лэ теперь был немного сильнее, поэтому вместо того, чтобы потерять сознание, как раньше, его лишь стошнило. Нин Шу почувствовала сильное отвращение, когда увидела, как его тошнит. Ли Шулань потеряла сознание. Нин Шу посмотрела на своего второго ученика. Хорошо, он всё ещё был жив. Она уж думала, что он не сможет выдержать давления от телепортации. После того, как Цзян Лэ закончил блевать, он вытер свой рот и спросил у Нин Шу: - Учитель, куда мы отправимся теперь? Нин Шу подумала немного и сказала: - Мы будем искать себе пик. Таскать за собой всю семью – так не пойдёт. Цин Юэ сказал: - Я знаю место. Оно находится в очень укромном месте и духовная энергия там тоже нормальная. Под ним также находится духовная жила. Божечки, это место больше чем просто нормальное. На самом деле оно просто потрясающее. Нин Шу спросила: - Это место такое хорошее. Почему ты сам его не захватил? Цин Юэ не ответил. Конечно же, он смотрел на такие вещи свысока. Они его никак не соблазняли. Ладно. Она считала, что это хорошее место, но её собеседник не удостоил это место даже повторного взгляда. Цин Юэ принёс всех к их пункту назначения. Это место было прикрыто со спины крутой горой. С пика горы падал нефритоподобный водопад. Цин Юэ поднял ногу и топнул по земле. Он сказал: - Тут, внизу, должна быть духовная жила. Нин Шу посмотрела на бесконечные горы вокруг и подумала, что ей, вероятно, понадобится нанять несколько ремесленников, чтобы построить тут дворец. А чтобы нанять ремесленников, ей придётся им заплатить. Как хлопотно. Цин Юэ сказал: - Врата секты можно сделать артефактом. Можно просто сразу выковать их в качестве божественного артефакта. Глаза Нин Шу округлились, и она посмотрела на Цин Юэ. - Кельп, ты просто слишком милый. Тогда, пожалуйста, помоги мне выковать врата секты. Такие, которые просто сочатся превосходством и чувством доминирования. Цин Юэ молча посмотрел на Нин Шу. Она изменила свои слова. - Цин Юэ, я вынуждена тебя побеспокоить. Нин Шу отвязала свою пространственную сумку-хранилище с пояса и сказала: - У меня есть много материалов в сумке. Можешь взять всё, что тебе нужно. Цин Юэ глянул на сумку-хранилище Нин Шу. - Тебе стоит оставить эти вещи для своих учеников. - Ладно. Нин Шу снова повесила сумку себе на пояс. Вы огорчаете переводчика, если читаете это не на сайте https://tl.rulate.ru/book/11249 - Цин Юэ, у меня есть просьба, - сказала Нин Шу. Цин Юэ посмотрел на Нин Шу, и она сказала: - Я надеюсь, что ни у кого другого не будет способности обладать этим артефактом. Это будет вещь, на которую Секта Долгожительства станет полагаться, чтобы сохранять свой мир и стабильность. Она боялась, что однажды в будущем кто-то с божественным количеством удачи придёт и этот божественный артефакт станет чьим-то чужим сокровищем, а Секта Долгожительства будет разграблена и опустошена. Цзян Лэ ошалел на мгновение и сказал: - Учитель, почему вы не хотите, чтобы кто-то ещё мог владеть вратами секты? В случае возникновения крайней необходимости, вы сможете унести врата секты прочь. Нин Шу покачала головой. - Нет. Если ты сможешь обладать ими, то и другие тоже смогут. - Но, тогда какой смысл в этом божественном артефакте? – Цзян Лэ поджал губы и сказал: - Если кто-то сможет стать хозяином врат секты, тогда секта будет в большей безопасности, так как их тоже можно будет использовать для защиты учеников Секты Долгожительства. Нин Шу посмотрела на Цзян Лэ. - Не так уж много людей, которые захотят артефакты, которые не признают владельцев. Она сделает это места таким, чтобы ученики Секты Долгожительства могли иметь мирную и спокойную жизнь, а не для того, чтобы оно было чьим-то личным артефактом. ---------- Спор из-за Божественного Артефакта У Нин Шу и Цзян Лэ был спор из-за божественного артефакта. Это было впервые, когда Нин Шу увидела, что он настолько против её решения. Нин Шу сказала: - Роль этого артефакта – это просто быть домом. Этого достаточно, пока он может укрывать нас от ветра и дождя. Он не должен быть слишком мощным. Как максимум, у него будет сильная оборонительная способность. Цин Юэ нахмурился. - Раз такое дело, тогда нам не нужен божественный артефакт. Цзян Лэ тут же сказал: - Господин культиватор, давайте, всё же, используем божественный артефакт. Учителю нравятся доминирующие штуки. Нин Шу прищурилась, глядя на Цзян Лэ. Затем она повернулась к Цин Юэ и сказала: - Цин Юэ, я вынуждена тебя побеспокоить. Цин Юэ кивнул и тут же исчез, скорее всего отправившись на поиски места, где можно выковать божественный артефакт. Ли Шулань пришла в себя и огляделась по сторонам на окружающий их пейзаж, чувствуя себя немного ошеломлённой и напуганной. Когда она увидела поблизости Нин Шу, она вздохнула с облегчением и поспешно поднялась с земли, чтобы отсалютовать ей. Нин Шу сказала: - Позаботьтесь о ребёнке. Я пойду и найду что-нибудь ему в качестве еды. Цзян Лэ стал выглядеть встревоженным и сказал Нин Шу: - Учитель, этот ученик пойдёт с вами. - Не нужно. Позаботься о ребёнке и Шулань. Нин Шу начала блуждать неподалёку, готовая поймать недавно родившую демонического зверя-мать, чтобы её можно было принести обратно и выращивать. Наконец, она поймала демонического зверя, которая была похожа на комбинацию пятнистого оленя и козы. Она связала ей конечности верёвкой и принесла обратно. Ребёнок проснулся и Ли Шулань присматривала за ним. Когда Цзян Лэ увидел, что Нин Шу несёт что-то к ним, он тут же подошёл помочь ей. Нин Шу немного размяла шею и сказала: - Давайте пока побудем тут ближайшие несколько дней. Мы подождём, пока Цин Юэ закончит ковать врата секты, а потом продолжим. - Как пожелаете, Учитель, - сказала Ли Шулань, обнимая плачущего ребёнка. Цзян Лэ уже привычно достал чашу и надоил молока демонического зверя. Нин Шу сказала: - Вскипяти его немного, чтобы продезинфицировать. Цзян Лэ издал утвердительный звук. Плач ребёнка был душераздирающим. Нин Шу взяла ребёнка и начала утешать его, пока он хныкал и всхлипывал. Вероятно, из-за того, что он учуял запах тела Нин Шу, его крики постепенно стали менее неистовыми. Молоко демонического зверя было прокипячено и подогрето, поэтому Цзян Лэ взял ребёнка и начал кормить его молоком. Нин Шу спросила у Ли Шулань: - Ты – ученица Секты Долгожительства, потому, естественно, ты будешь культивировать техники этой секты. Но, эти техники нельзя передавать другим, поняла? - Эта ученица клянётся никогда не передавать эту технику, - поклялась Ли Шулань. Нин Шу рассказала ей о технике культивации Непревзойдённых Боевых Искусств. Затем она встала рядом и стала наблюдать за Ли Шулань, инструктируя её о том, как направить свою духовную энергию в даньтянь. Цзян Лэ наблюдал за этим со стороны, молча скармливая ребёнку молоко демонического зверя. После того, как он закончил, он положил ребёнка в колыбель и подошёл к Нин Шу, чтобы тихим голосом спросить: - Учитель, вы злитесь? Нин Шу подняла бровь. - Я не злюсь. - Вы злитесь, что я был непослушным недавно? – голос Цзян Лэ прозвучал немного угрюмо. Нин Шу покачала головой. - Я не злюсь. Ты ведь тоже думал о Секте Долгожительства. Наконец, выражение лица Цзян Лэ немного расслабилось. Нин Шу сказала: - Не думай об этих банальных мелочах. Самое важное – это хорошо культивировать. Нин Шу тоже села, скрестив ноги, и начала культивировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Духовная энергия начала кружиться возле неё, словно обезумевшая, заодно давая бонусы Цзян Лэ и Ли Шулань, сидящих рядом с ней. Так прошли несколько дней для троих человек и ребёнка. Они ничего не делали, кроме как культивировали. Когда они чувствовали голод, они ели постные пилюли разных форм и размеров, которые наделала Нин Шу. Духовная энергия извивающегося дракона в даньтяне Нин Шу уже превратилась из полупрозрачной в прозрачную. Когда Нин Шу её выпускала, только она сама знала, где энергия. Больше никто не мог её увидеть. По сути, это было идеальное оружие для скрытных атак. Нин Шу сжала кулаки. Она чувствовала себя достаточно сильной, чтобы ударом кулака разбить горный пик. ---------- Это Была Сила Это была сила. Невообразимая сила! Нин Шу никогда не думала, что станет такой сильной. Духовная энергия Цзян Лэ тоже трансформировалась. Нин Шу попросила его использовать своё сознание, чтобы направить духовную энергию наружу. Цзян Лэ некоторое время тренировался, после чего смог успешно выпустить её. Его духовная энергия действительно была в форме тигра. Нин Шу оставалось лишь подождать и посмотреть, какую форму примет культивация Ли Шулань. Нин Шу задумалась, сможет она наскрести атлас животных или нет. - Продолжай усердно работать. У тебя неплохо получается, - Нин Шу воодушевила Цзян Лэ. – Сходи, поймай немного дичи. Устроим сегодня пир. Цзян Лэ: … Цин Юэ пропал больше чем на полмесяца. Даже теперь он всё ещё не появился. Может, он перенапрягся, его стошнило кровью, и он умер, выковывая тот артефакт. Нин Шу очень волновалась. После целого месяца, Цин Юэ всё ещё не вернулся. Нин Шу была немного в замешательстве. Неужели действительно нужно так много времени на то, чтобы выковать врата секты? Каждый день Нин Шу разминала шею, оглядываясь по сторонам и выглядывая возвращение Цин Юэ. Спустя почти два месяца, Цин Юэ, наконец, вернулся с усталым выражением на лице. Нин Шу почувствовала себя очень неуютно. Она постоянно доставляла хлопоты кельпу. Всё, что кельп должен был ей, он уже в полной мере выплатил. Он ей ничего не был должен, но всё равно помогал подобным образом. Она была очень благодарна и спросила: - Ты голоден? Хочешь поесть немного постных пилюль? Цин Юэ глянул на неё, а потом протянул руку. На ней был очень маленький предмет, похожий на дом. Он спросил: - Где ты хочешь разместить врата секты? - Там… нет, тут… нет, это слишком близко к реке, а прилив очень… Нин Шу стала оглядываться по сторонам, тщательно подбирая подходящее место. Цин Юэ даже не стал смотреть. Он поднял руку и дом взлетел в небо. Под взглядами всех собравшихся, он стал расти всё больше и больше, пока не стал настолько большим, что покрыл небеса и землю. Он стал несравненно огромным. А потом он тяжело рухнул на землю, отчего земля под их ногами немого вздрогнула. Группа Нин Шу, состоящая из учителя и учеников, изумлённо уставилась на врата секты. Всё здание было торжественным и величественным. Два слова "Секта Долгожительства" были далёкими и безграничными, словно они до этого уже пробыли тут бесчисленное множество лет, обладая бесконечным долгожительством. Нин Шу первой поднялась по ступенькам, восхищённо восклицая всю дорогу. Внутри были общественные площади, главные залы, мосты и множество зданий. Там был медицинский сад, полный духовной почвы, библиотека, комната для алхимии. Всё, что нужно, было тут. Нин Шу сказала Цин Юэ: - Спасибо. Цин Юэ сказал: - Его оборонительные способности тоже хорошие, он может автоматически собирать окружающую духовную энергию. Я установил формацию. Если это место будет подвержено слишком большому количеству энергии, и оно не сможет её выдержать, тогда активируется формация защитного заклинания. Это было просто слишком великолепно. Нин Шу пожала руку Цин Юэ. - Я соберу тысячи слов признательности в одно предложение: Товарищ, ты усердно поработал. Цин Юэ выдернул свою руку и спросил: - Нужно ли всё ещё устанавливать большую защитную формацию для горы? Я могу установить защитную формацию. - Да, да… - Нин Шу быстро закивала. – Я вынуждена тебя побеспокоить. Мне даже очень неуютно от этого. Такое ощущение, что я тобой пользуюсь. Цин Юэ особо не возражал. - Мне всё равно нечего делать. Нин Шу: … Цин Юэ укрепил всю защитную формацию секты. Секта была скрытой, а теперь она была ещё и защищена, словно город, укрытая стеной из металла и рвом кипящей воды. Это действительно давало людям сильное чувство безопасности. Нин Шу встала в самом высоком главном зале и смело сказала: - Секта Долгожительства официально открыта. - Мы, ученики, выражаем своё почтение Учителю. Цзян Лэ и Ли Шулань преклонились перед ней. Нин Шу села в кресло и посмотрела на обширную площадь снаружи. В будущем, в этом месте будет всё больше и больше народу. Это было место, где полу-люди, полу-демоны смогут спокойно жить своей жизнью. Может, когда Секта Долгожительства станет сильнее, обстоятельства жизни полу-людей, полу-демонов станут лучше. Они больше не будут прячущимися мышками, за которыми охотятся и которых убивают все, кому не лень, рождёнными в мире, и ничего не знающими, окружёнными только злобой на протяжении всей своей жизни. ---------- Толпа Мелкой Редиски Нин Шу посадила на медицинском поле духовную траву, женьшень и прочее, что она уже успела насобирать. Тут это будет расти в месте с обильным количеством духовной энергии. Она оглядела пустую секту. Ей придётся собрать всевозможные книги, артефакты… в любом случае, вещей, которыми ей придётся всё тут заполнить, было слишком много. Не так-то просто на самом деле основать секту. Могущественные секты проходят через несколько поколений, накапливая всё это и развиваясь. Нин Шу сказала двум ученикам продолжать культивировать в секте и позаботиться о ребёнке. Затем она отправилась искать остальных учеников. Цин Юэ сказал: - Я пойду с тобой. - Ладно. Пойдём пока в Чёрный Город, - сказала Нин Шу. Цин Юэ кивнул. Он поднял её за воротник, и они мгновенно исчезли. Нин Шу была очень разочарована. Как бы там ни было, она теперь была той, у кого есть ученики. И когда её вот так носят за шкирку, это слишком смущает. Как только они прибыли в Чёрный Город, Нин Шу услышала, что Хун Ту пытался спасти своего маленького братца, но, что бы он ни пробовал, ничего не сработало. И, если только он не продолжит культивировать до стадии, где он сможет менять форму своего тела, ему придётся бог знает сколько оставаться евнухом. Хун Ту был так зол, что целыми днями в ярости летал по городу, говоря, что он разрубит Нин Шу на десять тысяч кусочков. Нин Шу хотелось спросить, разве ему не нравится пытать женщин? А вот ей хотелось посмотреть, как он сможет продолжать играть в свои игры без этой штуки. Однако Нин Шу пришла в Чёрный Город, чтобы набирать учеников, а не сражаться. В Чёрном Городе было несколько юных попрошаек полу-людей, полу-демонов, которые пытались как-то выжить. Но, даже когда они попрошайничали, они не могли позволить народу узнать, что они полу-люди, полу-демоны. Если народ об этом узнает, тогда они не получат никакой еды. Нин Шу некоторое время наблюдала за ними, прежде чем выбрать несколько детей, моральные качества которых были чуть лучше. Среди них были и мальчики, и девочки. А потом она сразу привела их в секту. Она также заодно принесла с собой и несколько книг, чтобы эти ученики могли научиться читать и занялись учёбой. Она принесла всевозможные книги; книги по алхимии, книги по созданию артефактов, и книги со всевозможными странными анекдотами и трюками. После того, как она купила все книги, которые могла, она сложила их в библиотеке. Она привела свеженабранных учеников в секту и назначила Цзян Лэ и Ли Шулань помогать заботиться об этих детях, и чтобы эти двое научили их культивировать. Цзян Лэ был главным учеником, поэтому Нин Шу передала ему заботы по управлению всей сектой. Ли Шулань помогала ему, попутно заботясь о младшем братце, который только научился переворачиваться. Они оба были очень заняты. Цзян Лэ был словно директор детского сада, который заботится о большой группе детей. И дело не в том, что Нин Шу не хотела принимать более взрослых учеников, но у взрослых людей может не развиться чувство принадлежности к секте. Нин Шу тоже была очень занята. Из-за недостатка ресурсов в Секте Долголетия, ей приходилось уходить на поиски божественных сокровищ. Когда она находила божественное сокровище, она тут же выкапывала его и сажала в медицинском саду. Когда она находила особенно ценные вещи, она убирала их подальше. Она планировала забрать их в сборное пространство, чтобы обменять на другие вещи. Цин Юэ в своё свободное время помогал Нин Шу выковать несколько артефактов и разместить их в комнате артефактов в качестве украшений. Периодически он также делал пилюли, которые были чуть лучше, чем у Нин Шу. Короче говоря, вся секта претерпела перестановки при помощи Нин Шу и теперь выглядела немного более похожей на то, чем и должна быть. Вот только, это, скорее, можно было бы назвать костяком того, какой должна быть настоящая секта. Однако и Рим не за один день строился, а секта и подавно. Она могла лишь постепенно развиваться. Однако, когда Нин Шу видела, как толпа мелкой редиски встаёт перед ней на колени и называет её учителем, она всё равно была очень рада. Все они были её учениками. В будущем тут будет больше учеников, и секта будет становиться сильнее и сильнее. Нин Шу теперь тоже не бегала целыми днями вне секты. Она оставалась внутри, концентрируясь на культивации и обучении Цзян Лэ и той группы детей. Её нынешняя сила теперь была почти такой же, как у культиватора на стадии великого вассала. Духовная энергия извивающегося дракона в её даньтяне теперь была совершенно прозрачной и невидимой. Конечно, с силой Цин Юэ, он с первого взгляда мог обнаружить её извивающегося дракона, но для других людей, чья культивация была недостаточно сильной, им было трудно засечь духовную энергию извивающегося дракона. Никто не смог бы справиться с этой скрытной атакой. Сила Цзян Лэ была самой большой среди её учеников. Нин Шу выбрала ещё несколько наиболее талантливых детей в качестве её внутреннего круга учеников. Она не могла обучать одного только Цзян Лэ. ---------- Небеса Были Справедливы Нин Шу всё никак не могла понять, что за необъяснимое чувство она ощущала по отношению к Цзян Лэ. У неё было дурное предчувствие на его счёт. Нин Шу попыталась создать контракт с демоническими зверями. Она помнила, что в мире Вэй Лянюэ она могла создать контракт с духовным зверем. Она не знала, сработает ли тут такой же способ. Нин Шу схватила относительно сильного демонического зверя и попыталась проверить, сможет ли она создать с ним контракт. Она долго пыталась, но ничего не вышло. Теперь Нин Шу понимала немного больше. Небеса были справедливы. У демонических зверей был низкий интеллект, и несмотря на то, что они были сильными, их нельзя было поработить. Более того, этот мир принадлежал всем трём расам: людям, демоническим зверям и демонам. Нарушение баланса приведёт только к хаосу. А раз это не сработало, то это не работало. Она не могла полагаться на демонических зверей. Она могла полагаться только на себя. Нин Шу обучала своих учеников каждый день после того, как сама занималась культивацией. В горах словно и не существовало концепции времени. Однажды Цин Юэ пришёл к Нин Шу и сказал, что раса людей и раса демонов начали воевать. Раса людей и раса демонов начали постоянно биться между собой, сражаясь за территорию. На лице Нин Шу появилась улыбка. Этот день наконец-то настал. Теперь она наконец-то сможет отомстить. Задумавшись об этом, она решила взять Цзян Лэ и нескольких других маленьких редисов, у кого был чуть более высокий уровень культивации, чтобы они приняли участие в битве. Всё равно рано или поздно ей нужно будет создать репутацию для Секты Долголетия. Вперёд, к уничтожению сильнейшего! Нин Шу взошла на духовный корабль, который выковал Цин Юэ, и группа отправилась к своему пункту назначения. Когда Нин Шу и её команда достигли поля боя, демоны и люди уже стояли напротив друг друга. Нин Шу тут же провела духовный корабль между ними и сказала ясным и громким голосом: - Что же вы, ребята, не оповестили мою Секту Долгожительства о таком крупном событии? Все присутствующие отнеслись к этому безразлично и полностью проигнорировали Нин Шу. Нин Шу просканировала взглядом сторону людей и увидела мастера Цин Хуа и Юй Линэр. Давление, излучаемое телом Юй Линэр, было неслабым. Она, вероятно, уже стала обладательницей одинарной духовной основы. Мастер Цин Хуа всё ещё выглядел как бессмертный. Когда он увидел Нин Шу, он стал выглядеть немного удивлённым, и он, словно не был уверен в том, была она его прежней ученицей или нет. Некоторые люди увидели Нин Шу и стали перешёптываться. Один из культиваторов встал и спросил у неё: - Это ты ранила старшего из моей Секты Божественного Ветра? Нин Шу с улыбкой ответила: - Он пытался похитить божественный защитный артефакт моей Секты Долгожительства. Я просто ранила его, я его не убивала. Когда люди услышали, что Нин Шу упомянула божественный артефакт, началась шумиха. Они все начали оценивать её взглядом, а заодно оценили Цин Юэ и маленьких редисок позади неё. - Так что, ребята, вы уже воюете? – Нин Шу выглядела озадаченной. – Я даже не знаю, какой стороне мне нужно помогать? Толпа посмотрела на группу Нин Шу так, словно они все были сумасшедшими. - Сяо Сусу, что ты делаешь? Один демон со стороны демонов посмотрел на Нин Шу. Его лицо было крайне привлекательным, а его глаза имели строгий и злобный взгляд. Всё его тело излучало могущественную ауру. Нин Шу посмотрела на этого демона. Должно быть, он был отцом Сяо Сусу, тем, кто наложил на неё печать. Нин Шу достала меч Сюаньюань из своей пространственной сумки-хранилища и сказала: - Отец-Демон, я нашла меч Сюаньюань. Его мне выдал мой учитель, старший мастер Цин Хуа. Как только Нин Шу сказала это, люди из Бессмертной Секты изумлённо посмотрели на мастера Цин Хуа. Мастер Цин Хуа поджал губы. Его выражение лица было холодным и отстранённым, пока он держал в руке свой складной веер и безразлично разглядывал Нин Шу. Цю Линэр, которая была рядом с мастером Цин Хуа, выглядела озадаченной. Эта девушка явно была её старшей сестрой, которая давно уже не возвращалась домой. Как же так вышло, что она теперь была ученицей Секты Долгожительства? Отец Сяо Сусу был немного удивлён увидеть меч в руках Нин Шу. Это был неожиданный бонус – заполучить меч Сюаньюань, особенно как раз перед началом войны. Таким образом, он мог нанести ещё больше урона моральному духу расы людей. Отец Сяо Сусу сказал: - Так давай мне этот меч Сюаньюань. #комментарий анлейта:Мне было очень неуютно переводить всю эту главу. Каждый раз, как появляется мастер Цин Хуа, я чувствую себя недовольной и напряжённой. Мы прекрасно справлялись без него!!! QAQ ---------- Ты Уж Постарайся Его Поймать Сторона людей явно не ожидала, что охранный божественный артефакт Бессмертной Секты окажется в чужих руках. Один за другим, они все повернулись, чтобы посмотреть на людей из Бессмертной Секты. На контрасте с этим, сторона демонов выражала свою радость. Отец Сяо Сусу, конечно же, не думал, что Сяо Сусу, эта шпионка, действительно сможет добыть божественный артефакт Бессмертной Секты. Уголки рта отца Сяо Сусу изогнулись вверх, когда он посмотрел на Нин Шу, отчего его лицо стало ещё очаровательнее. - Сусу, будь послушной девочкой. Брось сюда меч Сюаньюань. Нин Шу кивнула. - Тогда ты уж постарайся его поймать. Она покорно бросила меч Сюаньюань отцу Сяо Сусу. Поймав его, он внимательно осмотрел ножны. Только после этого он схватился за рукоять меча, желая вытащить его из ножен. Как только он достал меч Сюаньюань, тот взорвался, застав его врасплох. Красный пучок крови, который был тонким, словно волос, помчался в сторону сердца отца Сяо Сусу. Отец Сяо Сусу тут же осознал, что здесь что-то не так. Он сорвал с себя одежду и посмотрел на свою грудь. Под его кожей что-то шевелилось. Он внезапно почувствовал, как его сердце начинают грызть кровососущие черви. Эти кровососущие черви, которые были тонкими, словно прядь волос, двигались в его сердце, доставляя ему много боли. Отец Сяо Сусу посмотрел на Нин Шу красными глазами и выругался: - Ах ты, дрянь! После этих слов он попытался активировать печать на теле Нин Шу. Но что ещё больше поразило отца Сяо Сусу, так это то, что его дочь не взорвалась, превратившись в фарш, как он этого ожидал. Он был немного ошеломлён. Неужели печать не возымела эффекта? Он попытался ещё несколько раз. Этот поворот событий произошёл слишком резко. Люди изначально думали, что демоны получат меч Сюаньюань, но этот демон оказался заражён кровососущими червями. Сторона людей не удержалась и начала смеяться с презрением, и вообще выглядела самодовольной. Мастер Цин Хуа держал в руке складной веер и медленно обмахивался им. Его губы слегка изогнулись в улыбке, отчего он стал выглядеть очень неспешным. Он совсем не выглядел так, словно пришёл сюда сражаться. Нин Шу снова достала Раскалывающий Небо Топор. Как только Раскалывающий Небо Топор был извлечён, все взгляды сфокусировались на нём. Некоторые уже видели прежде этот Раскалывающий Небо Топор, но даже когда они увидели его снова, их дыхание невольно ускорилось. Всё же, это был божественный артефакт. Нин Шу сложила руки вместе и отсалютовала в сторону мастера Цин Хуа, после чего сказала: - У меня с мастером Цин Хуа какое-то время назад были отношения учитель-ученик. Я с нежностью вспоминаю то, как мастер Цин Хуа заботился обо мне тогда, поэтому я решила подарить этот Раскалывающий Небо Топор Паньгу ему. Мастер Цин Хуа был на мгновение захвачен врасплох. Он тихо сказал: - Я не приму твоих вещей без причины. Нин Шу с улыбкой сказала: - Это можно считать окончанием наших отношений учитель-ученик. Когда культиваторы остальных сект увидели, что Нин Шу собирается отдать Раскалывающий Небо Топор Бессмертной Секте, их глаза стали красными. В Бессмертной Секте уже был меч Сюаньюань, а теперь они получат ещё один артефакт – Раскалывающий Небо Топор. Сила Бессмертной Секты значительно возрастёт. На лицах культиваторов из других сект были уродливые выражения. Нин Шу не волновало, хочет ли мастер Цин Хуа принять от неё подарок или нет, и просто бросила ему Раскалывающий Небо Топор. Из желания завладеть артефактом, мастер Цин Хуа всё равно поймал Раскалывающий Небо Топор. - У тебя есть какие-нибудь просьбы, о чём бы ты хотела попросить Бессмертную Секту? – спросил мастер Цин Хуа. Она никак не могла отдать ему этот артефакт без причины. Мастер Цин Хуа решил проверить, настоящий ли топор у него в руке. Нин Шу слегка улыбнулась, и топор в руке мастера Цин Хуа тут же превратился в пепел. Кровососущий червь, который выглядел, как прядь крови, помчался в сторону сердца мастера Цин Хуа. Мастер Цин Хуа тут же воспользовался своим веером, чтобы заблокировать путь червю и выпустил огонь, чтобы сжечь все те красные пряди из крови. #комментарий анлейта: OMG, вот это поворот! Она обыграла обе стороны, ха-ха ---------- Битва с Мастером Цин Хуа Уголки рта Нин Шу изогнулись вверх. Хоть ей и было жаль, что кровососущий червь не сработал, порошок, которым взорвался топор, всё равно был отравленным. К тому же, эта отрава была сделана не при помощи каких-то там обычных медицинских ингредиентов. Мастеру Цин Хуа крупно не повезёт, если он вдохнёт этот порошок хоть раз. Более того, рядом с ним стояла Юй Линэр. Если она будет отравлена, то для него это будет очень хлопотно. Мастер Цин Хуа холодно посмотрел на Нин Шу. Его выражение лица содержало в себе просто беспрецедентную холодность. Он явно был раздражён тем, что Нин Шу обманула его перед таким большим количеством народа. Нин Шу улыбнулась. Кто сказал, что только тебе можно обманывать других, но другим нельзя обманывать тебя? Мастер Цин Хуа холодно упрекнул её: - Ты, подлая полу-человек, полу-демон, что ты пытаешься сделать? Нин Шу пожала плечами. - Я привела своих учеников сражаться и заодно прорекламировать репутацию Секты Долгожительства. Все члены Секты Долгожительства – полу-люди, полу-демоны. Это секта полу-людей, полу-демонов, - Нин Шу посмотрела на собравшихся. - Вы можете начинать сражаться, не обращайте на нас внимания. Лицо мастера Цин Хуа посерело. Он сказал: - Тогда позволь мне увидеть, насколько же сильна твоя Секта Долгожительства. Он явно пытался восстановить свою честь после того, как был недавно опозорен. Нин Шу воспарила в воздух и кивнула. - Конечно. Силой мысли Нин Шу призвала в руку Раскалывающий Небо Топор. Это был уже настоящий Раскалывающий Небо Топор. Мастер Цин Хуа посмотрел на Раскалывающий Небо Топор в руке Нин Шу. - Ты недостаточно пригодна, чтобы обладать подобным божественным артефактом. - Это не тебе решать, достаточно я пригодна или нет. Нин Шу подняла топор, и позади неё сформировалась огромная тень топора, которая замахнулась в сторону мастера Цин Хуа. Мастер Цин Хуа прищурился, наблюдая за атакой Нин Шу. Складной веер в его руках обратился, трансформировавшись в бесконечный дождь из мечей, которые вонзались в тень топора. Но тень топора проигнорировала мечи и с грохочущим звуком полетела в сторону мастера Цин Хуа. Мастер Цин Хуа увернулся и тень топора ударила о землю, отчего земля задрожала, а под ней появилась глубокая расщелина. Нин Шу размахнулась Раскалывающим Небо Топором, а заодно выпустила своего дракона из духовной энергии, чтобы напасть на мастера Цин Хуа со спины. Когда мастер Цин Хуа трансформировал ещё больше мечей, чтобы отбиться от тени топора, он внезапно почувствовал лёгкие колебания духовной энергии у себя за спиной. И хотя это были лишь очень-очень слабые колебания духовной энергии, он всё равно их ощутил. Внезапно он почувствовал, как у него волосы встают дыбом на всём теле. На мгновение он даже не мог определить, насколько же большой была эта штука позади него и мог лишь инстинктивно увернуться. Однако ему всё равно достался удар. Мастер Цин Хуа почувствовал себя так, словно он врезался в гигантскую гору. Его внутренние органы сотряслись, а сам он выплюнул полный рот крови. Мастер Цин Хуа упал на землю и его начало тошнить кровью. Наконец, ему удалось подняться, опираясь на меч, но его состояние было крайне ужасным. Он не знал, что его атаковало тайком. Он быстро прочитал заклинание и провёл пальцами по своим векам. Только после этого он смог увидеть прозрачную штуку недалеко от него. Это был огромный прозрачный ревущий дракон, и в данный момент он нёсся в его сторону. Мастер Цин Хуа с трудом увернулся, но его всё равно ударило хвостом дракона. Мастер Цин Хуа врезался в землю, отчего на ней появилось несколько трещин. Нин Шу призвала свою энергию обратно и снисходительно посмотрела на мастера Цин Хуа. Мастер Цин Хуа засунул себе в рот пилюлю, и почувствовал, как его поток духовной энергии стал немного ровнее. Он был очень изумлён силой Нин Шу. Он холодно сказал: - Что за злую технику ты культивируешь? - Что за злую технику я культивирую? – Нин Шу посмотрела на него с презрением. – Если ты проигрываешь, то ты говоришь, что другие люди практикуют злые техники. Похоже, что Бессмертная Секта способна только на это. Когда Юй Линэр увидела, что её учитель был ранен, она почувствовала, что находится в очень трудной ситуации и запаниковала. Она подбежала к мастеру Цин Хуа, встала перед ним и недовольно закричала на Нин Шу: - Старшая сестра, твоё поведение слишком бесчестно! Ты даже посмела ударить Учителя! - Юй Линэр, отойди в сторону, - встревоженно сказал мастер Цин Хуа, которого снова стошнило полным ртом крови. В том, чем его стошнило, были видны чёрные сгустки крови, а это означало, что его внутренние органы были повреждены. Юй Линэр встала перед мастером Цин Хуа и уверенно сказала: - Вы ранены. Я не уйду. После чего она обратилась к Нин Шу. - Я не позволю тебе ранить Учителя. Старшая сестра, что происходит? – Юй Линэр выглядела так, словно она растерянна. Затем она злобно сказала: - Как бы там ни было, ты не должна атаковать Учителя. Ты ведь даже ранила его. #комментарий анлейта: Угх, не нравится мне эта Юй Линэр. Я к тому, что я понимаю, откуда она пришла. Мастер Цин Хуа был с ней очень хорошим. И она дольше была с ним. Но её поведение так раздражает. Словно всё есть только чёрное и белое. Неужели она не видит, что мастер Цин Хуа такой же, как те нежные, но прогнившие внутри, двуликие богатые и влиятельные президенты компаний с из романов про любвеобильных председателей, которые до нелепого неразумно уничтожают других людей, пока улыбаются и гоняются за главной женщиной? Красивые снаружи, ужасные внутри!!! Только то, что он хорошо к ней относится, не означает, что он – хороший человек. Но она реально такая наивная… ---------- Иди, Поиграй в Сторонке Нин Шу даже немного растерялась, когда посмотрела на Юй Линэр, которая стояла перед мастером Цин Хуа, защищая его. Нин Шу сказала: - Отойди в сторону. Ты не понимаешь наших дел. Юй Линэр развела руки в стороны и посмотрела на Нин Шу, слово курица, защищающая своих цыплят. Она спросила: - Старшая сестра, что происходит? Учитель – это наш учитель. Как ты можешь на него нападать? - Будь хорошей девочкой. Иди, поиграй в сторонке, - сказала Нин Шу. – Ты не понимаешь причины, стоящей за всем этим. - Но старшая сестра, Учитель – это наш учитель, как бы там ни было. Ты сейчас ведёшь себя так бесчестно, пытаясь убить Учителя подобным способом. А ведь тогда мы с тобой вместе приветствовали Учителя. Ты не должна вести себя так с Учителем. Мастер Цин Хуа плотно нахмурил брови и стиснул свою грудь. Он, похоже, ощущал очень неприятное чувство в груди. Когда он увидел, что эта девочка, стоящая перед ним, пытается защитить его, его сердце было тронуто. Нин Шу почувствовала лёгкое раздражение, поэтому она просто вытянула руку и шлепком смахнула Юй Линэр. Эта девочка слишком много болтала. Пытаться вразумить других людей можно только если эти люди на таком же уровне. Нин Шу было слишком лень слушать слабых людей, которые треплются перед ней. Этот мир был именно настолько простым и жестоким. И если она недовольна, то может прийти и начать драку. А иначе ей лучше просто держать своё мнение при себе. Нин Шу не стала вкладывать силу в свой удар, она просто отмахнулась от Юй Линэр. Юй Линэр кувырками улетела прочь, но она не была ранена. К тому же, столь малая приложенная сила никак не могла навредить культиватору. Однако, когда мастер Цин Хуа увидел, что Нин Шу пошла против Юй Линэр, его выражение лица изменилось. Но, когда он увидел, что Юй Линэр встала и, судя по всему, была невредима, он выдохнул с облегчением. Затем он холодно сказал Нин Шу: - Те, в чьих венах течёт кровь демонов, действительно злобные. Она ничего не знает, но ты всё равно её атаковала. Нин Шу закинула топор на плечо и тихо сказала: - Вот только не надо постоянно притягивать вопрос родословной по поводу и без. Ты так говоришь, словно все люди – хорошие. Мастер Цин Хуа размахнулся своим мечом направил его на Нин Шу. Нин Шу увернулась и взмахнула своим топором в сторону мастера Цин Хуа. Мастер Цин Хуа почувствовал боль в животе и его тело ощутило неприятный зуд. Когда люди из Бессмертной Секты увидели, что кто-то из их секты оказался в невыгодном положении, они тут же помчались на помощь. Раса демонов просто тихо стояла и наблюдала за всем со стороны, выжидая своего времени. В любом случае, они были довольны, что кто-то позаботился о расе людей вместо них. Нин Шу с улыбкой на лице посмотрела на людей из Бессмертной Секты. - Ну, разве это не издевательство над другими своим численным преимуществом? Мастер Цин Хуа холодно сказал: - Ты проникла в Бессмертную Секту, желая заполучить божественный артефакт Бессмертной Секты, меч Сюаньюань. Ты – одна из прислужников расы демонов. Нин Шу махнула рукой. - Ой, да ладно тебе. Я – лидер Секты Долгожительства. Я ни на стороне расы демонов, ни на стороне расы людей. - Разве ты не приходила за мечом Сюаньюань? – мастер Цин Хуа продолжил холодно допрашивать её. А теперь он хочет узнать причину? Нин Шу подняла свой топор. - Ты чего это так разболтался? Давай сражаться. Мастер Цин Хуа почувствовал себя плохо, в то время как Юй Линэр начала беспрестанно чесаться. Она чесала лицо, чесала шею, у неё везде зудело. Когда мастер Цин Хуа увидел Юй Линэр такой, он почувствовал ещё больший зуд. Он сгрёб Юй Линэр в охапку и покинул поле боя. Когда Бессмертная Секта увидела, что люди, вовлечённые в этот бой, сбежали, они тоже не знали, нужно ли им продолжать сражаться. Все остальные посмотрели на Нин Шу, которая грозно стояла, с топором на плече, и почувствовали некоторую растерянность. Нин Шу снова запрыгнула на духовный корабль и сказала: - Вы, ребята, можете продолжать сражаться. Я просто посмотрю со стороны. Я точно не буду вмешиваться. Все демоны и люди уставились на Нин Шу, особенно отец Сяо Сусу, который был заражён кровососущими червями. Он гневно уставился на Нин Шу своими налитыми кровью глазами. - Сука. Нин Шу подняла брови. - Тогда я немного отодвинусь. А вы, ребята, начинайте. Духовный корабль отошёл немного назад. Цзян Лэ спросил у Нин Шу: - Учитель, какой стороне мы должны помогать? Нин Шу посмотрела на топор. - Какая помощь? Мы пришли посмотреть на представление. #комментарий анлейта: *попкорн* ---------- Пришли Прорекламировать Секту Долгожительства Цзян Лэ в замешательстве посмотрел на Нин Шу и сказал: - Разве ты не сказала, что мы пришли прорекламировать Секту Долгожительства? Нин Шу сказала: - Я её сейчас и рекламирую. Разве я только что не победила мастера Цин Хуа из Бессмертной Секты, напрямую заставив самого сильного человека встать на колени, и заложила основу нашей мощи? Мастер Цин Хуа был самым молодым культиватором на стадии формирования души, и его сила была даже больше, чем прежде. Нин Шу чувствовала, что если бы не её преимущество в виде дракона из духовной энергии и превосходного артефакта, то маловероятно, что она смогла бы победить мастера Цин Хуа. Её сила увеличилась, но и его тоже. Цзян Лэ нахмурил брови. - Разе у Учителя нет никакой уверенности в Секте Долгожительства, которую она сама и основала? Нин Шу убрала Раскалывающий Небо Топор и тихо сказала: - Люди, демоны и демонические звери – это три силы, которые балансируют друг друга. Те, кто всегда сражаются друг с другом – это раса людей и раса демонов. Учитывая всё сказанное и сделанное, люди вроде нас, которые выделяются в силу нашей крови – находятся в меньшинстве. Нам лишь нужно выживать и продолжать жить, не пытаясь соперничать за славу с людьми и демонами. Цзян Лэ поджал губы. - Тогда, получается, мы просто должны стоять в стороне и смотреть? - Ну почему же? Если мы увидим того, кто нам не понравится, мы можем пойти и сразиться с ними. Давайте сражаться с расой демонов. Раса демонов тоже является для нас угрозой. Демоны поглощают сущность других, включая и представителей собственной расы. - Возьми с собой несколько юных учеников, чтобы сражаться с демонами, - сказала Нин Шу. Их ситуация была очень нелепой. Ни в расе людей, ни в расе демонов для них не было места. И это очень удручало. Нин Шу выдала артефакт каждому юному ученику в группе и посоветовала им: - Не сражайтесь против сильных демонов. Если вы не можете победить, то убегайте. Ваш самый старший брат защитит вас, ребята. - Да, Учитель. После того, как люди и демоны накричали друг на друга, они начали атаковать друг друга. Однако некоторые из них всё ещё посматривали в сторону Нин Шу, опасаясь её. Конечно, силу Нин Шу нельзя было просто сравнивать с расой людей и с расой демонов. Цзян Лэ отвёл нескольких юных учеников с собой, сражаться на том краю, где была раса демонов. Нин Шу постоянно присматривала за этими учениками, не позволяя им пораниться. Цин Юэ стоял рядом с Нин Шу и наблюдал за хаотичной битвой, которая развернулась между людьми и демонами. Он сказал: - Вообще-то, тебе совсем не обязательно было создавать секту. Один только твой метод культивации открыл новый путь для этих полу-людей, полу-демонов. Так зачем же ты так усердно стараешься? Нин Шу сказала: - Никогда не помешает иметь свою секту. - Секта только ограничивает циркуляцию этого метода культивации, - сказал Цин Юэ. – А когда есть секта, будет и конфликт интересов. Нин Шу потёрла свой лоб. Она крепко задумалась о том, стоит ли ей что-то делать или нет. Прежде Нин Шу сделала Непревзойдённые Боевые Искусства методом культивации её секты. Он не должен был распространяться вовне, так как она боялась, что этот метод могут использовать в расе людей или в расе демонов. Но все разбросанные по миру пол-люди, полу-демоны могут вступить в Секту Долгожительства. Тогда она должна просто сделать Секту Долгожительства организацией для полу-людей, полу-демонов. Нин Шу выпустила свою духовную энергию и спасла ученика. Затем она перенесла его обратно. Для маленького ученика это было впервые, когда он кого-то убивал, поэтому его лицо было смертельно бледным, он плакал и его тошнило. Это было очень жалкое зрелище. Нин Шу не стала его утешать. Культивация – это всё равно, что сражение против небес и сражение против друг друга. Естественно, им придётся испытать все эти вещи на себе. Вскоре, Цзян Лэ привёл группу учеников обратно. На телах некоторых учеников были раны, поэтому Нин Шу скормила им лечебные пилюли. Она отправила духовный корабль обратно в секту. Когда они прибыли к вратам секты, Нин Шу села в кресло в главном зале и сказала своим ученикам: - Я планирую открыть метод культивации секты внешнему миру. Остальные ученики особо никак не отреагировали, но Цзян Лэ нахмурил брови и спросил: - Разве этот метод культивации не был только для секты? Ещё тогда, когда вы меня ему обучали, вы даже заставили меня покляться, чтобы я никогда не распространял его вовне, говоря, что люди тоже могут культивировать этот метод. Так почему же вы теперь хотите распространить его? ---------- С Таким Молчаливым Пренебрежением Цзян Лэ действительно не мог понять, о чём Нин Шу думала. В один момент она делала что-то одно, а в другой – уже нечто другое. Она открыла секту так, словно просто наблюдала за представлением и игралась. После того, как она не позволила никому владеть божественным артефактом, она теперь говорит, что хочет распространить метод культивации секты вовне. Нин Шу сказала: - Будет довольно неплохо позволить другим полу-людям, полу-демонам изучить этот метод культивации. Цзян Лэ поджал губы и сказал: - Подождите, пока секта не станет достаточно сильной. Тогда они просто смогут присоединиться к секте, чтобы культивировать. Если вы распространите этот метод культивации, то какой будет смысл существования секты? Нин Шу посмотрела на Цзян Лэ и тихо сказала: - Люди часто говорят о тепле дома. Это единственная секта для полу-людей, полу-демонов, так как же в ней не может быть смысла? Цзян Лэ, у тебя, похоже, есть сильное мнение на этот счёт. Нин Шу посмотрела на Цзян Лэ с высоты своего места. Цзян Лэ почтительно сложил руки вместе и сказал: - Этот ученик не смеет возражать. Этот ученик просто говорит с точки зрения секты. Нин Шу кивнула. - Тогда иди и культивируй. Ли Шулань, а ты пока останься. Цзян Лэ поджал губы и глянул на Нин Шу и Ли Шулань. Затем он почтительно сложил руки и ушёл, забрав с собой учеников. Ли Шулань отсалютовала Нин Шу, прокричав: - Эта ученица выражает своё почтение Учителю. Нин Шу увидела, что Ли Шулань начала становиться всё красивее и красивее, и спросила её с улыбкой: - Как тебе живётся в секте? Ли Шулань ответила: - Я очень счастлива. - Это хорошо. Я буду рассчитывать на твою помощь по вопросам секты, - сказала Нин Шу. Ли Шулань кивнула. - Культивируй хорошенько. Как думаешь, то, что я хочу распространить этот метод культивации – это неправильно? – спросила Нин Шу. - Эта ученица будет слушаться Учителя – покорно сказала Ли Шулань. - Я спрашиваю твоего мнения. Нин Шу посмотрела на Ли Шулань. Ли Шулань сказала: - То, что делает Учитель, всегда правильно. Нин Шу: … Обдумав всё, Нин Шу всё равно решила распространить метод культивации. Она тут же отправилась в Чёрный Город, чтобы раздать эту технику некоторым полу-людям, полу-демонам. А что касалось того, будут ли полу-люди, полу-демоны культивировать эту технику, она в это вмешиваться не станет. Тем временем, мастер Цин Хуа и Юй Линэр чувствовали себя очень горестно. Они не знали, каким ядом их отравили, но теперь их тела испытывали очень сильный зуд. Мастер Цин Хуа всё ещё мог использовать свой высокий уровень культивации, чтобы подавить этот зуд. Но Юй Линэр этого сделать не могла. Её культивация была не такой высокой, как у мастера Цин Хуа, поэтому она могла лишь чесаться без остановки. Можно даже сказать. Что Юй Линэр оказалась в полной мере вовлечена в это отравление несмотря на то, что была невиновной стороной. Когда Нин Шу набросилась на мастера Цин Хуа, Юй Линэр стояла рядом с ним, поэтому тоже вдохнула немного отравленного порошка. Когда мастер Цин Хуа увидел Юй Линэр в таком состоянии, когда она непрерывно чесалась до состояния шрамов по всему лицу, он взволнованно отправился на поиски противоядия. В этот раз мастер Цин Хуа не присутствовал в большой битве между людьми и демонами, потому что поспешно отбыл на поиски противоядия для себя и Юй Линэр. Он без отдыха искал необходимые для противоядия материалы. Нин Шу приводила своих учеников с собой, чтобы участвовать в большой битве между людьми и демонами. По большей части она просто ходила рядом, как хотела, и приводила учеников на тренировку. Это позволило Секте Долгожительства обрести некоторую репутацию. Затем Нин Шу попросила Цин Юэ поводить её по миру. Если они встречали полу-людей, полу-демонов, она делилась с ними техникой культивации. Как бы там ни было, способность Цин Юэ к телепортации была достаточно потрясающей, чтобы справиться с этой задачей. Нин Шу спросила у Цин Юэ: - Как там твой прогресс в попытке пробиться через пустоту? Цин Юэ тихо вздохнул. - Я пока пытаюсь найти точку вне мира. Но даже до сегодняшнего дня мне всё ещё не удалось вступить в контакт ни с одной из них. Нин Шу могла лишь утешить его. - Не торопись. В итоге, ты обязательно сможешь это сделать. Должно же быть какое-то правило, даже если я его не знаю. Нин Шу мысленно спросила у 2333: - Как вы находите эти точки червоточин? 2333 ответил: - На небольшом расстоянии это можно сделать посредством вычислений. Но есть бесчисленное множество точек, которые не зафиксированы. Система может это просчитать. Но для кельпа, если он хочет вырваться из этого мира, он может полагаться только на себя. Блин, теперь всё стало ещё сложнее. Нин Шу посмотрела на Цин Юэ. - Двигайся постепенно. Ты обязательно сможешь найти точку, через которую сможешь вырваться. У меня на тебя большие надежды. Цин Юэ молча посмотрел на Нин Шу. Нин Шу не смогла выдержать молчаливого пренебрежения Цин Юэ. - Что бы ты там ни думал, просто скажи это вслух. ---------- Тем Лучше Я Смогу Защитить Секту Цин Юэ покачал головой. - Мне нечего тебе сказать. Нин Шу: … Великая война между людьми и демонами была крайне напряжённой. Несколько менее сильных демонов воспользовались преимуществом этой хаотичной битвы, чтобы тайком прокрасться на территорию расы людей и начать резню обычных смертных. Когда Нин Шу проходила мимо них, она тут же уничтожала таких демонов. И ни одного не оставляла в живых. Нин Шу чувствовала, что её время задания подходит к концу. Секта Долгожительства была на верном пути, и в неё вступало всё больше и больше учеников. Она посчитала, что набрала немного репутации во время великой войны между людьми и демонами. Некоторые полу-люди, полу-демоны добровольно пришли выразить своё почтение Секте Долгожительства и вступили в секту. Среди этих учеников положение Цзян Лэ становилось всё более и более стабильным. Он принимал на себя всё больше ответственности с изящным отношением. Его темперамент был выдающимся и полным лихости. Когда Цзян Лэ видел Нин Шу, он улыбался и вкладывал кулак в ладонь, салютуя ей и называя её Учителем. Нин Шу периодически проверяла его прогресс культивации. Его скорость культивации тоже была довольно быстрой, и его духовная энергия начала становиться плотнее и тяжелее. Когда он выпускал свою духовную энергию, огромный тигр рычал в небо. Он создавал такое же чувство, как и тигр, рычащий в лесах, и десятки тысяч существ склонялись перед ним, выражая своё верноподданство. Когда ученики только начинали культивировать Непревзойдённые Боевые Искусства, оно не могло сравниться с настоящей техникой культивации. Но, чем дальше они продвигались, тем сильнее становились. И эта техника также питала тело и приводила в порядок гены. Нин Шу прищурившись наблюдала за тем, как Цзян Лэ выпускает свою духовную энергию. Этот тигр был по-настоящему яростным. - Учитель, смогу ли я культивировать до такой степени, когда стану таким же сильным, как вы? – спросил Цзян Лэ. Нин Шу кивнула. - Обязательно. Цзян Лэ продолжил спрашивать: - А что насчёт того, чтобы стать даже ещё сильнее, чем Учитель? Нин Шу: →_→ - Учитель? Цзян Лэ посмотрел на Нин Шу. - Да, - тихо сказала Нин Шу. На лице Цзян Лэ появилась улыбка. Он сказал: - Чем сильнее я стану, тем лучше я смогу защитить секту. Нин Шу улыбнулась, но не сказала ни слова. Цин Юэ днями и ночами методично экспериментировал с тем, как пробиться через пустоту, желая покинуть этот мир, в котором он пробыл уже чёрт знает сколько времени. А когда Цин Юэ погружался во что-то, он совершенно забывал обо всём остальном. Нин Шу похлопала Цин Юэ по плечу. - Ты должен продолжать постепенно экспериментировать. Возможно, я скоро уйду. - О. Цин Юэ кивнул. - Я тебя подбадриваю, - с улыбкой сказала Нин Шу. Она скоро покинет этот мир. Всё-таки, она изменила судьбу Сяо Сусу, и угрожающей её жизни печати на теле больше нет. К тому же, с её нынешней силой, лишь немногие смогут её убить. Нин Шу как раз села на постели, скрестив ноги, планируя заняться культивацией, когда в её голове снова появился голос 2333. - Это задание провалено… Провалено?! У Нин Шу даже не было времени на то, чтобы удивиться произошедшему, когда она почувствовала, как гигантское давление начало сдавливать её душу. И когда её душа вот-вот была готова рассеяться, ей на защиту пришла сила, которая помогла собрать рассеивающуюся душу. Нин Шу почувствовала такую боль, что хотела просто умереть. Так вот значит, как это ощущается, когда тебя уничтожает. После того, как Нин Шу вернулась в системное пространство, она рухнула на диван и накрыла голову руками. Это было очень и очень больно. Остатки той уничтожительной силы всё ещё остались в её душе. Она не знала, как много времени прошло, пока та сила, что хотела развеять её душу, наконец-то исчезла. Нин Шу опустила голову и посмотрела на свою душу. Она казалась немного тусклой. Не думая о том, почему задание оказалось провалено, она начала культивировать свою душу. Когда её душа, наконец, стала более прочной, Нин Шу нетерпеливо спросила у 2333: - Почему задание провалено? Она же выполнила контратаку от лица Сяо Сусу, избавилась от печати и стала сильной. Так почему? Разве просьба Сяо Сусу не состояла в том, чтобы избавиться от оков её родословной? #комментарий анлейта: Малыш Цзян Лэ вырос (*๓´╰╯`๓)♡ ---------- Провалила Задание Нин Шу не знала, что она сделала не так, раз в этот раз задание было провалено. Если Сяо Сусу хотела превратиться либо в человека, либо в демона, тогда Нин Шу была беспомощна. Если бы у неё не было того защитного талисмана, то она была бы уничтожена. Нин Шу спросила у 2333: - Почему в этот раз провал? 2333 пробормотал что-то себе под нос на мгновение, а потом сказал: - Это потому, что поручитель, Сяо Сусу, решил, что твоё задание провалено. Нин Шу почувствовала себя ещё больше сбитой с толку. Поручитель, Сяо Сусу, появилась в системном пространстве. Нин Шу спросила: - Почему ты решила, что моя контратака провалена? Сяо Сусу поджала губы и, наконец, сказала: - Ты ничего не сделала в этом мире, но имела молниеносную скорость культивации, набрала себе всевозможные редкие сокровища и основала секту. Тем временем, у меня были плохие способности. Твоя контратака просто совсем не похожа на мою жизнь, - тихо сказала Сяо Сусу. Нин Шу плотно нахмурила брови. - Но, если бы я не была сильной, как бы я смогла сбросить оковы твоей родословной? - И всё же, твоё невероятное преимущество появилось из-за того, что у тебя были те, кто тебе помогал. Но у меня-то никого нет, - сказала Сяо Сусу. – Я заплатила свою душу, но я не удовлетворена твоей контратакой. Проще говоря, когда она увидела, насколько всё гладко проходит в жизни Нин Шу в этом мире, а потом оглянулась на свою горькую жизнь, она просто почувствовала, что над ней насмехаются. - Ладно, ладно… Нин Шу просто не знала, что сказать. Она спросила: - Тогда, может, попросишь других получателей заданий, чтобы они контратаковали за тебя? Сяо Сусу покачала головой. - Не буду. Нин Шу мысленно прочитала очищающую сердце мантру, чтобы подавить своё раздражение. - Тогда, ты больше не хочешь контратаковать? – спросила Нин Шу, поднимая брови. Сяо Сусу замолчала на некоторое время, после чего сказала: - Я планирую вернуться. - Что ты имеешь в виду? – Нин Шу изумлённо посмотрела на Сяо Сусу. – Вернуться в тот мир, где я за тебя контратаковала? Сяо Сусу кивнула. Нин Шу закатила глаза и её выражение лица стало холодным. - Ты рассудила, что моё задание было провалено. А теперь ты хочешь вернуться в тот мир, где я за тебя контратаковала. Разве это не получается, что ты просто хочешь прийти на всё готовое? Ты просто не хочешь предлагать свою энергию души, разве не так? Сяо Сусу поджала губы и ничего не сказала. 2333 сказал: - Несоответствие правилам транзакции. Уничтожение. Сяо Сусу встревожилась. Её душа начала медленно исчезать. Она завопила: - Я не вернусь! Пощадите меня, пощадите… Душа Сяо Сусу совсем исчезла, но в системном пространстве всё равно ещё эхом разносились её болезненные страдальческие вопли. Нин Шу только что увидела, как прямо перед ней была уничтожена душа. Она почувствовал себя немного встревоженной. Если бы у неё не было защитного талисмана, то она бы растворилась как дым на ветру, точно так же, как сейчас это сделала Сяо Сусу. Нин Шу потёрла свой лоб, чувствуя сильную усталость. - Поручитель тоже может быть уничтожен? – спросила Нин Шу. Она всегда думала, что только получатели заданий могут быть уничтожены. Она никогда не думала, что поручители тоже могут быть уничтожены. 2333 серьёзно и торжественно сказал: - У неё был шанс запросить контратаку, предложив свою душу и попросив кого-нибудь другого контратаковать от её лица, поэтому она должна подчиняться регламенту. Много кто хочет контратаковать, но у них нет возможности попросить об этом. Ладно, значит это задание просто прошло впустую. 2333 посоветовал Нин Шу: - На следующем задании сначала проясни всё с поручителем. Скажи, что если они хотят контратаковать, тогда они должны заплатить цену. Нин Шу кивнула: - Я знаю. В этот раз она потерпела поражение. Получается, что она вот так, впустую, потратила защитный талисман, который стоил 35 очков заслуг. - Если поручитель говорит, что задание провалено, тогда оно считается проваленным? – спросила Нин Шу. Провал на задании означает уничтожение. Если поручители могут просто объявлять о проваленных заданиях, когда им вздумается, тогда не будет иметь значения, как много у неё имеется защитных талисманов, этого будет недостаточно. 2333 сказал: - Это зависит не только от поручителя. Есть ещё и способ подсчёта очков опыта. Основная причина, почему твоё задание в этот раз было провалом, это потому, что количество внешней помощи, которую ты получила, было слишком большим. Как только ты уйдёшь, эта удача не останется с телом поручителя. Нин Шу: (ノ*T_T*)ノ┴—┴ Эмоционально переворачивает стол. Она почувствовала себя так, словно никогда больше не сможет полюбить. #комментарий анлейта: Ну. Вот те на. Когда я впервые прочитала концовку, я была в таком шоке. *молча зажигает свечку за Нин Шу* Но, тем не менее, это был хороший заход. ---------- Цзян Лэ Конечно же, пушечное мясо должно оставаться пушечным мясом. Оно не должно делать ничего, что соответствует протагонисту. Нин Шу удручённо легла на диван. Она будет спать! Ничто не могло развеять тех угрюмых чувств, которые были у неё на душе. Возможно, мир имел добрые намерения, когда увеличил удачу её тела. Но… Если она продолжит об этом говорить, она расплачется. Нин Шу продолжила думать об этом. Она должна проживать свою жизнь как поручитель, особенно когда она контратакует за них. Но… Та внешняя помощь была не по её вине. Она должна просто поспать. Нин Шу не знала, как долго она спала, прежде чем проснулась и почувствовала себя гораздо менее угрюмой. Она сказала 2333: - Я хочу увидеть, что произошло в том мире после того, как я ушла. Всё же, это была секта, которую Нин Шу сама основала. Она хотела посмотреть на неё. - Ладно, - сказал 2333. – Этот мир последовал дальше после событий твоей контратаки. Перед Нин Шу появился экран. На экране была Нин Шу в её посмертной позе. На её одежде уже была пыль, поэтому она, вероятно, уже некоторое время пробыла мёртвой. - Я же только что вернулась в это системное пространство, а почему всё выглядит так, словно на той стороне прошло много времени? – спросила Нин Шу. - Разный поток времени. Нин Шу посмотрела на картинку на экране. Цзян Лэ толкнул дверь комнаты и вошёл. Когда он увидел, что человек сидит на диване, скрестив ноги и опустив голову, он подумал, что она спит. Цзян Лэ вложил кулак в ладонь и окликнул её: - Учитель. А потом он стал ждать ответа своего учителя. Он долго стоял в поклоне, но так и не получил ответа. Он подошёл к ней, нахмурив брови и снова позвал: - Учитель. Цзян Лэ протянул руку и поднёс пальцы к её ноздрям. Дыхания не было. Он убрал руку, с выражением шока на лице. Он плотно сжал губы и в его глазах мелькнули огоньки. Цзян Лэ не пошёл говорить другим, что лидер секты умерла. Место этого встал на колени пред трупом и трижды поклонился. Затем он взял Раскалывающий Небо Топор, лежащий рядом с трупом. Раскалывающий Небо Топор был очень тяжёлым. Учитывая тот факт, что Цзян Лэ не выковал его сам, от него потребовалось немало усилий, чтобы поднять топор. Цзян Лэ посмотрел на Раскалывающий Небо Топор в его руке, и на его лице появилась улыбка. Он повернулся к трупу и сказал: - Учитель, этот ученик приведёт эту секту, которую вы основали, к величайшим высотам её развития. Цзян Лэ протянул руку и коснулся головы трупа. Труп тут же рассыпался пеплом. Цзян Лэ сказал: - Но, Учитель, ваша эпоха уже окончена. Вот что за парень! Вы огорчаете переводчика, если читаете это не на сайте https://tl.rulate.ru/book/11249 Когда Нин Шу досмотрела до этого момента, она невольно подняла брови. Ещё когда она думала, стоит ли ей принимать Цзян Лэ в качестве ученика, она постоянно думала над этим. И только после долгих размышлений, она, наконец, решила его принять. Видя сегодня подобный результат, у Нин Шу возникло некое предчувствие. Цзян Лэ по природе своей был амбициозным и безжалостным. Если ему дать лестницу, которая достигает неба, то он будет взбираться по этой лестнице до самых небес. Цзян Лэ, который заполучил Раскалывающий Небо Топор, очень быстро перековал его. А потом он провёл общее собрание секты и объявил себя лидером Секты Долгожительства, держа в руке Раскалывающий Небо Топор. Немало членов секты были озадачены тем, куда делся их учитель. Цзян Лэ объяснил, что Учитель и Старейшина Цин Юэ ушли вместе в поисках высшего мира. Цин Юэ уже давно исчез. Теперь же, не только божественный охранный артефакт оказался в руках Цзян Лэ, но он также был главным учеником, и его сила была величайшей, среди всех. Не было ничего дурного в том, что он унаследовал должность лидера секты. Цзян Лэ воздал все почести портрету учителя-основателя "Нин Шу" и официально стал лидером Секты Долгожительства. #комментарий анлейта: Ого, вот это окончание… Кто бы мог подумать, что это будет Цзян Лэ. Цзян Лэ до самого конца был нахальным хулиганом, но у меня такое чувство, что он потом ещё появится позже. (＾▽＾) А теперь к следующей арке..! ---------- Там Сюрприз Нин Шу наблюдала за тем, как Цзян Лэ захватывает должность лидера Секты Долгожительства. Его сила становилась всё больше и больше, что, с положительной стороны, сделало Секту Долгожительства довольно хорошо известной. Более того, Цзян Лэ был склонен к безжалостности. Стоило его только спровоцировать, он тут же обрушивал грозу. Пока он был подчинённым Нин Шу, он всё ещё сдерживался, но теперь у него не было никаких колебаний. Однако это был мир, где сильных уважают. В этом мире не было концепции правильного или неправильного, и только самые безжалостные способы могли внушать страх в других. Цзян Лэ всегда жаждал заполучить Секту Долгожительства. Он был против того, когда Нин Шу сказала, что никто не должен владеть вратами секты. Когда Нин Шу сказала, что она хочет распространить Непревзойдённые Боевые Искусства, Цзян Лэ тоже возражал, говоря, что только те, кто вступили в Секту Долгожительства должны уметь практиковать этот метод. Цзян Лэ не волновало то, как жили полу-демоны в этом мире. Его волновали только интересы Секты Долгожительства и его собственные интересы. Однако Нин Шу была довольно рада одной вещью – много кто практиковал её Непревзойдённые Боевые Искусства. Включая и людей, и демонов. Нин Шу выключила экран и молча легла на диван. У неё никогда раньше не было провала на задании, но в этот раз у неё случился провал. И хотя она не особо возражала по этому поводу, она всё равно чувствовала некоторое разочарование. - Не хочешь открыть панель характеристик и немного приободриться? – спросил 2333. Нин Шу закатила глаза. - Я же провалила это задание, так что не получила ни очков опыта, ни очков атрибутов. Если я на это посмотрю, то это только испортит моё настроение. Приободриться? Ага, как же. 2333 сказал: - Но там сюрприз для тебя. Сюрприз?! Нин Шу тут же села и открыла панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 5150000 Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 224 Харизма: 10 Удача: 54 Воля: 130 Боевые искусства: 142 Вера: 64 (+1000) Способность: 59 Заслуги: 30 (+10000) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x6 (-1) Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Нин Шу была ошеломлена, когда она прочитала характеристики. Она получила дополнительные одну тысячу очков веры и десять тысяч очков заслуг! Вот это да! Нин Шу почувствовала себя так, словно ей на колени только что упал слиток золота. Это было невероятно. - Откуда тут так много очков заслуг? – спросила Нин Шу. - Вероятно, это из-за того мира. Все существа в том мире существуют только благодаря тебе. Ты позволила этому миру вернуться в море таинства и создала условия, в которых было возможно создание этих живых существ. Нин Шу накрыла сердце рукой. Это был действительно приятный сюрприз. Угрюмое настроение в её сердце тут же рассеялось. Как бы там ни было, любой урожай – это хорошо. По крайней мере, это не оказалось сплошной бесполезной тратой времени. - Твои Непревзойдённые Боевые Искусства тоже слегка изменились, - напомнил 2333 Нин Шу. Нин Шу поспешила достать свою книгу Непревзойдённых Боевых Искусств. Когда она только впервые нашла это тайное руководство, оно было отсыревшим и слегка плесневелым. Если бы не тот факт, что она хранила его в системном пространстве, то его уже наверняка бы съела моль. Однако теперь эта книга выглядела совершенно новой. Страницы излучали слабый золотистый свет, а на самой обложке каллиграфическим шрифтом было написано: Непревзойдённые Боевые Искусства. Нин Шу немного разволновалась. Она открыла книгу и обнаружила, что мантры и инструкции уже исчезли. Вместо этого там были картинки животных. ---------- Улучшенные Непревзойдённые Боевые Искусства На первой странице был рычащий тигр, на второй странице был журавль, на третьей странице был орёл… Там были всевозможные животные, включая слонов, змей и крупный рогатый скот. На каждой странице было животное, и было несколько пустых страниц без животных на них. Нин Шу уже начала примерно понимать, что происходит. Она спросила у 2333: - Сформированные энергии всех, кто практикует Непревзойдённые Боевые Искусства, появятся в этой книге? - Вероятно, - сказал 2333. – Это может оказывать вспомогательный эффект на тебе. С этим ты сможешь культивировать и усиливать своё тело даже в современных мирах, где меньше духовной энергии. Потрясающе! Нин Шу обняла книгу. Хоть она и провалила задание, но она получила кучу бонусов. Её настроение тут же улучшилось, и она взяла звёздный песок, чтобы отнести его в сборное пространство и найти сереброволосого мужчину. После мгновения головокружения она уже стояла на древних улицах сборного пространства. Она отправилась прямо в комнату консультаций. Едва она только вошла в комнату консультаций, она почувствовала элегантный аромат агарового дерева. Этот аромат заставил её сердце почувствовать несравненное спокойствие, словно весь духовный стресс смыло прочь. Нин Шу начала отчаянно вдыхать. Любая дополнительная капля была приятным бонусом. Сереброволосый мужчина вышел из внутренней комнаты и поднял брови, когда он увидел Нин Шу. В его руке была всё та же книга в кожаной обложке. Нин Шу невольно задумалась, что это за книга? - Присаживайся. Сереброволосый мужчина сел. Нин Шу села напротив него, выпрямив спину и изогнув шею, чтобы попытаться увидеть, что в той книге, но она ничего не увидела. Хоть эта книга явно была перед ней, но от неё она чувствовала сильное головокружение. А раз она не могла заглянуть в книгу, она просто сдалась и сказала: - Я нашла звёздный песок. На лице сереброволосого мужчины появилось удивление. - Так быстро? Нин Шу достала звёздный песок, который она нашла в мире задания и положила его на стол. Сереброволосый мужчина глянул на Нин Шу, а потом потянулся своими стройными пальцами и подобрал звёздный песок. Внимательно его осмотрев, он кивнул. - Это звёздный песок. Как ты его нашла? – спросил сереброволосый мужчина. Нин Шу плотно сжала губы и сказала: - Вы мне поверите, если я скажу вам, что просто подобрала его на дороге? Сереброволосый мужчина лишь глянул на Нин Шу и спросил: - Что же ты хочешь в обмен на него? Какое ты хочешь сокровище? Нин Шу небрежно отмахнулась рукой. - Мне не нужно сокровище. Могу я теперь получать бесплатные консультации? - Ни за что. Сереброволосый мужчина тут же отказался. Нин Шу: Блять… - Иногда оплата за вопрос настолько высока, что даже если у тебя есть целое состояние, ты не сможешь себе её позволить, - тихо сказала сереброволосый мужчина. Нин Шу: →_→ - Как насчёт такого варианта? Я могу позволить тебе три бесплатных вопроса, - сказала сереброволосый мужчина. Какой он скупой! Нин Шу начала торговаться: - Десять бесплатных вопросов. Сереброволосый мужчина просто смотрел на Нин Шу и ничего не говорил. - Восемь. Семь. Шесть. Пять, пять бесплатных вопросов. Меньше я не приму. - Три, - тихо сказала сереброволосый мужчина. – Ты можешь не соглашаться на такой обмен. Блин, этот магазин просто обдирает своих клиентов. У Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как кивнуть. - Я согласна. Сереброволосый мужчина тоже кивнул. - Хорошо. Нин Шу была очень удручённой и просто уставилась на сереброволосого мужчину. Сереброволосый мужчина спросил: - У тебя есть вопросы? Изначально Нин Шу хотела спросить, кем был сереброволосый мужчина и почему у него такие волосы. Однако, немного подумав, она решила, что будет лучше не тратить в пустую эти три вопроса. Всё же, они были людьми разного уровня, поэтому эта информация была для неё бесполезной. Сереброволосый мужчина взял звёздный песок и ушёл вместе со своей книгой. Нин Шу медленно поднялась, яростно вдыхая аромат. После этого она медленно покинула комнату консультаций. Она планировала пойти в ресторан, чтобы немного поесть. Каждый раз, когда она посещала сборное пространство, ей нужно было наесться, пока она не почувствует удовлетворение. ---------- Мы Можем Работать Вместе Как только Нин Шу вошла в ресторан, к ней подошёл официант и сказал: - Уважаемый гость, у меня есть для вас столик. Прошу, следуйте за мной. Нин Шу посмотрела в том направлении, куда жестом указал официант и увидела красиво одетого Чжан Цзясэня, который улыбался ей издалека. Тело Нин Шу тут же покрылось гусиной кожей, и она развернулась, чтобы уйти, но официант тут же сказал: - Уважаемый гость, тот гость знал, что вы не захотите идти туда, поэтому он попросил меня передать вам сообщение. - Что за сообщение? Нин Шу подняла брови и посмотрела на Чжан Цзясэня. - Мы можем работать вместе, - сказал официант. Работать вместе с Чжан Цзясэнем? Что за шутка! А потом она закончит тем, что ей придётся считать деньги после того, как Чжан Цзясэнь её продаст! Нин Шу развернулась и вышла из ресторана. Чжан Цзясэнь покачал головой и побежал вдогонку за Нин Шу. Нин Шу с опаской посмотрела на него. - Я не понимаю, зачем ты настаиваешь на том, чтобы провоцировать меня? Неужели ты хочешь отомстить? Чжан Цзясэнь тихо сказал: - Прошлое незначительно, с какой стати мне хотеть отомстить? Я просто хочу работать с тобой, так как мы считаемся за знакомых. Я тебя не знаю, ясно? Нин Шу отказалась. - Не нужно работать вместе. И нет никакой гарантии, что мы столкнёмся друг с другом в одном мире. Чжан Цзясэнь сказал: - Если мы столкнёмся в одном мире и окажемся врагами, то мы можем, по незнанию, навредить друг другу. Вот почему я хочу работать вместе. Всё же, мы с тобой знакомы друг с другом. Нин Шу ничего не сказала. Взгляд Чжан Цзясэня сверкнул, а потом он сказал: - Если мы повстречаемся друг с другом в каком-нибудь мире, то нам будет очень важно знать о существовании друг друга. Я серьёзно. Я не хочу становиться твоим врагом. - А потом? Нин Шу посмотрела на Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэнь достал красную нить и сказал: - Это приспособление позволит нам узнать о существовании друг друга. Когда Нин Шу увидела, что держит в руке Чжан Цзясэнь, её зрачки сжались, а сердце ёкнуло. Это же та самая грёбанная нить любви?! Чжан Цзясэнь действительно достал нить любви. Вот ведь злобный сучёныш. Нин Шу фыркнула и сказала: - Не нужно. Затем она развернулась и пошла прочь. Чжан Цзясэнь потянулся и коснулся руки Нин Шу. Это было краткое прикосновение, и он тут же убрал руку, но нить любви уже вошла в руку Нин Шу после этого прикосновения. На её запястье появилась красная нить. Нин Шу глянула на своё запястье, а потом холодно посмотрела на Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэнь улыбнулся и сказал: - Таким образом, когда мы столкнёмся друг с другом в одном мире, мы узнаем друг друга и не станем случайно вредить друг другу. Нин Шу закатила глаза и подняла руку. - Приглядись. Красная нить на запястье Нин Шу постепенно начала рассеиваться, пока не превратилась в красный дым и не исчезла. Чжан Цзясэнь просто поднял брови и спокойно сказал: - Ты не согласна? - С какой стати я должна соглашаться с тобой? Ты использовал на мне нить любви. Думаешь, что я – Мяо Мяомяо? Что ты меня обманешь, и я умру? Нин Шу насмешливо посмотрела на него. - Если ты хочешь отомстить, то мы можем сразиться в открытую. Нин Шу сделала пару шагов назад. Чжан Цзясэнь улыбнулся и покачал головой. - Только потому, что мы однажды были не в ладах, ты затаила такую враждебность на меня. Нин Шу: Какого хрена… Это же он явно не задумывал ничего хорошего, однако говорит, что она была враждебной? - Да, я очень враждебна по отношению к тебе. Нин Шу мысленно сказала 2333: - Возвращаемся в системное пространство. ---------- Ради Моего Сына, Я Готова Чжан Цзясэнь просто с безразличным выражением на лице наблюдал за тем, как исчезает Нин Шу, а потом развернулся и пошёл прочь. Когда Нин Шу вернулась в системное пространство, она села на диван, чтобы прочитать очищающую сердце мантру. Из-за Чжан Цзясэня ей действительно хотелось проблеваться кровью. Неужели он действительно думал, что она настолько наивна? Что ореол веры, который может заблокировать все проклятия и на покупку которого она потратила так много очков веры – это фальшивка? Хорошо, что она купила ореол веры, который мог оградить её от всех проклятий сразу после того, как пострадала от проклятия, когда была женщиной-императором. Однако она не ожидала, что Чжан Цзясэнь окажется первым, кто протестирует эффект этого ореола. Этот сучёныш явно хотел отомстить. Тогда, в своём мире, он довёл себя до самоубийства. Он даже убил ни в чём неповинную Мяо Мяомяо, поэтому он ни за что не отпустит это просто так. Нин Шу почувствовала себя немного самодовольной. Нить любви была уничтожена, поэтому он зря потратил свои очки. Он совершенно точно это заслужил! Нин Шу пока не планировала отправляться на следующее задание. Её настроение ещё не восстановилось от того, что произошло в прошлый раз. Она взяла книгу с полки и начала сосредоточенно её читать. После того, как она закончила, она убрала книгу обратно на полку. После этого Нин Шу взяла лейку и полила яркие комнатные растения, но всё равно чувствовала себя неуютно, поэтому просто легла на постель, чтобы поспать. После того, как она выспалась, она села на диване и сказала 2333: - Давай встретимся с поручителем для следующего задания. - Ладно. Как только 2333 закончил говорить, в системном пространстве появилась женщина. У этой женщины были короткие кудрявые волосы и ей на вид было около пятидесяти лет. Нин Шу была немного удивлена. Это было впервые, когда она встретилась с таким старым клиентом. - Меня зовут Ян Цзыи. Я хочу, чтобы вы помогли мне контратаковать, - сказала Ян Цзыи, обращаясь к Нин Шу. – Вы такая молодая… Ян Цзыи выглядела настроенной несколько скептически. - Вы – получатель заданий? Нин Шу кивнула. - Вы должны заплатить свою цену за контратаку. Вам придётся предложить часть своей духовной энергии. Вы уверены, что хотите контратаковать? Ян Цзыи замолчала на мгновение, а потом кивнула и сказала: - Ради своего сына, я готова. Нин Шу снова спросила, чтобы всё было наверняка: - Вы уверены, что хотите контратаковать? - Я уверена, - сказал Ян Цзыи. Когда Нин Шу услышала, что целью задания был сын Ян Цзыи, она кивнула: - Я берусь за это задание. Душа Ян Цзыи исчезла из системного пространства. Нин Шу сделала глубокий вдох, а потом сказала: - Давай начнём задание. Вы огорчаете переводчика, если читаете это не на сайте https://tl.rulate.ru/book/11249 - Ладно. Как только 2333 закончил говорить, Нин Шу почувствовала лёгкое головокружение. Как только её душа закончила приспосабливаться к телу, прежде чем она даже открыла глаза, она услышала топающие звуки из соседней комнаты. Эти шаги были такими громкими, что пол словно вибрировал. Сердце Нин Шу запылало гневом. Она была крайне раздражена. Она мысленно прочитала очищающую сердце мантру. Всё её тело словно покрылось потом. Это было очень неуютное ощущение. Само её тело ощущалось неуютным, и она чувствовала сильное раздражение. К тому же, у неё было учащённое сердцебиение. Это явно были симптомы менопаузы. О, небеса. Как же отстойно, когда приходят месячные, но ещё более отстойно, когда они не приходят. Она продолжила читать очищающую сердце мантру пока её сердце не успокоилось немного, а потом начала получать историю. Ян Цзыи была матерью-одиночкой. Она развелась с мужем раньше, чем они прожили в браке семь лет. Муж Ян Цзыи был из тех людей, которые встречают свою настоящую любовь только после того, как женятся. Он встретил подобную истинную любовь, которая была чистой и непритязательной, в отличие от увядающей женщины у него дома. Он согласился платить большую сумму алиментов, чтобы развестись с Ян Цзыи, и позволить Ян Цзыи оставить ребёнка себе. А потом он с радостью женился на своей истинной любви. Каждый месяц он отправлял деньги на проживание Ян Цзыи и его сына Ван Бо. Ян Цзыи была из тех людей, которые довольно добрые… Ну, она не то, что бы была прямо добрая, она была скорее покорным и робким человеком. Она осталась жить одна со своим шестилетним сыном и не вышла замуж во второй раз несмотря на то, что прожила столько времени. ---------- Обращалась Как с Принцессой Ян Цзыи была доброй женщиной, которой не нравилось спорить с другими. Она уже привыкла к тому, что во всём уступает, и была доброй и честной. Под её наставлениями, её сын, Ван Бо, тоже вырос таким добрым человеком. Более того, так как он вырос в семье с одним родителем, то у него был тихий характер. Ему было уже за тридцать, но он всё ещё не женился. Однако потом Ван Бо встретил Цай Аньци, женщину, которая была на два года старше него. Эта Цай Аньци была женщиной с прекрасными чертами лица и хорошей фигурой. Она сказала Ван Бо: - Ты честный и добрый, в отличие от других мужчин, которые тратят все свои деньги и время на алкоголь и удовольствия. Ты выглядишь очень надёжным. Ван Бо был практически ошеломлён такой оценкой от человека старше него. Они начали постепенно узнавать друг друга получше, и, в итоге, поженились. Не так-то легко жениться на такой отличной жене, поэтому в глазах Ван Бо она была драгоценным яблоком, и он заботливо ценил её. Ян Цзыи тоже была очень добра к своей невестке. Обычно она не позволяла своей невестке делать какую-либо работу по дому и обращалась с ней практически как с принцессой. Ван Бо и Цай Аньци были женаты два года, но она всё ещё не забеременела. Ван Бо не особо переживал по этому поводу, так как есть полно людей, которые женаты много лет, но у них всё ещё нет детей. Но, когда Цай Аньци наконец-то забеременела, у неё начались кровотечения. Ван Бо хотел отвести Цай Аньци в больницу, но она отказалась идти, говоря, что у неё просто слабое здоровье. Однако симптомы кровотечения не проходили и, в итоге, ребёнок не выжил. Хоть Ван Бо и был опечален, его больше волновало здоровье Цай Аньци. Он спросил у доктора: - Что вызвало выкидыш? В следующий раз мы будем внимательнее к этому относиться. Доктор насмешливо сказал, что после нескольких абортов, стенки её матки стали тонкими, как бумага, так что какие у ребёнка могли быть шансы на выживание? Ван Бо почувствовал, что его словно ударило молнией. Цай Аньци солгала ему. Она была вертихвосткой. Так как она уже стала довольно взрослой, её семья начала подталкивать её к замужеству, поэтому она пошла и нашла себе честного мужчину, с которым можно жить. С самых древних времён и до наших дней, от женщин из борделя, до женщин, которым надоело заигрывать с мужчинами, они всегда находили честного мужчину, с которым можно провести остатки своих жизней. И подобные мужчины имели общее название, "герой, дающий фамилию". После этого выкидыша, Цай Аньци уже больше не могла рожать. Однако она этим не была обеспокоена, и сказала, что она продолжит жить с Ван Бо. Но Ван Бо был в ярости от подобного поведения Цай Аньци. Она не только обманула его, но она ещё и высокомерно вела себя перед ним. Он готов был заботиться о ней, потому что считал, что она была хорошей женщиной, но теперь он обнаружил, что она была из тех женщин, которые сами никого не любят. Кто знает, со скольким количеством народу она уже развлекалась? Ван Бо хотел развестись, но Цай Аньци была против. Она сказала, что он должен заплатить ей некоторую сумму денег, чтобы развестись; а иначе она откажется подписывать бумаги. Ван Бо хотел лишь освободиться от неё. Даже если ему придётся заплатить деньги, он отчаянно хотел развестись. В итоге, Цай Аньци не только обманула Ван Бо, но ещё и выудила у него немало денег, прежде чем развестись. Одна только мысль об этом приводила в ярость. Ван Бо пережил несчастливый брак, поэтому, после развода, он уже больше не хотел жениться снова. Из-за этого Ян Цзыи очень волновалась. Поэтому она начала всё больше обижаться на Цай Аньци. Ян Цзыи желала, чтобы её сын смог снова жениться, а Цай Аньци заплатила за то, что она сделала. После того, как Нин Шу получила сюжет, она могла лишь сказать, что бесстыдные злодеи всегда живут счастливо, в то время как честные люди страдают. Изначальному хосту было довольно неприятно столкнуться с подобной невесткой. Это общество было довольно открытым, но оно ещё не достигло той точки, когда оно становится открытым в отношении беспорядочных половых отношений. И хотя это было современное общество, на женщинах всё ещё было много оков. Нин Шу невольно смотрела на такую женщину свысока. Цай Аньци пользовалась тем временем, пока она была молодой, чтобы развлекаться с мужчинами, сколько ей хочется. А потом, когда она стала немного старше, она нашла честного и стабильно зарабатывающего мужчину, которого соблазнила и вышла за него замуж. В итоге, такому человеку, как Ван Бо, пришлось платить по её счетам. Она кланялась и пресмыкалась перед дрянными мужчинами, но перед честным человеком она вела себя так высокомерно. И теперь Ван Бо и Цай Аньци уже поженились, и у них теперь был медовый месяц. Кто знает, чем они там занимаются в соседней комнате? Наверное, играют в какую-нибудь игру типа "Поймай меня! Если поймаешь меня, тогда я тебе позволю… хе-хе-хе!" Нин Шу почувствовала, что всё её тело было покрыто потом, поэтому она пошла принимать ванну. После этого она села на постель и начала практиковать Непревзойдённые Боевые Искусства. ---------- Время Обедать После долгой тренировки, Нин Шу была прервана стуком в дверь. Когда она прекратила, она почувствовала крошечную прядь энергии, парящую в её теле. Это было довольно неплохо. Прежде ей не удавалось создать никакой энергии в современных мирах. Вероятно, теперь это стало для неё возможным, потому что она практиковала Непревзойдённые Боевые Искусства. Снова послышался стук в дверь, а потом мужской голос окликнул её: - Мам. Когда Нин Шу поднялась с постели и открыла дверь, она увидела Ван Бо и Цай Аньци, стоящих у её двери. Ван Бо был мужчиной среднего роста с простым и честным лицом. Его внешность не была такой уж плохой, но он так явно выглядел честным человеком, что в нём не было особо большого очарования. Нин Шу спросила: - Что такое? - Мам, время обедать, - сказал Ван Бо. Нин Шу: →_→ Они хотят, чтобы она приготовила обед? Нин Шу глянула на красивую Цай Аньци. Хоть в её чертах лица не было чего-то особенного, они всё равно выглядели очень привлекательно, собранные вместе. - Я себя не очень хорошо чувствую, поэтому я не буду готовить, - Нин Шу посмотрела на Цай Аньци. – Невестка, может, ты приготовишь? Мне правда не очень хорошо. Когда Ван Бо услышал, как Нин Шу говорит, что ей не очень хорошо, он поспешно спросил: - Мам, ты в порядке? Может, нам сходить в больницу? Нин Шу махнула рукой. - Да ничего серьёзного. Я просто старею и поэтому не очень хорошо себя чувствую. Невестка, пожалуйста, приготовь сегодня обед. Цай Аньци надулась и сказала: - Давайте тогда просто закажем доставку еды. Летом готовить слишком жарко. Ха-ха, значит слишком жарко готовить? А когда я готовила, было не жарко? Нин Шу изогнула губы и сказала: - Доставка еды дорогая и не очень здоровая. А то, что мы готовим дома – вполне нам по средствам и полезно. Цай Аньци нахмурилась и подёргала Ван Бо за рукав. Ван Бо глянул на Цай Аньци, а потом сказал Нин Шу: - Мам, давай просто закажем доставку еды. Нин Шу кивнула. - Ладно. Цай Аньци чуть не закатила глаза. Когда она предложила такое, эта женщина не соглашалась так, словно от этого зависела её жизнь, но, как только её сын сделал то же самое, она тут же согласилась. Тц, как предвзято… Цай Аньци взяла свой телефон и позвонила в ресторан, чтобы заказать еду. Нин Шу слушала, как Цай Аньци заказывает еду. Все блюда, которые заказала Цай Аньци были довольно дорогими. Типичное домашнее блюдо стоит от десятков до сотен юаней, а она заказала не одно такое. Один только этот обед обошёлся им в несколько сотен юаней. Как расточительно. И три человека ни за что не смогут съесть всё это. Вы огорчаете переводчика, если читаете это не на сайте https://tl.rulate.ru/book/11249 Их семья была не очень богатой, и их финансовая ситуация была лишь приемлемой. Изначальный хост раньше работала в компании, а теперь она была на пенсии и получала небольшую пенсию. Были ещё алименты, которые ей платил бывший муж на протяжении всех этих лет. На данный момент её сын тоже работал, но у него была средняя зарплата. Изначально, Цай Аньци решила выбрать такую семью после того, как обдумала множество разных аспектов. Даже после того, как Цай Аньци заказала так много блюд, Нин Шу всё равно ничего не сказала. Ван Бо первым делом глянул на Нин Шу. Когда он увидел, что у неё нет возражений, он почувствовал облегчение и ушёл, чтобы сесть на диван вместе с Цай Аньци, где они стали смотреть телевизор. Он даже очистил для неё банан. Нин Шу села на диван и стала ждать доставку. Вскоре послышался дверной звонок. Это прибыл курьер доставки. Ван Бо оплатил счёт, отнёс блюда на стол, а потом позвал свою мать и жену, сидящих на диване: - Время кушать. На столе было очень много еды. Блюда закрывали больше половины стола и аромат был ошеломительный. Нин Шу села есть. Тем временем, те двое, на другой стороне стола, ели и флиртовали друг с другом. Ван Бо постоянно подкладывал еду для Цай Аньци. Цай Аньци стала выглядеть немного раздражённой и сказала: - Хватит уже. У меня и так полная тарелка. Ты тоже должен поесть. ---------- Объедки – Это Нездоровая Пища Цай Аньци заказала так много блюд, что они ни за что не смогли бы всё это съесть. Более того, сама Цай Аньци даже не ела много, поэтому осталось много еды. После того, как Цай Аньци закончила есть, она отодвинула свою тарелку и вышла из-за стола. Мысль о том, чтобы прибраться за собой, никогда даже не приходила ей в голову, она сразу же направилась в свою спальню. Ван Бо хотел было прибраться на столе, но Цай Аньци замерла у двери в их спальню и окликнула Ван Бо: - Иди сюда! Мне нужна твоя помощь, чтобы достать кое-что. Я не достаю. Ван Бо посмотрел на Нин Шу, и она сказала: - Иди, я приберусь. Ван Бо радостно подошёл к Цай Аньци, и Цай Аньци закрыла за ними дверь. Кто знает, что они там задумали? Когда Нин Шу посмотрела на беспорядок на столе, её губы презрительно поджались. Она завернула все остатки еды в пищевую плёнку, а потом убрала их в холодильник, после чего начала мыть тарелки. Выйдя из кухни, она увидела, что дверь в комнату этой парочки всё ещё была закрыта. Эти двое могли просидеть в своей комнате почти полдня, не выходя оттуда, за исключением того, что периодически ходили налить себе воду. Нин Шу ничуть не возражала по этому поводу. Ван Бо определённо был взволнован, когда наконец-то завёл жену, поэтому было вполне нормально, что он от неё практически не отходил. Нин Шу нужно лишь убедиться в том, что у Цай Аньци не будет комфортной жизни, и что она не получит никаких денег во время развода. Между ними всё пошло наперекосяк как раз потому, что у Цай Аньци было слишком много выкидышей и она больше не могла иметь детей, но она всё равно винила Ван Бо в выкидыше и потребовала много денег за развод. Тот факт, что Ян Цзыи и Ван Бо были довольно наивными, тоже повлиял на это. Ван Бо хотел избавиться от Цай Аньци, даже если это означало, что он должен дать ей денег. Нин Шу отправилась обратно в свою комнату и снова начала тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Её новое тело постоянно ощущалось неуютно из-за менопаузы и эндокринных расстройств. Когда пришло время ужина, Ван Бо и Цай Аньци наконец-то вышли из комнаты и сели на диван. Цай Аньци игралась в своём мобильном телефоне, а Ван Бо просто сидел в стороне и наблюдал за ней. Нин Шу скинула остатки блюд обратно в кастрюлю, чтобы немного подогреть, но цвет еды был неаппетитным, а сама еда стала довольно отсыревшей. Вид этих блюд испортит весь аппетит. Когда Цай Аньци увидела блюда, которые приготовила Нин Шу, её выражение лица омрачилось. Она явно была недовольна, когда плюхнулась на стул. Ван Бо, естественно, заметил, что Цай Аньци была недовольна. Но, с одной стороны, тут была его мать, которая прожила с ним больше 20 лет, а с другой стороны была женщина, которую он любил, его жена. Ван Бо был простым человеком, поэтому он понятия не имел, как разбираться с подобной ситуацией. Цай Аньци увидела беспомощное выражение лица Ван Бо и впала в ярость. Вот ведь тупица! В самом начала она думала, что он кажется честным, но теперь ей стало ясно, что на его лице была совсем не честность, а тупость! Губы Нин Шу изогнулись вверх, когда она сказала: - Давайте есть. С обеда осталось много остатков, поэтому я подогрела их снова. Цай Аньци взяла свои палочки, но, когда она взглянула на эти блюда, она не смогла заставить себя есть их. Она не удержалась и сказала: - Матушка, объедки – это нездоровая пища. Если их есть, то это может даже испортить ваше здоровье. Нин Шу посмотрела на Цай Аньци. - Значит ты хочешь выкинуть всю эту еду? Но это всё было куплено на деньги. Ван Бо не так-то просто зарабатывать деньги, поэтому мы должны экономить, когда есть возможность. Губы Цай Аньци презрительно изогнулись, когда она возразила: - Люди работают, чтобы зарабатывать деньги ради лучшей жизни. Зачем ещё тогда работать и зарабатывать деньги? Матушка, вы слишком бережливы. Если вы будете есть нездоровую пищу и заболеете, то потеряете гораздо больше, чем обретёте. Цай Аньци толкнула Ван Бо ногой под столом. - Разве ты не согласен? У Ван Бо не было выбора, кроме как сказать: - Мам, Аньци правильно говорит. Нин Шу глянула на Ван Бо и сказала: - Раз ты знаешь, что мы не можем съесть всё это, то зачем заказал так много блюд? Если мы не доедим всё сегодня, то мы продолжим есть их завтра утром. Мы будем есть их, пока не доедим. Цай Аньци была так расстроена, что шлёпнула своими палочками о стол, помчалась в свою комнату и хлопнула дверью. Ван Бо поспешил встать из-за стола, но Нин Шу тихо сказала: - Садись и ешь. В семье всегда будут конфликты. У нас уйдёт некоторое время на то, чтобы понять друг друга. У Ван Бо не осталось иного выбора, кроме как сесть обратно. Нин Шу сказала: - Дело не в том, что я не хочу давать вам, ребятам, хорошей еды, но в некоторых излишних тратах нет необходимости. Мы все должны учиться немного экономить. Наличие дополнительных денег на руках может помочь нам справиться с экстренными ситуациями, которые возникнут в будущем. ---------- В Любом Случае, Никаких Объедков Не Осталось - У нас сейчас довольно комфортная жизнь, но, когда случится что-нибудь неудачное, будет уже слишком поздно сожалеть. Семья Цай Аньци не такая уж и богатая, так как же они смогли вырастить свою дочь с таким небрежным отношением к деньгам? – сказала Нин Шу с озадаченным выражением на лице. Ван Бо не знал, что ответить своей матери. После долгого молчания он, всё же, сказал: - Аньци только вышла замуж, поэтому она, вероятно, ещё не привыкла к таким вещам. Не привыкла к чему? Нин Шу считала, что Цай Аньци уже устроилась довольно комфортно. Она даже не удосуживалась быть вежливой. - Ладно, давай просто есть, - сказала Нин Шу Ван Бо. Ван Бо глянул в сторону спальни. - Мам, может, мне стоит сказать Аньци, чтобы она вышла и поела? Нин Шу изобразила на лице благожелательное выражение и сказала: - Она же не хочет есть такое, так что пусть сидит там. - Но… Брови Ван Бо немного нахмурились, но он не посмел возражать Нин Шу. У него не осталось иного выбора, кроме как сидеть и есть. Однако он ел с молниеносной скоростью. Он быстро закинул рис с тарелки себе в рот, а потом отодвинул палочки и тарелку, чтобы направиться в спальню и проведать Цай Аньци. Нин Шу неспешно доела свою часть. После того, как она закончила есть, она выкинула всю остальную еду в мусор. Раз Цай Аньци не хочет есть, тогда пусть не ест. В любом случае, теперь никаких объедков не осталось. После этого Нин Шу отправилась в свою комнату, чтобы продолжить тренировку. Тем временем, посреди ночи, Цай Аньци проснулась, потому что почувствовала сильный голод. Этим вечером они с Ван Бо немного покувыркались в постели, поэтому теперь она практически умирала с голоду. Цай Аньци разбудила Ван Бо, спящего рядом с ней. Он спросил сонным голосом: - Что случилось? - Я голодная. Иди и принеси мне немного еды. Цай Аньци пнула ногу Ван Бо. Была уже середина ночи, время, когда люди обычно наиболее сонные. К тому же, ему завтра нужно будет идти на работу. Однако, когда он увидел её такой, он мог лишь тихо вздохнуть и поняться. Цай Аньци наконец-то улыбнулась. Она тоже вылезла из постели и села за обеденный стол в ожидании ужина. Ван Бо отправился на кухню и открыл холодильник. Однако там не было никакой готовой еды. У Ван Бо не осталось иного выбора, кроме как постучать в дверь Нин Шу. Нин Шу как раз была посреди тренировки, когда услышала стук, поэтому она пошла открыть дверь и увидела Ван Бо. Она глянула на Цай Аньци, которая сидела на стуле, ожидая, пока её покормят, а потом спросила: - Что случилось? - Мам, разве там не осталось ещё много объедков? – спросил Ван Бо. – Аньци проголодалась, поэтому я хотел сделать ей немного жареного риса. Нин Шу нахмурилась и сказала: - А разве Аньци не сказала, что объедки – это нездоровая пища? Я всё выбросила. Больше еды не осталось. Разве она не отказалась вечером есть эти объедки? - Она всё выбросила. Ван Бо беспомощно посмотрел на Цай Аньци. Цай Аньци едва удержалась от того, чтобы раздражённо закатить глаза. Ей показалось, что её свекровь специально пытается досадить ей. Ян Цзыи выбросила все остатки еды, несмотря на знание о том, что Цай Аньци не ужинала, и даже использовала прежде сказанные ею слова против неё же. Цай Аньци была раздражена, но она не смогла придумать причину, чтобы возразить Ян Цзыи. Нин Шу устало потёрла свой лоб и сказала: - Если вы голодные, то можете приготовить немного лапши. Я себя не очень хорошо чувствую, так что готовьте сами. Затем Нин Шу закрыла дверь и пошла спать. А в гостиной, Ван Бо и Цай Аньци уныло переглянулись. Цай Аньци подавила свой гнев и кокетливо сказала: - Ван Бо, я голодная. У Ван Бо не осталось выбора, кроме как попытаться приготовить лапшу для Цай Аньци. Он никогда в жизни не приготовил и тарелки лапши, поэтому вкус был не самым лучшим. Лапша была такой разварившейся, что больше была похожа на пасту и совсем не выглядела аппетитной. Хоть Ван Бо и был ребёнком в семье с одним родителем, Ян Цзыи редко позволяла ему заниматься работой по дому. Ян Цзыи изо всех сил старалась хорошо заботиться о своём сыне. ---------- Прошу Отнесись к Этому с Пониманием Ян Цзыи была очень обижена на свою невестку, ведь она так усердно работала все эти годы, чтобы вырастить своего сына в любви. Но, как только её драгоценный сын женился на Цай Аньци, им тут же начали беспощадно командовать. При обычных обстоятельствах Ян Цзыи могла бы и стерпеть это. Всё же, её сын наконец-то нашёл себе жену, когда ему было уже за тридцать, поэтому она готова была заботиться обо всех тех вещах, которые Цай Аньци делать не хотела. Однако самой невыносимой частью было то, насколько безжалостной была Цай Аньци. Она была такой гадкой и бесстыдной! Ян Цзыи чувствовала, что вся их искренность была потрачена впустую. Цай Аньци была эгоистичным человеком. Она думала только о себе и никогда не заботилась о других. Когда Цай Аньци начала есть лапшу, которую приготовил Ван Бо, она ощутила такой отвратительный вкус, что она впала в ярость. В самом начале, она выбрала Ван Бо только потому, что видела, что Ван Бо и его мать были из того типа людей, которые стараются никогда никого не обижать. Когда Ван Бо увидел это недовольное выражение лица Цай Аньци, он сказал: - Аньци, моя мать стареет. Прошу, отнесись к этому с пониманием. Моей матери и без того было нелегко растить меня все эти годы. Если моя мать сделала что-то, чем расстроила тебя, тогда я извинюсь перед тобой от её лица. Пока Цай Аньци слушала, как Ван Бо говорит "моя мать то" и "моя мать это", она почувствовала себя ещё хуже. Раньше она думала, что Ван Бо был просто честным и простым человеком, но теперь ей стало казаться, что на самом деле он был маменькиным сынком, который во всём слушался свою мать. Он был мужчиной, у которого не было собственного мнения и никакой самоуверенности. Чего и стоило ожидать от ребёнка, который вырос в семье с одним родителем. Цай Аньци со стуком положила свои палочки и озлобленно отодвинула свою тарелку. - Я больше есть не буду. Когда она встала, стул проскрежетал по полу, что прозвучало заметно резко в тишине ночи. Она протопала до их спальни, а потом на мгновение замерла у двери и сказала Ван Бо: - Сегодня будешь спать на диване! Ван Бо нахмурился и потянулся вперёд, чтобы не дать Цай Аньци закрыть дверь. Он тихо сказал: - Аньци, не делай этого, мы же только поженились. Мама будет волноваться, если увидит, что мы ругаемся. Цай Аньци расстроилась ещё больше, когда услышала это. - Ты собираешься провести остаток своей жизни со мной? Или ты собираешься провести остаток своей жизни со своей матерью? Она гневно захлопнула дверь с таким громким стуком, что даже Нин Шу почувствовала, как задрожали стены, несмотря на то, что она была в соседней комнате. Нин Шу презрительно подвернула губы. Какой плохой темперамент! Но это не совсем можно назвать плохим темпераментом. Скорее, это больше похоже на то, что она прекрасно распознала характеры Ян Цзыи и её сына. Если бы она хотела разозлиться на них двоих, тогда она бы проявила своё неудовольствие без каких-либо угрызений совести. У неё не было совершенно никаких причин сдерживаться. Цай Аньци вела себя так, словно была величайшей удачей для Ян Цзыи и её сына, раз она пришла в их семью. Она вела себя так, словно сделала Ван Бо огромное одолжение, согласившись стать его женой, и если бы не её доброта, то Ван Бо мог бы вообще не жениться. Вот какая разница, когда есть любовь, и когда её нет. Если бы у неё были хоть какие-то чувства к Ван Бо, то она бы не стала к нему так относиться. Однако ей было совершенно наплевать на чувства Ван Бо. Единственная причина, почему сегодня случился конфликт между этими двумя – это из-за Нин Шу. Если бы это была Ян Цзыи, изначальный хост, то она бы обязательно приготовила еду для Цай Аньци, когда та пожаловалась на голод. Но Нин Шу было наплевать, и это привело к тому, что Цай Аньци была в такой ярости. Цай Аньци не могла этого принять! Она считала, что эти люди просто обязаны баловать её. Но что ещё хуже, ей даже пришлось есть ту ужасную еду, которую приготовил Ван Бо. Ван Бо какое-то время одиноко стоял у двери в их спальню, после чего у него не осталось иного выбора, кроме как лечь спать на диване в гостиной. Когда Нин Шу вышла из своей комнаты, она увидела, что Ван Бо лежит на узком диване с одной только подушкой. Он выглядел очень жалко. Сердце Нин Шу внезапно наполнилось душевной болью за него. Это были чувства изначального хоста. - Что произошло? – спросила Нин Шу. Ван Бо сел на диване и поспешно ответил: - Да ничего. Нин Шу сказала: - У пар неизбежно возникают ссоры. Со временем, вы научитесь понимать друг друга и поладите. - Мам, я в порядке. Ложись уже спать, - тихо сказал Ван Бо. Ван Бо тоже был немного недоволен. Они только поженились, но жена уже выгнала его из спальни, да ещё и без особой причины. Ему показалось, что Цай Аньци просто создаёт проблемы на пустом месте. Нин Шу сказала: - Тебе тоже надо поскорее уснуть. Тебе завтра всё ещё нужно идти на работу. ---------- Пойдём Со Мной За Продуктами Нин Шу вернулась в свою комнату. На следующее утро Нин Шу встала, чтобы приготовить завтрак для Ван Бо. Этой ночью Ван Бо не смог толком выспаться на неудобном диване, поэтому его цвет лица был не очень хорошим, когда он проснулся этим утром. Дверь в его спальню осталась закрытой и ни разу не открылась всю ночь. Поднявшись с дивана, Ван Бо подошёл к двери своей спальни и громко постучал. Но, даже после того, как он некоторое время стучал, Цай Аньци всё ещё не открыла дверь. Ван Бо становился всё более и более расстроенным, пока он продолжал стучать. Цай Аньци открыла дверь и огрызнулась на Ван Бо: - Ты чего долбишь в дверь так рано утром? Цай Аньци стояла в двери в своей кружевной пижаме. Её волосы были растрёпаны, а бретельки пижамы практически сваливались с её рук, открывая большую часть её груди. Увидев Цай Аньци такой, Ван Бо смягчился и не стал спрашивать, почему она так долго открывала дверь. Вместо этого он сказал: - Мне нужно переодеться на работу. Когда Ван Бо вошёл в спальню, он увидел упаковки из-под закусок, бутылки из-под колы и прочий мусор, валяющийся на полу. Из-за этого комната выглядела очень захламлённой. Ничего не говоря, он пошёл принять ванну и переодеться в рабочую одежду. После того, как Ван Бо оделся, он посмотрел на Цай Аньци, которая всё ещё лежала на постели, и сказал: - Время завтракать. Цай Аньци голодала всю ночь и все эти закуски не смогли по-настоящему утолить её голод, поэтому она взбодрилась при упоминании завтрака. Она больше не вела себя упрямо и вышла из спальни в сторону стола. Для завтрака Нин Шу сходила в магазин и купила фаршированных парных булочек и соевое молоко. Цай Аньци схватилась за палочки, едва только села за стол, и начала есть фаршированные парные булочки. Похоже, что она серьёзно изголодалась за эту ночь. Нин Шу ничего не сказала. Ван Бо сидел рядом с Цай Аньци и тихо завтракал. После того, как он поел, он сказал: - Я пойду на работу. Цай Аньци жевала булочку и даже не подняла на него взгляда, просто помахала ему рукой. Ван Бо нахмурился, явно почувствовав некоторое недовольство поведением Цай Аньци. Но он уже опаздывал на работу, поэтому мог лишь уйти, ничего не говоря. Нин Шу видела, что Ван Бо выглядел недовольным, когда уходил, но она ничего не сказала. Вместо этого она посмотрела на Цай Аньци, которая всё ещё была занята тем, что пила соевое молоко и ела жареные ютяо*, и сказала: - Аньци, пойдём со мной за продуктами сегодня. Цай Аньци чуть не поперхнулась ютяо, когда услышала, о чём сказала Нин Шу. Она проглотила ту часть, которую ела, и сказала: - Свекровь, но я никогда раньше не ходила за продуктами. Я не знаю, как покупать овощи, так что от меня не будет никакой пользы. Нин Шу спокойно улыбнулась и терпеливо сказала: - Если ты не знаешь, тогда можешь научиться. Я расскажу тебе, в каких магазинах есть дешёвые и свежие продукты. Цай Аньци презрительно подвернула губы. У неё не было совершенно никакого интереса учиться этому. - Тебе и Ван Бо в будущем придётся жить вместе. Пока что, я ещё рядом, чтобы помогать вам. Но, когда я стану старой и мне будет тяжело ходить, ты должна будешь заниматься стиркой и готовкой для всей семьи, - тихо сказала Нин Шу. Не забудьте поблагодарить переводчика на сайте https://tl.rulate.ru/book/11249 Лицо Цай Аньци стало бледным. Ей придётся заниматься стиркой и готовкой?! Ей придётся прислуживать этой семье? - Матушка, вы слишком старомодны. Мы теперь живём в эпоху интернета. Нынче можно есть что захочешь и когда захочешь, достаточно просто позвонить, - сказал Цай Аньци. Нин Шу изумлённо подняла брови. - Ты хочешь до конца жизни есть еду с доставкой? - Матушка, вы просто подумайте. Каждый день, когда вы готовите, вам приходится тратить деньги на воду, электричество, газ, мясо, овощи и масло. Не говоря уже об усилиях, которые требуются на то, чтобы приготовить еду. И вам каждый день приходится проводить в огне и дыму. Гораздо лучше же просто заказать готовые блюда, - стала уговаривать Цай Аньци. Нин Шу слабо улыбнулась. - А как насчёт Кануна Нового Года, или во время семейных собраний? Ты хочешь заказывать еду даже в таких случаях? Это неправильно. Раз ты вышла замуж, то должна взвалить на свои плечи больше ответственности. Сегодня ты должна пойти со мной по магазинам, - строго сказала Нин Шу. Цай Аньци выглядела недовольной. После того, как она наелась, она отправилась в свою комнату, закрыла дверь и даже заперла её. Было ясно, что она не хочет идти на рынок с Нин Шу. Нин Шу вымыла все тарелки и палочки, убрала их, а потом постучала в дверь Цай Аньци. Она долго стояла и стучала, но Цай Аньци всё равно не открывала дверь. ____________________ Примечание: * Ютяо — блюдо китайской кухни, представляющее собой жаренные во фритюре до золотисто-коричневого цвета нарезанные полоски теста; имеет распространение не только в Китае, но и в странах Юго-Восточной Азии. Традиционно готовится солёным и делается таким образом, чтобы его можно было разломать на две части по длине. ---------- Почему Вы Не Постучались? Нин Шу стучала очень громко, но Цай Аньци словно была глухой. Нин Шу подняла брови и пошла на поиски ключа, чтобы открыть дверь спальни. Когда она открыла дверь, она обнаружила Цай Аньци, сидящую абсолютно голой перед ноутбуком. На её теле не было ни клочка ткани, на ушах у Цай Аньци были наушники, а сама она печатала на клавиатуре. Затем она начала трогать своё голое тело и массировать свои груди. Она тёрла себя между ног. Нин Шу: … Нин Шу подошла и похлопала Цай Аньци по плечу. Цай Аньци была так ошеломлена, когда почувствовала этот хлопок, что заметно вздрогнула. Когда она удивлённо обернулась, она увидела, что позади неё стоит Нин Шу. Цай Аньци захлопнула свой ноутбук и взволнованно поспешила прикрыть руками свою грудь и прочие интимные места. Нин Шу усмехнулась. Она с таким воодушевлением показывала своё тело мужчинам, но теперь смущена, когда оказалась перед ней, женщиной? Нин Шу тихо спросила: - Что ты делаешь? На тебе же нет никакой одежды. Цай Аньци была так встревожена внезапным появлением Нин Шу, что даже не услышала вопроса Нин Шу. Она быстро сняла наушники и потребовала ответа: - Почему вы не постучались, прежде чем войти в мою комнату? Нин Шу не ответила, и оглядела тело Цай Аньци. Чувствуя себя неуютно под пристальным взглядом Нин Шу, Цай Аньци поспешно схватила свою одежду и умчалась в ванную, чтобы одеться. Спустя некоторое время Цай Аньци вышла, полностью одетая и со взволнованным выражением на лице. Она чувствовала себя изрядно смущённой, поэтому прозвучала уже заметно менее уверенной в себе, когда спросила: - Почему вы не постучали в дверь? - Я стучала. Я очень долго стучала. Ты меня не услышала, - сказала Нин Шу. – Так почему на тебе не было одежды? - Я разговаривала со своими близкими подругами, - солгала Цай Аньци. – Это такая игра для девушек. Боже, да вы всё равно не поймёте, матушка. Нин Шу: Ха. Ха. Ха. Разговор – это разговор. Кто же будет раздеваться, чтобы поговорить? Она что, всех остальных принимает за тупиц? Нин Шу просто продолжила пристально смотреть на неё. Молчание Нин Шу заставило Цай Аньци чувствовать себя неуютно, поэтому она с опаской спросила: - Матушка... Мама, вы меня зачем-то искали? Нин Шу сказала: - Пойдём со мной покупать продукты. Цай Аньци была поймана с поличным, когда делала что-то плохое, поэтому она почувствовала застенчивость, и у неё не осталось иного выбора, кроме как смягчиться и пойти в магазин за продуктами с Нин Шу. Нин Шу заставила Цай Аньци нести овощную корзину, и вместе они отправились за продуктами. Цай Аньци невольно переживала, что её свекровь расскажет Ван Бо об этом инциденте, поэтому она нервно спросила: - Матушка… Но Цай Аньци не знала, что сказать. Неужели она должна напрямую спросить у этой старой женщины, поняла та или нет, чем Цай Аньци недавно занималась? Нин Шу оценила выражение затруднения на лице Цай Аньци и мысленно усмехнулась. Она изобразила непонимание и спросила: - Что такое? Цай Аньци тут же помотала головой: - Да ничего. Было самое жаркое время лета. Даже утром воздух словно кипел. Цай Аньци обильно потела, но она вынуждена была дойти до продуктового рынка под палящим солнцем. Это было поистине агонизирующее ощущение. Цай Аньци была в такой ярости, что хотела разбить корзину о голову Нин Шу, но она не посмела. У неё не было иного выбора, кроме как покорно следовать за Нин Шу. Когда Цай Аньци увидела, что Нин Шу без усилий поспевает за ней, она невольно ещё больше разволновалась. К тому времени, как они дошли до продуктового рынка, одежда Цай Аньци уже промокла от пота. В такую погоду люди должны сидеть дома и наслаждаться прохладным воздухом из кондиционера! Нин Шу небрежно выбирала вещи на каждом продуктовом прилавке, а потом проверяла их на свежесть. Неспешная манера Нин Шу заставляла Цай Аньци становиться ещё более нетерпеливой. - Продукты в этом магазине очень свежие, а ещё я хорошо знакома с владельцем, - сказала Нин Шу. – Я с тобой разговариваю. Ты меня слушаешь? Нин Шу повернулась в сторону Цай Аньци, которая в данный момент изнемогала от зноя и усердно обмахивалась. Когда Цай Аньци услышала слова Нин Шу, она небрежно кивнула: - Да, я слушаю. Нин Шу выбрала половину белой тыквы и положила её в корзину, а Цай Аньци тут же удивлённо вскрикнула, ей пришлось поспешно схватить тяжёлую корзину обеими руками. После этого Нин Шу продолжила прогуливаться по продуктовому рынку. Цай Аньци носила тяжёлую корзину с овощами и следовала за Нин Шу. Лицо Цай Аньци побледнело от усталости. Пока Нин Шу с удовольствием выбирала продукты, Цай Аньци была вынуждена носить тяжёлую корзину до тех пор, пока её ладони не покраснели. Цай Аньци была в ярости. Она хотела просто зашвырнуть эту корзину куда подальше и уйти. ---------- Это Тётушка Ли Пройдясь по нескольким местам, Нин Шу выбрала старую живую курицу на прилавке, где продавали живность. Нин Шу заплатила за курицу, а потом запихала её в руки Цай Аньци. У Цай Аньци уже голова кружилась от всей это вони, и ей было дурно. Нин Шу не обращала никакого внимания на отвращение Цай Аньци и продолжила покупать овощи. Всё тяжёлое она передавала Цай Аньци, а сама едва ли что-то несла. Лицо Цай Аньци становилось всё бледнее, ей было жарко, и она была расстроена. Её заставили носить так много вещей на руках, в то время как Нин Шу беззаботно прогуливалась. Они уже провели на продуктовом рынке больше часа, и Цай Аньци была так измождена, что даже запнулась пару раз, пока несла тяжёлую корзинку. Не говоря уже о том, что после того, как Нин Шу закончит покупки, им всё ещё придётся идти пешком до своего района. От одной только мысли о долгой прогулке домой Цай Аньци готова была разрыдаться. Она исподтишка поглядывала на Нин Шу, спокойно прогуливающуюся перед ней, и мысленно проклинала её. Её свекровь была настоящим грёбанным злом. Почему она вообще решила, что Ян Цзыи была честной и простой? Она же явно злая до глубины души. Естественно, Нин Шу заметила обиженные взгляды Цай Аньци, однако ничего не сказала. Она ни за что не собиралась потворствовать желаниям Цай Аньци, как это делала изначальный хост. На обратном пути Нин Шу встретила в парке знакомую, поэтому она представила её Цай Аньци. - Это тётушка Ли. Она живёт на пятом этаже. - Здравствуйте, тётушка Ли, - поздоровалась Цай Аньци. Тётушка Ли оглядела Цай Аньци с головы до ног, а потом с улыбкой сказала: - Твоя невестка такая красивая. Она ходила с тобой за продуктами? Нин Шу нежно улыбнулась и сказала: - Она хороший ребёнок. Этим утром она захотела пойти со мной и помочь мне с покупкой продуктов. Она даже помогла мне нести продукты. Цай Аньци мысленно закричала, "Кто это захотел помогать вам с покупкой продуктов? Кто это захотел помогать вам нести продукты?" - О, ты даже купила старую курицу, - заметила тётушка Ли. Нин Шу кивнула. - Я купила курицу ради этой девушки. Когда она начнёт достаточно хорошо питаться, она вскоре принесёт ребёнка. Тётушка Ли глянула на Цай Аньци и сказала: - Она выглядит немного худоватой. Тебе нужно больше кормить её. Какого хуя?! Как будто ей этого хочется! Ей и без того нелегко было поддерживать тело в таком идеальном состоянии. Она же не свиноматка, которая выстреливает детьми только потому, что им хочется, чтобы она так делала. Цай Аньци была крайне раздражена. Погода и без того была жаркой и невыносимой, однако она всё равно была вынуждена слушать, как две эти старухи болтают без остановки. Более того, её руки уже готовы были отвалиться, так как она несла так много всего. - Ян Цзыи – хороший человек. Тебе повезло встретить такую добрую свекровь, - сказала тётушка Ли, обращаясь к Цай Аньци. Губы Цай Аньци раздражённо дёрнулись. Её свекровь была хорошим человеком? Ха-ха… - Свекровь, я пойду пока, и отнесу всё, что мы купили нам домой, - сказала Цай Аньци. Нин Шу кивнула и сказала тётушке Ли: - Мне тоже пора идти. Давай как-нибудь сыграем в маджонг. Не забудьте поблагодарить переводчика на сайте https://tl.rulate.ru/book/11249 Они жили на одном из верхних этажей, поэтому постоянно встречали знакомых, пока поднимались по лестнице. Нин Шу всех и каждого знакомила со своей невесткой. И каждый раз они надолго останавливались, чтобы посплетничать. Цай Аньци ничего не оставалось, кроме как стоять в стороне и наблюдать за тем, как эти люди болтают с Нин Шу. Она была настолько уставшей, что практически разваливалась на части. Во рту Цай Аньци пересохло, и пот постоянно стекал по её телу. Она чувствовала себя так, словно у неё сейчас будет сердечный приступ. Мало-помалу, мешкая по пути, они вернулись домой уже к одиннадцати часам. Как только они пришли домой, Цай Аньци быстро опустила корзину на пол и подняла руки, после чего обнаружила, что её ладони и пальцы были совсем красными. Затем она побежала на кухню, где выпила целых два стакана, полных воды. Она чувствовала сильное изнеможение, поэтому она планировала принять долгую расслабляющую ванну и всю оставшуюся часть дня неподвижно валяться. Она никогда раньше так не уставала. Но, прежде чем Цай Аньци успела проследовать по задуманному плану, Нин Шу сказала: - Иди сюда. Помоги мне убить курицу и выщипать перья. Цай Аньци с недоверием посмотрела на Нин Шу. Она не хотела делать подобные вещи. Она озлобленно возразила: - Я не знаю, как это делать. ---------- Выпей Содержимое Этой Бутылочки Цай Аньци никогда не представляла себе, что Нин Шу однажды заставит её убивать куриц и выщипывать их перья. Она же была шикарной и прекрасной леди. Зачем ей вообще делать подобные вещи? Цай Аньци начала быстро мотать головой. - Я не знаю, как. Я правда не знаю. Ей было страшно даже представлять такие вещи. - Ничего страшного. Даже если ты не знаешь, как это делать, ты всегда можешь научиться. Постепенно у тебя всё получится, - тихо сказала Нин Шу: – Я пойду вскипячу воду, а потом ты поможешь мне с курицей. Когда Ван Бо вернётся на обед, он будет очень рад попробовать твою готовку. - Матушка, я действительно не могу сделать подобную вещь, - сказала Цай Аньци с беспомощным видом, в то время как она мысленно проклинала Нин Шу. Почему она должна делать такие вещи? Цай Аньци теперь уже начала жалеть, что решила войти в эту семью. Поначалу они выглядели верными и честными, но на самом деле, им нравится придумывать всевозможные способы издевательства над людьми. Цай Аньци начала нервно оглядываться по сторонам, пытаясь придумать оправдание, и быстро выпалила: - Кажется, у меня тепловой удар. Нин Шу молча осмотрела Цай Аньци и сказала: - У нас есть эфирный охлаждающий бальзам и кое-какое жидкое травяное лекарство, которое может помочь смягчить летний жар, и тебе станет лучше. Пока Нин Шу говорила, она достала травяное лекарство и эфирный бальзам. Она открутила крышечку травяного лекарства и протянула его Цай Аньци. - Сначала выпей содержимое этой бутылочки, а потом намажь немного эфирного бальзама. Цай Аньци с отвращением посмотрела на травяное лекарство в руке Нин Шу. Оно выглядело гадким даже по своему цвету. Цай Аньци тут же махнула рукой, отказываясь. - Я просто прилягу. Не нужно это пить. Нин Шу насильно вложила лекарство в руку Цай Аньци и настояла: - Не упрямься и выпей лекарство. Как я могу позволить, чтобы моя драгоценная невестка чувствовала дискомфорт? Ван Бо тоже будет расстроен, если ты заболеешь. - Мне не нужны никакие лекарства, матушка. Цай Аньци хотела просто выкинуть бутылочку. - Разе ты не сказала, что у тебя тепловой удар? Это лекарство поможет тебе почувствовать себя лучше. Нин Шу взялась за подбородок Цай Аньци и влила ей в рот горькое лекарство. Цай Аньци была вынуждена проглотить жидкость, и её рот тут же наполнил неописуемый вкус. К тому же, у этого лекарства был сильный привкус вина, отчего её горло и живот начали гореть, когда Цай Аньци проглотила лекарство. Цай Аньци начала неистово кашлять, и по её лицу потекли слёзы. Нин Шу взяла эфирный охлаждающий бальзам и проинструктировала Цай Аньци: - Вот, намажь его себе на виски. Цай Аньци снова отмахнулась, отказываясь. - Мне уже гораздо лучше после того, как я выпила лекарство. Не нужно ничего намазывать. - Это хорошо, - Нин Шу тепло улыбнулась ей и сказала: - Я пойду вскипячу воду. Не забудь, ты мне потом поможешь убить и очистить курицу. Цай Аньци была так зла, что она хотела взорваться на эту старую женщину, но потом вспомнила, что её поймали обнажённой перед камерой. Эта старая женщина, вероятно, не поняла, что она делала, но никто не мог гарантировать, что эта старая женщина не расскажет об этом Ван Бо. Хоть Ван Бо и был честным и верным, он также был молодым человеком с гордостью. Цай Аньци ещё не хотела отказываться от Ван Бо. У него был хороший характер. Она могла бить и ругать его, сколько ей хочется. Но стоило только ей извиниться и начать вести себя чуть добрее к нему, как он всё прощал. Обдумав всё это, Цай Аньци могла лишь покорно последовать за Нин Шу на кухню. Нин Шу закончила кипятить воду и достала курицу из сумки. Ноги курицы были связаны. Нин Шу положила её на пол. Нин Шу посмотрела на Цай Аньци, с опаской стоящую у двери, и сказала: - Входи скорее. Цай Аньци неохотно вошла на кухню, и Нин Шу закрыла за ней дверь. Цай Аньци нервно спросила: - Зачем вы закрыли дверь? - Чтобы курица не вылетела. Цай Аньци ещё больше разволновалась, когда услышала это. Нин Шу протянула Цай Аньци кухонный нож, указала на курицу и сказала: - Подойди и убей курицу. Но сперва надо выщипать немного перьев на шее, чтобы потом было проще слить кровь курицы. Цай Аньци посмотрела на курицу, которая издавала кудахчущие звуки, и её сердце затрепетало. Она испуганно потянулась, чтобы выдернуть перья. В результате, курица злобно клюнула её в руку. Цай Аньци тут же закричала от боли и убрала руку, которую только что клюнула курица. Нин Шу вздохнула: - Почему бы тебе сначала не схватить курицу за шею, и только потом начинать ощипывать перья? ---------- Можешь Начинать Ощипывать Цай Аньци молча кипела от злости. Почему эта старая леди не могла сказать об этом заранее? Она ведь уже держала в другой руке кухонный нож, так как ей было схватить куриную голову? - Матушка, у меня рука болит. Я не хочу убивать курицу, - жалобно сказала Цай Аньци. Нин Шу небрежно махнула рукой и сказала: - Да всё нормально. С тобой всё будет хорошо. Я сама даже порезалась, когда впервые убивала курицу. Цай Аньци видела, что эта старая женщина не отпускает её и настаивает на том, чтобы она убила курицу. Цай Аньци мысленно прокляла все восемнадцать поколений предков Нин Шу и посмотрела на курицу яростным и решительным взглядом. Она схватила курицу за голову и начала агрессивно выщипывать перья, отчего шея курицы начала кровоточить. - А теперь возьми нож и надрежь глотку курице, чтобы слить кровь, - проинструктировала Нин Шу. Цай Аньци взяла кухонный нож, но не надрезала горло курице, как ей сказала Нин Шу. Вместо этого она просто разрубила шею курице кухонным ножом, и свежая кровь начала хлестать повсюду. Лицо Цай Аньци тоже было забрызгано кровью. Она встревоженно вскрикнула, тут же бросила кухонный нож и побежала к раковине, чтобы умыться. Нин Шу положила мёртвую курицу в кастрюлю и ошпарила её горячей водой, чтобы потом было проще ощипывать перья. - Ладно, теперь можешь начинать ощипывать, - сказала Нин Шу. Цай Аньци чувствовала себя так, словно вот-вот упадёт в обморок. Она раздражённо стиснула зубы и села на корточки, чтобы выщипать перья. Однако мёртвая курица излучала неприятный запах, который стал ещё более невыносимым после того, как её ошпарили горячей водой. К этому добавлялась вонь куриных экскрементов, что только ухудшало ситуацию. Цай Аньци чуть не стошнило от этой ужасной вони. Она отвернула голову и попыталась задержать дыхание, чтобы выщипать перья. Нин Шу просто глянула на неё и начала медленно нарезать овощи. Цай Аньци посмотрела на свою руку. Яркие алмазы на её маникюре, над которыми она так усердно трудилась, уже все отклеились. А ещё ей приходилось внимательно следить за тем, чтобы её ногти не поломались. Они были слишком длинными, и ей будет очень больно, если они случайно обломаются. Цай Аньци чувствовала себя расстроенной и обиженной, пока она ощипывала перья курицы. - Аньци, и постарайся крошечные перья тоже выдернуть, - Нин Шу проинструктировала Цай Аньци. Цай Аньци: … Лицо Цай Аньци побледнело от изнеможения. Она крайне редко делала подобные вещи, поэтому чувствовала себя не очень хорошо. Более того, она уже устала от того, что до этого несла так много вещей и потела от жары. Спустя некоторое время Цай Аньци всё же смогла выщипать все перья курицы. Когда она попыталась встать, она увидела звёзды перед глазами и едва смогла подняться. Нин Шу увидела, что она закончила, и сказала: - Хорошо. А теперь вымой курицу и вскрой, чтобы достать внутренние органы. Цай Аньци тут же в ужасе выбежала из кухни и помчалась в ванную, потому что её тошнило. Нин Шу ухмыльнулась, положила курицу в раковину, и сама разобралась с внутренними органами. Когда Цай Аньци наконец-то вышла из ванной, её лицо было бледным и измождённым. Когда она увидела, что Нин Шу разобралась с курицей, она почувствовала облегчение. Но затем она услышала, как Нин Шу говорит: - Вымой руки и пойдём готовить. Цай Аньци начала неистово возражать. Не забудьте поблагодарить переводчика на сайте https://tl.rulate.ru/book/11249 - Я не буду этого делать. Я не знаю, как. Нин Шу нежно улыбнулась и сказала: - Всё в порядке. Ты постепенно научишься. - Я не хочу учиться. Цай Аньци теперь действительно чувствовала себя нехорошо. Она хотела просто лечь и отдохнуть. Нин Шу всё ещё доброжелательно улыбалась. - Скорее, уже почти полдень. Ван Бо скоро придёт с работы. Он обязательно будет заинтригован, когда узнает, что ты всё приготовила. Цай Аньци начала тяжело дышать, и её лицо обрело яркий красный оттенок от гнева, пока она яростно ругалась в глубине души. Да кем себя возомнил этот Ван Бо, если думает, что ей нужно для него готовить? Нин Шу всё ещё с безразличием смотрела на Цай Аньци. Цай Аньци вернулась на кухню, раздражённо стиснув зубы. Она вымыла руки и приготовилась готовить. Нин Шу направляла её со стороны. - Сначала налей масла. Убавь жару. Масло уже дымится. Теперь, скорее выкладывай овощи на сковородку. Цай Аньци была ошеломлена инструкциями Нин Шу, поэтому быстро бросила овощи на сковородку, но горячее масло начало разбрызгиваться со сковороды во все стороны и часть попала на её тело. Так как сейчас было лето, то на Цай Аньци было не так много одежды, поэтому, когда горячее масло брызнуло на неё, она почувствовала жгучую боль. Более того, некоторые брызги попали даже ей на лицо. Цай Аньци была так ошеломлена, что она бросила лопаточку на сковородку и выбежала из кухни. ---------- Распределение Работы Между Мужем и Женой Нин Шу попросила Цай Аньци поджарить немного овощей, но Цай Аньци разбрызгала на себя горячее масло и в панике убежала в ванную, чтобы обрызгать себя холодной водой. Она боялась, что на её нежном теле останутся уродливые шрамы. Нин Шу раздражённо наблюдала за тем, как Цай Аньци убегает, не волнуясь больше ни о чём другом. В итоге, Нин Шу пришлось самой взять лопаточку и поджарить овощи. Она закончила готовить, когда добавила немного простых специй и выключила печку. Нин Шу вошла в ванную и сказала Цай Аньци: - Позволь мне взглянуть, вдруг у тебя там ожоги. Лицо Цай Аньци недовольно перекосилось. У неё была белая и нежная кожа, на которой легко могли остаться шрамы. - Если ты в порядке, тогда ты можешь продолжить готовить, - просто сказала Нин Шу. Цай Аньци взорвалась от всего накопившегося в ней расстройства. - Я вам уже сказала, что не хочу готовить! Почему вы настаиваете на том, чтобы я это делала? Если у вас нет денег, чтобы заказывать доставку еды, тогда я сама буду платить. Нин Шу широко улыбнулась и добрым голосом сказала: - Аньци, дело не только в деньгах. Каждый день Ван Бо ходит на работу, чтобы поддерживать семью. Так как ты не ходишь на работу, ты должна заботиться обо всём в доме. Цай Аньци посмотрела на улыбку Нин Шу и мысленно прокляла эту лицемерную старую женщину. Она состроила обиженную гримасу на лице и спросила: - С какой стати я должна быть измученной домохозяйкой, на которую взвалили всю домашнюю работу? - Потому что это твоя обязанность. Раз ты вышла замуж за Ван Бо, то теперь тебе нужно смириться с обязанностями для этой семьи, - сказала Нин Шу. – Просто распределение работы между мужем и женой разное. Твоя работа – это хорошенько заботиться о своей семье. Конечно же, если хочешь, вместо этого ты можешь пойти и найти работу, а я буду делать всю работу по дому. Цай Аньци усмехнулась и со злобой сказала: - Как вы всё красиво рассказываете, но вы только гляньте на себя. Вы выполняли свой долг перед семьёй, но, в итоге, вы всё равно стали старой и запущенной домохозяйкой, которую бросил собственный муж. Сердце Нин Шу свело судорогой, словно оно наполнилось гневом. Выражение лица Нин Шу стало холодным, и она сказала: - Ты такая разнузданная, потому что считаешь, будто для моего сына ты такая единственная во всём мире? Цай Аньци не испугалась, даже столкнувшись с гневном Нин Шу. Цай Аньци уже тошнило от того, как эта старая женщина постоянно притворялась добрым человеком. Цай Аньци самодовольно сказала: - Если хотите, можете уговорить Ван Бо развестись со мной. Мне всё равно. Нин Шу молча посмотрела на Цай Аньци, и, наконец, спросила: - Ты не хочешь делать работу по дому? Цай Аньци упорно подняла свой подбородок и сказала: - Я не хочу быть измождённой старой женой, которая только и знает, как целый день заниматься домашней работой. Нин Шу кивнула и сказала: - Это означает, что ты теперь будешь только заказывать еду с доставкой на дом? - Да, - Цай Аньци презрительно добавила: - Если вы не хотите платить, тогда платить буду я. - Ладно, тогда с этих пор можешь заказывать еду с доставкой. Ты сказала, что хочешь платить за неё, значит, будешь платить, - тихо сказала Нин Шу. Цай Аньци внезапно почувствовала, как её душит весь тот гнев, что скопился в её сердце. Нин Шу вернулась на кухню и начала рубить курицу, чтобы сделать суп. Цай Аньци презрительно подвернула губы и отправилась в свою спальню отдыхать. Этот день её очень измотал. Нин Шу закончила готовить куриный суп, но остальные блюда она оставила для Цай Аньци, чтобы та заказала их доставкой. Нин Шу подошла и постучала в дверь Цай Аньци. Цай Аньци как раз только приняла ванну и лежала на постели, когда она услышала стук. Она открыла дверь и нетерпеливо спросила: - Ну что ещё? - Ван Бо скоро вернётся домой с работы. А тебе всё ещё нужно заказать еду, - сказала Нин Шу. Цай Аньци презрительно подвернула губы и позвонила в доставку еды со своего мобильного телефона. Она заказала немало блюд. Но Нин Шу ничего не сказала. Всё равно не ей платить за всё это. Цай Аньци показала свой телефон и гордо сказала: - Видите? Такие мелочи решаются простым телефонным звонком. Зачем устраивать из этого такую проблему? Нин Шу лишь улыбнулась. Надеюсь, её сердце не будет обливаться кровью, когда придёт время ей самой платить за всю эту еду. Вскоре прибыла доставка еды. Нин Шу повернулась к Цай Аньци и сказала: - Иди, заплати курьеру. Выражение лица Цай Аньци внезапно стало кислым, и она не сдвинулась с места. Человек, который доставил еду, стоял у двери и ждал, пока ему заплатят. Нин Шу ухмыльнулась и сказала: - Я могу заплатить в этот раз. Но с завтрашнего дня и далее ты будешь ходить со мной за продуктами и готовить. Тогда еда будет свежей и экономной. ---------- Он Действительно Поблагодарил Её?! Цай Аньци раздражённо топнула ногой и откашлялась. Она отправилась в свою комнату и вернулась со своим кошельком из кожи. Она достала несколько банкнот из бумажника и отдала их доставщику. Нин Шу заметила, что кошелёк Цай Аньци был от известного бренда. И такой кошелёк, вероятно, стоит десятки тысяч. Похоже, что Цай Аньци действительно была довольно состоятельной. Цай Аньци, которой пришлось заплатить за еду, выглядела очень рассерженной. Она специально гневно топала, когда уходила в свою комнату. Нин Шу притворилась, что ничего не услышала. Она спокойно позвонила Ван Бо и сказала ему, чтобы он возвращался на обед. Когда Ван Бо вернулся домой, он увидел полный стол ароматной еды. Он в изумлении повернулся к Нин Шу и спросил: - Ты заказала доставку еды? Нин Шу в ответ кивнула. - Аньци не хочет готовить. Она сказала, что теперь будет только заказывать доставку. Ван Бо нахмурился и сказал: - И сколько это стоило? Ван Бо был рабочим человеком, и всё давление о поддержке семьи было на нём. Тот целый обед уже обошёлся ему в некоторое количество сотен юаней, в то время как его ежедневная зарплата была всего лишь несколько сотен юаней. Цай Аньци услышала слова Ван Бо, когда вышла из спальни, и её лицо тут же помрачнело. Она резко вытянула свой стул и села. - Это я заплатила за еду, не ты, - резко сказала Цай Аньци. Её грубые слова тут же поставили людей на место. Ван Бо невольно глянул на свою мать, но Нин Шу не была обеспокоена. Вместо этого она начала спокойно раскладывать еду по тарелкам. Ван Бо почувствовал себя униженным, но он не знал, как возразить Цай Аньци. Поэтому он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться и ответил: - Аньци, спасибо. Когда Нин Шу услышала это, ей очень захотелось выплеснуть тарелку куриного супа в лицо Ван Бо. Он действительно поблагодарил её?! Цай Аньци холодно фыркнула и взяла палочки, чтобы начать есть. У Ван Бо не осталось иного выбора, кроме как есть в неловкой тишине. Он начал быстро набивать свой рот едой, чтобы поскорее сбежать из этой неуютной атмосферы. Нин Шу поставила перед Ван Бо тарелку куриного супа и сказала: - Вот, попробуй. Аньци даже убила курицу, чтобы сделать для тебя суп. Лицо Ван Бо тут же просветлело, он улыбнулся Цай Аньци и сказал: - Спасибо. Цай Аньци просто кивнула. Ван Бо съел тарелку куриного супа и, закончив обедать, вернулся на работу. После того, как Цай Аньци наелась, она отодвинула свою тарелку и вернулась в спальню, где заперла дверь. Нин Шу увидела, что на столе осталось много недоеденных блюд, но она выкинула их все в мусор. Прибравшись, она вернулась в свою комнату и продолжила тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. До конца дня Цай Аньци и Нин Шу не пересекались. Они обе закрылись в своих комнатах. Вечером, когда пришло время возвращения Ван Бо с работы, Нин Шу снова постучала в дверь Цай Аньци и сказала: - Уже вечер. Время заказывать еду. - Опять? Я же уже заказывала в обед! Голос Цай Аньци зазвенел от удивления. Нин Шу добро улыбнулась и объяснила: - Ты же сама сказала, что объедки – это нездоровая пища, поэтому я их выбросила. - Вы выбросили все те блюда?! – Цай Аньци чуть не задымились от гнева. – Вероятно, это потому, что вы не использовали свои деньги. Вот почему вы так расточительны. Ха-ха-ха, что-то я не видела, чтобы у тебя сердце болело, когда ты использовала деньги других людей. Ты почувствовала боль только когда были потрачены деньги из твоего собственного кошелька. Выражение лица Нин Шу осталось неизменным. - Это был обед, который ты заказала. Ты сама раньше говорила, что объедки – это плохо для твоего здоровья, поэтому я их выкинула. - Вы… Цай Аньци была в такой ярости, что её грудь высоко вздымалась, и мысленно она проклинала эту старую женщину. К чёрту всякую честность. Она явно была злобной свекровью! - Время ужинать. Ты должна заказать ещё еды, - безучастно сказала Нин Шу. Цай Аньци взяла Нин Шу за руку и кокетливо сказала: - Матушка, вы готовите самую вкусную еду. Мне больше всего нравится, как вы готовите, и домашняя еда чистая и здоровая. С доброй улыбкой, прилепленной на лицо, Нин Шу нежно похлопала по руке Цай Аньци, и сказала: - Ты же тоже женщина. Ты должна знать, что в моём возрасте из-за менопаузы тело ощущается очень неуютным. В таком состоянии мне слишком трудно готовить. ---------- Это Же Не Ты Готовишь Цай Аньци хотела, чтобы Нин Шу приготовила еду, но, в итоге, та вспомнила про менопаузу. Не зная, что сказать, Цай Аньци осталась раздражённой. Эта старая женщина явно считала себя богатой пожилой леди, которая живёт в комфорте. У Цай Аньци не осталось иного выбора, кроме как сделать заказ, но в этот раз она уже не была такой экстравагантной. Она заказала только три блюда и один суп. Это была большая разница по сравнению с тем пиром, который она заказывала на обед, когда блюда заполнили половину стола. Когда прибыл курьер доставки еды, она достала свой кошелёк и заплатила с мрачным выражением лица. Чем больше она об этом думала, тем злее становилась. Она же должна быть замужней женщиной. Ты выходишь замуж, чтобы о тебе заботились и кормили тебя до конца жизни. Так почему же она была вынуждена поддерживать всю эту семью? Цай Аньци пристально уставилась на Нин Шу, которая расставляла блюда на столе, и сказала ей: - Раз моя бедная матушка чувствует себя недостаточно хорошо, чтобы заботиться о домашнем хозяйстве, я думаю, что Ван Бо должен теперь отдавать мне свою зарплату. Нин Шу подняла брови и сказала: - Давай сначала дождёмся возвращения Ван Бо. Посмотрим, что он сам скажет. Напряжённое выражение лица Цай Аньци немного расслабилось. Ван Бо обязательно отдаст ей все свои деньги, стоит ей только немного угодить ему. Ван Бо, который вернулся после тяжёлого рабочего дня, чувствовал себя измождённым. Цай Аньци пошла встречать его, и первым предложением, которое вышло из её рта было: - Ван Бо, ты же отдашь мне свою зарплатную карточку, да? Ван Бо был ошарашен таким внезапным требованием. С изумлённым видом на лице, Ван Бо повернулся к Нин Шу в поисках объяснения. Нин Шу сказала: - Иди мыть руки. Давай сначала поедим. Ван Бо прошёл мимо Цай Аньци и зашёл в ванную, чтобы вымыть руки. Выражение лица Цай Аньци стало мрачным, и она в гневе топнула ногой. Её раздражало видеть, как Ван Бо так послушно относится к словам Нин Шу. Ван Бо вымыл руки, сел на стул и посмотрел на блюда на столе. После мгновения тишины он спросил: — Это очередная еда с доставки? - А что ещё это по-твоему? – Цай Аньци села рядом с Ван Бо и сказала: - Чтобы заказывать еду нужны деньги. Ван Бо, здоровье матушки уже не очень хорошее, и она не может как следует заботиться о домашнем хозяйстве. Пожалуйста, дай мне свою зарплатную карточку. Ван Бо недовольно нахмурился и сказал: - И всё же, я считаю, что лучше готовить дома. - Тебе легко говорить. Это же не ты готовишь, - возразила Цай Аньци. Ван Бо был шокирован агрессивностью Цай Аньци и долгое время не мог выговорить ни слова. Нин Шу присмотрелась к несчастному лицу Ван Бо и поняла, почему он был так расстроен. На столе не было ни единого блюда, которое бы нравилось Ван Бо. Цай Аньци заказала только то, что нравится ей. По таким вот мелким деталям вроде этой, можно было понять, что один человек не заботится о другом. Цай Аньци не нравился этот туповатый и деревянный Ван Бо. Она выбрала Ван Бо только потому, что он был простодушным. Даже если он что-то и узнает про неё, он всё равно решит смириться с этим из-за своего слабого характера. И хотя в семье была ещё свекровь, Ван Бо и его мать были слишком наивными и простыми. Цай Аньци была уверена, что она не будет страдать, когда выйдет замуж и войдёт в эту семью. К тому же, её семья давила на неё, чтобы она вышла замуж, и все женщины, в конечном счёте, должны выходить замуж. Цай Аньци прекрасно понимала свою ситуацию. Если она вступит в семью с чуть более лучшим положением, её муж наверняка бросит её, потому что у неё в прошлом было несколько абортов, поэтому ей будет нелегко забеременеть снова. Скромная семья, как у Ван Бо была для неё наилучшим выбором. Они наверняка будут ценить и почитать её. Положении семьи Ван Бо было нормальным. У Ван Бо была стабильная работа, и его семья имела своё жильё. Нин Шу повернулась к Ван Бо и сказала: - Аньци – твоя жена. Нет ничего плохого в том, чтобы давать ей деньги. Цай Аньци посмотрела на Нин Шу с лёгким подозрением. Она никак не могла поверить, что эта старая женщина внезапно стала такой доброй. ---------- Ощущение Востребованности Нин Шу добавила: - Конечно, ты не обязан отдавать Аньци всё. Как насчёт такого? Оставь зарплатную карточку мне, а ей выдавай половину своей зарплаты каждый месяц. Половина зарплаты Ван Бо была около четырёх тысяч юаней. - А я буду сохранять для тебя другую половину зарплаты. Всегда хорошо иметь немного денег в запасе. Тогда ты не окажешься в затруднительном положении, когда случится что-то неожиданное, - сказала Нин Шу. – Вам всё ещё нужно завести детей. И на воспитание детей потребуется много денег. Позволь мне сэкономить на это. Цай Аньци всё равно не была довольна даже после такого. В итоге, зарплатная карточка всё равно окажется в руках этой старой женщины, и последнее слово тоже будет за ней. Неужели она должна будет просить деньги у этой старой женщины? Когда Ван Бо услышал предложение Нин Шу, он удовлетворённо кивнул и сказал: - Ладно. Цай Аньци была в такой ярости, что хотела бросить свои палочки и просто уйти. Но потом до неё дошло, что ей придётся всю ночь голодать, так как эта старая женщина снова потом выбросит все остатки. Она же заплатила за этот ужин из своего кармана. Так почему бы ей не поесть? Цай Аньци взглянула на бестолковое лицо Ван Бо и почувствовала раздражение. Блять, плейбои, по крайней мере, понимают женщин, и знают, чего они хотят. Цай Аньци повстречала уже немало мужчин. В те времена, прежде чем она даже открывала рот, мужчины уже присылали ей всё, чего она хотела. Они хорошо обслуживали её и изо всех сил пытались удовлетворить её. И хотя по окончании дня они расставались, они всё равно хорошо проводили время. Цай Аньци очень нравилось это ощущение востребованности. Цай Аньци однажды даже встречала мужчину, который ей понравился. Она была нежной и сладкой с тем мужчиной, который ей запал в душу. И хотя, в итоге, она была брошена, она была счастлива в этих отношениях. Но Ван Бо был таким тупым мужчиной, что это сводило Цай Аньци с ума. Она была уверена, что его мозги были наполнены лишь соломой. Он не понимал атмосферу, и не был романтичным ни в каком смысле. Цай Аньци подавила жгучий гнев в своём сердце и решила подождать, пока она сможет поговорить с ним вечером наедине. Вечером Цай Аньци и Ван Бо лежали в постели. Цай Аньци коснулась груди Ван Бо и сказала: - Ван Бо, давай лучше зарплатная карточка будет у меня. Я буду управлять всеми домашними расходами. У твоей матери здоровье уже слабое. Она будет только счастливее, если сможет вести более расслабленную жизнь. Ван Бо задумался на мгновение, и сказал: - Я всё равно думаю, что будет лучше оставить карточку маме. Цай Аньци тут же села в гневе и яростно пнула Ван Бо. - Ван Бо, я же твоя жена, но ты отдаёшь свою зарплатную карточку матери? Ты меня вообще не считаешь за свою жену! Думаешь, что я вышла замуж за тебя, потому что я хотела что-то от тебя? Так и чего же я хотела? Цай Аньци кричала очень громко. Нин Шу могла слышать её слова из соседней комнаты. Цай Аньци пнула Ван Бо не сдерживаясь, и ему было очень больно. Но, при виде красивой Цай Аньци он попытался её успокоить. - Мама делает это ради нашего блага и ради нашего будущего. Но Цай Аньци закричала ещё громче: - Если бы это действительно было ради нашего блага, то она должна была отдать зарплатную карточку мне! Если она хочет себе зарплатную карточку, то она должна найти старика и выйти за него замуж. Тогда у неё будет пенсия этого старика. Выражение лица Ван Бо помрачнело, и он не удержался от того, чтобы возразить: - Ты заходишь слишком далеко. Что ты имеешь в виду, говоря, что она должна найти старика и выйти за него замуж? - А что такое? Неужели она хочет выйти за двадцатилетнего? Да ей нужно в зеркало посмотреться, - насмешливо сказала Цай Аньци. - Хватит! Цай Аньци, она – моя мать. Ты не могла бы проявить немного уважения? – Ван Бо не удержался и добавил: - Я никогда ничего подобного не говорил о твоей матери. Цай Аньци увидела, что Ван Бо защищает свою мать, и она пришла в ещё большую ярость. - Мои мать и отец прекрасно живут вместе, в то время как твою мать выбросили, словно мусор. Какого хуя! Это точно тот мужчина, которого она выбрала? Она думала, что он будет ценить свою жену, но он оказался просто большим маменькиным сынком. Слова Цай Аньци привели Ван Бо в такую ярость, что он в пылу момента влепил ей пощёчину тыльной стороной ладони. Они оба были ошеломлены этим. Цай Аньци в оцепенении прикрыла лицо, с выражением недоверия на лице. Ван Бо тут же пожалел о своих действиях. Он ведь не хотел начинать эту ссору с Цай Аньци. Из-за их пререканий кровь ударила ему в голову, и он ударил её прежде, чем успел это обдумать. Ван Бо осторожно позвал Цай Аньци: - Аньци. Цай Аньци прижимала руку к больной щеке и яростно закричала: - Да кем ты себя возомнил? Ты действительно поднял на меня руку? Как ты посмел ударить меня? ---------- Спишь в Гостиной В глубине души, Цай Аньци всегда смотрела на Ван Бо свысока и считала, что, выйдя за него замуж, она опустилась на статус ниже. И что единственное правильное поведение Ван Бо – это обожать её, защищать её, и выслушивать любую её прихоть. Но теперь он даже посмел ударить её. Цай Аньци почувствовала себя оскорблённой и была в такой ярости, что хотела просто содрать с него кожу заживо. Это что, чёрт возьми, сейчас было? Проще говоря, Цай Аньци считала, что она заслуживает мужчину получше. Мужчину, у которого есть деньги, власть, внешность, и который знает, как быть романтичным, и всё же, она вышла замуж за мужчину, у которого нет ни одного из этих качеств. И он даже ударил её. Когда Ван Бо увидел, как Цай Аньци жалобно держится за свою щёку, он сам разочаровался в себе. Его сердце начало болеть за Цай Аньци, и он начал многократно извиняться. - Аньци, я не хотел. Не плачь. - Тогда отдай мне свою зарплатную карточку, - тут же сказала Цай Аньци резким тоном. Она не собиралась так легко отпускать тот факт, что он её ударил. Ван Бо нахмурил брови и долгое время не знал, как ей ответить. Когда Цай Аньци увидела, что он так замешкался, она ещё больше расстроилась и агрессивно вытолкала его из спальни. - Сегодня ты спишь в гостиной. Затем она захлопнула дверь с громким стуком. Ван Бо стоял у закрытой звери и взволнованно взъерошивал свои волосы. Он хотел постучаться в дверь, но он чувствовал себя виноватым за то, что ударил Цай Аньци. У Ван Бо не осталось иного выбора, кроме как снова лечь спать на диване. Нин Шу принесла летний спальный матрас и подушки, разложив их на полу, и сказала Ван Бо: - Не спи на диване. Он неудобный. - Мам. Когда Ван Бо увидел Нин Шу, на его лице появилось обеспокоенное и виноватое выражение. Нин Шу понимающе улыбнулась и сказала: - Парочки, живущие вместе, должны поддерживать друг друга. Им нужно компенсировать недостатки второй половинки и сопровождать друг другу на протяжении всей жизни. И если кто-то из них начинает думать иначе, то брак долго не протянет. Нин Шу посмотрела на Ван Бо. - Как тогда, когда твой отец влюбился в другую. В нашем с ним браке не осталось смысла, даже если бы мы смогли остаться вместе. Я видела, как твой отец томится от любви к другой женщине, и мне было грустно. Поэтому, когда наш брак закончился, я даже почувствовала себя лучше. У меня нет какого-то конкретного желания, но я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Ван Бо тяжело вздохнул с усталым видом. Он выдавил из себя улыбку и сказал Нин Шу: - Я понимаю. - Отдохни, как следует. Нин Шу не удосужилась спрашивать у Цай Аньци, почему она заставила её сына спать на диване в гостиной. Это бы поставило Ван Бо в ещё худшую ситуацию. Ван Бо был не очень умным, и совсем не был уравновешенным. Он бы ни за что не смог разобраться в противоречиях между двумя женщинами. У свекровей и невесток всегда будут свои различия. И вполне естественно, что у них была непримиримая "классовая борьба". Ян Цзыи всю свою жизнь посвятила сыну и ей приходилось мириться с мыслью, что "появление невестки равноценно смерти сына". В итоге, её любимый сын был полностью растоптан этой женщиной. Кем эта старая женщина считала своего сына? Женщина без самоуважения и любви к себе смела вести себя благородно и величественно перед её сыном. На следующее утро Нин Шу сделала завтрак для Ван Бо. Ван Бо глянул на закрытую дверь в свою спальню и замешкался, но, в итоге, всё равно постучал. Цай Аньци всё ещё кипела от гнева. Когда она открыла дверь, на её лице было ужасное выражение. От этого у Ван Бо тоже испортилось настроение с самого утра. Его изначальным намерением было извиниться перед ней, но, судя по её виду, он понял, что она, вероятно, не станет его слушать. Ван Бо вошёл в комнату, переоделся и ушёл на работу, не проронив ни слова. Цай Аньци с недоверием наблюдала за тем, что Ван Бо вот так просто ушёл. Она снова почувствовала себя на пике гнева. Да что у него за отношение такое? Нин Шу увидела красную отметину на лице Цай Аньци, которая явно была сделана Ван Бо этой ночью. Цай Аньци заметила взгляд Нин Шу на своём лице. Она раздражённо закатила глаза и снова захлопнула дверь в спальню. Но Нин Шу не было до этого дела. Если та не хочет есть, так тому и быть. ---------- Её Волосы Были Завитыми, Словно Водоросли Спустя некоторое время Цай Аньци вышла из своей комнаты, красиво одетая и с макияжем на лице. Её волосы были завитыми, словно водоросли, а ещё от неё шёл аромат духов. Она даже несла в руке сумочку известного бренда. Цай Аньци выглядела очень красивой, когда одевалась подобным образом. Цай Аньци решила, что ей нужно больше развлекаться, пока она всё ещё молода. Она хотела воспользоваться своей красивой внешностью и молодостью. Нин Шу подняла брови и спросила: - Куда это ты собралась так рано утром? - Я собираюсь вернуться к родителям. Ван Бо совершил домашнее насилие, - заявила Цай Аньци. Нин Шу спокойно улыбнулась и сказала: - Будет лучше, если у всех будет какое-то время раздельно на то, чтобы успокоиться. Когда ты планируешь вернуться? Цай Аньци посмотрела на невозмутимую улыбку Нин Шу и была сбита с толку. Неужели эта старая женщина всё это время надеялась, что Цай Аньци уйдёт совсем? Цай Аньци внезапно почувствовала, что больше не хочет никуда идти. Быть может, эта старая женщина не хочет давать ей деньги, поэтому она спланировала всё это? Хоть Цай Аньци и устроила сцену прошлым вечером, Ван Бо не пошёл с ней на компромисс. До самого конца он так и не отдал ей свою зарплатную карточку. Цай Аньци знала, что ей придётся быть более терпеливой в этом вопросе. Когда Цай Аньци увидела безразличное отношение старой женщины к тому, что она собирается вернуться в родной дом, она почувствовала ещё большее раздражение. Нин Шу увидела, что Цай Аньци просто стоит, пока её глаза непрерывно закатываются, а накладные ресницы беспрестанно моргают. Нин Шу спросила невинным голосом: - Хочешь позавтракать перед уходом? Когда Цай Аньци услышала, что Нин Шу подначивает её уйти, она стала ещё более подозрительной. Она села на стул и начала есть завтрак. - На улице так жарко. Что-то я уже больше не хочу возвращаться домой. Пока Цай Аньци завтракала, она поглядывала на Нин Шу. - Дайте мне половину зарплаты Ван Бо, - потребовала Цай Аньци. Нин Шу кивнула. - Сходишь потом со мной. Выражение лица Цай Аньци стало хуже. После завтрака Цай Аньци ушла на балкон, чтобы позвонить по телефону. И хотя она говорила тихим голосом, Нин Шу имела очень острый слух благодаря тому, что практиковала Непревзойдённые Боевые Искусства. - Я больше не смогу прийти к тебе, чтобы поиграться. Старуха в моей семье с нетерпением ждёт моего ухода. Наверное, это потому, что она считает, что её невестка – это просто помеха, и хочет захватить мои деньги. В семье с одним родителем, где есть только сын и его мать, кто знает? Может, у этой старухи есть какие-то аномальные чувства к своему сыну? Она даже поторапливает меня, чтобы я ушла. Я ни за что не уйду. Нин Шу невольно подняла брови, когда услышала предположения Цай Аньци. В какой-то мере Ван Бо действительно был духовной опорой для Ян Цзыи, но всё было не настолько плохо, как предполагала Цай Аньци. - Она такая странная. Она даже заставила меня убить курицу, которую собиралась приготовить. Она хочет превратить меня в перегруженную домохозяйку, как она. Я приду поиграть с тобой, когда добуду немного денег. Нин Шу переоделась и сказала Цай Аньци: - Пойдём со мной. Цай Аньци повесила трубку. Когда она увидела, что Нин Шу держит корзину, она тут же спросила: - Вы опять хотите сходить за продуктами? Нин Шу вложила корзину в руки Цай Аньци и сказала: - Сначала нам нужно сходить в банк, чтобы взять деньги. Цай Аньци подумала, что Нин Шу хочет дать ей деньги, поэтому радостно последовала за Нин Шу с корзинкой. Снаружи было невероятно жарко и потно. Цай Аньци сегодня наложила макияж, поэтому теперь он начал таять. Она повернулась к Нин Шу и сказала: - Давайте возьмём такси до банка. Нин Шу покачала головой. - Банк всего в нескольких шагах – незачем брать такси. Одна только начальная ставка уже десять юаней. Это просто пустая трата денег. Цай Аньци закусила губы, чтобы взять под контроль свой гнев, и холодно сказала: - Я заплачу за такси. Она была так красиво одета, но ей всё равно приходилось нести корзинку для продуктов. Это было просто… Нин Шу улыбнулась ей и сказала: - Мы уже почти пришли. Не нужно брать такси. К тому же, сейчас час пик. Мы легко можем застрять в пробке. Цай Аньци почувствовала сильное раздражение. Она надела особенно высокие каблуки, и теперь её ноги болели, а сама она смертельно устала от всей этой ходьбы. Спустя некоторое время они дошли до банка, и Нин Шу пошла снимать деньги. Однако Цай Аньци пришлось ждать из-за долгой очереди. Она чувствовала себя так, словно вот-вот умрёт. От палящей жары её лицо ощущалось липким. Её прекрасный макияж наверняка был испорчен. А после того, как она так долго ходила на высоких каблуках, ноги ощущались так, словно она наступает на иглы. ---------- Можем Мило Поболтать После длительного ожидания, Нин Шу, наконец, вышла из банка с деньгами. Цай Аньци тут же потребовала: - Матушка, дайте мне деньги. Нин Шу сказала: - Давай поговорим об этом, когда вернёмся. Мы же не можем говорить о деньгах прилюдно. Цай Аньци была очень недовольна, но она не стала спорить. Она мысленно проклинала Нин Шу: "Старуха, однажды я обязательно выброшу тебя на улицу и заставлю попрошайничать." Отойдя от банка, Нин Шу сказала: - Пойдём в сторону продуктового рынка. - Зачем нам вообще идти на рынок? Дайте мне деньги, и я всё закажу. Нин Шу спокойно ответила: - Те блюда, которые ты заказываешь – это не то, что ему нравится. Я куплю немного продуктов, чтобы сделать то, что ему нравится. - Это же всё просто еда. Он может есть всё, что я заказываю, - пробормотала Цай Аньци. – Вы можете идти на рынок. А я не пойду. Цай Аньци протянула корзинку Нин Шу. Нин Шу не стала брать корзинку, а вместо этого сказала: - Идём со мной, чтобы, когда ты заказывала еду, ты знала, что Ван Бо нравится есть. Тогда ты сможешь заказать одно или два любимых блюда Ван Бо. - А вы не можете просто сказать мне, что нравится Ван Бо? Неужели мне действительно нужно дойти до самого рынка? Цай Аньци не могла долго ходить, потому что она была на высоких каблуках. Она же одевалась так красиво не для того, чтобы просто закупаться на том грязном и многолюдном продуктовом рынке. Нин Шу взяла Цай Аньци за руку и сказала: - Просто пройдись со мной. Тогда мы с тобой, мать и невестка, можем мило поболтать. Если между нами есть какие-то недопонимания, то мы можем всё решить. Я же не говорю, что не могу отдать тебе зарплатную карточку Ван Бо. Цай Аньци хотела избавиться от руки Нин Шу, удерживающей её, но, как бы она ни старалась оттянуть её, она не могла от неё избавиться. Когда она увидела, что Нин Шу пристально смотрит на неё, она неохотно сдалась и сказала: - Ладно. Это всё было ради зарплатной карточки. Нин Шу улыбнулась. - Вот и хорошо. Им пришлось пройти весь обратный путь, а потом ещё дальше, чтобы добраться до продуктового рынка. Цай Аньци держала в руках корзинку, и она уже слегка прихрамывала. От всей этой ходьбы на высоких каблуках ей было уже больно. Нин Шу притворилась, что она не заметила неестественную походку Цай Аньци, и не удосужилась спрашивать её о том, как там её ноги. Когда они пришли на продуктовый рынок, Нин Шу выбирала и проверяла каждую мелочь по пути. Пол на продуктовом рынке был немного грязным. Цай Аньци переживала, что её красивые туфли замараются, поэтому ходила очень осторожно. Цай Аньци обливалась потом и у неё постоянно болели ноги. Однако Нин Шу настояла на том, чтобы проверить несколько прилавков в поисках овоща одного типа. Чтобы добиться скидки в десять центов, она оббежала несколько овощных прилавков, и Цай Аньци невольно пришлось следовать за ней. На рынке было очень много народу и тут было очень жарко. И вот тогда Цай Аньци заметила, что лицо Нин Шу совсем не покраснело от жары, и она не дышала тяжело. Она с таким энтузиазмом занималась выбором продуктов, хоть она и жаловалась на физический дискомфорт последние два дня. В данный момент она выглядела достаточно здоровой, но всё равно отказывалась готовить. Цай Аньци почувствовала себя так, словно пострадала от дурной удачи, накопленной за восемь жизней, раз она повстречала такую хитрую свекровь. Если бы она знала, насколько обманчивой была эта старая женщина, она бы ни за что не вышла замуж за Ван Бо, кто бы там что ни говорил. Нин Шу скинула все выбранные овощи в корзину. Лицо Цай Аньци постепенно становилось мрачнее. Затем Нин Шу подвела Цай Аньци к рыбному прилавку и сказала: - Ван Бо нравится тушёная рыба. Цай Аньци вообще не было дела до того, что там говорила Нин Шу. В том месте, где продавалась рыба, было очень сыро, на полу было полно грязной и чёрной воды. Цай Аньци даже не знала, куда ей ступить, чтобы избежать всей этой грязи. Более того, туфли на её ногах были не из дешёвых. Нин Шу выудила рыбу из воды, внимательно осмотрела её и сказала: - Рыба не должна быть слишком большой. Если она слишком большая, значит – она старая. Не слишком большая и не слишком маленькая – в самый раз. Цай Аньци рассеянно кивала, не особо пытаясь вникнуть в объяснения. Рыба, которую держала Нин Шу, начала извиваться своим телом и выскользнула. Она упала на пол, в лужу со сточными водами. Брызги окатили дорогие туфли и чулки Цай Аньци. Цай Аньци взволнованно отскочила в сторону и, в итоге, расплескала на себя ещё больше сточных вод. ---------- Память Становится Хуже Цай Аньци выглядела так, словно она вот-вот расплачется. Нин Шу сказала: - Да ничего страшного. Просто иди домой и вымой их в воде. - Да как я могу мыть свои туфли водой? Эти туфли нужно отправлять в специальную химчистку, чтобы их очистили. Вы хоть знаете, насколько это дорого? – громко взревела Цай Аньци, привлекая внимание всех вокруг. Цай Аньци в гневе плотно поджала губы. Её лицо стало совсем красным, а её размазанная подводка для глаз и поплывшая тушь для ресниц, делали её похожей на панду. Даже её накладные ресницы начали отклеиваться и неуклюже торчать. - Как долго это ещё будет продолжаться? – озлобленно спросила Цай Аньци у Нин Шу. Нин Шу спокойно подобрала трепещущую на полу рыбу и попросила продавца взвесить её. Затем она расплатилась за неё и положила её в продуктовую корзину. Живая рыба продолжила прыгать в продуктовой корзине. Цай Аньци начало толкать, и ей очень хотелось просто выбросить эту корзину. Но она мысленно утешала себя. Как только она получит зарплатную карточку Ван Бо, как только она окажется в её руках… Когда она увидела, что Нин Шу всё ещё бродит по рынку, Цай Аньци не удержалась и озлобленно спросила: - Вы уже купили так много вещей. Что ещё вы хотите купить? Нин Шу спокойно ответила: - Мне ещё нужно купить немного зелёного лука. Цай Аньци была в такой ярости от Нин Шу, но у неё не осталось энергии даже на то, чтобы выйти из себя. Её ноги уже практически отваливались от всей этой ходьбы. Она лишь хотела присесть, снять каблуки и позволить своим ногам отдохнуть. Нин Шу купила пучок зелёного лука и держала его в руке. Она начала рыться в корзине. - Дай-ка посмотреть, не нужно ли купить ещё чего-нибудь. А то с годами память становится хуже. Перепроверив всё, Нин Шу сказала: - Ладно, всё тут. Пойдём домой. Цай Аньци стерпела пульсирующую боль в её ногах и последовала за Нин Шу к выходу с рынка. От продуктового рынка до их квартала было ещё немалое расстояние. Вес её собственного тела, плюс все продукты в корзине давили на ноги Цай Аньци. Это ощущение становилось уже невыносимо болезненным. Одна только мысль о том, что ей нужно пройти всю эту обратную дорогу, пугала Цай Аньци. Цай Аньци жалобно ковыляла вслед за Нин Шу. Нин Шу посмотрела на неё и сказала: - Почему ты не купишь себе более удобную обувь? Ты всего немного прошлась, а уже в таком состоянии. Подумав немного, Нин Шу предложила Цай Аньци: - Сними свою обувь и иди босиком. Когда Цай Аньци услышала это, она тут же возразила: - Я не хочу. Она лучше пойдёт домой, испытывая боль на каждом шагу, чем будет делать из себя посмешище, если пойдёт босиком. Нин Шу пожала плечами: - Ну, как хочешь. Цай Аньци чувствовала, как солнце осушает её. Её ноги безумно болели, и она чувствовала головокружение и сухость. Она никогда так сильно не страдала. Если она когда-либо ещё снова выйдет с этой старой женщиной, тогда её можно будет считать дурой. Ноги Цай Аньци были крайне измучены. С каждым шагом в ноги словно вонзались иглы. В итоге, у Цай Аньци не осталось иного выбора, кроме как снять туфли и идти босиком. Однако сейчас была самая жаркая часть лета, и дорога была выжжена солнцем до такой степени, что на ней можно было жарить яйца. И хотя сейчас ещё было не так жарко, как в полдень, но всё равно было очень жарко. Пока Цай Аньци пыталась удержать в руках свои туфли и корзинку с продуктами, она увидела, как Нин Шу вальяжно вышагивает впереди неё. Цай Аньци так разозлилась, что её начало трясти от гнева. Она агрессивно бросила корзинку на землю и завопила: - Я это больше не понесу. Я не могу это больше нести. Ради зарплатной карточки Ван Бо, на которой было лишь жалкое количество денег в месяц, ей приходилось терпеть, как её прекрасная кожа выгорает на солнце. Ей приходилось следовать за этой старой женщиной, словно она была какая-то служанка. С неё было достаточно. Какого хуя! Вы только взгляните, через что ей пришлось пройти. Было гораздо лучше просто уйти и развлечься в другом месте. Это было бы гораздо легче, и она бы этим даже заработала деньги. Нин Шу подняла брови и посмотрела на вещи, раскиданные по земле. Она сказала: - Да что с тобой такое? Почему ты так внезапно вышла из себя? Снаружи так жарко. Идём скорее домой. Разве вы, молодые люди, не цените красоту больше всего? Если долгое время проводить под лучами ультрафиолетового света, то люди могут сразу постареть лет на десять. Пока Нин Шу говорила, она подобрала разбросанные по земле вещи и сложила их обратно в корзину. - Похоже, что тебе трудно нести всё в корзине. Давай я тебе помогу нести твои туфли, - сказала Нин Шу. Цай Аньци: … ---------- Как Родная Дочь Нин Шу держала пучок зелёного лука в одной руке и каблуки Цай Аньци в другой, в то время как Цай Аньци несла всё остальное. Она босиком шла позади Нин Шу, и у неё было такое ощущение, что её ноги словно жарятся на медленном огне. Когда они встречали знакомых на обратном пути, Нин Шу здоровалась с ними и улыбалась. Все эти люди видели, что Цай Аньци идёт босиком, с размазанным макияжем, и это выглядело ужасно. Тётушка Ли, которая часто играла в маджонг с Ян Цзыи, прямо спросила у Нин Шу: - Что случилось с твоей невесткой? Выражение лица Цай Аньци помрачнело. Её прекрасные завитые волосы спутались, вся белая пудра на её лице уже пропала, а её чёрная подводка для глаз размазалась. Она действительно выглядела плохо. Нин Шу слегка улыбнулась и сказала: - Молодые люди любят хорошо выглядеть, но погода стала немного жарковатой. Вот и всё. Когда тётушка Ли увидела, что Нин Шу держит в руке пару туфель на высоком каблуке, она раздражённо сказала: - Она даже заставляет тебя нести за неё обувь? Даже если ты её и балуешь, всему должен быть предел. Нин Шу небрежно ответила: - Я в порядке. Цай Аньци для меня как родная дочь. Она даже побоялась, что я устану, и поэтому помогает мне нести продукты. Тётушка Ли искоса глянула на Нин Шу и сказала: - Где ещё можно найти такую свекровь? После этого тётушка Ли обратилась к Цай Аньци: - Тебе очень повезло, что ты встретила свекровь, которая мыслит так открыто. Я знаю её больше 20 лет. Она добросердечный человек. Ты должна в будущем выразить дочернее почтение своей свекрови. Сердце Цай Аньци наполнилось гневом. Да за кого она её принимает? Кто она такая, чтобы устраивать ей лекцию о поведении, едва они только встретились? Это вообще не её дело. А насчёт тех слов, что старая женщина была хорошей свекровью, Цай Аньци хотела плюнуть ей прямо в лицо. Её свекровь совершенно точно не была доброй. Эта старая женщина целенаправленно пытала свою невестку. А кто ещё нёс ответственность за её нынешнее состояние? Тётушка Ли похлопала Нин Шу по плечу. - Давай потом посидим вместе. Нин Шу кивнула. Женщины одного возраста, проживающие в одном здании, часто разделяли свои увлечения. Они пили чай и принимали участие в каких-нибудь танцевальных событиях. Но после того, как Ван Бо и Цай Аньци поженились, Ян Цзыи вынуждена была оставаться дома и заниматься всей работой по дому. Цай Аньци никогда не сидела дома. Она часто куда-то уходила, говоря, что она встречается со своими подружками. Но кто знает, с кем она была на самом деле? Ян Цзыи занималась всей стиркой и готовкой в доме. В доме, где живёт три человека, всегда много одежды, которую нужно стирать. Всё нижнее бельё и прочие вещи Цай Аньци стирала Ян Цзыи. Цай Аньци даже сказала, что её одежда очень дорогая, поэтому её нужно стирать руками, чтобы не испортить, и всякую прочую ерунду… На обратном пути они встретили много знакомых, и Нин Шу останавливалась поболтать с ними. В основном они говорили о Цай Аньци, и люди спрашивали у Нин Шу, что случилось с её невесткой. Нин Шу была очень добросердечной и прямо объясняла им, что произошло. Она постоянно хвалила дочернюю почтительность своей невестки, когда встречала других людей и всем говорила, какой хорошей была её невестка Цай Аньци. Но большинство из них были в сомнениях. Они не до конца верили в то, что говорила Нин Шу. Свекровь выглядела идеально опрятной, но Цай Аньци выглядела словно месиво. Как она вообще может быть хорошей невесткой? Когда Нин Шу разговаривала с другими людьми, у Цай Аньци не было иного выбора, кроме как стоять и ждать, слушая их. Наконец, она больше не смогла выдержать того факта, что Нин Шу долго болтала с разными людьми и при этом полностью игнорирует то, как она устала и как ей было жарко. - Я пойду наверх. Цай Аньци прервала Нин Шу и босиком побежала вверх по лестнице, с корзинкой в руках. Нин Шу виновато улыбнулась и попрощалась со своими знакомыми, затем быстро помчалась вслед за Цай Аньци. Как только Цай Аньци пришла домой, она бросила корзинку на пол и помчалась в ванную. Спустя некоторое время она вышла, и всё её тело было покрыто каплями воды, а сама она выглядела заметно посвежевшей. - Матушка, дайте мне деньги. Цай Аньци вытянула руку в сторону Нин Шу. Нин Шу как раз думала, что приготовить. Она улыбнулась Цай Аньци и сказала: - Вопрос с деньгами не такой срочный. Подойди, поможешь мне сначала решить, что приготовить. Цай Аньци раздражённо закатила глаза. - Я вернусь, когда вы решите отдать мне деньги, - сказала Цай Аньци и развернулась, чтобы вернуться в спальню. ---------- Пойдёшь Потом Готовить Со Мной Нин Шу любезно сказала: - Не уходи пока, вернись. Я хотела ещё кое-что с тобой обсудить. Подумав немного, Цай Аньци села напротив Нин Шу и спросила: - И что же это? После этих слов Цай Аньци достала свой телефон и начала болтать с кем-то по WeChat. Кто знает, о чём она там разговаривала? Её выражение лица было очень флиртующее. Нин Шу сказала: - Пойдёшь потом готовить со мной. Цай Аньци подняла голову и сказала: - Разве вы не говорили, что будете заказывать доставку еды? Зачем вы хотите готовить? Нин Шу с улыбкой сказала: - Я вот о чём подумала. Ты будешь готовить обед и ужин, а я буду давать тебе половину зарплаты Ван Бо каждый месяц. На эти деньги ты сможешь покупать себе косметику и играть со своими подружками. - Нет, точно нет. Повреждения от масла и дыма на коже не вылечить никакими лекарствами, сколько бы препаратов для заботы о коже и косметики не использовать. Я никогда не буду готовить, - сказала Цай Аньци, закатив глаза. Нин Шу слабо улыбнулась и сказала: - Тогда у меня не остаётся иного выбора, кроме как давать тебе только одну тысячу юаней в месяц. - Что? – Цай Аньци уставилась на Нин Шу, широко распахнув глаза. – Сколько, вы сказали? - Тысячу, - повторила Нин Шу. – А если согласишься готовить, тогда я буду давать тебе пять тысяч юаней. - Да что можно купить на эту тысячу юаней? Этого даже не хватит на то, чтобы месяц заказывать еду. Что вы имеете в виду? – Цай Аньци встала и закричала: - Чего именно вы добиваетесь? - Или ты хочешь вместо этого заниматься уборкой и стиркой? Тогда я буду давать тебе пять тысяч юаней, - нежно добавила Нин Шу. – Тогда ни масло, ни дым не смогут навредить твоей коже. - Да я ни за что не соглашусь делать такие вещи, - холодно сказала Цай Аньци. Нин Шу посмотрела на Цай Аньци и ничего не сказала. Цай Аньци развернулась и вернулась в свою комнату. Цай Аньци планировала прогуляться, поэтому, спустя некоторое время, она вышла в красивом платье. Нин Шу спросила: - Куда ты собираешься? Скоро уже обед и Ван Бо вернётся. - Я не приду на обед, - сказала Цай Аньци со следами раздражения в голосе. - И с кем ты планируешь повидаться? – спросила Нин Шу. Цай Аньци стала ещё более нетерпеливой. - Я пойду повидаться с моей лучшей подругой. А потом она ушла. Нин Шу сунула свой телефон в карман и последовала за ней. Она не верила, что Цай Аньци собралась на встречу с какой-либо из своих подруг. Цай Аньци села на такси в соседнем квартале, и Нин Шу поспешила поймать такси и себе, чтобы не отставать. Такси с Цай Аньци припарковалось перед отелем, который выглядел довольно высококлассным. С первого же взгляда было очевидно, что для того, чтобы останавливаться в таком модном месте, нужно иметь немало денег. Цай Аньци вошла, и Нин Шу последовала вслед за ней. Наконец, в ресторане отеля Нин Шу увидела Цай Аньци, сидящую с каким-то мужчиной. Они заказали стейк и неспешно ели. Нин Шу не посмела подходить к ним слишком близко. У неё не было иного выбора, кроме как наблюдать за ними издалека, и поэтому она не могла слышать, о чём они разговаривают. Цай Аньци выглядела очень красивой со своей улыбкой. Она никогда не улыбалась подобным образом для Ван Бо. Цай Аньци решила выйти замуж за Ван Бо, чтобы она могла продолжать развлекаться с другими мужчинами. С Ван Бо у неё всегда был путь для отступления. Когда она больше не сможет развлекаться с мужчинами, у неё всё ещё будет Ван Бо, к которому можно вернуться. Когда мужчина протянул руку и коснулся лица Цай Аньци, Нин Шу быстро достала свой телефон и сделала снимок. Нин Шу вела себя тихо и наблюдала за этими двумя. Цай Аньци и тот мужчина наконец-то доели и встали из-за стола, чтобы уйти. Мужчина обвил своей рукой талию Цай Аньци, но она не сопротивлялась его интимному жесту. Она очень близко прижалась к телу мужчины. Нин Шу сделала ещё один снимок и проследила за тем, как они вошли в лифт. Нин Шу с лёгкостью могла догадаться, чем они планировали заняться. Нин Шу соблазнялась мыслью о том, чтобы подняться наверх и застать их в процессе, но ей нужно было не забывать про её сына. ---------- Она Ушла Гулять Нин Шу не хотела, чтобы над Ван Бо насмехались из-за того, что ему изменила жена, особенно в подобной ситуации. Ван Бо всё ещё сильно любил Цай Аньци, поэтому это окажется для него серьёзным ударом. Разбираясь с Цай Аньци, Нин Шу нужно было проследить за тем, чтобы Ван Бо не затащили в эту грязь. После того, как Ван Бо и Цай Аньци разведутся, она всё ещё хотела, чтобы Ван Бо снова женился. Она не могла позволить ему почувствовать безнадёжность только из-за одного неудачного брака. Нин Шу ушла из отеля и приехала на такси домой. Когда она вернулась, Ван Бо уже был там. Нин Шу спросила: - Когда ты вернулся? Ван Бо почесал затылок. - Да только что. Где Аньци? Нин Шу улыбнулась и сказала: - Она ушла поиграть со своими подругами. А я ходила поболтать с твоей тётушкой Ли. Я сварю тебе тарелку лапши, чтобы ты поел. Ван Бо кивнул, сел на диван и взял свой телефон, чтобы позвонить Цай Аньци, но, даже после того, как он позвонил несколько раз, она так и не взяла трубку. Ван Бо нахмурился. Он пришёл на кухню к Нин Шу и спросил у неё: - А Аньци говорила тебе, куда она пошла? Я не могу до неё дозвониться. Нин Шу сказала: - Должно быть, у неё телефон разрядился. Лапша уже готова. Сначала пообедай. Нин Шу вынесла в гостиную лапшу. Однако Ван Бо был в ужасном настроении, потому что почувствовал разочарование, когда не смог связаться с Цай Аньци. Вскоре, он доел лапшу и ушёл. Перед тем, как он ушёл, Нин Шу остановила Ван Бо и нежно погладила его по плечу. Она улыбнулась и сказала: - Ты не волнуйся. Когда Аньци вернётся, я попрошу её позвонить тебе. Нин Шу тайком направила в его тело крошечную долю энергии, которая была толщиной с прядь волос. В современном мире изначально было не так уж много духовной энергии, поэтому Нин Шу не могла сформировать много энергии. Только благодаря особым эффектам Непревзойдённых Боевых Искусств она смогла сформировать столько энергии. Ван Бо улыбнулся Нин Шу. - Я понял. Спасибо, мам. Нин Шу кивнула. - А теперь иди на работу. Как только Ван Бо ушёл, улыбка на лице Нин Шу тут же растворилась, а она наложила себе остатки лапши в тарелку и начала есть. После обеда Нин Шу отправилась в свою комнату, чтобы продолжить практику. Цай Аньци вернулась домой только когда солнце уже начало клониться к закату. Нин Шу услышала звук высоких каблуков, цокающих по полу. Она открыла дверь и увидела, как всё лицо Цай Аньци сияет. В руках она держала несколько изысканных пакетов. Это всё были пакеты от известных брендов. Сколько же они все стоили? Нин Шу взглянула на сияющее лицо Цай Аньци и спросила: - Как ты смогла купить так много вещей? Они явно выглядят недешёвыми. Цай Аньци играла своими волосами, когда беззаботно ответила: - Я купила их на улице со своей лучшей подругой. Они стоят совсем немного. Это просто дешёвые товары. Нин Шу: →_→ Цай Аньци действительно верила, что она была всего лишь старой леди, которая ничего не знает. Нин Шу тихо сказала: - Ван Бо не мог да тебя дозвониться. Почему у тебя был выключен телефон? Цай Аньци достала свой телефон. - Ох, я и не заметила, что мой телефон разрядился, пока я ходила по магазинам. Нин Шу просто подняла брови и сказала: - Позвони Ван Бо. Он ждёт твоего звонка. - Ладно… Цай Аньци отправилась в спальню, держа пакеты в обеих руках, и закрыла за собой дверь ногой. Нин Шу не удержалась и закатила глаза. Вечером, когда Ван Бо вернулся с работы, он увидел Цай Аньци и спросил: - Почему ты мне не перезвонила? - Ты ему не позвонила? Я же говорила тебе перезвонить ему, - сказала Нин Шу, нахмурившись. Цай Аньци почувствовала раздражение от того, как мать и сын допрашивают её. Она нетерпеливо сказала: - Я забыла. Это же всего лишь телефонный звонок, ничего серьёзного. Я могу позвонить тебе сейчас, если хочешь. ---------- Она Устала Ходить По Магазинам Лицо Ван Бо посинело, и он не удержался и сказал: - Аньци, как ты можешь быть такой? Гнев Цай Аньци увеличился. - Мы уже женаты. Мы же не должны постоянно быть вместе, словно влюблённые. Это был всего лишь телефонный звонок, - начала спорить Цай Аньци. - Дело не просто в телефонном звонке, я, я… - Ван Бо начал запинаться. Ван Бо не знал, что сказать. Он явно чувствовал, что его жена не особо заботится о нём. Хоть они и были женаты и спали в одной постели, их сердца не были вместе. Не было ощущения, словно они едины, как муж и жена. Ван Бо не знал, как выразить свои внутренние ощущения. Вместо этого, он лишился дара речи от вопроса Цай Аньци. Он чувствовал себя очень разочарованным, но не знал, как решить эту проблему. Ван Бо уставился на прекрасное лицо Цай Аньци и беспокойно схватился за свои волосы. Нин Шу молча наблюдала за этим со стороны и действительно почувствовала, как тяжело приходится Ван Бо. Он с готовностью отдал свои сердце и душу человеку, который ему нравился, и был таким скромным, что опустился на землю и, в итоге, лёг в могилу. И из-за того, что Ван Бо любил Цай Аньци, она могла вести себя с ним так разнузданно. Цай Аньци полагалась на потакающую любовь Ван Бо. Нин Шу начала успокаивать Ван Бо и сказала: - Аньци сегодня купила много вещей. Я так полагаю, что она устала ходить весь день по магазинам. Когда она пришла, она сразу пошла отдыхать. Не злись. - По магазинам? – Ван Бо посмотрел на Цай Аньци. – И что ты купила? Цай Аньци неловко отвела взгляд, вспоминая все те туфли и одежду в её пакетах, и быстро ответила: - Да просто немного дешёвой одежды. Цай Аньци поспешно убежала в спальню, достала всю недавно купленную одежду и обувь из пакетов и запихала их в платяной шкаф. А заодно она даже спрятала пакеты. Старая женщина всё время сидит дома и не знает никаких известных брендов, но это не означало, что Ван Бо про них не слышал. Даже если Ван Бо не знал про них, он просто мог посмотреть информацию о них в интернете. У каких молодых людей нынче нет доступа к интернету. Ван Бо увидел, что Цай Аньци поспешила в спальню и последовал за ней. Когда он увидел, что Цай Аньци спрятала что-то в шкафу, он спросил: - Что ты делаешь? - Ни… ничего. Цай Аньци захлопнула дверцу шкафа. Ван Бо с подозрением нахмурился, открыл дверцу шкафа и достал пакет, который спрятала Цай Аньци. - В нём ничего нет. Почему же ты пыталась его спрятать? – спросил Ван Бо. - Вот поэтому я и сказала "ничего", - с улыбкой сказала Цай Аньци. Она подошла, взяла Ван Бо за руку и сказала: - Я была неправа, что не позвонила тебе сегодня. Я обещаю, что с этих пор буду перезванивать тебе. Ван Бо не понимал, почему Цай Аньци внезапно так изменила своё поведение. До этого он всё ещё злился, но теперь стал меньше переживать о том, что произошло, когда увидел, как Цай Аньци кокетливо ведёт себя. Ван Бо очень заботился о Цай Аньци и не мог видеть её страданий. Нин Шу заметила, что Ван Бо и Цай Аньци снова помирились, но ничего не сказала. Спустя некоторое время пришла пора ужинать, но на столе ничего не было. Все трое молча уставились друг на друга. - Мам, а еды нет? – спросил Ван Бо у Нин Шу. - Аньци, можешь теперь заказать еду на ужин, - сказала Нин Шу. Цай Аньци презрительно подвернула губы и достала свой телефон, чтобы сделать заказ. Когда заказанная еда прибыла, Ван Бо потянулся к карману, чтобы заплатить, но Нин Шу придержала его. Нин Шу посмотрела на Цай Аньци и сказала: - Заплати за еду. Цай Аньци тут же взорвалась и стала выглядеть свирепо. - А почему я должна платить? Вы же мне не дали ни цента. Вы хотите, чтобы я поддерживала и вас и вашего сына? Зачем я тогда вообще вышла замуж? Когда Ван Бо увидел, что Цай Аньци вышла из себя, его сердце невольно застыло, и он захотел поскорее заплатить своими деньгами. К тому же, курьер, который доставил им еду, всё ещё ждал и неловко пялился на них. Ван Бо почувствовал себя униженным. Доминирующая манера поведения Цай Аньци в этот конкретный момент заставила его чувствовать себя очень неуютно. Он почувствовал, что Цай Аньци совсем его не уважает. #комментарий анлейта: Эта Цай Аньци начинает действительно бесить меня. Аж хочется всплеснуть руками. ---------- Выполнять Мои Обязанности? Цай Аньци заказала еду, но она совсем не хотела платить. Она считала, что это несправедливо. Почему она должна платить? Курьер доставки посмотрел на трёх человек перед собой, никто из которых не спешил давать ему деньги, и громко спросил: - Так вы мне заплатите или нет? Цай Аньци упрямо села на диван и закатила глаза. Ван Бо почувствовал себя крайне смущённым и достал свой кошелёк, чтобы заплатить. В этот раз Нин Шу не стала останавливать Ван Бо. Нин Шу расставила блюда на столе и сказала: - Давайте ужинать. Ван Бо тихо вытянул свой стул и сел. Цай Аньци тоже села, не промолвив ни слова, и стала есть. Всего несколько минут назад атмосфера была приятной, а теперь она была вся испорчена. Нин Шу глянула на Ван Бо. Он ел молча и выглядел не очень радостным. Но Цай Аньци не было до этого дела. Даже если Ван Бо и был зол, её это вообще не волновало. Нин Шу положила свои палочки и обратилась к Цай Аньци: - Аньци, ты вышла замуж и пришла в нашу семью, так что теперь ты – часть семьи. Одна семья не говорит на два разных лада. Ты – жена Ван Бо и член этой семьи. Ты должна усердно работать ради здоровья и мира этой семьи и выполнять свои обязанности перед семьёй. - О? Выполнять мои обязанности? Я – жена Ван Бо. Это Ван Бо должен поддерживать меня. Так почему же он не даёт мне никаких денег? – безразлично ответила Цай Аньци. Нин Шу нежно сказала: - Я обязательно дам тебе деньги. Как я уже сказала раньше, просто убирайся в доме раз в день, и я буду отдавать тебе половину зарплаты Ван Бо каждый месяц. - С какой стати я должна делать подобные вещи? – голос Цай Аньци стал пронзительным. – Я же не горничная. Я не буду этого делать. Мне плевать, если вы не дадите мне деньги. Я их не хочу! Цай Аньци в гневе бросила свои палочки и с топотом отправилась в спальню. Она даже не сделала паузу, чтобы подумать о чувствах Ван Бо и его матери. Цай Аньци была безрассудной и дикой, у неё был взрывной характер. Лицо Ван Бо стало очень уродливым. Когда он увидел спокойную улыбку Нин Шу, он раздражённо нахмурился и сказал: - Мам, я… я хочу… В итоге, Ван Бо всё же не смог промолвить слово "развестись". Нин Шу спокойно продолжила есть и сказала Ван Бо: - Муж и жена должны быть терпимыми и вдумчивыми по отношению друг к другу. Лицо Ван Бо стало ещё мрачнее. Он всегда был терпимым по отношению к Цай Аньци, но Цай Аньци никогда не заботилась о нём. Ей было наплевать на его чувства. Нин Шу сказала: - Я знаю, что Аньци тебе нравится, но ты уверен, что ты нравишься Аньци? - Она… я… ей нравлюсь, - неуверенно сказал Ван Бо, запинаясь. Нин Шу скептически улыбнулась. - А вот я в этом не совсем уверена. Ван Бо вздохнул и уже больше был не в настроении есть. Он снова достал летний спальный матрас и расстелил его на полу. Он планировал лечь спать в гостиной и даже не хотел возвращаться в их спальню этой ночью. Нин Шу выбросила объедки еды, оставшиеся на столе. Она не оставила ни единого зёрнышка риса. Цай Аньци почти ничего не ела этим вечером. Она нервно вылетела из-за стола, но это была её собственная проблема. Нин Шу наблюдала за тем, как Ван Бо неуютно вертится на матрасе. Иногда он вставал и бродил по гостиной. Вероятно, внутри Ван Бо происходил конфликт. Цай Аньци ничуть не возражала против того, что Ван Бо так и не вернулся в их комнату. Она уснула одна на просторной постели. Так было гораздо лучше, чем тесниться с кем-то ещё. Но посреди ночи она проснулась, голодная и злая. Каждый раз, когда эта старая женщина решала заговорить во время ужина, Цай Аньци слишком злилась, чтобы есть. У этой старой женщины явно не было никаких добрых намерений. Цай Аньци вышла из комнаты и увидела Ван Бо, спящего в гостиной. ---------- Думаешь, Ты Такой Классный? Цай Аньци подошла в Ван Бо и безжалостно пнула, чтобы разбудить. Она сердито потребовала: - Я голодная. Иди и принеси мне что-нибудь поесть. После тяжёлого рабочего дня Ван Бо был уставшим и как раз только начал засыпать, когда был так жестоко разбужен пинком Цай Аньци. Он почувствовал себя крайне расстроенным от того, что был так внезапно разбужен. - Я голодная, - повторила Цай Аньци. Ван Бо почувствовал, как его терпение иссякло, и сердито огрызнулся: - Когда мы ужинали, ты сказала, что не голодная, а теперь, посреди ночи, ты захотела есть? Ты можешь перестать постоянно создавать так много проблем? Это было впервые, когда Ван Бо вообще огрызнулся на Цай Аньци в подобной манере. Она впала в ярость. - Ты ведешь себя так только потому, что я хочу, чтобы ты принёс мне поесть? Да ты просто хуже всех! Полнейшее ничтожество! Ван Бо был не в настроении спорить, поэтому он лёг обратно и сказал: - Я устал, Аньци, и мне завтра идти на работу. Если хочешь еды, иди и найди сама. Цай Аньци ещё больше взбесилась, когда увидела, что Ван Бо её игнорирует, поэтому она пнула Ван Бо ещё раз. Но Ван Бо вытерпел боль и не сдвинулся с места. - Бесполезный мусор, - Цай Аньци обрушила на Ван Бо поток ругани. – Думаешь, ты такой классный? Ты уродливый. У тебя нет чувства юмора. У тебя нет друзей. Чёрт, да у тебя нет даже хобби. Ты лишь работаешь целыми днями, чтобы получить какую-то жалкую зарплату. Ван Бо резко перевернулся лицом к ней и спросил: - Так почему тогда ты вообще вышла за меня замуж, раз считаешь меня таким жалким? - Я была слепа. Я думала, что ты такой мужчина, который умеет ценить тех, кого он любит. А теперь я вижу, что ты просто слабый и некомпетентный, который ничего не умеет, кроме как слушаться свою мать, - сердито заявила Цай Аньци. Ван Бо плотно сжал свои дрожащие от боли и гнева кулаки. Он хотел поспорить и ответить ей, но не смог промолвить ни единого слова. Цай Аньци увидела, что глаза Ван Бо покраснели, и мрачное предчувствие сжало её сердце. Она презрительно фыркнула и быстро отступила в спальню. Ван Бо сел на полу, и неподвижно замер. На следующее утро Нин Шу проснулась, и увидела, что Ван Бо задумчиво сидит в углу. С головы до пят он излучал депрессивное настроение. Нин Шу подошла к нему и увидела несчастное выражение лица Ван Бо. Всё его тело выглядело так, словно из него вытянули всю энергию. Она попыталась утешить его и сказала: - Ван Бо, не думай об этом слишком много. Ван Бо посмотрел на Нин Шу и сказал: - Мам, я хочу развестись. Нин Шу улыбнулась и похлопала Ван Бо по плечу. - Не спеши с этим. Ты ещё не принял решение. Ты должен более серьёзно всё обдумать. Ван Бо в отчаянии схватился за голову и стал выглядеть отчаявшимся. Это всё было, конечно же, из-за прибытия Нин Шу. Нин Шу не баловала Цай Аньци, как это прежде делала Ян Цзыи. Всё в этой семье делалось руками Ян Цзыи, и Цай Аньци не приходилось ничего делать. Но Нин Шу была не такой, и это делало Цай Аньци несчастной. Из-за этого конфликт между Ван Бо и Цай Аньци разразился раньше. Изначально это было лишь мелкое пустяковое семейное дело. Однако Ян Цзыи и Ван Бо были слишком простодушными и не смогли с этим разобраться, как надо. В итоге, Цай Аньци сделала из них дурачков, и даже выудила из них значительную сумму денег. Не забудьте поблагодарить переводчика на сайте https://tl.rulate.ru/book/11249 Несправедливость всего этого и подтолкнула Ян Цзыи к тому, чтобы предложить свою душу для контратаки. С семейными делами было сложнее всего разбираться, и чаще всего людям делали больно как раз те, кто были ближе всего. Однако у Цай Аньци не было ни сожалений, ни стыда. Она взяла деньги и просто ушла, чтобы наслаждаться жизнью. В то время как Ван Бо стал ещё более замкнутым из-за её предательства. Нин Шу сделала завтрак и попыталась подбодрить Ван Бо. - Вот. Кушай, пока не наешься. Всё не так болезненно, как ты думаешь. Тебе не нужно грустить из-за вещей, которые того не стоят. - Твою боль от того, что ты принимаешь желаемое за действительное, никто не заметил, - сказала Нин Шу. Ван Бо беспомощно сказал: - Мам, ты сыпешь мне соль на рану. Что ты имеешь в виду, говоря про боль от того, что я принял желаемое за действительное? Нин Шу пожала плечами. - То, что и должно быть. Я и сама иногда смеюсь над прошлой собой. Не бывает страданий, которые не пройдут. У меня у самой была моя доля страданий, когда я развелась с твоим отцом и мы с тобой были вынуждены жить одни. Но погляди на меня, я всё ещё тут. Нет никого, кто не смог бы прожить без какого-то другого человека. Ван Бо медленно съел свой завтрак, пребывая в глубокой задумчивости. Цай Аньци вышла из спальни и увидела завтрак на столе. Она повернулась к Ван Бо и начала обвинять его: - Почему ты не позвал меня на завтрак? Ты же знал, что я голодная. Ван Бо не сказал ни слова. Когда Цай Аньци увидела, что её игнорируют, она почувствовала, как её душит гнев, и очень сильно возненавидела его. #комментарий анлейта: Нин Шу дала такой хороший совет. Мне он как раз был нужен. ---------- Общественное Мероприятие В самом начале Цай Аньци понравилась честность Ван Бо. Но теперь эта самая честность стала той частью в нём, которую она больше всего ненавидела. Проще говоря, Цай Аньци была просто слишком жадной. Она хотела, чтобы мужчина был надёжным и романтичным. Она хотела, чтобы мужчины ей поклонялись. Её синдром принцессы был таким сильным, что её уже было не спасти. Она считала себя самой величественной. Цай Аньци голодала всю ночь. Когда она увидела, что Ван Бо игнорирует её, она с ненавистью вгрызлась в свою парную булочку. Закончив завтракать, Ван Бо переоделся и ушёл, не говоря Цай Аньци ни слова. Чем больше Цай Аньци думала о его поведении, тем злее она становилась. Да кем он себя возомнил, что ведёт себя таким образом по отношению к ней? Мы ещё посмотрим, кто сможет продержаться дольше. Нин Шу сказала Цай Аньци: - Сегодня мне нужно сходить повидаться с тётушкой Ли. Ты должна пойти со мной. Кстати говоря, ты ещё не познакомилась со всеми нашими соседями. Цай Аньци выпрямилась и отказалась, даже не раздумывая. - А зачем мне вообще нужно всех их знать? Мы живём своими жизнями за закрытыми дверями. С какой стати мы должны знать никак не связанных с нами людей? Я не пойду. Я не хочу принимать участие в ваших стариковских развлечениях. У меня есть свой собственный круг друзей. Несмотря на грубый отказ, Нин Шу не отступила. - Это общественное мероприятие довольно крупное. Все семьи принимают участие, и там даже есть молодёжь твоего возраста. Сходи и познакомься с этими людьми, - сказала Нин Шу. – Ты должна сделать это ради Ван Бо, даже если это будет просто формальность. Нин Шу холодно посмотрела на Цай Аньци. - Переодевайся и пойдём со мной. Цай Аньци презрительно подвернула губы, направилась в свою спальню и переоделась в красивое платье. Она также нанесла макияж, отчего она стала выглядеть ошеломительно. Нин Шу ничего не сказала. Она привела Цай Аньци на общественное мероприятие. Красота Цай Аньци была очень заметной, и взгляды многих мужчин останавливались на её теле. Некоторые из них даже подошли подружиться с ней. Всё это время на её лице была прекрасная улыбка. Тётушка Ли оттащила Нин Шу в сторонку и глянула на Цай Аньци. Она сказала Нин Шу: - Твоя невестка действительно неугомонная. Как она могла прийти сюда, одетая подобным образом? - Всё в порядке. Нынче, молодые люди уделяют много внимания подобным вещам. Они должны одеваться и выглядеть красиво, когда выходят из дома. Это признак их самоуверенности, - сказала Нин Шу, ничуть не беспокоясь. - Но только не когда это пересекает определённый предел. Поведение твоей невестки – нехорошее. Тётушка Ли серьёзно посмотрела на Нин Шу и мрачно произнесла: - Воспользуйся своим статусом свекрови и приведи в порядок свою невестку. Ты должна как следует её обучить. Нин Шу беспомощно улыбнулась и сказала: - В том-то и проблема с молодым поколением. Всё хорошо, пока парочка живёт хорошей жизнью. - Ни за что. Тебе нужно быть строгой и как следует натренировать её, - тётушка Ли в очередной раз стрельнула взглядом в сторону Цай Аньци. – Погляди на мою невестку. Она сохраняет свою красоту, но не одевается провокационно. Поведение Цай Аньци целенаправленно привлекает ненужное внимание. - Невестка Ян, подойди сюда, - тётушка Ли поманила Цай Аньци. – Скорее иди сюда. Цай Аньци разговаривала с мужчиной, когда она услышала, как тётушка Ли окликает её. Она попрощалась с мужчиной и с улыбкой пошла в сторону Нин Шу. - Твоей матери хочется пить. Иди и налей ей стакан сока, а заодно и мне принеси, - приказала тётушка Ли, обращаясь к Цай Аньци. Лицо Цай Аньци внезапно застыло. Нин Шу тепло сказала: - Нет, нет… Я сама принесу. - Сиди, - тётушка Ли удержала Нин Шу, потом повернула голову к Цай Аньци и сказала: - Неужели ты не можешь налить даже просто стакан воды для своей матери? Цай Аньци ушла с яростным выражением лица, и вернулась с двумя стаканами сока. Она протянула их Нин Шу и тётушке Ли, после чего поспешно ушла, не говоря ни слова. Тётушка Ли покачала головой. - Твоя невестка совсем плохая. Разве ты не чувствуешь никакой вины за то, что называешь её почтительной, хоть она и ведёт себя вот так? Ян Цзыи, у тебя вообще нет характера? Даже глиняные фигурки на треть состоят из огня. Нин Шу поджала губы и больше ничего не сказала. Она увидела, что в соке есть какие-то пузырьки. Она подозревала, что Цай Аньци плюнула в стакан, поэтому не стала пить сок. ---------- Словно Маленькая Невестка Издевается Над Тобой В это время невестка тётушки Ли подошла и прошептала что-то на ухо тётушке Ли. Тётушка Ли повернула голову к Нин Шу и сказала: - Твоя невестка просто слишком злобная и мстительная. Она размешивала сок пальцем, пока несла его сюда. Как она смеет обращаться с тобой подобным образом? Если она ведёт себя так на людях, то что же она делает дома? Нин Шу подняла брови и с улыбкой сказала: - Я уверена, что она сделала это не специально. Эта девушка всё ещё довольно хорошая. Тётушка Ли закатила глаза. - Ян Цзыи, это всё выглядит так, словно маленькая невестка издевается над тобой. Нин Шу всё ещё доброжелательно улыбалась, словно у неё не было никакого характера постоять за себя. Тётушка Ли прямолинейно сказала: - Воспользуйся своим авторитетом свекрови. Ты должна быть строгой, когда нужно. - Я поняла, - Нин Шу продолжила улыбаться. – Но Ван Бо действительно очень любит этого ребёнка. Они же парочка, это им жить друг с другом до конца их жизней. Тётушка Ли наклонилась к уху Нин Шу и прошептала: - Я слышала, что к вашему дому каждый день бегает курьер доставки еды. Вы что, каждый день заказываете еду? - Эта девочка одержима сохранением своей красоты, поэтому она отказывается готовить, да и моё здоровье в последнее время ухудшилось. Вероятно потому, что я слишком усердно работала, когда была молодой, а теперь моё тело не может с этим справиться. Тётушка Ли ахнула от удивления. - Сколько же денег это сжигает? Разве зарплата Ван Бо может покрыть такие затраты? Лицо Нин Шу стало мрачным. Она беспомощно улыбнулась, ничего не говоря. Тётушка Ли сочувственно сказала: - Ван Бо всегда был честным ребёнком. Так что, конечно же, он будет подкаблучником. Тётушка Ли отвела Нин Шу в сторонку и научила её нескольким способам, как наказать её невестку. Нин Шу тихо слушала её, но никак не выразила своё мнение. После того, как мероприятие закончилось, Нин Шу отвела Цай Аньци домой. - Приберись в доме, - приказала Нин Шу Цай Аньци. Цай Аньци с недоверием посмотрела на Нин Шу. - Что вы сказали? Нин Шу тихо повторила: - Приберись в доме. И не пропускай ни единого уголка. Цай Аньци посмотрела на Нин Шу сверху вниз с раздражением во взгляде. - Даже моя мать не делала таких вещей. Какое право вы имеете приказывать мне подобным образом? Нин Шу подошла к Цай Аньци и слегка приподняла голову, чтобы посмотреть на неё. - Я – твоя свекровь и старше тебя. Ты должна уважать меня, а не отвечать мне подобным тоном. Цай Аньци усмехнулась и скрестила руки на груди. Её презрение было очевидно. Нин Шу достала телефон и открыла одну фотографию, чтобы показать её Цай Аньци. - Взгляни на себя. Цай Аньци небрежно глянула на телефон, но была ошеломлена, когда увидела изображённые там фотографии. На её лице промелькнула паника, но она постаралась быстро успокоить себя и сердито обвинила Нин Шу: - Вы следили за мной! Цай Аньци протянула руку, чтобы схватить сотовый Нин Шу, но Нин Шу ловко увернулась от её лап. Цай Аньци же, обутая в туфли на высоком каблуке, выглядела довольно жалкой, пока она ковыляла вслед за Нин Шу, в попытке выхватить её телефон. - Что вы хотите этим сказать? Цай Аньци холодно посмотрела на Нин Шу. Выражение лица Нин Шу тоже было ледяным, когда она тихо сказала: - Я знаю, чем ты занималась в тот день, но я не сказала Ван Бо. Я верила, что ты будешь сдерживаться в своих действиях, но я никогда не представляла себе, что ты будешь такой распущенной и бесстыдной. - И что с того? Если у вас хватит смелости, то идите и скажите Ван Бо, чтобы он развёлся со мной, - высокомерно и совершенно невозмутимо заявила Цай Аньци. - Да я ни за что не позволю вам развестись, - сказала Нин Шу с лёгкой улыбкой. – Я просто заберу всю твою известную брендовую одежду. - Да как вы смеете трогать мои вещи? Как вы смеете? Цай Аньци помчалась в спальню и неистово распахнула свой гардероб. Все её прекрасные брендовые одежды действительно пропали. Вот ведь, старая женщина!!! ---------- Брать Без Спросу – Это Воровство Цай Аньци была поймана с поличным на том, что пошла в отель с мужчиной, но её это не волновало. Она не боялась и не любила Ван Бо. Разведётся она или нет – будет зависеть от её настроения. Но Нин Шу забрала всю её одежду и обувь известных брендов, что для Цай Аньци было неприемлемо. Все эти вещи принадлежали ей. И Цай Аньци очень любила эти вещи, даже больше, чем людей. Когда Цай Аньци увидела, что все её одежды и пакеты от известных брендов забрала старая женщина, она почувствовала необъятную душевную боль. Эта старая женщина не знала, что эти известные брендовые продукты были очень деликатными и с ними нужно обращаться очень аккуратно. Цай Аньци захлопнула дверцу гардероба, выбежала из спальни и яростно закричала на Нин Шу: - Верните мне мои вещи. Вы такая извращённая! Как вы смеете красть мои вещи? Нин Шу улыбнулась и сказала: - Я просто храню их для тебя. Я их не украла. - Брать без спросу – это воровство. Я вызову полицию и вас арестуют за кражу. Цай Аньци достала свой телефон, глядя на Нин Шу с большой ненавистью, и начала набирать номер. Нин Шу беспечно сказала: - Мне всё равно, звони. Но, прежде чем ты позвонишь в полицию, подумай о том, что ты собираешься им рассказать. - Что вы имеете в виду? Безразличие Нин Шу заставило Цай Аньци почувствовать себя разочарованной и побеждённой. Она думала, что сможет напугать старую женщину. Нин Шу продолжила: - Эти твои вещи запросто стоят больше десяти тысяч, а самые лучшие из них – так и вообще десятки тысяч. У тебя нет работы, твоя семья недостаточно богатая, а зарплата Ван Бо никак не сможет позволить купить всё это. Итак, откуда же ты взяла деньги, чтобы всё это купить? Нин Шу развела руками и добавила: - Возможно, это ты их украла. - Заткнитесь, это вы их украли. Цай Аньци озлобленно плюнула в сторону Нин Шу. Нин Шу лишь незаинтересованно посмотрела на неё. Она действительно чувствовала, что эта женщина злее всего относилась к другим женщинам. Когда Цай Аньци сталкивалась с мужчиной, она всегда вела себя, словно маленькая птичка, улыбалась, словно цветок и всегда была очень красивой. За исключением, конечно, неудачливого сына Ян Цзыи. Не всегда одни только мужчины злонамеренны по отношению к женщинам, но и женщины относятся к другим женщинам, как к мусору. Нин Шу сказала с бесстрастным лицом: - Раз они не были украдены, то откуда у тебя столько денег? Может, это потому, что ты продаёшь своё тело, а это тоже уголовное преступление. - Это вы продаёте своё тело. Я никогда этого не делала. Цай Аньци поспешно начала защищаться, но она всё равно не стала звонить. - Если тут замешаны деньги, тогда это сделка, и не надо говорить, что ваши чувства были взаимными. Там не было никаких чувств, только похоть, - с усмешкой сказала Нин Шу. - Вы… - Цай Аньци была настолько раздражена, что её лицо стало пепельным. – И что вы от меня хотите, в обмен на то, чтобы вернуть их мне? Взгляд Цай Аньци упал на дверь спальни Нин Шу и она помчалась в комнату Нин Шу, где начала рыться в комнате и её гардеробе. Она обыскала все ящики и все уголки. Нин Шу прислонилась к дверному косяку, пока наблюдала за Цай Аньци. - Нашла что-нибудь? Цай Аньци гневно уставилась на Нин Шу своими красными и слегка заплаканными глазами. Она явно любила свои брендовые вещи. Более того, всего несколько дней назад она купила так много новых вещей и сумочек. Они все были известных брендов, и она давно к ним присматривалась. Ей ведь тоже нелегко было их добыть. - Где вы спрятали мои вещи? Верните мне их немедленно! Голос Цай Аньци прозвучал гнусаво, пока она вытирала свои слёзы. Нин Шу расплывчато ответила: - Только я знаю, где эти вещи. Но ты не волнуйся. Я внимательно следила за тем, как эти вещи были собраны и упакованы. Проклятая старая женщина!!! Цай Аньци презирала свою свекровь за то, что она была старая, и предполагала, что она ничего не знает о мире молодого поколения, поэтому она была захвачена совершенно врасплох. ---------- Делай Всю Работу По Дому На Протяжении Месяца Цай Аньци никогда не представляла себе, что она попадётся в ловушку этой старой женщины. Цай Аньци так задыхалась от гнева, что чувствовала себя так, словно она умирает. Она чувствовала душевную боль за свою одежду, туфли и сумочки. Они все были её драгоценными детками. Нин Шу добавила: - И не смей сплетничать обо мне перед Ван Бо, чтобы заставить его вернуть твои вещи. Я покажу фотографии Ван Бо, если ты так сделаешь. - Вы… "Идите и сдохните!" Цай Аньци мысленно проклинала Нин Шу в глубине души, но на самом деле умоляла её: - Матушка, чего же вы хотите на этом свете, чтобы вернуть их мне? - Нет смысла вспоминать прошлое, - сказала Нин Шу. – Но теперь ты замужем за Ван Бо, так что вы должны быть верными друг другу и сохранить этот брак. - Делай всю работу по дому на протяжении месяца, и я отдам их тебе, - заявила Нин Шу. - Невозможно, - выпалила Цай Аньци, даже не думая. - Тогда мне просто придётся уничтожить твои драгоценные одежды, - легкомысленно сказала Нин Шу. - Только посмейте! Цай Аньци чуть не накинулась на Нин Шу, и её выражение лица было зловещим. Нин Шу указала на свою комнату, которая была перевёрнута вверх дном руками Цай Аньци. - Первым делом, приберись в этой комнате для меня. Лицо Цай Аньци запылало от гнева, и она осталась стоять неподвижно. - Я расскажу своим родителям, что вы надо мной издеваетесь, - сказала Цай Аньци. - Ох, - лицо Нин Шу стало безэмоциональным. – Тогда созывай всю свою семью, чтобы мы смогли встретиться лично. Кто знает, какие выражения лиц будут у твоих родителей, когда они увидят эти фотографии. А если им будет всё равно, то я просто проигнорирую это и расклею фотографии по коридорам вместе с твоим телефоном. Это тоже некая форма работы, по крайней мере. А раз ты будешь работать, то я не стану заставлять тебя заниматься домашней работой. Цай Аньци: … Цай Аньци была так расстроена, но она всё равно начала неохотно запихивать всю одежду с пола обратно в гардероб. Нин Шу сказала с каменным лицом: - Всё аккуратно сложи и развесь. Цай Аньци грубо встряхнула одежду, и её взгляд был полон презрения. Она посмотрела на одежды в тёмных цветах и мысленно обозвала их старомодными. Нин Шу наблюдала за Цай Аньци со стороны. Цай Аньци не была достаточно терпеливой, чтобы тихо заниматься домашними делами. Чем больше она этим занималась, тем в большую ярость она приходила. Она очень хотела просто бросить все эти вещи на пол и растоптать их. Не забудьте поблагодарить переводчика на сайте https://tl.rulate.ru/book/11249 После того, как Цай Аньци неохотно прибралась в комнате Нин Шу, она сказала Нин Шу: - Теперь, вы должны отдать мне мои вещи обратно. Нин Шу покачала головой. - Я сказала тебе делать работу по дому на протяжении месяца. Я отдам тебе твои вещи через месяц. Цай Аньци отчаянно хотела задушить эту старую женщину за то, что она посмела коснуться её драгоценных деток. Когда Цай Аньци вышла из комнаты, она специально столкнулась плечом с Нин Шу. Она хотела заставить эту старую женщину страдать. Было бы даже лучше, если бы эта старая женщина упала на пол и стала наполовину парализованной. Но Нин Шу не стала уворачиваться от удара. Когда Цай Аньци стукнулась о неё, она не сдвинулась с места. Цай Аньци почувствовала, как боль пронзает её руку и плечо, словно она врезалась в железную плиту. Цай Аньци потёрла своё плечо и сердито вернулась с свою комнату, захлопнув дверь. Нин Шу взяла ручку и блокнот и подошла, чтобы постучать в её дверь. Нин Шу продолжала ритмично стучать в дверь, и этот звук вскоре стал очень раздражающим. Цай Аньци, сидя в своей комнате, попыталась закрыть уши, чтобы проигнорировать Нин Шу. Но стук в дверь словно бил её по мозгам, отчего она начала сходить с ума. Наконец, она больше не могла этого выносить, и резко распахнула дверь. - Чего вы теперь хотите? – завопила Цай Аньци на Нин Шу. - В доме уже не убирались несколько дней. Сегодня – день большой уборки. Нин Шу лучезарно улыбнулась. Цай Аньци не удосужилась даже ответом и просто захлопнула дверь. День большой уборки? Да она ни за что не будет этого делать. ---------- Маленький Блокнот и Ручка Хоть старая женщина и забрала её вещи, Цай Аньци была уверена, что Нин Шу не посмеет сделать что-нибудь похуже. Нин Шу стояла у двери и подняла руку, чтобы снова постучать в дверь. Если Цай Аньци откажется открывать дверь, Нин Шу планировала стучать непрерывно. - Открой дверь или я воспользуюсь ключом, - пригрозила Нин Шу. Цай Аньци прикрыла уши и спрятала голову под подушку. Она ни за что не собиралась открывать дверь. Нин Шу прищурилась и сказала: - Раз ты не хочешь выходить, у меня не останется иного выбора, кроме как сначала уничтожить одну из твоих вещей. Что же это будет? Туфли, кожаная сумочка, или платье? - Чего вы хотите, старая женщина? – Цай Аньци неохотно открыла дверь и увидела, что Нин Шу держит ручку и записывает что-то в блокноте. – Что вы делаете? - Ты должна убираться, делать работу по дому и готовить каждый день. За каждый день, когда ты не будешь выполнять домашние дела, я буду разрезать одну из твоих брендовых вещей. Мне вот интересно, хватит ли твоих вещей на 30 дней? – Нин Шу любезно добавила: - Ты можешь решить ничего сегодня не делать, но я всё запишу. Цай Аньци с недоверием посмотрела на Нин Шу. - Как вы можете быть такой злобной? Нин Шу: →_→ - Все эти вещи стоят денег, - сказала Цай Аньци, ахнув. Нин Шу была безразлична. - Они были куплены не на мои деньги. Цай Аньци впала в такую ярость, что едва смогла проконтролировать свой гнев. Она хотела убить эту злую свекровь. У Цай Аньци не осталось иного выбора, кроме как уступить и взять щётку для сметания пыли. Она поверхностно помахала ею, совсем не всерьёз. Нин Шу проинструктировала её: - Сперва надень перчатки, а потом набери воды в ведро. Вытри всю комнату, даже пол, и почисти туалет. Я потом проверю. Если мне не понравится результат, тогда тебе придётся всё переделывать. Цай Аньци глубоко вдохнула, чтобы успокоиться и подумала о своих драгоценных детках. Без своей брендовой одежды, как она вообще сможет высунуть своё лицо на улицу? Цай Аньци чувствовала, что она не сможет выйти, если на ней не будет какого-нибудь известного бренда. А с известным брендовым платьем она должна обуть туфли, которые сочетаются с платьем. А уж если одежда и обувь будут от известных брендов, то она ни за что не сможет держать в руках дешёвую сумочку. Каждый раз, когда Цай Аньци выходила, по сути, она с головы до пят была в известных брендах. Её одержимость названиями брендовых вещей достигла паталогического уровня. Но Нин Шу посмела забрать её драгоценных деток, поэтому Цай Аньци готова была сражаться до смерти, чтобы вернуть их. Цай Аньци надела перчатки и начала уборку. Когда она увидела, что Нин Шу наблюдает за ней, она выпустила своё недовольство, специально разлив воду на пол. Нин Шу просто сказала: - Тебе потом придётся и пол мыть. Цай Аньци не была настоящей принцессой, да и её семья не была настолько богатой, поэтому не могло быть такого, чтобы она никогда не делала никакой домашней работы. Она просто не хотела этого делать. Цай Аньци закатила глаза и начала сердито елозить шваброй по мокрому полу. Она работала до тех пор, пока у неё спина не заболела, и ей наконец-то удалось отмыть пол и все окна. После чего Нин Шу сказала: - А теперь почисти туалет. Цай Аньци: … У Цай Аньци не осталось иного выбора, кроме как неохотно прибраться в ванной. Она чувствовала отвращение, но всё равно почистила туалет. Сразу после этого Цай Аньци приняла душ, но всё равно чувствовала, что у её тела неприятный запах. Цай Аньци была такой уставшей, что она легла на диван, словно парализованная. Но потом Нин Шу сказала: - Теперь можешь начать готовить. Цай Аньци в протесте встала с дивана. - Я и так уже столько сделала! Неужели я не могу отдохнуть? Я только что закончила уборку в доме, но теперь вы просите меня готовить. Если вы будете есть то, что я приготовлю, тогда я это сделаю. Нин Шу без колебаний кивнула. - Конечно, я буду есть. Цай Аньци: … Даже если вы и будете это есть, она всё равно не хотела заниматься готовкой. ---------- Таким Образом, Ребёнок Тоже Родится Здоровым Цай Аньци раздражённо схватилась за волосы и сказала: - Давайте просто закажем еду. Нин Шу спокойно пожала плечами. - Ладно. Дело твоё. Цай Аньци почувствовала, как кровь в её груди вскипела. Её гнев казался бесполезным перед спокойствием Нин Шу, словно она била кулаком по мягкой вате. Цай Аньци чувствовала себя очень раздосадованной, поэтому она выбрала самые дорогие блюда и заказала больше, чем нужно. Нин Шу ничего не сказала. Когда Ван Бо вернулся вечером с работы, он увидел разочарованную Цай Аньци и спросил: - Что случилось? - Я сегодня сама убиралась во всём доме. Как ты думаешь, что случилось? – раздражённо огрызнулась Цай Аньци. Ван Бо был немного удивлён. Цай Аньци никогда не делала работу по дому. С чего это она внезапно начала? На душе у Ван Бо потеплело и поэтому он сказал: - Ты так усердно работала. Я сделаю тебе массаж. - Не нужно, я слишком раздражена, - сердито сказала Цай Аньци. Ван Бо не стал возражать против её отношения. По крайней мере, Цай Аньци теперь считала этот дом своим. Спустя некоторое время прибыл курьер доставки еды. К этому времени, курьер и семья Ван Бо были уже знакомы друг с другом. Они даже дружески поболтали, пока курьер доставки передавал им еду. Однако, когда пришло время платить, Цай Аньци села на диван и ничего не сказала. Нин Шу посмотрела на Цай Аньци и сказала: - Дай ему деньги. - С какой стати я должна платить за еду после всей той работы, что я сделала сегодня? – Цай Аньци закатила глаза. – Вы каждый раз пытаетесь вытащить деньги из кармана своей невестки. У вас совсем стыда нет? Ван Бо беспокоился, что Цай Аньци скажет что-нибудь похуже, поэтому он поспешно достал свой кошелёк и попросил у курьера доставки счёт. Но из-за того, что Цай Аньци сегодня была обижена из-за того, что чуть не уработалась насмерть, она специально заказала самые дорогие блюда. Поэтому, когда курьер доставки озвучил цену больше тысячи юаней, Ван Бо испытал серьёзный шок. Ван Бо обиженно посмотрел на все те изысканные блюда на столе, но у него не было иного выбора, кроме как отдать деньги, несмотря на всю его душевную боль. Настроение Ван Бо снова было уничтожено. Он плотно сжал губы и нахмурился. Будучи честным и простым человеком, Ван Бо просто сдержал свой гнев. К тому же, даже если бы он попытался обсудить это всё с Цай Аньци, он не смог бы победить её на словах, поэтому было лучше просто оставить всё в себе. - Давайте есть, - нежно сказала Нин Шу. Цай Аньци работала весь день, поэтому она уже изголодалась. Она даже наложила себе на ещё одну тарелку больше риса, чем обычно. Нин Шу взглянула на аппетит Цай Аньци и с улыбкой сказала: - Ты должна есть больше, чтобы сохранить своё здоровое тело. Таким образом, когда ты будешь рожать, ребёнок тоже будет здоровым. Ван Бо не сказал ни слова. Цай Аньци увидела, что Нин Шу притворяется такой доброй старой леди, и почувствовала, как еда застревает в её горле. Эта старая женщина так хорошо умела притворяться доброй старой леди перед своим сыном. Но Цай Аньци никогда не забудет, через что она прошла сегодня. Нин Шу посмотрела на посеревшее лицо Цай Аньци и с улыбкой сказала: - Завтра я отведу тебя на медицинский осмотр. Сердце Цай Аньци сжалось. Она нервно спросила: - Зачем вдруг без причины проводить медицинский осмотр? Нин Шу ответила: - Конечно же, чтобы проверить, подходит ли твоё тело для беременности. У тебя и Ван Бо наверняка в будущем будут дети, но я просто хочу видеть своего внука перед тем, как покину этот мир. Я обучаю Аньци заниматься домашней работой, потому что последнее время я чувствую себя не очень хорошо. Я не уверена в том, что происходит, и не знаю, сколько я проживу. Я лишь надеюсь, что после того, как я уйду, вы двое сможете поддерживать друг друга и жить хорошей жизнью. Ван Бо посмотрел на Нин Шу и эмоционально сказал: - Мам, ты ещё молода. Нынче большинство людей живут больше 70 лет. У тебя ещё впереди много времени. Не говори таких разочаровывающих слов. - Исход жизни всегда очень неопределённый. Кто знает, что случится завтра? – небрежно сказала Нин Шу. Она глянула на Цай Аньци. - Давай завтра сходим в больницу на медосмотр. ---------- Делает Это Из Добрых Побуждений Цай Аньци, которая не хотела идти в больницу, сказала: - Подобные вещи полностью зависят от судьбы. Ребёнок не родится только потому, что вы этого хотите. Неужели поездка в больницу – это всё, что нужно для того, чтобы завести детей? Нин Шу с улыбкой сказала: - Конечно же, я всё это знаю. Но это не важно. Это просто обычная проверка. Просто слушайся меня. Нин Шу прекрасно знала, почему Цай Аньци не хотела идти в больницу. В прошлом ей пришлось избавиться от нескольких детей, поэтому её матка уже лишилась всех своих способностей удерживать сперму. Как она вообще может иметь ребёнка? Она просто боялась, что её раскроют. Но Нин Шу не было никакого дела до отказов Цай Аньци. Цай Аньци пришла в ярость, когда увидела, что Ван Бо не защищает её, а наоборот, просто молчит. Она была так расстроена, что спросила у Ван Бо: - А тебе нечего сказать? Ван Бо был озадачен и осторожно спросил: - Сказать что? Цай Аньци глубоко вдохнула. - По поводу того, чтобы провести медицинский осмотр. - Это же обычное дело. Провести медицинский осмотр, вообще-то, довольно хорошая идея. Ван Бо пожал плечами. Цай Аньци чуть не сломала свои палочки в приступе раздражения. Ей стоило знать, что на мужчин полагаться не стоит. После ужина Цай Аньци быстро ушла отдыхать. Она давно уже не занималась таким физическим трудом. Она чувствовала, как её спина болит. После ужина, Нин Шу завернула все остатки еды в пластиковую плёнку. Всё же, сегодня вся еда была куплена её сыном. Ван Бо больше не планировал спать на полу, поэтому он пошёл в свою спальню. Он уже несколько дней толком не отдыхал. Цай Аньци увидела, что Ван Бо входит в комнату, и холодно спросила: - Что ты тут делаешь? Иди спать в гостиной. Ван Бо лишился дара речи. Он надолго замолчал, и, наконец, сказал: - Мне неудобно спать на полу. Цай Аньци закатила глаза и сказала: - Ты хоть знаешь, как твоя мать со мной обращается? - И как она с тобой обращается? – спросил Ван Бо. - Она… Она заставила меня убирать весь дом и даже чистить туалет, - возмущённо сказала Цай Аньци. Ван Бо не удержался и сказал: - Мама делает это из добрых побуждений. Она надеется, что в будущем у нас будет лучшая жизнь. Добрых побуждений?! Цай Аньци чувствовала в этом лишь сильную злобу. С мрачным выражением лица Цай Аньци снова вытолкала Ван Бо из спальни. - Ты идёшь в гостиную, - пронзительно закричала Цай Аньци и захлопнула дверь. Ван Бо потёр свою переносицу и теперь выглядел крайне расстроенным. Он начал сердито колотить в дверь. Цай Аньци открыла дверь и закричала на Ван Бо: - Даже не думай стучать. Я не впущу тебя, даже если ты сломаешь дверь. Затем она снова захлопнула дверь, едва не стукнув Ван Бо по носу. Ван Бо обернулся и увидел, что на него смотрит Нин Шу. На лице Ван Бо появилась самоуничижительная улыбка, но он изо всех сил старался не заплакать. Нин Шу стала утешать Ван Бо. - Я куплю тебе татами, чтобы тебе не нужно было спать на полу. Ван Бо открыл рот и слабо вскрикнул: - Мам… Ван Бо достал летний матрас и расстелил его на полу. Он растеряно спросил у Нин Шу: - Аньци была другой. Почему она теперь такая? - Ох, это потому, что она тебя не любит, - прямо сказала Нин Шу. Ван Бо воскликнул: - Мам… - Я говорю тебе правду. Если женщина действительно любит мужчину, то она обязательно создаст гармоничную и тёплую атмосферу в семье. И самым большим признаком этого является то, что она с радостью покупает товары для дома или украшения. Но твоя жена любит покупать только одежду и обувь для себя. Она до сих пор не купила тебе даже пару носков. Ван Бо прижал руку к сердцу и воскликнул: - Мам… - Отдохни, как следует. Завтра тебе всё ещё нужно идти на работу, - сказала Нин Шу. Ван Бо: … #комментарий анлейта: Ван Бо нужно принять правду. Его жена – сука. ---------- Мы Обязаны Сходить в Больницу Ван Бо лёг и тупо уставился в потолок. Даже после того, как Ван Бо ушёл на работу на следующий день, Цай Аньци всё ещё не вышла из спальни. Когда Нин Шу постучала в дверь спальни, Цай Аньци наконец-то открыла дверь со взъерошенными волосами. Нин Шу сказала: - Умывайся, а потом мы пойдём в больницу. Цай Аньци тут же упала обратно на свою постель и сердито сказала: - Матушка, я себя плохо чувствую. Я сегодня не пойду в больницу. Нин Шу тут же обеспокоенно спросила: - Что случилось? - Я устала. Кажется, у меня температура. Более того, на улице так жарко, давайте не пойдём, - слабым голосом произнесла Цай Аньци. - Если ты заболела, то мы просто обязаны сходить в больницу. А вдруг это что-то серьёзное? – Нин Шу достала свой телефон. – Хочешь, я вызову скорую? Цай Аньци тут же села и сказала: - Да ничего серьёзного. Я просто себя плохо чувствую. - Если ты себя плохо чувствуешь, тогда мы должны сходить в больницу и как следует тебя проверить. Нин Шу вытянула Цай Аньци из постели. - Иди и умойся. Цай Аньци начала тянуть время и сказала: - Давайте позавтракаем перед уходом. - Тебе нельзя завтракать. Мы же идём в больницу, где тебе будут проводить анализ крови. Подожди, пока закончится медицинский осмотр, и тогда поешь, - сказала Нин Шу. – Уже не раннее утро. Мы должны торопиться. Днём станет очень жарко. Нин Шу вытащила Цай Аньци из дома, и они встали на остановке в ожидании автобуса. Цай Аньци так сильно потела, что она сказала Нин Шу: - Давайте возьмём такси. Кто знает, как долго нам ещё придётся ждать. Нин Шу вытянула шею и посмотрела в ту сторону, откуда должен был прийти автобус. - Да всё в порядке. Давай подождём ещё немного. Автобус скоро придёт. Цай Аньци постоянно вытирала пот с лица платком, и её выражение лица ухудшалось с каждой минутой. После долго ожидания, Цай Аньци уже больше не смогла это выносить. Едва она только махнула рукой, подзывая такси, как подъехал автобус. Нин Шу схватила Цай Аньци и побежала к автобусу. Цай Аньци едва только успела открыть дверцу такси и хотела сесть внутрь, но Нин Шу силой затащила её в автобус. В автобусе даже не было свободных мест, и там было много народу. Всевозможные запахи смешались вместе, отчего Цай Аньци чувствовала, словно она задыхается. В этом автобусе даже были какие-то извращенцы. Цай Аньци кто-то неподобающе трогал, и она даже не знала, кто это был. Цай Аньци уже больше не могла контролировать свой гнев. К тому же, она даже не позавтракала утром, поэтому она стала бледной, когда вспыхнул её гнев. Даже после того, как они наконец-то добрались до больницы, ей всё ещё пришлось ждать в очереди в регистратуру. Нин Шу отправилась в регистратуру, в то время как Цай Аньци села на стул и стала обдумывать свой следующий ход. Подумав немного, она решила ускользнуть, но её кто-то схватил. Нин Шу спросила: - Куда это ты собралась? Это большая больница. Не так-то просто получить квитанцию. Теперь тебе нужно пройти тесты. Для Цай Аньци было назначено множество медицинских осмотров, включая осмотр сердца, печени, селезёнки, лёгких и почек. Каждую часть её тела тщательно проверили. Глядя на список медицинских тестов, лицо Цай Аньци стало зелёным. - Зачем вы хотите, чтобы меня проверили так тщательно? Нин Шу утешила её. - Всё в порядке. Не волнуйся о деньгах. Раз уж мы уже в больнице, то лучше провериться как следует. Но проходить все эти тесты не было необходимости. Далее Нин Шу повела Цай Аньци через каждый отдел больницы, включая неврологию, забор крови, гинекологию, радиологию и даже отоларингологию… А так как больница была довольно большой, им приходилось бегать с одного этажа на другой, от одного здания до другого, и так на протяжении всего дня. От всей этой беготни у Цай Аньци всерьёз закружилась голова. Нин Шу таскала Цай Аньци за собой, отчего лицо Цай Аньци становилось всё бледнее и бледнее. Более того, в каждом кабинете для осмотра была длинная очередь. Даже целого дня может быть недостаточно для завершения всех этих проверок. #комментарий анлейта: Нин Шу всегда придумывает самые уникальные формы пыток. XD ---------- Она Может Иметь Детей? Цай Аньци этим утром долго тянула время, поэтому она уже очень проголодалась. Однако некоторые тесты нужно было проводить на пустой желудок, поэтому она осталась голодать. Цай Аньци чувствовала головокружение, а её шаги становились всё тяжелее. Когда Цай Аньци пожаловалась на то, что она хочет есть, Нин Шу открыла бутылку воды и сказала: - Выпей пока воды. Потерпи ещё немного. Цай Аньци обиженно посмотрела на Нин Шу. Эта старая женщина специально пытала её. Нин Шу проигнорировала взгляд Цай Аньци. Как бы там ни было, ей нужно было пройти все медицинские проверки. Из всех тестов, самыми болезненными явно были колоноскопия и гастроскопия. Когда Цай Аньци проводили гастроскопию, ей в желудок просунули трубку и начали ей крутить. Цай Аньци была в такой агонии, и её слюна не переставала течь, но из-за трубки во рту она никак не могла её проглотить. Цай Аньци очень хотела просто умереть. Ей было нелегко продержаться до конца. Когда трубку наконец-то вытащили, Цай Аньци стошнило и она выплюнула лужицу воды. Цай Аньци с бледным лицом вышла из кабинета. Нин Шу встала, чтобы помочь Цай Аньци. У Цай Аньци уже начало темнеть в глазах. Нин Шу посмотрела на список и сказала: - Ну, дальше у нас колоноскопия. Цай Аньци вошла в кабинет для колоноскопии. При колоноскопии проводился осмотр прямой кишки и толстой кишки. Трубку вводят в задний проход и, когда трубка изгибается, чтобы войти в толстую кишку, боль просто невыносимая. Это было самое болезненное обследование, оно было вне конкуренции. Снаружи кабинета Нин Шу услышала болезненные крики Цай Аньци. - Я не хочу проверяться! Хватит, хватит, мне очень больно! Доктор пытался утешить Цай Аньци, но она продолжала плакать и дрожать. - Никакого осмотра, никакого осмотра. Спустя некоторое время вышла медсестра и спросила у Нин Шу: - Вы – член семьи? Зайдите и помогите ей. Нин Шу вошла внутрь и увидела, что Цай Аньци неподвижно лежит на койке. Она потеряла сознание и выглядела бледной и напуганной. Нин Шу терпеливо дождалась, пока Цай Аньци придёт в себя. Когда Цай Аньци наконец-то открыла глаза, Нин Шу помогла ей выйти из кабинета и усадила её на стул в коридоре. - Вот, поешь. Нин Шу достала батончик шоколада, открыла его и протянула Цай Аньци. К этому времени у Цай Аньци уже больше не было сил даже просто на то, чтобы злиться. Она чувствовала лишь страх. Нин Шу дала Цай Аньци что-то поесть. Но несмотря на то, что Цай Аньци была очень голодной, она совсем недавно проходила гастроскопию, поэтому ей было очень неприятно глотать. Даже её желудок болел, а сама она чувствовала головокружение. Более того, в той воде, которую она выплюнула, всё ещё были следы крови. Глаза Цай Аньци набухли от боли. Нин Шу поднесла бутылку воды к её рту, чтобы та сделала глоток. Цай Аньци посмотрела на Нин Шу с возмущением во взгляде. - Ты можешь встать? – спросила Нин Шу. Лицо Цай Аньци было белым и бесцветным, словно у деликатного цветка, уничтоженного бурей. - Тебе осталось одно последнее гинекологическое обследование, так что после того, как мы его пройдём, давай отправимся домой. Похоже, что ты себя не очень хорошо чувствуешь, - сказала Нин Шу. Нин Шу помогла Цай Аньци дойти до отдела гинекологии, и её провели через подробное обследование УЗИ и прочие тесты. Нин Шу спросила у доктора: - У моей невестки достаточно хорошее здоровье, чтобы иметь детей? Доктор ответил в немного презрительной манере: - Её матка очень тонкая из-за большого количества выкидышей. Ей будет трудно снова забеременеть. Неудивительно. Лицо Нин Шу внезапно стало холодным и предвещающим бурю. Она повернулась и уставилась на Цай Аньци. Цай Аньци отвела взгляд, избегая смотреть на Нин Шу. Нин Шу взяла отчёт и помогла Цай Аньци выйти из кабинета. ---------- Люди Должны Любить Себя - Сколько абортов у тебя уже было? – спросила Нин Шу с холодным выражением лица. - Это не ваше дело, - слабым голосом ответила Цай Аньци. Нин Шу повернулась, чтобы взглянуть на бледное лицо Цай Аньци, которая с возмущением смотрела на неё в ответ. Нин Шу холодно сказала: - Я не хочу расследовать твои прежние интрижки, так как это бесполезно. Но раз ты вышла замуж за Ван Бо, ты должна оставаться верной ему и этому браку. Нин Шу поджала губы. - Я не стану рассказывать об этом Ван Бо. Цай Аньци тихо вздохнула от облегчения и продолжила смотреть высокомерно. Она явно была удовлетворена тактичностью Нин Шу. Однако в будущем она постарается сделать так, чтобы эта старая женщина отведала на себе такие же страдания, через которые ей прошлось сегодня пройти. Нин Шу потеряла дар речи. В первую очередь люди должны любить себя, а потом остальных. Неужели это так ужасно - спокойно дождаться человека, который составит тебе компанию до конца твоей жизни? Цай Аньци выглядела такой беззаботной и необузданной. Похоже, что она очаровала множество мужчин и гуляла от одного мужчины до другого. Но кто из них действительно заботился о ней? Что в ней вообще достойно любви? Она всегда была занята тем, что игралась с чувствами, кто вообще будет воспринимать её всерьёз? Сын Ян Цзыи был всего лишь дурачком с чистым сердцем, который просто купился на то, что она изображала из себя невинную. Нин Шу сказала: - Раз западная медицина не работает, ты будешь пить лекарства традиционной китайской медицины, чтобы привести своё тело в порядок. - Китайской медицины? Лицо Цай Аньци стало бледным, словно у призрака, при упоминании китайской медицины. - Нет, я не хочу пить китайские лекарства. Цай Аньци неистово замотала головой. Однако её голос был очень тихим в силу того, как ей было больно. Выражение лица Нин Шу снова стало ледяным. - Если ты не хочешь восстанавливаться, тогда что ты планируешь делать? Ван Бо мой единственный сын, и ты хочешь оставить его без потомков? Как бы там ни было, мы должны опробовать все возможные методы. Нин Шу притащила Цай Аньци в зал традиционной китайской медицины, и она рассказала доктору традиционной медицины о симптомах Цай Аньци. Доктор предписал ей лечение. Нин Шу без колебаний купила большой пакет традиционного китайского лекарства, а пока Цай Аньци не обращала на неё внимания, попросила ещё несколько трав. Она также купила набор игл и медицинский котелок для того, чтобы варить лекарство. Наконец, Нин Шу решила вернуться домой, и они сели в такси. Цай Аньци чувствовала сильную слабость, и её глаза начали закрываться на обратном пути. Когда они приехали к своему дому Нин Шу помогла Цай Аньци подняться по лестнице. Но Цай Аньци чувствовала такое изнеможение, что она даже не могла толком поднимать ноги. Нин Шу пришлось нести Цай Аньци на своей спине, поднимаясь по лестнице и держась за перила. Цай Аньци презрительно подвернула губы. Раз эта старая женщина хочет её нести, то пусть несёт. Подниматься по лестнице, лёжа на её спине, было гораздо комфортнее. Когда они встречали знакомых, они все спрашивали у Нин Шу, что случилось. Почему свекровь несёт свою невестку? Нин Шу вытирала пот и говорила: - Мы сегодня ходили в больницу, и она проходила медицинский осмотр. Ей пришлось пройти через колоноскопию, поэтому она чувствует себя не очень хорошо. Некоторые люди прямо говорили: - Не важно, как ужасно она себя чувствует, вы, как свекровь, не должны её нести. И хотя Цай Аньци слышала все их комментарии, она продолжала неподвижно лежать на спине Нин Шу и бесстыдно притворяться глухой. Нин Шу лишь вежливо улыбалась и больше ничего не говорила. Когда они проходили мимо двери тётушки Ли, тётушка Ли увидела, что Нин Шу несёт Цай Аньци и тут же стащила Цай Аньци с неё. - Почему она заставила тебя нести её? Я помогу тебе довести её до дома, - раздражённым тоном сказала тётушка Ли и, вместе с Нин Шу, стала поддерживать Цай Аньци. Как только Цай Аньци пришла домой, её начало тошнить. Лицо Нин Шу обеспокоенно сморщилось. Тётушка ли посмотрела на Нин Шу. - Что случилось с твоей невесткой? Нин Шу вздохнула и сказала: - Я водила её на медицинский осмотр, и оказалось, что её тело слишком слабое. Похоже, что ей будет трудно забеременеть. Я нашла доктора традиционной китайской медицины, чтобы он назначил ей какое-нибудь лекарство для того, чтобы привести её тело в порядок. - Она не может забеременеть? – тётушка Ли в шоке уставилась на Нин Шу. – Зачем ты вообще держишь у себя такую невестку, если она не может рожать? Особенно когда твоя невестка такая плохая. И ты всё ещё считаешь её сокровищем? - Ван Бо любит её. К тому же, они не сказали, что она никогда больше не сможет забеременеть. Может, после того, как она пройдёт курс лечения и восстановится, она сможет забеременеть, - снисходительно сказала Нин Шу. ---------- И Какой Вклад Ты Сделала? Цай Аньци прошла через гастроскопию и эндоскопию, поэтому она чувствовала себя не очень хорошо. У неё было оправдание, чтобы оставаться в постели. Нин Шу тоже не просила её вставать. Она молча достала медицинский котелок, чтобы приготовить лекарство для Цай Аньци. К счастью, в эти дни уже больше не нужно было обмахивать лекарство по мере его приготовления. В дополнение к медицинским ингредиентам, выписанным доктором, Нин Шу добавляла и другие ингредиенты. Когда лекарство было готово, она отнесла его в комнату Цай Аньци. Нин Шу долго стучала в дверь, и Цай Аньци, наконец, открыла дверь. Когда Цай Аньци увидела, что Нин Шу держит лекарство тёмного цвета, она тут же зажала нос и издала звук отвращения. - Выпей. Нин Шу протянула чашу с лекарством Цай Аньци. Цай Аньци начала неистово мотать головой. - Я не буду пить. Я свободна выбирать, хочу ли я детей или не хочу. Нин Шу не разозлилась. Она просто поставила чашу на тумбочку у постели, всмотрелась в Цай Аньци и спросила: - С чего ты такая уверенная? Только потому, что Ван Бо тебя любит? - Вы можете заставить Ван Бо развестись со мной. Я готова уйти. Я просто не знаю, захочет ли Ван Бо развестись, - сказала Цай Аньци, подняв брови и играя со своими волосами. Нин Шу поджала губы, а потом тихо произнесла: - У всех есть свои личные ответственности, общественные ответственности и семейные ответственности. У домохозяек есть своя работа. Тебе не обязательно работать по дому. Ты можешь устроиться на работу. - А почему я должна это делать? Почему я должна устроиться на работу? Почему я должна делать работу по дому? – бесстыдно спросила Цай Аньци. Нин Шу была ошеломлена. - А какой вклад ты сделала для этой семьи? Всегда было так, что мужчины работают вне дома, а женщины управляют домашним хозяйством. Никогда не было так, чтобы женщины ничего не делали. Ты тоже можешь иметь свою карьеру или работу. Она не хотела работать, не хотела делать работу по дому и не хотела иметь детей? У членов семьи есть разделение труда, и если всё будет делать один человек, то чем это будет отличаться от того, что в компании всё делает один сотрудник? Рано или поздно этот человек уволится. Семье нужно управление. Будь то выполнение работы по дому или обычная работа, семейный баланс нужно сохранять. Она не внесла никакого вклада в эту семью, однако ожидала, что все будут баловать её, словно принцессу. Она слишком много о себе возомнила. Во время эволюции людей, мужчины занимались самой опасной деятельностью – охотой, в то время как женщины занимались более мелкими и более утомительными делами. С развитием общества, женщины теперь могли выбирать свою жизнь и любую карьеру, какую они только пожелают. Но никогда не говорилось, что женщины не должны ничего делать. Даже если они не будут ничего делать, у них всё равно оставалась обязанность по продолжению рода, и они полагались на неё, чтобы добыть ресурсы, необходимые для выживания. - Ох, разве женщины обязаны иметь детей? Я не хочу их иметь, - безразлично сказала Цай Аньци. Нин Шу: … - Выпей лекарство. Нин Шу пододвинула тёплое лекарство в сторону Цай Аньци. - Я сказала, что не хочу это пить, - нетерпеливо сказала Цай Аньци. Нин Шу прищурилась и сказала: - Пей. У тебя серьёзное гинекологическое заболевание. Просто считай это лечением твоей болезни. Лицо Цай Аньци тут же потемнело, но она неохотно сделала глубокий вдох и выпила лекарство. Однако её тут же чуть не стошнило из-за горечи. Нин Шу вышла из комнаты с пустой чашей, а Цай Аньци легла на постель, чтобы поспать. Нин Шу не стала звать Цай Аньци чтобы делать работу по дому. Когда Ван Бо вернулся с работы, Нин Шу сказала ему: - Иди и проведай свою жену. Она не очень хорошо себя чувствует. Ван Бо поспешил в их спальню, чтобы проведать жену. На ужин была тарелка лапши для каждого. Когда Цай Аньци увидела лапшу и прозрачный суп, она изобразила недовольное выражение лица и спросила: - И как вы ожидаете, чтобы я ела подобную еду? Выражение лица Нин Шу не изменилось. Когда она сказала: - Ты теперь принимаешь лекарство. Тебе нельзя есть ничего слишком жирного или острого. Нин Шу: Блин, рано или поздно, но я повышу уровень своей готовки. Цай Аньци закатила глаза и начала тыкать своими палочками в лапшу на тарелке. Ван Бо попытался утешить Цай Аньци: - Просто потерпи немного. ---------- Я Тогда Была Слепа - Это не тебе пить лекарство. Это не тебе страдать от боли, - сердито огрызнулась Цай Аньци. Лицо Ван Бо немного потускнело. Цай Аньци никогда не говорила с ним по-доброму и никогда не заботилась о его чувствах. Когда Ван Бо увидел, что Нин Шу пристально смотрит на него, он нервно сглотнул и опустил голову, продолжая есть свою лапшу. Вот серьёзно, каждый раз, когда Нин Шу видела, что Ван Бо ведёт себя подобным образом, она чувствовала, как её душа так и чешется от желания просто схватить Ван Бо за воротник и прокричать: "ты что, умрёшь, если ответишь своей жене?" Кого ещё будут выбирать люди, чтобы издеваться, если не людей вроде тебя? Люди, у которых не было крайнего предела дозволенного были либо людьми, над которыми всегда издеваются, либо были дерзкими и необузданными. Очевидно, что Ван Бо и Ян Цзыи были из тех, над кем издевались. Цай Аньци выбрала эту семью потому, что над честными людьми легко издеваться. Нин Шу обратилась к Цай Аньци. - Я не хочу вмешиваться в дела между мужем и женой, но Ван Бо – твой муж. По крайней мере, должно же быть какое-то уважение. Цай Аньци презрительно подвернула губы и пробормотала: - И какая его часть заслуживает уважения? Нин Шу положила свои палочки и спросила: - Тогда какая его часть тебя подвела? Всё потому, что у него зарплата недостаточно высокая? Или то, что он честный и не понимает романтики? Но это то, какой он есть. Это то, что ты выбрала в самом начале. А теперь ты винишь Ван Бо за свою ошибку. - Я тогда была слепа, - возмущённо сказала Цай Аньци. - Мам… - Ван Бо окликнул Нин Шу тихим голосом. Его выражение лица было потускневшим. У него не было иного выбора, кроме как попросить Нин Шу перестать спорить. Нин Шу не стала продолжать разговор. Она снова взяла свои палочки и продолжила есть. Ван Бо вздохнул с облегчением и повернулся посмотреть на Цай Аньци, сердито вонзающую палочки в лапшу. Было очевидно, что еда ей не нравилась, поэтому она была в ярости. После ужина Нин Шу налила для Цай Аньци ещё лекарство. Цай Аньци посмотрела на горькое лекарство и её лицо стало мрачнее, чем само это лекарство. Она помнила, что лекарство было вонючим и его трудно было пить. Цай Аньци поспешно выпила лекарство. Это было не для того, чтобы завести ребёнка, а для того, чтобы вылечить её недуг. Как только она закончила пить лекарство, она отправилась в свою спальню, чтобы играть со своими телефоном и компьютером. Ван Бо в одиночестве сел на диване в гостиной, ошеломлённый. Он всегда выглядел честным и не умел обращаться со словами, но теперь он выглядел ещё более глупым. Нин Шу нарезала фрукт и принесла его Ван Бо. Она сказала: - Постарайся больше общаться со своей женой. - Она меня совсем не слушает, - раздражённо ответил Ван Бо. – И я не могу победить её на словах. Если бы не тот факт, что он сейчас был её сыном, Нин Шу рассмеялась бы ему прямо в лицо. Все говорят, что принять жену в семью – это жениться на добродетели. Однако мужчины всегда хотят красивых и флиртующих шлюх, но при этом хотят, чтобы эти красотки были целомудренными и добродетельными. Эти мечтатели никогда даже не проверяют, хватит ли у них способности подчинить себе таких женщин. Поклонение сильному – это один из человеческих инстинктов. Женщины хотят быть завоёванными властными мужчинами. Если бы Ван Бо был председателем, то ему бы не пришлось ничего делать. Деньги и социальный статус автоматически добавили бы Ван Бо несколько слоёв харизмы. Молчание могло превратиться в спокойную уверенность, а тупость могла превратиться в очаровательную глупость. Ха. Ха. Ха… Нин Шу спросила у Ван Бо: - Ты и дальше хочешь жить так же? Если я умру, то у тебя может даже не быть горячего ужина, когда ты будешь возвращаться домой с работы. - Я сам буду его готовить, - сказал Ван Бо после мгновения нерешительности. Нин Шу кивнула: - Есть в тебе стержень. Твоя мама тобой гордится. Ван Бо: … Ван Бо достал летний матрас и лёг на полу в гостиной. - Не собираешься возвращаться в свою комнату? – спросила Нин Шу. Ван Бо уже много раз спал на полу. Ван Бо покачал головой. - Я хочу всё обдумать. #комментарий анлейта: Не все женщины хотят быть завоёванными властными мужчинами. ---------- Почему Все Женщины Так Хороши в Разговорах? Нин Шу посмотрела на Ван Бо, лежащего на полу, и закатала глаза. Вот почему она говорила, что он слишком честный. Он сам настаивал на том, чтобы спать на полу, в то время как у него была идеальная и удобная постель, на которой можно спать. Даже если он и собирался всё обдумать, он мог сделать это, пока лежал на своей удобной постели. Если другим нет дела до его страданий, то зачем же мучить себя? Нин Шу подняла Ван Бо и сказала: - Иди спать в свою комнату. Ван Бо покачал головой. - Будет лучше, если я не пойду. - Почему? – Нин Шу посмотрела на Ван Бо и спросила: - Раз ты не хочешь видеть Цай Аньци, тогда просто разведись с ней. Почему ты принимаешь всё это эмоциональное издевательство? - Нет, я… Ван Бо не знал, что сказать. Почему все женщины так хороши в разговорах? - Если я пойду туда, то мы снова поругаемся. Поэтому я не пойду, - сказал Ван Бо. - Просто проигнорируй её и не обращай внимания, - раздражённым голосом сказала Нин Шу. Ван Бо почесал затылок. - Если я её проигнорирую, то она снова будет меня критиковать. Цай Аньци снова будет говорить, что он похож на деревянный чурбан. Нин Шу: … Ха-ха, вот именно поэтому она его и не любит. Он не нравится ей до такой степени, что одно только его существование нервировало её. Нин Шу раздражённо сказала: - Ты хоть подожди до того времени, когда вы начнёте ссориться из-за того, кто будет там спать. Может, вам сегодня не придётся ссориться. Ван Бо безмолвно посмотрел на Нин Шу. - Мам… - Иди туда и ложись спать. Она не посмеет ничего сказать, - продолжила уговаривать его Нин Шу. Ван Бо был вынужден отправиться в свою спальню. Как результат, посреди ночи он был выгнан вон. Нин Шу открыла дверь и увидела, что Ван Бо снова лежит на матрасе. Она спросила: - А теперь в чём дело? Ван Бо выглядел так, словно немного упал духом. - Так что такое? – снова спросила Нин Шу. Ван Бо был смущён и унижен. - Это насчёт дела между мужем и женой, - ответил он. Нин Шу подняла брови. - Ты не смог? - Мам.. – Ван Бо чуть не подпрыгнул на месте, а потом сказал: - Она не согласилась. Она отказалась заниматься тем, чем занимаются муж и жена? Нин Шу стала утешать Ван Бо: - Может быть, это из-за того, что она сегодня пошла через медицинский осмотр. Вероятно, она себя не очень хорошо чувствует. - Я не подумал об этом. А Аньци сказала, что я считаю её проституткой. Что я заставлю её, даже когда она плохо себя чувствует, - Ван Бо вздохнул. – Я просто не сообразил, а она впала в ярость. Нин Шу кивнула и сказала: - Тогда спи на полу и отдохни как следует. - Мам… Ван Бо остановил Нин Шу. Нин Шу повернулась и взглянула на Ван Бо. - Что такое? - Нет… Ничего. Ван Бо покачал головой. Нин Шу закатила глаза. Неужели тебе так трудно сказать, что ты хочешь подать на развод? Он не хотел расставаться, поэтому оставался с ней несмотря на постоянные споры. Более того, у него не хватало способностей, чтобы поддерживать подобную садистскую любовь. Увы……… Нин Шу вернулась в свою комнату, чтобы отдохнуть, а на следующее утро рано встала, чтобы приготовить завтрак для Ван Бо. После завтрака Ван Бо собрался на работу. Он снова попытался заговорить с Нин Шу. - Мам… Нин Шу посмотрела на Ван Бо. - Что такое? Ван Бо потёр свой лоб. - Ничего. Я пошёл на работу. Нин Шу: →_→ Нин Шу сварила ещё лекарство и принесла его в комнату Цай Аньци. Цай Аньци проснулась ошеломлённой. По утрам ей хотелось пить, поэтому она выпила чашу лекарства без возражений. А потом она снова легла на постель и продолжила спать. Нин Шу протянула руку и прижала её к животу Цай Аньци. Цай Аньци тут же проснулась от боли. По ощущениям, её словно укололи иглой. Это была мучительная боль. - Что вы делаете? Больно же. Чем вы меня укололи? Цай Аньци посмотрела на свой живот, но не обнаружила там ничего необычного. ---------- Я Пойду с Тобой Но Цай Аньци явно почувствовала боль в своём животе. Нин Шу тихо сказала: - Я просто положила тонкое одеяло, чтобы прикрыть твой живот. Цай Аньци немного засомневалась, но, даже после того, как она проверила свой живот, она не обнаружила ничего необычного. И теперь уже совсем не болело. Та боль, которую она сейчас почувствовала, была словно иллюзией. Цай Аньци не стала больше обращать на это внимание. Она легла и продолжила спать. Нин Шу ушла с чашей в руке. Цай Аньци не вставала почти до полудня. Она беспечно съела яблоко и села на диван, в ожидании обеда. Ван Бо не пришёл домой на обед. Он позвонил Нин Шу и сказал, что уже перекусил и не придёт на обед. Нин Шу глянула на Цай Аньци, которая сидела на диване и смотрела телевизор. Нин Шу ничего не сказала и сделала две тарелки лапши. Когда Цай Аньци увидела лапшу в прозрачном супе, её выражение лица перекосило от отвращения. Она развернулась и ушла в свою комнату. Когда она снова вышла, она была красиво одета и выглядела так, словно собралась на улицу. Нин Шу подняла брови и спросила: - Тебе уже лучше? - Я пойду погулять с подружкой, - сказала Цай Аньци. Нин Шу: →_→ С подружкой?! - Подожди минутку, я пойду с тобой, - доброжелательно сказала Нин Шу. Глаза Цай Аньци округлились. - Вы хотите пойти со мной? Нин Шу быстро съела всю лапшу в тарелке и сказала: - Раз ты больше не чувствуешь себя больной, пойдём со мной по магазинам. - У меня назначена встреча. Моя сестра всё ещё ждёт меня, - сказала Цай Аньци. - Я знаю, что ты собираешься встретиться с мужчиной, а не с сестрой, - тихо сказала Нин Шу. – Пойдём со мной по магазинам. - Это не мужчина. Это правда женщина, - начала спорить Цай Аньци, поджав губы. - Тогда позвони ей и скажи, что ты плохо себя чувствуешь. Не нужно никуда ходить, - сказала Нин Шу. Цай Аньци взорвалась. - Я вольна ходить туда, куда хочу! Это не ваше дело, и у вас нет права вмешиваться в мои дела! - Я знаю, что у меня нет права вмешиваться, но я должна знать, встречаешься ли ты с мужчиной. Только то, что я не сказала Ван Бо о произошедшем в тот раз, не означает, что я буду потакать подобному твоему поведению, - сказала Нин Шу. Цай Аньци сердито топнула ногой и вернулась в свою спальню. - Так ты пойдёшь со мной по магазинам? – спросила Нин Шу. - Я не пойду, - сердито ответила Цай Аньци. Спустя некоторое время Цай Аньци снова вышла, чтобы съесть холодную лапшу, а потом вернулась в свою комнату. Нин Шу взяла блокнот и ручку и постучала в дверь спальни Цай Аньци. Когда Цай Аньци открыла дверь, она увидела блокнот с ручкой в руках Нин Шу. Её лицо тут же помрачнело. - У меня плохое самочувствие, но вы всё равно хотите заставить меня делать работу по дому? Как в этом мире может существовать такая злобная свекровь? - Ты же сама сказала мне, что чувствуешь себя хорошо, - сказала Нин Шу с невозмутимым лицом. - Когда это я такое говорила? Я ничего такого не говорила, ясно? – тут же возразила Цай Аньци и со стуком закрыл дверь. Нин Шу осталась стоять перед дверью и пожала плечами. Ну и ладно. Нин Шу вернулась в свою комнату, достала свой компьютер и вышла в интернет. А потом она взломала компьютер Цай Аньци, который был в соседней комнате. Как-никак, она раньше изучала программирование. Может, она и не всемогущий хакер, но уж взломать компьютер Цай Аньци было достаточно просто. Цай Аньци снова была голая и общалась с людьми на своём компьютере. Она выглядела очень соблазнительно, а иногда даже делала какие-то провокационные действия. Нин Шу всё это записала. Она проверила людей, которые общались с Цай Аньци и, по сути, все они были мужчинами. Почти каждый в её списке контактов был мужчиной. Чем же занималась Цай Аньци? Формально, она не была секс-работницей. Но за денежное вознаграждение она переспала с немалым количеством мужчин, благодаря своей харизме. По сравнению с проституткой, она была гораздо более изысканной. Нин Шу закатила глаза. Какой гротескный и непостоянный мир. Цай Аньци, вероятно, опасалась того, что Нин Шу снова вломится в её комнату, как это было в прошлый раз. Она сдвинула мебель к двери, чтобы у неё было достаточно времени убежать в ванну и одеться. ---------- Социальное Общение в "Сексуальное Отношение" Цай Аньци, общающаяся в соседней комнате, перешла к более чувственным действиям. Нин Шу даже глазом не моргнула, когда наблюдала за этим. Цай Аньци не хотела спать с Ван Бо, но она кокетливо улыбалась другим мужчинам и с радостью раздевалась перед ними. Она превратила социальное общение в "сексуальное отношение". Было ли тут противоречие между "оставаться целомудренной" и "быть старомодной"? "Что? Ты такая старомодная. Ты что, живёшь в древней эпохе?" "Чего ради ты ведёшь себя так претенциозно? Ты займёшься этим только после свадьбы…" "Что? Ты всё ещё девственница? Какой позор. Старая дева." На самом деле, это поведение самой Цай Аньци нужно было презирать. Только, пожалуйста, не надо говорить, что раз мужчина может развлекаться с женщинами, то почему женщине нельзя тоже развлекаться. Мужчины и женщины равны. Женщины тоже могут быть беззаботными и независимыми. Женщины тоже имеют право играться с мужчинами. Однако обычно, в таких ситуациях, именно женщины всегда достают короткую спичку. Даже если общество теперь и было более развитым, суровое отношение к женщинам всё ещё не уменьшилось. В конечном счёте, женщинам всё равно приходится жить под любопытными и осуждающими взглядами общества. Когда Цай Аньци поняла, что время уже подходит к обеду, она начала медленно одеваться, стоя перед камерой и дразня мужчин, наблюдающих за ней. Нин Шу сохранила видео и аккуратно скопировала его на USB-флешку. Нин Шу не знала, сколько раз она уже делала так. Это было практически божественное орудие. Она использовала этот трюк во множестве миров. Её техники становились всё более и более утончёнными. Нин Шу приготовила очередную порцию лекарства для Цай Аньци. Цай Аньци особо не сопротивлялась. Всё же, она чувствовала, что её телу становится заметно лучше. Нин Шу покупала очередную порцию лекарства, когда выходила из дома, и три раза в день она варила лекарство для Цай Аньци. Более того, Нин Шу готовила только лапшу, поэтому Цай Аньци самой приходилось решать, хочет она есть или нет. Нин Шу подумала, что раз у неё в жизни уже может никогда и не быть свекрови, то не так уж и важно, умеет она готовить или нет. Цай Аньци каждый день пила горькое лекарство и ела лапшу три раза в день, отчего она уже начала потихоньку становиться унылой. Она часто спорила с Ван Бо и хотела заказать еду. И поэтому у Ван Бо не оставалось выбора, кроме как уступить ей. Они постоянно ссорились. Если что-то могло сделать Цай Аньци счастливой, то и Ван Бо был доволен. Цай Аньци уже устала каждый день есть безвкусную и горькую еду. Поэтому, когда Ван Бо согласился на то, чтобы она заказала еду, она тут же позвонила по телефону, чтобы сделать заказ. Она заказала сашими, нежный бифштекс и большое количество других блюд. Цай Аньци заказала всё, что ей нравится, и даже больше, так как Ван Бо уже согласился оплатить её заказ. Но, когда им пришло время платить за доставку еды, Нин Шу увидела, как Ван Бо уныло протягивает курьеру толстую стопку красных купюр*. Ван Бо вздохнул. Цай Аньци ела с большим аппетитом. Это выглядело так, словно она очень долго голодала. Ван Бо посмотрел на стол, полный различных блюд, а потом на Цай Аньци. На его лице отобразилось затруднение. Нин Шу заметила, что Ван Бо почти не шевелит своими палочками, поэтому она спросила: - Ты должен поесть. Как ты можешь ничего не есть после того, как заказал так много? Ван Бо выбрал несколько блюд на столе, но так толком их не попробовал. И дело было даже не в том, что ему не хотелось тратить деньги на Цай Аньци, но само поведение Цай Аньци заставляло Ван Бо чувствовать себя неуютно. Цай Аньци издала довольную отрыжку и начала удовлетворённо сиять. Нин Шу тоже ела в своё удовольствие. Ван Бо был единственный, кто сидел с постным лицом. По мнению Нин Шу, честные люди, похоже, слишком много переживали из-за всего. Ван Бо уже всё это заказал и оплатил, так почему бы просто не насладиться этим? Цай Аньци немного переела, поэтому она повернулась к Ван Бо и сказала, словно в качестве благотворительности: - Давай сходим погулять, чтобы переварить еду. Ван Бо тут же опустил свои палочки, чтобы пойти с Цай Аньци. На самом деле, он не так уж много съел. Нин Шу тихо сказала: - Сначала доешь. Цай Аньци закатила глаза и многозначительно посмотрела на Ван Бо. Она словно мысленно спрашивала: "Ты слушаешь свою мать или меня?" Атмосфера сразу стала немного напряжённой и тяжёлой. Нин Шу неодобрительно нахмурилась. Не слишком ли много Цай Аньци возомнила о себе? Неужели она думает, что Ван Бо хочет пойти с ней на прогулку после еды прежде, чем он хоть что-либо съел? ---------- У Меня Живот Болит Она явно создавала проблемы без причины. Ван Бо не был её слугой, готовым прибежать по первому звонку. Если у неё есть такие способности, то пусть она будет так же высокомерно вести себя и с теми мужчинами, с которыми встречается. Они просто слишком сильно её избаловали. Ван Бо мучился и не знал, что делать. Нин Шу мысленно вздохнула. - Идите, гуляйте. Я уберу со стола. Ван Бо улыбнулся Нин Шу и пошёл гулять с Цай Аньци. Цай Аньци обернулась и провокационно улыбнулась в сторону Нин Шу. Она взяла Ван Бо за руку и сладко сказала Нин Шу: - Матушка, мы пойдём. Выражение лица Нин Шу осталось добродушным. - Берегите себя. Цай Аньци презрительно подвернула губы, закатила глаза и ушла. Нин Шу глянула на спину Цай Аньци и усмехнулась, после чего начала убирать всё со стола. Цай Аньци и Ван Бо вернулись только когда уже стемнело. Они оба были в хорошем настроении, когда отправились в спальню. Ван Бо и Цай Аньци приняли душ. Потом он спросил у Цай Аньци, в порядке ли её тело. Цай Аньци тут же придавила Ван Бо к постели, отчего он рассмеялся. Они какое-то время возились, обнимаясь, а потом, как только Ван Бо, наконец, вошёл в неё, Цай Аньци закричала и оттолкнула его. Ван Бо тут же упал на пол. Ван Бо в изумлении посмотрел на Цай Аньци. Цай Аньци выглядела напуганной. Она только что почувствовала себя так, словно её разрывает на части. Ей было так больно, что она не могла этого вынести. - Что случилось? – встревоженно спросил Ван Бо у Цай Аньци. Цай Аньци прикрыла свой живот рукой и почувствовала, как боль постепенно исчезает. Спустя несколько мгновений боль прошла. Цай Аньци была ошарашена. Может, это произошло потому, что она давно этим не занималась? Она прижала Ван Бо к постели в этот раз взяла инициативу на себя, медленно вставляя в себя. Ван Бо не смог выдержать такой пытки. Он сделал толчок бёдрами и тут же вошёл в неё. Однако лицо Цай Аньци мгновенно побледнело. Она чувствовала себя так, словно все её внутренние органы сместились от силы толчка Ван Бо. Словно её вот-вот разорвёт на части. Цай Аньци тут же вскочила и прикрыла свой живот. Ван Бо был ошеломлён. Видя её в таком состоянии, он спросил: - Что случилось? На глаза Цай Аньци набежали слёзы. - У меня живот болит. Очень сильно болит. - С чего это вдруг? – Ван Бо нахмурил брови. – Как он может заболеть без причины? Цай Аньци с трудом дышала. Она вся покрылась холодным потом, и только спустя долгое время она пришла в себя. Чувствуя, что её живот уже больше так сильно не болит, она слабо махнула рукой и сказала: - Больше не будем. У меня живот болит. Ван Бо: … В данный момент Ван Бо был очень возбуждён. Как он мог остановиться в такой момент? Он коснулся тела Цай Аньци, пытаясь вернуть её в нужное настроение. Цай Аньци чувствовала слабость во всём теле из-за острой боли. Когда она увидела, что делает Ван Бо, она так разозлилась, что со всей силы влепила ему пощёчину. - Я сказала, что мне больно, и чтобы ты перестал! Ты меня не слышал? – закричала Цай Аньци. Ван Бо неожиданно получил пощёчину от Цай Аньци, и это надолго ошеломило его. Спустя некоторое время он повернулся и посмотрел на неё. Он ничего не говорил, а просто смотрел на Цай Аньци. И хотя Цай Аньци была зла, её сердце ёкнуло, когда она увидела, что он смотрит на неё подобным образом. Она смягчила свой тон и сказала: - У меня живот болит. Ван Бо ничего не сказал. Он собрал свою одежду и вышел из комнаты. Когда Цай Аньци увидела, что Ван Бо уходит, даже не глянув на неё, она пришла в ярость. Да что это за мужчина такой? Несмотря на то, что она плохо себя чувствовала, он взял и сам ушёл. Мразь! Ван Бо подошёл к двери Нин Шу и постучал. Нин Шу открыла дверь и удивилась, когда увидела красную отметину на лице Ван Бо. ---------- Давай Сходим в Больницу По отношению к людям, которые тебе не важны, нет причин сдерживаться. По этой отчётливой красной отметине на лице Ван Бо можно было легко определить, сколько силы приложила Цай Аньци. - Она тебя ударила? – спросила Нин Шу. Ван Бо поджал губы и сказал: - У Аньци болит живот. Я не знаю, что происходит. Можешь завтра отвести её в больницу? После этого Ван Бо развернулся, достал летний спальный матрас и расстелил его на полу. Нин Шу глянула в сторону комнаты Цай Аньци, после чего закрыла свою дверь и легла спать. Ван Бо должен был пойти на работу на следующий день, но красная отметина на его лице не прошла. Вместо этого она стала ещё более выпуклой, и половина его лица даже немного опухла. Нин Шу не отпустила Ван Бо на работу. Всё же, он не мог пойти туда в таком виде. Она нашла для него какое-то противовоспалительное средство. В этот день Ван Бо был очень тихим. Он ни слова не проронив взял лекарство, которое ему дала Нин Шу. Нин Шу вошла в спальню с лекарством и разбудила Цай Аньци, которая крепко спала. Цай Аньци приняла лекарство и снова легла спать. Нин Шу сказала: - Ван Бо сказал мне, что ты себя плохо чувствуешь. Давай сходим в больницу. После упоминания больницы тело Цай Аньци на мгновение вздрогнуло и вся её сонливость тут же исчезла. - Я не пойду в больницу. Я в порядке. Цай Аньци потёрла свой живот. Он теперь действительно не болел, словно вся та боль с прошлой ночи была просто иллюзией. Выражение лица Нин Шу стало холодным. - Тогда почему ты ударила Ван Бо? Из-за отметины на его лице он сегодня не смог пойти на работу. Как ему теперь выходить из дома? Такая отметина за день не пройдёт. Цай Аньци на минуту ошалела. - Он заставил меня заняться этим . Я ему уже говорила, что плохо себя чувствую. Нин Шу усмехнулась. - Не испытывай свою удачу, Цай Аньци. Когда ты была с другими мужчинами, я не видела, чтобы они тебя заставляли заниматься этим . Мой сын – честный парень, но это не означает, что ты можешь над ним издеваться. Цай Аньци уставилась на Нин Шу, а потом небрежно сказала: - Когда это я над ним издевалась? Это была всего лишь самозащита. Изнасилование в браке – это всё равно изнасилование. Неужели мне нельзя сопротивляться? Нин Шу ничего не ответила. Она глянула на живот Цай Аньци и тихо сказала: - Вещи, на которые ты полагаешься, не такие уж и надёжные. Вставай и собирайся, мы пойдём в больницу. Нин Шу взяла чашу и вышла. Цай Аньци встала и вышла из спальни, где увидела Ван Бо, сидящего на стуле. Она подошла к нему и увидела, что его лицо действительно красное. Цай Аньци тоже решила, что в этот раз она зашла слишком далеко. Она решила сделать что-то приятное, чтобы извиниться за это. - Прости, что моя рука была слишком тяжёлой. Мне очень жаль. Цай Аньци пододвинулась к уху Ван Бо и прошептала: - Сегодня ночью ты сможешь сделать всё, что захочешь. Ван Бо посмотрел на Цай Аньци и сказал: - Сядь и поешь. Заметив, что выражение лица Ван Бо расслабилось, Цай Аньци почувствовала облегчение и села. Нин Шу сказала Ван Бо: - Сходишь сегодня со мной в больницу. - Ладно. Ван Бо кивнул. - Я пойду с тобой, - сказал Ван Бо, обращаясь к Цай Аньци. Цай Аньци тут же начала мотать головой. - Со мной всё в порядке. Я не пойду в больницу. - Но тебе вчера ночью было так больно. Давай сходим и проверим на всякий случай, - сказал Ван Бо. Она нетерпеливо возразила: - Я же сказала, что я не пойду! Я в порядке. - Ладно. Раз ты не хочешь идти, то мы не пойдём. Ван Бо согласился на компромисс. Нин Шу ничего не сказала. Так как Ван Бо не пошёл на работу, парочка позавтракала и закрылась в спальне. Цай Аньци расстегнула рубашку Ван Бо, явно намереваясь проверить, будет ли ей снова больно, как в прошлый раз. Когда Ван Бо увидел, что Цай Аньци в таком настроении, то он, естественно, обнял её. Но, как только он вошёл в неё, она резко вдохнула. Она явно всё ещё чувствовала ту разрывающую тело боль. ---------- Психологическая Реакция Ван Бо лишь немного подвигался, но лицо Цай Аньци побледнело от боли. Она почувствовала, как в той области всё онемело от пыточной боли. Цай Аньци пнула Ван Бо со всей силы. Ван Бо отлетел прочь приземлился на пол, чувствуя, как его копчик вот-вот сломается. - А теперь что случилось? Ван Бо увидел, как Цай Аньци катается по кровати, прикрывая свой живот. Он позабыл о собственной боли и поспешно спросил: - Что случилось? - У меня живот болит. У меня там сильно болит. И болит каждый раз, когда ты в меня входишь, - сказала Цай Аньци, а у неё на лбу появились капли пота. Ван Бо оказался в затруднении. Что она имела ввиду, когда говорила, что ей больно, когда он входит? Первым делом он оделся, а потом помог одеться Цай Аньци. - Мы идём в больницу. В этот раз Цай Аньци не стала возражать. Она почувствовала настоящую боль и это было очень больно. Ван Бо помог Цай Аньци выйти из спальни. Нин Шу подняла брови и спросила: - Что случилось? Ван Бо сказал: - У Аньци живот болит, поэтому ей нужно в больницу. Нин Шу кивнула. - Тогда пойдём. Ван Бо спустился вниз по лестнице с Цай Аньци на своей спине и махнул рукой, подзывая такси. Нин Шу села на переднее место для пассажира и оглянулась назад, где увидела совершенно бледное лицо Цай Аньци. Та потела и выглядела так, словно ей очень больно. Когда они добрались до больницы, Нин Шу спросила: - Где именно больно? В сердце, печени, селезёнке, желудке, кишечнике или где-то ещё. Или нам всё проверить? Лицо Цай Аньци стало ещё бледнее, и она сказала: - У меня болит там, в матке. Нин Шу кивнула. - Значит, пойдём в отделение гинекологии. Нин Шу отправилась в регистратуру, пока Ван Бо сидел на стуле с Цай Аньци. Он держал её за руку и приговаривал: - С тобой всё будет хорошо. К этому времени живот Цай Аньци уже так сильно не болел, и боль постепенно исчезала. После того, как Нин Шу зарегистрировалась, она отвела Цай Аньци в отделение гинекологии. Ван Бо остался ждать снаружи. - Расскажи доктору о своих симптомах, - сказала Нин Шу. Цай Аньци какое-то время испытывала затруднение. - У меня возникает мучительная боль во время полового акта. Мне от этого крайне больно. Словно её тело разрывалось на части. Боль была такой сильной, словно она уже умирала. Доктор провела осмотр и даже вставила свой палец. Цай Аньци закричала от боли. Лабораторные анализы ничего не выявили, и на УЗИ всё было в порядке. Доктор не могла понять причину. - У вас нет никаких аномалий и нет спазмов в нижней части тела. Возможно, это просто боязнь секса, психологическая реакция. Цай Аньци была в замешательстве. Как она может бояться секса? Это невозможно. Когда Нин Шу вывела Цай Аньци из отделения, Ван Бо, который сидел у двери, тут еж спросил: - Ну, как там? Нин Шу покачала головой. - Ей нужно повидать психиатра. Он был изумлён. Какое отношение боль в животе имеет к психиатру? И хотя Ван Бо был в замешательстве, Цай Аньци пребывала в ещё большем замешательстве, чем он. У любого могло быть такое заболевание, но только не у неё. Цай Аньци потрогала свой живот. К этому времени её живот уже пришёл в норму. Он больше не болел. На лице Цай Аньци было странное выражение. Были ли те приступы боли её галлюцинациями? Может, ей это всё примерещилось? Цай Аньци взглянула на Ван Бо. Несмотря на красную отметину на его лице, он выглядел обеспокоенным и взволнованным. Это было довольно неприятное зрелище. Неужели, из-за того, что она занималась этим с Ван Бо, у неё возникло психологическое отвращение? Цай Аньци плотно закусила губы, задумавшись в глубине души о том, стоит ли ей найти другого мужчину, чтобы проверить, будет ли с ним также. ---------- Какая Польза Только От Красивого Личика? Нин Шу отвела Цай Аньци на приём к психиатру. Психиатр провёл различные психологические тесты и не обнаружил у Цай Аньци никаких проблем. Цай Аньци тоже не считала, что у неё есть какое-то психическое расстройство, особенно по этой части. После возвращения домой, она снова попыталась заняться этим с Ван Бо, но закричала от боли, как только он вошёл в неё. Цай Аньци дрожала от боли, и чувствовала, как её тело словно разрывает на части. Она снова пинком отогнала от себя Ван Бо. Ван Бо тоже выглядел не лучше. Когда он увидел болезненное выражение лица Цай Аньци, он спросил: - Ты же сказала, что тесты не выявили никаких проблем. Так почему же тебе сейчас больно? - А я откуда знаю? Лицо Цай Аньци побледнело. Поначалу она думала, что это её галлюцинация, но это было не так. На самом деле, это было больно, невероятно больно. Ван Бо оделся и вышел из комнаты, чтобы найти Нин Шу и сообщить ей: - Тело Аньци всё ещё не в порядке и ей больно. Нин Шу изобразила лёгкое удивление. - А разве доктор не сказал, что она в порядке? Ван Бо взъерошил свои волосы. - Я не знаю, что происходит. Нин Шу поджала губы и сказала: - Давайте сходим в больницу покрупнее. У Ван Бо не было иного выбора. - Давайте сходим и снова проверим. Работу Ван Бо больше нельзя было откладывать, поэтому Нин Шу пришлось самой отвести Цай Аньци в больницу на осмотр. Они проверяли её снова и снова, но не обнаружили никакой проблемы. Повторная консультация с психиатром тоже не показала никаких результатов. Цай Аньци вообще не могла поверить, что она столкнулась с таким происшествием. После такого, она больше не сможет наслаждаться тем счастьем, которое должно быть у женщины. Для Цай Аньци это были разрушительные новости. Какая польза только от красивого личика? Она всегда подозревала что нечто подобное могло произойти из-за Ван Бо. Возможно, с другим мужчиной этого не произойдёт. Цай Аньци красиво оделась и собралась на выход, но её остановила Нин Шу. - Куда это ты собралась? - У меня плохое настроение, поэтому я пойду немного прогуляться на свежем воздухе, - небрежно ответила Цай Аньци. Нин Шу достала свой блокнот и ручку. - Сколько дней ты уже не делала работу по дому? Я всё это записала. Ты уже больше не хочешь свои брендовые вещи? Лицо Цай Аньци тут же стало выражать неприязнь. - Вы уж пощадите меня. Разве вы не видите, что мне плохо? Я просто собралась выйти прогуляться, но вы настаиваете на том, чтобы я занималась домашними делами. Думаете, вы имеете право пытать меня таким образом? Выражение лица Нин Шу не изменилось, когда она сказала: - Всё ведь уже проверили. Психологию, неврологию, гинекологию – всё, что должно было быть проверено – проверено. Нет никаких проблем, так что твоё тело в полном порядке. - Да как оно может быть в порядке? Мне же больно. Цай Аньци вышла и хлопнула дверью. Нин Шу взяла свой телефон и последовала за ней. Вероятно из-за того, что Нин Шу проследила за ней в прошлый раз, вместо того, чтобы сразу отправиться на поиски мужчины, Цай Аньци созвала своих подруг, чтобы посидеть в кафе, съесть пирожных и выпить кофе. Нин Шу никуда не спешила и терпеливо ждала. Цай Аньци наверняка пойдёт на встречу с мужчиной. Проведя в кафе около двух часов, женщины разошлись. Цай Аньци тоже взяла свою сумочку и вышла. Как только она вышла из кафе, она подозвала такси и уехала. Нин Шу последовала за ней. В этот раз это был не тот же отель, а другой, более уединённый. Мужчина ждал Цай Аньци у входа. Когда он увидел Цай Аньци, он обнял её, и они вошли в отель. Нин Шу сфотографировала их на свой телефон, не забывая включить в кадр вывески отеля. После этого Нин Шу стала ждать Цай Аньци у входа, чтобы посмотреть, когда та выйдет. С другой стороны, как только Цай Аньци и мужчина вошли в номер, они начали целоваться и запрыгнули на постель. Сердце Цай Аньци наполовину было в ожидании, а наполовину в страхе. Она предвкушала, что её тело будет в порядке, но также боялась, что снова почувствует такую боль, словно звери разрывают её на части. Тело Цай Аньци дрожало от напряжения, а её ладони вспотели. ---------- Просто Позвони В тот момент, как мужчина вошёл в неё, Цай Аньци завопила. Это было такое чувство, словно острые зубы животного разрывают её тело на части, в результате чего она ощущала мучительную боль. Вместе с физической болью и отчаянием в её душе, Цай Аньци почувствовала, как её сознание угасает. Едва только мужчина слегка пошевелился, как боль усилилась. Она оттолкнула его изо всей силы и начала одеваться. Её лицо было бледным. А вот лицо мужчины наоборот – помрачнело, и он не удержался от того, чтобы закричать: - Что с тобой не так? - Я больше не буду этим заниматься. Из глаз Цай Аньци текли слёзы. После того, как они разделись и он вошёл в неё, она решила отступить? Разве это не то же самое, что выплёвывать еду, которую уже положил в рот? Как такое возможно? Он же уже как раз был в самом разгаре процесса. Он уже не мог остановиться только потому, что она ему так сказала. Этому мужчине не было дела до чувств Цай Аньци, как это делал Ван Бо, поэтому он просто толкнул её на кровать. Без колебаний, мужчина проник в неё и заставил Цай Аньци дрожать от боли. Её тело начало колотить спазмами боли. А вот мужчина был очень доволен. - А ты туго сжимаешь. После чего он продолжил двигаться без каких-либо угрызений совести. Крики боли Цай Аньци не прерывались. Она чувствовала себя так, словно она сейчас умрёт от тысячи порезов. Её голос постепенно слабел от криков и перешёл в тихие стоны. К этому времени Цай Аньци просто хотела, чтобы всё это насилие поскорее закончилось. Для неё это было словно прогулка через ад. Её нижняя половина уже онемела от боли, но эта пытка словно была выгравирована в её мозгах. Каждая секунда и каждая минута этого процесса были невыносимыми. Мужчина поверх неё был невероятно возбуждён, и Цай Аньци не могла оказать ему никакого сопротивления. Она просто хотела, чтобы всё это поскорее закончилось. Глаза Цай Аньци были полны слёз, и у неё не осталось сил. Она могла лишь позволить мужчине лежать на ней и насиловать её. Кто знает, сколько времени прошло, прежде чем мужчина наконец-то кончил, но Цай Аньци была в оцепенении. Она чувствовала себя так, словно вот-вот умрёт. Она смутно слышала звуки того, как мужчина одевается и застёгивает ремень на штанах. Прежде чем он ушёл, он коснулся груди Цай Аньци и крепко сжал её, со словами: - Если тебе понадобится ещё, просто позвони. Затем он ушёл, довольно улыбаясь. Слушая смех мужчины Цай Аньци умирала от ненависти. Неподвижно лёжа на постели, она смотрела в потолок пустым взглядом. Цай Аньци закрыла глаза, завернулась в одеяло и стала ждать, пока боль пройдёт. Как это могло произойти? Как это вообще возможно? Как у неё может быть такая проблема? Это было не из-за Ван Бо, а из-за неё. Даже если с другим мужчиной, результат был таким же. Она не чувствовала никакого удовольствия, только бесконечную боль. Голова Цай Аньци раскалывалась от боли, и, по мере того, как боль в её теле постепенно уходила, она засыпала. К тому времени, как она снова проснулась, уже начало темнеть, а её живот уже больше не болел. Цай Аньци встала, приняла душ и при этом тщательно натирала своё тело мочалкой. Она презирала своё тело за то, что оно было таким разочаровывающим. Но что ей теперь делать? Что делать… С красными от слёз глазами Цай Аньци оделась и вышла из номера. Когда она дошла до фойе, портье остановил её и сказал ей оплатить номер. Цай Аньци была так зла, что её лёгкие чуть не взорвались. Этот проклятый подонок должен просто умереть! Он заставил её испытать так много боли и даже вынудил её заплатить за номер. Цай Аньци стиснула зубы, отдала деньги и выбежала из отеля. ---------- В Этот Раз Снова Её Сфотографировала Нин Шу увидела, как Цай Аньци выходит из отеля, и сделала ещё несколько фотографий. Она таже сфотографировала и мужчину. Цай Аньци села в такси и поехала домой. Когда она приехала туда, она увидела Ван Бо, сидящего на диване. Она осмотрела комнату, но не увидела и следа Нин Шу. Она спросила: - Где твоя мать? - Это ты мне скажи. Я тоже хочу знать, куда делась моя мать. Разве вы обе не были дома? – спросил Ван Бо у Цай Аньци. У Цай Аньци внезапно возникло дурное предчувствие. В прошлый раз эта старая женщина тайком сфотографировала её. Не может же быть, что она в этот раз снова её сфотографировала, верно? Но если нет, то почему она ещё не вернулась? Она ведь уже была такой осторожной. Мысленно Цай Аньци проклинала Нин Шу, чтобы та просто умерла на улице. Как только эта старая женщина умрёт, то больше никто не будет целенаправленно создавать ей проблем. Более того, этот дом может стать её. В душе Цай Аньци всколыхнулась волна враждебности. - Я сегодня днём ушла гулять с подругами. Откуда мне знать, где твоя мать? – сказала Цай Аньци, пребывая в дурном расположении духа. Видя его беспокойство, она добавила: - Твоя мать такая старая, может, она просто заблудилась? Ван Бо тут же огорчился. - Как ты можешь так говорить? Она же моя мать. - Ну, не моя же. Цай Аньци закатила глаза и ушла в их спальню. Едва только Ван Бо достал свой телефон, чтобы позвонить Нин Шу, зазвенели ветряные колокольчики у двери. Нин Шу открыла дверь, увидела Ван Бо и сказала: - Я вернулась. - Мам, где ты была? На улице уже темно. Я волновался. Ван Бо вздохнул с облегчением. Нин Шу улыбнулась и сказала: - Я в порядке. Просто вышла прогуляться. Ван Бо почесал свой затылок. Они обе вышли прогуляться так поздно вечером. Нин Шу сделала три тарелки лапши, и Ван Бо позвал Цай Аньци ужинать. Когда Цай Аньци увидела лапшу, она развернулась и ушла обратно в комнату, не говоря ни слова. Сегодняшнее событие так её утомило и было таким болезненным, но ей всё равно нужно есть нечто подобное? Когда Ван Бо увидел поведение Цай Аньци, он окликнул её: - Ты не собираешься есть? - Нет, я не хочу. Цай Аньци захлопнула дверь. Из комнаты не доносилось никаких звуков движения, поэтому они не знали, что она делает внутри. Лицо Ван Бо стало уродливым. Своеволие Цай Аньци действовало ему на нервы. Она была совершенно не сдержанной, не заботясь о других людях или членах её семьи. Нин Шу сказала Ван Бо: - Ван Бо, есть кое-какие вещи, которые ты должен терпеть. Как мужчина, ты должен понимать, когда отступить, а когда – твёрдо стоять на своём. Если ты будешь постоянно отступать, то либо упрёшься в стену, либо окажешься на краю обрыва, откуда тебе уже больше некуда будет идти. В итоге, больше всего пострадаешь ты сам. Ван Бо всегда считал, что он женился на богине. Он снова и снова исполнял её желания. - Мам… - Ван Бо тяжело вздохнул. – Мы всё ещё привыкаем друг к другу. Нин Шу сказала: - У тебя должен быть свой крайний предел дозволенного, и ты должен дать ей знать об этом. Твои уступки не заставят её сдерживаться. Она станет только ещё более наглой. Людям в жизни нужно иметь хоть немного характера. Я не хочу видеть, как ты постоянно терпишь. Бывают времена, когда нужно продвигаться вперёд, и времена, когда нужно отступать. Нельзя, чтобы один человек постоянно отступал. Ван Бо снова вздохнул. - Можешь перестать постоянно вздыхать? Мне грустно слышать, как ты вздыхаешь. Неужели тебе так трудно выпятить грудь? – Нин Шу прозвучала немного раздражённо. Нин Шу поджала губы. - Если Цай Аньци сделает то, что тебя обижает, то с каким поступком ты бы не стал мириться? Какой у тебя крайний предел дозволенного, и что ты будешь делать, если она его пересечёт? – спросила Нин Шу, прощупывая почву. ---------- Должна Быть Верной Мне Ван Бо некоторое время молчал, и сказал: - Мой крайний предел дозволенного – это что она должна оставаться верной мне. Я могу терпеть её своеволие и вспыльчивый характер. О, так вот где у него крайний предел. - И что будет, если она его пересечёт? – спросила Нин Шу. - Кто знает? – сказал Ван Бо. Нин Шу шлёпнула себя по лбу. Крайний предел нельзя провоцировать, но если его пересечь, он всё равно понятия не имеет, что делать дальше. Нин Шу не знала, что сказать. - Если, я имею в виду, если она пересечёт твою линию, что ты сделаешь? – спросила Нин Шу у Ван Бо. Ван Бо задумался на мгновение и сказал: - Я с ней разведусь. Нин Шу посмотрела на Ван Бо и сказала: - Я надеюсь, что ты получше узнаешь свою жену. Её характер слишком яркий, в то время как ты – слишком честный. Ван Бо замолчал. Он вернулся в спальню и увидел, что Цай Аньци уже лежит в постели. Он лёг рядом с ней и обнял её. Цай Аньци и так уже была раздражённой, и то, что Ван Бо её обнял ещё больше рассердило её. Из-за того, что он в неё вцепился, ей было неудобно и она больше потела. - Слишком жарко. Не обнимай меня. Цай Аньци оттолкнула Ван Бо. Ван Бо спросил: - Что с тобой случилось? У тебя что-то произошло? Расскажи мне. - Я… - Цай Аньци не знала, что сказать, поэтому стала раздражённой. – Ничего. Меня просто твой вид раздражает. Не мельтеши передо мной. Ван Бо нахмурился. - Мы же муж и жена. Что ещё тут можно сказать? - Муж и жена тоже имеют свою личную жизнь. А ты так раздражаешь. Я буду спать. Цай Аньци повернулась к Ван Бо спиной. Ван Бо посмотрел на спину Цай Аньци, а потом протянул руку, чтобы развернуть её и искренне сказал: - Аньци, мы же муж и жена, два человека, которые проведут вместе всю жизнь. Я надеюсь, что мы вместе постареем. Если что-нибудь случится, ты же мне расскажешь? Цай Аньци крутанула глазами, а потом улыбнулась и сказала: - Раз я вышла за тебя замуж, то, конечно же, я тоже хочу навеки быть с тобой. На лице Ван Бо появилась улыбка. Он хотел поцеловать Цай Аньци, но она его оттолкнула. - Я себя плохо чувствую. Хоть он и был разочарован, он не стал её принуждать. Цай Аньци повернулась к Ван Бо спиной. Она не знала, что произошло с её телом, и теперь, раз она вышла замуж за Ван Бо, естественно, она вынуждена была остаться с ним. Цай Аньци начала наполняться отчаянием. Что случилось с её телом? Она не могла иметь детей и не могла даже наслаждаться своими женскими радостями. Теперь Цай Аньци наконец-то начала немного заботиться о Ван Бо. Всё же, её тело больше не могло исполнять её обязанности жены перед мужем, и только Ван Бо мог смириться с чем-то подобным. Она хотела сказать ему какие-нибудь добрые слова, но она уже давно вела себя высокомерно перед Ван Бо. Она не могла заставить себя отступиться от этого. Поэтому, она только пожелала ему доброй ночи. Ван Бо кивнул и приобнял Цай Аньци. Поначалу она нахмурилась, но, в итоге, ей удалось это стерпеть. Ван Бо теперь был её единственным путём, и лишь он мог решить поддерживать её. Если Цай Аньци уйдёт от Ван Бо, она уже не знала, как ей теперь выживать. Она скорее умрёт, чем устроится на какую-нибудь утомительную работу. Проведя всю ночь в подобных размышлениях, Цай Аньци всё равно очень не хотела оставаться в таком положении. На следующий день она решила попробовать с другим мужчиной. Ей было больно только во время полового акта, а всё остальное время ей было хорошо. Словно её тело совсем не было больным. Цай Аньци хотела найти ещё одного мужчину, чтобы проверить это. Как только Цай Аньци вышла из дома, Нин Шу последовала за ней, преследуя её и делая фотографии по пути. Когда Нин Шу увидела, что Цай Аньци так часто ищет мужчин, она невольно начала сомневаться в том, что всё сделала правильно. ---------- Поймана В Процессе Разве Цай Аньци не говорила, что у неё болит живот? Почему же она тогда снова ищет мужчину после вчерашнего. Что происходит? Напоив Цай Аньци таким большим количеством лекарства, Нин Шу также уколола её в живот иголкой. Этот метод называется запиранием матки, и, как предполагает название, он запирает это место. Когда Нин Шу в этот раз последовала за Цай Аньци, она позвонила Ван Бо и попросила его отпроситься у управляющего и поскорее вернуться. Ван Бо не знал, что происходит, но Нин Шу прозвучала обеспокоенно. Поэтому он тут же отпросился с работы. Как только Цай Аньци и тот мужчина вошли в отель, Нин Шу сказала Ван Бо адрес отеля и сказала ему поторопиться. Когда Ван Бо пришёл ко входу в отель, он увидел Нин Шу и спросил: - Мам, что случилось? - Пойдём со мной. Нин Шу сказала обслуживающему персоналу, что она пришла найти свою невестку и попросила у них ключ, после чего привела Ван Бо к номеру. - Что мы тут делаем, мам? – спросил Ван Бо у Нин Шу с нерешительным выражением лица. Он смутно слышал голоса, доносящиеся изнутри, и один из этих голосов был ему знаком. Лицо Ван Бо почернело от мысли о такой вероятности. Нин Шу открыла дверь и увидела, что на полу в беспорядке была разбросана одежда. Мужчина небрежно разлёгся поверх тела Цай Аньци. Лицо Цай Аньци было бледным и всё её тело конвульсивно дрожало. Нин Шу быстро сделала фотографию. Осознав, что кто-то вошёл, мужчина поверх Цай Аньци тут же вытащил и быстро прикрыл свой низ одеялом. Цай Аньци не могла двигаться из-за всей боли. Она просто лежала голой и слёзы текли по её щекам, когда она увидела Ван Бо. Ван Бо весь трясся, его глаза стали красными, а его шея напряглась, пока он смотрел на мужчину, который поспешно одевался. Нин Шу сфотографировала мужчину и сказала Ван Бо: - Иди и ударь его. Если он всё ещё не сможет ничего сделать в этот момент, то у него действительно нет никакого характера. Как только Ван Бо услышал это, он сжал руку в кулак и ударил мужчину. Мужчина, однако, не хотел проявлять никакой слабости. - Ты кто такой? Как ты смеешь драться со мной?! Да я тебе… Ван Бо снова ударил его в лицо. Нин Шу закрыла дверь и бесстрастно посмотрела на Цай Аньци, лежащую на постели. Со слезами, ручьями льющимися по её лицу, Цай Аньци в ужасе смотрела на то, как дерутся двое мужчин. Ван Бо схватил мужчина за волосы, подошёл к Цай Аньци и зарычал: - Итак, это твой любовник. А я-то всё думал, почему ты не хочешь заниматься этим со мной. Ты сказала, что плохо себя чувствуешь, но это было лишь оправдание, чтобы избегать меня. Я – твой муж, но я всё равно не настолько хорош, как твой любовник? Лицо Цай Аньци уже и без того было бледным. Она напряжённо повернулась, чтобы посмотреть на Нин Шу. - Это всё вы. - Это действительно была я. Ван Бо – мой сын, и пришло время ему узнать, - тихо сказала Нин Шу. – Ко мне это не имеет никакого отношения. С какой стати я должна тебя защищать? Цай Аньци посмотрела в налитые кровью глаза Ван Бо и немного испугалась. Ей пришлось терпеть интенсивную боль по всему телу, когда она подползла к Ван Бо и схватилась за полу его рубашки. - Давай подождём до тех пор, пока мы вернёмся домой? Я всё объясню. - И что ты хочешь объяснить? Ты только взгляни на себя! Ты же совершенно голая. Что ещё тут можно объяснять? – Ван Бо всего трясло. – Ты думаешь, что я слепой и ничего не вижу? Цай Аньци была снова изнасилована мужчиной, поэтому в данный момент её тело болело так, что хотелось умереть. Её сердце наполнилось отчаянием. Её тело было больным, а теперь она ещё была поймана в процессе измены. Цай Аньци не чувствовала никакой жалости к Ван Бо, так как она никогда и не планировала быть ему верной. Ван Бо был для неё всего лишь запасным колесом. ---------- Я Хочу Развестись На самом деле, Цай Аньци боялась за своё будущее. Её тело было её оружием для выживания, и она больше не имела этого оружия, а теперь ещё и Ван Бо обнаружил, что она занималась такими вещами. Ван Бо увидел следы бесчестия на теле Цай Аньци. В комнате было три человека, одна она была голой и не проявляла ни капли стыда. Однако перед ним она всегда вела себя так благородно и неприкосновенно. Тот мужчина, которого побил Ван Бо, воспользовался возможностью, чтобы ускользнуть. Нин Шу не было до него дела, так как это был всего лишь один из мужчин Цай Аньци. Ван Бо бросил одеяло и накрыл тело Цай Аньци. Нин Шу увидела, что руки Ван Бо неконтролируемо трясутся и холодно сказала Цай Аньци: - Оденься уже. У Цай Аньци не осталось иного выбора, кроме как одеться, продолжая испытывать сильную боль. После этого Ван Бо вытащил Цай Аньци из отеля. Каждый раз, когда она делала шаг, она содрогалась от боли, так как внизу у неё всё соприкасалось. Цай Аньци потела от боли и была смертельно бледной. Нин Шу поймала такси. Ван Бо запихнул Цай Аньци внутрь и сел рядом с ней. Цай Аньци несколько раз открывала рот и пыталась заговорить, но каждый раз она видела мрачное выражение лица Ван Бо и затыкалась. Вернувшись домой, Ван Бо сказал Нин Шу: - Мам, я хочу развестись. Он верил, что женился на хорошей жене, но никогда не думал, что она будет изменять ему у него за спиной. - Я не согласна на развод. Я лучше умру, чем пойду на это, - тут же сказала Цай Аньци. Ван Бо был в ярости, когда сказал: - А почему бы тебе не развестись? Ты всё ещё не хочешь разводиться, несмотря на всё произошедшее? Разве ты сама не вела себя так, словно не хочешь жить со мной? Ты теперь можешь идти и жить с мужчинами, которых ты удовлетворяешь. - Это был единственный раз, единственный раз, - взмолилась Цай Аньци. Нин Шу достала свой телефон и дала его Ван Бо. - Было ещё несколько раз перед этим, каждое фото с датой. - Вы… Цай Аньци гневно уставилась на Нин Шу. Ван Бо прошёлся по фотографиям на телефоне, его губы дрожали. Нин Шу сказала: - А когда мы ходили на медосмотр, доктор сказал, что она не может иметь детей, потому что она уже прошла через много абортов. Лицо Ван Бо стало немного зелёным, когда он уставился на Цай Аньци красными глазами. Видя, что Нин Шу высказала всё сразу, Цай Аньци сердито воскликнула: - Чего вы хотите? Вы будете счастливы, когда увидите, что я разведусь с Ван Бо? Нин Шу кивнула. - Я буду очень счастлива. Ван Бо уставился на Цай Аньци и тихо спросил: - Когда ты говорила, что у тебя тело болит, это тоже было лишь оправдание? Цай Аньци покачала головой. - Я тебе не лгала. Мне действительно было больно. Ван Бо поднял руку, чтобы влепить пощёчину Цай Аньци, но остановился на полпути, а его лицо посинело. - Ты говорила, что тебе больно, так почему же ты всё равно пошла искать других мужчин снова и снова? - Я просто хотела проверить, больно ли мне с другими мужчинами, - сказал Цай Аньци, закусив губы. - Так значит, это причина твоего развратного поведения. И что ты имеешь в виду, говоря, что тебе больно? Тебе больно, когда ты со мной, поэтому ты всегда отталкиваешь меня, но тебе не больно, когда ты с другими? Ван Бо был настолько зол, что даже его голос изменился. Цай Аньци не знала, как объяснить, что её тело действительно испытывало боль. Ван Бо отшатнулся от неё, а потом сел на стул. Он потёр лоб. - Развод, развод просто необходим. - Я не соглашусь на развод. Я никогда не соглашусь, - сказала Цай Аньци. - Как ты можешь быть такой бесстыдной? Ван Бо гневно уставился на Цай Аньци, и его губы задрожали. Его лицо перекосилось и превратилось в шар из гнева и печали. - В любом случае, я не пойду на развод, - сказала Цай Аньци авторитетным тоном. К этому времени её тело уже не так болело и её дух восстановился. - Ван Бо, ты уверен, что хочешь развестись со мной? Ты меня больше не любишь? Цай Аньци посмотрела на Ван Бо. Ван Бо не удержался, прижал руку к груди и тяжело вздохнул. - Ты лгала мне с самого начала. Я не знал о твоём прошлом, но мне было всё равно. Однако почему ты продолжала заниматься этим даже после того, как вышла за меня замуж? ---------- Тебе Обязательно Разводиться? Ван Бо лично поймал Цай Аньци с другим мужчиной, поэтому он был решительно настроен на развод с ней. Он был в праведном гневе. Он уважал Цай Аньци и никогда не принуждал её к чему-либо, и как она ему за это отплатила? Изменой с другими мужчинами. Словно она хранила свою чистоту для других мужчин несмотря на то, что она и Ван Бо были мужем и женой. Ван Бо был так зол, что вены на его лбу начали пульсировать, а глаза покраснели. Цай Аньци снова повторила свои слова: - Я не буду разводиться. В такой ситуации она не сможет снова выйти замуж после развода. Цай Аньци быстро заверила Ван Бо: - Это был последний раз. Я правду говорю. Если будет ещё раз, даже если ты меня убьёшь, я не буду жаловаться. - Я хочу убить тебя прямо сейчас, - глухим голосом воскликнул Ван Бо. Ван Бо плотно сжал кулаки. - Ты всё ещё продолжаешь играть мной, словно дураком. Я действительно хочу убить тебя, бесстыдная сука. Когда Цай Аньци услышала, что Ван Бо обзывает её, это тоже спровоцировало её. Почему бы ему не взглянуть на себя? Как он может быть достоин охранять её тело? Как она может отказаться ради него от стольких прелестей жизни? Цай Аньци глубоко вдохнула и спросила: - Тебе обязательно разводиться? Ты настаиваешь на том, чтобы развестись со мной? - Да, - твёрдо сказал Ван Бо. Видя решительный настрой Ван Бо, Цай Аньци села на диван и безразлично сказала: - В любом случае, я отказываюсь разводиться. У неё было такое безразличное выражение лица: "я отказываюсь разводиться; посмотрим, что ты сможешь заставить меня сделать." Ван Бо был шокирован поведением Цай Аньци. - Тебе вообще ни капельки не стыдно? На лице Цай Аньци не было ни вины, ни стыда, и уж тем более ни капли извинения по отношению к Ван Бо. Ван Бо почувствовал, как его сердце было опустошено и растоптано в кровавую массу. - Мам, я с ней разведусь. Сейчас, немедленно, сей же момент. Ван Бо едва мог сдерживать свой рвущийся наружу гнев. Нин Шу спокойно сказала с безразличным выражением лица: - Сначала успокойся. Затем она посмотрела на безрассудную Цай Аньци и холодно спросила: - Какие твои условия на развод с Ван Бо? Сидя на диване, Цай Аньци сказала: - 200 000 юаней или этот дом. - Ни за что, - прорычал Ван Бо. Ван Бо был так зол, что даже пошатнулся и ему пришлось схватиться за стол, чтобы удержаться на ногах. Эта женщина вообще не сдерживается. Она действительно хочет заполучить деньги и дом за развод. Как она может быть такой бесстыдной? Образ Цай Аньци в сердце Ван Бо развернулся на 180 градусов, совершил полный разворот. Прежде, несмотря на тот факт, что у неё был плохой характер, он верил, что Цай Аньци была хорошей женщиной. Он никогда не представлял, что она окажется таким человеком. Даже несмотря на то, что она была неправа, она вела себя так агрессивно. Нин Шу выслушала требование Цай Аньци и подняла брови. - Это же ты была неправа в браке. И ты действительно думаешь, что сможешь получить 200 000 юаней или этот дом? - Мы можем и не разводиться, меня это устроит, - Цай Аньци перевела взгляд с Нин Шу на Ван Бо. – Но если хочешь, то мне нужно 200 000 юаней. У Нин Шу на руках было 200 000. Это были сбережения Ян Цзыи на протяжении многих лет, включая часть зарплаты Ван Бо. Ян Цзыи намеревалась подарить их этой парочке позже, когда ей останется уже не так много времени. Но, если она действительно отдаст их Цай Аньци, то жизнь Ван Бо и Ян Цзыи станет гораздо более трудной, так как все их сбережения будут опустошены. ---------- Это Домашнее Насилие! Ван Бо нахмурился и сказал Нин Шу: - Мам, я так больше не могу. Я хочу развестись. Даже если я вынужден буду отдать деньги, я хочу развестись с ней. Нин Шу: →_→ Нин Шу оттащила перевозбуждённого Ван Бо в сторону, посмотрела на Цай Аньци и сказала: - Ладно. Раз ты не хочешь разводиться, тогда развода не будет. - Мам… - Ван Бо в шоке посмотрел на Нин Шу и указал на Цай Аньци. – Я не буду жить с такой женщиной. Цай Аньци тоже была изрядно удивлена. А потом она изогнула губы в улыбке и села на диван, излучая самодовольную уверенность. Нин Шу посмотрела на Ван Бо, на лице которого был написан шок, разочарование и печаль, и сказала: - Мы позже об этом поговорим. Ты сейчас слишком взвинчен. Это не подходящее настроение для решения каких-либо вопросов. Цай Аньци встала, потянулась и беспечно сказала: - Раз всё улажено, тогда я пойду в свою комнату отдыхать. Позовите меня, когда будет время кушать. После того, как они поругались, Цай Аньци, похоже, стала ещё более несдержанной. Когда Цай Аньци пошла в спальню, Ван Бо схватил её за руку. Она развернулась, подняла подбородок и посмотрела на Ван Бо. - Ну, что такое? Кулаки Ван Бо сжимались и разжимались, а потом снова сжимались. Всё это время его взгляд бы сфокусирован на Цай Аньци. Она начала испытывать нетерпение и спросила: - Так и чего ты хочешь? Ноздри Ван Бо распахнулись, а потом он резко влепил Цай Аньци пощёчину во всё лицо. От этого удара её отбросило на пол. Цай Аньци прикрыла лицо и в изумлении посмотрела на Ван Бо. - Ты меня ударил. Руки Ван Бо тряслись. - Да, я это сделал, ты, шлюха. - Да кем ты себя возомнил? Думаешь, ты имеешь право бить меня? Ты, бесхребетный трус! Ты даже не мужчина. Думаешь, что ты такой сильный, только потому что можешь ударить женщину? Цай Аньци поднялась с пола и помчалась на Ван Бо, чтобы оцарапать его. Нин Шу схватила Цай Аньци и отшвырнула её в сторону. Та снова упала на пол и некоторое время не могла подняться. - Я вызову полицию. Вы специально делаете мне больно. Это домашнее насилие! – закричала Цай Аньци. Нин Шу согласно кивнула. - Ладно. Вызывай полицию. Да поскорее. После этого Нин Шу сходила в свою комнату и бросила в лицо Цай Аньци разорванное платье. Узнав платье, Цай Аньци внезапно посинела. - Старая женщина, ты порезала моё платье? - Как я тебе уже сказала, я всё записала. Сегодня – это твоё платье; завтра – это будет сумочка, - тихо сказала Нин Шу. - Вы… Лицо Цай Аньци сморщилось. Она держала в руках платье, полное дыр, больших и маленьких. Рукава были совсем отрезаны, она не смогла бы их даже починить. Цай Аньци была в ярости, когда на посмотрела на Нин Шу с ненавистью во взгляде. Ван Бо, который был немного в замешательстве, спросил: - Что это такое? Нин Шу с улыбкой сказала: - Ты не знаешь, но у твоей жены есть много известных брендовых вещей. Безделушки, цена за которые может с лёгкостью достигать десятков тысяч, и вся её одежда и обувь тоже известных брендов. - Откуда у неё деньги, чтобы купить всё это? Лицо Ван Бо почернело. Осознав определённую возможность зарабатывания денег, он невольно потёр свои виски. - Верно, у тебя было больше одного мужчины. Да что ты за человек такой? – Ван Бо закричал на Цай Аньци. - А ты бы смог купить для меня все эти известные бренды? Смог бы? – саркастично сказала она, отбросив своё платье. – Какое право ты имеешь допрашивать меня? Я сама купила эти вещи. Твоей семье они не стоили ни цента. Вены Ван Бо уже угрожали лопнуть. Он был так зол, что долгое время не мог даже говорить. Правду говорят, что бесстыдные люди – самые неуязвимые в мире. И теперь Цай Аньци стала одной из них. Это была эпоха насмехательства над бедными, а не над проститутками. В этой эпохе уже не было места для честности. Если ты живёшь хорошей жизнью, то это считается успехом. Цай Аньци никогда и не думала о том, чтобы принести что-либо в этот брак, и не думала оставаться верной ему. ---------- Я Собираюсь Вызвать Полицию Цай Аньци просто видела Ван Бо, как способ выхода из игры. Она не сможет также играть с мужчинами, когда она станет старой, поэтому Ван Бо будет заботиться о ней и кормить её. Но теперь, когда Ван Бо собрался с ней разводиться, она должна выжать из него все возможные преимущества. И, едва она только открыла рот, это было "либо 200 000, либо дом". Если они отдадут дом Цай Аньци, разве им не придётся спать на улице? К тому же, дом может стоит гораздо больше, чем 200 000. Если его потом обновить ремонтом, то цена будет только выше. Цай Аньци отправилась в свою спальню, упаковала чемодан и приготовилась уходить. Она не хотела жить под одной крышей с этими матерью и сыном. - Разводишься или нет, скажешь мне, когда решишь. Если ты хочешь развестись, то приготовь 200 000 юаней. Выбор за тобой. - Куда это ты собралась? – спросил Ван Бо с синюшно-бледным лицом. - А тебе какое дело, куда я пойду? – огрызнулась Цай Аньци. Ван Бо был в ярости. Если они не разведутся, то она всё равно сможет развлекаться сама по себе. Но что насчёт него? Он же просто застрянет до конца жизни с этой женой. И его жена будет в это время развлекаться в руках других мужчин. Она была свободной и безудержной, но он никак не мог начать новую жизнь. Нин Шу сказала Цай Аньци: - Если ты сделаешь хоть шаг за дверь, то я уничтожу все твои вещи. Лицо Цай Аньци тут же перекосилось, и она завопила: - Да как вы смеете?! - А почему бы мне и не посметь? Я ведь уже разрезала твоё платье? – тихо сказала Нин Шу. – Пока мы не решим, будете ли вы двое разводиться, ты не сможешь покинуть этот дом. - Вы… - Цай Аньци сердито топнула ногой. – Вы садите меня под домашний арест. Я собираюсь вызвать полицию. Вы украли мои вещи. Вы – воровка! Нин Шу спокойно сказала: - Конечно, вызывай. Но у меня на телефоне есть фотографии того, какая ты проститутка. Кстати говоря, у меня есть даже видео того, как ты голая общаешься с другими людьми по компьютеру. Думаю, этого достаточно, чтобы обвинить тебя в непристойном поведении. Цай Аньци: … Цай Аньци с зелёным лицом озадаченно уставилась на Нин Шу. - Как вы можете так поступать? Как эта старая женщина может быть такой хитрой? Она всегда вела себя, словно покорная старая женщина. Откуда у этой женщины запись видеочата с голой Цай Аньци? Несмотря на то, что она была в курсе её видеочата голышом, она вообще ничего не сказала. Лицо Ван Бо перекосило ещё больше. Конечно же, он знал, что означает видеочат голышом. Он странным взглядом уставился на Цай Аньци. - Да что ты за женщина такая? Как ты можешь быть такой похотливой? Цай Аньци усмехнулась, глядя на него: - Если бы не вы, мужчины, желающие увидеть такое, то как бы я вообще смогла заниматься этим? - Значит, если мужчина хочет увидеть тебя голой, то ты снимешь с себя всю одежду? Цай Аньци, ты – шлюха… - взревел Ван Бо. Цай Аньци было плевать на его слова. - Раз мужчины могут делать всё, что им захочется, то почему женщины не могут делать то же самое? - Я… Ван Бо поперхнулся словами Цай Аньци. Он не знал, что сказать. Нин Шу безразличным тоном сказала: - Так ты хочешь уйти или остаться? Ты уже всё обдумала? Цай Аньци фыркнула и, в итоге, осталась. Она не могла позволить, чтобы её вещи известных брендов были уничтожены этой невежественной старой женщиной. Раз с её телом возникла проблема, то мужчины, которые захотят её удовлетворить, больше не станут покупать ей вещи. Цай Аньци затащила свой чемодан обратно в спальню и с громким стуком захлопнула дверь. Ван Бо уставился на закрытую дверь, когда Нин Шу спросила у него: - Ты голоден? Пойдём кушать. Ван Бо повернул голову, чтобы посмотреть на Нин Шу, и сказал: - Мам, я хочу развестись. Я должен развестись. Я разведусь с этой женщиной, даже если мне придётся отдать ей деньги. Ван Бо был настроен решительно. ---------- Без Боли Нет Победы Нин Шу не знала, что сказать. Неудивительно, что в изначальной истории Цай Аньци смогла заполучить все их деньги. Ради счастья своего сына, Ян Цзыи, конечно же, отдала всю необходимую сумму. Нин Шу сказала: - Я придумаю план, чтобы вы двое смогли развестись, но мы не можем отдать ей двести тысяч, и уж точно не отдадим дом. Более того… - она посмотрела на Ван Бо. – Неужели ты хочешь, чтобы остальные говорили о том, что ты носишь множество зелёных шляп на голове? После того, как ты разведёшься с Цай Аньци, тебе также придётся начать новую жизнь. Ты не можешь всегда жить в её тени. Ван Бо собрал брови в кучу и несколько удручённо спросил: - Тогда, как же нам избавиться от Цай Аньци, не давая ей деньги? - Успокойся. Способ всегда есть. Нин Шу отправилась на кухню, чтобы приготовить лапшу. - Тебе не нужно готовить для неё. Она умеет заказывать еду с доставкой, - сказал Ван Бо. Так как он сказал ей не готовить на Цай Аньци, Нин Шу приготовила только две тарелки лапши. Когда Цай Аньци вышла и увидела, что для неё ничего нет, её лицо стало уродливым. И она тут же заказала еду по телефону. Когда прибыл курьер доставки, она сказала ему: - Они заплатят. После этого она унесла еду в спальню. Курьер доставки посмотрел на Нин Шу и Ван Бо. Лицо Ван Бо было очень уродливым. Когда он увидел, что курьер доставки пристально смотрит на него, он неохотно расплатился с ним. Нин Шу сохраняла молчание. Когда она увидела гневное выражение лица Ван Бо, она сказала: - Успокойся. Ван Бо начал ёрзать на месте и стал выглядеть удручённым. Нин Шу утешила его: - Без боли нет победы. От этого счастливая жизнь будет только ещё более ценной. То же самое касалось и её самой, она жила в больнице, страдая от болезни, поэтому её жизнь считалась неудачной. Однако та боль и мучения закалили её душу. После смерти, из-за того, что её душа оказалась достаточно квалифицированной, система поймала её, и Нин Шу начала новую жизнь. - В будущем, ты встретишь хороших людей. Кто в молодости не встречает пару кусков дерьма? Нин Шу погладила Ван Бо по плечу и вложила в его тело прядь энергии. Мучить себя из-за Цай Аньци того не стоит. Ван Бо поджал губы. Нин Шу сказала: - И не надо всегда спать в гостиной. Иди в свою комнату. Это наш дом. Почему ты не можешь спать в своей спальне? Ван Бо покачал головой. - Но я не хочу её видеть. - Ну, как хочешь, - сказала Нин Шу. Чем больше Ван Бо думал об этом, тем злее становился. Посреди ночи, он вломился в спальню и залез на Цай Аньци. Вот заботился он о чувствах Цай Аньци, и что? Она всё равно спала с другими мужчинами. Сердце Ван Бо было наполнено гневом. Чем больше он думал об этом, тем меньше оно того стоило. Он грубо вставил в неё, отчего Цай Аньци закричала от боли. Она начала бить и кусать Ван Бо, говоря ему вытащить и проваливать. Он глянул на перекошенное лицо Цай Аньци, и, внезапно, ему всё это показалось бессмысленным. Чего он достигнет, если сделает это? Он явно знал, каким человеком была Цай Аньци. Неужели он думает, что сможет поквитаться с ней подобным образом? Ван Бо надел штаны и даже не глянул на Цай Аньци, которая лежала на постели, словно парализованная. Он развернулся и ушёл. Цай Аньци была женщиной, на которую мог взобраться кто угодно. Кто знает, сколько мужчин было в её жизни? Если он займётся этим, то лишь оскорбит сам себя. Она даже хуже проститутки. Когда Нин Шу услышала крик Цай Аньци, она открыла дверь и увидела, как Ван Бо выходит из своей спальни. Когда Ван Бо увидел Нин Шу, он сказал: - Мам, я в порядке. Я просто хочу развестись как можно скорее. Нин Шу поняла, что Ван Бо теперь был гораздо спокойнее, чем раньше, и от этого она почувствовала облегчение. Гнев и печаль были в нём только потому, что он заботился о Цай Аньци. Только совершенно посторонним людям нет дела друг до друга. И хотя Ван Бо ещё не полностью отпустил Цай Аньци, это было уже хорошее начало. ---------- Всё Ещё Невестка в Этой Семье На следующий день, когда Ван Бо собрался на работу, у него под глазами были тёмные круги. Он явно не спал всю ночь. Нин Шу посмотрела на его лицо и сказала: - Сделай перерыв. Не надо спешить на работу. Ты всё равно не будешь эффективным на работе в таком состоянии. Цай Аньци тоже вышла из спальни. Ван Бо посмотрел на неё и кивнул: - Тогда я немного отдохну. Лицо Цай Аньци тоже не выглядело хорошо. Она спросила у Ван Бо: - Зачем ты это сделал со мной? Ван Бо ответил: - Мы же муж и жена, разве это не вполне обычно, что мы занимаемся такими вещами? Ты же можешь заниматься этим с другими мужчинами. Так почему ты не можешь заняться этим со мной? Цай Аньци тут же впала в ярость. - Я себя плохо чувствую. Мне больно, но ты всё равно заставил меня. - Но с другими мужчинами тебе не больно же? И только ты можешь сказать, больно или нет. Ван Бо успокоился и теперь говорил гораздо более организованно. - Да как ты смеешь так со мной разговаривать? – ошалело сказала Цай Аньци. Ван Бо всегда был заботлив и нежен с ней. А теперь, когда он начал разговаривать с ней таким образом, Цай Аньци оказалась к этому непривычной и почувствовала себя обиженной. Ван Бо проигнорировал её и сел есть. Цай Аньци топнула ногой и тоже села завтракать. Нин Шу сказала Цай Аньци: - Потом пойдёшь со мной за продуктами. - Что значит "за продуктами"? Вы сейчас должны думать над тем, разводиться со мной или нет. Цай Аньци специально подняла тему развода, чтобы спровоцировать Ван Бо. Однако, видя холодное и безэмоциональное лицо Ван Бо, Цай Аньци почувствовала разочарование и некоторую неловкость. Она полагалась на чувства Ван Бо к ней и на его уступки. Но теперь, когда у её тела возникли проблемы, оба её оружия были бесполезны. Как результат, Цай Аньци была немного взволнована. Нин Шу сказала: - Пока ты не развелась, ты всё ещё невестка в этой семье. После завтрака Нин Шу взяла корзину и вложила её в руки Цай Аньци. Цай Аньци холодно сказала: - Я не пойду. - Тогда ты увидишь только свои испорченные туфли, - сказала Нин Шу. И хотя Цай Аньци была в ярости, у неё не было иного выбора, кроме как понести корзину и пойти с Нин Шу за продуктами. В этот раз Цай Аньци поступила по-умному и не стала надевать туфли на высоком каблуке. Она последовала за Нин Шу, потея под солнцем. Её лицо горело от жары. Нин Шу ходила туда-сюда по продуктовому рынку, но у Цай Аньци не было выбора, кроме как следовать за ней, таская тяжёлую корзину с продуктами. Цай Аньци пристально смотрела в спину Нин Шу пылающим взглядом. Как только она получит то, что она хочет, она обязательно заставит мать и сына заплатить. Единственное, что сдерживало Цай Аньци – это её коллекция брендовых вещей. Нин Шу недавно порезала платье, и от этого сердце Цай Аньци обливалось кровью. Эти вещи были недешёвыми. Цай Аньци несла вещи, следуя за Нин Шу. По пути домой Нин Шу бесконечно болтала, когда встречала знакомых. Снаружи было так жарко, но эта старая женщина словно этого не чувствовала. Цай Аньци заметила, что когда Нин Шу встречала кого-то, она обязательно хвалила Цай Аньци за её почтительность, говоря, что невестка даже пошла с ней за продуктами и бла-бла-бла. Это было такое лицемерие. Они явно были на грани развода, но Нин Шу вела себя так, словно они были гармоничной парой свекровь-невестка. Как это могло быть не лицемерие? Когда Цай Аньци видела нежную и добрую внешность Нин Шу, её сердце обливалось кровью от сдерживания гнева. Эта старая женщина была такой ненавистной. Она так хорошо поддерживала свой фасад. После неспешной прогулки время уже приблизилось к полудню. Когда Цай Аньци вернулась домой, она бросила корзинку, которую держала в руках, и убежала в свою комнату, чтобы спасти свою обожжённую солнцем кожу при помощи косметики. Цай Аньци была крайне обижена, что её самые дорогие косметические продукты забрала старая женщина. Когда она намазывала на своё лицо косметику, Нин Шу встала у двери в спальню и сказала: - Выбирай блюдо, которое будешь готовить. - С какой стати я должна готовить? – возразила Цай Аньци. Нин Шу сказала: - Ладно. Похоже, что у меня не останется иного выбора, кроме как использовать твою косметику по уходу за кожей для того, чтобы отполировать кожаные туфли. ---------- Кто Заказал, Тот И Заплатит - Вы… Цай Аньци гневно уставилась на Нин Шу и начала выбирать блюдо. Когда она увидела Ван Бо, сидящего на диване, Цай Аньци сказала: - Я же всё ещё твоя жена, раз мы не развелись. Заставляя меня делать всё, не хочешь помочь мне? Ван Бо кивнул и подошёл, чтобы помочь с выбором блюда. Он уже больше не злился на Цай Аньци. Когда она увидела, что Ван Бо такой покорный, Цай Аньци тут же провокационно улыбнулась Нин Шу. После выбора блюда, Нин Шу сказала Цай Аньци поджарить овощи. Цай Аньци стиснула зубы и сделала, как было сказано. После этого кухня стала выглядеть так, словно она принадлежит аду. Еда на столе вся была чёрной и неаппетитной. На вкус она была либо слишком солёной, либо слишком сладкой, то есть, практически ядовитой. Цай Аньци не могла даже заставить себя проглотить свою собственную еду. Нин Шу ела, не меняясь в лице. Ван Бо тоже сделал несколько укусов. От этого Цай Аньци почувствовала поражение. Цай Аньци просто не могла это есть, поэтому она достала телефон, чтобы заказать доставку. Когда прибыл курьер доставки, Ван Бо сказал ему: - Кто заказал, тот и заплатит. Цай Аньци внезапно почернела лицом, и отдала деньги странно поглядывающему на неё курьеру доставки. - Я всё это купила. И вам это есть нельзя, - с ненавистью сказала Цай Аньци. Нин Шу и Ван Бо проигнорировали её. Цай Аньци с большой решительностью ела вкусную еду. Если она не сможет её доесть, то она её выкинет. В любом случае, она не отдаст эту еду Нин Шу и Ван Бо. После обеда Нин Шу сказала Цай Аньци: - Ладно, начинай уборку. - … Цай Аньци мысленно выругалась. Она посмотрела на холодное выражение лица Нин Шу, и у неё не осталось иного выбора, кроме как взять швабру и ведро. - Вымой каждый уголок, - Нин Шу наставляла Цай Аньци. Цай Аньци мысленно прокляла эту чёртову старую женщину и принялась за работу. Затем она сказала Ван Бо: - Ты тоже помогай. - Мам, я пойду немного погуляю. Ван Бо даже не взглянул на Цай Аньци. Он развернулся и ушёл, чем немного застал Цай Аньци врасплох. Нин Шу всё это увидела. Сердца людей могут меняться, а их чувства хрупкие. Когда он ценил её, она была принцессой. Когда он перестал заботиться о ней, она стала никем. Эмоции нужно поддерживать и ими нужно управлять, их нельзя безрассудно растрачивать. Когда Ван Бо ушёл, у Цай Аньци не осталось иного выбора, кроме как работать в одиночку. Она сердито сказала: - Я же не одна живу в этом доме. Почему я одна должна убираться? - Я хочу, чтобы ты делала это одна. Какие-то проблемы? – небрежно сказала Нин Шу. Цай Аньци глубоко вдохнула и посмотрела туда, где вальяжно сидела Нин Шу. Проходя мимо, Цай Аньци специально пролила воду на Нин Шу. Нин Шу ничуть не разозлилась и продолжила сидеть. - Убирайся, как следует. Если твоя уборка не пройдёт мою проверку, то твоим дизайнерским сумочкам придёт конец, - тихо сказала Нин Шу. Цай Аньци нагнулась, чтобы продолжить уборку комнаты. После этого ей всё ещё пришлось чистить туалет. Когда она всё закончила, Цай Аньци чувствовала себя так, словно она не сможет выпрямиться. Нин Шу проверила её работу и кивнула, дабы показать, что так сойдёт. После всей этой работы, голова Цай Аньци начала кружиться, словно она вот-вот потеряет сознание. Она была слишком уставшей. Она приняла ванну и пошла отдыхать. Но, едва она только заснула, как стук в дверь разбудил её. Она в бешенстве дёрнула себя за волосы и открыла дверь. - Пришло время готовить ужин, - нежно сказала Нин Шу. Цай Аньци: А, аа, аааа… В данный момент Цай Аньци очень ненавидела Нин Шу. Эта женщина была такой ненавистной, ненавистной, ненавистной… ---------- Не Сможет Даже Дожить До Этого После нескольких дней тяжёлой работы Цай Аньци чувствовала себя так, словно она умирает. По утрам она ходила за продуктами со старой женщиной, днём готовила обед, а потом начинала убираться в доме. Ей начало казаться, что её лицо стало темнее, а её кожа стала шершавее, а её руки стали грубее, чем раньше. Глядя в зеркале, Цай Аньци казалось, что она постарела на много лет. Но больше всего она не могла вынести безразличного отношения Ван Бо к ней. Словно незнакомец, он говорил с ней ровным и бесстрастным голосом. Цай Аньци предпочла бы, чтобы Ван Бо злился на неё и говорил грубые слова, чем игнорировал, как он это делал сейчас. Глядя на своё отражение в зеркале, Цай Аньци чувствовала, что эта старая женщина уничтожает её. Так не может продолжаться. Она не хотела разводиться, потому как верила, что Ван Бо всё ещё её любит и не сможет вынести расставания с ней. Она думала, что спустя некоторое время, когда его гнев успокоится, всё закончится. Но теперь она уже не была в этом так уверена. Неужели ей придётся остаться тут и продолжать терпеть пытки этой старой женщины? Она невольно постоянно думала об этом. Особенно когда старая женщина уничтожила её туфли. Только из-за того, что она начала немного сопротивляться и отказалась следовать приказам, старая женщина бросила перед ней пару сломанных туфель. Её туфли, аа! Цай Аньци почувствовала, как задыхается. Её сердце так сильно болело, что она не могла дышать. Почему эта старая женщина не может просто умереть? Целью этого брака было обеспечение Цай Аньци, когда она станет старой, но теперь она думала, что не сможет даже дожить до этого. Старая женщина наверняка замучает её до смерти ещё раньше. Раздумывая всю ночь, она наконец-то приняла решение согласиться на развод. На следующее утро, за обеденным столом, она сказала: - Я согласна на развод. Ван Бо повернулся, чтобы посмотреть на Цай Аньци и с подозрением спросил: - Ты действительно согласна? - Да, - Цай Аньци посмотрела на Нин Шу. – Мои требования таковы, чтобы вы вернули мне мои вещи и заплатили 200 000 юаней в качестве алиментов. Нин Шу ничего не сказала, а просто сфокусировалась на поедании парных булочек. Ван Бо выслушал Цай Аньци, но тоже не сказал ни слова. Съев кашу в тарелке, он ушёл на работу. Цай Аньци нетерпеливо спросила: - И что вы двое хотите этим сказать? Это же вы первыми попросили о разводе. Теперь, когда я согласилась, почему вы молчите? - А с какой стати мы должны платить тебе алименты? – вяло сказала Нин Шу. – Ты родила ребёнка? Этот ребёнок с тобой? И ты всё равно требуешь алименты? - Мне всё ещё нужно как-то выживать в будущем, - сказала Цай Аньци. Двести тысяч были не такой уж большой суммой. И учитывая, что её тело было в таком состоянии, она не знала, как ей выживать в будущем. Этой суммы и близко не было достаточно до конца её жизни. А для чего ещё ей эти 200 000? - Мы не несём никакой ответственности за твою будущую жизнь, - равнодушно сказала Нин Шу. – Конечно, ты не обязана разводиться. Ван Бо будет нести ответственность за тебя, и до конца твоей жизни тебе не придётся ни о чём волноваться. Цай Аньци: … Лицо Цай Аньци позеленело. Она уже больше не могла этого вынести, однако эта старая женщина всё ещё говорит о будущей жизни. Ей придётся страдать от пыток этой старой карги всю оставшуюся жизнь? Она не хотела работать рабыней в этой семье. Старая женщина лишь на поверхности была честной, но она очень хорошо знала, как мучить других. К тому же, перед посторонними людьми она притворялась, что любит свою невестку. 200 000 и её дизайнерская коллекция брендовых вещей, она не готова соглашаться на что-либо меньшее. Нин Шу сказала: - Помой тарелки и пойдёшь со мной по магазинам. Цай Аньци закатила глаза, а потом вяло сказала: - Я себя плохо чувствую. Я хочу сегодня отдохнуть. Нин Шу глянула на неё, после чего кивнула и согласилась. Когда Цай Аньци вернулась в спальню, она позвонила своей семье. Она сказала, что над ней издеваются, что её выгоняют из дома и всякое такое… ---------- Пришли в Гости? Вскоре родители Цай Аньци, её брат и сноха пришли к их дому, и начали так громко стучать в дверь, что привлекли внимание соседей. Родители Цай Аньци и её брат явно приготовились устроить сцену. Они были очень шумными и яростными. Нин Шу глянула на возбуждённую Цай Аньци и позвонила Ван Бо, чтобы он поскорее вернулся. Цай Аньци собралась открыть дверь, но Нин Шу её остановила. Она не позволила открыть дверь. Она сказала: - Цай Аньци, только не думай, что раз у тебя больше народу, ты сможешь вынудить меня заплатить деньги. - Матушка, что вы такое говорите? Мои родители просто пришли повидать меня? Цай Аньци стала играть со своими волосами. Пришли в гости? Ха-ха… Кто знает, что держал в руке человек, стучащий в дверь. Потому что удары были громогласными. Цай Аньци скрестила руки на груди и посмотрела на Нин Шу. - Матушка, у меня нет других требований. Я просто сражаюсь за свои права и интересы. Нин Шу проигнорировала Цай Аньци, взяла телефон и позвонила в полицию. - Алло, я хочу доложить. У нас тут вооружённое противостояние, люди хотят вломиться в мой дом. Они сейчас ломятся в дверь. В доме только я и моя невестка. Нам нужна защита. После этого Нин Шу повернула телефон в сторону двери, откуда доносился громкий стук. После этого она назвала адрес и повесила трубку. Цай Аньци уставилась на Нин Шу и, запинаясь, спросила: - Вы… Как вы могли позвонить в полицию? - Я не могу победить всю вашу толпу одна, - сказала Нин Шу, разведя руками. Цай Аньци топнула и собралась открыть дверь, но Нин Шу придержала её за плечо. Цай Аньци попыталась вырваться, но не смогла, даже несмотря на то, что её лицо уже покраснело от напряжения. - Отпустите меня! Я открою дверь, - взволнованно сказала Цай Аньци. Если приедет полиция, то у них будут проблемы. Цай Аньци никогда не представляла себе, что Нин Шу вызовет полицию. Так как дверь долгое время не открывали, люди снаружи начали терять терпение и стали кричать через дверь. Но Нин Шу не стала обращать на них внимание. Брат Цай Аньци даже начал пинать дверь. Лицо Нин Шу выражало спокойствие. Если ему хочется пинать, то пусть пинает сколько хочет. Если он сломает дверь, то так будет даже лучше. - Не пинай дверь! Не пинай дверь, - крикнула Цай Аньци в сторону двери, и её брови нахмурились. Когда дверь закрыта, люди снаружи не могут услышать шума изнутри. К тому же, к этому времени в коридоре было уже много народу. Мать Цай Аньци стала кричать зевакам, что над её дочерью стали издеваться после того, как она вышла замуж и пришла в эту семью. Что она всё делает сама, и, ко всему прочему, её свекровь всё равно издевается над ней. И теперь её собираются выгнать из дома… Когда люди вокруг услышали эти слова, они все выразили свой скептицизм. Они уже долгое время общались с Ян Цзыи, поэтому они знали, что она совсем не такой человек. Скорее наоборот, она была крайне добра к своей невестке. Она даже несла за неё обувь. Издевается над своей невесткой? Да это скорее невестка издевается над Ян Цзыи. Вскоре прибыли полицейские в опрятной униформе и увидели, как брат Цай Аньци пинает дверь. Они поспешно подошли, чтобы остановить его. Семья Цай Аньци была в замешательстве. Что тут делает полиция? Ван Бо тоже примчался с работы и увидел, что у его дома собралась толпа народу, да ещё и полиция. Он был очень обеспокоен за свою мать. Ван Бо поспешил подойти к полицейским и спросить: - Что произошло? - Кто-то вызвал полицию и доложил о вооружённом противостоянии. Полиция задержала брата Цай Аньци. Ван Бо быстро достал ключ, открыл дверь и вошёл внутрь. Видя, что Нин Шу в порядке, он с облегчением вздохнул. - Брат. Цай Аньци поспешно выбежала. Видя, что её брата задержали, она почувствовала волнение в сердце. - Что происходит? Почему приехала полиция? – спросила её мать. Цай Аньци оглянулась на Нин Шу, стоящую в комнате. - Эта старая женщина вызвала полицию. ---------- И Это Считается Пыткой?! Цай Аньци обычно проклинала Нин Шу в глубине души, называя её чёртовой старой женщиной, старой каргой и всё в таком духе. И сейчас, в силу её паники, она напрямую назвала её старой женщиной. Зеваки, которые собрались во дворе, чтобы понаблюдать за оживлённой ситуацией, отчётливо расслышали её. Она тут же поняла, что было неправильно так её называть. И всё равно, она выпятила грудь перед лицом презрительных взглядов всех соседей. Лицо матери Цай Аньци тоже выглядело не очень хорошим, когда она вошла. Люди, живущие по соседству, тоже толпой вошли в комнату, чтобы посмотреть на представление. - Что происходит? – спросила тётушка Ли, которая беспокоилась за Нин Шу. Выражение лица Нин Шу было полно горечи. - Аньци хочет развестись с Ван Бо. На лице тётушки Ли появилось выражение "я знала, что так и будет". - Она хочет либо двести тысяч, либо наш дом, - сказала Нин Шу. Толпа тут же повернулась, чтобы посмотреть на семью Цай Аньци. Это же было ограбление среди бела дня. Нин Шу сказала полиции: - Я – мать-одиночка с единственным сыном, в то время как у них – полная семья. Я боялась, что что-нибудь произойдёт, поэтому я вызвала полицию. Я надеюсь, что вы можете стать посредником. Полиция: … Видя, что старая женщина обманула всех всего лишь несколькими фразами, Цай Аньци тут же взволнованно сказала: - Да она же злобная свекровь! Она заставляет меня каждый день делать всякие вещи. Она заставляет меня готовить и мыть пол. Она специально мучает меня. Зеваки: →_→ Готовка и мытьё полов считается пыткой?! Да с какой стати? - А ещё, я – жертва домашнего насилия. Эти мать и сын избивали меня, - добавила Цай Аньци. Её прервала тётушка Ли. - Я никогда раньше не видела такого бесстыжего человека! И ты ещё заявляешь о домашнем насилии? Они тебя били? Вот только эти мать и сын настолько глупые, что на самом деле считали тебя сокровищем. Помнится, когда я попросила тебя налить стакан воды для твоей свекрови, ты специально размешала его пальцами. С твоим-то характером, как твоя свекровь вообще может командовать тобой? Цай Аньци очень ненавидела эту болтливую женщину и тут же сказала: - Это потому, что она взяла мои вещи. Если я не буду работать, она будет уничтожать мои вещи. Нин Шу безразлично сказала: - Я не брала твои вещи. Какие ценности у тебя есть? Что я взяла? - Я… Цай Аньци на мгновение застыла. Ей было трудно говорить что-либо перед таким большим количеством народа. Она сердито топнула ногой. - Эти люди, все друзья Ян Цзыи, поэтому естественно, что они на её стороне. Цай Аньци видела, что бы она ни сказала, остальные ей не верили. Вместо этого, они все говорили, что старая женщина была добрым человеком. Хотя пыткам подвергалась именно она. Ван Бо, которые долгое время молчал, сказал: - Она хочет 200 000 юаней за развод. Когда я и моя мать не согласились, она привела свою семью, чтобы создать нам проблем. Я не отдам тебе 200 000 юаней, несмотря ни на что. - Ван Бо. Цай Аньци была в ярости, когда увидела, что Ван Бо выдаёт её перед таким большим количеством народа. Она наклонилась к его уху и пригрозила ему: - Не зажимай меня в угол, а иначе я всем расскажу о том, что я наставила тебе рога. И тебе придётся каждый день сталкиваться с тем, что люди буду косо на тебя смотреть. Эти мать и сын прежде старались замять всё это дело по-тихому. Конечно же, они боялись, что всё станет хуже и не хотели, чтобы другие люди об этом узнали. Цай Аньци почувствовала, что она нашла больное место матери и сына. Ван Бо повернул голову, чтобы посмотреть на Цай Аньци, но не издал ни звука, а просто пристально посмотрел на неё. У Цай Аньци мурашки пробежали по телу, когда Ван Бо посмотрел на неё таким образом. Цай Аньци спросила у Ван Бо: - Так чего же ты хочешь? - И почему же вы хотите с ней развестись? – спросил полицейский. Цай Аньци уставилась на Ван Бо, явно угрожая ему. Ван Бо кашлянул и сказал: - Потому что Цай Аньци мне изменяла, и даже не один или два раза. Цай Аньци тут же застыла на месте, с таким видом, словно её ударила молния. Она как раз угрожала Ван Бо этим же. Как Ван Бо мог взять на себя инициативу и раскрыть это? ---------- Моя Девочка Чиста Он что, сумасшедший? Цай Аньци ошеломлённо посмотрела на Ван Бо. Хоть его лицо и было спокойным, на нём виднелись следы безумия. Когда собравшиеся вокруг люди услышали слова Ван Бо, они тут же начали галдеть и перешёптываться друг с другом. Они бессовестно оценивали Цай Аньци взглядами. - Я сразу поняла, что она нехороший человек. - Она вышла замуж, но всё равно ходит и подцепляет мужчин. - С первого же взгляда было очевидно, что она – стерва. - … Нин Шу тоже удивлённо посмотрела на Ван Бо. Её изначальным намерением было сделать так, чтобы Ван Бо не пришлось терпеть подобные слухи. Его ответ оказался неожиданным для Нин Шу. Глядя на спокойного Ван Бо, она почувствовала, что он действительно вышел из этого инцидента. Может, Ван Бо был слишком зол, и поэтому отбросил всякую осторожность, чтобы заставить Цай Аньци тоже страдать. Может, Ван Бо и придётся терпеть всякие слухи, но он был мужчиной. С другой стороны, Цай Аньци была женщиной, поэтому ей придётся терпеть гораздо больше, чем Ван Бо. Люди, которые её знают, теперь будут указывать на неё пальцами. Слухи – это страшная вещь, и публичное мнение было достаточно сильным, чтобы растворить металл и полностью уничтожить человека. Лицо Цай Аньци побледнело, когда она почувствовала взгляды всех окружающих её людей. Она только что угрожала Ван Бо, но она никогда не думала, что Ван Бо тут же всё раскроет. - Я не изменяла… - громко сказала Цай Аньци. - Не может быть, чтобы моя девочка сделала такое, - впервые заговорила мать Цай Аньци. – Моя девочка чиста, и она вышла замуж в вашу семью. Чтобы развестись с ней, вы, ребята, так много клевещете на мою дочь. Нин Шу села на диван, ничего больше не говоря. Она хотела посмотреть, как Ван Бо разберётся с этим. Когда Ван Бо услышал, что его тёща говорит о том, как её дочь чиста, он усмехнулся и сказал: - Прежде чем Цай Аньци вышла за меня замуж, у неё уже было несколько абортов. Доктор сказал, что она никогда больше не сможет забеременеть, а даже если и сможет, то вряд ли ребёнок сможет родиться благополучно. Все зеваки посмотрели на Цай Аньци. Она невольно сделала шаг назад и уставилась на Ван Бо со слезами на глазах. Она выглядела душераздирающе жалкой. Ван Бо опустил взгляд и не стал на неё смотреть. - Ван Бо, что за чушь ты тут несёшь? Неужели ты думаешь, что имеешь право топтаться на чести моей дочери, как тебе захочется только потому, что она вышла за тебя замуж? И что бы ты ни сказал – всё сойдёт тебе с рук? – сказал отец Цай Аньци с бледным и сердитым лицом. Ван Бо повернулся к своему тестю. - У меня есть фото в качестве доказательства. Хотите взглянуть на них? Я бы не стал заходить так далеко, чтобы посылать свою жену в чужую постель, верно? Отец Цай Аньци был так зол, что не мог говорить. Толпа с насмешкой уставилась на него, отчего его старое лицо стало крайне пристыженным. Он развернулся и ушёл. Когда мать Цай Аньци увидела, что он уходит, она глянула на Цай Аньци, и у неё не осталось иного выбора, кроме как последовать за ним. Однако брат Цай Аньци всё ещё был задержан. Мать Цай Аньци сказала полиции: - Сэр, это всё недопонимание, это было недопонимание. Нин Шу сказала полиции: - В свете такого непримиримого инцидента, семья Цай наверняка попытается нам отомстить. В это время нам придётся снова побеспокоить вас, товарищи. - Мы постараемся проучить их, - сказал полицейский. - Спасибо, сэр. Нин Шу протяжно выдохнула. Цай Аньци с ненавистью уставилась на Нин Шу. Что эта старая женщина имела ввиду, говоря такое? Слёзы потекли из глаз Цай Аньци, и взгляды людей, собравшихся вокруг неё, ощущались уколами ножей. Неужели эти люди думают, что они сами такие чистые? У них нет права смотреть на неё свысока. Её вообще не должно волновать их мнение. Брата Цай Аньци увели в отделение и выпустили на следующий день. Всё же, он не сделал ничего плохого. После того, как полицейские ушли, соседи всё равно столпились в доме Нин Шу. От этого гостиная выглядела очень переполненной. Было очевидно, что они хотят услышать больше слухов. Как только семья Цай ушла, Цай Аньци развернулась с ледяным лицом и отправилась в спальню. Она с громким стуком захлопнула за собой дверь. ---------- Вот Я Ей и Помог Нин Шу пришлось разбираться с этой группой людей, при этом изображая печальное выражение на её лице. И основной темой разговоров была Цай Аньци. Нин Шу вздохнула и начала рассказывать: - Когда Ван Бо женился на ней, я не знала, что она такой человек. Позже, когда я узнала об этом, я думала, что это всё уже в прошлом, поэтому я не стала давить на эту тему. Но она всё такая же, не знающая раскаяния. Ван Бо больше не мог это выносить, поэтому мы вынуждены прибегнуть к разводу. Тётушка Ли стала утешать Нин Шу: - Даже если эта невестка нехорошая, следующая обязательно будет хорошей. Нин Шу просто выдавила из себя улыбку. После того, как Нин Шу разобралась с группой гостей и выпроводила их, она посмотрела на Ван Бо и спросила: - Почему ты сказал об этом перед таким большим количеством людей? Ван Бо потёр свой лоб и объяснил: - Не было смысла затягивать со всем этим. К тому же, она угрожала, что расскажет миру о том, как изменяла мне, вот я ей и помог. Нин Шу: … Итак, откуда же у Цай Аньци взялась её самоуверенность? Почему она была так уверена, что люди всегда будут ждать её в том же месте, где она их оставила? И что не важно, какой плохой поступок она совершит, другие всегда простят её? Нин Шу тяжело вздохнула. - Тогда, теперь всё гораздо проще. Прежде я переживала за тебя. А теперь мы можем просто пойти в суд и заполнить заявление на развод. Ван Бо выдавил из себя улыбку и сказал Нин Шу: - Ладно. Нин Шу стала утешать Ван Бо: - Когда всё закончится, живи хорошей жизнью. Тебе не нужно печалиться из-за того, кто этого не стоит. Ван Бо плотно стиснул губы и кивнул. - Тогда, может, мне сходить к адвокату и приготовить всё к разводу? – спросила Нин Шу. Ван Бо кивнул. - Спасибо, мама, но я сам с этим разберусь. А ты останься дома и отдохни. Последние дни наверняка были для тебя тяжёлыми. Нин Шу невольно рассмеялась. - Тут ты прав. Как ни крути, но это твоё дело. Значит, ты должен разобраться с ним сам. После этого Ван Бо был занят каждый день и не особо возвращался домой. Он занимался разводом. Нин Шу тоже больше не заставляла Цай Аньци каждый день вставать и работать по дому. Она могла спать столько, сколько ей хочется. Думаете, это так легко – мучить других? Только то что Цай Аньци была уставшей, это не означает, что Нин Шу тоже не чувствовала изнеможения. Как только Цай Аньци будет освобождена, Нин Шу тоже освободится. Цай Аньци прекрасно осознавала текущую ситуацию. Когда Ван Бо раскрыл её неверность, у неё уже больше не осталось преимуществ перед Ван Бо. В тот момент Цай Аньци просто проверяла Ван Бо. Если бы его поведение было хоть немного мягче, то Цай Аньци поняла бы, что 200 000 юаней уже практически у неё в сумке. Но это оказалось ошибкой, и теперь всё полетело к чертям. Цай Аньци вышла из спальни и сказала Нин Шу, перебирающей овощи: - Дайте мне 200 000 юаней, и я тут же подпишу документы на развод. Нин Шу медленно и методично перебирала овощи, после чего сказала: - Ван Бо уже готовится к разводу. Давай поговорим об этом в суде. Как только слово "суд" достигло ушей Цай Аньци, её лицо тут же перекосило. Она отступила и сказала: - Дайте мне 150 000. 150 000 будет достаточно. Выражение лица Нин Шу не изменилось. - Тебе надо спросить об этом у Ван Бо. Вы с Ван Бо муж и жена. Я не имею права вмешиваться в ваши дела. Цай Аньци закатила глаза и начала угрожать Нин Шу: - Если вы откажетесь, то я покончу жизнь самоубийством прямо у вас дома. И напишу, что это вы меня заставили. Нин Шу: … У Нин Шу было достаточно уверенности, чтобы заставить Цай Аньци проглотить свои слова. Цай Аньци ни за что не смогла бы пойти на смерть. Она любила только себя. Как она посмела бы покончить жизнь самоубийством? Когда Цай Аньци увидела, что Нин Шу реагирует апатично, Цай Аньци убежала на кухню и взяла нож для фруктов. Она указала им на своё запястье. - Если вы откажетесь, то я вскрою своё запястье и убью себя. Нин Шу: … Нин Шу сказала: - Ты уверена, что хочешь вскрыть своё запястье? На запястье нет никаких крупных артерий. Кровотечение будет очень медленным. Ты вообще сможешь найти артерию? Ты же можешь разрезать сухожилия на руке, и навсегда остаться калекой. Более того, если у тебя будет сильное кровотечение, то мозгу может не хватить крови, и если тебя спасут, то ты можешь оказаться в коме. ---------- Не Следовала Сценарию Рука Цай Аньци, которой она держала нож, задрожала, и Цай Аньци в ужасе посмотрела на Нин Шу. - Вы, как вы можете быть такой? Эта старая карга вообще не следовала сценарию. Нин Шу добавила: - Я обязательно вызову скорую вовремя. Цай Аньци очень хотела пырнуть эту старую женщину ножом. - Не пожалейте об этом, - угрожающе сказала Цай Аньци. Нин Шу возразила: - Цай Аньци, я считала тебя своей невесткой, но ты относишься к этому месту, как к своей частной резиденции. Ты обращаешься со мной и с Ван Бо, как со слугами. Цай Аньци закатила глаза. - Да вы посмотрите на Ван Бо! Если бы я не вышла за него замуж, откуда бы у него вообще появилась жена? Ха-ха… Вы только поглядите какая она самодовольная. Она вела себя так, словно он не смог бы жить без неё. Вот серьёзно, откуда она взяла всю эту уверенность? Когда Цай Аньци сказала это, Ван Бо как раз открыл дверь и вошёл. Услышав слова Цай Аньци, он словно принял какое-то решение и сказал: - Я найду себе хорошую жену и проживу хорошую жизнь. А ты просто смотри и жди. Цай Аньци скрестила руки на груди и закатила глаза. Видя такую Цай Аньци, Ван Бо не был спровоцирован. Если бы он злился, то к этому времени он бы уже умер от гнева. Он тихо сказал Цай Аньци: - Заседание суда состоится послезавтра. Я надеюсь, что ты придёшь вовремя. Лицо Цай Аньци посинело от гнева. - Ты действительно собираешься развестись со мной? - Конечно, ведь теперь все знают, что ты женщина, которая изменила мне и у которой было множество выкидышей. Если я всё равно останусь с тобой, то люди будут смеяться надо мной и будут называть меня идиотом. Цай Аньци глубоко вдохнула. - Не пожалей об этом. Затем она ушла в спальню, собрала вещи и вышла с чемоданом. Цай Аньци посмотрела на Ван Бо, словно ожидая, что он попытается её остановить. - Не забудь прийти в суд вовремя, - сказал Ван Бо. Цай Аньци топнула ногой, потащила за собой чемодан и ушла. В день судебного заседания Ван Бо и Нин Шу ждали Цай Аньци у дверей суда. Спустя долгое время она всё же пришла с опозданием. Когда все члены семьи Цай пришли, из-за того, что семья Нин Шу состояла только из матери и сына, она казалась слабой. Их импульс был подавлен семьёй Цай. В уголке рта Нин Шу висела улыбка. В подобных вещах победу одерживают не только количеством. Цай Аньци посмотрела на Ван Бо и сказала: - Ещё не поздно отказаться. Отец Цай Аньци сказал Нин Шу: - Свекровь Аньци, вам же не обязательно приходить в суд ради дела этих детей. Пусть дети живут доброй жизнью вместе. Какого чёрта? Они оба считали Ван Бо запасным колесом. Они явно знали, какой была их дочь, но всё равно хотели, чтобы они жили вместе? Если Цай Аньци была бы их невесткой, то они, вероятно, уже попытались бы её убить. Двойные стандарты не должны быть слишком уж непомерными. Нин Шу продолжила молчать, развернулась и вошла в суд. Ван Бо тоже ничего не сказал. Вскоре он присоединился к Нин Шу в суде. Цай Аньци фыркнула. Когда она увидела, что её родители пристально смотрят на неё, она сказала: - Я не позволю ему так легко избавиться от меня. Началось судебное заседание и Цай Аньци начала со своего требования: - Двести тысяч. Ван Бо лишь молча посмотрел на Цай Аньци и безмолвно закатил глаза. Требование Цай Аньци было отклонено судьёй. - По закону ваш муж не виновен. Это вы виновная сторона в этом браке. Вы не может требовать алименты. Он не обязан поддерживать вас. Лицо Цай Аньци внезапно перекосилось. - Я его жена, поэтому он должен поддерживать меня. - У мужа и жены нет совместной собственности. Дом принадлежит вашему мужу, - сказал судья. Цай Аньци потемнела лицом. Изначально она хотела выудить немного денег из Ван Бо, но теперь она не получит вообще ни цента. Она проиграла иск и ей даже пришлось оплачивать судебную пошлину и услуги адвоката другой стороны. ---------- Компенсируйте Мне Цай Аньци решила, что в этот раз она действительно потеряла много денег. Она вышла замуж, но ничего из этого не получила, а теперь она ещё стала разведёнкой. - Ван Бо, ты вообще мужчина? – у Цай Аньци не осталось иного выбора, кроме как направить своё оружие на Ван Бо. – Я же твоя жена. Ты должен нести за меня ответственность. Ван Бо безразлично ответил: - Ответственность, хах. Ты никогда не выполняла свои обязанности, как жена. В этом деле о разводе не было никакой неопределённости. Ван Бо был обманут, когда женился на Цай Аньци. После заключения брака, Цай Аньци имела прелюбодейские отношения с другими мужчинами. А теперь Цай Аньци не могла даже заниматься любовью из-за её тела. Их отношения разрушились, и они больше не могли жить вместе. Даже если Цай Аньци не хотела разводиться и хотела шантажировать Ван Бо с его чувством ответственности, суд всё равно даст добро на развод. Вскоре был вынесен судебный вердикт. Ван Бо и Цай Аньци больше не муж и жена, их отношения аннулированы. Ван Бо протяжно вздохнул. Нин Шу показалось, что с Ван Бо словно был снят огромный груз. И хотя он выглядел печальным, но ещё больше он испытывал облегчение. Когда две семьи вышли из суда, Цай Аньци была полна волнения и замешательства о своей будущей жизни. Цай Аньци посмотрела на Ван Бо. Хоть она и вела себя перед Ван Бо так, словно была выше него, она также и зависела от него. А теперь, когда она развелась, Цай Аньци почувствовала утрату. Никогда-ранее-не-виданный-страх пробрался в её сердце, и она даже начала считать, что жить с Ван Бо было не так уж и плохо. Однако Цай Аньци не стала оглядываться назад. Этот мужчина обошёлся с ней подобным образом, и она это запомнит. Цай Аньци подошла к Нин Шу и сказала: - Вы забрали мои вещи. Верните их мне. Нин Шу кивнула. - Приходи ко мне домой завтра. После этого Нин Шу развернулась и ушла. Ван Бо даже ни разу не глянул на Цай Аньци. На следующее утро, когда Цай Аньци пришла, чтобы забрать свои вещи, Ван Бо как раз закончил свой завтрак и собрался уходить на работу. Впервые в жизни, глядя на Ван Бо в деловом костюме, она почувствовала, что у этого парня есть некоторая харизма. Выражение лица Ван Бо осталось бесстрастным, когда Цай Аньци прошла мимо него, отчего она была немного разочарована. Нин Шу отдала сумку с вещами Цай Аньци. - Всё тут. Забирай и уходи. Цай Аньци открыла сумку и стала внимательно проверять вещи внутри, краем глаза наблюдая за Нин Шу. Нин Шу сказала: - Всё тут. Проверь каждую ведь, прежде чем уходить. И потом ни о чём меня не проси. Цай Аньци сделала глубокий вдох и сказала: - Вы уничтожили платье и пару туфель. Компенсируйте мне. Нин Шу медленно проговорила: - А ты присмотрись внимательнее. Всё в этой сумке. Я разрезала только подделки. Цай Аньци: … Лицо Цай Аньци посинело от гнева. Она закрыла сумку со своими вещами и отвернулась. Нин Шу с улыбкой посмотрела в спину Цай Аньци. Теперь, когда Цай Аньци не могла больше использовать своё тело в качестве инструмента, она уже больше не сможет вести такую развратную жизнь. 200 000 юаней тоже были спасены. Если бы они отдали такую сумму кому-то вроде Цай Аньци, то её бы просто стошнило кровью от гнева. После того, как Цай Аньци и Ван Бо развелись, тётушка Ли часто навещала Нин Шу и спрашивала её о том, какую невестку она бы хотела. - Старому поколению всё ещё нужно держать под контролем невесток. И всё будет хорошо, если характер подходящий. Больше не надо говорить о любви и прочих бесполезных вещах. Видишь, как всё вышло с той девушкой, которую любил твой сын? – предупреждала тётушка Ли. - Они же только что развелись, и всегда имеется переходный период. Он не может сразу же жениться снова, - спокойно сказала Нин Шу. Тётушка Ли сказала Нин Шу: - Есть множество подходящих девушек. Я тебя с ними познакомлю. Хорошая невестка ведёт к трём поколениям хороших сыновей и внуков. Ядовитая невестка ведёт к трём поколениям неудач. Мужчины просто хотят найти женщину с красивым лицом, большой грудью и стройным телом, но также важно учитывать и химию между ними. Вы должны быть более осторожны с такими вещами. Нин Шу кивнула. - Спасибо. Если Ван Бо захочет снова жениться, то я буду рассчитывать на вашу помощь, чтобы не пропустить эти моменты. - Это уж точно, - сказала тётушка Ли с улыбкой на лице. ---------- Как Себя Чувствуют Родители, Когда Торопят Жениться Когда Ван Бо вернулся вечером с работы, пока они ужинали, Нин Шу сказала: - Цай Аньци забрала свои вещи. Ван Бо кивнул и продолжил есть. Когда он увидел, что Нин Шу словно не решается о чём-то заговорить, он сказал: - Мам, просто скажи, что хочешь сказать. - Кхм… - Нин Шу кашлянула. – Просто, раз уж ты и Цай Аньци развелись, то тебе нужно начать новую жизнь. Ну, я просто хотела спросить… Как там у тебя дела на работе в последнее время? - Всё в порядке, - сказал Ван Бо. – Появилась возможность получить более высокую должность. Я могу попробовать. Нин Шу с улыбкой сказала: - Это хорошо. Такой реалистичный парнишка, как Ван Бо обязательно добьётся успеха. Нин Шу хотела спросить, есть ли кто-то, кто ему нравится, но, в итоге, решила пока опустить эту тему. Он же только что развёлся. Если она будет его поторапливать, то легко может создать проблемы. Вскоре Ван Бо повысили. И хотя это был лишь небольшой шаг, он был очень рад, но Нин Шу была крайне удручена. Всё ещё не было никаких признаков появления невестки. Внезапно она поняла, как себя чувствуют родители, когда торопят жениться. Если Ван Бо никого не найдёт, то как ей покинуть это место? Тётушка Ли и её круг друзей стали очень активными свахами. Они каждый день знакомили Нин Шу с молодыми девушками и таскали её по разным местам, чтобы она могла посмотреть на других девушек. Нин Шу: Она была так занята всем этим, но она просто не знала, о чём думает Ван Бо. Каждый раз при разговоре с ним у неё возникало сильное желание спросить Ван Бо, встречается ли он с кем-нибудь в данный момент? С парнем или с девушкой? Но у неё словно был запор, она не могла выдавить из себя ни слова. Она боялась, что Ван Бо начнёт чувствовать на себе давление. И поэтому Нин Шу не могла спокойно наслаждаться едой или крепко спать. Однажды днём, когда Ван Бо вернулся на обед, он привёл с собой молодую сестричку. Нин Шу была так взволнована, что её сердце чуть не выскочило из груди. Она смотрела на эту молодую сестричку, словно волк. Да, внешность у неё была так себе, но на неё всё равно было приятно смотреть, словно на маленький камешек яшмы. - Здравствуйте, тётушка, - поприветствовала молодая сестричка Нин Шу. Нин Шу улыбнулась крайне дружелюбно и спокойно. - Привет. Эта милая сестричка была хорошей. Если он привёл её домой, то тут явно что-то было. Но это случилось так внезапно. Нин Шу почувствовала, что это немного неуместно. Она была в таком затруднительном положении! Нин Шу пригласила молодую сестричку сесть за обеденный стол. Молодая сестричка была немного осторожной, время от времени поглядывая на Ван Бо. Ван Бо утешил её: - Всё в порядке. Моя мать – человек с очень широкими взглядами. Ван Бо обратился к Нин Шу: - Это Сяоюй из нашей компании. Цзян Сяоюй. Нин Шу кивнула и нежно улыбнулась Цзян Сяоюй. - Чувствуй себя как дома. Не нужно любезничать. - Спасибо, тётушка, - сказала Цзян Сяоюй. Во время обеда Нин Шу тайком наблюдала за Цзян Сяоюй. Возможно из-за того, что Цзян Сяоюй чувствовала себя неуютно, но она съела очень мало. Когда Ван Бо положил еду ей на тарелку, она радостно улыбнулась ему в очень милой манере. Она даже поблагодарила его. Какая тихая и милая девушка. Нин Шу была удовлетворена. Эта девушка была гораздо лучше, чем Цай Аньци, которая не умела быть благодарной и имела неисправимый синдром принцессы. Нин Шу не знала, что Ван Бо чувствует к этой девушке. Когда он привёл Цай Аньци домой, он улыбался, словно дурачок. С первого же взгляда было очевидно, что он – влюблённый идиот. А теперь Ван Бо казался очень спокойным. ---------- Тот, с Кем Флиртовали После обеда Нин Шу оттащила Ван Бо в сторону и спросила: - Это твоя девушка? - Да, - сказал Ван Бо. – Она сама за мной увязалась. Ван Бо невольно почесал свой затылок. Нин Шу: →_→ Итак, Ван Бо оказался тем, с кем флиртовали. - А она знает, что ты разведён? – снова спросила Нин Шу. - Насколько я знаю, она начала бегать за мной только после того, как я развёлся, - сказал Ван Бо. Нин Шу: →_→ И почему у неё сложилось такое впечатление, что эта девушка давно уже хотела завоевать её сына? - Так значит, она тебе нравится? – спросила Нин Шу. - Она очень милая, - сказал Ван Бо. Нин Шу: →_→ Когда человек тебе нравится и когда ты считаешь его милым – это две разные вещи, ясно? - Судя по тону твоего голоса, она тебе не очень-то нравится, - сказала Нин Шу. Ван Бо ответил: - Я не могу точно сказать, что она мне сильно нравится, но правда в том, что она мне нравится. Если я хочу снова жениться, то я женюсь на ней. Я думаю, что мы подходим друг другу. Ван Бо уже думал о свадьбе, и он немало думал об этом. Нин Шу кивнула и сказала: - Только не спеши со свадьбой. Вам нужно сначала получше узнать друг друга. Не бегай за другими девушками. Ты ещё не женился, так что не делай вещи, которые могут её обидеть. - Мам, я не такой человек, - невольно возразил Ван Бо. Нин Шу: →_→ Да, Ван Бо был как раз таким человеком, который мог остановиться на полпути только потому, что его жена сказала "нет". Как только Ван Бо и эта молодая сестричка ушли, Нин Шу созвала своих подруг и сказала им, что у её сына уже есть девушка. Группа подружек сказала, что они хотят посмотреть, какой человек эта молодая сестричка, и помочь оценить её характер. В следующие выходные Цзян Сяоюй пришла навестить Нин Шу. Нин Шу попросила Цзян Сяоюй сходить с ней по магазинам. По пути они встретили группу подружек и всей толпой пошли по магазинам. Нин Шу спросила у Цзян Сяоюй: - Что тебе понравилось в моём сыне? Цзян Сяоюй откровенно призналась: - Он очень добрый. Когда я только впервые пришла в компанию, я никого там не знала. Мой начальник попросил меня перенести некоторые вещи. А Ван Бо как раз проходил мимо и увидел, что я не могу перенести всё сама, поэтому он помог мне. - И всё? Нин Шу посмотрела на Цзян Сяоюй. Цзян Сяоюй удивлённо глянула на Нин Шу. - Этого было достаточно. Такой добрый мужчина будет очень хорошим со своей женой. - Но у него же был неудачный брак, - сказала Нин Шу. Цзян Сяоюй вздохнула. - Я долгое время была в печали, когда выяснила, что он уже женат, и я не стала много думать об этом. А теперь, когда он развёлся, у меня появился шанс. Нин Шу уставилась на Цзян Сяоюй и решила, что она очень умная. Когда она узнала, что Ван Бо женат, она не стала лезть в чужой брак. Однако, едва только Ван Бо развёлся, он попал в её цепкие лапки. Она была хитрой, но не имела злого сердца. Она действительно больше подходила для Ван Бо, чем Цай Аньци. Нин Шу пристальным взглядом изучила Цзян Сяоюй. Снаружи она казалась милой молодой сестричкой, но на самом деле она была решительным человеком. Нин Шу решила, что Цзян Сяоюй наверняка хорошо поладит с Ян Цзыи. Ян Цзыи была человеком с щедрым характером. Она могла смириться даже с такой невесткой, как Цай Аньци, не говоря уже о Цзян Сяоюй. После того, как Нин Шу снова поговорила со своими подругами, они все сказали "да". Тётушка Ли сказала, что с первого же взгляда понятно, насколько эта девушка решительна. У каждого есть свои собственные желания о том, как прожить жизнь. И пока молодая пара будет постепенно приспосабливаться к тому, как жить вместе – этого уже достаточно. ---------- Не Называй Меня Матушкой Цзян Сяоюй часто приходила в гости к Нин Шу. Когда Ван Бо смотрел на Цзян Сяоюй, на его лице была улыбка, а в глазах появлялся нежный взгляд. С каждым проходящим днём их отношения становились всё лучше и лучше. Цзян Сяоюй часто разговаривала обо всяких вещах с Нин Шу. Они ходили по магазинам на выходных, и Нин Шу водила её на разные другие мероприятия. У них явно были гармоничные отношения. Цзян Сяоюй добровольно старалась угодить своей будущей свекрови, и Нин Шу была готова позволить ей быть своей невесткой. Поэтому они обе быстро нашли общий язык. После того, как Нин Шу отвела Цзян Сяоюй, чтобы купить овощей, она обнаружила, что Цзян Сяоюй умеет очень хорошо готовить. Более того, ей даже нравится готовить всякую еду. Нин Шу с радостью позволила ей заниматься этим, а сама ела сколько могла. Она уже больше не хотела есть одну лапшу. Однажды, когда они спустились вниз по лестнице, они увидели Цай Аньци, бродящую у входа. Когда Нин Шу увидела её, она невольно подняла брови. Цай Аньци теперь была гораздо более худой, чем прежде. И хотя она носила платье от известного бренда, её внешность уже больше не была такой яркой и соблазнительной. На дворе уже была осень, однако она всё ещё носила брендовое летнее платье и дизайнерскую сумочку. Это создавало у людей ощущение увядания. Даже известные бренды не могли спасти её испорченного характера. Когда Цай Аньци увидела Нин Шу, её выражение лица стало странным. Увидев Цзян Сяоюй, она нахмурилась от мыслей о том, что это могло означать. Нин Шу решила проигнорировать её и спокойно ушла. Цай Аньци поджала губы, после чего догнала Нин Шу. Нин Шу посмотрела на Цай Аньци, стоящую перед ней, и тихо спросила: - Чем я могу вам помочь, мисс? Цай Аньци бросила взгляд на Цзян Сяоюй, после чего крикнула на Нин Шу: - Матушка. - Не называй меня матушкой. Вы с Ван Бо уже разведены. Мы больше не родственники, - сказала Нин Шу. Цзян Сяоюй сказала Нин Шу: - Тётя Ян, я подожду вас вон там. Нин Шу кивнула. Цзян Сяоюй встала в сторонке с корзинкой и позволила Нин Шу поговорить наедине с Цай Аньци. Нин Шу посмотрела на Цай Аньци и сказала: - Чего ты хочешь? Я вернула все твои вещи. - Матушка, позвольте мне снова быть с Ван Бо, - взмолилась Цай Аньци. Выражение лица Нин Шу осталось равнодушным. - Без шансов. Лицо Цай Аньци уже проявляло признаки упадка, а всё её тело излучало мрачную ауру. После развода с Ван Бо, жизнь Цай Аньци стала бездной страданий. Родители Цай Аньци решили, что их дочь слишком позорная, и они хотели, чтобы она скорее снова вышла замуж и покинула их. Что ещё важнее, семья не могла позволить себе растить девушку, которая растрачивает много денег. Их дом был не настолько большим. Когда девушка вернулась, им пришлось расчистить для неё комнату, отчего в доме стало очень многолюдно. Цай Аньци привыкла быть высокомерной. Она плохо ладила со своей снохой. Ей не нравилась готовка снохи, поэтому она говорила, что еда безвкусная. А ещё она говорила своей снохе стирать её вещи. Она обращалась со своей снохой словно со служанкой. И от этого между ними всегда были ссоры и споры. От этого всей семье было неуютно. Сноха Цай Аньци презирала и ненавидела её. Она поторапливала свою семью, чтобы те поскорее выдали её замуж. Родители Цай Аньци теперь искали ей жениха. И их предпочтением были иностранцы, которые не знают о прошлом Цай Аньци. Родители Цай Аньци просто хотели скинуть эту ношу на кого-то другого. Любой бы так поступил, чтобы спихнуть её кому-нибудь ещё. Прежде, Цай Аньци сама зарабатывала себе на жизнь, наслаждаясь тем, что мужчины бегают за ней. С помощью харизмы она сделала свою жизнь беззаботной. Но теперь у неё была проблема с телом. Когда она была с мужчиной, её тайный сад тут же начинал безумно болеть. Это была словно прогулка по аду. И подобная боль изрядно травмировала её. Теперь, когда семья хотела выдать её замуж, Цай Аньци тут же вспомнила о проблеме в её теле. Если она выйдет замуж за ненавистного мужчину, которому нет дела до её тела и который будет её насиловать, то что же ей делать? В это время Цай Аньци вспомнила добрые стороны Ван Бо. Ван Бо никогда не принуждал её и всегда был послушным с ней. Даже если ей и приходилось помогать с работой по дому, она могла с этим смириться. ---------- Я Признаю Только Тебя Нин Шу даже представить себе не могла толщину кожи Цай Аньци. У неё даже хватило смелости вернуться. Их семье и так было непросто развестись. И, если она позволит ей вернуться, то чем это будет лучше обычного самоубийства? Видя безразличие и презрение Нин Шу, Цай Аньци решила хоть раз проявить слабость. Всё что угодно, лишь бы это сработало, и она могла бы снова выйти замуж на Ван Бо. - Я буду делать всю работу по дому. Я больше не буду спать с теми мужчинами, я клянусь, - сказала она. Она действительно очень не хотела выходить замуж за какого-то неизвестного парня. А что, если она встретит прогнившего внутри мужчину? Ван Бо был гораздо лучше в этом плане. Отношение её родителей было непоколебимым. А раз она должна была выйти за кого-то замуж, то Ван Бо был наилучшим выбором. - Свекровь, прошу, поверьте мне. Я изменилась. Я никогда больше не буду делать те вещи, - сказала Цай Аньци. Она даже обняла колени Нин Шу. Нин Шу не удержалась и закатила глаза. Эта девушка ведь отбросила тогда все притворства. Как она теперь может оглядываться назад? Почему ей кажется, что у неё всё ещё есть шанс? Что другие будут ждать её с распростёртыми объятиями? В изначальной истории Цай Аньци ушла с деньгами их семьи и жила роскошной жизнью. А теперь, когда у неё начались трудные времена, она захотела вернуться. Разве в этом есть что-то хорошее? Нин Шу указала на Цзян Сяоюй, стоящую неподалёку, и сказала: - Эта девушка будущая жена Ван Бо. А что касается тебя, то иди туда, откуда ты пришла. Ты не сможешь повторно выйти замуж за Ван Бо. После этих слов Нин Шу пошла в сторону Цзян Сяоюй. Время от времени Цзян Сяоюй поглядывала в сторону Нин Шу. Нин Шу с улыбкой сказала: - Не смотри на меня так. Не может быть, чтобы она и Ван Бо снова сошлись. Я признаю только тебя. Цзян Сяоюй воодушевлённо обняла Нин Шу за предплечье и сказала с лучезарной улыбкой: - Спасибо, тётушка. Когда Нин Шу и Цзян Сяоюй вернулись из овощного магазина, Цай Аньци всё ещё ждала у лестницы. Глаза Цай Аньци практически прожгли дыру в Цзян Сяоюй. Она хотела подойти к ней. Однако после двух шагов она увидела, как Нин Шу пристально смотрит на неё холодным взглядом, и остановилась на месте. Цай Аньци глянула на холодное лицо Нин Шу, но она не хотела так просто сдаваться. Она стала ждать у лестницы Ван Бо, желая поговорить с ним напрямую. Цзян Сяоюй стояла на балконе и наблюдала за Ван Бо и Цай Аньци, разговаривающих внизу. Нин Шу тоже подошла к ней, чтобы посмотреть на представление. Как только Цай Аньци приближалась к Ван Бо, он пятился от неё. Видя отношение Ван Бо, Нин Шу почувствовала облегчение. Она беспокоилась, что эмоции Ван Бо возьмут верх над ним и он совершит ошибку. Цай Аньци не знала, что сказать. Она взволнованно потянула Ван Бо за рукав. Однако он стряхнул её руку и развернулся, чтобы войти в здание. Цзян Сяоюй протяжно вздохнула и увидела, что Нин Шу пристально смотрит на неё. Она покраснела и быстро сказала: - Бывшая жена Ван Бо очень красивая. Я боялась, что у него остались к ней чувства. - Ни за что, - сказала Нин Шу. – Не говоря уже о том, что Цай Аньци однажды сделала больно Ван Бо, у него теперь есть ты. Цзян Сяоюй кивнула. Услышав звук открываемой двери, глаза Цзян Сяоюй увлажнились. Ван Бо увидел её опечаленное выражение лица, как только открыл дверь. Ван Бо почувствовал себя немного виноватым. Он взял Цзян Сяоюй за руку и отвёл её на балкон, чтобы поговорить с ней по душам. Он всё ей объяснил и пообещал, что никогда больше не будет видеться с Цай Аньци. Нин Шу причмокнула губами. Было забавно наблюдать за тем, как парочка ссорится и мирится. Цзян Сяоюй хорошо управлялась со своими чувствами. Она не ругала, не создавала проблем и не высказывала жалоб. Вынуждать мужчину давать гарантии – это совсем другое, в отличие от того, когда он берёт инициативу на себя. Цзян Сяоюй имела высокий эмоциональный интеллект и знала, как лучше всего реагировать. Неудивительно, что Ван Бо так легко попался в её руки. К сожалению, в изначальной истории, после развода Ван Бо уволился из той компании и надолго закрылся в себе. Потом он нашёл новую работу и уже не встретился с Цзян Сяоюй. Но в изначальной истории Ван Бо был в таком упадочническом состоянии, что едва ли мог продолжать жить. Она боялась, что даже если бы Цзян Сяоюй встретилась с ним, он бы ей уже не понравился. Кому понравится мужчина без души? ---------- Только Лицо Ван Бо Было Отчётливым Цай Аньци несколько раз приходила повидать Ван Бо, но он каждый раз избегал её. Она действительно не хотела мириться с тем фактом, что он не хочет её видеть. Её родители нашли для неё мужа, и он даже выдал им подарок в виде 12000 юаней. В результате, её же собственные родители запихали её в машину к нему. Цай Аньци переехала в другой город и вышла замуж за мужчину, которому было под сорок. Она знала, что её родители продали её этому уродливому мужчине с тёмной кожей. Он говорил вещи, которые она не могла понять. Он заставил её жить в маленьком и грязном доме. Цай Аньци было очень больно от пыток этого мужчины. Когда она попыталась сбежать, мужчина поймал её. Несмотря на её жалобы о том, что ей больно, он не обращал на это внимание. Он думал, что она просто не хочет заниматься этим с ним, поэтому он просто заставлял её. И они занимались этим очень часто. По крайней мере, один раз в день. И каждый раз лицо Цай Аньци становилось синим. Когда мужчина увидел, что Цай Аньци хочет сбежать, он приковал её за ногу к железной цепи, отчего она точно не могла сбежать. Цай Аньци была в слезах, когда она думала о Ван Бо. К этому времени она скучала не по тем мужчинам, с которыми у неё были интрижки, и которые были такими романтичными. Лица этих мужчин были расплывчатыми, и только лицо Ван Бо было отчётливым в её памяти. Мужчина, которого она так презирала в душе, был единственным, о ком она могла думать, когда попала в беду. В тот момент она даже не могла выразить своих чувств. ____________________ В итоге, Нин Шу встретилась с родителями Цзян Сяоюй. У родителей Цзян Сяоюй было вялое отношение к Ван Бо. Но, поскольку этот парень так нравился их дочери, они дали своё добро после того, как увидели честность Ван Бо. Конечно же, Цзян Сяоюй пришлось приложить ради этого немало усилий. Ван Бо сделал предложение Цзян Сяоюй, и она с готовностью согласилась. Нин Шу начала обсуждать дату свадьбы со своими будущими родственниками. Все аспекты этикета должны быть удовлетворены. Поэтому Нин Шу подарила Цзян Сяоюй пару тяжёлых браслетов с драконом и фениксом. Ван Бо и Цзян Сяоюй были заняты подготовкой. Они делали свадебные фотографии, отправляли приглашения, репетировали и много чего ещё. Даже Нин Шу пришлось помогать. В день их свадьбы Цзян Сяоюй надела великолепное свадебное платье и её подведённые глаза улыбались. Она держала Ван Бо за руку и они выглядели, словно парочка голубков. Ван Бо глядел на Цзян Сяоюй с улыбкой на губах. В этот момент Ван Бо выглядел очень красивым. Нин Шу пришлось посмотреть на немалое количество публичного проявления любви. В уголках глаз Нин Шу затаилось немного печали. Жизнь не обязательно должна быть такой волнующей, восхитительной или романтичной. Иногда мир и спокойствие – это всё, что нужно. Нет такой вещи, как смерть и "я не смогу без тебя жить" и прочих перипетий судьбы. Пылкая любовь оставляет после себя лишь пепел. - Динь, задание выполнено. Хочешь покинуть мир задания? – прозвучал в голове Нин Шу голос 2333. Нин Шу кивнула. - Уходим. После волны головокружения, Нин Шу открыла глаза. Она уже была в системном пространстве. Нин Шу рухнула на диван. Она так устала. Как же утомительно строить интриги и контролировать других. Гораздо лучше просто драться. Если бы ей пришлось трансмигрировать за Ван Бо, то ей бы не пришлось переживать обо всём этом. Она бы просто пинками прогнала Цай Аньци. 2333: - Ян Цзыи попросила меня поблагодарить тебя за то, что ты сделала для них. Нин Шу сказала: - Где она? - Вернулась в своё тело, - ответил 2333. Нин Шу почувствовала облегчение, когда услышала об этом. А потом она вытянулась на диване. ---------- Жизнь Ян Цзыи После Её Возвращения Нин Шу расслабленно вздремнула. После пробуждения она села на постели, чтобы практиковать Непревзойдённые Боевые Искусства. После того, как она закончила культивировать, она открыла панель характеристик, чтобы посмотреть, сколько очков опыта и очков атрибутов она получила на этом задании. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 5 150 000 (+1 500 000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 224 Харизма: 10 Удача: 54 Воля: 130 Боевые искусства: 142 Вера: 1064 (+50) Способность (адаптивность): 59 Заслуги: 10030 (+10) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Исполнено желание Ян Цзыи. Степень Выполнения Задания: 100% Получено: 1 500 000 очков опыта. Получено: 40 очков атрибутов. Получено: 50 очков веры. Получено: 10 очков заслуг. В этот раз результаты задания были довольно хорошими. Теперь у неё было больше шести миллионов очков, а значит, она была не очень далека от 20 миллионов. Нин Шу распределила свои 40 очков атрибутов в интеллект, удачу, боевые искусства и волю. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 5 150 000 (+1 500 000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 224 (+10) Харизма: 10 Удача: 54 (+10) Воля: 130 (+10) Боевые искусства: 142 (+10) Вера: 1114 Способность (адаптивность): 59 Заслуги: 10040 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x5 Распределив очки атрибутов, Нин Шу сказала 2333: - Я хочу посмотреть на жизнь Ян Цзыи после её возвращения. 2333 сказал "ладно", а потом на экране появилась семья Ян Цзыи. Ян Цзыи и Цзян Сяоюй хорошо поладили друг с другом. Между типичной свекровью и невесткой не было и следа острого напряжения. Все вокруг говорили, что Цзян Сяоюй досталась хорошая свекровь. Цзян Сяоюй выпрямляла спину и говорила: "конечно же, моя свекровь самая лучшая". Это немного смущало Ян Цзыи, и она тут же говорила, что у неё хорошая невестка. ---------- Воспитывать Ребёнка? Забудь Об Этом. Люди вокруг подшучивали над Ян Цзыи, говоря, что для неё главное, что вообще есть невестка, значит она уже хорошая. Вскоре после того, как Ван Бо и Цзян Сяоюй поженились, Цзян Сяоюй забеременела. Ян Цзыи взяла на себя заботу о Цзян Сяоюй и раз в пару дней варила для неё суп. Она часто водила Цзян Сяоюй на медосмотр. Девять месяцев спустя Цзян Сяоюй родила девочку. Ян Цзыи не злилась, по крайней мере, прежде у неё не было внучек. Ян Цзыи помогала заботиться о ребёнке. И свекровь, и невестка присматривали за ребёнком, и их способы обучения детей были разными, поэтому возникал небольшой конфликт. Поэтому Ван Бо сказал, что он будет воспитывать ребёнка. Пара из свекрови и невестки тут же закатили глаза. Он не мог даже толком держать ребёнка в руках, и всё равно хотел воспитывать ребёнка? Ладно помогать иногда, но воспитывать ребёнка? Забудь об этом. Ван Бо научился менять подгузники своему ребёнку. Когда он готовил молоко, он оставлял его остывать и отпивал, а потом проверял на тыльной стороне руки, чтобы проверить не слишком ли молоко горячее для того, чтобы кормить им ребёнка. И хотя на их жизненном пути были некоторые кочки, они всё равно смогли жить вместе, с простотой и теплом. Нин Шу почувствовала облегчение при виде этого. Без Цай Аньци поблизости, мешающей им жить, их жизнь была стабильной и обычной. Такие честные люди, как Ян Цзыи и Ван Бо, просто ни за что не смогли бы поладить с такой высокомерной и надменной женщиной, как Цай Аньци. Эти две стороны просто не совпадали. В тех отношениях Ян Цзыи и Ван Бо были совершенно подавлены. Посмотрев на то, что происходило в этом мире, Нин Шу достала свою книгу по Непревзойдённым Боевым Искусствам и открыла её. Там появилось ещё больше картинок с различными формами энергии. Изображения становились всё более и более сложными. Прежде там были только животные. А теперь там стали добавляться цветы, растения и деревья. Некоторые люди даже сформировали звёздные образования. Непревзойдённые Боевые Искусства были в полном расцвете в том мире. Вероятно, к этому времени они уже стали очень популярными. Основным фактором, ведущим к этому, было то, что у Непревзойдённых Боевых Искусств не было предварительных условий для использования. Пока ты можешь поглощать духовную энергию и сформировать прядь энергии – это всё, что тебе нужно. Нин Шу закрыла книгу и легла на диван. 2333 спросил: - И как тебе эта контратака? Нин Шу крутанула глазами: - Я очень устала. 2333 сказал: - Контратака означает, что нужно контратаковать против трагической судьбы поручителя. Ты не можешь портить преимущества поручителя. Если у поручителя хорошая репутация, то ты не можешь портить репутацию поручителя, понимаешь? Нин Шу ответила: - Ага… - К счастью, это задание не навредило репутации Ян Цзыи, а иначе ты бы снова провалила задание, - сказал 2333. Получатель задания не может игнорировать всё остальное только ради мести. Поручитель отдаёт часть своей души ради лучшей жизни, поэтому нельзя оставлять после себя бардак, который придётся разгребать поручителю. Нин Шу сделала глубокий вдох. Ян Цзяи была честной. Она никак не могла стать жестокой и пытать свою невестку. Если бы у неё появилась репутация злобной свекрови, тогда какая девушка посмела бы выйти замуж за Ван Бо, каким бы хорошим человеком он ни был? Свадьба – это сделка двух семей. Если будущая свекровь известна как злая свекровь, тогда девушка ни за что не выйдет замуж. Нин Шу планировала сходить в сборное пространство, чтобы поискать там какие-нибудь полезные приспособления. Она хотела потратить немного очков опыта или очков веры, чтобы купить что-нибудь. Тогда она сможет лучше выполнять свои задания. Первым делом Нин Шу открыла системный рынок и начала искать приспособления, которые ей интересны, прежде чем отправляться в сборное пространство на их поиски. Может, там будет дешевле. Пальцы Нин Шу перелистывали экран, пока она рассматривала всевозможные товары. Наконец, её взгляд остановился на одном предмете. Это была улучшенная версия защитного талисмана. Он не только мог помочь ей противостоять судьбе уничтожения при проваленном задании, но он даже позволял ей остаться в мире задания. Это означало, что если она столкнётся с опасностью, от которой не сможет защититься, он послужит дополнительной жизнью и позволит ей остаться в мире задания, чтобы продолжить выполнять задание. Однако цена за него была слишком высокой! Для этого нужно было 100 очков заслуг?! Обычный защитный талисман требует только 30 очков заслуг. Нин Шу решительно закрыла системный рынок и отправилась в сборное пространство в надежде, что там можно будет найти дешевле. После короткого ощущения невесомости Нин Шу оказалась на улицах сборного пространства. Затем она отправилась в магазин вещей. Она увидела, что в магазине тоже есть улучшенный защитный талисман по цене в сто очков заслуг. Сто очков! - Можете сделать улучшенный защитный талисман дешевле? – спросила Нин Шу у продавщицы. Продавщица посмотрела на Нин Шу и неуверенно спросила: - А у вас есть столько очков заслуг? Нин Шу сказала: - Вообще-то, у меня не совсем сто очков заслуг, вот почему я и спрашиваю вас, можете ли сделать дешевле. - И сколько очков заслуг у тебя есть? – спросила продавщица у Нин Шу. Нин Шу задумалась на мгновение, а потом сказала: - 80 очков. - Нет, разница с системным рынком слишком велика. Я ни за что не могу согласиться на такую сделку, - тут же отказалась продавщица. Когда Нин Шу увидела, что продавщица настроена очень решительно, она поняла, что не сможет купить предмет за 80 очков. Она спросила: - А за какую цену вы согласитесь его продать? - Минимум 95 очков заслуг, - сказала продавщица. ---------- Очередной Взгляд Равнодушного Презрения В итоге, Нин Шу купила предмет за 95 очков заслуг. После успешной покупки, она решила сходить в ресторан, чтобы поесть. В ресторанах кормили очень вкусно. После пережитого в прошлом мире, Нин Шу чувствовала, что она ещё долго не захочет есть лапшу. Войдя в ресторан, она заняла пустой столик и заказала много еды. Пока она ела, она почувствовала, как земля задрожала у неё под ногами, но не обратила на это внимание. Однако эта дрожь начала становиться всё более и более интенсивной, пока даже тарелки не начали трястись на столе. Нин Шу пришлось придержать стол. Было такое ощущение, словно весь мир трясётся. Землетрясение?! Бежать! Нин Шу помчалась к выходу из ресторана и остановилась только когда оказалась на улице. Плитка под её ногами непрерывно тряслась и даже начала трескаться. Срань господня, что тут происходит? Нин Шу невольно взглянула на небо, как раз, чтобы увидеть мужчину в чёрной ветровке, идущего по небу. Нин Шу прищурилась. Этот человек выглядел довольно знакомо, это что, дядя? Возможно, он почувствовал пристальный взгляд Нин Шу, потому что дядя прошёлся взглядом по Нин Шу, после чего продолжил идти дальше, и рядом с ним был ещё один мужчина. Очередной взгляд равнодушного презрения. - Дорогой гость, дорогой гость! – официант выбежал из ресторана и спросил у Нин Шу: - Почему вы убежали? - Так землетрясение же. Нин Шу больше не видела чёрной ветровки. Официант рассмеялась. - Дорогой гость, это обычный феномен. Сборное пространство – это пространство, созданное великой силой. Если ему начинает не хватать энергии, то возникает такой феномен. Вышестоящие люди с этим разберутся. Нин Шу: … Нин Шу огляделась по сторонам и увидела, что она, похоже, отреагировала излишне эмоционально. Люди на улицах шли своей дорогой, ничуть не обеспокоенные происходящим. - Даже если это пространство распадётся на части, у получателей заданий есть их системное пространство, так что они будут в порядке, так как их вернёт в их системное пространство, - сказал официант. Нин Шу глянула в небо на мгновение, а потом развернулась и уже собралась снова войти в ресторан, когда услышала незнакомый голос: - Всем получателям заданий необходимо покинуть сборное пространство. Это был не голос дяди. На лице официанта появилось удивление, а потом он сказал Нин Шу: - Дорогой гость, пожалуйста, покиньте сборное пространство. Мы возьмём с вас только половину стоимости еды. Нин Шу оплатила по счёту и спросила: - Что происходит? - Это был голос управляющего сборным пространством. Вероятно, что-то произошло. После этих слов официант развернулся и вернулся к своей работе. Все люди на улицах начали постепенно покидать сборное пространство. Нин Шу сказала 2333: - Нам тоже надо идти. Как только голос Нин Шу закончил звучать, всё сборное пространство начало неистово трястись и её просто выкинуло из сборного пространства. Нин Шу: … Нин Шу огляделась по сторонам. Поблизости ничего не было, и только дядя, одетый в свою чёрную ветровку, стоял прямо посреди пустоты. А так как тут была только пустота, он очень бросался в глаза. В данный момент, он стоял перед пространством, которое, вероятно, являлось тем самым сборным пространством, откуда выпала Нин Шу. Он протянул руку и сборное пространство начало вращаться и сжиматься. Наконец, оно оказалось в руке дяди, а потом он сжал свой кулак. Нин Шу услышала оглушительный взрыв, словно что-то было уничтожено. Нин Шу: ∑ (△ °| |) ︴ Он раздавил пространство?!!! Сборное пространство только что было раздавлено?! Нин Шу в страхе и шоке смотрела на дядю. Дядя школьный доктор раскрыл кулак и осколки пространства полетели по воздуху и начали вращаться, постепенно собираясь, пока не сформировалось новое пространство. Оно начало становиться всё больше и больше, а потом снова вернулось на своё место. После того, как дядя закончил это делать, он повернулся, чтобы посмотреть на Нин Шу. ---------- Такие Длинные, Что Ей Очень Хотелось… Нин Шу увидела, как его очки зловеще сверкнули белым светом, пока он стоял в воздухе и смотрел на неё сверху вниз. И хотя поблизости не было никакого ветра, полы его чёрной ветровки слегка колыхались. Его две ноги были такие длинные, что ей очень хотелось… отрезать их. - 2333, бежим! – поспешно приказала Нин Шу. - Ладно. 2333 тут же вернул Нин Шу в системное пространство. Дядя школьный доктор просто безразлично наблюдал за исчезновением Нин Шу. Как только Нин Шу вернулась в системное пространство, она тут же обессиленно рухнула на пол. Какого хрена, это действительно был дядя школьный доктор? Может, они просто выглядят похоже? Она даже не смела заговорить с ним. Это было слишком страшно, она не смогла даже заставить себя поздороваться с ним. Это был парень, который раздавил сборное пространство словно яйцо, он может просто уничтожить её на месте. Она была даже уверена, что от этого ей начнут сниться кошмары. Не может быть, чтобы дядя был настолько сильным. Всё же, он даже попал в чью-то ловушку когда-то давно. Не может быть, что это был тот же самый человек. →_→ - 2333, ты его знаешь? – спросила Нин Шу у 2333. 2333 раздражённо ответил: - Я же просто система, откуда мне знать? Ладно, похоже, что 2333 всё-таки бесполезен. Нин Шу медленно поднялась с пола, а потом забралась на диван, где и растянулась, словно мёртвая собака. Она спросила: - Сборное пространство исчезло? - Разве ты не видела, что он снова сделал сборное пространство? – раздражённо сказал 2333. Нин Шу никак не могла перестать думать о той сцене, в которой монстр, выглядящий как дядя, раздавил сборное пространство. У неё сжалось сердце. Когда? Когда она сможет стать настолько могущественной? Вот как выглядит настоящая сила. После того, как она немного успокоилась, она взяла книгу с полки и начала читать. После этого она немного полила цветы. Когда она, наконец, успокоилась, она сказала 2333: - Давай встретимся со следующим поручителем. - Ладно, но, прежде чем ты встретишься с поручителем, тебе нужно придать себе немного более профессиональный и заслуживающий доверия вид. Не проявляй свои обычные глупые манеры, а иначе они не позволят тебе контратаковать за них, - сказал 2333. – Я говорю это потому, что беспокоюсь за тебя. Нин Шу: Это ты выглядишь глупо… В системном пространстве постепенно появилась фигура. Это была девушка. Она не выглядела особо взрослой. У неё была прямая и аккуратная чёлка и она носила просторную одежду, словно молодая девушка из деревни примерно 1970-х годов. Через плечо у неё была переброшена тряпичная сумка. Её глаза были очень яркими, и она излучала слегка внушительную ауру. Нин Шу сказала: - Привет. - Привет, меня зовут Тао Цинь, - сказала молодая девушка. Нин Шу кивнула. - Я перейду сразу к делу. Я хочу. Чтобы вы контратаковали за меня и убили призрачного короля, - сказала Тао Цинь. – Я ученица горы Мао. Когда я столкнулась с влюблённой парочкой из человека и призрака, так как это против естественного порядка вещей, я попыталась остановить их. И, в результате, призрачный король убил меня. Нин Шу: →_→ - А какое отношение имеет к тебе то, что они встречались? – спросила Нин Шу, чуть не лишившись дара речи. Фахай, ты просто не понимаешь любви*. - Что вы такое говорите? Люди и нелюди имеют разные судьбы. Призрачный король – это такое существо, которое уже прошло через шесть реинкарнаций. Они никак не могут быть вместе. Если говорить вашими словами, тогда я спрошу так. Почему бы вам не пойти на свидание с животным? – сказала Тао Цинь, уперев руки в бока. Нин Шу: Я… По крайней мере, призрак – это всё ещё человек! Нин Шу не удержалась и спросила: - Все даоситы с горы Мао такие деловые? Зачем прилагать столько усилий и делать что-то столь хлопотное, за что тебя даже не поблагодарят? Тао Цинь смахнула чёлку набок и закатила глаза. - Ах, если бы. Мы лишь пытаемся заработать на еду. Когда я ушла с горы, чтобы набраться опыта, работа, за которую я принялась, в итоге, оказалась связана с призрачным королём. А потом я увидела, что призрачный король встречается с женщиной и у них даже имеются сексуальные отношения. Ну, разве это ен возмутительно? Нин Шу: … - Я уже просила нескольких человек контратаковать, но, несмотря на то, что я отправляла их прогнать его экзорцизмом, они наоборот связывались с призрачным королём и начинали ходить с ним на свидания. Какого хрена… Тао Цин приложила руку ко лбу. - Этот грёбанный призрак! Хоть он и божественно красив, он всё равно призрак! ____________________ Примечание: Фахай – буддистский монах, живший во времена династии Тан. Также является персонажем истории о Белой Змее (про которую я уже когда-то упоминал). Сюжет разворачивается вокруг молодого юноши по имени Сюй Сянь, у которого когда то была любимая змейка, за которой он долгое время ухаживал. Однако родители заставили мальчика отпустить змею. Проходят годы, и во время сильного шторма, змея чудесным образом превращается в прекрасную принцессу по имени Бай Нян. Она находит Сюй Сяня, но не может быть с ним вместе из-за злого монаха Фахая, который считает Бай злым духом. В конце концов, чтобы доказать истинность своей любви, Бай Нян жертвует своей магической силой и становится обыкновенной человеческой девушкой. ---------- Была Убита Призрачным Королём Пока Нин Шу рассматривала раздражённое выражение лица Тао Цинь, она могла лишь сказать, что Тао Цинь не понимает любви. Нин Шу сказала: - Ты выглядишь довольно молодой. Наверное, ты недостаточно сильна, чтобы даже сражаться против призрачного короля, так почему же ты всё равно пошла на него? Тао Цинь сказала: - Я просто пыталась сделать так, чтобы та женщина ушла от призрачного короля, чтобы энергия инь не вошла в её тело, и не укоротила её продолжительность жизни. Но, в итоге, я была убита призрачным королём. Нин Шу: →_→ Эта девушка явно просто не смогла вынести зрелища того, как другие люди ведут себя, словно сладкая парочка. Она пыталась сделать так, чтобы главная женщина ушла от главного мужчины? Если бы она не умерла, тогда кто ещё мог умереть? Когда Тао Цинь увидела странный взгляд Нин шу, она беспомощно развела руками и сказала: - Ладно, это вполне естественно, быть раненым или убитым, когда путешествуешь по Цзянху. Я могу смириться с тем фактом, что меня убили из-за того, что я была недостаточно сильна, но призрачный король также убил всех в моей секте. Нин Шу: - Ухх… Вероятно, он хотел разобраться с этой проблемой на корню. - Ладно. Я могу это принять. Но почему он даже сожрал все их души, чтобы у них больше не было даже шанса на реинкарнацию? Нин Шу: - Ухх… Явно потому, что он хотел разобраться с этой проблемой на корню. Тао Цинь посмотрела на Нин Шу: - Так вы можете контратаковать? - Я не могу ничего гарантировать, - сказала Нин Шу и спросила: - Насколько силён этот призрачный король? - Он – тысячелетний призрачный король, - тихо сказала Тао Цинь. Нин Шу: … - Помогите мне контратаковать. Только не влюбляйтесь в призрачного короля, - сказала Тао Цин, упрашивая Нин Шу. – Слушайте, обычные люди не могут справиться с силой призрачного короля. Как бы там ни было, не смейте заниматься сексом с призрачным королём, а иначе у вас может даже не оказаться шансов на реинкарнацию. Нин Шу: … И почему эта девушка говорит так, словно она влюбится в призрачного короля? - Ты же не влюбилась в призрачного короля, почему ты думаешь, что я в него влюблюсь? – немного растерявшись спросила Нин Шу. Тао Цинь сказала: - Потому что в моих глазах этот парень – просто злой дух. Сколько ему уже лет? И он всё равно занимается сексом с женщинами, когда и где захочет, словно он не видел женщину уже несколько тысяч лет. Нин Шу: →_→ В любом случае, есть такой факт, что главный мужчина не может сдерживаться, когда он видит главную женщину. - Контратакуйте как положено. Я буду наблюдать. Тао Цинь похлопала Нин Шу по плечу, а потом исчезла. Нин Шу: … Какого хрена? Я отказываюсь. Я ни за что не смогу победить тысячелетнего призрака. - Так значит сделка уже заключена? – спросила Нин Шу у 2333. - Ага, - ответил 2333. – Это её последний шанс на то, чтобы найти кого-то для контратаки за неё. Ты была выбрана как последний вариант. Если ты не сможешь справиться с этой контратакой, тогда это задание среднего уровня будет передано получателям заданий продвинутого уровня, чтобы уже они разобрались с ним. Нин Шу чуть не подскочила на месте. - Блин, но я же на него не согласилась? - Разве тебе не нужно всего лишь разобраться с призраком? – спросил 2333. Если ты такой сильный, то почему бы тебе самому этого не сделать? Всё, что ты делаешь – это просто наблюдаешь за тем, как я с трудом выполняю все задания. Нин Шу глубоко вздохнула. Ладно, тогда она просто выполнит это задание. Она открыла системный рынок и купила постные пилюли, воду и базовые лекарства. Она вспомнила, что в этом мире будет много призраков, поэтому заодно прихватила и духовную жемчужину. Подумав немного, она решила найти талисман, который может прогонять призраков. Будет лучше всего, если найдётся что-то, что поможет ей сбежать. Если она не сможет выиграть, тогда она просто сбежит. Всё же, если её убьют, как Тао Цинь, то как ей контратаковать тогда? Нин Шу купила несколько талисманов. Она посмотрела на другие магические инструменты, но они все были окрашены в серый цвет, а это означало, что она не могла их купить. ---------- Ты Действительно Не Понимаешь Любовь С духовной жемчужиной и талисманами, Нин Шу почувствовала себя в чуть большей безопасности. Однако она невольно задумалась, насколько именно возмутительно красивым был этот призрачный король? Ему даже удалось очаровать так много получателей заданий и заставить их начать трагические межвидовые романтические отношения. Разобравшись со всеми вещами, Нин Шу сказала: - Давай начнём задание. - Ладно, - 2333 обратился к Нин Шу: - Что бы ни случилось, не влюбляйся в призрачного короля. Если ты влюбишься в призрачного короля, ты тут же провалишь это задание. Тао Цинь больше всего ненавидит именно это. Нин Шу: Чёртова девчонка… Фахай, ты действительно не понимаешь любовь. Нин Шу ощутила мгновение головокружения, а потом почувствовала, как её душа вошла в тело. Она подождала, пока её душа полностью приспособится к телу. Когда она открыла глаза и осмотрелась по сторонам, она увидела, что лежит на брусчатой кровати. Комната была очень простой и лишь с намёком на антикварный вкус. Она села на кровати и скрестила ноги, желая проверить плотность духовной энергии в этом мире. Однако, в итоге, она была немного разочарована. Как и у обычных современных миров, тут было очень мало духовной энергии. К счастью, с поддержкой Непревзойдённых Боевых Искусств, она всё ещё могла сформировать немного энергии, размером с прядь волос. И она выглядела довольно жалко. Нин Шу перестала культивировать и начала получать историю. Это была история из типа "призрачный король-тиран влюбился в меня". Главная женщина, Сун Сихань, была обычным белым воротничком* в компании. Однажды она небрежно купила нефрит в антикварном магазине на улице и после этого с ней начали происходить странные события. Призрак мужчины в красных одеждах начал постоянно появляться рядом с ней. Он пошёл с ней на работу и помог ей отомстить начальству, которое постоянно усложняло ей жизнь. Когда она принимала ванну, красивый мужчина внезапно появлялся вместе с ней в ванне. Как только она просыпалась утром и открывала глаза, она видела прямо перед собой невероятно красивое лицо. Сун Сихань поддразнивали до такой степени, что всё её лицо становилось красным, а её сердце колотилось от переполнявших его чувств. Она терпела то, как призрачный король Фэн Инь делал с ней всякие бесстыдные вещи. Если бы не его красивое лицо, то она бы, наверное, уже давно вызвала полицию. Была также ещё одна причина, почему Фэн Инь так хорошо относился к Сун Сихань. И она была связана с их прошлой инкарнацией. В поза-поза-поза… ну, в общем, в какой-то из прошлых жизней, Фэн Инь и Сун Сихань были влюблённой парочкой с трагической судьбой. В любом случае, их любовь будет продолжаться даже после того, как небеса упадут и земля разверзнется, даже когда моря высохнут и камни рассыпятся. Однако, по некоторым причинам, главная женщина умерла в той жизни, и Фэн Инь пожертвовал собой во имя любви, отчего и стал могущественным призрачным королём. Спустя тысячу лет главная женщина реинкарнировала, но в качестве человека. А раз он наконец-то снова нашёл главную женщину, то он собирался продолжить эту предопределённую судьбой любовь. Поэтому, когда Тао Цинь, эта идиотка, прибежала, чтобы остановить их трогательный роман, она была убита Фэн Инем и даже втянула в это своего учителя и других учеников. Так что не нужно объяснять, насколько виноватой Тао Цинь, эта старшая сестрица, себя чувствовала. После того, как Нин Шу закончила получать сюжет, она вздохнула. Тао Цинь не винила призрачного короля в том, что он её убил. Всё же, она понимала, что была убита потому что была слабой. Но вот с чем она не могла смириться, так это с тем, что даже люди из её секты, которые не сделали ничего плохого призрачному королю и Сун Сихань, тоже были убиты призрачным королём, который даже уничтожил все души. Нин Шу продолжила тренировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Если она будет сильной, то её не смогут так просто убить. - Старшая сестра, время есть. Если ты опоздаешь, то еды не останется, - прозвучал из-за двери ломающийся голосок мальчика, похожий на утиное кряканье. Нин Шу перестала практиковать и открыла дверь, за которой обнаружила мальчика, который был выше неё. Он жевал парную булочку. Нин Шу поспешила на поиски еды. Если она опоздает, то эти детишки действительно могут всё доесть. Они жили в заброшенном даосском храме. Ну, его не совсем можно было назвать заброшенным, но никакие пилигримы не приходили сюда, чтобы зажигать благовония. Тут был только учитель Тао Цинь, который обучал бездомных детей искусству горы Мао. Их жизнь была довольно тяжёлой. Когда Нин Шу пришла на кухню, она увидела группу маленьких редисок вокруг стола. Они все были разного возраста. Большинство из них были мальчиками, но были также и две маленьких девочки с хвостиками и выпавшими передними зубами. Самым примечательным был человек, сидящий во главе стола. Это был грязный старик с грудью нараспашку и длинной бородой. Его волосы были связаны в пучок. Он сидел, скрестив ноги, сыто отрыгивался и ковырялся в зубах. Когда Нин Шу увидела этого старика, она почувствовала горечь на душе. ____________________ Примечание: * Белый воротничок - обозначение, принятое в западной социологии для наёмного работника, занимающегося умственным трудом, предполагающим хранение, использование и обработку информации: служащего, чиновника, администратора, менеджера. (по-нашему – офисный планктон) ---------- Вся Еда Закончилась Нин Шу поприветствовала старика, назвав его "учитель". Этого старика звали Тао Чэн. Он был наследником техник экзорцизма Горы Мао. Он усыновил всех этих учеников, которые сейчас были в доме. Эти дети были сиротами. К этому времени мир уже перешёл в современную эпоху, поэтому даосские искусства Горы Мао считались полнейшим суеверием. Их считали за шарлатанов, которые пользуются суеверием людей, чтобы хитростью выманивать из них деньги. И кто согласится позволить своим детям учиться такому? Поэтому Тао Чэн нашёл сирот, чтобы передать им техники Горы Мао, которые уже начали вырождаться. И дела у них шли не очень хорошо. Когда Тао Чэн увидел Нин Шу, он поднял брови и рассмеялся. - Ты сегодня поздно проснулась. Вся еда закончилась. Нин Шу увидела, что на столе остались только косточки. А дети ели парной хлеб, окуная его в бульон. Этот бульон, вероятно, был приготовлен из дикого животного, которого старик Тао Чэн поймал в горах. Нин Шу закатила глаза. - Тогда я просто поем парной хлеб. Она протянула руку, но последний кусок парного хлеба в большой тарелке был перехвачен другим ребёнком. Нин Шу: - … Эти детки действительно могут выесть родителей из родного дома! Тао Чэн воспитывал более десяти детей; это было очень трудно. Тао Цин тоже была воспитана им. Время от времени Тао Чэн брал Тао Цин с собой, чтобы защищать мир людей (разводить народ на деньги). И хотя у Тао Чэна действительно были настоящие способности, ему слишком нравилось изображать из себя крутого, и он всегда хотел, чтобы люди платили завышенную цену. Вот почему он теперь зарабатывал и близко недостаточную сумму, чтобы воспитать такую большую толпу ребятишек. Маленький мальчик увидел, что Нин Шу ничего не осталось поесть, поэтому он оторвал половину своего куска парного хлеба и отдал его ей. Нин Шу взяла его и начала есть. - Хороший мальчик, я принесу тебе подарок, когда вернусь с тренировки. Тао Чэн потёр свою грудь, а потом сказал Нин Шу: - Вообще-то, мне нужно, чтобы ты кое-что сделала. Нин Шу запихала остатки парного хлеба себе в рот, а потом спросила у Тао Чэна: - Учитель, что нужно сделать? Тао Чэн встал, рыгнул, а потом отправился в храм. Нин Шу последовала за ним в главный зал. Этот даосский храм был очень старым и был совершенно обветшалым. Статуи Трёх Божественных Учителей в главном зале были покрыты слоем пыли. Рядом с Тремя Божественными Учителями стояла статуя поменьше. Это, вероятно, был Тао Хунцзин – отец-основатель Горы Мао. Тао Чэн поклонился этой статуе и зажёг две палочки благовоний. Нин Шу повторила его движения поклонения статуе. После того, как она закончила, она спросила у Тао Чэна: - Так что случилось, старик? Тао Чэн разгладил свою копну волос на голове и сказал: - Тебе уже исполнилось двадцать. Пришло время тебе отправиться в путь и набраться побольше опыта. Ко мне недавно пришёл знакомый и предложил работу. Если у нас получится, тогда мы заработаем много денег. Нам этого будет достаточно, чтобы продержаться некоторое время. - Знакомый? А что случилось? – спросила Нин Шу. Тао Чэн ответил: - Недавно его сын стал одержим призраком, и чуть не умер. А его семья довольно богата. Нин Шу задумалась об этом на мгновение. Вероятно, это имело какое-то отношение к королю Фэн Иню. Блять, ей было немного страшно. Любой призрак в красных одеждах явно был злобным. Даже Тао Чэн не смог победить Фэн Иня, поэтому даосизм Горы Мао оказался потерянным искусством. У него не осталось никаких наследников. Однако если они проигнорируют этот запрос, тогда, вполне естественно, не окажутся замешанными в этом. Нин Шу спросила у Тао Чэна: - Старик, а ты не пойдёшь? - Ты должна набраться опыта. Если я пойду, тогда чем будешь заниматься ты? Тао Чэн потёр свою грудь и в том месте сформировался маленький комочек грязи. Нин Шу закатила глаза. Затем она спросила: - Старик, а что если я повстречаюсь с какой-нибудь опасностью? Ты должен провести гадание. У меня дурное предчувствие на этот счёт. ---------- Иди, Поохоться На Какую-Нибудь Дичь Тао Чэн поднял брови и достал медные монетки. Он тихо произнёс слова гадания для Нин Шу. Три медные монетки упали на стол, и одна из них треснула. Цвет лица Тао Чэна сильно изменился, когда он это увидел. Он подобрал треснувшую медную монету и сказал: - Неужели там действительно может быть что-то ужасное? Это же было просто небольшое гадание, однако произошло нечто подобное. - Мы не можем взяться за эту работу, она слишком опасная, - сказала Нин Шу. Тао Чэн почесал свой затылок и кивнул. - Давай поговорим об этом позже. Нин Шу в ответ кивнула. Тао Чэн продолжил: - Иди на обратную сторону горы и поохоться на какую-нибудь дичь. У нас совсем нечем кормить всех этих детей. - Ладно, - сказала Нин Шу. - А после того, как ты вернёшься, я проверю твои последние уроки. Тао Чэн ушёл, сложив руки за спиной. Нин Шу заметила, что он, похоже, обеспокоен. Было ясно, что это недавнее гадание заставило его встревожиться. Нин Шу отправилась на обратную сторону горы, чтобы найти какую-нибудь дичь. И хотя она не нашла никаких диких животных, она нашла немного диких фруктов. Утром она съела только немного хлеба, так что уже умирала с голоду. Она сорвала немного диких фруктов, чтобы наполнить свой желудок. Эти фрукты были не очень вкусными. Наоборот, они были горькими и кислыми. Нин Шу съела лишь пару штук, после чего решила отказаться от этой затеи. Она поймала двух кроликов и больше ничего не встретила. Действительно, не так-то просто прокормить группу детей. Нин Шу взяла кроликов за уши в каждую руку. Когда она вернулась в храм, Тао Чэн как раз обучал детей стойке всадника. Когда Тао Чэн увидел, что Нин Шу принесла только двух кроликов, он закатил глаза и спросил: - Почему только два? Нин Шу возразила: - Мы почти всё тут уже съели поблизости. То, что попалось два кролика, уже хорошо. Нин Шу заметила, что дети были одеты в изношенные одежды. Более того, одежды на самых молодых детях была им немного велика и совсем не подходила. Было ясно, что её отдали старшие. Нин Шу прикрыла лоб рукой. И как они до такого докатились? Человек вроде Тао Чэна, который имел навыки вроде гадания, обычно должен быть почётным гостем у сановников. В этом мире были призраки. И хотя люди верили в науку, это относилось не ко всем. Нин Шу ободрала кролика и вычистила его внутренности. Затем она сварила всего кролика в кастрюле до тех пор, пока он не стал мягким и не превратился в суп. После этого она выудила кости. После этого она сделала пельмени из теста. Такие вещи очень хорошо утоляют голод. И вот так у них на обед был мясной суп и пельмени. С солью вкус стал довольно неплохим, поэтому все были довольны. Пока Нин Шу наблюдала за этими детьми, она внезапно поняла, почему Тао Цинь захотела отомстить. Фэн Инь убил учителя, который воспитывал её, и уничтожил его душу. И эти дети, которые были брошены родителями, которых они даже не знали, были уничтожены прежде, чем они достигли подросткового возраста. Самые молодые, которым было всего около семи лет, тоже были убиты. Фэн Инь поглотил их души и стал ещё более сильным. Тао Цинь была всего лишь препятствием на пути любви между Фэн Инь и Сун Сихань. Фэн Инь беспокоился, что эти даоситы отговорят его женщину и она уйдёт от него, поэтому он просто уничтожил их всех. Это одновременно могло гарантировать безопасность его женщины и усиление его души, так что он убил двух зайцев одним выстрелом. Короче говоря, эти десятки людских жизней были использованы для подчёркивания того, что главный мужчина был верховным правителем этого мира. Он был самым сильным и очень сильно любил главную женщину. Если бы кто-то посмел издеваться над ней, то он был бы уничтожен. Если призрак обижал главную женщину, Фэн Инь просто пожирал его, уничтожая душу призрака. В любом случае, он был неуязвимым. Поев, Нин Шу вернулась в свою комнату, чтобы продолжить тренировку. Она сможет защитить секту только если будет сильной. После того, как ей удалось создать прядь энергии, её сила увеличилась, а её движения стали более ловкими. С тем амулетом, который она купила, и с духовной жемчужиной, которая могла поглощать души, её шансы на побег при встрече с Призрачным Королём увеличились. И хотя Нин Шу не хотела связываться с любовной историей Фэн Инь и Сун Сихань, было ли это тем, чего она могла избежать только потому, что ей этого хотелось? Нин Шу протяжно вздохнула. Фэн Инь был практически читерским существом. У него под командованием даже была целая армия призраков, а другие призраки дрожали от одного только его вида. Короче говоря, он был главным президентом Призрачного Мира. Если он хотел кого-то убить, он убивал; безо всяких переговоров. ---------- Запугивал Людей Ради Денег Нин Шу приступила к тренировке. К счастью, этот даосский храм находился в малонаселённой области и был окружён пышными горами и лесами, поэтому тут было гораздо больше духовной энергии, чем в больших городах, которые были полны автомобильных выхлопов. Как ни посмотри, это было хорошее место для ухода на пенсию. У подножия горы была деревня, но это была всего лишь захолустная деревушка. Иногда, когда какой-нибудь житель деревни сталкивался с чем-то сверхъестественным, они приходили к старику. Обычно они платили ему сладким картофелем или тыквами, а те, у кого условия жизни были чуть получше, даже предлагали курицу. Каждый раз старик брал с собой Тао Цинь и обучал её тому, как изгонять призраков. Если семья выглядела немного богаче, тогда он устраивал представление. Он говорил, что злобная аура этого призрака слишком сильная, поэтому им нужно как можно скорее избавиться от него, и прочее "бла-бла". Короче говоря, он запугивал людей ради денег. Но даже так они всё равно не могли заработать достаточно, чтобы прокормить полтора десятка голодных ртов в семье. К тому же, эти дети были в фазе роста. Они были словно бездонные ямы. Старик хотел переделать статуи Трёх Божественных Учителей и основателя Горы Мао, чтобы покрыть их золотом, но у него не было возможности этого сделать. Развитие науки и технологии стало затягивать петлю на шее предсказателей, экзорцистов и других похожих профессий. На данный момент старик уже даже не пытался поднять техники Горы Мао на более великие вершины. Вместо этого он лишь хотел передать их, чтобы они не канули в Лету*. Однако вся усердная работа старика была уничтожена руками Тао Цинь. Юный возраст Тао Цинь тоже сыграл в этом роль. Если бы с этим вопросом разбирался этот старик, который был закалён годами опыта, тогда всё не стало бы так плохо. Когда призрачный король Фэн Инь внезапно начал убивать всех на пути к этому даосскому храму, старик вынужден был сфокусироваться на защите детей. Более того, Фэн Инь был крайне силён, поэтому, в итоге, старик и дети умерли, а их души были уничтожены. Нин Шу села на постели, продолжая культивировать. Она чувствовала, как неуловимая взглядом духовная энергия втекает в её поры и собирается в её даньтяне. - Девочка, иди сюда. Голос старика был таким громким, что Нин Шу услышала его даже в своей комнате. Она тут же прекратила культивировать и отправилась на поиски старика. Когда она пришла в главный зал, она увидела старика, одетого в относительно новую мантию даосита. Его волосы снова были собраны в пучок, и он выглядел как добропорядочный старый даосит, полный достоинства и торжественности. Когда Нин Шу увидела его в таком наряде, она поняла, что они сейчас куда-то пойдут. Она спросила: - Что за работа на этот раз? Старик ответил: - Это работа в деревне внизу. Одну из семей что-то преследует, и один человек всё ещё без сознания. Старик глянул на Нин Шу, а потом он крутанул глазами и сказал: - В этот раз делом заниматься будешь ты. Я хочу посмотреть, чему ты научилась. Нин Шу ободрила себя и сказала: - Ла… ладно. Так она теперь будет даоситом-охотником за приведениями? Она последовала за стариком вниз с горы, чтобы повидаться с семьёй. Как только они вошли во двор, она почувствовала холодную ауру и её волосы встали дыбом. Старик встал во дворе и стал осматриваться по сторонам. Нин Шу тоже огляделась вокруг. Это был самый обычный фермерский дом. Во дворе росла белая акация, а под ней был колодец. Нин Шу подошла к колодцу и заглянула внутрь. Так как он был прямо под деревом, то ветки загораживали весь свет и внутри была абсолютная темнота. Она даже не увидела воды в колодце. Дерево акации было довольно большим и закрывало почти половину этого небольшого двора. Стоя под деревом, можно было почувствовать прохладу, которая казалась даже немного зловещей. Владелец пригласил старика и Нин Шу в дом. Как только они вошли, они увидели женщину, лежащую на постели. Её лицо было бледным, а вокруг неё витала тёмная аура. Старик начал своё представление, сложив пальцы вместе и затрепетав взглядом. Затем он сказал Нин Шу, которая не сводила взгляда с женщины: - Иди, взгляни на неё. Нин Шу подошла к женщине и взяла её руку, чтобы проверить пульс. Женщине было около пятидесяти лет. Нин Шу пришла к выводу, что женщина страдает от серьёзной анемии. Короче говоря, женщина потеряла слишком много крови. Нин Шу осмотрела тело женщины. Она не нашла никаких крупных ран, поэтому было странно, что она потеряла так много крови. - Даосит, как там моя жена? – спросил у старика хозяин дома. Старик был спокойным и собранным. - Результаты скоро будут. Нин Шу посмотрела на старика и спросила: - Учитель, как же это случилось? ---------- Словно Незапятнанный Бессмертный - Всё в этом мире имеет свой дух. Подумай об этом, как следует, - сказал старик Нин Шу. Нин Шу поняла, что он хочет, чтобы она сама всё решила. Это явно всё имело сверхъестественное происхождение. Нин Шу окунула пальцы в киноварь, вспомнила, как изначальный хост рисовала символы экзорцизма, а потом нарисовала эти символы на лбу женщины. Но Нин Шу никогда раньше этого не делала и, поскольку это был её первый раз, вполне естественно, что ей ничего не удалось. Она повернулась, чтобы взглянуть на старика. Старик не выразил никаких эмоций и просто продолжил стоять на месте, словно незапятнанный бессмертный. Нин Шу снова окунула пальцы в киноварь, сделала глубокий вдох и начала рисовать. В этот раз ей едва удалось сделать всё правильно и киноварь всосалась в кожу женщины. Женщине тут же стало плохо. Из её лба начал просачиваться чёрный дым, а её рот широко открылся, издавая оглушительный вопль. Она начала молотить воздух руками и ногами, а на коже внезапно проявились синие вены, извиваясь, словно корни дерева. Это было очень пугающее зрелище. - Держите её, - сказала Нин Шу, обращаясь к мужу женщины. Затем она достала из своей тряпичной сумки бумажный талисман и прилепила его на лоб женщины. Однако, к её удивлению, бумажный талисман вскоре стал чёрным и превратился в пепел. И в то же время вены на женщине стали ещё более заметными. Маленькие кровеносные сосуды расходились от крупных и вскоре всё её тело было покрыто кровеносными сосудами. Нин Шу чуть испуганно не отпрыгнула. Это ещё что, блин, за чертовщина такая? Она схватила горсть клейкого риса и прижала его ко лбу женщины. Рис начал шипеть и излучать чёрный дым, словно он горел. Женщина больше не могла выносить боль и потеряла сознание. Муж женщины был так взволнован, что его глаза стали совсем красными, а его руки тряслись. Нин Шу вытерла холодный пот со лба. Внезапно, она услышала, как акация во дворе начала шуметь. Когда Нин Шу глянула в сторону окна, она увидела, что из-за теней во дворе была зловещая темнота. Нин Шу была уверена, что эти события наверняка как-то связаны с этим деревом. Это дерево высасывало кровь женщины?! - Господин даосит, прошу, спасите мою жену! – начал умолять муж женщины. Нин Шу подошла к старику и спросила: - Учитель, что нам теперь делать? - Разве это не ты занимаешься экзорцизмом? – тихо ответил старик. Нин Шу: … Учитель, у вашей ученицы закончились идеи. Скорее, помогите ей! Нин Шу вышла из комнаты и уставилась на акацию, которая шевелилась несмотря на то, что не было никакого ветра. Её ветви зловеще покачивались. Оно что, блин, стало духом? Нин Шу сказала мужчине: - Принесите немного крови петуха. Мужчина тут же убил петуха в курятнике и набрал полчаши куриной крови. Нин Шу достала всё из своей тряпичной сумки и приготовилась к созданию формации заклинания. Она научилась этой формации заклинания, собирающей энергию ян, у Цин Юэ в мире культивации. Так как у неё не имелось никакого духовного оружия или духовных камней, чтобы усилить формацию, это заклинание было не очень эффективным, но этого было более чем достаточно, чтобы разобраться с этим деревом. После того, как она нарисовала формацию заклинания для сбора ян, всё вокруг тут же осветилось. Прежде мрачный двор теперь стал таким ярким, что это практически ослепляло. От этого яркого света листья на дереве акации начали съёживаться и излучать чёрный дым. Дерево продолжило трястись и издавать странный звук, словно человек, кричащий от боли. Как и ожидалось, всему виной было это дерево. Нин Шу бросила горсть клейкого риса, смешанного с куриной кровью, а потом взяла широкую кисть для киновари и наполнила её своей энергией, чтобы нарисовать заклинание на стволе дерева. Примечание: * Кануть в Лету - это выражение восходит к греческой мифологии, где Лета - это река забвения в подземном царстве Аида, царстве мертвых. Омываясь водами Леты или напившись из нее, умершие забывали о прожитой земной жизни. Лета, конечно, из греческой мифологии, а вот само выражение кануть в Лету - русское. Образовано оно на базе таких устойчивых словосочетаний, как "кануть в воду", "как в воду канул", где кануть значит "упасть каплей". ---------- Кровоточащая Акация Нин Шу нарисовала руну, и акация начала трястись ещё неистовее, после чего она даже отломила свою ветвь и бросила её в Нин Шу. - Девчонка, уворачивайся! – закричал старик. Нин Шу пригнулась, уходя с траектории полёта ветки, а потом увидела, что эта ветка, которая отломилась от акации, истекает кровью. Весь двор наполнился густым рыбным запахом крови. От эффекта руны и формации заклинания, собирающей энергию ян, акация стала раскачиваться ещё неистовее и излучать облака чёрного дыма. Все листья рассыпались и остался только голый ствол. И хотя весь ствол уже стал совершенно чёрным, он не прекратил сопротивляться. - Ах…! – закричала женщина в комнате. Нин Шу помчалась обратно в дом и увидела, что женщина сидит на постели, её волосы поднялись к небу, губы стали фиолетовыми, глаза выпучились и покрылись красными венами. Её стошнило кровью. Когда старик увидел, что ситуация выходит из-под контроля, он оттолкнул Нин Шу в сторону и опустил всю руку в чашу с куриной кровью. После этого он прижал свою окровавленную руку к лицу женщины и сказал Нин Шу: - Окуни свою руку в кровь и нарисуй руну на её ступнях. Не говоря ни слова, Нин Шу крепко схватила женщину за лодыжку одной рукой, а другой рукой начала рисовать. Женщина неистово сопротивлялась. Она постоянно пинала Нин Шу второй ногой, чтобы высвободиться. При виде этого, муж женщины быстро подошёл и прижал вторую ногу женщины. - После того, как закончишь со ступнями, нарисуй руны и на самих ногах, - сказал старик, продолжая рисовать руны на лбу женщины. Вскоре Нин Шу изрисовала все ноги женщины рунами, отчего всё тело женщины стало излучать чёрный дым. Снаружи, во дворе, акация внезапно затрещала, а потом развалилась на две части. Глаза женщины закатились, и она потеряла сознание. Но Нин Шу ещё не закончила с рунами. Чёрный дым, исходящий из тела женщины, становился гуще, но кровеносные сосуды, которые были видны на её теле, тоже начали постепенно исчезать. Нин Шу хотела ещё немного потренироваться в рисовании рун, поэтому она исписала всё тело женщины рунами. - Выкопайте дерево. Вытащите все его корни! – сказал старик. – Эта акация – призрачное дерево с огромным количеством энергии инь, поэтому оно будет привлекать призраков. Не сажайте подобные деревья рядом с домом. Владелец дома был больше обеспокоен тем, что с его женой, поэтому он спросил у старика: - С моей женой всё в порядке? - Ей просто нужно хорошенько отдохнуть. Прилепите эти бумажные талисманы на дверь. Нин Шу достала два бумажных талисмана из своей тряпичной сумки. Мужчина принял бумажные талисманы, а потом пошёл позвать некоторых своих соседей. Парни принесли лопаты и тяпки и начали выкорчёвывать дерево. Акация глубоко укоренилась в земле и покрыла половину двора. Когда её кора откалывалась, ствол кровоточил и проливал чёрную кровь. Чёрная кровь была такой гадкой и вонючей, что даже мухи не касались её. Старик привёл в порядок свою мантию даосита и сказал: - Этот скромный даосит пойдёт к себе. Владелец дома тут же поблагодарил старика и спросил: - Как так получилось, что моя жена привлекла внимание этого дерева? Нин Шу тоже было довольно любопытно это узнать. Почему эта акация нацелилась на женщину? Было ли это потому, что у женщины было телосложение инь? Старик тихо ответил: - На самом деле, твоя жена сама сделала эту акацию такой. Когда у неё были месячные, она выливала грязную окровавленную воду на дерево после того, как отстирывала свою тряпку от крови месячных. Женская менструальная кровь имеет тяжёлую энергию инь, и это также является грязными выделениями. Акация – это дерево призраков, поэтому после того, как оно впитало в себя всё это, вполне естественно, что оно стало считать вашу жену своим носителем. Старик глянул на петуха, валявшегося во дворе, а потом погладил свою бороду, словно мудрец, и продолжил: - Этот петух тоже пострадал от этого происшествия, поэтому для того, чтобы помочь ему упокоиться, нужно будет провести службу. Мужчина быстро отдал петуха старику. Старик принял его, покачал головой с выражением жалости на лице, а потом сунул его в руки Нин Шу. После этого мужчина дал ещё две тыквы, каждую размером с жернов, и Нин Шу покинула двор с тыквами в руках. После этого она спросила у старика: - Как вы узнали, что это всё произошло из-за менструальной крови женщины? ---------- (☆_☆) Целых 2 Секунды Хоть гигиенические прокладки уже и были распространённой вещью, в такой бедной и отсталой деревне, женщины всё ещё неохотно покупали гигиенические прокладки, которые нужно выбрасывать только после одного применения. Старик сердито посмотрел на Нин Шу. - Почему ты в этот раз была так незнакома с процессом экзорцизма? Тебе нужно иметь намётанный глаз, чтобы выжить в нашем деле. Ты должна внимательнее смотреть по сторонам. Даосизм – это не какое-то там феодальное суеверие. Это, скорее, наблюдение и анализ ситуации, чтобы вычислить благоприятность резиденции. Там под акацией стоял колодец, и там удобно стирать одежду. После того, как это дерево десятилетиями поливали такой водой, как тут не возникнуть подобной проблеме? Старик покачал головой и продолжил: - Вот только дело в том, что корни акации слишком углубились, и вода в колодце была не очень чистой. Эта акация явно выросла из могилы. И если её не посадил кто-то другой, тогда там наверняка есть могила в радиусе одного метра от дерева. Нин Шу: (☆_☆) Учитель такой потрясающий! - Тогда почему вы ему об этом не сказали? – спросила Нин Шу. Старик глянул на Нин Шу так, словно она была тупицей. - Если я ему всё расскажу, тогда это будет одна работа и одна оплата. Однако если он сам выкопает могилу, то он обязательно снова придёт ко мне, и тогда ему придётся заплатить ещё раз. Ты чего такая глупая? Когда выкапываешь могилу, нужно попросить душу умершего уйти, а потом проверить фэн-шуй. Это большая работа. Нефритовый Император, прошу, благослови нас. Позволь ему выкопать могилу! Нин Шу: … Конечно же, она была всё ещё слишком неопытна. То, что сейчас произошло, заставило Нин Шу опасаться того, насколько опасным был этот мир. Даже дерево могло сделать такое, тогда что уж говорить о призрачном короле? - Что за формацию заклинания ты сейчас использовала? – спросил старик. Он долгое время напрягал свои мозги, но никак не мог понять, что это было. Нин Шу уже придумала хорошее оправдание. - Разве это не формация духовной ловушки, которой вы меня научили? - Думаешь, я не смогу определить была ли это формация духовной ловушки или нет? – раздражённо сказал старик. Нин Шу задумалась на некоторое время, и, наконец, сказала: - Должно быть, я совершила ошибку, и получилось вот такое. Старик шлёпнул Нин Шу по голове. - И ты даже хотела, чтобы я отпустил тебя в мир, чтобы набраться опыта? С твоим навыком, как ты вообще сможешь набраться какого-либо опыта? Да тебя сразу же убьёт какая-нибудь злая штука! Нин Шу вздохнула. После возвращения в даосский храм, старик сказал Нин Шу поскорее ощипать петуха и сварить его с тыквой. - Учитель, разве вы не собираетесь помочь ему вознестись? Нин Шу искоса глянула на старика. - Ты слишком много говоришь. Старик быстро переоделся из почти новой мантии даосита в свою обычную одежду. Всё же, это был лишь рабочий наряд. Видя, что старик ведёт себя подобным образом, сердце Нин Шу немного сжалось от боли. Она была больше не в настроении спорить со стариком. Она просто пошла на кухню, чтобы заняться петухом. За это время некоторые младшие братья и младшие сёстры набрали сухой древесины на горе и аккуратно сложили в кладовке для дров. Эти дети были очень разумными и всегда помогали, когда могли. Те, кто были немного постарше, ходили с вёдрами к источнику на обратной стороне горы и набирали там воду. Нин Шу сварила петуха в котле, а когда он сварился, добавила туда тыкву. В любом случае, именно такими и были общинные трапезы. Вкус тут был не главным. Если это можно съесть, то этого было достаточно. Наесться досыта и без того было уже довольно трудно. Нин Шу приготовила ещё одну кастрюлю лапши и добавила немного пельменей. Петух был таким маленьким, что если каждому достанется по кусочку мяса – это уже было бы хорошо. Старик и Нин Шу не прикоснулись к мясу, оставляя его младшим детям. После ужина Нин Шу спросила у старика: - Неужели всё так плохо только у даоситов Северной Горы Мао? Или у даоситов Южной Горы Мао всё так же? Было два филиала горы Мао, Северная и Южная Горы Мао. И хотя основателем у этих двух сторон был не один и тот же человек, они все изучали пять видов искусств даосизма. Эти пять искусств включали в себя гору, медицину, жизнь, внешность и предсказания*. ____________________ Примечание: * В Китае число 5 весьма популярно и символизирует баланс и стабильность. Пятерка – это пять стихий (дерево, огонь, почва, металл, вода), позволяющие описать мир. Пять отношений как основа китайской этики: правитель и подданный, отец и сын, муж и жена, братья, друзья. Пять элементарных вкусов: соленый, горький, сладкий, острый и кислый. Пять священных гор Китая: Хуашань, Тайшань, Хэншань в Хунань, Хэншань в Шаньси и Суншань. Пять легендарных императоров: Хуан-ди, Чжуань-сюй, Ку, Яо и Шунь. Пять больших благословений: здоровье, долголетие, процветание, любовь и естественная смерть. И даже на флаге Китая присутствуют пять звезд. Любовь к числу пять не миновала и метафизику. Существуют 5 видов искусств китайской метафизики. 1. Мин-шу (命術) «Мин» означает «участь, рок, судьба и жизнь». К искусствам Мин-шу относят техники, которые опираясь на время рождения человека, позволяют раскрыть характер, потенциал человека и спрогнозировать грядущие события. 2. Бу-шу (卜術) Предсказание событий через знаки окружающего мира, при помощи оракула и нумерологических систем. Цель искусств Бу-шу – получить ответ на четко поставленный вопрос. И вопросы могут касаться не только глобальных событий, таких как война, расцвет и упадок государств, но и бытовых проблем (потерянные вещи, тяжбы, перспективы брака). 3. Сян-шу (相術) «Сян» — это «внешность, очертания, облик». Искусства Сян-шу изучают окружающий мир, форму объектов, ландшафт, архитектуру, внешность человека и прогнозируют события, опираясь на принципы китайской метафизики. Искусства Сян-шу наблюдают за осязаемыми, видимыми, то есть проявленными объектами, в то время как практики Мин-шу анализируют влияние невидимых, не проявленных энергий. К искусствам Сян-шу причисляют фэн-шуй (чтение ландшафта), физиогномика (чтение по лицу) и китайская хиромантия (чтение по ладони). 4. И-шу (醫術) «И» — «медицина», традиционная китайская медицина, которая рассматривает организм человека как единое целое. И-шу базируется на тех же метафизических принципах, что и другие искусства китайской метафизики: всё есть Ци, Инь-Ян, пять стихий, своевременность и ритмичность Ци и т.д. Цель искусств И-шу — восстановить гармоничное течение Ци в организме человека. К основным видам традиционной китайской медицины относят диетологию, акупунктуру, траволечение и массаж. 5. Шань-шу (山術) «Шань» означает «гора», а «Шань-шу» следовательно – «горные искусства». К Шань-шу относятся практики, которыми занимались в горах в уединении для достижения бессмертия и просветления. Цель любой практики Шань-шу – научиться управлять вниманием, познать себя и энергии мира. Искусства Шань-шу включают религиозные учения (буддизм, конфуцианство, даосизм), духовно-энергетические практики (медитация, цигун) и боевые искусства (тайцзицюань и др.). ---------- Пять Искусств Даосизма Тысячи различных техник произошли от пяти искусств даосизма, вроде акупунктуры и медицины, где лекарство превращают в порошок или пилюли, чтобы лечить болезни. Во всём этом была тень даосского мистицизма. Даоситы должны изучать инь и ян, чтобы проверять фэн-шуй в домах и склепах, и гадать, чтобы предсказывать будущее и различные бедствия. Они действительно должны обладать огромным талантом в мистицизме, так как учителю было трудно обучить даже одного ученика. Нин Шу никак не могла понять, как этот старик докатился до такой плачевной жизни. Несмотря на его внешность и отношение, он был человеком с настоящими способностями и навыками. На самом деле, чем богаче и влиятельнее были люди, тем больше они верили в подобные вещи. Всё же, людям трудно предсказывать собственный удел. Колесо судьбы постоянно вращается. Старик погладил свою бороду и триумфально сказал: — Когда твой учитель был твоего возраста, твой учитель уже бродил по миру. Все мои клиенты были главными начальниками и богатыми людьми. В то время у меня было немало денег. Увы, твой учитель при этом был ещё и молодым мужчиной. Ну, ты понимаешь. Нин Шу: →_→ Что понимает? Вероятно, он потратил всё заработанное на женщин. Будучи даоситом, как он вообще может стоять перед лицом статуй основателя и Трёх Божественных Учителей? И он совсем перестал практиковаться в тай-чи*. Неужели он бы умер, если бы сохранил свою девственность? Он был таким бесстыдным. Техники тай-чи легче всего тренировать с непорочным телом. К тому же, моча мальчика полна энергии ян и обладает огромным сдерживающим эффектом против призраков. И, когда ему нужна была бы моча мальчика, ему достаточно было лишь спустить штаны. Нин Шу мысленно жаловалась на старика. — Те, кто занимаются таким бизнесом, выдают свои секреты небесам и совершают пять зол, поэтому большинство из них – одиночки. Иногда у них нет иного выбора, кроме как сделать то, что оскорбляет Небеса и здравый рассудок. Старик снова погладил свою бороду. — А потом я оскорбил некоторых людей, и до меня дошло, что я уже больше не молод и мне нужно передать наследнику техники Горы Мао, — старик посмотрел на Нин Шу. – Когда я нашёл тебя, ты была ещё сопливой маленькой девчонкой. Видите? Когда он был молод, он потратил всё своё время на необузданное поведение, а теперь, в старости, платит за это. Старик кашлянул и сказал: — Та формация заклинания, которую ты использовала, была хорошей. Даже если ты и сделала её по ошибке, тебе удалось собрать энергию ян неба и земли. Запиши её и передай дальше. — Я поняла, — сказала Нин Шу. Она планировала записать все формации заклинаний, которые она выучила. Так ей будет проще иметь дело с призраками и монстрами. — Давай пока отложим твой выход в мир. Я действительно не смогу спать, если отпущу тебя сейчас, — сказал старик. – Походи со мной ещё немного. Твои техники рисования рун немного запущенные, по сравнению с прежними временами. Она и Тао Цинь были не одним и тем же человеком. Откуда ей быть умелой в рисовании рун? Хорошо уже то, что она смогла успешно нарисовать их с первой попытки. Нин Шу записала формацию заклинания сбора энергии ян. После этого она пролистала различные классические даосские и всевозможные другие знания, тщательно запоминая их. К счастью, она добавила достаточно очков в интеллект. И хотя она не могла запомнить текст, глянув на него всего один раз, она могла запомнить его, глянув ещё пару раз. Нин Шу читала книгу, когда внезапно какая-то рука похлопала её по плечу. Она обернулась и увидела мальчика, который был выше неё. У него был лёгкий пушок над верхней губой, и он всё ещё находился в пубертатном возрасте. Мальчика звали Тао Шэн. Тао Цинь была самой старшей, а он был вторым по старшинству ребёнком. Обычно Тао Цинь ходила со стариком, чтобы зарабатывать деньги, поэтому Тао Шэн занимался всем остальным в даосском храме. Короче говоря, он был лидером детей. — Старшая сестра, что ты смотришь? Голос Тао Шэна и без того был неприятным, но сейчас он специально понизил его, отчего он стал звучать ещё хуже. Хоть он и был симпатичным, его голос был невыносимым. — Читаю, — сказала Нин Шу. Тао Шэн сел рядом с Нин Шу и спросил: — С чем вы столкнулись в этот раз? ---------- Группа Маленьких Редисок Нин Шу сказала: — Акацию, которая могла высасывать человеческую кровь. Тао Шэн кивнул, а потом сказал Нин Шу: — Старшая сестра, я хочу в следующий раз пойти с тобой и Учителем. — Ты должен поговорить об этом с Учителем. Хотя, тебе стоит немного подождать, думаю. Скоро я отправлюсь на тренировку, и тогда уже ты будешь ходить с Учителем на работы. Нин Шу знала, что Тао Шэн тоже хочет изгонять злых духов и ловить призраков. Тао Шэн взял книгу и начал быстро листать страницы. Было ясно, что он её не читает. Не прошло и двух дней, как мужчина с духом акации во дворе снова пришёл. Он нашёл старика Тао Чэна и сказал, что выкопал что-то на дне колодца во дворе. Это был гнилой гроб. Старик тут же воодушевился. Он надел свою мантию даосита, схватил меч из персикового дерева и компас, а потом позвал Нин Шу, чтобы подготовиться к работе. Тао Шэн сказал старику: — Учитель, возьмите и нас тоже. Мы тоже хотим взглянуть. Нин Шу тоже поддержала его. — Давайте возьмём их. Я присмотрю за ними. К тому же, Тао Шэн уже больше не ребёнок. Он может помочь. Старик обвёл взглядом группу маленьких редисок и сказал Нин Шу: — Ты уж постарайся и проследи за ними. Не позволяй им ничего трогать и мешать нам. Группа возликовала, после чего выстроилась в линию и последовала за стариком. Старик тут же почувствовал, что эти дети уничтожают его образ бессмертного и профессионала. У дома того мужчины акация уже была выкопана, и вся почва во дворе перевёрнута. Под стеной двора виднелся уголок гнилого гроба. Было ясно, что мужчина не посмел рыть дальше после того, как обнаружил такую вещь. Старик попросил его принести стол. На этом столе была курильница для благовоний, меч из персикового дерева, компас, клейкий рис, куриная кровь и бумажный талисман. Нин Шу посмотрела на вещи на столе и молча их запомнила. Полтора десятка детей впервые видели такую сцену. Было очевидно, что они все нервничают и боятся. Несмотря на знание того, что они будут заниматься этим в будущем, они всё равно боялись призраков. Старик созвал все семьи, живущие по соседству с хозяином дома и сказал: — Хоть этот гроб и был найден тут, он также довольно близок к вашему дому. Вы, ребята, тоже должны помочь попросить этого предка уйти. Семьи, проживающие вокруг, согласились, что они вместе соберут деньги, чтобы найти место с хорошим фэн-шуем для этого предка. Нин Шу наблюдала за всем этим со стороны. У неё сложилось такое чувство, словно старик переживал, что у хозяина дома будет недостаточно денег. Поэтому он специально втянул несколько семьей, чтобы увеличить общий фонд. Затем старик, придав себе божественную атмосферу, начал проводить церемонию. Нин Шу продолжала внимательно смотреть на старика. Она заметила, что после этой церемонии его лицо стало очень бледным. Нин Шу быстро поднесла стакан воды. Старик выпил воду, а потом сказал: — Выкопайте предка. Будьте внимательны и не повредите гроб. Просто смахните немного землю. Старик выбрал несколько мускулистых мужчин, чтобы выкопать землю. Однако процесс раскопок шёл очень медленно. Основной причиной этому было то, что гроб так сгнил, что мог развалиться, если с ним обращаться чуть грубее. Вероятно, с костями внутри гроба была такая же история. Наконец, гроб был выкопан, но рядом нашли ещё один гроб. Когда старик увидел ещё один гроб, его выражение лица стало немного мрачнее. Но он всё равно сказал: — Продолжайте копать. Однако люди начали находить всё больше и больше гробов. К этому времени их уже было пять и под гробами были раздавленные скелеты. Чем глубже они копали, тем больше костей находили. А ещё там были арбалеты, ножи, проржавевшее оружие и шлемы. Теперь уже весь двор перевернули вверх дном, но нашли лишь ещё больше костей. Старик сложил свои дрожащие пальцы, чтобы провести гадание, а потом быстро остановил раскопки. — Больше не копайте. Это может оказаться массовым захоронением. Старик поспешно начал проводить ещё одну церемонию. Цвет его лица теперь стал крайне нехорошим. Нин Шу тоже нахмурилась. Массовое захоронение возникало, когда множество людей хоронили вместе. Это искажало магнитное поле данного места и создавало особенно ужасающие феномены. Примечание:* Тайцзицюа́нь (тай-чи) — буквально: «кулак Великого Предела»; китайское внутреннее боевое искусство, один из видов у-шу. Популярно как оздоровительная гимнастика, но приставка «цюань» (кулак) подразумевает, что тайцзицюань — это боевое искусство. ---------- Не Похоже На Массовое Захоронение Неожиданно для всех тут выкопали так много костей. Даже старик этого не ожидал. Теперь все эти кости уже не перенести. Более того, они все были смешаны друг с другом, и было невозможно определить, какие кому принадлежат. Всевозможные насекомые выползали из чёрных глазниц черепов, а в воздухе витала головокружительная вонь. Старик поспешно попросил всех отойти. Он сказал всем прикрыть носы и не вдыхать этот воздух. Нин Шу тоже отвела группу детей подальше. Лицо старика побледнело, и он невольно потёр свой лоб. Спустя некоторое время он приказал оставшимся людям засыпать яму. Владелец дома спросил у старика: — А что нам делать со всеми этими костями? "Оставить их на суп!" Старик нахмурил брови. — Закопать их, конечно же. После некоторых размышлений, старик добавил: — Безопаснее всего, ребята, будет вам переехать. Не надо тут жить. Выберите новое место, где построить ваш дом. Все соседние дома тоже нужно переместить. Найдите меня, чтобы проверить фэн-шуй для ваших новых домов. Под ногами было так много мёртвых людей. Одна только эта мысль ужасала людей. Все соседи попросили старика проверить фэн-шуй для них, потому что они хотели переехать. И хотя эта работа оказалась не выполненной, так как старик посоветовал им поскорее переехать и построить свои дома в другом месте, они обязательно придут к нему, чтобы проверить фэн-шуй. Когда яма была засыпана, старик бросил на почву немного клейкого риса и добавил очередную формацию заклинания. Закончив со всем этим, старик начал упаковывать вещи. На его лице было обеспокоенное выражение, когда он собрался возвращаться в храм. Нин Шу последовала за стариком с группой маленьких редисок. Нин Шу была всерьёз озадачена всем этим инцидентом. Она спросила у старика: — Учитель, это не похоже на массовое захоронение. Возле массовых захоронений всегда собираются злые духи и негодование. Стоит только человеку попасть в такое поле, он либо сойдёт с ума, либо умрёт. Можно даже сказать, что это будет местом, где уже не летают птицы, а на мириадах троп стираются следы*. Однако тут жило несколько семей, и они не обнаружили никаких аномалий. По сути, поблизости не было никакой злой энергии и негодования. Это было слишком аномально. — С таким количеством людей, похороненных тут, поблизости должно было собраться немало негодования. Старик нахмурился. Нин Шу спросила: — Куда же тогда делось всё это негодование и злая энергия? Неужели её поглотил кто-то другой? — Вот об этом я и беспокоюсь, — старик вздохнул. – Что за монстра создаст такая масса негодования и злой энергии? Нин Шу тут же подумала о призрачном короле Фэн Ине, который мог пожирать души. Вернувшись в даосский храм, старик переоделся из своей даосской мантии, и вид у него был обеспокоенный. Нин Шу сказала: — Учитель, хотите, чтобы я проверила записи округа, чтобы найти происхождение этого массового захоронения? Вслед за этим она задала ещё один вопрос: — Учитель, как думаете, как давно там находится это массовое захоронение? Старик погладил свою бороду. — Судя по степени разложения костей, вероятно, очень давно. Нин Шу плотно нахмурилась. В изначальной истории ничего такого не было. К этому времени Тао Цинь уже ушла набираться опыта, а после ухода так больше и не вернулась. Она так и не узнала, что там было такое большое захоронение. Нин Шу решила, что необходимо проверить записи округа. В той яме были не только человеческие кости, но также и части брони, а также мечи, копья и стрелы. Скорее всего, там была захоронена древняя армия. Тысячу лет назад, чтобы отомстить за главную женщину, Фэн Инь в ярости убил множество людей, прежде чем покончить жизнь самоубийством. Возможно, в тех гробах также есть кости Фэн Иня. В голове Нин Шу промелькнули всевозможные вещи. Хоть у неё и были намерения проверить записи округа, она никак не могла этого сделать. Нин Шу сказала старику: — Учитель, давайте проверим записи округа. — Ладно, я потяну за некоторые ниточки. Старик погладил свою бороду и отвёл Нин Шу в окружной офис. Он использовал свои связи и сказал персоналу, что хочет взглянуть на записи округа. ---------- Ты Умеешь Им Пользоваться? Нин Шу и старика отвели в комнату архивов и сказали им, чтобы они сами смотрели. Там был компьютер, который Нин Шу включила. Она начала искать в файлах данные о массовом захоронении армии. Она пыталась узнать, были ли какие-нибудь войска, которые проходили тут тысячу лет назад. Старик был немного удивлён, когда увидел, как Нин Шу печатает на клавиатуре. — Ты умеешь им пользоваться? Нин Шу с улыбкой сказала: — Вообще-то, я часто тайком ходила в интернет-кафе, чтобы выйти в интернет. Старик: →_→ Их семья даже толком наесться не могла. Почему бы не купить лепёшек вместо того, чтобы тратить деньги на интернет? Какое неподобающее поведение для верной дочери. Нин Шу ввела ключевые слова для поиска и появилось множество документов. Нин Шу стала открывать эти документы один за другим, просматривая их содержимое. Старик наблюдал со стороны и спрашивал: — Ты нашла что-нибудь? — Нет, может, тут вообще нет таких записей. Нин Шу продолжила елозить мышкой. Старик сказал: — Эти люди наверняка умерли в одно время. Вот почему они были похоронены вместе. Подобное убийство в большом масштабе должно быть записано. Нин Шу открыла очередной документ, но его содержимое было довольно расплывчатым. В нём говорилось, в этот регион сбежала разбитая армия, вслед за которой гнались преследователи. Две стороны яростно сражались и, похоже, что в живых никого не осталось. Ну, ничего ценного в этом документе не было. В информации не упоминалось, что за генералы были на обеих сторонах, и что за ситуация была в то время. Слишком много времени прошло, поэтому было много неясной информации. — Учитель, те тела, вероятно, принадлежали двум противоборствующим армиям? – предположила Нин Шу. Старик стал выглядеть ещё более обеспокоенно. — Раз они были враждебно настроены друг другу, то даже после смерти, эти две стороны всё равно продолжили бы сражаться друг с другом. Поэтому злобная аура и энергия инь должны быть ещё тяжелее, однако я совсем ничего не заметила. — Я думал, что это от того, что я постарел, — старик коснулся своей бороды. – Куда же делась вся та злая энергия? Нин Шу задумчиво покрутила глазами, но ничего не сказала. Судя по всем знакам, тело Фэн Иня должно быть в этом массовом захоронении. Возможно даже, что там также есть останки главной женщины, которой Сун Сихань была в прошлой жизни. В голове у Нин Шу возникла идея. — Тут больше ничего нет. Давайте возвращаться, — сказала Нин Шу старику. Нин Шу достала немного денег, чтобы купить мяса, муки и риса. Старик был немного в меланхоличном состоянии. Он продолжал думать о том, куда делась вся та злобная аура и энергия инь из массового захоронения. Он был так занят этим, что даже не мог толком есть. После ужина Нин Шу села на постель, чтобы продолжить культивировать. В полночь, она взяла фонарик и лопату, после чего пошла спускаться с горы. Когда Нин Шу пришла к дому того мужчины с акацией, она перелезла через стену и приземлилась во дворе на руки и на ноги. Затем она достала из своей тряпичной сумки росток аира и заткнула его себе за ухо. Он мог отгонять злых духов и призраков. Закончив приготовления, Нин Шу взяла лопату и начала копать. Так как почву уже до этого перекапывали, ей было гораздо легче копать. Вскоре, она дошла до гроба. Нин Шу выкопала несколько гробов. Затем она воткнула лопату в бок гроба, обмазала руки киноварью и начала медленно открывать прогнивший гроб. Гроб рассыпался, как только Нин Шу его коснулась, покрывая её руки обломками древесины. Нин Шу достала фонарик, чтобы осветить внутренности гроба. Там были разбросанные кости. Кости, которые были в этом гробу, были небольшими. С первого же взгляда было очевидно, что это женский скелет. Нин Шу взяла бедренную кость и запихнула её в свою тряпичную сумку. После этого она продолжила выкапывать гробы и брать кость из каждого гроба. После того, как она закончила, она снова закопала гробы, разровняла землю и перепрыгнула через стену, чтобы уйти отсюда. Луна в небе словно покрылась дымкой. Если слишком долго смотреть на неё, то возникало зловещее ощущение. Под щебетание насекомых, Нин Шу пошла по тропинке через поля, чтобы вернуться в даосских храм. Примечание: * Фрагмент стихотворения "Снег на реке" поэта Лю Цзунюаня. Это произведение причисляется к "Восьми литературным мастерам династий Тан и Сун". В горах нигде уж не летают птицы, На мириадах троп стираются следы. В одинокой лодке старик в камышовом плаще и бамбуковой шляпе, Отрешенно ловит снег в холодной реке. ---------- Попала в Призрачный Лабиринт Нин Шу украла кости не без причины: Она хотела проверить, работает ли то секретное искусство. Но после того, как она украла кости, она уже долго шла, но никак не могла вернуться в даосский храм. И хотя храм был не так далеко, она не могла туда дойти. Чем дальше она шла, тем темнее становилось всё вокруг. Она постоянно чувствовала вокруг себя холодный воздух, словно кто-то дует ей в затылок. Всё её тело покрылось гусиной кожей. Возможно, в данный момент кто-то пристально смотрит на неё, облизывая свои губы. Позади неё послышался шорох, вслед за которым послышался низкий мужской голос. Голос ощущался таким приятным, что её уши даже обрадовались этому звуку. Голос постоянно спрашивал её, страшно ли ей. Нин Шу: →_→ Как и ожидалось, телосложение девушек легко привлекает призраков, особенно посреди ночи. Она попала в призрачный лабиринт. Нин Шу остановилась. В этой ситуации она не могла просто так ходить в случайном направлении. А что если впереди будет пруд или обрыв? Кто спасёт её, когда она начнёт тонуть или падать с обрыва? Нин Шу почувствовала, как холодный ветер в её затылок становится холоднее, и это холодное дыхание дуло ей в уши. Блин, похоже, что тут больше одного призрака. Из-за спины снова послышались голоса. В этот раз добавился ещё и женский голос. Нин Шу подавила своё желание оглянуться. У людей есть три огня, которые находятся на плечах и на лбу. Поворот головы затушит огонь на плече, и энергия ян тела станет ещё слабее. Её преследовали настоящие злые духи-мучители. Нин Шу достала талисман из своей тряпичной сумки. Она зажала его между пальцев и прочитала заклинание, отчего талисман вспыхнул огнём. Холодный и мрачный воздух вскоре рассеялся, и шорохи тоже пропали. Нин Шу направила свой фонарик, чтобы осветить путь впереди, и увидела, что она стоит перед канавой. Её ноги уже были обмотаны чем-то похожим на водную траву. Холод проходил от её лодыжек по всему телу. Она почувствовала, как её тело замерзает и становится одеревенелым, не в состоянии оказать какое-либо сопротивление. Проклятье, так она теперь столкнулась с водным призраком? Нин Шу использовала свою энергию в теле, чтобы рассеять холод. Однако водная трава всё равно тянула её за лодыжки, чтобы затащить в воду. Нин Шу достала талисман и прижала его к водной траве. Водная трава зашипела и начала испускать чёрный дым. Она поспешно сжалась и скрылась в воде. Блять, она никогда больше не будет гулять по ночам. Нин Шу достала ещё больше талисманов и прилепила их себе на спину, грудь и по одному на каждую руку. Хотела бы она посмотреть, как призраки посмеют снова подойти к ней. Однако нахлынул порыв холодного ветра, сдувая талисманы с тела Нин Шу. Этот пронзительный ветер зарычал на Нин Шу. Поток холодной энергии начал пробиваться в тело Нин Шу. Чёрт подери. Похоже, что если она не даст отпор, то её сочтут слабым противником. Нин Шу закатила глаза, после чего достала духовную жемчужину. Когда она взяла её в руку, холодная энергия вокруг тут же исчезла. Призрака, дующего в ухо Нин Шу, тоже засосало в духовную жемчужину, превратив в пищу для жемчужины. В этот раз она уже благополучно вернулась в даосский храм. Мало какие духи смели приблизиться к даосскому храму, поэтому Нин Шу не боялась, что они снова её потревожат. За время этой прогулки она столкнулась со всевозможными ситуациями. Когда она вернулась в свою комнату, Нин Шу достала из тряпичной сумки кости и разложила их на столе. В некоторых костях уже были червоточины. Нин Шу не знала, какая кость принадлежит Фэн Иню, поэтому у неё не было иного выбора, кроме как проверить их все одну за другой. Нин Шу взяла киноварь и размазала её по кости, после чего покрыла её соком листьев ивы. Затем она стала молча ждать каких-либо изменений. ---------- Повышение Уровня Экзорцизма Вскоре, некоторые кости начали чернеть, излучая чёрный дым. Одна из костей даже зашевелилась, и стала белой, словно нефрит. Нин Шу взяла эту кость; она могла принадлежать Фэн Иню. Нин Шу постучала костью по своей ладони и громко рассмеялась. Предмет, которым владел главный мужчина, был нефритовым кулоном, и он всегда держал его при себе. Как бы там ни было, но после тысячи лет блужданий, этот кулон оказался в руках главной женщины. Нин Шу взяла кисть для киновари и нарисовала на кости руну. Кость даже стала немного горячее. Нин Шу продолжила рисовать руны, пока вся кость не была ими покрыта. Наконец, кость начала становиться хрупкой и пустотелой. После того, как Нин Шу осторожно сжала кость, та тут же превратилась в порошок, который Нин Шу положила в чашу. Нин Шу рассмеялась, взяла киноварь и различные другие вещи, а потом смешала их с порошком, пока не получилась похожая на чернила смесь. Затем она взяла кисточку для киновари и окунула её в эту смесь, после чего начала рисовать руны на жёлтой бумаге. Она использует его собственную силу против него. Она использует эти талисманы, чтобы разобраться с Фэн Инем. Нин Шу увидела этот метод в древних книгах по техникам Горы Мао. Нин Шу рисовала талисманы всю ночь, даже несмотря на то, что рано утром ей нужно было вставать, чтобы приготовить завтрак для детей. Она положила готовые талисманы в тряпичную сумку и довольно похлопала по сумке. После завтрака старик взял Нин Шу, чтобы продолжить заниматься делом. Он оставлял всю работу на Нин Шу. Сам он вступался только когда Нин Шу не могла решить проблему. Нин Шу сталкивалась со всевозможными призраками. Призраки матерей имели исключительно сильные злобные ауры. Нин Шу также видела одержимости призраками и всевозможных других мелких призраков. Это позволило Нин Шу лучше ознакомится с процессом экзорцизма. Однако лицо старика становилось всё более и более обеспокоенным. Его брови были собраны в кучу, а в его мыслях было беспокойство. Нин Шу спросила: — Учитель, вы всё ещё беспокоитесь о том массовом захоронении? — Да, — старик разгладил бороду. – У меня никак не проходит дурное предчувствие. Люди нашей профессии инстинктивно чувствуют хорошую или плохую удачу. В любом случае, с тем массовым захоронением явно что-то не так. Нин Шу не удержалась и сказала: — Раз там нет злобной ауры, то это означает, что какой-то яростный дух поглотил злобную ауру и энергию инь. — Вот именно это меня и беспокоит. Этот призрак так и не появился. Но, раз он поглотил злобную энергию массового захоронения, то он должен быть крайне сильным. Старик вздохнул. — Я прожил долгую жизнь, так что если я умру, то это будет не зря. Однако что насчёт детей. Старик впал в меланхолию. — Забудем об этом, будь то благословение или бедствие, нам от этого не скрыться. Ты скоро отправишься набираться опыта, — сказал старик. – Возьми Тао Шэна с собой. Нин Шу: →_→ Зачем ей брать с собой Тао Шэна? Она же собиралась разобраться с призрачным королём. Хоть у Тао Шэна и были кое-какие навыки, призрачный король мог убить его щелчком пальца. Нин Шу тут же отказалась. — Учитель, я не хочу брать Тао Шэна с собой. Позвольте ему ещё немного поучиться у вас. Старик прищурился и сказал: — Выживет тот, кто сможет уйти. Ты должна передать дальше искусство Горы Мао. — Нет, я не думаю, что буду в безопасности, когда уйду. К тому же, что мне делать, если я не смогу достаточно хорошо присматривать за младшим братом и с ним что-нибудь случится? – сказала Нин Шу. – Разве ваше прошлое гадание не сказало, что мне опасно идти набираться опыта? Нин Шу добавила: — Учитель, я тоже провела для себя простое гадание. Результат был очень плохим. Будет гораздо опаснее позволить младшему брату пойти со мной. — Ну, главное, чтобы ты была счастлива. Старик искоса глянул на неё. — У нас есть новая работа. Ты можешь пойти и заняться ей. Это работа от моего старого знакомого. Его сын стал одержимым. А ещё, в его компании стали происходить какие-то странные события. Работники постоянно получают травмы. Он продолжает настойчиво просить меня, чтобы я взглянул, — сказал старик, глядя на Нин Шу. – Постарайся выудить из него побольше денег. Мы уже давно не ели мяса. Нин Шу спросила: — А разве вчера вы не ели мясо? — А я ел? Старик печально посмотрел в небо, словно сострадательный бессмертный, который оплакивает состояние мира. Нин Шу развернулась и ушла собирать свои вещи. ---------- Полно Сушёных Лепёшек На следующий день Нин Шу подошла к старику с разбухшей сумкой на спине. Её сумка была полна вещей для экзорцизма, вроде мечей из персикового дерева, талисманов, кисточек для киновари и различных других приспособлений. Когда она пришла в главный зал, старик зажигал благовония перед статуями Трёх Божественных Учителей. Нин Шу тоже взяла палочки благовоний, чтобы присоединиться к нему в чтении молитв. Старик повернулся к ней и с улыбкой сказал: — Ты уже большая девочка, будь осторожна в дороге. Береги себя. Нин Шу сказала: — Я знаю, Учитель. Вы тоже берегите себя. Старик достал компас и протянул его Нин Шу. — Это магический артефакт, оставленный основателем, в Горе Мао он остался всего один. Нин Шу тут же замахала руками. — Учитель, не отдавайте мне компас. Это ведь то, чем пользовался основатель. Этот компас был громоздким и мистическим. С первого же взгляда на него было очевидно, что у него была долгая история. Что если она его сломает? В изначальной истории Тао Цинь пришлось положиться на этот компас, чтобы выжить. Она прикрепила к компасу свою душу, поэтому Фэн Инь и не проглотил её. А иначе у неё не было бы даже и шанса предложить свою душу в качестве контратаки. Она использовала силу этого компаса, чтобы сохранить свою душу нетронутой. Старик вложил компас в руки Нин Шу. — Хватит уже, я хочу, чтобы ты его взяла. После этого он дал Нин Шу ещё одну тряпичную сумку. Нин Шу заглянула внутрь. Она была полна сушёных лепёшек. При виде такого большого количества лепёшек, у неё в душе возникло дурное предчувствие. — Учитель, это же лишняя трата времени, готовить для меня так много лепёшек, — сказала Нин Шу. — Да это ерунда. По дороге съешь, — сказал старик. Нин Шу: — … Вы что, хотите, чтобы я шла туда пешком? — Учитель, а вы не могли бы заплатить за такси? Нин Шу представила, как ей придётся идти в большой город на своих двоих, и от этого образа ей захотелось умереть. Старик просто ответил: — У нас нет столько денег. Однако люди нашей профессии могут заработать деньги везде, куда бы они ни пошли. — Но может ли этот одержимый человек ждать столько времени? – раздражённо сказала Нин Шу. — С ним всё будет в порядке. Я с ним знаком. Я ему уже давал несколько талисманов ранее, этого должно хватить надолго. Старик умело противостоял каждому её аргументу. В любом случае, денег всё равно не было. Нин Шу: … Нин Шу встала на колени, поклонилась старику и сказала: — Берегите себя, Учитель. — Когда доберёшься до города, иди по этому адресу, чтобы найти моего знакомого. Старик протянул Нин Шу обрывок бумаги с написанным на нём адресом. Нин Шу брала бумагу и развернулась, чтобы уйти из главного зала. Однако, спустя несколько мгновений, она оглянулась назад, на старика в зале, чувствуя некоторое опасение. Она не знала, сможет ли она вернуться. Она отправлялась в судьбоносное путешествие. Как только Нин Шу вышла из даосского храма, она услышала голос Тао Шэна. — Подожди минутку, старшая сестра. Она обернулась и увидела Тао Шэна. Тао Шэн подбежал к Нин Шу и дал ей небольшую сумку с фруктами. Он сказал: — Ешь их, когда тебе в пути захочется пить. Нин Шу улыбнулась и взяла сумку. — Спасибо, младший брат. И вот так Нин Шу ушла с большой и маленькой сумкой. На душе у Нин Шу была горечь. Неужели ей действительно придётся идти в город Х? Топая по дороге, полной жёлтой пыли, она с трудом, но всё же дошла до ближайшего города. Нин Шу решила подзаработать немного, чтобы было чем заплатить за автобус и доехать до нужного города. — Послушай старший братец, вокруг твоего лба витает мрачная аура. Недавно… — Тупица, ты что, забыла принять лекарство… Нин Шу: … — Послушайте мисс, вокруг вашего лба витает мрачная аура, и цвет вашего лица кажется тусклым… — Ты кого это тут назвала мисс? А ну-ка повтори! ---------- Нынче Трудно Вести Дело Нин Шу: … И почему нынче так трудно вести дело? Наконец, Нин Шу подвернулась её первая работёнка, а именно – ребёнок, плачущий по ночам. Ребёнок, которому было около пяти месяцев, душераздирающе рыдал всю ночь напролёт. Оказалось, что это была заблудшая душа. Нин Шу взяла пару палочек для еды и воткнула их чашу с водой. Затем она попросила родственников ребёнка звать его по имени вдоль дороги поблизости от их дома. После долгой работы Нин Шу роскошно пообедала в доме хозяев. Перед уходом они дали ей немного денег. Нин Шу использовала эти деньги, чтобы сесть на автобус дальнего следования, который шёл в город Х. Город Х был крупным городом со множеством небоскрёбов. Как только Нин Шу сошла с автобуса, она почувствовала, что её одежда слишком выделяется. По её виду сразу было понятно, что она – деревенщина. Но Нин Шу было всё равно. Она достала адрес, который ей дал учитель, поймала такси и попросила водителя отвезти её к нужному месту. Такси привезло её в шикарный район. У ворот Нин Шу остановили сотрудники службы безопасности, и она не смогла пройти. Более того, у неё не было денег заплатить за такси. Жизнь была такой тяжёлой. Нин Шу сказала охраннику: — Привет, я ищу мистера Се Вэймина. Пожалуйста, проинформируйте его, что я – ученица Тао Чэна. Охранник осмотрел Нин Шу с головы до ног. Она была одета в поношенную одежду и носила тряпичную сумку. К тому же, её обувь была вся в жёлтой пыли. Она совсем не была похожа на человека, связанного с тем типом людей, что проживали в этом районе. Естественно, Нин Шу заметила, как он осматривает её, и презрение во взгляде охранника, поэтому сказала: — Я тут по делу. Если вы будете задерживать дела мистера Се, то можете не сохранить свою работу. Вы должны позвонить и спросить. Это не потребует больших усилий. Охранник неспешно позвонил. Нин Шу осталась ждать и сказала водителю такси: — Подождите немного, пожалуйста. Сейчас кто-нибудь придёт и заплатит. Водитель такси закатил глаза. У него не было иного выбора, кроме как ждать. После того, как охранник позвонил, вышел мужчина средних лет. В его бровях читалось беспокойство и встревоженность. Его брови были плотно собраны в кучу. Ещё даже до того, как он подошёл, Нин Шу почувствовала немного энергии инь на его теле, отчего он выглядел мрачным и вялым. — Твой учитель не пришёл? Се Вэймин увидел, что Нин Шу была одна и немного разочаровался. Когда он увидел её деревенскую прямую чёлку, отчего она выглядела ещё моложе, он стал ещё более разочарованным. Нин Шу сказала: — Мистер Се, помогите мне заплатить за такси. У меня нет денег. Се Вэймин без вопросов расплатился и сказал охраннику: — Больше её не останавливайте. Затем он отвёл Нин Шу на виллу. Как только они вошли в гостиную, Нин Шу почувствовала, что вся вилла была полна злобной энергии. Она достала бумажный талисман и протянула его Се Вэймину. — Держите его при себе. Се Вэймин поблагодарил её и сунул бумажный талисман себе в карман. Кто знает, был ли это психологический эффект, но Се Вэймин почувствовал, как его голова прояснилась, и он уже больше не чувствовал себя таким уставшим. — Маленькая даоситка, первым делом сходите проведать моего сына, — взволнованно сказал Се Вэймин, обращаясь к Нин Шу. Нин Шу кивнула и Се Вэймин отвёл её в комнату своего сына. Дверь была покрыта талисманами. Нин Шу нахмурилась. Использование каждого бумажного талисмана было разным, поэтому, если их слепо лепить все подряд, то это может создать только ещё больший беспорядок. — Сорвите эти талисманы с двери, — сказала Нин Шу. Се Вэймин тут же сорвал бумажные талисманы, прежде чем Нин Шу открыла дверь. Она тут же почувствовала порыв холодного воздуха, идущий прямо в её тело, отчего у неё всё тело покрылось гусиной кожей. В комнате витал странный запах. В комнате было темно. Окна были закрыты, а занавески блокировали свет. Прошло некоторое время, прежде чем Нин Шу привыкла к подобной темноте. Она бегло осмотрела комнату. Стены, мебель, кровать, всё, куда можно было прилепить талисманы, было облеплено талисманами. Юноша был привязан к постели. Его лицо было бледным, а его губы были синими. Между бровей у него была сконцентрирована темнота. Его жизненная энергия была полностью подавлена аурой смерти. Если бы она прибыла чуть позже, то он, вероятно, уже не дожил бы до этого момента. ---------- Животный Рык Сын Се Вэймина, Се Июань, где-то столкнулся с призраком, и Се Вэймин уже приглашал множество монахов и даоситов, чтобы взглянуть на него. Но в эти дни было совсем немного монахов и даоситов, у которых действительно были навыки, и нынче люди не так внимательно относятся к деталям, как раньше. В прошлом им всегда приходилось обдумывать различные табу, которые они могли бы нарушить, прежде чем что-либо делать. Се Вэймин множество раз переписывался со стариком и просил его спасти сына. Мысленно, у него не было уверенности в Нин Шу, но, ради своего сына, у него не было иного выбора, кроме как испытать все возможные варианты. Если она не сможет справиться с этим, тогда она точно вызовет сюда своего учителя. Нин Шу достала бумажный талисман и зажала его между пальцами. Бумажный талисмант вспыхнул пламенем, разгоняя собравшуюся энергию инь в этой комнате. Затем она вошла в комнату. Нин Шу открыла занавески и яркий солнечный свет тут же пролился в комнату, освещая Се Июаня, лежащего на постели. До этого в комнате было темно, поэтому Нин Шу не могла ясно разглядеть состояние Се Июаня. Но теперь она увидела, что его лицо было синим и опухшим, а на лбу была повязка. Из-за яркого света ему явно стало неуютно. Он начал извиваться и рычать на Нин Шу, стоящую у постели. Он не говорил, а, скорее, издавал животный рык. Нин Шу достала бумажный талисман и прилепила его к лицу парня. Его тело сотряслось, а лицо исказилось, после чего чёрный дым начал выходить из его бровей. Спустя некоторое время его глаза закатились и он потерял сознание. — А что случилось с его лицом? – спросила Нин Шу у Се Вэймина. Се Вэймин вздохнул и сказал: — Если его не привязывать, тогда он начинает биться о стены и прыгать с лестницы. Он боится света. Стоит только открыть занавески, как он сходит с ума. Нин Шу проигнорировала бессознательного Се Июаня. Вместо этого она достала компас, чтобы проверить фэн-шуй виллы. Было ли что-то не так с её местоположением? В эти дни люди редко задумывались о фэн-шуе для своего дома. Иногда, когда люди с энергией ян жили в доме с большим количеством энергии инь, в доме постоянно происходили какие-нибудь происшествия. Именно так и появились дома с привидениям, в которых постоянно что-то происходило. Люди, которые умирали в этих домах, лишь увеличивали собравшееся негодование. Если кто-то переедет в такую комнату, то они, скорее всего, либо захотят умереть, либо почувствуют, что их продолжительность жизни слишком велика. Способность Нин Шу определять фэн-шуй была лишь на приемлемом уровне. Она могла видеть только хорошую или плохую удачу, и не умела менять фэн-шуй простой перестановкой предметов. С фэн-шуем виллы проблем не было. Обычно богатые люди особенно щепетильны в этом вопросе, потому что они могут всё потерять, если не будут обращать внимание на такие вещи. После проверки фэн-шуя, Нин Шу вернулась в комнату Се Июаня и проверила его пульс. Се Юань не был одержим призраком, но злобная энергия вошла в его тело. От этого его тело было в хаотичном состоянии, и магнитное поле его внутренних органов было изменено этой злой энергией. Из-за разлагающих эффектов злобной энергии, Се Июань стремительно направлялся к ранней смерти. Нин Шу сняла свою тряпичную сумку. Она достала листья ивы, аир и всевозможные штуки, необходимые для изгнания злых духов. — Где кухня? Мне нужно это вскипятить, — спросила Нин Шу. Се Вэймин отвёл Нин Шу на кухню. Однако он также переживал, что она не знает, как пользоваться вещами на кухне и попросил слуг ей помочь. Вместо того, чтобы кипятить вещи в воде из-под крана, Нин Шу использовала беспочвенную воду из даосского храма. Беспочвенной водой была дождевая вода, которая не падала на землю. Когда вода в кастрюле закипела, Нин Шу подожгла бумажный талисман и положила сгоревший чёрный пепел в кастрюлю. Когда Се Вэймин увидел чёрную и похожую на яд смесь в кастрюле, его лицо перекосилось, и он спросил: — Что случилось с моим сыном? — Злобная энергия и энергия инь укоренились в его теле. Он столкнулся с чем-то злым, — ответила Нин Шу, пристально глядя на кастрюлю. ---------- Держите Его Как только зелье было готово, Нин Шу налила чашу для Се Вэймина и сказала: — Вы тоже должны немного выпить. Так как вы были с Се Июанем каждый день, то вас тоже запятнала злобная энергия. Се Вэймин ничего не сказал и сразу же выпил зелье экзорцизма. Нин Шу увидела, как чёрный дым постепенно покидает его тело. Хоть Се Вэймин и не имел в своём теле злобной энергии, как это было с его сыном, он всё равно оказался подверженным её влиянию. Вот почему у него в последнее время всё шло наперекосяк. Нин Шу взяла чашу и пошла в комнату Се Июаня. Она прижала талисман к его лбу. Се Июань тут же почувствовал себя неуютно и начал крутиться в постели, после чего очнулся. Он тут же начал тяжело дышать, а его зрачки расширились. — Пусть несколько человек удерживают его, сказала Нин Шу, после чего Се Вэймин тут же подал сигнал нескольким телохранителям, стоящим у двери, чтобы они вошли. Четыре телохранителя прижали Се Июаня, в то время как Нин Шу вытянула руку, чтобы зажать нос Се Июаня. При этом он даже попытался вытянуть шею, чтобы укусить Нин Шу за руку. Нин Шу достала ещё один бумажный талисман и использовала его, чтобы ограничить движения Се Июаня. Затем она успешно зажала его нос и влила чашу лекарства в его рот. Пока Се Июань пил зелье экзорцизма, ему явно было больно. Он дико рычал, а его тело дёргалось. Однако он был привязан к постели и четыре телохранителя удерживали его на месте, поэтому он не мог ничего сделать. Глаза Се Июаня покраснели, а из его тела начал выходить чёрный дым. Нин Шу достала бумажный талисман и прилепила его на тело Се Июаня. Она также прилепила по одному на каждого телохранителя. После этого она нарисовала в комнате формацию заклинания для сбора энергии ян. В этот раз, из-за компаса, артефакта основателя, комната не только наполнилась ослепительным светом, но ещё и температура начала медленно подниматься. Злобная энергия, скопившаяся в комнате, вскоре рассеялась. Под влиянием зелья и формации заклинания для сбора энергии ян, злобная энергия в теле Се Июаня начала подниматься, сопротивляясь формации заклинания. Нин Шу не спешила. Главное, чтобы злобная энергия покинула тело Се Июаня. — А, а, а… Се Июаню было крайне неуютно. Он издавал нечеловеческий рык и умудрился порвать верёвки. Без сдерживающих его верёвок, четыре телохранителя уже больше не могли удерживать Се Июаня. Се Июань взревел и побежал в сторону балкона. Он явно хотел спрыгнуть со здания. Сердце Нин Шу подскочило до её горла. Она мобилизовала свою силу и одним прыжком оказалась позади Се Июаня. Она схватила его за воротник на спине. Нин Шу показалось, словно её тянет пара скаковых лошадей. Сила Се Июаня была пугающей. Если бы Нин Шу не практиковала Непревзойдённые Боевые Искусства, то Се Июань уже вытащил бы её на балкон. Нин Шу обхватила Се Июаня за талию, использовала свою энергию, и перекинула Се Июаня через плечо. Затем она взяла в контрольный приём руку Се Июаня и придавила его спину коленом, после чего достала из своей сумки горсть клейкого риса, смешанного с киноварью. Она прижала его к спине Се Июаня. Боль Се Июаня возросла до новых высот. Его лицо исказилось, когда он открыл рот, чтобы позвать Се Вэймина. — Пап, помоги мне. Помоги мне… Се Вэймин сделал пару шагов вперёд, его глаза были красными от душевной боли. Он вытер свои слёзы и повернул голову в другую сторону. Он не мог смотреть на то, как его сын находится в таком состоянии. После того, как Нин Шу испробовала все возможные методы, плюс формация заклинания для сбора энергии ян, температура в комнате начала постоянно подниматься. Энергия ян становилась всё более и более обильной. Се Июань, наконец, больше не смог этого выносить и потерял сознание. Нин Шу отпустила руку Се Июаня. Она тяжело вздохнула и вытерла холодный пот со лба. Разбираться со всем этим самой было слишком тяжело. Рядом с ней не было старика, который мог бы помочь ей разобраться с этой ситуацией, поэтому ей невольно не хватало уверенности. Конечности Нин Шу ощущались немного слабыми, а её руки слегка дрожали. Она явно в этот раз перенапрягла своё тело, чтобы остановить Се Июаня. Телохранители перенесли Се Июаня на постель. Дыхание Се Июаня было слабым, а его лицо было пепельно-серым. Нин Шу сказала: — Вскипятите воду с аиром, чтобы он принял ванну. Его обмазали трупным маслом. ---------- Трупное Масло Было Размазано По Его Телу Нин Шу уловила дуновение определённого запаха, идущего от тела Се Июаня. Запах был отвратительным, но при этом – душистым, поистине странным. Нин Шу уже почувствовала его ранее, перед тем как вошла в комнату. Она никогда не представляла, что это будет трупное масло. И этот запах стал сильнее, когда она сейчас оказалась вблизи от Се Июаня. Как только Се Вэймин услышал о трупном масле, его лицо стало неприглядным. Он тихим голосом спросил: — Неужели кто-то специально хотел ему навредить? Нин Шу тихо ответила: — Трупное масло делается из трупов. У мёртвых очень тяжёлая энергия инь, поэтому плохие вещи гораздо чаще происходят, если размазать по своему телу трупное масло. Се Вэймин нахмурился, глядя на постель, где лежал Се Июань. Его взгляд стал особенно яростным. Се Вэймин приказал слугам вскипятить воду с аиром, чтобы Се Июань принял ванну. Нин Шу села на диван, скрестив ноги. Видя, что Се Вэймин подошёл к ней, она сказала: — Мне негде остановиться, поэтому выделите мне комнату рядом с комнатой вашего сына. Таким образом, я буду первой, кто узнает, если с ним что-нибудь случится. Естественно, у Се Вэймина не было возражений. Нин Шу добавила: — Учитель сказал, что в этот раз вы должны заплатить больше. Се Вэймин не знал, то ли рассмеяться, то ли заплакать. Он кивнул и сказал: — Деньги – это не пробелма. Я просто хочу, чтобы мой сын был здоровым, а компания вернулась в прежнее русло. В последнее время там творится много странных вещей. У работников постоянно происходят несчастные случаи. Если всё так и продолжится, тогда компания обанкротится. Помоги мне проверить компанию. Нин Шу ответила: — Ладно. После небольшого отдыха, Нин Шу приготовила лекарство для Се Июаня, а потом отнесла ему в комнату. Температура в комнате Се Июаня была высокой, а свет был невероятно ослепительным. Простыни Се Июаня уже промокли от его пота. Нин Шу попросила слугу принести немного воды для Се Июаня. Если он продолжит потеть как из ведра, то умрёт от обезвоживания. Но слуги знали, что Се Июань столкнулся с чем-то злым, поэтому никто из них не смел близко подходить к комнате, опасаясь, что это может привлечь внимание призрака. Из-за этого Се Вэймин разгневался. А потом лично принялся ухаживать за своим сыном. Нин Шу могла понять слуг. Если они окажутся впутанными в подобные вещи, тогда они, скорее всего, либо умрут, либо едва-едва останутся в живых. Следующие несколько дней Нин Шу заботилась о Се Июане. После того, как он какое-то время пил лекарство, его пульс уже не был таким хаотичным. Теперь, когда она прикладывала талисман к телу Се Июаня, у него уже не было никакой радикальной реакции. Очевидно, что злобная энергия и энергия инь в его теле уже почти рассеялись. Се Июань должен восстановиться должным образом, а иначе его тело не выдержит. Се Вэймин тоже заметил, что его сын теперь был гораздо более нормальным и не сходил с ума, как раньше, постоянно пытаясь покончить с собой. А ещё Се Июань был гораздо более здравомыслящим. Когда он пришёл в себя, он стал узнавать людей, отчего Се Вэймин почувствовал облегчение. Этот период был особенно тяжёлым для Се Вэймина. Его жена умерла рано и оставила ему лишь одного ребёнка. Полгода назад его сын вернулся после обучения за границей, и начал управлять компанией. Но, неожиданно, произошло такое. Се Вэймин убедился, что у Нин Шу неплохие способности. Он похвалил старика перед Нин Шу, говоря, что тот великий учитель, раз у него такая великолепная ученица. Се Вэймин хотел, чтобы Нин Шу как можно скорее пришла в его компанию. Он сказала Нин Шу: — Маленькая даоситка, пойдём сегодня со мной в компанию. — Просто зовите меня Тао Цинь, пожалуйста. Давайте пойдём в компанию, — сказала Нин Шу. Се Вэймин осмотрел Нин Шу с головы до ног и спросил: — У тебя есть только такой комплект одежды? Одежда Нин Шу действительно была деревенской, поэтому она могла лишь кивнуть. — Ага, у меня есть только это. — А какая одежда тебе нравится? Я попрошу секретаршу купить тебе пару комплектов. Тебе нравятся платья? Се Вэймин видел, что Нин Шу совсем не похожа на девушку. Разве нынче встретишь таких девушек? Нин Шу махнула рукой и сказала: — Джинсов и футболок будет достаточно. В платье будет неудобно работать. Се Вэймин попросил свою секретаршу купить одежду для Нин Шу. Нин Шу переоделась в джинсы и футболку, и завязала свои волосы в пучок. После этого она взяла с собой только коровьи слёзы. Она села в автомобиль и приехала в компанию с Се Вэймином. ---------- Сун Сихань Компания Се Вэймина была огромной. Когда они добрались до компании, Нин Шу намазала коровьи слёзы на свои веки, сложила пальцы и прочитала заклинание, прежде чем войти в здание. Работники компании были удручёнными и уставшими. Се Вэймин и Нин Шу вошли и просканировали помещение. Несколько человек спали за своими столами. Нин Шу моргнула и увидела сотрудницу компании, стоящую перед принтером и что-то распечатывающую. Однако позади неё стоял призрак, который пристально смотрел на неё и даже поднёс её волосы к своему носу, чтобы понюхать их. Сотрудница компании взяла распечатанные документы и развернулась, пройдя через призрака, стоявшего за ней. В этой компании действительно были призраки. К тому же, они смели появляться при свете дня. В любом случае, вся компания была охвачена мрачной атмосферой и знакомой злобной энергией. Призрак не последовал за сотрудницей компании. Вместо этого он пошёл развлекаться с другими людьми, вроде сотрудника компании, который наливал воду. Чашка в его руках каким-то образом перевернулась, и горячая вода пролилась на его промежность. Из-за этого мужчина испуганно подскочил. А призрак просто наслаждался этой сценой. Позже внезапно отключилось электричество. Работа многих сотрудников не была сохранена, и они взвыли от этого скачка напряжения. Призрак обхватил живот руками и дико расхохотался. Нин Шу посмотрела на призрака. Ему было около двадцати лет, отчего он выглядел молодым и озорным. Она просто холодно уставилась на него. Призрак заметил, что Нин Шу смотрит прямо на него, поэтому он подлетел к ней. Нин Шу почувствовала холодный воздух, идущий к ней, словно она была перед холодильником. Призрак помахал рукой перед Нин Шу. — Ты меня видишь? Нин Шу повернула голову и ушла. Сейчас было не время разбираться с ним. Нин Шу последовала за Се Вэймином по компании. Нос Нин Шу дёрнулся, когда мимо них прошла женщина. На этой женщине была юбка-корсет, демонстрирующая её стройную талию. Она была красивой и очаровательной женщиной. Её щёки было румяным, словно персик, а всё её лицо сияло. Что ещё более важно, её тело излучало аромат любви и желания. Должно быть, совсем недавно произошло что-то двусмысленное и неописуемое. Этой девушкой была Су Сихань. Когда призрак увидел Сун Сихань, он поспешил вытереть её стул от пыли. Конечно же, на самом деле, он не мог его вытереть, его рука прошла сквозь стул. Су Сихань, похоже, могла видеть призрака, так как она ему улыбнулась. Тот факт, что они были так вежливы друг с другом означал, что они явно связаны. Нин Шу глянула на призрака, чувствуя замешательство. Это и был Фэн Инь? Не может такого быть. Разве ей не говорили, что Фэн Инь имел неописуемо красивую внешность? Как этот призрак может быть им? Этого призрака едва ли можно считать приемлемым. Пока Нин Шу думала об этом, она увидела мужчину в красном рядом с Сун Сихань. Он был одет в красные одежды в древнем стиле, а его волосы были свободно распущены. Его руки были спрятаны в рукава, а его темперамент был естественным образом выдающийся, внушая восхищение всем остальным. Его брови склонялись к вискам, его глаза мерцали светом. Его черты лица были идеальными, словно нарисованные художником-мастером. Он был словно мужчиной, который сошёл с картины и пересёк тысячелетия истории. С благородством, выгравированным на его костях, он казался учтивым, словно таланты из династий Вэй и Цзинь. Его красное одеяние было словно огонь, отчего его внешность казалась буйной и романтичной. Нин Шу прищурилась и почувствовала, как её глаза жжёт от сияющей красной мантии. Этот мужчина и был Фэн Инь, каждое движение которого было изысканным, а каждое слово – элегантным. ---------- Выглядела Словно Чокнутая Теперь, глядя на несравненную соблазнительную красоту Фэн Иня, Нин Шу поняла, насколько она была глупой, соглашаясь на задание. Такую красоту нельзя убивать! Блин, этот призрак был поистине великолепным. И этот яркий красный наряд… Учитывая то, каким красивым он был, ну и что с того, что он призрак? Всё же, внешность у него была королевская. Фэн Инь стоял позади Сун Сихань и наблюдал за её работой, с такой нежностью глядя на девушку, что у Нин Шу невольно сжалось сердце. Ах, как бы ей хотелось, чтобы и на неё кто-нибудь так посмотрел… Пожалуйста, кто-нибудь, посмотри на меня так же! Взгляд Фэн Иня скользнул по плечу Сун Сихань с такой жадностью, будто он был путником в пустыне, внезапно увидевшим оазис с прохладной водой. Нин Шу сглотнула, не в силах оторвать взгляд от призрака. Фэн Инь слегка опустился, ласково целуя Сун Сихань в шелковистую, гладкую кожу на щеке, а затем огляделся по сторонам. Взгляд Фэн Иня зацепился за немигающий взгляд Нин Шу, после чего призрак ухмыльнулся своей неповторимой, прекрасно-холодной улыбкой. Стоило Нин Шу увидеть глаза этого мужчины, как сотни звёзд взорвались в её груди. После того, что она увидела, она больше не сможет думать ни о ком, кроме Фэн Иня! Она поклялась самой себе, что после того, что она увидела кого-то настолько прекрасного, она ни за что не влюбится ни в кого иного. Призрак ухмыльнулся вновь, всё так же холодно и властно, а затем приобнял Сун Сихань за плечи, как бы показывая, что Нин Шу здесь совершенно лишняя. Ревность опалила чувства Нин Шу, однако она всё так же не смела отвести взгляд от мужчины. В голове начали мелькать судорожные мысли. Ей ведь никогда не нравились мужчины, как бы красивы они ни были! Даже один из братьев Калебаш, к которому она ощущала тепло, не был таким впечатляющим. Почему, ну почему этот мужчина, идеальный во всех смыслах, оказался чужим мужчиной, да ещё и призраком??? За что такие мучения? Тем временем, Фэн Инь опустил руку на грудь Сун Сихань, забираясь в глубокий вырез на блузке, заставив женщину покраснеть от смущения. Нежными движениями, Фэн Инь обхватил горошины сосков Сун Сихань и начал ласкать её с явным намёком на продолжение. Внутри Нин Шу стало по-настоящему жарко от этого вида. Она потянулась к своей промежности… Рука Нин Шу коснулась разгорячённой промежности и слегка потёрла её, не до конца осознавая свои действия и то, что происходит с её чувствами. Чувства слишком обострились. Казалось, что вокруг не осталось никого, кроме них двоих, во всём мире… И ласкает этот неописуемо красивый мужчина не Сун Сихань, а её, Нин Шу. От одного только образа Фэн Иня Нин Шу практически кончила. Однако тут же Нин Шу увидела темный силуэт, который в одно мгновение закрыл от её взгляда призрака. Это оказался один из сотрудников, который прошёл между столами, благодаря чему прервал зрительный контакт. Нин Шу поймала себя на мысли, что хочет убить этого сотрудника, чтобы не закрывал от неё Фэн Иня. Однако в этот миг внутри Нин Шу всё похолодело. Неужели, она начала пытаться удовлетворить себя из-за одного только взгляда на призрака??? Нин Шу тут же одернула руку от своей промежности и огляделась по сторонам. Должно быть, она выглядела, словно чокнутая, пока смотрела в одну точку и теребила себя. Когда она заметила несколько сотрудников, которые пялились на неё, желание окончательно сошло на «нет». Нин Шу тут же спряталась за своим рабочим местом и притворилась, что ничего не было, уткнувшись в монитор. В голове всё сильнее стучала мысль: Как она могла согласиться на это задание, зная, что все получатели, которые пытались выполнить его до Нин Шу, соблазнились на призрака? Наверняка, они тоже были уверены в том, что призраки – исключительное зло, но всё равно повелись на эту красоту. Почему эта мысль не пришла в голову раньше? Нин Шу вновь кинула взгляд на Сун Сихань. ---------- Сделали Ли Вы Что-Либо Неподобающее? На миг ей даже стало жалко девушку, ведь призрак явно не спрашивал, хочет ли она быть с ним, а просто добивался, не взирая ни на какие желания Сун Сихань. Взгляд Нин Шу скользнул выше, за спину Сун Сихань, но ничего и никого там не увидела. К счастью, Фэн Инь растворился. Нин Шу коснулась своих век и заметила, что коровьи слёзы высохли. Так вот, почему Фэн Инь пропал… Что ж, значит, пора немного поработать вместо того, чтобы изучать окрестности. Нин Шу углубилась в компьютер и начала работать над мелкими обязанностями, которые ей вменялись в этой фирме для прикрытия. После несколько изнурительного рабочего дня, Нин Шу постучалась в кабинет Се Вэймина. Он тут же впустил Нин Шу внутрь и начал расспрашивать о том, что происходит в компании, особенно настаивая на вопросе о том, есть ли там призраки. Нин Шу покачала головой: — Нельзя говорить об этом, пока мы не окажемся в безопасном месте. Се Вэймин удивлённо поднял брови. Нин Шу продолжила: — Тут слишком много лишних ушей и глаз, – Нин Шу обвела взглядом комнату, отчего Се Вэймин ощутил холод на коже. Он не мог до конца поверить в существование призраков. Тем более, в существование призраков вот так близко, прямо в компании, о которой он заботился кровью и потом. Судорожно вздохнув, Се Вэймин выключил рабочий компьютер и вместе с Нин Шу отправился домой. По дороге Нин Шу всё же рассказала о том, что видела призраков. Причём, их было явно больше, чем один. Умолчала лишь о том, что сама чуть не поддалась обаянию призрака. — А ты… — Се Вэймин смутился, коротко взглянув на Нин Шу, — Сделали ли вы что-либо неподобающее сегодня в компании? — Я… Хм… Нин Шу задумалась, как бы вывернуться из этой неловкой ситуации, но затем со вздохом продолжила: — Скорее нет, чем да. Сильный призрак попытался завладеть моим телом, но, к счастью, мне удалось вовремя избавиться от наваждения. Но… Этого больше не повторится, не переживайте, – успокоила Нин Шу. Когда Се Вэймин вернулся домой вместе с Нин Шу, они направились прямиком в комнату к Се Июаню. Он ощущал себя всё ещё не лучшим образом, но уже мог спокойно вести беседу. — Отец, что это за девушка, которая стоит рядом с тобой? Се Июань был явно раздражен тем, что в его комнате посторонний человек, о котором никто его не предупреждал. После того, как Се Вэймин посадил в кресло Нин Шу, он и сам сел в кресло по соседству, однако слова сына его взбудоражили. — Июань! Эта девушка-даосит, Тао Цинь, спасла тебе жизнь! Имей хоть капельку уважения, — Воскликнул Се Вэймин, слегка стукнув по подлокотнику кресла, в котором сидел. Се Июань скривился, с пренебрежением глядя на Нин Шу: — Благодарю тебя. — Не стоит благодарности, достаточно просто оплаты моих услуг, — Хмыкнула Нин Шу, едва ли взглянув в сторону Се Июаня. — Отец, оставь-ка нас ненадолго… — попросил Се Июань, — я бы хотел кое-что обсудить со своей спасительницей. Глаза Се Июаня стали на миг тёмными, но тут же вернули свой интересующийся, слегка недоверчивый блеск. Се Вэймин некоторое время вглядывался в лицо сына, но, посчитав, что в его просьбе нет ничего зазорного, тяжело поднялся со своего места. — Хорошо, сын. Но надолго наедине не оставайтесь, — согласно кивнул Се Вэймин и вышел из комнаты. Между Се Июанем и Нин Шу повисла неловкая тишина. Нин Шу не собиралась что-либо говорить, пока ей не зададут прямой вопрос. Это не был её выбор – остаться тут, поэтому и говорить первой предстояло не ей. Се Июань также, как и его отец, тяжело поднялся со своего места, слегка потерев переносицу, прошелся туда-сюда по комнате и, наконец, подошел к Нин Шу на опасно близкое расстояние. — Так значит, это ты меня спасла, да? – хмуро поинтересовался парень, слегка нависнув над девушкой, настолько маленькой, что казалось, будто она утопает в кресле, на котором сидит. — Так и есть. Я сделала всё, что было необходимо и возможно в вашем состоянии, — уверенно произнесла Нин Шу. — Тогда скажи-ка мне, Тао Цинь, как ты смогла справиться со взрослым крепким мужчиной в неадекватном состоянии? Се Июань наклонился совсем близко к лицу Нин Шу, практически касаясь её губ своими. Его тело как будто целиком закрывало Нин Шу от всего окружающего мира, ощущаясь при этом угрожающей громадой. Он наклонился ещё ниже, явно пытаясь поцеловать Нин Шу. Нин Шу без особых усилий пнула Се Июаня в живот и, как только он от неожиданности отступил от Нин Шу на несколько шагов, схватила его за одну из рук и завела её мужчине за спину, а затем сама села на его спину, прижав Се Июаня к полу. ---------- Почему Я Выгляжу Так Уродливо? — Понял… Слезай… — Попросил Се Июань сиплым голосом, как только осознал, что не может сдвинуться с места из-за невероятной силы девушки, сидящей сверху. — Только если больше не будешь делать попыток ко мне приставать, — холодно сообщила Нин Шу, не ослабляя хватку ни на секунду. — Обещаю! Обещаю! Отпусти! – едва не прокричал Се Июань. Спустя пару секунд руки Се Июаня оказались свободны от захвата, а спина – от тяжести Нин Шу. Потирая запястье, Се Июань сел обратно на свою кровать и уставился в глаза Нин Шу. Он больше не захотел задавать вопросы, потому, еще некоторое время поиграв в гляделки, кивнул девушке на дверь, не желая больше разговаривать. Нин Шу зашла в свою комнату, села на постель и начала раздумывать над тем, как же ей сопротивляться влиянию призрака. — 2333, ты тут? — Тихо позвала Нин Шу. — Тут. Неужели, без меня не можешь выполнить даже это простое задание? — Ехидно поинтересовался 2333, вызывая у Нин Шу сильное желание ударить его. Нин Шу усмирила своё недовольство. — 2333, скажи, есть ли способ скинуть влияние призрака, если призрак очень силён? — Единственный действенный способ избежать влияния призрака — не встречаться с призраком, — резонно подметил Система. — А если этого самого призрака нужно уничтожить, есть ли способ с ним не встретиться? 2333 замолчал. Нин Шу решила не звать его, занявшись более нужными делами. Разложила травы для лекарства Се Июаня и спустилась в кухню, чтобы заварить их. Спустя несколько минут Система вновь подал голос: — Способов избежать встреч с призраком, которого ты хочешь убить, несколько. — И какие же они, — с нетерпением спросила Нин Шу. — ...Но тебе они недоступны, — продолжил 2333, как ни в чём ни бывало. — Неужели, для меня нет ни одного способа, чтобы избежать влияния призрака или встреч с ним? — Ни одного. Полагайся на свою силу духа, я в тебя верю! Нин Шу топнула ногой, обиженная на Систему. — Ты самый бесполезный из всех, кого я знаю! Нин Шу со злостью закусила свою щёку. Если от 2333 никакой помощи не будет, придётся ей пытаться справиться самостоятельно. Фэн Инь стоял перед зеркалом и размышлял над тем, как ему свести с ума ту женщину, которая одним только своим появлением заставляла Сун Сихань ревновать. В конце концов, именно Сун Сихань ему нужна, а не какие-то там гусыни, которые готовы прыгнуть в его постель только от взгляда. Сун Сихань гораздо лучше, красивее, милее... Она — самая прекрасная девушка на всей этой прогнившей планете. И принадлежит только ему! Но, чтобы ей было спокойнее, он готов уничтожить любого, кто помешает их счастью. И, раз Сун Сихань мешает новенькая, ничего не остается, кроме как выпить эту девушку до дна. Аура у неё, как заметил Фэн Инь, выглядела довольно ярко. Значит, если он выпьет её, то обретёт неплохой бонус к уже имеющейся силе. Правда, были и некоторые минусы такого положения. Фэн Инь совершенно не представлял, что от этой новенькой ожидать. Как там её звали? Тай Дзынь? Тао Янь? Нет, не вспомнить точно... Учитывая, что девушка его видела, но только некоторое время, разумно предположить, что она либо даосит, либо кто-то, кто пользуется услугами даосита. Поэтому нужно быть осторожнее. Даже несмотря на то, что девчонка не представляет никакой угрозы и легко поддается влиянию, нельзя было не учитывать, что у неё может оказаться туз в рукаве. Конечно, можно действовать лицом к лицу и просто задавить её своей силой, однако тогда она может растерять много духовной энергии в процессе битвы. Были гораздо более приятные и гораздо менее опасные способы заполучить себе не часть энергии, а всю... Ему нужен был кто-то, кому эта девчонка доверяет, чтобы она расслабилась и потеряла бдительность. Будет достаточно даже нескольких минут. Ах, как будет чудесно, когда она умрёт, ничего не подозревая, от руки её любимого. О, нет... Ещё лучше будет, если она доверится ему и отдаст свою энергию полностью добровольно! Это будет самый лучший исход. Энергию, забранную насильно, приходится долго переваривать, превращая в нечто более подходящее. Однако та энергия, которая отдаётся даром, обладает особенной силой. Такую энергию не нужно перерабатывать и видоизменять. Она вливается в тело как будто по волшебству, идеально подстраиваясь под тело нового носителя... Фэн Инь изящно провел рукой по своему лицу, изменяя его до неузнаваемости. Коснувшись глаз, он изменил их разрез. Коснувшись губ, он изменил их форму и полноту. Само лицо стало более вытянутым и худым. Затем призрак коснулся некоторых точек на теле. В этот же момент тело его запузырилось, заставляя тихий стон вырваться из груди Фэн Иня. Мускулы словно сдулись, ноги стали стройными и длинными, волосы побелели, а рост несколько уменьшился. Фэн Инь закончил своё перевоплощение, отчего всё его тело слегка поднывало. Новое тело слишком отличалось от того, которое было у него изначально. Тихий смех заполнил пространство, а Фэн Инь придирчиво осмотрел свои новые лицо и тело. — Почему я выгляжу так уродливо? — Спросил в пустоту Фэн Инь, недоверчиво трогая своё лицо. — Ну и дурной же вкус у этой... Глупой гусыни. Фэн Инь изменил одежду согласно отпечатку памяти Нин Шу и повторно придирчиво оглядел себя. Его ноги были непривычно тонкими, да ещё и обтянутыми достаточно узкими штанами, к тому же очки, на его вкус, не добавляли привлекательности. Впрочем, такая одежда часто встречается в этом времени, поэтому призрак махнул рукой и, победно ухмыльнувшись, вошёл в зеркальную поверхность: — Ну что же... Поиграем, птичка?.. ---------- Был Озорным И Безвредным Нин Шу уже собиралась ложиться спать. Пошла в ванную с зубной щёткой наперевес, и, пока чистила зубы, смотрелась в зеркало над раковиной. Внезапно на краю зрения в зеркале что-то промелькнуло. Приглядевшись, Нин Шу не увидела ничего подозрительного в отражении и, прополоскав рот, широко зевнула, подняв руки высоко над головой. Ещё раз взглянув в зеркало, Нин Шу закричала от неожиданности. Из зеркала на неё смотрело... Лицо дяди школьного доктора. Стоило Нин Шу проморгаться и наваждение исчезло. В уверенности, что всего лишь от усталости ей показалось, Нин Шу пошла спать. Но спокойно поспать не вышло. Каждый раз, стоило закрыть глаза, перед внутренним взором стоял образ дяди школьного доктора. В итоге, ей так и не удалось уснуть до самого утра. К сожалению, ей всё ещё нужно было идти на работу в офис, так что скрепя сердце она заставила себя подняться. Так как всё утро Нин Шу клевала носом, она решила сходить в туалет и сполоснуть лицо прохладной водой. Когда прохладные капли коснулись глаз, стало явно легче, так что Нин Шу уже собиралась вернуться на рабочее место. Но не успела этого сделать, так как снова увидела фигуру дяди в отражении. Что он там делал!? Какого чёрта!? Дяди не может здесь быть! Он в сборном пространстве! Или... может? Нин Шу повторно всмотрелась в зеркальную поверхность, вот только дяди там уже не наблюдалось. На протяжении всего дня то здесь, то там показывался облик дяди школьного доктора, вот только его самого ни разу так и не удалось увидеть. Создавалось ощущение, что отражение играет с ней, ведь образ дяди школьного доктора был озорным и безвредным. Он просто маячил на краю зрения то в одной поверхности, то в другой. В какой-то момент Нин Шу показалось, что она сходит с ума, даже собиралась позвать 2333 на помощь, но так и не решилась показать свою слабость перед ним. К тому же, дядя, пусть и был жутким, никогда её не обижал. Он мог быть сколь угодно несправедливым и холодным, но гадом он не был никогда. Глубоко вдохнув и выдохнув, Нин Шу постаралась вернуть сердцу спокойствие. Талисман продолжал прекрасно работать, поэтому действительно, не прошло и секунды, как Нин Шу смогла вернуть холодный, трезвый ум. На удивление, Фэн Инь сегодня не появлялся, остались лишь рядовые призраки, с которыми можно было легко разобраться при помощи талисмана. Пускай они не умирали таким образом, зато исчезали с территории офиса, а это было уже достаточно неплохо. Когда Нин Шу уже собиралась пойти к Се Вэймину, чтобы покинуть офис и поехать домой, её взгляд нечаянно выцепил знакомую чёрную ветровку. Сердце Нин Шу судорожно сжалось, а время замедлилось, когда она побежала за этим человеком. Человек в чёрной ветровке словно вёл её куда-то, и Нин Шу покорно шла следом. Но стоило им зайти в безлюдное помещение, как человек обернулся... — Ты?.. — беспомощно и всё же с какой-то спокойной радостью спросила Нин Шу, уверенная за несколько часов до этого, что сошла с ума. — Я, — коротко согласился с ней дядя школьный доктор, с безразличным выражением лица глядя на Нин Шу. Нин Шу с сомнением оглядела дядю школьного доктора. Что-то в нём было не так. Но что именно — она никак не могла понять. — Ты... Узнал меня? — Задала Нин Шу интересующий её вопрос. Она была в другом теле. Вообще говоря, она постоянно была в разных телах. Пусть ей и казалось, что дядя школьный доктор её постоянно узнавал, она не была уверена в том, что это действительно так. И, раз судьба столкнула их таким необычным образом, она решила получить ответ на интересующий её вопрос. — Узнал, — произнёс дядя школьный доктор и улыбнулся настолько чарующей улыбкой, что ноги Нин Шу подкосились, но она не подала виду. Мозг Нин Шу начал судорожно размышлять, зачем вообще дядя школьный доктор появился в этом мире и что ему нужно конкретно от неё, ведь она была даже не продвинутого уровня! Дядя указал Нин Шу на диван у стены комнаты, а сам закрыл дверь на замок и присел напротив неё в кресло на колёсиках. Нин Шу заинтересовано ждала, что же ей скажет дядя. ---------- Нельзя Так Нагло Лгать Нин Шу достала талисман не для того, чтобы дать его Сун Сихань, да она и не ждала, что Сун Сихань примет его. Скорее, она сделала это только для того, чтобы разобраться с призраком-шутником. Как только призрак коснулся талисмана, он стал испускать чёрный дым, и даже его душа стала выглядеть немного прозрачнее. В этот момент он злобно уставился на Нин Шу и помчался к ней. Но выражение лица Нин Шу не изменилось. Держа талисман в руке, она вынудила призрака остановиться. Сун Сихань наблюдала со стороны и увидела, что талисман, который был у Нин Шу в руке, действительно обладал сдерживающим эффектом против призраков. Она невольно нахмурилась и сказала: — Талисманы – это же просто суеверия. Мы теперь в какой эпохе живём? Нин Шу: … Рядом с тобой сидит призрак, однако ты всё равно настаиваешь на том, что это всё феодальные суеверия? Младшая сестрёнка, нельзя так нагло лгать. Нин Шу подняла талисман в руке, отчего призрак-шутник с опаской отошёл ещё на несколько шагов от неё. — Эта штука может помочь оградить себя от призраков и злобных энергий. Никогда не помешает иметь её при себе. Хочешь поделюсь? – предложила Нин Шу, игнорируя ледяной взгляд Фэн Иня. Сун Сихань улыбнулась, покачала головой и сказала: — Не нужно. К ней теперь не смог бы подобраться никакой хитрый призрак. Рядом с ней был могущественный призрак-телохранитель, который отпугивал всех остальных призраков. Нин Шу раздала несколько талисманов своим коллегам в компании, говоря им, чтобы они присмотрели за ней на этой работе. Все сотрудники приняли бумажные талисманы Нин Шу. С таким количеством странных вещей, происходящих в компании в последнее время, в глубине души у всех были подозрения. По сути, с каждым из них происходили странные вещи и дурацкие розыгрыши. Некоторые из них уже больше не могли это выносить и уволились. Остальные остались только потому, что им нужно было как-то зарабатывать на жизнь. Если бы не это, то стали бы они добровольно оставаться в месте, где обитает призрак? Они приняли талисманы Нин Шу и поблагодарили её, говоря, что она может обращаться к ним, если у неё возникнут какие-нибудь трудности по работе. Нин Шу кивнула. Тц. Нин Шу хотела посоветовать Сун Сихань держать своего пса на поводке. Нехорошо вот так просто кусать людей. Когда Сун Сихань увидела, что Нин Шу использует бумажные талисманы, чтобы завести друзей среди коллег по работе, она поджала губы. В этот момент она заметила, что призрак-шутник забился в углу и ему было немного неуютно. Она не удержалась и прошептала Фэн Иню, находящемуся рядом с ней: — Эти талисманы правда не смогут на тебя никак подействовать? Мне кажется, Сяо Сы совсем плохо себя чувствует. Чёртова шлюха. Фэн Инь глянул на призрака по имени Сяо Сы, после чего повернулся с Сун Сихань со злой улыбкой. — Ты беспокоишься обо мне? — Размечтался, — сказала Сун Сихань, надувшись. — О, нет! Мне так плохо. Фэн Инь прислонился к Сун Сихань. Нин Шу: … Мои бедные глаза. Хорошо, что к этому времени коровьи слёзы на её веках уже высохли. Поэтому Нин Шу больше не могла видеть, как эти двое публично проявляют свои чувства. Но она всё ещё могла слышать, как Сун Сихань говорит сама с собой, словно психопатка. Едва только Нин Шу занялась чем-то, как она увидела, что Сун Сихань направляется в туалет. Нин Шу задумалась на мгновение, а потом последовала за ней. Когда она вошла в туалет, она увидела, что Сун Сихань прислонилась к раковине. Её глаза были закрыты, а руки подняты. Эта поза предполагала, что она с кем-то целуется. Но Нин Шу не могла видеть Фэн Иня. Она видела лишь раскрасневшееся лицо Сун Сихань, отчего она выглядела стыдливой и опьянённой. Нин Шу кашлянула, заставив Сун Сихань тут же открыть глаза. Она быстро опустила руки и стала выглядеть немного обеспокоенной. — Как ты так беззвучно вошла? ---------- Готова Заплатить Любую Цену Нин Шу почувствовала, что на ней сфокусировался убийственный взгляд. Должно быть, это был Фэн Инь, раздражённый тем, что она испортила ему удовольствие. Нин Шу, не меняя выражения лица, огляделась по сторонам, достала из кармана талисман и протянула его Сун Сихань. После чего прошептала: — Я правда думаю, что тут где-то есть призрак. А иначе почему ещё тут всегда такая зловещая атмосфера? Сун Сихань глянула на стоящего рядом Фэн Иня, который выглядел раздражённым и недовольным. Она почувствовала, что это невероятно мило, раз такой мужчина следует за ней, защищает её и любит её. В глубине души она немного неуважительно относилась к тому талисману, который ей предлагала Нин Шу, и сказала: — Бывают хорошие люди и плохие люди, также бывают хорошие призраки и плохие призраки. Мне не нужен талисман. Нин Шу: … Младшая сестричка, что это за странное мировоззрение у тебя? Почему ты всегда встаёшь на сторону призраков? Разве призраки – как люди? У них свои правила, у людей – свои. И хотя бывают хорошие и плохие люди, и уж точно бывают хорошие и плохие призраки, пересекать границу совсем нехорошо. К тому же, как ты можешь быть уверена в том, что тот, с кем ты столкнулась – это хороший призрак? Если бы не призрачный король, который постоянно был рядом с ней, с нынешним количеством энергии инь в теле Сун Сихань, она давно бы уже стала объектом желания многих призраков. Они бы все хотели занять её тело. Щека Нин Шу дёрнулась, когда она всунула бумажный талисман в руку Сун Сихань. — Никогда не помешает немного самозащиты. Отдав талисман, Нин Шу развернулась и вышла. Сун Сихань глянула на бумажный талисман в её руке, а потом глянула на Фэн Иня и сказала: — Мне внезапно начало казаться, что люди слишком раздражают. Я буду с тобой, и не важно, человек ты или призрак. Человеческое сердце гораздо страшнее, чем призрак, знаешь ли. Фэн Инь нахмурился и сказал: — Но мы с тобой человек и призрак, как ни крути. Вообще-то, это не очень хорошо для твоего здоровья. Сун Сихань крепко обхватила Фэн Иня за талию и сказала: — Пока я могу быть с тобой, я готова заплатить любую цену. Никто не сможет нас разлучить. Фэн Инь слегка улыбнулся, отчего он стал выглядеть ещё великолепнее, и опустил голову, чтобы потереться о макушку Сун Сихань. — Я буду защищать тебя и никогда не обижу. Фэн Инь небрежно взял защитный талисман из руки Сун Сихань и сказал: — Эти штуки от почти умирающего даосского искусства, для меня ничто. Ты… Прежде чем Фэн Инь успел договорить, его белая рука, похожая на нефрит, внезапно начала излучать клубы чёрного дыма, а энергия инь и злобная энергия вырвались из его духовного тела. Окружённая такой интенсивной злобной энергией, Сун Сихань почувствовала себя так, словно она упала в ледяной погреб, но она волновалась не за себя. Вместо этого она закричала Фэн Иню: — Фэн Инь, что случилось? Что случилось? Нефритоподобное лицо Фэн Иня было окружено злобной энергией и его брови стали выглядеть всё более и более героичным. В этот момент его глаза стали ярко красными, губы чёрно-фиолетовыми, а сам он стал выглядеть аномально злым. Фэн Инь хотел выбросить обжигающий его талисман, который держал в руке, но в этом талисмане обитала некая энергия. И эта энергия начала перетекать в его тело. С хмурым лицом ему всё же удалось выбросить талисман. Но Фэн Инь всё равно почувствовал дискомфорт в своей душе. Сун Сихань подобрала талисман, который был выброшен Фэн Инем, и открыла его. Он был пустым. Однако прежде Сун Сихань видела, что на нём что-то было написано киноварью. Как же так вышло, что теперь киновари тут нет? Сун Сихань посмотрела на Фэн Иня и обеспокоенно спросила: — Ты в порядке? Фэн Инь улыбнулся Сун Сихань. Его черты лица были словно нарисованной картиной, а его улыбка была ещё более чарующей. — Это ерунда. Не волнуйся. В глазах Сун Сихань отражалась лишь улыбка Фэн Иня. И хотя они уже были вместе, она всё ещё не могла сопротивляться его очарованию. Иногда Сун Сихань задумывалась, почему Фэн Инь так добр к ней? Когда Нин Шу вернулась на своё место, она осторожно намазала коровьи слёзы на свои веки и увидела призрака по имени Сяо Сы, прячущегося в тёмном углу. Возможно, из-за того, что у всех в кабинете на руках был талисман, плюс тот факт, что он недавно был ранен бумажным талисманом Нин Шу, но он не посмел больше творить необузданные розыгрыши. Но Сяо Сы с ненавистью ждал Нин Шу, которая выглядела равнодушно, словно не видела его. Она была его главным врагом… ---------- Чрезмерное Израсходование Жизненной Энергии Нин Шу никак не могла понять, почему Сун Сихань смотрела сквозь пальцы на то, что Сяо Сы так много развлекался в компании, и что хорошего ей в этом было. Всё же, Сун Сихань легко могла прекратить это, сказав пару слов. Нин Шу предположила, что Сун Сихань просто считала Сяо Сы своим младшим братцем. Он был просто непослушным, и, к тому же, он подшучивал над коллегами, которые с ней не поладили. Поэтому Сун Сихань решила, что пусть так и будет. Нин Шу увидела, как Сун Сихань вернулась из туалета. Её лицо было немного бледным, между бровями была мрачная аура, а посреди лба была не совсем очевидная чёрная линия. Было ясно, что злая энергия вошла в её тело. Её тело просто не могло справиться со сладким тесным контактом с Фэн Инем, который культивировал тысячу лет и чьё тело было сформировано из энергии инь и злобной энергии. Поцелуи и прочие неописуемые вещи, взымают свою плату – в виде чрезмерного израсходования жизненной энергии. Это выглядело мило, но Сун Сихань ожидал лишь один конец: её душа будет уничтожена. Тао Цинь умерла рано, поэтому она не знала, как Сун Сихань и Фэн Инь решили этот конфликт. Сун Сихань и Фэн Инь были главными мужчиной и женщиной этого мира, поэтому они так просто не расстанутся и не умрут. Нин Шу прошептала Сун Сихань: — Тот бумажный талисман, что я тебе дала, сохрани его. Он очень полезный. Выражение лица Сун Сихань было неприятным. Хоть она и не знала, нанесло ли только что произошедшее событие какой-то вред Фэн Иню, одного только вида его недовольного лица было достаточно, чтобы Сун Сихань почувствовала отвращение по отношению к внезапному появлению этой непонятной коллеги. — Не нужно. Я не боюсь призраков. Я не сделала ничего, что бы навредило этому миру, поэтому я не боюсь никаких призраков, — раздражённым голосом заявила Сун Сихань. Сун Сихань села в своё офисное кресло. — Ты постоянно говоришь о призраках и демонах, отчего все теперь беспокойны и на взводе. Она же просто встречалась с призраком, однако все эти люди так её достают. И что с того, что это призрак? Она хочет быть с призраком. А эта женщина настойчиво подсовывала ей талисман. Занимайся своими делами, пожалуйста. Сун Сихань выглядела раздражённой и немного взволнованной. Из-за того, что злобная энергия вошла в тело Сун Сихань, это нарушило магнитное поле тела. И теперь она даже не могла контролировать некоторые эмоции. Нин Шу пожала плечами. — Я просто предлагаю. Ты чего так разозлилась? — Я не разозлилась. Я просто думаю, что ты – странный человек, — немного взволнованно сказала Сун Сихань. Стоя рядом с ней, Фэн Инь заметил, что Сун Сихань злится, поэтому он прошептал ей на ухо: — Сихань, не злись. Я в порядке. Этот талисман для меня безвреден. Сердце Сун Сихань сжималось от боли за Фэн Иня. Совсем недавно, в туалете, он был окутан чёрным дымом и у него были красные глаза, отчего Сун Сихань возненавидела Нин Шу, которая дала ей тот талисман. После того, как Фэн Инь заверил Сун Сихань, он кивнул в сторону Сяо Сы, прячущегося в углу. Сяо Сы тут же рассмеялся, мрачно улыбнувшись в сторону Нин Шу. От этого злобная энергия вокруг его тела стала ещё гуще. Нин Шу увидела всё это и поняла, что Фэн Инь хотел, чтобы этот призрак-шутник убил её. Однако её выражение лица не изменилось. Она притворилась, словно ничего не увидела. К концу дня, когда небо уже потемнело, все сотрудники начали уходить один за другим. ---------- Облепила Талисманами Сун Сихань тоже ушла, и Фэн Инь последовал за ней. Однако перед уходом он не забыл подмигнуть Сяо Сы. Сяо Сы остался, и его глаза зловеще и пристально смотрели на Нин Шу. Нин Шу собрала свои вещи и вышла из офиса. Спустя какое-то время она почувствовала холод на своих шее и спине. Нин Шу опустила взгляд и увидела пару синих рук, душащих её. Призрак взобрался на неё и изо всех сил душил её. Нин Шу почувствовала, что ей стало тяжело дышать, а ещё она услышала голос призрака: — Почему бы тебе не взглянуть на себя в зеркало? Как ты посмела встать на пути Лорда Фэна и старшей сестрицы Сихань. Нин Шу осталась равнодушной. Она немного откашлялась и пошла в отдалённое место, прежде чем достала талисман. А потом она быстро прилепила талисман на лоб призрака. Сяо Сы тут же отпустил шею Нин Шу и зарычал. Он попытался убрать талисман со своего лба, но, когда он его коснулся, послышался шипящий звук и появился чёрный дым. — Я не приставала к тебе и не искала проблем, но ты всё равно пришёл ко мне. Нин Шу достала чёрную и сверкающую духовную жемчужину и зажала её между пальцами. Душа Сяо Сы слегка задрожала, когда он увидел духовную жемчужину. В шоке глядя на духовную жемчужину, хоть Сяо Сы и не знал, что это за штука, он почувствовал, что явно столкнулся с чем-то ужасным. Сяо Сы уже больше не было дела до талисмана на его голове, потому что он развернулся и побежал. Нин Шу достала ещё один талисман и прочитала заклинание. Талисман полетел следом за Сяо Сы и приклеился к его телу, обездвиживая призрака. Как бы сильно он ни сопротивлялся, он не мог убежать. Нин Шу подошла и прилепила ещё один талисман к его телу. К этому времени его тело уже стало пузыриться чёрным дымом, и даже его душа стала немного прозрачнее. Сяо Сы с перекошенным лицом посмотрел на Нин Шу, его взгляд был наполнен негодованием, а сам он выглядел как злой дух. Но Нин Шу не обратила внимания на его взгляд и спросила: — Это ты приложил руку к инциденту с Се Июанем? Сяо Сы повернул голову в сторону, игнорируя вопрос Нин Шу. Нин Шу никуда не спешила. Она достала ещё один талисман и прилепила к его телу, безразлично говоря: — У меня мало других вещей, но вот талисманов у меня полно. Когда талисман коснулся тела Сяо Сы, его лицо исказилось и густой чёрный дым вышел из его тела. Хоть этот призрак и не был настолько хорошим, как Фэн Инь, он всё равно был могущественным злобным призраком. Он совсем не был таким дружелюбным озорным призраком, как себе это представляла Сун Сихань. — Ты меня видишь? Сяо Сы удивлённо посмотрел на Нин Шу. А затем он заметил ещё один талисман в руке Нин Шу и его лицо стало недовольным. — Ты – экзорцист. — Я – даосит Горы Мао, — холодно сказала Нин Шу. – Это ты стоишь за инцидентом с Се Июанем? Сяо Сы усмехнулся. — С твоими жалкими навыками ты всё ещё смеешь важничать перед Лордом Фэн? Ты даже не заметишь, как умрёшь. Твоя смерть будет жестокой, и у тебя даже не будет шанса стать призраком. Нин Шу равнодушно прилепила талисман к его телу, и мучения Сяо Сы увеличились многократно. Его духовное тело становилось всё тоньше и тоньше. — Уничтожь меня, если сможешь. Сяо Сы неохотно посмотрел на Нин Шу. Его ногти стали расти всё длиннее и длиннее, пока он пытался освободиться от её контроля. Когда Нин Шу прилепила очередной талисман, Сяо Сы с болью сказал: — Я убью всех в этой компании. Никто из семьи Се не сможет сбежать. Нин Шу пожала плечами и прилепила ещё два талисмана. Прежде чем Сяо Сы успел снова заговорить, она прилепила ещё три талисмана к его телу. — Я покрою всё твоё тело талисманами, — сказала Нин Шу, облепливая его талисманами. Внешность Сяо Сы стала немного искажённой. Его душа стала значительно прозрачнее, а чёрный дым, исходящий из его тела, стал не таким густым. — Я спрошу ещё один раз: ты ли стоял за тем, что случилось с Се Июанем? – спросила Нин Шу, держа талисман в руке. Сяо Сы гневно уставился на Нин Шу. — И что с того, если я это сделал? Он ведь посмел домогаться женщины Лорда Фэн, и у него были недобрые намерения по отношению к Сун Сихань. Если ему не суждено умереть, тогда кому? Ха-ха, он, вероятно, к этому времени уже умер. Нин Шу снова спросила: — Тогда как ты нанёс трупное масло на его тело? Видя, что Сяо Сы хранит молчание, Нин Шу прилепила ещё талисман на его тело. Душа Сяо Сы стала тоньше, до такой степени, что её словно вот-вот сдует порывом ветра. ---------- И Он Выглядел… Сяо Сы невольно начал чувствовать намёк на страх, когда он увидел, что Нин Шу равнодушно лепит на него бумажные талисманы.Но ещё больше страха он почувствовал, когда увидел круглую чёрную бусину у неё в руке. Она слегка дрожала и у Сяо Сы было такое чувство, что он столкнулся с могучим врагом.Если он продолжит в таком духе, то его душа наверняка будет уничтожена.Даже призраки боятся злых людей.Нин Шу стала выглядеть так, словно она уже начала терять терпение.— Я тебя в последний раз спрашиваю, что именно произошло с Се Июанем?Сяо Сы зарычал, когда его лицо исказилось от боли, и неохотно сказал:— Конечно же, трупное масло нанесла Сун Сихань. Тот мужчина даже не понимал, насколько слабые его способности. Лорд Фэн дал Сун Сихань бутылочку трупного масла и сказал, что если она нанесёт его на Се Июаня, то он больше не будет её доставать. Сун Сихань очень надоел этот мужчина, поэтому, естественно, она послушалась Лорда Фэн. Се Июань думал, что может делать что хочет, раз он из богатой семьи. Но он не стоит даже ногтя Лорда Фэн.После этого Сяо Сы мрачно добавил:РЕКЛАМА— И вообще, Лорд Фэн ещё очень милосердно обошёлся с ним. Будь я на его месте, я бы сразу убил этого парня.Нин Шу: Ха-ха-ха…Сердце Нин Шу было полно сарказма. Если бы не появление Фэн Иня, тогда Сун Сихань уже наверняка сейчас была бы с Се Июанем.Разве у Се Июаня недостаточно хорошая семья? Вовсе нет. Его семья была богатой, а сам он был студентом, вернувшимся из заграницы. И он выглядел… Ну, вообще-то, сейчас его лицо было всё опухшим и в синяках, поэтому Нин Шу на самом деле не знала, как он выглядел.Вероятно, Фэн Инь дал Сун Сихань трупное масло, чтобы проверить её.Охо-хо, какая непоколебимо верная любовь.— Я уже рассказал тебе всё, что ты хотела знать. Теперь отпусти меня, — сказал Сяо Сы, слегка приподняв подбородок.Нин Шу выпустила духовную жемчужину, что была у неё в руке. Та полетела в сторону Сяо Сы и врезалась в его душу.Выражение лица Сяо Сы исказилось.— У тебя будет ужасная смерть. Лорд Фэн обязательно…Прежде чем он успел договорить, его духовное тело было поглощено духовной жемчужиной. После чего Нин Шу поймала парящую в воздухе жемчужину.Духовная жемчужина была чёрной, словно ночное небо, но это была чистая чернота. Нин Шу чувствовала вздымающуюся духовную энергию внутри, пока держала её в руках.Но эта жемчужина позволяла только входить в неё, но не выходить, бесконечно поглощая духовную энергию. Нин Шу даже подозревала, что если эта штука станет достаточно сильной, то она сможет даже поглотить и её душу.Нин Шу поймала такси, чтобы вернуться на виллу.Вскоре после того, как Нин Шу ушла, Фэн Инь, одетый в красное, появился на сцене. Он уставился на защитный талисман, лежащий на земле, после чего вытянул руку и тот притянулся к нему.Талисман тут же превратился в пепел.Фэн Инь прищурился и в то же мгновение исчез.Когда Нин Шу вернулась на виллу, она увидела Се Июаня в синяках, сидящего на диване и смотрящего телевизор. Когда он заметил Нин Шу он отстранённо сказал "привет".Нин Шу проигнорировала его и села на диван. Она взяла фрукт из фруктовое тарелки и начала пожирать его.Се Июань тупо уставился на Нин Шу.— Вот это ты ешь.Се Вэймин тоже вышел из своего кабинета. Он попросил служанку подать еду и позвал Нин Шу на ужин.Еда в семье Се была очень вкусной. С тех пор, как Нин Шу пришла в этот мир, она была вынуждена есть свою собственную отвратительную готовку.Нин Шу ела большими кусками. Се Июань, сидящий рядом с ней, состроил гримасу, когда посмотрел на Нин Шу.— И как давно ты в последний раз наедалась?Нин Шу ответила:— Очень давно. В даосском храме никогда нет возможности наесться досыта, поэтому в этот раз вашей семье придётся заплатить побольше денег, чтобы прокормить с десяток ребят, что находятся на воспитании в даосском храме.Се Вэймин сказал:— Если этот вопрос решится, то я не обижу вас оплатой.Нин Шу кивнула и снова наложила еды себе в тарелку.После ужина Нин Шу перепроверила пульс Се Июаня. После этого она приготовила ему суп для экзорцизма. ---------- Вмешиваешься в Мою Личную Жизнь Се Вэймин спросил у Нин Шу:— Как он там?— Теперь о нём нужно хорошенько позаботиться. В этот раз его тело было изрядно повреждено, — сказала Нин Шу.После этого Нин Шу сказала Се Июаню.— Вам также нужно отказаться от мысли приударить за той девушкой из компании; она уже занята. Если вы продолжите настаивать, то ничего хорошего не случится.Се Июань не очень хорошо это воспринял.— Ты теперь ещё и вмешиваешься в мою личную жизнь?— Веди себя прилично!Се Вэймин уставился на Се Июаня, после чего повернулся к Нин Шу. Он спросил:— Как там дела в компании?Нин Шу ответила:— Я убрала призрака, который создавал проблемы, но вот с другим всё сложнее.Се Июань широко распахнул свои карие глаза и уставился на Нин Шу:— Как ты убедительно говоришь.Нин Шу посмотрела на Се Июаня.— Вы не усвоили урок даже после того, как вас побили.— Ты действительно невероятная. Всё же, не так-то просто изменить моё мировоззрение, — сказал Се Июань.Нин Шу презрительно поджала губы.— Это ваше дело, верить или нет. В этом мире так много необъяснимых вещей, так что необходимо опасаться неизвестного.Видя, что Се Июань молча поджал губы, Се Вэймин спросил у Нин Шу:— Неужели второй призрак действительно так силён?— Он – тысячелетний Призрачный Король, — ответила Нин Шу. – Я пока не могу с ним разобраться.Даже несмотря на то, что у неё была духовная жемчужина, она всё равно могла не победить Фэн Иня. Всё же, его тысячелетняя культивация – это не шутка.Се Вэймин нахмурился.— Почему все эти вещи навалились на мою компанию? Эх…Из-за любви.Нин Шу вернулась в свою комнату и достала тряпичную сумку. Она подумывала о том, чтобы пойти в кабинет и установить формацию заклинания, пока ещё темно.Нин Шу закинула тряпичную сумку на плечо и приготовилась отправиться в офис.Се Вэймин увидел, что Нин Шу направилась к выходу и спросил:— Куда ты собралась?— В компанию. Мне нужно кое-что сделать, — сказала Нин Шу.Се Июань увидел, что Нин Шу несёт большую сумку и не удержался от замечания:— Мне стыдно за тебя, когда я вижу, что ты такая серьёзная.Нин Шу: …— Я пойду с тобой и посмотрю, вдруг я тоже смогу увидеть призрака, — сказал Се Июань.Нин Шу усмехнулась.— Вам лучше оставаться дома. С вашим телом, которому не хватает энергии ян, и которое такое больное, вы наверняка окажетесь одержимы духом. Вы просто дразните смерть.Се Вэймин искоса глянул на своего сына и сказал Нин Шу:— Иди.После этого он попросил своего водителя отвезти Нин Шу туда.Прибыв в компанию, Нин Шу вылезла из машины и прилепила на неё талисман, обращаясь к водителю:— Подожди меня тут.Нин Шу вошла в здание компании одна. Она сняла тряпичную сумку со плеча и достала духовную жемчужину, а заодно и компас, который ей дал учитель.Она хотела создать формацию заклинания с этими двумя предметами.Нин Шу сложила пальцы, прочитала заклинание и начала рисовать формацию, расставляя её согласно предметам в компании.Нин Шу сделала две формации: формацию заклинания сбора энергии ян, и формацию духовной ловушки. Она надеялась, что эти две формации окажут подавляющий эффект на Фэн Иня.Нин Шу поместила духовную жемчужину и компас на потолок и сформировала ручную печать, продолжая читать заклинание. Формация ярко засветилась, а спустя несколько мгновений потухла и полностью скрылась.Она тут же почувствовала, как энергия ян в этом офисе стала постепенно повышаться. Так как сейчас была ночь, то энергии инь было очень много повсюду. А вот днём тут будет полно энергии ян.Сделав всё это, Нин Шу спустилась вниз со своей тряпичной сумкой на спине и села в машину, чтобы вернуться на виллу.— Мастер даосит, можете, пожалуйста, дать мне несколько защитных талисманов? – спросил водитель у Нин Шу. – Я готов вам за них заплатить.Нин Шу кивнула.— Конечно.Она протянула несколько бумажных талисманов и сказала:— Я могу вам их продать. За тысячу юаней.Водитель: …Когда Нин Шу вернулась на виллу, она отправилась в свою комнату, приняла душ и села на своей постели, чтобы продолжить культивировать. ---------- Куда Делся Фэн Инь? К счастью, благословение Непревзойдённых Боевых Искусств позволило ей культивировать энергию и в современном мире. Раньше она этого не могла.В тот день, когда она вошла в контакт с Фэн Инем, она поняла, что он действительно силён. А ещё он мог свободно выпускать и скрывать злобную энергию и энергию инь своего тела.Куда бы он ни направлялся, всё вокруг наполнялось злобной энергией.Как только Нин Шу подумала о Фэн Ине, об этом демоническом кобеле, ей невольно захотелось рвать на голове волосы от досады. Всё же, разница в силе между двумя сторонами была слишком велика.А не было ли это на самом деле против правил, что такое могущественное существо обитало в современном мире?После ночи тренировки она успешно создала прядь духовной энергии. Она сложила её с духовной энергией в своём даньтяне, отчего та стала чуть толще.Нин Шу налепила на себя кучу талисманов и взяла коровьи слёзы, которые были необходимы для того, чтобы видеть призраков.И хотя она могла открыть небесный глаз при помощи заклинания, на это требовалось слишком много усилий.Нин Шу спустилась вниз по лестнице и позавтракала, после чего отправилась в компанию.60-профессий-будущего.рфРЕКЛАМА«Электроника и наноэлектроника» в «ТУСУР»!Войдя в здание, Нин Шу почувствовала, что внутри уже не было так мрачно и уныло, как раньше. Да и у сотрудников тоже не было той удручённой ауры.Когда Нин Шу дошла до своего стола, она сразу же заметила, что чёрная аура, исходящая от Сун Сихань, была очень густой.Если каждый день спать с призраком, да ещё и с тысячелетним призрачным королём, как это делала она, то конечно же она будет покрыта злобной энергией и энергией инь. А теперь, когда в компании была установлена формация заклинания для сбора энергии ян, и в здании было полно энергии ян, энергия инь в её теле обязательно будет конфликтовать с энергией ян.Нин Шу посмотрела по сторонам, но так и не увидела Фэн Иня. Она невольно задумалась, куда он делся.Лицо Сун Сихань было немного бледным в дневном свете, а её брови немного нахмурились от испытываемого ею дискомфорта.Нин Шу спросила у Сун Сихань:— Ты в порядке? Ты не очень хорошо выглядишь.Сун Сихань махнула рукой и ничего больше не сказала. Она заставила себя стерпеть дискомфорт и начала работать.Но её настроение было не очень хорошим. Так как Фэн Иня не было поблизости, Сун Сихань была в удручённом состоянии.Нин Шу мысленно задумалась. Куда делся Фэн Инь?Любому было бы понятно, что эти двое почти неразлучны. Полагаясь на свою невидимость, Фэн Инь постоянно был рядом с Сун Сихань.Однако сегодня он внезапно исчез, к чему Сун Сихань оказалась непривычна. У Нин Шу тоже было не очень-то хорошее предчувствие. Фэн Инь ведь не собирается что-нибудь натворить, верно?Нин Шу волновалась о том, что Фэн Инь отправится в даосский храм.Старик не сможет с ним справиться.Подумав об этом, Нин Шу взяла телефон, чтобы позвонить в дом главы деревни и попросить его позвать Тао Чэна к телефону.Старик считался довольно известным человеком в деревне неподалёку от даосского храма.Прождав долгое время, Нин Шу снова набрала номер и вздохнула с облегчением, когда она услышала по телефону голос старика.Нин Шу рассказала старику обо всём, что произошло на её стороне, фокусируясь на Призрачном Короле Фэн Ине.Опасаясь, что она разозлила Фэн Иня и накликала беду на весь даосский храм, Нин Шу хотела, чтобы старик увёл своих учеников и спрятался.И хотя было неизвестно, знает ли вообще Фэн Инь, что Нин Шу была даосским жрецом, Нин Шу всё равно не хотела упускать никаких шансов.Если секта будет уничтожена, тогда чего ради ей будет контратаковать? И, даже если Нин Шу сможет убить Фэн Иня, это задание всё равно будет считаться проваленным.Тао Цинь была расстроена тем, что её Учитель и все братья и сёстры были убиты. Уничтожение Фэн Иня было необходимо только для сохранения секты. Нин Шу не могла рисковать большим ради малого.Старик тоже попросил Нин Шу быть осторожной. Он сказал, что придумает что-нибудь у себя и посоветовал ей не сталкиваться с призрачным королём лицом к лицу.Нин Шу также рассказала ему о призрачном короле и его женщине. Когда старик услышал её описание, он тут же взволнованно сказал:— Если ты можешь её спасти, то скорее спасай. Если она вот так останется с призрачным королём, то она наверняка станет просто ходячим трупом. Её душа будет уничтожена. ---------- Даже Если Они Умрут, Они Не Будут Сожалеть Нин Шу закатила глаза и сказала:— Они по-настоящему влюблены друг в друга и их трудно разлучить. Даже если они умрут, они не будут сожалеть. Для них достаточно лишь найти свою половинку в этой жизни.Старик: …— Что за чушь ты несёшь? Люди и призраки различаются. Принудительные союзы осуждаются небесами, и трагическая судьба в конце ожидает вовсе не призрака, — сказал старик.— Я знаю. Я пыталась её убедить, но надежды мало. Этот призрак тоже очень красивый. В мире никто точно не сможет с ним сравниться, — сказала Нин Шу. – Если бы призрак выглядел как вы, то мне даже не пришлось бы её убеждать. Она бы сразу же нашла кого-нибудь, чтобы уничтожить призрака.Последовала долгая пауза, после чего старик сказал:— Он же просто обманывает её.Вот только это не так. Если говорить в общем, то призрак просто сохранял свою прежнюю внешность. То есть, Фэн Инь просто был настолько красивым и при жизни.— Девочка, будь осторожна, — проинструктировал её старик.Нин Шу тоже снова посоветовала:— Учитель, берегите себя, и остальных детей тоже.Старик согласился и сказал:— Когда ты сталкиваешься с призраком, если ты можешь помочь ему вознестись, тогда просто помоги ему вознестись.— Разве это не работа монахов? – спросила Нин Шу.— Хех, значит, по-твоему, мы должны просто уничтожать каждого призрака, которого увидим? И как это должно работать? Хоть мы и зарабатываем этим на жизнь, по крайней мере, мы должны накапливать хоть немного хорошей кармы и убивать как можно меньше, — раздражённо сказал старик.Нин Шу подумала о Сяо Сы, которого она убила, и сказала:— А что если призрак плохой и нераскаявшийся, и не может быть вознесён?— Какой смысл в вознесении, если ты всё равно не можешь вознестись? Уничтожить его – это тоже добродетель, — сказал старик.Он снова попросил Нин Шу быть осторожной и повесил трубку.Нин Шу уныло вздохнула. Потом она вернулась к своему столу и увидела, что Сун Сихань бледная и обильно потеет.Чёрный дым исходил из её тела и рассеивался от солнечного света.Энергия ян, собранная формацией заклинания, никому не вредила. Скорее наоборот, от неё все чувствовали себя комфортно и состояние сотрудников сегодня было совсем другим, по сравнению со вчерашним днём.Однако для Сун Сихань это было крайне болезненно.Нин Шу спросила у Сун Сихань:— Ты в порядке?Сун Сихань не знала, что происходит. В отличие от прежних дней, она чувствовала, что ей очень неуютно оставаться в этом офисе.Сун Сихань невольно поглядывала на дверь офиса, думая о том, что Фэн Инь вот-вот появится. Она действительно чувствовала себя неуютно.Сун Сихань страдальчески распласталась по столу.Нин Шу достала талисман и дала его Сун Сихань со словами:— Держи его при себе. Он очень полезный.Сун Сихань не приняла талисман, так как он мог навредить Фэн Иню.Заметив, что Сун Сихань не хочет талисман, Нин Шу не стала её заставлять. Она просто снова убрала его. Стоит заметить, что её бумажные талисманы были недешёвыми.Слуги семьи Се платили по тысяче за один такой талисман, и они хорошо продавались.Даже Се Вэймин купил себе пачку.Вены на лбу Сун Сихань вздулись, а её рот издал тихий стон. Всё её тело теперь излучало густые клубы чёрного дыма.Нин Шу невольно подняла бровь. В теле Сун Сихань, оказывается, так много энергии инь и злобной энергии.— Сун Сихань, ты что, спишь на работе? Если ты не хочешь работать, тогда просто иди домой и выспись. Не надо считать это место своим домом.Начальница Сун Сихань подошла и постучала по столу.Сун Сихань хотела сесть прямо, но в её теле не было сил. Она почувствовала, как у неё кружится голова, словно её мозги начали перемешивать гвоздём.Более того, она почувствовала, что её тело выходит из-под контроля, а её разум был затуманен от боли.Нин Шу увидела, что начальница всё ещё хочет продолжать отчитывать Сун Сихань, поэтому она поспешно заступилась:— Начальница, она действительно плохо себя чувствует. Прошу вас…Нин Шу ещё не успела договорить, когда увидела Фэн Иня, появившегося позади начальницы. Его волосы были растрёпанными, а его глаза светились красным, когда он гневно уставился на начальницу. ---------- Танец Великих Богов Фэн Инь резко появился позади начальницы, его глаза были красными, волосы парили в воздухе, а его тело было переполнено злобной энергией.Но начальница была не в курсе этого и всё ещё болтала что-то про Сун Сихань.Фэн Инь стукнул рукой по голове начальницы. Ошеломительная волна злобной энергии прошлась по телу начальницы начиная от её лба.Начальница застыла, а её голос внезапно прервался, словно она лишилась своей души. Её глаза тоже расфокусировались.В этот момент Нин Шу резко схватила руку начальницы и потащила её в ближайший кабинет.Фэн Инь гневно уставился на Нин Шу, но его больше волновала его возлюбленная, у него не было времени заниматься начальницей, которую Нин Шу утаскивала прочь.Нин Шу привела начальницу в отдельный кабинет. Начальница была в ошеломлённом состоянии, и её зрачки были расширены.Нин Шу закрыла дверь кабинета, достала бумажный талисман и прилепила его на лоб начальницы. Количество злобной энергии в теле женщины заставило Нин Шу немного запаниковать.Если бы злобная энергия продолжила воздействовать на тело начальницы, то она бы стала живым трупом. Её тело всё ещё было бы живо, но души в нём уже не было бы.РЕКЛАМАНин Шу поспешила позвонить Се Вэймину. Она попросила его прийти и забрать начальницу отсюда. Она никак не могла исполнить очищающее заклинание в компании.Нин Шу раздвинула жалюзи, чтобы выглянуть в общий офис. Фэн Инь наклонился к уху Сун Сихань и что-то взволнованно ей говорил.А лицо Сун Сихань было таким бледным, что даже её губы казались бесцветными.Фэн Инь ещё больше встревожился, чувствуя, что атмосфера в этой компании изменилась. Откуда тут такое обилие энергии ян?Сун Сихань страдала как раз из-за энергии ян. Красивые брови Фэн Иня нахмурились. Если Сун Сихань будет с ним, тогда энергия инь действительно пропитает всё её тело и, в итоге, её душа будет уничтожена.Он и так с трудом нашёл её спустя тысячу лет, так что он не собирался отпускать её, не говоря уже о том, чтобы позволять её душе быть уничтоженной.— Сихань, давай сперва вернёмся домой? Пойдём домой, ладно?Тон голоса Фэн Иня был невероятно нежным.Сун Сихань почувствовала, как её тело бросает то в жар, то в холод. От этого ей было неуютно и больно. Услышав слова Фэн Иня, она взяла свою сумочку со стола и приготовилась уйти.Сун Сихань даже трудно было встать. Фэн Инь поддержал её за талию и тело Сун Сихань практически облокотилось на него. В глазах остальных людей она просто шла с перекошенным телом.Сун Сихань спотыкалась на каждом шагу, но, что удивительно, не падала.Пока Нин Шу наблюдала за тем, как Фэн Инь и Сун Сихань уходят, она достала ещё больше талисманов и прилепила их к телу начальницы.Не имея на руках инструментов, Нин Шу никак не могла изгнать из неё злобную энергию.Вскоре приехал Се Вэймин. Он помог начальнице покинуть офис, после чего спросил у Нин Шу:— И что нам теперь делать?— Вернёмся на виллу. Мои инструменты там, — сказала Нин Шу, садясь в автомобиль.Когда они вернулись на виллу, Нин Шу пошла наверх, чтобы взять свою тряпичную сумку. На обратном пути она столкнулась с Се Июанем, который увидел сидящую в гостиной начальницу с опущенной головой. Она просто неподвижно сидела на диване, поэтому он обеспокоенно спросил:— Что с ней случилось?Нин Шу проигнорировала его, подтянула стол и сделала простой алтарь. Она положила на стол меч из персикового дерева и ветки ивы, а также чашу клейкого риса, вымоченного в киновари.Начальница, которая сидела на диване, внезапно почувствовала дискомфорт. Она встала, ошеломлённо осмотрелась по сторонам, и попыталась сбежать.Нин Шу тут же насыпала клейкого риса на пол. Когда начальница наступила на него, послышался шипящий звук, и она тут же убрала ногу.Се Июань не удержался и громко рассмеялся, когда увидел, как Нин Шу танцует с мечом из персикового дерева.— Ты что, исполняешь танец великих богов?— Заткнись.Се Вэймин влепил Се Июаню подзатыльник. ---------- Худшая Удача в Этой Жизни Нин Шу установила в доме формацию заклинания сбора энергии ян. В теле начальницы было так много злобной энергии, что вся гостиная словно превратилась в ад. Свистел холодный ветер. Было трудно дышать.Нин Шу зажала между пальцами талисман и прочитала заклинание. Талисман полетел к начальнице и прилип к её телу.Начальница закричала, запрокинув голову, и злобная энергия стала ещё гуще.Нин Шу плотно нахмурила брови до такой степени, что они сошлись в одну. Фэн Инь, вероятно, был слишком зол, поэтому он вложил много силы в свою атаку. Эта злобная энергия очень сильно разъела тело начальницы и она, вероятно, умрёт ранней смертью.Фэн Инь, ах, Фэн Инь.Подобное отношение — "только мне можно смотреть на мою женщину, все остальные отбросы; будете лезть к моей женщине, и у вас никогда не будет шанса на реинкарнацию" – это действительно круто.Ему даже не нужно различать что правильно, а что – нет.И хотя начальница могла быть виновата, это всё равно была слишком высокая цена, чтобы её платить.Лоб Нин Шу взмок холодным потом. Она стиснула зубы и начальница наконец-то издала крик, от которого кровь стыла в жилах, после чего начальница обмякла и упала на пол.Се Июань наблюдал за всем этим со стороны и его зрачки дрожали. Он долгое время не мог ничего сказать.Нин Шу вытерла обильный пот, её тело ощущалось слабым. Какого хрена? Если ей придётся пройти через это ещё несколько раз, то она просто умрёт от переутомления.Нин Шу сказала Се Вэймину.— Дайте ей немного лекарства Се Июаня и компенсируйте ей, если сможете. Физический урон, нанесённый её телу, очень серьёзный.Се Вэймин вытер лицо и обеспокоенно сказал:— Да что же это такое? Если мы не уволим ту женщину, то не известно, что нас ждёт в будущем.Нин Шу махнула рукой и выпила большую бутылку воды.— Эта женщина всего лишь сказала, что Сун Сихань отлынивает от работы, и вот как она закончила. Если вы уволите Сун Сихань, то все работники вашей компании завтра же превратятся в призраков.Нет, они станут питанием для роста Фэн Иня.Лицо Се Вэймина перекосилось, и он вздохнул.— Что же нам делать? Как насчёт позвать сюда твоего учителя?Нин Шу покачала головой. Она не могла позвать старика. Если она это сделает, то что случится со всеми детьми в даосском храме?Се Июань подошёл к Нин Шу и спросил:— Что ты сейчас делала? Поднялся ветер, и я даже почувствовал холод, словно это были какие-то спецэффекты.Нин Шу: →_→— Ваша сама худшая удача в этой жизни – это родиться с таким глупым ртом.Если бы он не стал флиртовать с Сун Сихань, то не стал бы, блин, целью для Фэн Иня.Из-за его слов Сун Сихань больше не могла его выносить и намазала на его тело трупное масло.— Разве иметь всё – это не перебор? – спросил Се Июань.Раны на его лице стали меньше, чем раньше. И Нин Шу уже могла разглядеть, какое лицо было у Се Июаня.Он был довольно красив. Конечно, по сравнению с Фэн Инем, это всё равно была большая разница. А ещё у него был характер яппи*.Нин Шу поджала губы. Когда-нибудь она отведёт его, чтобы он посмотрел на призраков, и чтобы его мировоззрение совсем раскололось.Се Вэймин выдал начальнице почти два месяца оплачиваемого отпуска на восстановление.После всего этого напряжения, когда пришло время ужинать, Нин Шу съела три тарелки белого риса, отчего Се Июань несколько растерялся.— Неужели ваш даосский храм настолько беден?Она словно не ела на протяжении восьми жизней.Нин Шу сочла Се Июаня исключительно неприятным и ответила:— В даосском храме более десятка детей, и все они сироты. Это просто практически сиротский приют. Полагаясь на моего учителя, читающего фэн-шуй, изгоняющего призраков и предсказывающего удачу, возможно ли разбогатеть?Се Июань заметил, что Нин Шу разозлилась, поэтому он поднял руки и сказал:— Да я просто так сказал. Не злись. Когда-нибудь, я заработаю денег для вашего даосского храма, что будет считаться моей оплатой за твою доброту и за то, что ты спасла мне жизнь.— Ха-ха, спасибо большое, — безразлично сказала Нин Шу.* Примечание:* Я́ппи — молодые состоятельные люди, ведущие построенный на увлечении профессиональной карьерой и материальном успехе, активный светский образ жизни. Яппи имеют высокооплачиваемую работу, в одежде предпочитают деловой стиль. Основной критерий принадлежности к «яппи» — успешность в бизнесе. ---------- Я Скоро Умру? С одной стороны, Нин Шу уже изгнала злобную энергию, но с другой стороны Сун Сихань чувствовала себя совсем нехорошо. Энергия инь в её теле была активирована эффектом формации заклинания для сбора энергии ян.Вернувшись домой, даже когда она легла на постель, она всё ещё чувствовала дискомфорт. Фэн Инь обнимал Сун Сихань и его сердце сжималось от боли, но его близость к ней наоборот ухудшала её состояние.На данный момент разум Сун Сихань был в ошеломлении. Более того, энергия инь из тела Фэн Иня вливалась в её тело.Накопленная энергия инь со временем разъедала внутренности Сун Сихань. Если так продолжится, тогда её душа будет уничтожена, и она превратится в бездушное тело.Зрачки Сун Сихань расширились, и она зарылась головой в грудь Фэн Иня. Она спросила его хриплым голосом:— Фэн Инь, я скоро умру?— Не говори чепухи. Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — сказал Фэн Инь сквозь стиснутые зубы.В уголках глаз Сун Сихань заблестели слёзы, а на её губах появилась улыбка.— Я уже довольна тем, что повстречала тебя в этой жизни. Даже если мне сейчас суждено умереть, я готова. Но я так сильно хочу быть с тобой.РЕКЛАМАСун Сихань подняла руку и коснулась лица Фэн Иня. Она почувствовала холод.— Ты всегда будешь таким, в то время как я постепенно постарею. Будет даже лучше, если я умру сейчас.Глаза Фэн Иня покраснели, когда он крепко обнял Сун Сихань. Его зрачки слегка задрожали от замешательства и внутренней борьбы.Он тихо спросил у Сун Сихань:— Я хочу, чтобы ты навсегда осталась со мной и прожила со мной вечность. Ты согласна?Сун Сихань улыбнулась.— Я бы с радостью, но у меня такое чувство, что я скоро умру.Из тела Фэн Иня медленно появилась белая жемчужина. Хоть она и была белой, её поверхность была переплетена с чернотой.Эта жемчужина повисла в воздухе перед Фэн Инем. Как только она появилась, всё вокруг погрузилось во тьму и тишину, словно жемчужина всё проглотила.Фэн Инь поцеловал Сун Сихань в лоб и спросил:— Ты действительно хочешь быть со мной навеки?— Да. Если я могу быть с тобой, то меня это удовлетворит.Сун Сихань посмотрела на Фэн Иня, на его брови, нос и губы.Фэн Инь Слабо улыбнулся, отчего стал казаться ещё более грациозным. Он сказал, словно балуя её:— Хорошая девочка.Затем он протянул руку и взял жемчужину, после чего поднёс её ко рту Сун Сихань.— Открой рот и проглоти её.Слепо веря в Фэн Иня, Сун Сихань не стала мешкать и открыла рот, чтобы проглотить жемчужину. В следующее же мгновение она почувствовала, как её тело разрывает на части, а её мозг словно пронзается бесчисленным множеством игл.Сун Сихань схватилась за голову и закричала от боли. Её волосы встали дыбом, а окружающие их энергия инь и злобная энергия неистово устремились к ней.Фэн Инь обнял Сун Сихань и стал её утешать.— Сихань, всё в порядке. Потерпи, просто потерпи. Когда боль пройдёт, мы будем вместе навеки.— Ахххх…Сун Сихань почувствовала, как её тело разваливается, словно все кости в её теле ломаются и собираются вновь.Её черты лица тоже слегка изменились. Уголки её глаз поднялись, отчего она стала выглядеть более женственной. Однако её лицо было бледным, а кожа почти прозрачной, а её губы обрели фиолетовый оттенок.Каждая проходящая секунда была пыткой, и Сун Сихань уже чувствовала, что её душа вот-вот отлетит. Но в её ушах слышался ясный и нежный голос, голос, который словно направлял её в этом мрачном мире.Сун Сихань больше не могла терпеть и потеряла сознание.Фэн Инь отпустил Сун Сихань и приспустил её воротник. Под ключицей у неё был чёрный цветок, тёмный и бездонный.На его лице расцвела лучезарная улыбка. Всё прошло успешно.Фэн Инь тоже лёг рядом и обнял Сун Сихань. С этих пор они будут вместе навеки. ---------- Ядро Призрачного Короля Когда Сун Сихань очнулась, в её теле уже больше не было боли. Она обернулась и увидела спящее лицо Фэн Иня. Она не удержалась и провела по его лицу пальцами.Её пальцы замерли у его губ, и Сун Сихань тупо уставилась на них.Внезапно кто-то дёрнул её за запястье, ошеломив Сун Сихань. В этот момент Фэн Инь открыл глаза и посмотрел на неё дразнящим взглядом.Лицо Сун Сихань покраснело, когда она глупо спросила:— Я не умерла?— Глупая девочка, — Фэн Инь почесал нос Сун Сихань, а потом спросил: — Ты же винишь меня за то, что я сделал?— А что ты со мной сделал? Почему я внезапно почувствовала себя в порядке?Сун Сихань пошевелила своим телом. Она чувствовала себя лучше и комфортнее, как никогда раньше, словно в её теле была бесконечная энергия.Фэн Инь замешкался и объяснил:— Ты теперь не человек. Ты – полу-человек и полу-призрак, если точно.Сун Сихань: ???— Из-за того, что мы с тобой занимались любовью, твоё смертное тело не смогло выдержать моей энергии инь и злобной энергии, и твоя душа чуть не была уничтожена.Фэн Инь стиснул губы в тонкую линию, и стал выглядеть опечаленным. От его несравненного лица сердца людей просто пьянели.Сун Сихань крепко сжала руку Фэн Иня.— Я не виню тебя. Всё, что ты сделал – было ради моего спасения; а иначе моя душа действительно была бы уничтожена. Ах, да, чем ты меня накормил?Прошлым вечером у неё было смутное чувство, что Фэн Инь ей что-то дал. Фэн Инь сказал:— Это было ядро призрачного короля, которое конденсировалось больше тысячи лет.Сун Сихань спросила:— Ты отдал мне своё ядро призрачного короля? Тогда что случилось с тобой? Тебе это навредило?— У меня лишь немного уменьшилась сила. Я просто продолжу культивировать и постепенно сформирую у себя новое ядро. Потому что если твоя душа улетит и у тебя не будет шанса на реинкарнацию, то я никогда больше не смогу тебя увидеть. Ядро призрачного короля – это ничто по сравнению с этим.Фэн Инь положил руку на лоб Сун Сихань. Он был нежным и любящим.— Пока ты со мной, всё в порядке. Единственная причина, почему я прожил до этих дней – это чтобы снова увидеть тебя.Сун Сихань была крайне тронута этим и нырнула в объятия Фэн Иня.— Фэн Инь, ты так добр ко мне. Пока я могу быть с тобой, я буду счастлива.Она подняла голову и поцеловала Фэн Иня, прижимаясь к нему всем телом и тихо говоря:— Так как я теперь тоже призрак, то теперь мне можно всё.— Делай, что хочешь. Теперь тебе это больше не навредит.Фэн Инь сдержанно рассмеялся.На следующий день Нин Шу пришла на работу и увидела, что Сун Сихань уже сидела на своём месте и вела себя так, словно ничего не произошло.Нин Шу была крайне озадачена. С той ситуацией, которая была у Сун Сихань, она не должна была сегодня вообще приходить на работу. В её ситуации, даже если она не умерла, она всё равно должна была испытывать адскую боль.Но теперь, глядя на Сун Сихань, было видно, что она явно в полном порядке. Единственное, что выделялось – это её лёгкая бледность и отсутствие ощущения жизненной силы.Однако её грудь слегка вздымалась и опадала. Было очевидно, что она дышала, а значит — была живым человеком.Это было поистине удивительно.Нин Шу подошла поздороваться с Сун Сихань:— Ты себя вчера плохо чувствовала? Почему ты сегодня пришла на работу? Ты уже в порядке?Сун Сихань подняла голову, чтобы посмотреть на Нин Шу, и холодным тоном сказала:— Спасибо за беспокойство. Мне уже гораздо лучше.Нин Шу изучила Сун Сихань взглядом и с некоторым замешательством спросила:— Почему у меня возникло такое ощущение, что ты стала ещё красивее?Как так вышло, что теперь лицо Сун Сихань ощущалось более утончённым, чем вчера? ---------- Необъяснимая Призрачная Энергия Нин Шу была в глубоком замешательстве. Вчера Сун Сихань выглядела так, словно была на грани смерти, однако сегодня она светилась обновлённой энергией.Уголки глаз Сун Сихань слегка приподнялись, делая её внешность чуть более соблазнительной и полной женственности.И хотя прежняя Сун Сихань была красивой, она была словно недозревшим фруктом, и не такой женственной, как сейчас.Нин Шу: →_→Что происходит? Она чувствовала, что тут что-то не так.Нин Шу уставилась на лицо Сун Сихань, не чувствуя никакой энергии инь и злобной энергии. Это тоже ошарашило её.Нин Шу села на своё место, и её мысли были наполнены вопросительными знаками.Она тайно намазала коровьи слёзы на свои веки и посмотрела по сторонам. И снова она не увидела Фэн Иня. Куда же он делся?Однако, после того, как она намазала коровьи слёзы, Нин Шу увидела призрачную энергию, идущую от Сун Сихань.РЕКЛАМАПризрачная энергия существует только в призрачном состоянии. Откуда в теле Сун Сихань призрачная энергия? Она же не призрак.Нин Шу хотелось рвать на себе волосы. Она была в полнейшем замешательстве.Глядя на спокойное выражение лица Сун Сихань, Нин Шу заподозрила, что её формация заклинания для сбора энергии ян перестала работать. Как так вышло, что оно совсем не работало на Сун Сихань?С её телом, полным энергии инь и злобной энергии, ей должно быть трудно находиться в месте, где полно энергии ян. Как же так вышло, что на неё теперь это совсем никак не влияло? Нин Шу почувствовала себя побеждённой.Совсем побеждённой.Нин Шу кашлянула и собралась уже заговорить с Сун Сихань, когда Сун Сихань повернула к ней голову и равнодушно сказала:— Прости, мне нужно работать. Пожалуйста, не беспокой меня.Нин Шу: …Нин Шу просто раздирало любопытство. Она снова повернулась и теперь увидела призрака, сидящего в тёмном углу. Этот призрак жадно смотрел на Сун Сихань.Нин Шу не видела раньше этого призрака. Новичок?Стоило только Нин Шу избавиться от одного, как появился ещё один?К счастью, в офисе была установлена формация заклинания для сбора энергии ян, поэтому он не смел подходить. У него не было иного выбора, кроме как вжаться в тёмный угол. И всё равно, он не сводил взгляда с Сун Сихань, словно он разглядывал сочный кусок мяса.Нин Шу была в замешательстве. Когда она пошла в туалет, она увидела там ещё двух призраков, сидящих по углам.Нин Шу: …Что тут происходит? Почему компания Се Вэймина внезапно превратилась в логово призраков?Нин Шу была искренне озадачена.Тем не менее, эти призраки сидели тихо и не вредили людям. У Нин Шу не было причин уничтожать их.Всё вышло из-под контроля, и Нин Шу нужно было разобраться, что произошло.Она достала талисман и обездвижила первого попавшегося призрака. У него были перевёрнутые глаза и удушающая отметина на шее, отчего он выглядел, как призрак повешенного.— Д-Д-Д-Даосит!Призрак повешенного немного заикался. Когда он заговорил, ему даже пришлось сначала запихать свой язык обратно в рот.Нин Шу: →_→ Её удача сегодня явно была дрянной, раз ей попался призрак повешенного, который даже не мог толком говорить. К тому же, у него явно была сильная обида.Люди, которые покончили жизнь самоубийством подобным образом – были полны обид. Нин Шу прилепила талисман на его тело. Призрак мужчины, прячущийся в женском туалете, ну, разве он не извращенец? Раз он был таким потрясающим, то почему бы ему не прятаться в мужском туалете, полном энергии ян?Призрак повешенного сильно страдал. Чёрный дым вытекал из его тела, когда он, запинаясь, повторил:— Д-Даосит. ---------- Ядро П-Призрачного Короля… Нин Шу спросила:— Вы чего тут все собрались?Призрак повешенного запихал свой язык обратно в рот и сказал:— Ядро п-призрачного короля, т-там ядро п-призрачного короля…Нин Шу пришлось смотреть на него полдня, ожидая, пока он выговорит полное предложение, прежде чем она получила хоть какую-то полезную информацию: ядро призрачного короля.Неужели в теле Сун Сихань есть призрачная энергия из-за того, что в ней теперь ядро призрачного короля?Судя по названию, ядро призрачного короля могло принадлежать только призрачному королю. Должно быть, Фэн Инь дал своё ядро призрачного короля Сун Сихань.Живой человек с ядром призрачного короля в теле – что же теперь Сун Сихань такое?Нин Шу посмотрела на призрака повешенного, который продолжал запихивать свой язык в рот. Он запихивал его в рот, но тот тут же выпадал снова. Он опять запихивал его, и цикл повторялся. Нин Шу закатила глаза.Она сказала призраку повешенного:— Тебе лучше отправиться на реинкарнацию.— Я х-хочу, н-но я убил себя, — сказал призрак повешенного.Дети, которые умерли в младенчестве, люди, которые совершили самоубийство и те, кто утонули, были как раз теми, кто обычно становился блуждающими призраками. Спустя долгое время их сознание постепенно исчезало, и они превращались бездумных блуждающих призраков. Наконец, они становились всё слабее и слабее, после чего исчезали из мира.Подобные призраки искали заменителей, чтобы получить шанс на реинкарнацию.Нин Шу подумала немного и сказала:— Я могу помочь тебе вознестись.— Д-Даосит.Призрак повешенного посмотрел на Нин Шу, чувствуя благодарность.Нин Шу не хотела слушать, как он запинается, поэтому она убрала бумажный талисман с его тела.Она сложила пальцы и прочитала даосскую мантру для вознесения духов умерших: "Мантру Вознесения Неба и Земли".— Естественный образ неба и земли; развей всю грязь. В глубинах грота Загадочной Пустоты; Верховный Источник ярко сияет. Отважные духи восьми направлений; проведите естественный образ. Талисманный указ Великой Сокровищницы; проведите за девять дней. Пещера Загадочной Пустоты, уничтожит зло и обуздает демонов… Дао и Ци сольются и будут существовать вечно; этим правилам я буду целесообразно следовать.Рот Нин Шу произносил строки заклинания, которые парили вокруг призрака повешенного, чьи обиды постепенно исчезали. Наконец, он улетел в чёрную дыру и исчез.Нин Шу тупо уставилась на чёрную дыру. Неужели это легендарная преисподняя?Проведя очищение, Нин Шу вышла из туалета и увидела, что в тёмных углах компании появилось ещё несколько призраков.Нин Шу невольно потёрла свой лоб, чувствуя себя действительно растерянной.Было очевидно, что все эти призраки пришли за ядром призрачного короля. Сун Сихань теперь стала целью для сотен призраков.Нин Шу решила позвонить старику и спросить его о ядре призрачного короля.После длительного ожидания Нин Шу набрала номер и рассказала старику о ядре призрачного короля. Что теперь оно было в теле живого человека, и это обязательно приведёт к большим проблемам.Когда старик услышал о ядре призрачного короля, он был на мгновение ошарашен, после чего сказал:— Люди могут культивировать, и призраки тоже. Место, где люди хранят свою энергию – это даньтянь. Схожим образом, когда призраки долго культивируют, в их телах появляются призрачные ядра. Такие призраки не могут войти в цикл реинкарнации, но они могут снова превратиться в людей, если станут сильнее. Но я только слышал о ядре призрачного короля и никогда его не видел. Если кто-то его проглотит, то станет полу-человеком и полу-призраком, то есть – монстром.Это объяснение шокировало Нин Шу. Задумавшись на мгновение, она спросила:— Тогда, разве, этот монстр полу-человек, полу-призрак не станет очень сильным?— Нет. Если с ней ничего не случится, то она просто проживёт очень долго. Однако, когда энергия в ядре призрачного короля закончится – она умрёт и её душа будет уничтожена. Это будет лишь единственная жизнь, которая у неё когда-либо будет, — сказал старик.— У неё нет иного выбора, кроме как полагаться на ядро призрачного короля, чтобы выжить. Как только оно покинет её тело, её душа и тело испарятся.Услышав, что Сун Сихань внезапно не обретёт читы и не станет сильной, Нин Шу с облегчением вздохнула.Но, иметь неизвестное количество лет для жизни с Фэн Инем – это уже похоже на читерство.В этот момент её больше беспокоил другой вопрос. Нин Шу спросила у старика:— А ослабнет ли призрачный король без своего ядра призрачного короля?— Это уж точно. Ядро призрачного короля – это источник его силы, его тысячелетняя энергия инь и злобная энергия хранятся в нём, — ответил старик. – Но ты даже не думай, что сможешь разобраться с призрачным королём только потому, что у него больше нет ядра призрачного короля. Ты всё ещё слишком молода. ---------- Нужно Быть Живой, Чтобы Получить Деньги Старик в точности знал, сколько способностей есть у его собственной ученицы, поэтому он сказал:— Сын старика Се спасён, так что забирай деньги и скорее возвращайся назад.Нин Шу: Я хочу уничтожить призрачного короля, уничтожить призрачного короля!— Но в компании старика Се теперь полно призраков, — сказала Нин шу. – Старик Се сказал, что обязательно щедро вознаградит нас, если мы разберёмся с этим вопросом.— Брехня, тебе нужно быть живой, чтобы получить деньги и потратить их. Ты не сможешь разобраться с призрачным королём, поэтому не важно, если мы немного потеряем в деньгах. Не лезь в это.Нин Шу была в безвыходной ситуации и сказала:— Учитель, берегите себя. Я скоро вернусь.Она повесила трубку и вернулась к своему столу. Там она увидела Фэн Иня, одетого в красное и стоящего рядом с Сун Сихань.Кто знает, возможно из-за отсутствия ядра призрачного короля, но у неё возникло такое ощущение, что душа Фэн Иня претерпела некоторые изменения.РЕКЛАМАПрежде душа Фэн Иня была плотной, словно он был настоящим человеком. Однако теперь она уже не создавала такого впечатления. Более того, некоторая часть чёрного дыма теперь просачивалась из его тела.В прошлом всё было не так. У него был полный контроль над своей энергией инь и злобной энергией, поэтому он тщательно всё удерживал.В любом случае, у Нин Шу теперь сложилось такое впечатление, словно просматриваемое ей видео внезапно переключилось с HD на 480p. Всё его тело теперь имело расплывчатое ощущение.Красный наряд теперь тоже не был таким ярким и бросающимся в глаза.Похоже, что потеря ядра призрачного короля имела очень значительное влияние на Фэн Иня.Чтобы спасти Сун Сихань, этот парень даже отдал своё ядро призрачного короля. Нин Шу вытерла слёзы. Если это не настоящая любовь, тогда что?Теперь они смогут разделить вместе одну жизнь и оставаться вместе бесконечное множество лет.Нин Шу просто не знала, устанут ли они, оказавшись с одним и тем же человеком на протяжении бесконечного множества лет. Кто может гарантировать, что они всегда будут любить друг друга с такой страстью, которая никогда не утихнет?Иначе откуда бы взяться зуду седьмого года?Фэн Инь и Сун Сихань были рядом. Пользуясь тем фактом, что другие люди не могли их видеть, они бесстыдно целовались.Нин Шу тихо отпила воды. И хотя призрачная парочка публично проявляла свои чувства прямо рядом с ней, Нин Шу притворялась, что ничего не видела.Фэн Инь поцеловал волосы Сун Сихань, а потом протянул руку и схватил призрака, прячущегося в углу. Он уничтожил сознание призрака и просто превратил его в облако духовной энергии, которое и поглотил.Нин Шу увидела эту сцену и у неё возникло совсем нехорошее предчувствие. У Фэн Иня не было ядра призрачного короля, но, учитывая что он так открыто поглощает духовную энергию других призраков, рано или поздно он вернётся на пик своей силы.И как тогда ей с ним бороться?Фэн Инь доминирующе уничтожил всех призраков, которые собрались тут, возжелав ядро призрачного короля в теле Сун Сихань.Все эти призраки стали источником энергии для Фэн Иня.Нин Шу поджала губы. Ситуация становилась всё более и более сложной. И хотя призраки толпами приходили, чтобы похитить ядро призрачного короля, они словно приходили, чтобы отдать Фэн Иню опыт для прокачки. После поглощения их духовной энергии он наверняка станет сильнее.Теперь любой случайно попавшийся под руку призрак служил пищей для Фэн Иня.Какого чёрта.Она должна атаковать его, пока он ещё ослаблен, но как ей это сделать?Нин Шу усердно печатала на клавиатуре, чувствуя сильное беспокойство.Возможно, это был метод, который Фэн Инь использовал и в изначальной истории, чтобы решить проблему со злобной энергией, вошедшей в тело Сун Сихань и грозившей уничтожить её душу.До конца дня Нин Шу так и не придумала никаких контрмер. Перед лицом великой силы, сколько бы стратегий ни было использовано, это будет бесполезно. Грубая сила перебьёт сотни хитростей.Это было несправедливо. Она вот, например, очень медленно продвигается в культивации своих боевых искусств, а к другим опыт для прокачки сам в руки скачет.Этот современный мир оказывает на неё слишком подавляющий эффект. Она должна увеличить свою боевую способность. Может, это из-за того, что у неё всё ещё мало очков атрибутов в Боевых Искусствах. Когда она пересечёт предел в тысячу, она поверит, что на неё никто больше не сможет оказать такого подавляющего эффекта. ---------- Из-за Похоти После работы Сун Сихань собрала свои вещи и покинула здание. Нин Шу вздохнула и тоже ушла. Она подождёт, пока в компании никого не будет и вернётся ночью.Когда Нин Шу вышла из здания, она увидела Се Июаня, который должен был быть дома и восстанавливаться после того, как чуть не стал трупом. Он разговаривал с Сун Сихань.На лице Сун Сихань явно было выражение нетерпения, однако Се Июань выглядел довольно радостным.Нин Шу намазала коровьи слёзы на веки и увидела Фэн Иня, стоящего рядом с Сун Сихань. Его тело было застлано чёрным дымом, а глаза засветились красным, когда он посмотрел на Се Июаня со слабой улыбкой.И Се Июань был в полнейшем неведении об этом и даже пытался пожать руку Сун Сихань. Он хотел воспользоваться возможностью и пригласить её поесть тофу.Нин Шу: →_→Должно быть, он устал жить. Он просто не может остановиться и продолжит дразнить смерть до тех пор, пока нечего будет дразнить.Она не хотела себе дополнительных проблем в виде очередного его спасения. После того, как он уже один раз прошёл через подобное, больше спасать уже будет нечего. Для него это уже будет прямой конец игры.Нин Шу закричала на Се Июаня:— Се Июань.Се Июань тут же убрал руку и повернул голову, чтобы уставиться на Нин Шу.Даже Сун Сихань обернулась, чтобы посмотреть на Нин Шу. Её лицо изображало лёгкое недоумение, пока она размышляла о том, какие могут быть отношения между Нин Шу и Се Июанем.Нин Шу нанесла немного коровьих слёз себе на руку, подошла к Се Июаню и утащила его за ворот.— Что ты делаешь? Эй! – Се Июань отчаянно сопротивлялся. – Отпусти меня.Нин Шу провела пальцами с коровьими слезами по векам Се Июаня. Затем она наклонилась к его уху и холодно сказала:— Разве ты не хотел увидеть призрака? Так я тебе покажу одного.После этого Нин Шу прилепила бумажный талисман на спину Се Июаня.— Я тебе говорю…Се Июань перестал говорить. Он с выпученными глазами посмотрел на Сун Сихань и мужчину в красном рядом с ней…Когда он увидел зловещую призрачную энергию, парящую вокруг них, Се Июань был так напуган, что лишился голоса. Его рот открывался и закрывался, но он не мог произнести ни единого слова, пока Нин Шу тащила его прочь. Всё его тело обмякло.Он увидел призрака посреди бела дня!После того, как они ушли достаточно далеко, чтобы больше не видеть Сун Сихань и Фэн Иня, Нин Шу наконец-то отпустила Се Июаня, который лёг на землю, словно мёртвая свинья.Нин Шу пнула его.— Вставай. Он за тобой…— Аа! – испуганно закричал Се Июань.Его голос стал пронзительным, он поднялся на ноги и запрыгнул на Нин Шу. Все четыре его конечности обвились вокруг неё, словно он был коалой.— Там был призрак!Нин Шу наклонила голову и поковыряла в ухе, чувствуя, как оно было изнасиловано криками Се Июаня.— Слезай.Девушке тяжело стоять и держать такого большого мужчину, как Се Июань.Вы только поглядите на него сейчас. Он ведь ей до этого не верил, да?И хотя внешне он казался смелым, его тело было честнее. Он был напуган до чёртиков.Се Июань слез с Нин Шу и сказал:— Я напуган и у меня некоторая слабость в ногах. Дай мне руку.— За тобой призрак гонится. Кажется, он умер в автомобильной катастрофе, и у него в руке всё ещё его вторая рука, — безразлично сказала Нин Шу.— А!Се Июань побежал, словно испуганный кролик, и его ноги уже больше не были слабыми.К тому времени, как он добрался до виллы, Се Июнь уже был измождён. Он неподвижно лёг на диван. Се Вэймин подумал, что с его сыном снова что-то случилось.Се Вэймин спросил у Нин Шу:— Что с ним случилось?— Похоть замучила, — Нин Шу закатила глаза. – Я уже говорила ему, что та девушка занята, но он всё равно решил пристать к ней.Се Июань вытер пот и безжизненно спросил у Нин Шу:— Почему эти двое были такие? ---------- Кричащий Маленький Принц Се Июань всё ещё выглядел напуганным, когда он спросил у Нин Шу:— А почему я видел и Сун Сихань в виде призрака?Нин Шу улыбнулась.— Потому что так и есть.Лицо Се Июаня побледнело, а его щёки задрожали.— Не может быть.Се Вэймин нахмурился. Он спросил у Нин Шу:— Что там произошло?Нин Шу вздохнула.РЕКЛАМА— Всё стало несколько сложнее. Оказалось, что произошла ситуация, к которой я даже не готова.Она рассказала Се Вэймин основные моменты того, что произошло. Как владелец компании, ему нужно знать подробности.Выслушав, что рассказала Нин Шу, Се Вэймин выглядел так, словно только что наступил в кучу собачьего дерьма, и он был раздражён.— Неужели, семье Се им что-то должна? Эти проблемы просто бесконечные. Если мы позволим ей остаться в компании, то компанию наводнит десять тысяч призраков. Если мы её уволим, то нас ждёт воздаяние. Вот серьёзно…Се Вэймин собрал брови в кучу и сказал Нин Шу:— Почему бы тебе не пригласить сюда своего учителя? Старик наверняка справится.Нин Шу покачала головой и ответила:— Учитель сказал, что он не сможет справиться с призрачным королём. А ещё, раз уж я уже спасла Се Июаня, я бы хотела, чтобы вы мне заплатили. Тогда я смогу вернуться домой.Се Вэймин чуть не подпрыгнул на месте и начал умолять Нин Шу:— Мастер-даосит, я бы хотел попросить вас помочь с этим делом. Вы не можете просто так уйти. Небеса награждают за добрые дела. У меня в компании так много сотрудников. Прошу, спасите их, — сказал Се Вэймин.Нин Шу сконфуженно улыбнулась. Проблема в том, что она не могла его победить.Се Вэймин со вздохом сказал:— Если этот вопрос будет улажен, тогда вы сможете предъявить любые требования. За исключением компании, я отдам вам всё, что могу.Нин Шу сказала:— Я постараюсь что-нибудь придумать.Она отправилась наверх, чтобы взять свою тряпичную сумку, готовая воспользоваться темнотой, чтобы сходить в офис.Се Июнь последовал за Нин Шу наверх. Увидев, что она несёт сумку полную различных приспособлений, он сказал ей:— У тебя есть какие-нибудь талисманы для самозащиты? Дай мне пару штук.— Пять тысяч юаней, — сказала Нин Шу.Се Июань чуть не лишился дара речи.— Давай.Нин Шу дала ему два защитных талисмана и сказала:— Тебе также нужно перестать общаться с Сун Сихань. Технически говоря, вы двое уже совсем из разных миров.Се Июань покрутил в руке талисман, осматривая его и кивая в ответ на слова Нин Шу.— Я понимаю. И тот призрак всё время был рядом с ней?— Да, это призрачный король, который культивировал тысячу лет.Се Июань тяжело вздохнул.— А я-то думал, что встретил женщину, с которой я смогу провести остаток своей жизни.— Вы не такой красивый, как призрачный король, — очень прямолинейно сказала Нин Шу.Се Июань закатил глаза. Заметив, что Нин Шу собралась на выход, он спросил:— Куда ты собралась? Я пойду с тобой.— Уже ночь, когда энергия инь наиболее мощная. В вашем теле не хватает энергии ян. Если вы выйдете из дома, то это наверняка приведёт к каким-нибудь нечастным случаям.Нин Шу не хотела брать с собой кричащего маленького принца. Одни только его крики могут напугать людей до смерти.Нин Шу пришла в кабинет и забрала духовную жемчужину и компас, которые использовала для формации заклинания.До этого она думала, что формация заклинания для сбора энергии ян и духовная ловушка смогут оказать некоторый эффект на Фэн Иня, но это всё оказалось тщетно. Вместо этого, Сун Сихань превратилась в монстра полу-человека, полу-призрака с очень долгой продолжительностью жизни.Нин Шу убрала духовную жемчужину и компас. Без магических инструментов для стабилизации формации, заклинание для сбора энергии ян было менее эффективным. Нин Шу внезапно почувствовала, как воздух вокруг неё стал холодным.Нин Шу достала из тряпичной сумки кисть для киновари и смешала прах из массового захоронения с другими ингредиентами для экзорцизма. Она превратила их в некую чернильную субстанцию при помощи беспочвенной воды. ---------- Одержим Малым Духом Нин Шу взяла кисть для киновари и нарисовала руны под офисным креслом Сун Сихань. Затем, она легла на пол и сделала то же самое под её столом.После того, как она поработала над местом Сун Сихань, Нин Шу нарисовала руны в неприметных местах по всему офису, вроде мест под столами и креслами.Вот серьёзно, Нин Шу никак не могла понять, почему Сун Сихань настаивала на том, чтобы работать и страдать. Фэн Инь, может, и призрак, но у него есть экстраординарные способности и ресурсы. Если бы он захотел денег, то ему достаточно было лишь махнуть рукой.Зачем же тогда она должна подобным образом мучиться и работать в компании? Должно быть, семья Се обидела Сун Сихань в прошлой жизни, раз столкнулась с подобным воздаянием.Нарисовав руны по всему офису, Нин Шу перешла в туалет. Она надеялась, что компания Се Вэймина сможет пережить это.Это, вероятно, будет единственное бедствие в их жизни.Когда она со всем закончила, уже была полночь. Нин Шу собрала свои вещи и отправилась на виллу, чтобы продолжить культивировать. Хоть её скорость культивации и не была такой высокой, как у Фэн Иня, если она вообще не будет культивировать, у неё не будет и шанса против Фэн Иня.Как только Нин Шу вернулась на виллу, она увидела, что все огни горят. Она вошла в гостиную и заметила, что служанки все в панике.— Мастер-даосит, Июань, у него снова проблемы. Эх… — взволнованно сказал Се Вэймин, когда спустился по лестнице и увидел Нин Шу.Нин Шу нахмурилась. Она пересекла лестницу парой гигантских шагов, открыла дверь в комнату Се Июаня и обнаружила его, свернувшимся клубком на постели. Его тело было накрыто одеялом.Одеяло тряслось. Нин Шу поспешила поднять его, и увидела, что тело Се Июаня свернулось плотным клубком. Он огрызнулся на Нин Шу, когда увидел её, обнажая зубы в злобном оскале.Закатив глаза, Нин Шу глубоко вдохнула, достала талисман и прилепила к его голове. Из тела Се Июаня стал выходить чёрный дым. Он застонал, его конечности задёргались, после чего он закатил глаза и потерял сознание.Се Вэймин спросил у Нин Шу:— Как он?Нин Шу ответила:— Он сегодня днём выходил гулять, и стал одержим малым духом.— Это каким же? – спросил Се Вэймин.— Собакой.Се Вэймин: …— Его тело сейчас ослаблено, поэтому он должен оставаться дома. Я поместила тут несколько формаций.Нин Шу тяжело вздохнула.Что за боль.Нин Шу спустилась по лестнице, чтобы приготовить лечебный суп для Се Июаня. Она зажала его нос и очень грубо влила в него суп.Се Июань поперхнулся от зелья экзорцизма и открыл глаза, чтобы посмотреть на Нин Шу. Он тут же сказал:— Я видел того мужчину, что был рядом с Сун Сихань.— Чего?!Нин Шу в замешательстве посмотрела на Се Июаня. Разве ты не был одержим собакой?Се Июань приподнял подбородок и сказал Нин Шу:— Видишь отметины удушения у меня на шее? Это он сделал. Он угрожал мне и говорил, чтобы я держался подальше от Сун Сихань, иначе он развеет мою душу. Напугал меня до чёртиков.Се Июань выглядел так, словно он вот-вот обмочится.Нин Шу достала клейкий рис и прижала его к отметинам на шее. Се Июань закричал хриплым голосом:— Больно. Больно… Нин Шу спросила:— Хочешь сказать, что призрачный король пришёл тебя повидать? Когда?— Вскоре после твоего ухода. Я собирался лечь спать, а потом он появился в моей спальне и схватил меня за шею своими холодными руками. Он угрожал убить меня, если снова подойду к его женщине, — хрипло ответил Се Июань. – Твой бумажный талисман был бесполезен. Отдавай обратно мои деньги.Се Июань чуть не плакал.Нин Шу закатила глаза. Если бы талисман мог справиться с Фэн Инем, тогда его нельзя было бы называть тысячелетним призраком.— Тогда почему он просто не убил тебя вместо того, чтобы угрожать?Нин Шу была немного в замешательстве. Со способностями Фэн Иня убить Се Июаня было очень легко. ---------- Могут Быть Настоящими Влюблёнными Нин Шу глянула на Се Июаня и спросила:— Почему же призрачный король не задушил тебя насмерть? Почему он оставил тебя в живых? Это просто бессмысленно.— Сердце женщины воистину самое злобное, — Се Июань коснулся своей шеи и хрипло ответил: — Он и собирался задушить меня. Я чуть было не умер, но у него, похоже, внезапно что-то произошло, и он улетел.Нин Шу подняла бровь.— Не задушил тебя до смерти и ушёл?— Я уже практически задыхался и чуть не умер. Однако потом он застыл, его лицо резко изменилось, после чего он улетел, — Се Июань вытянул руку в сторону Нин Шу. – Твои талисманы плохие. Я хочу их вернуть.Нин Шу погладила свой подбородок, вращая глазами. Фэн Инь явно столкнулся с чем-то, что вынудило его вернуться.Даже его соперник в любви был брошен. Единственный, о ком Фэн Инь мог так сильно переживать – это Сун Сихань. Должно быть, с ней что-то произошло?У нынешней Сун Сихань была бесконечная продолжительность жизни, но это было бесполезно с боевой силой в минус пять. А ещё в её теле было всеми желанное ядро призрачного короля. Слабак с золотом в городе, разве это, по сути, не приглашение для всех остальных ограбить её?РЕКЛАМАВ будущем, Фэн Иню придётся оставаться рядом с Сун Сихань, чтобы защищать её.Нин Шу внезапно рассмеялась. Она не знала, как долго продлится эта защита. Фэн Иню теперь каждый день придётся иметь дело с призраками, которые желают заполучить ядро призрачного короля.Кто знает, когда он устанет? И на каком основании Сун Сихань должна принимать защиту Фэн Иня, ничего не отдавая взамен? Из-за любви?Для длительных отношений, обе стороны должны в равной степени совпадать, чтобы они могли с готовностью учиться идти на компромиссы и поддерживать друг друга, когда годы будут проходить один за другим.Отношения, в которых не хватает баланса, однажды превратятся в отношения, в которых обе стороны страдают.Чтобы заполучить кого-то, сначала нужно быть как этот человек.Ну, они могут быть настоящими влюблёнными.Нин Шу почувствовала, что она не понимает настоящей любви.Се Июань посмотрел на улыбающуюся Нин Шу и не удержался от вопроса:— Что ты теперь будешь делать? Этот призрак теперь водится не только в компании. Он нашёл путь и в наш дом.— Это всё из-за вашей похоти, — раздражённо сказала Нин Шу.Се Июань коснулся своей шеи.— Вы, монахи, не понимаете чувств. Я влюбился в Сун Сихань с первого взгляда и в ту же секунду всем сердцем полюбил её.Аура главной женщины не нуждается в объяснении. Откуда тут может быть так много любви с первого взгляда? Это больше похоже на похоть с первого взгляда.Нин Шу закатила глаза. Ей стоило знать об этом, прежде чем изгонять малого духа из тела этого парня. Пусть бы он пошёл, блин, есть какашки на обочине дороги.Се Июань сказал Нин Шу:— А ещё я хотел кое-что обсудить с тобой. Как ты знаешь, этот призрак может прийти за мной. Я…Нин Шу резко встала и решила взглянуть на дом Сун Сихань. Возможно, она сможет воспользоваться преимуществом сложившейся ситуации.На данный момент ситуация у Сун Сихань и Фэн Иня была не очень хорошей. У Сун Сихань не было никакой боевой силы, но в её теле было ядро призрачного короля. Фэн Инь лишился своего ядра призрачного короля, поэтому его сила уменьшилась. Он также вынужден защищать Сун Сихань, поэтому был зажат со всех сторон.Сейчас – это идеальное время.Се Июань увидел, что Нин Шу подскочила, и сказал:— Я же ещё ничего не сказал. Ты чего так возбудилась?— И что вы собирались мне сказать?Нин Шу проверила содержимое своей тряпичной сумки. Инструменты для изгнания призраков не должны отсутствовать в критический момент.Се Июань сказал:— Не волнуйся, у меня нет никаких неприличных мыслей по отношению к тебе. Для меня ты просто ребёнок, правда.— … Вы на что это намекаете?Нин Шу молча посмотрела на Се Июаня. ---------- Я Хочу Спать с Тобой Се Июань праведно заявил:— Я хочу спать с тобой.Нин Шу: →_→Нин Шу влепила Се Июаню сильную пощёчину.— Говорите, как полагается. Что это вы тут пытаетесь устроить?Се Июань совсем ошалел от такого отношения. Он прикрыл лицо и сказал:— Я хочу лишь спать в твоей комнате. Я боюсь, что призрачный король придёт за мной. За что ты меня бьёшь?Нин Шу проигнорировала Се Июаня, развернулась и покинула виллу, направляясь в сторону дома Сун Сихань.В данных компании о сотрудниках был адрес места жительства Сун Сихань. Она жила в небольших апартаментах, которые были довольно скромными.Стены апартаментов были покрыты плющом, но в данный момент снаружи апартаменты были в темноте. Ветер зловеще завывал, и ощущения были такие, словно тут находится массовое захоронение и обитают десятки тысяч призраков.Нин Шу спряталась неподалёку, достала коровьи слёзы и намазала их на веки. Затем она прилепила талисман к своему телу, и уже только после этого отправилась проверять апартаменты.Множество яростных духов влетали в помещение через окно, но ни один из них не возвращался.Это было впервые, когда Нин Шу увидела так много призраков. Тут были все виды призраков, включая мужчин, женщин и злых младенцев.Всевозможные странные звуки переплелись вместе, формируя песню с мелодией, которая тянулась неуютно долго, от детского плача, до ритмичных звуков трещотки.Магнитное поле в этой области было в хаосе.Так много призраков собрались вместе, и все они хотели заполучить ядро призрачного короля.Если бы ядро призрачного короля было в теле Фэн Иня, то эти призраки не посмели бы даже дыхнуть в его сторону. Но теперь, когда оно было у слабого человека, они были бы глупцами, если бы не попытались его схватить.Нин Шу взволнованно огляделась. Эти призраки всего лишь предлагали себя в качестве еды. Ореол главного персонажа не стоит недооценивать.Нин Шу нахмурилась. Что же именно нужно сделать, чтобы разобраться с Фэн Инем? Если бы у неё было достаточно силы, разумеется, она бы просто выскочила и поколотила Фэн Иня, не моргнув глазом.Вероятно, из-за силы Фэн Иня, многие призраки не смели ломиться в апартаменты. Вместо этого они тихонько парили вокруг здания.Из-за этого окрестности апартаментов выглядели зловеще и пугающе. Уличные огни мигали, иногда становились ярче, иногда выключались, и повсюду были странные звуки.Если бы кто-то проходил тут, то наверняка бы заработал себе серьёзную болезнь. Тут было слишком много энергии инь.Фэн Инь парил в воздухе, слегка нахмурив брови. Он пристально смотрел через окно на Сун Сихань, лежащую на постели в доме.Сун Сихань лежала без сознания. Он ушёл совсем ненадолго, когда эти призраки пришли к двери апартаментов и поспешили проникнуть в тело Сун Сихань, чтобы похитить ядро призрачного короля, отчего она получила серьёзную травму.Глаза Фэн Иня были багровыми, когда он обвёл взглядом окружающих призраков, излучая убийственную и злобную ауру. Он холодно сказал:— Проваливайте туда, откуда вы пришли. Если вы снова посмеете приставать к моей женщине, тогда вас ожидает только уничтожение души, когда она сгорит в огне девятого пламени бездны.Услышав слова Фэн Иня, рыщущие поблизости призраки немного взволновались. Некоторые более слабые призраки замешкались и полетели прочь, но большинство из них не сдвинулось с места.Очевидно, они всё ещё были одержимым ядром призрачного короля.Фэн Инь, который парил в воздухе, увидел это и холодно фыркнул. Его волосы начали развеваться, а его красные одежды зашевелились. Он медленно поднял свою руку, и в ней материализовалось тёмное пламя в виде полноценной орхидея.В следующее же мгновение температура вокруг резко снизилась, и Нин Шу почувствовала, как её душа замерзает.Согласно слухам, преисподняя наказывает непослушные души при помощи этого пламени. Они жарятся на девятом пламени бездны, на котором можно ощутить, как душа замерзает и трескается на миллион маленьких осколков. Неделя за неделей цикл повторяется, пока душа не уничтожается.Чем сильнее душа, тем более это болезненно. Всё же, сильные души не так-то просто уничтожить, поэтому у них не остаётся иного выбора, кроме как бесконечно страдать от боли. ---------- Это Всё Ещё Современный Мир?! Фэн Инь вытащил девятое пламя бездны, подавляя окружающих его призраков. Некоторые из них не смогли выдержать такой силы и вскоре рассеялись. Нин Шу: … Чёрт, это же современный мир. Доставать такие вещи – это явно читерство. Когда Нин Шу увидела это пламя, она тоже почувствовала дискомфорт в своей душе. С другой стороны, многие собравшиеся тут призраки поспешно разлетелись во все стороны, словно они столкнулись со своей неизбежной гибелью. Фэн Инь был словно божество, парящее в воздухе. Девятое пламя бездны слегка мерцало в его руке, и голубое сияние огня отражалось на его лице, отчего лицо выглядело немного зелёным. Люди могут быть глупыми, поэтому и призраки могут такими быть. Некоторые призраки не поверили, что они будут побеждены, и продолжили сидеть вокруг апартаментов. Фэн Инь холодно улыбнулся, когда отделил прядь от девятого пламени бездны в своей руке. Он отправил её в сторону глупого призрака. Как только девятое пламя бездны коснулось призрака, призрак тут же вспыхнул, словно сухая древесина, попавшая в костёр. Призрак взвыл от боли и начал кататься по земле, пытаясь потушить пламя на своём теле. Несмотря на то, что девятое пламя бездны было пламенем, по своей природе оно было холодным и напрямую вторгалось в душу. Прошло совсем немного времени, прежде чем призрак полностью рассеялся, а его духовная энергия была поглощена девятым пламенем бездны. Нин Шу: … Какого хрена! У неё было серьёзное подозрение, что она зашла не на ту съёмочную площадку. Она знала, что Фэн Инь был могущественным, но теперь её мнение о нём полностью обновилось. С таким предупреждением, все томящиеся в ожидании призраки были напуганы окончательно. Они исчезли в мгновение ока. Когда эти призраки ушли, небо тоже расчистилось от облаков, обнажая скрытую до этого луну. Нин Шу тоже собралась уходить. Изначально она хотела порыбачить в мутной воде, но ситуация быстро стала односторонней. На данный момент, никто среди живых или мёртвых не был противником для Фэн Иня. В голове Нин Шу была только одна мысль: "дерьмо собачье". Фэн Инь посмотрел в сторону укромного места Нин Шу и холодно сказал: — Человек, что прячется там, выходи сюда. Сколько ты ещё планируешь смотреть это представление? Живой человек посмел появиться в таком месте. Нин Шу закатила глаза, но не вышла. Видя, что девятое пламя бездны в руках Фэн Иня становится всё слабее и слабее, у неё внезапно появилась идея. Девятое пламя бездны очень сильно повреждает душу. Если это так, тогда Фэн Инь, пользователь пламени, тоже должен быть подвержен этому влиянию, особенно теперь, когда его сила резко снизилась. Фэн Инь увидел, что спрятавшийся человек не выходит, поэтому он полетел в сторону Нин Шу. Нин Шу достала духовную жемчужину из тряпичной сумки, чтобы проверить, сможет ли она как-то навредить Фэн Иню. Духовная жемчужина была вещью, которая поглощала духовную энергию, и у Фэн Иня теперь не было физического тела. Он был просто призрак, могущественный призрак. Чем ближе Фэн Инь становился, тем больше Нин Шу ощущала, как тёмная злобная сила окружает её. Нин Шу больше не могла ждать. Она бросила духовную жемчужину в Фэн Иня. Фэн Инь остановился и нахмурил свои красивые брови с озадаченным видом. Очевидно, он понятия не имел, что это такое. Но Фэн Инь не растерял настороженности по отношению к духовной жемчужине. Он метнулся в сторону, чтобы увернуться от неё, но он даже не представлял себе, что эта жемчужина на самом деле помчится к девятому пламени бездны. Девятое пламя бездны начало яростно пульсировать, неистово сжигая духовную жемчужину. Жемчужина тоже слегка задрожала, очевидно сопротивляясь девятому пламени бездны. ---------- Возможность Ослабить Фэн Иня Они были в безвыходном положении. Оба духовных предмета были наполнены духовной энергией и оба думали о том, чтобы сожрать друг друга. Фэн Инь нахмурился. Его внешность выглядела немного ужасающей под тусклым лунным светом, когда он обнаружил, что девятое пламя бездны вытягивает из него духовную энергию ипытается побороть жемчужину. Девятое пламя бездны начало пульсировать всё более и более яростно, равно как и духовная жемчужина. Было непонятно, какая из двух сторон победит в битве. Нин Шу внимательно следила за Фэн Инем и духовной жемчужиной. Вскоре она обнаружила, что призрачное тело Фэн Иня стало немного тусклее, чем раньше. Нин Шу предположила, что девятое пламя бездны, должно быть, вытягивает его силу, а иначе как оно могла внезапно начать так интенсивно атаковать жемчужину? Сердце Нин Шу ёкнуло. Возможно, ей только что представилась возможность ослабить Фэн Иня. Она порылась в тряпичной сумке и достала стопку талисманов, которые были нарисованы при помощи праха Фэн Иня. Нин Шу зажала талисманы между пальцами и прочитала заклинание. Несколько талисманов полетели в сторону Фэн Иня. Когда Фэн Инь увидел эти талисманы, на его лице отразилось нетерпение. Он хотел как можно скорее покончить с этим противостоянием. Сун Сихань всё ещё ждала его в доме. Изначально он думал, что это всего лишь скрытная крыса, но никак не ожидал, что окажется в таком тупике. Фэн Инь взмахнул рукавом в сторону талисмана, который летел к нему. Он хотел просто уничтожить его, но совсем не ожидал, что тот прилипнет к его телу. Как только талисманы коснулись духовного тела Фэн Иня, из него клубами повалил чёрный дым. Энергия инь и злобная энергия стали извергаться из него, ещё больше ослабляя его духовное тело. Фэн Инь нахмурился. Откуда у жреца даосита были талисманы, которые могли навредить ему? Он почувствовал знакомую энергию в талисмане, которая пробиралась в его душу и заставляла его чувствовать себя неуютно. Фэн Инь теперь был немного зажат в тиски. С одной стороны его подавляли талисманы, а с другой стороны было девятое пламя бездны, которое вытягивало его энергию, пытаясь превратить духовную энергию духовной жемчужины в свою. Видя, что талисманы оказались полезными, Нин Шу достала ещё одну стопку. Как и в прошлый раз, она прочитала заклинание, и бумажные талисманы полетели к Фэн Иню. Выражение лица Фэн Иня было пугающим, он уже не мог поддерживать свою невероятно красивую и величественную внешность. Его нефритово-белое лицо сочилось кровью, а его взгляд был ужасным и полным негодования. Таким было лицо Фэн Иня перед тем, как он умер. Хоть оно и было таким же, оно было покрыто кровью. Фэн Инь в гневе убил множество людей тысячу лет назад, в прошлой жизни Сун Сихань, а потом он убил себя, чтобы присоединиться к ней. Нин Шу заметно воодушевилась. Это показывало, что нынешняя потеря силы Фэн Иня была значительной, и что ему не хватает энергии, чтобы поддерживать свою красивую внешность. Фэн Инь гневно уставился на Нин Шу с убийственной и безграничной враждебностью во взгляде. Нин Шу почувствовала, как по всему её телу прошёл холодок. Девятое пламя бездны всё ещё поглощало энергию Фэн Иня, чтобы побороть духовную жемчужину. Результатом этого противостояния было то, что Фэн Инь уже больше не смог терпеть. Кто знает, было ли это просто воображение Нин Шу, но ей показалось, что духовная жемчужина стала меньше, чем раньше, означая, что её сила ослабевает. После некоторых размышлений Нин Шу разместила вокруг неё формацию заклинания для сбора энергии ян. С формацией заклинания для сбора энергии ян, окружающая энергия инь и злобная энергия постепенно стали слабеть, а лунный свет стал ярче. Фэн Инь вытянул руку. Она стала бесконечно растягиваться, пытаясь задушить Нин Шу. Нин Шу взяла меч из персикового дерева, вымоченный в киновари, и вонзила его в руку Фэн Иня. Клубящийся чёрный дым вышел из того места, куда попал меч. Однако Фэн Инь проигнорировал шипящую руку и ударил Нин Шу в грудь. Нин Шу отлетела назад, ударилась об уличный фонарь и выплюнула полный рот чёрной крови. Едва она только подняла голову, как увидела, что рука Фэн Иня приближается к ней. Нин Шу поспешила достать компас учителя-предка. Приближающаяся рука Фэн Иня ударила по компасу, который засиял золотым светом. Он смог защититься от огромной руки. Нин Шу немного пришла в себя после удара и вложила свою духовную энергию в компас. Послышался звук рёва дракона и нечто похожее на дракона или змею вылетело из компаса, безжалостно накинувшись на руку Фэн Иня. Послышался громкий взрыв, когда они столкнулись, и Нин Шу тут же оглохла. Сила вызванного компасом золотого дракона превратилась в пятнышки золотого света и исчезла, приняв на себя удар за Нин Шу. ---------- Магнит Для Призраков Хоть золотой дракон и исчез в этом столкновении, Фэн Инь тоже чувствовал себя не очень хорошо. Его душа стала немного тусклее, чем раньше. Из-за этого сила девятого пламени бездны тоже уменьшилась, и оно оказалось в невыгодном положении в своём противостоянии с духовной жемчужиной. Теперь духовная жемчужина могла даже поглотить девятое пламя бездны. Девятое пламя бездны тоже отчаянно отбивалось, всё более и более энергично поглощая силу Фэн Иня. Оно просто добавляло обиды к травмам Фэн Иня. Нин Шу с трудом поднялась с земли и потёрла свою грудь. Она чувствовала себя неуютно, так как энергия инь вторглась в её тело и в данный момент буйствовала там. Нин Шу достала талисман и приложила его к своему телу. Сила талисмана столкнулась с энергией инь и злобной энергией в её теле, отчего Нин Шу почувствовала себя ещё хуже. Сдавленный стон вырвался изо рта Нин Шу, и её стошнило очередной порцией крови. И хотя она чувствовала себя нехорошо, Нин Шу не ослабила хватку на компасе, и она бдительно следила за Фэн Инем. Фэн Инь теперь опасался компаса в руках Нин Шу, и не делал очередного хода. Он не мог определить, был ли это одноразовый предмет, или его можно было использовать несколько раз подряд. Более того, у него всё ещё была проблема с девятым цветком бездны и жемчужиной. Фэн Инь пытался вмешаться в битву между ними двумя, но всё было тщетно. Фэн Инь нахмурился и теперь выглядел очень нетерпеливым, кровь с его лица капала на землю. — Ахх… Посреди всей этой тишины из апартаментов донёсся тихий крик. Это был голос Сун Сихань. Фэн Инь тут же заглянул в окно комнаты и увидел, что Сун Сихань крутится по постели. Ей явно было больно. До этого Сун Сихань оказалась в опасности, когда десять тысяч призраков вошли в её тело и попытались захватить ядро призрачного короля, которое было в ней. Более того, область вокруг апартаментов теперь была окружена формацией заклинания для сбора энергии ян, которое установила Нин Шу. В данный момент, любой урон будет катастрофическим для Сун Сихань. В данный момент Сун Сихань была магнитом для призраков. Все призраки, с которыми она сталкивалась, желали войти в её тело и забрать ядро призрачного короля, и даже хотели захватить её тело для себя. Но большинство призраков просто желали заполучить ядро призрачного короля. Всё же, у полу-человека и полу-призрака просто нет никакой силы, и рано или поздно остальные призраки убьют её. Фэн Инь очень разволновался, когда увидел, что Сун Сихань страдает. Однако он ничего не мог сделать; девятое пламя бездны в его руке только навредит ей, если он приблизится с ним к ней. Фэн Инь нахмурился, когда кровь с его лица потекла ещё больше, наполняя окрестности липким и кровавым запахом, словно перед ним было море трупов. Он сделал глубокий вдох и повернул голову, его глаза были красными и безразличными. Он посмотрел на Нин Шу, словно он уже смотрел на мёртвого человека. Тело Нин Шу охватил лёгкий озноб, когда она поняла, что по мнению Фэн Иня она поднялась в списке людей, обязательно подлежащих убийству. Фэн Инь использовал свою свободную руку в качестве ножа и отрубил запястье руки, на которой было девятое пламя бездны. Отрубленная рука превратилась в духовную энергию, которую тут же поглотило девятое пламя бездны. Рука Фэн Иня регенерировала и снова выросла из запястья. Фэн Инь на мгновение глянул на призрачное голубое свечение девятого пламени бездны, а потом развернулся и помчался в апартаменты. Нин Шу была немного удивлена; он бросил девятое пламя бездны? Девятое пламя бездны тут же оказалось в слабой позиции, потому что у него не было энергетической поддержки от Фэн Иня. Духовная жемчужина начала пульсировать всё быстрее и быстрее. Девятое пламя бездны теперь непрерывно слабело, а духовная жемчужина постепенно становилась сильнее. В итоге, она поглотила девятое пламя бездны. Нин Шу поспешно схватила духовную жемчужину. Она обнаружила, что та стала немного тяжелее, чем раньше, и веяла освежающим холодом в её ладони. Забрав духовную жемчужину, Нин Шу тоже не стала задерживаться тут. Она развернулась и помчалась прочь, её грудь пульсировала от боли, пока она бежала. ---------- Не Удалось Уничтожить Его Несмотря на то, что она прилепила на себя талисман, она всё равно ощущала себя так, словно её тело находилось в ледяной пещере. К тому времени, как она наконец-то вернулась на виллу, её лицо уже посинело, а губы стали чёрными. Отец и сын Се ожидали её на вилле. Когда они увидели Нин Шу в таком состоянии, они поспешно спросили: — Что с тобой случилось? Нин Шу первым делом наполнила две тарелки супом для экзорцизма и выпила их. Затем она прилепила ещё один талисман на своё тело, которое клубами излучало чёрный дым. После того, как она покончила со всем этим, Нин Шу сказала Се Вэймину: — Пусть ваши сотрудники какое-то время не выходят на работу. Потерпев такое большое поражение, Фэн Инь наверняка будет мстить. Се Вэймин спросил: — Что случилось? — Мне не удалось его уничтожить. Он наверняка захочет отомстить. Тело Нин Шу казалось слабым. Се Вэймин кивнул. — Ладно. Затем он вздохнул. — Похоже, компании придётся понести убытки. Нин Шу поджала губы и сказала: — Что останется от вашего бизнеса, если у вас начнут умирать люди? Нам нужно всегда быть настороже. Призрачный король наверняка придёт за нами. После этих слов Нин Шу отправилась наверх и вернулась в свою комнату. Она села на постель, чтобы заняться культивацией, и стала направлять свою энергию на восстановление тех частей её сердца, которые были повреждены энергией инь и злобной энергией. Это произошло, когда ладонь Фэн Иня ударила её по груди и все вены в её сердце были повреждены. Культивирующая Нин Шу нахмурилась. Энергия инь и злобная энергия в её теле наполняли её зрение и слух всевозможными иллюзиями. Она пережила так много миров, и образы из этих миров мелькали перед ней один за другим. Они были такими сложными и запутанными, что в мыслях Нин Шу возникла сплошная мешанина. Сердце Нин Шу стало беспокойным. Всевозможные негативные эмоции всплыли наружу, и она внезапно стала задаваться вопросом о своём предназначении. Зачем она мучается в одном мире за другим, без видимого окончания всему этому? День за днём, без возможности жить для себя самой, облачаясь в чужую кожу, этим дням буквально не было конца. Какой смысл выживать во всём этом одной? Тело Нин Шу клубами излучало чёрный дым, её брови почернели, а глаза налились кровью. Когда энергия инь и злобная энергия разъели разум Нин Шу, она встала, вышла на балкон и посмотрела вниз. В её голове внезапно появилась мысль. Она же может просто спрыгнуть и покончить со всем этим. Ради чего она тут надрывает свою задницу? Да, может это и ради выживания. Но она прожила так много миров, так что этого уже достаточно. Бесконечная одинокая жизнь такая же бессмысленная и невыносимая. И кто вообще вспомнит её? Какой смысл ей жить? Внезапный порыв спрыгнуть появился в сердце Нин Шу. Она закрыла глаза и подняла ногу, чтобы шагнуть вперёд. В это мгновение в её голове прозвучал голос 2333. — Нин Шу, ты опять какие-то глупости творишь? Нин Шу вернула ногу назад и безразлично сказала: — Я внезапно почувствовала себя такой уставшей. Злобная энергия лишь разбередила ту усталость, которая была глубоко похоронена во мне. Мозг Нин Шу был ясным. После долгой тишины 2333 сказал: — Если хочешь, я могу уничтожить тебя и разорвать наш контракт. Нин Шу вздохнула и села на пол, мысленно читая очищающую сердце мантру, чтобы развеять негативные эмоции. Нин Шу прилепила ещё пару талисманов на своё тело, спустилась вниз и выпила ещё две тарелки супа для экзорцизма. Затем она снова легла на свою постель и молча продолжила повторять очищающую сердце мантру, пока не заснула. На следующее утро, когда Нин Шу проснулась, её настроение было гораздо яснее. Талисманы и лекарство продемонстрировали свои эффекты, и энергия инь и злобная энергия исчезли из её тела. Однако её грудь всё ещё болела. От кашля и быстрой ходьбы в ней возникали взрывы боли. Это можно было залечить только постепенно. Ей придётся полагаться на энергию в даньтяне, чтобы нивелировать урон, нанесённый сердечным венам. ---------- Вы Всё Ещё Принимаете Учеников? Нин Шу села на свою постель. Она мобилизовала энергию в даньтяне и направляла её к венам своего сердца, когда услышала стук в дверь. Она открыла дверь и увидела Се Июаня. Се Июань посмотрел на лицо Нин Шу и спросил: — Как ты? Нин Шу ответила: — Гораздо лучше. Се Июань вздохнул. — Девушка вроде тебя в таком состоянии, однако я всё равно вынужден полагаться на твою защиту. Я чувствую себя очень плохо от этого. Вы всё ещё принимаете учеников в вашем даосском храме? Нин Шу: … Нин Шу спокойно ответила: — Люди вроде меня считаются культиваторами, и когда делаешь вещи, которые выдают небесные планы, то это грозит неприятной отдачей от Небесного Дао. Это жизнь одиночки, которая тебе не подходит. К тому же, ты слишком стар, чтобы учиться. Се Июань закатил глаза. — Пойдём вниз и поедим. Нин Шу ела прожорливо. Так как духовная энергия тут была разреженной, это был единственный способ набраться энергии для восстановления тела. Когда Се Июань увидел, как Нин Шу поглощает одну тарелку за другой, он невольно проглотил полный рот слюны. — Куда девается вся еда, которую ты съедаешь? Нин Шу проигнорировала его. После завтрака Нин Шу повесила зеркало восьми триграмм у входа на виллу и установила формацию, которая должна защищать горы. Но у неё не было артефакта, который мог бы послужить ядром. У Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как снова достать компас. Нин Шу осмотрела компас. Магнитная стрелка была чёрной, и она была сделана из материала, который невозможно было определить. Однако он всё равно выглядел простым и непримечательным. Если бы эта штука не заблокировала атаку Фэн Иня прошлой ночью, то Нин Шу к этому времени уже была бы мертва, наверное. В изначальной истории Тао Цинь тоже смогла сбежать, полагаясь на этот компас. Так или иначе, похоже, что этот компас был непростым. Нин Шу поместила компас в гостиной комнате на выставочной витрине и использовала его в качестве ядра формации. С такими мерами предосторожности Фэн Иню определённо потребуется потратить часть энергии на то, чтобы вломиться на виллу семьи Се. Уже не будет как в прошлый раз, когда он мог приходить и уходить, когда пожелает. После некоторых размышлений, Нин Шу решила разместить ещё одну формацию – формацию духовного сбора – чтобы собрать всю окружающую духовную энергию. Эта формация была очень сложной. Хоть Нин Шу и изучала её с Цин Юэ долгое время, шансы на успех всё равно были слабыми. Сбор духовной энергии в одном месте – означал борьбу против всего мира за эту духовную энергию. Нин Шу повозилась с формацией и в этот раз достала духовную жемчужину, чтобы использовать её в качестве ядра. Она сложила пальцы в форме знаков, и формация в доме моргнула. И вроде бы она выглядела успешной, но потом развалилась на части. У Нин Шу не было иного выбора, кроме как начать сначала, снова и снова пытаясь собрать формацию. Долгое время спустя, формация стабилизировалась, и духовная энергия стала постепенно собираться в комнате. Нин Шу сделала глубокий вдох и успокаивающее освежающее ощущение омыло её тело. Она быстро села культивировать, в то время как духовная энергия входила в её даньтянь через поры. Энергия в её даньтяне постепенно увеличивалась. Нин Шу только начала радоваться ощущению роста духовной энергии, когда формация духовного сбора снова рассыпалась. Нин Шу: Какого хрена… Пока духовная энергия ещё не рассеялась окончательно, Нин Шу отчаянно старалась её впитать. Несколько дней прошли в мгновение ока. Нин Шу полагала, что Фэн Инь придёт мстить, но всё было тихо и спокойно. Ничего нового не происходило. Нин Шу погладила свой подбородок. Она задумалась, было ли это из-за Сун Сихань. Так как он не мог оставить её, не означает ли это, что какое-то время он не сможет доставлять проблем? Уж лучше так. По крайней мере, к тому времени она восстановится. Нин Шу думала, что какое-то время она сможет жить спокойно. Однако вскоре выяснилось, что та начальница, на которую напал Фэн Инь, покончила жизнь самоубийством, спрыгнув с крыши. Об этом было рассказано по телевизору и, в основном, все обвинения были в сторону компании Се Вэймина. Начальница считалась руководством компании. И раз такой сотрудник покончил жизнь самоубийством, то на это явно была серьёзная причина. Отец и сын Се сидели на диване в гостиной и смотрели новости по телевизору. Их лица явно были обеспокоенными. Семья начальницы тоже была в телевизоре. Они требовали объяснений от компании Се Вэймина иначе они устроят из этого большой скандал. Се Вэймин теперь был так раздражён, что количество седых волос на его голове увеличилось. Он сказал Нин Шу: — Наверняка это сделал тот призрак. Нин Шу: … ---------- Кто в Это Поверит? Даже если это и была правда, кто в это поверит? Нин Шу никогда не представляла, что Фэн Инь не пойдёт искать её и семью Се, а вместо этого убьёт ту начальницу, которая отругала Сун Сихань. Неужели он начал с начальницы в качестве демонстрации силы? Или Фэн Инь сошёл с ума? Так бессовестно. Она предполагала, что он будет слишком зол на семью Се за то, что она вызвали жреца-даосита, чтобы изгнать злобную энергию и отчего Сун Сихань стала такой. И это даже стоило ему потери изрядного количества своей силы. Се Вэймин раздражённо сказал: — Какой смысл вообще оставлять компанию открытой? Остаётся только закрыть её. Это просто невероятно. Семья Се оказалась без причины причастна. Наличие такой сотрудницы, как Сун Сихань, действительно нанесло им большой ущерб. Нин Шу нахмурилась. Она закинула на спину тряпичную сумку, готовясь сходить к дому той начальницы. Се Июань сказал: — Я пойду с тобой. Всё же, она сотрудница нашей компании. Нин Шу кивнула и ничего не сказала. Начальница спрыгнула с крыши высокого здания. В нём было больше десяти этажей и оно находилось в высококлассном районе, так что не было ни малейшей надежды на выживание. На дороге была почерневшая кровь, и она была разбрызгана довольно далеко. На данный момент на месте преступления была нарисована белая фигура человека, а окрестности были перекрыты полицией. Когда Се Июань увидел кровь, он невольно вытер с лица пот, а в его выражении лица читалась жалость. Нин Шу намазала коровьи слёзы на веки и увидела дух начальницы, блуждающий на месте её смерти. Её тело было полно чёрной призрачной энергии. Кто-то, кто полон энергии инь и злобной энергии, не имеет права на реинкарнацию. Поэтому, начальница могла лишь бесконечно блуждать на месте своей смерти, пока её душа не будет уничтожена. Нин Шу достала из своей сумки три палочки с благовониями и зажгла их. Блуждающий дух начальницы почувствовал благовония и перестал бесцельно летать. Она посмотрела на Нин Шу взглядом, полным мольбы и просьбы. Нин Шу сказала: — Я помогу тебе вознестись. Просто не цепляйся за этот мир. Затем она сложила пальцы в соответствующий знак, опустошила разум и прочитала "Мантру Вознесения Неба и Земли". — Естественный образ неба и земли; развей всю грязь. В глубинах грота Загадочной Пустоты; Верховный Источник ярко сияет. Отважные духи восьми направлений; проведите естественный образ. Талисманный указ Великой Сокровищницы; проведите за девять дней. Пещера Загадочной Пустоты, уничтожит зло и обуздает демонов… Дао и Ци сольются и будут существовать вечно; этим правилам я буду целесообразно следовать. Пока Нин Шу читала заклинание, энергия инь и злобная энергия в теле начальницы постепенно уменьшались, а позади неё появился проход в виде чёрной дыры. Начальница поплыла в сторону чёрной дыры, которая постепенно становилась меньше. Когда она только добралась до входа в чёрную дыру, её тело внезапно взорвалось мощными энергией инь и злобной энергией. Эта негативная энергия сформировала нечто вроде цепи, которая сковала тело начальницы и стало тащить её прочь от чёрной дыры. Начальница поспешно закричала Нин Шу: — Помогите. Нин Шу была ошеломлена. Она достала талисманы и выстрелила ими в сторону цепей, которые утаскивали начальницу. Однако талисманы не возымели никакого эффекта на цепи, сформированные негативной энергией. Зажатая в угол, Нин Шу достала талисман, нарисованный пеплом, прилепила его к мечу и персикового дерева и ударила им по цепям, разрезая их. Чёрная дыра становилась всё меньше и меньше. Если она совсем исчезнет, то у начальницы не останется шансов на реинкарнацию. Вознесение не всегда проходит успешно. Оказавшись без цепей, начальница полетела в сторону чёрной дыры и как раз успела пройти через неё перед самым закрытием. Нин Шу вздохнула с облегчением. Внезапно, в воздухе послышался голос Фэн Иня: — Мешающий мне даосит, это тебе предупреждение. Ни тебя, ни семью Се не ждёт пощада. Се Июань прикрыл свои уши, словно от боли. Нин Шу быстро прилепила талисманы на его тело. Его лицо побледнело, и он с сожалением сказал: — Если бы я знал раньше, я бы не стал ухаживать за Сун Сихань. Я не знал, что Сун Сихань – такой цветок с шипами. ---------- Видят Призраков При Свете Дня Если бы он знал раньше, то даже за тысячу юаней не смог бы купить "если бы он знал раньше". Теперь Се Июань уже очень сожалел о том, что связался с Сун Сихань. Компания его семьи теряла свой бизнес, в то время как сотрудники компании теряли свои жизни. Но Се Июань также был полон горечи. Кто бы мог подумать, что Сун Сихань последует за призрачным королём? Когда мальчик встречает девочку, которая ему нравится, конечно же, он пытается её добиться. Всё же, условия у Се Июаня были не такие уж и плохие. У его семьи были деньги. И хотя его нельзя было сравнить с Фэн Инем, в глазах обычных людей он был выдающимся. Лицо Се Июаня было бледным и раздражённым. Глядя на Нин Шу, он с яростью сказал: — Неужели нет никакого способа убить его? А как насчёт уничтожения его души? Внутри Се Июаня кипел гнев. Призрачный король хотел задушить его насмерть, а он ничего не мог с этим поделать, кроме как просто лежать и терпеть.И это было лишь начало. Нин Шу стиснула губы. — У всех есть свои слабости, даже если они становятся призраками. Однако у нас нет иного выбора, кроме как делать всё постепенно. Это было вполне возможно. Всё же, смерть этой начальницы создала проблемы для семьи Се. Если что-нибудь случится с каким-либо другим сотрудником компании, тогда семья Се не сможет с этим справиться. — Так не пойдёт. Я волнуюсь, что он сделает что-нибудь с сотрудниками компании, — сказал Се Июань.Это было вполне возможно. Цепочка смертей столкнёт семью Се с обрыва. Се Июань был очень обеспокоен этим. Он не боялся, что призрачный король придёт на виллу Се. Он, скорее, волновался, что призрачный король займётся сотрудниками. Тело Нин Шу было немного потрёпанным. Она только что помогла вознестись начальнице, поэтому не очень хорошо себя сейчас чувствовала. Она сказала Се Июаню: — Давайте сперва вернёмся. Се Июань сел за руль автомобиля, а Нин Шу села на пассажирское место. Се Июань внезапно нажал на тормоза. Автомобиль резко остановился и покрышки с резким визгом прочертили полосы на дороге. Тело Нин Шу внезапно качнулось вперёд. Сердце Нин Шу ёкнуло, а её лицо побледнело. — Почему вы внезапно затормозили? – спросила Нин Шу, пребывая в плохом настроении. Се Июань объяснил: — Я только что увидел парня, стоящего посреди улицы, вот я и нажал на тормоза. Нин Шу закатила глаза, не зная, что и сказать. Похоже, что люди со слабым здоровьем видят призраков и при свете дня. Нин Шу прилепила несколько талисманов на тело Се Июаня. — Выпрямитесь. Чего тут бояться? Пока ваше сознание ясное, вам не нужно бояться никаких демонов или монстров. Вернувшись на виллу, Нин Шу вошла в гостиную и увидела старика в даосской мантии. Его волосы были причёсаны и собраны в пучок. В руках у него был тряпичный флаг с изображением диаграммы инь и ян. На флаге также было написано: "Укажите путь потерявшемуся джентльмену и освободитесь от долгих страданий". Он был весь в пыли. В данный момент он разговаривал с Се Вэймином и время от времени слегка поглаживал свою седую бороду. Нин Шу была приятно удивлена увидеть его. Она поспешно подошла к нему и спросила: — Учитель, что вы тут делаете? Разве старик не должен быть за тысячу километров отсюда? Как он внезапно оказался тут? Старик повернул голову, чтобы взглянуть на Нин Шу, и заметил её бледное лицо. — Ранена? Он тут же схватил запястье Нин Шу, проверил пульс и посмотрел на неё, сквозь прищуренные веки. — Как ты довела себя до такого состояния? Нин Шу спросила: — Что вы тут делаете? А как же младшие братья и сёстры? Вы просто оставили их там и сбежали? А что если что-нибудь случится? — Ладно, ладно, хватит уже шуметь. Я разместил твоих младших братьев и сестёр в доме фермера, — ответил старик. – Я просто никак не мог избавиться от беспокойного ощущения в последнее время. У меня было такое чувство, что с тобой что-то случилось, поэтому я пришёл повидать тебя. Нин Шу с облегчением вздохнула. — Что с тобой такое? Разве я не говорил тебе не лезть к могущественным призракам? – сказал старик, пребывая в дурном настроении. Затем он достал пилюлю и дал её Нин Шу. — Возьми. Нин Шу немного нерешительно съела похожую на пластилин пилюлю. Она внезапно вспомнила про компас и рассказала старику о его странном поведении и о том, что из компаса даже вылетел дракон. ---------- Должность Главы Секты Старик погладил свою бороду и сказал: — Этот компас – магический инструмент древнего мастера, и он помог найти множество жил дракона. Поэтому, вполне нормально, что он впитал в себя энергию дракона. Твоя способность использовать энергию дракона в компасе – это благословение моей Горы Мао. Старик снова разгладил свою бороду и сказал: — Должность главы секты будет передана тебе. Нин Шу: →_→ И какие преимущества в том, чтобы быть главой секты? Ведь придётся даже нести ответственность за жизнь большой семьи. К тому же, невозможно даже вести себя круто. Стоит только сказать другим людям, что ты – даосит Горы Мао, так люди тут же начнут называть тебя мошенником. — Даосит, я рад, что ты пришёл, — сказал Се Вэймин. — Ситуация сложилась ужасная. И беда случилась даже с сотрудником моей компании. Старик сказал: — Это… — Даосит, не волнуйся. Как только этот вопрос будет решён, я обязательно помогу вам восстановить даосский храм и пожертвую большую сумму денег. Се Вэймин всего лишь хотел как можно скорее разобраться с этим вопросом. Если ещё больше сотрудников окажутся в беде, он переживал, что тогда вмешается судебная власть. Они начнут расследование и это окажется серьёзным ударом для репутации компании. И тогда для процветания его компании уже не останется никакой надежды. Старик сказал: — Я схожу в каждый дом и установлю формацию. Не волнуйся. — Тогда я попрошу вас этим заняться, даосит. Се Вэймин с облегчением вздохнул. Он попросил горничную приготовить комнату, в которой останется старик. Во время обеда Нин Шу и старик съели практически полный стол еды, отчего Се Июань уронил челюсть. Насколько же бедным был этот даосский храм? Как все его обитатели могут есть, словно изголодавшийся призрак? После обеда старик отправился к домам сотрудников, чтобы установить формации. Се Вэймин составил компанию старику. Прежде чем уйти, старик сказал Нин Шу: — Отдыхай и лечись. Нин Шу кивнула. — Учитель, будьте осторожны. Призрачный король очень сильный. Старик сказал: — Я знаю. Се Июань и Нин Шу остались на вилле. Се Июань сказал Нин Шу: — Твой учитель… тот ещё персонаж. Нин Шу искоса глянула на него и пошла в сторону лестницы, намереваясь вернуться в свою комнату и продолжить культивировать. Се Июань увидел, что она уходит, и последовал за ней. — Что вы делаете? – спросила Нин Шу. Се Июань коснулся своего носа и сказал: — Я думаю, что нам нужно держаться вместе. Если мы разделимся, тогда будем атакованы призрачным королём. — … А ему вообще нужно атаковать нас по отдельности? Даже если мы двое останемся вместе, он всё равно сможет раздавить нас одним пальцем, — Нин Шу была в крайней растерянности. – Я иду в свою комнату. Зачем вы за мной следуете? — Эм, я составлю тебе компанию. Се Июань не стал ждать согласия Нин Шу и просто вошёл в её комнату. Нин Шу: →_→ Чего это с ним? Чего это он такой напуганный? Нин Шу проигнорировала его и начала устанавливать формацию сбора духовной энергии. Ей нужно достаточное количество духовной энергии, чтобы восстановить повреждённые сердечные вены. Наблюдая за тем, как Нин Шу снова и снова пытается установить формацию, Се Июань почувствовал, что эта девушка действительно глупая. Когда формация сбора духовной энергии наконец-то сложилась успешно, Нин Шу поспешно села на полу, чтобы культивировать. Се Июань просто лёг на постель и уснул. Он уже давно никак не мог выспаться. Ему постоянно то угрожал какой-нибудь призрак, то он был одержим им. Он был в изнеможении. В комнате воцарилась тишина. Нин Шу отправила свою энергию в сердечные вены, постепенно восстанавливая повреждения. Нин Шу была немного взволнована. Нынешняя тишина была всего лишь затишьем перед бурей. Тело Сун Сихань было не в самом лучшем состоянии, отчего Фэн Инь просто не мог прийти за ними. ---------- Надо Было Сразу Убить Её Хоть сила Фэн Иня и уменьшилась, Нин Шу всё равно ещё не могла с ним покончить, особенно сейчас, когда она была серьёзно ранена. Травма её сердца сильно влияла на её прогресс культивации. И всё же, пилюля, которую ей дал старик, возымела некоторый эффект. Если сторону Нин Шу можно было назвать взволнованной, то сторону Фэн Иня можно было назвать крайне паникующей. В прошлый раз на Сун Сихань набросились десять тысяч призраков, а теперь она была в таком состоянии, когда её душа может быть уничтожена. Фэн Инь был несравнимо более взволнован. Если бы Сун Сихань умерла естественным путём, то она могла бы остаться с ним в виде призрака. Но это было раньше; теперь её душа будет навсегда уничтожена. Больше не будет никакой Сун Сихань в этом мире. Она не сможет реинкарнировать как человек, поэтому он никогда больше не найдёт её снова. Поэтому Сун Сихань не может умереть. Она не должна умереть. Лицо Фэн Иня было угрюмым, словно покрытое серыми облаками небо, а вокруг него витала мрачная аура. Он смотрел на бессознательную Сун Сихань взглядом, полным сожаления. Если бы он знал, то не стал бы так торопиться и заниматься любовью с Сун Сихань. В таком случае она не была бы подвержена разрушительному воздействию энергии инь. Когда он только впервые нашёл Сун Сихань, ему надо было сразу убить её и сделать её призраком, а только потом уже давать ей ядро призрачного короля. Тогда она стала бы сильным призраком, а не непонятным существом полу-человеком, полу-призраком, какой она является сейчас. Если он убьёт Сун Сихань сейчас, то без тела её душа будет тоже уничтожена. Даже ядро призрачного короля ничем тут не поможет. Ядро призрачного короля содержит её душу и спасает её от уничтожения, но оно не даёт ей великой силы. Таким было небесное наказание, небесное осуждение, разница между человеком и монстром, разница между живым и призраком, разница между небом и землёй, разница между всем этим. Сердце Фэн Иня было полно всевозможных сожалений. Он крепко держал Сун Сихань за руку. — Ты умерла передо мной тысячу лет назад. Что бы ни произошло, я не позволю тебе снова исчезнуть прямо у меня на глазах. Что бы ни произошло, я не позволю тебе в этот раз исчезнуть прямо передо мной. Если ты умрёшь, то я убью всех, кто связан с тобой, и заставлю их составить тебе компанию. Красивое лицо Фэн Иня было полно негодования. Для него убийство было всё равно, что наступить на незначительного муравья. — А те, кто заставили тебя оказаться в таком состоянии, их я тоже не пощажу. Фэн Инь опустил голову и поцеловал Сун Сихань в лоб. Затем он отправил энергию в тело Сун Сихань, чтобы восстановить его. Без поддержки ядра призрачного короля для души Фэн Иня больше не было источника энергии. После того, как он снова направил энергию в Сун Сихань, его душа стала выглядеть гораздо более тонкой. Фэн Инь ежедневно вливал энергию в Сун Сихань, чтобы она постепенно пришла в себя. Сун Сихань очнулась и увидела Фэн Иня. При виде его окровавленного лица, она спросила: — Фэн Инь, что с тобой случилось? Сун Сихань проспала несколько дней. Когда она заговорила, её голос бы таким хриплым, что она невольно схватилась за своё горло. Фэн Инь потянулся, притянул стакан воды со стола в руку и напоил Сун Сихань водой. Её глаза продолжали обеспокоенно смотреть на него. — Так что же с тобой случилось? Сун Сихань протянула руку и коснулась лица Фэн Иня. Оно было липким на ощупь и её пальцы теперь были запятнаны густой кровью. Сун Сихань схватила Фэн Иня за руку и взволнованно спросила: — Ты ранен? Почему у тебя на лице так много крови? Выражение лица Фэн Иня наполнилось радостью. Его голос был нежен, когда он сказал: — Всё в порядке, просто случилась небольшая проблема во время культивации. Я обещаю, что никогда больше не оставлю тебя. Фэн Инь обнял Сун Сихань и прошептал извинение: — Прости, из-за меня ты пострадала. Сун Сихань потёрлась лицом о грудь Фэн Иня. Её голос был хриплым, когда она сказала: — Нет, я тебя не виню. Это ведь ты меня спас. Сун Сихань помнила ту ночь. Орда призраков собралась в её апартаментах, и она чувствовала себя, словно в аду. Бесчисленное множество призраков издавали странные крики и врывались в её тело. ---------- Тысяча Лет Ожидания Эти призраки дрались внутри её тела, словно оно было лишь полем боя. И в то время Сун Сихань чувствовала себя так, словно её разрывает на миллион кусочков. Тело Сун Сихань задрожало, когда она вспомнила эту сцену, глубоко осознавая, что она теперь не может вернуться, что теперь её жизнь уже больше не будет такой мирной и спокойной, как первые двадцать лет, что она прожила. Теперь у неё не оставалось иного выбора, кроме как полагаться на Фэн Иня. Без него её бы уже сожрали другие призраки, а без ядра призрачного короля она бы уже совсем исчезла. И обратного пути нет. Она просто хотела романтики, но почему всё стало таким пугающим? Сун Сихань крепко обняла Фэн Иня. — Фэн Инь, не оставляй меня. Теперь у меня есть только ты. Без Фэн Иня она будет уничтожена всего за несколько минут. На лице Фэн Иня появилась улыбка. Кровь стекала по его щекам, отчего его улыбка выглядела демонически злой. Он сказал: — В этом мире мы можем полагаться только друг на друга. Сихань, я люблю тебя больше всех. "Тысяча лет ожидания, только ради того, чтобы быть с тобой." Сун Сихань зарылась лицом в грудь Фэн Иня и нахмурилась. С этих пор она будет жить такой жизнью, где у неё на хвосте постоянно будут призраки, даже если она будет сидеть дома. Неужели её жизнь больше никогда не будет тихой и спокойной? Сун Сихань закусила губу. Неужели она не может жить жизнью обычного человека и быть с тем, кого она любит? Люди жадные. Когда простая жизнь кажется им прудом застоявшейся воды, они желают волнительной жизни. Сун Синь просто влюбилась в призрака. А теперь, когда за ней гоняется десять тысяч призраков, она внезапно почувствовала, насколько простая жизнь ценна. Сун Сихань не удержалась и спросила у Фэн Иня: — Теперь так будет всегда? Фэн Инь крепко обнял её и уверенно сказал: — Я тебя защищу. Даже если мы, в итоге, столкнёмся с уничтожением, я всё равно буду стоять перед тобой и защищать. Кровь с лица Фэн Иня капала на волосы Сун Сихань, и теперь они были такими липкими, что ей было неуютно. Был уже вечер, когда старик и Се Вэймин вернулись после посещения домов сотрудников компании. Нин Шу сидела в гостиной и ждала возвращения старика. Когда она увидела, что старик благополучно вернулся, Нин Шу почувствовала облегчение. Нин Шу не сомневалась в навыках старика. Просто Фэн Инь был слишком сильным. Более того, в изначальной истории Фэн Инь убил старика, когда нашёл даосский храм. — Как всё прошло, Учитель? Нин Шу протянула старику стакан воды. Старик выпил всю воду, прежде чем ответил: — Я установил формации. Если призрачный король действительно пойдёт туда, то я наверняка узнаю. Только после этого Нин Шу кивнула и спросила: — Учитель, у вас ещё есть то лекарство, которое вы дали мне в прошлый раз? Нин Шу поняла, что то лекарство было довольно полезным. Из-за него у неё теперь сердце больше не болело так сильно. Старик дал Нин Шу бутылочку. Нин Шу открыла её и увидала, что она полна пластилиновых пилюль размером с ноготь. После ужина Нин Шу решила обсудить всё со стариком: — Учитель, разве мы не должны воспользоваться тем, что призрачный король сейчас ослаблен, и уничтожить его? Даже если мы не сможем его уничтожить, мы всё равно можем значительно ослабить его. Старик вгрызся в яблоко, набил полный рот и сказал: — Проблема в том, что нам не обязательно сражаться с ним. Если мы облажаемся, то мы можем не вернуться живыми. Нин Шу вздохнула. Даже для них двоих это было слишком сложно. Если они не смогут этого сделать, то им придётся полагаться только на тактику человеческой волны. ---------- Те, Кто из Южной Горы Мао Взгляд Нин Шу загорелся, когда она спросила у старика: — Учитель, а разве в нашей секте Горы Мао нет других сильных людей? Раз наша Северная Гора Мао не справится, тогда что насчёт Южной Горы Мао? Разве у них нет людей вроде вас? — Не-не-не… — старик покачал головой, и его даосский пучок волос на голове продолжил качаться. – Я ни за что не стану общаться с теми, кто из секты Южной Горы Мао. Они все наркоманы и невероятно жадные. Если я позову их сюда, то старик Гэ будет постоянно подшучивать надо мной. Наш предшественник был настоящим основателем Секты Горы Мао. Старик гордо выпятил грудь, рассказав об этом. Предшественником Южной Горы Мао был исторически известный алхимик Гэ Хун, поэтому даосские жрецы Южной Горы Мао принимают лекарства в качестве традиции. Они предпочитают использовать лекарства, пилюли или пищевые добавки, чтобы усиливать своё тело. Северная Гора Мао была сфокусирована на комбинации даосских техник и энергии неба и земли. Старик презирал жрецов из Южной Горы Мао, так как несмотря на упадок Северной Горы Мао, некоторые аспекты Южной Горы Мао, в комбинации с современными концепциями о здоровье, позволяли им оставаться на плаву. Пока Южная Гора Мао процветала, у старика чесались дёсны. И хотя в глубине души у него были всевозможные завидные проклятия, он всё равно сохранял свой образ мудрого бессмертного. — Учитель, эмм, учитывая то, какая сложилась ситуация, будет лучше пригласить сюда дядюшку Гэ. Теперь, когда ваша ученица ввязалась в битву с призрачным королём, этот призрак не остановится до тех пор, пока мы все не умрём, — сказала Нин Шу старику.С другой стороны, Южная Гора Мао была богатой, однако Северной Горе Мао не всегда хватает на еду. Этот дядюшка Гэ, о котором говорила Нин Шу, в данный момент был главой Южной Горы Мао и, по слухам, был довольно умелым. Он специализировался на лечении тел высокопоставленных чиновников и богатых семей. Впрочем, по-другому никак. Всё же, в современном мире люди не верят в даосские техники. — Учитель, когда мы разберёмся с этим вопросом, мы подадим заявку в округ на то, что мы являемся нематериальным культурным наследием, и получим национальное пособие, — сказала Нин Шу старику. Старик: →_→ — Мы же считаемся феодальным суеверием. Будет хорошо, если эти люди не станут нам мешать, но вот чтобы они выдали нам национальное пособие? – раздражённо сказал старик. — Учитель, если вас это не устраивает, тогда давайте разработаем технику боевых искусств для излечения любых болезней и назовём её как-нибудь грандиозно. Это точно сработает. Тогда вы тоже сможете гордо поднимать голову перед дядюшкой Гэ, — сказала Нин Шу. Старик презрительно поджал губы и безразлично сказал: — У этого старика совсем нет никаких навыков. Он только и знает, как каждый день штамповать пилюли. Нин Шу не удержалась и воскликнула. — Учитель, ах… Нам всё ещё нужно сперва разобраться с призрачным королём. — Ладно, я свяжусь с ним, — сказал старик. – Просто скажу ему, что тут есть ядро призрачного короля, и он тут же прибежит. Старик достал записную книжку из своей тряпичной сумки и стал листать страницы с контактной информацией. Затем он подошёл к телефону в гостиной и набрал номер. Старик великодушно сказал в трубу: — Старик Гэ, я тут столкнулся с призрачным королём, и в деле замешано ядро призрачного короля. Ты, вроде бы, всегда хотел использовать ядро призрачного короля в своей медицине? Ну, так приходи. Закончив говорить на одном дыхании, старик повесил трубку, изображая благородство и хладнокровие. Однако, стоило ему только повесить трубку, как он выругался: — Я вообще не хочу видеть этого чёртового неудачливого старика. Прошло всего два дня, прежде чем прибыл глава Южной Горы Мао, дядюшка Гэ. Он прилетел на специальном самолёте. У дядюшки Гэ были седые волосы, но его лицо было румяным и на нём не было совершенно никаких морщин. Он был одет в прекрасно сшитый тёмно-красный традиционный китайский пиджак, отчего он выглядел крепким и резвым. Нин Шу поспешила подойти и поклониться. — Приветствую, дядюшка Гэ. Дядюшка Гэ жизнерадостно улыбнулся. — Должно быть, ты та самая маленькая девочка. Я не видел тебя столько лет и только погляди теперь на тебя. Ты выросла в прекрасную юную леди. Се Вэймин и Се Июань тоже вежливо поздоровались с дядюшкой Гэ. — Хмф… — фыркнул старик, сидящий на диване. Дядюшка Гэ подошёл к старику и сел рядом с ним. Его яркая одежда очень сильно контрастировала с не самой новой мантией старика, отчего та выглядела изношенной и потрёпанной. Один из них излучал ауру великолепия, в то время как другой был потрёпан превратностями жизни. — Старик Тао, где то ядро призрачного короля, про которое ты говорил? Дядюшка Гэ тоже не проявил к старику никакой вежливости. Старик закатил глаза. — Называй меня старший брат Тао. Конечно же, ядро призрачного короля у самого призрачного короля. Или ты хотел, чтобы я просто так тебе его отдал? Размечтался! — Тогда столько? Я тебе заплачу, — сказал дядюшка Гэ, доставая чековую книжку. Глаза старика снова закатились, чуть не вывалившись из глазниц. — Опять выпендриваешься деньгами, да? Не нужны мне твои вонючие деньги. Как жрец-даосит Горы Мао, ты даже посмел открыть торговую компанию? Ты предал своего учителя и уничтожил своих наследников. ---------- Словно Доминирующий Председатель и Его Нежная Жёнушка — Тогда чего ты хочешь? Покажи мне ядро призрачного короля, — сказал дядюшка Гэ. — Я не собираюсь тебе его показывать. И что ты мне сделаешь? – огрызнулся старик. Нин Шу: →_→ Пока Нин Шу наблюдала за ссорящейся парой человек, у неё сложилось впечатление, что они были словно доминирующий председатель и его нежная жёнушка. Она вытерла пот со лба и объяснила дядюшке Гэ суть вопроса. Когда дядюшка понял, как обстоят дела, он мельком глянул на старика. — Так значит, у тебя даже нет этого ядра призрачного короля. Дядюшка Гэ убрал свою чековую книжку. Очевидно было, что он больше не собирается выписывать старику чек. Старик искоса проводил взглядом чековую книжку и сказал: — Разве твоя Южная Гора Мао не полна денег? Раз ты такой потрясающий, то выпиши мне один чек. Дядюшка Гэ улыбнулся, снова достал чековую книжку и сказал: — Я буду рад пожертвовать на благотворительность твоим родственникам. — Да кому нужна твоя благотворительность? Я не приму её, даже если ты будешь умолять меня, стоя на коленях, — сказал старик, покраснев. Дядюшка Гэ снова убрал чековую книжку. — Я так и знал, что мой старший брат – человек непоколебимого характера. Старик был так зол, что его грудь тяжело вздымалась и опускалась. Во времена их юности старик был гораздо лучше дядюшки Гэ. — Старший брат, времена меняются. Тебе не стоит носить такую одежду. Дядюшка Гэ покрутил рукав широкой мантии старика. Старик выхватил свой рукав. — Это не твоё дело, что я ношу. Нин Шу: →_→ И сколько ещё они собираются ссориться? Нин Шу сказала дядюшке Гэ: — Это я попросила вас о помощи в этот раз. Призрачный король сейчас без своего ядра призрачного короля, и его сила снижена. Сейчас самая лучшая возможность. Старик глянул на дядюшку Гэ и неохотно сказал: — Мы отдадим тебе ядро призрачного короля. Дядюшка Гэ задумался на мгновение и сказал: — Я сделаю всё, что в моих силах. Всё же, ядро призрачного короля не так легко найти. Призраки, которые могут сформировать ядро призрачного короля так же редки, как и птица феникс. Ядро призрачного короля зарождается только в определённое время и в определённом месте. — Это хорошо, — сказала Нин Шу с улыбкой на лице. – Готовьтесь. Мы выдвигаемся завтра. — Ладно. Дядюшка Гэ спросил у старика: — А старший брат Тао уже встречался с этим призрачным королём? Ты знаешь, насколько он силён? — Нет, но мы опробуем его силу завтра. Теперь, когда они заговорили о деле, старик сразу стал серьёзным. Пока дядюшка Гэ и старик болтали, Нин Шу отправилась наверх, чтобы подготовить свои вещи. Се Июань последовал за Нин Шу и спросил: — А этот новенький тоже даосит Горы Мао? — Да, — кивнула Нин Шу. — Тогда почему его стиль так отличается? Се Июань почесал свой затылок. Нин Шу стрельнула взглядом в Се Июаня. — Если мой учитель услышит, что ты говоришь такое, он тебя убьёт. Она положила духовную жемчужину и компас в тряпичную сумку, тщательно проверив инструменты, лежащие внутри. Завтрашней целью было просто проверить силу Фэн Иня, но будет лучше, если они смогут сразу же уничтожить его. Лицо Се Июаня погрустнело. — Если мы выбесим призрачного короля, то у нас будут проблемы. Се Июань испытывал такую горечь. Ах, почему же его семья столкнулась с такой бедой? ---------- Потенциальные Побочные Эффекты Се Июань был обеспокоен тем, что призрачный король втянет в это ещё больше народу. Потенциальные побочные эффекты завтрашней встречи были немного пугающими. — Как думаешь, призрачный король обратит свой взгляд на сотрудников компании? – спросил Се Июань. Нин Шу кивнула. — Это вполне возможно. Так как он мог спокойно уничтожить секту в качестве мести одному человеку, то и убить горстку сотрудников для него будет простейшим действием. Почему, блять, Фэн Инь не боится кармического затруднения? — Может, вам не стоит с ним связываться какое-то время. Я бы хотел обеспечить кое-какие вещи для сотрудников компании, — сказал Се Июань, и между его бровей собралась глубокая меланхолия. Совсем недавно, из-за происшествия с начальницей, семье Се пришлось компенсировать некоторую сумму денег семье начальницы, чтобы не усугублять сложившуюся ситуацию. Как результат, у отца и сына семьи Се теперь во рту была горечь. Такая горечь, которую не выразить и словами. — Сейчас самое лучшее время для удара. Призрачный король слабее всего, и нерешительность только заставит нас упустить эту хорошую возможность. Мы все в одной лодке; призрачный король уже поместил нас в свой список тех, кого обязательно нужно убить. Никто не сможет сбежать из его когтей, — сказала Нин Шу. Нин Шу ещё раз перепроверила содержимое своей тряпичной сумки, на случай, если с бумажными талисманами что-то не так. На следующий день, в полдень, когда солнце находится в пике, Нин Шу, старик и дядюшка Гэ отправились в путь. Они поехали на машине дядюшки Гэ и припарковались перед апартаментами Сун Сихань. Дядюшка Гэ опустил стекло и посмотрел в сторону апартаментов, воскликнув: — Тут такая густая энергия инь, и магнитное поле такое хаотичное. С другой стороны, старик сложил пальцы и стал гадать на что-то. Нин Шу намазала коровьи слёзы на веки и сказала двум старикам: — Я пойду и постучусь в дверь. Вы следуйте за мной. Нин Шу вылезла из машины и подошла к парадному входу, чтобы позвонить в дверной звонок. Старики установили формации заклинаний вокруг дома. — Кто там? Сун Сихань открыла дверь. Когда она увидела Нин Шу, она застыла на месте. Фэн Инь холодно сказал из глубины дома: — Она – даосский жрец. Закрой дверь. Сун Сихань поспешила закрыть дверь, но Нин Шу толкнула дверь и вошла в комнату. Два старика тоже вошли следом. Сун Сихань увидела это трио и пришла в ярость. — Вы что это тут решили устроить? — Сихань, иди сюда, — Фэн Инь стоял посреди гостиной, и его лицо было максимально холодным. – Я не искал вас, но вы сами пришли к моей двери. Сун Сихань подбежала к Фэн Иню и с опаской посмотрела на Нин Шу. — Ты – даосский жрец. Ты действительно даосский жрец? Бледное, словно бумага, лицо Сун Сихань наполнилось гневном. Когда она вспомнила, что Нин Шу давала ей талисман, Сун Сихань не удержалась от вопроса: — Ты специально сблизилась со мной? Нин Шу не обратила на Сун Сихань никакого внимания, и лишь смерила взглядом Фэн Иня. Его душа действительно была заметно слабее. До этого его душа была такой концентрированной, что выглядела как реальный человек, но теперь она была относительно прозрачной. Лишившись ядра призрачного короля и девятого пламени бездны, с Фэн Инем теперь было гораздо легче справиться, чем прежде. Нин Шу кивнула двум старикам. Тело Фэн Иня излучало густую чёрную ауру. Он повернулся к Сун Сихань и сказал: — Иди в спальню и не выходи. Сун Сихань крепко схватилась за Фэн Иня: — Но я за тебя переживаю. — Всё в порядке, — сказал Фэн Инь. – В этом мире не существует никого, кто мог бы мне что-то сделать. Это было смелое заявление. Хоть Сун Сихань и поверила Фэн Иню, думая о всей той крови, что до этого стекала с его лица, она также смутно понимала, что ситуация у Фэн Иня не самая лучшая. Особенно после того, как он отдал ей ядро призрачного короля. ---------- Какое Вам До Этого Дело? Сун Сихань была невероятно зла. Она встала перед Фэн Инем, защищая его, и зарычала на Нин Шу: — Я могу влюбляться в кого захочу, а вы, вмешивающиеся в наши отношения даосские жрецы! Лицо Сун Сихань саркастично перекосилось. — Взываете тут к девизу, что избавляетесь от демонов и защищаете Дао, ради чего-то там праведного, и это просто отвратительно. Я влюбилась в Фэн Иня. Какое вам до этого дело? Вы, ребята, ведёте себя так, словно занимаетесь уборкой, но на самом деле вы просто вмешиваетесь в чужие отношения. Нин Шу выслушала долгую речь Сун Сихань и холодно сказала: — Да кому, чёрт подери, есть дело до твоих романтических отношений? Это не наше дело, влюбилась ли ты в призрака или в животное. Никто даже второй раз не посмотрит на их романтические отношения. Но, раз Фэн Инь хотел их убить, разве они не могут даже начать защищаться? Фэн Инь задвинул Сун Сихань себе за спину и снисходительно посмотрел на Нин Шу. — Это действительно наивно, полагать, что ты сможешь разобраться со мной, найдя пару помощников. Рука Нин Шу потянулась в тряпичную сумку. Она достала бумажный талисман, зажала его между пальцами и прочитала заклинание. Талисман полетел в сторону Фэн Иня. Фэн Инь нахмурился и увернулся от талисмана. Руки Нин Шу сложились в другие печати и талисман сменил направление полёта прямо в воздухе, полетев прямо к телу Фэн Иня. Когда талисман коснулся души Фэн Иня, из его тела начали выходить клубы чёрного дыма. Фэн Инь никак не мог понять, почему эти бумажные талисманы так вредны для него. Он ведь и раньше встречался с даосскими жрецами, но их талисманы были для него всего лишь бесполезной бумагой. Когда Сун Сихань увидела талисман на теле Фэн Иня, её глаза покраснели от волнения. Она протянула руку, чтобы сорвать талисман. Пальцы, которые коснулись бумаги талисмана, издали шкворчащий звук, и воздух наполнился горелым запахом. Нынешняя Сун Сихань технически тоже была призраком, поэтому талисман теперь был опасен и для неё. Глаза Фэн Иня стали красными, когда он закричал на Сун Сихань: — Иди в спальню. Не волнуйся за меня. Сун Сихань закусила губу. Затем она развернулась и убежала в спальню. Нин Шу не было дела до Сун Сихань. Без Фэн Иня судьба Сун Сихань всё ещё была неизвестной. Три человека и призрак стояли друг против друга. Два старика кидались заклинаниями, по очереди использовали всевозможные инструменты для экзорцизма, в то время как Фэн Инь с лёгкостью уворачивался от них. Фэн Инь выглядел так, словно он легко уворачивался, но внутри он постоянно думал о том, что они касаются его духовного тела. Раньше, учитывая, каким смелым и несдержанным он был, он бы даже не стал уворачиваться. Он бы просто уничтожил все инструменты. Тело Фэн Иня взорвалось бесконечным количеством энергии инь и злобной энергии, отчего вся комната погрузилась в чернильно-чёрную темноту. Невозможно было даже увидеть, что находится рядом. Старик прочитал заклинание и зажёг лампу. И хотя пламя было небольшим, энергия инь и злобная энергия вокруг них постепенно начали рассеиваться. Фэн Инь состроил гримасу и воспользовался этой возможностью, чтобы схватить Нин Шу за шею. Мощная энергия инь и злобная энергия хлынули в тело Нин Шу через его холодные руки. Нин Шу почувствовала, как её тело взрывается, а её разум становится хаотичным. Во взгляде Фэн Иня читалось отвращение и ненависть к Нин Шу. Он явно ненавидел её до глубины души. Больше всего в этом мире Фэн Инь ненавидел эту женщину. — Девочка. Лицо старика стало неприятным. Он сразу же бросил в Фэн Иня лампу, которую держал в руке. Дядюшка Гэ тоже помогал со своей стороны, рассеивая тёмные и чернильные энергию инь и злобную энергию, собравшиеся в доме. — Тебе хватило наглости лезть в мои дела. От моих рук умерло бесчисленное множество даосских жрецов. Лицо Фэн Иня было покрыто кровью, и капли крови стекали по его нефритово-белым щекам. — Я вытащу твою душу и вложу её в куклу, с которой потом будет играть Сихань, — прозвучали изо рта Фэн Иня злобные слова. Нин Шу выслушала слова Фэн Иня. Они были очень жестокими. Она могла представить свою жизнь в качестве куклы: это будет бесконечная боль, когда её будут пронзать иглами, тыкать ножами, отрывать руки и ноги, а также окунать в воду и топить. И вся эта боль будет невероятно реальной. Её душа пройдёт через такие страдания, но на самом деле она не умрёт. Это просто хуже, чем смерть. ---------- Мастер-Учитель Создал Ученика, Превзошедшего Его Фэн Инь душил Нин Шу, и её тело ощущалось застывшим, неспособным двигаться. Она не понимала, почему Фэн Инь так сильно нравилось душить людей. Может, это было из-за удовлетворения от возможности наблюдать за тем, как жизнь исчезает под его руками, от возможности решать жизнь и смерть человека. Наблюдая за тем, как рот Фэн Иня открывается и закрывается, Нин Шу мобилизовала энергию в своём даньтяне. Она потянулась рукой в свою тряпичную сумку, поспешно схватила духовную жемчужину и запихнула её в рот Фэн Иня. — Угх… Когда что-то внезапно попало в рот Фэн Иня, он попытался достать второй рукой этот предмет. Духовная жемчужина использовалась для поглощения духовной энергии. Поэтому, как только она почувствовала мощную духовную энергию, она нырнула в рот Фэн Иня и проникла в его тело. Фэн Инь тоже почувствовал, что эта штука поглощает его душу, и это немного раздражало. Несмотря на духовную жемчужину в его теле, он всё равно не отпустил шею Нин Шу. Я был простым убийцей. Но в этом мире я бастард Аида!Нин Шу чувствовала себя так, словно её лёгкие вот-вот взорвутся. Её кровоток остановился, а её лицо опухло. Ещё немного и с ней точно будет покончено. — Девочка. Старик помчался в сторону Нин Шу и Фэн Иня с мечом из персикового дерева в руке, но дядюшка Гэ оттащил его обратно. — Не ходи туда. Магнитное поле вокруг них очень хаотичное. Ты не спасёшь её, если пойдёшь туда, — тихо сказал дядюшка Гэ и его выражение лица было неприятным. — Иди нахуй! Конечно же ты не волнуешься, поэтому что это не твоего ученика тут душат, — поспешно ответил старик. — Даже если ты сейчас пойдёшь туда, ты не сможешь приблизиться. Дядюшка Гэ всё ещё держался за мантию старика. В глазах Нин Шу уже всё начало плыть, но хорошо, что в её теле была духовная энергия. Нин Шу издала хриплый звук горлом и смогла выдавить из себя два слова: — Сун Сихань. Когда Фэн Инь услышал это имя, он обернулся в сторону спальни и обнаружил, что дверь была должным образом закрыта. Нин Шу воспользовалась этой возможностью. Меч из персикового дерева ударил по руке Фэн Иня, которая душила Нин Шу, отчего его рука дрогнула. Нин Шу достала другой рукой компас и со всей силы ударила им по голове Фэн Иня. Компас засиял золотистым светом, отчего Фэн Инь отступил на пару шагов. — Кхе, кхе, кхе… Нин Шу прикрыла шею рукой и яростно закашляла. Старик поспешил к ней и прилепил талисманы на её тело. Нин Шу взяла горсть клейкого риса и прижала его к своей шее. Послышался треск и чёрный дым вышел из её шеи. Лицо Фэн Иня сочилось кровью и эти капли падали на пол. Комната была наполнена липким рыбным запахом. Душа Фэн Иня стала ещё тоньше, чем раньше. И всё же, его покрасневшие глаза с гневом смотрели на Нин Шу и двух стариков. Нин Шу держала в руке компас. Она влила в компас свою духовную энергию, отчего тот засиял золотистым светом. Фэн Инь с опаской посмотрел на компас в руках Нин Шу. Ему также приходилось разделять свою силу, чтобы бороться против жемчужины в его теле. Она поглощала его духовную энергию, словно пиявка.По мере того, как сияние компаса росло, оно разгоняло энергию инь и злобную энергию в доме. В то же самое время, золотой дракон, извиваясь, вылетел из компаса и помчался к Фэн Иню. — Видишь, это то, что оставил нам предшественник. Золотой дракон, трансформированный жилой дракона. Видишь, видишь… — гордо сказал старик, обращаясь к дядюшке Гэ. Дядюшка Гэ восторженно посмотрел на золотого дракона. Но потом он фыркнул и сказал: — Ну, это же не ты его призвал. — Мастер-учитель создал ученика, превзошедшего его. Как говорится, лазурный лучше, чем голубой*. Старик разгладил свою бороду, и он выглядел невероятно гордым. Видя, что эти двое стариков всё ещё не забывают ссориться, Нин Шу сказала им хриплым голосом: — Учитель, давайте атаковать его вместе. Он уже долго не продержится. ---------- Скоро Превратится в Дым Нин Шу глянула в сторону спальни и крикнула:— Он уже скоро превратится в дым. Конечно же, в следующее же мгновение, дверь спальни распахнулась и оттуда вышла Сун Сихань, которая тут же увидела, что золотой дракон бьётся с духовным телом Фэн Иня. Тело Фэн Иня становилось прозрачным с видимой скоростью, и сердце Сун Сихань затрепетало. Ни о чём не заботясь, она поспешила к нему. Лицо Фэн Иня сочилось кровью, а его выражение лица было холодным. — Вернись в спальню. — Фэн Инь, Фэн Инь… Сун Сихань в слезах выкрикивала имя Фэн Иня. Фэн Инь завёл Сун Сихань себе за спину, опасаясь, что трио его противников навредят ей. Он заставил себя успокоиться, прежде чем обратился к Сун Сихань. — Я в порядке. Сун Сихань крепко схватилась за длинный рукав Фэн Иня и с ненавистью посмотрела на Нин Шу. — Вы, ребята, не должны слишком сильно издеваться над другими. Нин Шу коснулась своей шеи. Какого хрена? Неужели она не видела, как Фэн Инь убивал людей? Но, как только другие люди захотели разобраться с Фэн Инем, она тут же начала разыгрывать роль беспомощной жертвы? Вот это, блять, и называется по-настоящему слишком сильно издеваться над другими. Двойные стандарты. Нин Шу достала стопку талисманов и бросила их в сторону Фэн Иня. Он вынужден был защищать Сун Сихань, стоящую позади него, поэтому мог противостоять этим талисманам лишь своим телом. Эти талисманы заставили его душу побледнеть ещё больше, когда они вошли в контакт с его духовным телом. И хотя роль этих талисманов была минимальной, и они не наносили много ущерба Фэн Иню, количественное изменение может достигнуть качественного значения. Рой муравьёв может закусать слона до смерти! Когда Сун Сихань увидела эту сцену, она ещё больше разволновалась и сказала Фэн Иню: — Давай сбежим. Сун Сихань яростно посмотрела на Нин Шу. — Не связывайся с этими вонючими жрецами. Даже через десять лет джентльмен не опоздает с местью. К тому же, под флагом правосудия эти жрецы просто нацелились на ядро призрачного короля, которое было в её теле. Лицо Фэн Иня всё это время кровоточило, отчего кровь капала на пол и его красные одежды. Когда он услышал слова Сун Сихань, он глянул на компас в руке Нин Шу и подумал о неизвестной жемчужине в его духовном теле. Эта жемчужина поглощала его энергию, и, если всё так продолжится, тогда его духовная энергия действительно закончится. Это была вещь, которая могла поглотить даже девятое пламя бездны, поэтому Фэн Инь изрядно опасался этой чёрной штуки. Особенно когда она всё ещё была в его теле, прилепившаяся к нему, словно тикающая бомба. Фэн Инь тоже хотел отступить. У него был некий план, при котором он бы забрал жемчужину из своего тела для собственного использования. Так как она могла поглотить девятое пламя бездны, то его сила значительно возрастёт, когда эта жемчужина окажется у него в руках. Так как теперь, когда с ним была Сун Сихань, ему нужно было защищать и её. Фэн Инь обнял Сун Сихань, готовясь отступить в любой момент. Когда он только собрался вылететь из дома, его путь словно что-то заблокировало. Он не мог покинуть апартаменты. Нин Шу усмехнулась. Неужели он думал, что бессмертную связывающую формацию так легко сломать? В этот раз, что бы ни случилось, они должны уничтожить Фэн Иня. Если он сбежит, то он спрячется во тьме и будет ждать своего часа, доставляя им бесконечные проблемы. Бессмертная связывающая формация вытянула всю духовную энергию из тела Нин Шу, отчего её даньтянь запульсировал от боли. Фэн Инь попытался несколько раз, но так и не смог выбраться. Его зрачки сузились, а его сердце невольно наполнилось яростью. Сун Сихань тут же спросила: — Фэн Инь, что происходит? — Мы не можем выйти отсюда, — тихо сказал Фэн Инь. — Тогда что же нам делать? – Чуть не закричала Сун Сихань. Хоть она и была взволнована, её лицо всё ещё было бледным и бескровным. Фэн Инь крепко обнял Сун Сихань. — Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Примечание: * Лазурный цвет – это чистый оттенок голубого, который можно отнести и к бирюзовой гамме. Основное его отличие от бирюзы – он не является промежуточным оттенком между синим и зеленым, он полностью направлен в синюю сторону. ---------- В Безвыходном Положении Ограниченные бессмертной связывающей формацией, Фэн Инь и Сун Сихань были пойманы в ловушку в этом доме. Два старика увидели в этом хорошую возможность, и они использовали всевозможные даосские заклинания и тактики. Некоторые мелкие трюки были бесполезны в применении на Фэн Ине, но они были полезны для применения на полу-человеке, полу-призраке Сун Сихань. Даже простейшая техника экзорцизма заставляла Сун Сихань чувствовать себя очень неуютно. Например, дядюшка Гэ смешал клейкий рис с детской мочой и бросал это в сторону Сун Сихань. Разбрызганная смесь попадала на её кожу, и её кожа начинала дымиться и разлагаться, словно на неё разбрызгали кислоту. Сун Сихань прикрыла свою гноящуюся кожу и издала крик. — Ах… Фэн Инь сражался с Нин Шу и стариком, и ему приходилось отбиваться от их различных атак, поэтому он не мог полностью сфокусироваться на ней. Как только он услышал голос Сун Сихань, он тут же отвлёкся. И всё же, он смог заблокировать атаку, предназначенную для Сун Сихань. Когда клейкий рис и детская моча вошли в контакт с душой Фэн Иня, из его тела вырвался густой чёрный дым. Утечку энергии инь и злобной энергии уже больше нельзя было остановить. Держа в одной руке меч из персикового дерева, Нин Шу взялась за палец старика и надкусила его. Затем она размазала кровь старика по мечу. После этого, когда она прочитала заклинание, меч из персикового дерева полетел в сторону Фэн Иня. Он прошёл через духовное тело Фэн Иня, отчего то тут же потускнело. Когда Нин Шу сформировала руками другую печать, меч из персикового дерева развернулся в воздухе и снова накинулся на Фэн Иня. В этот раз он потянул за собой Сун Сихань, чтобы увернуться от меча, но тот всё равно царапнул её по лицу. Несмотря на оставшийся кровоподтёк, никакой крови не пролилось. Сун Сихань закрыла лицо руками, её цвет лица становился всё более и более белым. Она крепко схватилась за одежды Фэн Иня, чувствуя себя немного потрясённой. Очевидно, нынешняя ситуация была довольно сложной, и она это осознавала. Единственный, на кого Сун Сихань полагалась в этом мире – это всемогущий Фэн Инь, но теперь он тоже застрял тут вместе с ней. От преследования тремя даосскими жрецами сердце Сун Сихань впало в панику. У неё не было иного выбора, кроме как оставаться рядом с Фэн Инем. Однако сам Фэн Инь сейчас был в ужасной ситуации. Ему приходилось атаковать даоситов и одновременно защищать Сун Сихань. Из-за этого его действия были сильно ограничены. Он предпочитал принимать раны на себя, чем видеть, как Сун Сихань получает хоть царапину. В результате его упрямства, его духовное тело становилось всё слабее и слабее, в то время как духовная жемчужина в его теле поглощала его энергию. Чем слабее был Фэн Инь, тем быстрее духовная жемчужина поглощала энергию. Выражение лица Нин Шу стало серьёзным; она уже достаточно проверила силы Фэн Иня. К тому же, бессмертную связывающую формацию невозможно было долго удерживать. Если всё затянется и Фэн Инь сбежит, тогда её задание может закончиться провалом. Нин Шу достала свой компас и влила в него свою духовную энергию. Компас засиял ослепительным золотистым светом, и из него вылетело два рычащих золотых дракона. Лицо Фэн Иня было таким мрачным, что из него можно было выжимать чернильную воду. Его зрачки задрожали, когда он увидел, как два золотых дракона полетели в его сторону. Гостиная была не такой большой, и он даже не знал, куда бежать. Повсюду был хаос; множество вещей было разбито и поломано за время битвы. Фэн Инь оттолкнул Сун Сихань, планируя сразиться с этими двумя золотыми драконами в одиночку. Густые энергия инь и злобная энергия вырвались из тела Фэн Иня. Он хотел, чтобы они разъели эти двух золотых драконов. Однако золотые драконы помчались к нему, несмотря ни на что. С мощным грохотом золотые драконы врезались в духовное тело Фэн Иня. — Фэн Инь, — жалобно закричала Сун Сихань. – Фэн Инь… Нин Шу заметила, что духовное тело Фэн Иня уже было очень прозрачным после того, как приняло на себя удар золотых драконов. Сун Сихань хотела схватиться за него, но её рука прошла сквозь его тело. Тело Фэн Иня уже больше не было плотным, как прежде, и ослабло до степени невозможности восстановления. Со слезами на глазах Сун Сихань выкрикивала имя Фэн Иня. Она хотела обнять его, но хватала лишь пустой воздух. Глаза Сун Сихань стали багрово-красными. Она почувствовала такое сильное беспокойство, что её лицо перекосилось. Душа Фэн Иня становилась слабее и слабее, пока духовная жемчужина в его теле с безумной скоростью поглощала его энергию. Его черты лица тоже стали расплываться. ---------- Отдай Мне Жемчужину! Его губы шевелились, но он не мог произнести ни слова. Он был так слаб, что даже базовая коммуникация была ему неподвластна. — Фэн Инь! Фэн Инь, не покидай меня! – взвыла Сун Сихань, и её тело наполнилось отчаянием и беспомощностью. Фэн Инь хотел протянуть руку, чтобы коснуться лица Сун Сихань и вытереть её слёзы, но его рука прошла через её лицо. Нин Шу наблюдала за разворачивающейся перед ней сценой с равнодушным и безразличным лицом. Она щёлкнула пальцами по бумажному талисману, который полетел в сторону Фэн Иня и прилип к его телу. Это обозначило конец битвы, так как душа Фэн Иня стала прозрачной. Духовная жемчужина полностью поглотила его душу. Фэн Инь исчез, не в силах сказать даже прощальное слово для Сун Сихань. Духовная жемчужина повисла в воздухе. Она теперь была темнее и крупнее. Нин Шу вытянула руку, и духовная жемчужина влетела в её ладонь. Схватившись за духовную жемчужину, она вздохнула с облегчением. Наконец-то Фэн Инь был уничтожен. Сун Сихань была ошеломлена, когда увидела жемчужину, летящую в руки Нин Шу. Она рванула к Нин Шу, словно обезумевшая. — Отдай мне жемчужину! Фэн Инь внутри. Отдай её мне! Отдай… Из глаз Сун Сихань ручьями лились слёзы, пока она истерически пыталась выхватить жемчужину из рук Нин Шу. Нин Шу оттолкнула Сун Сихань. Сун Сихань упала на пол, а потом её лицо исказилось от ненависти. — Ты убила Фэн Иня. Ты убила моего Фэн Иня. Глаза Сун Сихань были багрово-красными, и по всему её лицу вздулись кроваво-красные вены. — Вот зачем вам было убивать Фэн Иня? Я же просто хотела быть с ним! Я просто хотела быть призраком, что с того? Нин Шу убрала компас и духовную жемчужину в тряпичную сумку. В данный момент её тело было измождено чуть ли не до смерти. Так как энергия инь и злобная энергия вошли в её тело, она чувствовала себя так, словно не может даже руки поднять. — Я отомщу за Фэн Иня, вы, убийцы. Глаза Сун Сихань стали алыми. Мощная энергия инь и злобная энергия вылетели из её тела. — Все вы, кто убил Фэн Иня, должны встретить свой трагический конец. Кровавые вены на лице Сун Сихань становились толще и толще. Она взлетела в воздух, её волосы разметались во все стороны, а на руках у неё выросли длинные и острые чёрные ногти. — Это плохо. Она превращается в призрака, — закричал старик. – Она использует силу ядра призрачного короля. Не говоря ни слова, Нин Шу взяла меч из персикового дерева, схватила парящую Сун Сихань за лодыжку и стащила её вниз. Нин Шу придавила тело Сун Сихань. Меч из персикового дерева в её руке вонзился в сердце Сун Сихань и наружу вырвался фонтан почерневшей и липкой крови. — Ах…. Сун Сихань издала жалобный крик. Её алые глаза гневно уставились на Нин Шу, её длинные чёрные ногти вонзились в её тело. Нин Шу почувствовала неописуемый взрыв боли. Старик достал нож и ударил им по запястью Сун Сихань. Лицо Сун Сихань исказилось от боли, а всё её тело взорвалось густой энергией инь и злобной энергией. Дядюшка Гэ взял нож и разрубил шею Сун Сихань. Сун Сихань, с разрубленной шеей, всё ещё шевелила телом. Её отрубленная голова откатилась в сторону, но её рот не растерял своей функции. — Вы – убийцы, я отомщу за Фэн Иня. Сила, давящая на Нин Шу, увеличилась и, в итоге, сбросила её. Затем безголовое тело поднялось. Она подобрала свою собственную голову с пола и приладила её к своей шее. Затем она вернула на место руку и, вскоре, Сун Сихань стояла уже без каких-либо повреждений. Нин Шу: (╯°Д°)╯︵┻━┻ ---------- "Читы" Большими Буквами Боевая-сила-минус-пять Сун Сихань была стимулирована смертью Фэн Иня. Она даже активировала ядро призрачного короля и теперь стала неубиваемым монстром. Сломанные руки или ноги никак не влияли на неё. На самом деле, даже если ей отрубить голову, она может приладить её обратно. От этого Нин Шу хотелось встать на колени и с уважением написать "Читы" большими буквами. — Учитель, что теперь? Нин Шу чувствовала себя такой уставшей. Им удалось убить Фэн Иня, но, в результате, Сун Сихань превратилась в монстра, которого невозможно было убить. Это задание эволюционировало из "избавиться от Фэн Иня" в "избавиться от Фэн Иня и его жены". Она и так уже использовала все свои навыки, чтобы убить Фэн Иня, а теперь ещё и с Сун Сихань надо сражаться. — Её сила исходит от ядра призрачного короля. Пока оно в её теле, она практически бессмертна, — старик нахмурился. – С ней будет нелегко разобраться. Нынешняя Сун Сихань была не меньшей угрозой, чем Фэн Инь. Итак, теперь им придётся сражаться с Сун Сихань, которая могла сравняться по способностям с Фэн Инем? Лица Сун Сихань уже больше не было видно, так как оно всё было покрыто кровавыми венами. Она уставилась на Нин Шу алыми глазами. — Это ты убила Фэн Иня. Какое право ты имеешь убивать Фэн Иня? Я хочу, чтобы ты умерла. Отдай мне Фэн Иня! Из алых глаз Сун Сихань полились кровавые слёзы, отчего её лицо стало невероятно ужасающим. Сун Сихань гневно уставилась на Нин Шу. — Ты специально пришла ко мне. С самого начала у тебя не было никаких добрых намерений. Какое право ты имеешь убивать моего Фэн Иня? Какое право? Она продолжала истерично кричать "какое право", и, пока она говорила, энергия инь и злобная энергия в гостиной постепенно становились сильнее. Нин Шу поджала губы и ничего не сказала. Какой смысл всё это обсуждать? Уж лучше мысленно приготовиться к предстоящей битве. Всё её тело ужасно болело. Её мускулы были разорваны, а её даньтянь пульсировал от боли. Более того, из того места, куда Сун Сихань воткнула свои длинные ногти, теперь вытекал чёрный дым. Но и это было ещё не всё. Поток энергии инь и злобной энергии продолжал вторгаться в её тело. Сун Сихань сделала шаг в сторону Нин Шу и хрипло сказала: — Отдай мне жемчужину. Фэн Инь в ней. Отдай мне жемчужину. Нин Шу взяла меч из персикового дерева обеими руками и уставилась на Сун Сихань. Она даже не стала обдумывать просьбу Сун Сихань. Это было просто невозможно. Внутри духовной жемчужины была чистая духовная энергия. Сознания Фэн Иня больше не существовало; он превратился в чистую духовную энергию. Фэн Инь больше не существовал. Сун Сихань кричала со слезами на глазах: — Отдай мне жемчужину. Отдай её мне… Она отчаянно рыдала. — Я тебя убью. Я тебя убью… Без Фэн Иня, что ей было делать? Фэн Инь был всей её жизнью. Без него, даже если у неё будет бесконечное количество лет, какой тогда был смысл жить? Только Фэн Инь чистосердечно баловал её, любил её и ценил её. Мысль о том, что она никогда больше не повстречает кого-то вроде Фэн Иня, мужчину, которого онаБоевая-сила-минус-пять Сун Сихань была стимулирована смертью Фэн Иня. Она даже активировала ядро призрачного короля и теперь стала неубиваемым монстром. Сломанные руки или ноги никак не влияли на неё. На самом деле, даже если ей отрубить голову, она может приладить её обратно. От этого Нин Шу хотелось встать на колени и с уважением написать "Читы" большими буквами. — Учитель, что теперь? Нин Шу чувствовала себя такой уставшей. Им удалось убить Фэн Иня, но, в результате, Сун Сихань превратилась в монстра, которого невозможно было убить. Это задание эволюционировало из "избавиться от Фэн Иня" в "избавиться от Фэн Иня и его жены". Она и так уже использовала все свои навыки, чтобы убить Фэн Иня, а теперь ещё и с Сун Сихань надо сражаться. — Её сила исходит от ядра призрачного короля. Пока оно в её теле, она практически бессмертна, — старик нахмурился. – С ней будет нелегко разобраться. Нынешняя Сун Сихань была не меньшей угрозой, чем Фэн Инь. Итак, теперь им придётся сражаться с Сун Сихань, которая могла сравняться по способностям с Фэн Инем? Лица Сун Сихань уже больше не было видно, так как оно всё было покрыто кровавыми венами. Она уставилась на Нин Шу алыми глазами. — Это ты убила Фэн Иня. Какое право ты имеешь убивать Фэн Иня? Я хочу, чтобы ты умерла. Отдай мне Фэн Иня! Из алых глаз Сун Сихань полились кровавые слёзы, отчего её лицо стало невероятно ужасающим. Сун Сихань гневно уставилась на Нин Шу. — Ты специально пришла ко мне. С самого начала у тебя не было никаких добрых намерений. Какое право ты имеешь убивать моего Фэн Иня? Какое право? Она продолжала истерично кричать "какое право", и, пока она говорила, энергия инь и злобная энергия в гостиной постепенно становились сильнее. Нин Шу поджала губы и ничего не сказала. Какой смысл всё это обсуждать? Уж лучше мысленно приготовиться к предстоящей битве. Всё её тело ужасно болело. Её мускулы были разорваны, а её даньтянь пульсировал от боли. Более того, из того места, куда Сун Сихань воткнула свои длинные ногти, теперь вытекал чёрный дым. Но и это было ещё не всё. Поток энергии инь и злобной энергии продолжал вторгаться в её тело. Сун Сихань сделала шаг в сторону Нин Шу и хрипло сказала: — Отдай мне жемчужину. Фэн Инь в ней. Отдай мне жемчужину. Нин Шу взяла меч из персикового дерева обеими руками и уставилась на Сун Сихань. Она даже не стала обдумывать просьбу Сун Сихань. Это было просто невозможно. Внутри духовной жемчужины была чистая духовная энергия. Сознания Фэн Иня больше не существовало; он превратился в чистую духовную энергию. Фэн Инь больше не существовал. Сун Сихань кричала со слезами на глазах: — Отдай мне жемчужину. Отдай её мне… Она отчаянно рыдала. — Я тебя убью. Я тебя убью… Без Фэн Иня, что ей было делать? Фэн Инь был всей её жизнью. Без него, даже если у неё будет бесконечное количество лет, какой тогда был смысл жить? Только Фэн Инь чистосердечно баловал её, любил её и ценил её. Мысль о том, что она никогда больше не повстречает кого-то вроде Фэн Иня, мужчину, которого она тоже полюбит, была для неё мучительной. Сун Сихань почувствовала несравненное отчаяние. Она уже привыкла к ощущению того, что Фэн Инь всегда был рядом. Он был таким сильным и надёжным. "Фэн Инь, Фэн Инь, Фэн Инь…" Кричало сердце Сун Сихань. Нин Шу крепче схватилась за меч из персикового дерева и упреждающе вонзила его в живот Сун Сихань. Вся сила Сун Сихань исходила из ядра призрачного короля. Если его вычеркнуть из общей картины, тогда она, естественно, исчезнет в дыму и её душа развеется. Сун Сихань пронзили живот, но ей было совершенно на это наплевать. Она кинулась в сторону тряпичной сумки Нин Шу, желая заполучить духовную жемчужину, которая была внутри. Нин Шу схватила бумажный талисман и прилепила его на тело Сун Сихань, отчего из её тела клубами повалил чёрный дым. Однако ей всё ещё было наплевать, и она настойчиво пыталась забрать тряпичную сумку. Нин Шу холодно сказала: — Послушай, что я тебе скажу: Фэн Инь уже больше не имеет сознания. Он больше никогда не вернётся к жизни. Он был поглощён этой жемчужиной и превратился в чистую энергию. ---------- Вытащи Ядро Призрачного Короля! Сун Сихань стала выглядеть озадаченной и пробормотала: — Не может быть. Это невозможно, невозможно. Фэн Инь не может покинуть меня. Это невозможно… Кровавые слёзы ручьями полились из глаз Сун Сихань, и она выглядела так, словно впала в отчаяние. Старик и дядюшка Гэ придавили к полу тело Сун Сихань. Однако Сун Сихань была погружена в плохие вести о том, что Фэн Инь никогда не вернётся, отчего выглядела опустошённой и раздавленной. Старик закричал Нин Шу: — Вытащи ядро призрачного короля из её тела! Скорее, а иначе она постепенно соединится с ядром призрачного короля и станет ещё сильнее. Нин Шу взяла кинжал и вскрыла живот Сун Сихань. Её внутренние органы теряли жизненную энергию и выглядели так, словно уже начали разлагаться. — Пустите меня. Пустите меня. Сун Сихань начала неистово сопротивляться. В конечном счёте, Нин Шу нашла белую жемчужину в районе даньтяня Сун Сихань. Наконец-то она держала в руке ядро призрачного короля. — Нет, нет… — Сун Сихань увидела, что Нин Шу держит ядро призрачного короля, которое ей дал Фэн Инь, и закричала: — Фэн Инь дал его мне… Живот Сун Сихань был вскрыт, но он очень быстро восстанавливался, очевидно потому, что в её теле всё ещё была часть энергии ядра призрачного короля. Ещё какое-то время она не умрёт. Однако тело Сун Сихань начало трясти, когда она потянулась, чтобы забрать ядро призрачного короля из руки Нин Шу. Нин Шу сказала старику: — Давайте скорее уходить. Это было современное общество, даже если они и убьют Сун Сихань, нельзя, чтобы кто-то видел, как они это делают. Нельзя, чтобы их заподозрили. Как только они вышли наружу, Нин Шу усилила бессмертную связывающую формацию, чтобы Сун Сихань не смогла выйти и навредить людям. К тому же, оставшейся в её теле энергии ядра призрачного короля было не так уж много. Сев в машину, Нин Шу выплюнула полный рот чёрной крови и потеряла сознание. — Девочка! – встревоженно закричал старик. Затем он повернулся к дядюшке Гэ. — Возвращаемся скорее. Оказавшись на вилле, старик занёс Нин Шу на свой спине. — Даосит, вы вернулись, — Се Вэймин увидел бессознательную Нин Шу и спросил: — Что случилось? Старик проигнорировал Се Вэймина и положил Нин Шу на диван. Затем он достал клейкий рис и приложил его к колотой ране от ногтей Сун Сихань. — Разве у тебя нет лекарств? Разве ты не видишь, что моя ученица ранена? Неси скорее лекарства, — в ярости закричал старик на дядюшку Гэ: — Ты же всё ещё хочешь заполучить ядро призрачного короля? Впрочем, дядюшке Гэ не было дела до плохого отношения старика. Он достал несколько сосудов лечебных пилюль, которые старик смешал с водой и дал Нин Шу выпить. Старик держал чашу дрожащими руками и выглядел обеспокоенным. Когда Се Вэймин увидел, насколько напряжённой была атмосфера, он хотел задать несколько беспокоящих его вопросов, но не посмел выдавить из себя ни звука. Когда Нин Шу наконец-то пришла в себя, её голова очень сильно болела. Она не могла пошевелиться и не чувствовала своих конечностей. Нин Шу заподозрила, что её парализовало. Рядом с её постелью стояла стойка для внутривенного вливания, а тыльная сторона её руки опухла и болела. Дверь открылась и вошёл старик с лекарством. Видя, что Нин Шу пришла в себя, он был приятно удивлён. — Девочка, ты очнулась.Нин Шу кашлянула. Её горло опухло и болело, а все её внутренние органы ныли от боли. — Не шевелись. Тебе нужно восстановиться. Вот, выпей лекарство. Старик поднёс чашу к её рту. Нин Шу чувствовала себя иссушённой и опустошённой, поэтому она выпила всё лекарство. Нин Шу спросила у старика: — Учитель, как долго я спала? Где Сун Сихань? — Ты – бессердечная девчонка, ты напугала Учителя до смерти! Ты проспала неделю, — сказал старик. – Сун Сихань умерла. Её труп нашла полиция. — У них есть какие-нибудь подозрения на наш счёт? Нин Шу больше всего была обеспокоена этим. ---------- Написала Предсмертную Записку Нынче общество было законопослушным. Если вас поймают на месте убийств, то будет много проблем. Ранее, всё о чём она думала – это об убийстве Фэн Иня. Всё же, этот парень был мёртв тысячу лет. Если его убьют снова, то это ничего не будет значить. Но нельзя сказать то же самое и о Сун Сихань. Нин Шу не ожидала, что Сун Сихань превратится в призрака и станет неубиваемым монстром, поэтому у неё не осталось иного выбора, кроме как убить её. Иначе Сун Сихань становилась бы всё сильнее и сильнее, а после потери Фэн Иня, она бы начала мстить не сдерживаясь. Им пришлось ударить первыми, чтобы зарубить проблему на корню. Старик опустил чашу с лекарством и сказал: — Ты теперь подозреваемая. Нин Шу: … Нин Шу чувствовала себя так, словно ей было бы лучше не просыпаться; ей стоило просто продолжать спать. Старик сказал: — Она умерла не сразу и написала предсмертную записку, в которой говорится, что это ты её убила. Нин Шу: … — В ней также говорится, что компания была с тобой заодно и вы вместе издевались над ней. Из-за этого у старика Сэ голова раскалывается, и эта записка сильно навредила его компании. Когда полицейские пришли тебя искать, я сказал им, что ты не можешь быть убийцей. Как ты могла убить кого-то, если лежала без сознания после несчастного случая? – раздражённо сказал старик. – Учитель не позволит, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Нин Шу вздохнула. Должно быть, Сун Сихань действительно возненавидела её до самых костей. Даже после смерти она отказывалась отпускать кого-либо. И она даже пыталась утащить за собой компанию Се; что за неблагодарный человек. Компания дала ей работу и платила ей деньги, чтобы она могла жить, и вот как она отплатила семье Се. Предположительно, она возненавидела семью Се за то, что они привели даосского жреца и это стало причиной смерти Фэн Иня. Нин Шу уже предчувствовала, как близится большая головная боль. — Ты сильно не волнуйся. По оценке коронера, она была мертва уже несколько месяцев, и её тело уже разложилось до неузнаваемости, — заверил Нин Шу старик. Изначально Сун Сихань была полу-человеком и полу-призраком и полагалась на ядро призрачного короля, чтобы оставаться в живых. Без его поддержки её тело лишь стремительно разложилось, и поэтому коронер заявил, что она мертва уже несколько месяцев. В то время Нин Шу ещё даже не пришла к семье Се. Когда Нин Шу пришла в себя, её вызвали в полицию и провели допрос. Полицейский спросил у Нин Шу: — Какова была ваша цель визита в семью Се и в компанию? Нин Шу решила, что полиция уже допросила всех остальных и сейчас просто сверяла, чтобы проверить, не врёт ли она. — Сын Се Вэймина, Се Июань, был одержим призраком. Я пришла его лечить, — честно призналась Нин Шу. — Одержим призраком? Это в наши-то дни? – насмешливо сказал полицейский. Нин Шу безразлично ответила: — Да кто знает, был ли он на самом деле одержим? Может, это был просто психологический эффект, вот я и провела обряд экзорцизма. Нин Шу чувствовала, что в энергия инь в подобных официальных заведениях вроде полицейского участка была довольно тяжёлой. Однако у страны было достаточно позитивной энергии ян и удачи, чтобы подавлять энергию инь, поэтому это место было в достаточно сбалансированном состоянии. Полицейские переглянулись между собой. Всё же, не было никаких прямых улик, доказывающих, что она кого-либо убила. Полицейский достал пакет для улик, в котором была посмертная записка, написанная Сун Сихань. — Скончавшаяся, Сун Сихань, перед смертью заявила, что это ты её убила, — сказал полицейский. Нин Шу даже немного растерялась. — Если я её убила, то как же она записала завещание и это заявление? К тому же, она была мертва уже несколько месяцев, и она также не сказала, почему я её убила. Эту записку нельзя использовать как доказательство, чтобы обвинить меня в убийстве, — безразлично сказала Нин Шу. — Всегда же есть мотив для убийства, верно? Зачем мне хотеть её убить? Что я получу от её убийства? Я – доосит, поэтому ещё менее вероятно, что я эмоционально связана с ней. От этого полицейские тоже почувствовали беспомощность. Нин Шу действительно говорила правду; у них не хватало доказательств, чтобы выдвинуть обвинения. Но ещё более удивительно то, что сотрудники компании Се говорили, что не так давно видели Сун Сихань и в компании также были записи о её посещении рабочего места. ---------- Как Же Ты Сделала Так, Что Тело Разложилось? Тот факт, что вскрытие показало, будто трупу уже несколько месяцев, предполагал, что кто-то использовал какие-то особенные средства, чтобы довести тело до такого состояния. — Что ты использовала, чтобы заставить тело разложиться? – надавил полицейский на Нин Шу. Нин Шу: … Нин Шу мысленно сожалела о том, что не разобралась с этим вопросом как следует. Это позволило Сун Сихань воспользоваться возможностью и сделать такую вещь перед смертью. Так что в будущем ей нужно будет должным образом наносить смертельный удар, чтобы всё было чётко и ясно. Нин Шу сказала: — Я же всего лишь подозреваемая, а не убийца. Я не убивала Сун Сихань. Вам лучше провести повторное расследование и собрать достаточно улик, чтобы обвинить меня в убийстве. В итоге, полиция отпустила Нин Шу, но ей не было позволено покидать город и её могли в любое время вызвать на допрос.Нин Шу хотела сказать, что Сун Сихань была призраком, но кто же ей поверит? Нин Шу вышла из полицейского участка и увидела Се Июаня, прислонившегося к машине. — Ну? О чём тебя спрашивала полиция? – спросил Се Июань. Нин Шу села в машину и сказала: — Судя по тому, что они говорили, они думают, что это я убила Сун Сихань. Се Июань сказал: — Всё в порядке. Семья Се тебе поможет. — Вы, ребята, возможно, даже не сможете сохранить свою компанию, однако у вас всё равно есть время на меня. Спасибо, — безразлично сказала Нин Шу. Се Июань внезапно предложил Нин Шу: — А почему бы нам не пожениться? Нин Шу: Тупица. — Я собираюсь вернуться в Гору Мао; как я вообще могу выйти за вас замуж? – величественно и холодно сказала Нин Шу. – Вы просто хотите, чтобы я помогла вам увидеть, за каким ещё сотрудником компании следует призрак, ведь так? Се Июань коснулся своего носа*, отчего Нин Шу закатила глаза. — Тот инцидент по-настоящему напугал меня, но если ты выйдешь за меня замуж, то я помогу тебе в этот раз, — сказал Се Июань. Нин Шу ухмыльнулась. Он действительно был бизнесменом. Все его расчёты были просто идеальными. — Я же даосский жрец. Как даосский жрец может выйти замуж? Я должна должным образом выполнять свою работу и ловить призраков. Зачем мне выходить замуж? Нин Шу фыркнула. Се Июань хотел связать Тао Цинь этим браком, чтобы её можно было использовать как бесплатный защитный талисман. Он ведь ещё совсем недавно сетовал. "О, я восхитился Сун Сихань с первого же взгляда и влюбился в неё в ту же секунду. Сун Сихань – это женщина, с которой я хочу провести всю свою жизнь". А теперь он хочет жениться на ней. Нин Шу хотела просто влепить ему сильную пощёчину. Он бил себя по лицу своими же действиям, однако не чувствовал боли. И это было так поверхностно. Использовать в качестве торговли такие аргументы, это просто скрытая форма принуждения. Ха. Ха. Ха… Когда Нин Шу зловеще улыбнулась, Се Июань тревожно сглотнул и больше не стал упоминать женитьбу. Вернувшись на виллу, старик тут же поприветствовал Нин Шу и утешил её. — Всё в порядке. Учитель всё уладит. Нин Шу с подозрением посмотрела на старика. Старик может это уладить? — Что это за взгляд? Твой учитель завёл множество знакомств, когда был молодым, и часто гостил у сильных и влиятельных, — старик увидел, что его ученица смотрит на него с подозрением и тут же добавил: — Я сделаю несколько звонков. Я уверен, что этот вопрос скоро будет улажен. Старик указал на дядюшку Гэ и сказал: — А если это не сработает, то у нас всё ещё есть этот чёртов старик. Этот старик тоже знает много народу. Дядюшка Гэ кашлянул. — Чего ты кашляешь? Ты же всё ещё хочешь получить ядро призрачного короля? А эта девочка очень усердно работала, чтобы заполучить его, — сказал старик, явно пребывая в плохом настроении. Дядюшка Гэ спокойно сказал: — Она же мне как младшая сестра; как я могу её не спасти? Я уже связался кое с кем. Очень скоро мы узнаем новости. Примечание: * Рассказ о себе или о своем участии в чем-либо китаец начнет с касания своего носа или лица ---------- Он Хочет Жениться На Мне Когда стоявший в стороне Се Июань увидел, как два старика, похоже, уладили этот вопрос, его лицо стало немного озадаченным. Он глянул на своего отца. Се Вэймин увидел это и покачал головой Се Июаню. Нин Шу сказала старику: — Учитель, Се Июань сказал, что хочет жениться на мне. Се Июань: Σ(°△°|||)︴ — Какого чёрта? Старик чуть не подпрыгнул на месте, и выглядел невероятно удивлённым. Даже на лице дядюшки Гэ появился шок. — Парень, если ты хочешь жениться на моей ученице, то этому не бывать даже в твоей следующей жизни! Старик усмехнулся и теперь выглядел крайне серьёзно. Он был достаточно стар, чтобы сразу понять, что задумала семья Се. — Вы смотрите на мою ученицу слишком свысока. Вы даже не поговорили сначала со мной, и прямо предложили это ребёнку, — холодно сказал старик. Се Вэймин тут же подал голос: — Даосит, это был просто способ проверить, есть ли между детьми какая-нибудь связь. Если Тао Цинь согласится выйти замуж и вступить в мою семью, то ей не придётся страдать ни от каких обид. — Хватит уже, — старик отмахнулся рукой. – Вы просто думаете, что моя ученица маленькая и доверчивая. Люди нашей профессии не женятся. Настоящие даосские жрецы не женятся. — Даосит, Тао Цинь – девушка. Она же должна выйти замуж и завести детей, — сказал Се Вэймин. — Она будет главой моей Северной Горы Мао. Какое замужество? Она будет управлять большой семьёй, так о каком одиночестве тут можно говорить? Она будет постоянно бегать по заданиям и зарабатывать на жизнь. Что касается детей, то в храме полно детей. Моя ученица такая талантливая. Вы думаете, что её судьба – это прийти в ваш дом и стать вашей невесткой? Прежде чем мы стали жрецами, мы выбрали жизнь одиночки. Мы не можем жениться, и, если вы не хотите умереть, забудьте об этой идее. Старик указал на дядюшку Гэ. — Спросите его, женат ли он. Затем он фыркнул и сказал Нин Шу: — Собирай свои вещи; мы возвращаемся. Мне уже интересно, как там поживают наши шалопаи. — Даосит, не злись, — сказал Се Вэймин. – Это была наша вина. — А я настаиваю на том, чтобы злиться, — грубо сказал старик. – Деньги плати. Се Вэймин беспомощно покачал головой и достал чековую книжку. Старик сказал: — Никаких чеков. Переведи деньги на мой счёт. После чего старик повернулся к Нин Шу. — Иди и собирай вещи. Чего ты ждёшь? Нин Шу тут же ушла наверх, чтобы забрать свою тряпичную сумку и переодеться в старомодную одежду, в которой она пришла в город. Спустившись вниз по лестнице, Нин Шу спросила у дядюшки Гэ: — Дядюшка Гэ, вы пойдёте с нами? Ядро призрачного короля, которое хотел дядюшка Гэ, всё ещё было на руках у Нин Шу, поэтому, естественно, он пойдёт с ней. Он кивнул и сказал: — Я пойду с вами и провожу вас. Выражение лица Се Июаня было затруднённым, когда он направился к Нин Шу. Однако старик тут же заблокировал ему дорогу. — Парень, не подходи к моей ученице. Се Июань остановился и сказал Нин Шу: — Спасибо за то, что спасла меня. Нин Шу ответила: — Это была моя работа. После этого Нин Шу и два старика покинули виллу и отправились в отель, где заказали номера, чтобы подождать, пока всё не уладится. Когда старик отправился в банк, чтобы проверить свой баланс, он взял с собой Нин Шу, чтобы купить немного одежды для детей. Погода начала становиться холоднее, поэтому они купили несколько комплектов тёплой одежды. Какие-то вышестоящие начальники замолвили слово за Нин Шу и её проблема была решена. Так как не было никаких улик, то дело закрыли. Семья Сун Сихань нашла семью Се и заставила их заплатить за это. Семье Се пришлось затянуть пояса и выдать им некоторую сумму денег. Когда старик услышал об этом, он безразлично сказал: — Им было суждено лишиться своей удачи. Отказавшись от своего желания заработать побольше денег, они обретут покой. К тому же, возможность использовать деньги для борьбы с катастрофами – это уже наилучший результат. ---------- Помогаем Ему Избавиться От Его Бедствий Когда им позволили покинуть город, старик повёз Нин Шу обратно в даосский храм. Нин Шу отдала ядро призрачного короля дядюшке Гэ, который не мог сдержать улыбки, глядя на белоснежное ядро призрачного короля. Он дал Нин Шу несколько бутылочек лекарства. — Это пилюли из столетнего женьшеня, и некоторые другие пилюли, которые полезны для твоего тела. Храни их. Нин Шу взяла бутылочки и сказала: — Спасибо, дядюшка. — Хмф… — холодно фыркнул старик. – Ты действительно хочешь обменять ядро призрачного короля на несколько бутылочек лекарства? Ведь это вещь, которая попадается раз в тысячу лет. Старик Гэ, ты издеваешься над моей ученицей. Дядюшка Гэ сказал: — Если в будущем у тебя возникнут какие-нибудь проблемы, просто приходи ко мне. Я обязательно помогу тебе разобраться с ними. Только после этого старик напряжённо сказал: — Старшие должны любить младшее поколение, так что это вполне естественно и правильно. Хмф, хотелось бы мне посмотреть, сможешь ли ты действительно забрать ядро призрачного короля с собой. Я не знаю, сколько призраков желают ядро призрачного короля, которое у тебя на руках. Я надеюсь, что ты сможешь благополучно вернуться в своё старое гнездо; не умирай на полпути. — За меня не волнуйся, — спокойно сказал дядюшка Гэ. – Я купил кое-что для твоих учеников. Вот, возьми. С этими словами дядюшка Гэ достал из машины несколько мешков и протянул их Нин Шу. Нин Шу глянула на старика. — Учитель? — Забирай их. У него всё равно много денег. Давай поможем ему использовать их. Мы лишь помогаем ему избавиться от его бедствий, — сказал старик. Нин Шу: … Эти старики вели себя совсем как цундере, но вот так, поддразнивая друг друга, они и ладят. Когда дядюшка Гэ положил ядро призрачного короля в шкатулку из персикового дерева и прилепил на неё талисман, старик закатил глаза и сказал: — Нарисуй талисман своей кровью. Ты, похоже, только и умеешь, что целыми днями делать пилюли. Выучи уже нормальные даосские техники. Старик надрезал палец дядюшки Гэ и специально сделал надрез чуть глубже. Затем он окунул свой палец в кровь дядюшки Гэ и нарисовал на шкатулке руну. Дядюшка Гэ глянул на старика, зажимая рану на своём пальце. Дядюшка Гэ помахал на прощание Нин Шу и старику, сел в машину и уехал. С другой стороны, Нин Шу потащила кучу вещей в автобус. — Эм, девочка, а. Старик посмотрел на Нин Шу с некоторой нерешительностью. Нин Шу спросила: — Что случилось, Учитель? — Тебе нравится этот парень Се? – спросил у Нин Шу старик. Нин Шу покачала головой. — Ничего подобного. — Вот и правильно. Даже если ты хочешь выйти замуж, не выходи замуж в семью Се. Торговцы ценят только прибыль. Парнишка Се хотел жениться на тебе только потому, что видел в тебе пользу. Вы, ребята, совсем не совпадаете в плане состояния и семей, так что ты будешь только страдать, если выйдешь за него замуж, — сказал старик. — Я просто хочу следовать за Учителем и быть вам верной. Нин Шу даже и не думала о том, чтобы выходить замуж. — Хорошая девочка, у каждого человека есть свои собственные идеи и выгоды, которые он ищет. Монах должен быть должным образом сфокусирован на изучении священных писаний, в то время как даосский жрец должен быть сфокусирован на поимке призраков. Не цепляйся за любовь. Такова твоя судьба. У тебя не было судьбы с твоими родителями, и твоя судьба с любовью между мужем и женой тоже очень слабая. К некоторыми вещам принудить никак нельзя. Это как с человеком и призраком, которые влюбились друг в друга. Даже без нашего вмешательства их любовь всё равно неустойчивая, и неизвестно, сколько бы она продлилась, — сказал старик. Нин Шу улыбнулась и сказала: — Я знаю, Учитель. Спустя два дня и три ночи скачки по кочкам в автобусе, они, наконец-то, вернулись в деревню. Нин Шу вылезла из автобуса. Неся на плечах несколько сумок, она осмотрела невысокие дома, рисовые поля и горы. Её настроение было приподнятым. Ей было гораздо приятнее жить в таком месте. После столь долгого времени, когда Нин Шу вернулась в даосский храм, она почувствовала, что соскучилась по нему. Она обнаружила, что ей гораздо приятнее жить в месте с таким прекрасным пейзажем. Старик отправился забирать детей, которых он оставил в доме фермера, а потом вернулся в даосский храм. Как только буйная толпа детишек вернулась, они начали болтать и окружили Нин Шу. ---------- Я Возлагаю На Тебя Большие Надежды В этот раз разборка с Фэн Инем и Сун Сихань нанесла телу Нин Шу серьёзную травму. У неё не было иного выбора, кроме как постепенно восстанавливаться. Однако всё было не так уж плохо, так как формация для сбора духовной энергии в даосском храме притягивала больше духовной энергии, чем это было в городе. Нин Шу положилась на Непревзойдённые Боевые Искусства, чтобы постепенно восстановить свои повреждённые меридианы. Этот инцидент также оставил свою отметку и на теле старика. Он и так уже был не в самом расцвете сил, и был не таким сильным, как раньше. Энергия инь и злобная энергия просочились в его тело, а он и без того был довольно старым, поэтому его здоровье сильно пошатнулось. Нин Шу изо всех сил старалась помочь старику справиться с его ухудшающимся здоровьем, периодически отправляя в его тело духовную энергию на восстановление. Старик решил стать продавцом даосских товаров, и оставил всё на Нин Шу. Нин Шу теперь брала своего младшего брата, Тао Шэна, на даосские церемонии. Теперь, когда её навыки охоты за призраками значительно улучшились, обычные призраки были для Нин Шу словно прогулка в парке. Нин Шу оставила старику формацию заклинания для сбора энергии ян, бессмертную связывающую формацию и Непревзойдённые Боевые Искусства. Она сказала ему, что нашла где-то инструкцию по этим боевым искусствам и сочла их довольно полезными. Более того, эта энергия могла даже активировать компас предшественника. Старик тут же разгладил свою бороду и сказал: — Эти боевые искусства просто предназначены судьбой для нашей Горы Мао. Раз они могут усилить тело, то пусть наши малыши тоже их изучают. Нин Шу: … Как бессовестно. — С этих пор секта будет полагаться на тебя. Твой Учитель стар и может выдавать лишь благословения. Старик снова начал теребить свою седую бороду. Нин Шу сказала: — Я определённо буду верна вам, позабочусь о моих младших братьях и сёстрах и передам наследие Горы Мао. Старик удобно расположился в своём кресле, купаясь в тёплых лучах солнца. — Я возлагаю на тебя большие надежды. Нин Шу: … После того, как Нин Шу непрерывно культивировала день и ночь, скрытые травмы в её теле наконец-то начали исчезать. А вот чего Нин Шу никак не ожидала, так это того, что Се Июань сам пришёл в даосский храм и привёл с собой целую строительную бригаду. Старик совсем не был рад увидеть Се Июаня и холодно спросил: — Что ты тут делаешь? — Папа сказал помочь вам перестроить храм, — сказал Се Июань. — Ладно, рабочие могут остаться, а ты уходи. Старик махнул рукой на Се Июаня, говоря ему поскорее проваливать… Се Июань глянул на Нин Шу и сказал: — Я лишь хочу поговорить с Тао Цинь. — Да о чём тут говорить-то? Старик с опаской посмотрел на Се Июаня. Нин Шу влезла в разговор: — Учитель, дайте я просто немного с ним поговорю. Старик сложил руки за спиной и пробормотал:— Да о чём тут говорить-то? Они даже не позволяют старшим говорить… Нин Шу и Се Июань вышли из даосского храма и пошли по грунтовой дороге в деревню. Се Июань подобрал листик на обочине, покрутил его в руках и сказал: — Я просто хотел извиниться перед тобой; я был слишком безрассуден и недостаточно искренен. Нин Шу кивнула. — Мой отец сказал, что ты будешь хорошей женой, но, когда я сказал, что собираюсь на тебе жениться, я об этом пожалел. Если честно, то ты мне не нравишься. Се Июань раскрыл свою душу. Нин Шу: Дверные боги могут сохранить дом в безопасности*… Се Июань посмотрел на Нин Шу. Подобная девушка действительно была не того типа, что ему нравится. И хотя его отец сказал, что она может сохранить семейный дом в безопасности, женщина, которая постоянно сражается с призраками… Разве может какой-нибудь мужчина, положив руку на сердце, поклясться, что она ему нравится? Нин Шу: →_→ Нин Шу улыбнулась и посмотрела на Се Июаня. — И ты пришёл сказать мне это? — Хоть мы и не можем быть парой, мы всё ещё можем быть друзьями. Мы можем работать вместе в будущем, — с улыбкой сказал Се Июань. Вот так ведёт себя бизнесмен. Се Июань намеревался сохранить дружеские отношения между ними. Если он потом когда-нибудь столкнётся с какими-нибудь сверхъестественными событиями, то он всё ещё сможет позвать её. ---------- Так Ему и Надо Нин Шу с улыбкой ответила: — Конечно. Раз тут была возможность подзаработать денег, то зачем же позволять ей ускользнуть? Лицо Се Июаня заметно расслабилось, и он жизнерадостно сказал Нин Шу: — Я надеюсь, что вы сможете позаботиться о еде для рабочих. Я дам вам деньги на еду. — Ладно. Нин Шу кивнула. — Кстати, у тебя есть какие-нибудь талисманы? Я хочу купить несколько штук, — спросил Се Июань. Нин Шу достала два бумажных талисмана из своей тряпичной сумки. — Две с половиной тысячи. Се Июань с готовностью заплатил, ничуть не торгуясь, и снова спросил: — А есть ли что-нибудь, что позволяет людям видеть призраков? Я просто хочу проверить, нет ли ещё каких-нибудь призраков, преследующих сотрудников компании. — Сун Сихань была очень редким случаем, — сказала Нин Шу и нахмурилась. – Часто видеть призраков – это не очень хорошо; тебе лучше не брать на себя такую инициативу. Они ведь живут не в одном и том же мире, поэтому нельзя слишком часто подглядывать за ними. Се Июань почесал свой затылок. — Вообще-то, я просто хотел посмотреть, есть ли что-нибудь неясное возле одной девушки. Нин Шу глянула на Се Июаня. — У тебя снова появилась девушка? Очередная любовь с первого взгляда, женщина, с которой можно провести остаток своей жизни со второго взгляда? Се Июань ответил: — Нет, это договорной брак, но, если честно, я немного боюсь. Нин Шу дала Се Июаню бутылочку коровьих слёз и талисман, объяснив: — Прилепи талисман на своё тело и намажь коровьи слёзы себе на веки. Ты можешь увидеть их только ночью. После того, как увидишь их, вытри коровьи слёзы. Понял? Нин Шу протянула руку. — Пятьсот юаней. Се Июань беспомощно отдал деньги, сел в припаркованную на обочине машину и помахал рукой Нин Шу. Нин Шу вернулась в даосский храм и увидела, как старик командует рабочими. Старик тут же спросил у Нин Шу: — Что сказал тот парнишка? Нин Шу ответила: — Он просто пришёл попросить пару вещей. Он собирается жениться и боится, что возле его жены тоже что-нибудь есть. — О, так он собирается жениться. Старик усмехнулся и на его лице тоже появилось облегчение. Вместо того, чтобы полностью сносить храм, старик приказал строителям отремонтировать его. Ободрённый чувством того, что он тратит не свои собственные деньги, старик полностью отремонтировал главный зал и выложил пол новой плиткой. — Ну, теперь дрова не будут сыреть, — сказал старик, разглаживая свою бороду. Нин Шу: … Нин Шу тоже наслаждалась комфортной и беззаботной жизнью. Она тренировалась в экзорцизме, когда у неё была работа, и обучала своих братьев и сестёр в даосском храме, когда работы не было. Однажды старик отправился в дом главы деревни и принял телефонный звонок, в котором говорилось, что дядюшка Гэ перевернулся в своей машине, когда ехал обратно, и всё ещё лежит в больнице. Старик позлорадствовал над его неудачей. — Как я и говорил, ядро призрачного короля не так-то просто заполучить. Это крайне редкое сокровище для призраков, словно пилюля долгожительства. Если такая вещь появляется, то начинается настоящее восстание. Он действительно думал, что сможет удержать эту горячую картошку? Так ему и надо. И хотя старик не сдерживался, когда ругал дядюшку Гэ, Нин Шу всё равно видела, что он выглядит немного обеспокоенным. Нин Шу сказала старику: — Учитель, почему бы нам не съездить и проведать дядюшку Гэ? — Ну, давай посмотрим, не умер ли он там. А если умер, то я отправлю ему цветы на могилу, — сказал старик. Нин Шу вернулась в дом и собрала свои вещи, готовясь составить компанию старику. Она немного волновалась и не хотела отпускать его одного. Её учитель был уже старым. А что если по дороге его побьёт какой-нибудь мошенник? Когда Нин Шу и старик приехали в больницу, они обнаружили, что дядюшка Гэ был лишь немного ранен, и эта рана не угрожала его жизни. Старик был немного разочарован и сказал: — Я-то думал, что с тобой действительно что-то случилось. Дядюшка Гэ проигнорировал сарказм старика и сказал: — Ядро призрачного короля пропало. — А я тебе говорил. Как будто что-то вроде ядра призрачного короля стало бы гнить у тебя на руках. Старик закатил глаза. Дядюшка Гэ был очень обеспокоен и сказал: — Если оно окажется в руках какого-нибудь призрака, не создаст ли это очередного могущественного призрачного короля? Примечание: * Китайцы поклоняются дверным богам как духовным стражам входа. Дверные боги должны не допускать проникновения злых духов. Дверные боги обычно ставятся лицом друг к друг; считается невезением ставить фигуры спиной к спине. Этот обычай возник во времена династии Тан (618-907 гг. Н.э.), когда император почтил двух верных генералов, нарисовав их портреты на двери, за их храбрость в борьбе с незваными гостями и злыми духами. ---------- Это Уже Богам Решать Дядюшка Гэ не успел даже согреть руками ядро призрачного короля, как оно исчезло. И он никак не мог с этим смириться. Он хотел заставить старика помочь ему вернуть ядро призрачного короля. Старик сказал: — Раз оно ускользнуло из твоих рук, то это означает, что тебе не суждено быть с ним. А что насчёт того, создаст оно очередное могущественное существо или нет – это уже богам решать. Не стоит принуждать такие вещи, а не то окажешься в могиле. Дядюшка Гэ вздохнул, явно будучи немного удручённым. — Раз ты в порядке, тогда я пойду домой. Даже и не думай о том, чтобы попытаться вернуть себе эту штуку. Всё же, оно принадлежит миру призраков. Если оно будет у тебя на руках, то это будет просто приглашением для катастрофы. После этого старик ушёл. Покинув больницу, Нин Шу спросила у старика: — Вы уверены, что не хотите вернуть ядро призрачного короля? — А какой смысл его искать? У небес есть свои планы на подобные вещи, — небрежно ответил старик. – И что, если я его найду? Мне нужно будет доставать его из призрака? Если кто-то не совершил великие грехи, будь то человек или призрак, мы не может просто так убивать их, а иначе нам придётся нести тяжёлую ношу кармы. Нин Шу кивнула. — Я понимаю. В тот же день Нин Шу и старик вернулись в даосский храм, и Нин Шу продолжила жизнь изгнания злобных призраков и обучения своих младших братьев и сестёр. Так как теперь Нин Шу разбиралась со всеми выданными работами, она обрела немного репутации в деревне у даосского храма. Когда они с чем-нибудь сталкивались, они приходили в даосский храм и искали Нин Шу. Но, если ситуация была не слишком серьёзной, то Нин Шу позволяла Тао Шэну выполнять всю работу. Тао Шэну уже было шестнадцать, поэтому это было идеальное время для его обучения. Нин Шу тоже хотела быть ленивой, как старик. — Динь! Задание Выполнено! Хочешь покинуть мир задания? – прозвучал в голове Нин Шу голос 2333. Нин Шу кивнула. — Да. — Тогда я сперва заберу духовную жемчужину, а инче, когда ты вернёшься в своё духовное состояние, она тебя поглотит, — сказал 2333. Нин Шу кивнула. После мгновения головокружения, когда она открыла глаза, она уже была в системном пространстве. Нин Шу легла на постель, чувствуя усталость. Средние задания были гораздо труднее, чем начальные. Нин Шу надела на запястье браслет из белых жемчужин. Этот предмет был подарком от продавца, когда она пошла покупать ореол веры. После того, как она его надела, браслет начал излучать прохладное ощущение, которое успокаивало всю душу. Это задание подняло негативные эмоции в душе Нин Шу. Если эти чувства не очистить, тогда они неизбежно повлияют на её способность продолжать выполнять задания. Какого хуя, у неё что, действительно случилось отклонение энергии ци?! После того, как она так усердно работала, просто чтобы продолжать жить, она действительно задумалась о совершении самоубийства? Нин Шу шлёпнула себя по щекам. Как это глупо! Даже если бы она спрыгнула в тот раз с балкона, у неё всё равно был защитный талисман, который не дал бы ей умереть, так что это было бы просто бесполезной тратой защитного талисмана. Хорошо, что у неё тогда была достаточно ясная голова. Нин Шу легла на постель, молча начала читать очищающую сердце мантру, и постепенно заснула. После пробуждения Нин Шу лениво потянулась. На удивление, она была в хорошем настроении и почувствовала, что готова взглянуть на результаты этого задания. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 6 150 000 (+1 800 000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 234 Харизма: 10 Удача: 64 Воля: 140 Боевые искусства: 152 Вера: 1114 (+200) Способность (адаптивность): 59 Заслуги: 10040 (+10) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня, Экзорцист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x5, Улучшенный Защитный Талисман Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Исполнено желание Тао Цинь. Степень Выполнения Задания: 100% Получено: 1 800 000 очков опыта. Получено: 50 очков атрибутов. Получено: 200 очков веры. Получено: 10 очков заслуг. ---------- Кое-Какие Хорошие Новости Результаты были неплохими. Как обычно, она распределила 50 очков атрибутов в интеллект, удачу, волю, боевые способности и адаптивность. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 6 150 000 (+1 800 000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 234 (+10) Харизма: 10 Удача: 64 (+10) Воля: 140 (+10) Боевые искусства: 152 (+10) Вера: 1314 Способность (адаптивность): 59 (+10) Заслуги: 10050 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Дрянной Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Рудиментарные Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня, Экзорцист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x5, Улучшенный Защитный Талисман Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) После распределения очков атрибутов, Нин Шу села и стала культивировать. 2333 подождал, пока не увидел, что Нин Шу закончила культивировать, и спросил: — Теперь твоё настроение улучшилось? Нин Шу: … Она тут же почувствовала себя так, словно ей на голову вылили ведро холодной воды. Неужели он не знает, как нужно общаться? Он полностью испортил её хорошее настроение. — Оно в порядке, — ответила Нин Шу. 2333 сказал: — Я думал, что если ты в плохом настроении, то я скажу тебе кое-какие хорошие новости, но, раз ты в хорошем настроении, то забудь об этом. Нин Шу: Ублюдок… — Хорошие новости не должны же конфликтовать с тем, хорошее у меня настроение или нет, верно? – раздражённо спросила Нин Шу. – Что за хорошие новости? 2333 ответил: — Когда Тао Цинь оформляла завершение сделки, она выдала тебе дополнительный один миллион очков. Она даже сражалась за него с вышестоящим начальством, чтобы вручить его тебе. — А разве нечто подобное возможно? – Нин Шу была ошеломлена. Тао Цинь выбила для неё ещё один миллион очков? Миллион? Это немалый подвиг. 2333 пояснил: — Полагаю, это потому, что она была благодарна увидеть, что ты выполнила задание. И, к тому же, это задание и так уже давно никто не мог сделать, поэтому вполне нормально, что есть награда за то, что ты его успешно завершила. Нин Шу начала сиять от счастья. Она получила один миллион очков бесплатно! Какой неожиданной приятный сюрприз! Этот миллион очков можно обменять на множество вещей в системном рынке. Нин Шу открыла системный рынок и стала листать товары, покупая себе ещё больше книг на различные темы. Набив полный шкаф книг, Нин Шу так же купила несколько инструкций по культивации, нацеленных на различные расы. Если во время задания она столкнётся с какой-нибудь необычной ситуацией, то сможет воспользоваться этими инструкциями для культивации. Она положила инструкции по культивации на книжную полку, чтобы прочитать их, когда у неё будет время. Теперь, когда её уровень интеллекта вырос, ей было гораздо легче читать и понимать книги, а также, ей было легче запоминать информацию. Нин Шу добавила ещё немного разных мелочей в своё системное пространство, чтобы оно выглядело более элегантным. Это место было её домом. Каждый раз, когда она возвращается сюда, оно позволяет ей расслабиться. И, если сделать более успокаивающий интерьер, то это тоже будет улучшать её настроение. В любом случае, Нин Шу изо всех сил пыталась создать для себя уютную обстановку, чтобы быть счастливее. #комментарий анлейта: Я хз куда делись очки опыта, но так было в оригинале… ---------- Глава Секты Тао Цинь Нин Шу сказала 2333: — Я хочу посмотреть, что произошло после того, как Тао Цинь вернулась. — Ладно, — сказал 2333 и перед Нин Шу появился экран. Нин Шу увидела, что Тао Цинь унаследовала должность главы секты Горы Мао. Из-за того, что в даосском храме было так много детей, жизнь всё равно была жалкой. Тао Цинь и дети постарше изгоняли призраков и выполняли ритуалы. Даосский храм был отремонтирован и все три статуи, а также статуя основателя, были покрыты золотом. Жители деревни у подножия горы периодически приходили в храм, чтобы зажечь благовония. Продажа этих благовоний приносила лишь малую часть прибыли, но это всё равно было лучше, чем ничего. Большая часть доходов была от экзорцизма. В любом случае, жизнь Тао Цинь теперь была наполнена экзорцизмом злых духов и передачей техник Горы Мао. У каждого свой собственный путь к выживанию, и Тао Цинь было суждено разбираться с призраками. Тао Цинь тоже никогда не собиралась выходить замуж. Лишь немногие мужчины могли бы принять тот факт, что их женщина будет целыми днями охотиться на призраков и изгонять злых духов. Это задание оказалось на удивление успешным. Нин Шу почувствовала облегчение. Нин Шу достала инструкцию по боевым искусствам и начала запоминать мантры и техники. Безопаснее всего хранить всё это в своей голове. Закончив запоминать содержимое книги, она положила её обратно на полку и открыла системный рынок, чтобы купить постные пилюли, воду, лекарства и пилюли противоядия. Все эти вещи были жизненно необходимы для выживания вне зависимости от того, в каком мире она была. Купив эти вещи, Нин Шу сказала 2333: — Давай встретимся с поручителем для получения следующего задания. — Ладно. В системном пространстве появилась женщина. На вид ей было около сорока лет, она была одета в костюм компетентной на вид офисной леди, а её черты лица были красивыми и величественными. С первого же взгляда было ясно, что она – сильная женщина. Когда женщина увидела Нин Шу, она прямо сказала: — Помоги мне контратаковать, и я отдам тебе половину своей духовной силы. На большее я не согласна. Она – моя дочь, поэтому я не могу сама ничего с ней поделать, но ты можешь делать всё, что захочешь. Как тебе такая сделка? Какая сильная аура! Нин Шу улыбнулась и сказала: — Чего же вы желаете? — Этот ублюдок убил моего отца, убил меня и даже обманул и соблазнил мою дочь. Как думаешь, чего я хочу? Нин Шу крутанула взглядом. — Вы просто хотите отомстить этому ублюдку? — Верно, — сухо сказала женщина. – Половины моей духовной энергии будет достаточно? Нин Шу кивнула. — Да. — Тогда мы договорились, — сказала женщина и её тело исчезло. Нин Шу: →_→ Она просто молниеносно быстрая. Весь разговор не занял и пяти минут. Нин Шу даже не узнала, как зовут женщину. Нин Шу сделала глубокий вдох и сказала 2333: — Давай начнём задание. Как только она это сказала, она почувствовала головокружение и почувствовала, как её душа соединяется с телом. Она спокойно дождалась, пока душа и тело приспособятся друг к другу. После того, как они полностью соединились, Нин Шу открыла глаза и увидела, что находится в большом и роскошном кабинете. Нин Шу немного пошевелила шеей, а потом взяла табличку с именем, которая стояла на столе. На ней было написано "Председатель Ши Лина". ---------- История Любви, Полная Мести и Отчаяния Нин Шу поставила табличку на место и, закрыв глаза, откинулась в кожаном кресле, чтобы начать принимать изначальную историю. Что ж, это была история любви, полная мести и отчаяния. Изначального хоста звали Ши Лина, и она была председателем публичной компании и единственной наследницей семьи Ши. Так как она была единственной дочерью в семье, Ши Лина решила найти зятя для семьи. Ши Лина имела красивую внешность и условия у её семьи были хорошими. Естественно, нашёлся бы кто-нибудь, кто захотел бы жениться на ней и взять её фамилию. Она выбрала художника, у которого была типичная аура творческих людей – полная романтики и свободы. К тому же, он тоже был красавчиком. Они поженились, и у них появилась дочь, Ши Сынань. Брак не продлился долго, и парочка развелась, когда их дочери, Ши Сынань, исполнилось пять лет. Муж-художник просто не смог выдержать сильный характер Ши Лины. В этой женщине совершенно не было никакой нежности и мягкости; она круглый год ходила в костюме офисной леди. Как взрослый мужчина, он был заклеймён трофейным мужем, и его мужская гордость не могла это долго выносить. Поэтому, в итоге, он решительно развёлся с ней, чтобы продемонстрировать, что он женился на ней не ради денег. После этого он нашёл нежную и заботливую женщину, с которой можно провести свою жизнь. После развода Ши Лина не стала жениться во второй раз и посвятила жизнь своей компании. Поворот событий произошёл, когда отец Ши Лины привёл мужчину и зарегистрировал его в семье Ши как младшего брата Ши Лины. Ши Лина была полна сомнений и подозрений относительно этого её "брата". Она невольно подозревала, что он был незаконным сыном её отца. И для Ши Лины было очевидно, что этот "брат" затаил недобрые намерения по отношению к семье Ши. Си Мучэн был красавцем и излучал дурную ауру. Его улыбка выглядела злой и необузданной, женщины были от такой без ума. Более того, он выглядел так, словно ему нет абсолютно наплевать на всех. Старик чувствовал свою вину по отношению к Си Мучэну, поэтому он просто открыл один глаз и закрыл другой. К тому же, он сделал Си Мучэна вице-президентом компании. Не было никакого перехода, он просто стал вице-президентом. И хотя Ши Лина опасалась Си Мучэна, её дочь, Ши Сынань, чувствовала изрядное любопытство по отношению к этому внезапному появлению дяди, который тоже был очень молод. Си Мучэн многозначительно улыбался, поддразнивая Сынань, словно большой злобный волк, глядящий на маленького белого кролика. Он злонамеренно оценивал её взглядом, отчего Ши Сынань краснела. Ши Лина неоднократно предупреждала свою дочь не приближаться к Си Мучэну, но Ши Сынань не обращала на это внимания. В её глазах её дядя был очень милым человеком. Ши Лина была так зла, что специально мешала сближению Ши Сынань и Си Мучэна. В итоге, отношения между матерью и дочерью стали напряжёнными. Каждый раз, когда Ши Лина видела злую улыбку Си Мучэна, её сердце накрывало волной беспокойства. На восемнадцатый день рождения Ши Сынань, Си Мучэн сделал ей подарок – занялся с ней этим. После того, как произошло это неописуемое событие, Ши Сынань была совершенно озадачена. Всё же, они были кровными родственниками. Ши Сынань была в ужасе от того, что её дедушка и мать узнают об этом. А ещё ей пришлось столкнуться с издевательствами Си Мучэна, который имел эту информацию, отчего Ши Сынань боялась ослушаться его. Си Мучэн был таким, что в тот момент, когда он обращался с какой-нибудь женщиной по-доброму, эта женщина просто не могла устоять перед ним. Ши Сынань так часто была спровоцирована им, что её эмоции просто бушевали. Иногда он был нежен; иногда он отвергал её, словно у него было раздвоение личности. И пока Ши Сынань испытывала это душещипательное чувство, она также пыталась убедить себя в том, что он был её дядей. Си Мучэн пришёл в семью с ненавистью, и изнасилование Ши Сынань было всего лишь его местью семье Ши. И тем не менее, у него тоже появились некоторые чувства к Ши Сынань, и в нём перемешались всевозможные чувства. Он относился к Ши Сынань то холодно, то горячо. И в то же самое время у него было такое доминирующее отношение, когда он запрещал ей приближаться к другим мальчикам в школе. Переспав с ней на её вечеринке в честь дня рождения, Си Мучэн теперь считал Ши Сынань своей женщиной и хотел держать её под абсолютным контролем. После этого Си Мучэн подстроил автомобильную аварию для Ши Лины, в которой она и погибла. Позже, он также убил и старика семьи Ши, поэтому всё достояние семьи оказалось в его руках. После того, как все члены семьи умерли, Ши Сынань не на кого больше было положиться, кроме как на этого дядю. Но Си Мучэн испытывал сложные чувства по отношению к ней, так как в ней текла кровь семьи Ши. Си Мучэн: Женщина, так что же мне с тобой делать? ---------- В Итоге. Они. Стали. Парой! После серии запутанных недопониманий, множества подавляющих травм и цепочки убийств всей её семьи, Си Мучэн сошёлся с Ши Сынань. В итоге. Они. Стали. Парой! Это было впервые, когда Нин Шу увидела такой запутанный сюжет с тех пор, как стала получателем заданий. Это была смесь обид предыдущих поколений, мести, любви, инцеста и пленения. Нин Шу закончила получать историю и была совершенно озадачена. Ну, и пара из дяди и племянницы, которые в юридическом смысле стали парой. Ага. В итоге. Они. Стали. Парой! Нин Шу теперь была сестрой и матерью этих двух влюблённых. Чувства Ши Лины по отношению к её дочери, Ши Сынань, были сложными. Всё же, это была её родная дочь, но из-за того, что она сделала, сердце матери скрутило от ненависти. Она наслаждалась богатой жизнью семьи Ши но не выполняла никаких обязанностей, и даже сошлась с врагом семьи. Любой, у кого было бы хоть немного отваги, поступил бы примерно так: "я, блять, убью тебя, а потом – себя! Верни мне моего дедушку; верни мне мою маму!" Но любовь растворила всю враждебность и ненависть. Нин Шу: (╯°Д°)╯︵┻━┻ Нин Шу коснулась холодного пота на своём лбу. Степень мелодрамы в этой истории была поистине на редкость высокой. Бам… Дверь в кабинет распахнулась, и вошёл мужчина в костюме. У него были широкие плечи, узкая талия и длинные ноги. Секретарша вцепилась в него, пытаясь остановить, но всё было тщетно. Она сказала Нин Шу: — Председатель, простите, я не смогла остановить вице-президента. Нин Шу посмотрела на Си Мучэна. Ему было около двадцати пяти лет, черты его лица были красивым и точёными, его манеры были высокомерными и несдержанными. Нин Шу махнула рукой секретарше. — Иди и налей чаю для вице-президента. Си Мучэн поднял руку, чтобы остановить секретаршу. — Я тут не ради чая. Си Мучэн уставился на Нин Шу своим глубоким взглядом, и сердце Нин Шу невольно пропустило удар. Он был поистине доминирующим председателем с божественным лицом. Неудивительно, что Ши Сынань смогла позабыть о том факте, что он убил её семью, и сошлась с ним. Однако внешне Нин Шу осталась безразличной. — Так и зачем ты сюда пришёл? — Сестра, — сказал Си Мучэн Нин Шу, и слово "сестра" просочилось сквозь его губы и прозвучало слегка коварно. Оно излучало злобу и холод, от которого мурашки пробегали по спине. — Уже настал конец дня, поэтому я пойду. Мне не нравится перерабатывать, и в будущем я тоже не буду работать сверхурочно, — сказал Си Мучэн, подбирая со стола Нин Шу именную табличку. Он оценил именную табличку с улыбкой на губах. Нин Шу протянула руку, забрала именную табличку у Си Мучэна и поставила её на стол. — Раз ты хочешь уйти с работы, то просто уходи. Тебе не обязательно докладывать мне об этом. Си Мучэн улыбнулся. — Вот и хорошо. Тогда я пойду, сестра. Тебе тоже нужно пораньше уходить с работы. К тому же, тебе нужно время от времени ходить на свидания; ты уже такая… Си Мучэн осмотрел Нин Шу с головы до ног, и его глаза словно проникали вглубь неё. Там, где проходил его взгляд, её кожа становилась горячей, а на её спине внезапно выступил холодный пот. Неужели это был навык, от которого женщины беременели с одного только взгляда? — Ты впустую тратишь свои достоинства, — сказал Си Мучэн, а потом развернулся и ушёл. Нин Шу уставилась в его удаляющуюся спину. В любом случае, её заданием было избавиться от Си Мучэна и защитить компанию. Что касается её дочери, Ши Сынань, то она разберётся с ней позже. Нин Шу тоже приготовилась уйти с работы. Она взяла свою сумочку и спустилась в подземный гараж компании. Роскошный автомобиль Си Мучэна уже давно исчез. У Си Мучэна на руках был большой капитал. У него была своя собственная компания и подпольные силы, и всё, чем он управлял, использовалось для того, чтобы избавиться от семьи Ши. ---------- Жизнь Превратилась в Крушение Поезда Старик привёл волка в свой дом, его внучка бежала с врагом, а он сам и его дочь погибли. Нин Шу приехала на виллу семьи Ши. Как только она открыла дверь, служанка аккуратно положила перед ней тапочки. Нин Шу надела их и вошла в гостиную. При виде пустой гостиной, Нин Шу спросила у служанки: — А где все? — Хозяин наверху, в своём кабинете, а господин Си ещё не вернулся, — ответила служанка. Нин Шу подняла брови. Разве Си Мучэн не ушёл с работы раньше неё? Почему же он ещё не вернулся? У Си Мучэна было далеко не одно логово, включая его собственную компанию и виллу. То, что он ходил на работу в компанию Ши – было лишь представлением для старика. Нин Шу подняла запястье и взглянула на свои часы. Сейчас было то самое время, когда у Ши Сынань заканчивались занятия в школе. Ши Сынань пока ещё училась в старшей школе и ей было почти 18 лет. То, что Си Мучэн сделал с ней подобные вещи просто приравнивало его к животному. В изначальной истории Ши Сынань не пошла учиться дальше после окончания школы. Всё же, на её последнем году обучения она пережила неописуемое событие со своим дядей и после этого оказалась в сладкой и запутанной паутине. А потом жизнь превратилась в крушение поезда. Сперва её мама умерла, а потом и её дедушка. После чего осознание того, что её мать и дедушка были убиты её дядей, оказалось громом среди ясного неба для Ши Сынань. Весь её мир развалился на части прямо у неё на глазах. Ши Сынань хотела уйти, но она была в заключении у Си Мучэна. Она испытывала сильную боль и пошла на многое, вроде голодовки, разрезания запястий, чтобы покончить жизнь самоубийством, и прочие разнообразные садистские попытки. Травмы были нанесены моему телу; а боль будет в твоём сердце. Ну же, давай продолжим мучить друг друга. Нин Шу задумалась на мгновение, а потом взяла ключи от автомобиля и собралась забрать Ши Сынань у школы. Нынешняя Ши Сынань ещё не занималась этим с Си Мучэном, поэтому ещё было время спасти ситуацию. Прежде чем Нин Шу успела даже покинуть дом, послышался рёв двигателя у входа. Она поспешно подошла к двери и увидела лимузин Си Мучэна с открытым верхом, и в нём сидела Ши Сынань. Си Мучэн посмотрел на Нин Шу и наклонился, чтобы расстегнуть ремень безопасности для Ши Сынань. С того места, где стояла Нин Шу это выглядело так, словно он обнимал Ши Сынань. Нежное белое лицо Ши Сынань покрылось румянцем и даже мочки её ушей порозовели. Поступки Си Мучэна заставляли Ши Сынань чувствовать себя немного странно. Однако, поскольку дядя был для неё старшим, она особо не задумывалась об этом. Си Мучэн медленно и методично расстегнул ремень безопасности для Ши Сынань, и его движения излучали неописуемый шарм. Ши Сынань чувствовала себя так, словно её кожа горит. Она поспешно выбралась из автомобиля и закричала Нин Шу, когда увидела её, стоящую у двери: — Мам. Нин Шу улыбнулась Ши Сынань и сказала: — Почему ты вернулась вместе с дядей? Она сделала сильное ударение на слове "дядей". — Дядя забрал меня из школы. Сказал, что это мама послала его забрать меня, — сказала Ши Сынань. Нин Шу посмотрела на Си Мучэна, который изогнул губы в злой улыбке. Он выглядел в точности как разнузданный негодяй. Нин Шу отвела взгляд и безразлично сказала: — Иди внутрь. — Ладно, — кокетливо сказала Ши Сынань. Видя, что её дядя пристально смотрит на неё, Ши Сынань почувствовала некоторое смущение и отвернулась, чтобы войти в дом. Нин Шу обратилась к Си Мучэну в кабриолете: — Спасибо, что забрал мою дочь. Си Мучэн ответил: — Ну, так ведь я же её "дядя", разве нет? Нин Шу пришлось изобразить улыбку на лице. — Ну, разумеется. Когда Си Мучэн увидел улыбку Нин Шу, он стал выглядеть немного непослушным, а его взгляд был резким, когда он сказал: — Сестра, не волнуйся. Я буду старательно любить Сынань. Нин Шу: Ублюдок… Нин Шу развернулась и ушла в дом, мысленно раздумывая о том, как бы избавиться от Си Мучэна, пока всё не стало непоправимым. Она сделает с ним то же самое, что и он с ней. ---------- Дурочка Мэри Сью Нин Шу вошла в гостиную и обнаружила там Ши Сынань, пьющую воду. В своём маленьком цветастом платье Ши Сынань излучала ауру юности. К тому же, со своей хорошей внешностью – длинными ресницами, большими глазами, вишнёвыми губами и сладкой улыбкой, которая могла растопить сердце – она излучала беззаботную ауру богатой девушки. Ши Сынань была не такой, как Ши Лина. Скорее наоборот, в плане характера она была больше похожа на своего отца. Плюс, когда Ши Лина и её муж развелись, Ши Лина почувствовала в глубине души вину и в некоторой степени избаловала Ши Сынань. Иногда Ши Лина беспокоилась о том, сможет ли Ши Сынань управлять компанией, когда придёт время. Однако она также не хотела заставлять юную девушку, нежную как цветок, брать на себя подобные обязательства. Просто она не догадывалась, что этот её тщательно оберегаемый нежный цветок будет выкопан свиньёй. С точки зрения Нин Шу, Ши Сынань была Мэри Сью, причём такой, которую стоило бы назвать дурочкой Мэри Сью. После того, как её изнасиловали – озадаченное выражение лица. Мама умерла – озадаченное выражение лица. Дедушка умер – озадаченное выражение лица. Узнала, кто убийца – озадаченное выражение лица. Не знала, что дальше делать – озадаченное выражение лица. Какой от тебя прок, если ты живёшь жизнью, настолько оторванной от реального мира? Дедушка Ши спустился по лестнице со второго этажа. Когда он увидел Ши Сынань, на его лице тут же появилась улыбка. — Ши Сынань вернулась. У тебя был хороший день в школе? — Да, деда, это был отличный день, — сказала Ши Сынань с улыбкой на лице. В гостиную вошёл Си Мучэн и увидел гармоничную картину из дуэта дедушки и внучки. Он слегка изогнул уголок рта, отчего стал выглядеть зло и властно, но от этого он также наполнился харизмой. Дедушка Ши увидел Си Мучэна и спросил: — Как тебе работается в компании? Ты уже обустроился? Си Мучэн ответил: — Всё неплохо, вполне можно приспособиться. — Это хорошо, — сказал дедушка Ши. – Ты и Лина с этих пор будете поддерживать друг друга. Си Мучэн лишь улыбнулся, никак это не прокомментировав. Во время ужина старик сказал: — Через несколько дней Сынань исполнится восемнадцать лет, и я планирую устроить для неё вечеринку. Восемнадцатилетие означает, что она станет взрослой; пришло время ей познакомиться с людьми, которые ведут дела с семьёй Ши. — Сынань, ты можешь пригласить на вечеринку своих лучших друзей из школы, — сказал дедушка Ши. — Спасибо, деда. Ши Сынань сладко улыбнулась. И в то же время, она не удержалась от того, чтобы опустить голову, когда увидела, что Си Мучэн смотрит прямо на неё. Этот обжигающий взгляд пробуждал странное чувство в сердце Ши Сынань. Си Мучэн отложил свои палочки и улыбнулся Ши Сынань. — Тогда, как дядя, я должен приготовить подарок для моей племянницы, это как минимум, да? — Спасибо, дядя, — сказала Ши Сынань с красными ушами. Си Мучэн осмотрел каждый сантиметр лица Ши Сынань, словно вырисовывал её черты лица своим взглядом. Столкнувшись с таким взглядом хищника со стороны Си Мучэна, лицо Ши Сынань покраснело и залилось застенчивым румянцем. Нин Шу кашлянула и перекрыла взгляд Си Мучэна, когда потянулась за едой. Этот взгляд волка, увидевшего мясо, заставил Нин Шу захотеть выковырять воровские глаза Си Мучэна. После ужина Нин Шу сказала старику: — Пап, я хочу тебе кое-что сказать. Дедушка Ши спросил: — Что такое? — Давай сходим в твой кабинет, — сказала Нин Шу. Дедушка Ши глянул на Си Мучэна, сидящего на диване, и кивнул. Когда они пришли в кабинет, Нин Шу прямо спросила: — Пап, ты хоть знаешь, кто такой этот Си Мучэн? Или ты просто привёл в дом незнакомца? Дедушка Ши вздохнул и сказал: — Вообще-то, он сын твоего дяди. ---------- Братья, Сражающиеся Из-за Девушки! — Пап, дядя старше тебя, так почему же его сын такой молодой? – прямо спросила Нин Шу. Дедушка Ши ответил: — Когда мы с твоим дядей начали вместе заниматься бизнесом и выросли из небольшого магазина до компании, мы повстречали твою мать. Мы оба влюбились в неё, но твоя мать выбрала меня. Нин Шу: →_→ Братья, сражающиеся из-за девушки! Мать Ши Лины тоже была красивой женщиной с трагической судьбой, она умерла, когда Ши Лина была ещё подростком, и старик больше никогда не женился. Дедушка Ши сказал: — Твой дядя был обидчивым. Он присвоил себе все деньги компании, чтобы она не смогла выжить. Мне пришлось взять кредит в банке, чтобы оставить компанию на плаву. — А что насчёт дяди? – спросила Нина. Дедушка Ши ответил: — Он забрал деньги и сбежал, и многие годы о нём не было никакой информации. Всё это время я искал его. Лишь недавно я узнал кое-что о нём. Что он скончался, оставив после себя Си Мучэна. Когда я нашёл Си Мучэна, он ошивался со всяким сбродом и жил в крошечном доме, который был чертовски грязным. Нин Шу снова спросила: — А где же была тётя, когда дядя умер? Дедушка Ши вздохнул и сказал: — Твой дядя так и не женился. Матерью Си Мучэна была одна из его любовниц. Нин Шу: Ха. Ха. Ха… Учитывая внушительное поведение Си Мучэна, который ходил, словно маяк в ночи, как он может быть каким-то там мелким гангстером? К тому же, он был довольно умелым бизнесменом. Как бомж мог иметь такие знания и опыт? Всё это просто не выдерживало проверки. И Си Мучэн не был даже сыном её дяди, а приёмным сыном дяди, которого она никогда не встречала. И этот дядя вселил ненависть в Си Мучэна. Си Мучэн должен был забрать всё, ради своего отца. — Лина, Си Мучэн всю свою жизнь прожил беспорядочно, поэтому, если он сделает что-то не так, прошу, смирись с этим, — сказал дедушка Ши. В сердце Нин Шу было лишь два слова: Ха, ха. Методы Си Мучэна были довольно безжалостными. Смерти Ши Лины и старика были лишь вишенкой на торте его оскорбительных отношений. Си Мучэн ненавидел семью Ши, даже если у него и были смешанные чувства к Ши Сынань. Он смог убить остальных членов семьи Ши, но ничего не смог поделать с Ши Сынань. В итоге, он запер её. И как раз на этой вилле развернулись всевозможные истории любви и ненависти. Конечно, тут происходили также все те неописуемые вещи и различные постыдные игры со связыванием. Си Мучэн думал: Раз я влюбился в дочь своего врага, то я буду любить и мучить её. Ши Сынань думала: Я влюбилась в убийцу моей матери. Я его ненавижу, поэтому я буду мучить себя. Нин Шу спокойно посмотрела на старика. — Ты всё тщательно расследовал? Я не думаю, что он вообще сын дяди, и не думаю, что он пришёл к нам с добрыми намерениями. После долгой паузы, дедушка Ши вздохнул: — Давай поговорим об этом позже. Нин Шу почувствовала лёгкое раздражение. Старик явно чувствовал вину по отношению к своему брату. Но было ли там что-то, отчего стоило чувствовать вину? Его брат уже сбежал с деньгами компании, которых было вполне достаточно, чтобы тайно обеспечить себя подпольной силой. И под воздействием ореола главного мужчины Си Мучэна, эти силы росли всё больше и больше, а его компания была не слабее, чем компания семьи Ши. Дедушка Ши не сделал ничего плохого. Нин Шу поджала губы. Похоже, что ей, всё же, придётся разбираться со всем самой. Дедушка Ши был больше на стороне этого мужского представителя семьи Ши. Всё же, Ши Лина и Ши Сынань обе были женщинами. Более того, с первого же взгляда было очевидно, что Ши Сынань не была создана для великих дел. Она даже не могла взять на себя ответственность за управление большой компанией. Ага, Ши Сынань была всего лишь чистой, невинной и простой дурочкой. ---------- Это Преступление – Соблазнять Ребёнка Если Ши Сынань найдёт себе жениха, как это сделала её мать, то компания окажется в руках кого-то с чужой фамилией. Нин Шу понимала, что подразумевал старик. В некоторой степени, он хотел передать компанию Си Мучэну и теперь проверял его. Так как Нин Шу не смогла добиться какой-либо пользы от старика, ей теперь придётся найти свой способ разобраться с Си Мучэном. Нин Шу вышла из кабинета и спустилась вниз, где увидела Ши Сынань, сидящую за столом и делающую домашнюю работу. Си Мучэн стоял рядом с ней. Он опирался рукой на стол, и его высокое тело нависало над маленькой Ши Сынань. Си Мучэн наблюдал за тем, как Ши Сынань пишет и время от времени указывал ей на её ошибки. Его большая рука обхватывала руку Ши Сынань, направляя движения ручки. Ши Сынань чувствовала, как её сердце громогласно стучится и ощущала себя очень странно, однако она никак не могла понять, в чём же тут странность. Это ощущалось немного неправильным, но ей было трудно сказать "нет". — Племянница, ты же запомнила всё, что тебе сказал дядя? – спросил Си Мучэн. Настольная аниме игра «Аниме на грани»Их тела были так близки друг другу, что их дыхание переплеталось друг с другом. Ши Сынань могла даже унюхать головокружительный запах тела дяди, отчего её конечности слабели. — Я запомнила, я запомнила. Голос Ши Сынань был пронзительным, словно у комара, а её шея переливалась различными оттенками розового. Взгляд Си Мучэна мерцал, но его выражение лица оставалось равнодушным, когда он неожиданно тщательно рассматривал Ши Сынань. Став свидетельницей такой сцены, Нин Шу чуть было не сорвалась бегом на кухню, чтобы взять нож и тут же зарубить Си Мучэна. Это преступление – соблазнять ребёнка, который ещё слишком юн, чтобы это понимать. Нин Шу поспешила спуститься по лестнице и спросила: — Ши Сынань, что ты делаешь? Ши Сынань с некоторым восхищением сказала: — Мам, дядя помогает мне делать домашнюю работу. Он такой потрясающий. Си Мучэн изогнул уголки своего рта и слегка наклонил голову. — Племянница, похоже, немного глупенькая. Она даже не может понять такой простой темы. Ши Сынань не удержалась и закричала: — Дядя. Нин Шу безразлично сказала: — А разве ты не бросил школу давным-давно? Разве ты вообще понимаешь, что проходят в старшей школе? Си Мучэна нельзя было назвать необразованным. Разве старик не видит этого? Конечно же, видит, но он решил избирательно проигнорировать эти вещи, потому что Си Мучэн был единственным мужским наследником в семье Ши. Он даже сделал Си Мучэна своим сыном. — Хоть я и бросил школу, это не помешало мне продолжить моё обучение. Си Мучэн был очень неискренним в поисках оправдания. Ши Сынань посмотрела на Си Мучэна ярко горящими глазами. — Дядя занимался самообучением? — Да. Нин Шу почувствовала странную атмосферу вокруг них двоих, она была чарующей и двусмысленной. Она сказала Ши Сынанаь: — Пора ложиться спать. Ложись сегодня с мамой. — Ладно. С улыбкой на лице, Ши Сынань собрала бумаги на столе и последовала за Нин Шу вверх по лестнице. Нин Шу обернулась и поймала взгляд Си Мучэна, смотрящего на Ши Сынань и на неё. Его взгляд был глубоким, и было ясно, что он не задумал ничего хорошего. После того, как они пришли в спальню, Нин Шу глянула на проверочные листы Ши Сынань. Домашняя работа Ши Сынань не была тем, чем стоит гордиться. Когда Ши Сынань вышла из душа, Нин Шу сказала ей: — Если тебе действительно так трудно учиться, то тебе не обязательно продолжать. Лучше учись управлять компанией у своей матери, или иди в финансовую школу. Тебе не обязательно так усердно работать. ---------- Я Хочу Узнать, Каково Это — Жить в Колледже Дети из семей вроде той, что у Ши Сынань, могли не рассматривать вступительные экзамены как поворотный момент в своей жизни, как это делают обычные ученики. Если академическая успеваемость не дотягивает до нужной отметки, можно отправить их в заграницу. Если они хотят пойти учиться в колледж, то это вопрос, который можно уладить за несколько минут. Ши Сынань вытерла свои влажные волосы и по-детски сказала Нин Шу: — Мам, я хочу сама поступить в колледж. Я хочу узнать, каково это — жить в колледже. — Ну, как хочешь, — безразлично сказала Нин Шу. — Спасибо, мам. Ши Сынань обвила руками шею Нин Шу и поцеловала её в щёку. Нин Шу добавила: — Сынань, у тебя есть мальчик, который тебе нравится? В школе. Ши Сынань тут же помотала головой. — Нет, мам, у меня сейчас нет никаких отношений. — Нет, мама имела в виду, что Ши Сынань – девушка. И ты должна знать, как защитить себя и не сближаться с мальчиками слишком сильно. Тебе нужно сохранять дистанцию со всеми парнями, — сказала Нин Шу. Ши Сынань нахмурилась и спросила: — Значит, мне также нужно сохранять дистанцию от деды и дяди? — Твой дедушка – это твой биологический дедушка, но твой дядя – молодой человек, так что сохраняй дистанцию с ним, ладно? – сказала Нин Шу Ши Сынань. Си Мучэн совсем не вёл себя, как дядя. Даже у родственных по крови дядь не было таких близких отношений. Это было расстояние, которым пользуется мужчина, чтобы червём пролезть в сердце женщины. — Иди спать, — сказала Нин Шу Ши Сынань, а потом пошла принимать душ. Когда Ши Сынань уснула, Нин Шу установила в доме формацию для сбора духовной энергии и села на постель, чтобы практиковать Непревзойдённые Боевые Искусства. Культивирование Непревзойдённых Боевых Искусств может сделать тело человека проворным. Даже если у неё и будет автомобильная катастрофа, как в изначальной истории, она всё равно сможет спасти себя. Но рядом с ней была девочка. Нин Шу приходилось посматривать спит ли Ши Сынань или нет, пока занималась культивацией. И хотя это было неудобно, Нин Шу всё равно не позволяла Ши Сынань быть одной. Нин Шу невольно переживала за то, что могло произойти, если она будет спать одна. Было несколько раз, когда Си Мучэн притворялся, что ходит во сне, чтобы войти в спальню Ши Сынань. Мужчина входил в её комнату и даже ложился на её постель. Это имело довольно значительное влияние на сердце Ши Сынань, особенно, когда её дядя был таким красивым. Вкупе с целенаправленным соблазнением Си Мучэна, даже комариха будет ошеломлена. И одержимость Си Мучэна по отношению к Ши Сынань волновала её сердце. Нин Шу: Похотливый ублюдок… Было около двух часов утра, когда Нин Шу тихо спустилась вниз, на кухню, взяла нож для фруктов и отправилась прямо в гараж. Держа в руках фонарик, она нашла автомобиль Си Мучэна и воспользовалась обратной стороной ножа, чтобы надрезать трубку тормозной системы. Она использовала обратную сторону ножа, чтобы надрез не был так очевиден. К тому времени, как Нин Шу удалось протереть дырку в трубке, она уже вся покрылась потом. Протекающее масло попало ей на руку, когда она достала вату и напихала её в трубку. Когда всё было готово, Нин Шу покинула гараж и отправилась в свою спальню, чтобы принять душ и продолжить культивацию. После целой ночи культивации Нин Шу почувствовала себя расслабленной и спокойной. В её даньтяне появилась дополнительная прядь энергии. Нин Шу разбудила Ши Сынань, которая проснулась с озадаченным видом. Ши Сынань затрепетала своими ресницами, когда открыла глаза. Её лицо было слегка покрасневшим, поэтому она выглядела очень мило. Невинная и прекрасная, вот чего не хватало наполненному ненавистью Си Мучэну, поэтому он любил и ненавидел Ши Сынань. Нин Шу и Ши Сынань спустились вниз вместе. Си Мучэн уже сидел за столом и пил кофе. На нём была белая рубашка с расстёгнутым воротом, через который можно было смутно разглядеть его грудь. Видеть такое соблазнительное зрелище рано утром – это действительно приятно для глаз. Ши Сынань, немного стесняясь, отодвинулась, не смея даже глядеть на тело Си Мучэна. Си Мучэн поставил свой кофе и многозначительно посмотрел на Ши Сынань. Он спросил, поддразнивая: — Ши Сынань уже большая девочка. Почему ты всё ещё спишь со своей матерью? ---------- Сломаю Три Твои Ноги Си Мучэн сказал: — Сынань уже большая девочка. Она должна быть независимой и спать сама по себе. — Я… Ши Сынань не знала, что и сказать. Нин Шу закатила глаза. Моя собственная дочь, если она не будет спать со мной, неужели она должна спать с тобой, ублюдок? — Неужели то, что мы, мать и дочь, спим вместе, как-то мешает тебе, как дяде? – Нин Шу холодно посмотрела на Си Мучэна и добавила бесстрастным голосом: — Брат. Си Мучэн беззаботно отпил свой кофе. Его движения были элегантными, когда он слегка улыбнулся. — Сестра, я просто говорю. Ши Сынань – старшая дочь семьи Ши. Она должна быть независимой. Нин Шу: Только не думай, что я не знаю, что происходит у тебя на уме. Если ты хочешь войти в комнату и воспользоваться неопытностью девушки, посмотрим, хватит ли у тебя способности войти в мою комнату. Если я не сломаю три твои ноги, то моя фамилия, блять, не Нин. Нин Шу усмехнулась. — Это не тебе говорить о делах между матерью и дочерью. Си Мучэн пожал плечами, не сводя взгляда с Ши Сынань. Ши Сынань почувствовала себя крайне неуютно, попавшись между огней. Она не удержалась и сказала Нин Шу: — Мам, давай не будем говорить об этом. Нин Шу потянула Ши Сынань сесть рядом с ней и безразлично сказала: — Ши Сынань, обычный мужчина не должен задумываться о таких женских мелочах. Разве ты видела, чтобы дедушка задумывался об этом? Си Мучэн — мужчина, и даже твой дядя, однако он всё равно обращает внимание на такие мелкие детали. Это полнейшее извращение, разве нет? — Мам? Ши Сынань была немного озадачена. Она тихонько глянула на Си Мучэна, считая, что её дядя не извращенец. Нин Шу нахмурилась и мысленно вздохнула. Она не знала, что и сказать. Разве только, что сердце девушки никогда не было с её семьёй; даже сейчас Ши Сынань предвзято относится к Си Мучэну. В семье Ши не было других старших. Отец Ши Сынань ушёл, когда она была ребёнком, поэтому у неё не было опыта общения с более молодыми старшими мужчинами. Си Мучэн не сохранял дистанцию и то, как он себя вёл с ней, Ши Сынань считала, что так ведут себя все старшие члены семьи. Дедушка Ши спустился по лестнице, посмотрел на них и спросил: — О чём вы там болтаете так рано утром? Я вас даже наверху слышу. Ши Сынань не хотела поднимать эту тему, чтобы не возникло очередных споров. — Ничего такого, деда. Дедушка Ши хмыкнул, сел за стол и сказал: — Я попрошу кого-нибудь приготовить банкет. Сынань, ты должна просто расслабиться и насладиться своим прекрасным восемнадцатым днём рождения. — Спасибо, деда. Ши Сынань радостно улыбнулась, отчего стала выглядеть полной юности и красоты. Когда Си Мучэн уставился на Ши Сынань, она повернула голову и встретилась с ним взглядом. Си Мучэн подмигнул Ши Сынань и протяжно сказал со злобным видом: — Ну, так и что же мне подарить моей племяннице? Я в такой растерянности. Затем он поднял бровь и слегка наклонился вперёд, глядя на Ши Сынань. — Что тебе нравится? Скажи дяде. Дядя обязательно удовлетворит тебя. Когда лицо Ши Сынань покраснело, Нин Шу холодно вмешалась. — Спасибо, но у Ши Сынань нет ничего конкретного, что бы ей нравилось. Просто подари какую-нибудь безделушку. Си Мучэн глянул на Ши Сынань и тихо рассмеялся. — Но выражение лица моей племянницы говорит о другом. Мать не знает, что нравится её дочери. Тебе, как матери, должно быть немного стыдно. Нин Шу оглянулась и увидела, что Ши Сынань выглядит немного мрачной. Было очевидно, что она опечалена тем, что мать не знает о её интересах. Нин Шу: … Какого чёрта. — Сестра, детям нужна любовь и забота. Ты не можешь быть каждый день полностью сфокусирована только на работе. Прояви немного заботы перед своей дочерью. Си Мучэн встал, взял пиджак со стула и, усмехаясь, ушёл. ---------- Разве Деньги Падают с Неба? Нин Шу поджала губы и сфокусировалась на своём завтраке. Откуда у неё будет энергия на битву, если она не будет достаточно есть? — Ешь свой завтрак, а потом пойдёшь в школу. Нин Шу даже не знала, что ещё сказать Ши Сынань. Она была поистине слишком невинной, раз Си Мучэн использовал её для атаки. После завтрака Нин Шу поднялась наверх, чтобы переодеться и приготовиться к работе. Стоит ей только избавиться от Си Мучэна, как всё наладится. Нин Шу не стала вскрывать двусмысленные действия между Си Мучэном и Ши Сынань. По крайней мере, Ши Сынань всё ещё относилась к Си Мучэну как к дяде и как к старшему. Си Мучэна нужно уничтожить прежде, чем произойдут какие-то значительные изменения. Ши Сынань последовала за Нин Шу наверх, посмотрела на Нин Шу, одетую в костюм офисной леди, и сказала: — Мам, можешь отвезти меня сегодня в школу? Мы давно уже не были с тобой вместе. Нин Шу кивнула. — Ладно, я отвезу тебя в школу, а потом поеду на работу. Хоть Нин Шу и пообещала отвезти её в школу, Ши Сынань всё равно выглядела очень несчастной. По всей видимости, слова Си Мучэна растормошили недовольство в её душе. Ши Сынань несла на спине красивую маленькую и компактную сумку на спине, и ждала, пока Нин Шу выедет из гаража. Когда автомобиль Нин Шу остановился перед Ши Сынань, она забралась внутрь. Затем они выехали с виллы. Время от времени Ши Сынань поглядывала на свою мать. Нин Шу прямо спросила её: — Просто скажи, что случилось? — Мам, ты каждый день только и делаешь, что работаешь. Я хочу больше побыть со своей мамой и пообщаться с ней, — сказала Ши Сынань. Нин Шу не смогла даже подавить волну гнева, поднимающуюся в ней, и несколько напряжённо сказала: — Если я скажу тебе десять слов, ты не запомнишь ни одного из них, но если твой дядя скажет одно слово, ты его хорошо запомнишь, ага? Вот что это сейчас было? Неужели, Ши Сынань сомневается в ней? Она сомневается в Ши Лине? Неудивительно, что тогда, в системном пространстве, Ши Лина попросила о мести. Ши Сынань явно разбила ей сердце. О, значит, Ши Лина должна разговаривать с тобой каждый день, чтобы помочь тебе развеять скуку, а иначе, это будет означать, что ей нет до тебя дела и она тебя не понимает? Если она не будет работать, может, деньги начнут падать с неба? Были бы у них тогда деньги, чтобы ты могла жить беззаботной жизнью богатой леди? Ши Лина была председателем компании. Судьба этой компании была в её руках, а благополучие множества сотрудников было возложено на её плечи. Ведение бизнеса – это поле битвы мужчин, но Ши Лина была женщиной. Ей приходилось работать в два раза усерднее, если не больше, чтобы быть уважаемой в деловом мире. И то, что она была разведённой, совсем не помогало, постоянно витали какие-то слухи. Злоба общества была не менее опасной для женщин. Собственный муж Ши Лины развёлся с ней, говоря, что она – яростная женщина. Даже если кто-то и сделает ей комплимент, что она – "железная леди", она никогда не может быть уверенной в том, было ли это сказано искренне или с сарказмом. Ши Лина молча терпела всё это. Разве она когда-либо жаловалась об этом Ши Сынань? О, мне так одиноко. Мама не проводит со мной время; я так обижена. Больше всего Нин Шу раздражало общаться с подобными простыми, красивыми и безвкусными людьми. Ей хотелось посмотреть, стала бы Ши Сынань продолжать жаловаться, когда у неё не было бы достаточно еды или одежды. Только когда у человека нет недостатка в еде и одежде, его сердце горюет из-за всяких банальных мелочей. Когда Ши Сынань увидела, что Нин Шу разозлилась, её выражение лица стало немного беспокойным. Она стиснула губы в тонкую линию и стала смотреть в окно. Нин Шу мысленно вздохнула и сказала: — Сынань, давай ты будешь по выходным проходить стажировку в компании. Ши Сынань обернулась и категорически заявила: — Но, мам, я же учусь в старшей школе. У меня и так трудные занятия, да ещё и скоро экзамены будут. Нин Шу безразлично сказала: — Тебе всё равно в будущем это не пригодится. Ты должна пройти стажировку в компании, чтобы понять, как она работает. ---------- Антипатия к Тому Же Полу Такая Нелогичная Нин Шу хотела немного натренировать Ши Сынань. Старик хотел отдать компанию Си Мучэну, чего нельзя было допускать. Если компания перейдёт Си Мучэну, то им просто придётся ждать его милосердия. К тому же, если Ши Сынань начнёт работать, то у неё не останется свободного времени, чтобы скорбеть о всяких бессмысленных вещах. Она сама увидит жестокость жизни. — Приходи работать в офисе, и мы, мать и дочь, сможем видеться и общаться каждый день. Нин Шу улыбнулась. Ши Сынань чуть было не заплакала и начала всхлипывать, говоря: — Мама, матери других ребят говорят им учиться усердно, но ты же наоборот хочешь, чтобы я отказалась от учёбы и пошла работать. Нин Шу: Какого хрена… Она просто не могла общаться с этой простофилей. Нин Шу безразлично сказала: — Я же просто попросила тебя приходить в офис по выходным. Я же не запрещаю тебе учиться. — Но мам, я хочу учиться усердно, чтобы поступить в колледж, — сказала Ши Сынань. — Если ты хочешь поступить в колледж, то я могу устроить это буквально за минуту. Нин Шу подавила всколыхнувшуюся волну в своём сердце. Ши Сынань не была ребёнком из обычной семьи. Если бы у неё было время учиться всю ночь напролёт, то она могла бы и научиться чему-нибудь практичному. Нин Шу сказала ровным голосом: — Ты можешь пойти в любой колледж, какой захочешь. — Мам, я хочу сама всего добиться, — упрямо сказала Ши Сынань. Нин Шу была тут беспомощна. — Главное, чтобы ты была счастлива. Общение между мужчинами и женщинами совсем другое. Одно дело, когда Ши Сынань общается с Си Мучэном, и совсем другое дело, когда она общается с матерью. Антипатия по отношению к тому же полу такая нелогичная. Нин Шу больше не стала заставлять Ши Сынань работать в компании. Си Мучэн тоже ведь работал в компании. Разве этим самым она просто не предоставит ему возможность флиртовать с Ши Сынань? Высадив Ши Сынань у входа в школу, Нин Шу спокойно сказала: — Береги себя. Ши Сынань плотно стиснула губы. — Мам, осторожнее за рулём. Нин Шу кивнула и уехала. Когда она приехала в офис, секретарша Нин Шу быстро подошла к ней и сказала: — Председатель, вице-президент попал в дорожную аварию. Нин Шу: Уаха-ха-ха-ха-ха. Однако внешне Нин Шу изобразила озадаченность. — Как это он попал в дорожную аварию? — Его автомобиль самопроизвольно загорелся, — сказала секретарша. Всего лишь загорелся? Она надеялась на столкновение. Нин Шу спросила: — Как там сейчас вице-президент? Нин Шу сделала это, чтобы сломать автомобиль Си Мучэна. Ей придётся подождать, пока его автомобиль не отремонтируют, чтобы сделать свой следующий ход. — Ничего серьёзного. Он выпрыгнул из автомобиля, когда это произошло, — сказала секретарша. – Но, когда он выпрыгивал, его слегка задел соседний автомобиль. Нин Шу: Какая жалость. Он был словно таракан, которого не убить. Разве главный мужчина мог вот так просто погибнуть? — Он же сейчас в больнице? – спросила Нин Шу. Секретарша кивнула. Нин Шу не отправилась проведывать Си Мучэна. Вместо этого она начала заниматься делами компании. Хорошо, что в прошлом Нин Шу уже научилась управлять компанией. Она была прежде мужчиной-председателем; теперь пришло время быть женщиной-председателем. Когда рабочий день закончился, Нин Шу собралась поехать в больницу, чтобы проведать Си Мучэна. Она спросила у секретарши адрес больницы. Когда она приехала в больницу, ей сказали, что Си Мучэн уже выписался. Нин Шу: →_→ Полагаю, это была просто царапина. Вероятно, он пришёл в больницу только чтобы ему намазали заживляющий бальзам; а иначе он бы не смог выбраться из больницы всего за один день. ---------- Быть Может, Кто-то Хочет Моей Смерти И какой смысл был тогда идти на такие хлопоты и перерезать маслопровод? Нин Шу приехала на виллу. Когда она вошла в дом, она увидела Си Мучэна, опирающегося на тело Ши Сынань. Одна его голень была замотана бинтами. Рука Си Мучэна была на плече Ши Сынань, и половина его тела прижималась к её телу. Ши Сынань поддерживала Си Мучэна. Возможно, из-за того, что он был слишком тяжёлым, ей было трудно идти. Её маленькое лицо покраснело от напряжения. Этот ублюдок очень любит находить всякие возможности. В доме так много слуг, но ему обязательно было попросить о помощи Ши Сынань. Он не упускает ни единой возможности войти в физический контакт с ней. Только когда Ши Сынань помогла Си Мучэну добраться до дивана, Нин Шу вошла в гостиную. Она спросила, подняв бровь: — С чего это ты внезапно попал в дорожную аврию? Си Мучэн прошёлся взглядом по лицу Нин Шу. Он пожал плечами и сказал: — Кто знает? Может быть, кто-то хочет моей смерти. Ши Сынань уставилась на Си Мучэна и спросила: — Да кто же может захотеть смерти дяди? — В глазах некоторых людей я – помеха, от которой нужно избавиться. Взгляд Си Мучэна оставался на лице Нин Шу. — Я проверил гараж и обнаружил протечку бензина на полу, где я припарковался. Голос Си Мучэна был холодным. Ши Сынань была ошеломлена. Её глаза озадаченно крутились, но она ничего не сказала. Нин Шу изобразила спокойное лицо, на котором не было и следа вины. Она причмокнула губами и сказала: — Машину жаль. Она ведь стоит десятки миллионов. А всё потому, что ты обычно не обращаешь внимание на её обслуживание. Ши Сынань улыбнулась и сказала: — Главное, что все целы и здоровы, машину можно купить ещё. Жизнь важнее всего. Нин Шу: … Она знала, что Ши Сынань была тупицей, но не подозревала, что она будет настолько глупой. Говоря такие слова, когда у неё нет ни капли финансовых способностей, она заставляла Нин Шу чувствовать себя чрезвычайно нелепо. Для неё, всё, чего она хочет, можно купить, взмахнув кредитной картой. Ши Сынань не экономила и не копила на косметику и сумочки, как это делают обычные девушки. Честно говоря, жизнь Ши Сынань даже не стоила таких десятков миллионов. Если бы кто-то заплатил за убийство Ши Сынань, то цена ни за что не поднялась бы настолько высоко. Всё-таки, она была тем, кто не имеет никакой ценности. Нин Шу нахмурилась. Си Мучэн лишь изогнул уголки своего рта и усмехнулся. Он глянул на выражение лица Нин Шу и, наконец, сказал: — Сестра, у тебя вороньи лапки в уголках глаз. Тебе тоже нужно обращать внимание на своё обслуживание. Меньше злись и больше мысли широко. А иначе, что если ты доведёшь себя злостью до смерти? Этому телу было за сорок, и быть таким саркастичным по отношению к женщине, это всё равно, что вынуждать её взорваться. Но Нин Шу вместо этого улыбнулась. — Я не злюсь. С чего бы мне? Это же не я попала в аварию. Ши Сынань знала, что Нин Шу расстроена, но она не понимала, почему. Она чувствовала, что её мать изменилась. В ней больше не было того же тепла, что и раньше, и это немного злило Ши Сынань, поэтому она решила тоже не разговаривать с Нин Шу. Плюс, она не думала, что сделала что-то не так. Нин Шу отправилась наверх, чтобы принять душ. Она не чувствовала усталости от противостояния безжалостному Си Мучэну. Однако перед лицом дочери Ши Лины, она чувствовала бессилие до глубины души. Нин Шу не знала, было ли это потому, что сама она была слишком реалистичной, но, когда она сталкивалась с такой чистой и прекрасной не претенциозной Ши Шинань, ей, блин, хотелось просто придушить её. Дети были долгом всех. И иметь такую дочь, как Ши Сынань… Нин Шу решила, что Ши Лина, должно быть, уничтожила вселенную в прошлой жизни, раз ей пришлось взвалить на себя такой великий грех. Ши Сынань была совсем не такой, как эффективная и решительная Ши Лина. Вся романтика, пропитавшая её до самых костей, была унаследована ею от отца. Что один, что вторая, казались слишком отстранёнными, чтобы влезать в дела смертных; и лишь Ши Лина была покрыта запахом денег. Авария оставила лишь небольшую царапину на теле Си Мучэна и насторожила его. Ей придётся переосмыслить её план. Ей нужно избавиться от Си Мучэна, но при этом она не должна попасться на горячем. У Си Мучэна были подпольные силы в тени, и власть в компании на поверхности. С ним поистине было трудно иметь дело. ---------- Купи Ещё Пару Штук, На Всякий Случай Сперва нужно было разобраться с одним препятствием: 18-ым днём рождения Ши Сынань. Хоть Нин Шу и не нравилась Ши Сынань, она не могла смотреть, как Си Мучэн издевается подобным образом над дочерью Ши Лины. Если она сможет избежать этого инцидента, то она, в итоге, может заработать больше очков. Но, увернувшись в этот раз, всегда будет следующий раз, а потом ещё один. Она же не могла следовать за Ши Сынань повсюду. Какая боль. Во время ужина Си Мучэн глянул на Нин Шу и сказал старику: — Пап, я собираюсь позвонить в полицию, чтобы они расследовали это дорожное происшествие. Си Мучэн сказал это, не сводя взгляда с Нин Шу, явно намекая на что-то. Дедушка Ши глянул на Си Мучэна, а потом на Нин Шу, и долгое время ничего не говорил. Нин Шу спокойно ела. Кого он пытается напугать? Его автомобиль поджарился до корочки. Там нечего уже расследовать. — Просто купи новый автомобиль. Дедушка Ши попытался сгладить ситуацию. Выражение лица Си Мучэна было холодным. Враждебность промелькнула в его глазах, и он безразлично сказал: — Я послушаю папу. Нин Шу ничего не сказала и в тишине съела большую часть еды на столе. Си Мучэн отложил свои палочки и сказал Ши Сынань: — Племянница, подойди и помоги своему дяде дойти до дивана. — Ладно. Ши Сынань положила свои палочки и уже собралась встать, чтобы помочь Си Мучэну. Нин Шу придавила Ши Сынань обратно к стулу и улыбнулась. — Брат, позволь сестре помочь тебе. Затем она обогнула стол и подошла к Си Мучэну. Си Мучэн прищурился, улыбнулся и сказал: — Спасибо, сестра. Когда он протянул руку, Нин Шу помогла ему подойти к дивану. Когда Си Мучэн разворачивался, чтобы сесть на диван, она ударила его ногой по ране. Си Мучэн сдавленно застонал и его лицо немного побледнело. Он повернул голову, чтобы взглянуть на Нин Шу, на губах которой блуждала улыбка. — Тебе ещё что-то нужно, брат? Враждебность снова промелькнула в глазах Си Мучэна, но он сдержал её. Вместо этого, на его лицо выползла улыбка. — Спасибо, сестра. Когда он назвал её сестрой, его голос был полон насмешливой злобы. Нин Шу сказала: — Если тебе что-нибудь нужно, просто позови слуг, они всегда дома. Завтра сестра купит тебе пару костылей, чтобы ты мог ходить, куда захочешь. На лице Си Мучэна расцвела мрачная улыбка, излучающая злую ауру. — Спасибо, сестра. Купи ещё пару штук, на всякий случай. Нин Шу улыбнулась, ничуть не беспокоясь о завуалированной угрозе Се Мучэна. Когда Си Мучэн увидел, какой спокойной была Нин Шу, его выражение лица стало немного неприятным. Он повернулся в сторону Ши Сынань и сказал: — Племянница, в благодарность за то, что ты сегодня помогла дяде, ты можешь попросить своего дядю о помощи, когда у тебя возникнут проблемы с домашней работой. — Ладно, — с улыбкой ответила Ши Сынань, и её брови изогнулись дугой. Она выглядела доброй и милой. — Ши Сынань – хороший ребёнок. Си Мучэн подмигнул Ши Сынань. А затем он повернулся к Нин Шу и сказал: — Сынань очень красивая и ласковая юная девушка. Нин Шу: →_→ Он даже описывает Сынань прилагательным "ласковая". Какое похотливое слово… Вот ведь подонок. Он использовал Ши Сынань, чтобы спровоцировать её и их отношения матери-дочери. Но, когда Нин Шу увидела такую послушную Ши Сынань, она мысленно холодно рассмеялась.улыбка. — Спасибо, сестра. Когда он назвал её сестрой, его голос был полон насмешливой злобы. Нин Шу сказала: — Если тебе что-нибудь нужно, просто позови слуг, они всегда дома. Завтра сестра купит тебе пару костылей, чтобы ты мог ходить, куда захочешь. На лице Си Мучэна расцвела мрачная улыбка, излучающая злую ауру. — Спасибо, сестра. Купи ещё пару штук, на всякий случай. Нин Шу улыбнулась, ничуть не беспокоясь о завуалированной угрозе Се Мучэна. Когда Си Мучэн увидел, какой спокойной была Нин Шу, его выражение лица стало немного неприятным. Он повернулся в сторону Ши Сынань и сказал: — Племянница, в благодарность за то, что ты сегодня помогла дяде, ты можешь попросить своего дядю о помощи, когда у тебя возникнут проблемы с домашней работой. — Ладно, — с улыбкой ответила Ши Сынань, и её брови изогнулись дугой. Она выглядела доброй и милой. — Ши Сынань – хороший ребёнок. Си Мучэн подмигнул Ши Сынань. А затем он повернулся к Нин Шу и сказал: — Сынань очень красивая и ласковая юная девушка. Нин Шу: →_→ Он даже описывает Сынань прилагательным "ласковая". Какое похотливое слово… Вот ведь подонок. Он использовал Ши Сынань, чтобы спровоцировать её и их отношения матери-дочери. Но, когда Нин Шу увидела такую послушную Ши Сынань, она мысленно холодно рассмеялась. ---------- В Заграницу Для Дальнейшего Обучения За каждым великим подонком стоит женщина, окутанная славой Девы Марии. После каждой пощёчины от подонка, всё, что необходимо – это сладкое свидание и клятва раскаяния, после чего сердце снова смягчалось. И хотя над женщиной нещадно издеваются – направляют в автомобильную катастрофу, вынуждают пойти на аборт, лишают её матери, отца и всей семьи – пока главная женщина не умрёт, ей достаточно всего нескольких минут, чтобы влюбиться в извращённого подонка. Она даже готова будет родить ему ребёнка. Если он был подонком, то она была его подлой сучкой. Стоит только подонку и святой встретиться, всё остальное уже не имеет значения. Нин Шу сказала Ши Сынань: — Твой дядя ранен, так что пусть он отдыхает. Иди в мою комнату. Я помогу тебе с домашней работой. Ши Сынань глянула на Си Мучэна. Когда она только собралась кивнуть, Си Мучэн сказал: — Сестра, у меня травмирована нога, но не мозг. Я всё ещё могу помочь моей племяннице с её домашней работой. К тому же, у меня только одна племянница. Если я не буду хорошо к ней относиться, тогда к кому мне хорошо относиться? Си Мучэн поднял брови. Его длинные белые пальцы прошлись по его губам, когда он провокационно улыбнулся Нин Шу. Это действие выглядело сдержанным, но при этом несравненно злым. Оно было полно очарования. Действительно, если бы мужчина не был плохишом, то женщины в него не влюблялись. Каждое его движение было пропитано флиртом. Нин Шу же просто хотела влепить ему пощёчину во всё лицо. Для кого это ты тут, блять, изображаешь из себя крутого? — Хочешь, чтобы твой дядя провёл тебе лекцию по этому предмету? – спросила Нин Шу у Ши Сынань. Под пристальными взглядами матери и дяди, Ши Сынань внезапно почувствовала себя так, словно она столкнулась перед выбором всей жизни. Когда Ши Сынань посмотрела на своего дядю, который подмигнул ей, лицо Ши Сынань покраснело, а её сердцебиение ускорилось. Ши Сынань чувствовала себя так, словно она сейчас находится в странной атмосфере. Нин Шу подошла к Ши Сынань, положила ей руку на плечо и повела наверх по лестнице. — Некоторые вещи лучше обсуждать между нами, девочками. Когда Ши Сынань поднялась наверх, она невольно оглянулась на Си Мучэна, на губах которого была двусмысленная улыбка. От этого Ши Сынань снова покраснела. Ши Сынань невольно накрыла рукой своё сердце, ощущая себя оленем, попавшим в яркий свет фар. В спальне Нин Шу посмотрела на Ши Сынань. Ши Сынань было немного неуютно под пристальным взглядом её матери, поэтому она сказала: — Я пойду приму душ. После этого она поспешно ушла в ванную. Столкнувшись с целенаправленным сближением Си Мучэна, эта простая, красивая и неприхотливая Ши Сынань никак не могла ему противостоять. Когда Ши Сынань вышла из душа, её кожа была такой мягкой и розовой, что становилось неудивительно, почему она была так привлекательна для волков. Нин Шу сказала ей: — Ши Сынань, после вечеринки в честь твоего восемнадцатилетия мать планирует отправить тебя в заграницу для дальнейшего обучения. Покинуть Си Мучэна будет наилучшим вариантом. Просто невозможно каждый день защищаться от волков. К тому же, под осадой целенаправленной провокации Си Мучэна, у которого были и внешность, и деньги, как кто-либо мог устоять? Ши Сынань была ошеломлена. Она озадаченно спросила: — Мам, почему ты внезапно захотела отправить меня из страны? Я же собираюсь поступать в колледж. Нин Шу сказала: — Я долго думала, и считаю, что заграница будет для тебя наилучшим опытом. Все дети из богатых семей твоего возраста ездят в заграницу. Ши Сынань посмотрела на Нин Шу со слезами на глазах. — Мам, ты меня больше не любишь. Сначала ты хочешь, чтобы я работала, а теперь хочешь, чтобы я уехала из страны. Нин Шу: … — Я же просто хочу сама усердно учиться, чтобы поступить в колледж и жить обычной студенческой жизнью. Ши Сынань жалостно посмотрела на Нин Шу. Нин Шу бесстрастным взглядом пристально посмотрела на Ши Сынань. Тогда отдавай свою кредитку и иди жить своей обычной студенческой жизнью. Какая, к чёрту, обычная жизнь? Как человеческое сердце может быть таким жадным? Она просто хочет наслаждаться своей жизнью, не имея никакой ответственности, жить той жизнью, о которой остальные могут только мечтать. Она даже желает свободы в том, кого она будет любить. Проваливай, просто проваливай… — Мам, я не хочу отправляться в заграницу. Ши Сынань немного боялась уезжать в заграницу, она никогда раньше не покидала свою семью. Нин Шу устало сказала: — Мы поговорим об этом после вечеринки в честь твоего восемнадцатилетия. Ши Сынань невольно повысила голос и закричала обвиняющим тоном: — Мам! ---------- По Ошибке Зашла Не в Ту Комнату Когда Ши Сынань увидела, что Нин Шу игнорирует её, она впала в ярость. Она взяла свои вещи и, топая, вышла из комнаты Нин Шу. Нин Шу не пошла утешать Ши Сынань. Всё же, она не была её настоящей матерью, которая избаловала её, поэтому она не чувствовала никакого огорчения. После того, как Ши Сынань ушла, Нин Шу установила в доме формацию для сбора духовной энергии, после чего начала культивировать. Ши Сынань была протагонистом истории и всё равно не могла умереть. Вместо этого всегда не везло пушечному мясу вроде Ши Лины, поэтому Нин Шу должна усилить себя. Когда Ши Сынань вернулась в свою спальню и включила свет, она увидела Си Мучэна, лежащего на её постели. Три пуговицы на его рубашке были расстёгнуты, обнажая мускулистую грудь. Голова её дяди покоилась на её подушке, и, по какой-то причине, когда Ши Сынань увидела эту сцену, ей показалось, что он выглядит очень сексуально. Температура в доме внезапно так резко поднялась. Кровь в её теле закипела, отчего она начала потеть, и она даже не знала, куда девать свои руки и ноги. Почему у неё возникло такое чувство, что она по ошибке зашла не в ту комнату, в то время как это её собственная комната? Ши Сынань не могла толком соображать и, запинаясь, сказала: — Д-Дядя, Дядя, почему вы в моей комнате? Си Мучэн поднял руку, чтобы закрыться от бьющего в глаза света, огляделся по сторонам и поднял брови. — Так это твоя комната? Прости. Похоже, что я вошёл не в ту комнату. Ши Сынань махнула рукой. — Всё в порядке, дядя. Просто идите в свою комнату. Си Мучэн сел и наклонился назад. Когда он подпёр себя рукой, его рубашка обрисовала его рельефные мускулы. Он равнодушно сказал: — У меня нога болит. Подойди и помоги мне. Ши Сынань подошла к постели и протянула руку, чтобы помочь ему подняться. С улыбкой на лице, Си Мучэн дёрнул за руку Ши Сынань и безо всяких усилий притянул её в свои объятия. Рука Си Мучэна обвилась вокруг талии Ши Сынань. Их тела плотно прижимались друг к другу, а тепло их тел проникало через одежду. Поначалу Ши Сынань была озадачена и тупо смотрела на лицо Си Мучэна. Они были так близки, что она чувствовала, как задыхается, когда их дыхание стало перемешиваться. Словно ошпаренная, Ши Сынань отскочила прочь, и выражение её лица изображало замешательство. Она запнулась и прокричала: — Дядя… Дядя. Ши Сынань почувствовала себя, словно в лихорадке. Когда бы она ни видела Си Мучэна, в её сердце всегда появлялось странное чувство, отчего ей хотелось сбежать от него. И всё же, несмотря на это, она приблизилась к Си Мучэну. Си Мучэн изогнул губы в улыбке и посмотрел на Ши Сынань. — Что случилось? Ты не можешь даже помочь своему дяде? Ши Сынань подавила своё желание сбежать из комнаты, но она не посмела подходить слишком близко к Си Мучэну. На её лице застыло глупое ошеломлённое выражение, а сама она приросла к одному месту. Когда Си Мучэн увидел, что Ши Сынань вот-вот расплачется, он спросил: — Ты столкнулась чем-то, что тебя беспокоит? Плечи Ши Сынань тут же обмякли, и она сказала: — Мама отправляет меня в заграницу. Взгляд Си Мучэна на мгновение стал строгим, а потом он тихо спросил: — А Сынань хочет туда отправиться? Ши Сынань замотала головой. — Я не хочу. Я никого не знаю в загранице, и это слишком далеко. Мне немного страшно. Си Мучэн изогнул губы. — Я Могу тебе помочь. Ши Сынань посмотрела на Си Мучэна широко открытыми глазами и спросила: — Дядя, что вы сделаете? — Иди, найди своего дедушку. А я приду и поддержу тебя, — сказал Си Мучэн, поднимаясь с постели. Ши Сынань подбежала и обняла Си Мучэна за шею. Она начала прыгать и щебетать: — Спасибо, дядя. Вы такой хороший. Си Мучэн слегка опустил голову. Он втянул носом запах тела Ши Сынань, и уголки его рта изогнулись в мрачной ухмылке. Ши Сынань задним числом поняла, что обнимать её дядю – это неприлично, поэтому она поспешила отпустить шею Си Мучэна. Её лицо было красным, и она не знала, что сказать. — Простите. Я не специально. Си Мучэн улыбнулся и сказал: — Дяде нравится, когда Ши Сынань близко. ---------- Зарубежная Культура Ужасна Ши Сынань была зла на Нин Шу за то, что та пыталась выслать её из страны. Когда Ши Сынань увидела свою мать на следующее утро, она даже не поздоровалась с ней и надула щёки. Во время завтрака Ши Сынань накинулась на старика. — Деда, я не хочу покидать страну. Дедушка Ши был ошеломлён. — Страну? Си Мучэн лишь поднял бровь, словно улыбаясь в сторону Нин Шу. — Я ничего не говорил о том, чтобы ты покидала страну, — сказал дедушка Ши. Ши Сынань тут же сказала: — Мать сказала, что я должна отправиться в заграницу. Я не хочу уезжать, деда. Деда, деда… Ши Сынань трясла руку дедушки. Старик не знал, что делать и поспешно сказал: — Ладно, ладно. Не поедешь ты в заграницу. Ты такая красивая девочка. Как можно отправить тебя в заграницу? Тебя же испортят дурные примеры. Си Мучэн взял кофе и безразлично сказал: — Зачем вообще ехать в заграницу? Это просто своевольное мышление, что поездка в заграницу тебя воспитает. Зарубежная культура ужасна и беспорядочна. У них там всякий СПИД, наркотики и всякое такое. Дети из богатых семей заражаются дурными привычками, когда они уезжают в заграницу. Они ничему не учатся, а вместо этого становятся высокомерными. — Спасибо, дядя. Ши Сынань улыбнулась Си Мучэну. Дедушка Ши кивнул. — Да, не стоит ехать. Затем он повернулся к Нин Шу: — Характер Ши Сынань не подходит для того, чтобы отправлять её в заграницу. — Матушка, видишь? Дедушка и дядя не одобряют того, чтобы я покинула страну, — сказала Ши Сынань, глядя на Нин Шу. Нин Шу: … Проклятье, так это она тут теперь плохой парень. Ей очень хотелось перевернуть стол. Ты, блин, можешь делать всё, что тебе хочется. Да кому есть до тебя дело? Ты действительно думаешь, что другим людям есть хоть какой-то интерес в том, чтобы планировать всё для тебя? Даже если Ши Сынань отправилась бы в заграницу, Нин Шу не могла бы отправить её одну. К тому же, для неё нужно было бы оформить определённые договорённости. Нин Шу просто не знала, было ли это потому, что Ши Сынань не хотела покидать своего красивого и чарующего дядю. — Как скажешь, пап, — безразлично сказала Нин Шу. На лице Ши Сынань расплылась улыбка. — Спасибо, дедушка. Спасибо, дядя, — затем она повернулась к Нин Шу. – Спасибо, матушка. Си Мучэн изогнул уголки рта и сделал глоток кофе. На его лице была торжествующая злорадная улыбка. Нин Шу молча прочитала очищающую сердце мантру, съела завтрак, проглотив три бутерброда, и выпила стакан молока. — Я отвезу тебя в школу, — сказала Нин Шу. Ши Сынань чувствовала злость и вину. Ей пришлось подтянуть дедушку и дядю, чтобы надвить на её мать, а теперь мать повезёт её в школу, чтобы по пути преподать урок. Нин Шу увидела, что Ши Сынань молчит и спросила: — Разве ты не собираешься в школу? Или тебе тяжело учиться? Ши Сынань неохотно взяла свою сумку и последовала за Нин Шу к выходу из виллы. Когда автомобиль покинул виллу, Нин Шу притормозила на обочине дороги и сказала: — Ши Сынань, тебе нужно держаться подальше от твоего дяди. — Почему? – спросила Ши Сынань у Нин Шу. – Дядя же член семьи. Как мне держаться подальше от семьи? — Даже если твой дядя и считается старшим в семье, он всё равно мужчина. Конечно же, ты должна сохранять дистанцию с ним, — Нин Шу почувствовала себя невероятно уставшей. – Точно так же, как и с мальчиками в школе, сохраняй дистанцию. Раз она могла сохранять дистанцию с мальчиками из школы, то почему не могла делать это и с Си Мучэном? Прошу, только не говори всяких глупостей, вроде того, что дядя – это семья. (╯°Д°)╯︵┻━┻. — Это не одно и то же, – Ши Сынань покачала головой. – Дядя не такой как одноклассники. Это другое. Одноклассники не такие красивые, как дядя. (╯°Д°)╯︵┻━┻. ---------- Мама Меня Больше Не Любит Нин Шу не могла понять, почему Ши Сынань её не слушает. Нин Шу теперь едва могла подавлять своё раздражение. Нин Шу сделала глубокий вдох и сказала: — Ты же девушка. Ты должна держать дистанцию от мужчин, даже если это твой дядя. — Я поняла. Ши Сынань плотно сжала губы и кивнула.Нин Шу сказала: — Теперь, когда ты об этом знаешь, ты должна так и поступать. — Мам, что с тобой происходит? Почему тебе обязательно нужно, чтобы я держала дистанцию со своим дядей? Мы же живём под одной крышей и постоянно пересекаемся. Как ты хочешь, чтобы я его избегала? – сказала Ши Сынань, словно ей это было невыносимо. – Мам, я думаю, что ты стала странной в последнее время. На лбу Нин Шу вздулись вены. Ты что, хочешь, чтобы я прямо сказала тебе, что твой дядя, блин, хочет с тобой переспать? Перед Си Мучэном она вела себя, как белый и пушистый кролик, однако перед своей матерью она высказывала всевозможные недовольства. Ши Лина родила и вырастила её, но теперь ей приходилось мириться со всеми её маленькими истериками. — Просто делай, как я говорю, — Шин Шу ущипнула Ши Сынань за руку и сильно сжала её. – Держи своё мнение при себе. — Мам, ты меня ущипнула. Мне больно, — маленькое лицо Ши Сынань так исказилось от боли, что все её черты лица перекосились. – Мам, мне больно. Нин Шу отпустила руку Ши Сынань. На глаза Ши Сынань набежали слёзы, и она повернулась, чтобы открыть дверцу автомобиля и выйти. Нин Шу затащила Ши Сынань обратно и спросила: — Ты чего это творишь? Тебе ещё сегодня в школу надо. Ши Сынань заплакала и закричала на Нин Шу: — Мам, это уже слишком, ты винишь меня за что-то без причины. Ты раньше такой не была. — Так и что же ты хочешь, чтобы я сделала? Нин Шу посмотрела на Ши Сынань с безразличным выражением на лице. — Я… — Ши Сынань крепко закусила губы. – Я чувствую, что мама меня больше не любит. — Если то, что я устроила тебе небольшую лекцию, означает, что я тебя не люблю, тогда ладно, я тебя не люблю, — безразлично сказала Нин Шу. — Мам, — завопила Ши Сынань. Её голос прозвучал необычно резко внутри автомобиля. Нин Шу поковырялась в ушах, а потом влепила пощёчину Ши Сынань. — А ну не кричи. Я не глухая. Ей уже очень давно хотелось влепить ей пощёчину. Шлёп… Громкая пощёчина заставила Ши Сынань застыть, словно от удара она остолбенела. Ши Сынань прикрыла лицо и посмотрела на Нин Шу ошеломлённым взглядом. — Мам, ты меня ударила. Слёзы каскадом полились по лицу Ши Сынань. — Мам, ты меня ударила. Ши Лина никогда не смела поднимать руку на Ши Сынань. Ши Лина никогда даже не касалась её волос, но теперь, впервые за восемнадцать лет, она влепила ей пощёчину. Пощёчина – это невероятно оскорбительный способ ударить кого-то, и гордость Ши Сынань не смогла этого принять. Она открыла дверь автомобиля, чтобы стремительно сбежать, но Шин Шу дёрнула её обратно и усадила на сиденье автомобиля. — Сиди, как положено. — Мам, как ты могла так поступить? – воскликнула Ши Сынань. – Мам… — Заткнись. И больше не кричи, — холодно сказала Нин Шу. Затем она заперла дверь автомобиля и поехала к школе. Ши Сынань плакала всю дорогу. Она закрыла своё лицо, которое горело и болело, её нос стал красным, а сама она выглядела очень жалкой. У школы Нин Шу притащила Ши Сынань в кабинет директора и попросила директора о переводе. Услышав это, Ши Сынань забыла о своих слезах. Она закричала на Нин Шу: — Мам, почему ты хочешь перевести меня в другую школу? Я никуда не пойду. Нин Шу проигнорировала Ши Сынань, забрала её регистрационные документы из школы и запихнула её обратно в автомобиль. ---------- Прошу, Уважай Мои Желания Ши Сынань кричала и стучала по окну. — Мам, не делай со мной этого… Нин Шу проигнорировала жалкую Ши Сынань. Ши Сынань всё равно не станет её слушать, так что ей было даже лень разговаривать с ней. Пока Нин Шу ехала, Ши Сынань дёргала её за руку и умоляла: — Мам, я не хочу переводиться в другую школу. Мне же скоро нужно сдавать экзамены на поступление в колледж. Нин Шу смахнула руку Ши Сынань. Она же была за рулём. Действия Ши Сынань могли привести к аварии на дороге. Когда Ши Сынань увидела безразличное лицо Нин Шу, она захныкала и достала свой сотовый телефон, готовясь позвонить старику. Нин Шу выхватила телефон Ши Сынань и бросила его на заднее сидение. Ши Сынань в шоке и недоверии посмотрела на Нин Шу, и её слёзы начали течь быстрее и быстрее. — Мам, как ты можешь так себя вести? Это уже слишком. Мам, я не хочу менять школу. Прошу, уважай мои желания. Я тебе не безвольная кукла, — закричала Ши Сынань, словно была уже на грани нервного срыва. — Уважать какие желания? Ты ешь мою еду, носишь мою одежду и полагаешься на меня, чтобы выживать. Подожди, пока не начнёшь сама кормить себя и пока у тебя не появятся силы на это. Вот тогда и возвращайся ко мне и говори мне о своих желаниях и о том, какой свободы ты заслуживаешь.Нин Шу безразлично глянула в сторону Ши Сынань. Нин Шу приехала в школу на окраине города. Это была военная школа, которая была полностью закрыта для посторонних. Стоя у входа в школу, Ши Сынань посмотрела на высокие стены и железные ворота. Оттуда не доносилось ни звука. Ши Сынань была немного напугана, и она закричала Нин Шу: — Мам… Нин Шу затащила Ши Сынань в школу и оформила документы на её перевод в эту школу. — Мам, не поступай так со мной. Что я сделала не так? – хныкала Ши Сынань. – Я не хочу быть в этой школе. Здания этой школы было не сравнить с той частной школой. Все ученики в частной школе были из одного социального класса, они пришли из семей, у которых есть деньги и власть. И необходимость снова приспосабливаться к какой-то другой школе немного пугала Ши Сынань. — Разве ты не собираешься готовиться к экзаменам на поступление в колледж? Ты можешь учиться тут безо всяких отвлечений. Нин Шу передала Ши Сынань её директору. Директор школы была женщиной за сорок, излучающая хладнокровие. Нин Шу пожертвовала школе компьютеры и спортивный инвентарь при условии, что они как следуют займутся тренировкой Ши Сынань. Нин Шу конфисковала кредитную карточку Ши Сынань и сотовый телефон, оставляя её в слезах. — Мам, что мне делать без этих вещей? — Я уже заплатила за твоё обучение и питание. Тебе не понадобятся никакие деньги в школе, — сказала Нин Шу. — Мам… Ши Сынань всё ещё продолжала умолять Нин Шу. Новый классный руководитель Ши Сынань сказал ей: — Ши Сынань, пожалуйста, пойдём в класс. Её голос излучал командующую ауру. Ши Сынань закусила губу и пошла в класс. Нин Шу сказала учительнице: — Я вынуждена побеспокоить вас заботой об этом ребёнке. Никто не должен забирать её, кроме меня. Если кто-то ещё придёт навещать её, прошу, оповестите меня. Им будет позволено увидеть её, только если я позволю. — Хорошо. После того, как Нин Шу закончила разбираться с вопросом Ши Сынань, она покинула школу. Эти военизированные школы обычно открывают для детей, у которых слишком слабый самоконтроль или серьёзная зависимость от интернета. И эти школы были очень строгими. Детям приходится делать всё самостоятельно, и самое важное, у них тут было много занятий по физкультуре. Нежному телу придётся терпеть обжигающее солнце, пока она будет бегать по площадке. Ей придётся есть обычную еду, спать в общей спальне и стирать свою одежду, так как тут не было горничной, которая бы её обслуживала. У неё не останется иного выбора, кроме как полагаться на себя саму. Ши Сынань, которая всегда вела избалованный образ жизни, не сможет такое выдержать. ---------- Мой Муж – Гангстер Нин Шу давно уже была раздражена поведением Ши Сынань. А теперь, с глаз долой, из сердца вон. Что самое важное, в подобных школах разрешён только один выходной в месяц.Так она сможет благополучно избежать Си Мучэна. Оставив школу позади, Нин Шу приехала к клубу, который был довольно высококлассным. Она припарковалась у входа и посмотрела на клуб. Самым важным моментом в этом клубе было то, что он являлся скрытым рассадником продажности. Самые прибыльные сферы деятельности – это продажа наркотиков и проституция, а в этом клубе было и то, и другое. Это место было полно богачей, которые приходили сюда поиграть и высококлассно развлечься. А иначе как ещё мог Си Мучэн заработать такой большой капитал? С теми деньгами, с которыми сбежал её дядя, как ещё он мог превратиться в того, кем он являлся сейчас? Это история должна была бы называться "Мой муж – гангстер". Этот клуб был обнаружен Ши Линой. Так как она считала Си Мучэна своим главным конкурентом, она не могла не заняться расследованием его собственности. Она обнаружила, что Си Мучэн не был сыном её дяди, а ещё обнаружила его подпольное влияние. Однако она была убита прежде, чем она смогла что-либо сделать. Настольная аниме игра «Аниме на грани»Водитель, ставший причиной аварии, добровольно признался, что был пьян. И, даже если бы его и посадили в тюрьму, Ши Лина уже всё равно была мертва. Нин Шу изучила взглядом клуб. Вломиться внутрь было довольно проблематично, но даже в железной бочке есть щели. Нин Шу решила позвонить частному детективу. Её целью было заполучить информацию о том, что происходит в клубе Си Мучэна, а в частности, доказательства проституции и продажи наркотиков. Нин Шу не боялась потратить ещё немного денег, а частные детективы умели плавать в серых зонах. — Мне будет достаточно видео, либо просто фото, — сказала Нин Шу частному детективу. Затем она достала несколько пачек купюр из сумочки. — Вот. Позаботьтесь о сотрудниках клуба; подкупите их, если сможете. Частный детектив принял деньги и взялся за работу. И всё же, он сказал Нин Шу: — И вы, и я должны сохранить это в секрете. У этого клуба непростое прикрытие. Если вы хоть кому-нибудь расскажете, то я больше не смогу заниматься своей работой. Нин Шу кивнула. — Я поняла. Уладив дела с частным детективом, Нин Шу отправилась в свой офис. У неё внезапно появилось хорошее настроение, без того назойливого ощущения, что Ши Сынань поблизости. Вечером Нин Шу вернулась на виллу. Когда она вошла в дом, она увидела Си Мучэна в гостиной. Он постоянно поглядывал на дверь, явно немного волнуясь и пребывая в замешательстве. Время от времени Си Мучэн выглядывал в окно. Небо уже начало темнеть. Нин Шу мысленно усмехалась. Можешь продолжать ждать. Си Мучэн видел Нин Шу, но он не мог спросить её, куда подевалась Ши Сынань. Он выглядел немного встревоженным. Си Мучэн прошёлся перед ней. Нин Шу специально стукнулась об него, но его тело даже не шелохнулось. Его шаги были стабильными. И это несмотря на его рану. Судя по этому, можно было заметить, что боевые умения Си Мучэна были неслабыми. Так как он с самого детства был связан с плохими ребятами, как же у него не могли не появиться хоть какие-то оборонительные способности? Должно быть, он довольно опытный в искусстве захватов и драк. К нему будет довольно трудно подобраться близко. Си Мучэн прищурился, когда посмотрел на Нин Шу. Он тихо сказал: — Сестра ударила меня. Разве ты не должна извиниться передо мной? Нин Шу сказала: — Прости. Я шла слишком быстро. Си Мучэн окинул Нин Шу с подозрительным взглядом в глазах. Он явно почувствовал, что женщина, стоящая перед ним, изучала какие-то боевые искусства. Он и не подозревал, что его "сестра" умеет драться. Нин Шу отправилась наверх. Как только она добралась до своей спальни, телефон в её сумочке завибрировал. Это был телефон Ши Сынань. ---------- Подонок Был Таким Претенциозным Нин Шу сбросила звонок, вытащила симку, выбросила её в туалет и смыла её водой. Си Мучэн, который был внизу, слушал в телефоне оповещение о недоступности абонента. Он нахмурился и продолжил поглядывать на дверь. Когда Нин Шу спустилась вниз, она увидела, что Си Мучэн ковыляет со своей больной ногой по гостиной. Что же это такое? Он хотел отомстить им через Ши Сынань, но в глубине души он переживал за неё. Этот подонок был таким претенциозным. (→_→) Си Мучэн снова взял свой телефон, чтобы позвонить Ши Сынань, но результат был прежним. Нин Шу лениво выпила воды. Он не сможет дозвониться, даже если будет звонить до тех пор, пока его телефон не перегреется. Дело не только в сим-карте. Нин Шу также разобралась с её аккаунтами в соц.сетях. Она удалила те, которые можно было удалить, и сменила пароли на других. Даже если Ши Сынань выйдет в онлайн в школе, она не сможет связаться ни с кем из дома. Ей придётся просто покорно оставаться в школе. Си Мучэн сделал несколько звонков один за другим, так ни до кого и не дозвонившись. В результате его окутала мощная аура, полная убийственного намерения и враждебности, а его выражение лица было невероятно холодным. Когда Си Мучэн увидел спокойную внешность Нин Шу, он нахмурился ещё больше. Снаружи уже было темно, но Ши Сынань ещё так и не вернулась. Си Мучэн был взволнован и в ярости. Пока он флиртовал с этой девочкой, он, в итоге, отдал ей своё сердце. Пришло время ужина. Старик вернулся после визита к своему другу и обнаружил, что одного человека не хватает. Он сказал Нин Шу: — Ши Сынань, эта девочка, почему она не спустилась к ужину? Си Мучэн пристально уставился на Нин Шу. Нин Шу поставила тарелку с супом, медленно и методично вытерла свои руки и сказала: — Я отправила её в военизированную школу. Дедушка Ши был в шоке. — Почему ты внезапно перевела её в такую школу? Сынань ведь не сможет такого вынести. А ещё, у этих школ нет никаких каникул, — дедушка Ши посмотрел на Нин Шу. – Ты слишком сурова с Сынань в последнее время. Нин Шу безразлично ответила: — Сынань уже не маленькая. Через несколько дней ей исполнится восемнадцать. Ей нужно научиться быть разумной. Рука Си Мучэна крепко сжала палочки, и его суставы побелели. Он гневно уставился на Нин Шу с пронзающим до костей холодом во взгляде. Дедушка Ши добавил: — Через несколько дней будет вечеринка в честь восемнадцатилетия Ши Сынань. — Я заберу её из школы, а после банкета отвезу обратно, — безразлично сказала Нин Шу. — Как хочешь. Ты же у нас теперь за всё отвечаешь. Дедушка Ши теперь редко принимал решения. Он хотел жить на пенсии и заниматься теми вещими, которыми занимаются люди в его возрасте, пока у него есть свободное время. И всё же, самая большая часть акций была на руках у старика. Нин Шу была хозяйкой лишь на поверхности. На самом деле, все основные решения принимал старик. Си Мучэн холодно посмотрел на Нин Шу. Когда они утром не позволили Ши Сынань покинуть страну, она в мгновение ока отправила Ши Сынань в закрытую школу. — Сестра, чего-то ты боишься? – мрачно сказал Си Мучэн, подёргивая уголками рта. — Я боюсь, что какой-нибудь пёс положил на неё глаз, — возразила Нин Шу. Ши Сынань была ароматной булочкой, а Си Мучэн был псом. Си Мучэн приподнял уголки своего рта. — Если он увидел что-то вкусное, то он наверняка попытается это достать. Нин Шу безразлично сказала: — Тогда я боюсь, что придётся выбить псу зубы. Си Мучэн прищурился. — То, что тебе достаётся через большую боль – это действительно нечто хорошее… Нет, только когда добьёшься этой вещи, а потом уничтожишь её, ты будешь чувствовать себя хорошо. Мои вещи – мои, и я не отдам их другим, даже если для этого придётся их уничтожить. Нин Шу: Вот ведь дешёвый ублюдок… "Эта вещь" наверняка Ши Сынань. Это было просто необъяснимо. У него была такая глубоко укоренившаяся ненависть к семье Ши, но это же была всего лишь обида между братьями Ши. Это же не имеет никакого отношения к Си Мучэну, который не имел кровного родства с семьёй Ши. ---------- Не Может Приспособиться к Школьной Жизни Было загадкой, откуда в Си Мучэне была такая уверенность, словно все остальные должны ему деньги. Дела семьи Ши не имели к нему никакого отношения. Сперва он убил Ши Лину и занял должность председателя компании. Затем он убил старика и заполучил его акции. После этого он влюбился в Ши Сынань, и они стали делать друг другу больно. О, и он наконец-то обнаружил, что был обманут своим приёмным отцом. Всё оказалось не так, как ему говорил его приёмный отец, поэтому он поклялся в своих сожалениях перед Ши Сынань. А потом… счастливый конец. Психопат, иди в ад. На следующий день Нин Шу позвонила классная руководительница Ши Сынань, которая рассказала, что какой-то мужчина приходил в школу навещать Ши Сынань. Нин Шу: →_→ Ему действительно не терпелось, раз он помчался повидать Ши Сынань так рано утром. Нин Шу сказала классной руководительнице: — Никаких визитов. Не нужно переживать из-за него, и с ней никому нельзя видеться, кроме меня. Классная руководительница выразила своё понимание, после чего нерешительно добавила: — Ши Сынань не может приспособиться к школьной жизни. Ши Сынань была в полной растерянности в школе. Она понятия не имела, как делать хоть что-нибудь. Она не умела стелить постель, не знала, как стоять в очереди в столовой. В любом случае, у неё была лишь озадаченная реакция, словно она – умственно отсталая. Нин Шу безразлично сказала: — Всё в порядке. Она со временем привыкнет; вам не нужно быть с ней вежливой. Си Мучэн, которому не удалось встретиться с Ши Сынань, вернулся и бросил свой пиджак на диван. Он гневно уставился на Нин Шу с ледяным убийственным намерением во взгляде. Нин Шу улыбнулась. — Брат, ты чего такой злой рано утром? Хоть у него и была травмирована нога, он всё равно отправился попытаться встретиться с Ши Сынань. Ага, как будто она ему это позволит. Си Мучэн поджал губы и холодно улыбнулся. Его выражение лица стало бесстрастным, и он насмешливым голосом сказал: — Меня покусала бешеная собака. — Ох, брат, будь осторожен. Бешеные собаки ядовиты, — с улыбкой сказала Нин Шу. Си Мучэн сделал несколько шагов своими длинными ногами и встал перед Нин Шу. Он снисходительно уставился на неё. — Я заметил, что сестра тоже практикует боевые искусства. Как насчёт того, чтобы устроить спарринг между нами двумя? Нин Шу покачала головой. — У брата травмирована нога. Как сестра может позволить себе издеваться над раненым? Си Мучэна это мало беспокоило: — Не обращай внимания. У меня бывало и хуже. Пока сестра жила в большом и роскошном доме, мне приходилось драться со всякими хулиганами только за то, чтобы добыть немного еды. Нин Шу: →_→ Это не её проблема. Что плохого в том, что она жила в большом доме? Детство Си Мучэна было полно горечи. Её дядя бил его и ругал, наказывая за малейшие проступки. Си Мучэн перенёс эту свою обиду на старика. Ха. Ха. Ха… Нин Шу закатала рукава и безразлично сказала: — Брат, ты уж будь полегче со свей сестрой. Си Мучэн холодно улыбнулся. Он вытянул руку и схватил Нин Шу за плечо. Его длинная нога была быстрой, словно ветер, в попытке подсечь Нин Шу и сбить её с ног. Его первый приём был очень злым. Нин Шу схватила его руку на плече и пнула по ноге Си Мучэна, что приближалась к ней. Однако по ощущениям было так, словно она пнула железную пластину, и её нога онемела. Нин Шу крутанула своё тело, чтобы бросить Си Мучэна через плечо. Вот только Си Мучэн наклонился всем телом и оказался слишком силён, чтобы она смогла поднять и перебросить его через плечо. Си Мучэн холодно улыбнулся. Он наклонился к уху Нин Шу и прошептал: — Сестра, ты что, решила сама броситься в объятия своего брата? Ухо Нин Шу дёрнулось, когда его коснулось горячее дыхание Си Мучэна. От этого у Нин Шу появилась гусиная кожа, а спина покрылась потом. Как отвратительно. ---------- Ещё И Пахнет Хорошо Нин Шу мобилизовала свою энергию и, со взрывом силы, грохнула Си Мучэна об пол. Си Мучэн хрюкнул. Когда он попытался подняться, Нин Шу встала на его грудь и сильно надавила. Си Мучэн почувствовал, что нога этой женщины была словно булыжник, давящий на его сердце, отчего его сердце было немного перегружено. Оно билось быстро, словно барабан. Нин Шу улыбнулась. — Брат, ты действительно решил обойтись полегче со своей сестрой, да? Си Мучэн же, наоборот, выглядел так, словно ему удобно лежать на полу. Он закинул руки за голову и тихо сказал: — Мне так удобно лежать под ногой сестры. — Вот как? Нин Шу слегка улыбнулась. Её нога добавила немного давления на его грудь и Си Сучэн издал сдавленный стон, а его лицо немного побледнело. — Удобно? – спросила Нин Шу. Си Мучэн протянул руку и взялся за лодыжку Нин Шу. Он провёл большим пальцем по её лодыжке и сказал: — У сестры такая красивая лодыжка. Затем он поднёс руку к кончику носа и сделал глубокий вдох. — Ещё и пахнет хорошо. Си Мучэн посмотрел на Нин Шу и изогнул губы в злой улыбке. Нин Шу была ничуть не раздосадована и безразлично спросила: — Вот как? — Такой чудесный аромат. Си Мучэн снова принюхался, словно он смаковал запах. Нин Шу безразлично сказала: — Я не мыла ноги. Игнорируя несколько озадаченное выражение лица Си Мучэна, она подняла ногу и наступила на лицо Си Мучэна, с силой надавив на него. В ответ на это Си Мучэн схватился за лодыжку Нин Шу и силой дёрнул её. Когда она упала, он перевернулся и двинулся в её сторону, чтобы придавить её. Нин Шу пнула его, и он отлетел на некоторое расстояние. Си Мучэн закашлял, прикрывая свою грудь. Затем он вытер кровотечение из носа, которое возникло после того, как Нин Шу наступила ему на лицо. Си Мучэн посмотрел на Нин Шу и даже рассмеялся. — Я и не думал, что сестра такая сильная. — Ну, брат позволил мне выиграть, — с улыбкой ответила Нин Шу. Нин Шу взяла свою сумочку и покинула виллу, чтобы отправиться на работу. Си Мучэн вытер большим пальцем кровь со своих губ и посмотрел на спину Нин Шу холодным и зловещим взглядом. Нин Шу покинула виллу. Как только она села в автомобиль, она тут же потёрла свою лодыжку и стиснула зубы. То место, которое ущипнул, Си Мучэн уже было немного фиолетовым. За день до восемнадцатилетия Ши Сынань Нин Шу приехала в школу, чтобы забрать её на вечеринку. Нин Шу была немного удивлена, когда увидела Ши Сынань. Теперь она выглядела совсем не так, как прежняя богатая юная леди. Цвет кожи Ши Сынань стал немного темнее, чем раньше, и предположительно из-за того, что у неё не было косметики для ухода за кожей, та стала грубее. А ещё девушка выглядела заметно более взъерошенной и слегка отличающейся от той милой и хорошей девушки, которой она была прежде. Не зря говорят, что бледность троекратно скрывает уродливость. Слёзы набежали на глаза Ши Сынань, когда она увидела Нин Шу. Она долгое время смотрела на свою мать, ничего не говоря. Нин Шу сказала: — Садись в машину. Ши Сынань вытерла слёзы. Затем она села в автомобиль, посмотрела на Нин Шу и плаксивым голосом сказала: — Мам, что я тебе такого сделала, раз ты со мной так обращаешься? Нин Шу подняла брови. — А как я с тобой обращаюсь? Ты сказала, что хочешь пойти поступать в колледж, поэтому я и перевела тебя в эту школу на месяц. В этой школе тебе никто не помешает заниматься учёбой, — объяснила Нин Шу. — Но эта школа очень плохая. Очень плохая, — закричала Ши Сынань. Ей приходилось каждый день бегать и стирать свои вещи, а она никогда раньше не занималась таким. Рано утром она просыпалась от громкого звука свистка, и она всё ещё чувствовала сонливость, когда ей приходилось заправлять свою постель. И постель должна быть заправлена аккуратно, словно кубик тофу, с острыми краями и углами. А если у неё не получалось, то учительница заставляла её заправлять постель до тех пор, пока у неё не получится всё как надо. ---------- Конечно Же, Я Люблю Тебя В любом случае, эта школа лишь озадачивала Ши Сынань. Школьный ритм был слишком быстрым для неё. В одну минуту нужно делать что-то одно, а потом в другую минуту нужно уже было делать что-то другое. Ши Сынань никак не могла приспособиться к такой жизни. У неё не было целого шкафа одежды. Вместо этого школа выдала ей три комплекта униформы. Ши Сынань не знала, как стирать вещи. Она просто вымачивала свою одежду в воде, а потом развешивала её на сушилке, не зная даже, как выжимать. Рис тут был совсем не таким вкусным, как дома, что было очень неприятно для Ши Сынань. Однажды она даже съела какого-то зелёного жучка. Этот инцидент лишил Ши Сынань аппетита на весь день. Она словно жила со слезливыми пузырями в глазах. Она просто хотела, чтобы её семья поскорее пришла и забрала её из этого адского места. Так как её телефон был конфискован, и она не могла связаться со своей семьёй, Ши Сынань чувствовала себя так, словно она попала из одного мира в другой. — Мам, я не хочу ходить в эту школу, — взмолилась Ши Сынань, глядя на Нин Шу. — Всё в порядке. Ты же скоро сдашь экзамены. Ты покинешь эту школу, когда поступишь в колледж, — безразлично сказала Нин Шу. Ши Сынань начала немного истерить и закричала на Нин Шу: — Мам, ты такой раньше не была. Мам, ты меня больше не любишь. Нин Шу нежно улыбнулась. — Конечно же, я люблю тебя. С чего это я не люблю тебя? — А зачем ты отправила меня в такую школу? Мам, я хочу вернуться в свою прежнюю школу, — Ши Сынань начала умолять Нин Шу. – Прошу, я теперь буду тебя слушаться. Нин Шу протянула руку, чтобы погладить Ши Сынань по голове и сказала: — Хорошая девочка, будь хорошей. Тело Ши Сынань дёрнулось, словно через неё пропустили электрический ток, и она тихо заплакала. Как только они вернулись домой, Ши Сынань побежала внутрь, на поиски дедушки, чтобы умолять его не отпускать в ту школу. Как только Ши Сынань вошла в гостиную, она увидела Си Мучэна, сидящего на диване. Однако, по какой-то причине, она тут же закрыла своё лицо. Она не хотела, чтобы он видел её в таком состоянии. Когда Си Мучэн увидел Ши Сынань, он встал и подошёл к ней. Однако, сделав два шага, он остановился. Он обвёл взглядом Ши Сынань и спросил: — Что? Ты даже не поздороваешься, после того как увидела дядю? Ши Сынань опустила голову и тихо сказала: — Дядя. Си Мучэн оценивал Ши Сынань, и от его взгляда её лицо запылало. Наконец, он сказал: — Ну, ты сильно похудела. Когда Ши Сынань услышала это, у неё защипало в носу, и она чуть не разрыдалась. Нин Шу завела автомобиль в гараж. Когда она вошла в гостиную, она увидела, что Ши Сынань и Си Мучэн стоят напротив друг друга. Между ними зависла необъяснимая атмосфера. Нин Шу подошла и взяла Ши Сынань за руку. — Иди наверх и прими душ. Твой дедушка скоро вернётся. Ши Сынань последовала за Нин Шу по лестнице не поднимая головы, чувствуя, как взгляд дяди всё ещё обжигает её. В сердце Ши Сынань поднялось тепло. По крайней мере, её дядя заботится о ней, в отличие от её матери, которая стала такой холодной и бессердечной. Приняв душ и выбрав красиво сшитое платье из шкафа, Ши Сынань заглянула в зеркало. Она осознала, что её лицо теперь не совсем подходит к этому наряду. Раньше она была довольно красивой в этом платье. Но теперь её кожа немного загорела в школе, и этот наряд стал выглядеть иначе. Ши Сынань с силой закусила губу и взяла с туалетного столика макияж. Она припудрила лицо и шею, чтобы выглядеть гораздо бледнее. Нин Шу ждала у комнаты Ши Сынань. Когда Ши Сынань вышла, Нин Шу заметила, что цвет лица её дочери стал на несколько оттенков белее. Ей пришлось наложить макияж? Ши Сынань немного неестественно уставилась на Нин Шу и сказала: — Мам. ---------- Сынань Стала Гораздо Сильнее — Да. Твой дедушка вернулся, — сказала Нин Шу. Ши Сынань тут же вскочила на перила и практически слетела вниз. Нин Шу услышала, как её дочь ведёт себя перед стариком, словно капризный ребёнок. Как бы там ни было, она просто не хотела снова возвращаться в ту ужасную школу. Это была просто катастрофа. Старик до этого уже отказал Нин Шу, не позволив ребёнку отправиться в заграницу, поэтому было бы нехорошо снова идти против неё. Поэтому старик лишь улыбнулся Ши Сынань и сказал, что мать делает это ради её же собственного блага. Ши Сынань была озадачена. Она хотела расплакаться, но вспомнила, что на её лице всё ещё есть макияж. Он вынудил её сдержать слёзы. Старик увидел, что Ши Сынань ведёт себя подобным образом и сказал: — Вот видишь? Побывав в этой школе Сынань стала гораздо сильнее. Нин Шу: Ха-ха-ха-ха… Си Мучэн беззаботно сказал: — Ши Сынань – старшая дочь в семье Ши. Ей не нужно ходить в такую школу и зря тратить время. Некоторые вещи не нужно делать своими руками, так как это просто лишняя трата времени. Если не заниматься стиркой, то будет лучше изучить что-нибудь полезное и создать что-нибудь ценное. Сынань не обязана всю жизнь заниматься стиркой и застиланием постели. Когда Ши Сынань увидела, что Си Мучэн заступается за неё, она была тронута. Она прошептала Си Мучэну: — Спасибо, дядя. Си Мучэн улыбнулся. Его взгляд был направлен на Нин Шу, которая стояла на лестнице. Уголки его рта широко растянулись, отчего появилась саркастичная и презрительная улыбка. И хотя он не сводил взгляда с Нин Шу, он обращался к Ши Сынань: — Я – твой дядя. Я ведь и должен любить и лелеять тебя. Выражение лица Нин Шу было безразличным, словно она игнорировала насмешки и провокации Си Мучэна. Старик сказал Ши Сынань: — Ты слишком много думаешь. Завтра будет вечеринка в честь твоего дня рождения, так что будь красивой и счастливой. Ши Сынань пол дня вела себя по-детски, но она не смогла убедить своего собственного дедушку. От этого она была удручённой и подавленной. После ужина Нин Шу сказала Ши Сынань: — Сегодня будешь спать со мной. Нин Шу беспокоилась, что ночью что-нибудь произойдёт. Си Мучэн был волком в овечьей шкуре. После двенадцати часов Ши Сынань исполнится восемнадцать. В глубине души Ши Сынань была зла на свою собственную мать за то, что та относилась к ней так холодно. Она сказала: — Я буду спать одна. Я уже больше не ребёнок. Разве матушка не говорила, что мне нужно быть независимой? Смотрите-ка, она научилась говорить. Вот только чего же она затыкается перед Си Мучэном? Нин Шу ничего не сказала и вернулась в свою комнату. Она установила формацию для сбора духовной энергии и некоторое время культивировала. Когда на часах было около десяти вечера, Нин Шу взяла ключ и открыла дверь комнаты Ши Сынань. Она планировала спрятаться сегодня тут на ночь. Однако, как только Нин Шу открыла дверь, она увидела Си Мучэна, сидящего на краю постели и Ши Сынань, сидящую посреди постели. Когда Ши Сынань увидела Нин Шу, она немного запаниковала и закричала: — Мам. Си Мучэн обернулся и глянул на Нин Шу. Он даже бросил Нин Шу бесстрашную улыбку. Сердце Нин Шу было в огне. Она сжала кулак и уже готова была влепить по этому ухмыляющемуся лицу. Си Мучэн быстро схватил Нин Шу за кулак и изогнул уголок рта. — Я уже один раз попался на это, как я могу ещё раз попасться?Нин Шу холодно рассмеялась. — Что ты делаешь в комнате Ши Сынань посреди ночи? Си Мучэн усмехнулся. — А ты как думаешь? Ой… Прежде, чем Си Мучэн успел закончить предложение, он почувствовал резкую боль внизу. Он опустил взгляд и увидел, что нога Нин Шу попала по его самой мужественной части. Уязвимое мужское место подверглось сильному удару, и Си Мучэн согнулся пополам от боли. Нин Шу выдернула кулак из рук Си Мучэна. Если ограничить её руки, то у неё ещё есть ноги. — Дядя! Ши Сынань посмотрела на Си Мучэна с некоторым беспокойством. ---------- К Счастью, Она Была Не Её Дочерью Нин Шу посмотрела на Си Мучэна, который держался за стену и сжал свои ноги. В её душе всколыхнулась убийственная аура; она должна просто убить его. Атмосфера завяла, пока холодный пот стекал по лбу Си Мучэна. Он гневно уставился на Нин Шу покрасневшими глазами. Ши Сынань была занята тем, что слезала с постели. Она встала на пути у Нин Шу и показала аккуратно завёрнутую подарочную коробку. — Мам… — сказала Ши Сынань. – Дядя просто пришёл дать мне подарок на день рождения. Нин Шу отвернулась от Ши Сынань и холодно сказала: — А разве нельзя было дать его завтра на вечеринке? — Дядя сказал, что хотел устроить мне сюрприз, — поспешно сказала Ши Сынань. – Он сказал, что один подарок будет сейчас, а второй – завтра. — Заткнись. Я не у тебя спрашивала, — резко огрызнулась Нин Шу. – Приходить в твою комнату посреди ночи, чтобы что-то принести… Даже если он твой дядя, он всё равно мужчина. В древние времена даже братья и сёстры заботились друг о друге, и они не могли себе позволить так легко входить в женский будуар. Ши Сынань была ошарашена лекцией Нин Шу, а потом спросила: Даже если времена изменились, границы между мужчинами и женщинами всё равно существуют. К тому же, у Си Мучэна были недобрые мысли по отношению к Ши Сынань. — Это в какую эпоху было? Как женщина вроде Ши Сынань не может естественным образом почувствовать всю странность этой ситуации? По крайней мере, она должна бы определить, относятся к ней как младшей племяннице, или как к женщине. Нин Шу сделала глубокий вдох, чувствуя, что её лёгкие вот-вот взорвутся. Если бы не тот факт, что Ши Сынань должна быть главной звездой на завтрашнем банкете, Нин Шу уже давно влепила бы пощёчину в её свиную башку. К счастью, она была не её дочерью. Нин Шу проигнорировала Си Мучэна, стоявшего с чёрным от гнева лицом и потащила Ши Сынань к спальне старика. Затем она постучалась в дверь. Старик уже явно уснул к этому времени. Когда он открыл дверь, он выглядел очень сонным. При виде разозлённой Нин Шу и растерянной Ши Сынань, он спросил: — Что происходит? — Пап, какого чёрта Си Мучэн входит в комнату Сынань посреди ночи? Что он хочет этим сказать? – спросила Нин Шу у старика. – Тебе лучше заняться расследованием этого Си Мучэна. — Деда, дядя просто пришёл ко мне в комнату, чтобы сделать подарок на день рождения, — сказала Ши Сынань. Старик рассмеялся. — Это же просто подарок. Я поговорю с ним завтра и скажу ему быть внимательнее. — Пап. Нин Шу нахмурилась. — Иди спать, — сказал старик. – Ты уже слишком старая, чтобы не спать по ночам. Затем он закрыл дверь. Нин Шу вздохнула. Она затащила Ши Сынань в свою спальню и сказала: — Будешь спать тут. Ши Сынань крепко сжимала в руках подарок от Си Мучэна. Она до сих пор не открыла подарок, поэтому не знала, что было внутри. Когда Ши Сынань увидела, что Нин Шу уходит, она спросила: — Матушка, куда ты? — Пойду повидать твоего дядю, — ответила Нин Шу. Ши Сынань тут же сказала: — Мам, между мной и дядей ничего ведь не случилось. Мам, не дерись с ним больше. К тому времени, когда что-нибудь случится, будет уже слишком поздно что-либо делать. Нин Шу хотела просто покалечить Си Мучэна. Однако Си Мучэн с самого детства общался с гангстерами, и у него было очень сильное чувство бдительности. Ей и так уже повезло, что она смогла дважды покалечить его. Нин Шу посмотрела на Ши Сынань, которая тащила её обратно, а потом оттолкнула её руку. Когда она открыла дверь, она услышала у себя за спиной голос Ши Сынань. — Мам, ты сейчас такая страшная. Неудивительно, что папа ушёл. Почему бы тебе просто не поверить мне? Нин Шу застыла на месте. Она была страшная?! Ей внезапно захотелось рассмеяться. На самом деле, страшным должен быть тот, кто полон ненависти и хочет убить всю семью Ши, верно? Однако в мире Ши Сынань, любой, кто не поступал так, как ей хочется, и плохо относился к ней – был страшным. ---------- Первый Подарок На День Рождения Почему она так упорно цепляется за Си Мучэна, даже несмотря на то, что он так плохо с ней обращается? Нин Шу слабо улыбнулась. Она была ещё какой страшной! Когда Нин Шу пришла в комнату Ши Сынань, Си Мучэна уже там больше не было. Нин Шу услышала звук заводящегося мотора снаружи. Через окно она увидела, как Си Мучэн уезжает из виллы. Когда она вернулась в спальню, она увидела, что Ши Сынань ещё даже не ложилась и всё ещё держалась за подарок Си Мучэна. — Ложись спать. Уже поздно; тебе нужно отдохнуть, — сказала Нин Шу. Ши Сынань немного неловко легла. Она посмотрела на Нин Шу, лежащую рядом с ней, поджала губы и сказала: — Мам, я… Нин Шу повернула голову и спокойно сказала: — Спи. И веди себя хорошо завтра. Когда Ши Сынань увидела такую спокойную Нин Шу, она почувствовала себя ещё более неловко и перестала говорить. Она перевернулась, повернувшись спиной к Нин Ну, и тайком развернула подарок. Внутри была коробочка с ожерельем. Оно было красивым и тонким, с кулоном в виде розового самоцвета. Ши Сынань сжала ожерелье в руке и слабо улыбнулась. Это был первый подарок, который она получила на свой восемнадцатый день рождения. На следующий день вилла была занята подготовкой к вечеринке в честь дня рождения. Гостиная была достаточно большой для этой вечеринки и всей была составлена башня для бокалов с шампанским и всевозможная еда. Официанты в смокингах суетились повсюду. После того, как Си Мучэн уехал ночью, он не вернулся даже к началу вечеринки. Ши Сынань тоже готовилась к празднику при помощи стилиста. Нин Шу открыла дверь и вошла. При виде красиво одетой Ши Сынань она улыбнулась и сказала: — Ши Сынань выглядит сегодня такой красивой. С днём рождения. — Спасибо, мам. Нин Шу заметила ожерелье на шее Ши Сынань и спросила: — Это для тебя стилист выбрала? Ши Сынань покачала головой и сказала: — Нет. Я решила, что оно красивое, вот и надела его. Нин Шу уставилась на ожерелье. Это наверняка был подарок Си Мучэна. Когда Ши Сынань увидела, что Нин Шу пристально смотрит на ожерелье, она невольно прикрыла его рукой и сменила тему разговора. — Мам, я немного нервничаю. — Всё в порядке. Я потом спущусь вместе с тобой, — успокоила её Нин Шу. Гости начали прибывать один за другим. После того, как все приглашённые прибыли, старик выступил с благодарственной речью. Под аплодисменты собравшихся, Нин Шу медленно спустилась по лестнице, держа за руку Ши Сынань. Нин Шу заметила, что Ши Сынань немного нервничает, поэтому похлопала её по руке. — Всё в порядке. Она отвела Ши Сынань, чтобы познакомить её с другими взрослыми. Перед лицом неизвестных людей Ши Сынань была немного сдержанной. Она здоровалась с ними, когда Нин Шу напоминала об этом, но сама она мало разговаривала. Она казалась очень задумчивой. Время от времени Ши Сынань сканировала взглядом весь банкетный зал, но она так и не увидела фигуры своего дяди. Она была немного разочарована. Должно быть, прошлой ночью что-то произошло, отчего её дядя так разозлился. Ши Сынань коснулась ожерелья на своей шее, надеясь, что её дядя сможет прийти на банкет. В сердце Ши Сынань, Си Мучэн заменил ей пропавшего отца, хотя иногда она ощущала себя странно, и её сердце билось быстрее в присутствии красивого дяди. Тем не менее, её сердце действительно наполнилось радостью, когда в её жизни внезапно появился этот дядя. Нин Шу тоже оглядывалась по сторонам. Никто из присутствующих не видел Си Мучэна. Куда же он подевался? Когда Нин Шу собралась на поиски Си Мучэна, весь свет в банкетном зале внезапно потух. Резко возникшая темнота вызвала неразбериху. Нин Шу рефлекторно взяла Ши Сынань за руку и громко сказала: — Слушайте все, не волнуйтесь. Это просто сбой. Свет включится через минуту.ей пропавшего отца, хотя иногда она ощущала себя странно, и её сердце билось быстрее в присутствии красивого дяди. Тем не менее, её сердце действительно наполнилось радостью, когда в её жизни внезапно появился этот дядя. Нин Шу тоже оглядывалась по сторонам. Никто из присутствующих не видел Си Мучэна. Куда же он подевался? Когда Нин Шу собралась на поиски Си Мучэна, весь свет в банкетном зале внезапно потух. Резко возникшая темнота вызвала неразбериху. Нин Шу рефлекторно взяла Ши Сынань за руку и громко сказала: — Слушайте все, не волнуйтесь. Это просто сбой. Свет включится через минуту. ---------- Сюрприз На День Рождения Когда электричество отключилось, весь зал погрузился во тьму. Невозможно было даже разглядеть свои пальцы. Нин Шу крепко держалась за руку Ши Сынань и ждала, пока включится свет. Многие люди достали свои телефоны, отчего в помещении стало немного светлее. Нин Шу смутно разглядела кого-то, идущего прямо в сторону Ши Сынань. И эта фигура выглядела очень похожей на Си Мучэна. Си Муэчен наклонился к уху Ши Сынань, сказал что-то и ушёл. Вокруг было недостаточно света, поэтому Нин Шу не могла видеть выражения лиц Си Мучэна и Ши Сынань. Ей также не удалось подслушать, что Си Мучэн сказал Ши Сынань. Си Мучэн лишь коротко поговорил с Ши Сынань, после чего ушёл. После того, как Си Мучэн ушёл, Ши Сынань сказала Нин Шу: — Мам, я пойду в туалет. — Подожди немного. Подожди, пока свет включится. Нин Шу по-прежнему цепко держала Ши Сынань за руку. — Что тебе сказал дядя? – спросила Нин Шу. — Ни… ничего, — ответила Ши Сынань. Нин Шу с подозрением спросила: — Действительно ли это было "ничего"? Я – твоя мать. Ты можешь мне всё рассказать. — Да это просто ерунда, просто дядя приготовил мне сюрприз на день рождения и ждёт меня снаружи, — сказала Ши Сынань. Выражение лица Нин Шу стало строгим. Её хватка на руке Ши Сынань усилилась, и она сказал: — Этот банкет в твою честь. Как ты можешь внезапно сбежать с него? Подожди, пока всё закончится и я схожу с тобой. На улице уже так поздно, так что тебе небезопасно выходить. Приблизиться к Си Мучэну, это всё равно, что напрашиваться на смерть, всё равно, что посылать мясо в волчье логово. — Это… Ши Сынань замешкалась. Её дядя сказал, чтобы она пришла одна, и что это сюрприз на день рождения, который он приготовил специально для неё. — Электричество скоро починят, — сказала Нин Шу. – Эта вечеринка в честь твоего дня рождения. Ты должна оставаться на ней до конца. Как богатая девушка, разве ты не можешь сделать хотя бы этого? Ши Сынань всё больше и больше хотела уйти. Это была такая скучная вечеринка, а её дядя, должно быть, всё ещё ждёт её снаружи. Ши Сынань внезапно выкрутила руку из хватки Нин Шу и сказала: — Мам, я сейчас вернусь. После этих слов она исчезла, словно в клубах дыма. В помещении было недостаточно света, поэтому Нин Шу не могла найти Ши Сынань. Нин Шу: … Нин Шу выбежала из банкетного зала, приподняв подол платья, и увидела удаляющийся автомобиль. Она посмотрела на задние габаритные огни, стремительно уносящиеся вдаль, и ухмыльнулась. Сюжет поистине необратим. Нет, это не сюжет необратим; это сердце. Всё, что говорил красивый и потрясающий дядя, было правильно. А раз он такой красивый, то он наверняка прав во всём. Нин Шу вернулась на банкет, которыйстал ярче, потому что электричество вернулось. Она подошла к старику, который разговаривал с кем-то ещё, и сказала: — Пап, мне нужно тебе кое-что сказать. Старик отошёл в сторону с Нин Шу и спросил: — Что случилось? — Ши Сынань пропала. — Нин Шу посмотрела на старика. – Она сбежала с Си Мучэном. Нин Шу прямо сказала: — Пап, я не знаю, почему ты так сильно балуешь Си Мучэна, но его существование – словно кость в моём горле. Старик, который был одет в традиционный китайский костюм*, сложил руки за спиной и нахмурился. — Куда они направились? — Кто знает? Нин Шу уже полностью отказалась от Ши Сынань и ей уже больше не было до неё дела. Старик сказал: — Я позвоню Си Мучэну. ---------- Си Мучэн Должен Умереть Старик позвонил Си Мучэну, но не смог дозвониться. Его выражение лица стало немного серьёзнее, а потом он сказал: — Всё в порядке. Они скоро вернутся. Естественно, Нин Шу была недовольна тем, что старик защищал Си Мучэна. Она сказала: — Пап, почему ты так добр к Си Мучэну? В нём даже нет крови семьи Ши. Старик посмотрел на Нин Шу. — Лина, ты теряешь своё хладнокровие. Нин Шу: →_→ Ты не был бы так спокоен, если бы знал, что твой сын собирается кувыркаться с твоей внучкой. — Пап, Си Мучэн даже не сын дяди. А иначе почему его фамилия не Ши? – спросила Нин Шу у старика. – Ты провёл тщательное расследование его прошлого? — Си Мучэн получил фамилию от своей матери, — сказал старик. Нин Шу приложила руку ко лбу и не удержалась от того, чтобы покачать головой. — Пап, ты действительно… Старый и запутавшийся. Нин Шу нахмурилась. Старик был бизнесменом; как он мог сделать что-то столь глупое? Когда её дядя украл все деньги компании, и они остались ни с чем, это была идея старика, которая спасла компанию. Люди вроде старика становятся только более опытными, чем дольше они живут, превращаясь в старых лисов. Ты так добр к сыну человека, который забрал все деньги из компании, потому что чувствуешь себя виноватым? Или Си Мучэн для чего-то нужен старику? Или старику что-то нужно от Си Мучэна? Похоже, что всё гораздо сложнее, чем это выглядит на поверхности. Старик ведь тоже был убит Си Мучэном, поэтому никто не узнал подробностей. Нин Шу посмотрела на старика и, в итоге, покачала головой. Что бы он там ни планировал, Си Мучэн должен умереть. Си Мучэн был кровожадным волком, которого невозможно было приручить. Его убийство будет наиболее безопасным, а иначе они сами пострадают. Нин Шу больше даже не удосужилась думать о том, что произошло с Ши Сынань. Вместо этого она начала болтать с деловыми партнёрами. Несколько человек полюбопытствовали насчёт Ши Сынань, предположительно с намерением сформировать союз с семьёй Ши. Нин Шу лишь рассмеялась и сказала, что Ши Сынань всё ещё молодая и должна отучиться в колледже, поэтому они пока не возлагают на неё подобных планов. Если девушку вроде Ши Сынань выдать замуж в чью-то другую семью, то это сформирует не союз, а обиду. Она была невинной, красивой, неприхотливой и равнодушной к вопросам светского общества. Ши Сынань не будет общаться с другими людьми, как бы это сделала богатая леди. Нин Шу не собиралась также устраивать Ши Сынань жениха, который придёт к ним в семью. Так как ей нравится её "дядя", то уж пусть будут вместе. В этой жизни они никогда не разлучатся. Пока вечеринка всё продолжалась, Ши Сынань сидела в кабриолете Си Мучэна. Вечерний бриз приятно дул ей в лицо. Ши Сынань невольно подняла руку навстречу ветру. С улыбкой на лице она сказала: — Как же хорошо быть тут. Та вечеринка была такой душной. Си Мучэн продолжал смотреть на Ши Сынань, отчего она немного смутилась. Она опустила руку и выжидательно спросила: — Дядя, что за подарок на день рождения ты для меня приготовил? На лице Си Мучэна была злая улыбка. Его глубокий взгляд сиял, словно звёзды в ночном небе. — Глупышка. Когда Ши Сынань увидела Си Мучэна таким, она застыла. Она почувствовала себя так, словно всё вокруг неё исчезло и остались только глаза Си Мучэна. Си Мучэн согнул пальцы и легонько щёлкнул Ши Сынань по голове. Лицо Ши Сынань взорвалось румянцем, когда Си Мучэн коснулся её. Она почувствовала, что вся горит, а в её сердце появился намёк на сладость. Си Мучэн заметил влюблённость во взгляде Ши Сынань, и его губы изогнулись. Он привёз Ши Сынань к отелю. Ши Сынань в замешательстве осмотрелась и спросила: — Дядя, зачем ты привёз меня сюда? Си Мучэн взял Ши Сынань за руку. Ши Сынань дёрнулась, словно от шока, и попыталась выдернуть руку, но он не отпустил. Мысли Ши Сынань были в смятении, и она пробормотала: — Дядя, д… — Отель такой огромный, но ты не потеряешься, если возьмёшь меня за руку. На лице Си Мучэна была многозначительная улыбка. Примечание:* традиционный китайский костюм ---------- Ты — Принцесса Ши Сынань позволила Си Мучэну отвести её в отель. Си Мучэн толкнул дверь в номер. Это были президентские апартаменты, но они были украшены, как во сне. Ши Сынань восхищённо осматривалась по сторонам, словно она только что вошла в замок. После того, как Ши Сынань вошла в номер, она удивлённо сказала Си Мучэну: — Спасибо, дядя. Мне это очень нравится. Си Мучэн достал из-за спины сияющую корону и надел её на голову Ши Сынань. Алмазы сияли в лучах света. — В моём сердце, ты – принцесса, которая ждёт спасения в замке. Голос Си Мучэна был низким и магнетическим. На пару с обстановкой мечты, это обладало фатальной притягательностью. Лицо Ши Сынань взорвалось красным румянцем. Она коснулась алмазной короны на своей голове и широко и сладостно улыбнулась. — Спасибо, дядя. Когда Си Мучэн посмотрел на улыбку Ши Сынань, его взгляд стал глубже, и он поцеловал Ши Сынань в лоб. Ши Сынань была ошеломлена и сделала два шага назад, но упала на диван. Уголки рта Си Мучэна изогнулись в снисходительной улыбке. Уперевшись одной рукой в диван, он навис над Ши Сынань. — Что же ты такая неосторожная? Сердце Ши Сынань колотилось, словно барабан. От волнения её тело начало слегка трястись от неконтролируемого страха. Её женские инстинкты подсказывали ей, что сейчас произойдёт то, что выходит за рамки её воображения. Ши Сынань прижала руки к груди Си Мучэна, пытаясь оттолкнуть его, но эта жалкая попытка ни к чему не привела. Си Мучэн прижал руки Ши Сынань и опустил голову, чтобы поцеловать её в губы. Вкус был таким сладким. Он обхватил затылок Ши Сынань и стал высасывать её сладость. Разум Ши Сынань опустел. Она не осознавала ничего из происходящего вокруг и просто застыла. Электричество на её губах распространялось в каждый уголок её тела, отчего оно стало таким вялым, словно её душа вот-вот покинет тело. Си Мучэн отпустил Ши Сынань. Видя её выражение лица, он тихо рассмеялся и подхватил ошеломлённую Ши Сынань. Ши Сынань тут же отреагировала и начала непрерывно вырываться. Однако Си Мучэн крепко держал её, и она не смогла вырваться. — Племянница, скоро дядя сделает тебя очень счастливой. Голос Си Мучэна был завлекательным, словно у дьявола, соблазняющего мир. — Нет, вы не можете. Нет… … На следующий день лучи солнечного света проникли в номер отеля сквозь занавески. По полу в беспорядке была разбросана одежда, а два человека лежали на постели в объятиях друг друга. Веки Ши Сынань задрожали, она открыла глаза и увидела рядом с собой красивое лицо дяди. Она поспешно села, отчего одеяло сползло с неё. Ши Сынань торопливо обернула одеяло вокруг своей груди. Си Мучэн озадаченно проснулся. Когда он открыл глаза и увидел Ши Сынань, он тут же перекатился и лёг на неё сверху. — Дядя, нет. Слёзы Ши Сынань потекли ручьями по её щекам. Она оказалась в таких отношениях со своим дядей. Си Мучэн сказал со злой улыбкой: — Почему нет? — Нет, нет. – Ши Сынань непрерывно крутила головой. – Вы – мой дядя, младший брат моей матери. — Младший брат? Хе-хе, этой ночью мой младший брат был внутри тебя. Си Мучэн тихо усмехнулся. Си Мучэн поцеловал Ши Сынань. Поначалу она сопротивлялась, но потом её взгляд стал немного потерянным. Вся сила в её теле снова была высосана Си Мучэном. После поцелуя, он озорно улыбнулся и сказал: — Твой рот говорит "нет", но твоё тело честнее. Чувствуя смущение и неловкость, Ши Сынань начала умолять Си Мучэна: — Дядя, прошу, не говори об этом деде и маме. Свет во взгляде Си Мучэна стал глубже, и он сказал хриплым голосом: — Мне нравится, когда ты называешь меня дядей, находясь подо мной. ---------- Должна Быть Послушной — Если ты хочешь, чтобы я об этом молчал, тогда ты должна быть послушной в будущем, — злобно сказал Си Мучэн, обводя взглядом тело Ши Сынань. Ши Сынань не удержалась и обхватила руками свою грудь. Она прикрыла грудь и кивнула. — Я обязательно буду слушаться дядю. Дядя, пожалуйста, никому не говори. — Какая хорошая девочка. На лице Си Мучэна расцвела злобная ухмылка. … Когда Си Мучэн и Ши Сынань вернулись на виллу, Нин Шу завтракала. Она лишь мельком глянула на этих двоих и продолжила грызть свой гамбургер. Как только она увидела порозовевшие щёки Ши Сынань, она поняла, что произошло. В итоге, они всё равно стали парой. Такой уж была персона Ши Сынань; она словно была сделана специально для Си Мучэна. В итоге, как бы Нин Шу ни старалась, ей не удалось остановить Ши Сынань от того, чтобы наброситься на Си Мучэна. Поначалу Нин Шу думала, что раз Ши Сынань – дочь изначального хоста, то она должна вступиться и не позволить этим двоим сойтись вместе. Особенно учитывая последующее физическое и психологическое издевательство, которое временами будет довольно болезненно для Ши Сынань. Но теперь всё выглядело так, словно в её беспокойстве не было нужды. Даже её собственная мать отказалась от неё, так что можно было представить, насколько глупой была Ши Сынань. Нин Шу больше не было дела до Ши Сынань. Ши Сынань стала врагом, так же как Си Мучэн, поэтому она не станет из-за неё переживать. Когда Ши Сынань предстала перед своей собственной матерью, она почувствовала себя виноватой. Она боялась, что Нин Шу начнёт спрашивать, где она была ночью и о том, что произошло. Ши Сынань медленно подошла к Нин Шу и осторожно сказала: — Мам… Нин Шу просто сказала: — Ешь. Потом я отвезу тебя в школу. Когда Ши Сынань услышала, что Нин Шу всё ещё хочет отправить её в ту военизированную школу, её лицо потемнело. Она поспешно повернулась к Си Мучэну. После того, как она оказалась в подобных отношениях с Си Мучэном, она начала подсознательно считать его самым близким человеком. Си Мучэн холодно сказал: — Сынань – старшая мисс в семье Ши. Как она может ходить в подобную третьесортную школу? Я не согласен. Нин Шу ответила с безразличным выражением на лице: — А мне плевать, согласен ты или нет. Какое ты имеешь право возражать? — Мои отношения с ней… Си Мучэн не успел закончить свою фразу, когда Ши Сынань прервала его. — Он просто дядя, просто дядя. Си Мучэн посмотрел на паникующую Ши Сынань и усмехнулся. Ши Сынань боялась, что Си Мучэн разболтает об их тайной интрижке. Поэтому она сменила тему разговора, с мольбой глядя на Нин Шу. — Мам, не отправляй меня больше в ту школу, пожалуйста. — Ты уверена, что не хочешь туда ходить? – безразлично спросила Нин Шу. Ши Сынань кивнула. — Мам, я правда не хочу туда ходить. — Ну и ладно. Нин Шу теперь уже было наплевать на Ши Сынань. Ши Сынань никак не ожидала, что Нин Шу так легко согласится. Сперва она была ошеломлена, а потом улыбнулась. — Спасибо, мам. Ши Сынань обняла Нин Шу и сказал: — Спасибо, мам. Я тебя люблю. — Чем это от тебя пахнет? Нин Шу бесцеремонно оттолкнула Ши Сынань. Когда Ши Сынань была отодвинута от своей собственной матери, она всё равно немного обиделась. Она невольно принюхалась к своей одежде. Она ведь уже приняла душ, так почему же она пахла? Нин Шу допила своё молоко в стакане, взяла сумочку и отправилась на работу. Когда Ши Сынань увидела, что Нин Шу вот так просто уходит, она закричала: — Мам… — Чего? Нин Шу повернула голову, чтобы посмотреть на Ши Сынань. Столкнувшись с равнодушным и безразличным взглядом Нин Шу, Ши Сынань почувствовала себя неуютно. Реакция её матери была слишком аномальной. ---------- Главное, Чтобы Ты Была Счастлива Ши Сынань предпочла бы, чтобы её мать спросила о том, где она была прошлой ночью, что она делала и почему всю ночь не возвращалась домой. На обратном пути Ши Сынань всю дорогу ломала голову над тем, как бы всё объяснить своей матери, но та даже не задала ни одного вопроса. Её безразличие заставило Ши Сынань почувствовать ещё большее опасение. — Мам, я правда могу не возвращаться в ту школу? Это было настолько неожиданно и легко, что Ши Сынань даже не могла в это поверить. Бог знает, как сильно она ненавидела и боялась той школы. Иногда, посреди ночи, её мучила жажда, но она не смела покидать свою комнату, когда во всём общежитии было темно. И хотя общежитие было маленьким, там жило несколько человек. Ши Сынань постоянно чувствовала странный запах в общежитии. Нин Шу посмотрела на Ши Сынань: — Главное, чтобы ты была счастлива. Бросив эти слова, она развернулась и ушла из виллы, поехав прямо в детективное агентство. Частный детектив выдал Нин Шу видео. Оно было немного расплывчатым и трясущимся, поскольку было тайком снято с мобильного телефона. На видео показывалось, как некоторые клиенты покупают наркотики. Нин Шу достала ноутбук из своей сумки, подключила телефон через кабель и скопировала видео. После этого Нин Шу спросила у частного детектива: — Откуда это видео? — Оно было тайно снято одним из официантов в клубе, после того как я заплатил ему двести тысяч долларов, — частный детектив развёл руками. – На кону была его жизнь. Если бы не его семейная ситуация, то он бы не стал так рисковать. Нин Шу безразлично сказала: — Деньги это не проблема. Подобные сделки происходят каждый день? — Клуб предоставляет такие услуги только для членов. У новых гостей нет к этому доступа, — сказал частный детектив. — Даже у официантов есть доступ? – спросила Нин Шу. Частный детектив покачал головой. — Обычно официанты не могут касаться таких вещей. Для этого в клубе есть специальный диспетчер. Нин Шу вернула телефон частному детективу и заплатила компенсацию. Покинув офис детектива, Нин Шу вытерла отпечатки пальцев с флешки туалетной бумагой, положила её в пакет, а его положила в коробку экспресс-доставки в полицейский участок. После этого она позвонила в полицию с общественного телефона. Когда на другом конце подняли трубку, она в панике закричала: — Алло, я хочу поговорить с полицией. Я – работница Клуба Сюаньчэн. Они заставляют меня продавать своё тело! Они убьют меня, если я откажусь. А ещё я сняла, как они продают наркотики. Я отправила улики в ваш полицейский участок. Голос Нин Шу дрожал, изображая её страх и нервозность. Как только были упомянуты наркотики, полицейский на другом конце телефона сказал: — Где вы? Не бойтесь. Мы за вами приедем. — Не надо, не надо. Они убьют меня! Нин Шу повесила трубку. Разобравшись со всем этим, она пошла в магазин лечебных трав, чтобы взглянуть и купить некоторые лекарства. Даже если она не могла отравить их насмерть, она не станет делать жизнь Си Мучэна и Ши Сынань лёгкой. Конечно, мышьяк даже не обсуждался. Современное оборудование легко могло его обнаружить. Нин Шу прогуливалась по магазину трав. Как для божественной медицины требуются божественные травы, так и для смертельных ядов требуются превосходные ядовитые материалы. Все эти лекарственные травы, по большей части, были выращены искусственным образом, что делало их более слабой версией диких трав. Нин Шу разглядывала эти травы и размышляла над рецептом для яда. Однако качество этих материалов было слишком низким, чтобы достичь желаемого эффекта. В итоге, она выбрала более непристойный рецепт, приворотный порошок. Нин Шу купила корень зелёного костуса, мускус, серу и другие необходимые материалы. Она заставит их понять, что означает заниматься любовью, и какова настоящая любовь. Нин Шу сложила всё в свою сумочку и пошла в офис, чтобы состряпать лекарство. С другой стороны, как только Нин Шу позволила Ши Сынань бросить военизированную школу, Си Мучэн отвёз её в эту школу. А затем он вернул её школьную регистрацию в её изначальную школу. Классная руководительница Ши Сынань позвонила Нин Шу, чтобы спросить о Ши Сынань. Нин Шу закатила глаза и безразлично сказала: — Пусть делают, что хотят. ---------- Лекарство с Ноткой Магии Повесив трубку, Нин Шу вернулась к перемалыванию материалов в порошок. Как только все ингредиенты превратились в порошок, остался лишь один недостающий момент: волосы Ши Сынань и Си Мучэна. В этом лекарстве была нотка магии. Уйдя вечером с работы, Нин Шу вернулась на виллу. В гостиной никого не было. Она отправилась в комнату Ши Сынань, чтобы найти прядь её волос. Нин Шу схватилась за дверную ручку и повернула её, но дверь оказалась заперта. Она услышала изнутри чьи-то слабые голоса. Нин Шу прижалась ухом к двери, но голоса всё равно были нечёткими. Нин Шу просто легла на пол, чтобы послушать через щель под дверью. Теперь голоса были гораздо более отчётливыми, вот только… — Дядя, не надо. Правда, не надо… — Ах, ты, маленькая дьяволица. Ты хоть понимаешь, что играешь с огнём? Не шевелись. Если снова пошевелишься, то я не могу гарантировать, что произойдёт. Раз уж ты разожгла огонь, то ты и должна его потушить. — Дядя… Нин Шу: (╯°Д°)╯︵┻━┻ Какого чёрта. Она внезапно услышала так много оригинальных и аутентичных цитат председателя, что Нин Шу вся покрылась гусиной кожей. Что же там за пошлая сцена разворачивалась за дверью? Нин Шу почувствовала, как ей в глаза и уши налили десять бутылок соуса чили, причём это был Дьявольски Извращённо Острый соус. Нин Шу пнула дверь ногой. Ши Сынань запаниковала и оттолкнула Си Мучэна. Затем она нервно спросила: — Кто там? — Это я. Открывай дверь, — прокричала Нин Шу. Лицо Ши Сынань побледнело, и она прошептала Си Мучэну: — Дядя, мама пришла. Спрячьтесь, пожалуйста. Си Мучэн сжал губы и встал ровно на своём месте, пока Ши Сынань толкала его в сторону ванной. — Пожалуйста, спрячьтесь. Если мама узнает, что вы в моей комнате, то вы снова подерётесь. Ши Сынань была так взволнована, что её лицо покраснело. Си Мучэн посмотрел сверху вниз на то, как открываются и закрываются сладкие красные губы Ши Сынань. Его взгляд стал глубже, и он спросил: — Ты так боишься, что я поранюсь? Столкнувшись с таким простым вопросом от дяди, Ши Сынань покраснела и стала отрицать. — Я волнуюсь, что мама разозлиться, а не о том, что вы поранитесь. Си Мучэн стоял на своём месте. Он не поддавался, как бы сильно ни старалась Ши Сынань. — Я не буду прятаться. С какой стати я должен прятаться? – безразлично сказал Си Мучэн. Ши Сынань была так взбудоражена. Её мать продолжала долбить в дверь, в то время как её дядя отказывался прятаться. — Дядя, прошу. Я волнуюсь, что вы поранитесь. Скорее спрячьтесь. Если мама узнает о наших отношениях, она забьёт меня до смерти, — Ши Сынань начала неистово упрашивать Си Мучэна. Си Мучэн холодно сказал: — Она не посмеет ничего тебе сделать. Никто не смеет трогать моих людей. Ты под моей защитой. — Да, дядя меня защищает. Ши Сынань затолкала Си Мучэна в ванную, закрыла дверь и поправила свою одежду. Она сделала глубокий вдох, прежде чем открыть дверь. Когда Ши Сынань открыла дверь, она увидела безразличное выражение лица Нин Шу. Её сердце дрогнуло. Она чувствовала, что её мать стала для неё неузнаваемой. В ней больше не было ни следа тепла. Нин Шу вошла в комнату и огляделась вокруг. Когда она обнаружила длинные волосы Ши Сынань на подушке, она подобрала их.Ши Сынань с удивлением посмотрела на Нин Шу. — Мам, что ты делаешь? — Ничего. Где тот парень? – спросила Нин Шу. – Я слышала, что в комнате разговаривало два человека. ---------- Мясной Щит Нин Шу огляделась по сторонам, прежде чем направилась в сторону ванной, но Ши Сынань тут же заблокировала ей дорогу. Она начала трясти головой и говорить: — Мам, тут никого больше нет. Я тут одна. — Я слышала мужской голос, — безразлично сказала Нин Шу. Ши Сынань тут же покачала головой. — Тут правда никого нет. Я разговаривала по телефону. Твой телефон был конфискован, ладно? Как ты могла позвонить кому-то? — Я просто гляну. Нин Шу вытянула руку, чтобы оттолкнуть в сторону голову Ши Сынань. — Ой, — воскликнула Ши Сынань. — Мам, твоё кольцо зацепилось за мои волосы. Ши Сынань согнулась вслед за рукой и закричала на Нин Шу. Нин Шу сказала: — Не двигайся. Я сейчас его вытащу. Она посмотрела на волосы Ши Сынань, похожие на водоросли и выдернула несколько здоровых корней. Ши Сынань зашипела и резко вдохнула от боли. Нин Шу убрала волосы, а потом оторвала волосы, которые обернулись вокруг кольца. Ши Сынань потёрла голову и спросила у Нин Шу: — Мам, тебе что-то нужно? — Я просто пришла повидать тебя. Когда Нин Шу повернулась к ванной, Ши Сынань тут же закричала: — Мам.. Её голос бы громким, словно она предупреждала человека, находящегося в ванной. Когда Нин Шу потянула на себя дверь ванной, в сторону её лица полетел огромный кулак. Она рефлекторно увернулась от него, и незаметно направила Ши Сынань в сторону кулака Си Мучэна. Когда Си Мучэн увидел Ши Сынань, он попытался убрать свой кулак. И хотя он вовремя потянул его обратно, его кулак всё равно зацепил её нос. Хоть сила и была сокращена до минимума. Из носа Ши Сынань тут же полилась кровь, а сама она потеряла сознание не сходя с места. Си Мучен плотно нахмурил брови, явно будучи очень взволнованным. Он присел, чтобы обнять Ши Сынань. Из её носа лилась кровь, а её глаза были закрыты. Си Мучэн гневно уставился на Нин Шу с пробирающим до костей холодом во взгляде. Он подобрал Ши Сынань, готовясь уйти из комнаты. Однако у Нин Шу были другие планы. Она налетела на спину Си Мучэна, протянула руку и схватила его за волосы. После чего с силой дёрнула и вырвала клок волос Си Мучэна. Си Мучэн сдавленно застонал. Так как все его мысли были направлены на тело в его руках, внезапная атака Нин Шу полностью застала его врасплох. Си Мучэн посмотрел на Нин Шу и холодно сказал: — Каким бы жестоким ни был тигр, он не станет есть своего ребёнка. Но ты, оказывается, обращаешься со своей дочерью подобным образом. Хоть движения Нин Шу и были незаметными, Си Мучэн всё равно увидел, что эта женщина использует собственную дочь в качестве мясного щита. Си Мучэн с отвращением посмотрел на Нин Шу. — Ты и твоя мать одного поля ягоды... Бессердечные и нечестивые бляди. Она была шлюхой, которая играла с двумя мужчинами... В голосе Си Мучэна была скрытая злоба. Женщина, про которую говорил Си Мучэн — это была мать Ши Лины, которая заставила двух братьев Ши обернуться друг против друга. Нин Шу саркастично сказала: — А ты кто такой, чтобы говорить подобные вещи? Это дела семьи Ши. Тебе-то какое до этого дело? Кем он себя возомнил? Арбитром? Разве семья Ши ему что-то должна? Это как минимум озадачило Нин Шу. Си Мучэн посмотрел на нос Ши Сынань, который кровоточил как маленький фонтан. Он не стал больше разговаривать с Нин Шу и ушёл вместе с Ши Сынань на руках. Вскоре послышался звук заведённого двигателя во дворе. Нин Шу посмотрела вниз и увидела капли крови. Их было немало; сила кулака Си Мучэна была очень большой. Она вышла из спальни и заметила, что лестница тоже была вся в каплях крови. Она сказала горничной: — Вытри всю кровь в комнате юной мисс. — Да. ---------- Золотые Яйца в Беде Нин Шу планировала отправиться в больницу, чтобы проведать Ши Сынань, когда получила звонок из детективного агентства. Она узнала, что полчаса назад полиция устроила рейд на клуб Си Мучэна. Было совершенно множество арестов, и они обнаружили, что с клубом связано множество богатых людей. Полчаса назад, разве Си Мучэн не флиртовал с Ши Сынань? Но теперь Си Мучэн уже должен был получить сообщение. На одной чаше весов был его клуб, где лежат его золотые яйца, а на другой — его возлюбленная. Тц, тц, какая дилемма. Нин Шу попросила секретаршу проверить, в какой больнице была Ши Сынань. Она дождалась, пока секретарша найдёт адрес, после чего поехала в больницу. Нин Шу прибыла к больничной палате Ши Сынань. Си Мучэна там не было. Очевидно, он ушёл разбираться сперва с неожиданно возникшим кризисом. Он не стал оставаться с Ши Сынань и дожидаться, пока она придёт в себя. Нин Шу подошла к койке и увидела, что голова Ши Сынань была замотана бинтом. Рядом с её носом бинты постепенно пропитывались кровью. Нин Шу вызвала доктора, чтобы ей сменили повязку. Если оставить кровотечение без присмотра, то Ши Сынань может задохнуться, когда кровь попадёт в горло. Нин Шу спросила у доктора: — Как там моя дочь? — Серьёзное повреждение мягких тканей, — сказал доктор. — Носовая кость треснула, плюс сотрясение. Нин Шу: … Если бы его кулак попал ей в лицо, то она бы наверняка умерла. — Вылечите её, как следует. Деньги не проблема, — сказала Нин Шу. Нин Шу некоторое время пробыла в больнице, после чего ушла. Она отправилась в компанию, так как планировала избавиться от нескольких проектов Си Мучэна, пока он был занят клубом. Два его проекта были сразу же отменены, так как обоими партнёрами были компании Си Мучэна. Хоть у этих компаний и были официальные представители по бумагам, обе эти компании на самом деле принадлежали Си Мучэну. И заключённые контракты были буквально подаренными деньгами для компаний Си Мучэна. Нин Шу сразу же отменила эти проекты. Этот парень вытягивал деньги семьи Ши, убил семью Ши, и пользовался дочерью семьи Ши. Что же такого натворила семья Ши, что с ней обошлись таким образом? Когда секретарь Си Мучэна увидел, что сделала Нин Шу, он сказал: — Председатель, разве мы не должны проконсультироваться по этому вопросу с вице-президентом? — А зачем его спрашивать? Это же я тут председатель. Нин Шу холодно сказала: А потом она посмотрела на секретаря и сказала: — Секретарь Ли, верно? Ты пользовался преимуществом своей должности и брал взятки. Ты уволен. Секретарь Ли был ошеломлён. Он сказал: — Я — человек вице-президента. Даже если и увольнять меня, это должен делать вице-президент. Я не брал никаких взяток. — Эта компания принадлежит семье Ши. Почему же мне так трудно должно быть уволить секретаря? Ты не только брал взятки, но ещё и доставал сотрудниц компании. Кто-то уже доложил на тебя руководству компании. Секретарь Ли с очень сердитым и бледным лицом развернулся и ушёл из кабинета, чтобы позвонить Си Мучэну. Си Мучэн был занят клубом. Многие сотрудники клуба были арестованы, и теперь ему нужно было найти способ их освободить. Когда у него будет время заботиться о каком-то мелком секретаре? Эти контракты всё равно были мелочью для Си Мучэна. А вот клуб был его курицей, несущей золотые яйца. Секретарь Ли стал пушечным мясом в битве между двумя сторонами, и теперь он хотел сразиться за свои права. Секретарь Ли сказал: — Председатель, выплатите мне зарплату за год вперёд и бонус в качестве половины зарплаты. Нин Шу услышала, как секретарь Ли сказал, что он хочет, чтобы она выдала ему зарплату за год и бонус в количестве пятидесяти процентов от этой зарплаты, что было, в итоге, зарплатой за полтора года. Секретарю главы компании вряд ли недоплачивали. Даже после увольнения он всё равно просил зарплату за полтора года. Выплатить ему зарплату за три месяца — это уже было верхом доброжелательности. Где его чувство стыда? Как он может говорить такое? ---------- Какой Босс, Такой и Секретарь Ради людей Си Мучэна Нин Шу не собиралась быть вежливой. Причина, почему подчинённые Си Мучэна были такими, была в том, что он поощрял подобное поведение. Если эта компания развалится, то Си Мучэну это будет только на руку. Нин Шу не сказала ни слова. Вместо этого она взяла телефон, чтобы позвонить в полицию. Вот уж действительно, человек без чувства удовлетворения подобен змее, пытающейся проглотить слона. Когда секретарь Ли увидел, что Нин Шу собирается позвонить в полицию, он тут же сказал: — Председатель, мне не нужен бонус. Просто выплатите мне зарплату. Если полицейские выведут его из компании, то его карьера будет окончена, и ни одна другая компания никогда не примет его на работу. Нин Шу лишь пристально уставилась на секретаря. У него была плохая репутация в компании, и он приставал к немалому количеству сотрудниц. Из-за выдающейся внешности Си Мучэна и его статуса в компании, многих сотрудниц это привлекло и они пытались с ним сблизиться. Естественно, ближайшим человеком к Си Мучэну был его секретарь. И поэтому многие сотрудники пытались выслужиться перед секретарём Ли, чтобы получить возможность поладить с Си Мучэном. В результате, с помощью лести и уговоров секретарь Ли приставал ко многим женщинам, но не только ради денег, но и ради секса. И сотрудницам приходилось мириться с этим. — Председатель, это же морально неправильно для вас, делать такое. В бизнесе нет места доброжелательности. Что хорошего вы сделаете компании, если вызовете полицию и это повлияет на имидж компании? — сказал секретарь Ли. Нин Шу усмехнулась. Подобные люди всегда и везде были бедствием. Она больше не колебалась и позвонила в полицию. Она должна убить цыплёнка, чтобы напугать обезьян. Нравственный облик компании были испорчен как раз такими людьми. Когда секретарь Ли увидел, что Нин Шу действительно вызвала полицию, его лицо побледнело, и он упал на пол, не в силах подняться. В итоге, секретаря Ли увела полиция. А вскоре против него будет проведено судебное заседание. Затем Нин Шу попросила свою секретаршу проинформировать всех в компании о происшествии с секретарём Ли. Однако она сказала только, что секретарь Ли принимал взятки, и не стала упоминать, что он приставал к сотрудницам. В любом случае, Нин Шу избавилась от всех побочных проектов Си Мучэна, по отношению к которым у неё были какие-либо подозрения. Пока его не было в компании, она должна убрать всё, что можно было убрать. В итоге, всё это было сделано для того, чтобы избавиться от влияния Си Мучэна в компании. Что бы там ни думал старик, компания Ши должна быть сохранена. А Си Мучэн должен остаться ни с чем и должен умереть. После того, как всё было сделано, Нин Шу отправилась в больницу, чтобы повидать Ши Сынань, которая уже пришла в себя. Однако у неё всё ещё кружилась голова из-за сотрясения. Лицо Ши Сынань было несравненно бледным. Её глаза были на мокром месте, а сама она выглядела жалкой. Когда Ши Сынань увидела Нин Шу, её глаза разочарованно закрылись. Она обвела взглядом комнату, но не увидела того, кого ей больше всего хотелось увидеть. Нин Шу села на край койки и спросила: — Болит? Ши Сынань не хотела говорить, иначе у неё начнут двигаться бинты и её нос будет очень сильно болеть. Сейчас её нос был таким опухшим, что даже загораживал нижнюю часть обзора Ши Сынань. Из-за сотрясения мозга, у Ши Сынань было головокружение и тошнота. Она даже не могла ничего есть. Тем не менее, Ши Сынань мучилась от голода. Она посмотрела на Нин Шу и с трудом сказала: — Я голодная. В данный момент желудок Ши Сынань был пуст. Когда она пришла в себя, её стошнило всем тем, что у неё оставалось в желудке. У Ши Сынань не оставалось иного выбора, кроме как есть жидкую пищу понемногу. Нин Шу принесла немного жидкой каши из больничного кафетерия, но она была очень безвкусной. Каша была сделала из остатков сухого риса и на вкус была как вода, которую оставили, чтобы отмачивать кастрюлю. Нин Шу взяла ложку, зачерпнула кашу и стала кормить Ши Сынань. Ши Сынань с трудом открывала рот и пила кашу, но в её взгляде было отвращение. Когда Нин Шу зачерпнула очередную ложку и поднесла её ко рту дочери, Ши Сынань повернула голову в сторону. Она больше не могла это есть. Раз Ши Сынань не хотела есть, Нин Шу перестала кормить её и поставила тарелку с кашей на тумбочку у койки. В больничной палате стало тихо, когда Нин Шу и Ши Сынань стали смотреть друг на друга. К этому времени связь матери и дочери между ними уже практически исчезла. Нин Шу не баловала Ши Сынань, как это делала изначальный хост, поэтому Ши Сынань постоянно чувствовала себя обиженной и злой. ---------- Поздние Стадии Стокгольмского Синдрома На самом деле, в глубине души она всё ещё хотела, чтобы Нин Шу извинилась. Человек, который хорошо относился к ней почти двадцать лет, внезапно стал относиться к ней плохо; это было слишком, чтобы Ши Сынань могла внезапно такое принять. С другой стороны был человек, который всегда относился к ней плохо. Но, когда он проявлял немного нежности, она тут же шла на компромисс. Это были типичные поздние стадии стокгольмского синдрома. Нин Шу встала, намереваясь уйти. Ей ещё много чего нужно было сделать, поэтому она не хотела тратить своё время на Ши Сынань. — Я... Нин Шу не успела закончить предложение, когда зазвонил телефон, который находился на столе неподалёку от больничной койки. Ши Сынань тут же стала выглядеть немного взволнованной, когда она услышала звонок. Она даже села на больничной койке. Но вскоре она легла обратно, чувствуя головокружение и тошноту от слишком резкого движения. Рана в её носу тоже взорвалась болью. Ши Сынань почувствовала, как из её носа течёт влажная, липкая, тёплая жидкость. Телефон на столе всё ещё звенел и вибрировал. Ши Сынань посмотрела на Нин Шу. — Мам. Её взгляд метался между телефоном и Нин Шу. Однако было очевидно, что она сейчас не в самом хорошем состоянии, так как её губы были бледными, словно бумага. Сила любви была поистине невероятной. Нин Шу взяла телефон и посмотрела, кто звонит; это был её так называемый младший брат. Она тут же повесила трубку и сказала Ши Сынань: — Ты сейчас не в том состоянии, чтобы отвечать на телефонные звонки. Сфокусируйся на восстановлении. — Мам. Ши Сынань зашипела на Нин Шу. Её взгляд стал мрачным, когда Нин Шу взяла её телефон, а её повязка стала красной от крови, вытекающей из её носа. Нин Шу нажала на тревожную кнопку, находящуюся на прикроватном столике, чтобы оповестить доктора. Ши Сынань упрямо посмотрела на Нин Шу: — Зачем ты повесила трубку? Нин Шу безразлично сказала: — Я конфисковала твой телефон и твою кредитную карточку. Откуда у тебя появились деньги на покупку нового телефона? Ей не нужно было глубоко задумываться, чтобы понять, что этот телефон был куплен Си Мучэном. Нин Шу пролистала список контактов. Там был только номер Си Мучэна, а также несколько текстовых сообщений с двусмысленными и провокационными словами. Нин Шу не знала, почему, но у неё всё тело покрылось гусиной кожей. Ей было отвратительно. К этому времени Ши Сынань уже должна понимать, что Си Мучэн был её дядей. И хотя они не были связаны кровью, они всё равно были родственниками по закону. Как ни посмотри, но это был инцест. Несмотря на то, что Ши Сынань знала, что это было неправильно, она всё равно продолжала называть его дядей, когда стонала под телом дяди. Нин Шу почувствовала, как эти три вида шока вот-вот уничтожат её мировоззрение. Ши Сынань в шоке посмотрела на Нин Шу. Она была ошеломлена тем, что её мать начала рыться в её телефоне, не обращая внимания на её желания и личное пространство. — Мам, как ты могла так поступить? У Ши Сынань разболелся мозг. Когда её мать стала такой? Через несколько мгновений пришёл доктор и прижал Ши Сынань к койке, чтобы обработать её рану. Нин Шу положила телефон на стол, развернулась и ушла. Она больше не будет приходить в больницу. То, что происходило с Ши Сынань, уже больше не было её заботой. Вся семья Ши не имела такого веса в сердце Ши Сынань, как Си Мучэн. Иногда женщины были такими существами, что могли убить своих родителей ради мужчин. В этой жизни женщинам есть дело только до мужчин. Они больше всего говорят о них, больше всего скучают по ним, и винят больше всего мужчин. Мужчины, мужчины, одни лишь мужчины... ---------- Эмоциональное Оскорбление Ничего Не Решает Нин Шу вернулась на виллу и, когда она вошла, увидела старика, сидящего на диване и читающего газету. Нин Шу поприветствовала старика: — Пап. Старик сложил газету и положил её на кофейный столик. Он снял свои очки и спросил у Нин Шу: — Чем эта девочка, Сынань, так рассердила тебя в последнее время? Она даже сказала, что рана на её лице — это из-за тебя. Старик посмотрел на Нин Шу. — В последнее время ты относишься к ней гораздо холоднее. Эмоциональное оскорбление ничего не решает. Нин Шу: →_→ Нин Шу даже не думала, что Ши Сынань обвинит её в своей травме. Вероятно, она не посмела говорить, что это её ударил дядя, который прятался в ванной. Вот что за дочь!!! — Пап, у меня свои причины, — сказала Нин Шу. — Как бы там ни было, она всё ещё твоя дочь. Так или иначе, на её плечи, как на члена семьи Ши, возложен груз ответственности, — безразлично сказал старик. Нин Шу поняла, что в словах старика есть более глубокое значение. Неужели у него есть какие-то планы на Ши Сынань? Нин Шу не удержалась и спросила: — Пап, ты хоть знаешь, что за человек этот Си Мучэн? И ты привёл в дом такого человека? — Я знаю, — спокойным голосом ответил старик. Нин Шу: … Да что он вообще знает? Нин Шу закатила глаза, а потом спросила: — Ты знаешь, что этот Си Мучэн, на самом деле, не сын дяди? Старик ответил: — Не надо слишком много размышлять о прошлом Си Мучэна. Он уже всё равно член семьи Ши. Нин Шу: →_→ Когда она увидела старика таким, Нин Шу даже заподозрила, что тот заинтересован во власти, которая сосредоточена в руках Си Мучэна, или он хотел вернуть те деньги, которые украл дядя. Нин Шу пристально уставилась на старика, размышляя о том, знает ли он об отношениях между Ши Сынань и Си Мучэном. — Пап, я — твоя дочь. Ты должен рассказать мне всё, что хочешь рассказать, — сказала Нин Шу старику. Будет лучше, если потом не окажется, что их снова убьют. Нин Шу вздохнула и сказала: — Пап, ты знаешь, что Си Мучэн и Ши Сынань уже в таких отношениях? Они ведь племянница и дядя, однако на самом деле у них отношения, как у мужа и жены. Старик нахмурился, глядя на Нин Шу и спросил: — Правда? — Стала бы я шутить о подобных вещах? — раздражённым тоном сказала Нин Шу. Нин Шу внимательно изучала выражение лица старика и обнаружила, что он не особо-то и злился. — Пап, у этого человека, Си Мучэна, нет добрых намерений. Нельзя позволять ему оставаться в семье Ши, — сказала Нин Шу. Старик посмотрел на Нин Шу и сказал: — Если отбросить личные предубеждения, то что ты думаешь о способностях Си Мучэна? — У него есть мозги и средства, — сказала Нин Шу. Старик кивнул и сказал: — Раз рис уже приготовлен, то пусть они будут вместе. Нин Шу: Пффф... Нин Шу чуть не встала на колени перед стариком. Глядя на него в ошеломлённой тишине, она спросила трясущимся голосом: — П-пап, что ты такое говоришь? Нынешняя ситуация была полностью за пределами воображения Нин Шу. Нин Шу невольно начала сомневаться в том, что её уши правильно слышат. Она уставилась на старика. — Си Мучэн твой сын! — голос Нин Шу дрожал. — Си Мучэн — способный человек. С ним семья Ши поднимется на новый уровень, — сказал старик. — А Сынань можно использовать в качестве верёвки, чтобы привязать Си Мучэна. Нин Шу прямо и бесцеремонно закатила глаза. Ты слишком высокого мнения о своей внучке; она не может действовать в качестве верёвки. — Даже у героев есть слабости к чарам красивой женщины. Используй мягкое против твёрдого, — сказал старик. Нин Шу: Ха. Ха. Ха... В любом случае, мы с тобой не сможем увидеть то время, когда Ши Сынань использует мягкость в качестве силы. ---------- Волк, Которого Нельзя Приручить — Си Мучэн — это волк, которого нельзя приручить, пап. Если ты так сделаешь, то это может быть опасно, — сказала Нин Шу. — А ещё это может вызвать обратную реакцию. Был ли Си Мучэн тем человеком, который станет слушать других? Он убил Ши Лину и старика, которые были выше него. Старик пытался связать Си Мучэна своей внучкой, но Си Мучэн взял в руки эту верёвку и начал свободно ей размахивать. Си Мучэн всегда будет на стороне победителя. А что касается твоей внучки... Просто смирись! Неужели это и было тем, что подразумевал старик, когда сказал, что у неё есть долг перед семьёй Ши? В итоге, вся семья Ши стала частью собственности Си Мучэна и прекратила своё существование. Нин Шу покачала головой. — Пап, поверь мне, Си Мучэн не тот, кого ты сможешь контролировать, не говоря уже о Сынань. Старик безразлично ответил: — Нет ничего невозможного. Ты не обязана заниматься делами Сынань. Нин Шу отвела взгляд в сторону. Она боялась, что старик был заинтересован не только в Си Мучэне. Вероятно, было что-то ещё. В итоге, план старика был продуман плохо, и вся семья была разрушена Си Мучэном. Жаль, что Ши Лина оказалась впутана во всё это, ничего не зная. Старик чувствовал, что у Си Мучэна есть талант, и он хотел использовать его для семьи Ши, но Си Мучэн пытался отомстить всем в семье Ши. У обоих из них была цель в голове, когда Си Мучэн последовал за стариком и пришёл на виллу Ши. Си Мучэну даже пришлось терпеть унижение от того, что он признал вора в качестве своего отца. Нин Шу: →_→ Какого чёрта! — Пап, если ты планировал это сделать, тогда зачем ты ещё сделал Си Мучэна своим сыном? — спросила Нин Шу, пребывая в дурном настроении. — Я не знал, что его заинтересует Сынань, — прямо ответил старик. Нин Шу улыбнулась. — Пап, ты играешь с огнём. Лучше было избавиться от людей вроде Си Мучэна, а иначе проблемам не будет конца. Старик ничего не сказал, сфокусировав свой взгляд на телевизоре. Нин Шу тоже посмотрела на телевизор, по которому транслировались новости. — Согласно отчётам, полиция провела вчера рейд в клубе, который подозревался в том, что в нём продают наркотики и принуждают к проституции. Полиция арестовала около ста человек прямо на месте. Клубу, который теперь подозревается в криминальной активности, было приказано закрыться. Наш канал продолжит отслеживать последующее развитие событий... Нин Шу посмотрела в телевизор и изогнула уголок рта. Перед тем, как отправить это видео в полицейский участок, она выложила его в интернете. Даже если бы они и захотели скрыть это, они бы не смогли. Нин Шу теперь была в радостном настроении. Этого будет достаточно, чтобы сердце Си Мучэна болело некоторое время. Си Мучэн не приходил домой несколько дней. Старик привёз из больницы Ши Сынань и нанял профессиональных сиделок. Более того, доктор тоже жил на вилле. Нин Шу была немного удивлена тем, как Ши Сынань так быстро поправилась. Она посмотрела на Ши Сынань, лежащую на постели. Её нос был замотан бинтами, а рядом с постелью стоял аппарат искусственной вентиляции лёгких. Она явно была не в самом лучшем состоянии. Нин Шу спросила у старика: — Зачем ты её привёз? Её же нельзя выписывать в таком состоянии! Старик сказал: — Девушка отказалась оставаться в больнице, говоря, что она не может вынести того, как с ней там обращаются. Нин Шу решила, что Ши Сынань просто не понравилась еда в больнице. В больнице было совсем не как дома. Тут её обслуживали по малейшему требованию. В больнице было совсем не так уютно, как дома. Нин Шу ничего не сказала. Возвращение Ши Сынань было ей только на руку, так как она могла запустить свой план в действие. Нин Шу вернулась в свою спальню и достала кисть для киновари и жёлтую бумагу, которую купила ранее. Нин Шу лично нарезала эту бумагу. На поиски кисти для киновари у неё тоже ушло немало времени. Вымыв и очистив своё тело и руки, Нин Шу мобилизовала свою духовную энергию, прежде чем взяла кисть для киновари и стала рисовать руны на жёлтой бумаге. ---------- Рисование Талисманов Нин Шу не знала, сможет ли она использовать в этом мире технику Горы Мао и будет ли вообще рисование талисманов работать. Законы каждого мира различались. Она не видела тут ни одного призрака, в то время как в прошлом мире призраки были повсюду. Слабый духовный свет появился на талисмане. Нин Шу взяла кисть для киновари в руку и нарисовала руну на жёлтой бумаге. С первой попытки у Нин Шу ничего не получилось, и следующие несколько попыток подряд тоже закончились провалом. Неужели она вообще не может нарисовать талисманы в этом мире, или дело было в том, что техника Горы Мао была такой слабой, что Нин Шу не может наскрести даже каплю удачи клана? После некоторого размышления, Нин Шу установила формацию для сбора духовной энергии, чтобы проверить, сможет ли она нарисовать талисман в среде, которая содержит больше духовной энергии. Нин Шу отложила кисть для киновари. Раз ей не удалось ничего нарисовать даже после нескольких попыток, ей нужно придумать другой способ. Как только формация для сбора духовной энергии начала функционировать, Нин Шу взяла кисть для киновари и начала водить кончиком кисти по жёлтой бумаге. Наконец, ей удалось нарисовать талисман прежде, чем формация для сбора духовной энергии рассыпалась. Нин Шу, которая закончила рисовать талисман, теперь обильно потела. У неё было такое ощущение, что её тело опустело. Это не было так трудно, когда она была даосским жрецом. Тогда она разбрасывалась талисманами веселья ради. А этот мир действительно был сильно ограничен. После успешного создания талисмана Нин Шу некоторое время отдохнула. Затем она взяла лекарственный порошок, который приготовила заранее, и волосы Си Мучэна и Ши Сынань. Она скрутила пряди вместе и подожгла их зажигалкой. Волосы издали сопящий звук и запахло горелым протеином. Нин Шу добавила пепел от сгоревших волос в лекарственный порошок. Затем она взяла в руку талисман и прочитала заклинание. Бумага талисмана вспыхнула яростным огнём. Когда талисман уже почти выгорел, Нин Шу бросила бумажный талисман в лекарственный порошок. После того, как она сделала это, она почувствовала такую усталость, что готова была высунуть язык наружу. Это было поистине утомительно. Нин Шу упаковала порошковое средство, которое было специально приготовлено для Си Мучэна и Ши Сынань. Как бы там ни было, она теперь считалась свекровью Си Мучэна, поэтому она должна была подарить своему зятю что-нибудь хорошее. Я желаю вам двоим удачи и гармонии. В тот же день, что Ши Сынань вернулась домой, чтобы восстанавливаться от травмы, Си Мучэн тоже вернулся. Из-за инцидента с клубом, лицо Си Мучэна было холодным, а сам он излучал ауру незнакомца. В любом случае, он был раздражён, очень раздражён. Си Мучэн прищурился, когда он увидел Нин Шу. Его взгляд был глубоким и задумчивым. Было неясно, о чём он задумался, но его взгляд казался жутким. Это был взгляд человека, задумавшего какую-то хитрость. Когда Си Мучэн и Нин Шу прошли мимо друг друга, он тихо усмехнулся. И хотя это прозвучало тихо, но этого было достаточно, чтобы Нин Шу услышала. — Не радуйся слишком рано. Когда Си Мучэн пошёл вверх по лестнице к комнате Ши Сынань, Нин Шу обернулась и посмотрела ему в спину. Она действительно не была рада. Клуб был всего лишь вершиной айсберга для Си Мучэна. Эх, старик, мужчина вроде Си Мучэна вовсе не будет жить мирной жизнью с семьёй Ши. Нин Шу последовала за ним вверх по лестнице. Она прошла мимо комнаты Ши Сынань и увидела, что Си Мучэн сидит на краю постели. Он разговаривал с Ши Сынань. И хотя её лицо было забинтовано, взгляд Ши Сынань был умоляющим, робким и счастливым. Нин Шу покачала головой и вернулась в свою спальню. Она взяла порошковое средство и немного посмеялась. После того, как Си Мучэн сказал пару слов Ши Сынань, он уехал с виллы. Когда он ушёл, Нин Шу отправилась на кухню и увидела курицу, которая варилась в глиняном котелке. Она закинула лекарственный порошок в котелок. Размешав его ложкой, она налила чашку куриного бульона для Ши Сынань. Нин Шу отнесла куриный бульон в комнату Ши Сынань. Из-за серьёзной травмы носа, область вокруг глаз Ши Сынань была фиолетовой и опухшей. ---------- Оставь Куриный Бульон Ши Сынань посмотрела на Нин Шу и не поздоровалась с ней. Впрочем, Нин Шу не обратила на это внимания и сказала: — Выпей немного куриного бульона. Куриный бульон был довольно вкусным. Сверху плавал зелёный лук, а сам бульон имел слабый медицинский аромат. Нин Шу взяла ложку, зачерпнула куриного бульона и сказала: — У тебя травма головы. В этом бульоне есть немного картофельной орхидеи, так что он полезен для тебя. После того, как Ши Сынань выпила бульон с ложки, Нин Шу зачерпнула ещё. Она медленно кормила Ши Сынань, пока та не выпила всю чашку. Нин Шу взяла пустую чашку и прислонилась к столу Ши Сынань. Она незаметно прицепила жучок к нижней поверхности стола. Хорошо закрепив его, Нин Шу сказала: — Не знаю, почему, но в последнее время в семье все как-то плохо выглядят. К твоему дедушке вернулась боль в ноге, наверное потому, что он слишком много работал, когда был молод. Твой дядя тоже плохо выглядит. Наверное, он не очень хорошо себя чувствует. Когда Ши Сынань услышала, что Си Мучэну нездоровится, её взгляд заметался и она сказала: — Мам, а там остался ещё куриный бульон? Нин Шу кивнула. — Хочешь ещё? — Не сейчас. Можешь оставить куриный бульон на вечер? — сказала Ши Сынань и её взгляд наполнился теплом. Нин Шу кивнула. Скорее всего этот куриный бульон достанется Си Мучэну. Её дедушка тоже плохо себя чувствует! Однако Ши Сынань вообще отфильтровала эту информацию. Си Мучэн вернулся посреди ночи и отправился прямо в комнату Ши Сынань. Нин Шу как раз занималась культивированием Непревзойдённых Боевых Искусств, когда услышала тихий звук открытия соседней двери. Нин Шу взяла остатки лекарственного порошка и помчалась вниз по лестнице. Она пошла на кухню, чтобы высыпать остатки порошка в глиняный котелок. Куриный бульон был оставлен на подогреве, так что это уже Си Мучэну решать, будет ли он его пить. Закончив приготовления, Нин Шу поспешила вернуться в свою комнату. Как только она вошла, она услышала, как соседняя дверь открылась. Это явно был Си Мучэн, который пошёл на кухню. Нин Шу не знала, будет ли Си Мучэн пить куриный бульон, но, если Ши Сынань попросит его, тогда шансы будут более 80%. Си Мучэн так усердно работал. Как бы там ни было, Ши Сынань должна заставить его выпить немного куриного бульона, чтобы подпитать его тело. Она ведь так переживала за своего дядю. Вскоре, сквозь щель в двери, Нин Шу увидела, как Си Мучэн несёт чашу в комнату Ши Сынань. Нин Шу включила свой компьютер и надела наушники. Она хотела услышать, что эти двое говорят, чтобы определить, выпил Си Мучэн приготовленное средство или нет. Си Мучэн принёс куриный бульон в комнату, сел на краю постели и сказал Ши Сынань: — Давай, позволь дяде накормить тебя. Ши Сынань внимательно посмотрела на Си Мучэна. Она заметила, что его брови были собраны в кучу, а между ними действительно виднелся намёк на изнеможение и встревоженность. В сердце Ши Сынань тут же образовалась душевная боль. Ши Сынань сказала: — Дядя, я не буду пить. Ты пей. Си Мучэн зачерпнул полную ложку и поднёс её ко рту Ши Сынань. — Дядя не будет пить. Ши Сынань должна выпить и поскорее поправиться. Дядя очень скучает по Сынань. Это было очень двусмысленное заявление со стороны Си Мучэна. Когда Ши Сынань услышала голос Си Мучэна, она почувствовала лишь как её сердце начало бешено колотиться. Кровь прилила к её носу и она почувствовала, что у неё снова полилась кровь. Ши Сынань покачала головой и сказала: — Я уже выпила чашу. Я оставила это для тебя. Си Мучэн улыбнулся, отчего его лицо стало выглядеть необычайно красивым. — Дядя благодарит Ши Сынань за то, что она так много думает о дяде, — голос Си Мучэна был низким и соблазнительным. — Давай так, глоток тебе, и глоток мне. У Ши Сынань не осталось иного выбора, кроме как поступить, как было велено. Взгляд Си Мучэна был глубокомысленным. Он старательно следил за тем, чтобы она выпила свою долю супа, прежде чем использовать ложку Ши Сынань, из которой она пила суп. Однако его взгляд был всегда на Ши Сынань. Си Мучэн высунул язык и облизнул уголок своего рта. Лицо Ши Сынань было красным, словно яблоко. Она не смела смотреть в злые и двусмысленные глаза Си Мучэна. Ши Сынань посмотрела на Нин Шу и не поздоровалась с ней. Впрочем, Нин Шу не обратила на это внимания и сказала: — Выпей немного куриного бульона. Куриный бульон был довольно вкусным. Сверху плавал зелёный лук, а сам бульон имел слабый медицинский аромат. Нин Шу взяла ложку, зачерпнула куриного бульона и сказала: — У тебя травма головы. В этом бульоне есть немного картофельной орхидеи, так что он полезен для тебя. После того, как Ши Сынань выпила бульон с ложки, Нин Шу зачерпнула ещё. Она медленно кормила Ши Сынань, пока та не выпила всю чашку. Нин Шу взяла пустую чашку и прислонилась к столу Ши Сынань. Она незаметно прицепила жучок к нижней поверхности стола. Хорошо закрепив его, Нин Шу сказала: — Не знаю, почему, но в последнее время в семье все как-то плохо выглядят. К твоему дедушке вернулась боль в ноге, наверное потому, что он слишком много работал, когда был молод. Твой дядя тоже плохо выглядит. Наверное, он не очень хорошо себя чувствует. Когда Ши Сынань услышала, что Си Мучэну нездоровится, её взгляд заметался и она сказала: — Мам, а там остался ещё куриный бульон? Нин Шу кивнула. — Хочешь ещё? — Не сейчас. Можешь оставить куриный бульон на вечер? — сказала Ши Сынань и её взгляд наполнился теплом. Нин Шу кивнула. Скорее всего этот куриный бульон достанется Си Мучэну. Её дедушка тоже плохо себя чувствует! Однако Ши Сынань вообще отфильтровала эту информацию. Си Мучэн вернулся посреди ночи и отправился прямо в комнату Ши Сынань. Нин Шу как раз занималась культивированием Непревзойдённых Боевых Искусств, когда услышала тихий звук открытия соседней двери. Нин Шу взяла остатки лекарственного порошка и помчалась вниз по лестнице. Она пошла на кухню, чтобы высыпать остатки порошка в глиняный котелок. Куриный бульон был оставлен на подогреве, так что это уже Си Мучэну решать, будет ли он его пить. Закончив приготовления, Нин Шу поспешила вернуться в свою комнату. Как только она вошла, она услышала, как соседняя дверь открылась. Это явно был Си Мучэн, который пошёл на кухню. Нин Шу не знала, будет ли Си Мучэн пить куриный бульон, но, если Ши Сынань попросит его, тогда шансы будут более 80%. Си Мучэн так усердно работал. Как бы там ни было, Ши Сынань должна заставить его выпить немного куриного бульона, чтобы подпитать его тело. Она ведь так переживала за своего дядю. Вскоре, сквозь щель в двери, Нин Шу увидела, как Си Мучэн несёт чашу в комнату Ши Сынань. Нин Шу включила свой компьютер и надела наушники. Она хотела услышать, что эти двое говорят, чтобы определить, выпил Си Мучэн приготовленное средство или нет. Си Мучэн принёс куриный бульон в комнату, сел на краю постели и сказал Ши Сынань: — Давай, позволь дяде накормить тебя. Ши Сынань внимательно посмотрела на Си Мучэна. Она заметила, что его брови были собраны в кучу, а между ними действительно виднелся намёк на изнеможение и встревоженность. В сердце Ши Сынань тут же образовалась душевная боль. Ши Сынань сказала: — Дядя, я не буду пить. Ты пей. Си Мучэн зачерпнул полную ложку и поднёс её ко рту Ши Сынань. — Дядя не будет пить. Ши Сынань должна выпить и поскорее поправиться. Дядя очень скучает по Сынань. Это было очень двусмысленное заявление со стороны Си Мучэна. Когда Ши Сынань услышала голос Си Мучэна, она почувствовала лишь как её сердце начало бешено колотиться. Кровь прилила к её носу и она почувствовала, что у неё снова полилась кровь. Ши Сынань покачала головой и сказала: — Я уже выпила чашу. Я оставила это для тебя. Си Мучэн улыбнулся, отчего его лицо стало выглядеть необычайно красивым. — Дядя благодарит Ши Сынань за то, что она так много думает о дяде, — голос Си Мучэна был низким и соблазнительным. — Давай так, глоток тебе, и глоток мне. У Ши Сынань не осталось иного выбора, кроме как поступить, как было велено. Взгляд Си Мучэна был глубокомысленным. Он старательно следил за тем, чтобы она выпила свою долю супа, прежде чем использовать ложку Ши Сынань, из которой она пила суп. Однако его взгляд был всегда на Ши Сынань. Си Мучэн высунул язык и облизнул уголок своего рта. Лицо Ши Сынань было красным, словно яблоко. Она не смела смотреть в злые и двусмысленные глаза Си Мучэна. ---------- Пришлось Немало Постараться Ши Сынань и Си Мучэн пили куриный бульон по очереди. Возможно из-за того, что атмосфера была слишком двусмысленной и чарующей, но, когда они допили бульон, их тела стали горячими. Глаза Си Мучэна заглянули вглубь глаз Ши Сынань, но она не посмела выдержать его пристальный взгляд. Когда взгляд дяди прошёлся по её телу, он зажёг в ней огонь, отчего она вся разгорячилась. Си Мучэн протянул руку и положил её на руку Ши Сынань. Его большой палец медленно погладил её кожу. Его действия были неописуемо игривыми. — Дядя... — с некоторым опасением воскликнула Ши Сынань. Она особенно разволновалась, когда увидела, что глаза её дяди стали немного красными. Си Мучэн прищурился. Он чувствовал жар, возникающий в его теле, отчего ему хотелось придавить своим телом женщину, находящуюся перед ним, и насладиться ею. Женщина, что находилась перед ним, была слишком привлекательной; она была несравненной. Дыхание Си Мучэна участилось, а его взгляд пожирал Ши Сынань, лежащую перед ним на постели в такой амурной манере. Её волосы рассыпались, словно водоросли, а рана на её лице словно зажила. Она даже улыбалась ему. Си Мучэн почувствовал как жар перекатывается внизу его живота, и вот-вот взорвётся. Он не удержался и протянул руку, чтобы приласкать лицо Ши Сынань. — Хсс... Больно, дядя. Больно же. Нос Ши Сынань разболелся, словно рука Си Мучэна ударила её, отчего у неё потекли слёзы боли. Си Мучэн был ошеломлён на мгновение. Когда он увидел лицо Ши Сынань, замотанное в бинты, он убрал руку. — Ты в порядке? — Дядя, из-за вас у меня лицо заболело, — сказала Ши Сынань. И в то же время, её тело было таким горячим, что даже несмотря на то, что Си Мучэн коснулся её носа и ей было больно, её тело всё равно жаждало прикосновений дяди. Си Мучэн тут же почувствовал, что тут что-то не так. Он сказал Ши Сынань: — Отдыхай. Затем развернулся и вышел из спальни Ши Сынань. Когда Ши Сынань увидела спину Си Мучэна, её сердце наполнилось лёгким разочарованием. Её тело ещё больше разгорячилось, когда она посмотрела на широкие плечи Си Мучэна. Вспоминая ту сцену из отеля, Ши Сынань немного разволновалась. — Боже, о чём ты думаешь? Он же твой дядя. Ши Сынань не удержалась и тряхнула головой. Однако её тело стало таким мягким и горячим. Си Мучэн вернулся в свою комнату и выпил большой стакан воды, но у него всё равно было сухо во рту. Он мог думать лишь о Ши Сынань. Не имея иного выбора, Си Мучэн отправился в ванную, чтобы снова и снова принимать холодный душ. Его нижняя половина набухала снова и снова, и он только всё больше возбуждался. В итоге, у него начали трястись ноги, после чего Си Мучэн остановился. — Вот ведь дрязнящая маленькая фея. Мысли Си Мучэна были только о Ши Сынань. Лишь немного отведав её, он теперь всё больше и больше желал её, и почти не мог сдерживаться. Жаль, что Ши Сынань была ранена, а иначе, к этому моменту, он бы уже ворвался в её комнату. Си Мучэн лёг на кровать, чувствуя небольшую усталость в нижней половине, от того, что он слишком много дрочил. А Нин Шу, которая была в своей комнате, сняла наушники. Узнав, что Си Мучэн выпил куриный бульон, её губы сложились в широкую улыбку. Вы двое должны быть счастливы вместе! Нин Шу дала им двоим афродизиак, с помощью которого можно удовлетворить 30 женщин за одну ночь. А ещё она использовала их волосы, чтобы связать их вместе. Как только они увидят друг друга, они будут ощущать всевозможные неугомонность и возбуждённость. Какое бы ни было время, места или случай, они всегда будут чувствовать эротическое возбуждение. Ну а дальше, как вы понимаете, они буду падать в объятия друг друга. Более того, они будут привязаны только друг к другу и мало интересоваться другими. Нин Шу улыбнулась. Чтобы её зять не стал изменять её дочери, ей пришлось немало постараться.Ох, и теперь, когда Ши Сынань всё ещё ранена, кто знает, займутся ли они этим, несмотря на её рану. Нин Шу выключила компьютер и начала культивировать. ---------- Был Сыном Старика? После такой большой утраты Си Мучэн наверняка будет мстить. После целой ночи культивации Нин Шу почувствовала себя изрядно посвежевшей. Она спустилась вниз и увидела старика, разговаривающего с Си Мучэном. Было неизвестно, что сказал старик, отчего выражение лица Си Мучэна и его взгляд стали такими ироничными. Нин Шу:→_→ Честно говоря, Нин Шу даже подозревала, что Си Мучэн был сыном старика; а иначе с какой стати старику так хорошо относиться к Си Мучэну? Он даже хотел обручить свою внучку с Си Мучэном. Человека вроде Си Мучэна просто невозможно просто принимать, как родного. Нин Шу спустилась с лестницы и спросила у старика: - Пап, о чём вы тут говорите? Когда старик увидел Нин Шу, он улыбнулся и сказал: - Да просто о мужских вещах. Нин Шу с подозрением посмотрела на старика и Си Мучэна. Старик увидел взгляд в глазах Нин Шу и сказал: - Я просто спрашивал у Мучэна, есть ли у него девушка, которая ему нравится. Через два года ему исполнится тридцать. Пора уже заводить свою семью. На лице Си Мучэна было безразличное выражение. Семья Ши — это не те люди, которые могут принимать решение по поводу его свадьбы. Нин Шу: →_→ Может, старик просто проверяет Си Мучэна? На случай, если Си Мучэн скажет, что ему нравится Ши Сынань. Во время завтрака Нин Шу наблюдала за Си Мучэном, щёки которого были немного порозовевшими, очевидно, от афродизиака в его теле. Этот препарат будет постепенно просачиваться в его мускулы и опустошать тело человека. Си Мучэн увидел, что Нин Шу оценивает его и безразлично спросил: - Чего это ты меня разглядываешь, сестра? Тебе понравилось лицо твоего брата? Нин Шу улыбнулась и ответила, сложив руки в буддистском знаке: - Амитабха Будда, любая внешность иллюзорна, лишь красивые лица и иссохшие кости. Си Мучэн фыркнул. После завтрака Нин Шу поехала на работу. На светофоре она хотела остановиться, но тормоза не сработали. Нин Шу внезапно мысленно выругалась. Си Мучэн, вот ведь ублюдок. Это был час пик, поэтому на дороге было полно транспорта, а по тротуару шли люди. Если Нин Шу не остановит автомобиль, она может сбить пять или шесть человек в аварии. И, если что-нибудь произойдёт, то у неё будут серьёзные проблемы. Она сделала кое-что с автомобилем Си Мучэна, поэтому Си Мучэн отомстил ей и вернул должок. Нин Шу подозревала, что все её автомобили были подпорчены. Нин Шу вцепилась в рулевое колесо, и с неё ручьями потёк пот. Она переключила передачу на самую низкую и стала осматриваться по сторонам. Так как она не могла позволить себе сбить пешеходов, у неё не осталось иного выбора, кроме как врезаться в перила с клумбами, которые были посреди дороги. Нин Шу яростно повернула рулевое колесо. Трение между покрышками и дорогой создало резкий и пронзительный звук, когда автомобиль врезался в ограждение. Её голова с громким стуком ударилась о рулевое колесо. Нин Шу почувствовала головокружение, и у неё потекла тёплая кровь. Так как Нин Шу внезапно перестроилась на дороге, автомобили, идущие за ней, тоже остановились, отчего образовался хвост из нескольких автомобилей. Дорожная полиция окружила автомобиль Нин Шу баррикадами. Нин Шу вытерла льющуюся кровь, открыла дверцу и вышла. Она сказала полицейским: - Это я виновата в этом происшествии. У моего автомобиля отказали тормоза. Пока автомобиль Нин Шу увозил эвакуатор, она отправилась в полицейский участок, чтобы оформить своё заявление. Ей также пришлось выплатить компенсацию нескольким водителям автомобилей, которые врезались в неё сзади. Она сделала всё, что могла, чтобы свести повреждения к минимуму. ---------- Си Мучэн, Этот Проклятый Ублюдок Эвакуированный автомобиль отвезли в сервис на проверку. Тормозной провод был так подрезан, что в нём осталось всего лишь несколько медных проводков. Не хватило ещё пары ударов, чтобы завершить начатое. И этим утром именно это и произошло; медный провод порвался. Нин Шу заплатила штрафы, после чего покинула полицейский участок. Оказавшись на дороге, она плотно сжала губы, пока они не превратились в тонкую линию, после чего остановила такси. Нин Шу вызвала ремонтную службу, чтобы та приехала на виллу. Теперь все автомобили в доме нужно было проверить. Си Мучэн, этот проклятый ублюдок. Приехав на виллу, Нин Шу вышла из такси и помчалась прямо в дом. Старик играл в шахматы с Си Мучэном, в то время как Ши Сынань медленно ходила по залу, поддерживаемая сиделками. И хотя Си Мучэн играл в шахматы, его взгляд не сходил с тела Ши Сынань. Он сканировал каждую часть её тела, словно хотел содрать с неё всю одежду. Конечно же, Ши Сынань была смущена этим, поэтому опустила голову и выглядела оробевшей. Нин Шу вошла в гостиную даже не переобувшись. Её высокие каблуки издавали резкий цокот по белому фарфору пола. Старик, Си Мучэн и Ши Сынань все посмотрели на Нин Шу. - Разве ты не отправилась на работу? Твоя голова... Старик не успел договорить, но Нин Шу уже схватила шахматную доску и замахнулась ею на Си Мучэна. Си Мучэн сразу же увернулся, отойдя в сторону. Он уставился на Нин Шу с совсем не скрываемой улыбкой. Когда Ши Сынань увидела, что Си Мучэн увернулся, она вздохнула с облегчением. Старик нахмурился и спросил: - Лина, что ты делаешь? Разве ты не на работе? - Пап, я только что попала в аварию и могла вообще не вернуться. Кто-то подпортил мне тормоза, - холодно сказала Нин Шу. - А теперь я просто хочу спустить пар. - Хех, какие у тебя есть улики, что эта авария как-то связана со мной, и что это я подпортил тебе тормоза? Ты даже не знаешь, как обслуживать свой собственный автомобиль, а теперь винишь меня? Голос Си Мучэна был полон сарказма. При помощи сиделок Ши Сынань подошла к Нин Шу и сказала: - Мам, дядя не стал бы такое делать. Нин Шу: Ха. Ха. Проваливай. Нин Шу равнодушно посмотрела на Ши Сынань. Голова твоей матери замотана бинтами, ты, грёбанная слепая сучка. Ши Сынань немного испугалась взгляда Нин Шу. Её нынешняя мама уже больше не была прежней. И всё же, Ши Сынань набралась храбрости, чтобы смело сказать: - Мам, дядя правда не стал бы ничего такого делать. Я хочу, чтобы мама и дядя мирно ладили. Когда вы перестанете вести себя так? Когда кто-нибудь из них будет мёртв. Нин Шу посмотрела на Ши Сынань. На её лице было такое жалобное выражение. Неужели Нин Шу издевалась над собственной дочерью? - Даже твоя дочь тебе не верит. Мне тебя очень жаль. Выражение лица Си Мучэна было очень насмешливым. Нин Шу закатила глаза. Она уже давно знала, что за человек Ши Сынань, так чего ей жалеть об этом? На самом деле, жалеть нужно того, кому достанется такая жена. Ему ведь придётся провести с ней всю свою жизнь! Подумав об этом, Нин Шу тоже была тронута. Когда Си Мучэну не останется ничего, кроме как разбираться с такой женой, это будет поистине увлекательное зрелище. - Мам, я не говорю, что не верю тебе, - Ши Сынань замахала руками.- Я просто не хочу видеть, как вы двое постоянно дерётесь. Вы же все из семьи Ши, мне будет грустно, если с вами что-нибудь случится. - Иди поиграй в сторонке. Нин Шу нагнулась и подхватила горсть шахматных фигур. Затем она взяла одну и швырнула её в сторону Си Мучэна. ---------- Попала Шахматной Фигурой Си Мучэн наклонил голову, чтобы увернуться от шахматной фигуры, и та попала в антикварную бутыль на витрине. Он посмотрел на осколки разбитой бутылки на полу, а потом снова повернулся к Нин Шу. В его взгляде было убийственное намерение, от которого кровь стыла в жилах. - Кусаешься, словно бешеная собака, какие у тебя есть доказательства, что это я виноват в том, что твоя машина вышла из строя? Ши Сынань тоже была в шоке. Она тупо уставилась на Нин Шу. - А какой мне нужен повод, чтобы ударить тебя? Я просто хочу ударить тебя. Нин Шу мобилизовала энергию в своём даньтяне и бросила горсть шахматных фигур в Си Мучэна. И хотя он увернулся от них, несколько штук всё равно зацепили его тело. Си Мучэн, в которого попала шахматная фигура, почувствовал сильную боль, а то место, куда пришёлся удар, начало быстро опухать. Си Мучэн холодно уставился на Нин Шу. - Да ты смерти ищешь. Он снял свой пиджак и слегка задрал подбородок. Напротив него Нин Шу подобрала шахматную доску с пола и замахнулась ею на Си Мучэна. Си Мучэн пинком отбил доску в сторону, протянул руку и согнул пальцы, чтобы схватиться за шею Нин Шу. Нин Шу увернулась от этой атаки и вступила в схватку с Си Мучэном. Каждый раз, как она дралась с ним, Нин Шу обнаруживала, что тело её противника слишком твёрдое, отчего её руки и ноги немели после ударов. Нин Шу знала, что Си Мучэн умеет драться, но никогда не думала, что он будет таким сильным. По сути, он целился в её жизненно важные места, атаковал голову, шею и рёбра. Искусство захватов позволяло легко калечить других, особенно учитывая то, что теперь Си Мучэн атаковал, не сдерживаясь. Нин Шу приходилось защищать свои жизненно важные части тела и при этом наносить урон телу Си Мучэна. Если бы она не культивировала Непревзойдённые Боевые Искусства, Нин Шу не думала, что она смогла бы противостоять Си Мучэну. Теперь обе стороны сфокусировались только на слабостях своих противников. Нин Шу тяжело выдохнула, когда уставилась на Си Мучэна. Впрочем, выражение лица Си Мучэна тоже не было довольным. Он подозревал, что его боевые навыки ослабли; а иначе как так вышло, что он не может даже побить женщину? Нин Шу взяла стул и замахнулась на Си Мучэна, который тоже взял стул. Два стула столкнулись друг с другом, и ножки стульев полетели во все стороны. Теперь в гостиной был бардак. Ши Сынань была так взволнована, что продолжала кричать: - Ребята, хватит драться. Хватит драться. Но Нин Шу и Си Мучэн оба проигнорировали Ши Сынань, отбросили обломки стульев, оставшиеся в их руках, и снова начали драться голыми руками и ногами. Нин Шу подняла ногу и пнула Си Мучэна в грудь. Он сделал несколько шагов назад, защищая грудь руками. Си Мучэн злобно улыбнулся и сказал: - Тебе удалось взбесить меня. Он пошевелил шеей влево и вправо, отчего та издала хруст. Нин Шу: Да у тебя шейный спонделёз*! Нин Шу встряхнула своими запястьями и не моргая уставилась на Си Мучэна, не смея ослаблять концентрацию. Если она хоть на мгновение ослабит её, Си Мучэн ударит её в жизненно важное место. - Достаточно. А ну, прекратите сейчас же, - сказал старик с холодным выражением лица. - Вы оба потрясающие, ясно? Оба, и Нин Шу, и Си Мучэн гневно уставились друг на друга, а между их глазами пролетели искры. Нин Шу увидела, что лицо Си Мучэна стало красным. Даже его шея покраснела, а вены слегка вздулись. Было очевидно, что его кровь текла очень быстро. Нин Шу мысленно улыбнулась. После серии таких упражнений, когда его кровоток ускорился, приворотный порошок ещё быстрее смешается с внутренними органами Си Мучэна и его мускулами. Тем не менее, боевые навыки этого парня были неестественно сильными. Вероятно, он тренировался с самого детства. К нему трудно приблизиться. Старик встал между Нин Шу и Си Мучэном и сказал: - Хватит уже дурачиться. Разве нет такого вопроса, который мы не могли бы обсудить на словах? Зачем использовать кулаки? Нин Шу уставилась на Си Мучэна, Си Мучэн тоже ничего не сказал. Атмосфера стала довольно инертной. Ши Сынань стояла в стороне, не зная, к кому проявить заботу или что сказать. ______________________________________________________________________ Примечание: * Шейный спондилёз — это развивающийся в костях шеи (позвонках) и межпозвоночных дисках дегенеративный процесс, приводящий к сдавлению спинного мозга в области шеи. ---------- Неужели Она Действительно Влюбилась в Своего Дядю? Глаза Ши Сынань были сфокусированы только на Си Мучэне, и в них была тревога. В этом доме Си Мучэн был для неё привлекательнее всех остальных. От одного только вида его тела у неё начинался жар по всему телу, а её голова наполнялась эротическими мыслями. Ши Сынань не знала, что с ней произошло. И хотя атмосфера была такой инертной, а её мать и дядя были готовы перегрызть друг другу глотки, сама она думала о том, как бы заняться всякими вещами со своим дядей. Мысли Ши Сынань были только о теле её дяди. Что ещё более странно, она немного намокла внизу, отчего Ши Сынань было очень стыдно. Неужели она действительно влюбилась в своего дядю? Выражение лица старика было величественным, когда он холодно сказал: - Что вообще происходит? Объяснись. Ломаешь столы и бьёшь людей, едва только вернувшись домой? Старик посмотрел на Нин Шу. Нин Шу ответила: - Я просто вымещаю своё раздражение. - Думаешь, ты всё ещё молода? Тебе уже сорок лет, однако ты не можешь контролировать свои эмоции, - раздражённо сказал старик. Затем он посмотрел на Си Мучэна: - Ты же мужчина. Драка с женщиной не показывает ни капли твоей мужественности. Мужчина, издевающийся над слабыми — это очень унизительно. Сила мужчины демонстрируется не в избиении женщины. Си Мучэн лишь усмехнулся. Для него вся семья Ши была одинаковой: он не делал различий между мужчинами и женщинами, старыми и слабыми; они все были врагами. - И сегодня мы закончим с этим вопросом. Хватит уже выставлять себя дураками перед другими. Старик обвёл взглядом Нин Шу и Си Мучэна. Нин Шу неохотно согласилась. В этот момент наконец-то приехал механик, чтобы отбуксировать автомобили. Когда он вошёл и увидел весь зал в бардаке, он спросил: - Это тут нужно отбуксировать автомобили? - Отбуксировать автомобили? Ши Сынань посмотрела на Нин Шу. Нин Шу уставилась на Си Мучэна и безразлично сказала: - Мне нужно проверить все автомобили. Может, в этот раз мне удалось избежать смерти, но в следующий раз я могу оказаться не настолько удачливой. Си Мучэн холодно усмехнулся, его выражение лица было беззаботным. Нин Шу окинула взглядом Ши Сынань, которая не сводила взгляда с Си Мучэна, и мысленно холодно рассмеялась. Затем она отправилась в гараж. Си Мучэн взял свой пиджак и отправился в свою комнату, оставляя в гостиной старика и Ши Сынань. - Деда? - Ши Сынань прокричала старику. - И что теперь? Отношения мамы и дяди стали такими напряжёнными. Старик глубокомысленно посмотрел на Ши Сынань и сказал: - Твоя мать и твой дядя не нравятся друг другу. У нас нет иного выбора, кроме как сгладить их конфликт. Я вижу, что ты в хороших отношениях со своим дядей, так что иди и убеди его. А я займусь твоей матерью. Когда Ши Сынань услышала слова старика, по какой-то причине, её сердце начало биться быстрее. Она даже начала немного запинаться, когда ответила: - Я-я поняла, деда. Старик сказал: - Я пойду в гости к дедушке Чжоу. Успокой немного своего дядю, поняла? - Я поняла, деда, - сказала Ши Сынань. Только когда старик ушёл, Ши Сынань обратилась к сиделке: - Я в порядке. Можешь идти домой. Сиделка кивнула и ушла. Ши Сынань пошла к комнате Си Мучэна и протянула руку к двери. Она немного нервничала и сглатывала слюну. У неё было лёгкое ощущение, что она овечка, направляющаяся в пасть тигра. Однако её тело было таким беспокойным. В данный момент она просто хотела увидеть Си Мучэна, и это чувство было очень интенсивным, словно полыхающий огонь. Она жаждала объятий и поцелуев её дяди. Думая об этом, Ши Сынань дрожала всем телом, когда она постучалась в дверь Си Мучэна. Си Мучэн открыл дверь. Он был без рубашки, обнажив свою крепкую грудь. Однако его тело было покрасневшим и опухшим в нескольких местах. Ши Сынань отреагировала так, словно её ошпарило и поспешно отвела взгляд. Она неловко стояла перед ним, не зная, что делать со своими руками и ногами. Она чувствовала, как его взгляд проходится по её телу, и её кожа становилась горячей там, где проходил его взгляд. ---------- Отчаянная Нужда Выпустить Пар Ши Сынань даже немного пожалела, что постучалась к нему. Она даже развернулась, с намерением уйти. - Заходи. Си Мучэн взял Ши Сынань за руку и затянул её внутрь. Когда Ши Сынань вошла в комнату дяди, она нервничала, словно мышка. Это был первый раз, когда она оказалась в комнате дяди, и эта комната была наполнена запахом его тела. - Эм... Это самое, - Ши Сынань изрядно паниковала. - Деда сказал, что вам не нужно опускаться до уровня мамы. Си Мучэн прилёг на постель и посмотрел прямо на Ши Сынань. - Иди сюда. Ши Сынань проглотила целый рот слюны, глядя на соблазнительного и чарующего Си Мучэна. - Иди сюда, - повторил Си Мучэн, и его голос был слегка хриплым. В данный момент его тело отчаянно нуждалось в том, чтобы выпустить пар, а именно, хлестать и мучить эту женщину. Ши Сынань покорно подошла, после чего Си Мучэн притянул её к себе и опрокинул на кровать, после чего перекатился и прижал её своим телом. Си Мучэн не был ни капли вежлив, когда снимал одежду с Ши Сынань. Их тела вспотели. Он наклонился к уху Ши Сынань и сказал: - Я буду нежен и не сделаю тебе больно. Тело Ши Сынань превратилось в желе. У неё просто не было сил оттолкнуть Си Мучэна. К тому же, она сама с нетерпением ждала его. Как только Си Мучэн глянул на нижнюю половину Ши Сынань, он злобно улыбнулся и изогнул уголки своего рта. - Так значит, моя племянница тоже думает о дяде. Ты уже вся мокрая. Ши Сынань стало неуютно и она поёрзала телом, плотно закусив губы, пока слушала, что ей говорит Си Мучэн. Си Мучэн давно уже не мог терпеть. Он перешёл сразу к делу, и они оба издали довольные стоны. Движения Си Мучэна были очень грубыми, словно он хотел разорвать на части женщину, что была под ним. Он был словно дикий зверь, и его тело обладало неистощимой энергией. Ши Сынань закусила губы, чтобы не дать себе издавать унизительные звуки. ______________________________________________________________________ В другом месте дома Нин Шу попросила компанию по ремонту автомобилей отбуксировать все автомобили из гаража, за исключением автомобиля Си Мучэна, чтобы проверить их на наличие каких-либо неисправностей. Когда автомобили увезли, Нин Шу вернулась в гостиную, где прибирались две горничные. Ши Сынань и Си Мучэна тут уже не было. Нин Шу отправилась в комнату Ши Сынань и открыла дверь, после чего увидела, что там было пусто. Затем она подошла к комнате Си Мучэна и услышала идущие изнутри голоса. Нин Шу рассмеялась. Рана в носу Ши Сынань ещё не зажила, но они уже спешат покувыркаться в постели. Чем больше они занимаются этим, тем больше им будет хотеться. Нин Шу равнодушно ушла. Когда она уже собралась отправиться в офис, ей позвонили из больницы и сообщили, что старик попал в автомобильную аварию и теперь вынужден лечиться в больнице. Проклятье. Нин Шу мысленно выругалась, пока мчалась в больницу. У неё не было времени думать о том, как те двое трахаются в комнате. Когда Нин Шу приехала в больницу, лампочки всё ещё горели над операционной. Она спросила у полицейского: - Что, чёрт возьми, происходит? Неужели Си Мучэн также модифицировал автомобиль старика? Си Мучэн, вот ведь проклятый ублюдок. Полицейский сказал: - Это было столкновение с грузовиком. Водитель был в нетрезвом состоянии, и его арестовали. Нин Шу нахмурилась. Пьяный водитель? А это не тот же самый, что переехал Ши Лину в изначальной истории? Нин Шу немного переживала за старика. Она села на стул и стала смотреть на дверь операционной палаты. Старик сказал, что он хочет использовать Ши Сынань, чтобы привязать Си Мучэна к семье. Но теперь он лежит на операционном столе, в то время как Ши Сынань лежит на постели Си Мучэна. ---------- Уже Смирился Со Своей Судьбой Ожидая окончания операции, Нин Шу отправилась на встречу с пьяным водителем, который был задержан полицией и был закован в наручники. Водителем был мужчина за сорок. И хотя он только что был в автомобильной аварии, его выражение лица не казалось особо расстроенным, до такой степени, словно он уже смирился со своей судьбой. Именно этот мужчина убил Ши Лину в прошлый раз, а теперь он сбил старика, чьи жизнь и смерть сейчас были в неизвестном состоянии. Однако была ещё одна смерть, которая была на совести этого мужчины: шофёр старика. Сердце Нин Шу наполнилось убийственным намерением. Она точно не собирается позволить этому мужчине отделаться малым. Она проследит, чтобы он не получил своих грязных денег и провёл остаток своей жизни в тюрьме. Нин Шу сказала полиции: - Пожалуйста, проверьте банковский счёт этого человека, и посмотрите, не появлялись ли на его счету какие-нибудь крупные суммы денег. Когда водитель услышал слова Нин Шу, на его лице промелькнул след паники. Он даже опустил голову. - Допросите его, как следует, - сказала Нин Шу. - Когда придёт время, я найму адвоката, чтобы допросить его. Нин Шу не собиралась отпускать этого мужчину. Раз уж он принял деньги за то, чтобы навредить людям, то он должен подумать о последствиях ошибки. После встречи с водителем Нин Шу продолжила охранять дверь в операционную палату. Когда лампочка над входом в операционную погасла, Нин Шу встала и поспешила спросить: - Доктор, как там мой папа? - Из двух мужчин, которых привезли сюда, один умер, не приходя в сознание, а второго перевели в отделение интенсивной терапии, - сказал доктор. Нин Шу поджала губы. Шофёр старика умер, потому что при прямом столкновении с грузовиком передняя часть автомобиля деформировалась. Старик, сидевший на заднем сидении, пострадал меньше, чем шофёр. В изначальной истории Ши Лина сама была за рулём и сразу же погибла. Нин Шу потёрла лоб и встала за окном стерильного отделения. Через стекло она увидела старика, лежащего на больничной палате. К его телу было подключено множество трубок и аппаратов жизнеобеспечения. Нин Шу ещё плотнее сжала губы и отправилась на встречу с семьёй шофёра, которая рыдала над телом шофёра. Этот водитель немало лет проработал со стариком. Всё, что могла сделать Нин Шу, это выплатить им некоторую компенсацию. Сын шофёра всё ещё учился в колледже, поэтому она оплатила его обучение до окончания. Эта компенсация уже была щедрой. Семья шофёра не могла позволить себе поднимать шумиху, поэтому они в слезах покинули больницу вместе с телом. Следом Нин Шу отправилась в полицейский участок, чтобы оформить своё заявление. Полиция допрашивала водителя, который признал, что выпил перед аварией. Так как Нин Шу уже оповестила полицию, они также проверили банковский счёт водителя. Её подозрения оправдались; не так давно на счёт водителя поступил перевод на пол миллиона долларов. И водитель не мог объяснить, откуда взялись эти деньги. Нин Шу тут же сказала, что водителю заплатили за убийство и умышленное причинение вреда. - У меня всё равно полно времени, чтобы провести его с тобой. Так что можешь не спешить, - безразлично сказала Нин Шу. Даже если он сдастся, ему придётся принять пожизненный приговор, и, даже если он отправится в тюрьму, она всё равно не отпустит его так легко. Нин Шу даже не задумывалась о том, чтобы приплести Си Мучэна к этому. Она не смогла бы просто так его подтянуть. Когда она вышла из полицейского участка, на улице было уже темно. Нин Шу отправилась на виллу, чтобы взять смену одежды для старика. Когда она вернулась, Си Мучэн и Ши Сынань ужинали. Ши Сынань была свежей и ухоженной, словно нежный цветок. Волосы на её загривке ещё были немного влажными, а это означало, что она недавно принимала душ. Они явно знали, как валять дурака, и развлекались до самого ужина. Лицо Си Мучэна было немного порозовевшим, а его глаза были немного красными. Он словно испытывал жажду, потому что постоянно пил воду. Когда Ши Сынань увидела Нин Шу, она немного взволновано воскликнула: - Мам. Ши Сынань волновалась, что её мать и дядя снова начнут драться. Плюс, она волновалась, что её мать узнает о том, чем она совсем недавно занималась с дядей. Потому что она чувствовала только парящее ноющее ощущение, комфорт и ненасытное желание. ---------- Твой Дедушка Попал в Автомобильную Аварию Но теперь Ши Сынань чувствовала стыд и вину. Более того, у неё немного болело там, внизу, вероятно из-за того, что они занимались этим слишком долго. Нин Шу кивнула ей и сказала: - Твой дедушка попал в автомобильную катастрофу. Он сейчас в больнице. Выражение лица Ши Сынань было немного шокированным, когда она спросила: - Деда в порядке? Нин Шу глянула на Си Мучэна, который всё ещё пил воду, и равнодушно сказала: - Он ещё не пришёл в себя. Его шофёр умер. Си Мучэн слегка изогнул губы в улыбке, повернул голову в сторону Нин Шу и сказал: - Семье Ши явно не стоило сегодня путешествовать. Как так вышло, что произошло так много автомобильных аварий? Нин Шу поджала губы, посмотрела на Ши Сынань и сказала: - Пойдём со мной, чтобы позаботиться о дедушке. - Ладно. Ши Сынань кивнула. - Кхм, кхе-кхе... - Си Мучэн кашлянул и безразлично сказал: - Сынань сама ранена. Как она может позаботиться о другом пациенте? - Всё равно будет лучше, если ты приедешь в больницу. Так ты сможешь позаботиться о своём дедушке, в то время как доктор сможет более тщательно присматривать за твоей травмой, - сказала Нин Шу. - К тому же, мне всё равно нужно присматривать за компанией. Поэтому ты присмотришь за дедушкой. Ши Сынань ещё ничего не успела сказать, когда Си Мучэн снова заговорил: - Послушай, сестра, твой отец лежит в больнице, но ты всё равно думаешь только о компании. Что ещё важнее, ты оставляешь свою травмированную дочь заботиться о пациенте. Твоё сердце действительно холодное. Нин Шу: ... В глубине души она рычала от ярости, но на поверхности она сохраняла улыбку. Какого чёрта! Она была холодной?!! Теперь, когда старик в беде, она должна стабилизировать совет директоров и держателей акций и поддержать компанию. То, что она попросила Ши Сынань присмотреть за дедушкой — означает, что её сердце было холодным? Что, простите?! Как так вышло, что Ши Сынань может кувыркаться на простынях, но не может присмотреть за дедушкой? Нин Шу посмотрела на Ши Сынань и спросила: - Так ты поедешь в больницу? Было трудно выбирать между её матерью и дядей, когда Ши Сынань почувствовала два жгучих взгляда, сошедшихся на ней. Ши Сынань посмотрела на равнодушную Нин Шу, а потом на Си Мучэна, чувствуя, как её сердце жарится, словно на сковородке. - Ты должна подумать об этом... Си Мучэн растягивал слова, и поднял брови, глядя на Ши Сынань. В то же время, он потёр пальцами свои губы, а в его взгляде была чарующая угроза. Нин Шу: … Сучёныш использует свою красоту. Ши Сынань сделала глубокий вдох, опустила голову и прошептала Нин Шу: - Мам, у меня лицо болит. Говоря эти слова Ши Сынань чувствовала себя так неуютно, что даже не смела смотреть на Нин Шу. Она добавила: - Я пойду повидать деду завтра. - Я тоже пойду, - сказал Си Мучэн, держа руку на подбородке, отчего выглядел дерзким и самодовольным. Нин Шу: Так зла, так зла... Какой смысл воспитывать такую дочь? Уж лучше иметь кусок жареной свинины. По крайней мере, им можно наполнить желудок, когда наступит голод. Нин Шу развернулась и пошла вверх по лестнице в комнату старика, чтобы найти его одежду. Когда она спустилась вниз со своей сумкой, она сказала Ши Сынань: - Сегодня ночью я останусь в больнице, чтобы присматривать за ним, и не вернусь домой. Уголки рта Си Мучэна изогнулись в улыбке, а его взгляд загорелся. Нин Шу покинула виллу и направилась в больницу. Развлекайтесь. Она снова стала свидетелем неблагодарной натуры Ши Сынань. Ради мужчины она могла вести себя как красивая, невинная и скромная леди. Вероятно, Ши Сынань думала, что Ши Лина не более чем трудоголик. Из-за того, что её мать заботит только работа, её отец и развёлся с матерью. Её мать знает только как давать деньги, но ей не нужны деньги. Она желает заботы и любви. ---------- Можешь Сходить, Если Хочешь После того, как Ши Сынань отказалась идти в больницу, Нин Шу собрала вещи старика и ушла. Оставшись на вилле, сердце Ши Сынань наполнилось неловким чувством, когда она посмотрела на Си Мучэна. - Дядя, почему вы не позволили мне пойти в больницу? Мама же теперь зла? Ши Сынань хотела сходить в больницу, но оказавшись перед угрожающим взглядом Си Мучэна, у неё не осталось выбора, кроме как пойти на компромисс. Она действительно боялась, что Си Мучэн расскажет правду об их отношениях. Ши Сынань хотела скрывать это как можно дольше. Всё же, она не могла представить себе, как она будет смотреть в лицо людям, когда они узнают истину. Си Мучэн выпил ещё один стакан воды. Всё это время он пил воду, но жажда отказывалась уходить. Когда он услышал Ши Сынань, он сказал: - Ты можешь сходить, если хочешь. Я тебя не останавливаю. - Дядя, вы... Ши Сынань разозлилась. Он же явно только что угрожал ей. Единственными, кто остался в гостиной, теперь были Ши Сынань и Си Мучэн. Тело Си Мучэна снова начало чувствовать беспокойство. В нижней части возникло неконтролируемое ощущение, а кровь прилила к его голове. Его глаза, смотрящие на Ши Сынань, стали красными. Ши Сынань всё ещё злилась на дядю за то, что он её остановил, но, когда она увидела, что дядя смотрит прямо на неё, её сердцебиение вышло из под контроля. Её тело наполнилось эмоциями и стало немного смягчаться. Си Мучэн встал, схватил Ши Сынань и прижал её к обеденному столу. - Дядя... дядя, - запинаясь прокричала Ши Сынань. Под таким агрессивным взглядом Си Мучэна, тело Ши Сынань обмякло, несмотря на её протесты. - Племянница, теперь, когда этот дядя весь горит, ты несёшь ответственность за то, чтобы потушить этот огонь. Голос Си Мучэна был сдавленным и хриплым. Он схватил руку Ши Сынань и направил её вниз. Когда Ши Сынань коснулась чего-то тёплого и пульсирующего, она хотела убрать руку. Однако Си Мучэн крепко держал её. Ши Сынань покрылась потом, а всё её тело было горячим. Её кожа расцвела оттенками розового. При виде этого Си Мучэн уже больше не мог себя контролировать. Он задрал юбку Ши Сынань прямо тут, в гостиной. Си Мучэн прижал Ши Сынань к обеденному столу, расстегнул свой ремень и перешёл сразу к делу. Взволнованная и смущённая, Ши Сынань пыталась оттолкнуть Си Мучэна. - Дядя, это же гостиная. Кто-нибудь может войти. Дядя... - А разве тебе это не кажется возбуждающим? Си Мучэн хотел разорвать Ши Сынань на части. В данный момент его тело было полно беспокойной энергии. Ши Сынань была в трансе. Её подхватило несравненное удовольствие, и она постепенно забыла о том, где она находится. Она крепко обняла Си Мучэна за шею. Ши Сынань чувствовала сильную тоску и желание, которые невозможно было удовлетворить. А Си Мучэн чувствовал себя так, словно он опустошает себя внутрь женщины, которую держал в руках. Пока Си Мучэн и Ши Сынань развлекались, вошла горничная, и, когда она увидела эту сцену, она ошеломлённо застыла на месте. Си Мучэн посмотрел на эту горничную красными глазами. Первым делом он опустил юбку, чтобы прикрыть тело Ши Сынань. Когда Си Мучэн внезапно остановился, Ши Сынань посмотрела на него с озадаченным замешательством и неудовлетворённо крикнула: - Дядя... Будучи обнаруженным кем-то, и услышав, как Ши Сынань называет его дядя, Си Мучэн почувствовал несравненное чувство удовлетворения, даже эйфории. Тёплый поток прошёлся внутри Си Мучэна, от позвоночника до центра его головы. Он выпустил большой заряд внутрь Ши Сынань. Ши Сынань схватила Си Мучэна за плечо и закричала, а потом обмякла на столе. Долгое время у Си Мучэна кружилась голова, пока он лежал на теле Ши Сынань. Затем он медленно и аккуратно оделся, глянул на горничную, которая всё ещё стояла там, и холодно сказал: - Проваливай, если не хочешь умереть. Когда Ши Сынань услышала слова Си Мучэна, она наконец-то обернулась и увидела горничную. Она схватилась за голову и закричала: - Дядя, что же нам делать? Ши Сынань думала, что если один человек узнал, то и все остальные на этой вилле тоже узнают. Си Мучэн холодно изогнул уголок рта. - Всё в порядке. Повернувшись к горничной, он сказал, с убийственным намерением в голосе: - Ты уволена. Если не хочешь умереть, тогда будешь держать свой рот на замке и уйдёшь отсюда... ---------- Грязные Делишки Богатой Семьи? Горничная была в ужасе. Что она увидела? Грязные делишки богатой семьи? Встретившись со взглядом Си Мучэна, полного убийственно намерения, горничная резко пришла в себя. Она развернулась и убежала, даже не взяв того, за чем пришла. - Дядя... - Ши Сынань тупо и испуганно посмотрела на Си Мучэна. - Что мне теперь делать? Дядя, мне страшно... Она была напугана тем, что люди узнают об их отношениях и будут иначе на неё смотреть. Они будут смеяться над ней и её дядей за то, что они занимаются такими вещами, а деда и мама убьют её. Си Мучэн холодно улыбнулся. - Не волнуйся, она никому не скажет. У неё не будет шанса рассказать кому-нибудь. Си Мучэн сделал телефонный звонок. Повесив трубку, он сказал Ши Сынань: - Всё в порядке. Я всё уладил. Ши Сынань выдохнула, почувствовав облегчение. Она всё ещё верила в своего дядю; не было ничего, с чем он бы ни справился. - Дядя, я не хочу в следующий раз заниматься этим в таком месте, - сказала Ши Сынань с видимым облегчением. Си Мучэн лишь улыбнулся в ответ. Ему очень понравилось это ощущение. - Как бы мне хотелось просто запихать тебя в своё тело. Ши Сынань опустила голову, не смея смотреть на Си Мучэна. __________________________________________________________________ Тем временем, Нин Шу была в отделении интенсивной терапии. Она сидела со своим компьютером, занимаясь работой с документами и проверяя электронные письма, отправленные ей её секретаршей, когда внезапно ей позвонила горничная из дома. Голос горничной был напуганным и дрожащим, когда она попросила о встрече с ней. Когда Нин Шу сказала ей адрес больницы, горничная поспешно повесила трубку. Нин Шу подняла бровь. Что же такое произошло, что так сильно напугало горничную? Полчаса спустя горничная, всё ещё одетая в униформу горничной, появилась перед Нин Шу. Видя её напуганное выражение лица Нин Шу протянула ей бутылку воды. - Что произошло? - Мисс, вы должны меня спасти, - воскликнула горничная, со слезами и соплями на лице. Убийственный взгляд в глаза мистера Си всё ещё отчётливо виделся ей в мыслях. - Что за чертовщина происходит? - спросила Нин Шу. Горничная сглотнула и рассказала всю историю. Нин Шу: (⊙o⊙) После того, как она ушла, эти двое снова начали трахаться. Нин Шу улыбнулась. Неужели Си Мучэн был физически здоров и хорошо жил? Неужели он был вечной секс-машиной? Хотелось бы ей посмотреть, как долго он собирается оставаться потрясающим. И всё же, предчувствия горничной не были ошибочными. После того, что произошло, Си Мучэн обязательно постарается её убить. Всё же, он должен защитить свою любимую женщину. Малейшее действие протагониста может изменить судьбу жизни незначительного человека. Ради своей любви, какая разница, если он сделает весь мир своим врагом и всех убьёт? - Мисс, вы должны мне поверить. Я говорю правду, - взволнованно сказала горничная. - Будешь теперь заботиться о моём папе в больнице. Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось, - сказала Нин Шу. - Никуда не ходи и ничего никому не рассказывай об этом. Горничная была благодарна. - Спасибо, мисс. Я ничего не скажу. Только люди, которые устали жить, будут нести подобную чушь. К тому же, одна из них была дочь мисс, поэтому, если горничная откроет рот, то испортит репутацию мисс. И тогда мисс первым делом разберётся с ней. После некоторых размышлений, Нин Шу решила сменить больницу. Старик был словно слабый огонёк на ветру, крайне слабый. Си Мучэну достаточно лишь снять кислородную маску со старика и тот умрёт. ---------- На Его Счету Было Две Жизни Теперь старик беспомощно лежал в койке на милость остальных. Вот что происходит, когда кто-то смотрит сквозь пальцы на действия плохих волков, зверей, которых невозможно воспитать верными. Нереально ожидать, что животное начнёт испытывать доброжелательность. Си Мучэн, который пылал ненавистью, не мог дождаться момента, когда увидит, что вся семья Ши умерла. Доктор не одобрил желание Нин Шу перевезти старика. Его стояние сейчас было не очень хорошим, и, если его побеспокоить, то всё легко может пойти наперекосяк. Веки старика немного приоткрылись, после чего он снова впал в бессознательное состояние. Нин Шу направила немного духовной энергии в старика, чтобы помочь ему постепенно восстановить своё тело. Решительность Нин Шу на перевод старика укрепилась, и она подписала все необходимые бумаги. Старика перенесли в машину и горничная последовала за ним. В новой больнице Нин Шу попросила персонал сохранить состояние старика в тайне и лечить его негласно. И его имя не должно быть записано в больничную систему. После того, как она разобралась со всем этим, уже почти наступил рассвет. Нин Шу похрустела шеей. Если бы у неё не было Непревзойдённых Боевых Искусств, то подобное ночное бдение плохо сказалось бы на её теле. У старика теперь был доктор, медсестра и горничная, которая будет заботиться о нём, так что его состояние было стабильным, ни плохим, ни хорошим. Старик и так уже прожил большую часть своей жизни. Его тело было не таким, как в юности, и автомобильная авария сделала всё только хуже. Нин Шу немного волновалась, что старик так и не очнётся. Она влила ещё немного духовной энергии в тело старика. Нин Шу не могла позволить, чтобы с ним что-нибудь случилось. А иначе, в отсутствии завещания, Си Мучэн, законный сын, унаследует акции и виллу, которые числились за стариком. Си Мучэн не должен мечтать о том, чтобы выудить хотя бы цент из семьи Ши, так как они ничего ему не должны. Нин Шу позвонили из полицейского участка; водитель признал, что ему заплатили за совершение дорожного происшествия. Она ничего не сказала. Вместо этого она сразу отправила адвоката, чтобы допросить того водителя. Этот мужчина не только не получит полмиллиона, но ему ещё придётся отсидеть в тюрьме. И, даже после того, как он отправится в тюрьму, ему там не будет легко. Она постарается проследить за тем, что его там будут мучить. Пока что, на счету водителя было две жизни: Ши Лины и шофёра старика. Суд выплатил семье водителя 500 000 долларов. Более того, водителю грузовика также придётся выплатить за моральный ущерб родственникам шофёра. В итоге, водителя грузовика приговорили к пожизненному заключению и лишению всех гражданских прав. Нин Шу заплатила деньги тюремному задире, который делил камеру с этим водителем. Тот сказал, что будет хорошо обращаться с водителем. Семья шофёра получила щедрое вознаграждение. В общем и целом, с той суммой, что им заплатила Нин Шу, семья получила около миллиона долларов. Нин Шу попросила эту семью покинуть город. Это хорошо, иметь деньги на руках, но не было никакой гарантии, что Си Мучэн не решит уничтожить всю семью шофёра. Миллион был немалой суммой. Шофёр семьи Ши был невиновен и просто попался в жернова внутренней борьбы семьи Ши. Когда семья шофёра узнала, что водителю грузовика заплатили за то, чтобы навредить людям, семья шофёра больше не мешкая покинула город. Разобравшись со всеми этими делами, Нин Шу поспешила отправиться в компанию, чтобы провести собрание с советом директоров. То, что старик попал в автомобильную катастрофу невозможно было скрыть. Цены на их акции упали, и держатели акций стали немного беспокоиться. Нин Шу пришлось заверить, что сама компания продолжает работать в обычном режиме, и что она не позволит карманам держателей акций съёжиться. Каждый день она была занята, словно пчела. Нин Шу спросила у секретарши, приходил ли на работу Си Мучэн. Секретарша покачала головой, говоря, что вице-президент уже несколько дней не приходил на работу. Нин Шу презрительно поджала губы. Если её догадка верна, тогда он просто каждый день трахается с Ши Сынань. И хотя Нин Шу не была на вилле несколько дней. Ши Сынань ни разу не позвонила ей, чтобы спросить, как там дела у её дедушки. Иметь подобную дочь — это просто кошмар. Нин Шу купила комплект игл и отправилась на виллу. По пути она купила немного пилюль для набора веса, в которых содержались гормоны. Подобные вещи можно обнаружить, поэтому она должна использовать их по минимуму. ---------- Много Места Для Веселья В комбинации с акупунктурой, это должно сработать. Когда она вернулась домой, в гостиной было пусто и тихо; там даже не было горничных. - Где все? - прокричала Нин Шу. Прошло некоторое время, прежде чем пришла горничная. Нин Шу спросила у неё: - А где все остальные? - Мы все находимся либо вне дома, либо в наших комнатах. Мистер Си сказал, что нам нельзя ни шагу делать в гостиную или ещё куда-либо рядом, если только нас не позовут, - ответила горничная. Нин Шу: →_→ Скорее всего эта парочка боялась, что их снова застукают, как в прошлый раз. В доме было много места для веселья. Стол, диван, ванная, балкон, ковёр... - Где Си Мучэн? - спросила Нин Шу. - Мистер Си уехал, - сказала горничная. - Где Сынань? - Она отдыхает в своей комнате. Нин Шу изогнула уголки рта. Это была хорошая возможность продолжить её план. Она махнула горничной, что она может идти. Нин Шу вошла на кухню и увидела куриный суп, сваренный в глиняном горшке. Она взяла пилюли для набора веса и насыпала их в суп. Нин Шу размешала их ложкой, после чего набрала чашу супа и понесла его наверх. Когда она открыла дверь, Ши Сынань крепко спала в постели. Её лицо уже больше не было замотано в бинты, а её нос, хоть и был всё ещё опухшим и потемневшим, выглядел гораздо лучше, чем прежде. Лицо Ши Сынань было красивым и румяным. Её волосы разметались по постели, а на её шее были какие-то отметины, очевидно, оставленные Си Мучэном. Ши Сынань была словно цветок после полива. В ней была и девичья нежность и женское очарование, она была словно соблазнительница. На часах был полдень, однако она всё ещё спала. Чего же она не готовится к поступлению в колледж, а? Нин Шу села на краю постели с куриным супом и толкнула Ши Сынань. Ши Сынань не открыла глаза, но её рот пробормотал: - Дядя, дай мне ещё немного поспать. Я так устала. Нин Шу закатила глаза и громко сказала: - Это я. Ши Сынань тут же открыла глаза. Когда она увидела, что это была Нин Шу, она поспешно села и стала выглядеть немного огорчённой. Затем она обратилась к Нин Шу: - Мам. Нин Шу кивнула и протянула куриный бульон Ши Сынань. - Выпей. Чувствуя себя виноватой, Ши Сынань медленно выпила чашу куриного бульона. Нин Шу не сводила взгляда с Ши Сынань, взгляд которой метался в разные стороны. Она немного боялась встречаться взглядом с Нин Шу. - Что это за отметины у тебя на шее? Нин Шу протянула руку, чтобы оттянуть воротник Ши Сынань. Ши Сынань тут же подняла воротник на одежде и сказала: - Ничего такого, это просто покраснения от укусов комаров. Ничего такого, правда. Это же явно было оставлено чьим-то ртом, но, по её словам, это были укусы комаров. Нин Шу кивнула и сказала: - Тогда я намажу тебя мазью от зуда. Пока Ши Сынань нервничала и потела, Нин Шу достала мазь и приблизилась к ней с иглой между пальцев. Она вонзила иглу в акупунктурную точку на голове. Ши Сынань почувствовала опухшее онемение на голове, словно что-то вонзилось ей в скальп. Она невольно коснулась этого места рукой; однако она ничего там не почувствовала. После того, как Нин Шу вонзила иглу, она бросила мазь Ши Сынань. - Сама намажешь. А я собираюсь в больницу, чтобы повидать твоего дедушку. Ши Сынань спросила у Нин Шу: - Как там деда? Нин Шу: … Она никогда сама первой не спрашивала, только когда о нём заходила речь. Нин Шу было интересно, что бы почувствовал старик, узнай он об этом. ---------- Немного Трудно Поступить в Колледж Ши Сынань даже не задумывалась о семье Ши, так как она могла привязать Си Мучэна ради преимуществ для семьи Ши? У неё просто не хватит мозгов быть такой верёвкой. Когда Ши Сынань увидела, что Нин Шу просто пристально смотрит на неё, она поспешно спросила: - Неужели с дедой случилось что-то серьёзное? Грёбанная умственно отсталая! Нин Шу ухмыльнулась. - К счастью, он пришёл в себя. Ши Сынань выдохнула с облегчением и с улыбкой сказала: - Хорошо, что с дедой всё в порядке. Мам, я съезжу с тобой, чтобы повидать деду. Главной целью перевода из одной больницы в другую было желание избежать Си Мучэна. Если Ши Сынань узнает адрес, это будет всё равно, что Си Мучэн его узнает. Нин Шу безразлично сказала: - А разве у тебя не должны быть скоро экзамены? Учись усердно. Я жду письма о твоём поступлении в колледж. Лицо Ши Сынань покраснело. Она не была в школе с тех пор, как получила травму. Каждый раз, как она говорила, что хочет пойти в школу, её дядя расстраивался и говорил, что она ещё не восстановилась. Он запретил ей ходить в школу. Но, несмотря на его властное поведение, в сердце Ши Сынань всё равно булькало сладостное ощущение. За эти несколько дней с дядей, она жила жизнью, где во всём мире существовали только они двое. Она даже не задумывалась об учёбе. Ши Сынань знала, что она не умная. Со всеми этими прогулами, она не сможет догнать свой класс, поэтому ей будет немного трудно поступить в колледж. Ши Сынань схватила Нин Шу за руку и начала трясти её, словно избалованный ребёнок: - Мам, а что если я не хочу поступать в колледж? Мама же не будет винить меня, верно? - Нет, с чего бы мне? Даже если ты сейчас умрёшь передо мной, то я и глазом не моргну. Впрочем, умереть будет слишком просто. Гораздо болезненнее — это жить жизнью, которая хуже, чем смерть. Истинная боль появляется только когда сердце страдает от адской жизни. Нин Шу выдернула руку из хватки Ши Сынань, взяла пустую чашу и ушла. Когда Нин Шу спустилась вниз, она столкнулась с Си Мучэном, который только что вернулся. Они холодно встали друг перед другом с насмешливыми выражениями на лицах. Нин Шу оценила взглядом Си Мучэна. Его лицо было немного покрасневшим, а губы были сладко-красными, словно у женщины, которая пользуется помадой. Его лоб был покрыт мелкой испариной. Его глаза были налиты кровью. В этот момент он выглядел так, словно страдает от излишнего внутреннего жара. Си Мучэн был очень взволнован. За последние дни в нескольких его клубах полицейские проводили рейды. Он приказал своим людям следовать правилам и пока ничего такого не продавать. Но этими веществами были одержимы не только те, кто их покупал; но и те, кто их продавал. Всё же, это был способ для зарабатывания огромных денег, а когда на кону стоят большие деньги, всегда найдётся кто-нибудь кто будет готов рискнуть. И полицейский рейд поймал одного из таких ребят на горячем. Последние несколько дней, пока Си Мучэн и Ши Сынань жили счастливой и беззаботной жизнью, словно бессмертные, в его клубе были проблемы. У Си Мучэна уже давно были подозрения, что у него где-то работал полицейский под прикрытием. Он провёл операцию зачистки и утопил несколько тел на дне моря. Когда его клуб был закрыт на ремонт, конкурент в этом бизнесе открыл свой клуб прямо через дорогу. Это была откровенная провокация. Продажа наркотиков была серьёзным преступлением, и у Си Мучэна наступили трудные времена, чтобы всё это уладить. Но это были не все его проблемы. Было обнаружено, что его компании связаны с уклонением от уплаты налогов и занимаются отмыванием денег. И в данный момент они проходили тщательную проверку. Результатом этой проверки наверняка будет серьёзный штраф. Может даже у них отзовут бизнес-лицензию? Говорят, что на уклонение от уплаты налогов тоже кто-то донёс. Си Мучэн не мог в это поверить. Как так вышло, что все компании, о которых было заявлено — были у него на руках? Си Мучэн готов был дать руку на отсечение, что это кто-то нацелился на него. ---------- Не Стала Вежливо Ждать Взгляд Си Мучэна процарапал по лицу Нин Шу, словно стальной клинок. В нём читалось убийственное намерение, от которого холод пробирал до костей. Нин Шу отнесла на кухню пустую чашу, в которой она смешивала пилюли для набора веса, и тщательно её вымыла. Взгляд Си Мучэна не сходил с тела Нин Шу, в чём-то он был уверен, а в чём-то только подозревал её. После того, как Нин Шу вытерла чашу от воды, она вернула её в шкафчик. Всё это время она игнорировала гневный взгляд Си Мучэна, а потом взяла свою сумочку и отправилась к выходу. Си Мучэн вынул руку из кармана и потянулся к Нин Шу. Она повернула голову и равнодушно посмотрела на него. - Что такое, брат? - Это ты сделала? - сказал Си Мучэн тихим голосом. Когда он открыл рот, из него вырвалось горячее дыхание. Нин Шу даже почувствовала, как оно ударилось о её лицо. Было очевидно, что внутренние органы Си Мучэна были горячими и пересохшими. Нин Шу посмотрела на руку Си Мучэна. Его ладонь была покрыта красными кругами венами, что было призраком патологического влияния, оказанного на его тело и атакующего его почки. Нин Шу изобразила замешательство. - О чём ты вообще говоришь? Что я тебе опять сделала? Нин Шу уставилась на него так, словно смотрела на чокнутого. Си Мучэн прищурился и его пальцы изогнулись, чтобы схватить Нин Шу за шею. Однако она увернулась от него, наклонив голову, после чего схватила вытянутую руку, и, со всей силы, бросила его через плечо. Когда Си Мучэн тяжело грохнулся о землю, он немного посинел. Он перевернулся и попытался подняться на ноги. Однако его накрыло головокружение и, он был вынужден схватиться за стену. Одной рукой он держался за стену, а другой — за свою грудь. Его сердце билось так быстро, что у него закружилась голова. Си Мучэн невольно тряхнул головой, чтобы прийти в чувство. Из-за броска Нин Шу через плечо, лицо Си Мучэна стало синеть. А на его бровях появились слабые красные отметины. Когда Нин Шу увидела Си Мучэна в таком состоянии головокружения, она, естественно, не стала вежливо ждать и ещё раз бросила его через плечо. Си Мучэн с грохотом рухнул на пол, и сдавленно застонал. В этот момент послышался оглушительный крик. - А, а.... Стоя на втором этаже, Ши Сынань увидела, как её мать бросает дядю на пол. Ей было больно от одного только звука этого удара. Ши Сынань в панике сбежала по лестнице вниз и заблокировала путь Нин Шу, спрашивая: - Мам, почему ты снова дерёшься с дядей? Почему вы не можете нормально разговаривать? Почему вам всё время обязательно драться? Ши Сынань присела, чтобы помочь Си Мучэну подняться. Выражение лица Нин Шу было безразличным. Она взяла свою сумочку и ушла. Ши Сынань проигнорировала Нин Шу и взволнованно спросила у Си Мучэна: - Дядя, вы в порядке? Вы в порядке? Нос Си Мучэна дёрнулся. Когда он почувствовал аромат тела Ши Сынань, его нижняя половина начала шевелиться, желая прижать эту женщину к постели. Из-за недавних событий Си Мучэн изрядно устал. Однако, когда он был с Ши Сынань, это изрядно успокаивало его. Он мог быть беззаботным и счастливым. У него было необычное влечение к этой женщине. От одного только взгляда на неё ему хотелось завалить её, быть с ней грубым и разорвать её на части. Си Мучэн был словно зверь, дикая природа которого была выпущена на свободу. Как только он отведал крови, он стал ей одержим. Его тело ожило, желая войти в её дворец. Ши Сынань всё была обеспокоена Си Мучэном, проверяя, есть ли на его теле какие-нибудь раны. Когда она подняла взгляд, она увидела, что он пристально смотрит прямо на неё. Его взгляд был слишком очевидным. Ши Сынань тут же покраснела, развернулась и поспешно отошла. Однако Си Мучэн схватил её за руку и бросил на диван. Ши Сынань закричала, протестуя, но, когда он прижал её к дивану и вошёл в неё, она всё равно обняла его за шею и притянула к себе. Эта битва на диване гостиной была очередной битвой, которая не скоро закончится. Тем временем, Нин Шу приехала в больницу. Конечно же, она знала, о чём говорил Си Мучэн. Чтобы раздобыть улики, Нин Шу использовала своё богатство на полную катушку. Всегда найдутся люди, готовые пойти на отчаянные вещи ради денег. Стоит только предложить достаточно денег, не найдётся никого, кто не пойдёт на предательство. ---------- Завещание в Порядке Более того, нельзя сказать, что сотрудники компаний Си Мучэна продали ему свои жизни. Си Мучэн был богат, в этом не было сомнений, но не каждый его сотрудник был таким. Нин Шу вложила немало усилий в защиту компании Ши с момента аварии, в которую попал старик. К счастью, у Си Мучэна были свои проблемы. А иначе, с его характером, как бы он мог упустить такую возможность? Это просто был бы не Си Мучэн, если бы он не пришёл создавать проблемы. Но теперь у него была своя куча проблем, поэтому у него не было времени заниматься компанией Ши. В больнице Нин Шу отправилась прямо в палату старика. Старик пришёл в себя, но его душевное состояние было таким плохим, что он почти не мог говорить. Горничная суетилась возле старика, вытирая его лицо и руки. - Пап, - позвала Нин Шу. Когда старик увидел Нин Шу, он слабым голосом спросил: - Лао Чжан действительно умер? - Ага, - сказала Нин Шу. - Он умер после того, как скорая помощь спасла его. Водитель, который врезался в вас, признался, что его наняли для убийства. Старик долгое время ничего не говорил, а потом сказал: - Приведи моего адвоката. Раз он решил вызвать адвоката, то, вероятно, решил привести завещание в порядок. Нин Шу вызвала личного адвоката старика. Вскоре после этого приехал адвокат, одетый в деловой костюм. Однако вслед за этим адвокатом вошёл старик, который был примерно того же возраста, что и отец Ши Лины. Когда старик увидел отца Ши Лины, лежащего на больничной койке, он спросил: - Ты же выживешь? Он был другом старика с самой юности до этих дней, а ещё был его личным адвокатом. Его должность адвоката теперь уже была унаследована его сыном. Этот старик имел очень высокий статус в сердце отца Ши Лины. Даже сама Ши Лина называла его дядя Чжоу. - Я старею. Кто знает, смогу ли я выжить в этот раз? Я позвал тебя, чтобы написать своё завещание. Голос старика был довольно слабым. После того, как сын дяди Чжоу открыл свой ноутбук, старик сказал: - После моей смерти, все мои активы, включая мои акции компании, поместье и всё остальное, будут... - старик посмотрел на Нин Шу. - Унаследованы моей дочерью, Ши Линой. Всё вышесказанное было сказано мной в здравом уме и твёрдой памяти. Сын дяди Чжоу напечатал всё на клавиатуре и распечатал документ. Затем он положил его перед стариком, который изучил слова перед ним, после чего сказал Нин Шу: - Взгляни. Нин Шу взяла документ и пристально изучила его. Спустя некоторое время она сказала: - Проблем нет, пап. С ручкой, зажатой между пальцев, старик с трудом поднял руку и подписал документ. Затем он прижал свой большой палец к чернильной подушечке и оставил отпечаток. - Теперь этот документ имеет юридическую силу. Адвокат положил завещание в папку. Как только оно будет нотариально заверено, его можно будет запечатать и положить в безопасном месте. Нин Шу сказала старику: - Пап, ты просто позаботься о своём здоровье. Не думай об остальном. После записи своего завещания старик был утомлён. Он закрыл глаза. Нин Шу сказала дяде Чжоу: - Спасибо, дядя, что пришли навестить папу. Дядя Чжоу сказал Нин Шу, чтобы она была сильной. Старик всё ещё был тут, поэтому ей не нужно сильно бояться. Проводив адвоката, Нин Шу отправилась в другую больницу, чтобы записаться на процедуру извлечения яйцеклетки. Наследие семьи Ши всё равно не будет передано Ши Сынань. Нин Шу уже отказалась от неё. Ши Сынань не унаследует ни единой вещи из семьи Ши. Наследие семьи Ши никоим образом не должно попасть в руки Си Мучэна. После извлечения яйцеклетки, она пойдёт в банк спермы за качественной спермой. Когда она выберет высококачественные сперматозоиды, ей нужно будет найти профессиональную суррогатную мать, чтобы выносить ребёнка. Этому телу уже было сорок лет. Хоть оно и имело преимущества регулярного обслуживания, оно уже перешло за границы репродуктивного возраста. Оно было недостаточно хорошим для развития ребёнка. ---------- Суррогатный Ребёнок Более того, ей нужно было работать и держать компанию в стабильности. Но и это было не всё; Си Мучэн жадно заглядывался на компанию. Беременность слишком ограничит её. Если он внезапно сделает какой-нибудь ход и внезапно атакует её, это будет слишком опасно. Нин Шу вышла из аппапратной палаты, прикрывая рукой живот, который немного надулся. Процедура извлечения яйцеклетки не заняла много времени. После извлечения яйцеклетки Нин Шу не стала отдыхать. Через профессиональное агентство она связалась с суррогатной матерью, которая была молодой и здоровой. Затем Нин Шу отправилась в банк спермы, чтобы выбрать качественную сперму. Нин Шу выбрала сперму элитного члена общества. Она обнаружила, что ребёнок может унаследовать не только ДНК родителей, но ещё и их характер. Характер Ши Сынань был такой же, как у её отца — романтический и привязчивый. Поиск любви был тем, что просто выгравировано у неё в костях. Большинство из тех, кто смог стать элитой общества, были самодисциплинированными и сдержанными; а иначе почему бы ещё их называли элитой? После выбора правильной спермы, яйцеклетка была оплодотворена. Когда оплодотворение прошло успешно, её поместили в тело суррогатной матери. Нин Шу решила зачать мальчика, так как в будущем девочке будет слишком трудно унаследовать компанию. Как бы там ни было, женщины были аутсайдерами; с этим не поспорить. Их всегда будут изгонять из общества и насмехаться над ними на поле битвы мужчин. Для них в два раза труднее удержать компанию, чем мужчине. С этого момента был зачат ещё один из детей Ши Лины. Суррогатная мать находилась под присмотром специального агентства. Они внимательно следили за физическим состоянием суррогатной матери, чтобы она могла родить здорового и умного ребёнка. Для подобного суррогатного ребёнка нужно было потратить немало денег, но оно того стоило. Нин Шу периодически навещала суррогатную мать и направляла немного духовной энергии в её тело. После извлечения яйцеклетки тело Нин Шу некоторое время испытывало дискомфорт. Это были последствия процедуры извлечения. На самом деле, извлечение яйцеклетки было вредным для тела женщины. К счастью, с энергией Непревзойдённых Боевых Искусств, её тело постепенно восстанавливалось и ей не было так неудобно. Большую часть времени Нин Шу оставалась в больнице. А на следующий день она отправилась на работу, по сути, не возвращаясь на виллу. Вилла стала местом отдыха для Си Мучэна и Ши Сынань, словно у них появился рай на земле. Ши Сынань также не позвонила, чтобы проверить, как там её дедушка, или спросить, почему её мать не пришла домой. Предположительно, она играла с Си Мучэном и позабыла обо всём. Ради мужчин женщины иногда даже не задумываются о собственной жизни. Для них важны только их возлюбленные, а всё остальное не имеет никакого значения. Их сердца были такими большими, что они могли даже примириться со своими врагами, даже если эти враги убили их возлюбленных. Нин Шу усмехнулась. Давай, развлекайся; чем больше у тебя будет веселья, тем лучше. Жизнь слишком коротка, так что ей нужно успеть насладиться. Нин Шу осталась в больнице, чтобы присматривать за стариком, который был не в самом хорошем расположении духа и большую часть дня просто спал. Когда наступал день, Нин Шу снова отправлялась на работу. Для неё мир теперь вращался только вокруг больницы и компании. Как только Нин Шу прибыла в офис, секретарша проинформировала её: - Председатель, вице-президент сегодня пришёл. Нин Шу подняла бровь. А чего это он не зависает с Ши Сынань? - Вице-президент выдвинул предложение о сотрудничестве с компанией HJ. Они хотят разработать новый источник энергии, - сказала секретарша. Нин Шу лишь усмехнулась. Эта компания HJ принадлежала Си Мучэну, и разработка нового источника энергии была лишь фасадом для сжигания денег. Это было лишь оправдание для того, чтобы вытянуть деньги из компании Ши. Теперь, когда пара клубов Си Мучэна были закрыты, а компании подозревались в уклонении от уплаты налогов, у него наступили трудные времена. Так значит, для него компания Ши была лишь глупой и богатой, и он мог просто взять всё, что хочет? А после того, как он возьмёт деньги, он всё равно в глубине души будет осуждать семью Ши и считать, что они ему должны? Он явно высокого о себе мнения. С какого перепугу компания Ши ему что-то должна? ---------- Как Там Папа? Си Мучэн крал деньги у семьи Ши в такой самодовольной манере. Прежде чем считать всех остальных дураками, ему нужно сначала убедиться, что остальные согласны с его логикой. Нин Шу сказала секретарше: - Проинформируй финансовый отдел, что соглашение Си Мучэна о сотрудничестве не одобрено, и не будет выделено никаких фондов. Проект Си Мучэна требовал десятки миллионов долларов, и в дальнейшем потребуется инвестировать ещё больше. Однако никакой прибыли они не получат. Секретарша кивнула и повернулась, чтобы позвонить в финансовый отдел. - И ещё, ни одно из предложений Си Мучэна о сотрудничестве не должно проходить, - безразлично сказала Нин Шу. Рано ещё было Си Мучэну делать себе состояние из собственности семьи Ши. К тому же, теперь, когда старик написал завещание, всё имущество семьи Ши принадлежало ей. Разобравшись с этим вопросом, Нин Шу начала читать документы. В этот момент, с громким стуком, дверь кабинета яростно распахнулась. Нин Шу подняла взгляд с документа и увидела, как Си Мучэн входит в кабинет с холодным выражением на лице. Он со стуком шлёпнул папку с документами перед Нин Шу. Си Мучэн гневно уставился на Нин Шу. А потом насмешливо сказал: - Почему соглашение о сотрудничестве не прошло? Когда он отправился в финансовый отдел, чтобы получить деньги, его проинформировали, что соглашение не было утверждено. Нин Шу взяла папку, которую ей швырнул Си Мучэн. Она открыла её, достала документ, и порвала его на куски, даже не заглядывая в него. - Ты смеешь предлагать такие бесполезные проекты. Си Мучэн, у тебя что, дерьмо вместо мозгов? Си Мучэн холодно уставился на Нин Шу. - Даже если ты не согласна, полно людей, которые согласятся. Совет директоров ищет возможности заработать деньги и воспользоваться преимуществом твоей ситуации. Они обязательно согласятся, как только увидят, какая прекрасная прибыль их ожидает от этого проекта. Нин Шу усмехнулась. Эта группа людей скорее предпочтёт убить кого-нибудь, чем расстаться со своими деньгами и отдать их кому-то. И этот проект о новой энергии? Это же полнейшей фарс. - Акции нашей компании в последнее время падают в цене, так что я не буду делать никаких вложений. Нин Шу прямо отказала Си Мучэну. Си Мучэн прищурился. - Именно поэтому компании и нужны новые проекты, чтобы способствовать росту акций. Нин Шу: Ха-ха... - "Нет" значит "нет", - Нин Шу была полна безразличия. - Можешь идти. Си Мучэн снова прищурился и сменил тему разговора, спросив: - Как там папа? Когда он сказал слово "папа", его голос был очень холодным. - Довольно неплохо, - сказала Нин Шу. Что это он задумал? Си Мучэн развернулся и сел на диван. Он закинул ногу на ногу и сказал: - Кстати говоря, мне тоже стоит сходить и повидать старика. Где он? - Папа в порядке, тебе не нужно волноваться. Твоя фамилия Си, а не Ши, так что не тебе переживать о состоянии папы, - холодно ответила Нин Шу. Палец Си Мучэна постучал по его лбу. Он уставился на Нин Шу и со злобой сказал: - Старика больше нет с нами? - Это тебя больше нет; всей твоей семьи больше нет, - усмехнулась Нин Шу. Когда Си Мучэн услышал грубые слова Нин Шу, его лицо наполнилось убийственным намерением. Его глаза налились кровью, словно он стал одержим призраком. Когда он смотрел на людей, они содрогались от такого его взгляда. - Я правда немного скучаю по старику. Где больница, в которой лежит старик? Я должен его повидать. Всё же, я тоже его сын, - сказал Си Мучэн. Нин Шу села в своё кожаное кресло и скрестила руки. - Доктор сказал, что папе нужен отдых и он не в состоянии принимать гостей. Естественно, я скажу тебе, когда он поправится. Си Мучэн изогнул уголки рта и встал. Прежде чем выйти, он не забыл бросить ухмылку в сторону Нин Шу. Вскоре после этого позвонил один из держателей акций и спросил, как поживает старик, подозревая, что Нин Шу тайно скорбит о его утрате. ---------- Председатель Совета Директоров Умер? И с такими вопросами ей позвонил не один держатель акций. Некоторые даже пришли в кабинет Нин Шу, чтобы лично полюбопытствовать. Все они хотели узнать о состоянии здоровья старика. Секретарша сказала Нин Шу: - По всей компании разошёлся слух, что председатель совета директоров умер, и что вы скрываете эту новость. От этого акции компании снова упали в цене. Нин Шу: →_→ Вот ведь подлый Си Мучэн. Он всерьёз отказывался дать ей передохнуть. Проклятье. Все эти держатели акций были в компании из-за старика. И именно поэтому Ши Лина могла сохранить свою должность председателя компании. Если со стариком действительно что-то случилось, то эти люди тут же придут в движение и потянут вниз женщину, которая находится выше них. Им очень не хотелось иметь женщину в качестве человека, который принимает решения в компании. Си Мучэн снова начал создавать проблемы. Пары его небрежно брошенных фраз в разговоре было достаточно, чтобы люди компании впали в заблуждение. Нин Шу позвонила, чтобы сдать энергетическую компанию Си Мучэна. Какое там развитие новой энергии? Это просто мошенничество. Новый источник энергии был всего лишь уловкой. Нынче источники энергии были ограничены нефтью, светом, водой и ветром. Все они, в итоге, превращаются в электричество. Какую ещё энергию можно создать? Почему бы не ловить молнии с неба? Она настойчиво продолжила закладывать его компанию. Даже если она не сможет добиться закрытия его компании, она, блять, заставит его жить в стрессе до самой смерти. Нин Шу позвонила в больницу к горничной и сказала: - Дай папе телефон. - Лина, - голос старика был слабым. После того, как Нин Шу рассказала ему о ситуации в компании, она сказала старику: - Чуть попозже я проведу собрание для держателей акций и устрою видео-чат с тобой, чтобы успокоить их. Старик кивнул. Нин Шу сказала секретарше: - Оповести держателей акций о собрании. На собрании Си Мучэн тоже присутствовал, сидя в кресле. Когда он увидел Нин Шу, он усмехнулся. Нин Шу не стала обращать внимание на этого ублюдка и сразу сказала: - Председатель совета директоров хочет сказать всем пару слов. Нин Шу подключилась к видео на компьютере, и на большом экране появился старик. Он лежал на больничной койке, которая была наполовину приподнята. Он выглядел торжественным и величественным, когда сказал: - Пока я восстанавливаюсь, все дела компании будет решать председатель Ши Лина. - Как ваше здоровье, председатель? - спросил у старика держатель акций, чтобы убедиться в том, что это видео не было записано заранее. Старик безразлично ответил: - Я в порядке. Вы, ребята, старшие, так что поддержите Лину. А меня уже скоро выпишут. Держатели акций обменялись взглядами, после чего они все сказали председателю совета директоров, что он может отдыхать. Си Мучэн нахмурился, когда он увидел на этом видео горничную. Разве он не отправил кого-то, чтобы разобраться с этой горничной? Почему она появилась в больничной палате этого треклятого старика? Значит, старик знает о его отношениях с Ши Сынань? Если он знает, тогда почему они не предприняли никаких действий? После этого Си Мучэн глянул на Нин Шу. Разве она не переживает за свою дочь? Или эта семья устроила ему медовую ловушку, используя Ши Сынань в качестве инструмента? У Си Мучэна было каменное выражение лица, и он выглядел немного раздражённым, отчего его лицо покраснело, а губы стали сладко-красными. Между его бровей собрались прямые красные отметины. Нин Шу выключила видео и холодно сказала: - Теперь, когда компания находится в кризисе, мы все в одной лодке и разделяем риски. Я не хочу делать ничего, что принесёт другим убытки. Если вы все поддержите меня, то я гарантирую соблюдение интересов всех собравшихся тут. ---------- Они Принесут Компании Бесконечные Прибыли После того, как собрание завершилось, Си Мучэн подошёл к Нин Шу и спросил: - Где старик? - Я же тебе уже сказала, он сейчас ещё не готов принимать гостей, - равнодушно сказала Нин Шу. - Если у тебя так много свободного времени, то почему бы тебе не заняться расследованием этой компании HJ? Проверь, вдруг это какая-нибудь подставная компания, и не выдвигай предложения, которые только растрачивают деньги. Выражение лица Си Мучэна было безразличным. - Ты такая недальновидная, женщины вообще все длинноволосые и недальновидные. Может, ты сейчас и не видишь дохода с некоторых случаев взаимодействия, но в будущем они принесут компании бесконечные прибыли. Нин Шу: … Нин Шу даже восхитилась способностью Си Мучэна говорить чепуху с бесстрастным лицом. Она пожала плечами и беспринципно сказала: - Я не хочу инвестировать в эту компанию. Я — недальновидная. Я не согласна на сотрудничество и не выдам деньги. И что ты мне сделаешь? Напрыгни и укуси меня, ёб твою мать. Во взгляде Си Мучэна мелькнул суровый свет. Затем он сказал: - Ты же говорила, что старик ещё не готов принимать гостей. Тогда почему в его палате была горничная? - Разумеется для того, чтобы ухаживать за стариком, - Нин Шу и Си Мучэн посмотрели друг на друга. - Когда это ты вдруг стал обращать внимание на простых горничных? - Да это не я; просто Ши Сынань скучает по рисовым шарикам из клейкого риса с ароматным османтусом, которые готовила эта горничная. Отправь её обратно, чтобы она приготовила их для моей племянницы. - Гораздо важнее позаботиться о старике. Сынань не умрёт, если пару дней не поест. Когда Си Мучэн услышал слова Нин Шу, его взгляд стал резким. Он усмехнулся и сказал: - Ши Сынань — твоя дочь, ты совсем он ней не заботишься. Я даже начинаю сомневаться в том, что она действительно твоя дочь. - А какое вообще это имеет к тебе отношение, моя она дочь или нет? Си Мучэн стал ещё более подозрительным, чувствуя, что он попал в ловушку. Он хотел сказать что-то ещё, но его телефон внезапно зазвонил. Си Мучэн холодно обвёл взглядом Нин Шу и ответил на звонок. Как только он услышал содержимое этого звонка, лицо Си Мучэна стало очень мрачным. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Нин Шу, и ровным голосом сказал: - Неплохо, очень неплохо. Его энергетическая компания снова подверглась проверке, благодаря вежливой подсказке женщины, стоящей пред ним. Стоило ему только сказать, что он хочет инвестировать в эту компанию, как кто-то донёс на компанию. Эта компания изначально была создана Си Мучэном. Он намеревался через неё вытянуть деньги из компании Ши. Даже если её закроют, он ничего не потеряет. Но эта пощёчина заставила гордого и высокомерного Си Мучэна почувствовать, как его достоинство растаптывают. Во взгляде Си Мучэна было убийственное намерение. Затем он успокоился и посмотрел на Нин Шу пристальным и изучающим взглядом. Нин Шу наклонила голову. - Я не понимаю, что ты задумал? Си Мучэн развернулся и вышел из зала для конференций. Он направился прямо в гараж компании. Сев в свой автомобиль, он нажал на педаль газа, чтобы вернуться на виллу. Нин Шу улыбнулась, когда увидела, как Си Мучэн уходит, полный бесконечного гнева. Кстати говоря, она давно не видела свою дочь. Может, стоит вернуться и повидать, как она там поживает? Когда Нин Шу приехала на виллу семьи Ши, автомобиль Си Мучэна уже был припаркован у входа. Она вошла в гостиную и увидела Си Мучэна поверх Ши Сынань, и одна его рука сжимала её шею. Взгляд Си Мучэна был мрачным и угрюмым, когда он сказал: - Что за заговор ты устроила со своей семьёй? Си Мучэн душил Ши Сынань до такой степени, что она не могла дышать. Слёзы текли у неё из глаз и она понятия не имела о том, что говорит её дядя. Как только её дядя вернулся, он начал душить её. Видя подозрительность и ревность на его лице, сердце Ши Сынань разрывалось на части от боли. Прошедшие сладкие дни были словно ускользающий сон. Сердце Си Мучэна тоже страдало, когда он смотрел на ошеломлённую и невинную внешность Ши Сынань. Однако в его голове снова появилась мысль о том, что она использовала эту внешность, чтобы привлечь его внимание. Тем не менее, хоть он и был в ярости и хотел её убить, его тело всё равно возбудилось. Он хотел, чтобы эта женщина кричала под ним, хотел разорвать её и овладеть ею. ---------- Бледность Скрывает Три Уродства... Он просто не знал, что с ней делать. Низ живота Си Мучэна напрягся, и рука, сжимающая горло Ши Сынань, невольно расслабилась. Ши Сынань резко вдохнула и начала кашлять. Когда он увидел, что она вдохнула воздух, Си Мучэн снова начал её душить. От того, как сильно он её сдавил, лицо Ши Сынань стало красным. Её взгляд был пустым и невинным, с печалью и душевной болью глядя на Си Мучэна. Она не оказывала никакого сопротивления. Нин Шу: … Чокнутые. Нин Шу подошла и столкнула Си Мучэна, который придавил Ши Сынань. Ши Сынань тут же снова вдохнула и начала неистово кашлять. Когда Ши Сынань увидела Нин Шу, она тут же обняла её. Она обиженно закричала: - Мам... Нин Шу оттолкнула Ши Сынань. Когда Нин Шу окинула её взглядом, она невольно слегка усмехнулась. Ши Сынань внезапно стала такой пухлой. Её руки были жирными, а бёдра — толстыми. Она была одета в свободную пижаму, обнажающую её лодыжки. Её лодыжки стали толще, и теперь она выглядела так, словно её ноги стали короче. Ши Сынань теперь была в два раза толще, чем раньше. Её лицо слегка опухло, а её щёки были ещё и жирными. У неё больше не было той прежней сладкой улыбки красивой девочки. Бледность скрывает три уродства, высокий рост скрывает пять уродств, богатство скрывает сто уродств, но полнота уничтожает всё. Ши Сынать будет становиться только жирнее и жирнее. Нин Шу больше даже не смотрела на Ши Сынань. Она повернула голову к Си Мучэну. - Чего это ты напал на Ши Сынань? Хочешь подраться? Ши Сынань тут же встала на пути Нин Шу. Она хриплым голосом сказала: - Мам, не деритесь. Давайте просто обсудим всё, как полагается. Нин Шу недоверчиво уставилась на Ши Сынань и моргнула. На шее Ши Сынань всё ещё были красные отметины от удушения и кровь на её лице ещё не перестала течь, но она уже забыла о том, что Си Мучэн только что душил её? У неё, что, памяти всего на семь секунд хватает? Нин Шу захотелось встать на колени и написать слова уважения. Как бы плохо Си Мучэн ни относился к ней, она рефлекторно забывала обо всём. Это, это, это... Нин Шу даже не знала, что сказать. Тысячи слов будет недостаточно, чтобы выразить её сложное настроение в данный момент. От святого света Ши Сынань, Нин Шу даже стало немного стыдно за своё поведение. - Мам, если у тебя есть что сказать, то просто говори, как полагается. Я не хочу, чтобы вы дрались, - повторила Ши Сынань. Её глаза всегда были чарующими и жалобными, но теперь они ещё и были на чуть более широком лице. Нин Шу не могла долгое время смотреть прямо на неё. У Ши Сынань был вид "я в порядке, и я могу долго терпеть, главное, чтобы все остальные были в порядке, даже если я немного пострадаю, это нормально". Си Мучэн посмотрел на Ши Сынань со сложным выражением во взгляде. Что за глупая девочка. Семья Ши была злобной и хитрой, но эта девочка была такой непорочной и глупой, что от этого было даже больно. Выражение лица Си Мучэна изменилось. В одно мгновение оно было полно убийственного намерения, а в другое — на нём было замешательство. Си Мучэн действительно не знал, что с ней делать. Он думал о том, чтобы убить её, но от этой мысли его сердце сжималось от боли. К тому же, у этой женщины было несомненное влечение к нему. На самом деле, у него прямо сейчас был твёрдый стояк. Его сердце неистово желало, чтобы он придавил эту женщину своим телом, и от одного только её вида его горделивый самоконтроль растворялся, словно клубы дыма. Си Мучэн заставил себя не смотреть на Ши Сынань. Он не мог даже вдыхать аромат её тела. Он чувствовал, что его обоняние сегодня исключительно обострилось, словно он был самцом животного, которое учуяло самку в течке. ---------- Много Рыбы и Мяса Ши Сынань уже была ранена, когда Си Мучэн внезапно стал безжалостным. Когда он не стал даже смотреть на неё, она ещё больше опечалилась, чувствуя, что это ощущение хуже смерти. Ши Сынань очень хотела обнять атлетичное тело Си Мучэна и сказать дяде, чтобы он больше на неё не злился, что ей от этого было тяжело и больно. Атмосфера в гостиной была инертной, так как никто из троих не говорил. Внезапно, Нин Шу сказала: - Уже полдень. После обеда я поеду в больницу, чтобы навестить твоего дедушку. Ши Сынань была в болезненном трансе, она вообще не слушала слова Нин Шу. Нин Шу попросила горничных приготовить обед. Однако все блюда, которые были поданы на стол, были очень масляными и жирными, в них было много рыбы и мяса. Нин Шу увидела даже шикарную тушёную свиную ножку. Когда горничная заметила молчание Нин Шу, она подумала, что Нин Шу недовольна этими блюдами. Еда, которую ела семья Ши, всегда была лёгкой, поэтому горничная поспешила объяснить: - Это то, что нравится есть юной мисс. Нин Шу просто хмыкнула. - Поджарьте пару порций вегетарианских блюд. Си Мучэн, Нин Шу и Ши Сынань сели за обеденный стол. Ши Сынань всё ещё чувствовала боль от недавноего происшествия, но, когда она оказалась за столом, её взгляд сфокусировался. В этот момент живот Ши Сынань издал рычащий звук. Она явно была голодна. До этого Ши Сынань не чувствовала себя слишком уж голодной. Но теперь, оказавшись за столом, полном блюд, она стала просто изнывать от голода. Её желудок был пуст, и она не могла дождаться момента, когда положит всю эту еду себе в рот. Ши Сынань непрерывно глотала слюну, и её взгляд был направлен прямо на тушёную ножку. В последнее время Ши Сынань не знала, что с ней происходит. Как она могла так много есть и так быстро становиться голодной? После того, как она наедалась досыта днём, ещё до наступления ужина, она уже снова начинала голодать. Ей приходилось искать что-нибудь, чтобы наполнить свой желудок. После ужина, посреди ночи, она всё равно вставала, чтобы найти ещё что-нибудь поесть. Ши Сынань заподозрила, что из-за её тесных контактов с дядей, её ежедневный расход калорий значительно увеличился. Всё же, они целый день кувыркались вместе. Когда Нин Шу увидела Ши Сынань такой, она незаметно изогнула уголки рта и сказала: - Ешь. Ши Сынань поспешно взяла тарелку. Но она заметила, что Си Мучэн лишь продолжает пить воду и ничего не ест, поэтому она не удержалась и сказала: - Дядя, вы тоже поешьте. Си Мучэн внимательно посмотрел на девушку, которая пыталась пыталась угодить ему. Его сердце автоматически смягчилось немного. И всё же, у него не было аппетита. У него уже давно не было аппетита. Каждый день в его рту было очень сухо и он испытывал очень сильную жажду. Он просто не ощущал никакого вкуса еды. В любом случае, он всегда испытывал крайнюю жажду. К тому же, так как Нин Шу сидела напротив него, Си Мучэн чувствовал ещё меньше аппетита. Когда он увидел, что девочка пристально смотрит на него, Си Мучэн взял тарелку и начал медленно есть. Его действия были элегантными и благородными. Но ещё чаще он просто пил воду. Тем временем, Ши Сынань была словно изголодавшийся зверь. Её губы были в масле, а её щёки надулись, пока она жевала. Вскоре, она доела все блюда на столе. Из всех троих, Ши Сынань съела больше всего еды. Это было просто невообразимо. То, что раньше было желудком крошечной птички, теперь превратилось в ведро для риса. Нин Шу лишь слабо улыбнулась. - Пойдём наверх. Мне нужно тебе что-то сказать, - сказала Нин Шу, обращаясь к Ши Сынань. Ши Сынань не ответила Нин Шу. Вместо этого она сперва посмотрела на Си Мучэна. Видя, что он хранит молчание, Ши Сынань не могла понять, что это означает. В итоге, она сказала Нин Шу: - Мам, что такое? Давай поговорим тут. ---------- По Дороге, Ведущей к Смерти в Одиночестве - Ты уверена? Нин Шу посмотрела на Ши Сынань. Какого чёрта? Ши Сынань теперь сперва консультируется с Си Мучэном, прежде чем что-либо сделать? Какой вообще был смысл растить дочь? Чтобы она согревала постель другого мужчины, рожала ему детей и была его рабыней? Нин Шу действительно почувствовала себя немного уставшей. Говорят, что женщина становится глупой и сладкой, когда влюбляется. Но, если женщины превращаются в Ши Сынань, то Нин Шу лучше останется одна. Похоже, что она уже уходит всё дальше и дальше по дороге, ведущей к смерти в одиночестве. - Мам, что ты хотела мне сказать? - спросила Ши Сынань. Нин Шу безразлично сказала: - Ничего. Главное, чтобы ты была счастлива. Затем она взяла свою сумку и ушла. У неё голова разболится, если она будет беспрестанно болтать с Ши Сынань. Изначально Нин Шу хотела провести ей акупунктуру, но, глядя на нынешнюю внешность Ши Сынань, она поняла, что этого больше не нужно. Если Ши Сынань продолжит есть в таком темпе, то меньше чем через два месяца её вес удвоится. А в комбинации с пилюлями для набора веса, вес Ши Сынань будет стремительно наращиваться. Акупунктурная точка на голове была связана с меридианом желудка. Применение иглы на эту точку увеличило скорость работы пищеварительной системы Ши Сынань, что, в результате, повлекло за собой значительное увеличение её аппетита. Но самым очевидным проявлением было то, что при этом становится гораздо проще проголодаться. Как только человек проголодается — он начинает безудержно поедать пищу. А вскоре после приёма пищи, человек снова чувствует голод. Телу не нужно такое количество энерии, поэтому оно начинает накапливать её в форме жиров. Семья Ши могла позволить себе выкормить толстушку. Вот только неизвестно, сможет ли потом Ши Сынань смотреть на себя в зеркало. Глядя на уходящую Нин Шу, Ши Сынань выглядела немного огорчённой. Она снова рассердила свою мать. Её отношения с матерью становились всё отдалённее. Иногда Ши Сынань даже чувствовала, что Нин Шу не её мать. Она была такой безразличной, словно Ши Сынань разговаривала с посторонним человеком. Ши Сынань не хотела расстраивать ни своего дядю, ни свою мать, но эти два человека были словно огонь и вода. Си Мучэн запрокинул голову назад и выпил воду из стакана. Затем он яростно прижал Ши Сынань к стене и поднял её пижаму. Чувствуя крепкое и горячее тело Си Мучэна, сердце Ши Сынань затрепетало. В этом раунде их соития Си Мучэн был особенно яростным и грубо мучил Ши Сынань. В итоге, он заскрежетал зубами, чтобы выпустить пар, но это было крайне болезненно. Си Мучэн не сдержался и издал ставленные стоны. Липкая жидкость стала вытекать и сползать по ногам Ши Сынань. Когда Си Мучэн посмотрел вниз, он заметил, что эта жидкость была с примесью крови. И он не знал, его это кровь, или Ши Сынань. Си Мучэн почувствовал головокружение и покрылся холодным потом. Его талия очень болела и была обмякшей, а ему пришлось с трудом вдыхать воздух. Его барабанные перепонки звенели, а его сердце стучало, словно барабан. Несмотря на всё это, его младший брат стоял твёрдо, словно копьё, всё ещё желая вонзиться в эту женщину. Си Мучэн почувствовал, что он больше не сможет это вынести и опёрся рукой о стену. Эта маленькая гоблинша точно высосет его досуха. Нижняя половина Си Мучэна невыносимо требовала продолжения. Он сделал пару вдохов, бросил Ши Сынань на диван, а потом прижал её сверху. Поза у стены требовала слишком много усилий, поэтому ему пришлось сменить позу... Из-за всего, что произошло с его компаниями, плюс его поражения, которые он потерпел в драках с Нин Шу, Си Мучэн подозревал, что Ши Сынань была наживкой, которую семья Ши специально подложила ему. Но перед лицом озадаченной Ши Сынань Си Мучэн был просто бессилен. Даже если он говорил с ней, это было бесполезно. У Си Мучэна не было выбора, кроме как зарыть этот вопрос в глубине сердца. Если он обнаружит, что она не отличается от остальной семьи Ши, то он точно не будет милосерден. Си Мучэн удвоил мучения Ши Сынань. Она нахмурилась от боли под его телом, и продолжала кричать, что ей больно, но он просто игнорировал её. Ши Сынань чувствовала себя так, словно её тело разрывает на куски. При виде красных глаз Си Мучэна, когда он продолжал кусать и присасываться к её телу, Ши Сынань была немного напугана. Однако, она могла лишь закусить свои губы и продолжить терпеть. Ши Сынань чувствовала, что её нижняя половина уже онемела, а её тело покрылось потом. Это был первый раз, когда она чувствовала такую боль. Её дядя сегодня был слишком грубым. ---------- Был Опустошён Ши Сынань ощущала, как всё её тело скручивает от боли. С другой стороны, Си Мучэн тоже мучился. Он чувствовал разрывающую боль в своей нижней половине, но его младший братец становился всё более и более наполненным энергией, словно он вот-вот взорвётся. Си Мучэн стиснул зубы и стерпел боль. Когда он наконец-то кончил, он даже закричал от боли. Он нахмурился, глядя на липкую жидкость. Она выглядела словно желтоватый гной, смешанный с кровью, и пахла рыбой. Он внезапно осознал, что с его телом что-то не так. До этого он всё ещё гордился своей способностью заниматься этим. Сделать семь подходов за одну ночь было для него мелочью, так как он мог продержаться всю ночь, словно буйный жеребец. А теперь Си Мучэн осознал свою несдержанность. От одного только вида Ши Сынань ему хотелось мучить её, пока она не начнёт кричать под его телом. Он слишком сильно потакал своим желаниям. Прежде он словно не знал слова "усталость", и всё его тело словно было полно энергии. Но теперь он словно был опустошён. Рука Си Мучэна слегка дрожала, когда он опёрся на диван. Ши Сынань, которая лежала под ним, была такой уставшей, что у неё не было даже сил открыть глаза. Нижняя половина тела Си Мучэна снова начала шевелиться; его младший брат был готов к следующему раунду. Однако сам Си Мучэн чуть не сошёл с ума. Он поспешно вскочил, оделся и вышел из виллы, не оглядываясь назад, словно за ним гнался какой-то злобный призрак. Когда Ши Сынань увидела, что её дядя ведёт себя так холодно и бессердечно, она невольно почувствовала, как её сердце разбивается. Она прикрыла пижамой свои интимные части тела и продолжила неподвижно лежать на диване. Покинув виллу, Си Мучэн отправился в больницу, чтобы провериться. Доктор посоветовал ему воздержаться от секса и некоторое время восстанавливать здоровье, а также выписал лекарство для почек. Си Мучэн уже больше не хотел возвращаться на виллу. Как только он думал о Ши Сынань, он чувствовал, как его сердце замирало на мгновение. Его тело становилось разгорячённым, даже если Ши Сынань не было поблизости. И он был таким разгорячённым что ему хотелось подрочить. Она тихо рыдала, убитая горем, словно весь мир покинул её. Си Мучэн стал подозревать, что Ши Сынань была демоном, духом лисы, специализирующимся на высасывании из мужчин жизненной сущности. А иначе почему он не мог сдерживаться при виде Ши Сынань и желал истязать её до смерти? Си Мучэн съел пилюлю для повышения тонуса почек, что ему выписал доктор, но не почувствовал никакого эффекта. Его тело уже было слишком слабым, поэтому поедание пилюль делало тело Си Мучэна только пересохшим и горячим. Си Мучэн теперь кончал даже когда ходил в туалет, хоть и немного. Хоть он и не вернулся на виллу Ши, он всё равно время от времени вспоминал Ши Сынань. Он проигрывал в памяти то время, что он провёл с ней, как она была под его телом, как она была очаровательна и трогательна. А когда Си Мучэн думал об этом, его младший брат напрягался и поднимался. И по-другому никак. Си Мучэну приходилось эякулировать, но после этого он всегда чувствовал головокружение, а его тело словно разрывалось на части. Но это желание было таким сильным; почему ему всё ещё было не всё равно? И поэтому у Си Мучэна постоянно был такой цикл: он подрочил → почувствовал раскаяние и раздражение → снова подрочил → почувствовал раскаяние и раздражение → ах, я, блять, не могу этого вынести → не могу снова кончить.... И этот странный цикл шёл по бесконечной петле. Как только Ши Сынань появлялась в мыслях Си Мучэна, этого было достаточно, чтобы возбудить его на весь день. Каждый раз, как он думал о Ши Сынань, его мысли наполнялись её чарующей внешностью. Поэтому не было никакой разницы, был он на вилле, или нет. Си Мучэн сильно исхудал и под его глазами были тёмные круги. Более того, рост его бороды замедлился. Прежде ему приходилось бриться каждое утро, но теперь он мог пропустить несколько дней подряд между бритьём. Это было показателем дефекта почек. Каждый раз, когда Си Мучэн приходил в больницу, ему говорили, что он перерабатывает и советовали ему отдохнуть и восстановиться. Си Мучэн нахмурился. Он чувствовал себя некомфортно и постоянно был очень сонным, словно его тело было придавлено чем-то тяжёлым. Когда у него появилось свободное время он решил провести пару тренировочных раундов в военном боксе. Однако он настолько устал от этого, что упал без сил. Он весь покрылся потом, а его тело бросало то в жар, то в холод. Тело Си Мучэна вело себя чертовски аномально. ---------- Тоже Женщина Нин Шу узнала от горничной с виллы, что Си Мучэн долгое время не возвращался. Горничная позвонила сообщить, что на вилле закончились деньги на домашние расходы. На данный момент на вилле жила только Ши Сынань. Однако она проводила каждый день в слезах. Как она вообще могла знать что-либо о деньгах? Ши Сынань плакала и при этом набивала свой рот едой, явно решительно настроенная на то, чтобы превратить свою скорбь в аппетит. Горничная также сказала, что нынешняя Ши Сынань стала немного жирной. Нин Шу проинструктировала горничных, чтобы они готовили всё, что захочет Ши Сынань. Не нужно экономить. Нин Шу повесила трубку и отправилась повидать суррогатную мать. Плоду было уже три месяца. Живот матери слегка выпирал и все тесты были в норме. Нин Шу влила немного духовной энергии в тело суррогатной матери, чтобы укрепить её здоровье и сделать её энергичной. Это тоже было полезно для плода. После посещения суррогатной матери Нин Шу вернулась в больницу, чтобы проведать старика. Потратив несколько месяцев на восстановление, старик теперь мог слезать с койки и делать пару шагов. Он был слишком стар, чтобы вернутся к прежнему состоянию после такой серьёзной травмы. Когда старик увидел Нин Шу, он спросил: - Как там компания? - К счастью, акции стабилизировались. Они сейчас не падают и не растут. Кроме этого ничего значительного не произошло. Нин Шу помогла старику лечь в койку. Она взяла его за руку и направила немного энергии в его тело. Старик кивнул и снова спросил: - А что насчёт нашей девочки, Сынань? Прошло несколько месяцев, но она ни разу не навестила его и даже не позвонила. Нин Шу сказала: - Это я не позволяла ей навещать тебя. Я защищаю тебя от Си Мучэна. - Как ни крути, девушки поистине доверяют свои сердца своим мужьям. Эта девушка не понимает ответственности, которая лежит на ней, как на члене семьи Ши, - со вздохом сказал старик. - Я недостаточно всё продумал. Старик подразумевал то, что он хотел использовать Ши Сынань как верёвку, чтобы связать Си Мучэна, но Ши Сынань просто не обладала такой способностью. Если бы это, наоборот, сделала Ши Лина, которой пришлось столкнуться с трудным выживанием на рынке экономики, и ей это удалось, то всё могло сработать. Однако, поскольку Ши Лина была почти на два десятка лет старше Си Мучэна, у старика не осталось иного выбора, кроме как поставить на свою внучку. Нужно ли было Ши Сынань понимать свою ответственность перед семьёй Ши? Нет, не нужно. Ей нужно было лишь дождаться подходящего мужчину. Ши Лина тоже женщина, но она несла на себе груз ответственности за благополучие всей семьи и их компании. Когда же дело доходило до Ши Сынань, она просто была ангелом, что не питается едой обычных смертных. Вина также лежит на Ши Лине и старике. Они не должны были её так баловать. Вместо этого они должны были с юного возраста дать ей понять, какая на ней лежит ответственность. Одежда, деликатесы, слуги, разве она не должна была заплатить цену, чтобы наслаждаться всем этим? Нин Шу некоторое время поговорила со стариком. Затем она без остановки помчалась в компанию. Си Мучэн уже некоторое время не приходил на работу, поэтому кабинет вице-президента был пуст. На самом деле, не было никакой разницы в том, приходил он на работу или нет. Нин Шу просто вычла зарплату Си Мучэна и запретила финансовому отделу перечислять деньги на его карту. Чисто для справки, зарплата вице-президента довольно большая. На эти сэкономленные деньги они могут купить оборудование для офиса. Исходя из того, что он так давно не появлялся, Нин Шу решила, что Си Мучэн готовится к какому-то крупному ходу. Она должна быть настороже, на случай, если случится что-то, что за пределами её контроля. Блять. Тело Си Мучэна было поистине мощным. Если бы это был какой-то другой мужчина, то он бы уже давно стал бесполезным. Что и следует ожидать от человека, которому благоволят небеса. ---------- Исчез с Поверхности Земли Нин Шу продолжила остерегаться Си Мучэна, но, спустя долгое время, он словно исчез с поверхности Земли. Нин Шу позвонила на виллу и спросила у горничной, приходил ли он туда. Ей сказали, что Си Мучэн не возвращался. Она повесила трубку. Куда, чёрт подери, этот парень сбежал? После того, как Нин Шу закончила работу, она решила вернуться на виллу, чтобы проверить, как там дела. Как только Нин Шу ступила за порог виллы, она услышала призрачный звук плача. Ей показалось, что она вошла в дом с привидениями и от этого у неё мурашки побежали по спине. Войдя внутрь, она увидела толстую девушку, сидящую на диване, непрерывно поедающую чипсы и пьющую колу, при этом рыдая и причитая. Нин Шу подняла бровь. Она уже некоторое время не видела Ши Сынань и та изрядно набрала вес. Её черты лица словно собрались в кучу, и у неё был толстый второй подбородок. Её изначально стройное телосложение теперь стало совсем неуклюжим. Стоило ей только чуть-чуть двинуть телом, как плоть по всему телу начинала трястись. Нин Шу практически не узнала свою собственную дочь. И пока она озадаченно стояла, Ши Сынань повернула голову и увидела Нин Шу. Её слёзы тут же ручьями потекли из глаз. Нин Шу отвела взгляд, так как не могла смотреть на это зрелище. Прежняя Ши Сынань имела такой очаровательный и жалобный взгляд, словно у непорочной и прекрасной лилии. Но теперь, когда слёзы текли по гигантскому лицу, похожему на булочку, они высыхали прежде, чем доходили до подбородка. Ши Сынань с трудом встала и начала ковылять в сторону Нин Шу. С каждым её шагом её по телу расходились колышущиеся волны. Особенно на ногах. - Мам... - воскликнула Ши Сынань. Нин Шу безразлично сказала: - Как ты стала такой? Почему ты не пошла в школу, когда выздоровела? Ты только сидишь дома и ешь. Как Ши Сынань могла думать о том, чтобы пойти в школу, когда её дядя так далеко? О нём вообще не было никаких вестей. Каждый день она держала телефон поблизости, в надежде, что он зазвонит, даже если это будет всего лишь текстовое сообщение. Единственный номер в этом телефоне был её дяди. Как только телефон зазвонит, она будет знать, что это он ей позвонил. Она ждала, и ждала, и ждала. В итоге, она не выдержала и позвонила своему дяде, но его телефон был занят. Ши Сынань было мучительно больно. Неужели дядя действительно больше не хочет её? Она не знала причину. Каждый день она думала только о её дяде, и рыдала от боли. Как она могла всё ещё ходить в школу? Школа просто была не настолько важной, как её дядя. У неё было разбито сердце и её жизнь теперь была во мраке. А по поводу того, почему она так много ела, так она просто не могла себя контролировать. Она всегда чувствовала голод и ей нужно было что-то жевать, чтобы почувствовать себя лучше. Ши Сынань теперь боялась смотреть в зеркало. Как она могла показаться дяде в таком виде? Она ненавидела себя. Почему она не может контролировать свой рот? - Си Мучэн звонил тебе? Куда он пропал? - спросила Нин Шу. Когда было упомянуто имя Си Мучэна, Ши Сынань расплакалась ещё печальнее. Она начала хныкать, пока слёзы и сопли стекали по её лицу. Однако она не сказала ни слова. При виде такой дочери, Нин Шу тоже было слишком лень, чтобы спрашивать её. Ши Сынань просто понятия не имеет, что происходит. У неё всё время на лице было лишь замешательство, и она ждала, что люди будут её любить. Она могла оставаться счастливой только под крылом мужчины. Ши Сынань жалобно посмотрела на Нин Шу глазами, сощуренными в узкие щели. - Мам, что мне делать? Что же мне делать? Ши Сынань никак не могла выйти в таком виде. Её дядя наверняка разлюбит её. - Меньше ешь и больше бегай, - неискренне сказала Нин Шу. Слёзы Ши Сынань потекли ещё быстрее. ---------- Пропал Нин Шу развернулась и ушла. Ши Сынань ошарашенно посмотрела ей в спину, и на её лице появилось недоверие. Её мама просто так ушла и оставила её? Как её мать может быть такой равнодушной, когда её дочери так больно? Ши Сынань теперь была в несравненно сложном настроении. Впрочем, Нин Шу было наплевать на то, что чувствует Ши Сынань. Как бы ей ни было больно, Нин Шу не станет ей симпатизировать. Нин Шу только успела покинуть виллу, когда ей позвонила горничная из больницы. Её голос был взволнованным, и она явно плакала, когда сказала: - Господин пропал. Я только сходила за ужином. Когда я вернулась, господин исчез. Выражение лица Нин Шу тут же стало мрачным. - Папа пропал? - Я просто вышла за едой... - Когда он пропал? - спросила Нин Шу. - Совсем недавно, около десяти минут назад. Я вернулась с ужином, а господин исчез, - сказала горничная с большим беспокойством. Нин Шу нахмурилась и поспешила поехать в полицейский участок. Как можно скорее она вызвала полицию. Когда она только услышала эти новости, первой мыслью Нин Шу было, что это наверняка сделал Си Мучэн. Она скрыла все новости о ситуации со стариком, и его имени даже не было в больничной системе. Так как же Си Мучэн всё равно смог найти старика? После того, как Нин Шу задумалась об этом, она поняла, что облажалась с тем видеозвонком. Старик был одет в больничную пижаму с логотипом больницы. В то время звонок продлился меньше двух минут, поэтому она не обратила на это особого внимания. Нин Шу шлёпнула себя по лбу. После того, как она провела тысячи вычислений, она никогда бы не подумала, что просмотрит такую мелкую деталь. Ей нужно было сразу же перевести старика в другую больницу. Нин Шу покачала головой. Ей всё ещё не хватает мозгов на продумывание стратегий и интриг. Если бы у неё не было нескольких трюков в рукаве, то попытка победить других одними лишь мозгами была бы настоящим испытанием. В тот раз Си Мучэн наверняка специально распускал по компании слухи о смерти старика. Если он не умер, то во время видеозвонка Си Мучэн смог бы определить местоположение старика, основываясь на его палате. В любом случае, когда старик появился на видео, он весь был покрыт подсказками. Это позволило Си Мучэну найти больницу. Нин Шу отправилась в полицейский участок и сказала, что её отец был похищен из больницы. Но старик исчез слишком внезапно, у Нин Шу не было никаких улик. Даже если она вызвала полицию, похитители ещё не позвонили. Поэтому полиция не могла начать действовать. Если Си Мучэн действительно похитил старика, она боялась, что дело не просто в деньгах. Он может также забрать и жизнь старика. Всё же, Си Мучэн ненавидел семью Ши до самых костей! Когда Нин Шу вернулась в больницу, горничная с напуганным видом сидела на диване. Как только она увидела Нин Шу, она поспешила извиниться: - Мисс, я правда просто пошла за ужином. Когда я вернулась, господин исчез. Нин Шу нахмурилась. - Разве медсестра не приносит еду в палату? - Господин сказал, что он устал постоянно есть эти безвкусные блюда. Он попросил меня посмотреть, есть ли тут ещё какая еда, - ответила горничная. Нин Шу глянула на горничную, а потом повернулась, чтобы посмотреть на койку. Постельное бельё было немного в беспорядке, и это означало, что старик сопротивлялся, прежде чем его увели. Нин Шу поспешила проверить записи видеонаблюдения больницы. На экране было видно, как горничная взяла коробку для еды и вышла из палаты. Вскоре после этого в комнату вошёл мужчина в одежде медсестры. Он был в маске, а его волосы были длинными, отчего закрывали всё лицо. Было невозможно увидеть лицо этого мужчины. Телосложение этого человека было средним. Даже в одежде медсестры Нин Шу всё равно видела, что это мужчина. В любом случае, это всё выглядело неописуемо неловко. Однако, вероятно, это был не Си Мучэн, так как он обладал высоким и крепким телом. Даже самая большая униформа медсестры не подошла бы ему. ---------- Явно Дело Рук Си Мучэна К тому же, с такой горделивой натурой Си Мучэна, как он мог нарядиться медсестрой и носить женскую одежду? Тем не менее, даже если этот человек, который притворялся медсестрой, не был Си Мучэном, он всё равно был с ним связан. Мужчина в униформе медсестры вошёл в палату. Вскоре после этого он выкатил из палаты инвалидное кресло. На этом кресле был старик, и его голова была наклонена вбок. Его тело было неподвижным, очевидно, он был без сознания. Нин Шу посмотрела на экран системы наблюдения и тяжело вздохнула. Теперь Нин Шу понятия не имела, где найти старика. Старик едва мог сделать пару шагов, так что у него было мало шансов на побег. Так как Си Мучэн не стал сразу лишать старика жизни, это означало, что у него всё ещё есть какие-то планы на старика. Си Мучэн был очень умелым. Нин Шу потёрла лоб. В итоге, это именно её невнимательность привела к такому результату. Она не продумала каждый аспект. А любая мелкая небрежность может стоить человеку жизни. Нин Шу отправила видеозапись в полицейский участок, чтобы доказать, что её отца действительно похитили. Нин Шу пыталась разглядеть номер автомобиля у входа в больницу. Но запись была слишком расплывчатой. У неё не было иного выбора, кроме как зарисовать примерное очертание номера. Заполучив номер, Нин Шу тут же отправилась узнавать владельца этого автомобиля. Она отправилась в транспортный департамент, чтобы проверить местоположение автомобиля. Нин Шу была занята до такой степени, что у неё голова закружилась, когда зазвенел телефон. Она посмотрела на экран, и увидела, что звонок из дома. Нин Шу взяла трубку. На другом конце оказалась Ши Сынань, которая гнусавым голосом сказала: - Мам... Нин Шу удивлённо подняла бровь. Ши Сынань решила сама позвонить ей. Это прям нечто удивительное. - Мам, мне так плохо. Мам, где ты? - спросила Ши Сынань, продолжая всхлипывать. В данный момент она была одна в гостиной. Снаружи было темно, а горничные сидели в своих комнатах. Они не приходили в гостиную. Ши Сынань свернулась клубком на диване, прежде чем набралась смелости, чтобы позвонить Нин Шу. Теперь Ши Сынань чувствовала себя так, словно мир её покинул. Ей было так одиноко и страшно. Ночной ветер дул в большие, от пола до потолка, окна, и он был холодным и пугающим. Однако у Нин Шу хватало и своих проблем. У неё не было времени утешать свою одинокую дочь, поэтому она прямо сказала: - Твой дедушка пропал. Я сейчас занята его поисками. - Что? - голос Ши Сынань был неожиданно шокированным. Нин Шу просматривала систему наблюдения за дорогами в транспортном департаменте. Видя, в каком направлении поехал автомобиль, у неё появилась смутная догадка. В том направлении была одна из вилл Си Мучэна. Был ли старик на этой вилле или нет, Нин Шу всё равно должна была отправиться туда. - Мам, как так вышло, что деда пропал? Только сейчас Ши Сынань смутно вспомнила, что она уже очень давно не видела своего дедушку. Нин Шу быстро ответила: - У меня ещё много дел. А потом она повесила трубку. Когда Ши Сынань услышала гудки в трубке телефона, слёзы ручьями потекли у неё из глаз. И в то же время её живот громко забурчал. Проливая слёзы, Ши Сынань взяла закуску со стола. Её слёзы и сопли смешались с закуской и отправились прямо в желудок. Нин Шу сняла костюм офисной леди и переоделась в обычную одежду. Затем она надела туфли на прорезиненной подошве, взяла верёвку, фонарик, нож и оружие в виде длинной палки. Она была готова отправиться на виллу. Была уже почти полночь, и на дороге было мало транспорта. Нин Шу выжала газ на полную, когда отправилась к своему пункту назначения. Гостиная виллы была освещена, но на втором этаже было темно. Нин Шу подошла к окну гостиной, закрытому занавесками. Она не могла увидеть, что внутри. Однако она услышала, как кто-то разговаривает. Похоже, что там было несколько человек. ---------- Мне Не о Чём Сожалеть. Ты... Нин Шу прижалась к стене. Была высокая вероятность, что старик находится на этой вилле. Однако там было немало комнат. Так в какой же находится старик? Пока у неё перед глазами не будет ясной картины, она не может действовать поспешно, в случае если они решат навредить старику. Плюс, ей было неизвестно, сколько человек находится внутри. Нин Шу не была уверена в том, что сможет всех их побить. Нин Шу подняла голову и заметила внешнюю коробку для кондиционера. Она осторожно залезла на дерево рядом с виллой, мобилизовала свою энергию и перепрыгнула на коробку для кондиционера. Используя её в качестве точки опоры, она запрыгнула на балкон второго этажа. Войдя в комнату, Нин Шу включила фонарик и осмотрелась по сторонам. Это была спальня, в которой никого не было. В этот момент Нин Шу внезапно услышала шаги в коридоре снаружи. Она поспешно выключила фонарик. Когда шаги стихли вдалеке, Нин Шу медленно и осторожно открыла дверь. К счастью, шум из гостиной доносился и досюда. Запах сигарет и алкоголя ударил по её носу. Там действительно было немало народу. К счастью, она не стала ломиться напрямую. Иначе, даже если каждый из них всего раз ударил бы её ножом, она бы превратилась в рубленое мясо. Нин Шу проскользнула в соседнюю комнату. Там тоже была темнота. Она включила фонарик, но не увидела фигуры старика. Да где же он? Так как в этой комнате было пусто, Нин Шу перешла в другую комнату. Однако в этой комнате ярко горел свет. Она тут же достала нож для фруктов, который был привязан к её голени на случай самозащиты. Старик был привязан к тяжёлому деревянному стулу, и его лицо было призрачно белым. Нин Шу поспешно подошла к нему и тихо окликнула: - Пап. Старик слегка приоткрыл глаза. Он застыл на мгновение, когда увидел Нин Шу. - Откуда ты здесь? Нин Шу перерезала верёвку ножом и прошептала ему: - Давай пока не будем об этом говорить. Я закину тебя на спину, и мы сбежим. - Их слишком много, Лина. Твой папа уже стар. Мне не о чём сожалеть. Ты... Старик всё ещё хотел поговорить, но Нин Шу подняла его на спину и случайно коснулась его раны. Боль тут же заткнула его. Нин Шу привязала старика к себе верёвкой. Далее, освободившимися руками она привязала верёвку к ножке кровати. Затем она выкинула верёвку в окно и медленно спустилась по ней. Когда верёвка тёрлась о её руки, от трения ей было горячо и больно. Более того, ей приходилось удерживать вес двух человек. В её ладонях возникла пронзительная боль. Скорее всего, у неё порвалась кожа. После того, как Нин Шу опустилась на землю, она прижалась к стене. После этого она отнесла старика на парковку, ослабила верёвку и посадила его в автомобиль. Наконец, после всего этого Нин Шу поспешно уехала. Когда она отъехала на некоторое расстояние, Нин Шу вздохнула с облегчением. Это можно было считать удачей, что ей удалось так благополучно спасти старика. Нет, это нужно сказать спасибо неутомимым расследованиям Ши Лины собственности Си Мучэна. В результате этого она знала местоположение виллы Си Мучэна. Нин Шу достала свой телефон и позвонила в полицию. В это же время она увидела в зеркале заднего вида несколько автомобилей, ускоряющихся в её направлении. Неужели они обнаружили, что старик пропал? Выражение лица Нин Шу стало серьёзным. Она с силой нажала на педаль газа и стремительно помчалась... прямо к полицейскому участку. Раз они, блять, погнались за ней, то она проверит, посмеют ли они гнаться за ней до конца! Автомобили, которые были позади неё, ехали быстро. Какие-то люди даже высовывали свои головы из окон и кричали Нин Шу, чтобы она остановилась. Нин Шу не обращала на них внимания. Она поджала губы и сфокусировалась на том, чтобы жать на педаль газа. Так как она вызвала полицию, полицейские автомобили направлялись навстречу Нин Шу. Вскоре, она увидела их. Сразу же после этого, преследующие её автомобили развернулись и помчались прочь. Только теперь Нин Шу наконец-то смогла почувствовать облегчение и посмотрела на старика, который был на заднем сидении. Он уже потерял сознание. ---------- Пожертвовал На Благотворительность После того, как всплеск адреналина прошёл, Нин Шу почувствовала слабость и боль во всём теле. Дрожащие руки, держащиеся за руль, были липкими и влажными. Нин Шу посмотрела на свою ладонь. Она была окровавленной и разодранной. Нин Шу стиснула зубы и поехала в больницу. Однако она поехала не в ту больницу, что раньше. Тот человек в одежде медсестры пришёл из ниоткуда и даже смог войти в VIP-крыло больницы. Когда она приехала в больницу, медсестра закатила старика в операционную палату. Эта медсестра также обработала рану на руке Нин Шу и забинтовала её. Нин Шу обмякла в кресле у входа в операционную палату, ожидая окончания операции. Она всё ждала и ждала. В конце этого долгого дня она сильно устала и ей очень хотелось спать. Она не стала сопротивляться этому и закрыла глаза. Спустя некоторое время медсестра разбудила Нин Шу. - Как там мой папа? - спросила Нин Шу. - Он уже больше не в критическом состоянии. Его перевели в отделение интенсивной терапии, - сказала медсестра. Нин Шу кивнула и нашла себе больничную койку, на которой можно вздремнуть. Она была такой измотанной. После того, как Нин Шу проснулась, она отправилась в палату, чтобы повидать старика, который уже пришёл в себя. Когда он увидел её, его взгляд выражал невероятное затруднение. - Пап, зачем они тебя похитили? - спросила Нин Шу. Старик ответил слабым голосом: - Ты, вероятно, даже не сможешь представить, зачем они меня похитили. Они хотели, чтобы я написал завещание и пожертвовал все активы моей семьи и компании на благотворительность. Нин Шу: … - Так и что, пап, ты его написал? Старик слегка приподнял уголки рта. - Написал. Я слишком стар, чтобы выдержать пытки. Чем раньше бы я написал, тем быстрее бы закончились мои пытки. В любом случае, я уже заранее написал завещание, которое было законным образом заверено нотариусом. От этого завещания не было бы никакого проку, так как я не планировал возвращаться живым. Нин Шу: … - А ты там не видел Си Мучэна? Эта вилла принадлежит ему, так что он наверняка стоял за всем этим, - спросила Нин Шу. - Нет, я его не видел. Он так и не появлялся до самого конца, - ответил старик. Си Мучэн был таким осторожным! Нин Шу открыла планшет, чтобы проверить эту благотворительную организацию, в пользу которой было написано завещание. Однако она почти не нашла никакой информации об этой фирме в интернете. Там не было ничего полезного. Вероятно потому, что она была создана совсем недавно. Си Мучэн больше всего любил использовать такой трюк. - Я не останусь в больнице. Я отправлюсь домой. Я хочу посмотреть, что он сможет со мной сделать, - сказал старик. - Если десяти охранников не хватит, пусть будет двадцать, тридцать. Нин Шу кивнула. Выписав старика из больницы, она наняла довольно хорошего доктора и отвезла их на виллу. Далее Нин Шу отправилась в компанию охраны и нашла двадцать охранников, чтобы охранять периметр виллы. Сидя в инвалидном кресле старик въехал в гостиную и обнаружил её пустой. Он не удержался и спросил: - А где все остальные? - Горничным запрещено появляться в гостиной, за исключением того времени, когда они подают еду, - безразлично сказала Нин Шу. - Почему? - спросил старик. Нин Шу с улыбкой ответила: - Пап, ты не хочешь знать, "почему". Потому что во многих местах этой виллы остались следы Си Мучэна и Ши Сынань. Старик отправился в свою комнату и лёг на постель. Нин Шу вошла в комнату Ши Сынань. Ши Сынань всё ещё спала. Из-за её огромного тела кровать выглядела маленькой. Вероятно из-за того, что она растолстела, она начала храпеть. Слюна стекала из уголка её рта. Ши Сынань снова набрала вес. ---------- Ты Кто? Нин Шу толкнула Ши Сынань, но та не проснулась. Вместо этого она перевернулась во сне на другой бок, отчего её кровать начала скрипеть. - Вставай, вставай, - закричала Нин Шу. Ши Сынань открыла глаза. Когда она увидела Нин Шу, она с большим трудом села и закричала: - Мам. - Твой дедушка вернулся. Иди и поздоровайся с ним, - сказала Нин Шу. После того, как Ши Сынань встала с постели, она отправилась в комнату старика. Нин Шу последовала за ней и услышала шокированный голос старика: - Ты кто? - Деда, это я, Сынань, - сказала Ши Сынань с некоторой печалью в голосе. Старик некоторое время был в растерянности. - Почему ты такая? - Деда, ты знаешь, где дядя? - спросила Ши Сынань и выдавила пару слезинок, стоя перед стариком. Цвет лица старика стал неприятным. Он безразлично сказал: - Я, твой деда, был в больнице. Как я могу знать, куда твой дядя, здоровый человек, подевался? На лице Ши Сынань отразилась боль. Её лицо сморщилось, так что не нужно объяснять, каким уродливым оно стало выглядеть. Старик вздохнул и сказал: - Деда устал. Иди к себе. - Деда, ты правда не знаешь, куда отправился дядя? - неохотно спросила Ши Сынань. Почему никто не знает, где её дядя? Её дядя ушёл не попрощавшись. Неужели он не знает, как ей сейчас грустно и страшно? - Пусть дедушка отдохнёт, - сказала Нин Шу. - Твой дядя скоро вернётся. - Правда? Ши Сынань тут же широко распахнула глаза и посмотрела на Нин Шу. Нин Шу кивнула. Ведь так и было. Си Мучэн может вернуться, чтобы проверить, как обстоят дела. Лицо Ши Сынань просветлело, а в её взгляде появилось предвкушение. Нин Шу лишь молча наблюдала за этим. В жизни Ши Сынань, кроме любви, больше ничего не было. Нин Шу подумала о том, что она сама никогда не поймёт суть этой яростной любви и смерти без сожалений. Обычно они все здоровые и нормальные люди. Однако, когда дело доходит до любви, они все теряют свои головы. Вскоре позвонили из полицейского участка и проинформировали Нин Шу, чтобы она приехала и подписала её заявление. Ей также сообщили, что они задержали двух подозреваемых. Там было так много народу, но поймали только двоих? Подозреваемый, который похитил старика, признался, что он хотел, чтобы старик написал завещание, чтобы пожертвовать все семейные активы на благотворительность. Когда полиция расследовала ту благотворительную организацию, в пользу которой была записана благотворительность, они обнаружили, что это была подпольная операция, направленная на старика. По словам похитителей, у старика не было наследников, только его дочь и внучка, поэтому никто бы не удивился, что он пожертвовал всё своё состояние. Эта благотворительная организация не принадлежала Си Мучэну, да и вилла уже больше была не его. Он передал её кому-то другому. Другими словами, Си Мучэн не имел к этому никакого отношения. Он чисто умыл руки. Какого хуя. Если это всё не было сделано Си Мучэном, то Нин Шу была готова съесть дерьмо. Похищение ради выкупа — это уголовное преступление, поэтому те, кого поймали, были осуждены, а тех, кто сбежал, объявят в розыск. В любом случае, им придётся жить, скрываясь. Куда же запропастился Си Мучэн? Он спланировал эту серию махинаций, но сам не появился. Нин Шу опасалась того, что Си Мучэн заготовил на потом. И как раз, пока она переживала из-за Си Мучэна, он появился и был остановлен охранниками у входа на виллу. Когда Ши Сынань услышала, что Си Мучэн вернулся, она тут же помчалась вниз по лестнице, тяжело ступая, к двери, чтобы поприветствовать его. Нин Шу и старик сели в гостиной, ожидая Си Мучэна. Когда Си Мучэн вошёл, он посмотрел на Ши Сынань с явно шокированным выражением на лице. Особенно, когда он услышал, как Ши Сынань называет его дядей и смотрит на него с обожанием и широко распахнутыми глазами. Си Мучэн с трудом сглотнул. Это было ощущение того, как мир совсем изменился, стоит тебе на некоторое время отлучиться. Эта чёртова толстушка, стоящая перед ним, точно не была непорочной и чудесной Ши Сынань. В ней не осталось и следа прежней Ши Сынань. Нет, нет, абсолютно нет... ---------- Его Тело Всё Ещё Желало Её? Женщина, стоящая перед ним, была той, о ком он думал, той кем были заняты его мысли всё время, той, от которой всё его тело беспокойно распалялось. Но самым невыносимым для Си Мучэна было то, что даже несмотря на то, какой стала Ши Сынань, её привлекательность всё ещё была для него несравненной. Его тело уже стало беспокойным, желая придавить к постели эту деформированную и опухшую Ши Сынань. Си Мучэн чувствовал себя так, словно он сошёл с ума. Как так вышло, что даже когда она изменилась до неузнаваемости, его тело всё ещё желало её? Его младший брат выпрямился, и Си Мучэн уже едва сдерживал своё желание, полыхающее в его теле. Когда Нин Шу увидела бесчисленное множество эмоций, промелькнувших на лице Си Мучэна, и остановившихся на выражении полного поражения, она с одного взгляда почувствовала невыразимую горечь в его сердце. Это наверняка было такое восхитительное ощущение! Нин Шу использовала волосы этих двоих, чтобы связать их вместе. Что бы ни произошло, обе стороны будут чувствовать огромное влечение друг к другу. И это продлится до тех пор, пока одна из сторон не умрёт. Нин Шу внимательно рассмотрела Си Мучэна и заметила его болезненное лицо, которое словно было покрыто слоем серого цвета. Его лоб был посиневшим, но его скулы и губы покраснели. Тело Си Мучэна вот-вот откажет. Нин Шу изогнула уголки рта. Си Мучэн не смел больше смотреть в сторону Ши Сынань, но Ши Сынань была очень рада и не сводила с него взгляд. Си Мучэн увидел, что старик сидит на диване в элегантной позе и сказал: - Старик... нет, папа, мы так давно не виделись. - Ты всё ещё смеешь возвращаться сюда? Проваливай. С этих пор ты не член семьи Ши, - холодно сказал старик. Его тон был твёрдым, словно железо. Губы Си Мучэна изогнулись в ухмылке. - Пап, что я тебе такого сделал, раз ты хочешь выпнуть меня? Автомобильные аварии, похищение, всё это было дело рук Си Мучэна. Однако улик никаких не было. Поэтому, на поверхности, это всё не имело к нему никакого отношения. - Я жил хорошей жизнью, но ты захотел привести меня в семью Ши. А теперь ты хочешь выгнать меня? Да за кого ты меня принимаешь? - безразлично сказал Си Мучэн. Когда Ши Сынань услышала, что старик хочешь прогнать Си Мучэна, она тут же сказала: - Деда, разве дядя сделал что-то плохое? Не выгоняй дядю. Мы же все семья. - Ты.. Старик поперхнулся от растерянности. Он невольно прикрыл сердце рукой, и его лицо посинело. Затем он сказал: - Делайте, что хотите. Помощник старика укатил его обратно в комнату отдыхать. Нин Шу понимала, о чём думает старик. Уж лучше держать Си Мучэна под присмотром. Нин Шу распорядилась поставить двух охранников у двери в комнату старика. Перед тем, как приносить старику какую-либо еду, Нин Шу сперва проверяла, не отравлена ли она. Когда Си Мучэн увидел, что Нин Шу так насторожена, он фыркнул с саркастичным взглядом. После этого Си Мучэн остался на вилле, избегая Ши Сынань. Когда он видел её, он просто игнорировал её или притворялся, что не видит её. Ши Сынань пыталась найти возможность, чтобы поговорить с Си Мучэном, но с дедушкой и матерью поблизости она не смела вести себя слишком очевидно. Посреди ночи Ши Сынань постучалась в комнату Си Мучэна. Си Мучэн открыл дверь. Когда он увидел Ши Сынань, он смертельно побледнел. Си Мучэн действительно не мог выдержать её. Словно её вид покрывал шрамами его глаза. В этот момент её жирное тело перегораживало весь дверной проём. Тем не менее, его тело всё ещё неимоверно жаждало эту женщину. Он отчаянно хотел обнять её. Эти ощущения были словно огонь и лёд. - Дядя, я волновалась за тебя. Где ты был всё это время? Ши Сынань сдвинула своё тело и вошла в комнату Си Мучэна. Си Мучэн стерпел желание своего тела и закрыл дверь. ---------- Ты Ушёл, Даже Не Попрощавшись - Дядя, ты знаешь, как я провела все эти дни? Ты ушёл, даже не попрощавшись, - сказала Ши Сынань и слезливо всхлипнула. Си Мучэн был так напряжён в нижней половине, что ему казалось, будто он вот-вот взорвётся. Он так сильно сдерживался, что всё его тело дрожало. Тем временем, ему всё ещё приходилось выслушивать стенания Ши Сынань. - Блять... Си Мучэн больше не мог сдерживаться. Он закрыл глаза и просто толкнул Ши Сынань на пол. Его руки ласкали кусок жирного и мягкого мяса. Си Мучэн действительно больше не мог сдерживаться, и перешёл сразу к делу. Однако Ши Сынань теперь была слишком толстой, так что множество поз можно было вычеркнуть из списка. У него не осталось иного выбора, кроме как остановиться на миссионерской позе. Пока Си Мучэн был сверху на теле Ши Сынань, он чувствовал себя так, словно был на мясной подушке, она была чертовски жирной. Си Мучэн был высококлассным крепким мужчиной. Какая бы женщина ему отказала? Однако он, в итоге, оказался с такой женщиной. И самым решающим моментом было то, что она всё ещё была для него привлекательной. В прошлом Ши Сынань была невинной и красивой. И поэтому то, что он был одержим юным телом Ши Сынань, вполне было оправданно. Но теперь, даже несмотря на то, что Ши Сынань стала такой, её привлекательность для него не уменьшилась ни на каплю. Си Мучэн не открывал глаза на протяжении всего процесса. Он лишь слушал голос Ши Сынань и представлял её такой, какой она была раньше. Си Мучэн почувствовал, что его тело вот-вот взорвётся, пока он яростно истязал Ши Сынань. - Ах... Пронзительный крик разнёсся по вилле. Он был таким болезненным и жалким, что разрывал сердца тех, кто его слышал. Нин Шу, которая культивировала в своей комнате, прекратила и поспешила на звук в комнату Си Мучэна. Даже старик встревожился. Охранник уже выломал дверь. Нин Шу заглянула внутрь и увидела пухлое тело Ши Сынань и Си Мучэна. Не обращая внимания на их обнажённые тела, Ши Сынань кричала дрожащим от страха голосом: - Дядя, дядя... Нин Шу накрыла Ши Сынань одеялом, прежде чем взглянуть на Си Мучэна. Си Мучэн держался за свою грудь, а из его рта доносился звук тяжёлого дыхания, когда он с трудом пытался вдохнуть. Его лицо перекосило от недостатка воздуха. Его нижняя половина словно вышла из-под контроля, выстреливая липкой жидкостью, смешанной с кровью и пеной. Он просто не мог остановиться. Тело Си Мучэн дёрнулось, а его лицо позеленело. И в то же самое время он продолжал держаться за сердце и, широко открыв рот, всё более и более быстро дышал, пытаясь вдохнуть. Из его нижней половины всё ещё текла липкая жидкость. Когда старик примчался и стал свидетелем такой сцены, он в шоке сказал: - Смерть от совокупления. Затем он покачал головой. - Его уже не спасти. Лицо Си Мучэна исказилось, а его взгляд был полон сильного нежелания, страха и ненависти. Он издал глухой рык, прежде чем его тело неистово дёрнулось пару раз. Затем он вообще перестал шевелиться, но его нижняя половина тела всё ещё неконтролируемо эякулировала. Неописуемо странный запах пропитал комнату. Смерть во время секса — это очень редкий случай, и он клинически известен как внезапная смерть во время соития. Слишком частые соития приводят к физической слабости. Более того, эрозия, вызванная наркотиками для секса, тоже могут заставить сердце остановиться. Тело Си Мучэна было опустошено. Даже когда он не был с Ши Сынань, он сам ублажал себя или искал других женщин. Его ослабленное тело не смогло выдержать мучений, что и привело к внезапной смерти. - Дядя, дядя... Когда Ши Сынань увидела неподвижное тело Си Мучэна, она тоже задрожала. Она в отчаянии закричала, пока больше не смогла этого выносить. Её глаза закатились и она потеряла сознание. Нин Шу попросила охранников унести Си Мучэна. После того, как тело Си Мучэна убрали, Нин Шу открыла окно в комнате, чтобы развеять запах. Она глянула на бессознательную Ши Сынань, которая не могла принять реальность, и собрала одежду на полу. Она одела Ши Сынань, чтобы прикрыть её тело. ---------- Мы Проведём Похороны Нин Шу одела Ши Сынань, а потом вышла из комнаты. В гостиной она увидела тело Си Мучэна, завёрнутое в простыню. Оно ещё пару раз дёрнулось. Она снова проверила Си Мучэна, на всякий случай. Лицо Си Мучэна было перекошено, а его рот широко открыт и слюна вытекала из него, собираясь лужицей на полу. Всё его тело было сине-белым. Нин Шу протянула руку к его носу, чтобы проверить, дышит ли он. Затем она коснулась его шейной артерии. Она не обнаружила ни дыхания, ни сердцебиения. Задание по устранению Си Мучэна можно считать законченным, но они ещё могут столкнуться с контратакой тех сил, что находились под его руководством. Наверняка будет кто-то, кто станет наследником Си Мучэна. Однако было неизвестно, станут они мстить за Си Мучэна или нет. Нин Шу спросила у старика: - Что же нам теперь делать? - Смерть во время соития действительно слишком уродлива, - старик нахмурился. - В таком юном возрасте он действительно умер во время секса. Тело Си Мучэна было опустошённым, поэтому было вполне логично, что он умер во время соития. - Пусть люди из крематория придут сюда и кремируют тело. Как бы там ни было, он — член семьи Ши, - сказал старик. - Мы проведём похороны. Эти похороны были лишь фасадом для остальных. Нин Шу кивнула. Едва она только взяла телефон, как услышала душераздирающий крик: - Дядя... Этот голос был таким пронзительным и полным скорби, что Нин Шу чуть не выронила телефон из руки от шока. Даже старик невольно схватился за сердце. Прежде лежавшая без сознания Ши Сынань пришла в себя и выбежала из комнаты с громким топотом. Её тело дрожало, когда она склонилась над мёртвым телом Си Мучэна. - Дядя, ты не можешь умереть. Дядя... Ши Сынань неконтролируемо рыдала. В её сердце, дядя был всемогущим; умереть мог кто угодно, но только не её дядя. Ши Сынань даже подозревала, что ей всё это снится. Её сердце словно сжала чья-то рука, и она не могла вдохнуть. Она не могла представить, какой будет её жизнь без дяди. Без него у неё не было смысла жить! Ши Сынань обняла труп Си Мучэна, стеная и плача. Всё это время она жалобно кричала: - Дядя, очнись. Дядя, Сынань так страшно. Ши Сынань почувствовала холод во всём теле. Она была в ошеломлённом состоянии, словно её душа покинула тело. Нин Шу позвонила в похоронное бюро. Вскоре приехали люди, чтобы забрать труп Си Мучэна. - Не трогайте моего дядю. Он не умер, не умер, - Ши Сынань вцепилась в тело Си Мучэна, отказываясь отпускать его. - Нет, не делайте больно дяде. У персонала крематория не было выбора, кроме как посмотреть на старика в кресле-каталке и спросить: - Так вы хотите его кремировать или нет? Нин Шу кивнула: - Конечно. - Мам, не делай этого... - Ши Сынань с мольбой посмотрела на Нин Шу. - Не делай больно дяде. Дядя не умер. Ши Сынань не могла поверить, что Си Мучэн так внезапно умер. И это даже произошло в тот момент, когда они занимались сексом. Нин Шу проигнорировала умоляющий взгляд Ши Сынань и позвала несколько охранников, чтобы они оттащили её. Ши Сынань душераздирающе кричала. Когда она увидела, что тело Си Мучэна уносят, она с трудом высвободилась и рванула в сторону Си Мучэна. ---------- Это Что, Сила Любви? Ши Сынань теперь была очень тяжёлой. А если добавить к этому её безумное состояние, то она была очень сильной. Даже пять охранников не смогут удержать её. Нин Шу имела более прямолинейный подход к ней. Она рубанула одной рукой по шее Ши Сынань и вырубила её. Ши Сынань с грохотом упала на пол. Её глаза были плотно закрыты, а лицо было всё в слезах. Старик вытер лицо. Он выглядел необычно уставшим, когда сказал Нин Шу: - Я оставлю похороны на тебя. - Да, иди и отдохни. Было уже ранее утро. Учитывая то, каким слабым было тело старика, после такого внезапного пробуждения и поворота событий, его цвет лица был плохим, а его выражение лица было неприятным. Помощник увёз старика отдыхать. Охранники тоже отправились патрулировать вокруг виллы. В гостиной теперь была лишь Нин Шу и бессознательная Ши Сынань, лежащая на полу. Ши Сынань весила слишком много. Нин Шу не смогла бы затащить её на постель. Поэтому она взяла тонкое одеяло и накрыла её тело, после чего оставила её лежать на полу. Нин Шу села на диване, скрестив ноги, и стала культивировать. Недавние события заставили её почувствовать себя измотанной. Её постоянно поджидала куча всяких вещей, которые нужно сделать. Это тело уже было в среднем возрасте, поэтому после целой череды метаний, включая прыжки через стены и выпрыгивания из автомобилей, оно было немного перетрудившимся. Бессознательная Ши Сынань быстро пришла в себя всего через два часа. Нин Шу ожидала, что она проспит всё утро. Это что, сила любви? Ши Сынань проснулась со стоном. Она с трудом подняла руку и коснулась своей шеи. Когда она повернула голову и увидела Нин Шу на диване, она тут же закричала на неё с негодованием: - Мам, я ненавижу тебя, ненавижу тебя... Столкнувшись с пылкой обидой и ненавистью Ши Сынань, выражение лица Нин Шу не изменилось. Она лишь отчасти почувствовала себя растерянной. Если бы Ши Лина или старик умерли, Ши Сынань не стала бы так сходить с ума. После того, как все её родственники умерли, у неё оставался дядя, который мог утешить её во всевозможных позах и всякими способами. Пока Ши Сынань рыдала и стенала, она хотела убежать из виллы, чтобы найти её дядю. Однако её остановили охранники. Она возненавидел этих отвратительных охранников и начала размахивать руками, царапая их лица. Её ногти оставляли на лицах охранника кошачьи царапины. Нин Шу закричала: - Перестань. Что ты делаешь? Неужели ты ещё недостаточно постыдно себя ведёшь? Ши Сынань перестала размахивать руками. Она повернула голову, чтобы посмотреть на Нин Шу и с такой силой закусила губы, что они начали кровоточить. Её взгляд был полон отчаяния и боли. - Ши Сынань, постыдись уже! Скорее возвращайся домой, - холодно сказала Нин Шу. - Я ненавижу тебя. Я так сильно ненавижу тебя, - губы Ши Сынань кровоточили, когда она говорила это. - Да, у меня нет стыда. Я просто люблю своего дядю. Я люблю его и не могу жить без него. Голос Ши Сынань был хриплым, а её глаза стали красными. - И мне плевать, что он — мой дядя. Ты просто не понимаешь любви. Твоё сердце холодное и мёртвое. Вот почему папа ушёл от тебя. Ты безжалостная и бессердечная, и никто тебя не любит. Ши Сынань стукнула себя по сердцу, отчего её руки и грудь всколыхнулись волнами плоти. - Ты хоть понимаешь, как мне тут неприятно? Словно я умираю. Нин Шу плотно сжала губы. Ну, так и умирай. - Мам, прошу, позволь мне повидать дядю. Прошу. Лицо Ши Сынань было бледным, пока она рыдала и умоляла Нин Шу. Выражение лица Нин Шу было безразличным. Какого чёрта? Она же только что обвиняла её в жестокости и бессердечности, а теперь снова умоляет её. С какого чёрта она ей что-то должна? Нин Шу сказала охранникам: - Утащите её обратно в комнату. - Мам... - Ши Сынань в шоке посмотрела на Нин Шу. - Как ты можешь так поступать? В итоге, несколько сильных охранников оттащили Ши Сынань обратно в её комнату. Она отчаянно сопротивлялась и кричала на Нин Шу: - Мам, я тебя ненавижу. Я тебя ненавижу. Ты никогда не узнаешь любви. Ты всегда будешь одинокой дрянью, которую никто не полюбит. ---------- Не Хочу Жить Без Моего Дяди Выражение лица Нин Шу оставалось неизменным, пока она выслушивала проклятия своей дочери. Когда Ши Сынань проклинала её в том, что она умрёт и никто не прольёт из-за неё слёз, Нин Шу даже поковырялась в ушах. Она станет такой жалкой, что её никто не полюбит? Ох, как же ей страшно. Она просто холодная, безразличная и безрассудная? Пфф. Если женщина добьётся любви и заботы противоположного пола, тогда она не получит уважения от представительниц того же пола. Женщины просто настолько скромные. Даже простая и чудесная Ши Сынань использовала это в качестве оружия, чтобы нападать на её. Ты будешь старой каргой, которую никто не захочет, ты не знаешь, как любить, и ни один мужчина тебя не полюбит, и всё в таком духе. В мыслях людей, любовь мужчины была прямым отражением женского очарования. После того, как охранники утащили Ши Сынань в её комнату, Нин Шу заперла дверь. Ши Сынань кричала и стучала в дверь, но это всё было тщетно. Нин Шу игнорировала Ши Сынань, чьи крики разносились по всему дому. - Мам, если ты не позволишь мне повидать дядю, то я покончу жизнь самоубийством. Я не хочу жить без моего дяди. Нин Шу: … Нин Шу открыла дверь и сказала: - Ты действительно хочешь увидеть, как твоего дядю бросают в огонь, и он превращается в пепел? - Ты всё выдумываешь. Ты всё выдумываешь, - когда Ши Сынань услышала слова Нин Шу, она не смогла выдержать и начала неистово мотать головой. - Дядя не может умереть. Это невозможно. Когда Ши Сынань попыталась выбежать из дома, Нин Шу затащила её обратно. - Раз ты так хочешь сходить, тогда я тебя отвезу туда. Нин Шу поехала на автомобиле, чтобы отвезти Ши Сынань в крематорий. В это время владелец похоронного бюро накладывал макияж на Си Мучэна. После этого его кремируют. Когда Ши Сынань увидела неподвижного Си Мучэна, лежащего на платформе, она рванула прямо к нему. Её внезапный рывок ошарашил владельца похоронного бюро. Ши Сынань обняла Си Мучэна и разрыдалась. Наконец, Нин Шу оттащила Ши Сынань от него. Безумие Ши Сынань было таким мощным, что Нин Шу пришлось собрать энергию в своём даньтяне, чтобы оттащить её. - Нет... Ши Сынань наблюдала за тем, как её дядю заталкивают в печь, и огонь сжигает его тело. Он даже не отреагировал. Её дядя действительно умер и оставил её одну. Что же ей теперь делать? Ши Сынань не смогла этого вынести и потеряла сознание. У Нин Шу не осталось иного выбора, кроме как затащить её в автомобиль. Затем она взяла пепел Си Мучэна и приехала обратно на виллу. После этого Нин Шу провела простые похороны. Хоть Нин Шу и не пригласила много людей, множество из тех, кто услышал новости, пришёл на похороны. Естественно, многие из них интересовались внезапной смертью Си Мучэна. Согласно некоторым слухам, причиной смерти была смерть во время совокупления. В любом случае, семья Ши стала личной шуткой для этих людей. Но Нин Шу было всё равно. Когда Си Мучэн умер, в доме было так много охранников, ставших свидетелями этому. Новости об этом определённо распространились бы. К тому же, смерть во время совокупления — это всё равно лучше, чем слухи о том, что Си Мучэн был убит семьёй Ши. Нин Шу не позволила Ши Сынань присутствовать на похоронах. После возвращения из крематория, Ши Сынань лишь рыдала и стенала. Она была полна отчаяния и боли, и взывала к дяде воплями, от которых сердце разрывалось. Если такая Ши Сынань появится на похоронах, семья Ши не сможет больше показывать своё лицо на публике. Инцест дяди и племянницы, дядя, умирающий на животе племянницы, это было просто... - Мисс Ши. К Нин Шу подошёл мужчина в костюме. Ему было около тридцати лет, и даже несмотря на его костюм, он не мог скрыть мрачной враждебности, которую излучало его тело. Нин Шу мысленно совершила круг в голове, но так и не смогла вспомнить личности этого человека. В итоге, она спросила: - Вы кто? - Я — один из подчинённых Си Мучэна, - сказал мужчина. ---------- Он Назначен Ей Судьбой Нин Шу прищурилась, глядя на него. - О, ваш босс умер в семье Ши, поэтому вы хотите за него отомстить? Мужчина фыркнул и беззаботно сказал: - Зачем мне мстить за мёртвого человека? Я рад видеть, что Си Мучэн умер. На самом деле, многие разделяют мои чувства. Уголок рта Нин Шу дёрнулся. Си Мучэн был довольно непопулярным. Чтобы продемонстрировать своё мужское доминирование, он правил своими подчинёнными железной рукой, словно древний император. Нин Шу опасалась, что она может столкнуться с контратакой его подчинённых, но теперь она об этом больше не беспокоилась. После похорон Нин Шу отправилась на кладбище и небрежно нашла место, чтобы похоронить Си Мучэна. Как только она закончила с похоронами Си Мучэна, сердце Нин Шу изрядно расслабилось. У неё больше не было того ощущения кризиса. Однако теперь у неё был другой повод для беспокойства: Ши Сынань. Девушка не могла смириться со смертью Си Мучэна. В сердце Ши Сынань, её дядя был единственным, с кем она могла бы провести всю свою жизнь. И не важно, через что им приходилось проходить между делом, они бы всё равно счастливо жили вместе. Это ощущение было очень мощным, настолько сильным, что Ши Сынань считала, будто Си Мучэн назначен ей судьбой. Ши Сынань обнимала одеяло и несчастно рыдала. И было похоже, что она не остановится, пока не ослепнет. Это продолжалось до тех пор, пока старик, который восстанавливался дома, больше не смог этого терпеть. Он вернулся в больницу. Нин Шу не знала, как описать обезумевшее выражение лица Ши Сынань. Неужели это было настолько болезненно? Ши Сынань устроила забастовку и отказывалась есть. Однако, учитывая количество еды, которое ей было необходимо, если она пропускала один приём пищи, на следующем она съедала в два раза больше. Поэтому её голодовка, или что она там делала, была не очень-то полезной. Когда Ши Сынань запихивала еду в свой рот, она была в агонии. Вероятно из-за того, что голодовка была для неё слишком невыносимой, она хотела запихать в свой рот всё, что попадалось под руку. В итоге, Ши Сынань тайком взяла лезвие и перерезала свои запястья, чтобы покончить жизнь самоубийством. Она лежала в широкой ванне и держала лезвие в руке. Стоит заметить, что Ши Сынань теперь была очень толстой. Чтобы добраться до кровеносных сосудов ей сначала нужно было пробиться через толстый слой жира. А как только лезвие начало резать её мясо, боль, которую она испытывала, можно лишь представить. Однако Ши Сынань всё это выдержала. Как только в её голове мелькала мысль о её дяде, превращающемся в пепел, она так мучилась, что желала умереть. Её исчезновение заметила горничная, которая принесла еду. Она обыскала дом, и, наконец, нашла её в ванной комнате. Её запястье лежало на краю ванны, а кровь капала на пол. Нин Шу была на работе, когда ей сообщили об этом. Она тут же помчалась в больницу. Ши Сынань была без сознания, а её рука была забинтована. Нин Шу уже устала от Ши Сынань и её выходок. После всех тех усилий, что были потрачены на то, чтобы вырастить её, она решила покончить жизнь самоубийством ради мужчины, который никогда ничего для неё не делал. Так легко отказаться от своей жизни, разве она не знает, насколько ценна жизнь? В то время, как Нин Шу скакала из мира в мир, просто чтобы продолжать жить. Когда те, кто родились в рубашке, сталкиваются с чем-то трудным, они тут же начинают искать смерти. Они не знают трудностей выживания. Это было просто самоистязание себя болью, которую они же и причинили себе. Более того, только героиня имеет право быть своевольной. Нин Шу хотела бы посмотреть, как далеко сможет зайти Ши Сынань. Если желудок человека пуст, будет ли у него время чувствовать печаль из-за таких банальных вещей? Беспокоиться о тепле, похоти и желании? Если бы деньги, потраченные на воспитание Ши Сынань, были бы использованы на свиней, то семья Ши уже заработала бы состояние. Нин Шу села на краю койки. Она наблюдала за спящей Ши Сынань, которая проливала слёзы даже во сне. Когда старик услышал, что Ши Сынань совершила попытку самоубийства, он примчался из своей больницы. Он покачал головой, когда увидел её. - Это уже пропащий ребёнок. Старик был в плохом состоянии. Дорожная авария и похищение оказались тяжёлой ношей для тела старика. Он сильно постарел всего за несколько дней, а его волосы уже стали белоснежными. Старик сказал Нин Шу: - Эта семья, прошу, поддержи её ещё немного. После этих слов, он позволил сиделке увезти его. ---------- Стала Главой Семьи Когда старик попросил Нин Шу поддержать эту семью, он полностью делегировал ей власть, и Нин Шу теперь стала главой семьи. Попытка Ши Сынань покончить жизнь самоубийством не удалась. После пробуждения она стала тупо смотреть в потолок и тихо плакать. Доктор сказал, что состояние здоровья Ши Сынань очень слабое, потому что она была слишком толстой и это было тяжёлой ношей для её тела, а ещё она пролила много крови, поэтому в дальнейшем будет страдать от малокровия. Выслушав доктора, Нин Шу сказала Ши Сынань: - Тебе уже восемнадцать лет. Неужели, такой жизнью ты хотела жить? Взбодрись. Взгляд Ши Сынань медленно переместился, сфокусировавшись на лице Нин Шу. Она хрипло сказала: - Мам, как ты не можешь понять, я не могу жить без моего дяди, мам... Нин Шу: Orz... (Преклоняюсь) Нин Шу уже больше не было дела до Ши Сынань, потому что у суррогатной матери родился ребёнок и он весил три с половиной килограмма. Нин Шу поспешила в больницу, чтобы позаботиться о завёрнутом в пелёнку младенце. Уж этого ребёнка она воспитает должным образом. К счастью, Нин Шу уже несколько раз была няней, поэтому подготовилась заранее. Она взяла своего ребёнка с собой на работу и в комнате отдыха теперь было полно различных детских вещей. Старик был очень рад узнать, что у него теперь есть внук. Он весь день ждал, когда Нин Шу принесёт ребёнка с работы. - Хорошо, хорошо... Старик с улыбкой на лице сжал ручки ребёнка и поцеловал их, а потом спросил у Нин Шу: - Кто отец ребёнка? - Я выбрала его из банка спермы, — сказала Нин Шу. Ши Сынань спустилась по лестнице и увидела, что дедушка держит в руках ребёнка. Она посмотрела на ребёнка и спросила: - Деда, чей это ребёнок? После того, как Ши Сынань разрезала своё запястье в попытке самоубийства, после возвращения из больницы она жила, словно блуждающая душа. Её ничего не заботило, и она просто пряталась в своей комнате целыми днями. А теперь у неё появился сводный брат, о котором она не знала. Старик улыбнулся и сказал: - Это твой брат. Деда сейчас ещё размышляет, какое имя ему дать. Ши Сынань была ошеломлена и, запинаясь, сказала: - Мам, как ты могла так поступить? Как ты можешь быть достойной папы? Нин Шу: … Пфф, что же она такого сделала? - Этот младший брат, ребёнок, которого ты завела от другого мужчины, - Ши Сынань закусила губу. - Ты не должна была так поступать. Нин Шу: →_→ Твой отец уже сформировал другую семью, а ты хочешь, чтобы твоя мать всё ещё была ему верна. Вы же обе женщины, почему ты так сурова по отношению к своей собственной матери? Услышав слова Ши Сынань, лицо старика потемнело, и он опустил голову, чтобы утешить ребёнка. Атмосфера стала ледяной, и ребёнок на руках старика начал взволнованно плакать. Старик не знал, как его утешить, поэтому повторял: - Мой дорогой внучек, не плачь, не плачь, ах... Нин Шу взяла ребёнка на руки, обняла и успокоила его, а старик сказал Ши Сынань: - Раз ты хорошо себя чувствуешь, то иди в школу и не сиди целыми днями дома. Тогда Ши Сынань поспешно замотала головой. Она не хотела идти в школу. Она вообще не хотела видеть людей в таком состоянии. Ей не хотелось жить, не говоря уже о том, чтобы учиться. Старик вяло махнул рукой. - Тогда веди себя хорошо и не слоняйся. У Ши Сынань слёзы навернулись на глаза. Все были с ней так холодны. Дедушка и мать ненавидели её, дядя умер, а теперь ещё и младший брат появился. Ши Сынань снова впала в печаль, и стала чувствовать себя самой несчастной на свете. Когда Нин Шу взглянула на Ши Сынань, она действительно не могла её понять. Неужели, если ты найдёшь мужчину, который имеет хорошую работу, круто выглядит и красив, то жизнь женщины будет считаться полной. Ей больше нечего делать в жизни, кроме как спать с красивым мужчиной и лишь ждать, когда красивый мужчина будет её баловать. Неужели красивый мужчина — это подходящее укрытие от ветра и дождя? Ши Сынань развернулась и убежала наверх, в свою комнату, вероятно, чтобы продолжить там метаться от горя. Нин Шу почувствовала сильную усталость. Она не чувствовала себя такой слабой даже столкнувшись с Си Мучэном, поэтому она не знала, как решить проблему с коммуникационным барьером. Нин Шу сделала молоко из порошка для ребёнка и спросила у старика: - Пап, что делать с Сынань? - Оставь её пока в покое. Старик вздохнул. Они просто будут вести себя так, словно бесплатно обеспечивают человека. ---------- Не Будь Подхалимом Глупых Людей Нин Шу не стала возражать. Ши Сынань была внучкой старика и дочерью Ши Лины, так что не ей было решать. Но Ши Сынань прекрасно умела мучить себя до состояния бесконечной боли. После того, как ребёнок напился молока, Нин Шу прижала руку к спине ребёнка, направляя немного духовной энергии в его тело, чтобы он стал крепче и меньше болел. Этот ребёнок был послушным и не шумел. Вечером Нин Шу положила ребёнка в колыбель рядом с постелью и села, скрестив ноги, на кровать, чтобы продолжить культивировать Непревзойдённые Боевые Искусства, когда услышала в голове голос 2333. - Задание завершено, желаешь покинуть мир задания? Нин Шу глянула на малыша в колыбели в последний раз и согласно сказала: - Уходим. Нин Шу почувствовала головокружение, а когда открыла глаза, она уже была в системном пространстве. Нин Шу внезапно обмякла и легла на диван, проверяя очки, полученные на этом задании. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 6 150 000 (+2 000 000) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 244 Харизма: 10 Удача: 74 Воля: 150 Боевые искусства: 162 Вера: 1314 (+500) Способность (адаптивность): 69 Заслуги: 10050 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Низкоуровневые Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня, Экзорцист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x5, Улучшенный Защитный Талисман Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Выполнено задание Ши Лины. Степень Выполнения Задания: 100% Получено: 2 000 000 очков опыта. Получено: 50 очков атрибутов. Получено: 500 очков веры. Она получила немало очков за это задание, и ещё много очков атрибутов, но, что ещё больше обрадовало Нин Шу, так это 500 очков веры. - 2333, откуда у меня так много очков веры в этот раз? - спросила Нин Шу. - Это накопления с миров, через которые ты прошла прежде, и в будущем их будет всё больше и больше. Делай больше благоприятных вещей, чтобы собирать очки веры. Очки веры очень полезные, - сказал 2333. - Когда получатель заданий продвинутого уровня будет проходить повышение до получателя заданий ультра-уровня, то нужны будут не только очки опыта, но и очки веры и заслуг. Очки опыта легко заработать, а вот очки веры — трудно. Нин Шу закатила глаза и спросила: - Чтобы стать получателем заданий ультра-уровня, сколько нужно будет очков заслуг и очков веры? - Пожалуйста, сначала стань получателем заданий продвинутого уровня, прежде чем задавать мне этот вопрос, - с презрением сказал 2333. - Не будь слишком высокого о себе мнения. Нин Шу поджала губы и спросила себя, неужели просто задать вопрос - это уже быть о себе слишком высокого мнения? - А много ли получателей заданий ультра-уровня? - снова спросила Нин Шу. - Точное количество неизвестно, но многие получатели заданий застряли на границе перехода из-за нехватки очков заслуг и очков веры. Некоторым получателям заданий не хватает лишь очков заслуг, но они слишком обременены плохой кармой. Поэтому им не так-то просто пройти повышение до получателя заданий ультра-уровня, - осторожно сказал 2333. - Даже если ты получатель заданий, будь хорошим человеком, не будь подхалимом для глупых людей. ---------- Послесловие Про Ши Лину Получив 50 очков атрибутов, Нин Шу по-прежнему добавила эти 50 очков в интеллект, удачу, волю, боевые искусства и адаптивность. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 8 150 000 Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 244 (+10) Харизма: 10 Удача: 74 (+10) Воля: 150 (+10) Боевые искусства: 162 (+10) Вера: 1814 Способность (адаптивность): 69 (+10) Заслуги: 10050 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Низкоуровневые Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня, Экзорцист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x5, Улучшенный Защитный Талисман Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Распределив очки атрибутов, Нин Шу села на диван и стала культивировать, поглощая духовную энергию в системном пространстве. Когда она почувствовала, что больше не может её впитывать, она остановилась. Нин Шу сказала 2333: - Я хочу посмотреть, что произошло, когда Ши Лина вернулась. - Ладно. Перед Нин Шу появился экран. На нём была Ши Лина, сидящая в своём кабинете. Ребёнку уже было два года, и он уже стоял, держась за диван, находящийся рядом с рабочим столом. Ши Лина работала, но время от времени она поглядывала на своего ребёнка. На губах Ши Лины играла улыбка, а во взгляде была нежность. Когда ребёнок упал на пол, Ши Лина не запаниковала и не спешила поднимать ребёнка на ноги. На полу был ковёр и ребёнок не поранился, когда упал на пол. Когда секретарша Ши Лины увидела, что ребёнок упал, она хотела поднять его, Ши Лина тут же сказала: - Пусть сам поднимается. Он уже может это сам сделать. Видя, что никто не обращает на него внимания, ребёнку стало слишком лень ходить на ногах. Он медленно поднялся на колени, а потом начал ползать по кабинету, хватаясь за всё подряд или просто пытаясь грызть вещи. На лице Ши Лины была улыбка. Когда пришло время уходить с работы, Ши Лина вернулась вместе с ребёнком. На вилле старик играл в шахматы со старым секретарём. Когда он увидел ребёнка, он тут же сказал: - Мой дорогой внучек вернулся! Старик уже не мог удержать ребёнка на руках и позволил ему просто сидеть на коленях, пока он нежно разговаривал с ребёнком. Ши Лина посмотрела на второй этаж и поднялась по лестнице в комнату Ши Сынань. Пол в комнате Ши Сынань был усыпан упаковками от чипсов и прочих вкусностей, а в воздухе смешались всевозможные запахи. В комнате было так грязно, что непонятно было даже, куда можно встать. ---------- Не Буди Человека Ши Лина нахмурилась и вошла в комнату. Она увидела Ши Сынань, лежащую на постели. Она спала посреди дня. Целыми днями она либо спала, либо ела. За прошедшие два года Ши Сынань набрала ещё больший вес. Лёжа на постели, она занимала более половины её площади. Сама Ши Сынань выглядела, словно надутый шар. Это выглядело очень страшно, особенно жир на животе. В магазинах невозможно было даже найти штаны, которые бы на неё налезли. Все черты лица Ши Сынань уже сжались вместе, а её глаза уже почти не открывались. Даже если она пыталась их широко распахнуть, они не открывались. Почти за два года Ши Сынань так и не отошла от своей эмоциональной травмы. Она каждый день лежала в своей комнате, никогда из неё не выходила. А ещё она бросила школу. При виде такой Ши Сынань, Ши Лина разозлилась и не удержалась от того, чтобы сказать: - Ради мужчины, который уже так давно умер, сколько ты ещё собираешься грустить? Тебе всего лишь нужно встать и избавиться от жира в своём теле. Ты же можешь прожить хорошую жизнь. Если ты продолжишь в таком духе, то твоё тело не сможет этого выдержать. При виде такой Ши Сынань, Ши Лина просто хотела взять и задушить её. Ши Сынань была безразлична к словам Ши Лины, и с трудом повернулась спиной к Ши Лине. - У тебя уже есть сын, так что не надо заботиться обо мне. Даже если моё тело этого не выдержит, я готова пойти на это. Я уже давно хочу умереть. Ши Лина: … Ши Лина была чертовски зла: - С завтрашнего дня, раз ты хочешь умереть, то больше не ешь. Ты только посмотри, как много ты съедаешь. Одного твоего обеда хватает на четверых человек. У тебя полно еды и питья, но ты всё равно продолжаешь губить свою жизнь. Ты же теперь старшая сестра и должна быть примером для своего младшего брата. - Ладно! Тогда я больше не буду есть! Дедушка не хочет меня видеть, ты не хочешь меня видеть. А раз никто не хочет меня видеть, то зачем мне вообще жить? - закричала Ши Сынань и расплакалась. Ши Лина была на мгновение ошарашена. При виде такой раздражённой Ши Сынань, она смягчила свой тон и сказала: - Сынань, мама найдёт тебе психиатра. Мама считает, что ты слишком долго пробыла дома, мы пригласим тебе фитнес-тренера, чтобы он приходил и помогал тебе с упражнениями. Сынань, ты всё ещё молода, и ты ещё можешь долго прожить. - Я устала слышать эти слова. Я больше не хочу жить, это бессмысленно, - сказала Ши Сынань с пустым взглядом. - Я не могу жить в мире без моего дяди. Ши Лина сделала глубокий вдох, ничего не говоря, и нашла психиатра, чтобы он помог разобраться с психологической проблемой Ши Сынань. Во всём остальном Ши Лина была просто беспомощна. Она не знала, что делать с этой дочерью. После того, как Ши Лина ушла из комнаты Ши Сынань, она смахнула грусть со своего лица и пошла готовить порошковое молоко для своего сына. Ши Лина нашла психиатра и попросила Ши Сынань пообщаться с ним, но Ши Сынань не пошла на контакт и заперлась от психиатра в комнате. Когда фитнес-тренеры видели фигуру Ши Сынань и её ужасающий аппетит, они все качали головами, как бы говоря: "С таким-то телом, боюсь, мне придётся сломать собственную вывеску, если я возьмусь за этот заказ". Нин Шу покачала головой. Ши Сынань смогла растолстеть даже больше, чем ожидала Нин Шу, и теперь она весила более 150 килограмм. Эффект акупунктуры был очень слабым, но Ши Сынань всё продолжала есть, растягивая свой желудок. Если она пройдёт через операцию, чтобы отрезать часть желудка и начнёт выполнять упражнения, то Ши Сынань сможет сбросить вес. Никогда не буди человека, который притворяется спящим*. В любом случае, контратака изменила жизнь Лины к лучшему. Посмотрев на то, что произошло, когда Ши Лина вернулась, Нин Шу приготовилась отправиться в Сборное Пространство, чтобы прогуляться там и поесть в ресторане. В духовном состоянии, даже если есть очень много, ты не почувствуешь насыщения, и ты не растолстеешь. Даже если она будет есть очень много, она не станет такой, как Ши Сынань. Оказавшись в Сборном Пространстве, Нин Шу осмотрелась по сторонам и увидела, что в нём не было никаких отличий от изначального. Всё было точно таким же, и ничего не изменилось. Нин Шу спросила у 2333: - В прошлый раз дядя сжал сборное пространство в кулак, это сборное пространство всё то же, что и изначальное? - Нет, это новое, - ответил 2333. - В прошлый раз сборное пространство было уже нестабильным. Оно могло разрушиться в любое время. Нин Шу:→_→ Человек, который может сжать пространство, а потом создать новое пространство — это всё тот же человек, который был ранен скрытым оружием**? Какого хрена? Нин Шу немного прогулялась, посматривая по сторонам, прежде чем отправилась в ресторан и заказала себе полный стол еды. ____________________________________________________________ Примечание: *Идиоматическое выражение, означающее: игнорировать проблему, потому что её решение может привести к ещё более сложной ситуации. **Данное событие было при их встрече в самой первой арке. ---------- Номер Фиксируется Еда в ресторане была довольно вкусной и, когда Нин Шу ела её, она всё равно чувствовала, как слабая энергия перетекает в её душу. Должно быть, это была энергия, содержащаяся в этой еде. Интересно, из каких материалов сделаны эти блюда? Мясо на вкус как мясо, и даже имеется вкус различных приправ. Это в полной мере удовлетворяло её желания. Нин Шу ела за своим столом, когда на свободное место напротив неё кто-то сел. Нин Шу подняла голову и увидела незнакомую женщину. - Привет. Нин Шу поздоровалась с женщиной, чьё лицо было красивым и выглядело очень добрым. Мэй Цзыцин* посмотрела на Нин Шу и спросила: - Ты — получатель заданий продвинутого уровня? - Эм, нет, - ответила Нин Шу. Мэй Цзыцин удивлённо подняла брови: - Мне показалось, что твоя душа довольно крепкая, и я решила, что ты — получатель заданий продвинутого уровня. У меня есть задание для продвинутого уровня, и я хотела пригласить тебя в группу. Выполнение группового задания? Это так продвинуто! Нин Шу сказала: - Я — получатель заданий среднего уровня. Она ещё нескоро станет получателем заданий продвинутого уровня. И от этого ей было грустно. - Тогда прости, что побеспокоила тебя, - сказала Мэй Цзыцин, встала, задумалась и сказала: - А какой у тебя номер? Мой номер 639, мы можем связаться, когда ты станешь получателем заданий продвинутого уровня. Мы можем работать вместе. Когда дело дошло до присвоенных чисел, Нин Шу почувствовала себя не очень хорошо и спросила у Мэй Цзыцин: - А можно ли вообще поменять номер? - Нет. Когда система улавливает душу, то номер души фиксируется и остаётся неизменным. Нин Шу: Переворачивает стол... - Так какой у тебя номер? - 2... 2333. - Какой-какой? - 2333**. Взгляд Мэй Цзыцин улыбался. - Будем на связи. Мэй Цзыцин развернулась и ушла. Даже в духовном состоянии Нин Шу хотела перевернуть стол из-за того, что у неё такой номер. Она съела все блюда со стола и вернулась в своё системное пространство. Нин Шу спросила у 2333: - Я могу сменить свой номер? Я не прошу о каком-нибудь красивом номере, но можно не использовать этот номер? - Тот игрок права, номер фиксируется, - с ухмылкой сказал 2333. - Разве тебе не становится очень стыдно, когда тебя зовут таким именем? - спросила Нин Шу почёсывая свой затылок. 2333 ответил без малейшего замешательства: - А чего тут стыдиться? Номер и имя — это просто кодовые названия, почему ты так одержима подобными вещами? Конечно же, одержима. Может, для тебя кажется естественным, но имя должно быть важным и гордым. - Человек с номером 639 сказала, что хочет связаться со мной, как я могу связаться с ней? - спросила Нин Шу. - Ты можешь включить систему чата, - ответил 2333. - … Почему я ничего о ней не знала? Лицо Нин Шу потемнело и она почувствовала себя умственно отсталой. - Почему ты не спрашивал меня, хочу ли я открыть систему чата? - спросила Нин Шу. - У тебя нет никого, с кем бы ты хотела связаться. И что бы ты сделала, если бы открыла её? Каждый раз, когда система чата отправляет слово, тебе нужно потратить одно очко опыта, - ответил 2333. Одно очко за одно слово, это что за грабёж?! Нин Шу сказал: - Включай. - Ладно. Перед Нин Шу появился интерфейс чата, и там мелькала полоска входящего сообщения. Нин Шу нажала на неё. Это был запрос на разговор с номером 696. ---------- Красотка, Поплачь в Моих Объятиях! Нин Шу приняла запрос и написала "привет". 696 пожелала ей удачи и сказала, что свяжется с другими получателями заданий для своего задания. Нин Шу выключила систему чата и взяла с книжной полки книгу по Непревзойденным Боевым Искусствам. На страницах появлялось всё больше и больше узоров и редких животных. В этот раз 500 очков веры пришли отсюда. Только когда кто-то практикует Непревзойдённые Боевые Искусства генерируются очки веры. Неплохо... Нин Шу разглядывала узорчатых животных, которые выглядели совсем как настоящие, и представляли собой всех людей, культивирующих Непревзойдённые Боевые Искусства, что она оставила в том мире. Интересно, осталась ли какая-нибудь легенда об этой сестричке в том мире Цзянху. Это лишь показывало, что если она хочет собирать энергию веры, то нужно создать свою собственную фракцию силы. Отложив в сторону книгу Непревзойденных Боевых Искусств, Нин Шу взяла книгу с другими упражнениями для практик культивации и стала запоминать их. Эти техники подходили для культивации сверхъестественных существ Если она попадёт в мир и станет каким-нибудь сверхъестественным существом, то тоже сможет культивировать. А вот насчёт Непревзойденных Боевых Искусств было неизвестно, смогут ли другие виды культивировать этот метод. Запомнив инструкции по культивации, Нин Шу взяла ещё одну книгу и молча начала читать её. После каждого задания она читала книгу, но она не знала, сможет ли она стать получателем заданий продвинутого уровня после прочтения этих книг. Она должна как можно скорее стать старшим получателем заданий. В системном пространстве было тихо. Раздавался лишь звук того, как Нин Шу листает страницы книги. После того, как Нин Шу прочитала книгу, она положила её на полку, полила цветы в горшках и переставила кофейный столик и мебель в системном пространстве. - Кхм... - Нин Шу кашлянула, сидя на диване, и сказала 2333: - Давай взглянем на поручителя. - Хорошо. В системном пространстве постепенно появилась фигура девушки в платье. Она была красивой, но трудности жизни явно оставили свой след на её лице, отчего она выглядела очень старой. Она явно выглядела молодой, но выглядела такой уставшей и обессилившей. Девушка посмотрела на Нин Шу и сказала: - Я хочу контратаковать, и отдаю всю свою духовную энергию ради этой контратаки. Нин Шу подняла брови, когда услышала, что девушка сказала о том, что отдаст всю свою духовную энергию. Нин Шу не стала соглашаться, и вместо этого сказала: - Некоторые решения нельзя принимать поспешно. Духовная энергия, это не какая-то там мелочь. Духовная энергия очень важна. Некоторые поручители отдают свои души, чтобы контратаковать за свою жизнь, но, когда они реинкарнируют, чем меньше у них духовной энергии, тем меньше преимуществ они получают. Они могут даже реинкарнировать неполноценными. Если отдать всю свою духовную энергию и снова реинкарнировать, то можно даже стать обычным зверем, который ничего не знает и не ведает. Все хотят, чтобы их жизнь была идеальной, когда они начнут снова, но всему есть своя цена. - Я готова, - девушка с силой закусила губу. - Готова отдать всю свою духовную энергию, чтобы Ян Юйхой, этот чёртов ублюдок, ничего не получил и свалился со своего возвышенного алтаря. Вокруг девушки витала тяжёлая атмосфера обиды. Её духовное тело дрожало, и она выглядела так, словно вот-вот станет злобным духом. Нин Шу поспешила прочитать даосскую мантру перерождения, которая успокоила взбудораженную девушку. Из глаз девушки потекли кровавые слёзы, когда она сказала: - Я умоляю вас помочь мне контратаковать. Я готова отдать всю свою духовную энергию. Это было впервые, когда Нин Шу видела такого эмоционального клиента, поэтому она достала салфетку и протянула её девушке со словами: - Не волнуйся, не торопись. Вид девушки, тихо проливающей кровавые слёзы, заставил Нин Шу практически затащить её в свои объятия, чтобы успокоить. Красотка, поплачь в моих объятиях! Нин Шу кивнула и сказала: - Я помогу тебе контратаковать, больше не плачь. Ты лишь наполнишь свою душу обидой, и это будет плохо для тебя. Если она превратится в призрака то лишь ещё больше зафиксируется на этой проблеме и никогда не переродится. - Спасибо. По лицу девушки были размазаны кровавые слёзы. Душа девушки постепенно исчезла из системного пространства. Судя по одежде девушки, Нин Шу поняла, что следующий мир будет современным. Она открыла системный рынок, чтобы посмотреть, может ли она купить пистолет. Многие виды оружия массового поражения были окрашены в серый цвет, и их нельзя было купить. Она не могла купить даже маленький пистолет. Раз их нельзя купить, значит, это была мирная эпоха. ______________________________________________________________________ Примечание: * Мэй Цзыцин пока что не представлялась Нин Шу. Только мы знаем её имя. ** На всякий случай напомню, что номер 2333 у китайцев означают смех, чем больше троек, тем смешнее. Поэтому Нин Шу всё время коробит её номер. Представьте, что она представляется людям как: Аха-ха-ха. ---------- Ты Согласна На Моё Признание? За неимением возможности купить пистолет, Нин Шу купила постные пилюли, воду и некоторые базовые лекарства, чтобы она смогла выжить в любой сложившейся ситуации. Когда она вспомнила об обиде и ненависти клиента, она предположила, что это задание снова будет непростым. Нин Шу сделала глубокий вдох и сказала 2333: - Давай начнём задание. Когда Нин Шу почувствовала головокружение, из-за того, что её душа стала сильнее, она теперь могла отчётливо ощутить, как её душа сливается с телом поручителя. Это было ощущение, словно она насильно впихивает себя. Когда душа полностью объединилась с телом, и Нин Шу открыла глаза, она увидела парня, стоящего напротив неё. Его волосы были уложены гелем, а на лице были небольшие точки угревой сыпи. Это был молодой студент, но его тело излучало ауру человека, который уже прожил свои лучшие годы. В нём не было юношеского задора, характерного для молодых людей, а его взгляде было сильное ощущение самоуверенности и радости. Он выглядел, как человек, который выиграл пять миллионов в лотерею. - Чэнь Цзянань, так ты согласна на моё признание? - сказал парень, стоящий напротив Нин Шу. С улыбкой на лице он выглядел очень элегантным. В руке он держал огромный букет роз, на лепестках которых ещё были видны свежие капли росы. Неподалёку от него стояли несколько парней плечом к плечу. Когда они услышали слова этого парня, они рассмеялись и стали свистеть в сторону Нин Шу и парня. Нин Шу подняла брови. Неужели его уверенность происходит из этого букета цветов? Когда она увидела лицо этого парня, Нин Шу почувствовала сильную ненависть в своём сердце, и она поняла, что это тот самый чёртов ублюдок, про которого говорила девушка. Нин Шу мысленно прочитала очищающую сердце мантру и подавила ненависть, всколыхнувшуюся в её сердце. Ян Юйхой увидел, что Нин Шу молчит. Когда он признался, девушка словно впала в оцепенение. А теперь она не говорит ни слова. Неужели она смотрит на него сверху вниз? - Чэн Цзянань, прошу, сходи со мной на свидание, - снова сказал Ян Юйхой. Его лицо выглядело искренне, но в его взгляде было нескрываемое высокомерие. - Соглашайся. - Соглашайся. Окружающие их парни начали шуметь, привлекая внимание прохожих. Ян Юйхой посмотрел на Нин Шу и стал пытаться вложить розы в руку Нин Шу. Нин Шу сделала шаг назад и не приняла розы. Лицо Ян Юйхоя внезапно стало неприятным. Когда он обернулся, он увидел довольные лица его соседей по комнате, наслаждающихся хорошим представлением, его сердце начало чувствовать себя ещё неуютнее. Он сказал Нин Шу: - Что ты имеешь в виду, скажи мне словами. - Я отказываюсь, - холодно сказала Нин Шу. - Ха-ха-ха-ха... - А я что говорил... - Я выиграл, гони деньги. Соседи по комнате Ян Юйхоя внезапно начали смеяться. Лицо Ян Юйхоя тут же застыло маской, а взгляд стал холодным. Не останавливаясь ни на мгновение, он развернулся и ушёл, выбросив большой букет роз в мусорку, стоящую на краю дороги. Всё-таки, он был крайне высокомерным. Если она отказывается, то это её проигрыш. Нин Шу увидела, что множество людей смотрит на неё, поэтому просто присела на край клумбы и стала принимать сюжет. Это была история о перерождении в качестве мега-суперзвезды. Главный герой истории — Ян Юйхой, который только что пытался вручить цветы и признаться. Прежняя жизнь Ян Юйхоя была посредственной и не особенно впечатляющей. У него не было высшего образования и каких-либо достижений. Пол жизни он провёл в качестве ассистента режиссёра. Проще говоря, ассистент режиссёра был помощником, который делал всё, что говорят, и у которого не было совершенно никаких собственных идей для воплощения. Ян Юйхой жаловался на несправедливость бога, и что его таланты остались нераскрытыми. ---------- Переродился в Параллельном Мире Однажды, во время съёмок, его случайно убило взрывом. Когда он очнулся, он обнаружил, что переродился, и он переродился в параллельном мире. Никто из окружающих его людей не изменился. Он всё ещё был студентом факультета режиссуры в Университете Коммуникаций. Но этот мир был немного другим. В этом мире Китайская Империя была мощной державой и не становилась колонией в прошлом. Она продолжала расти и развиваться, пока не стала одной из крупнейших сил в мире. Но в этом мире не хватало развлечений. В прежнем мире было множество классических произведений. В этом же мире ничего такого не было. Не было поэзии Тан и поэм Сун. Не было четырёх классических романов* китайской литературы. Не было историй Цзинь Юна про боевые искусства**. Не было никаких классических песен. Не было Титаника. Не было 3D Аватара. Не было никаких популярных сериалов и различных шоу. Индустрия развлечений была неразвитой. Не было никаких игр, популярных по всему миру, не было World of Warcraft, не было Cross Fire, и даже не была основана компания Blizzard Entertainment, которая в прежнем мире заработала много денег. Более того, в этом мире не было такой вещи, как индустрия киберспорта. Короче говоря, всё, что могло быть вырезано, было вырезано. Но что больше всего обрадовало Ян Юйхоя — так это то, что в его голове был поисковик, похожий на Google, в котором можно было искать вещи из другого мира. Например, песни, сериалы, фильмы и игры можно было найти в поиске. Он мог спокойно написать классические песни одну за другой, и все будут тронуты до слёзы. Люди будут одержимы его песнями, стоит им только раз их прослушать. Он мог даже без усилий снять пару сериалов. Ян Юйхою нужно было всего лишь просмотреть результаты в поисковике и перепечатать их вручную. Если он напишет книгу, её десятки тысяч человек будут драться за возможность купить её. Если он снимет фильм, то он станет шедевром, и бесчисленные кинозвёзды захотят сниматься под его началом. Если он будет петь, то его песни будут в топе всех чартов. Короче говоря, Ян Юйхой мог делать всё, что угодно в качестве режиссёра, актёра и разработчика игр. Он не только брал вещи из другого мира и использовал их ради своей пользы, но ещё бесстыдно утверждал, что это всё его работы. Вся индустрия развлечений в Китайской Империи претерпела сокрушительные изменения из-за появления Ян Юйхоя. Прославившись как талантливый гений, он изменил путь развития сферы развлечений для всего китайского народа. В индустрии развлечений он стал величайшим богом. Одного его слова было достаточно, чтобы изменить жизни других людей. Более того, довольно убогий на вид Ян Юйхой полагался на вещи, предоставляемые системой, чтобы становиться всё более и более красивым. Добившись успеха и славы, Ян Юйхой привлекал внимание всевозможных красоток. Невинные школьные принцессы, умные учителя, лоли-цундере, благородные аристократичные леди, гламурные женщины-президенты, смелые женщины-полицейские, доминирующие леди-гангстеры, ошеломительно красивые кинозвёзды... Даже принцесса одной и стран конституционной монархии была его фанаткой. Из-за его идеальной жизни он стал врагом номер один для мужчин со всего мира. Неудачник вытащил золотой билет, контратаковал весь мир, заполучил всех девушек, стал самым богатым человеком и достиг вершины мира. Нин Шу: … Блин, почему бы тебе просто не вознестись на небеса? Нин Шу подозревала, что этот мир на самом деле был воображаемым местом Ян Юйхоя. А иначе, как могли произойти такие мозговыносящие вещи? Владелицу этого тела звали Чэнь Цзянань и она была третьим ребёнком в семье. Родители ожидали, что Чэнь Цзянань родится мальчиком, но она оказалась девочкой. Бабушка Чэнь Цзянань дала ей имя Цзянань, в надежде, что следующим родится мальчик. Родители Чэнь Цзянань задержали дыхание и отчаянно молились о сыне. После Чэнь Цзянань у них, наконец-то, родился сын. Чэнь Цзянань была школьной принцессой и училась в Университете Коммуникаций, который был полон таких красоток. Многие девушки в будущем собирались пойти работать в индустрии развлечений, поэтому они все были просто сногсшибательными красотками. Чэнь Цзянань хоть и была школьной принцессой, и она, естественно, была очень красивой, но в этой школе таких принцесс было несколько, так что она была не одна. Ян Юйхой был тайно влюблён в Цэнь Цзянань в прошлой жизни. Но положение семьи Ян Юйхоя было не очень хорошим, и сам он был недостаточно красивым поэтому он чувствовал, что его статус был ниже её, и, естественно, в той жизни он не мог сказать ни слова Чэнь Цзянань. __________________________________________________________________ Примечание: *Четыре классических романа (букв. «Четыре Великих Творения») — устойчивое наименование для четырёх наиболее знаменитых романов китайской литературной традиции: «Троецарствие» (XIV в.) «Речные заводи» (ок. XV в.) «Путешествие на Запад» (XVI в.) «Сон в красном тереме» (XVIII в.) До создания «Сна в красном тереме» четвёртым великим романом считались «Цветы сливы в золотой вазе» (1610). **Чжа Лянъю́н или Луис Ча — китайский писатель из Гонконга, прославившийся романами в жанре уся — приключения с упором на боевые искусства, таких как «Предания о героях, стреляющих в орлов», «Ода рыцарям» и «Смеющаяся гордость рек и озер», опубликованными под псевдонимом Цзинь Юн. ---------- Добиться Величайших Достижений Благодаря поддержке системы, переродившийся Ян Юйхой был полон уверенности. И считал, что теперь он вполне способен добиться девушки, в которую он был влюблён в прошлой жизни. С этой системой поиска, он мог заполучить великолепную работу в этом мире и добиться величайших достижений. К нему будет стекаться всё: деньги, слава, статус, женщины. Теперь всё это будет для него легко достижимым, не то, что в прежнем мире. И хотя он знал, что у Чэнь Цзянань был парень, он всё равно считал, что сможет успешно украсть её. Если у девушки мозги на месте, то она выберет его. Ян Юйхой сказал своим соседям по комнате, что сможет добиться школьной принцессы, Чэнь Цзянань, но его соседи по комнате не поверили ему. Они говорили, что он сошёл с ума. С какой стати ей бросать хорошего парня из богатой семьи ради бедного ублюдка вроде него? Поэтому его соседи по комнате решили последовать за ним и сделать ставки. Ян Юйхой был полон уверенности поэтому он купил цветы и, без промедления, пошёл признаваться в любви Чэнь Цзянань. Конечно же, она отвергла его, как это и должно было быть. Она совсем не знала этого человека. Как она может согласиться стать его девушкой? Не говоря уже о том, что у неё есть парень. Если она будет отвечать согласием каждому парню, который ей признается в любви, то сколько же тогда будет парней у Чэнь Цзянань? Когда парень Чэнь Цзянань узнал об этом, естественно он захотел предупредить Ян Юйхоя и сказать ему, чтобы тот не приставал к его девушке. Это произошло уже после того, как Ян Юйхой получил систему. Полагаясь на эту поисковую систему, он уже продал два текста песен. Его эго неимоверно раздулось и готово было лопнуть, поэтому он не стал терпеть угрозы парня Чэнь Цзянань, которого звали Ли Синьцзэ. Низкая самооценка и высокомерие глубоко укоренились в его крови, отчего Ян Юйхой закипел ненавистью к снисходительному Ли Синьцзэ. Ян Юйхой сильно ненавидел богатых людей. Ли Синьцзэ тут же напомнил ему о прежней жизни, где ему приходилось пресмыкаться перед разными продюсерами только для того, чтобы он мог бы снять фильм или сериал. И вот здесь началось противостояние двух сторон. Дальше история была о том, как неудачник Ян Юйхой контратаковал и победил богатенького парня, который дразнил смерть всевозможными глупыми способами, постоянно находя людей в попытке отомстить за свою потерянную репутацию. Семья Ли Синьцзэ управляла компанией в сфере развлечений, поэтому Ян Юйхой использовал свои ресурсы, чтобы основать компанию, конкурирующую с компанией семьи Ли. Под давлением Ян Юйхоя, семья Ли вскоре обанкротилась. Отец Ли Синьцзэ покончил с собой, спрыгнув с крыши здания, а у самого Ли Синьцзэ оказались переломаны ноги в автомобильной катастрофе. Тем временем, Ян Юйхой крепко обосновался в индустрии развлечений и его популярность стабильно росла. Он мог одновременно без усилий писать сценарии и всевозможные классические новеллы. Короче говоря, он был всемогущим. Стиль его написания тоже легко менялся, и он мог создавать как литературные и художественные романтические фильмы, так и бессмысленные коммерческие фильмы. Ноги Ли Синьцзэ были переломаны, а его семья обанкротилась, так что в его жизни не осталось никакой надежды. Теперь он полностью полагался на заботу Чэнь Цзянань. Чтобы обеспечивать должный уход за Ли Синьцзэ, Чэнь Цзянань усердно работала везде, где возможно. Однажды, в одном элитном клубе, она встретила Ян Юйхоя, который был уже бесконечно состоятельным. Ян Юйхой озадаченно посмотрел на Чэнь Цзянань, а потом оскорбительно запихал пачку банкнот в грудь Чэнь Цзянань, после чего очень высокомерно ушёл. Одна из женщин, которая восхищалась Ян Юйхоем, была дочерью криминального босса. Она запомнила Чэнь Цзянань, особенно учитывая то, что Чэнь Цзянань была такой красивой. Поэтому она приказала своим подчинённым искалечить лицо Чэнь Цзянань. Банда хотела изнасиловать Чэнь Цзянань, но у Чэнь Цзянань был с собой перцовый баллончик и поэтому она смогла сбежать. Ли Синьцзэ увидел, что его девушку обезобразили из-за него. Его отец умер из-за Ян Юйхоя, а у его девушки, у которой прежде было хорошее будущее, теперь было испорчено лицо. Ли Синьцзэ чувствовал себя скорее мёртвым, чем живым, поэтому он запланировал умереть и забрать с собой Ян Юйхоя. Неизвестно как, но он раздобыл бомбу и взорвал здание компании Ян Юйхоя. Конечно же, у Ли Синьцзэ был жалкий конец жизни. Его бросили в тюрьму, где его истязала группа заключённых. Когда Чэнь Цзянань пришла забирать тело Ли Синьцзэ, оно было тощим и покрыто шрамами, а его анус был растянут и полон нечистот. Чэнь Цзянань считала, что это она навредила Ли Синьцзэ, и всё это началось с того момента, когда Ян Юйхой признался ей. Чэнь Цзянань ненавидела этого могущественного мужчину, новости о котором показывали по телевизору каждый день. ---------- Написаны Литературными Призраками Чэнь Цзянань собрала все работы Ян Юйхоя и обнаружила, что каждая из работ Ян Юйхоя имела разный стиль. Даже стиль каждой классической песни тоже был разным. Он мог писать величественные произведения, как Цзинь Юн, мог писать простым и элегантным стилем, и мог писать романтическим стилем Гу Луна*. Он создал множество произведений из разных жанров. Работы человека более-менее имеют свой собственный уникальный стиль, а у Ян Юйхоя стиль был таким разнообразным, что это ошеломляло. Иностранные фильмы, которые он создавал, тоже имели в своей сущности мышление иностранцев. Они просто были обёрнуты в китайскую шкуру. Чэнь Цзянань опубликовала в интернете пост о том, что работы Ян Юйхоя были написаны литературными призраками, и указала различные доказательства. Этот пост привлёк много внимания. Когда Ян Юйхой увидел этот пост, он невольно запаниковал. Поисковая система была его величайшей поддержкой, и естественно, у Ян Юйхоя возникло сильное желание убить того, кто опубликовал этот пост. Дочери криминального босса очень не понравилось, что кто-то клевещет на Ян Юйхоя подобным образом, и она использовала всевозможные способы, чтобы найти Чэнь Цзянань. После этого Чэнь Цзянань была изнасилована, убита и выброшена в море на съедение рыбам. Желание Чэнь Цзянань: Пусть Ян Юйхой, этот негодяй, не добьётся ничего, и пусть он будет растоптан навеки, ничего не имея, пусть он страдает от трудностей. Защитить Ли Синьцзэ и изменить трагическую судьбу Ли Синьцзэ. Нин Шу вспотела после того, как приняла сюжет. Мало того, что Ян Юйхой был защищён небесами, сеть из женщин его гарема была крайне ужасающей. Среди них были принцессы, дочери богачей из высших слоёв общества и дочь криминального босса. Этого было достаточно, чтобы стать защитным зонтиком от всех невзгод для Ян Юйхоя. Короче говоря, в этом мире не было других выдающихся мужчин, поэтому все выдающиеся женщины любили Ян Юйхоя привлечённые его героической аурой. Даже несмотря на то, что они жили в моногамной системе, все эти женщины неохотно согласились на существование других женщин, и поладили между собой, словно сёстры. Истинная гармония. Они предпочитали быть наложницей сильного, чем женой слабого. Нин Шу вытерла холодный пот со лба и отправилась в туалет. К счастью, Ян Юйхой переродился совсем недавно перед тем, как она пришла на задание. Ян Юйхой сейчас ещё не был настолько хорош и известен. Он был ещё в начале своего пути, и у Нин Шу ещё было пространство для манёвров. Вернувшись в общежитие, Нин Шу приняла ванну. Потом она стала методично вспоминать все подробности сюжета, записи, которые публиковал Ян Юйхой, песни, которые он "сочинил", и все сценарии, которые он написал. Было бы забавно понаблюдать за Ян Юйхоем, который крайне самоуверенно отправит что-то на публикацию, лишь для того, чтобы обнаружит, что это уже было опубликовано раньше него. Без системы Ян Юйхой был никем. Он ничего не стоил. Он лишь полагался на богатые ресурсы из параллельного мира. И с такими слабыми способностями, он всё равно хотел вознестись к небесам. Полагаясь на свою удачу в достижении вершины мира, уродливое и жалкое сердце Ян Юйхоя совсем не изменилось. Нин Шу записывала великолепное резюме Ян Юйхоя, хронику его жизни со всеми достижениями и работами, что он написал, когда зазвенел телефон. Нин Шу ответила на звонок и из трубки донёсся чистосердечный голос: - Цзянань, я слышал, что тебе кто-то признался. Это был Ли Синьцзэ — парень Чэнь Цзянань. Хороший молодой человек, который опустился на самое дно из-за мести Ян Юйхой. Нин Шу: →_→ У неё впервые в жизни появился парень, но это даже не её парень. ______________________________________________________________________ Примечание: * Сюн Яохуа́ — китайский писатель, продюсер и кинорежиссёр с Тайваня, прославившийся романами в жанре уся, опубликованными под псевдонимом Гу Лун (буквально: «Древний дракон»). ---------- Словно Ведёшь Деловой Разговор Ян Юйхой признался совсем недавно, а Ли Синьцзэ уже узнал об этом и позвонил ей, чтобы спросить у неё. Нин Шу сказала: - Да это просто какой-то непонятный человек, так что тебе совсем не нужно из-за этого переживать. - Подобные люди просто напрашиваются на избиение. Он же точно знал, что ты моя девушка, но всё равно сделал это. Он явно напрашивается на неприятности. Тон голоса Ли Синьцзэ был очень недовольным. У Нин Шу никогда не было парня. Что же она должна говорить в таких случаях? - Не обращай на него внимания, не стоит опускать себя до его уровня. Нин Шу наклонила голову и подняла плечо, чтобы прижать телефон к уху, а сама продолжила писать на бумаге. - Не переживай из-за него. Она пыталась отсрочить конфликт между Ян Юйхоем и Ли Синьцзэ. Ей теперь нужно было подумать о том, как разобраться с Ян Юйхоем. Ли Синьцзэ на некоторое время замолчал, а потом сказал: - Ладно, сделаю, как ты просишь. - Хорошо, тогда до связи. Нин Шу положила телефон. Ли Синьцзэ: … Что это за безразличное отношение, словно ты ведёшь деловой разговор по телефону? Нин Шу записала и нарисовала на бумаге всё, чтобы понять, что Ян Юйхой планирует делать дальше. Так как Ян Юйхой всё ещё был студентом-второкурсником и не покинул кампус, то он должен будет скоро отправить по электронной почте очередную популярную новеллу из другого мира. Ему лишь нужно для этого найти её в системе у себя в голове, а потом перепечатать. Ему не нужно даже напрягать мозги, и за день он может напечатать очень много глав. Нин Шу задумалась на некоторое время. Ей нужно опубликовать эту новеллу раньше, чем это сделает Ян Юйхой. К счастью, Нин Шу знала сюжет. Плюс, после смерти Ли Синьзцэ, Чэнь Цзянань тщательно изучила все работы Ян Юйхоя. У Нин Шу в голове сейчас было много информации. Нин Шу включила компьютер и взломала ноутбук Ян Юйхоя через сеть кампуса. Немного порывшись на компьютере Ян Юйхоя, она нашла в одной из папок немало текстовых документов. Значит, он перепечатал уже больше одной новеллы. Все эти документы были новеллами в разном стиле. Похоже, что амбиции Ян Юйхоя были неслабыми. Нин Шу взломала папку с документами Ян Юйхоя, скопировала их на свой ноутбук, а потом удалила все документы с его ноутбука. Нин Шу посмотрела на все эти документы, сразу же зарегистрировалась и выложила их в интернете раньше Ян Юйхоя. Нин Шу не планировала зарабатывать на этом деньги, главной задачей было испортить жизнь Ян Юйхою. Нин Шу могла спокойно скопировать текст и опубликовать его в интернете. Если она выложит их первой, то Ян Юйхой не сможет больше заявить, что эти книги принадлежат ему, чтобы заработать на них деньги, потому что они уже существуют в сети. Все эти книги были громкими хитами в прежнем мире, и Ян Юйхой тщательно выбирал их, чтобы потом превратить в телесериалы и фильмы. Когда Нин Шу сделала всё это, она покрутила шеей. К тому времени как раз пришли другие девушки, что жили с ней в одной комнате. - Чэнь Цзянань, я слышала, что тебе признался кто-то с режиссёрского факультета, почему ты не согласилась? - спросила одна девушка у Нин Шу. У этой девушки была хорошая фигура и, что ещё более важно, она имела очень невинную внешность. Эту девушку звали Фан Мэнхань, и она потом будет одной из участниц гарема Ян Юйхоя. Позже, когда Ян Юйхой окончит университет и станет величайшим человеком в мире, Фан Мэнхань будет насмехаться над недальновидностью Чэнь Цзянань и тем, что она судит людей по внешности. Когда Ян Юйхой признался Чэнь Цзянань в изначальном сюжете, она также равнодушно отказала ему. Нин Шу усмехнулась. Если бы Ян Юйхой признался в любви Фан Мэнхань сейчас, смогла бы Фан Мэнхань согласиться встречаться с ним? Ха. Ха. Ха... Нин Шу ответила с безразличным выражением лица: - У меня уже есть парень, с какой стати я должна соглашаться? Если бы он признался в любви тебе, ты бы согласилась? ---------- Удача - Это Тоже Своего Рода Сила Фан Мэнхань презрительно поджала губы и сменила тему разговора. - Тебе повезло, что твой парень — это Ли Синьцзэ. Его семья управляет компанией в индустрии развлечений. Ты сможешь стать актрисой, как только закончишь учёбу. Тебе гораздо проще, чем нам. Нас ждёт горькое будущее, - кислым голосом сказала Фан Мэнхань. Она явно подразумевала, что Нин Шу уже нашла себе финансового покровителя. Нин Шу посмотрела на Фан Мэнхань, девушку, которая терпела других женщин, с которыми делила своего мужчину, словно она была какой-то наложницей. Разве ты сама не была в отношениях с финансовым покровителем? Все женщины Ян Юйхоя были всего лишь его наложницами. Фан Мэнхань видела лишь выгоду и удобства в отношениях Чэнь Цзянань и Ли Синьцзэ. Но она не видела какими были эти отношения, когда Ли Синьцзэ оказался в ужасном положении. Чэнь Цзянань стойко оставалась рядом Ли Синьцзэ несмотря на все трудности. Сможет ли Фан Мэнхань сделать так же? Любовь всегда была исключительным чувством только для двоих человек. Однако Фан Мэнхань терпела, что у Ян Юйхоя было так много женщин. Разве это было не потому, что она хотела других вещей? - Да, мне изрядно повезло. Удача — это тоже своего рода сила, - тихо сказала Нин Шу. Изначальный хост, Чэнь Цзянань, и Фан Мэнхань не очень ладили. Они обе были школьными красотками, но Фан Мэнхань всегда считала, что Чэнь Цзянань держится на плаву только благодаря финансовому покровителю, в то время, как сама она — чистый лотос, выросший в грязи, но не запятнанный. Проще говоря, это была лишь ненависть, рождённая из зависти и ревности. Нин Шу никогда не думала о том, чтобы подружиться с Фан Мэнхань. Разговор между ними застопорился. Фан Мэнхань пошла в ванную комнату, чтобы умыться. На её лице было раздражённое выражение, и она пробормотала себе под нос: - Ну и чего ты выпендриваешься? Нин Шу решила анонимно отправить все классические песни, написанные Ян Юйхоем, в компанию Ли Синьцзэ. Таким образом Ян Юйхой лишится своей возможности. Если эти песни уже будут существовать, разве Ян Юйхой всё ещё сможет утверждать, что это он их все создал, и что они принадлежат ему? Какая-то девушка тяжело дыша вбежала в комнату общежития и сказала Нин Шу: - Чэнь Цзянань, твой парень с кем-то дерётся. Иди скорее и посмотри! Они в спортзале. Нин Шу была на мгновение ошарашена. Только потом она осознала, что парень, о котором говорила эта девушка — это Ли Синьцзэ. Нин Шу выключила ноутбук и отправилась в спортзал. Как только она вошла в спортзал, она увидела группу людей, собравшихся вместе. Она услышала, как оттуда доносились ругательства. Нин Шу поспешно подошла к ним. Хоть Ли Синьцзэ и оттащили в сторону, ему всё равно удалось пнуть Ян Юйхоя. Ян Юйхоя тоже сдерживала толпа, поэтому он был вынужен принять пинок Ли Синьцзэ. Выражение лица Ян Юйхоя было крайне неприятным. Он уставился на Ли Синьцзэ взглядом, полным убийственного холода. - Чего это ты на меня так смотришь? И что с того, что я тебя пнул? Ты приставал к моей девушке. Я не планировал преподавать тебе урок, но ты сам пришёл провоцировать меня? Взгляд Ли Синьцзэ был высокомерным и презрительным, когда он смотрел на Ян Юйхоя. Семья Ли Синьцзэ была богатой и он был красивым. А вот Ян Юйхой был наоборот потрёпанный. На его баскетбольной форме виднелся отпечаток ботинка. Его лицо раскраснелось от гнева, и угревая сыпь на его лице стала видна ещё отчётливее. В данный момент Ян Юйхой явно был подавлен величием Ли Синьцзэ. Во взгляде Ян Юйхоя промелькнуло унижение. - Ты же просто полагаешься на деньги своей семьи. Если бы у тебя не было денег, был бы ты таким дерзким? - У моей семьи есть деньги, потому что мой отец умеет делать деньги. Моя жизнь хороша. Но ты не можешь с этим смириться? - Ли Синьцзэ усмехнулся и добавил: - Ты явно сам хочешь разбогатеть, но при этом с ненавистью смотришь на богатых. Разве это не отвратительно? Нин Шу:→_→ Ли Синьцзэ тоже был острым на язычок. Ян Юйхой прищурился и ответил мощными, раскатистыми словами: - Не пожалей о своих словах. Ли Синьцзэ не стал отвечать. Ян Юйхой повернулся, чтобы уйти, и увидел Нин Шу, стоящую неподалёку. Выражение отвращения и презрения промелькнули на его лице. Ли Синьцзэ увидел Нин Шу и подошёл к ней. - Цзянань. Нин Шу сглотнула полный рот слюны. Она не знала, как вести себя с Ли Синьцзэ. Нин Шу заставила себя улыбнуться и спросила: - Ты в порядке? ---------- Зачем Вы Подрались? Если бы Ли Синьцзэ был мудаком, то Нин Шу, естественно, развернулась бы и ушла. Но Ли Синьцзэ был человеком, которого хотела защитить изначальный хост. - Зачем вы подрались? - спросила Нин Шу у Ли Синьцзэ. Ли Синьцзэ провёл рукой по волосам. Когда его запястье поднялось, стала видна его волосатая подмышка. Нин Шу молча сделала два шага назад. - Это правда не моя вина. Мы играли в баскетбол, а он пришёл и сказал, что хочет сыграть с нами. Во время игры, он специально бросал мяч в людей. Он даже толкнул Цзяоцзы и сбил его с ног. Этот сукин сын явно делал это нарочно. Я даже не стал искать его, как ты просила, но он сам пришёл ко мне, чтобы доставить проблем. Ли Синьцзэ посмотрел на Нин Шу и добавил: - Тебе не кажется, что он чокнутый? Я не знаю, откуда у него такая сила высокомерия. Нынешний Ян Юйхой совсем рехнулся от обилия ресурсов, имеющихся у него в распоряжении благодаря поисковой системе. - Так ты ранен? Нин Шу стала осматривать Ли Синьцзэ. - Конечно же я в порядке. Я же такой крутой. Как я могу не побить такого сопляка? К тому же, со мной были ребята, которые могли помочь. Мало кто посмел бы встать на его сторону и поднять на меня руку, - самодовольно сказал Ли Синьцзэ. Ли Синьцзэ имел крепкое и здоровое тело. Он вряд ли мог проиграть в драке. К тому же, из-за богатой семьи Ли Синьцзэ, многие люди льстили ему. А даже если не делали этого, всё равно старались держаться подальше от него. Индустрия развлечений — это место, где особое внимание уделяют отношениям. - В будущем, держись от него подальше и избегай его, если сможешь, - сказала Нин Шу. Ей теперь нужно было придумать способ разобраться с Ян Юйхоем. - Неужели ты думаешь, что я его боюсь? Да ни за что. Даже если я ничего не буду делать, есть ещё Цзяоцзы. Неужели группа людей не сможет победить одного студента на режиссёрском факультете? Цзяоцзы, о котором говорил Ли Синьцзэ, был студентом, чья семья могла сравниться по богатству с семьёй Ли Синьцзэ. Вот только таких друзей можно считать толпой подлецов. Когда семья Ли обанкротилась в изначальной истории, никто из них не протянул руку помощи, опасаясь, что Ян Юйхой разберётся и с ними. Ли Синьцзэ нахмурился и спросил: - Цзянань, тебе что, понравился этот парень? Нин Шу: →_→ - Между нами ничего нет, - ответила Нин Шу. - Ты весь потный. Иди, сперва, вымойся в душе. Нин Шу не знала, о чём ещё разговаривать с Ли Синьцзэ. Ли Синьцзэ сказал: - Сперва я отведу тебя до общежития. - Не нужно. Иди и вымойся. Я сама вернусь, - Нин Шу была очень вежлива. - Ты первым пойдёшь? - Иди ты первой, - сказал Ли Синьцзэ. - Ну, тогда я пошла. Нин Шу развернулась и ушла. Ли Синьцзэ: … Нин Шу вернулась в своё общежитие. Фан Мэнхань спросила у Нин Шу: - Что произошло? Там всё уже решилось? Я слышала, что твой парень подрался с кем-то. Что могло привести к драке? В этом и проблема с детьми из богатых семей. Я не знаю, будет ли в будущем в их семьях домашнее насилие? Они явно не умеют уважать женщин. Скажу тебе по секрету, но люди вроде Ли Синьцзэ... не факт, что он всё ещё будет помнить о тебе после окончания учёбы. Ведь потом он будет работать в компании своей семьи, повстречает множество красивых актрис и знаменитостей, окунётся в мир приятных ощущений. ---------- Не Обращай На Это Внимания Нин Шу равнодушно посмотрела на Фан Мэнхань, болтающую без остановки. Она холодно сказала: - Тебя, похоже, сильно волнуют мои отношения с Ли Синьцзэ? Фан Мэнхань была слишком любопытной. Более того, отношения Фан Мэнхань и Чэнь Цзянань были не очень хорошими, они даже не считались подругами. Хоть они и жили в одной комнате общежития, их отношения были такими плохими, что они лишь иногда перекидывались парой слов. Фан Мэнхань, казалось бы, хотела ей помочь, но все её слова были попыткой разжечь дисгармонию в отношениях между Чэнь Цзянань и Ли Синьцзэ. Влюблённые люди постоянно выпускают своё воображение на свободу. Любой, кто услышит подобные слова, почувствует себя неуютно и, в глубине души, невольно будет сомневаться в своём возлюбленном. Как ни крути, Фан Мэнхань завидовала, что у Чэнь Цзянань был такой хороший парень. Ведь после окончания учёбы она сможет пропустить многие годы трудного подъёма по карьерной лестнице в индустрии развлечений. - Это дело только между мной и Ли Синьцзэ. К тебе-то это какое имеет отношение? - безразлично спросила Нин Шу. На лице Фан Мэнхань промелькнуло смущение, и она тут же пролепетала: - Я ничего не хотела этим сказать. Я просто взглянула на это дело со стороны. Ничего серьёзного не подразумевала. Не обращай на это внимания. Глядите, вот такие люди действительно не знают, так поддерживать приятную беседу. Фан Мэнхань нарочно заставляет людей чувствовать возмущение. Если бы ты ничего не сказала, то было бы мне на что обращать внимание? - Не волнуйся, я не буду задумываться об этом, - сказала Нин Шу. Во взгляде Фан Мэхань промелькнуло негодование. Нин Шу включила компьютер и продолжила писать песни. Это всё были песни, написанные Ян Юйхоем, и они все были известными классическими песнями из того мира. Пальцы Нин Шу ловко двигались по клавиатуре, пока она печатала. Фан Мэнхань подошла, чтобы заглянуть в ноутбук Нин Шу, поэтому Нин Шу закрыла крышку ноутбука. Фан Мэнхань ничего не увидела, но, увидев такое поведение Нин Шу, её взгляд сверкнул. Она указала на Нин Шу и двусмысленно рассмеялась. - Серьёзно? Ты что, переписываешься на сайте знакомств? А иначе зачем тебе что-то скрывать? Фан Мэнхань коснулась своего подбородка, задумавшись. Она и так выглядела очень невинной и красивой, но теперь стала выглядеть ещё более прекрасной и чарующей. - Тебе больше не нравится Ли Синьцзэ? - спросила Фан Мэнхань. Нин Шу очень раздражала эта девушка. Она положила глаз на парня Чэнь Цзянань, или, скорее, она просто не хотела видеть, что у Чэнь Цзянань всё хорошо, поэтому она не особо задумываясь решила, что та переписывается на сайте знакомств. - Не волнуйся, я никому не расскажу. Фан Мэнхань выглядела, словно хорошая подруга. - Как же ты меня раздражаешь. Мы что, дружим с тобой? Какое тебе дело до того, переписываюсь ли я на сайте знакомств? - бесцеремонно сказала Нин Шу. - С какой стати я должна показывать тебе что-то на своём ноутбуке? Цвет лица Фан Мэнхань стало меняться между зелёным и белым. А потом она развернулась и ушла. Нин Шу отправила несколько готовых песен по электронной почте в компанию Ли. __________________________________________________________________ Тем временем, Ян Юйхой с мрачным видом вышел из спортзала. Несколько его соседей по комнате переглянулись между собой, посмотрели на него и, наконец, спросили у Ян Юйхоя: - Что на тебя нашло в последнее время? Его соседи по комнате считали, что в последнее время Ян Юйхой ведёт себя так, словно у него синдром восьмиклассника, и словно он весь такой потрясающий. У него была так называемая легендарная аура "напыщенная жопа". Прежде Ян Юйхой никак не выделялся, но недавно он купил цветы, чтобы признаться школьной красавице, у которой был парень, и спровоцировал Ли Синьцзэ на драку. - Послушай, Ян Юйхой, то, что ты сегодня сделал, было немного импульсивно. Оскорблять Ли Синьцзэ — это плохо для людей вроде нас, что учатся на режиссёрском факультете. Да, конечно, люди говорят, что режиссёры — это творческие фантазёры, но на самом деле, они лишь инструмент для компании, чтобы зарабатывать деньги. Так уж обстоят дела в индустрии развлечений, - сказал Ян Юйхою сосед по комнате. - Не создавай столько проблем из-за какой-то женщины. Их таких очень много в Университете Коммуникаций. Ты даже не представляешь себе, сколько роскошных автомобилей приезжает, чтобы забирать студенток днём, и возвращать вечером. Ян Юйхою не было дела до того, что говорил его сосед по комнате, так как он совсем не боялся Ли Синьцзэ. Если он не сможет стать режиссёром, то он сможет заняться другими вещами. У него была поисковая система. Всё, что он из неё достанет, будет приносить ему деньги. А пока у него будут деньги, разве будет для него что-то невозможное? С деньгами он сможет снимать фильмы и сериалы, и использовать любые другие идеи, чтобы разбогатеть. Мысленно Ян Юйхой чувствовал воодушевление. Он уже продал две песни, и на его карточке уже было немного денег. По крайней мере, ему больше не нужно было переживать об оплате за обучение, и он мог делать какие-нибудь вложения. ---------- Исчезли Без Следа Хоть Ян Юйхой и не переживал из-за Ли Синьцзэ, но он очень разозлился на Чэнь Цзянань. Он даже подумал, что был очень глуп, раз так долго был влюблён в Чэнь Цзянань. Настоящий глупец! Эта Чэнь Цзянань всего лишь манипулятивная сучка. Тщеславная коварная сучка. И однажды она об этом пожалеет. Ян Юйхой вернулся в общежитие и включил свой ноутбук. Так как он всё ещё учился в университете, то сперва ему нужно использовать новеллы, чтобы увеличить свой капитал. Ян Юйхой уже распланировал своё дальнейшее будущее. Он использует время учёбы в институте для того, чтобы заработать как можно больше денег. Он собирался писать книги, песни и сценарии, потому что всё это было источником бесконечного богатства. Но когда Ян Юйхой включил компьютер, он не смог найти свои записи. Сердце Ян Юйхоя внезапно начало гулко колотиться, и он начал перепроверять все папки на компьютере, в поисках записей. Но документы исчезли без следа. Что, блять, происходит? Тут было так много документов. Некоторые из них он писал, засиживаясь допоздна, с бесконечным предвкушением и страстью. Так как он знал, что они будут популярными, он был полон энергии, когда их записывал. Но теперь записи исчезли! Исчезли! Исчезли??!!! Ян Юйхой был так зол, что хотел разбить ноутбук. Он сердито спросил у соседей по комнате: - Кто трогал мой ноутбук? У меня пропали документы. Соседи по комнате Ян Юйхоя переглянулись между собой и покачали головами. Они сказали: - Мы вообще не трогали твой ноутбук. Разве ты не держишь свой ноутбук постоянно запертым в своей тумбочке? Ян Юйхой не так давно купил ноутбук и обращался с ним, словно с сокровищем. Как кто-то вообще мог даже приблизиться к его компьютеру? А теперь, когда что-то случилось, он начал кричать на них. Поэтому все ребята из общежития были очень недовольны. У Ян Юйхоя чуть не снесло крышу. Всё, над чем он так усердно работал, просто исчезло. Поисковая система в его голове могла лишь искать информацию. Он не мог копировать и вставлять текст из головы. Ему приходилось перепечатывать все слова одно за другим. - Если вы его не трогали, тогда почему у меня пропали документы на ноутбуке? Ян Юйхой никак не мог подавить свою внутреннюю панику. Это уже был второй раз, когда он потерпел неудачу. Первый раз был, когда он признался Чэнь Цзянань в любви. Он был так уверен в себе, но, в итоге, оказался побит. После того, как Ли Синьцзэ унизил его в спортзале, он уже чувствовал себя подавленным. А теперь ещё и документы, которые он печатал, исчезли. Почему у него ничего не получается гладко? Раз у него есть система, ему же должны помогать сами боги. Ян Юйхой сильно нахмурился и снова спросил: - Кто, чёрт подери, трогал мой ноутбук? Всё остальное было на месте. Исчезли только эти документы. Ян Юйхой сильно подозревал, что кто-то другой увидел эти записи и украл их. Ян Юйхой провёл всю свою прежнюю жизнь на дне индустрии развлечений. Он хорошо был знаком с тьмой, обитающей там. Поэтому, когда записи исчезли, первой его мыслью было то, что кто-то увидел их и захотел присвоить себе. Когда ребята, живущие в комнате с Ян Юйхоем увидели, что Ян Юйхой выглядит так, словно хочет кого-то сожрать живьём, они были ошеломлены. Один из них усмехнулся и сказал: - Ян Юйхой, ты же просто вымещаешь на нас свой гнев из-за того, что Ли Синьцзэ так обошёлся с тобой, так ведь? Да кому нужен твой ноутбук? Ты ведёшь себя неразумно. Ты что, больной? - Что ты сказал? - глаза Ян Юйхоя налились кровью. - Ну-ка повтори. - А что если я повторю? Ты — больной. Его сосед по комнате не желал отступать ни на шаг. Видя, что двое парней сейчас подерутся, другие соседи попытались остановить их. ---------- Эти Люди Просто Неблагодарные - Успокойтесь. Ян Юйхой, мы не трогали твой ноутбук. Поищи ещё раз свои документы на ноутбуке. Ян Юйхой потёр свой лоб, чувствуя раздражение. Затем он снова включил ноутбук и тщательно перепроверил все файлы. Наконец, он сдался. Его файлы действительно исчезли. Ян Юйхой был так зол, что его всего трясло. В конечном счёте, он мог лишь снова найти содержимое этих документов у себя в голове и начать постепенно их переписывать. Ян Юйхой просидел до полуночи, не ложась спать, просто чтобы поскорее переписать документ. - Уже середина ночи, ты не даёшь людям спать. Хватит стучать по клавиатуре! - недовольно сказал сосед по комнате. Свет от компьютера и шум клавиатуры изрядно раздражали людей. Лицо Ян Юйхоя стало угрюмым. Свет компьютера отражался на его лице, отчего оно выглядело даже немного пугающим. Изначально, он хотел привлечь своих соседей по комнате и подкинуть им работу. Всё же, он прожил с этими людьми в общежитии целых две жизни. Но теперь, похоже, он зря о них задумывался, так как эти люди просто неблагодарные. Теперь Ян Юйхой считал, что все остальные должны льстить ему и нахваливать его. Если эти люди согласились бы разделить с ним его взлёты и падения, то он бы постарался устроить им хорошее будущее. Более того, все эти люди были хорошо известными в индустрии развлечений прежнего мира. У каждого были свои известные работы, на которых стояло их имя. Ян Юйхой хотел включить этих людей в свою команду, а потом, позже, давать им неплохие сценарии, чтобы они могли прославиться. Но теперь он отказался от этой идеи. Ян Юйхой выключил ноутбук и запер его в своём шкафчике. Остальные ребята невольно усмехнулись, когда увидели, что он так чрезмерно осторожен. Ещё одна музыкальная компания захотела купить тексты песен Ян Юйхоя, и оплата была очень щедрой. Но Ян Юйхой был не очень доволен ценой. Если бы не тот факт, что ему не хватало денег, то он бы ни за что не продал тексты песен так дёшево. Но у него сейчас не было достаточно ресурсов, чтобы выпускать свои собственные альбомы. Ян Юйхой написал и отправил в эту музыкальную компанию несколько не столь известных песен. Все классические песни он сохранил для своего собственного использования. Он не мог так просто их отдать. Тем более по такой низкой цене. Таким образом Ян Юйхой заработал некоторую сумму денег, и удручённое настроение значительно улучшилось. Ян Юйхой проводил всё своё время за перепечатыванием книг. Спустя более чем два месяца сидения допоздна, он, наконец-то, закончил их. Он тут же отправился на веб-сайт, чтобы радостно опубликовать её. Но, когда он ввёл название книги в строке поиска, он увидел, что такое название уже существует. Ян Юйхой был на мгновение ошарашен. Какого чёрта?! Только он знал название этой книги. Как могли быть другие книги с таким же названием, что и у него? Ян Юйхой нашёл эту книгу и обнаружил, что она давно уже была опубликована. Он просмотрел содержимое, которое оказалось точно таким же, как и его. Ян Юйхой пошатнулся от шока, словно его стукнули молотом по голове. Как такое может быть? Он же проверял, что в этом мире нет этой книги. Но теперь она есть? У Ян Юйхоя появилось зловещее ощущение насчёт происходящего. Словно одержимый, он начал искать другие книги, и нашёл их все. У каждой книги был указан другой автор. Рука Ян Юйхоя, которая управляла курсором мыши, затряслась. Это наверняка были его записи, и кто-то выложил их в интернете раньше него. И почему-то у них было точно такое же содержимое, как и у его новелл. Ни больше, ни меньше. Эти книги были очень популярными и у них было много читателей. Ян Юйхой написал в рецензии к новелле: - Эта книга скопирована у меня. Это я её написал. Она моя!!! В этот раз Ян Юйхой больше не мог сдерживать свой гнев, и он действительно разбил ноутбук. Сперва изначальные документы исчезли, и этого было достаточно, чтобы разозлить его. Затем, когда он быстро перепечатал их заново, он обнаружил, что их уже опубликовали раньше него. И в то же самое время, в сердце Ян Юйхоя всколыхнулась неописуемое ощущение неуверенности. Может ли быть так, что в этом параллельном мире есть другие перерождённые люди? Нин Шу сидела у себя в комнате и пила воду, когда увидела рецензию от Ян Юйхоя. Даже через экран Нин Шу почувствовала, как Ян Юйхой кашляет кровью. ---------- Какие Ваши Доказательства? Нин Шу поставила кружку с водой и напечатала строчку слов: "Какие ваши доказательства, чтобы говорить, что эта новелла принадлежит вам?" Оригинальный документ, напечатанный Ян Юйхоем, исчез. Даже несмотря на то, что Ян Юйхой снова быстро набрал текст, дата его поста всё равно будет позже даты публикации новеллы. Он вообще никак не сможет доказать, что это его новелла. Или вы хотите, чтобы Ян Юйхой признался, что эта новелла из другого мира? Люди наверняка решат, что он сумасшедший. Нин Шу больше не парилась по этому поводу. Компания Ли Синьцзэ прислала ей электронное письмо. В нём говорилось, что они купят её тексты песен и спрашивали её, за сколько она продаст авторские права на них. Нин Шу не собиралась просить много. Она продала их по дешёвой цене в 500 юаней за песню, и это было чертовски дёшево. Но ей было достаточно этих денег на повседневные расходы. Стоит также заметить, что Ян Юйхой всегда продавал за десятки тысяч юаней. Так как в индустрии развлечений был дефицит на хорошие вещи, тексты песен Ян Юйхоя продавались по довольно высоким ценам. И цена в 500 юаней, которую назначила Нин Шу — это всё равно, что отдать за просто так. Компания, принадлежащая семье Ли Синьцзэ, с готовностью заплатила деньги, а также сказала, что если будут другие работы — отправлять их им. О цене всегда можно будет договориться. Нин Шу ответила согласием. Благодаря этому семья Ли будет иметь немного больше возможностей противостоять Ян Юйхою. Нин Шу никогда не планировала рассказывать Ли Синьцзэ о том, что это она присылала тексты. Ей было лучше всего просто скрываться в тени и использовать подобные грязные трюки. Ян Юйхой был ошарашен. Он не имел ни малейшего понятия о том, почему всё пошло наперекосяк, и также не мог найти причину этого. Скорее всего, он сейчас в состоянии крайней паники. Ян Юйхой полностью полагался на систему. Он не имел никаких собственных работ. За всю свою жизнь он не снял ни одного сериала или фильма. Он никогда не снимал даже просто рекламу. Это означало, что у него самого не было никаких способностей. А теперь, когда он внезапно заполучил систему, он просто стал полагаться на ресурсы, которые были предоставлены этой системой. Как только эти ресурсы перестанут принадлежать только ему, его преимущество исчезнет. Нин Шу решила снова взломать компьютер Ян Юйхоя, и обнаружила, что не может к нему подключиться. Как такое могло быть? Неужели он установил какую-то защиту сети? Нин Шу не знала, что Ян Юйхой разбил свой компьютер вдребезги. Соседи Ян Юйхоя с безразличием посмотрели на то, как психует Ян Юйхой. Чего это Ян Юйхой так сорвался? Ян Юйхой полностью расколотил свой ноутбук. А когда он посмотрел на искорёженный до неузнаваемости ноутбук, в его душе всколыхнулось чувство поражения. С самого его перерождения он всегда думал, что раз у него есть поисковая система, то у него обязательно будет светлое будущее. Он считал, что эта вселенная компенсировала ему прежнюю жизнь. Но что же теперь происходило? Кто-то другой украл его документы, или кто-то переродился так же, как он? Переродившись, Ян Юйхой определённо не собирался снова становиться такой же посредственностью, какой он был в прошлой жизни. Он больше не будет покорно и робко работать под управлением режиссёра, слишком напуганный, чтобы выражать свой гнев перед крупными звёздами и знаменитыми актёрами. Он больше не будет вынужден ублажать эти сияющие и величественные фигуры индустрии развлечения. Ян Юйхой собрал крупные части ноутбука, а обломки подмёл веником. Хоть Ян Юйхой и выпустил пар, ему всё равно нужно было купить новый ноутбук. В этот раз он решил купить очень дорогой ноутбук, чтобы в следующий раз, когда он разозлится, он не смог позволить себе разбить такой дорогой ноутбук. Когда Ян Юйхой отправился покупать ноутбук, консультант в магазине отнёсся к нему с необъяснимым презрением, говоря, что Ян Юйхой не может себе позволить такой дорогой компьютер. Ян Юйхой обратился к другому консультанту, а потом широким жестом провёл карточкой для оплаты. После чего чванливо ушёл. Предыдущему консультанту остались лишь чувства глубокого раскаяния и скорби. Он пожалел о том, что он повёл себя словно сноб. Эти щедрые комиссионные должны были бы быть его, вернитесь... В любом случае, куда бы ни шёл главный герой, всегда находился бы какой-нибудь безмозглый прохожий, чтобы дать ему возможность покрасоваться. Даже когда он просто заходит в ресторан пообедать, там был бы какой-нибудь парень из богатой семьи, пристающий к официантке. Девушке, конечно, это было бы очень неприятно, поэтому главный герой всегда был готов прийти ей на помощь, чтобы при помощи своих способностей влепить пощёчину этому богатому парнишке. Затем, глупый богатый парнишка уйдёт, чтобы позвать людей, которые отомстят за него, но только для того, чтобы снова получить щедрую пощёчину. ---------- Автор Песни Ян Юйхой? Нин Шу всё ещё прилежно пыталась взломать ноутбук Ян Юйхоя. Однако она так и не смогла этого сделать, как бы ни старалась, поэтому временно сдалась. - Недавно мой любимый певец выпустил несколько хороших песен, - сказала одна из соседок по комнате. Нин Шу спросила: - Что за песни? Соседка по комнате сказала Нин Шу названия песен, и Нин Шу нашла их в интернете, чтобы послушать. Это были песни из другого мира, но их пел другой человек. Нин Шу посмотрела на информацию о песне и увидела, что автором песен был записан Ян Юйхой. Фан Мэнхань посмотрела в свой телефон, а потом удивлённо воскликнула: - Эй, это Ян Юйхой? Так песню написал Ян Юйхой? После чего она спросила у Нин Шу: - Это же тот Ян Юйхой с режиссёрского факультета, который признался тебе? - Я не знаю, - безразлично сказала Нин Шу. Шестерёнки в голове Фан Мэнхань начали крутиться. Пока она слушала голос, идущий из её телефона, она решила, что ей нужно разузнать, тот ли самый это Ян Юйхой, о котором она подумала. Недавно изданные песни превратились в некоторую сенсацию, и имя автора песен, Ян Юйхоя, тоже привлекло внимание студентов. Особенно тех людей, которые знали Ян Юйхоя и почувствовали, что он наверняка знаменитость. Например, Фан Мэнхань специально пошла к Ян Юйхою, чтобы спросить, тот ли он Ян Юйхой, что написал текст тех песен. Ян Юйхой давно заметил, что многие люди посматривают на него, и что они перешёптываются, поэтому он невольно выпрямил спину. Это даже сделало его немного привлекательнее. Успех и признание — это величайшие чары людей. Фан Мэнхань посмотрела на Ян Юйхоя, который шёл прямо к ней. Внезапно её сердце начало неистово биться, словно через всё её тело прошёл электрический разряд. Фан Мэнхань немного покраснела. Затем подошла и прямо спросила: - Братец, это ты написал тексты для тех песен? Фан Мэнхань была прекрасной и чарующей, а когда она улыбалась, то выглядела очень милой. Даже несмотря на то, что сказала такие резкие слова, Ян Юйхой не разозлился. Возможно, существование этих песен придало Ян Юйхою уверенности. Глядя на безупречное и красивое лицо Фан Мэнхань, он решил поддразнить её: - Думаешь, есть второй человек по имени Ян Юхой? Глаза Фан Мэнхань тут же округлились. Её взгляд был таким ясным, что в нём отразилось лицо Ян Юйхоя. Сердце Ян Юйхоя дрогнуло, и он почувствовал, что эта девушка гораздо красивее и чище, чем Чэнь Цзянань. - Это правда ты написал слова, братец? Откуда в тебе такой талант? - недоверчиво спросила Фан Мэнхань. Её внешность была очень чарующей и привлекательной, поэтому Ян Юйхою показалось, что она очень милая. Ему захотелось протянуть руку, чтобы коснуться её лица. Подумав об этом, Ян Юйхой действительно ущипнул лицо Фан Мэнхань своими руками. Он почувствовал её гладкую и нежную кожу. Это было впервые, когда Ян Юйхой коснулся лица девушки. Его выражение лица смягчилось, и он стал выглядеть словно опьяневшим. - Братец? Фан Мэнхань невольно сделала шаг назад, глядя на Ян Юйхоя широко распахнутыми глазами. Ян Юйхой смущённо кашлянул. А затем праведно сказал: - Я просто ущипнул тебя, чтобы помочь проверить, не снится ли это тебе. Фан Мэнхань хмыкнула, пристально глядя на Ян Юйхоя, а потом развернулась и убежала. Ян Юйхой посмотрел на грациозную фигуру Фан Мэнхань, удаляющуся от него. Затем потёр пальцы, которыми коснулся Фан Мэнхань, поднёс их к носу и принюхался к ним. Фан Мэнахнь покраснела, пока бежала в своё общежитие. Она разулась и забралась на свою постель, после чего включила телефон и стала снова и снова слушать песни, написанные Ян Юйхоем. Нин Шу посмотрела на лицо Фан Мэнхань, полное весенней свежести. Неужели она поговорила с Ян Юйхоем и уже влюбилась в него? Впрочем, у Ян Юйхоя была такая доминирующая аура. Все девушки, которые приближались к нему, просто влюблялись в него и входили в его гарем. Когда Фан Мэнхань увидела, что Нин Шу пристально смотрит на неё, она внезапно подумала, что Ян Юйхой недавно признавался в любви Чэнь Цзянань. И хотя она отказала ему, нет никакой гарантии, что Чэнь Цзянань не пожалеет об этом теперь, когда Ян Юйхой оказался таким талантливым. Фан Мэнхань почувствовала некоторое отвращение. Она не только соблазнила одного парня, но даже ещё соблазнила Ян Юйхоя на то, чтобы признаться ей в любви. ---------- Кто Такой Ян Юйхой? Переслушав все песни, Фан Мэнхань почувствовала, что Ян Юйхой — очень талантливый человек, раз он смог написать такие песни ещё студентом. После окончания учёбы его карьера наверняка будет хорошей. В таком ракурсе Ян Юйхой был довольно привлекательным. Фан Мэнхань посмотрела на Нин Шу, а потом спросила у неё: - Что ты думаешь о Ян Юйхое? Он же тебе однажды признался в любви, разве у тебя нет никаких хороших чувств по отношению к нему? - Кто такой Ян Юйхой? - равнодушно спросила Нин Шу. Когда Фан Мэнхань увидела, что Нин Шу ведёт себя так, она задумалась о том, действительно ли она забыла, или специально сказала так. - Если подумать, то твой парень, всё же, лучше. У его семьи есть деньги, и он красивый. Такого хорошего парня можно найти, только если он предназначен тебе судьбой, - сказала Фан Мэнхань. Нин Шу мысленно усмехнулась. Похоже, что Фан Мэнхань снова передумала. До этого она уговаривала её принять признание Ян Юйхоя. Она просто была расчётливой. Нин Шу проигнорировала покрывшееся румянцем лицо Фан Мэнхань, и начала снова взламывать ноутбук Ян Юйхоя. В этот раз ей удалось успешно взломать ноутбук, и она смогла взглянуть на содержимое. В итоге, она выяснила, что Ян Юйхой пишет сценарий и это была "Моя Прекрасная Принцесса"*, которая стала известной по всему прежнему Китаю. Нин Шу чуть не рассмеялась вслух, когда увидела название "Моя Прекрасная Принцесса". В этом мире не было династии Цин. Если в прежнем мире люди знали о традиционных косичках династии Цин и маньчжурских одеждах, то в этом мире такое могут не понять. Необходимо было сменить историческую подоплёку. Вот только Нин Шу не знала, сделает ли это Ян Юйхой. Нин Шу задумалась на некоторое время. Раз он пишет Мою Прекрасную Принцессу, то она напишет Новую Легенду о Белой Змее**. Уж лучше смотреть на любовь между человеком и демоном, чем на группу душевнобольных. Этот сериал о любви человека и демона Ян Юйхой хотел сохранить для себя, чтобы потом снять его на своей независимой студии. Он хотел оставить всё самое лучшее для себя на потом. Нин Шу собиралась опубликовать все эти известные классические произведения, пока Ян Юйхой ещё учился в университете. Таким образом, когда он закончит обучение, ему останется меньше возможностей. Нин Шу стала просматривать в интернете историю этого мира. Она также искала известные горы и большие реки, которые больше всего были связаны с легендами. Изначальная Бай Сучжэнь отправилась на гору Цинчэн, но в этом мире не обязательно должна быть гора Цинчэн. Нин Шу поискала гору Цинчэн и обнаружила, что она существует. Хорошо, пусть будет гора Цинчэн. Проще говоря, этот мир был копией того параллельного мира. Вот только их реки истории разошлись, давая возможность появлению других исторических и пространственных измерений. Нин Шу начала писать сценарий. Подобное копирование не требовало напряжения мозгов, лишь некоторые моменты были расплывчатыми в воспоминаниях и требовали дополнительного обдумывания. Периодически она взламывала компьютер Ян Юйхоя, чтобы посмотреть, что ещё у него там есть. К счастью, когда Нин Шу была NPC в игре, она изучила различные способы написания кода. Нин Шу всё ещё могла с лёгкостью заниматься простым взломом. ---------- Написал Песню Для Фан Мэнхань За исключением занятий, Нин Шу всё своё время проводила в общежитии. На выходных, пока её соседки по комнате уходили играть или по магазинам, Нин Шу продолжала писать сценарий, сидя в общежитии. Вечером она задёргивала шторку на постели и садилась, скрестив ноги, чтобы культивировать Непревзойдённые Боевые Искусства. После культивации на протяжении всей ночи, на следующее утро она была полна энергии. Она ощущала себя так, словно имела неистощимый запас энергии на весь день. Фан Мэнхань и Ян Юйхой встречались в общежитии и постепенно сближались, и между ними витал цветочный аромат. Ян Юйхой был очень доволен собой, ведь он понравился школьной красавице. Он даже написал песню для Фан Мэнхань. Фан Мэнхань спела эту песню, сняла это на видео и выложила в интернете. Фан Мэнхань и так выглядела невинной и прекрасной, но с хорошим и мелодичным голосом это видео привлекло много внимания, отчего Фан Мэнхань стала знаменитостью в Университете Коммуникаций. Прежде Фан Мэнхань была просто красивым личиком, но в Университете Коммуникаций было много красивых людей. Тут была повышенная концентрация красивых парней и прекрасных девушек. Но теперь Фан Мэнхань показала, что у неё есть таланты, отличающие её от прочих, а значит, уже была не просто красавицей. Куда бы ни шла Фан Мэнхань она привлекала внимание. В каком бы уголке университета она ни находилась, там были люди, которые внимательно наблюдали за ней. Она уже начала наслаждаться ощущением того, как чувствуют себя знаменитости. Даже некоторые кадровые агентства пришли, чтобы нанять Фан Мэнхань. После такого происшествия, Фан Мэнхань ещё больше убедилась в том, что Ян Юйхой очень талантливый человек. Если она будет держаться поближе к нему, то это непременно принесёт ей выгоду. Перед лицом привлекательных условий публичных кадровых агентств, Фан Мэнхань просто сказала, что подумает над предложениями. Потом спросила у Ян Юйхоя, с нерешительным выражением на лице: - Братец, как ты думаешь, что мне выбрать? - Это зависит от того, чего ты хочешь, - задумчиво ответил Ян Юйхой. Он был очень горд тем, что песня, которую он написал, изменила жизнь Фан Мэнхань. Ян Юйхой был опьянён ощущением того, что он мог держать в своих руках судьбу другого человека. Фан Мэнхань с уверенностью на лице сказала: - Я не хочу уходить в кадровое агентство. Я хочу быть с тобой, и не важно, что ждёт тебя впереди. Одной песни было достаточно, чтобы она стала выделяться. Фан Мэнхань верила, что Ян Юйхой может написать ещё более известные песни. Эта интуиция была очень сильной, поэтому сердце Фан Мэнхань было настроено очень решительно. Ян Юйхой внезапно был немного тронут. С самого его перерождения ещё не было людей, которые бы верили в него так безусловно. "Не важно, что ждёт тебя впереди". Ян Юйхой громко сказал: - Раз сестрёнка так хорошо обо мне думает, то я определённо не подведу сестрёнку. Фан Мэнхань сладко улыбнулась, взяла его за руку на мгновение, после чего развернулась и ушла. В сердце Ян Юйхоя плескалась радость. Когда одна дверь закрылась, открылась другая. Он признался в любви Чэнь Цзянань и был отвергнут. Но потом встретил Фан Мэнхань, которая была безупречнее и гораздо красивее, чем Чэнь Цзянань. Фан Мэнхань вернулась в общежитие и увидела, что Нин Шу всё ещё играет на своём ноутбуке. Фан Мэнхань невольно усмехнулась. Чэнь Цзянань была высокомерной и не знала, что упустила драгоценную жемчужину. Нынче Ян Юйхой добился таких потрясающих результатов. Чэнь Цзянань наверняка не представляла, что у Ян Юйхоя есть такие способности. В будущем Ян Юйхой будет становиться всё известнее и известнее. Чэнь Цзянань непременно пожалеет об этом. К счастью, Чэнь Цзянань отказала ему. А иначе почему теперь рядом с братом ходила она? - Кхм-кхм... Фан Мэнхань дважды кашлянула, чтобы привлечь внимание Нин Шу. Нин Шу повернула голову и глянула на Фан Мэнхань. Фан Мэнхань похвасталась: - Брат Ян Юйхой написал для меня песню. Послушай, как она звучит. Я думаю, что брат Ян Юйхой довольно талантливый. Может, ты пойдёшь и тоже попросишь брата Ян Юйхоя? Вдруг, он напишет песню и для тебя? Нин Шу лишь безразлично сказала "о". В данный момент она взламывала ноутбук Ян Юйхоя, чтобы проверить его прогресс в написании сценария. Нин Шу ещё больше развеселилась, потому, что сценарий Ян Юйхоя был ни капли не изменён. Название "Геге" было написано на маньчжурском, и в этом мире его не существовало. Термины "Хуан Ама" или "Фу Цзинь" также были совсем незнакомыми. Большинство людей просто ничего не поймут. На самом деле, если заменить написание принцессы на китайский язык, то этот вариант был бы более приемлемым, чем "Геге". Фан Мэнхань изначально хотела растормошить Чэнь Цзянань и проверить её, но она повела себя так безразлично, что Фан Мэнхань внезапно почувствовала себя неуютно и слова застряли в горле. Она почувствовала себя неудовлетворённой, словно она ударила кулаком в вату. Фан Мэнхань больше не могла выносить это оскорбительное поведение Нин Шу. Фан Мэнхань была очень взволнована высокомерным видом Нин Шу. Она же просто нашла себе богатого парня. Почему она выглядит так, словно она готова вознестись на небеса? - Разве ты не жалеешь? - прямолинейно спросила Фан Мэнхань. _______________________________________________________________ Примечание: * Моя прекрасная принцесса, также известная как «Возвращение жемчужной принцессы» или «Принцесса, возвращающаяся жемчужина», - это костюмированная телевизионная драма 1998–1999 годов. ** В Китае легенда о Белой Змее – одна из самых романтичных историй о запретной любви человека и демона. В китайской мифологии существуют самые разные варианты легенды про Белую Змею. Геге = принцесса. хуан ама = отец-император, фу цзинь = жена ---------- Он Даже Не Считается Бывшим Нин Шу раздражало то, как Фан Мэнхань беспрестанно щебечет у её уха, постоянно пытаясь что-то выведать. Теперь, когда Фан Мэнхань считала Ян Юйхоя сокровищем, она думала, что и остальные будут думать так же. Нин Шу так же прямо сказала: - Если ты думаешь, что Ян Юйхой хороший и что Ян Юйхой талантливый, то почему бы вам двоим не сойтись вместе? Чего ты всё проверяешь меня? Я не вернусь к своему бывшему. Нет, он даже не считается за бывшего. Лицо Фан Мэнхань внезапно стыдливо покраснело и она не удержалась, чтобы сказать: - Как ты можешь такое говорить? А чего ты хотела чтобы я сказала? Сколько ещё ждать, пока ты сообразишь? Если они и так не могут видеть друг друга, то не должны и разговаривать друг с другом. Фан Мэнхань действительно заставила Нин Шу захотеть просто взломать ноутбук Ян Юйхоя и украсть все сценарии. Но, когда Нин Шу представила, как Ян Юйхой уверенно несёт этот сценарий на продажу, а потом на него озадаченно смотрят и говорят ему "Что это такое?", она почувствовала неописуемую радость. Нин Шу решила поступить великодушно и не удалять сценарий Ян Юйхоя. Когда Фан Мэнхань увидела, насколько грубым было поведение Нин Шу, хоть она и была недовольна словами Нин Шу, она была рада. Потому что если Нин Шу захочет в будущем вернуться к нему, у неё уже не будет такого шанса. К тому же, Ян Юйхой наверняка не обратит на неё внимания, даже если она и захочет вернуть его. Фан Мэнхань ушла мыться, радостно напевая. Нин Шу прекратила взламывать компьютер Ян Юйхоя. Она уже собралась отправить сценарий в компанию Ли, как получила от них электронное письмо. Нин Шу открыла письмо и прочитала содержимое. "Привет, спасибо за текст песни. Мы сейчас записываем клип. Как вас зовут? Нам нужно записать ваше имя в строке автора песни." Нин Шу задумалась на некоторое время, а потом ответила: "Не нужно писать моё имя. И другие имена писать там не нужно, просто пропустите эту секцию полностью." Нин Шу не хотела раскрываться. Все эти песни были громкими хитами из другого мира. Если её имя появится в строчке автора, Ян Юйхой наверняка заподозрит, что она тоже переродилась. Нин Шу не была уверена в том, произойдёт, когда её существование начнёт мешать Ян Юйхою. Послышался "динь-дон", и ей пришёл ответ, в котором её спрашивали: "Можно записать туда имена других людей и добавить имя к другим песням? Мы заплатим вам дополнительно." Нин Шу нахмурилась. "Нет. Если вы хотите записать туда имена других людей, то наше сотрудничество на этом и закончится. А мне хотелось ещё прислать вам сценарий." Они хотят такой славы, совершенно не подозревая, какой опасностью это грозит. "Хорошо, пришлите, пожалуйста, ваш сценарий." Нин Шу прикрепила сценарий к письму и отправила его, после чего стала ждать новостей. Нин Шу потянулась, планируя найти чего-нибудь поесть. Внезапно зазвенел её телефон. Когда она подняла трубку, из неё донёсся оглушительный и пронзительный крик. - Чэнь Цзянань... Нин Шу так ошалела от удивления, что чуть не уронила телефон от испуга. Она прижала телефон к уху и спросила: - Что случилось? - Я внизу. Скорее спускайся, - сердито сказал Ли Синьцзэ. Нин Шу: … Я забыла о существовании парня. Нин Шу умылась, небрежно подвязала волосы в пучок и спустилась вниз. Ли Синьцзэ стоял там, нетерпеливо постукивая стопой и скрестив руки на груди. Его лицо ничего хорошего не предвещало. Нин Шу подошла и спросила: - Что с тобой случилось? Судя по пронзительному крику в телефоне, Нин Шу даже решила, что Ли Синьцзэ изнасиловали. - А как ты думаешь, что случилось? Ли Синьцзэ снисходительно посмотрел на Нин Шу. Нин Шу:→_→ - Да что случилось-то? - спросила Нин Шу. - Ты спрашиваешь, что со мной случилось?! Ты действительно спрашиваешь меня, что случилось? Выражение лица Ли Синьцзэ становилось всё сердитее и опаснее. ---------- Встречаешься с Кем-то По Интернету? Нин Шу какое-то время молча смотрела на Ли Синьцзэ, не зная, что сказать. Что ей делать с этим существом, известным как "парень"? Ли Синьцзэ раздражённо зачесал волосы назад, а потом сказал: - Я слышал от твоей соседки по комнате, что ты встречаешься с кем-то в интернете, и всё время сидишь в общежитии, играя на компьютере. Прошло уже больше месяца. Почти два месяца ты мне не звонила. Ты даже не писала мне сообщений. Ли Синьцзэ выглядел неприглядно. - Я хотел проверить, если я не буду тебе звонить, когда ты обо мне вспомнишь, - Ли Синьцзэ был очень зол и раздражён. - Чэнь Цзянань, ты стала очень странной в последнее время. Ты что, хочешь расстаться? Ох. На лице Нин Шу появилось понимание, и она сказала: - Я была занята в последнее время. Прости. Она не уделяла внимание ребёнку, и ребёнок теперь был несчастен. - Так значит, ты встречаешься с кем-то по интернету? - снова спросил Ли Синьцзэ. Нин Шу безразлично сказала: - Неужели ты веришь всему, что тебе говорят другие? Подумай своей головой. У меня же есть парень, зачем мне встречаться с кем-то в интернете? Может, на другом конце интернет-провода сидит какой-нибудь лысеющий, толстый и отвратительный мужик. - Идём. Ли Синьцзэ протянул руку, чтобы взять Нин Шу за руку, но Нин Шу ловко увернулась от него и спросила: - Куда? - Сейчас полдень, пойдём обедать. Ли Синьцзэ не удалось взять Нин Шу за руку, поэтому он лишь накинул руку ей на плечи. Ли Синьцзэ отвёл Нин Шу в западный ресторан, где съел огромный стейк. Нин Шу посмотрела на отбивную, размером с её ладонь, чувствуя растерянность. Как такое малое количество еды сможет её насытить? У Нин Шу ушло совсем немного времени на то, чтобы съесть свой стейк. Ли Синьцзэ посмотрел на Нин Шу и спросил: - Хочешь заказать ещё порцию? Нин Шу подумала о том, что Чэнь Цзянань была тихой, нежной и милой девушкой, которая не ест слишком много. Нин Шу не могла портить имидж Чэнь Цзянань, поэтому она скрыла свои истинные желания и сказала: - Я наелась. Даже переела немного. Ли Синьцзэ: … - С этого дня будешь каждый день писать мне сообщение, - сказал Ли Синьцзэ. - И не сиди постоянно в общежитии. Тебе нужно больше двигаться. - Хорошо... - В ближайшее время я буду занят работой в компании отца. У меня редко когда будет время ходить в университет, так что позаботься о себе, - сказал Ли Синьцзэ. Нин Шу кивнула. - Я поняла. Береги себя. Выйдя из ресторана, Ли Синьцзэ повёл Нин Шу в ювелирный магазин и сказал, что он купит подарок для неё. Нин Шу махнула рукой и отказалась. - Ты же со мной, а я из богатой семьи. Если у тебя не будет ничего ценного, то мне будет стыдно. Ли Синьцзэ затащил Нин Шу в ювелирный магазин. - Чувства, которые не ведут к трате денег — это не искренние чувства, - сказал Ли Синьцзэ. Нин Шу: … Нин Шу выбрала пару изысканных серебряных серёжек. Они были не из дешёвых. Ли Синьцзэ без промедления оплатил, после чего они медленно пошли в сторону университета. Совершенно случайно, у входа на территорию университета они повстречались с Ян Юйхоем, который был одет в деловой костюм и нёс папку с бумагами. Ян Юйхой в этом костюме выглядел совсем как успешный человек, но его выражение лица было совсем недовольным. Когда Ян Юйхой увидел Нин Шу и Ли Синьцзэ идущих вместе, его выражение лица стало ещё хуже. Он стал выглядеть так, словно наступил в дерьмо. Ян Юйхой фыркнул, после чего прошёл через ворота. Нин Шу посмотрела на спину Ян Юйхоя и увидела в его руке папку с бумагами. Вероятно, он ходил продавать сценарий "Моей Прекрасной Принцессы". Судя по выражению лица Ян Юйхоя, переговоры прошли не очень хорошо. Нин Шу предположила верно. Ян Юйхой только что ходил продавать сценарий. Этот процесс можно было назвать только унизительным. В сценарии "Моей Прекрасной Принцессы" было много странных строчек, которые нужно было произносить с интонацией и в ритме. Например: "Ты безжалостная! Ты жестокая! Ты неразумно создаёшь проблемы!" "А ты, значит, не безжалостный?! Не жестокий?! И не создаёшь проблемы неразумно?!" "С какой стати я безжалостный?! Где я жестокий?! С чего это я неразумный?!" "Тогда я буду безжалостнее тебя! Жёстче тебя! И буду неразумно создавать больше проблем, чем ты! Ты самый безжалостный, жестокий и неразумный человек из всех, что я видела!" ---------- Куча "Неразумно Созданных Проблем" Эти строчки о неразумности и создании проблем звучали вполне нормально, если их произносил актёр, но вот читать их в сценарии было той ещё катастрофой. Это была просто куча "неразумно созданных проблем". Поэтому, когда инвесторы увидели такой сценарий, они не смогли его даже дочитать, не говоря уже о том, чтобы заплатить хорошую цену. Однако в индустрии развлечений, по сути, не было никаких хороших сценариев, поэтому они решили купить этот сценарий по цене капусты и просто счесть это временно бесполезной вещью. На случай, если этот сценарий действительно станет популярным. Когда Ян Юйхой услышал такую низкую цену, он почувствовал себя оскорблённым и тут же взорвался. За такие деньги, которые обычно подают беднякам, они хотят купить сценарий, который был популярен по всей стране? Размечтались! Ян Юйхой отказался продавать этот сценарий. Он предпочёл оставить его себе на будущее. Пусть эти недалёкие люди увидят, может ли этот сценарий быть популярным. Ян Юйхой решительно отказался и сказал, что не продаст сценарий, но он всё равно был очень расстроен. Когда он увидел эту проклятую парочку у ворот университета, он расстроился ещё больше. Ян Юйхой решил написать ещё один сценарий. Раз сценарии про древние времена так трудно продать, тогда он продаст им сценарий с современным сюжетом. Он думал, что с системой его дела пойдут гладко. Но люди, с которыми он встречался, были недальновидными. Пока Ян Юйхой писал сценарий, он решил написать ещё несколько песен на продажу. Так как те песни, которые написал Ян Юйхой, стали популярными в этом мире, и те певцы, которые их исполняли, тоже стали популярными, многие певцы и компании стали просить у Ян Юйхоя написать ещё песни. Благодаря этому Ян Юйхой восстановил некоторую уверенность в себе. Нин Шу прищурилась, глядя на Ян Юйхоя. Что же он планирует делать дальше? - Ты куда это смотришь? - недовольно спросил Ли Синьцзэ, видя, что Нин Шу так долго смотрит на спину Ян Юйхоя. Нин Шу безразлично сказала: - Тебе не кажется, что Ян Юйхой какой-то странный? - В каком смысле странный? Он всего лишь написал несколько песен. Выражение лица Ли Синьцзэ было немного мрачным. Компания, которая выпускала песни Ян Юйхоя, была конкурентом его компании. Их отношения были далеки от хороших. Каждая компания хотела сломить конкурента и поглотить его. Из-за нескольких песен Ян Юйхоя, та компания теперь имела преимущество, а компания Ли была подавлена. И поэтому Ли Синьцзэ сильно ненавидел Ян Юйхоя. - Хоть он и написал несколько песен, он всё равно неудачник. Но он действительно считает, что он такой потрясающий, - сказал Ли Синьцзэ, и он всё ещё был очень серьёзен. Ли Синьцзэ не знал, что его компания заполучила несколько приличных песен. Так как компания опасалась утечки, всё держалось в секрете. Она опубликует информацию только когда всё запишет. - А тебе не кажется, что Ян Юйхой сильно изменился? Раньше он был никаким человеком. Более того, не был таким умным в детстве, и в колледже выступил очень посредственно. Но теперь он внезапно стал писать такие хорошие песни? - тихо сказала Нин Шу. Ли Синьцзэ коснулся своего подбородка. - Хочешь сказать, что кто-то написал их за него? Нин Шу пожала плечами. - Кто знает? Ли Синьцзэ замолчал и было непонятно, о чём он задумался. Ли Синьцзэ привёл Нин Шу ко входу в общежитие и сказал ей: - Не забывай звонить мне и писать сообщения. Нин Шу сказала "ага", развернулась и стала подниматься по лестнице. Ли Синьцзэ дождался, пока Нин Шу поднимется, после чего развернулся и ушёл. Нин Шу вернулась в общежитие и включила ноутбук. Она взломала компьютер Ян Юйхоя и обнаружила, что Ян Юйхой не только пишет песни, но ещё и пишет сценарии. В этот раз Ян Юйхой писал "Квартира Любви"*. "Квартира Любви" — это смешной и расслабляющий ситком с примечательными персонажами. Он имел очень высокие рейтинги и поисковые запросы в прежнем мире. Если Ян Юйхой продаст этот сценарий, то он наверняка добьётся большого успеха. Нин Шу поджала губы. Подобный сценарий не должен попасть в руки Ян Юйхоя. Нин Шу сохранила спокойствие и решила дождаться, когда сценарий Ян Юйхоя будет почти готов, после чего она просто украдёт черновик. После этого Нин Шу начала усердно работать над тем, что записала все песни-хиты и отправила их в компанию семьи Ли. ---------- Талантливый Человек Ян Юйхой хотел оставить эти песни. Он явно представить себе не мог, что кто-то опубликует их раньше него, и что кто-то их споёт. Послышался "динь-дон". Это было письмо из компании семьи Ли, в котором говорилось, что они очень довольны сценарием "Новой Легенды о Белой Змее" и хотят встретиться с Нин Шу, чтобы обсудить цену. Нин Шу точно не собиралась встречаться с людьми из компании семьи Ли. Она лишь попросила десять тысяч юаней, которые пойдут на оплату обучения в этом семестре. Десять тысяч юаней — это всё равно, что отдавать за просто так. Люди из компании очень сильно хотели встретиться с Нин Шу. Они говорили, что Нин Шу талантливый человек, и что она может работать на их компанию. Они обещали ей самые лучшие условия. Нин Шу: →_→ Хрена с два она талантливая. Нин Шу сразу же отказалась, и отправила ещё несколько песен, каждую по цене в пятьсот юаней. Компания с готовностью заплатила деньги. Вероятно из-за того, что в компании хотели заманить Нин Шу, они заплатили в два раза больше. Они также попросили Нин Шу в первую очередь связаться с ними, если у неё будут ещё какие-нибудь хорошие работы. Нин Шу каждый день заглядывала в ноутбук Ян Юйхоя. Когда она увидела, что сценарий Ян Юйхоя почти дописан, она тут же скопировала его себе и удалила на компьютере Ян Юйхоя. После этого она дописала остальное содержимое сама и отправила в письме. Ян Юйхой, который обнаружил, что сценарий пропал: (╯°Д°)╯︵┻━┻ Ян Юйхой одной рукой рвал на себе волосы, а другой рукой щёлкал мышкой, словно сумасшедший, и до красноты глаз выискивал сценарий. Что случилось с его сценарием? Как он снова пропал?! Это уже было не в первый раз. В прошлый раз его книги были опубликованы в интернете. А теперь пропал сценарий. Его сценарий снова украли? Ян Юйхой, взрослый парень, чуть не расплакался. Такой удачный сценарий, над которым он столь усердно работал, теперь пропал. Что, чёрт подери, происходит? Ян Юйхой с силой швырнул мышку о стену, после чего красными глазами посмотрел на соседей по общежитию: - Кто, блять, трогал мой ноутбук? Это были вы? Соседи по комнате озадаченно переглянулись. Да этот человек — больной на голову. Он периодически психует без причины. Кому нафиг надо трогать твой ноутбук? У них даже не было возможности коснуться его ноутбука. Соседи по комнате проигнорировали Ян Юйхоя, и пошли играть на улицу. От этого разозлившийся Ян Юйхой чуть снова не разбил свой ноутбук на части. Но этот ноутбук был очень дорогим. В итоге, Ян Юйхой не смог позволить себе безжалостно разбить его. Ян Юйхой начал глубоко дышать, вынуждая себя успокоиться и снова начать писать. Он не мог сделать ничего иного, кроме как заново всё переписать. Он успокоил себя тем, что на пути к счастью попадаются кочки. Наконец, он снова начал перепечатывать сценарий. Однако произошло нечто, отчего у Ян Юйхоя перестали слушаться руки и ноги, а сердце словно начало падать в яму. Развлекательная компания семьи Ли выпустила несколько альбомов. Более того, песни в этих альбомах были известными песнями из его мира. Они начали занимать верхние строчки музыкальных чартов, как только вышли. Все эти песни были из его тайной коллекции, которую он хранил для себя, готовясь стать популярным в будущем. Но теперь они внезапно появились, и Ян Юйхой сильно запаниковал. Неужели в этом мире есть ещё один перерождённый вроде него? Что, если он не один такой? Ян Юйхой одновременно паниковал и злился. Если тут действительно есть другой перерождённый, то его поисковая система теперь казалась бесполезной принадлежностью. Ян Юйхой прослушал все эти песни одну за другой. Мелодии были знакомыми, тексты песен были такими же. Только певцы были другими. Глаза Ян Юйхоя стали красными, когда он наблюдал за тем, как эти песни становятся популярными. Компания семьи Ли Синьцзэ заработает на этом кучу денег. _______________________________________________________________ Примечание: * "Квартира Любви" (Love Apartment) — китайская романтическая комедия 2018 года выпуска. Китайский аналог "Друзей". ---------- Эта Слава Должна Принадлежать Ему Эти песни должны были принадлежать ему. Вся эта слава тоже должна принадлежать ему. Ян Юйхой так разозлился, что у него начали пульсировать виски. Он решил проверить, кто написал эти песни. Этот человек наверняка переродился, раз смог написать такие тексты. Когда Ян Юйхой переродился в этом мире, он уже всё проверил. И в этом мире не было ничего, что было в его мире. И вот, внезапно, появляются такие вещи. Ян Юйхой чувствовал себя так, словно было украдено нечто, принадлежащее ему. Ян Юйхой щёлкнул мышкой и обнаружил, что у этих песен нет автора. Ян Юйхой от гнева вскочил и с силой пнул стул. Стул отлетел прочь. - Кто это? Кто это, чёрт подери? - глухо закричал Ян Юйхой. Какой-то скрытный парень. Этот человек может даже знать о существовании Ян Юйхоя, но сам он не знал, кем был этот человек. Враг в тени, а он на свету. От этого Ян Юйхой чувствовал себя скованным. За каждым его ходом кто-то наблюдал. В сердце Ян Юйхоя всколыхнулась волна враждебности. На одной горе двум тиграм не ужиться, особенно не тогда, когда у другого человека было то же, что и у него. Ян Юйхой почувствовал слабость в ногах и осел на землю. Почему всё должно быть таким утомительным? Раз уж у него был чит в виде поисковой системы, то его жизнь должна быть гладкой и высокодоходной. ______________________________________________________________________ С другой стороны, Нин Шу была в очень хорошем настроении. Она наблюдала за тем, как песни занимают верхние строчки чартов и слушала эти песни на компьютере. Они звучали прекрасно. Ян Юйхой больше не сможет использовать эти песни, а компания семьи Ли Синьцзэ получит прибыль. Главное, что Нин Шу постепенно ослабляла удачу Ян Юйхоя. И пусть даже компания купит эти вещи дешевле. К тому же, Ли Синьцзэ — парень Чэнь Цзянань. - Эти песни совсем не такие хорошие, как те, которые написал Ян Юйхой, - сказала Фан Мэнхань и поджала губы. Нин Шу проигнорировала её, взяла свой мобильный телефон и отправила Ли Синьцзэ сообщение "Ты уже поел?", после чего отложила телефон. Фан Мэнхань опасалась, что эти песни повлияют на настроение Ян Юйхоя, поэтому она прихорошилась и пошла искать Ян Юйхоя. Поначалу Ян Юйхой был в мрачном настроении, но, когда он увидел её, стоящую у мужского общежития в такой красивой юбке, его мрачность немного рассеялась. Ян Юйхой надел брендовые вещи, которые купил ранее, и спустился вниз. Фан Мэнхань мило сказала: - Братец, я приглашаю тебя сегодня на обед. Ян Юйхой увидел, что многие люди оглядываются на него и Фан Мэнхань. Ему было очень приятно стоять лицом к лицу с такой красивой девушкой, как Фан Мэнхань. Это добавляло ему социальной значимости. Особенно когда парни смотрели на него с завистью и ревностью. Ян Юйхой внезапно почувствовал себя посвежевшим, и показал свою чарующую улыбку. - Хорошо. Это же просто исполнение мечты, когда тебя приглашает такая красотка. Фан Мэнхань увидела улыбку на лице Ян Юйхоя и немного покраснела. Вместе с Ян Юйхоем она вышла за территорию университета. Сидя за обеденным столом Фан Мэнхань утешала Ян Юйхоя: - Ты наверняка сможешь написать песни лучше, чем эти. Ян Юйхой ничего не сказал, поэтому Фан Мэнхань тут же добавила: - Я правду говорю, братец. Я в тебя верю. Ян Юйхой кивнул и сказал: - Конечно смогу. Эти песни среднего пошиба. Глаза Фан Мэнхань округлились: - Неужели ты действительно можешь написать песни, которые превзойдут эти песни? Ян Юйхой кивнул. Фан Мэнхань смущённо отвела взгляд, а потом взяла на себя инициативу, чтобы положить немного овощей в тарелку Ян Юйхоя. Фан Мэнхань вернулась только поздно вечером, перед закрытием общежития. Когда она вернулась, Нин Шу увидела, что её лицо раскрасневшееся, а всё её тело излучает особенный шарм. Её кожа обрела розовое свечение. Вернувшись, она легла на постель, даже не принимая душ. Нин Шу подняла брови. Должно быть, Ян Юйхой сорвал вишенку Фан Мэнхань. Ян Юйхой был настоящим соблазнителем женщин. Все они попадали в двусмысленные отношения с ним и, рано или поздно, все без исключения, спешили оказаться в его постели. К тому же, по большей части именно женщины проявляли инициативу, так как это был единственный способ, как Ян Юйхой мог проявить своё мужское очарование. Он был любим таким множеством женщин. ---------- Неужели Она Потеряла Парня Чэнь Цзянань? Фан Мэнхань всегда рекламировала себя как белый лотос, который вырос из грязи, но не замарался. С точки зрения Нин Шу, она просто использовала своё тело в обмен на выгоды. Когда Ян Юйхой закончит университет, он начнёт встречать всё больше и больше женщин всевозможных видов. Он будет коллекционировать женщин, как марки. Нин Шу каждый день сидела в общежитии, постоянно присматривая за Ян Юйхоем. Днём она написала сообщение Ли Синьцзэ. Но он так и не ответил. Нин Шу подумала немного, а потом отправила ещё одно сообщение. После долгого ожидания, она не получила никакого ответа. Было уже очень поздно, поэтому Нин Шу приняла душ и забралась на свою постель, где опустила занавеску и села культивировать. Нин Шу культивировала до рассвета, после чего прекратила и взяла мобильный телефон, лежащий на тумбочке у кровати. На нём всё ещё не было никакого оповещения о звонке или текстовом сообщении. Нин Шу: →_→ Что происходит? Неужели она потеряла парня Чэнь Цзянань? По сюжету Чэнь Цзянань и Ли Синьцзэ любили друг друга. Кто теперь будет поддерживать друг друга в трудные времена? Ну, теперь она другой человек, даже если это тело и принадлежит Чэнь Цзянань, она всё равно не Чэнь Цзянань. А Ли Синьцзэ любит Чэнь Цзянань. Тело и душа человека едины. И, если что-то изменить, то это уже будет не тот же человек. Нин Шу всё ещё размышляла, когда зазвенел телефон. Нин Шу тут же взяла трубку, так как несколько человек в комнате ещё спали. Нин Шу слезла с постели и услышала в телефоне голос Ли Синьцзэ. - Я внизу. Нин Шу выглянула в окно и увидела Ли Синьцзэ, облокотившегося на автомобиль. Он поднял голову и посмотрел в сторону её окна общежития. Нин Шу повесила трубку и спустилась вниз. На Ли Синьцзэ были повседневная рубашка и пиджак. Он выглядел гораздо более зрелым, чем когда был в университете. Его лицо было немного взъерошенным, но он всё равно был в приподнятом настроении и выглядел так, словно был полон энергии. - Я получил твоё сообщение только утром, - сказал Ли Синьцзэ. - В последнее время в компании очень много работы. Там записывается много новых песен, и снимается несколько новых сериалов. Я буду очень занят в ближайшее время и, наверное, не смогу тебя часто навещать. Похоже, что компания семьи Ли собирается выпустить сериал. Они вероятно, решили пойти ва-банк. Нин Шу кивнула. - Главное, следи за своим здоровьем. Ли Синьцзэ сказал: - Я очень взволнован. В этот раз мы обязательно поднимем компанию на новый уровень. - Поздравляю, - с улыбкой сказала Нин Шу. - Скорее всего, в ближайшее время я не смогу отвечать на твои звонки и писать сообщения, - сказал Ли Синьцзэ. - Не сердись. - Всё в порядке. Твоя работа важна. Нин Шу махнула рукой и добавила: - Тогда я буду реже тебе звонить и писать сообщения, чтобы не беспокоить тебя. Ли Синьцзэ: … - Ты просто не хочешь звонить и писать сообщения, верно? - тихо сказал Ли Синьцзэ. - Я заметил, что ты стала относиться ко мне гораздо прохладнее в последнее время. - Ха-ха-ха... Да что ты такое говоришь? - с улыбкой сказала Нин Шу. - Если любовь двух человек может продлиться вечность, неужели им нужно постоянно быть вместе день и ночь? Нин Шу похлопала Ли Синьцзэ по плечу. - Удачи тебе с твоей работой. - Я привёз тебе завтрак. Ли Синьцзэ открыл дверцу автомобиля, достал сумку и протянул её Нин Шу. - Спасибо. А ты сам-то ел? Можешь съесть мою порцию, - Нин Шу не взяла сумку. - Ты ведь так усердно работаешь каждый день. На сытый желудок лучше работается. Ну и зачем он тогда привёз завтрак? Каждый раз, когда Ли Синьцзэ разговаривал со своей девушкой, у него было беспокойство на душе. Более того, ему казалось это неестественным. Ли Синьцзэ точно чувствовал, что Чэнь Цзянань его больше не любит. Неужели, её любовь прошла? ---------- Ты Выглядишь Довольно Уставшим Когда Нин Шу и Ли Синьцзэ встретились, они не знали, что сказать друг другу. Ли Синьцзэ просто смотрел на неё с нечитаемым выражением во взгляде. В глазах Нин Шу промелькнул огонёк. Затем она улыбнулась и сказала: - Ты выглядишь довольно уставшим. Может, хочешь отдохнуть? Хоть работа и важна, но твоё тело важнее. - Ты что, пытаешься меня прогнать? - сказал Ли Синьцзэ с непроницаемым лицом. Нин Шу тут же покачала головой. - Нет, я не имела это ввиду. Не думай слишком много об этом. Охренеть. А что ещё ей нужно было сказать? Он просто создаёт проблемы на пустом месте! - Тогда я пойду. Не забывай звонить мне и писать сообщения, - сказал Ли Синьцзэ, после чего протянул руку и открыл дверцу автомобиля. Нин Шу открыла рот, но потом передумала и просто и кивнула. - Ладно. Изначально она хотела сказать, что раз он занят работой, то она не хочет звонить и беспокоить его. Но решила, что Ли Синьцзэ разозлился бы от этого. Неужели все влюблённые ведут себя, как сладкие парочки? Обязательно так много разговаривать? Тогда точно лучше быть в одиночестве! Ли Синьцзэ развернул автомобиль и уехал. Только после того, как он уехал, Нин Шу протяжно вздохнула и развернулась, чтобы подняться по лестнице с коробкой для завтрака в руках. После завтрака Нин Шу прибралась и собралась пойти на занятия. Затем она увидела, что Фан Мэнхань всё ещё спит в своей постели, хотя почти все остальные в общежитии уже ушли. Нин Шу окликнула Фан Мэнхань. - Эй, Фан Мэнхань, пора на занятия. Веки Фан Мэнхань затрепетали, и она проснулась. Когда она села на постели, она зашипела, а её выражение лица было нехорошим. Фан Мэнхань недавно лишилась девственности. Вчера она ничего не почувствовала, но сегодня у неё всё тело болело. Нин Шу окликнула её и ушла. Фан Мэнхань хотела попросить Нин Шу, чтобы она выпросила ей отгул, но та уже вышла из комнаты общежития. Фан Мэнхань медленно поднялась со своей койки. Хоть у неё и болело тело, она заполучила несколько песен. Ян Юхой даже объяснил ей, как петь эти песни. Во время занятий Нин Шу большую часть времени проводила в прострации, обдумывая в голове следующий план. Когда она оглянулась, то увидела Фан Мэнхань и Ян Юйхоя, сидящих вместе. Так как она уже некоторое время не видела его, у неё возникло ощущение, что Ян Юйхой стал более симпатичным. И дело было не в том, что его внешность стала лучше, а, скорее, в его внутренней ауре. Когда он держал голову прямо и выпячивал грудь, ощущение, исходящее от него, было иным. Мужчины, которые добились славы и признания — самые привлекательные. Их харизма сильна. Нин Шу отвела взгляд и достала свой мобильный телефон, чтобы написать сообщение Ли Синьцзэ, напоминая ему, чтобы он не забывал есть и как следует отдыхать. И всё в таком духе. Она не знала почему, возможно потому, что у неё не было никакой любви по отношению к Ли Синьцзэ, но когда она перечитала сообщение, которое отправила, оно показалось ей довольно-таки сухим. Забудь об этом. В будущем, если ей нечего будет сказать, то она не будет присылать сообщение. После занятий Нин Шу немедленно вернулась в общежитие, достала ноутбук из шкафчика, включила его и стала просматривать новости сферы развлечений. Развлекательная компания семьи Ли выпустила ещё несколько песен, и все они были хитами. Нин Шу послушала их. Песни были похожи на те, что были в прежнем мире. Также, компания семьи Ли заявила, что они снимают несколько сериалов. Два из них уже почти закончены. Как только появились такие новости, некоторые люди стали говорить, что семья Ли просто бахвалится, а другие люди говорили, что с нетерпением ждут этих сериалов. Один из тех двух сериалов наверняка должен быть про Мадам Белую Змею, о любви между человеком и демоном. Если бы Нин Шу дали право выбирать, то она бы сказала, что эту драму нужно выпускать первой, так как она покрывает большой слой возрастных групп зрителей. Ведь эта история о бессмертных, демонах, людях и дьяволах была чудесной. Если этот сериал будет пробным шаром компании, то её определённо ждёт успех. ---------- Не Могла Испортить Это Прекрасное Лицо Нин Шу начала печатать на клавиатуре и отправила письмо в компанию семьи Ли, предлагая, чтобы они первым выпустили сериал про любовь между демоном и человеком. Она также объяснила свои доводы. Очень быстро ей пришёл ответ, в котором говорилось, что они последуют предложению Нин Шу. - Ты знаешь, кто этот человек? - спросил Ли Синьцзэ у сотрудника, глядя на компьютер. Сотрудник покачал головой. - Нет. - Если подобный талант не работает на нашу компанию, то мы просто упускаем крупную рыбу, - Ли Синьцзэ вздохнул. - Найди способ во что бы то ни стало встретиться с этим человеком. Не важно, каким методом ты воспользуешься. С другой стороны, Нин Шу продолжала писать. Она уже отправила несколько классических новелл в книжные и газетные издательства. Они стали очень популярными в прежнем мире, после того, как по ним сняли сериалы. Особенно истории про боевые искусства за авторством Цзинь Юна и Гу Луна. Пока эти книги существуют, Ян Юйхой не сможет сказать, что эти работы принадлежат ему. Он не будет настолько бесстыдным. Нин Шу нашла в интернете несколько издательств, и увидела, что есть развлекательные газеты, которые принадлежат компании семьи Ли. Она отправила эти новеллы в эти издательства. Новеллы Цзинь Юна многократно экранизировали в виде сериалов. Если эти новеллы будут опубликованы в развлекательных газетах, которые принадлежат компании семьи Ли, то и авторские права будут принадлежать этим газетам. Не считая перерывов на еду в столовой, Нин Шу большую часть времени проводила в общежитии, печатая новеллы. Спустя полмесяца, Нин Шу чувствовала себя так, словно её тело опустошено. Если бы не Непревзойдённые Боевые Искусства, то она бы уже была словно призрак. Нин Шу похлопала себя по лицу и запрокинула голову, прежде чем прилепить на лицо маску. Она не могла испортить это прекрасное лицо, сидя всё время перед экраном. К счастью, все трудности того стоили. Нин Шу заархивировала готовые документы. Немного подумав, она решила взять псевдоним и подписалась, как Цзинь Юн. Для книг Цзинь Юна она использовала псевдоним Цзинь Юна. Для книг Гу Луна она подписалась, как Гу Лун. А для книг Вэнь Жуйаня написала Вэнь Жуйань*. Ей было интересно, будет ли Ян Юйхой приятно удивлён, когда увидит эти знакомые имена. Цена за новеллы была хорошей, и у Нин Шу появились дополнительные деньги. С плагиатом деньги приходят быстро. Ян Юйхой полагался на эти книги, чтобы стать человеком, которого уважают тысячи людей. Нин Шу не знала, мучает ли Ян Юйхоя совесть. Если ты занимаешься плагиатом и крадёшь чужое, не потратив ни монеты, то тебя ждёт кармическое воздаяние! Нин Шу мысленно прочитала "Амитабха" и пожертвовала половину денег детям, живущим в горах. Вторую половину она оставила себе на прочие расходы. Когда газету опубликовали, Нин Шу тоже купила газету и журнал, после чего вернулась, чтобы прочитать их. Глядя на псевдоним Цзинь Юна, она подумала о том, как же удивится Ян Юйхой. В прежнем мире Цзинь Юн использовал серийный формат истории о боевых искусствах для повышения продаж газет. Новеллы про боевые искусства были очень хорошо приняты. Ян Юйхой обычно не читал газет, так как считал, что в них нет ничего полезного. Чем читать какие-то газеты, он лучше потратит это время на написание сценариев. Услышав, как соседи по комнате обсуждают, кто прекраснее: Му Няньцы или Хуан Жун, сердце Ян Юйхоя ёкнуло и он выхватил газету из рук соседа по комнате. Когда он увидел псевдоним Цзинь Юна, Ян Юйхой внезапно почувствовал себя так, словно из него выбили весь воздух. Его голова закружилось, а тело обмякло. Руки, держащие газету, задрожали. Цзинь Юн?! Ян Юйхой уставился на эти два слова, и его глаза от напряжения чуть не выскочили из орбит. Неужели в этом мире тоже есть Цзинь Юн? Ян Юйхоя почувствовал себя очень неуютно. Эти истории про боевые искусства были тем, о чём Ян Юйхой переживал больше всего. Эти новеллы стали родоначальниками жанра о геройских похождениях в мире Цзянху. Что ещё более важно, истории Цзинь Юна были многократно экранизированы. "Легенда о Героях Кондорах" даже переснимали несколько раз. Ян Юйхой теперь лишился ещё одного оружия на руках. И стало на одну возможность меньше создать целый новый жанр. Ян Юйхой с горечью бросил газету на пол и начал неистово топтать её ногами. Это действительно был Цзинь Юн, или тут есть другие переродившиеся? Слишком много дурных предчувствий скопилось в сердце Ян Юйхоя. Он никак не мог понять, как такое произошло, и от этого Ян Юйхой был крайне напуган. Отчего в его жизни не происходит ничего приятного? Компания Ли выпустила ещё несколько песен, которые, конечно же, были классическими песнями из прежнего мира. _______________________________________________________________ Примечание: * Вун Су Оан, также известный как Вэнь Жуйань, является малайзийским китайским поэтом и автором романов Уся из Гонконга. ---------- Бисер Перед Свиньями От музыкальных альбомов, которые выпустила компания семьи Ли, у Ян Юйхоя начали пульсировать виски. Все хитовые песни, которые он хотел оставить для себя, вышли одна за другой. Идеальные песни стали словно бисер перед свиньями. Эти песни явно могли стоить больше. При виде того, как компания семьи Ли неистово делает деньги, и думая о высокомерии Ли Синьцзэ, Ян Юйхой почувствовал себя крайне удручённым. Неужели в компании семьи Ли тоже есть перерождённый человек? Всё, что Ян Юйхой хотел придержать для себя, этот человек пачкой выкинул на обозрение миру. Словно он опасался, что сможет не успеть. Ян Юйхой даже заподозрил, что у того человека тоже поисковая система. А иначе, как он мог написать так много вещей? Память человека ограничена. Ян Юйхой не смел утверждать, что он смог запомнить всё это. А раз система не уникальная, то какая польза от этого счастливого билета? Ян Юйхой топтал газету ногами с пугающим и зловещим выражением на лице. - Ты чего это топчешься по моей газете? Ты с ума сошёл! - сосед по комнате оттолкнул Ян Юйхоя, указал на него пальцем и стал ругать. - Говорю тебе, я слишком долго терпел тебя! Неужели ты думаешь, что ты весь такой из себя? Он толкнул Ян Юйхоя и тот попятился на несколько шагов. Выражение лица Ян Юйхоя было очень недобрым. - Это же просто газета. Да я тебе сотню таких куплю. - Сумасшедший ублюдок. Сосед по комнате ударил Ян Юйхоя кулаком в рот. Ян Юйхой и без того уже был зол в глубине души. Он привык к тому, что за последнее время им стали восхищаться. А тут его начали бить. В его сердце снова всплыло чувство "кого, как ты думаешь, ты посмел оскорбить?". Двое начали драться, а остальные уговаривали их перестать, но по большей части они просто наблюдали за дракой, иногда даже раздувая пламя, отчего Ян Юйхой получил ещё два удара. По правде говоря, Ян Юйхой был слишком раздражающим в последнее время. Он всегда вёл себя высокомерно, словно обычные смертные должны приходить и поклоняться ему. Когда документы на его ноутбуке пропали, и он начал злиться на соседей, хоть они и настаивали, что не трогали его ноутбук. Он же просто написал тексты для пары популярных песен и тем самым заработал немного популярности. А ведёт себя так, словно он вознёсся на небеса. Двое дрались, пока, в итоге, их не растащили в разные стороны. Ян Юйхой просканировал взглядом соседей по комнате, вытер кровь с угла рта, холодно фыркнул и ушёл. После такого неприятного происшествия с соседями по общежитию, Ян Юйхой решил переехать и найти небольшую квартиру. У него теперь были деньги и он не хотел тесниться в общежитии с этими людьми. Ян Юйхой перехал в тот же день. Никто из соседей не стал уговаривать его остаться. Наоборот, они стали использовать его постель в качестве склада для всякой всячины. Нин Шу, как обычно, продолжала писать новеллы каждый день. Она писала понемногу от каждой книги. Немного Цзинь Юна, немного Гу Луна и немного Вэнь Жуйаня и немного других авторов. После чего отправляла всё в газеты. Таким образом, Ян Юйхой не сможет использовать эти произведения и у него будет меньше способов зарабатывать деньги. А даже если он напишет, люди не поверят, что это его оригинальные произведения. Нин Шу была занята, когда позвонил Ли Синьцзэ и сказал Нин Шу: - Сегодня будут показывать новый сериал, снятый компанией моей семьи. Он точно будет хорошим. Он потом появится у нас на сайте, но сначала он будет транслироваться по спутниковому телевидению. Обязательно посмотри его. Это я снял его. Буду ждать твоего звонка, после того, как ты его посмотришь. Нин Шу едва удержалась от желания презрительно плюнуть в Ли Синьцзэ. Как максимум, он был на подхвате. Но он утверждал, что сам снял этот сериал, и Нин Шу ни капли ему не верила. Работа Ли Синьцзэ заключалась в управлении компанией, а не в съёмках фильмов и сериалов. Нин Шу проглотила свои слова и с трудом сказала: - Ты потрясающий. Я с нетерпением буду ждать вечера, чтобы посмотреть сериал. - Ага. Скоро начнутся каникулы. У нашей компании есть много хороших сценариев. Приходи, я выделю для тебя роль, - сказал Ли Синьцзэ. - Разве ты не мечтала сниматься в кино? Приходи и воспользуйся возможностью отточить свои актёрские навыки на второстепенной роли. Нин Шу: … Так ей теперь ещё нужно быть и актрисой?!! ---------- Как Же Трудно Угодить! Если у неё будет время для съёмок, то уж лучше она напишет ещё больше историй. Чем больше она опубликует, тем меньше останется для Ян Юйхоя. Нин Шу задумалась на некоторое время и сказала: - Я хотела на каникулах съездить домой. - Это редкая возможность. Не уезжай домой. Сценарий очень хороший. Он обязательно будет популярным. Всегда полезно показаться перед публикой, - уговаривал её Ли Синьцзэ. - Разве ты не хотела всегда стать актрисой? Такие хорошие возможности нельзя упускать. Да что с тобой случилось? Голос Ли Синьцзэ в телефоне был немного недовольным. - Я не смогу всегда находить для тебя такие хорошие возможности. Не будь такой своевольной. Нин Шу тут же ответила: - Я была не права. Я не поеду домой на каникулы, а останусь сниматься. - Если не хочешь, то не приходи, я не буду тебя заставлять, - сказал Ли Синьцзэ. Нин Шу: →_→ Он снова рассердился!!! Нин Шу невольно схватилась за волосы на голове. Блять, как же трудно угодить! - Я очень хочу пойти на съёмки. Спасибо, что представил мне такую возможность. Я очень благодарна, - жизнерадостно сказала Нин Шу. - Обязательно приходи. Ли Синьцзэ повесил трубку. Нин Шу устало посмотрела на телефон. Нин Шу выпила большой стакан воды и снова села, чтобы продолжить писать. Она порылась в голове, чтобы написать ещё несколько песен. Когда она прикрепила документ к письму и отправила его, она дописала, чтобы они зарегистрировали все авторские права. Так песни будут принадлежать компании. В таком случае, если появятся какие-нибудь другие люди, которые захотят судиться за авторские права на эти песни, компания сможет выиграть дело. Так они смогут растянуть эти песни на некоторое время и выпускать их постепенно. В основном, Нин Шу делала это, чтобы обезопаситься от Ян Юйхоя. В дополнение к написанию песен, Нин Шу продолжила писать новеллы. Она написала все книги Цзинь Юна и Гу Луна, после чего отправила их в газету. Вечером Нин Шу стала ждать, как будет выглядеть сериал, снятый компанией семьи Ли. Однако в интернете сериал показывали позже, чем по спутниковому телевидению, и Нин Шу пришлось ждать 11 часов вечера, чтобы посмотреть. Это была история про Мадам Белую Змею, влюблённую в человека. Нин Шу смотрела внимательно. Качество картинки было гораздо лучше, чем в прежнем мире. Спецэффекты тоже были сделаны на славу. Пока Нин Шу смотрела сериал, она невольно втянулась в просмотр. Группа соседок по комнате собрались позади неё. Даже после просмотра двух серий, Нин Шу всё ещё хотелось увидеть больше. - Как это прекрасно. - Неужели всё закончилось? Соседка по комнате прочистила своё горло и начала петь: - Бай Сучжэнь под горой Цинчэн, сидит в пещере, тысячи лет культивирует своё тело, ах... ах... ах... Голос соседки по комнате был не очень приятным, отчего все в общежитии рассмеялись. - Чэнь Цзянань, кажется этот сериал был снят компанией твоего парня. Ты можешь спросить его, когда будут выходить следующие серии? Мне так хочется их посмотреть! - В любом случае, будет только по две серии в день, - сказала Нин Шу. Нин Шу отправила сообщение Ли Синьцзэ, в котором сказала, что сериал был очень красивым и похвалила Ли Синьцзэ. Этот сериал был очень популярным в прежнем мире. Его крутили каждый год на летних каникулах. При виде того, как соседки по комнатах сгорают от любопытства и желания посмотреть сериал дальше, можно было понять, сколько денег и репутации заработал бы Ян Юйхой, если бы сам написал сценарий и снял этот сериал. Нин Шу выключила ноутбук, забралась в постель и начала культивировать. Затем она стала думать о том, что делать дальше. Она больше не будет отправлять песни и сценарии в компанию семьи Ли. На руках компании Ли и так уже было много хороших вещей. Если их успех продолжится, то на них нацелятся со всех сторон. Компания Ли ест мясо, а другим людям не достаётся даже бульон, от этого легко может произойти какой-нибудь несчастный случай. Все будут несчастны. Только если ты будешь несчастен и я буду несчастен, все будут счастливы. ---------- Деньги Нужно Зарабатывать Вместе У компании семьи Ли были сценарии и песни высокого качества и в большом количестве. Всё это были известные хиты из прежнего мира. Если они будут слишком выделываться, то навлекут на себя гнев остальных. Деньги нужно зарабатывать всем вместе. Нин Шу планировала также отправить сценарии и другим компаниям, за исключением конкурентов семьи Ли. Составив план, Нин Шу вздохнула с облегчением, села на постели скрестив ноги и начала культивировать. На следующий день она была полна энергии и посвятила себя всю работе. Нин Шу отправила несколько песен разным компаниям. Так как они не были её знакомыми, она запрашивала в четыре раза больше, чем у компании семьи Ли. Она продавала песни по четыре тысячи юаней за песню. Некоторые песни были подписаны именами их изначальных авторов. В любом случае, она просто хотела выпустить все эти песни заранее. Вот только написание сценариев было очень утомительным. И Нин Шу чувствовала, что больше не выдержит. Она не могла сравниться с Ян Юйхоем, у которого была своя поисковая система. Нин Шу решила, что пока хватит. Из того, что она могла написать, Нин Шу почти закончила писать все песни, написанные Ян Юйхоем в изначальном сюжете, и разослала их. После такой продолжительной нагрузки Нин Шу почувствовала, что это тело было словно опустошено. Блин, теперь она дошла до такого состояния, в котором чувствовала тошноту, едва только видела ноутбук. И у неё начинала кружиться голова, когда она видела открытый документ. Закончив с песнями, Нин Шу начала писать сценарий. Нин Шу планировала взломать ноутбук Ян Юйхоя, но обнаружила, что прежний IP-адрес недоступен, и она больше не может взломать компьютер Ян Юйхоя. Нин Шу глянула на Фан Мэнхань и осторожно спросила: - А чего ты не гуляешь с Ян Юйхоем? Сегодня же выходной. Фан Мэнхань глянула на Нин Шу и вяло спросила: - А тебе какое дело до меня и моего братца? После этих слов, лицо Фан Мэнхань внезапно стало серьёзным, и она с опаской посмотрела на Нин Шу. - Ты что это, начала интересоваться братцем Ян Юйхоем? - Я просто спросила о нём. Ты чего это так напряглась? - безразлично сказала Нин Шу. Фан Мэнхань горделиво надулась и сказала: - Братец сказал, что он готовится к серьёзному событию. Конечно же, я не буду ему мешать. После этих слов Фан Мэнхань начала одеваться, явно с намерением выйти на улицу. - Теперь у братца уже есть своя квартира. Он даже больше не живёт на территории университета, - триумфально сообщила Фан Мэнхань. Имея возможность купить себе квартиру, будучи ещё студентом, будущее Ян Юйхоя поистине будет безгранично. Взгляд Нин Шу сверкнул. Неудивительно, что она не смогла взломать ноутбук Ян Юйхоя. Это потому, что он переехал. Фан Мэнхань прихорошилась и ушла. Нин Шу продолжила писать сценарий. Она не знала, как обстоят дела у Ян Юйхоя, поэтому она могла лишь ускориться. У неё было предположение, что когда Ян Юйхой увидит сериал, снятый компанией семьи Ли, он обязательно сам ускорится. Обе стороны соревновались в том, кто первым покажет свои карты, и у кого будет преимущество. Нин Шу потёрла свой лоб и продолжила писать сценарий. Она не знала наверняка, написал ли его Ян Юйхой. Вдруг, он его уже продал. Но, после успешной продажи пары сценариев, наступили летние каникулы, и ей пришла пора идти на съёмки. Ли Синьцзэ подъехал ко входу, чтобы забрать Нин Шу. Приведя себя в порядок, Нин Шу спустилась вниз. - Почему ты так выглядишь? Ли Синьцзэ удивлённо моргнул несколько раз. Нин Шу коснулась своего лица. - А что такое? - Твоё лицо бледное, а под глазами тёмные мешки. Она выглядела словно удручённый и безжизненный школьник, который слишком много теребил себя. - Не надо слишком много сидеть в интернете. Ли Синьцзэ потёр свой лоб, потому что не мог смотреть на неё в таком состоянии. Нин Шу: →_→ Писанина действительно испортила её красоту!! Похоже, что ей придётся на некоторое время остановиться и переключиться на другие аспекты. Это прекрасное лицо не должно быть испорчено. - Почему бы тебе не переехать ко мне на время съёмок? Все остальные студенты уже разъехались, - сказал Ли Синьцзэ. ---------- Они Были По-настоящему Влюблены Нин Шу махнула рукой и сказала: - Всё в порядке. Я останусь в общежитии. - Съёмки — дело хлопотное. Тебе придётся успевать вернуться в общежитие вовремя. Это очень трудно, - сказал Ли Синьцзэ. Нин Шу покачала головой. - Я справлюсь. Как она может жить в одном доме с Ли Синьцзэ? Он ведь мужчина. Это так опрометчиво. Если Ли Синьцзэ и Чэнь Цзянань хотят хорошей концовки, они не могут вести себя так небрежно. Ли Синьцзэ не стал настаивать, после того, как Нин Шу отказалась. - Когда начнутся съёмки? - спросила Нин Шу. - Я буду готовиться. Ей нужно было привести своё лицо в порядок. - Я приеду за тобой завтра. А пока давай пообедаем, - сказал Ли Синьцзэ. - Мы давно уже не ели с тобой вместе. Нин Шу кивнула и села в автомобиль. - Давай в этот раз поедим китайской еды, - предложила Нин Шу. - Ладно. Послушаю тебя. Ли Синьцзэ отвёл Нин Шу в китайский ресторан и заказал разные домашние блюда. Ли Синьцзэ не ел, а смотрел, как Нин Шу ест одна. Нин Шу не могла глотать под пристальным взглядом Ли Синьцзэ, поэтому спросила: - А ты чего не ешь? - Раньше тебе не нравилось есть мапо-тофу*, - сказал Ли Синьцзэ. Нин Шу: … Они были по-настоящему влюблены друг в друга. Ли Синьцзэ даже знал вкусы и привычки Чэнь Цзянань. Вот дерьмо, Нин Шу теперь не знала, куда девать палочки. Нин Шу взяла сладкие бобы, которые нравились изначальному хосту, и сказала: - Мне просто захотелось попробовать чего-то новенького, вот и всё. Ли Синьцзэ кивнул и начал медленно есть. Нин Шу протяжно вздохнула, чувствуя, что ей нужно меньше контактировать с Ли Синьцзэ. Она была не тем же самым человеком, а у всех есть свои уникальные привычки. Как нет двух одинаковых листьев, так нет и двух одинаковых людей. После обеда Ли Синьцзэ хотел отвезти Нин Шу обратно. Нин Шу знала, что у Ли Синьцзэ много работы в компании, поэтому сказала ему возвращаться. Что касалось Нин Шу, так она пошла в аптеку, чтобы купить немного лечебных материалов. Затем она вернулась в общежитие, перетёрла их в порошок и сделала оздоровительную маску. Нин Шу намазала её на своё лицо. В последнее время она действительно небрежно относилась к этому лицу. А раз она собирается сниматься, то ей нужно улучшить состояние её кожи, чтобы её было проще загримировать. Когда кожа на лице укрепилась, Нин Шу смыла маску. После умывания кожа стала более шелковистой и стала излучать здоровый румянец. С тех пор, как Нин Шу пришла в этот мир, она не спала ночью. Смыв маску со своего лица, она легла спать. Ведь завтра ей нужно будет сниматься. Нин Шу спала очень крепко, а когда открыла глаза, первым делом увидела знакомое лицо. Что за херня! Нин Шу была немного ошарашена и, с тупым выражением на лице, спросила у Ли Синьцзэ: - Как ты сюда попал? Это же было женское общежитие, а он всё равно пришёл к ней. - Я пришёл отвезти тебя на студию. Я поднялся, потому что дверь была не закрыта, - сказал Ли Синьцзэ. Нин Шу потянулась, выбралась из постели и пошла умываться. Ли Синьцзэ сел на постель и стал ждать. Когда Нин Шу вышла из ванной, он кивнул и сказал: - Сегодня ты выглядишь гораздо лучше. Не сиди слишком много в интернете. Нин Шу кивнула. - Я знаю. Нин Шу действительно не знала, как общаться с Ли Синьцзэ, потому что она была не Чэнь Цзянань. При таком раскладе её могут раскрыть со дня на день. Когда Нин Шу становилась чьей-то женой, её муж всегда был подонком и ему совсем не было дела до изначального хоста. Как бы сильно ни менялось поведение изначального хоста, мужьям было плевать. Но теперь они влюблённая парочка. Их сердца бьются в унисон и им небезразлично каждое движение партнёра. Иметь парня это очень утомительно. - Идём. Ли Синьцзэ протянул руку, чтобы взять Нин Шу за руку. Нин Шу хотелось стряхнуть его руку, но она едва сдержалась. Ладонь Ли Синьцзэ была обжигающей, отчего Нин Шу чувствовала себя очень неуютно. Это был не тот человек, который ей нравился, поэтому она просто не могла его терпеть. ______________________________________________________________________ Примечание: * острый соевый творог "мапо тофу" по-сычуаньски (жареный, со свиным или говяжьим фаршем и перцем, в остром соусе) ---------- Впервые Снималась в Сериале Ли Синьцзэ приехал на съёмочную площадку и попросил режиссёра назначить роль для Нин Шу. Режиссёр посмотрел на Нин Шу и дал Нин Шу роль служанки, которую убьют через две серии. - Удачи тебе с работой, - сказал Ли Синьцзэ, обращаясь к Нин Шу. Нин Шу кивнула, а потом её позвали накладывать грим. В качестве служанки ей нужно быть скромной и обольстительной. Нин Шу уже работала служанкой, обслуживая принцесс в гареме четвёртого принца. Однако это было впервые, когда Нин Шу снималась в сериале. Спустя очень много неудачных дублей, она, наконец-то, смогла сняться без заминки. На обед у Нин Шу была еда в коробке. На вкус она была не очень хорошей, но Нин Шу съела всё подчистую, а потом стала ждать своей части в сцене, раздумывая над своими репликами. Ли Синьцзэ пришёл днём к Нин Шу и спросил её: - Как ты себя сегодня чувствуешь? - Неплохо, - ответила Нин Шу. - А ты чего такой свободный, раз пришёл сюда? - Я пришёл проверить, как продвигаются съёмки, - сказал Ли Синьцзэ. - Ты уже поел? Удачно поработал? - спросила Нин Шу. - Не забывай отдыхать. Ли Синьцзэ посмотрел на Нин Шу: - Ты чего такая отстранённая? Нин Шу: (╯°Д°)╯︵┻━┻ Охренеть, такое ощущение, что чтобы она ни сказала, всё не так. - Я... я просто забочусь о тебе, - искренне сказала Нин Шу. - Как фальшиво. Тебе не обязательно так притворяться, - тихо сказал Ли Синьцзэ. После чего они оба замолчали. Нин Шу: o(︶︿︶)o *вздох* Ах, что ей теперь говорить? Нин Шу не могла придумать никакой темы для разговора с Ли Синьцзэ. От этого атмосфера стала немного неловкой. Ли Синьцзэ развернулся и пошёл, чтобы спросить у режиссёра о прогрессе съёмок. Ах, Нин Шу чувствовала себя бессильной. Она не любила Ли Синьцзэ и в каждом её движении не было любви к нему. Не могла же она выглядеть влюблённой, просто притворяясь, что она любит его. Если всё так и продолжится, то люди, которые в изначальном сюжете поддерживали друг друга, расстанутся, так ведь? Похоже, что ей нужно было ускориться. Как только она выполнит задание, она свалит. На следующем задании нужно будет сперва спрашивать, любит ли поручитель кого-то. - Чэнь Цзянань... Нин Шу позвали продолжать съёмки. Ли Синьцзэ хотел поговорить с Нин Шу перед уходом, но её позвали, и поэтому он мог лишь уйти. Краем глаза Нин Шу глянула на Ли Синьцзэ и не удержалась от вздоха. Как же печально. Ей очень хотелось покинуть этот мир. Нин Шу не знала пощады, разбираясь с подонками. Но в ситуациях вроде общения Ли Синьцзэ Нин Шу словно не знала, что делать. После окончания съёмок, Нин Шу позвонила Ли Синьцзэ и сказала, что возвращается в общежитие. Ли Синьцзэ попросил Нин Шу подождать его, сказав, что он приедет отвезти Нин Шу. Поэтому Нин Шу осталась ждать приезда Ли Синьцзэ у съёмочного павильона. Ли Синьцзэ приехал на студию на серебристом автомобиле, который был очень заметным. ---------- Поскорее Закончить Задание и Свалить Ли Синьцзэ вылез из автомобиля, весь такой красивый, и подошёл прямо к Нин Шу. Нин Шу тут же почувствовала, как множество взглядов приковалось к ней. В этих взглядах была зависть, ревность и презрение... Когда она снималась, Нин Шу чувствовала, что её партнёры по съёмкам специально пытаются всё усложнить для неё, так сильно недолюбливали её. Нин Шу предположила, что причиной тому был Ли Синьцзэ. - Поехали, отвезу тебя, - сказал Ли Синьцзэ. Нин Шу села в автомобиль и стала смотреть, как Ли Синьцзэ ведёт. Его пальцы были стройными и безупречно белыми, а его профиль был красивым и ярким. Ли Синьцзэ был привлекательным мужчиной. К тому же, он был из богатого сословия, и поэтому выглядел просто ошеломительным. У Нин Шу в голове была всего лишь одна мысль: поскорее закончить задание и свалить. Нин Шу чувствовала, что Ли Синьцзэ становится подозрительным по отношению к ней. Когда они приехали ко входу в общежитие, Нин Шу открыла дверцу автомобиля. Ли Синьцзэ тоже вышел из автомобиля и подошёл к Нин Шу. Он положил руку на плечо Нин Шу. Ли Синьцзэ посмотрел на Нин Шу сверху вниз, и его голова начала опускаться всё ниже и ниже. Всё тело Нин Шу застыло. Она даже покрылась гусиной кожей. Охренеть, он что это, собрался её поцеловать?!!! Глядя на его лицо, приближающееся к ней, она почувствовала дыхание Ли Синьцзэ, касающееся её лица! У Нин Шу перекосило лицо, и она тут же сказала: - У тебя... у тебя что-то на голове. Ли Синьцзэ замер, лишь глядя на Нин Шу. Нин Шу подняла руку и похлопала по волосам Ли Синьцзэ, после чего с улыбкой сказала: - У тебя было что-то на голове. Соринка какая-то. Ли Синьцзэ поджал губы, а потом сказал: - Иди, отдохни, как следует. Завтра у тебя снова съёмки. У Нин Шу почувствовала себя очень неуютно. Её желание просто отказаться от задания лишь усилилось, и она попыталась объясниться: - Эм, это... - Иди к себе, - сказал Ли Синьцзэ. Нин Шу невольно почесала затылок и в замешательстве посмотрела на Ли Синьцзэ. - Тогда я пойду. Ты обязательно хорошо отдохни. Ли Синьцзэ вздохнул. Услышав вздох Ли Синьцзэ, Нин Шу тоже не удержалась от вздоха. Ли Синьцзэ растерянно посмотрел на Нин Шу, после чего рассмеялся. - Почему в последнее время всё стало таким неловким? Словно ты стала другим человеком. Нин Шу ничего не сказала. - Я поднимусь, но ты тоже езжай. Я буду смотреть, как ты уезжаешь, - сказала Нин Шу. Ли Синьцзэ сел в свой автомобиль, развернулся и уехал. Нин Шу подождала, когда автомобиль Ли Синьцзэ скроется из виду, после чего повернулась и пошла наверх. Сперва она приняла душ, а потом достала ноутбук из шкафчика. Проверив новости индустрии развлечений, она обнаружила несколько знакомых песен, которые явно были новыми песнями Ян Юйхоя. Нин Шу зашла на школьный форум, где все могли выкладывать свои посты. Нин Шу поискала среди постов и увидела имя Ян Юйхоя. На форуме его ник был "Божество* Ян Юйхой". Пфф, как будто кто-то будет притворяться им. Нин Шу проверила IP-адрес этого ника и взломала ноутбук Ян Юйхоя, основываясь на этом IP-адресе. На ноутбуке Ян Юйхоя было много чего. Много сценариев и песен. Нин Шу не задумываясь скопировала содержимое ноутбука Ян Юйхоя, а потом прикрепила их к письмам и отправила. Нынче у Ян Юйхоя уже была некоторая слава. Судя по информации в интернете, он считался передовым писателем песен и сценаристом. Глядя на длинный список его прославленных деяний, Нин Шу презрительно поджала губы. Он использовал вещи, которые принадлежат другим людям, чтобы прославлять себя. Насколько же он был наглым утверждать, что это всё его творения. Нин Шу отправила документы в разные компании, которые быстро ответили ей, чтобы обсудить цены. Все компании предложили очень высокие цены, и Нин Шу согласилась. Получив деньги, Нин Шу пожертвовала половину на благотворительность. Закончив с этими делами, Нин Шу достала свои порошки и сделала из них оздоровительную маску. Затем она намазала её на лицо. После этого она легла на постель и уснула крепким сном. Нин Шу была в прекрасном настроении, но Ян Юйхой наоборот был так зол, что ему хотелось снести дом. Документы на его наутбуке снова исчезли. Как это могло произойти? В этот раз, несмотря на то, каким дорогим в этот раз был ноутбук, Ян Юйхой разбил его. Почему у него ничего не шло гладко? Когда он пошёл продавать сценарий, ему сказали, что этот сценарий уже есть у компании. Ян Юйхой был в радостном предвкушении, ожидая хорошей цены. Он хотел предложить сценарий нескольким компаниям, а потом продать его той компании, которая предложит больше всего. Теперь же Ян Юйхой просто хотел поскорее заработать достаточно денег, чтобы потом использовать их на запись песен, которые станут хитами. Но Ян Юйхой обнаружил, что чем больше времени проходило, тем меньше и меньше становилось его преимущество, потому что всё больше и больше вещей появлялось в этом мире. ______________________________________________________________________ Примечание: * В оригинале было 本尊. Что можно перевести как "божество", "сам", "настоящий аккаунт". ---------- Ты Трогала Мой Ноутбук? До сих пор Ян Юйхой так и не узнал, кто этот перерождённый. Всё больше и больше работ публиковалось. Он уже лишился таким образом многих хороших вещей. Ян Юйхой почувствовал беспомощность. Он мог лишь достать весь свой капитал, чтобы выйти победителем в этой битве за публикации работ. Каждый раз, как Ян Юйхой видел выпущенные компанией семьи Ли песни и сериалы, его сердце обливалось кровью. Это же всё были настоящие хиты. Ян Юйхой очень хотел узнать, кем был этот парень, что прячется в тени, но не мог обнаружить ни следа. Кто-то украл его документы. Он подозревал соседей по общежитию, но теперь он переехал и жил один, а его документы всё равно пропали. Фан Мэнхань открыла дверь и увидела обломки ноутбука на полу. Она на мгновение ошалела. - Братец, что произошло?! Когда она увидела налитые кровью глаза Ян Юйхоя, сердце Фан Мэнхань сильно ёкнуло. Это было впервые, когда Фан Мэнхань видела такого ужасающего Ян Юйхоя. Ей очень захотелось просто сбежать, как только она увидела его, но она всё равно заставила себя остаться. Ян Юйхой сидел на диване и не двигался. Фан Мэнхань налила стакан воды для Ян Юйхоя и нежно спросила: - Братец, что случилось? Ян Юйхой на некоторое время уставился на Фан Мэнхань не моргая. Фан Мэнхань была напугана подозрительностью во взгляде Ян Юйхоя. Она прошептала: - Братец. - Ты трогала мой ноутбук? - спросил Ян Юйхой. После долгих размышлений, он осознал, что только у Фан Мэнхань был ключ от этой квартиры. Плюс, теперь их можно было считать парнем и девушкой. И в то же время, они, скорее, были друзьями с привилегиями. Фан Мэнхань тоже получала свои преимущества. Ян Юйхой лично нашёл в своей поисковой системе песни, подходящие для Фан Мэнхань. - Я не трогала твой ноутбук. Правда, - Фан Мэнхань тут же стала убеждать его в своей невиновности. - Ты сказал, что у тебя на компьютере важные вещи, поэтому я не смела его трогать. Ян Юйхой сильно нахмурился, видя взволнованную и обиженную Фан Мэнхань. Её прекрасный носик вспотел, и сердце Ян Юйхоя смягчилось. Ян Юйхой выставлял себя нежным человеком, защищающим чувства к прекрасному полу. И хотя у него остались подозрения, он не стал пытаться выбить из Фан Мэнхань всю правду. - Давай мне свой ключ. Я скоро пойду по делам. Мне нужно, чтобы в доме никого не было, - сказал Ян Юйхой. Фан Мэнхань была ошарашена на мгновение и взволнованно спросила: - Братец, я сделала что-то не так? Ты меня прогоняешь. Ян Юйхой сам дал ей ключ от квартиры. Эта квартира была хорошо обставлена и в ней было приятно жить. А теперь он забирает ключ. Неужели, Ян Юйхой хочет с ней расстаться? Может, он всё ещё подозревает, что она трогала его ноутбук? Фан Мэнхань тут же сказала: - Братец, я правда не трогала твой ноутбук. Ян Юйхой очень тщательно следил за своим ноутбуком, так что у неё просто не было шанса воспользоваться им. Фан Мэнхань почувствовала себя очень обиженной. Она решила, что Ян Юйхой всё равно вымещает на ней свой гнев. Этот парень был действительно бесчувственным. Она заботилась о нём, прибиралась в квартире, стирала и готовила для него, ублажала его. Фан Мэнхань закусила губу и уверенно протянула ключ Ян Юйхою, в глубине души немного сердясь. Ведь она такая красивая, но всё равно жила с Ян Юйхоем. Она сошлась с ним, когда он ещё не был знаменит. Она не презирала его. Теперь, когда он немного прославился, он решил просто бросить её? Фан Мэнхань натянуто улыбнулась и изобразила на лице нежелание расставаться с ним. - Тогда я ухожу. Береги себя. Губы Ян Юйхоя дёрнулись, но, в итоге, он не стал останавливать Фан Мэнхань. Недавно он познакомился с одной юной хулиганкой. Эта юная хулиганка сказала, что она его фанатка, и что она пришла получить его автограф. Чтобы заполучить фото с его автографом, она привела с собой банду хулиганов. Ян Юйхой не знал, то ли ему плакать, то ли смеяться. А ещё была прекрасная женщина-председатель, компания которой находилась в бедственном положении. Ян Юйхой написал для неё сценарий, который непременно поставит её компанию на ноги. ---------- Взаимная Любовь Между Человеком и Демоном Он теперь стал встречать всё больше и больше женщин. И Фан Мэнхань уже не была такой редкостью. Если Фан Мэнхань будет с ним, то он определённо не станет обращаться с ней плохо. Всё же, Фан Мэнхань была его первой женщиной. Но сейчас он был в плохом настроении от того, что множество документов пропало. Это раздражало его, и он уже поступил очень мужественно, не придушив её. Фан Мэнхань могла лишь собрать свои вещи и вернуться в общежитие университета. Фан Мэнхань вернулась в комнату и увидела, что Нин Шу намазывает на лицо маску. Фан Мэнхань тайком заглянула в ноутбук Нин Шу, и увидела, что там крутится Мадам Белая Змея, сага о взаимной любви человека и демона. Фан Мэнхань вспомнила, что Ян Юйхой очень разозлился, когда вышли первые серии этого сериала. Она спросила его, что случилось, но Ян Юйхой не ответил ей. Он лишь пристально смотрел в телевизор, словно хотел проглядеть там дыру. Фан Мэнхань показалось, что в последнее время Ян Юйхой стал немного странным. Он целыми днями ходил унылым и уже больше не был похож на прежнего себя. Он выглядел так, словно был полон горечи и ненависти. Когда Нин Шу увидела Фан Мэнхань, она немного удивилась и спросила: - Занятия ещё же не начались. Чего это ты вернулась? Фан Мэнхань закатила глаза. Она давно не приходила сюда, потому что жила с Ян Юйхоем, но теперь он её выгнал без объяснений. Нин Шу увидела, что Фан Мэнхань выглядит удручённой и брошенной. Неужели, она рассталась с Ян Юйхоем? Нин Шу смыла оздоровительную маску с лица и глянула в зеркало. Её лицо было белым и румяным, а щёчки упругими и эластичными. Она выглядела очень красивой. Фан Мэнхань увидела Нин Шу, выходящую из ванной. Она выглядела красивой и чарующей, а её кожа была такой хорошей, что у Фан Мэнхань глаза округлились от зависти. Она не удержалась и спросила: - Что за маску ты используешь? - Мне её Ли Синьцзэ купил, - улыбнулась Нин Шу. Фан Мэнхань тут же закатила глаза. Нин Шу просто хвасталась своими отношениями. Когда Фан Мэнхань подумала о том, как Ян Юйхой выгнал её, она уже больше была не в настроении спрашивать у Нин Шу, что за маску она использует. В комнате общежития остались только Фан Мэнхань и Нин Шу. И они обе замолчали. Нин Шу задёрнула занавеску и села на постели скрестив ноги, чтобы некоторое время культивировать, после чего легла спать. Ли Синьцзэ пришёл в комнату ранним утром следующего дня, но он был немного смущён увидеть дополнительного человека в комнате. Когда Фан Мэнхань увидела Ли Синьцзэ в рубашке и костюме, она мысленно признала, что Ли Синьцзэ выглядит лучше Ян Юйхоя. Если добавить ещё тот факт, что он теперь работал, то от этого он выглядел ещё привлекательнее. Нин Шу поднялась с постели, умылась и сказала Ли Синьцзэ: - Идём. Фан Мэнхань быстро вылезла из постели и спросила у Ли Синьцзэ: - Куда это вы собрались так рано утром? Нин Шу: .... Не твоё собачье дело! Ли Синьцзэ ответил: - Цзянань сейчас снимается в кино. Я отвезу её на место съёмок. Фан Мэнхань внезапно начала улыбаться и быстро сказала: - Братец, можешь найти мне небольшую второстепенную роль? А то не хочется сидеть без дела, пока занятий нет. Ли Синьцзэ ничего не сказал и глянул на Нин Шу. Затем он внезапно сообщил: - Ладно, пойдём вместе. Нин Шу: ⊙︿⊙ - Цзянань, она же твоя соседка по комнате. Ты можешь позаботиться о ней, пока вы будете вместе сниматься. Справишься же? - сказал Ли Синьцзэ, глядя на Нин Шу. Нин Шу: →_→ Это что сейчас было?! Нин Шу пораскинула мозгами, и, наконец, подняла подбородок. - Я не согласна. Ли Синьцзэ удивлённо поднял брови. - Почему? Почему? Почему?! Да потому, что ситуация немного неправильная. Нин Шу не знала, сделал ли он это для того, чтобы она приревновала, или просто устал от неё и хотел найти себе новую страсть. Но, в любом случае, она не могла позволить, чтобы у этих двоих появились отношения. ---------- Охренеть, Как Трудно Угадать Нин Шу очень хотелось просто швырнуть полотенце на пол. Мысли мужчины охренеть, как трудно угадать. В этот раз Фан Мэнхань спросила о роли у чужого парня, причём крайне бесцеремонно. Более того, он действительно согласился. А что, если у них началась интрижка?!! Нин Шу хорошо умела уничтожать чужие отношения, но не умела поддерживать отношения. Отношения - штука хрупкая. Их легко сломать, но трудно поддерживать. Даже какая-нибудь мелочь может заставить их раствориться в воздухе. Пока Нин Шу не ушла, Чэнь Цзянань и Ли Синьцзэ не должны расстаться. - На съёмках больше нет свободных ролей, - сказала Нин Шу с невозмутимым лицом. Фан Мэнхань не удержалась и спросила: - Даже если нет второстепенных ролей, наверняка есть место в массовке? Как так может быть, что не осталось совсем никаких ролей? Нин Шу закатила глаза. - Ничего такого нет. Ли Синьцзэ изогнул уголок рта и повернулся к Фан Мэнхань. - Этот сериал снимается при дворе. Там не так уж много второстепенных ролей. Если у нас ещё будут свободные роли, я дам тебе знать, - сказал Ли Синьцзэ. Лицо Фан Мэнхань внезапно перекосилось. Она глянула на Нин Шу, после чего пошла в ванную и с грохотом захлопнула за собой дверь. Нин Шу и Ли Синьцзэ спустились вниз, где Ли Синьцзэ сказал: - Она же твоя соседка по комнате. Не надо с ней так разговаривать. Как вы потом будете ладить? Нин Шу прямо ответила: - Даже если она хотела заполучить роль, она должна сперва спросить у меня, чтобы потом я уже спросила у тебя. С какой стати она просит роль напрямую у моего парня? Либо она не понимает социальных взаимоотношений, либо у неё просто другие наклонности. Как она может обращаться к тебе, минуя меня? Ли Синьцзэ кивнул и отвёз Нин Шу к месту съёмок. Сегодня Нин Шу закончила съёмки сценой, где её убивают. После съёмок в этой сцене Нин Шу планировала вернуться. Когда она проходила мимо одного павильона, она увидела там Ян Юйхоя. Нин Шу подошла к павильону, чтобы посмотреть, что там снимают. Это наверняка была костюмированная драма, написанная Ян Юйхоем. Ян Юйхой разговаривал с режиссёром. Неизвестно, о чём они говорили, но лицо режиссёра выглядело недовольным, а Ян Юйхой выглядел раздражённым. Ян Юйхой был в растерянности. Такой хороший сценарий снимали подобным образом. Этот сценарий определённо имел потенциал стать успешным, но его снимали совсем не так. Даже костюмы не были изысканными. Это была пустая трата сценария, а он всё ещё хотел заработать побольше денег с этого сценария. Ян Юйхой пришёл поговорить с режиссёром, но режиссёр всё равно его не послушал. Если бы не нехватка капитала, то Ян Юйхой сам бы снял этот сериал. С такими свиньями, неудивительно, что сфера развлечений в этом мире была такой дрянной. Ян Юйхой почувствовал беспомощность и мысленно вздохнул. Нин Шу посмотрела на лицо Ян Юйхоя, омрачённое печалью. Похоже, что в последнее время дела у него идут не так гладко. Многие хорошие вещи больше не принадлежали Ян Юйхою. Ян Юйхой повернул голову и увидел Нин Шу, стоящую в стороне с безразличным лицом. При виде этой девушки Ян Юйхой почувствовал себя неуютно. Эта девушка была началом его падения. После неудачи с ней, его начала преследовать череда неудач. - Ты что здесь делаешь? - сердито спросил Ян Юйхой у Нин Шу. Нин Шу улыбнулась: - Я снимаюсь в другом павильоне. Ян Юйхой увидел улыбку Нин Шу, и его сердце сжалось ещё неуютнее, отчего у Ян Юйхоя возникла несравненная враждебность. Да, это была враждебность! Раньше Ян Юйхой считал эту девушку раздражающей и тщеславной коварной сучкой. Но теперь она вызывала у него какой-то особенный дискомфорт. Почувствовав эту сильную враждебность, Ян Юйхой никак не мог понять, откуда она взялась. ---------- Что-то Необычное в Чэнь Цзянань? Ян Юйхой и Нин Шу прошли мимо друг друга. Он сильно нахмурился, а потом повернул голову и спросил у Нин Шу: - Фан Мэнхань вернулась в общежитие? Нин Шу была немного удивлена. Зачем ему спрашивать подобные вещи у неё? Разве он не может просто позвонить и спросить у самой Фан Мэнхань? Нин Шу сказала: - Она уже вернулась. Ян Юйхой отвернулся и ушёл. Это было просто необъяснимо. Нин Шу вызвала такси и вернулась в общежитие. Ян Юйхой вышел из своего павильона, достал мобильный телефон и позвонил Фан Мэнхань. Фан Мэнхань была очень рада увидеть, что Ян Юйхой сам ей звонит, поэтому она тут же ответила на звонок: - Братец, что случилось? Ян Юйхой спросил у Фан Мэнхань: - Я хочу узнать о Чэнь Цзянань, которая живёт с тобой в одной комнате... - Зачем ты спрашиваешь о ней? Хочешь признаться ей? - недовольно сказала Фан Мэнхань. Она внезапно рассердилась. Разве он не говорил, что отказался от Чэнь Цзянань? Чэнь Цзянань такая потрясающая. У неё есть богатый парень, а теперь ещё оказывается, что братец по-прежнему интересуется ей. - Я просто хочу узнать, было ли что-то необычное в Чэнь Цзянань? Ян Юйхой почувствовал себя очень неуютно, и он не мог понять, откуда взялось это ощущение. Это было очень пугающее ощущение. Словно, когда ты идёшь, перед тобой внезапно появляется огромный камень. Если не убрать этот камень, то ты не сможешь двигаться вперёд. Когда Фан Мэнхань услышала, что сказал Ян Юйхой, она стала ещё более грустной и небрежно ответила: - Ничего необычного. Она просто каждый день общается со своим парнем. Конечно же, Ян Юйхой услышал небрежность в голосе Фан Мэнхань, и спросил тихим и серьёзным голосом: - Я спрашиваю тебя о том, было ли в ней чего-нибудь необычное. Может, у неё внезапно появилось много денег? - Нет, ничего необычного, - холодно сказала Фан Мэнхань. - Это очень важно. Расскажи мне. От этого Фан Мэнхань почувствовала себя ещё неуютнее. Он всё ещё думал о Чэнь Цзянань. - Ладно, если не хочешь говорить, то не говори. Ян Юйхоя не беспокоило неведение Фан Мэнхань, поэтому он собрался повесить трубку. Фан Мэнхань прожила с Ян Юйхоем некоторое время, и она знала, что Ян Юйхой сердится, поэтому быстро сказала в трубку: - С ней правда ничего странного не происходило. Считается, что ей нравится сидеть в интернете? - спросила Фан Мэнхань и добавила: - Она целыми днями сидит в общежитии и сёрфит в интернете. - И много печатает каждый день? - спросил Ян Юйхой. Фан Мэнхань закатила глаза. - Похоже на то. Ян Юйхой прищурился и повесил трубку, мысленно гадая о том, переродилась ли Чэнь Цзянань. Фан Мэнхань ещё хотела поговорить, но в телефоне раздались лишь гудки. Фан Мэнхань поняла, что он повесил трубку, и от этого ей захотелось сердито топнуть ногой. Её взгляд наполнился ненавистью. Эта Чэнь Цзянань словно злобный дух. Люди одного пола часто сражаются между собой. Они обе были школьными красотками, но на одной горе нет места двум тиграм. Отношения между ними двумя не были хорошими. Они точно были полны конкуренции. Как только Нин Шу вернулась в общежитие, она столкнулась с полным обиды и возмущения лицом Фан Мэнхань. Фан Мэнхань смотрела на Нин Шу с ненавистью. Нин Шу: … Что это с ней? Утром Нин Шу разозлилась на поведение Фан Мэнхань, но та всё равно смотрит на неё с перекошенным лицом. Это просто невероятно. - Чэнь Цзянань, держи себя в руках. У тебя уже есть парень, так что не надо соблазнять чужих парней, - сердито сказала Фан Мэнхань. - Ты просто коварная сучка. Нин Шу озадаченно посмотрела на Фан Мэнхань и сказала: - Кто это тут коварная сучка? Утром ты сама выпрашивала роль у Ли Синьцзэ. Что это значило? Мне кажется, ты хотела соблазнить Ли Синьцзэ. - Когда это я хотела соблазнить Ли Синьцзэ? Ты только что соблазнила моего братца, и братец позвонил мне сообщить об этом. Только не говори мне, что ты не дурачилась с моим братцем наедине. - Ты чокнутая! Я ничего не делала с твоим братцем. Ты меня обвиняешь ни с того, ни с сего. Что он тебе такого наговорил? ---------- Ян Юйхой Стал Подозревать Нин Шу почувствовала себя немного неуютно. Когда это Ян Юйхой стал уделять ей внимание? Он даже специально позвонил, чтобы поспрашивать о ней. Неужели, Ян Юйхой что-то обнаружил? - Между мной и Ян Юйхоем ничего нет, а ты — больная на голову, - Нин Шу была полна сарказма. - Это Ян Юйхой позвонил тебе и подговорил тебя это сделать? Фан Мэнхань глубоко вдохнула и внезапно подняла руку. Она хотела ударить Нин Шу, но Нин Шу перехватила запястье Фан Мэнхань, сама подняла руку и влепила пощёчину Фан Мэнхань. - Если ты ещё раз попробуешь это сделать, я снова это сделаю! Нин Шу села на край стола. Фан Мэнхань прикрыла лицо, сделала глубокий вдох и яростно сказала: - Чэнь Цзянань, я тебе этого так не спущу. Братец — мой парень. Если хочешь сохранить лицо, не приставай к моему братцу. Нин Шу безразлично посмотрела на взволнованную Фан Мэнхань. Между ней и Ян Юйхоем ничего не было, так отчего же Фан Мэнхань так перевозбудилась? По изначальному сюжету у Ян Юйхоя было очень много женщин. Как же Фан Мэнхань терпела это? Впрочем, тогда Ян Юйхой уже стал знаменитым. Очень выгодно быть рядом с Ян Юйхоем, поэтому я буду их терпеть. Так, да? - Что Ян Юйхой тебе такого сказал? - спросила Нин Шу. Фан Мэнхань получила пощёчину от Нин Шу, поэтому затаила обиду. Нин Шу задала ей вопрос, но она не хотела отвечать. - Тогда я сама позвоню Ян Юйхою, - сказала Нин Шу и взяла свой мобильный телефон. - Тебе нельзя ему звонить. Он просто спросил меня, было ли в тебе что-то странное в последнее время, - быстро сказала Фан Мэнхань. Нин Шу сильно нахмурилась. Похоже, что Ян Юйхой стал подозревать её. Значит в дальнейшем она должна вести себя осторожнее. Ей придётся носить с собой перцовый баллончик или ещё что-нибудь. - И как ты ответила? - Нин Шу холодно посмотрела на Фан Мэнхань. - Что ты сказала Ян Юйхою? Нин Шу подошла к Фан Мэнхань, окружённая очень внушительной аурой, отчего Фан Мэнхань отошла на два шага и, запинаясь, произнесла: - Ч-что... ты собираешься делать? Фан Мэнхань прикрыла лицо рукой, опасаясь, что Нин Шу снова влепит ей пощёчину. - Я спрашиваю тебя: что ты ответила Ян Юйхою? - спросила Нин Шу. - Я лишь сказала, что ты любишь сёрфить в интернете. Фан Мэнхань оттолкнула Нин Шу. Нин Шу закатила глаза. Она не маячила перед Ян Юйхоем, и она вообще никак с ним не пересекалась. Все свои грязные трюки она проворачивала тайком, сидя в общежитии. Однако Ян Юйхой всё равно заподозрил её. Она просто не могла этого понять. На следующий день Нин Шу планировала выйти с территории университета, чтобы купить что-нибудь на завтрак, потому что занятия ещё не начались, и поэтому университетский кафетерий ещё не открылся. У ворот на территорию университета Нин Шу встретила Ян Юйхоя. Она увидела, что Ян Юйхой словно поджидает её там. Нин Шу прищурилась и притворилась, что не увидела его. Ян Юйхой вытянул руку, чтобы остановить Нин Шу. Нин Шу тупо посмотрела на Ян Юйхоя: - Ты что делаешь? - Чэнь Цзянань, давай поговорим. Взгляд Ян Юйхоя непрерывно сканировал лицо Нин Шу. Нин Шу почувствовала некоторое нетерпение. - С какой стати я должна с тобой разговаривать. Мы с тобой не друзья. - Тогда я перейду сразу к делу. Это ты продаёшь тексты песен и сценарии? Нин Шу изобразила непонимание. - Я же играю на сцене. Я не умею писать песни и сценарии. Ян Юйхой сделал глубокий вдох. - Ты переродилась? ---------- Как Они Смеют Её Трогать? - Что значит, "переродилась"? Ты читал слишком много книг про культивацию, - Нин Шу закатила глаза. - Думаешь, так легко переродиться? Неужели кто угодно может переродиться? Нин Шу посмотрела на Ян Юйхоя, словно на идиота. - Какого чёрта ты меня достаёшь? - Нин Шу стала ещё более нетерпеливой. - Ян Юйхой, прошу, оставь меня в покое. У меня уже есть парень. Я не имею к тебе никакого отношения, и я не могу принять твоего признания. Ян Юйхой увидел высокомерное выражение лица Нин Шу, а когда услышал её слова, он почувствовал сильное отвращение. Ей стоило просто заглянуть в зеркало и увидеть, какой она на самом деле была. Как он мог раньше любить такую женщину? А ведь он так много лет был в неё влюблён в прежней жизни. Когда Чэнь Цзянань вышла замуж за Ли Синьцзэ, он долгое время грустил. Однако теперь, когда Ян Юйхой смотрел на неё, ему было так отвратительно, что его чуть не тошнило. Ян Юйхой пристально глянул на Нин Шу, развернулся и ушёл. Нин Шу прищурилась, глядя на спину Ян Юйхоя. Затем она вышла с территории университета и пошла покупать завтрак. На обратном пути она встретила несколько шаматэ-хулиганов*. Эти хулиганы вели себя фривольно и стали свистеть в сторону Нин Шу: - Йоу, красотка, иди к нам. Повеселимся. Нин Шу: →_→ Хулиганы потянулись, чтобы оттащить Нин Шу в сторону. Но Нин Шу с лёгкостью увернулась от них и влепила им жёсткие пощёчины. Как они смеют её касаться? Да она их забьёт пощёчинами насмерть! Когда Нин Шу влепила пощёчину одному из хулиганов, половина его лица начала опухать, и он почувствовал головокружение. Он невольно тряхнул головой. - Ах ты, мерзкая сука. Да как ты посмела! Хулиган гневно уставился на Нин Шу, а потом накинулся на неё. Нин Шу достала перцовый баллончик и беспощадно распылила его в глаза нескольких хулиганов, которые хотели на неё накинуться. Эти хулиганы внезапно попали под струю перцового баллончика и теперь не могли открыть глаза. Нин Шу пинками свалила хулиганов по одному, после чего все хулиганы остались валяться на земле и стонать от боли. После этого Нин Шу ушла со своим завтраком в руке. Из кафе неподалёку вышла девушка. На ней была кожаная куртка и кожаные штаны. Она выглядела очень круто. У неё была короткая стрижка, и она была уверенной и воодушевлённой. - Вот дерьмо. Столько народу и не смогли побить какую-то девчонку? От вас вообще есть хоть какая-то польза? Девушка упёрла руки в бока. Её талия была стройной, а ноги в кожаных штанах выглядели длинными и прямыми. - Сестрица, эта сучка бьёт очень сильно, - сказал один хулиган между стонами. Девушка невольно потёрла свой лоб. - Какой позор. Вы заставили меня потерять лицо перед моим идолом. Ян Юйхой тоже вышел из кафе и подошёл к девушке. При виде Ян Юйхоя девушка тут же начала теребить свои волосы, после чего смущённо сказала: - Все мои подчинённые оказались бесполезны. - Это не твоя вина. Спасибо тебе за помощь, - нежно сказал Ян Юйхой. Девушка похлопала Ян Юйхоя по плечу. - Эти бесполезные ребята — всего лишь те, кто первыми попались мне под руку. Я ещё не звала элиту. В следующий раз я обязательно найду кого-нибудь, чтобы помочь тебе проучить эту женщину. Глянув на него, она спросила: - Что такого тебе сделала эта женщина, что ты так разозлился? Это можно было считать ненавистью до самой смерти. Теперь, когда Ян Юйхой стал подозревать Чэнь Цзянань, он не собирался отпускать её просто так. Хоть у него и была поисковая система, но он был со всех сторон ограничен. Некоторые вещи, которые должны были быть у него, оказались в руках других людей. И хотя у него были некоторые деньги на руках, этого было недостаточно, чтобы делать что-то по-крупному. Чем больше у тебя денег, тем больше денег тебе хочется. - Хочешь, чтобы я разобралась с ней? - спросила девушка у Ян Юйхоя. - Хочешь, я тайно убью её? Ян Юйхой покачал головой. - Даже если ты гангстер, не стоит пятнать свои руки кровью. Достаточно будет, если вы просто подрежете ей сухожилия на руках так, чтобы она больше не могла остаться в университете, - тихо сказал Ян Юйхой. Если подрезать сухожилия на руках, то они станут вялыми и бессильными. Она не сможет больше печатать. Ян Юйхой подумал немного, и добавил: - Можете заодно и язык ей отрезать. Без языка она больше не сможет говорить. Девушка кивнула: - Я найду профессионалов, чтобы они всё сделали. - Спасибо. Ян Юйхой взял девушку за руку. ______________________________________________________________________ Примечания: * Шаматэ - Слово «шаматэ» произошло от английского «smart», умный, но это самоирония. СМИ окрестили их «самой ненавистной китайской субкультурой». Ярко одетые и разукрашенные молодые парни и девушки вызывают в китайцах лишь презрение. Но число пользователей в чатах для шаматэ только растет. ---------- Ян Юйхой Был Другим Ян Юйхой хотел преподать Нин Шу урок, поэтому он и пошёл к Лун Шуаншуан. Отец Лун Шуаншуан относился к подпольной силе этого города, и, говоря проще, он был гангстером. Лун Шуаншуан следовала по стопам отца и набралась различного опыта ещё с тех пор, как была ребёнком. Она была доминирующей и властной. Когда она повстречала Ян Юйхоя, она почувствовала, что Ян Юйхой был другим. Ян Юйхой был не таким незрелым и безрассудным, как другие ребята его возраста. Он выглядел очень зрелым, и у Лун Шуаншуан сложилось очень хорошее впечатление о нём. Ян Юйхой встретился с ней и попросил помочь разобраться с одной женщиной. Как только Лун Шуаншуан услышала, что она — всего лишь студентка университета, она не стала долго думать и отправила нескольких хулиганов. Она не ожидала, что в итоге так опозорится перед Ян Юйхоем. Лун Шуаншуан пнула хулиганов, лежащих на земле, и сердито сказала: - Чего вы тут разлеглись? Мне стыдно на вас смотреть. Проваливайте. И чем дальше, тем лучше! Глаза хулиганов болели от перцового газа, и некоторые из них даже не могли открыть глаза. Когда они услышали слова дочери босса, они могли лишь помочь другим уйти прочь. Лун Шуаншуан сопротивлялась желанию закрыть руками лицо. Какой позор! - Ян Юйхой, ты сказал, что хочешь подрезать сухожилия на руках этой женщины. Такое простое поручение я смогу выполнить, - заверила Лун Шуаншуан Ян Юйхоя. Ян Юйхой был немного зол в глубине души, потому что ему не удалось преподать урок Чэнь Цзянань в этот раз. Теперь она уже была потревожена и в следующий раз будет настороже. В будущем будет не так-то просто разобраться с Чэнь Цзянань. К тому же, у Чэнь Цзянань есть парень из богатой семьи. Вот серьёзно, это было такое простое задание, однако эти гангстеры не смогли с ним справиться. Неужели все гангстеры такие бесполезные бездельники? Ян Юйхой провёл половину своей жизни на арене борьбы за славу в индустрии развлечений. Он давно уже привык ко всяким нечестным приёмам, подставам, распространениям слухов, шаганию по головам других людей. Подобные битвы были повсюду. Некоторые люди таким образом добивались славы и богатства. Но некоторые так и не смогли ничего добиться. Индустрия развлечений — это место процветания и хаоса. Это огромный красильный чан*. Как люди могут упасть в такой чан и остаться такими же чистыми и с такими же намерениями, что и в самом начале? Доброта и невинность там просто не выживают. Ян Юйхой не считал себя добрым человеком, когда дело касалось его будущего и судьбы. Держа на руках такую хорошую карту, как поисковая система, он не мог потратить её впустую. Он получил шанс на перерождение. Он не мог потратить его зря. Имея дело с врагом, нельзя быть мягкосердечным. Великий человек должен быть безжалостным. Лун Шуаншуан не удержалась и спросила: - Могу я спросить, чем эта женщина обидела тебя? Зачем нам обязательно проходить через такие трудности? Может, я просто убью её? Я обещаю, что полиция её не найдёт. Эта женщина очень красивая. Может, между ними двумя было что-то, или эта женщина сделала Ян Юйхою что-то непростительное? Ян Юйхой тихо сказал: - Это просто сучка, гадкая сучка. Этот вопрос очень важен для меня. В любом случае, я не хочу, чтобы она жила в своё удовольствие. Мне не нужно её убивать. Достаточно лишь, чтобы она лишилась своих рук и языка. Хоть он и был зол на этих хулиганов, что у них не оказалось никакой боевой силы, но перед лицом Лун Шуаншуан он не мог высказать свой гнев. Лун Шуаншуан кивнула. Легко сделать так, чтобы кто-то умер. Но вот заставить человека желать смерти, пытая его физически и психически — это уже поистине жестоко. Лун Шуаншуан уже повидала всё, что только можно, но она оценила характер Ян Юйхоя. Тот, кто пытается дружить со всеми, не смог бы так поступить. Нетрадиционные методы должны использоваться для достижения великих целей. Больше всего Лун Шуаншуан ненавидела нерешительных людей, которые выставляли себя добрыми людьми. От одного только их вида она теряла аппетит. ---------- Выражение Лица, Полное Жалости и Веселья - Спасибо, что помогла мне в этот раз. С меня ужин. Ян Юйхой взял Лун Шуаншуан под руку. Нин Шу пряталась неподалёку и тихо грызла ютяо. Она слышала, как Ян Юйхой говорил о том, чтобы лишить её рук и отрезать ей язык. Не сможет писать руками, не сможет говорить. Даже будь она перерождённой, что ей делать? Писать ногами? К тому времени, как она что-либо напишет, Ян Юйхой уже станет знаменитым. Стратегия Ян Юйхоя была поистине безжалостной. Нин Шу проглотила последний кусочек ютяо, допила соевое молоко и выбросила банку в мусорку. Раз ты хочешь меня покалечить, то мне придётся покалечить тебя первой. Увидев, что Ян Юйхой и эта девушка садятся в автомобиль, Нин Шу хотела поймать такси, чтобы проследить за ними. Но их автомобиль умчался в мгновение ока. Нин Шу отказалась от слежки, и отправилась в аптеку, проверить, продаются ли там серебряные иглы и тому подобное. Когда она пришла в аптеку, она купила серебряные иглы и положила их в сумочку, Потом Нин Шу не спеша вернулась в университет. Она непременно должна ударить первой, чтобы заполучить преимущество. В этот раз были лишь хулиганы. Неизвестно, кто придёт за ней в следующий раз. В изначальной истории именно эта дочь криминального босса довела Чэнь Цзянань до смерти. Сначала они её искалечили, а потом изнасиловали и убили. Ян Юйхой был главным заговорщиком, значит, она была его сообщницей, которая решительно выполняла приказы Ян Юйхоя. Все подобные тёмные дела были сделаны руками Лун Шуаншуан. Нин Шу вернулась в общежитие и увидела Фан Мэнхань, которая только проснулась и играла на своём телефоне. Нин Шу специально посмотрела на Фан Мэнхань с выражением лица, полным жалости и веселья, которое всегда вызывает гнев у других людей. Фан Мэнхань отложила телефон и недовольно спросила: - Это что ещё за взгляд такой? - Тц, тц, тц... - Нин Шу цокнула языком. - Когда я сегодня утром ходила купить себе завтрак, я увидела твоего братца Ян Юйхоя, завтракающего с другой женщиной. Нин Шу продолжила подначивать Фан Мэнхань: - Наверное, тебя бросили. Как ты могла выбрать себе такого парня? Он не только выглядит уродливо, но ещё и ветреный. Нин Шу изобразила на лице чистое злорадство. - Ты же тоже школьная красавица. А тебе изменил такой парень. Лицо Фан Мэнхань покраснело. Она так разозлилась от слов Нин Шу, что её грудь начала ходить ходуном. Но она притворилась спокойной и усмехнулась: - Вздор! Братец теперь известный человек и у него очень обширные социальные связи. Даже если он и ел с другой женщиной, это просто была деловая встреча. Может, это какая-нибудь певица, которая нашла братца и попросила его написать для неё песни. Фан Мэнхань спокойно добавила: - Я не считаю странным, что рядом с моим братцем есть красивая женщина. Это вполне нормально для кого-то такого хорошего, как мой братец. Нин Шу: ... Что это за образ мышления? Нин Шу даже стало стыдно в глубине души. Но несмотря на беззаботный тон Фан Мэнхань, она была бы более убедительной, если бы её лицо не дрожало, а руки не были бы сжаты в кулаки. Нин Шу пожала плечами. - Ты слишком легкомысленна. А я отчётливо видела, как они кормят друг друга. - Чэнь Цзянань, ты пытаешься посеять раздор между мой и братцем. Это всё потому, что ты не можешь смотреть на то, как мы счастливы вместе? Фан Мэнхань пристально уставилась на Нин Шу. - У меня с братцем всё хорошо, - резко произнесла Фан Мэнхань. Нин Шу презрительно поджала губы. - Я тебе по доброте душевной сказала, что тебе изменяют. Чего ты на меня кричишь? Ян Юйхой явно изменял ей. Так отчего же, мать вашу, Фан Мэнхань выглядит так, словно хочет разорвать на части Нин Шу, словно она и есть та любовница. Нин Шу просто растерялась. Фан Мэнхань была крайне терпима по отношению к мужчинам, но вот к женщинам относилась крайне жёстко. Иди и порви Ян Юйхоя, если тебе хватит на это духу. Неужели ты думаешь, что если будешь кричать на других людей, то твой парень перестанет тебе изменять? - Как ты смеешь говорить, что делаешь это из добрых побуждений? - Фан Мэнхань поднялась со своей койки. - Хватит совать нос в мои дела. - Да какое мне до вас дело? У меня и своих дел полно, - усмехнулась Нин Шу. Фан Мэнхань побледнела от гнева, ушла в ванную и захлопнула за собой дверь с такой силой, что, казалось, весь этаж задрожал в ответ. ______________________________________________________________________ Примечание: * Красильный чан в оригинале имеет также значение "рассадник заразы". ---------- Пускает Пыль в Глаза Судя по всему, Фан Мэнхань просто пускала пыль в глаза. Она сказала, что у неё с братцем всё хорошо, но её сердитая внешность уже раскрыла все карты. При виде такой расстроенной Фан Мэнхань, Нин Шу почувствовала себя гораздо счастливее. Причина, почему Ян Юйхой стал её подозревать была в том, что Фан Мэнхань слишком много болтала. Спустя некоторое время Фан Мэнхань вышла из ванной и переоделась. Обычно Фан Мэнхань носила платья. Она и сама выглядела невинной и красивой, а в платье она выглядела совсем как богиня. Но сегодня Фан Мэнхань надела брюки и туфли без каблуков. Она выглядела так, словно собралась идти на "кошачью драку". И поэтому она была вынуждена одеться так, чтобы ей было удобно двигаться. Фан Мэнхань с ненавистью глянула на Нин Шу, взяла сумочку и ушла. Нин Шу надела шляпу и последовала за Фан Мэнхань. Ян Юйхой больше не жил на территории университета. Нин Шу даже не знала адреса, по которому проживает Ян Юйхой, поэтому она могла лишь проследить за Фан Мэнхань. Фан Мэнхань наверняка знает, где живёт Ян Юйхой. Идущая впереди Фан Мэнхань поспешила покинуть территорию университета. Нин Шу последовала за ней. Фан Мэнхань пошла пешком, не нанимая такси. Спустя примерно десять минут ходьбы, Фан Мэнхань дошла до высококлассного комплекса апартаментов, который находился недалеко от университета. Ян Юйхой явно заработал много денег, раз он смог купить квартиру в элитном комплексе с такой хорошей системой охраны. Нин Шу последовала за Фан Мэнхань, пока не увидела, в какое здание та заходит. Нин Шу не стала входить за ней. Охрана наверняка не пропустила бы её. Даже Фан Мэнхань вынуждена была перекинуться парой слов с охранником, чтобы её впустили. Ещё одной неудобной вещью в здании был лифт. Нин Шу даже не знала на каком этаже живёт Ян Юйхой. Она была бы вынуждена последовать за Фан Мэнхань в лифт, где та обязательно её раскрыла бы. Мысли Фан Мэнхань были заняты, поэтому она так и не заметила, что её кто-то преследует. Нин Шу просто встала у здания. Ей было достаточно узнать, где живёт Ян Юйхой. Нин Шу развернулась и пошла обратно в общежитие. Вернувшись в общежитие, Нин Шу включила ноутбук, чтобы проверить, сможет ли она взломать компьютер Ян Юйхоя. Ей снова не удалось его взломать. IP-адрес был верным, но взломать всё равно не удалось. Нин Шу не знала, что Ян Юйхой, который уже несколько раз терял документы, теперь писал всё в тетради, не используя ноутбук. Он поспрашивал у людей, и ему сказали, что он столкнулся с атакой хакера, поэтому документы и пропали. Ян Юйхой был так зол, что чуть не умер от этого. Его интуиция подсказывала ему, что главной виновницей была Нин Шу, поэтому он пытался использовать любые способы, чтобы уничтожить её. Поэтому у Нин Шу теперь не могла достать сценарии и песни у Ян Юйхоя. Она могла лишь медленно писать их сама. Фан Мэнхань ушла повидать Ян Юйхоя утром, и не возвращалась до полудня. Когда она вернулась, её глаза были налиты кровью, а на лице были красные отметины. Её явно кто-то избил. К тому же, она ещё и держалась за талию. Неужели она сломала бедро? Нин Шу подняла брови. У Ян Юйхоя есть склонность к насилию? Увидев, что Нин Шу смотрит на неё, Фан Мэнхань тут же прикрыла лицо руками. Фан Мэнань отправилась прямиком в ванную, где умыла лицо, после чего вышла в комнату. - Тебя кто-то побил? - прямо спросила Нин Шу. Фан Мэнхань холодно фыркнула, а её голос прозвучал гнусаво, когда она ответила: - Не твоё дело. Фан Мэнхань посмотрела в глаза Нин Шу с особым отвращением. Нин Шу специально спровоцировала конфликт в отношениях между Фан Мэнхань и Ян Юйхоем. Она помчалась на поиски Ян Юйхоя, но в доме Ян Юйхоя увидела женщину. ---------- Нет Ничего Важнее, Чем Его Карьера Фан Мэнхань и без того была раздражена недавними словами Нин Шу, поэтому, когда она увидела ту женщину, гнев в её сердце уже невозможно было заглушить. Она быстро подошла с занесённой рукой, чтобы влепить пощёчину Лун Шуаншуан. Но Лун Шуаншуан не была маленьким белым цветком, которую любой может ударить. Для такого хищного цветка, как она, было хорошо, если она не начинала издеваться первой. Лун Шуаншуан тут же перехватила руку Фан Мэнхань и бросила её через плечо. Затем она села на неё сверху и начала раздавать пощёчины то с одной стороны, то с другой. Если бы не Ян Юйхой, то лицо Фан Мэнхань могло быть ещё более опухшим, чем сейчас. И хотя Фан Мэнхань избивали, Ян Юйхой не испытывал к ней жалости. Ян Юйхой чувтвовал лишь сильное раздражение. У него и так было много вещей, которые расстраивали его в последнее время, а ещё и эта Фан Мэнхань, которая решила устроить истерику. В глубине души для Ян Юйхоя не было ничего важнее, чем его карьера. Как только он добьётся успеха, у него будет всё: успех, женщины, деньги и статус. Обида в сердце Фан Мэнхань выросла ещё больше, особенно при виде самодовольной и надменной Лун Шуаншуан. Фан Мэнхань почувствовала, что эта женщина ещё более ненавистна ей, чем Чэнь Цзянань из общежития. Ян Юйхой вытащил Фан Мэнхань из квартиры. Фан Мэнхань могла лишь прикрыть избитое и опухшее лицо, после чего сбежать, поджав хвост. Вернувшись в общежитие, Фан Мэнхань забралась на свою постель, задёрнула занавески и накрылась с головой одеялом. Она проигнорировала Нин Шу. Нин Шу периодически слышала, как Фан Мэнхать рыдала и шмыгала носом. Нин Шу смотрела сериал, нанеся на лицо оздоровительную маску. Потом почувствовала, как кто-то смотрит на неё сзади. Обернувшись, она увидела, что Фан Мэнхань смотрит на её ноутбук через щель между занавесками. Фан Мэнхань и Нин Шу встретились взглядами, после чего Фан Мэнхань тут же задёрнула занавеску. Нин Шу медленно повернула голову обратно и закатила глаза. Зачем Фан Мэнхань шпионит за ней? Неужели она следит за ней, чтобы помочь Ян Юйхою? Нин Шу щёлкнула мышкой, чтобы увеличить громкость на ноутбуке. Фан Мэнхань отдёрнула занавеску и закричала на Нин Шу: - Можешь сделать потише? Это общежитие, а не твоя личная комната. Нин Шу пожала плечами и снизила громкость. Фан Мэнхань задёрнула занавеску и легла на постель. Нин Шу подумала немного, а потом перенесла все файлы с ноутбука на USB-флешку, а потом удалила всё на ноутбуке. Скопировав все файлы, Нин Шу положила USB-флешку в свою сумочку, выключила ноутбук, положила его в свою тумбочку и начала собираться. Фан Мэнхань открыла занавеску, глянула на Нин Шу и спросила: - Куда это ты собралась? Если вернёшься поздно, я не буду открывать тебе дверь. - У меня свой ключ есть, - спокойно сказала Нин Шу. Фан Мэнхань снова спросила: - Тогда скажи, когда ты вернёшься. Ты должна сказать, ведь теперь в общежитии остались только мы с тобой. Нин Шу посмотрела на Фан Мэнхань. - Когда это я мешала тебе? Чего это ты такая любопытная стала? Нин Шу надела шляпу, вышла из университета. Она пошла гулять вокруг дома Ян Юйхоя. Самым важным было проверить, какие места попадают под камеры наблюдения, а какие - нет. Несколько дней подряд Нин Шу разведывала обстановку. Каждый раз она была в разной одежде, и каждый раз носила шляпу, которая скрывала её лицо. Иногда она была на незаметных высоких каблуках, иногда в туфлях без каблуков, меняя свой рост. Иногда она наносила макияж, а иногда была вообще без какого-либо макияжа. Она даже иногда надевала парик. Естественно, ей нужно было быть осторожной, раз она собиралась заняться плохими вещами. Нин Шу хотела проследить ежедневную рутину перемещений Ян Юйхоя и найти подходящее место для своего чёрного дела. Нин Шу была немного взволнована. В последнее время в университете появились какие-то странные люди, хотя всё ещё были каникулы. К тому же, университетский городок был открыт для посещения. Нин Шу встретила нескольких людей с выпирающими висками и со злым блеском в их глазах. Она с первого же взгляда определила, что они — тренированные бойцы. Неужели это люди, которых послала Лун Шуаншуан? Люди, которые пришли искалечить её руки и отрезать язык. Нин Шу спокойно прошла мимо этих людей. На ней был парик, много макияжа и вычурное платье. Эти люди не могли её узнать. ---------- Пахла Совсем Как Мужчина Учитывая ситуацию, Нин Шу вынуждена была ускориться. После периода наблюдения она обнаружила, что Ян Юйхой обычно возвращался в свою квартиру только после 11 часов вечера, причём от него несло алкоголем. Это явно намекало на то, что он посещал какие-то вечеринки. Ян Юйхой ещё не имел возможности быть своевольным. Он ещё не достиг уровня, где от одного его шага дрожала вся индустрия развлечений. Нин Шу скрылась в небольшом переулке. Он был в одном из слепых зон для видеонаблюдения. Нин Шу была одета в чёрную пропотевшую одежду. Она не использовала никакой парфюм, поэтому она пахла совсем как мужчина. Она завязала свои волосы в пучок, надела на голову чулок, а сверху шляпу. Было трудно разглядеть черты лица Нин Шу. Она не знала, будет ли Ян Юйхой возвращаться сегодня пешком, или кто-то его подвезёт. Если его подвезут, тогда все её сегодняшние приготовления будут потрачены впустую. Нин Шу спряталась и стала ждать, пока Ян Юйхой пройдёт мимо переулка. Через час должна была наступить полночь, поэтому на дороге было мало народу. Уличные огни разливались серебром по улицам. Охренеть, как же много комаров! Нин Шу не удержалась и прихлопнула комара на своём лице. Они могли прокусывать даже через чулок. - Кто здесь? - послышался мужской голос. Когда Нин Шу услышала этот голос, она обрадовалась. Она не зря кормила комаров посреди ночи! Сердце Ян Юйхоя внезапно застучало, словно барабан. В душе его возникло зловещее предчувствие и ему тут же захотелось убежать. Затем он увидел мчащуюся к нему тёмную фигуру. Эта фигура была совершенно чёрной, и Ян Юйхой не видел лица. Сердце Ян Юйхоя внезапно заколотилось ещё сильнее. Звук сердцебиения эхом отдался в его ушах, отчего все остальные окружающие звуки больше не было слышно. Нин Шу мобилизовала энергию в своём теле и использовала всю свою силу, чтобы затащить Ян Юйхоя в уединённое место. У Ян Юйхоя даже не было шанса на сопротивление. Его утащили прежде, чем он успел отреагировать. В нос Ян Юйхоя внезапно ударил вонючий запах потной солёной рыбы, когда что-то накрыло его рот. От рук этого человека ужасно воняло. Нин Шу вырубила Ян Юйхоя ударом кулака, даже не задумываясь. Ян Юйхой хрюкнул и потерял сознание. Его глаза закатились. Нин Шу зажала серебряную иглу между пальцев. Ощупав лицо Ян Юйхоя, она нашла нужное место и пронзила его иглой. На лице было много нервов и акупунктурных точек. Нин Шу не нужно было даже отрезать ему язык, чтобы он не мог больше внятно говорить. Закончив с одной точкой, Нин Шу вонзила иглу в ещё одну точку возле носа, отчего уголок рта Ян Юйхоя перекосило и изо рта потекла слюна. Закончив с лицом, Нин Шу взяла руку Ян Юйхоя. Когда нащупала его запястье, она очень глубоко вонзила иглу в меридиан. Ян Юйхой внезапно очнулся от боли, и Нин Шу стукнула его ладонью, и он снова отключился. Нин Шу обрезала иглу ножницами, оставляя небольшую часть серебряной иглы в запястье Ян Юйхоя. Закончив с одной рукой, Нин Шу достала ещё одну серебряную иглу и вонзила её в другое запястье. Ян Юйхой снова очнулся от боли. Он обильно выругался и начал крутить глазами. Нин Шу снова вырубила его без малейших колебаний. Затем обрезала серебряную иглу и вдавила её глубже в его запястье. Закончив со всем этим, Нин Шу нашла бумажник Ян Юйхоя. Наличных там было всего несколько мелких купюр. В основном там была куча кредитных карточек. Ещё она нашла там чек. Света в переулке было слишком мало, чтобы она могла разглядеть сумму, поэтому Нин Шу просто порвала чек. Нин Шу отбросила Ян Юйхоя в сторону, вышла из переулка, прикрываясь шляпой, и ушла. Нин Шу выбросила ножницы и серебряные иглы с моста в реку. Затем она сняла шёлковые чулки с головы и засунула в свою сумочку. Их можно ещё носить после стирки. Когда Нин Шу вернулась к общежитию было уже больше двух часов ночи. Едва только Нин Шу собралась подняться по лестнице, яркий свет упал на её тело и Нин Шу вынуждена была загородить свет фар своими руками. ---------- Ушла Заниматься Плохими Вещами Сквозь пальцы Нин Шу увидела Ли Синьцзэ, облокотившегося на автомобиль. Он скрестил руки на груди, наклонил голову и смотрел на неё. Твою мать! Что он тут делал посреди ночи? Нин Шу подошла и спросила у Ли Синьцзэ: - Зачем ты здесь? Ли Синьцзэ снисходительно посмотрел на Нин Шу и тихо сказал: - Откуда это ты возвращаешься так поздно? Нин Шу: … Вот как ей объяснить это ему? Сказать, что она ушла заниматься плохими вещами? Даже если она расскажет ему правду, разве Ли Синьцзэ ей поверит? - Я просто хочу знать, где ты была так поздно, - Ли Синьцзэ подошёл к Нин Шу и почувствовал запах, идущий от тела Нин Шу. - Чем ты ходила заниматься? Чем это от тебя пахнет? Нин Шу разрыдалась и бросилась в объятия Ли Синьцзэ, обволакивая его запахом пота. Ли Синьцзэ внезапно почувствовал, что задыхается. Но он, всё же, вздохнул и обнял Нин Шу. Он спросил: - Да что случилось-то? Нин Шу взялась за полу одежды Ли Синьцзэ и стала вытирать ею свои слёзы. - Меня преследуют люди, которые хотят меня убить, - Нин Шу высморкалась. - Ян Юйхой нашёл каких-то гангстеров и сказал им перерезать мне сухожилия на запястьях, отрезать язык. А потом он хочет, чтобы меня изнасиловали и убили. - Зачем нужно перерезать тебе сухожилия на запястьях и отрезать язык прежде чем изнасиловать и убить тебя? Зачем кому-то тратить на тебя столько усилий? - тон голоса Ли Синьцзэ был нехорошим. - Я просто хочу знать, куда ты ходила ночью, и почему вернулась только сейчас. Я жду тебя уже с десяти часов вечера. - С перерезанными сухожилиями рук я не смогу больше сопротивляться. А с отрезанным языком я не смогу закричать. Это же логично, ведь так? - сказала Нин Шу. Ли Синьцзэ: … Зачем Ян Юйхою должно быть интересно видеть её тело, покрытое кровью? - Меня больше беспокоит, почему ты вернулась так поздно. Ты хоть знаешь, как опасно девушке быть так поздно на улице одной? - тон голоса Ли Синьцзэ был очень нехорошим. - Я тебе правду говорю. Ян Юйхой попросил у Лун Шуаншуан найти кого-нибудь, чтобы покалечить меня. И недавно какие-то люди появились на территории университета. Если ты мне не веришь, я тебе завтра это докажу, - искренне сказала Нин Шу. - Прошу, поверь мне. Ли Синьцзэ потёр себя между бровей. - Я просто хочу знать, куда ходила сегодня ночью. Что за чепуху ты несёшь? Нин Шу: (╯°Д°)╯︵┻━┻ Дерьмо, как же это раздражает! Изображать из себя влюблённую это очень утомительно и это так раздражает! Неужели он всё ещё подозревает её в том, что у она изменила ему, пошла на свидание и переспала с кем-то другим? Нин Шу глухо сказала: - Если я тебе скажу, что какие-то люди пытаются меня убить, и я только сейчас могла от них оторваться, ты мне поверишь? - Ты меня разыгрываешь, - тихонько сказал Ли Синьцзэ. - Видишь, ты действительно мне не веришь, - Нин Шу вздохнула. - Я ходила следить за Ян Юйхоем и Лун Шуаншуан. - Дочерью криминального босса Лу? Ли Синьцзэ поднял брови. В сфере развлечений попадаются всякие люди. Плохие и хорошие. Естественно, Ли Синьцзэ знал Лун Шуаншуан. - Да. Я не знаю, чем я обидела Ян Юйхоя, но он хочет, использовать Лун Шуаншуан, чтобы она разобралась со мной, - сказала Нин Шу. - Я думаю, что тот мой отказ пристыдил его, и поэтому он решил мне отомстить. Ли Синьцзэ коснулся подбородка и почувствовал запах Нин Шу. Он сказал: - Я приду повидать тебя завтра утром. Мне нужно будет подтверждение по этому вопросу. Нин Шу кивнула. - Я пойду принять душ. А ты будь осторожнее за рулём. - Позвони мне, если тебе что-то ещё понадобится в будущем. Не жди вот так. Вместо того, чтобы ждать, лучше крепко спать и следить за своим телом, - бойко сказала Нин Шу. Прошло некоторое время, прежде чем Ли Синьцзэ ответил: - Твой телефон был выключен. Нин Шу: … Атмосфера снова стала неловкой. Нин Шу улыбнулась и пошла подниматься по лестнице. Увидев, что Ли Синьцзэ уезжает, Нин Шу вздохнула с облегчением. Как же ей было трудно иметь дело с Ли Синьцзэ. Даже тайные атаки на других людей не были такими утомительными. ---------- Ян Юйхой Был Ограблен Нин Шу тихо вошла в комнату. Она не включала свет, и отправилась прямиком в ванную, чтобы умыться и постирать грязную одежду. - Чэнь Цзянань, ты совсем ненормальная, что ли? Нельзя же играть на ноутбуке или стирать по ночам, - сердито воскликнула Фан Мэнхань. - Разве тебе не хочется спать? Ты мне спать не даёшь. Нин Шу проигнорировала Фан Мэнхань и повесила одежду сушиться на балконе. Затем она начала сушить волосы феном. Фан Мэнхань отдёрнула занавеску и закричала на Нин Шу с недобрым выражением на лице: - Чэнь Цзянань, ты это специально? - Я не могу спать с мокрыми волосами. Нин Шу наполовину высушила свои волосы, и села на постели, скрестив ноги, чтобы культивировать. Вскоре, она уснула во время культивации. Тем временем, Ян Юйхой был ограблен и провёл в переулке всю ночь. Когда он проснулся утром, солнце уже было высоко, а его тело всё болело. В первую очередь он обратил внимание на то, что не может до конца закрыть рот. Из его рта вытекала слюна, и от этого вся его шея была липкой. Слюна, которая вытекла за ночь, явно оставила пятна на его одежде. Ян Юйхой почувствовал зуд на своём лице, словно по нему ползали муравьи. Этот зуд словно пробирался прямо в его сердце. Ян Юйхой не удержался и потянулся, чтобы почесать лицо. Однако, когда он поднял руку, он обнаружил, что его запястье опухло и болит. Ян Юйхой коснулся рукой лица. Он почувствовал, что весь в слюне, и осознал, что уголки его губ перекошены. Его рука так сильно болела, что он невольно встряхнул её. От этого она стала болеть ещё больше. Ян Юйхой осмотрел своё запястье. Оно было красным и очень опухшим. Даже все его десять пальцев были опухшими, словно морковки. Кожа словно горела, а мускулы и вены на ладонях и пальцах были набухшими. Что же та тёмная тень сделала с ним этой ночью? Ян Юйхой быстро поднялся и собрался идти в больницу. Когда он увидел на земле какие-то обрывки бумаги, он тут же достал свой бумажник. Чек, который должен быть там, пропал. Это был чек на один миллион юаней. Он продал несколько хороших сценариев и несколько песен за один приём, чтобы заработать столь малое количество денег. А теперь они за одну ночь превратились в обрывки. Ян Юйхой был так зол, что его лицо перекосило. Уголок рта ещё больше скривился, и слюна снова начала течь. - У... уб... убьюдок, - неразборчиво сказал Ян Юйхой. Словно у него во рту что-то мешалось, и от этого его речь была совсем неразборчивой. В сердце Ян Юйхоя возникло неприятное ощущение. Его накрыла волна страха. Ян Юйхой нанял такси и отправился в больницу. Ян Юйхой приехал в больницу на обследование. Больше всего он был обеспокоен своим лицом. Когда он взглянул в зеркало, он был шокирован. Он даже не осознавал, что уголки его рта так перекошены. - Доктор, доктор, фто это... Ян Юйхой закрыл свой рот и проглотил слюну. Когда он говорил, у него было такое ощущение, что рот полон слюны. Он просто не мог нормально говорить. Слюна постоянно стекала из уголка его рта. - Фто это... фто за боьезнь? Когда Ян Юйхой с трудом договорил это предложение. Даже одна только эта фраза отняла у него много сил. - Фефется, ьицо офень фефется... Глаза Ян Юйхоя налились кровью. - Возможно, что какая-то болезнь повлияла на ваши нервные окончания. С вами это внезапно произошло? - спросил доктор. Ян Юйхой вытер слюну, которая самовольно стекала из уголка его рта. Его руки так сильно болели, что его запястья пришлось забинтовать. Обе его руки опухли до такой степени, что кожа стала прозрачной и блестящей. - Сначала примите это лекарство, а потом массируйте лицо, чтобы расслабить мышцы лица, - сказал доктор. - Намазывайте противовоспалительные препараты и лечебный крем на руки. Ян Юйхоя бросало то в жар, то в холод. А из-за его воспалённых рук он чувствовал себя особенно неуютно. ---------- Был Небольшой Инсульт Ян Юйхой отправился повидать и доктора китайской традиционный медицины. Доктор сказал ему, что Ян Юйхоя, наверное, просто продуло, раз он напился и спал всю ночь на улице. Хоть сейчас и было лето, но роса ночью обильная и дул холодный ветер. Это объяснение звучало правдоподобно. По сути, у Ян Юйхоя был небольшой инсульт. Доктор традиционной китайской медицины выписал Ян Юйхою рецепт на множество средств традиционной медицины и посоветовал вернуться домой и беречь себя. Ян Юйхой был чертовски зол. Он просто хотел сделать своё лицо нормальным. У него не только неконтролируемо текла слюна изо рта, но ещё и сам рот стал перекошенным. Хоть этот перекос и не был серьёзным, это значительно влияло на его имидж. Он же хотел в будущем встать на вершине индустрии развлечений. Даже если он и не был самым красивым мужчиной в мире, ему всё равно нужно было выглядеть как минимум нормальным. Когда он хотел что-то сказать, его язык завязывался в узел, а рот словно был полон воды. Ему было крайне трудно говорить в таких обстоятельствах. Как только он открывал рот, из него вытекала слюна. И как ему вести переговоры с людьми в таком виде? Ян Юйхой был так взволнован, что его лицо невольно дёрнулось пару раз. Ян Юйхой сплюнул слюну, накопившуюся во рту, и спросил: - А есть... спософ побыстьее? Ян Юйхой чувствовал себя так, словно у него по лицу ползают муравьи и прочие насекомые. От этого зуда хотелось умереть. Даже после расчёсывания зуд не проходил. Такой зуд пробирал до глубины души и от этого было слишком неуютно. - Эта болезнь пришла быстро, но её не так-то просто вылечить, - сказал доктор традиционной китайской медицины. Ян Юйхой почувствовал, как его сердце сжалось. Сколько возможностей он упустит в этот раз? Не говоря уже о перерождении. Его руки опухли, поэтому он не мог печатать. Его рот перекосило, поэтому он не мог говорить отчётливо. Как ему теперь писать новеллы? Ян Юйхой почувствовал невероятное отчаяние, которое повергло его в панику. После того, как он с трудом переродился, прежде чем успеть добиться чего-либо, его настигла эта странная болезнь. Какой тогда был смысл в перерождении? Небеса просто хотят играть с его жизнью? Прошлую жизнь он провёл в разочаровании и с обманутыми надеждами. А в этой жизни, даже если у него и была поисковая система, он всё равно постоянно сталкивался с бедами. Небеса были к нему злы! Ян Юйхоя трясло, когда он вернулся в свою квартиру. Его бросало то в жар, то в холод и непрерывно трясло. Ян Юйхой лёг на постель и завернулся в одеяло. Уголок его рта слегка перекосился и от этого его черты лица стали выглядеть гротескно. Ян Юйхой чувствовал, что его руки словно умирают. Они были такими горячими, словно их кипятили. Они опухли до такой степени, что он не мог даже согнуть свои пальцы. Ян Юйхой с трудом взял телефон и позвонил Фан Мэнхань. Теперь Ян Юйхой даже не мог отчётливо говорить. Из уголка рта текла слюна, когда он с трудом сказал в трубку: - Пьи... пьиходи. Фан Мэнхань, которая находилась на другой стороне провода, вообще не поняла слабого голоса Ян Юйхоя. Она снова проверила, кто ей позвонил. Это действительно был её братец. Может, он просто нажал не ту кнопку? Она крикнула: - Братец, ты там? Ян Юйхой услышал слова Фан Мэнхань, свесился с края постели и сплюнул полный рот слюны. Затем он громко прорычал: - Я сказал, приди ко мне! Неожиданно, он выговорил это предложение очень хорошо. Все слова были отчётливо слышно. Фан Мэнхань закусила губу, собрала свою сумочку и пошла к дому Ян Юйхоя. Нин Шу откинулась в своём компьютерном кресле наблюдая за тем, как Фан Мэнхань уходит к Ян Юйхою. Нин Шу невольно задумалась о том, что прошлой ночью она промахнулась. Неужели было слишком темно и она неправильно проткнула акупунктурные точки? Почему у неё сложилось такое впечатление, что с Ян Юйхоем всё в порядке? Если ей не удалось это сделать в этот раз, то Ян Юйхой обязательно будет настороже и у неё уже не будет такого шанса. А жаль. ---------- Не Хотела Расставаться с Ян Юйхоем Ян Юйхой позвонил Фан Мэнхань рано утром. Фан Мэнхань очень расстроилась, думая, что Ян Юйхой совсем не считает её своей девушкой. В нём не было никакой любви и заботы, которые парень должен проявлять по отношению к своей девушке. Он не пытался создать никакой романтической обстановки между ними. Плюс, Фан Мэнхань знала, что у Ян Юйхоя есть ещё какие-то неоднозначные отношения. Фан Мэнхань вздохнула. Но даже так, в глубине души она не хотела расставаться с Ян Юйхоем. Ян Юйхой был успешным человеком. В будущем он будет ещё успешнее. Вокруг него обязательно будет крутиться куча кокетливых шлюшек. Фан Мэнхань была первой женщиной Ян Юйхоя. Как бы там ни было, ей нужно было закрепить своё положение. Фан Мэнхань пришла к двери квартиры Ян Юйхоя. Она позвонила в звонок несколько раз, но никто не открыл дверь. Фан Мэнхань почувствовала себя очень раздражённой. Ян Юйхой позвал её к себе, но не открывает дверь. Какой в этом смысл? Неужели он просто издевается над ней? Ян Юйхой лежал на постели и был совсем красным. Его лоб был покрыт холодным потом. Когда он услышал звонок в дверь, он встал и попытался открыть дверь. Но его руки совсем его не слушались. Каждый раз, как Ян Юйхой шевелил руками, иглы внутри него кололись. Боль была невыносимой, и поэтому, от каждого движения, его лицо становилось бледнее. Когда он с трудом открыл дверь, Ян Юйхой чуть не потерял сознание от боли. - Братец? Фан Мэнхань очень удивилась, когда Ян Юйхой упал на пол прямо перед ней. Особенно когда она увидела перекошенный рот Ян Юйхоя и слюну, вытекающую из уголка его рта. Фан Мэнхань на мгновение почувствовала отвращение, а потом поспешила помочь Ян Юйхою подняться. - Позвони в бойьнису, - с трудом сказал Ян Юйхой. Его руки очень болели, поэтому он не мог ими шевелить. Фан Мэнхань помогла Ян Юйхою сесть на диван и позвонила в скорую. - Братец, что с тобой случилось? Фан Мэнхань достала свой платок и вытерла слюну из уголка рта Ян Юйхоя. Ян Юйхой почувствовал укол боли в сердце от действий Фан Мэнхань. Он чувствовал себя умственно отсталым. Однако его разум был очень ясным. Он просто не мог контролировать выражение своего лица, губы и язык. Он запинался, когда говорил, и у него текла слюна, словно у идиота. Когда приехала скорая, Ян Юйхой с трудом сказал Фан Мэнхань: - Яфик стоа... фаыы в яфике стоа... Ян Юйхой пытался объяснить Фан Мэнхань, но его речь прозвучала невнятно. Ян Юйхой проглотил слюну, но часть слюны всё равно вытекала из уголка его рта. Фан Мэнхань стало немного противно, но она всё равно вытерла уголок рта Ян Юйхоя своим платком. После того, как она дважды сделала это, платок стал липким и неописуемо отвратительным. Фан Мэнхань захотелось выбросить платок. - Ф-файлы в ящике стола... - сказал Ян Юйхой, но из-за его языка это всё равно прозвучало невнятно. Фан Мэнхань проследила за взглядом Ян Юйхоя, открыла ящик, достала папку документов, открыла её и увидела название сценария. Сердце Фан Мэнхань пропустило удар. - Иди в SK-K... - Отнести этот сценарий в компанию SK, верно? - сказала Фан Мэнхань. Ян Юйхой кивнул и крупные капли холодного пота сформировались у него на лбу. Фан Мэнхань убрала сценарий в свою сумочку. - Я у-уже... договоьиься о сене... - с трудом сказал Ян Юйхоя. Ему захотелось отрезать свой непослушный язык. Лицо Ян Юйхоя покраснело, когда его гордость была растоптана по земле, перед женщиной, которая им восхищалась. Вскоре приехала скорая помощь. Медики унесли Ян Юйхоя и отвезли в больницу. Фан Мэнхань, тем временем, отнесла сценарий в компанию SK. Фан Мэнхань отдала содержимое папки компании SK. Она объяснила, что Ян Юйхой не очень хорошо себя чувствует и поэтому попросил её доставить сценарий. Так как Ян Юйхой оговорил все вопросы заранее, эти переговоры прошли гладко и компания SK выдала Фан Мэнхань чек. ---------- Может, Ей Взять Часть? Это был чек на пять миллионов. Когда Фан Мэнхань увидела это число, она испугалась, а её сердце начало неистово биться. Неудивительно, что Ян Юйхой смог купить себе квартиру, пока ещё учился на втором курсе. Если он и дальше будет вести себя так скромно, то сможет купить ещё и автомобиль. На самом деле, Ян Юйхой уже планировал купить автомобиль. Пять миллионов. Это крупная сумма денег, которую некоторые люди не смогут заработать и за всю жизнь. Продав несколько сценариев и несколько саундтреков можно было купаться в деньгах. Фан Мэнхань убрала чек в сумочку, и крепко вцепилась в эту сумочку. Выйдя за двери компании, в голове у Фан Мэнхань возникла смелая идея. Что если она обналичит чек? Может, ей взять часть денег? В любом случае, в нынешнем положении Ян Юйхой не может толком разговаривать, и точно не станет допрашивать компанию SK. Богатство трогает сердца людей. Сердце Фан Мэнхань трепетало. Эта мысль постоянно соблазняла её. Ладони Фан Мэнхань вспотели. На её лице отобразилась внутренняя борьба. Наконец, она издала протяжный вздох. Ей не было необходимости расставаться с Ян Юйхоем из-за нескольких миллионов. В будущем она войдёт в индустрию развлечений. Когда она станет популярной, заполучить несколько миллионов будет для неё лёгким делом. Особенно с Ян Юйхоем, который может писать сценарии и песни. Если он напишет сценарий, в котором она будет героиней, разве она будет бояться того, что ей не хватает денег? Если он напишет для неё песни, разве она будет бояться того, что не станет популярной? Подумав об этом, Фан Мэнхань вздохнула с облегчением. Длинный ряд нулей действительно проверяет волю людей. Фан Мэнхань отнесла чек в больницу, куда увезли Ян Юйхоя. Фан Мэнхань послушно отдала чек на пять миллионов Ян Юйхою. Ян Юйхой был очень доволен, когда увидел чек. Он только слегка приоткрыл свой рот, как из уголка рта потекла слюна. Сердце Ян Юйхоя внезапно упало к желудку. С тем, как он выглядел, каким бы богатым он ни был, он не сможет восполнить своё повреждённое самоуважение. Ему обязательно нужно вылечить эту странную болезнь. И не важно, сколько на это уйдёт денег. Ян Юйхой уже привык думать о том, что он не красавчик. Но теперь, если подумать, быть здоровым — это уже очень неплохо. Фан Мэнхань вытерпела отвращение, всколыхнувшееся у неё в душе, взяла платок и вытерла уголок рта Ян Юйхоя. Платок уже использовали несколько раз, и от него теперь шёл специфический и неприятный запах, впитавшийся в платок. Ян Юйхой всю ночь проспал в переулке. Утром он не чистил зубы. У него болели руки, так что у него просто не было возможности сделать это позже. Выражение лица Фан Мэнхань было спокойным, но её сердце вовсе не было спокойным. Короче говоря, Ян Юйхой потерял свой имидж в её глазах. Ян Юйхой должен был отправиться на операцию. Его руки опухли до такой степени, что кожа вот-вот готова была лопнуть. Доктора предположили, что внутри находится какая-то инородная материя. Когда его отвезли на рентген, было обнаружено, что в его запястья вогнали очень крошечные иглы. В больнице как можно скорее назначили операцию и вынули эти крошечные иглы. Когда Ян Юйхой пришёл в себя и увидел иглы, он понял, что кто-то специально навредил ему. Он не мог говорить и крошечные иглы воткнули ему в руки. Доктор сказал, что иглы были вставлены в сухожилия. От этого сухожилия воспалились и загноились. Ему нужно хорошо заботиться о своих руках. Кроме того, он не знал, какие у этого могут быть последующие осложнения. Не может говорить и не может писать?! Он хотел разобраться с Чэнь Цзянань подобным образом, но, как так вышло, что это наоборот произошло с ним? Только Лун Шуаншуан знала об этом. Зачем же Лун Шуаншуан делать это? Ян Юйхой вспомнил, что тот человек был очень сильным и от него очень пахло потом. Это наверняка был мужчина. Если это был человек Лун Шуаншуан, то почему он не разобрался с Чэнь Цзянань? Как так вышло, что напали на него? Ян Юйхой был озадачен. Он не мог понять, почему Лун Шуаншуан сделала это. Почему всё пошло не так? ---------- Была Более Чем Рада Методично Ухаживать за Ян Юйхоем Ян Юйхой остался в больнице, и Фан Мэнхань осталась заботиться о нём. Она была более чем рада методично ухаживать за Ян Юйхоем. Всё же, увидев, как Ян Юйхой каждую минуту получает миллионы юаней, вполне очевидно, что Фан Мэнхань захотела укрепить своё положение рядом с Ян Юйхоем. Ян Юйхой был в замешательстве. Он хотел позвонить Лун Шуаншуан, чтобы спросить её о произошедшем. Но время шло, а он никак не мог выговорить одно целое предложение. Его сердце тяготило так много вещей, но он не мог их высказать вслух. Он был практически на грани нервного срыва. Ян Юйхой не думал, что Лун Шуаншуан предаст его. Этот инцидент наверняка имеет какое-то отношение к Чэнь Цзянань. Ян Юйхой верил, что это имеет какое-то отношение к Нин Шу. Это было словно интуиция. Даже если Чэнь Цзянань не могла этого сделать, у неё всё ещё был богатый парень. Особенно учитывая то, что компания семьи Ли теперь была очень сильной и завоевала статус лидирующей развлекательной компании в индустрии развлечений. Должно быть, того человека, что напал на него, подослал Ли Синьцзэ. Ян Юйхой хотел поговорить с Фан Мэнхань, которая сидела рядом с его больничной койкой, и спросить её, была ли Чэнь Цзянань ранена прошлой ночью, и было ли в ней что-то необычное, но, как только он открыл рот, у него с невнятным звуком потекла слюна. От этого Ян Юйхою хотелось просто умереть. Фан Мэнхань могла лишь вытереть уголок рта Ян Юйхоя с выражением терпимости и искренности на лице. Фан Мэнхань видела, что Ян Юйхой выглядел словно слабоумный, отчего она начала сомневаться, окупятся ли её усилия. Более того, Фан Мэнхань обнаружила, что уголок рта Ян Юйхоя становится всё более и более перекошеным. Он каждый день принимал множество лекарств, но эффекта почти не было, и ежедневные расходы на лекарства были немалыми. Ян Юйхой по сути выбрасывал деньги на ветер. Она никогда не видела, чтобы Ян Юйхой вёл себя так щедро. Фан Мэнхань вздохнула. Она могла лишь продолжать заботиться о Ян Юйхое и помогать ему снимать штаны, когда он ходит в туалет. Фан Мэнхань даже к своим родителям не относилась так хорошо. __________________________________________________________________ Последние несколько дней Нин Шу покорно сидела в общежитии и никуда не ходила. Той ночью Нин Шу почувствовала, что Ли Синьцзэ сердится. Каждый раз, когда она разговаривала с Ли Синьцзэ, она использовала видеозвонок, чтобы доказать ему, что она сидит в общежитии и никуда не ходит. Нин Шу сказала ему, что кто-то следит за ней, но Ли Синьцзэ не поверил ей. Нин Шу вздохнула. Ли Синьцзэ волновало лишь то, куда она ходила той ночью. Почему это должно быть настолько раздражающим?! Быть с кем-то - это так хлопотно! Нин Шу задумалась на некоторое время, и решила позвонить Ли Синьцзэ и сказать: - Давай сходим в больницу. - Ты заболела? - Я правда следила за Ян Юйхоем и Лун Шуаншуан той ночью. Я ни с кем никуда не ходила. Давай сходим в больницу. Пусть меня там проверят, что я всё ещё девственница. Ли Синьцзэ: … На другом конце провода Ли Синьцзэ надолго затих. Ли Синьцзэ действительно не знал, как ответить ей на такое заявление. Он вздохнул. - Давай днём поедим вместе. - Хорошо, - тут же сказала Нин Шу. Уж она-то покажет ему, охотятся за ней или нет. Нин Шу умылась и зачесала волосы наверх, обнажая свой гладкий лоб. Так люди с первого взгляда смогут увидеть её черты лица. Она надела туфли без каблуков и брюки. И вообще оделась очень просто. Благодаря внешности Чэнь Цзянань даже простой наряд выглядел красиво. В полдень Ли Синьцзэ подъехал к общежитию. Нин Шу сунула в карман два перцовых баллончика. Всё было готово. Без лишнего груза она могла спокойно бежать долгое время. Нин Шу заперла дверь комнаты и спустилась вниз. ---------- Нас Преследуют Ли Синьцзэ увидел Нин Шу, одетую в футболку и джинсы и у него снова сложилось впечатление, что его девушка теперь была более мужественной*. Её темперамент тоже изменился. Прежде у Чэнь Цзянань был тихий и элегантный темперамент. А её нынешний темперамент... - Поехали. Ли Синьцзэ открыл дверцу автомобиля. Нин Шу сказала: - Давай пройдёмся. Просто поедим в ресторане по соседству с университетом. - Ну, хорошо. Ли Синьцзэ взял Нин Шу за руку и пошёл по университетской дорожке. - Ты раньше говорила, что тебе больше всего нравится эта дорожка. Когда тут падают осенние листья, тут становится очень поэтично и это место обретает эстетичный вид, - нежно сказал Ли Синьцзэ. Нин Шу почувствовала на себе несколько взглядов. Эти люди ничем не выделялись из толпы. Они занимались своей работой: пропалывали клумбы или подметали тротуары. Они никак не привлекали к себе внимание. Ли Синьцзэ и Нин Шу вышли за территорию университета, а следом за ними увязались несколько человек. Нин Шу наклонилась к Ли Синьцзэ и сказала: - Нас преследуют. Ли Синьцзэ хотел обернуться, чтобы посмотреть, но Нин Шу тут же сказала: - Не оглядывайся. Ли Синьцзэ нахмурился. - Давай вызовем такси и уедем, пока на улицах ещё людно. Нин Шу покачала головой. - Пойдём есть. Может, я ошиблась. Нин Шу затащила Ли Синьцзэ в ресторан неподалёку, и несколько человек, идущие за ними, тоже вошли внутрь. Они всё ещё держались на расстоянии от Нин Шу и Ли Синьцзэ, поэтому заняли столик, стоящий недалеко от них. Лицо Ли Синьцзэ потемнело. Эти люди явно пришли сюда за ними. - И давно они тебя преследуют? - тихо спросил Ли Синьцзэ у Нин Шу. Нин Шу едва пошевелила губами. - Уже какое-то время. Нин Шу заказала пару блюд, взяла свою тарелку и начала есть. У Ли Синьцзэ не было никакого аппетита, поэтому он просто смотрел, как Нин Шу набивает свой рот. Те люди, что сели неподалёку, вели себя шумно и кричали, что они заказали еду. Однако, время от времени они поглядывали на Нин Шу и Ли Синьцзэ. Нин Шу съела небольшую тарелку риса и отложила свои палочки. Ли Синьцзэ заплатил по счёту, взял Нин Шу за руку и пошёл к выходу. Один из людей, что следовали за ними, намеренно вытянул ногу, пытаясь заблокировать путь Ли Синьцзэ и Нин Шу. Лицо Ли Синьцзэ внезапно перекосилось, и он с силой наступил на ногу, которая заблокировала проход. Ли Синьцзэ не был тем, кто позволяет другим издеваться над собой. После того, как Ли Синьцзэ наступил на ногу мужчины, Нин Шу тоже вытянула ногу, чтобы наступить. Сила Нин Шу была гораздо больше, чем у Ли Синьцзэ. Когда она наступила на ногу, она услышала хруст кости. - Ой. Человек, которому наступили на ногу, внезапно взвыл, схватившись за ногу. - Вы чего творите? - Блять, ты на драку нарываешься? Нин Шу схватила Ли Синьцзэ за руку и выбежала из ресторана. Несколько человек выбежали следом и быстро погнались за Нин Шу и Ли Синьцзэ. Вскоре, они догнали Нин Шу и Ли Синьцзэ. Затем они окружили их. Эти люди излучали враждебность и убийственную ауру. Было очевидно, что их руки уже запятнаны кровью. - Чего это вы сбежали? Бегите-бегите, - сказал мужчина с яростным взглядом. - Сломали ногу моему брату, а теперь сбегаете? Думаете, я не преподам вам сегодня урок? Вы меня за дурака держите? - Вы хоть знаете, кто я? Я знаю вашего босса Лун. Уверены, что хотите это сделать? - холодно сказал Ли Синьзэ, стоя в очень величественной позе. - Кто такой этот босс Лун? Ты навредил моему брату, так что, даже если ты и знаешь самого бога, я тебе это с рук не спущу. Выражение лица мужчины было холодным. Нин Шу прижалась к Ли Синьцзэ и вложила ему в руку перцовый баллончик. Ли Синьцзэ был на мгновение ошарашен, а потом крепко вцепился в перцовый баллончик. Ещё один мужчина осмотрел Нин Шу с ног до головы похабным взглядом. - Эта девушка такая красивая, братец Хао. Как насчёт того, чтобы дать нашим братьям развлечься с ней? Нин Шу почувствовала себя отвратительно. - Блять, ах, ты, ублюдок. Ли Синьцзэ поднял перцовый баллончик и разбрызгал его в глаза мужчины. Нин Шу тоже быстро разбрызгала свой баллончик на других людей. - А... - Дерьмо... Хулиганы тут же прикрыли свои глаза, из которых полились слёзы. Их глаза горели так, словно они сейчас ослепнут. Ли Синьцзэ воспользовался возможностью и побил несколько человек. Нин Шу взяла Ли Синьцзэ за руку и побежала обратно в университет. __________________________________________________________________ Примечание: Оригинальный иероглиф можно перевести по-разному: дерзкий, смелый, мужественный, отважный, неукротимый, крутой, талантливый, молодец ---------- Почему Он Всегда Чувствовал Себя Таким Беспомощным? Нин Шу пробежала с Ли Синьцзэ через весь кампус. Она бежала до тех пор, пока не добралась до общежития, после чего Нин Шу остановилась, упёрлась руками в колени и стала тяжело дышать. Ли Синьцзэ просто лёг на землю, и его грудная клетка стремительно опускалась и поднималась. Спустя долгое время, когда Ли Синьцзэ отдышался, он поднялся с земли. Глядя на Нин Шу, он неторопливо сказал: - Ты сделала это специально. Ты знала, что кто-то преследует тебя и поэтому настояла на том, чтобы пойти пешком. - Ты же мне не верил. Вот я и дала тебе почувствовать всё на себе, - прямо заявила Нин Шу. - Если у тебя есть какие-то сомнения на мой счёт, скажи прямо. Так между нами не будет никакого недопонимания, верно? - искренне сказала Нин Шу. - Той ночью я действительно не делала ничего непростительного. Ли Синьцзэ: … Почему он всегда чувствовал себя таким беспомощным при общении с ней? - Я не пытался это оспорить. Просто было так поздно. И на улице небезопасно. Ты должна всё мне рассказывать, а не вести себя так безрассудно, - сказал Ли Синьцзэ. Нин Шу тут же ответила: - Это хорошо, что между нами нет никакого недопонимания. В будущем я буду всё тебе рассказывать. Кстати, ты сказал, что знаешь босса Лун. Как ты будешь разбираться с этим вопросом? - Естественно, отправлюсь к боссу Лун. Наша компания сотрудничает с ним и сериалы были сняты совместными усилиями, - с серьёзным лицом ответил Ли Синьцзэ. - Мы не можем просто так спустить ему это с рук. - Папочка Лун Шуаншуан ещё и снимает фильмы и сериалы? Нин Шу стало немного любопытно. - Деньги быстрее всего отмываются на съёмках фильмов, а ещё они приносят много денег. Теперь, когда законы ужесточились, многие люди начали отправлять деньги в оффшоры, чтобы отмыть их. А тех, кто продолжает драться и убивать, вышестоящее начальство по головке не погладит, - сказал Ли Синьцзэ. Нин Шу кивнула. - Тогда я оставлю это дело на тебя. Мне было так страшно, когда за мной каждый день следили. Ли Синьцзэ с некоторым сомнением спросил: - Когда это ты научилась так быстро бегать? Я едва поспевал за тобой. - Инстинкт самосохранения ради выживания, понимаешь? В момент опасности сила увеличивается, - серьёзно сказала Нин Шу. Нин Шу вытерла пот и сказала: - Я вся вспотела. Пойду к себе. Ты тоже возвращайся. Ли Синьцзэ кивнул и уехал. Нин Шу поднялась по ступенькам, а когда вернулась в комнату, в её голове прозвучал голос 2333: - Нин Шу, найди способ подобраться к Ян Юйхою поближе. - Зачем? - Удача Ян Юйхоя скоро выдохнется. Система покинет его, после чего найдёт себе нового хоста, - сказал 2333. - Я хочу сейчас полностью уничтожить эту систему. Нин Шу впервые услышала, что 2333 говорит так агрессивно. - Неужели, эта система вредит миру? - спросила Нин Шу. - Конечно. Подобный дефективный мир ни за что не сможет сформировать пространство со своими законами. Отдавая все преимущества и удобства своему хосту, система заставляет законы этого мира перенаправлять больше удачи своему хосту, и, в процессе этого, крадёт удачу этого мира. Эта система словно настоящий паразит. Нин Шу кивнула. Итак, теперь, ей нужно пойти к Ян Юйхою и полностью уничтожить ту систему. Это будет настоящим решением всей проблемы. - Мне нужно лишь подобраться к Ян Юйхою поближе? - спросила Нин Шу. - Нет, тебе нужно подождать, пока система не попытается вырываться из хоста, после чего я смогу воспользоваться этой возможностью, чтобы атаковать её данные, - сказал 2333. - Если я атакую напрямую, то вызову лишь смерть паразитируемого человека. - А разве не всё равно, если Ян Юйхой умрёт? - сказала Нин Шу. 2333 мрачно ответил: - Я всего лишь система. Если я стану причиной смерти человека в мире задания, то меня сотрут. Вне зависимости от того, заслуживает этот человек смерти или нет. Причина, почему мы так ограничены, в том, что мы опасаемся поручителя. Он может использовать вспомогательную систему, чтобы нанести вред миру. ---------- Может, Он, Всё Же, в Порядке? Нин Шу утешила 2333: - Всё в порядке. Я всё равно на тебя не рассчитывала, так что можешь не переживать о том, что тебя сотрут. 2333: Сгинь, сгинь, сгинь... Нин Шу приняла душ. Она задумалась о том, стоит ли ей сейчас отправиться на поиски Ян Юйхоя? Она не знала, куда пропала Фан Мэнхань. Она уже долгое время не показывалась. Нин Шу не знала, чем сейчас занят Ян Юйхой. Как так вышло, что нет никаких новостей? Быть может, он, всё же, в порядке? Но 2333 сказал, что удача Ян Юйхоя скоро выдохнется. Куда он ушёл умирать? Нин Шу сделала оздоровительную маску и нанесла её на лицо. Затем она включила ноутбук и стала просматривать новости индустрии развлечений. Нынче сфера развлечений была очень оживлённой. Появилось много прекрасных сериалов и песен. Словно в какой-то момент сотни цветов распустились одновременно. Индустрия процветала. Вот только она не знала, как долго продлится это цветение. Все эти вещи не принадлежали этому миру. Они были насильно принесены в этот мир. Когда Нин Шу смотрела сериал, она услышала, как открывается дверь. Нин Шу обернулась и увидела Фан Мэнхань. Фан Мэнхань выглядела немного взъерошенной. Под глазами у неё были тёмные круги. Как только она вошла, она открыла свой шкафчик и начала упаковывать свою одежду в сумку. Нин Шу подняла брови и спросила: - А чего это ты вещи собираешь? Занятия скоро должны начаться. Куда это ты собралась уходить? - У меня есть дела, - устало сказала Фан Мэнхань. Ей было слишком лень спорить с Нин Шу. Сложив несколько комплектов одежды, она собралась на выход. - Подожди минутку. Когда ты вернёшься? Занятия скоро начнутся. Что если управляющая общежитием спросит про тебя? Что мне ответить? - спросила Нин Шу у Фан Мэнхань. - Я вернусь к началу занятий. Фан Мэнхань открыла дверь и ушла. Нин Шу пошла в ванную, смыла маску со своего лица, а потом поспешила вслед за Фан Мэнхань. Фан Мэнхань села в такси у ворот университета. Нин Шу тоже поспешила нанять такси и сказала водителю: - Следуй за тем такси впереди. Такси Фан Мэнхань остановилось у входа в больницу. Нин Шу последовала за Фан Мэнхань до двери в палату, после чего глянула на номер палаты. Когда дверь палаты открылась, Нин Шу увидела Ян Юйхоя, лежащего на больничной койке. Рот Ян Юйхоя был перекошен, и из уголка рта стекала слюна. Фан Мэнхань вытерла уголок рта своим платком. Ян Юхой посмотрел на Фан Мэнхань и с трудом сказал: - Ч-что по деньгам в этот раз? П-почему их уменьшили вполовину? В прошлый раз Ян Юйхой увидел, что Фан Мэнхань оказалась надёжной помощницей и вернулась с чеком на пять миллионов. Ян Юйхой был полон уверенности в себе и решил, что Фан Мэнхань ему верна. Поэтому он позволил Фан Мэнхань вести переговоры с другими компаниями и продавать им сценарии, которые были у него на руках. Ян Юйхой заранее говорил цену Фан Мэньхань. Он был решительно настроен не продавать за меньшую стоимость. Однако, цена всегда была ниже на половину, а то и меньше. Взгляд Фан Мэнхань сверкнул. - Компания снова снизила цену. Плюс я заплатила за твои медицинские счета. Ян Юйхой не сомневался в ней. Он был зол на те компании, которые воспользовались ситуацией и ограбили его на часть прибыли. Когда его болезнь пройдёт, у него будет достаточно денег на то, чтобы самому всё снимать. Фан Мэнхань почувствовала облегчение, когда увидела, что Ян Юйхой не стал её больше допрашивать по поводу денег. Она спросила: - У тебя ещё есть сценарии на руках? Я продам их за тебя. Ян Юйхой покачал головой. Цена была слишком низкой. - Я н-не продам их. Выражение лица Фан Мэнхань стао немного разочарованным. - У тебя закончились сценарии? - Н-нет... Ян Юйхой увидел, что Фан Мэнхань пристально смотрит на него. Её взгляд был ясным, и в нём появился какой-то неизвестный свет, отчего сердце Ян Юйхоя наполнилось неприятным ощущением. - Л-ладно, у м-меня их б-больше н-нет... ---------- Привык Полагаться На Систему Ян Юйхой не солгал. У него на руках действительно не было никаких сценариев. Ведь в данный момент он не мог нормально говорить и никак не мог зачитать то, что нашёл в системе. Он не мог двигать руками, не говоря у же о том, чтобы печатать на компьютере. Ян Юйхой практически разваливался на части. Он мог лишь просто лежать тут, впустую тратя время. Может, сценарии, которые он написал заранее, уже стали бесполезной тратой бумаги. Другой перерождённый уже наверняка продал эти сценарии. Сердце Ян Юйхоя наполнилось тревогой и страхом. Он уже привык полагаться на систему и лёгкий успех. Если он вернётся к прежней жизни, где у него ничего не было, то его это просто сломит. Нин Шу была у дверей в палату, слушая разговор Ян Юйхоя и Фан Мэнхань. Она считала, что сердце Ян Юйхоя очень уж доверчивое, раз он оставил все деловые разбирательства на Фан Мэнхнаь. Неужели отношения между этими двумя уже настолько крепкие? У Ян Юйхоя было так много женщин. Не исключено, что его окончательное падение тоже произойдёт из-за женщин. Ян Юйхой попросил Фан Мэнхань продавать сценарии за него. Фан Мэнхань, наверняка, клала часть денег себе в карман. Нин Шу мысленно спросила у 2333: - Система уже покинула Ян Юйхоя? - Нет, - ответил 2333. - Не так-то просто найти подходящего хоста, так что система не будет спешить уходить. У Ян Юйхоя ещё осталось немного удачи. Нин Шу нахмурилась. - А когда система отделится от него? - Откуда мне знать? Я могу атаковать систему только когда она отделится, - сказал 2333. - Подожди, пока удача Ян Юйхоя станет ещё меньше. Тогда система, естественно, бросит его. - Звучит так пугающе. Ян Юйхой всецело полагался на систему. Без системы он вернётся в своё изначальное состояние. - Бесплатных обедов не бывает. Он заполучил эту систему себе в единоличное пользование. Неужели он действительно думает, что такой особенный? - безразлично сказал 2333. Так как Нин Шу нужно было дождаться момента, когда система покинет Ян Юйхоя, ей придётся каждый день ходить в больницу. Нин Шу развернулась и ушла. Похоже, что в ближайшее время система не покинет Ян Юйхоя. Нин Шу взяла такси, вернулась в общежитие и включила ноутбук. В этот раз Нин Шу написала сценарий для фильма. Теперь Ян Юйхой не мог шевелить руками и нормально говорить. Если она напишет ещё один сценарий, то у Ян Юйхоя будет ещё меньше удачи. Когда удача Ян Юйхоя выдохнется, система отделится от Ян Юйхоя. В любом случае, Нин Шу была одна в общежитии, поэтому она спокойно могла писать сценарий день и ночь. После того, как она написала его, она отправила его в компанию семьи Ли. После этого она отправилась в больницу, чтобы стеречь систему, но 2333 ничего не предпринимал. Ян Юйхой лечился в больнице, но его симптомы, вроде перекошенного рта, так и не улучшились. И даже ежедневный приём кучи лекарств не помог. Сердце Ян Юйхоя было полно тревоги и волнения. Он провёл в больнице уже почти месяц, и занятия уже скоро должны были начаться. Как он мог предстать перед другими людьми в таком виде? Более того, счета за госпитализацию были немалыми. Ян Юйхой лежал в одиночной палате и использовал всё только самое лучшее. Через несколько дней доктор попросит его заплатить. На данный момент у Ян Юйхоя не было сценариев на продажу, не было никакого дохода. Он только тратил деньги каждый день. К счастью, Фан Мэнхань была рядом и заботилась о нём. Ян Юйхой с трудом сказал ей: - Д-дождись меня. Я напифу для тебя п-пефню. Фан Мэнхань взяла платок, вытерла слюну из уголка его рта и сказала: - Не надо спешить с песней, сперва позаботься о своём теле. Твоя ситуация так и не становится лучше. У меня такое ощущение, что это на самом деле не болезнь, - сказала Фан Мэнхань. Ян Юйхой уставился на Фан Мэнхань. ---------- Я Знаю Даосского Жреца - Возможно, тут замешана какая-то нечисть, или даже кто-то проклял тебя. А иначе почему тебе не становится лучше даже после принятия такого количества лекарств? - пояснила Фан Мэнхань. - Д-да? Т-ты т-так д-думаеф? - взволнованно сказал Ян Юйхой. - Либо кто-то настолько ненавидит тебя и поэтому проклял, либо ты столкнулся с какой-то нечистью. Братец, я думаю, тебе нужно найти кого-то, кто разбирается в метафизике, чтобы он пришёл и посмотрел, - предложила Фан Мэнхань. Ян Юйхой, похоже, увидел луч надежды. Но он не знал никого, кто бы разбирался в метафизических искусствах. - Братец, я знаю даосского жреца из даосского храма в моём родном городе. Этот даосский жрец имеет хорошие навыки в метафизических искусствах. Люди в моём городе часто приходят к нему за помощью, - сказала Фан Мэнхань. Затем на лице Фан Мэнхань появилось смущение. - Но... - Фто? Фто такое? Ян Юйхой разволновался и уголок его рта ещё больше перекосился, отчего слюна начала вытекать изо рта. Фан Мэнхань нахмурилась, и в её взгляде промелькнуло отвращение, когда она вытерла платком уголок рта Ян Юйхоя. Ян Юйхой пристально уставился на Фан Мэнхнь, и Фан Мэнхань неохотно сказал: - Вот только этот даосский жрец вообще не покидает свою гору. Этому даосскому жрецу нет дела до мирских проблем. Он хочет лишь культивировать. Во взгляде Ян Юйхоя появилось немного скептицизма. Жрец культивировал, чтобы стать бессмертным? Увидев подозрение во взгляде Ян Юйхоя, Фан Мэнхань спокойно сказала: - Мы можем попросить каких-нибудь других даосских жрецов прийти и посмотреть. Если тут действительно что-то есть, то мы можем попросить того даосского жреца избавиться от этого. Ян Юйхой задумался на некоторое время, после чего согласно кивнул. Теперь у него появилась надежда. - Тогда, братец, мне связаться с даосским жрецом? Ян Юйхой кивнул. Когда Фан Мэнхань развернулась, на её лице расплылась улыбка. Она взяла свою сумочку и вышла из палаты. Нин Шу спряталась неподалёку от палаты и услышала диалог Ян Юйхоя и Фан Мэнхань. Нин Шу не сдержала улыбки. Фан Мэнхань хочет обманом выудить у Ян Юйхоя деньги, так ведь? Нин Шу обязательно должна посмотреть на это хорошее представление. Когда Ян Юйхой был успешен, тысячи людей тянулись к нему. Теперь же, когда он пал, его женщина планирует наступить на него и выжать все соки. Похоже, что Фан Мэнхань не так уж сильно любит Ян Юйхоя. Ореол главного героя Ян Юйхоя ослаб, и его привлекательность для женщин тоже уменьшилась. Всевозможные выдающиеся женщины благоволили Ян Юйхою только из-за его успеха. Если Ян Юйхой будет посредственностью, то эти женщины даже не обратят на него внимания. У сильных имеется много ресурсов. Красота тоже является ресурсом. Какими же качествами обладает посредственный Ян Юйхой, чтобы захватить такие ресурсы? Нынешний Ян Юйхой не обладал такой квалификацией. Он был практически калекой. Если бы у него не оставались ещё какие-то деньги, то Фан Мэнхань даже не стала бы о нём вот так заботиться. У него течёт слюна, словно он умственно отсталый, и он даже не может самостоятельно сходить в туалет. Сияние Ян Юйхоя становилось всё тусклее и тусклее. Фан Мэнхань привела даосского жреца, одетого в даосскую мантию. Стоило ему только войти в палату, как его лицо резко изменилось, словно он увидел нечто ужасающее. Нин Шу сочла это забавным. Одно только ношение даосской мантии не делало человека даосским жрецом. При виде даосской мантии, Нин Шу внезапно подумала о старике Тао Чене. Только кто-то вроде него имел квалификацию, чтобы называться даосским жрецом. Даосский жрец начал неистово махать кистью из конского хвоста, указывая на Ян Юйхоя. Выполнив какие-то хитрые ритуалы, с очень выразительным лицом он сказал: - Рядом с вами витает нечто очень мощное. От этого в вашей жизни всё идёт не так. Ваша жизнь должна быть несравненно гладкой и вы должны быть очень богаты. Но из-за того, что вас преследует это нечто, ваша судьба изменилась. Даосский жрец продолжил говорить всякую чепуху. Но Ян Юйхой поверил ему. У него была система, с помощью которой он мог искать различные вещи, которые были равноценны богатству. Неужели, что-то действительно преследует его?! ---------- Моих Познаний в Искусстве Даосизма Недостаточно Ян Юйхой всерьёз задумался над правдоподобными словами даосского жреца, которого для него нашла Фан Мэнхань. Большинство людей в индустрии развлечений в некоторой степени верили в судьбу. Ведь некоторые известные люди становились крайне популярными, а другие так и не становились известными до самой своей смерти. Ян Юйхой провёл в индустрии развлечений большую часть своей жизни. Он видел, как некоторые звёзды приносили в жертву детей и занимались колдовством, чтобы стать популярными. Неизвестно, был ли это психологический эффект, но Ян Юйхой почувствовал, как его окатило холодом. Словно пара глаз смотрела на него оттуда, где он не мог это увидеть. Сердце Ян Юйхоя перевернулось. Всё, что с ним происходило не так, могло быть из-за этого злого влияния. - Даосский жрец, что же нам делать? Вы можете убрать эту штуку, которая прицепилась к братцу? - взволновано спросила Фан Мэнхань у даоса. Даосский жрец покачал головой. - Моих познаний в искусстве даосизма недостаточно. Эта штука слишком могущественная. Я не смогу с ней справиться. Может, я только разозлю её и мы все окажемся в опасности. Я пойду. Даоский жрец развернулся и убежал, словно спасал свою жизнь. Ян Юйхой мысленно запаниковал. Когда он посмотрел на Фан Мэнхань, уголок его рта перекосился и слюна начала вытекать. Фан Мэнхань вытерла уголок его рта платком и с испуганным видом сказала: - Братца действительно преследует некое злое присутствие. Что же мне теперь делать? - Найди того... даоффкого фреца, о котором ты говориьа, - с трудом произнёс Ян Юйхой. Фан Мэнхань покачала головой. - Тот даосский жрец так просто не придёт. Я позвоню своим родителям, чтобы они попытались его убедить. Ян Юйхой быстро закивал головой. Нин Шу лишь безразлично наблюдала за развитием событий. Если Фан Мэнхань мошенничеством выудит деньги у Ян Юйхоя, то его удача ещё сильнее уменьшится. Фан Мэнхань так и не привела того умелого даосского жреца из своего города. Этот фальшивый даосский жрец неоднократно отказывался, и говорил, что он не хочет провоцировать карму, особенно учитывая, что это злое присутствие, которое было рядом с Ян Юйхоем, настолько мощное... Всё это было лишь для того, чтобы внушить страх Ян Юйхою. Ян Юйхой несколько раз пытался пригласить того жреца, но каждый раз ему отвечали одно и то же, чтобы каждый раз его впечатление всё глубе впечатывалось в память. Особенно хорошо это срабатывало в комбинации с тем, что все остальные жрецы, похоже, были очень напуганы. Спустя некоторое время даже Ян Юйхой, поверит, что это действительно правда. Более того, важность этого знания будет лишь разрастаться в глубине души Ян Юйхоя. Он вспомнил, что за последнее время с ним действительно всё шло не так гладко, он даже начал чувствовать, как что-то сильное преследует его. Ян Юйхой не мог ни есть, ни спать. Сколько бы Фан Мэнхань ни приглашала того даосского жреца с горы, даосский жрец отказывался приходить. Ян Юйхой прямо сказал: - К-какие... какие у него усьовия? Я на фсё согласен. Фан Мэнхань сказала Ян Юйхою: - Тогда давай я лично съезжу домой и попрошу даосского жреца приехать сюда? Если просить по телефону, то всё будет звучать недостаточно искренне. Ян Юйхой уже очень хотел изменить свою пассивную ситуацию. Естественно, он согласился на предложение Фан Мэнхань. Фан Мэнхань собрала свои вещи, купила билет, и в тот же день уехала. Она не возвращалась несколько дней. Когда она вернулась, с ней был старый даос с седой головой и бородой до груди. Вокруг него витала бессмертная аура. Так как в больнице запрещали подобные практики, Ян Юйхой мог лишь выписаться из больницы и вернуться в свою квартиру. Старый даосский жрец осмотрел дом, где жил Ян Юйхой. Он сказал, что фэншуй этого дома нехороший. Присутствие Белого Тигра слишком яростное, а в комбинации с огромным потоком энергии ян, это переполняло дом светом, от которого темперамент людей, живущих в этом доме, было трудно контролировать. Короче говоря, он вывалил кучу специализированных терминов. Пока Ян Юйхой был ошеломлён всей этой информацией, Фан Мэнхань быстро спросила: - Жрец, что же нам теперь делать? - Лучше не жить в этом доме, и найти другой дом для проживания, - сказал даос, разглаживая свою бороду. ---------- Богатство - Это Всего Лишь Мирские Владения Ян Юйхой невольно нахмурился. Он купил эту квартиру за кучу денег, поэтому ему не хотелось с ней расставаться. Неужели, ему действительно нельзя тут больше жить? Даосский жрец увидел нерешительность Ян Юйхоя и тихо сказал: - Богатство - это всего лишь мирские владения. Если вы так желаете сохранить такие малые деньги и продолжите жить в этом доме, то долго не протянете. Фан Мэнхань села возле Ян Юйхоя и стала его уговаривать: - Братец, ты должен послушать жреца. Ты должен продать эту квартиру. Ян Юйхой мог лишь кивнуть в ответ. Старый даосский жрец начал своё представление. Эта ритуальная битва была просто пылью в глаза. Сцена выглядела довольно впечатляюще. Глядя на бледное лицо старого даоса, можно было понять, как трудно сражаться со злыми духами. Наконец, старый даос закашлялся кровью и потерял сознание. Когда он пришёл в себя, он сказал, что уходит, так как эта штука слишком сильная и он не может её одолеть. Ян Юйхой ещё больше разволновался. Он сразу же предложил старому даосскому жрецу 200 000 юаней. Как только он разберётся с той шуткой, что прицепилась к нему, он заплатит 200 000 юаней. Старый даос махнул рукой, даже не думая, упаковал свои вещи и ушёл, не оглядываясь. Фан Мэнхань поспешила в погоню за жрецом, после чего притащила его обратно. В этот раз Ян Юйхой сразу предложил ему один миллион. Старый даосский жрец вздохнул и сказал: - Эта штука слишком мощная. Простите меня за то, что я такой бессильный. Старый даосский жрец снова отвернулся и ушёл. Фан Мэнхань беспомощно посмотрела на Ян Юйхоя. Уголок рта Ян Юйхоя перекосился, когда он крикнул Фан Мэнхань: - Беги за ним. Фан Мэнхань снова догнала даосского жреца и привела его обратно. Старый даос стал вести себя немного нетерпеливо. - Что вам нужно? Я же сказал, что не могу разобраться с этой штукой. Я просто не могу с ней справиться. Ян Юйхой был непреклонен. - Пять миллионов. После того, как Ян Юйхой сказал это, его сердце облилось кровью. Он хранил эти деньги для того, чтобы снимать фильмы. Вот только в том состоянии, в котором он находится сейчас, написание сценариев и съёмки фильмов были просто несбыточной мечтой. - Дело не в деньгах, - сказал старый даос с бледным лицом. Фан Мэнхань заплакала и начала умолять даосского жреца: - Прошу, помогите моему братцу. Он же должен быть несравненным гением. Он не должен быть в таком состоянии. Я вас умоляю. Слова Фан Мэнхань пробудили депрессию и панику в сердце Ян Юйхоя. Да, он хотел начать крупный бизнес. Как он мог оставаться в таком жалком состоянии? Как он может быть достоин поисковой системы в своей голове, когда он такой? Ян Юйхой добавил ещё один миллион к оплате и всего вышло шесть миллионов. Старый даосский жрец вздохнул и остался в доме, чтобы залечить свои раны. Он сказал, что они обсудят оплату после того, как Ян Юйхой восстановится. Даосский жрец дал Ян Юйхою выпить ещё один защитный талисман. После трудного и долгого сеанса экзорцизма, злого призрака, всё же, прогнали. Старый даосский жрец взял шесть миллионов юаней, которые ему выдал Ян Юйхой, и ушёл. Перед уходом он посоветовал Ян Юйхою продать эту квартиру. Потому что этот дом был действительно зловещим. Ян Юйхой не просто так прожил половину своей жизни. Он знал, что недвижимость — это ценное вложение. Он не послушал слова старого даосского жреца и не стал продавать дом, а вместо этого сдал её в аренду. Как только он выплатил шесть миллионов, банковский счёт Ян Юйхоя опустел. Все активы Ян Юйхоя пропали. Но он думал о том, что его здоровье скоро пойдёт на поправку, и скоро он снова сможет заработать деньги. Однако, когда начались занятия, симптомы перекошенного рта Ян Юйхоя остались неизменными. А из его рта по-прежнему текла слюна. Хоть иглы и вынули из его запястий, его руки всё равно ещё были слабыми. Ему было неудобно что-либо делать. И Фан Мэнхань больше не приходила ухаживать за ним. Наконец, он решил позвонить Фан Мэнхань и с трудом набрал её номер. Фан Мэнхань извинилась по телефону, говоря, что пришло время ходить на занятия, поэтому она останется в университете. Она не сможет больше заботиться о Ян Юйхое, поэтому она попросила Ян Юйхоя, чтобы он нашёл себе сиделку, которая будет за ним ухаживать. ---------- Обманом Выманила у Него Деньги Пока Ян Юйхой слушал оправдания Фан Мэнхань по телефону, он сразу же понял, что его обманули. Ведь именно Фан Мэнхань первой предположила, что вокруг него есть какое-то вредоносное присутствие. Даосского жреца тоже нашла Фан Мэнхань. Шесть миллионов ах, шесть миллионов! Фан Мэнхань, эта сука, она сотрудничала с кем-то, чтобы обманом выманить у него деньги. Не только шесть миллионов. Эта сука наверняка ещё и присвоила часть денег с продажи тех сценариев. Ян Юйхой снова позвонил, но дозвониться не удалось. Фан Мэнхань уже заблокировала номер Ян Юйхоя. Ян Юйхой был так зол, что его тело затряслось. Уголок рта перекосился, и из него потекли слюни. В итоге он закатил глаза и потерял сознание. Когда он снова очнулся, Ян Юйхой почувствовал, что половина его тела онемела. У него действительно случился парализующий сердечный приступ. Ян Юйхой не мог понять, как всё до такого докатилось. Он стал инвалидом, и его предала женщина, которой он доверял. Женщины - это зло. Когда он был в лучах славы, они толпились вокруг него. Они делали всё, что бы он ни пожелал, словно послушные шлюшки. Теперь, когда он просто немного сдал, эта женщина повернулась к нему спиной и притворилась, что не знает его. Экзорцизм призраков оказался совсем бесполезным. Вместо этого, теперь половина его тела не может двигаться. Ян Юйхой мог лишь вернуться в больницу, чтобы продолжить лечиться. Но после того, как Фан Мэнхань обманом выманила у него все деньги, у Ян Юйхоя больше не осталось денег. Каждый день лечения стоил денег. Они утекали, словно вода, и вскоре денег на его кредитной карте не осталось. Ян Юйхой вынужден был продать квартиру. Теперь, когда рядом не было Фан Мэнхань, чтобы позаботиться о нем, Ян Юйхою стало очень неудобно. Медсестра не могла делать всё, что ему нужно. Теперь ему необходимо было поехать на лечение за границу. Как только его болезнь будет вылечена, он снова сможет подняться на ноги. Высококлассная квартира была продана Ян Юйхоем по низкой цене. На вырученные деньги он уехал на лечение за границу. Ян Юйхой также беспокоился, что его тело не поправится и он останется парализованным в таком юном возрасте. В случае, если его не вылечат, ему бы хватило этих денег, чтобы спокойно прожить остаток жизни. Но на самом деле, в глубине души, он не мог с этим смириться. Он никак не мог с этим смириться. У него был невероятный чит в голове, но не было возможности использовать его. Он не желал просто жить остаток жизни вот так, не имея возможности даже свободно двигаться. Ведь он уже вкусил восхищённых взглядов его почитателей, вкусил ощущение успеха. Естественно, Ян Юйхой не мог принять того, что он внезапно всего этого лишился. Он никак не мог этого принять. Как только его болезнь пройдёт, он обязательно вернётся. Поэтому Ян Юйхой отправился на лечение за границу с деньгами за продажу квартиры в кармане. Нин Шу, которая была в университете, обнаружила, что Ян Юйхой снова пропал. А ведь теперь она должна быть поблизости от Ян Юйхоя, чтобы позволить 2333 уничтожить систему. Но вот Фан Мэнхань, живущая с ней в одной комнате, внезапно купила множество брендовых сумочек и брендовой одежды. Каждый день она ходила счастливая, улыбчивая и беззаботная. Она словно совсем забыла о Ян Юйхое. Нин Шу лишь улыбнулась. Героиня, которая по сюжету была верна Ян Юйхою, теперь обдурила своего собственного парня. Она бы выжала из него даже последние капли крови, если бы понадобилось. Нин Шу подняла бровь и спросила: - Твоя одежда и сумочки — все из последних моделей. Они довольно дорогие. Это Ян Юйхой купил их для тебя? - Нет, я сама их купила. Разве я из тех, кто будет просить денег у парня? Фан Мэнхань выглядела серьёзной. Нин Шу: ... Нет, она не станет просить деньги, она просто выудит их обманом. Фан Мэнхань просто расставит медовую ловушку*. Нин Шу поджала губы. Сестрица, у меня на руках есть видеозапись, где ты расставляешь медовую ловушку для Ян Юйхоя. А ещё на этом видео есть запись, как ты делишь деньги с тем даосским жрецом. Фан Мэнхань не провоцировала Нин Шу. Если Фан Мэнхань спровоцирует её, и это видео попадёт в интернет, карьера Фан Мэнхань будет уничтожена ещё до её начала. Это было оружие с огромной убойной силой. Нин Шу не думала о том, чтобы сделать это видео публичным. ---------- Влюблённость - Это Чувство Фан Мэнхань не хотела говорить о брендовых вещах. Вместо этого она спросила у Нин Шу: - Твой парень сейчас не ходит в университет, он же только на начальных курсах. Нин Шу спросила в ответ: - А почему твой Ян Юйхой не приходит в университет? Он же только второкурсник. - С тобой бессмысленно разговаривать. Фан Мэнхань взяла свою сумочку и пошла на занятия. Нин Шу немного растерялась. Где ей теперь искать Ян Юйхоя? Нин Шу взяла свои учебники и пошла на занятия. В любом случае, ей не нужно было сейчас писать сценарий, поэтому она с удовольствием наслаждалась жизнью в колледже. Конечно, было бы ещё лучше, если бы у неё не было Ли Синьцзэ в качестве парня. Потому что каждый день у неё была утомительная обязательная работа - звонить и писать Ли Синьцзэ. Сейчас Нин Шу просто хотела побыстрее найти Ян Юйхоя и поскорее покинуть этот мир. Если так будет продолжаться и дальше, у Нин Шу было предчувствие, что она расстанется с Ли Синьцзэ. Люди очень восприимчивы к эмоции любви. Они могут почувствовать, любит их партнёр или нет. Влюблённость - это чувство. Чувство слияния душ. Увы... Нин Шу лишь надеялась, что Ли Синьцзэ не расстанется с ней до её ухода. Нин Шу обратилась к 2333: - Ты можешь определить местоположение Ян Юйхоя? - Не могу, - прямо ответил 2333. - Тогда какая от тебя вообще польза? - равнодушно сказала Нин Шу. - Когда бы я у тебя что-нибудь ни спросила, ты ничего не можешь сделать. - Я уже говорил, что я — вспомогательная система, - сказал 2333. - Ты — получатель заданий, ты — лидер. Если ты во всем будешь полагаться на меня, то кто тогда получатель заданий? Ты или я? - мрачно сказал 2333. Ха. Ха... Абсолютно бесполезная система. - Тогда куда мне идти, чтобы найти Ян Юйхоя? Я же не могу просто бегать по всему миру? - сердито спросила Нин Шу. - Всё, что нужно было для задания, уже сделано. Нет смысла тратить время на такие вещи. - Как насчет того, чтобы активировать отслеживающую систему? Она стоит 500 000 очков опыта, плюс 5 очков заслуг. Охренеть, грабеж средь бела дня! 500 000 очков опыта и 5 очков заслуг? Почему бы тебе просто не сдохнуть? 500 000 очков опыта Нин Шу готова была заплатить, но вот 5 очков заслуг заставили Нин Шу болезненно поморщиться. Ведь иногда она не зарабатывала даже одного очка заслуг в мире. Почему эта отслеживающая система такая дорогая? Это же эксплуатация людей. - Хочешь купить её? В будущем, ты сможешь найти, кого захочешь. Это очень удобно. Всего 500 000 очков опыта и 5 очков заслуг, - стал уговаривать её 2333. Нин Шу улыбнулась. Даже если её и обманули до такой степени, что ей хотелось плакать, она всё равно вынуждена была улыбаться. Чёрт подери! - Покупаю. - Загрузка отслеживающей системы, пожалуйста, подожди. Нин Шу подперла подбородок, наблюдая за лекцией профессора на трибуне. Её телефон внезапно завибрировал. Нин Шу взяла телефон. Там было текстовое сообщение от Ли Синьцзэ. В нём говорилось, что он хочет заехать за ней на обед в полдень, и хочет ей что-то сказать. Когда Нин Шу подумала о Ли Синьцзэ, в её сердце внезапно появилось нехорошее предчувствие. Он говорил так серьёзно, не может же быть, что он решил с ней расстаться? Чёрт бы его побрал! В полдень Ли Синьцзэ подъехал к воротам университета, чтобы забрать Нин Шу, позвонил Нин Шу и попросил её поскорее приходить. Нин Шу переоделась в платье, надела туфли на высоком каблуке, накрасила губы, чтобы выглядеть лучше, и поплелась к воротам университета. Нин Шу поджала губы и посмотрела на Ли Синьцзэ, который на мгновение оглядел Нин Шу с ног до головы, открыл дверь машины и сказал: - Садись. Ли Синьцзэ отвел Нин Шу в модный западный ресторан, стол был освещен свечами. Скатерть была кружевной, а в вазе стояли ярко-красные розы. Ли Синьцзэ выдвинул стул для Нин Шу. Нин Шу продолжала натянуто улыбаться от начала и до конца. Он вёл себя как джентльмен. Он же не пытается с ней расстаться, верно? ____________________________________________________________ Примечание: Отлов в медовых ловушках - это следственная практика, включающая использование романтических или сексуальных отношений в межличностных, политических или денежных целях. ---------- Она Такая Ароматная Ли Синьцзэ достал розу и протянул её Нин Шу. Нин Шу поспешно взяла её, понюхала и сказала: - Она такая ароматная. Она действительно была охренительно ароматной. Ли Синьцзэ: … Ли Синьцзэ заказал два стейка, и они вдвоём тихо ели их, глядя друг на друга. Нин Шу поглядывала на Ли Синьцзэ время от времени. Когда она увидела, что Ли Синьцзэ собирается заговорить, Нин Шу начала первой и спросила: - Как ты разобрался с тем вопросом о Лун Шуаншуан? - Да очень просто, - Ли Синьцзэ отложил нож с вилкой и вытер рот. - Пары слов отцу Лун Шуаншуан было достаточно. Теперь Лун Шуаншуан больше не станет доставлять проблемы. Нин Шу кивнула. За ней действительно никто больше не следил в последнее время. К тому же, учитывая тот факт, что занятия начались, всякие сомнительные люди имели меньше возможностей попасть на территорию университета. Ли Синьцзэ посмотрел на Нин Шу и задумался на мгновение, и, когда собрался снова заговорить, был прерван Нин Шу. - А что, если Лун Шуаншуан найдёт кого-то ещё? - Нет. Ради сотрудничества двух компаний, босс Лун не позволит ей своевольно создавать проблемы. К тому же, если Лун Шуаншуан хочет унаследовать семью Лун, она точно не будет такой глупой. У неё всё ещё есть больше десяти старших братьев, и все они хотят унаследовать семью Лун. - Больше десяти старших братьев? Нин Шу была немного удивлена. Ли Синьцзэ безразлично ответил: - И это только старшие братья, у неё ещё есть и младшие. У босса Лун много любовниц. Каждый ребёнок имеет право на то, чтобы унаследовать семью. Всё зависит от того, кто окажется способнее. Ли Синьцзэ рассказывал всё это с невозмутимым лицом. Босс Лун действительно умел заводить детей. У него была целая толпа незаконнорожденных детей. Похоже, в изначальном сюжете, Лун Шуаншуан, в итоге, смогла встать во главе семьи Лун. У неё была помощь Ян Юйхоя, человека, чья удача была просто ошеломительной. Так как она была женщиной Ян Юйхоя, то ей, естественно, досталась частица его удачи. Теперь, когда Ян Юйхой не мог позаботиться даже о себе, он точно не станет уделять внимание Лун Шуаншуан, которая застряла в борьбе за наследие семьи Лун. - Раз она больше не будет меня разыскивать, то я могу быть спокойна. Нин Шу протяжно выдохнула с облегчением. - Так вот, Цзянань, я тут подумал... - Нин Шу, Ян Юйхой поблизости, - прозвучал в голове Нин Шу голос 2333. Нин Шу поспешно встала и сказала Ли Синьцзэ: - Мне нужно кое-что сделать. Я пойду. - Цзянань, подожди, эй... - тихо закричал Ли Синьцзэ, пытаясь остановить Нин Шу. - Я скоро вернусь. Нин Шу развернулась и выбежала из ресторана, на ходу спрашивая у 2333: - В каком направлении идти? - Иди вперёд и поверни налево, - сказал 2333. - Скорее. Нин Шу торопливо побежала в том направлении, которое ей сообщил 2333. Она сняла свои туфли на высоких каблуках, чтобы бежать быстрее. Нин Шу догнала Ян Юйхоя, двигающегося впереди. Ян Юйхой сидел в инвалидном кресле, когда заезжал в соседний жилой район. Из-за своих проблем с подвижностью, Ян Юйхой арендовал квартиру на первом этаже и сейчас он с трудом закатывал своё инвалидное кресло в дом. На одно только открытие двери у Ян Юйхоя уходило много энергии. Хоть его руки больше и не были опухшими, они были вялыми и слабыми. Половина его тела всё ещё плохо слушалась его. Ян Юйхой теперь не смел появляться у кого-либо на виду. Он даже ненавидел себя за то, каким теперь был. Он не смел смотреть на то, как на него реагируют другие люди Его окружали презрительные и странные взгляды. Не каждый может вынести ощущение падения с такого высокого пьедестала. Ян Юйхой даже хотел покончить с собой. Когда он говорил, уголок его рта опускался и оттуда текла слюна. Его руки были слабыми, а половина его тела онемела после сердечного приступа. Он взял деньги с продажи квартиры и уехал в заграницу на лечение. Но его так и не вылечили. Его симптомы совсем не уменьшились. Скорее, он просто потратил почти все деньги, которые получил за продажу квартиры. Ян Юйхой смотрел, как его деньги утекают из рук мощным потоком. Он каждый день пил какие-то пилюли с английскими названиями. Когда он ходил в туалет, его моча сильно пахла лекарством, и даже его пот пах лекарством. ---------- Одной Ногой Уже в Могиле Когда та больница снова оповестила его о том, что Ян Юйхою нужно заплатить, Ян Юйхой решил покинуть больницу и вернуться в Китай. Но у него теперь осталось совсем мало денег. Нин Шу увидела, что плечи Ян Юйхоя совсем обмякли. Тело Ян Юйхоя излучало ауру угасания. Всё же, он уже прожил десятки лет. В прошлом, когда Ян Юйхой был успешен, его аура ощущалась зрелой и стабильной, но теперь, когда он достиг низшей точки своей жизни, он выглядел как кто-то, кто уже одной ногой в могиле. Глядя на его спину, Нин Шу почувствовала, что Ян Юйхой уже выглядит словно, шестидесятилетний старик. Узнав, где живёт Ян Юйхой, Нин Шу почувствовала облегчение. Ей не придётся искать его по всему свету. Но почему Ян Юйхой в инвалидном кресле? Может, у него и были проблемы с руками, но не с ногами. Так почему же он теперь в инвалидном кресле? Вспомнив о том, что Ли Синьцзэ всё ещё ждёт её в ресторане, Нин Шу поспешила обратно. Она подбежала ко входу в ресторан, отряхнула пыль с подошв своих ног и снова надела свои туфли на высоком каблуке. После этого она открыла дверь ресторана. Но там, где сидел Ли Синьцзэ, никого не было. И, когда она осмотрела весь западный ресторан, она не смогла его найти. Ли Синьцзэ ушёл. Нин Шу вздохнула и достала свой мобильный телефон, чтобы позвонить Ли Синьцзэ. Но она не смогла дозвониться, потому что мобильный телефон Ли Синьцзэ был выключен. Нин Шу: … Эх... Он снова рассердился. Ну и ладно, сердись. Когда система отделится от Ян Юйхоя, её задание будет выполнено, и она покинет этот мир. Она не будет иметь никакого отношения к Ли Синьцзэ. Нин Шу вернулась в университет, переоделась в удобные джинсы и футболку. Когда не было занятий, она приходила к квартире Ян Юйхоя, чтобы продолжить наблюдение, ожидая момента, когда система отделится. Ян Юйхой практически не выходил из дома. Занавески в его квартире были задёрнуты весь день, и в доме не было заметно никаких движений. Словно там никто не жил. Спустя несколько дней непрерывного наблюдения, Нин Шу уже начала испытывать нетерпение, и не удержалась, чтобы спросить у 2333: - Когда уже система отделится от него? За прошедшие несколько дней, Ли Синьцзэ уже несколько раз писал ей сообщения о том, что хочет ей кое-что сказать. Нин Шу постоянно отговаривалась тем, что занята. Что она пишет диссертацию, и поговорит с ним через несколько дней. С того раза, как она сбежала из ресторана, она больше не виделась с Ли Синьцзэ. Нин Шу хотела уйти как можно скорее, так как подобные отношения были для неё слишком хлопотными, чтобы разбираться с ними. - Откуда мне знать, когда его система уйдёт? Просто продолжай ждать, - безрадостно сказал 2333. Твою мать, она-то может подождать, но вот могут ли подождать отношения Чэнь Цзянань и Ли Синьцзэ? Грёбанное ожидание. Ли Синьцзэ уже наверняка хочет сказать ей о том, что они расстаются. Нин Шу ждала снаружи, и её сердце разрывалось от нетерпения. А внутри квартиры, Ян Юйхой просто лежал на постели. В комнате было очень темно, и лицо Ян Юйхоя выглядело немного посиневшим. Уголок его рта был перекошен и слюна неконтролируемо вытекала. Ян Юйхой взял платок с постели и вытер свой рот. Но он был таким слабым, что это действие практически отняло у него все силы. Взгляд Ян Юйхоя был ярким, когда он искал в своей голове различные вещи. Это всё было богатством: песни, сценарии сериалов и фильмов, различные игры. Все эти вещи могли помочь ему добиться успеха, но он не мог их вытащить из головы. Ян Юйхой не знал, где он ошибся. Его жизнь после его перерождения стала искажённой до неузнаваемости и крайне трагической. В своей прежней жизни он был посредственным человеком без каких-либо достижений на своём счету. Он был словно собака, на побегушках у других людей, но его тело всё равно было в хорошем состоянии. Но теперь, когда он переродился и у него появилась система, он не мог даже ходить. Его лицо было перекошено, и он не мог даже произнести полное предложение. Он же явно должен был стать успешным человеком на вершине жизни. ---------- Он Всё Ещё Мог Добиться Успеха Ян Юйхой искал в системе снова и снова, просматривая в уме различные фильмы и сериалы из прежнего мира. Он снова и снова анализировал их, чтобы, когда ему снова станет лучше, он смог снять потрясающие фильмы и сериалы. Он всё ещё мог добиться успеха. Ян Юйхой искал успешные деловые сделки в прежнем мире, так как он точно захочет в будущем открыть свою компанию. У него же такие хорошие ресурсы на руках, он ни за что не будет отдавать их другим. Как вдруг. - Как... она исчезла? На лице Ян Юйхоя появился шок, и его лицевые мускулы задрожали. Его рот перекосился и слюна потекла прямо на одежду. Но Ян Юйхоя это совсем не волновало. Он закрыл глаза, и вены на его висках начали пульсировать, а когда он открыл глаза, они были налиты кровью. - Нет, не может быть! Выражение лица Ян Юйхоя стало крайне шокированным. Система в его голове исчезла. Всего несколько мгновений назад он искал что-то в своей голове и содержимое в его голове появлялось с беспрецедентной ясностью. Но теперь в его мыслях было пусто. Там не было никакого содержимого. Всё пропало. Нет! Я Юйхой схватился за голову, всхлипывая от недоверия. Его система пропала! Как ему теперь изменить свою судьбу без неё? Из-за системы Ян Юйхой ещё мог держаться. Она была его единственной надеждой. Но теперь, когда система исчезла, все его надежды были раздавлены. У него не осталось шанса на громкое возвращение. Как такое могло случиться? Это же невозможно! Как система могла исчезнуть? Как система могла бросить его?! Да, просто бросить. Ян Юйхой почувствовал себя брошенным. Словно весь мир покинул его. Ян Юйхой начал метаться, упал с постели и не мог подняться. Его тело скручивало в спазмах и дёргало. Белая пена начала течь у него изо рта. Зрачки Ян Юйхоя расширились. Он же ничего не успел добиться, а система уже исчезла? Почему?! Тело Ян Юйхоя дёргалось всё сильнее и сильнее, а его лицо становилось всё более уродливым из-за перекошенности. Нин Шу, которая сторожила снаружи, услышала возбуждённый голос 2333: - Она отделилась! Нин Шу тут же встревожилась. - Что мне делать? - Ничего, - сказал 2333, и больше не издал ни звука. Возле них послышался лишь тихий рвущийся звук, словно что-то взорвалось. Барабанные перепонки Нин Шу ощутили сильный дискомфорт, а всё её тело покрылось гусиной кожей. Только спустя некоторое время 2333 сказал: - Всё сделано. - Эта система ведь состоит из данных. Эти данные будут для тебя полезны? - спросила Нин Шу у 2333. 2333 на долгое время затих, после чего ответил: - Она может оптимизировать мои данные. Я же сейчас начальная система. Выше меня ещё средняя и продвинутая системы, а также — ультра-интеллект. - У твоей системы тоже есть уровни? - с удивлением спросила Нин Шу. Она никогда раньше не слышала, чтобы 2333 упоминал об этом. - Ты можешь повышать уровень, конечно же, мы тоже можем эволюционировать, - ответил 2333. - Тогда как ты можешь повысить уровень? - спросила Нин Шу. 2333 объяснил: - Это требует постоянной оптимизации данных, так что мне нужны удачные встречи с подобными системами. Нин Шу не знала, как система должна эволюционировать, так как она не эволюционировала, когда сама она повысила уровень. Нин Шу почувствовала, как ей на плечи лёг очередной груз ответственности. Так как она сама повысила уровень, то и 2333 тоже нужно прокачать. А иначе, когда она сама станет получателем заданий продвинутого уровня, а потом получателем заданий ультра-уровня, 2333 так и останется грёбанной начальной вспомогательной системой? Это так унизительно. - А ты получил ту энергию удачи, что успела собрать эта система? - спросила Нин Шу у 2333. Эта система крала удачу у хоста и небесных законов этого мира. А раз 2333 уничтожил эту систему, то это всё должно быть теперь у него, верно? - Ага, удача и небесные законы теперь все мои! - радостно сообщил 2333. ---------- А Почему Не Мои? Нин Шу: →_→ - А почему не мои? Нин Шу тут же почувствовала раздражение. - Это же всё просто данные, разве ты можешь их использовать? - сказал 2333. - Это лишь дело между нами, системами. Какое это имеет отношение к тебе? Нин Шу: … Так как вопрос с системой был решён, Нин Шу развернулась и ушла обратно в университет. Она приняла душ, легла в постель и крепко уснула. Наконец-то всё разрешилось. У Ян Юйхоя уже больше не было возможности продолжить обучение в таком состоянии, поэтому его родители приехали, чтобы забрать документы, после чего увезли частично парализованного Ян Юйхоя домой. По университету ходили слухи, что Ян Юйхою отрубили ногу из-за того, что он связался с мафией. В любом случае, по университету ходили всякие разные слухи. Ян Юйхой писал песни и сценарии, поэтому он был известной фигурой в университете. Он так быстро поднялся, а потом упал, словно метеор. Ян Юйхоя больше никогда не видели в университете. Фан Мэнхань тяжело вздохнула с облегчением. Ян Юйхой ушёл и не стал приходить к ней с вопросами, почему она ему солгала. Это означало, что Ян Юйхой по-прежнему болен и не может нормально говорить. Она заполучила несколько миллионов просто так. Будда был поистине милосердным. Фан Мэнхань вскоре полностью позабыла о Ян Юйхое. К ней обратилось кадровое агентство, которое хотело нанять её и сделать звездой. Песни, которые ей успел написать Ян Юйхой, позволили ей набрать небольшую базу фанатов, и теперь ей было проще дебютировать, после небольших приготовлений. В любом случае, нынешняя Фан Мэнхань была на волне успеха. Нин Шу лишь смотрела на это, не издавая ни звука. Фан Мэнхань, Лун Шуаншуан и другие женщины в жизни Ян Юйхоя, без Ян Юйхоя будут иметь другую судьбу. Они не столкнутся ни с какими проблемами, чтобы Ян Юйхой появился, словно супермен, и спас их из кризисной ситуации. Те, кто должны были выйти замуж, выйдут замуж. Те, кого подставят их же братья, будут подставлены. Те, кто должны тяжёлым путём взбираться по своему пути в индустрии развлечений, будут тяжело работать. И так далее. И хотя сейчас Фан Мэнхань была очень довольна собой, она не сможет забраться так высоко, как в изначальной истории. Без покровительства Ян Юйхоя, Фан Мэнхань придётся заплатить немалую цену в хаотичном мире развлечений. Более того, у Нин Шу всё ещё были доказательства подставы Фан Мэнхань. По изначальному сюжету она была верна Ян Юйхою и терпела то, что у него было так много женщин, потому что у Ян Юйхоя был статус бога в индустрии развлечений. Никто не мог быть могущественнее, чем Ян Юйхой. Фан Мэнхань была той, что умела хорошо выслуживаться. С той позицией, которая будет у Ли Синьцзэ в индустрии развлечений, она непременно не позволит ему пройти мимо. Однако, с такими доказательствами на руках, когда Чэнь Цзянань вернётся, она может не бояться Фан Мэнхань. - Задание выполнено. Хочешь покинуть мир задания? - прозвучал голос 2333. - Да-да-да. Давай скорее! - поторопила Нин Шу. Она уже не могла тянуть с этим ещё дольше. Она оставит Чэнь Цзянань переживать за её парня. В изначальном сюжете они поддерживали друг друга в тяжёлые времена. Такая любовь, как у них, не может же рассеяться так просто, верно? Нин Шу почувствовала головокружение, а когда она открыла глаза, она уже была в своём системном пространстве. При виде знакомой мебели, Нин Шу протяжно выдохнула и вытерла несуществующий пот со лба. Всё, наконец-то, закончилось. Общение с парнем Чэнь Цзянань оказалось для Нин Шу сложнее, чем общение с каким-нибудь подонком. Она бы предпочла столкнуться с подонком, чем общаться с таким человеком, который сильно влюблён в хоста. Каждое её движение перед ним было ошибкой. Нин Шу села на диван, скрестив ноги, прочитала очищающую сердце мантру, чтобы очистить эмоциональное напряжение. Потом она начала культивировать Непревзойдённые Боевые Искусства и поглощать духовную энергию, чтобы восстановить свою душу. ---------- Результаты Задания Закончив с культивацией, Нин Шу вытянула ноги, почувствовав себя посвежевшей. Она сказала 2333: - Давай глянем на результаты этого задания. - Хорошо! Голос 2333 прозвучал легко. Было ясно, что он в хорошем настроении, так как тоже получил свои преимущества от этого задания. Перед Нин Шу появилась её панель характеристик. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 8150k (+3500k) Душа: 300 Жизнь: 71 Интеллект: 254 Харизма: 10 Удача: 84 Воля: 160 Боевые искусства: 172 Вера: 1814 (+600) Способность (адаптивность): 79 Заслуги: 10050 (-5) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Низкоуровневые Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня, Экзорцист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x5, Улучшенный Защитный Талисман Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Выполнено желание Чэнь Цзянань: Оставить Ян Юйхоя ни с чем, и чтобы он вечно барахтался в грязи. Степень Выполнения Задания: 100% Получено: 3 500 000 очков опыта. Получено: 65 очков атрибутов. Получено: 600 очков веры. Вычтено: 500 000 очков опыта и 5 очков заслуг за отслеживающую систему. ---------- Женщины Мелочны Нин Шу удивлённо прижала ладони к щекам от удивления. 3,5 миллиона очков и целых 65 очков атрибутов. Она думала, что из-за Ли Синьцзэ, на этом задании она получит меньше очков опыта и очков атрибутов, но, неожиданно, она получила даже больше, чем на предыдущих заданиях. Нин Шу ухмыльнулась. Женщины мелочны. У Нин Шу даже возникло такое ощущение, что если бы она и Ли Синьцзэ расстались, Чэнь Цзянань не стала бы её винить в этом. Единственное, против чего Чэнь Цзянань возражала бы, так это против того, что Нин Шу и её парень стали бы вести себя, как влюблённая парочка. Охо-хо-хо... Нин Шу добавила свои 65 очков атрибутов в душу, жизнь, интеллект, удачу, волю и боевые искусства. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 11 150 000 Душа: 300 (+10) Жизнь: 71 (+10) Интеллект: 254 (+10) Харизма: 10 Удача: 84 (+15) Воля: 160 (+10) Боевые искусства: 172 (+10) Вера: 2414 Способность (адаптивность): 79 Заслуги: 10045 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Низкоуровневые Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня, Экзорцист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x5, Улучшенный Защитный Талисман Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Распределив очки атрибутов, Нин Шу взяла книгу Непревзойденных Боевых Искусств. В ней теперь стало ещё больше узоров. Появилось много новых видов животных, и, в этот раз, там даже был образ человека. В этой книге были звёзды, солнца, луны, травы, деревья, реки и различные животные. Внезапно, в голове Нин Шу промелькнула мысль. А может ли эта книга сформировать мир? Нин Шу поспешила спросить у 2333: - Как думаешь, сможет ли моя инструкция сформировать мир? 2333 задумался на мгновение, после чего ответил: - Это вполне возможно, но я не знаю, как и когда это может произойти. Формирование мира требует множества удачных событий. Если мир сформирован книгой, то как это мир должен работать? Как должны установиться законы небесного дао? Нин Шу обняла книгу. Не важно, как долго этого придётся ждать, главное, что есть шанс. Быть может, потом, когда она будет выполнять задания, она сможет найти какое-нибудь сокровище, которое поможет книге эволюционировать в настоящий мир. Если Непревзойденные Боевые Искусства сформируют мир, то этот мир будет принадлежать ей. Когда она устанет, она сможет посещать этот мир в качестве отпуска. Это будет потрясающе. - Только не зазнавайся. Ещё не ясно, сможешь ли ты сформировать мир? - раздражённо сказал 2333. Нин Шу было всё равно. - Это уже хорошее начало. Если я буду делать всё постепенно, то всё обязательно получится. Нин Шу немного погладила обложку книги, а потом убрала её на полку. Она не удержалась и снова нежно погладила корешок книги. - Буду полагаться на тебя ради моего будущего отпуска. Если у неё будет собственный мир, то у неё будет ещё один способ выхода. Её мысли по-настоящему успокоятся, когда у неё будет место, которое принадлежит ей. Когда её волнение немного успокоилось, Нин Шу растянулась на диване и сказала 2333: - Давай посмотрим на ситуацию после возвращения Чэнь Цзянань. Перед Нин Шу появился экран. Когда Чэнь Цзянань пришла в себя, она лежала на постели. Был рассвет и телефон рядом с постелью завибрировал. Это было текстовое сообщение от Ли Синьцзэ. Ли Синьцзэ ждал Чэнь Цзянань внизу. Чэнь Цзянань прикрыла рот рукой и слёзы потекли по её щекам. Она быстро переоделась и побежала вниз. Чэнь Цзянань с разбегу прыгнула в объятия Ли Синьцзэ, отчего тот вынужден был отступить на пару шагов. - Я скучала по тебе. Я так сильно скучала по тебе... Голос Чэнь Цзянань прерывался от всхлипываний и рыданий, пока она всё крепче обнимала его. Выражение лица Ли Синьцзэ стало на мгновение озадаченным. Наконец, он понял, что девушка, которая сейчас его обнимает — это та самая девушка, которую он знает и любит. Ли Синьцзэ расхохотался, обнял Чэнь Цзянань и стал гладить её по волосам. - Что с тобой случилось? Почему ты так внезапно расплакалась? Голос Ли Синьцзэ дрогнул, когда он осматривал Чэнь Цзянань. Он внимательно осматривал её сантиметр за сантиметром. Чэнь Цзянань вытерла свои слёзы. - Я просто очень сильно по тебе соскучилась. - Это здорово. Ли Синьцзэ взял Чэнь Цзянань за руку и проглотил прежде заготовленные слова о расставании. Ведь это действительно была та девушка, которую он любит. Чэнь Цзянань пристально посмотрела на Ли Синьцзэ. - Как же хорошо видеть тебя таким. Их взгляды встретились, и в них всколыхнулась неописуемое влечение. Ли Синьцзэ опустил голову и поцеловал Чэнь Цзянань. Глядя на целующихся людей на экране, Нин Шу молча набивала полный рот собачьей еды*. Так вот какой правильный способ начать романтические отношения. Парочка, которая не видела друг друга давно, взорвалась невероятной сладостью. Губы Нин Шу подёргивались, пока она смотрела на них. Чэнь Цзянань воспользовалась летними каникулами, чтобы сняться в ещё одном сериале. И хотя, несмотря на наличие такого парня, как Ли Синьцзэ, она не стала главной героиней, она всё равно снялась на четвёртом плане. Чэнь Цзянань постепенно оттачивала свои навыки и у неё стало появляться всё больше возможностей появиться перед публикой. Когда Чэнь Цзянань окончила обучение, Ли Синьцзэ подготовил для неё грандиозную церемонию предложения руки и сердца. Подобный великолепный спектакль, с принцем и предложением мечты, это было буквально всё, о чём любая женщина когда-либо мечтала в своей жизни. Чэнь Цзянань расплакалась от радости, а Ли Синьцзэ надел ей кольцо на безымянный палец. После этого они обнялись и поцеловались. Это было прекрасное и романтическое зрелище. Нин Шу закатила глаза и молча ела собачью еду. Она желала им счастья, и чтобы принц с принцессой жили долго и счастливо. ______________________________________________________________________ Примечание: * Идиоматическое выражение "есть собачий корм" (и различные производные из этого выражения про собачью еду) означает "завидовать проявлению любви других людей", обычно знаменитостей. ---------- Беспрецедентно Великолепная Свадьба Спустя год после выпуска из университета, Чэнь Цзянань вышла замуж за Ли Синьцзэ. Свадебная церемония была крупным событием, на котором присутствовали всевозможные политики, бизнесмены и знаменитости. Это было беспрецедентно великолепное зрелище. От одного только его вида люди падали в обморок, не говоря уже о реакции главной героини события, Чэнь Цзянань. Одной только свадьбы было достаточно, чтобы люди долгое время обсуждали её. Ян Юйхой наблюдал за этой парочкой по телевизору. Двое молодожёнов словно сошли с картины. Изо рта Ян Юйхоя потекла слюна и послышался тихий хрипящий звук. Ян Юйхой не сводил взгляда с телевизора. Эти двое снова были вместе, и их свадьба была даже больше, чем в его прошлой жизни. Тем временем, сам он был даже в худшем состоянии, чем в прошлой жизни. В прошлой жизни, он был просто человеком, работающим на съёмках, поэтому он не имел квалификации присутствовать на свадьбе Чэнь Цзянань. Эта жизнь оказалась гораздо хуже прежней. Он был словно калека, который вообще не может двигаться. Чего ради он был перерождён? Бог просто играл с ним, давая ему шанс на процветание. Ян Юйхой расцвёл и был полон уверенности, но потом все его надежды и чаяния снова потухли. - Возможно ли вообще доучиться до такой степени, чтобы стать калекой? - послышался саркастичный женский голос из другой комнаты. - Вся семья затянула пояс и собрала деньги на учёбу. На эти деньги мы могли бы спокойно есть и пить. Но вы поглядите, во что семья превратилась. Видишь, насколько худыми стали все в семье? Мы потратили так много денег на дурака, а теперь нам ещё и нужно заботиться о нём до конца его жизни. Он ничего не может делать, и лишь зря тратит еду. Когда Ян Юйхой услышал слова невестки, его лицо потемнело. Уголок его рта перекосился, а взгляд наполнился отвращением. Он же выплатил семье больше ста тысяч. Как же они теперь могут презирать его за то, что он ничего не может сделать? Ян Юйхой осмотрел свою комнату. Она была потрёпанной и ветхой. Телевизор был маленьким и картинка на нём была размытой. Слёзы потекли из уголков глаз Ян Юйхоя. Жить таким образом — хуже смерти. Но, когда Ян Юйхой думал о смерти, он боялся ещё больше. Он уже один раз переродился. Если он умрёт, что если он снова переродится и с ним опять случится такое? Если бы Ян Юйхой мог, он бы вернулся в те былые дни. Он бы не стал признаваться в любви Чэнь Цзянань, которая стала для него, словно чума. Он бы не стал проходить мимо того переулка посреди ночи и не стал бы таким. До сих пор Ян Юйхой так и не узнал, кто с ним это сделал. И он даже не знал, кого ненавидеть. Бог был несправедлив. Вот почему его перерождение было таким жалким. Когда он увидел, что Ли Синьцзэ и Чэнь Цзянань завязали узелок, Ян Юйхой почувствовал, словно мир свалил на него все трагедии мира. После свадьбы, Чэнь Цзянань и Ли Синьцэ отправились в свой медовый месяц для настоящих влюблённых. После свадьбы Чэнь Цзянань хотела продолжить сниматься в кино, но Ли Синьцзэ обнял её сзади и нежно сказал: - Тебе лишь нужно быть хорошей миссис Ли. Я не хочу, чтобы ты испытывала какие-либо трудности в жизни. Чэнь Цзянань сладко кивнула и стала наводить порядок во всём в доме. Она занималась выбором мебели и составлением цветочных композиций. Она сделала их дом настолько тёплым и уютным, насколько это было возможно. Ли Синьцзэ всегда говорил, что такая жена, как Цзянань, досталась ему в качестве благословения за три жизни молитв. Чэнь Цзянань очень мило улыбалась. Когда она выходила из дома, её всегда называли миссис Ли. Казалось, лишь немногие знали, как на самом деле зовут Чэнь Цзянань. Компания семьи Ли становилась всё крупнее и крупнее, а Ли Синьцзэ становился всё более и более занятым на работе. По сути, он вообще не ходил домой. А Чэнь Цзянань стояла у двери, ожидая его. Она часто спала на диване до раннего утра, а когда просыпалась, Ли Синьцзэ всё ещё не возвращался. В развлекательных газетах и журналах было множество историй про магната сферы развлечений, Ли Синьцзэ. То он привёл одну актрису на званый вечер, то он привёл другую актрису в отель. Некоторые из них были правдой, а некоторые — лишь сплетнями СМИ. Чэнь Цзянань почувствовала усталость и не удержалась от того, чтобы спросить у Ли Синьцзэ, правда ли всё это, и действительно ли у него роман с актрисой? Ли Синьцзэ неистово всё отрицал и говорил, что он просто делает это по работе. ---------- Не Хотела, Чтобы Её Счастье Развеялось Ли Синьцзэ сказал Чэнь Цзянань, что ей не надо слишком много об этом думать. Чэнь Цзянань не знала, стоит доверять Ли Синьцзэ, или нет. Индустрия развлечений — сложная штука. Так что, может быть, какие-нибудь актрисы, которые хотят взобраться по карьерной лестнице через Ли Синьцзэ, действительно специально распускали такие слухи. Чэнь Цзянань любила Ли Синьцзэ. Более того, их с Ли Синьцзэ свадьба была такой сенсационной, такой потрясающей. Её счастью завидовали многие женщины. Чэнь Цзянань не хотела, чтобы её счастье развеялось так просто, и поэтому она собрала свою волю в кулак, чтобы выглядеть очень счастливой. До тех пор, пока Фан Мэнхань не позвонила ей с провокацией, говоря, что они с Ли Синьцзэ в отеле. Название отеля говорило само за себя. Когда Чэнь Цзянань примчалась туда, Фан Мэнхань и Ли Синьцзэ уже переплелись на постели. Репортёр, который последовал за Чэнь Цзянань, заполучил крупную сенсацию. После того, как Чэнь Цзянань была сфотографирована репортёром, она отреагировала и захлопнула дверь, изолируя его снаружи. Фан Мэнхань прикрылась одеялом и улыбалась высокомерно и провокационно. Ли Синьцзэ потёр свой лоб и нежно сказал: - Цзянань. - Почему? - спросила Чэнь Цзянань. Ли Синьцзэ не ответил. - Ты всего лишь безработная старая домохозяйка, - сказала Фан Мэнхань и усмехнулась. Чэнь Цзянань тут же сдёрнула одеяло с Фан Мэнхань. Фан Мэнхань начала поспешно прикрывать своё тело руками. Затем Чэнь Цзянань схватила Фан Мэнхань за волосы, и они начали драться. Они обе оцарапали друг другу лица, но продолжили драку, словно у них была вражда не на жизнь, а на смерть. - Ну хватит уже. Вы только посмотрите, до чего себя довели! Чэнь Цзянань, не дерись. Ли Синьцзэ разнял их. Чэнь Цзянань посмотрела на Ли Синьцзэ. Она лишь чувствовала, что этот мужчина стал ей незнакомцем, что любовь, которая была между ними, в какой-то момент исчезла. - Она украла моего мужа. Конечно же, я хочу её задушить, - в слезах сказала Чэнь Цзянань. - Если ты будешь вести себя как истеричка и устраивать скандал, то разводись. Я даже думать не хочу о том, какие завтра будут заголовки, - раздражённо сказал Ли Синьцзэ, потирая лоб. Нин Шу: … Нин Шу действительно не ожидала такого поворота событий. Эта пара поддерживала друг друга в такие трудные времена, но, неожиданно, во времена мира и покоя, два сердца постепенно отдалились друг от друга. Ли Синьцзэ был успешным мужчиной. В индустрии развлечений он был окружён красивыми женщинами, и все эти женщины активно вешались на него. Соблазн был слишком велик, чтобы устоять. Всё зависит от индивидуальной воли человека, сможет он остаться верным себе, или нет. Свадьба — это действительно могила для любви. Брачная жизнь принцессы и принца может оказаться не такой счастливой. Принц будет искать новых женщин, а принцесса станет усталой и обиженной женщиной. Чэнь Цзянань отдала всю свою духовную энергию, чтобы изменить жизнь. Она не ожидала, что у них с Ли Синьцзэ всё закончится вот так. На следующий день весь мир узнал новости о Чэнь Цзянань и Ли Синьцзэ. Что та сенсационная свадьба столетия оказалась теперь шуткой. Фан Мэнхань даже написала на Weibo, что у неё и Ли Синьцзэ истинная любовь, и что они любили друг друга с тех пор, как были студентами, а Чэнь Цзянань была третьей лишней. Чэнь Цзянань так разозлилась, что её голова готова была взорваться. Она тут же выложила несколько видео о том, как Фан Мэнхань обманом вытягивает деньги из Ян Юйхоя. Общественное мнение тут же сменило направление и Фан Мэнхань мгновенно стала сучкой зелёного чая. Её даже вызвали в полицию. Это всё были прошлые события. Фан Мэнхань не знала, откуда у Чэнь Цзянань эти видео, но она знала, что с ней покончено. Чэнь Цзянань безоговорочно победила в этой битве, но, когда она посмотрела на безразличное лицо Ли Синьцзэ, её сердце постепенно охладело. ---------- Когда-то Она Была Прекрасной Игра в поимку его с другими женщинами становилась всё интенсивнее и интенсивнее. В итоге, первым из игры вышел Ли Синьцэ. Всё же, он был главным персонажем, поэтому это выглядело не очень приятно. Ли Синьцэ стал приходить домой всё реже и реже, а их брак теперь существовал только официально. Перед СМИ, Чэнь Цзянань всё ещё находила оправдания от лица Ли Синьцзэ, чтобы весь мир верил, что у них очень хорошие отношения. Чэнь Цзянань проглотила всю горечь и обиду. Она рыдала ночами напролёт, словно полная обиды женщина. Однажды Чэнь Цзянань взглянула на себя в зеркало. Когда-то она была прекрасной, но теперь на её лице поселились уныние и обида. Уголки её рта было слишком трудно поднять. Неужели вот так она собирается впустую потратить свою жизнь? В браке со взаимной обидой? Сражаясь с бесконечным количеством женщин? Это было слишком утомительно! Промучавшись таким образом несколько ночей, Чэнь Цзянань взяла себя в руки и слабо улыбнулась, протягивая Ли Синьцзэ бумаги на развод. Ли Синьцзэ глянул лишь один раз на них, после чего подписал. При виде того, что он так просто подписал их, сердце Чэнь Цзянань сжалось от боли. Ли Синьцзэ посмотрел на Чэнь Цзянань и спросил: - Чего ты хочешь? Я могу тебе компенсировать. Чэнь Цзянань покачала головой и сказала, что ей ничего не нужно. После этого Чэнь Цзянань ушла с чемоданом, купила билет и в тот же день покинула страну. В другой стране Чэнь Цзянань жила в маленькой комнатушке. Каждый день она просыпалась на рассвете, ела бутерброд и отправлялась на поиски ролей в Голливуде. Когда в фильме требовалось китайское лицо, какой бы крупной или мелкой ни была роль, Чэнь Цзянань бралась на неё. У неё по всему телу были отметины от проводов со съёмок, но только через усердный труд она могла перестать чувствовать жалость к себе из-за неудачного брака. Постепенно, Чэнь Цзянань стала получать всё больше и больше ролей. Различные трудности, через которые она прошла, сделали её лишь более яркой. Она была неописуемо прекрасной, когда отбрасывала волосы перед камерой. Даже когда её лицо было всё в пыли, а сама она стреляла из оружия, она всё равно была такой же прекрасной. Это была красота, которая потрясала зрителей до глубины души, и это была не просто внешняя красота. Когда проходит какое-то время, то боли уже не чувствуешь. Люди становятся достаточно взрослыми, чтобы забыть о боли и жить ради себя. Не нужно гадать, куда сегодня пошёл её муж. Она больше не мучилась от сплетен в журналах. Чэнь Цянань пришла на премию Оскар в платье, которое подчёркивало её восхитительную фигуру, и на красной дорожке встретила Ли Синьзэ, которого за руку держала какая-то актриса. Когда взгляды бывших супругов встретились, Чэнь Цзянань не моргнула и не отвела взгляда. - Как поживаешь? - Я в порядке. Чэнь Цзянань была спокойной. Её жизнь стала более восхитительной без Ли Синьцзэ. Выйдя на сцену, Чэнь Цзянань взяла свой трофей. Она улыбалась ярко и прекрасно. Ли Синьцзэ посмотрел на Чэнь Цзянань. Нынешняя Чэнь Цзянань была так прекрасна, что его сердце дрогнуло. Она была чарующе прекрасна. Ли Синьцзэ остался в этой стране и переехал по соседству с Чэнь Цзянанью. Он использовал любые средства, пытаясь найти способ поговорить с ней. Он даже стал бегать по утрам перед домом Чэнь Цзянань, в надежде встретить её на пробежке. Чэнь Цзянань лишь безразлично смотрела на то, как Ли Синьцзэ проявляет свои знаки внимания. Самый худший способ добиться сердца мужчины — это быть послушной и покорной. Хороший способ — это быть неуловимой и двусмысленной. Лучший способ — быть вне досягаемости. Мужчины просто настолько непритязательны. Если дать Ли Синьцзэ пить воду для мытья ног Чэнь Цзянань, Ли Синьцзэ, вероятно, с радостью её выпьет. В этой жизни Чэнь Цзянань не собиралась снова выходить замуж за Ли Синьцзэ. Люди, которые не знают, как уважать, и бояться потерять то, что у них есть, никогда не будут ценить то, что у них есть. ---------- Вот Это Приключение Внимание Ли Синьцзэ ничуть не беспокоило Чэнь Цзянань. Слишком много хороших мужчин уже делали ей предложения, но Чэнь Цзянань уже была из тех, кто не станет легко доверять себя другим и позволять им контролировать её собственную судьбу. Влюблённость Ли Синьцзэ не имела никакого эффекта на Чэнь Цзянань. Ей не было до этого дела. Нин Шу: … Очередной гром среди ясного неба. Вот это приключение вышло. Женщина должна быть сильной, уважать и любить себя. Только тогда другие её тоже полюбят. Женщины должны устраивать свою собственную карьеру, так как только с ней, они смогут иметь независимый характер и достоинство. А мужчины — это такие люди, на которых никогда нельзя возлагать все свои надежды. Любовь — это нечто вроде химической реакции. После того, как изначальная химия заканчивается, любовь, естественно, тоже растворяется. Разве можно глубоко и неутомимо любить человека день за днём? Нин Шу причмокнула губами. Хоть эта парочка настоящих влюблённых и разошлась, но жизнь Чэнь Цзянань всё равно считается успешной контратакой. Успех женщины не обязательно зависит от выхода замуж за хорошего человека. Есть и другие формы успеха. Всё же, существуют ли вообще хорошие мужчины? Нин Шу выключила экран. Она чувствовала себя так, словно она только что посмотрела душераздирающую историю любви, нет, путь становления женщины. Если бы Нин Шу могла выбирать, то она бы предпочла жить, как более поздняя Чэнь Цзянань, чья душа была свободной. Брак между Чэнь Цзянань и Ли Синьцзэ с самого начала стал неправильным, с того момента, как Чэнь Цзянань согласилась перестать работать и стала домохозяйкой, зависимой от Ли Синьцзэ. Нин Шу протяжно вздохнула и потянулась. Когда она стала доставать книгу с полки, она услышала, как 2333 сказал: - Кто-то прислал тебе сообщение. Нин Шу подняла брови и открыла систему чата. Ей пришло сообщение от номера 696, которую она в прошлый раз повстречала в сборном пространстве. "Есть специальное задание на восстановление разрушающегося мира, хочешь пойти?" Нин Шу написала в ответ: "Я же получатель среднего уровня, разве я могу тоже пойти на такое задание?" Послышался "динь-дон" и ей пришло очередное сообщение: "Да, ты тоже можешь. Приходи в торговый центр в сборном пространстве, чтобы узнать подробности. Награда очень щедрая. За успешное восстановление мира дают много очков заслуг." Нин Шу задумалась на некоторое время. Она всегда сражалась в одиночку. Было бы неплохо пойти и познакомиться с другими людьми. Теперь, когда у неё уже есть 10 миллионов очков, заработав ещё 10 миллионов очков, она сможет подняться до получателя заданий продвинутого уровня. Она сможет перейти в более продвинутые миры, чтобы собирать ресурсы, которые позволят её книге вырасти в настоящий мир. Она может поспрашивать у других то, чего не знает сама. Каждый раз, как она ходила спрашивать у сереброволосого мужчины, он обдирал её, как липку. Нин Шу спросила у 2333: - Чем опасен разрушающийся мир? - Ты хочешь пойти на такое задание? - голос 2333 прозвучал несколько скептически. - Подобные миры очень опасны. Сюжеты очень запутаны. Хоть ты и получаешь сюжет, но то, что на самом деле произойдёт в мире, может оказаться совсем не таким, каким было в сюжете, который ты получила. Нин Шу: … И всё же, Нин Шу решила попробовать. Она купила на системном рынке постные пилюли, воду и некоторые базовые лекарства, включая пилюлю противоядия. Подумав о том, что это групповое задание, Нин Шу удвоила количество постных пилюль и воды. Сделав глубокий вдох, Нин Шу сказала 2333: - Идём в сборное пространство. Если честно, Нин Шу всё ещё нервничала в глубине души от того, что ей нужно будет выполнять задание с другими получателями заданий. После некоторого ощущения невесомости, Нин Шу уже оказалась на тротуарной плитке. - А где торговый центр? Нин Шу хотела спросить у кого-нибудь. - Разве ты не купила отслеживающую систему? Неужели ты просто так отдала пять очков заслуг? - спросил 2333. Точно. Она забыла об отслеживающей системе. В голове Нин Шу появилась маленькая красная точка с инструкциями, как туда добраться. Нин Шу без проблем добралась до входа в торговый центр. Этот торговый центр был очень большим. Здание было величественным и внушительным, оно излучало мощное давление, от которого у людей перехватывало дыхание. В торговый центр входили и из него выходили люди. У некоторых были простые души, у других — плотные, с тяжёлой аурой. С первого же взгляда было понятно, что они — сильные люди. ---------- Задание в Мире Продвинутого Уровня В торговом центре люди тоже продавали вещи, но все они были редкими. Это были вещи, которые Нин Шу видела только в книгах. Нин Шу осознала, что у неё на руках нет ничего хорошего. Ничего такого, что она могла бы сравнить с тем, что есть у этих людей. Ну, у неё есть духовная жемчужина. Духовная жемчужина была очень полезной, поэтому Нин Шу не намеревалась продавать её. - 2333, сюда. Мэй Цзыцин, которая стояла, прислонившись к колонне, помахала рукой Нин Шу. Нин Шу опустила голову и притворилась, что не видит её. - 2333. Нин Шу:→_→ Как же я ненавижу этот номер. Нин Шу медленно подошла к Мэй Цзыцин. - Идём наверх. Мэй Цзыцин пошла впереди, а Нин Шу последовала за ней. - В этот раз задание в мире продвинутого уровня, который эволюционирует в мир ультра-уровня. Его законы находятся в хаосе, - сказала Мэй Цзыцин, обернувшись к Нин Шу. - На этом задании будет ещё несколько человек. Когда люди будут спрашивать, как тебя зовут, просто говори свой номер. Например, мой номер 696. Нин Шу кивнула с удручённым выражением лица. Её номер?!! Мэй Цзыцин открыла дверь в комнату и, как только она это сделала, послышались звуки спора, идущие изнутри. - Разве ты не пришла сюда только ради него? Это же просто задание на восстановление, но ты всё равно примчалась сюда, как только узнала, что он придёт, - с насмешкой сказал мужчина. Его внешность ничем не выделялась. А насмешка на его лице явно была направлена на женщину, сидящую напротив него. Эта женщина была крайне красивой. Каждое её движение обладало аурой великолепия, её глаза были ошеломительными, и она была одета в изысканное платье древней эпохи с длинными рукавами. Её волосы были немного зачёсаны назад, и на ней не было никаких драгоценностей, отчего она выглядела божественной и прекрасной. Словно никакие ювелирные изделия не сравнятся с ней. Нин Шу уставилась на неё так пристально, что у неё глаза собрались в кучу. Красивая, она была такая красивая. Вот только сейчас она была в ярости, поэтому её аура была очень внушительной. Она холодно сказала мужчине, который говорил до этого: - Что ты имеешь в виду? У нас же был всего лишь небольшой конфликт на задании, как долго ты собираешься обижаться? - Ха-ха... - лицу мужчины было полно презрения. - Я не разговариваю со шлюхами. - Что ты сказал? Тебе лучше следить за словами! Я — получатель заданий ультра-уровня, а ты — всего лишь мелкий получатель заданий продвинутого уровня, - сказала женщина, нахмурив брови. Даже в гневе она выглядела прекрасно. - Ладно, ультра-шлюха, которая обманом лишает людей их сердец и жизней, - сухо промолвил мужчина, ничуть не испугавшись. - Ты... - Ладно, ладно. Хватит уже, - сказал некто, сидящий рядом с ними. Нин Шу:→_→ Как так вышло, что они увидели такую яростную сцену, едва только вошли? Похоже, что между этими двумя людьми немало обид. Мэй Цзыцин провела Нин Шу внутрь, и четыре находящихся в комнате человека посмотрели на Нин Шу и Мэй Цзыцин. Осмотрев комнату, взгляд Нин Шу остановился на одном мужчине, и ей тут же захотелось развернуться и уйти. Твою мать, что здесь делает Чжан Цзясэнь? Когда Чжан Цзясэнь увидел Нин Шу, он улыбнулся ей. - Какое совпадение. При виде небрежной улыбки Чжан Цзясэня, Нин Шу очень хотелось сказать, что она вообще не хочет общаться с Чжан Цзясэнем. - А вы, ребята, знаете друг друга? - спросила Мэй Цзыцин. Нин Шу покачала головой. - Нет. - Да. Нин Шу закатила глаза. ---------- Классный Номер - Позвольте мне вас познакомить. Люди, собравшиеся в этой комнате — это получатели заданий для этого задания. Это — 496, получатель заданий ультра-уровня. Взгляд Мэй Цзыцин переместился на женщину в древних одеждах. - Привет. 496 лишь слегка кивнула. Мэй Цзыцин представила Нин Шу. - Это — 2333, получатель заданий среднего уровня. - Пффф, 2333, - мужчина, который недавно спорил с 496, не удержался от смеха. - Классный номер. Губы Нин Шу дрогнули. - Спасибо. Если бы не тот факт, что я не могу тебя побить, я бы тебя уже побила! Мэй Цзыцин представила всех присутствующих в комнате одного за другим и, наконец, представила Чжан Цзясэня: - Это — получатель заданий начального уровня, 6457. Чжан Цзясэнь улыбнулся и сказал: - Привет. - Привет, - безразлично ответила Нин Шу. Так значит, Чжан Цзясэнь всё ещё получатель заданий начального уровня. Нин Шу села рядом с Мэй Цзыцин. В комнате стало тихо и никто ничего не говорил, поэтому Нин Шу тоже держала рот закрытым и ничего не говорила. Она почувствовала, что кто-то смотрит на неё. Повернув голову, она увидела, что это был Чжан Цзясэнь, который даже подмигнул ей. Нин Шу равнодушно отвернулась, игнорируя Чжан Цзясэня, и тихо спросила у Мэй Цзыцин, сидящей рядом: - Почему на этом задании допускаются как получатели заданий ультра-уровня, так и получатели заданий начального уровня? - Вообще-то, роли распределяются по-разному. Например, если 496 заходит, то она надевает личину главного персонажа, а мы все — второстепенные персонажи. Разные уровни назначаются соответственно на разные роли второстепенных персонажей. Нин Шу кивнула. Люди вроде неё, вероятно, будут иметь незначительную роль. - Мы всё ещё кого-то ждём? Атмосфера в комнате была немного гнетущей. Все молчали. Как им работать вместе при таком раскладе? - Ага, мы ждём ещё одного, - сказала Мэй Цзыцин. Послышался щелчок, когда дверная ручка немного повернулась. Женщина получатель заданий ультра-уровня встала первой и напряжённо уставилась на дверь. Остальные последовали её примеру и, когда Нин Шу увидела, что они все встали, она тоже поспешила последовать их примеру. Дверь медленно открылась, и в дверном проёме оказался мужчина, одетый в чёрное. Его ноги были такими длинными, что дверь казалась маленькой. Уголки его ветровки слегка трепетали. Нин Шу: … Я... Я не хочу выполнять это задание. Ей было достаточно Чжан Цзясэня, но откуда тут ещё и извращённый дядя школьный доктор? Дядя обвёл взглядом комнату и, наконец, остановился на 496, получателе заданий ультра-уровня. - Ты не соответствуешь условиям для этого задания. Тебе не нужно идти. - Я смогу. Этот мир скоро эволюционирует в мир ультра-уровня. На самом деле, он уже ультра-уровня, вот только он ещё нестабилен, - поспешно сказала 496, и её выражение лица было взволнованным. - Позвольте мне пойти. - Ты, подойди сюда и вытри стул, - дядя посмотрел на Нин Шу и указал на стул, который был рядом с ним. - Начисто вытри. Нин Шу: … А сам вытереть не можешь, что ли? Несколько человек в комнате посмотрели на Нин Шу, а Мэй Цзыцин, которая стояла рядом, быстро ткнула Нин Шу локтем: - Скорее вытри стул. И убедись, что он чистый. Чувствуя пытливые взгляды людей, собравшихся в комнате, Нин Шу захотелось провалиться под землю. Нин Шу зажала рукав и неистово вытерла стул, после чего встала в стороне, не изменившись в лице. Только тогда дядя сел и безразлично сказал: - Это задание очень опасное. Это бесконечный цикл смерти и реинкарнации, так что вы можете умереть несколько раз подряд. Вы можете уйти сейчас, если не хотите браться за это задание. Когда Нин Шу услышала о бесконечном цикле смерти и реинкарнации, она подумала о том, что у неё не так уж много защитных амулетов. Она уже хотела поднять руку, чтобы заговорить, когда Чжан Цзясэнь заговорил: - Давайте пойдём все вместе. Нин Шу: Иди нахуй. Я тебя вообще не знаю, ясно?! Дядя школьный доктор равнодушно посмотрел на Нин Шу: - Ты не идёшь? Нин Шу уже собралась кивнуть, когда Мэй Цзыцин ткнула её локтем. Нин Шу повернула голову, чтобы посмотреть на Мэй Цзыцин, которая начала мотать головой. Нин Шу: … Блин, она не могла просто словами сказать? Нин Шу опустила руку и спокойно сказала: - У меня просто рука немного затекла. Мэй Цзыцин вздохнула с облегчением, отчего Нин Шу нахмурилась. Что тут происходит? ---------- Лучше Думайте о Себе Получательница заданий ультра-уровня продолжала смотреть на Нин Шу. Она нахмурилась и сказала Нин Шу: - Не хочешь идти? Если не хочешь идти, то скажи сразу, пока не поздно, чтобы мы могли найти кого-то ещё. А это вообще возможно? Нин Шу только хотела заговорить, но Мэй Цзыцин снова ткнула её локтем, после чего Нин Шу тут же сказала: - Я хочу идти. - Не вынуждай себя, если не хочешь идти, - сказала получатель заданий ультра-уровня. Её голос был чарующим. Даже Нин Шу, слушая её, чувствовала, как трепещет её сердце. Словно красотка сошла прямо с картины. Её поза была естественной, её аура была чарующей, а каждая её черта лица была словно идеальным мазком кисти. Только лишь глядя на такую красотку, в сердцах людей появлялся покой. Всё же, всем нравится смотреть на красивые вещи. - Я думаю, что она вполне подходит. Тебе стоит пойти с нами, - сказал мужчина, который спорил с получательницей заданий ультра-уровня. Он специально сделал это, чтобы спровоцировать получательницу заданий ультра-уровня. Нин Шу увидела, что люди в комнате смотрят на неё. Она уже оседлала тигра, если она сейчас действительно уйдёт, то потом, когда снова встретится с этими людьми, ей будет неловко. Особенно общаться с Мэй Цзыцин, которая её привела. Нин Шу покачала головой. - Я не говорю, что не хочу. Я просто боюсь, что недостаточно умелая и буду тащить всех вниз. Дядя поправил свои очки в золотой оправе. - Те, кто недостаточно умелые - сами заслуживают того, чтобы быть уничтоженными. Лучше думайте о себе, все остальные - это не ваше дело. Нин Шу: →_→ Что он имел ввиду? Разве смысл сбора группы не в том, чтобы помогать друг другу? Ах, как же ей не хотелось идти. - Отправляйтесь на задание. Дядя исчез первым, и напряжённая атмосфера в комнате немного развеялась. Нин Шу вытерла холодный пот и шёпотом спросила у Мэй Цзыцин: - Кто это вообще? - Говорят, что он из самого первого поколения получателей заданий, он существовал с тех пор, как миры только сформировались, - Мэй Цзыцин постучала себя по сердцу и добавила. - У него есть право решать жизнь и смерть обычных получателей заданий. Проклятье, так дядя даже старше, чем она думала! Получательница заданий ультра-уровня исчезла вскоре после того, как дядя ушёл, очевидно отправившись на задание. Люди в комнате исчезали один за другим, и Мэй Цзыцин сказала: - Ты тоже поскорее начинай задание. Мэй Цзыцин исчезла. В комнате остались только Нин Шу и Чжан Цзясэнь. Чжан Цзясэнь спросил: - Ты меня сильно ненавидишь? - Да. Нин Шу кивнула и мысленно сказала 2333: - Начинаем задание. Нин Шу исчезла из комнаты. Чжан Цзясэнь поджал губы, после чего тоже исчез. Комната, которая недавно была относительно многолюдной, теперь стала пустой. Нин Шу почувствовала, как входит в тело, но долгое время она никак не могла слиться с телом. Это было впервые, когда Нин Шу столкнулась с такой ситуацией. С трудом втиснувшись в тело, Нин Шу открыла глаза и увидела потолок в пятнах и следах сырости. Нин Шу огляделась по сторонам, и увидела, что рядом на кроватях крепко спят девушки. Нин Шу невольно закуталась в одеяло. Она почувствовала проникающий до костей холод, когда услышала завывания морозного ветра за окном. Нин Шу дрожала от холода. Она с силой шмыгнула носом и начала принимать сюжет. Это тело принадлежало Тан Шиминь, студентке второго курса, члену клуба традиционной живописи. Во время зимних каникул больше тридцати человек из клуба традиционной живописи собрались вместе, чтобы отправиться в отдалённую горную деревню на поиски живописных мест. В итоге, все эти тридцать студентов умерли самым странным образом. Каждый из них был убит, и никто не знал, кем был убийца. ---------- Бесконечная Петля Игр Смерти Похоже, что все они оказались в ловушке. После того, как они умирали, весь сценарий повторялся снова. Каждый раз, когда они умирали, это было иначе, чем в прошлый раз. Но убийцу так никто и не смог найти. Никто не знал, кто же убийца, и поэтому все снова умирали. Они застряли в бесконечном цикле, без возможности выбраться. Это был словно фильм, который прокручивался снова и снова. Вот только содержимое каждый раз менялось. В этот раз задание было в том, чтобы прекратить эту бесконечную петлю игр смерти. Нин Шу шмыгнула носом и задумалась о том, кто может быть убийцей. Первым подозреваемым был президент клуба традиционной живописи. Кто бы стал выбирать день с такой морозной погодой, когда всё покрыто снегом, чтобы собирать культурный материал? Да ещё и выбирать такое удалённое место? Пока Нин Шу думала об этом, спящая рядом девушка прошептала в сторону Нин Шу: - Ты получатель заданий? - Да, - тут же ответила Нин Шу. - 696, - сказала Мэй Цзыцин. - 2333. Мэй Цзыцин улыбнулась Нин Шу. - Мы с тобой действительно связаны судьбой. Нин Шу спросила у Мэй Цзыцин: - Ты уже приняла сюжет? Если мы не сможем выполнить задание, то тоже застрянем тут в бесконечной петле? - Ну, это вполне возможно. Мэй Цзыцин невольно потёрла свой лоб. Нин Шу уже сталкивалась с подобной ситуацией. Это было жёстко. Главная героиня Му Янмэн* была в такой ситуации. Она перерождалась снова и снова. Это происходило три раза. Но тут всё происходило в крестьянском домике. Все непрерывно проходили через петлю одинаковых событий. - Это так опасно. В глубине души Нин Шу была немного напугана. В том задании с Му Янмэн, она чуть не стала заменой в перерождениях Му Янмэн. Мэй Цзыцин вздохнула и прошептала: - Другого пути нет. Я уже надолго застряла в качестве получателя заданий продвинутого уровня. А за это задание дают много очков заслуг. Нин Шу почувствовала горечь. Если бы она знала, что тут так опасно, она бы не пришла. Она ведь всего лишь получатель заданий среднего уровня. Она думала, что выполнять задание в группе будет проще. Она не думала, что всё будет вот так. В дверь постучали и послышался мужской голос. - Вставайте, пора завтракать. Нин Шу невольно ещё сильнее закуталась в одеяло. Вставать было так холодно. - 2333, вставай. Не оставайся одна, - сказала Мэй Цзыцин, обращаясь к Нин Шу, поле чего стала будить других студенток. Каждый раз, как Нин Шу слышала имя 2333, она чувствовала себя такой беспомощной. Словно они каждый раз звали систему-сама, который был в её голове. - В этом теле меня зовут Тан Шиминь. - А моё имя Ли Юань. Нин Шу толкнула спящую рядом с ней девушку. Затем она села, взяла флисовую жилетку и пуховик и стала надевать их. Нин Шу оделась, но девушка, которая была рядом с ней, так и не пошевелилась. Она даже не издала ни звука и не отвечала ей. У Нин Шу внезапно возникло дурное предчувствие. Когда она медленно протянула руку к телу девушки и перевернула её, перед ней предстал один широко распахнутый глаз с расширенным зрачком. Этот глаз словно пытался вылезти из орбиты. Во второй глаз была воткнута кисточка, наполовину погружённая в глазное яблоко. Из раны вытекала красная кровь, смешиваясь с серовато-белой субстанцией, давая понять, что девушка мертва уже какое-то время. - Ох... Сердце Нин Шу резко подпрыгнуло. Она накрыла рукой рот и уставилась на девушку широко распахнутыми глазами. Это означало, что она долгое время лежала рядом с трупом? Едва она только пришла в этот мир, её уже настиг такой шок. Остальные девушки в комнате тоже увидели пугающую картину и все закричали от такого ужасающего зрелища. Мэй Цзыцин сильно нахмурилась, проверяя состояние тела. Нин Шу тоже протянула руку, чтобы проверить состояние трупа. Кожа была ещё мягкой, вероятно, тепло сохранилось благодаря одеялу. Труп ещё не закоченел, но девушка несомненно была мертва. ______________________________________________________________________ Примечание: * Пятая арка, с семью братьями Калабаш. ---------- Пань Чэнь Нин Шу и Мэй Цзыцин были единственными спокойными в комнате. Остальные девушки обнимались. Они были жутко перепуганы. Нин Шу достала блокнот и ручку из сумочки, которая стояла возле её кровати. Она записала состояние умершей, имя и симптомы смерти. Затем она начала искать любые подсказки. Нин Шу внимательно всё осмотрела. Она увидела имя, выгравированное на кисточке, "Пань Чэнь". Это был парень из клуба традиционной живописи. Неужели, он вошёл в комнату девушек? Как он пробрался сюда? Дверь была закрыта и снаружи её никак не открыть. Или у него была сообщница в комнате? Кисточка была воткнута в глаз погибшей. Как так вышло, что она не сопротивлялась? Постельное бельё не было разбросано в беспорядке. Хотя это не исключает того факта, что кто-то потом навёл порядок. И всё же, не было никаких звуков. Шесть девушек, спящих в комнате, не услышали ни звука. Неужели, они так крепко спали? Нин Шу принюхалась. Возможно ли, что в воздухе было какое-то усыпляющее средство? Или, возможно, их всех опоили. Мэй Цзыцин покачала головой, глядя на Нин Шу. Бам, Бам, Бам. Со стороны двери донёсся громкий стук. - Что происходит? Откройте дверь. Из-за двери раздавался шум голосов. Мэй Цзыцин собралась было открыть дверь, когда Нин Шу торопливо сказала: - Подожди минутку, я ещё не надела штаны. Она надела штаны. Мэй Цзыцин открыла дверь, и в комнату ввалилась толпа молодых студентов. Когда они увидели девушку, убитую кисточкой, все они побледнели от страха, а девушки закричали. Вперёд вышел парень с красивым лицом. При виде такой ситуации, хоть он и был напуган, но был гораздо более спокоен, чем остальные. Это был президент клуба, Фань Цзюньян. Он и предложил приехать сюда собирать культурные материалы. - М-мертвец, тут мертвец... - Боже мой. Больше тридцати человек собрались в одной комнате, однако рядом с кроватью мёртвой девушки было большое пустое пространство. Никто не смел приближаться к убитой. - Советник пришёл. Вошёл дядя в чёрной ветровке, подошёл к трупу. Он надел медицинские перчатки и вытащил кисть из глаза. Когда он вытянул её, некоторая часть крови брызнула на Нин Шу, которая стояла рядом с трупом. Нин Шу: … Дядя осмотрел кисть. Увидев имя Пань Чэня, он прямо спросил: - Кто Пань Чэнь? - Я-я... - запинаясь ответил бедный и хрупкий на вид парнишка. - Я никого не убивал. Дядя школьный доктор потеребил кончик кисти, и нашёл в пучке волос иглу. Дядя слегка прищурился, изучая иглу. Нин Шу записала эту находку в блокнот. Это была обычная игла для вышивания. Она была вставлена в кисточку, чтобы смерть человека наступила быстрее. Дядя глянул на блокнот Нин Шу и ничего не сказал. - Я правда никого не убивал. Это не я, - Пань Чэнь начал торопливо мотать головой. - Инструменты для рисования мог взять кто угодно. Они все лежат вместе. Просто кто-то взял мою кисточку. Лицо Пань Чэня раскраснелось, пока он продолжал оправдываться. Он даже не смел смотреть на труп, лежащий на постели. Дядя просто сказал: - Отнесите тело вниз. Как только студенты услышали, что им нужно перенести труп, все так испугались, что тут же поспешно убежали из комнаты. - Перенеси её, - сказал дядя Нин Шу, которая тоже приготовилась убегать. Нин Шу: →_→ - Я же девушка, я не смогу её перенести, - сказала Нин Шу. Дядя снял свои окровавленные перчатки и выбросил их в окно. После этого он развернулся и вышел из комнаты. Нин Шу: … Почему все шишки достаются ей? ---------- Подожди, Пока Я Её Вскрою Нин Шу с трудом отнесла труп вниз. Носить мёртвого человека — это очень жутко. Нин Шу в какой-то мере переоценила себя. Она ещё не культивировала в этом теле Непревзойдённые Боевые Искусства, так что в нём почти не было силы. К тому времени, как она вынесла тело во двор, Нин Шу уже так выдохлась, что ловила ртом воздух. Снег, лежащий на земле, доходил до икр, а с неба непрерывно падал снег. Они не могли никуда уйти, и никто не мог сюда приехать в такую погоду. Зачем дразнить смерть подобным образом? Это же действительно было дело из разряда "ничего не делай и не умрёшь". Нин Шу оттащила труп к подножию стены двора. На девушке была толстая хлопковая пижама. Одна глазница была тёмной из-за проколотого глаза, а другой глаз был широко распахнут. Это было ужасающее зрелище. Нин Шу подумала о том, чтобы расстегнуть её одежду и проверить, есть ли какие-нибудь ещё раны на её теле. - Ты что, свинья? - послышался позади неё голос дяди. - Я же просто сказал тебе отнести её вниз, а не выносить её во двор. Такой сильный снегопад тут же заметёт её тело. По крайней мере, подожди, пока я её вскрою. А потом уже выбрасывай. Нин Шу: … Нин Шу почувствовал себя такой беспомощной. Это явно его вина. Он же не объяснил ей толком, ясно? Нин Шу снова взвалила труп себе на плечи и отнесла его в главный зал. Зал был очень простым. Один стол, сколоченный из нескольких досок, и четыре лавочки. Многим не хватало места, поэтому им приходилось лишь стоять. При виде Нин Шу, снова вносящей тело, они все заголосили: - Не оставляй её тут, нам страшно. Многие девушки были так напуганы, что они заплакали. Нин Шу уже не могла даже выпрямиться. Она спустила больше пятидесяти килограммов по лестнице, потом оттащила их во двор, после чего снова в зал. Она так устала. - Советник, что же нам делать? Может, позвонить в полицию? - спросил у дяди Фань Цзюньян. Его лицо было бледным, а зрачки дёргались. Было очевидно, что он держался с трудом. - Сейчас все горы закрыты из-за снегопада. Даже полиция не сможет проехать. Сигнал тут тоже плохой, так что телефон может даже не дозвониться, - сказала одна красивая девушка, после чего посмотрела на дядю. - Советник, что же нам делать? Дядя поправил свои очки. - Что такое? Если ты хочешь кушать, неужели тебе нужен я, чтобы кормить тебя с ложечки? Лицо девушки внезапно покраснело, и она не удержалась, чтобы сказать: - Советник, это же я. Лицо дяди было равнодушным. Нин Шу посмотрела на красивую девушку. Предположительно, в этом теле была та получатель заданий ультра-уровня. Даже харизма этого тела значительно увеличилась. Многие парни поедали её взглядами. Но она смотрела на дядю школьного доктора. - Положи тело на стол, - сказал дядя Нин Шу. Нин Шу: А чего снова я-то? Заставляет девушку делать тяжёлую работу. В этой комнате так много народу, почему он заставляет только её? - Я помогу. Один парень вышел вперёд, поднял тело с пола и положил на деревянный стол. - Спасибо. Нин Шу поблагодарила его. - Не за что. Мы же с тобой знакомы. Парень слабо улыбнулся. Блять, это точно Чжан Цзясэнь. Дядя взял медицинские ножницы и разрезал одежду, открывая бледную кожу и обнажая две пухлые выпуклости. Некоторые парни невольно покраснели, искоса подглядывая. Но, так как это был труп, невозможно было описать, какой внутренний конфликт они испытывали. Дядя взял серебряный скальпель и начал разрезать кожу на теле, начиная от подбородка по прямой линии до самой промежности. Руки дяди были в перчатках. Одной рукой он оттянул плоть в сторону, разрывая кожу. Красные от крови рёбра, кишечник и внутренние органы стали отчётливо видны всем. Толпа: … Буэ. Некоторые люди были так напуганы, что помчались наверх и по пути их нещадно тошнило. Глаза Нин Шу дёрнулись. Дядя такой извращённый. Все получатели заданий пришли в тела хостов, а он просто появился тут и стал советником клуба. И все студенты уверены, что он их грёбанный советник. Какой же советник будет настолько пугающе агрессивным и совсем не заботиться о студентах? ---------- Все Подозреваемые Нин Шу тихо наблюдала за тем, как руки дяди в перчатках касаются внутренних органов, разрезают желудок, чтобы внимательно всё осмотреть. Нин Шу было очень неприятно. Она тихо проглотила полный рот слюны. - Как думаешь, кто убийца? - спросил у Нин Шу Чжан Цзясэнь, стоящий рядом. - Все подозреваемые, - безразлично ответила Нин Шу. Люди в комнате с умершей, включая её и Мэй Цзыцин, все они подозреваемые. Может даже изначальный хост убила ту девушку, прежде чем Нин Шу вошла в её тело. Также может быть, что несколько человек в комнате находились в сговоре, чтобы убить девушку. Или это может быть владелец кисточки, Пань Чэнь. Короче говоря, существует множество возможностей, поэтому ни в чём нельзя быть уверенным. Почему президент клуба, Фань Цзюньян, выбрал такое удалённое место? Нин Шу выглянула в окно на улицу. Тут проживало всего несколько семей. Очень тихое место, где лишь иногда лаяла пара собак. Не было видно ни души. Нин Шу просто никак не могла понять, почему первый умерший человек оказался рядом с ней. Смерти были разными и происходили в разном порядке в каждой петле. Не было никакого шаблона вообще. Все в клубе традиционной живописи были подозреваемыми. Все были в опасности. Чжан Цзясэнь прищурился. - Возможно ли, что в этом замешана какая-то сверхъестественная сила? - Это не должно быть сверхъестественной силой, - Мэй Цзыцин покачала головой. - У меня телосложение экстрасенса, и тут нет никаких странных магнитных полей поблизости. Нин Шу с некоторым удивлением посмотрела на Мэй Цзыцин. Она не ожидала, что Мэй Цзыцин обладает такой способностью. Нин Шу задумалась на мгновение. Затем она ущипнула руку Чжан Цзясэня до крови, окунула палец в кровь. Она прочитала заклинание, после чего намазала кровь на веки. - Тц, твоё тело не девственное. Выражение лица Нин Шу было полно отвращения. Она ничего не смогла увидеть. Нин Шу вытерла кровь со своих век. - Тут всё нормально. Эти смерти — дело рук человека, - прямо сказал дядя. - Выбросьте тело. Дядя снял перчатки и бросил их на труп. Затем он взял обеззараживающий спрей и неистово распылил его себе на руки. - Что тут происходит? Из комнаты рядом с залом вышла старая и сгорбленная женщина. Её волосы были седыми, а на лице было полно возрастных пятен. Компанию ей составляла девушка лет семнадцати. Девушка держалась за край пальто женщины. На самой девушке было толстое хлопковое пальто. Её глаза были очень странными. Зрачки были словно маленькие чёрные точки, а остальная часть глаза была серой. Её глаза были словно подёрнуты дымкой. - Это, это... Старушка в ужасе пошатнулась, когда увидела труп с выпотрошенными внутренностями, лежащий на столе. - Что вы делаете?! -Уходите. Вам тут не рады. Женщина выглядела испуганной. - Бабушка, что случилось? Девушка подёргала за край пальто старушки. - Как вы можете убивать людей в моём доме? Уходите! Вы будете за это наказаны. Старушка указала на них своей тростью. - Бабуля, мы не убивали эту девушку, - нежно сказала Лу Шаньшань, получательницей заданий ультра-уровня. - Мне всё равно. В любом случае, вы больше не можете жить в моём доме. Старуха с решительным видом замахала рукой. Лу Шаньшань нахмурилась. Она повернулась и сказала слепой девушке: - Сестрица, снаружи идёт такой сильный снег. Нам никак не уйти отсюда. Прошу, позволь нам остаться тут. Мы правда никого не убивали. Девушка подёргала старушку за пальто. - Бабушка, пусть они останутся. В нашем доме ещё никогда не было так много народу. - Девочка, ты не видишь, что они делают, - сказала старушка со взволнованным лицом. - Мы заплатим пятикратную сумму за проживание, - сказала Лу Шаньшань. - Бабушка, с этими деньгами, я смогу пойти в больницу, чтобы вылечить свои глаза, - сказала девушка с надеждой в голосе. Старушка вздохнула и ничего не сказала. Лу Шаньшань изобразила пальцами букву "V" в сторону дяди школьного доктора, который с крайне безразличным выражением смотрел на свои руки, чтобы даже под ногтями не осталось ни капли грязи. Нин Шу внимательно осмотрела эту пару родственников. Они были владельцами дома. Она слышала, что у девушки болезнь глаз и она родилась слепой. Её родители однажды уехали на работу и уже много лет не возвращались. ---------- Неужели Её Интеллект Слишком Низкий? Никаких новостей нет, и непонятно, умерли они или что-то ещё. Бабушка и внучка были вынуждены полагаться друг на друга. Президент клуба Фань Цзюньян выбрал этот дом потому, что это был единственный двухэтажный дом в этом районе. Он был достаточно большим, чтобы в нём могли поселиться тридцать два члена клуба. Хоть в доме и было два этажа, но он был очень обветшалым. - Выброси тело на улицу, - безразлично сказал дядя. Нин Шу с трудом смотрела на труп со вскрытым животом и торчащими внутренностями. Она вытянула руку, чтобы утащить тело, когда Мэй Цзыцин подошла помочь. - Я тебе помогу. Вдвоём они прошли по глубоким сугробам и отнесли труп к подножию стены двора. Нин Шу напихала снега во внутреннюю полость тела, а потом накрыла само тело снегом, чтобы замедлить разложение трупа. Мэй Цзыцин тоже помогла накидать снег горкой на труп, после чего спросила у Нин Шу: - Как думаешь, кто будет следующим? - Без понятия. Нин Шу понятия не имела, почему убийца совершает эти преступления, или какие способы он использует. Мотив убийства неизвестен, способ убийства неизвестен и все подозреваемые. Нин Шу вытерла снегом кровь со своих рук и внезапно спросила у Мэй Цзыцин: - Ты сказала, что ты экстрасенс. Ты видела душу умершей? Мэй Цзыцин покачала головой. - Нет, я не почувствовала ничего такого. У всех есть душа. Разве душа жертвы могла рассеяться так быстро? Нин Шу напрягла мозги. Неужели её интеллект слишком низкий? Снег падал всё больше и больше. Нин Шу и Мэй Цзыцин были во дворе всего ничего, но их уже покрыло снежинками. Мэй Цзыцин затащила Нин Шу в комнату, где за столом сидели несколько человек. Эти несколько человек все были получателями заданий и обсуждали состояние дел. Каждый высказывал свои мысли, и они постепенно их сортировали. - Ай! У меня язвы во рту. Один парень прикрыл свой рот с беспомощным выражением лица. Он повернулся лицом к Нин Шу и сказал: - Я слышал, что слюна сестрёнки может вылечить язвы во рту. Нин Шу покачала головой и сказала: - Для этого нет никаких научных оснований. Зачем говорить о таких вещах в такой серьёзной ситуации? Лу Шаньшань явно была красивее, так почему же он не стал просить слюну у Лу Шаньшань, а попросил у неё? Неужели это тело тоже выглядит красиво? Судя по этим его неуклюжим манерам, было очевидно, что это 795, который недавно спорил с получательницей заданий ультра-уровня и называл её ультра-шлюхой. - Поделишься со мной своей слюной, ладно? Мне так больно, когда я касаюсь больного места языком, - попросил 795 у Нин Шу. Нин Шу была сильно раздражена. Она закряхтела, набрала мокроты из горла и сплюнула на стол. - Вот, слизывай. 795: … Все остальные: … Дядя посмотрел на Нин Шу с суровой убийственной аурой. - Вытри. Нин Шу: … Нин Шу взяла бумажную салфетку, чтобы вытереть плевок. 795 больше не просил у Нин Шу слюну. Чжан Цзясэнь молча посмотрел на Нин Шу. Его взгляд был глубоким, и было непонятно, что у него на душе. - А! - Там труп! ---------- Мертвец в Выгребной Яме Во дворе послышались крики ужаса. Несколько человек, находящихся в доме, выбежали во двор. В этот раз мёртвое тело было в простом туалете во внутреннем дворе. В таких местах, как простые деревни, туалеты во внутреннем дворе - обычное дело. Одну девушку тошнило, а её бледное лицо исказило страхом. Нин Шу подошла и заглянула в яму. Она увидела тело, плавающее в яме, лицом вверх. Лицо и голова были покрыты дерьмом. Лицо жертвы было перекошено, а рот слегка приоткрыт. Во рту были сточные воды. Нин Шу почувствовала, как её живот переворачивается и ей стало тошно. Мертвец в выгребной яме. Дядя сказал Нин Шу: - Расскажешь мне подробности позже. Он развернулся и ушёл. Лу Шаньшань тоже прикрыла рот и ушла. Остальных членов клуба, которые прибежали сюда посмотреть, тошнило. Вид одного блюющего человека заставил всех остальных тоже блевать. Ещё один человек умер с тех пор, как они проснулись, а они ещё даже не успели позавтракать.. Произошла очередная смерть, и жертва даже умерла подобным образом. От этого всех тошнило до тех пор, пока их желудки не опустели. - Как это могло произойти? Президент клуба, Фань Цзюньян, невольно схватился за голову обеими руками. Его глаза покраснели. Фань Цзюньян теперь был под огромным давлением. Он ведь привёл всех этих людей, а теперь двое уже мертвы. И наверняка кто-то ещё умрёт. Это только начало, или уже конец? Два человека умерли подряд, и от этого в сердцах всех остальных появились неуверенность и страх. Беспокойство и напряжение были у всех на душе. Ещё немного, и всё выйдет из-под контроля. Нин Шу заткнула нос салфетками, потыкала в труп веткой, а потом измерила этой же веткой глубину выгребной ямы. Она оказалась не слишком глубокой. Если упадёшь вниз, то ты сможешь встать, и не задохнуться насмерть. Неужели кто-то прижимал жертву, заставляя её захлебнуться в яме? Или её сперва убили, а потом бросили в яму? В таком состоянии вскрытие не провести. Обычные люди не смогут этого вынести, не говоря уже о дяде, который всерьёз помешан на чистоте. Мэй Цзыцин нахмурилась. - Тут нет души. Либо тут нет души, либо этот человек не умер. Однако, это явно труп. Неужели это означало, что душа так быстро рассеялась? Чжан Цзясэнь присел рядом с Нин Шу и уставился на труп в яме. Он сказал: - Мне всегда казалось, что это это не дело рук людей. Сверхъестественные силы. Нин Шу потыкала в труп палкой. Какие ещё подсказки могут скрываться в этом теле? - Давайте вытащим её, - сказала Нин Шу. Мэй Цзыцин посмотрела с отвращением. - Не надо. Нин Шу пододвинула труп поближе и яростно дёрнула за одежду трупа. Её руки тут же покрылись липкой массой, отчего Нин Шу стало крайне противно. Одним мощным рывком она вытащила труп. Вонючая жидкость, вперемешку с фекалиями, начала просачиваться в снег. Чжан Цзясэнь и Мэй Цзыцин тут же отошли от Нин Шу. Нин Шу вытерла руки о снег, взяла палку и начала переворачивать одежду на трупе. Грудь и руки трупа были покусаны кем-то. На них были глубокие царапины, а лицо было неузнаваемо. В груди на месте сердца была пробита дыра и само сердце отсутствовало. Нин Шу: ! ! ! ! ! Мэй Цзыцин тут же подошла ближе. - Сердце пропало? - Что за животное оставляет такие следы? Нин Шу посмотрела на укусы и царапины. - Собаки. Крупные собаки, - предположил Чжан Цзясэнь. Нин Шу нахмурилась. Кто-то нанёс такие укусы и царапины, проделал большую дыру в сердце, а потом вырывал сердце. Насколько же всё это болезненно? Но никто не услышал никаких криков. ---------- Принесла с Собой Запах Фекалий У живущей в доме семьи даже нет собаки. Откуда же у убийцы было время на такое преступление? У Нин Шу голова закружилась от всех этих мыслей. Нин Шу зарыла тело в снегу. Ей было так отвратительно, что она даже не хотела лишний раз смотреть на этот труп. Когда Нин Шу вошла в полный зал народу, она принесла с собой запах фекалий. Дядя указал на Нин Шу. - Не входи в комнату. Нин Шу: … - Мне есть, что сказать, - сказала Нин Шу. Вот честно, этот его фетиш на чистоту очень раздражает. - На её теле есть следы царапин и укусов. Вероятно, от животных, - сообщила Нин Шу. - Где была смертельная рана? - Сердце вырвано. - Хищные животные всегда нападают на уязвимые и жизненно важные места, - худощавый палец дяди указал на его шею. - Вот самое жизненно важное место. Сердце защищено грудной клеткой, и туда невозможно пробиться за один удар. Нин Шу закатила глаза. Это означало, что умершая на самом деле не была закусана животными до смерти, и рана была создана специально. Что если кто-то взял лапу животного, чтобы нацарапать раны на теле? - Советник, что же нам делать? - спросил у дяди президент клуба Фань Цзюньян. - Давайте уйдём отсюда. Дядя безразлично ответил: - И как ты собираешься отсюда уйти? У тебя дома есть самолёт? Снегопад становился всё сильнее и сильнее. Он не прекращался и отсюда никак нельзя было уехать. Лицо Фань Цзюньяна стало пепельным. Высокий красивый мужчина стал в одно мгновение сгорбленным и взъерошенным. Многие девушки начали плакать. Некоторые даже начали указывать на Фань Цзюньяна и говорить: - Зачем ты привел нас в эту адскую дыру? Ты просто хочешь всех нас убить! После этих слов девушки заплакали ещё сильнее. Даже парни, хоть и не плакали, но выглядели испуганными и бледными. Те, кто был ещё трусливее, вообще тряслись от страха. Фань Цзюньян стал выглядеть ещё хуже. Он не удержался и сказал: - Мне это место порекомендовал Пань Чэнь. - Я... - все посмотрели на Пань Чэня. - Я прочитал об этом месте в интернете. Там говорилось, что тут красивый вид. Особенно заснеженный пейзаж зимой. Одна девушка указала на Пань Чэня. - Наверняка это ты убийца! На кисточке было твоё имя, и это место нашёл ты. Пань Чэнь явно был хилым парнем. С таким обвинением, когда на него смотрело столько народу, его бледная кожа порозовела. Он запаниковал и замахал руками. Его голос был торопливым и взволнованным: - Я никого не убивал! Я правда никого не убивал! Зал наполнила удушающая атмосфера паники. Никто не знал, умрёт ли ещё кто-то. Вдруг следующим умрёт кто-то, кто сейчас стоит рядом, или даже они сами? - Бррр... У Нин Шу забурчал желудок. Она ничего не ела с того момента, как проснулась утром. И всё время занималась физической работой. Желудки многих других ребят тоже начали бурчать. Фань Цзюньян вышел из зала и отправился на кухню, чтобы попросить завтрак у старушки с внучкой. Вскоре после этого старушка приготовила парные булочки из чёрной муки, кимчи и кукурузную кашу. Каждому человеку досталось по тарелке жидкой каши и парной булочке. Больше ничего не было. Еда в деревне была не очень хорошей. Более того, сейчас была зима, поэтому овощей не было. Тарелок и палочек не хватало, поэтому некоторым пришлось ждать, пока другие закончат есть, а потом помыть тарелку, чтобы поесть кашу. Из-за того, что Нин Шу вылавливала труп в туалете, чтобы смыть вонь, она решила пойти на кухню, чтобы взять золы и втереть её в руки. В такой ситуации следовало бы принять ванну, но погода была холодной. Если она будет принимать ванну на ветру, то просто замерзнет насмерть. Нин Шу вошла на кухню и увидела слепую девушку, сидящую перед печью. Её глаза были серыми, а зрачки выглядели, как крошечные точки, отчего она выглядела невероятно странно. Её рука коснулась полена, лежащего рядом с ней, а потом она засунула полено в печку. Нин Шу поджала губы, подошла к девушке и сказала: - Мне нужно немного пепла, чтобы почистить руки. - О, ладно, - Сяолань застыла на мгновение, и сказала: - Зола есть в одной из печных ям вон там. ---------- Вы Баитесь Миня? Нин Шу обошла Сяолань. Она взяла деревянную палку, чтобы выгрести золу из второй печки. - Вот, дяржити. Сяолань протянула Нин Шу кочергу. Нин Шу посмотрела на кочергу, а потом глянула на лицо Сяолань, которое было ярко освещено светом огня. Нин Шу снова посмотрела на кочергу, протянутую ей. Сяолань неловко убрала руку. - Вы баитесь миня? - Нет, - Нин Шу взяла кочергу. - Спасибо. Нин Шу вымыла руки водой, смешанной с золой, после чего снова отмыла руки и понюхала их. Руки больше не пахли фекалиями, но она сама пропиталась этим запахом. Нин Шу посмотрела на Сяолань и спросила: - Ты уже ела? Уголки рта Сяолань поднялись в улыбке, словно тот факт, что Нин Шу первой заговорила с ней, очень обрадовал её. Она ответила: - Я ищо не ела. Бабуля казала погодить, покудава вы закончите исть, а тама уже и мы сами поидим. Сяолань говорила с сильным деревенским акцентом, и Нин Шу едва могла понять её слова. Мэй Цзыцин вошла и протянула Нин Шу парную булочку из чёрной муки. - Вот, держи. Нин Шу улыбнулась и поблагодарила её, после чего вгрызалась в парную булочку. Мэй Цзыцин глянула на Сяолань и сказала: - Тебя зовёт советник. - О. Нин Шу последовала за Мэй Цзыцин из кухни. Обернувшись назад, она увидела, что Сяолань смотрела в их направлении отсутствующим взглядом. Её взгляд даже не был сфокусирован. Нин Шу вышла в зал и спросила у дяди: - Чего вы хотели от меня? - Ты будешь на страже сегодня ночью, - сказал дядя. - По два человека на смену. Выбирай, с кем ты будешь. Нин Шу: … Как только он позвал её, ничего хорошего ждать не стоило. Почему бы ему не позвать её на обед? Нин Шу очень хотелось плюнуть ему в лицо. - Я пойду с ней, - сказала Мэй Цзыцин и встала рядом с Нин Шу. Нин Шу была тронута. Она крепко сжала руку Мэй Цзыцин. Сестрица, ты такая милая. Дядя лишь молча глянул на Нин Шу. Лу Шаньшань спросила: - Когда это вы двое успели так подружиться? - Двум девушкам оставаться на страже небезопасно. Я буду на страже сегодня ночью, - сказал Чжан Цзясэнь. Нин Шу: →_→ Что бы ни делал или ни говорил Чжан Цзясэнь, Нин Шу казалось, что он всё это делает с дурными намерениями. - Нет, мы вдвоём справимся, - отказалась Нин Шу. Дядя сказал громким голосом: - Послушайте все. Постарайтесь никуда не ходить ночью. Не ходите в одиночку, не давайте убийце шанс. - Да, советник. Когда дядя заговорил, все люди повели себя словно послушные ученики начальных классов. Всё же, кто ещё мог разрезать кожу и внутренние органы, не изменившись в лице, как это делал советник? Нин Шу поднялась наверх, чтобы взять блокнот. Она хотела записать всё, а потом постепенно привести свои мысли в порядок. От подобной проверки интеллекта, Нин Шу чувствовала, словно её голова вот-вот взорвётся. При виде того, как остальные получатели заданий ведут себя спокойно и сдержанно, Нин Шу почувствовала тревогу. Она почувствовала необъяснимую панику. Все её мысли спутались. Твою мать, такое ощущение, что у неё в голове произошло короткое замыкание. Нин Шу села на кровать и достала блокнот из сумки, стоящей у кровати. Первой жертве в мозг вставили кисть через глаз, и в кисточку была вставлена иголка для вышивания. Так как все они студенты, вряд ли кто-то мог носить при себе иглы для вышивания. К тому же, эти студенты не могут сами чинить свою одежду. Значит, эта игла для вышивания должна принадлежать хозяйке дома. Если раны на другой жертве не были настоящими укусами животных, как сказал дядя, тогда, наверняка, где-то должны быть спрятаны инструменты. В любом случае, всё выглядит так, словно те, кто совершали преступления, очень хорошо знакомы с этим домом. Мэй Цзыцин вошла с недовольным лицом и сказала Нин Шу: - 2333, там снова что-то произошло. Нин Шу поспешно слезла со своей койки и спросила: - Кто? ---------- Самый Главный Подозреваемый Мёртв - Пань Чэнь. Нин Шу примчалась к месту убийства. Пань Чэнь лежал мёртвым в дверном проёме. Его ударили затылком о кирпичный порог двери. Кровь из его раны на затылке растекалась по полу. В подобных деревенских домах всегда есть такие пороги. Пань Чэнь неподвижно лежал на полу. Дядя уже надел перчатки на руки и осматривал голову Пань Чэня. - Кто последний был с Пань Чэнем? Выражение лица дяди было очень строгим. Все в толпе начали переглядываться и качать головами. Какой-то парень прошептал: - Он сказал, что вернётся в комнату, чтобы взять что-то. - Я же сказал вам не ходить по одному. У вас в голове только дерьмо, что ли? Дядя снял перчатки и положил руки на бёдра. Толпа задрожала от страха. Нин Шу сильно нахмурилась. Пань Чэнь был самым подозрительным человеком. Это он предложил пойти в это место; кисточка принадлежала ему, а теперь Пань Чэнь умер. Самый главный подозреваемый мёртв. Теперь у всех есть равная вероятность оказаться убийцей. Президент клуба Фань Цзюньян схватился за стену. Его лоб покрылся холодным потом. Он выглядел так, словно его охватило паникой. В итоге, он заставил себя спокойно сказать: - В дальнейшем, если вы хотите куда-то идти, говорите об этом кому-нибудь из группы. Мы все будем ходить вместе. Его голос дрожал. Одна девушка сморщилась и закричала: - Тут призраки. Тут призраки! Я не хочу оставаться в этой адской дыре! Спотыкаясь, она побежала вниз по лестнице. - Линь Ся! не убегай! - закричал вслед девушке Фань Цзюньян. Но Линь Ся зажала уши, игнорируя Фань Цзюньяна, и продолжила бежать. Нин Шу и несколько других получателей заданий помчались в погоню за ней. Когда они выбежали во двор, они увидели Линь Ся, убегающую вглубь метели. - Скорее, а то мы её потеряем, - сказал 795 и нахмурился. - Мы и так не справляемся с этим заданием. Три человека умерли один за другим, а у нас нет даже улик, указывающих на убийцу. 795 выругался. - Дерьмо. Я не хочу реинкарнировать и умирать снова и снова. - Она убежала, - беспомощно сказала Нин Шу. Фигура Линь Ся скрылась из виду. Остались лишь снежинки, кружащиеся на холодном ветру. Даже следы уже были покрыты снежинками. 795 пожал плечами, развернулся и пошёл обратно. - Возвращаемся. Она мертва. Она либо умрёт с голоду, либо замёрзнет насмерть. Нин Шу тоже развернулась, глядя в белое ничто перед ней. - Вы же помните обратное направление? Толпа: … 795 вышел вперёд, наматывая что-то на пальцы, словно работал с невидимой нитью, которая была намотана ему на руку. - Следуйте за мной, - сказал он. Нин Шу прищурилась, но не увидела ничего у него в руках. Вероятно, это было какое-то сокровище. Группа последовала за 795. Нин Шу коснулась своего живота. Утром она съела одну твёрдую чёрную парную булочку и совсем не насытилась. Сейчас она снова проголодалась. Нин Шу достала несколько постных пилюль и спросила: - Кто-нибудь хочет есть? - Дай мне две, я, блять, изголодался, - 795 протянул руку. - Ты же на них не плевала, да? - Ты такой отвратительный! Я терпеть тебя больше не могу! Мэй Цзыцин взяла одну пилюлю и закинула её себе в рот. Нин Шу дала две штуки 795, и по одной штуке Чжан Цзясэню и другому получателю заданий. - Спасибо. Чжан Цзясэнь поблагодарил Нин Шу. - Не нужно. Каждый раз, когда она видела Чжан Цзясэня, ведущего себя, как приличный человек, у Нин Шу волосы дыбом поднимались. Съев постную пилюлю, её тело заметно согрелось, и желудок больше не подавал признаков голода. - Лу Шаньшань не пошла с нами? Нин Шу огляделась по сторонам. 795 презрительно фыркнул. - Она не будет заниматься такими хлопотными делами. Она лишь завоёвывает мужчин своим телом, и заставляет их всё делать за неё. Нин Шу: ... Похоже, что у этих двоих немалая обида друг на друга. А иначе почему такой здоровый мужчина настолько ненавидит женщину... - Человек, который даже не знает, как построить мир, не достоин называться получателем заданий ультра-уровня. Тон голоса 795 был очень презрительным. ---------- Построить Мир? Построить мир? Нин Шу мысленно сделала заметку. Что это значило? 795, получатель заданий продвинутого уровня, действительно относится подобным образом к получателю заданий ультра-уровня? К тому времени, как они вернулись к дому, они уже были покрыты толстыми слоями снега. Нин Шу помогла Мэй Цзыцин стряхнуть снег с воротника. Дядя выглядел безразличным, когда он спокойно спросил: - Вы не смогли её вернуть? Его совсем не волновала человеческая жизнь. 795 пожал плечами. - Она убежала. - Советник, давайте пойдём искать её. Наверняка с Линь Ся что-нибудь случится, - взволнованно сказал Фань Цзюньян. - Она и Пань Чэнь — лучшие члены клуба традиционной живописи. Они должны будут участвовать в национальном соревновании в этом году. Лицо Фань Цзюньяна было бледным. Несколько человек умерли, а у двоих лучших студентов традиционной живописи тоже что-то произошло. Дядя безразлично сказал: - Тогда иди и ищи сам. Я не буду тебя останавливать, но нет никаких гарантий, что ты вернёшься. Если тебе нечего больше делать, то сиди внутри и никуда не выходи. Дядя держал в руке скальпель, который зловеще поблескивал. Фань Цзюньян выглянул из дома на тёмное небо с густыми свинцовыми облаками. Даже если не уметь предсказывать погоду, было понятно, что снег будет идти только сильнее и сильнее. - Советник, мы останемся с вами, - сказал Фань Цзюньян. Все просто собрались в главном зале, отчего он выглядел переполненным. Некоторые девушки хныкали и плакали, держась вместе. - Советник, у вас есть догадки? - спросила Нин Шу у дяди. Дядя уставился на старушку, которая вошла с жаровней. Позади старой леди шла Сяолань, держась за край её пальто. Неужели дядя подозревает старушку и Сяолань? - Унесите это отсюда. В доме столько народу, и без того достаточно грязно, а вы ещё и жаровню принесли, - сказал дядя. Нин Шу: … Как она и думала, дядя подозревает, что бабушка и Сяолань - убийцы. - В зале дует ветер, вот вам жаровня для сугреву. Старушка поставила жаровню, в которой трещали угли. Нин Шу принюхалась и почуяла отчётливый аромат деревьев. Нин Шу не удержалась и спросила: - Что это? Такое ароматное! - Это ароматическая древясина. Это природный запах дров, - сказала Сяолань, обращаясь к Нин Шу, но не глядя на неё. Она просто смотрела в пространство несфокусированным взглядом. Нин Шу осторожно принюхалась. Не похоже, чтобы там были какие-то странные запахи. Старушка вздохнула: - Я хотела прогнать вас, ребята, но сейчас идёт такая метель. - Спасибо, мадам, - тут же сказал Фань Цзюньян. На ужин снова были парные булочки из чёрной муки, жидкая каша и кимчи. Свинцовые облака в небе словно становились всё ниже и ниже, а небо быстро темнело. Так как все собрались в зале, днём было очень спокойно. Ничего не происходило. Завывал холодный ветер, и после ужина люди в зале начали мёрзнуть и дрожать. Фань Цзюньян сказал дяде: - Советник, тут слишком холодно и мы хотим пойти лечь спать. Мы не будем никуда ходить по одиночке. Дядя безразлично кивнул. Получатели заданий остались и расселись за столом. 795 сказал: - Я выскажу своё мнение. Тут больше одного убийцы. Лу Шаньшань фыркнула: - А доказательства где? - Почти у всех есть алиби, так что это наверняка сговор. Лу Шаньшань прошептала: - Мне кажется, с бабушкой и внучкой что-то не так. Кто-то из клуба наверняка имеет отношение к этой паре. Каждый раз, когда старушка даёт кашу Фань Цзюньяну, она кладёт ему больше, чем остальным. И она всегда обслуживает Фань Цзюньяна первым. Почему же она так предвзято к нему относится, хоть они и не родственники? ---------- Жёлтый Палисандр Нин Шу подняла бровь. Лу Шаньшань достойна быть получателем заданий ультра-уровня. Хоть 795 и презирал её, у неё были кое-какие навыки. Нин Шу записала всё сказанное. Дядя хмыкнул. - И что? Чжан Цзясэнь сказал: - Эта пара бабушки и внучки не выглядят такими бедными, какими они себя выставляют. Этот стол сделан из жёлтого палисандра. Чжан Цзясэнь постучал пальцами по столу. Нин Шу посмотрела на стол. Она раньше уже обращала на него внимание, и он выглядел просто как несколько досок, сколоченных вместе. Местами поверхность была засаленной, но сама текстура древесины была довольно ясной и красивой. У Нин Шу появились сомнения. - А что, если они не знают ценности жёлтого палисандра? Деревенские люди многого не знают и могут использовать античные чаши для того, чтобы кормить своих собак. Чжан Цзясэнь глянул на Нин Шу. - Жёлтый палисандр поколениями производится возле Южно-Китайского Моря, где погода жарче. И количество его не очень большое. В основном, эту древесину нам импортируют. Тут её не производят. Невозможно просто пойти в горы и срубить такое дерево. Нин Шу: (⊙0⊙) Блять, она почувствовала себя умственно отсталой. Нин Шу записала всё это в блокнот. Так значит, с этой парой из бабушки и внучки тоже всё не просто так. Если они действительно хотят причинить вред людям из клуба традиционной живописи, этому должна быть причина, будь то любовь или ненависть. Нельзя же убивать просто без причины. Дядя встал и сказал Нин Шу и Мэй Цзыцин: - Сегодня вы будете на страже. Как только дядя ушёл, Лу Шаньшань тоже ушла. Остальные, зевая, разошлись. Нин Шу и Мэй Цзыцин остались в зале. - 696, ты что-нибудь нашла? - спросила Нин Шу. - Тут есть беременная девушка, - прошептала Мэй Цзыцин. Нин Шу: ! ! ! ! - Как ты об этом узнала? - с любопытством спросила Нин Шу. - В её теле есть ещё одна душа, хоть и очень слабая, - сказала Мэй Цзыцин. - Я очень чувствительна к таким вещам, как души. Забеременела ещё будучи студенткой? Кто же отец ребёнка? Он тоже член клуба традиционной живописи? В этой группе было немало разногласий. Нин Шу и Мэй Цзыцин сидели вместе, а на улице завывал холодный ветер. Казалось, словно весь мир затих, и не осталось никакого населения. Нин Шу вытянула руку и стала греть её над жаровней, после чего приготовилась культивировать Непревзойдённые Боевые Искусства. После утреннего пробуждения много чего произошло и у неё от всех этих событий кружилась голова. - Там кто-то есть! Мэй Цзыцин поспешно открыла дверь. Нин Шу тоже увидела тень, промелькнувшую за окном. Мэй Цзыцин выбежала во двор и погналась за тенью. Нин Шу взяла фонарик и поспешила за Мэй Цзыцин. Она увидела, что Мэй Цзыцин стоит под деревом. Нин Шу подошла и спросила у Мэй Цзыцин: - Что ты нашла? Мэй Цзыцин не ответила. Нин Шу вытянула руку и коснулась Мэй Цзыцин. Тело Мэй Цзыцин упало вперёд, а из её горла хлынула кровь. Сердце Нин Шу пропустило удар. Она сделала шаг вперёд, в результате чего её шею что-то порезало. Нин Шу подняла руку и ощупала шею. Её шея была влажной. Нин Шу посветила фонариком и обнаружила, что она коснулась тонкой, как волос, нити - которую невозможно было заметить, если не смотреть внимательно. Мэй Цзыцин торопливо погналась за кем-то и попала шеей на эту нить. Нить разрезала ей горло. Эта нить была невероятно прочной. Нин Шу потянула её рукой, но не смогла порвать. Вместо этого она порезала себе ладонь. Убивать можно не только острым клинком. Это было довольно тревожно. Перед ней внезапно умер знакомый человек. Мгновением раньше они разговаривали и смеялись, а теперь она безжизненно лежит на земле. Нин Шу внезапно поняла страх, который охватил членов клуба. На месте падения Мэй Цзыцин начала образовываться лужа крови. Руки и ноги Нин Шу слово одеревенели, а её мозг словно закоротило. Она не знала, будет ли она сама уничтожена, но у неё должны быть средства, чтобы избежать уничтожения. *хруст* Послышался звук чьих-то шагов по снегу. Нин Шу подняла голову и увидела, как к ней бежит какая-то чёрная тень... ---------- Дядя, Миленький, Помоги!! Тень подбежала к ней. Прежде чем Нин Шу успела отреагировать, нить обернулась вокруг её шеи. Тень оказалась сзади и начала душить её прочной нитью. Нин Шу обеими руками вцепилась в нить. Нить вонзалась глубоко в её кожу и плоть, разрезая практически до кости. Это было чертовски больно. Несмотря на боль, Нин Шу не смела отпускать. Если она отпустит, то её шея не выдержит такой боли, и она будет лежать на земле, прямо как Мэй Цзыцин. Шея Мэй Цзыцин была наполовину разрезана этой нитью. Тела двух борющихся человек оказались близко друг к другу. Нин Шу даже почувствовала горячий воздух, выдыхаемый человеком позади неё. Она почувствовала запах той ароматной древесины, смешанный с горьким холодным ветром. - Кхе! - Нин Шу кашлянула и с трудом сказала: - Чжан Цзясэнь, это наверняка ты! Рука, которая натягивала нить, слегка расслабилась, но потом увеличила натяжение. Нить снова глубоко вонзилась в плоть, а кровь начала капать на землю. От ощущения неминуемой смерти, на теле Нин Шу дыбом встали волосы. Она почувствовала страх и отчаяние. Лицо Нин Шу покраснело. Она подняла ногу, чтобы наступить на ногу тому человеку, что был позади неё, но он пнул её в икру и она тут же почувствовала резкую боль. Она пробыла в этом мире всего один день, у неё не было времени культивировать Непревзойдённые Боевые Искусства. За день без перерыва умерли трое, и времени на отдых не было. Теперь, оказавшись в невыгодном положении, у неё даже не было шанса на сопротивление. С самого начала и до конца, человек, который был позади неё, не говорил ни слова, но Нин Шу отчётливо ощущала, что это мужчина. Во-первых, по силе. Во-вторых, по углу удушения. Он был выше неё, поэтому нить была слегка направлена вверх. *Стук* Послышался звук открываемого окна. Нин Шу с красными глазами подняла голову, чтобы посмотреть на второй этаж. В комнате был слабый свет, и в окне стояла какая-то тень. Нин Шу отчаянно кашлянула. Дядя, миленький, помоги!! Человек, который был позади неё, не сбежал сразу же, но наоборот усилил давление, желая поскорее задушить её. Нить тут же ещё глубже погрузилась в её ладони. Дядя достал со своего пояса пистолет и выстрелил в фигуру за спиной Нин Шу. Мужчина с глухим стуком упал на землю. Его тело дважды дёрнулось, а потом его дыхание остановилось. Нин Шу тут же упала на снег. Прежде, чем она успела отпраздновать спасение, в её душе прозвучал голос: - Какие бы обиды и недовольства у вас ни были, если вы начнёте драться друг с другом на этом задании, вы все будете уничтожены. - Я... Нин Шу могла лишь видеть, как дядя навёл на неё свой чернильно-чёрный ствол пистолета и выстрелил. Её тело словно удерживалось на месте какой-то силой, потому что у неё не было даже сил сдвинуться. Безмолвная сила влилась между её бровей. Нин Шу тут же почувствовала, как мощная сила взрывается в её душе, пытаясь уничтожить её. Но сработал амулет и защитил Нин Шу. От боли в душе Нин Шу обильно вспотела. Когда она пришла в себя, её душа всё ещё болела от ощущения разрыва. Её тело было покрыто потом. Когда подул холодный ветер, Нин Шу задрожала от холода. Она поднялась с земли и перевернула тело мужчины, чтобы взглянуть на него. Это действительно был Чжан Цзясэнь. Какого хуя? Нин Шу чуть не расплакалась от чувства разочарования. Он чуть не убил её, а потом она была уничтожена. Если бы не улучшенная версия амулета, ей бы пришлось ждать, когда все умрут, чтобы начать сюжет заново. От ощущения того, как её уничтожают, Нин Шу перепугалась до смерти. Это было ощущение полного уничтожения, боли и отчаяния. Чжан Цзясэнь, грёбанный ты самоубийственный сукин сын. Нин Шу изо всех сил пнула труп Чжан Цзясэня, лежащий на земле, а потом заставила своё ослабевшее тело вернуться в зал. Жаровня в зале уже потухла, и Нин Шу просто села на лавочку, положив руки на стол. Из её рук сочилась кровь. Шёлковая нить вонзилась в плоть. Покрасневшая кожа опухла. Нин Шу осторожно вынула нить. ---------- Я Не Можу Видеть, я Не Можу Чуйствовать Эта нить была очень тонкой, но очень прочной. Откуда она взялась у Чжан Цзясэня? Если Чжан Цзясэнь взял её у своего изначального хоста, тогда этот человек тоже подозреваемый. Чжан Цзясэнь хотел избавиться от неё при помощи этой нити. Она поняла, что Чжан Цзясэнь хотел отомстить ей и воспользовался ситуацией, чтобы убить её. Когда Нин Шу достала нить, кровь потекла ручьями. К счастью, она купила лекарства перед тем, как отправиться на задание. Нин Шу насыпала кровоостанавливающий порошок на раны и замотала их бинтом. Вот только обе руки были ранены и ей было не очень удобно наматывать бинт. Дверь в соседнюю с залом комнату открылась и оттуда вышла Сяолань, касаясь стены. Её нос дёрнулся и она спросила: - Вы ранены? Когда Нин Шу хмыкнула в ответ, Сяолань потянулась и коснулась стола. Когда она садилась, она спросила: - Как вы паранилися? Вы одна? Нин Шу посмотрела на Сяолань. Та смотрела прямо в одно место, её взгляд был рассфокусированным. Она явно разговаривала с ней, но смотрела в другую сторону. - Другой умер. Нин Шу наблюдала за выражением лица Сяолань. Сяолань лишь поджала губы. Её реакция была такой спокойной, что Нин Шу невольно спросила: - Тебе не страшно? Сяолань покачала головой. - Я не можу видеть, я не можу чуйствовать. Я не можу видеть ничаго харошева. Эта значит, што я изолирована и от пугающих вящей. Я знамо, што хто-то умер, но я не чуйствую страха, - честно рассказала Сяолань. Нин Шу не знала, что сказать. Сяолань не могла видеть. Она даже не знала, сколько тут человек. Даже если пропадут один-два человека, она ничего не почувствует. Но в этом доме уже произошло так много смертей, так что трудно не быть напуганной. Нин Шу приняла лекарство от воспаления. Она боялась, что у неё загноятся раны. Сяолань спросила у Нин Шу: - Вы серьёзно ранены? - Всё в порядке. От этого не умирают, - сказала Нин Шу без особого беспокойства. - Бабушка сказала, што заутра вас прагонит. Сказала, што вы спровоцировали гнев духов, каторые не успакоятся, покуда вы все не памрёти. Тады и мы тож окажемся в это втянуты, - сказала Сяолань. Нин Шу поджала губы и ничего не сказала. Ветер снаружи дул ещё неистовее. Он завывал и продувал холодом через дверь и стену. Нин Шу чувствовала, как холод проникал до самых костей. Нин Шу увидела, как легко была одета Сяолань и сказала: - Иди спать. Тут довольно холодно. - Спасибо. Сяолань встала и вытянула руку, чтобы ощупать воздух вокруг себя. - А тебя водили в больницу, чтобы проверить твои глаза? - громко спросила Нин Шу. Сяолань коснулась стены и сказала: - У нас нету таких деняк. Нин Шу посмотрела на стол из жёлтого палисандра. Он наверняка стоил много денег. Жёлтый палисандр тут не растёт, а судя по размеру досок, из которых сколочен стол, грушевое дерево имело большой ствол, которому сотни лет. Эта пара из бабушки и внучки действительно странные. Если продать этот стол, то им хватило бы денег съездить в больницу. Нин Шу дважды меняла повязку и лекарства. В зале было довольно холодно. Мэй Цзыцин умерла, и ей теперь не с кем было поговорить. Нин Шу сдвинула две лавочки вместе, села на них, скрестив ноги, и начала культивировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Если бы у неё было хоть немного силы на сопротивление, то Чжан Цзясэнь не смог бы её так легко задушить. Она бы выдержала его пинок. Поэтому очень важно иметь способность защитить себя. Дядя со своим пистолетом безжалостно уничтожает людей. Он даже не слушает и слова объяснения. Она была слабой и ей не хватило силы. Естественно, он не стал слушать объяснения незначительного муравья. ---------- Сильные Правят Только тогда Нин Шу вспомнила, как Мэй Цзыцин говорила, что первое поколение получателей заданий имеет право решать жизнь и смерть обычных получателей заданий. Если бы она была сильной. Тогда она бы не дала этому грёбанному психопату дяде уничтожить её. Твою мать, да она бы первой его уничтожила. Не имея силы, она не имела достоинства и права говорить. Суровая правда была в том, что сильные правят миром. После того, как она культивировала всю ночь, в её даньтяне образовалась тонкая прядь энергии. Её тело стало гораздо теплее. А с таким теплом ей стало гораздо комфортнее. Её руки, которая были изорваны нитью и с которых ещё свисала плоть, теперь покраснели и очень чесались. Нин Шу приняла ещё несколько противовоспалительных пилюль, чтобы предотвратить воспаление и лихорадку. Дядя и 795 спустились вниз. Как только Нин Шу увидела дядю, она опустила голову. В её поле зрения были лишь его стройные икры и слегка развевающиеся полы чёрной ветровки. С каждым шагом, что он спускался по лестнице, её сердцу было всё труднее биться. В её душе развился страх перед этим человеком. Нин Шу глубоко вдохнула и мысленно прочитала очищающую сердце мантру, чтобы подавить негативные эмоции в своей душе. Однажды она станет сильнее и отомстит ему, уничтожив его. Какое-то время Нин Шу сидела, погружённая в фантазии. - Какого чёрта? Ещё двое умерли за одну ночь. Да ещё и получатели заданий? - 795 пожал плечами. - Это задание просто нечто. Нин Шу не знала, что сказать. Если бы не улучшенная версия амулета, то мёртвых было бы трое. А ведь на покупку улучшенного амулета требуется много очков заслуг. Нин Шу была очень расстроена. Ей хотелось плакать. Дядя поманил Нин Шу. - Вытри стул. Нин Шу улыбнулась и подняла руки, замотанные в бинты. - У меня лапки. Блять, он же совсем недавно уничтожил её, а теперь хочет, чтобы она снова выполняла приказы? У него что, нихуя стыда нет? Он вообще не чувствует себя виноватым? 795 подумал немного, потом поёрзал на своём стуле задницей, встал и сказал дяде: - Я вытер, теперь можете садиться. Дядя глянул на него. Он не сел на предложенный стул, а сел на стул по соседству с 795. - Как умерли 696 и 6457? - спросил 795. Он был в комнате с боссом. Там было максимально безопасно, поэтому 795 спокойно проспал всю ночь. Он ничего не знал о произошедшем этой ночью. Нин Шу посмотрела на дядю и сказала: - 696 была убита 6457. А если точнее, то это был Чжан Цзясэнь, который пытался убить её. Мэй Цзыцин была просто слишком взволнованна, и по ошибке попалась под удар. Нин Шу чувствовала, что Мэй Цзыцин очень взволнована. Вероятно, она отчаянно хотела поймать убийцу, закончить это задание и получить очки заслуг, чтобы стать получателем заданий продвинутого уровня. Когда ты спешишь, легко совершить ошибки. 795 поднял бровь. - Так это ты убила 6457? Нин Шу покачала головой, глянула на безразличного дядю и сказала: - Может, он вообще был уничтожен. 795 невольно глянул на дядю, вытащил Нин Шу из дома и спросил: - Что, чёрт возьми, происходит? Нин Шу рассказала 795 что произошло. 795 невольно покачал головой. - Должно быть, он уничтожен. Он даже не задумывался о том, что это за задание. Если законы этого мира рухнут, то произойдёт невероятная катастрофа. Сотни миллионов существ, обитающих в этом мире, просто сгинут. Осколки мира и закона небес станут мусором, который навредит соседним мирам. Все миры связаны между собой. А иначе, как ты думаешь, откуда так много переселенцев? Самое важное - это задание. Я ненавижу эту сучку, 496, но я же ничего не делаю. Все обиды можно решить после выполнения задания. 795 покачал головой. - Если задание окончится провалом, то даже душ сотен тысяч получателей заданий не хватит, чтобы стабилизировать разрушение мира. ---------- Свою Приятную и Красивую Истинную Внешность! - К тому же, - 795 глянул на дом и перешёл на шёпот: - С первым поколением получателей заданий нужно вести себя хорошо. Они из тех, кто создают свои правила. Нин Шу невольно издала протяжный вздох. Из-за того, что Чжан Цзясэнь был низкого уровня, всего лишь получатель заданий начального уровня, он был импульсивным. Он не понимал того, какая среди получателей заданий иерархия. Ему слишком сильно хотелось отомстить. 795 похлопал Нин Шу по плечу. - Расслабься. Хорошо, что теперь тут нет 6457. Нам больше не нужно его опасаться. - Спасибо. Нин Шу поблагодарила его. - Неужели первые получатели заданий настолько сильные? Им не обязательно даже использовать тела других людей? - спросила Нин Шу. - Им лишь нужно подавить свою силу до самого минимума, и тогда они могут войти в мир, - сказал 795. - Я тоже хочу показывать всем свою приятную и красивую истинную внешность! Нин Шу: →_→ - У меня во рту язвы, - 795 надул щёки. - Дай мне немного слюны. Нин Шу развернулась и вошла в дом. Она увидела дядю, сидящего на стуле, закинув ногу на ногу, и сглотнула слюну. Теперь дядя казался ей очень страшным. Куда делся тот милый школьный доктор, который вскрывал людей скальпелем, а не убивал их из пистолета? На лестнице послышался поспешный топот ног. 496, Лу Шаньшань, подошла к дяде и сказала: - Две девушки мертвы! Дядя встал и пошёл вверх по лестнице. Нин Шу тоже поспешила следом. Когда она вошла в комнату, то увидела двух девушек, привязанных спина к спине. В их рты была вставлена заострённая деревянная палка, пронзающая их затылки насквозь. Их головы были словно засахаренные фрукты на палочке. Деревянная палка торчала из их ртов. Рты были открыты по максимуму, а глаза были вытаращенными. Оба конца заострённой палки были покрыты кровью и кусочками мозговой ткани. Зрачки Нин Шу сжались. Это был очень бесчеловечный способ убийства. Нин Шу содрогнулась. Похоже, что убийца делал это ради удовольствия. Не похоже, чтобы кто-то мог затаить настолько глубокую ненависть, чтобы убить кого-то столь отвратительным образом. Лицо дяди было хмурым. Он спокойно надел перчатки, чтобы проверить тела. Он посмотрел на двух других девушек, которые зажались в углы своих коек и держались за одеяла, и спросил: - Что произошло этой ночью? Обе девушки были напуганы до состояния транса. Когда они услышали голос дяди, их тела немного дёрнулись. Девушки испуганно ответили: - Нет, нет. Мы не знаем! Мы ничего не знаем! Одна девушка схватилась за голову. Её глаза налились кровью, и она нервно закричала: - Мы умрём! Мы все умрём... Она кричала, а потом на её лице появилась нервная улыбка. -Хи-хи, хи-хи, хи-хи. Она обезумела от испуга. Фань Цзюньян, президент клуба, упал на колени на пол. На его лице были паника и безнадёжность. Он отчаянно начал биться головой об пол, залитый кровью. - Как это могло произойти? Как это могло произойти? - бормотал Фань Цзюньян. - Как это могло произойти? Дядя поджал губы и холодно сказал: - Спустите тела вниз. Нин Шу посмотрела на эту сцену. Преступление совершили те люди, что находились в комнате, или те, кто пришли снаружи? Дядя подошёл к койке. Он постучал по стенам и койкам, чтобы проверить, есть ли там какой-нибудь тайный туннель, или что-то ещё. Когда произошло убийство, не было слышно ни звука. Каждый раз, когда происходило убийство, была тишина. Когда люди чувствуют боль, они борются и кричат. Дядя всю ночь бодрствовал, но ничего не услышал. Если это было сделано людьми, наверняка остались какие-то улики. Похоже, что людей убивали либо в бессознательном состоянии, либо они не чувствовали боли. Может, они были опоены, или использованы какие-то анестетики? ---------- Должно Быть, Кто-то Прибрался Нин Шу подозревала, что людей убивали, когда они были без сознания. Люди, находящиеся в той же комнате ничего не почувствовали. Так что, возможно, все просто спали мёртвым сном. Нин Шу принюхалась, но не почувствовала ничего в доме. Осмотревшись по сторонам, она обнаружила кучку тонкого пепла у подножия стены позади двери. Кто-то зажигал тут благовония. Нин Шу намазала немного пепла на кончик своего носа и принюхалась, но не учуяла никакого запаха. Дядя подошёл и присел рядом с Нин Шу, глядя на пепел от благовоний. - Тибетские благовония, - тихо сказал дядя. Нин Шу немного удивилась. Она слышала о тибетских благовониях. У них нет никакого запаха. Кто-то спрятал тут благовония, которые невозможно почувствовать. Но эти благовония обладали мощным успокаивающим эффектом. Легенда гласит, что Хуа То использовал тибетские благовония, чтобы вылечить кости Гуань Юя. И Гуань Юй не почувствовал никакой боли. Пока ему выскребали кости, он спокойно мог пить вино и есть мясо, смеяться и играть в шахматы*. Схожим образом, жертвы были полностью без сознания, а все находящиеся в комнате спали мёртвым сном. Нин Шу подошла к двум девушкам, зажавшимся в угол кровати. Она протянула руку и ущипнула руки девушек. Девушки, похоже, совсем ничего не почувствовали. В прошлый раз в комнате ничего не нашли. Должно быть, в ней кто-то успел прибраться. Тибетские благовония — это очень редкая вещь. Она требует много мастерской работы. К тому же, рецепт её создания был утерян, и на рынке просто нет таких вещей. Такие редкие вещи очень дорогие. Причём, невероятно дорогие. Разве возможно, чтобы в таком месте появилось нечто подобное? 749 наклонился к Нин Шу и сказал: - Среди этой группы людей, не считая Пань Чэня, семья Фань Цзюньяна самая богатая. Нин Шу глянула на Фань Цзюньяна, покрытого кровью, взъерошенного и прислонившегося к стене. Все знаки указывали на то, что Фань Цзюньян — самый подозрительный. Дядя встал и сказал Нин Шу: - Спусти тела вниз. Нин Шу подняла руки и сказала: - У меня лапки. - Я спущу их, - сказал 749. 749 был достаточно сильным, чтобы поднять тела, связанные вместе, и спустить их вниз. Дядя сказал Фань Цзюньяну: - Собери всех в зале. - Хорошо. Фань Цзюньян попытался подняться, но из-за головокружения от ударов головой лишь завалился вперёд. Но даже после этого, он всё равно пошёл всех собирать. Нин Шу последовала за дядей в зал. Старушка в зале смотрела на трупы во дворе, бормоча о сотворённом зле. - Вы можете уйти отсюда?! Какое зло вы тут разбудили? - в панике сказала старушка. - Уйдите, пожалуйста. Мне не нужны ваши деньги. Старушка нервно крутила свою клюку. Она выглядела паникующей и напуганной, что формировало яркий контраст с Сяолань, стоящей позади неё. Лицо Сяолань было немного озадаченным. Так как она не видела, даже если она и знала о том, что кто-то умер, она не могла увидеть, как эта смерть произошла. Единственным поистине бесстрашным человеком во свей группе была именно Сяолань. Фань Цзюньян созвал всех вниз, и зал наполнился людьми. Все дрожали от страха. Тут также была та перепуганная девушка, которая хихикала. Её улыбка была жуткой, особенно в такое напряжённой и пугающей атмосфере. - Советник, что же нам делать? - спросил Фань Цзюньян с подавленным выражением на лице и прохрипел: - Я... Он... Блять, я больше этого не вынесу. Дяди безразлично спросил: - Так и что же ты хочешь? Уйти? - Я лучше уйду, чем оставаться в таком месте. Тут повсюду призраки! Я просто не могу этого выдержать. Голос Фань Цзюньяна изменил тон, а его пальцы неконтролируемо дрожали. - Вы же сами принесли сюда это. А теперь ещё говорите, что тут призраки. Старушка с негодованием постучала клюкой по полу. Сяолань потянула старушку за полу пальто и сказала: - Бабуля, снаружи тама снег идёт. Как ты могёшь, просить их уйти? - Так что же, нам позволить этим людям умирать в нашем доме?! Как мы можем такое позволить?! Как нам после этого продолжать тут жить?! - старушка повысила голос. ---------- Где Были Эти Двое? В доме стало тихо. Слышался лишь звук дыхания. Некоторые девушки тихо плакали, но не смели убегать. Они хотели уйти отсюда, но потом вспоминали Линь Ся, которая убежала в тот раз. Она так и не вернулась по прошествии ночи. Скорее всего, она уже умерла. Многие люди с надеждой и предвкушением смотрели на высокого, красивого и спокойного дядю. Лу Шаньшань спросила у дяди: - Советник, вы знаете, кто убийца? Мне кажется, Фань Цзюньян — самый подозрительный. 749 тут же фыркнул: - Ты так думаешь? Если ты кого-то подозреваешь, то нужно добыть доказательства. - Ты мужчина вообще, или нет? Придираешься, словно какая-то девчонка. Лу Шаньшань с отвращением глянула на него, а потом повернула голову, чтобы посмотреть на дядю. 749 презрительно поджал губы. - А ты пользуешься любой возможностью, чтобы накинуться на первого попавшегося парня. Это просто отвратительно. Лу Шаньшань посмотрела на 749 с сильным убийственным намерением во взгляде. Однако, так как дядя всё ещё рядом, она подавила свои позывы и раздражённо отвернулась от 749. - Я никого не убивал. У меня вообще нет причин убивать. Я — президент клуба традиционной живописи. Если что-то случится с членами клуба, самая большая ответственность лежит на мне. Лицо Фань Цзюньяна покраснело от волнения. Кровь на его лице высохла и стала тёмно-красной. Остальные члены клуба с опаской посмотрели на Фань Цзюньяна, и даже стали отодвигаться от него. На лице Фань Цзюньяна появилась глубокая горечь. Нин Шу и остальные получатели заданий отошли, не проронив ни слова. Сейчас самым важным заданием было выжить. В клубе традиционной живописи было тридцать два человека и все они были убиты. Нин Шу посмотрела на старушку и Сяолань, пытаясь вспомнить сюжет. Когда члены клуба были убиты, где были эти двое? Эти двое не особо появлялись в сюжете. Плюс, в этот раз сюжет уже прошёл через неизвестное количество повторений, так что изначальный сюжет изменился до неузнаваемости. Нин Шу невольно почесала свой затылок. Если поймать убийцу, то как с ним разобраться? Убить убийцу? В этот раз задание в том, чтобы прервать бесконечный цикл, но как? С самого начала они искали убийцу, но убийца так и не был найден. Однако всё больше и больше народу умирало. Очевидно, этот убийца был крайне неуловимым. Нин Шу считала, что эта пара из бабушки и внучки — самые подозрительные. Тогда что насчёт мотива? Развлекаются тем, что убивают? Нин Шу попыталась поставить себя на их место. Группа людей живёт в их доме. Какая у них может быть причина захотеть убить всех этих людей? Ради денег? У старушки и внучки есть стол из жёлтого палисандра. Если те спрятанные благовония тоже принадлежат им, то это означает, что у них предостаточно денег. Скука? Хотят поиграть в убийственную игру с этими людьми, мол, догадайся, кто я? Месть? Среди этой группы из тридцати двух человек есть враги пары из старушки и внучки? Но зачем убивать всех? Они боятся, что их раскроют, и поэтому заметают следы? Мысли Нин Шу были в хаосе. Никакая логика просто не имела тут смысла. Дядя указал на обезумевшую и напуганную девушку, и сказал: - Не притворяйся сумасшедшей. Это ты убила тех двух девушек. Все люди застыли и посмотрели на обезумевшую девушку, которая всё ещё хихикала и смеялась. - Лю Маньмань. - Это она убила тех людей. Толпа тут же отодвинулась от неё. Обезумевшее лицо Лю Маньмань немного напряглось. Дядя нетерпеливо сказал: - Свяжите её. Охраняйте её по очереди. ____________ #комментарий анлейта: Нин Шу имела в виду эту историю: Во время битвы за Фаньчэн, Гуань Юй был ранен в руку арбалетной стрелой, покрытой ядом. Лекарь Хуа То пришёл в его лагерь и предложил ему вылечить руку. После постановки диагноза, Хуа То сказал, что яд уже проник через плоть в кость, и ему нужно выполнить операцию на руке Гуань Юя. Он также сказал Гуань Юю, что ему нужно наложить повязку на глаза, а руку закрепить, чтобы провести эту операцию, но Гуань Юй сказал, что это слишком хлопотно и попросил его провести операцию прямо на месте. Хуа То разрезал плоть на руке Гуань Юя, обнажил кость, а потом выскреб яд из кости, после чего зашил рану. Гуань Юй не проявлял никаких признаков боли и во время операции продолжал играть в го с Ма Лян. Он поблагодарил Хуа То за излечение его руки и хотел наградить, но лекарь отказался. Это история из романа "Троецарствие" ---------- Я Их Не Убивала. Я Их Не Убивала... - Я их не убивала. Я их не убивала, - пробормотала Лю Маньмань. Её лицо побледнело.. - Если ты их не убивала, тогда зачем ты притворяешься сумасшедшей? - фыркнула Лу Шаньшань. - Ты сама раскрыла то, что пыталась спрятать. - Я... - Лю Маньмань крепко закусила губы, а потом начала клясться: - Я правда никого не убивала. Не убивала. - Ты беременна, - безразлично сказал дядя. Глаза Лю Маньмань округлились, и она рефлекторно прикрыла рукой свой живот. Остальные посмотрели на Лю Маньмань очень странными взглядами. Лицо Лю Маньмань стало пунцовым от смущения. - Я не беременная. Нет... После этих слов она стукнула себя по животу, чтобы доказать, свою невиновность. Но после двух ударов её лицо стало очень бледным, и она не осмелилась стукнуть ещё раз. Нин Шу посмотрела на Лю Маньмань. Мэй Цзыцин говорила ей, что тут есть беременная девушка. Оказывается, это была она. Если Мэй Цзыцин могла видеть души, быть может, дядя тоже смог увидеть дополнительную душу в теле Лю Маньмань? А потом до Нин Шу дошло, что она зря тратит свои клетки мозга на ерунду. Он же из первого поколения получателей заданий. Конечно же, он смог увидеть. - Зачем ты убила их? Да ещё и таким жестоким образом? - в шоке спросил Фань Цзюньян. Лю Маньмань закусила губы и призналась: - Они сплетничали о том, что я беременная... Нин Шу поджала губы. Девушек пронзили палкой сквозь их рты. Нин Шу спросила: - Тогда откуда ты взяла тибетские благовония? - Какие тибетские благовония? Я ничего об этом не знаю. Лю Маньмань покачала головой, заливаясь слезами. Её лицо было полно сожаления. Нин Шу посмотрела на дядю. Его лицо было безразличным, когда он сказал: - Свяжите её и следите за ней по очереди. - Остальных тоже ты убила? - спросила Лю Шаньшань. Лю Маньмань была уже связана и покачала головой. - Я убила только двоих. - А ты правда... - Нин Шу не знала, как спросить. Лю Маньмань уставилась на Нин Шу. - Да что ты понимаешь! Меня изнасиловали... Изнасиловали! Меня изнасиловал мужчина. Лю Маньмань сорвалась и начала кричать. Нин Шу поджала губы и извинилась: - Прости. Я не знала. Она была изнасилована и забеременела. Из-за этого ей захотелось убить сплетниц. От стыда и ненависти к себе у неё развилась идея об убийстве. Но всё равно остаются нерешённые вопросы. Кто принёс тибетские благовония? Кто убил первых жертв? - Человек, который тебя изнасиловал... Он из клуба? - спросила Нин Шу. Лю Маньмань была связана по рукам и ногам. Она сидела на полу, низко опустив голову. Её тело дрожало, а на пол падали слёзы. Похоже, что она не услышала слов Нин Шу и больше не издала ни звука. Нин Шу сказала дяде: - Лучше её развязать. Так много народу смотрит, она не станет создавать проблемы. - Ты отвратительна. Пытаешься быть, словно непорочный белый лотос? Неужели, ты действительно можешь ей симпатизировать? Она ведь убила людей из собственных эгоистических побуждений. Зачем симпатизировать таким людям? - презрительно сказала Лу Шаньшань, глядя на Нин Шу с особым отвращением. Нин Шу: … Ладно. Значит, она белый лотос. Однако беременную женщину заставили сидеть на холодном полу. Даже если бы её приговорили к казни, правительство всё равно дождалось бы, когда родится ребёнок. - Ты думаешь, что все такие же холодные и бессердечные, как ты. Она ведь тебя не убивала; с чего это у тебя такое праведное негодование? Если бы тебя изнасиловали, ты бы поступила так же, - 795 сделал паузу, после чего продолжил: - Нет, если бы мужчина тебя трахнул, то ты была бы только счастлива. Нин Шу: →_→ Чёрт. насколько же глубока его ненависть, что он нападает на людей с подобными словами? ---------- Все Вы Несёте Зло Лю Шаньшань так разозлилась, что её тело затряслось. Она указала на 795 и с яростью в голосе сказала: - Тебе это с рук не сойдёт. - Видишь, я всего лишь сказал пару неприятных слов, а ты уже ведёшь себя подобным образом, - 749 развёл руками и пожал плечами. - И что? Ты теперь убьёшь меня из собственных эгоистических побуждений? - Ты... Лу Шаньшань была так зла, что у неё глаза покраснели. - Советник, пусть она будет связана, - сказали члены клуба. - Люди в клубе все знакомы друг с другом. Как она могла поднять на них руку? Это слишком жестоко. Лю Маньмань всё ещё сидела, опустив голову, и ничего не говорила. Нин Шу ничего не сказала. Пока подобные вещи не случатся с ними самими, они не поймут, каково это. Лю Маньмань оставили одну в углу. Люди не смели приближаться к ней. Она поджала ноги и прижалась лбом к коленям. Люди, которые проходили мимо неё, делали крюк, и вокруг неё сформировался вакуум. В зале было тихо. Снаружи завывал холодный ветер, и тяжёлая атмосфера давила на сердца всех присутствующих. И что с того, что они поймали убийцу тех двух девушек? Они всё равно не могли уйти. В белой пелене легко заблудиться, а сугробы доходят до колен. Похоже, что какая-то необъяснимая сила не давала им уйти отсюда. Цикл убийств повторялся в этом доме снова и снова. - Бабушка, пожалуйста, приготовьте нам что-нибудь поесть, - устало сказал Фань Цзюньян. Старушка покрутила своей клюкой и взволнованно сказала: - Почему бы вам не покинуть мой дом? Все вы несёте зло. - Бабуля, снаружи тама такой сильный снег идёт. Лучше подождать, - сказала Сяолань. Нин Шу подняла брови и спросила: - Сяолань, ты видишь, что идёт снег? Сяолань покачала головой. - Я его слышу. Звуки дождя и снега. Я слышу все звуки. - Может, ты слышала какие-нибудь движения наверху этой ночью? - спросила Нин Шу. Сяолань ответила: - Я каждую ночь слышу звуки шагов. Это звуки того, как вы ходите по ночам. Нин Шу заткнулась, когда поняла, что больше от неё ничего не узнает. Старушка увела свою внучку, чтобы приготовить завтрак. Три раза в день они ели лишь чёрные парные булочки и жидкую кашу. Когда старушка принесла еду, первым делом она дала кашу Фань Цзюньяну. И эта каша была лучше, как и говорила Лу Шаньшань. Это действительно выглядело подозрительно. Нин Шу почувствовала, как у неё голова раскалывается. Теперь все начали выглядеть, как убийца. У них не было никакого прогресса. Нин Шу повернула голову, чтобы посмотреть на дядю. Его выражение лица было холодным, и было непонятно, что у него на уме. Он держал в руке скальпель, который сверкал серебристым светом, и от этого выглядел крайне пугающе. Дядя повернул голову и посмотрел на Нин Шу. - Что такое? Когда их взгляды встретились, Нин Шу тут же съёжилась, вспоминая о том, каково это — быть уничтоженной. Она покачала головой. - Ничего. Хотите парную булочку? Нин Шу протянула ему парную булочку из чёрной муки. Она сделала это специально. Эта булочка выглядела чёрной и грязной, и Нин Шу знала, что он не будет есть. Сдохни с голоду, сукин ты сын! - Советник, съешьте мою. Лу Шаньшань взяла парную булочку и протянула её дяде. При виде этого Нин Шу убрала руку и сама взгрызлась в свою булочку. Дядя достал откуда-то бутылку воды и посмотрел на чёрную парную булочку с отвращением. - Я не голоден. Лицо Лу Шаньшань порозовело. Но было непонятно, от стыда это или от смущения. - Тц... - 795 снова начал ругать её. - У него что, своих рук нет? Думаешь, ему нужна твоя помощь? Лу Шаньшань успокоилась и безразлично глянула на 795. Выражение лица 795 резко стало серьёзным и он указал на Лу Шаньшань. - Если я умру, то меня наверняка убьёшь ты! Нин Шу: ... ---------- Вложить Больше Денег в Свадебный Подарок Для Неё Кто знал, что за ненависть была между 795 и Лу Шаньшань. Что бы ни говорила Лу Шаньшань, 795 тут же возражал. Он настойчиво ссорился с ней. Нин Шу считала, что 795, должно быть, тайно влюблён в Лу Шаньшань и просто использует этот уникальный способ привлечь к себе её внимание. Лу Шаньшань была самой прекрасной женщиной из тех, что видела Нин Шу. У неё были великолепный характер и внешность. Особенно в костюме древней эпохи, она выглядела так, словно не была запятнана нечистотами смертного мира. Совсем не выглядела, как сучка, которой её называл 795. Нет ничего плохого в том, чтобы любить кого-то, но 795 постоянно использовал такой метод, чтобы раздражать Лу Шаньшань. Как он вообще может ей понравиться? Она, скорее, хочет его убить. Нин Шу посмотрела на 795 необъяснимым взглядом. 795 жевал парную булочку из чёрной муки. Когда он заметил её взгляд, он сказал: - Ты чего это на меня так смотришь? Нин Шу ответила: - Если тебе кто-то нравится, то ты должен усердно работать и заработать много денег. А когда она выйдет замуж, ты сможешь вложить больше денег в свадебный подарок для неё. 795: … - Ты чего это такое несёшь? 795 выглядел ошарашенным. Нин Шу причмокнула губами с понимающим видом. Нин Шу вгрызлась в парную булочку и увидела, что Лю Маньмань всё ещё сидит в углу с опущенной головой. Нин Шу взяла парную булочку и подошла к ней со словами: - Поешь немного. Лю Маньмань продолжила сидеть, зарывшись головой в колени и игнорируя Нин Шу. Нин Шу положила парную булочку на тарелку рядом с ней, села рядом с Лю Маньмань и спросила: - Ты убила их обеих? Беременная девушка связала двух девушек и убила их обеих деревянной палкой. Это звучит немного притянуто за уши. - Как тебе в голову пришёл такой метод? - спросила Нин Шу. Лю Маньмань зарылась головой в колени. Её тело слегка дрожало, когда она ответила гнусавым голосом: - Я ненавидела то, что эти двое сплетничают, говорят неприятные слова. Мне очень хотелось отрезать их языки. - Кто тебя изнасиловал? - тихо спросила Нин Шу. Лю Маньмань не ответила. - Где ты взяла палку? К тому же, палка была заострённой. Если она хотела их убить, то ей нужен был инструмент. Сердце было вырвано когтями, головы были пронзены деревянной палкой, а в глаз была воткнута кисточка. - Она была в сарае рядом с кухней, - ответила Лю Маньмань не поднимая головы. Нин Шу встала, вышла из зала. Она прошла по глубокому снегу к сараю рядом с кухней. Это была очень простая постройка с дровами. Там была стопка палок в половину человеческого роста. Эти палки были толщиной с половину кулака и были заострёнными. Вот где Лю Маньмань взяла орудие убийства. Нин Шу снова прошла через снег, чтобы вернуться в зал. Когда она проходила мимо кухни, она увидела Сяолань, сидящую у печи и освещённую огнём. Нин Шу подумала немного, а потом вошла на кухню и подошла к Сяолань. Она спросила: - Зачем у вас заострённые деревянные палки в сарае рядом с кухней? Сяолань ответила: - Это заготовки для изгороди. Бабуля сказала, что когдась снег растает, мы должны посадить овощи во дворе. Бабуля заострила эти палки, чтобы их было проще втыкать в землю. Нин Шу поджала губы. Это объяснение было логичным. Получается, что Лю Маньмань увидела эти палки и решила использовать их в качестве орудия убийства. Нин Шу развернулась, чтобы выйти из кухни. Краем глаза она заметила у наклонившейся за дровами Сяолань красную нить вокруг шеи. Похоже, что у неё был какой-то талисман для защиты от злых энергий. Скорее всего, на нити был нефритовый кулон или бумажный талисман. Предположительно, он никогда не снимался с её тела, так как красная нить немного почернела. - Вам нужно што-та ищо? - спросила Сяолань с отсутствующим взглядом. Нин Шу с удивлением спросила: - Ты знала, что я смотрю на тебя? Сяолань ответила: - Глаза слепы, но другие чувства гаразда острее. К таму же, если вы будите пристально смотреть на миня, то я эта почую. - Я каждый день ем парные булочки и совсем не ем овощей. Можете сделать немного овощного супа? А то у меня запор, - Нин Шу коснулась своего живота. - Живот пучит и это очень неприятно. ---------- Ты Не Мертва Это был северный регион страны, тут должен быть подвал, в котором можно хранить картофель, сладкий батат и прочее. Нин Шу теперь хотела найти повод сходить и посмотреть на подвал. Сяолань покачала головой. - Бабуля старая, а я не вижу. Даже еслиф мы и посадили немного овощей, иха бы не хватило на зиму. - Выходит, в подвале у вас совсем нет еды? - спросила Нин Шу. Сяолань покачала головой. - На самом деле, у нас в доме не так много еды. Бабуля пыталась прогнать вас потому, што вы пакрыты злобной инергией, и потому, што у нас дома асталась не так уж многа еды. Если вы не уйдёте, то мы умрём с голодухи. - Мы не можем уйти в такую метель, - сказала Нин Шу. - Как насчёт того, чтобы теперь есть всего один раз в день? Сяолань улыбнулась, но её взгляд оставался пустым. От этого девушка выглядела немного жутко, когда улыбалась. Нин Шу вышла из кухни и вернулась в зал. Дядя махнул ей рукой. - Иди сюда. Нин Шу почувствовала себя немного неуютно. Она медленно подошла к нему. - Советник, что случилось? - Ты не мертва, - сказал дядя. Нин Шу: … Какого чёрта? Что с ним не так? Он не только уничтожает людей, но ещё и сыпет соль на рану? Уголки рта Нин Шу дрогнули. Она не знала, что сказать. - Помни, как получатель заданий, ты должна уметь ставить приоритеты, чтобы двигаться дальше. Бесконечная жизнь имеет свою цену, - дядя указал на стул рядом с ним. - Садись. Нин Шу села, а волосы на её теле встали дыбом. Даже через одежду она почувствовала холодную ауру дяди. - Спасибо, советник, я понимаю, - искренне сказала Нин Шу. Какого хера! Нин Шу очень хотелось стукнуть по своей груди. Ей стало тяжело дышать от раздражения. Он спокойно уничтожил её, а теперь она должна говорить ему спасибо. Дядя посмотрел на Нин Шу, закинул ногу на ногу и слегка наклонил голову. От звука того, как хрустит его шея, Нин Шу покрылась гусиной кожей. - Ты меня боишься? Дядя повернул голову и посмотрел на Нин Шу. - Аха-ха-ха... - Нин Шу заставила себя рассмеяться. - Нет. Нин Шу напрягла спину и положила руки на колени. Она, блять, была до смерти напугана находиться рядом с человеком, который может решать жизни других людей. Этот человек мог диктовать судьбу других, и уже убил её прошедшей ночью. И ещё спрашивает, боится ли она? Боится? Да, Нин Шу была напугана до смерти. - Ааа... - ... Послышался крик, идущий с верхнего этажа. Нин Шу торопливо встала. Явно опять что-то случилось. Нин Шу поспешила наверх. 795 с топотом бежал вниз по лестнице. Он тут же врезался в Нин Шу. Сбитая Нин Шу упала на пол. - Боже правый, не можешь смотреть, куда идёшь? 795 помог Нин Шу подняться с пола, а потом взволнованно сказал дяде: - Снова труп. В этот раз всё ещё более отвратительно. Дядя встал, шагнул своими длинными ногами на лестницу и пошёл наверх. Нин Шу поспешила наверх. Она увидела комнату, в дверях которой столпился народ. Некоторые девушки прислонились к стене, и их тошнило. Нин Шу протиснулась в комнату и увидела в комнате тело, висящее вниз головой. Нижняя половина тела была обнажена. К голым ногам были привязаны верёвки, разводящие ноги в стороны. Разрез шёл от промежности до живота, практически разделяя человека пополам. Обе ягодицы были разделены, а пила остановилась на месте пупка. Ещё ужаснее было то, что человек, похоже, был в сознании, когда это делалось. Потому что он висел вниз головой, и к голове приливало достаточно крови, чтобы обеспечить мозг кислородом. Он был в сознании и видел, как пила распиливает его собственное тело. ---------- Нельзя Было Назвать Квалифицированным Специалистом По Вскрытию Глядя на эту ужасающую сцену Нин Шу чувствовала лишь, как её сердце колотится с огромной силой. У неё закружилась голова. Желудок Нин Шу перевернулся, желая опорожниться. Трудно было удержаться от этого, особенно в комнате со смешавшимися запахами крови и содержимого кишечника. Это было отвратительно. Это был очередной вызов психологической устойчивости людей. Дядя с бесстрастным лицом посмотрел на тело, развернулся и ушёл. Похоже, что он не собирался проводить вскрытие. Его действительно нельзя было назвать квалифицированным специалистом по вскрытию. Всё же, разве, когда тело уже разрезано, результат не один и тот же? Нин Шу прикрыла свой нос и вошла в комнату. Эта комната была очень маленькой, а в углу стояла плевательница, которая временно использовалась в качестве туалета. Это было потому, что ночью слишком холодно, чтобы ходить в туалет на улице. А если все будут бегать туда-сюда, то никто не отдохнёт толком. И там явно было слишком холодно. Это означало, что парня раздели догола и подвесили вниз головой, когда он собирался сходить в туалет. Разрезанное тело ещё было тёплым и от него даже шёл пар. Мужское достоинство было искалечено до неузнаваемости. Во рту был кляп, а глаза были выпучены. Он уже умирал. Когда он увидел Нин Шу, в его взгляде появилась мольба, а потом он, наконец, испустил свой последний вздох. 795 подошёл, обвёл взглядом труп, покачал головой и сказал: - Это слишком жестоко. При таком убийстве человек страдает дольше. Нин Шу вздохнула и сказала 795: - Давай снимем его. Считая этого, убитых было уже восемь. - Я сам это сделаю. 795 снял тело и утащил его вниз, оставляя за собой длинный след крови. Когда Нин Шу спустилась, она увидела, как беременная Лю Маньмань смотрит на распиленный труп. В её взгляде была холодная улыбка. Когда Лю Маньмань повернула голову и увидела, что Нин Шу смотрит на неё, она тут же опустила голову и зажалась в угол. Нин Шу подошла к Лю Маньмань, прищурилась и спросила: - Это он тебя изнасиловал? Это тот человек, что изнасиловал тебя, верно? Лю Маньмань опустила голову и ничего не сказала. Нин Шу невольно потёрла свой лоб. У неё просто голова кругом шла. Очередной мертвец. Нин Шу спросила у 795: - У тебя есть какие-нибудь зацепки? - В любом случае, этим занимается группа людей. Вероятно, совместными усилиями, - сказал 795. - Отпечатки на полу хаотичные и разных размеров, так что там явно было больше двух человек. - Разве ты не был наверху? Не услышал никаких движений? - спросила Нин Шу, так как она разговаривала с дядей внизу. 795 взъерошил волосы. - Всё произошло слишком быстро. На всё ушло совсем немного времени, так что они, наверняка, подготовили место преступления заранее. - Должно быть, это двое парней. Девушки не ходят в мужскую комнату. Девушки жили в комнате, где плевательница стояла за дверью их комнаты. 795 выдохнул. - В этот раз задание действительно тревожит. Если люди умрут, то мы будем вынуждены реинкарнировать. У меня есть метод, чтобы избежать уничтожения. А у тебя? - спросил 795 у Нин Шу. - Каждая реинкарнация эквивалентна одному уничтожению. Нин Шу: … Ей просто хотелось умереть. Зачем она вообще взялась за это задание? - У тебя есть какие-нибудь подозреваемые? - спросила Нин Шу. - Мы же не можем просто сидеть тут вот так. - Я подозреваю, что смерти этих людей — это какой-то религиозный ритуал, - предположил 795. - У некоторых религий бывают фанатики, которые используют различные экстремальные методы, чтобы продемонстрировать их верность и веру в религию. Нин Шу задумалась на мгновение и спросила: - Религиозная церемония? Но Лю Маньмань убила тех двух девушек, - сказала Нин Шу. - Слишком много допущений. И 696 была убита получателем заданий. ---------- Зачем Ты Убежала в Свинарник? 795 тоже был раздражён. - Должно быть, тут есть какое-то особое место, которое мы проглядели. Про Линь Ся, которая убежала, тоже ничего неизвестно. Если это действительно религиозная церемония, то её тело обязательно появится где-нибудь, - сказал 795. - Я уже однажды был на задании, где серийный убийца раскладывал тела в особых местах и использовал уникальную технику убийства. - Но теперь проблема в том, что убийц среди этих людей больше одного. Или ты действительно думаешь, что они совершат самоубийство, после того, как всех убьют? - небрежно сказала Нин Шу. 795 пожал плечами. - Кто знает? Нин Шу: →_→ Нин Шу задумалась, а потом прошептала 795: - Давай исследуем этот дом. Так много инструментов для убийств было использовано. Наверняка должно быть место, где они спрятаны. В северных регионах страны в каждом доме есть погреб. Я, пока что, не нашла погреба или чего-то вроде этого, но я думаю, что погреб — это лучшее место для того, чтобы всё это прятать. 795 кивнул и составил компанию Нин Шу, чтобы обыскать весь дом. Они даже сходили в свинарник в поисках погреба. В этом доме просто не было погреба. - Отсутствие погреба означает, что в доме есть другие потайные комнаты, - сказал 795. - В этом инциденте с убийствами наверняка как-то замешаны бабушка и внучка. Нин Шу пнула чёрную свинью, которая бежала на неё, и замарала обувь свиным дерьмом. 795 потащил Нин Шу за руку и вывел из свинарника. - Зачем ты забралась в свинарник в поисках погреба? - Чем более неожиданное место, тем больше вероятности. Нин Шу вытерла грязь на своей обуви о снег. 795 закатил глаза. Нин Шу и 795 вернулись в зал и увидели, что дядя отодвинул стол, стоящий посреди зала. Он присел на корточки и простукивал пол руками. Послышался глухой звук. Очевидно, под полом была пустота. Чем более неожиданное место, тем больше вероятности. Нин Шу поспешно подошла и стала искать трещины на полу. Деревенский пол был грязным, поэтому Нин Шу пришлось проверить весь пол на предмет стыков. Старушка увидела Нин Шу, лежащую на полу, и не удержалась от того, чтобы спросить у неё, опираясь на клюку. - Что вы делаете? - Я обронила кое-что, вот и ищу. Нин Шу поднялась с пола. Дядя отодвинулся в сторону и посмотрел на Нин Шу. В этот момент его нос дёрнулся, и он почувствовал очень неприятный запах. Дядя развернулся и поднялся на второй этаж. - Што вы ищите? - спросила Сяолань у Нин Шу. - Небольшую заколку с горным хрусталём, - без заминки солгала Нин Шу. Зрачки-точки Сяолань смотрели строго в одном направлении. - Бабуля сказала, што у вас ищо кто-та умир, да? - спросила Сяолань. - Отчегось все тут так мрут? Нин Шу почесала затылок. Ей и самой хотелось узнать ответ на этот вопрос. Бух! Наверху послышался громкий стук, словно на пол упало что-то тяжёлое. Сердце Нин Шу ёкнуло, наверняка опять что-то случилось. Нин Шу помчалась наверх и увидела девушку на полу. Её лицо было разрублено топором, и острие топора глубоко погрузилось ей в лицевые кости. Нин Шу почувствовала сильное раздражение. Как так вышло, что ещё один человек умер? - Как это могло случиться... - Фань Цзюньян выглядел всё более и более растерянным и даже начал походить на сумасшедшего. - Мы должны уйти отсюда. Нам нельзя тут оставаться. Нин Шу спросила у Фань Цзюньяна: - Начерта вообще было приходить в такое место для сбора культурного материала? Фань Цзюньян схватился за голову обеими руками. - Я пришёл сюда, потому что слышал от Пань Чэня, что снежные пейзажи очень красивые. Но Пань Чэнь уже мёртв. Краем глаза Нин Шу увидела красную нить на шее Фань Цзюньяна. Сам кулон был под одеждой и его невозможно было увидеть. ---------- Красная Нить Нин Шу увидела красную нить на шее Фань Цзюньяна. Она видела такую же совсем недавно, на шее Сяолань. Если всё тщательно обдумать, то это кажется совпадением. Так как она не видела кулона, она не могла сказать, что эти двое как-то связаны между собой. Фань Цзюньян вытер лицо. Он не мог заставить себя больше смотреть на тело, лежащее на полу с разрубленным топором лицом. - Я хочу уйти отсюда. Я не хочу тут оставаться. Глаза Фань Цзюньяна покраснели, словно он вот-вот расплачется. Все остальные выглядели растерянными. Они невольно ругались, когда видели, как члены клуба умирают один за другим подобными жестокими методами. - Зачем я пришёл в это адское место? - Мне страшно, я хочу домой... - Дерьмо... - Кто это сделал, чёрт возьми? На нас охотится человек или призрак? Покажись! Атмосфера страха и волнения затрудняла людям дыхание. Они подозревали всех вокруг, словно они будут следующей жертвой. - Фань Цзюньян, это ты привёл нас сюда. Теперь я хочу домой! Я хочу обратно! Один парень схватил Фань Цзюньяна за воротник и поднял его, после чего ударил его кулаком по лицу. Фань Цзюньян упал на пол. Несмотря на то, что из уголка его рта полилась кровь, он не стал давать сдачи. Со сломленным видом, он просто уселся на пол и продолжил рвать на себе волосы. Парень хотел ещё раз ударить Фань Цзюньяна, но остальные оттащили его. - Ван Цзе, забудь об этом. Сейчас бесполезно избивать его до смерти. Парень по имени Ван Цзэ фыркнул. - Может, он и есть убийца. Когда мы его убьём, то будем в безопасности. Дядя присел, чтобы осмотреть тело убитой. Через мгновение он вытащил топор из лица трупа и встал, держа в руке топор, с которого капала кровь. - Что за шумиха? Тащите свои задницы в зал и сидите там. Кто посмеет сделать хоть шаг наружу, я не буду с ним церемониться. Дядя слегка прищурился, глядя на Ван Цзэ. Ван Цзэ тут же опустил голову, когда повстречался со взглядом дяди. - Оттащите труп во двор, - безразлично сказал дядя. Затем он развернулся и пошёл вниз. Все остальные последовали за дядей. 795 посмотрел на труп на земле. Он протяжно вздохнул и потащил труп вниз. - Я тебе помогу, - сказал Ван Цзэ. - Хорошо. 795 и Ван Цзэ перенесли труп вниз. Нин Шу последовала за ними. Кровь с трупа капала на пол. На втором этаже произошло уже несколько убийств, и кровь на полу высохла, сформировав чёрно-красные полосы. Под снегом во дворе в куче лежало уже несколько тел, включая 696; Мэй Цзыцин; Чжан Цзясэня; двух девушек; Пань Чэня; девушки, которой проткнули глаз; парня, которого распилили пополам; девушки, которую зарубили топором и девушки, чьё сердце вырвали и бросили в туалет. Была ещё убежавшая Линь Ся. Десять человек погибли за такое короткое время. - Как думаешь, может, кто-то подделал свою смерть? Давай выкопаем тела и проверим, что они все тут? - спросила Нин Шу у 795. Все эти тела были закопаны под снегом. Кто знает, все ли тела продолжают лежать там? 795 подумал об этом, и решил, что её беспокойство имеет смысл. Он взял лопату и протянул её Нин Шу. - Тогда давай копать. - Я сделаю. Её руки травмированы, - сказал Ван Цзэ, беря лопату. 795 посмотрел на руки Нин Шу, замотанные бинтами, и ничего не сказал. Они с Ван Цзэ начали выкапывать тела. Нин Шу уставилась на Ван Цзэ. Этот человек совсем никак не обозначал своего присутствия ранее. А теперь такой активный, отчего у Нин Шу возникло странное предчувствие. 795 и Ван Цзэ выкопали тела. Эти тела были заморожены, но их внутренние органы всё равно начали гнить, поэтому возле них витал странный запах. Нин Шу проверила трупы. Ни у кого из них на шее не было красной нити. ---------- Тело Пропало? У девушек были ожерелья и прочие ювелирные изделия на шее, но никаких красных нитей. Деревенская девушка и президент университетского клуба. У обоих красные нити. Должно быть, между ними есть какая-то связь. Совпадение это или нет, это нужно было расследовать. Но Нин Шу всё же обнаружила, что одно тело пропало. Не хватало слабого и субтильного Пань Чэня. Пань Чэня стукнули головой о порог, поэтому он умер от травмы головы. Однако теперь его тело пропало. - Одного человека не хватает, - 795 потёр свой подбородок. - Даже если он и не убийца, он всё равно связан с убийцей. Ван Цзэ спросил: - Кто избавился от его тела? Или, может, он вовсе не мёртв? Где он теперь прячется? Нин Шу посмотрела на Ван Цзэ. Чего это он такой активный стал? Ван Цзэ почесал затылок, посмотрел на Нин Шу и спросил: - У тебя всё ещё болят руки? Ему-то какое дело? Нин Шу ухмыльнулась и ничего не сказала. Она лишь отвернулась и пошла в зал. Перед дверью она притормозила, чтобы отряхнуть с себя снег, а потом вошла и подошла к дяде. Нин Шу сказала: - Тело Пань Чэня исчезло. Дядя прищурился. Когда остальные услышали эту новость, они начали перешёптываться: - Неужели Пань Чэнь и есть убийца? - Так Пань Чэнь не умер? - … - Оставайтесь в зале и никуда не выходите, - безразлично сказал дядя. За окном начало темнеть, а в желудках у всех было пусто. Сидеть было негде, и они просто расположились на полу. Звуки бурчащих животов наполнили помещение. В этом тихом зале толпа чувствовала себя удручённой и напуганной. Их эмоции были усилены голодом и усталостью. Всё, что они могли сделать - это согревать друг другу спины. Нин Шу съела постную пилюлю и поэтому не чувствовала голода. А учитывая, что ей удалось набрать культивацией прядь энергии, её тело было в хорошем состоянии. Только раны на руках очень чесались. Ван Цзэ и 795 закопали все тела обратно в снег. Когда они вернулись в дом, они принесли с собой прохладу. Старушка и Сяолань принесли ужин для всех. Только теперь порции были ещё меньше, чем раньше. Даже булочки из чёрной муки стали меньшего размера. Дополнением к ним была лишь миска кипящей воды. Люди жевали медленно, боясь съесть всё сразу. Еду теперь приносили раз в день, да ещё и парная булочка была такая маленькая. 795 беззаботно грыз парную булочку. Он уже съел постную пилюлю и теперь не будет голодным ещё полмесяца. Поэтому он не мог заставить себя есть эти сухие комки. - Вот, держи. Ван Цзэ оторвал половину чёрной парной булочки и протянул её Нин Шу. Нин Шу озадаченно посмотрела на него. Люди, которые без причины выражают свою добрую волю, либо воры, либо предатели. - Спасибо, но не надо. Нин Шу тут же отказалась. Она ещё недостаточно хорошо его знала. - Пфф... Дядя глянул на них с насмешливым выражением на лице. Но было непонятно, к чему оно относилось, к Нин Шу или к Ван Цзэ. Ван Цзэ увидел, что дядя смотрит на него, и перестал настаивать на том, чтобы дать Нин Шу парную булочку. Он опустил голову и стал есть. Старушка снова принесла жаровню в зал. И снова в жаровне горела ароматная древесина. В зале стало немного теплее и появился слабый приятный запах. Старушка согнулась над своей клюкой и сказала: - Когда, чёрт подери, вы уйдёте? В доме больше не осталось еды. Как президент клуба, Фань Цзюньян, естественно, вынужден был выйти вперёд, чтобы решить проблему. Он беспомощно сказал: - Мадам, вы можете сходить в другой дом, чтобы купить немного еды? Мы заплатим вам. Старушка покачала головой и сказала: - Как думаешь, сколько еды в таком бедном месте, как это? Хорошо, если её хватает пережить зиму. Лишней еды ни у кого нет. Цвет лица старушки был просто ужасным. Она с неприязнью смотрела на людей, словно все люди в этом доме были дармоедами. - Прошу, позвольте остаться ещё на два дня. Мы уйдём, как только снег перестанет идти, - сказал Фань Цзюньян, стиснув зубы. - Спасти жизнь — это лучше, чем построить семь этажей для монастыря*, не говоря уже о том, сколько нас тут. ______________________________________________________________________ Примечание: * Означает: спасение человеческой жизни - величайший подвиг. ---------- Хотел Рассказать Тебе о Своих Чувствах, Пока Не Умер Старушка с перекошенным лицом постучала клюкой по полу. - Спасая вас, мы с внучкой умрём от голода. Почему бы вам не подумать о нас? Фань Цзюньян вздохнул, это была просто безвыходная ситуация. - Придётся сходить в другие дома, чтобы узнать, есть ли у них зерно. Постукивая клюкой, старушка ушла в комнату, которая была по соседству с залом. Сяолань держалась за подол её пальто и ушла вместе с ней. Нин Шу слегка прищурилась, и внимательно посмотрела на красные нити вокруг шей Сяолань и Фань Цзюньяна. Она была уверена, что они похожи. Нин Шу также посмотрела на шеи других людей, чтобы узнать, есть ли там красная нить. Но была зима и все были в тёплой одежде. У некоторых даже были шарфы на шеях, защищающие их от холода. Ничего нельзя было толком разглядеть. По возможности нужно достать то, что висит на шее у Фань Цзюньяна и Сяолань. Из-за того, что дядя сказал всем никуда не выходить. Если кто-то шёл в туалет или за чем-то ещё, им нужно было докладывать об этом. Некоторые люди закутались в одеяла и прижались друг к другу, чтобы сохранить тепло. Нин Шу села в углу и закрыла глаза. Хоть она и культивировала, но выглядела спящей. Ван Цзэ сел рядом с Нин Шу. Она открыла глаза и с опаской посмотрела на Ван Цзэ. - Ты чего творишь? - Ничего, - Ван Цзэ улыбнулся. - Вообще-то, ты мне нравишься. Я не знаю, сколько мы ещё проживём, поэтому хотел сказать тебе о своих чувствах, пока не умер. Нин Шу глянула в сторону: →_→ Этому парню нравился изначальный хост? Тц, почему же тогда она раньше не видела его активности? Слишком уж внезапно это произошло. Какой идиот ему поверит? Он же не собирается просто переспать с ней перед смертью, верно? Дело было не в том, что Нин Шу была слишком пессимистичной, а в том, что мужчины, на самом деле, более расчётливые, чем женщины. И они готовы льстить, когда есть возможность заполучить выгоду. К тому же, бесконечно усиленный страх порождает мысли, о которых не хочется думать. Нин Шу отодвинулась в сторону, подальше от Ван Цзэ. Всё равно у неё от него возникало дурное предчувствие. Лю Маньмань, сидящая в углу, прошептала: - Мне нужно сходить в туалет. Нин Шу была раздражена поведением Ван Цзэ, поэтому, когда она услышала слова Лю Маньмань, она сказала: - Я составлю тебе компанию. - Спасибо. Лю Маньмань поблагодарила Нин Шу. Однако, она была связана. Она спросила: - Можешь помочь мне развязать верёвку? - Не развязывай верёвку, - тихо сказал дядя. - С вами пойдёт ещё кто-нибудь. Дядя указал на Лу Шаньшань. - Ты тоже пойдёшь. На лице Лу Шаньшань появилось нежелание, когда она вылезла из-под одеяла. Она действительно не хотела никуда идти. Но дядя уже сказал своё слово. Какое бы нежелание она ни испытывала, она всё равно должна была пойти. - Я схожу с тобой. Нин Шу взяла Лу Шаньшань за руку и пошла в комнату, которая была по соседству с залом и где находилась плевательница. Нин Шу огляделась по сторонам, но не нашла плевательницы. - Куда делась плевательница? - Откуда мне знать? - нахмурившись сказала Лу Шаньшань. Лю Маньмань стиснула ноги, а её лицо покраснело. Она явно больше не могла терпеть. К тому же, когда женщина беременная, она чаще ходит в туалет. - У нас нет выбора, кроме как выйти на улицу и там всё сделать, - сказала Нин Шу. Нин Шу открыла дверь и в дом подул леденящий душу ветер. Внезапно весь дом наполнился шмыгающими и чихающими звуками. Нин Шу и Лу Шаньшань вышли наружу, чтобы пописать во дворе. Нин Шу сняла штаны для Лю Маньмань. - Писай. - Можете не смотреть на меня? Я не могу так писать, - хриплым голосом сказала Лю Маньмань. - Чего ты боишься? Мы же все женщины, - безразлично сказала Нин Шу. Лу Шаньшань так замёрзла, что невольно начала обтирать себя руками. Когда Лю Маньмань закончила писать, Нин Шу натянула ей штаны, и они снова вернулись в дом. - Спасибо. Лю Маньмань поблагодарила Нин Шу. - Не за что. Но посреди ночи Лю Маньмань снова сказала Нин Шу: - Я... Я хочу в туалет. Нин Шу: … Нин Шу посмотрела на Лу Шаньшань, которая тут же решила крепко заснуть. Нин Шу взяла фонарик и сказала Лю Маньмань: - Идём. - Я хочу по большому, - сказала Лю Маньмань. Нин Шу: … ---------- Мимо Промелькнула Какая-то Тень Она отвела Лю Маньмань во двор и прямо сказала: - Делай свои дела тут. - Я хочу в туалет, - сказала Лю Маньмань с горящим от стыда лицом. Нин Шу покачала головой. - Делай всё тут. В туалете слишком опасно. Просто делай своё дело и закопай всё в снегу. Невозможно даже представить, как этот двор будет выглядеть после того, как снег растает. Дерьмо, моча и трупы. У Лю Маньмань не осталось иного выбора, кроме как устроиться во дворе. - Тут кто-то есть. Краем глаза Нин Шу увидела, как мимо промелькнула какая-то тень одетая в чёрное. Нин Шу схватила Лю Маньмань за одежду. Она не побежала за чёрной тенью, которая явно пыталась выманить её подальше. Дядя встал в дверях и спросил у Нин Шу: - Что ты видела? - Мимо промелькнула какая-то тень, - ответила Нин Шу. Дядя развернулся и вошёл в дом. Лю Маньмань было так стыдно, что её лицо стало красным. Она всё ещё была без штанов. Приведя себя в порядок, Нин Шу и Лю Маньмань вернулись в дом. Лю Маньмань по-прежнему села в углу. Нин Шу видела, что все были в доме и никто не выходил. Это означало, что в доме есть и другие люди, помимо тех, кто были тут. - Советник, возможно ли, что Пань Чэнь не умер? - спросила Нин Шу у дяди. - Ведь тело Пань Ченя пропало. - Пропали двое, - напомнил дядя. - Кто сказал, что люди, живущие в этом доме, не могут выходить? Нин Шу: ... У неё было такое чувство, что они так никуда и не продвигаются в расследовании. Нин Шу спросила: - По крайней мере, те люди, что были в зале, никуда не выходили. - Ага... Дядя приподнял уголки рта. Нин Шу: →_→ Он что, дразнит её? Нин Шу посмотрела на комнату, где были старушка и Сяолань. Так как Сяолань была слепа, они с бабушкой спали вместе. Возможно, в их комнате есть проход, ведущий на улицу. Ей нужно найти возможность зайти в их комнату, чтобы проверить это. Нин Шу глянула на Фань Цзюньяна, который спал у стены. Вокруг его шеи была красная нить. Нин Шу повернула голову и увидела скальпель в руке дяди и спросила: - Можете одолжить мне ненадолго нож? Дядя посмотрел на Нин Шу, а потом протянул ей хирургический нож. Нин Шу взяла его, осторожно поддела красную нить вокруг шеи Фань Цзюньяна и перерезала её. Затем она аккуратно вытащила кулон. Фань Цзюньян пошевелился. Он, словно, начал просыпаться, поэтому Нин Шу поспешно убрала кулон. - Спасибо. Нин Шу вернула скальпель дяде и посмотрела на кулон в своей руке. Он был абсолютно обычным и выглядел как самый простой камень. Этот камень был круглым и с непонятным узором на нём. Он был очень абстрактным. Нин Шу не могла понять, что это. Дядя вытянул руку к Нин Шу. Нин Шу протянула кулон дяде. - Вытри его начисто, а потом дай мне. Нин Шу: … Какая раздражающая проблема. Почему он ведёт себя так даже в подобной ситуации? Нин Шу вытерла кулон о свою одежду, после чего протянула его дяде. Даже если поверхность и была вытерта, всё равно бактерии остались. Дядя взял камень и осмотрел его, после чего его губы изогнулись в улыбке. - А это хорошая штука. Нин Шу подумала о тех книгах, что она читала. Было ли в тех книгах описано что-то подобное? - Что это такое? - тихо спросила Нин Шу. - Поверишь, если я скажу, что эта штука может вернуть из мёртвых? - спросил дядя, подняв бровь. Нин Шу тут же спросила: - Что это за сокровище такое? - Не скажу. Дядя убрал кулон. ---------- Это Разновидность Духовного Камня Нин Шу видела, что дядя убрал кулон. Он явно не планировал его возвращать, поэтому она спросила: - Разве мы не должны вернуть его Фань Цзюньяну? - С какой стати я должен возвращать ему кулон? - безразлично сказал дядя. - Тогда скажите мне, что это? Нин Шу терзало беспокойство. Как ни посмотри, ей казалось, что это просто обычный камень, а не сокровище. - Это разновидность духовного камня. Это — дочерний камень, а значит, должен быть и материнский камень, - сказал дядя, пребывая в довольно хорошем настроении. Нин Шу почувствовала себя умственно отсталой. Она всё ещё не понимала, что это. - И каково назначение? - спросила Нин Шу. - Он может поглощать души. Все души на расстоянии километра, - сказал дядя. Нин Шу кивнула. Значит, такой камень тоже может поглощать души. Неудивительно, что Мэй Цзыцин сказала, что не видит ни одной души поблизости. Вероятно, те души были поглощены этим камнем. Вообще-то, этот камень был очень похож на её духовную жемчужину. Возможно ли, что Фань Цзюньян убил столько народу, чтобы собрать их души? - Под столом должен быть проход. Скорее всего, под всем домом огромная пустое подполье, - сказал дядя, обращаясь к Нин Шу. Нин Шу: … Только и знает, как командовать. Нин Шу заползла под стол и начала ощупывать всё, чтобы найти стыки. Если внизу и есть пустота, она всё равно не знала, где находился открывающий механизм. И этот проход скрывался под толстым слоем земли. Нин Шу сходила в сарай во дворе и принесла лопату, чтобы откопать землю. Из-за этих перемещений несколько человек проснулись. Ван Цзэ спросил у Нин Шу: - Что ты делаешь? Нин Шу тут же закинула лопату на плечо и сказала: - Я взяла её в качестве оружия, на случай, если придёт убийца. Так мы сможем дать хоть какой-то отпор. - Тут так много людей. Какое-то время убийца не будет ничего предпринимать, - сказал 795. - Та чёрная тень, которую ты недавно видела, наверняка просто померещилась. - Нет, там был кто-то, пробежавший мимо, - сказала Нин Шу. Услышав, как кто-то разговаривает, люди в зале начали просыпаться один за другим. Фань Цзюньян тоже проснулся. Так как он спал у стены, его шея затекла. Он потёр шею и обнаружил, что красная нить, которая там была, пропала. Фань Цзюньян поспешно коснулся своей груди, но не нащупал там камня. Внезапно, его лицо резко изменилось и побледнело. - Вы не видели мой кулон? Камень. Это талисман, с которым я вырос. Фань Цзюньян начал осматриваться. Он выглядел взволнованным. Нин Шу глянула на дядю и ничего не сказала. Дядя просто будет его игнорировать? - Что ты там потерял? - спросил 795. - Да просто камень на красной нитке. Это мой защитный талисман, - взволнованно пояснил Фань Цзюньян. - Ты его видел? 795 покачал головой. Ван Цзэ нахмурился и сказал: - Можешь спросить у неё. Она всё это время не спала. Ван Цзэ указал на Нин Шу. Нин Шу: … Твою мать. С подобным манёвром он всё ещё смеет говорить, что она ему нравится? Да Нин Шу могла просто пойти и стукнуться головой о стену. Это всё равно, что прямо заявлять, будто она и взяла. - Ты видела мой кулон? - спросил у Нин Шу Фань Цзюньян. Нин Шу покачала головой. - Нет, я не видела. - Что же нам делать? Лоб Фань Цзюньяна покрылся холодным потом. Нин Шу спросила: - Он для тебя так важен? - Очень важен. ---------- Мой Кулон Пропал Нин Шу украдкой глянула на дядю. Его выражение лица было спокойным, без единого намёка на вину. Он явно был ещё более толстокожим, чем она. Фань Цзюньян был напуган и выглядел взволнованным. - Что происходит? Будите тут посреди ночи! Можете дать старой женщине спокойно поспать? - послышался из соседней комнаты голос старухи. - Мадам, я потерял важную вещь и теперь ищу её. Голос Фань Цзюньяна стал ещё пронзительнее, и разбудил тех, кто ещё спал. Из соседней комнаты не послышалось никакого движения, но, спустя некоторое время, уже одетые старушка и Сяолань вышли в зал. Старушка спросила: - Что пропало? - Мой кулон пропал. Он всегда был у меня на шее, - сказал Фань Цзюньян. Старушка сильно нахмурилась. Зрачки-точки Сяолань сжались и стали выглядеть меньше. Она открыла рот и сказала: - Он наверняка в доми. Поищити. - Да-да, ищите хорошенько. Он наверняка в доме. Не надо винить нас в том, что сами потеряли, - поспешно сказала старушка. Взгляд Нин Шу сверкнул, и она сказала: - У Сяолань на шее тоже красная нить. Посмотри, может, у Сяолань на шее твоя штука. Сяолань тут же коснулась своей шеи сказала: - Эта защитный талисман, каторый бабуля принясла из храма. Она хадила малиться за меня. Это не камень. Нин Шу прищурилась. - Откуда ты знаешь, что это камень? - Я слышала, как хто-та из вас говорил, што эта камень, - ответила Сяолань. - Када я проснулась, я услышала, как хто-то грит, што потерял камень на красной нитке. - Это правда бумажный талисман, который я выпросила для своей внучки, - сказала старушка. Взгляд Фань Цзюньяна сверкнул и он сказал Сяолань: - Можешь снять свою красную нить и показать мне? Выражение лица Сяолань осталось неизменным, а взгляд — пустым, когда она сказала: - Эта мая вещь, я вашу вещь не брала. - Вещь Сяолань — это то, что эта старушка вымолила в храме. Это вообще не ваша вещь, но вы всё равно настаиваете, что моя внучка украла ваши вещи. Что же вы за люди такие. Едите в моём доме, спите в моём доме, а теперь ещё хотите забрать вещи моей внучки. Старушка задрожала и осела на пол. Она начала стучать руками по полу, плакать и поднимать шумиху. Нин Шу увидела эту сцену, подошла ближе к дяде и сказала: - Странная ситуация, ох... Дядя достал скальпель и прижал его ко лбу Нин Шу. - Не подходи ко мне. Нин Шу поджала губы. Почему Сяолань не может достать свой талисман. Если это действительно бумажный талисман, покажи его всем и ничего не случится. Это означало, что у неё, вероятно, на шее был такой же камень, как и у Фань Цзюньяна. Итак, у Сяолань может быть духовный камень, который поглощает душу. - Бабушка, да я же просто так сказал. Поднимайтесь, - беспомощно сказал Фань Цзюньян. Старушка поднялась, опираясь на свою клюку, и с ненавистью сказала: - Не надо издеваться над стариками и детьми. Зачем вы издеваетесь над моей внучкой, которая не может видеть? Сяолань, иди с бабушкой. Старушка взяла за руку Сяолань и они ушли. Фань Цзюньян раздражённо взъерошил волосы. - Советник, я думаю, что нам лучше действовать силой, - сказала Лу Шаньшань. - Мы слишком пассивны. Дядя покрутил скальпель в руке. - Скоро всё должно закончиться. Нин Шу моргнула. Значит, дядя знает, кто убийца? Фань Цзюньян так и не нашёл свой кулон. Он был раздражён, но это больше было похоже на панику и тревогу. - Я хочу сходить наверх и поискать его там, - сказал Фань Цзюньян дяде. - Уверен, что хочешь пойти наверх и искать там один? - спросил дядя. - Я хочу позвать ребят сходить со мной. Можно, советник, - сказал Фань Цзюньян. - Конечно. - Спасибо, советник. Фань Цзюньян поспешно поблагодарил его, и позвал нескольких парней, чтобы они сходили с ним на второй этаж на поиски кулона. Ван Цзэ решил напроситься сам и сказал: - Я пойду с вами, ребята. Фань Цзюньян вспомнил о том, как этот парень избил его совсем недавно. У него сложилось не очень хорошее впечатление о Ван Цзэ и поэтому тут же отказался. - Нет, нас уже достаточно. Ван Цзэ поджал губы и не стал настаивать на том, чтобы пойти с ними. ---------- Внезапно Стал Таким Активным Нин Шу посмотрела на Ван Цзэ. Этот парень внезапно стал таким активным. Вряд ли у него были какие-то благие намерения. До этого он вообще никак не обозначал своё присутствие. Просто был актёром массовки, который скоро умрёт. А теперь его присутствие такое сильное. В любом случае, отношение Нин Шу невольно чувствовала враждебность и раздражение по отношению к Ван Цзэ. Нин Шу даже хотелось разрезать его кожу, чтобы посмотреть, кто сидит внутри. У Нин Шу в голове даже появилась довольно пугающая мысль, что это был Чжан Цзясэнь. Но ведь Чжан Цзясэнь уже был уничтожен дядей? Если ему удалось выжить, то Нин Шу вынуждена была выразить своё искреннее восхищение им. Ван Цзэ увидел, что Нин Шу пристально смотрит на него, и показал ей свою нежную улыбку. У Нин Шу внезапно появились мурашки по всему телу. Она тут же отвела взгляд от него и сфокусировалась на подножии стены. Тогда она и увидела, что Лю Маньмань исчезла. Нин Шу не удержалась и спросила у 795. - Куда она ушла? - Я смотрел на то, как старушка устраивает истерику, и не обратил внимания, - сказал 795 и поднялся. - Я пойду с тобой на поиски. - Я тоже пойду, - сказал Ван Цзэ. Нин Шу взяла фонарик и вышла из зала. Группа из трёх человек отправилась на задний двор. Там свет фонарика выхватил фигуру Лю Маньмань, сидящую на чём-то вроде лошади-качалки. Лю Маньмань была привязана, чтобы не упасть с деревянной лошадки. Верёвка была перекинута через ветку над её головой, и привязана другим концом к шкиву на деревянной лошадке. Деревянная лошадка раскачивалась, но Лю Маньмань не могла упасть с этой качалки. Лю Маньмань была без штанов. Когда Нин Шу посветила на неё, она увидела кровь, текущую по белоснежным ногам. Нин Шу подбежала к ней как можно быстрее, но Лю Маньмань уже умирала. Нин Шу чуть не стошнило. Это было слишком жестоко. Деревянная лошадка была не игрушкой, а, скорее, очень и очень жестоким способом пытки для женщин. На месте седла была деревянная палка тридцать сантиметров длиной и три сантиметра в диаметре. Пытаемую женщину заставляли сесть на неё. Когда деревянная лошадка качалась, твёрдая деревянная палка разбивала матку женщины, половые и внутренние органы. Так в древнем феодальном обществе казнили женщин за прелюбодеяния. А Лю Маньмань была ещё и беременна. - Это явно похоже на суд. Лю Маньмань приговорили, словно она была изменщницей, - сказал 795. Лю Маньмань была изнасилована и забеременела. Поэтому, её сочли неверной женщиной. Они не только наказали Лю Маньмань, но ещё и распилили человека, который изнасиловал Лю Маньмань. Нин Шу усмехнулась. Похоже, что этот хладнокровный убийца, который прячется где-то поблизости, считает себя посланником правосудия. - Давайте скорее снимем её, - сказала Нин Шу. 795 развязал верёвку, а Ван Цзэ помог им опустить Лю Маньмань. - Она не выживет, - сказал 795. - Такое кровотечение просто не остановить. Внизу живота Лю Маньмань было сильное кровотечение. Всего через несколько мгновений набежала лужа крови. Лицо Лю Маньмань становилось бледным. Она схватила Нин Шу за ногу. - Спасите меня... Нин Шу ничего не ответила. Руки Лю Маньмань уже были запятнаны убийством двух человек. Постепенно, Лю Маньмань перестала дышать. Низ её живота ещё кровоточил, и стоял сильный запах крови. - Тут слишком много убийц, - сказала Нин Шу 795. - Как она оказалась на заднем дворе? Она бы сказала, если бы ей захотелось сходить в туалет. 795 предположил: - Должно быть, там есть подземный проход. Люди умирают довольно часто. Если бы убийца был один, то как бы он успел совершать убийство за такое короткое время? Это наверняка сговор. Тел Пань Чэня и Линь Ся не хватало. Возможно, они прячутся где-то неподалёку и сейчас шпионят за ними. 795 закопал тело в снегу. - Давайте вернёмся. Нин Шу убрала верёвку. Она могла ещё пригодиться. Вернувшись в зал, Нин Шу рассказала дяде о Лю Маньмань, а затем встала в сторонке и прислонилась к стене. Фань Цзюньян, который ушёл наверх искать свой кулон, вернулся. Его лицо было очень недовольным. Он явно ничего не нашёл. ---------- Неплохо Немного Прогуляться Этот кулон был у извращённого дяди школьного доктора, так что Фань Цзюньян и не смог бы ничего найти. Столько всего произошло и этой ночью умер ещё один человек. Небо начало постепенно светлеть, провозглашая наступление нового дня. Нин Шу потёрла уставшие глаза. Она всю ночь провела без отдыха и даже не культивировала. В результате, в этом теле теперь было очень неуютно. Старушка вышла с Сяолань из своей комнаты и сказала: - Сегодня вы остаётесь тут последний день. После завтрака можете уходить. В этот раз Сяолань не стала просить у своей бабушки, чтобы они остались. - Ладно, тогда мы уйдём, - сказал Фань Цзюньян. - Президент, но куда и как мы пойдём? - Мы приехали сюда на автобусе. Но теперь такие сугробы, что сюда не проехать никакой машине. - И мы легко можем потеряться в такую погоду. - Мы же совсем незнакомы с этим местом. - … Некоторое время толпа была занята обсуждением. Они определённо хотели уйти, но выйдя на улицу они могут и не выжить. У обоих вариантов были свои недостатки. Пока они были тут, один за другим умирали их знакомые одноклассники. Подобный страх невозможно описать. Они чувствовали себя так, словно в любой момент могут сойти с ума. - Советник, пойдёмте. Тут нельзя оставаться. Рано или поздно, мы окажемся в беде, - сказал Фань Цзюньян. Дядя кивнул. - Ну, ладно. Тогда пойдём. Но как? Если мы пойдём пешком, то как долго нам придётся идти? - Даже если нам придётся идти пешком, мы всё равно должны отсюда уйти. Фань Цзюньян был настроен очень решительно. - Ну и ладно. Дядя не стал возражать. В этот раз старушка принесла достаточно еды. Каждому человеку досталось аж по три парных булочки. - Не возвращайтесь, когда уйдёте. Учитывая, что потом еды не будет, каждый человек взял по три-четыре парных булочки и спрятал их. Воду можно было с собой не брать. Если захочется пить, всегда можно просто зачерпнуть пару горстей снега по пути. Уж чего-чего, а снега на улице было особенно много. Нин Шу тоже взяла парные булочки. Хоть у неё и были постные пилюли, но, чем больше еды, тем лучше. - Советник, вы правда хотите пойти? - спросила Нин Шу у дяди. Если они уйдут отсюда, то как они смогут выполнить задание? - Всегда неплохо немного прогуляться, - сказал дядя. Нин Шу: … Люди собрали вещи и собрались во дворе. Дядя в чёрной ветровке встал впереди. Вокруг всё было белым, и только он во всём чёрном. Это слишком бросалось в глаза. Первым делом убийца наверняка будет искать его. Старушка торопливо замахала на них рукой. - Уходите, ребята, уходите, уходите... И заберите с собой эту кучу тел. Заберите их с собой... - поторапливала она их. - Как мы можем забрать с собой тела в такой ситуации? - сказал Фань Цзюньян. Он глянул на Сяолань, прислонившуюся к двери, а потом развернулся и ушёл. Группа людей вышла в густой снег. Нин Шу обнаружила, что ей по-настоящему трудно идти, проваливаясь по колено. Почему в такой серьёзный снегопад не видно работы правительства? По крайней мере, оно должно было обеспечить доступ к дорогам и убрать снег. Это место казалось изолированным от всего мира. Нин Шу глубоко погрузилась одной ногой в сугроб. Она увидела, как перед ней по снегу идёт дядя школьный доктор. Снег доходил ему только до щиколотки. Это просто против логики. Такой высокий человек не может быть таким лёгким. Почему он не проваливается в снег глубже? Он вообще душа или тело? Он ощущался как тело; всё же, у него были плоть и кровь. Но получатели заданий — это души. Возможно, добравшись до достаточно высокого уровня, они получали физическое тело. Как завидно! Идти через снег было невероятно трудно. Они все тяжело дышали, но продвинулись совсем недалеко. Нин Шу никак не могла понять, почему дядя повёл их отсюда. Они уже больше не собираются выполнять задание? ---------- Бесконечное Белое Пространство Нин Шу подтянула чемодан. Она глянула на дядю школьного доктора, идущего впереди. Бог знает, сколько они уже идут. Если он продолжит идти в таком духе, когда они смогут уйти? Оглядевшись по сторонам можно было увидеть лишь бесконечное белое пространство. От такого вида люди чувствовали лишь отчаяние. К тому же, если долгое время провести в снегах, то легко может образоваться снежная слепота. Нин Шу недавно культивировала Непревзойдённые Боевые Искусства, так что физически она была в порядке. По крайней мере, она могла идти. Но вот у остальных дела обстояли совсем плохо. Было очень трудно выдёргивать ноги из снега, и поэтому идти было особенно трудно. - Советник, может, сделаем перерыв? Это слишком утомительно, - сказал Фань Цзюньян. Все члены клуба тоже недовольно заворчали. Дядя коснулся пульсирующего камня в своём кармане и безразлично сказал: - Мы прошли всего ничего, а вы уже не можете дальше идти? Мы прошли-то всего где-то километр. - Давайте сделаем перерыв, пожалуйста. Советник, мы уже больше не можем идти, - Лу Шаньшань постучала по своим ногам. - Советрик, прошу вас. - Ну, ладно, - кивнул дядя. - Отдохните пока тут, а потом пойдём дальше. Лу Шаньшань улыбнулась и ту же села на свой чемодан. Нин Шу протяжно выдохнула. Они, наконец, остановились. Толпа взвыла и села на свои чемоданы, тяжело дыша. Небо начало темнеть, словно скоро снова должен пойти снег. Фань Цзюньян поднял голову и посмотрел на погоду. На его лице появилось волнение и он невольно посмотрел на дядю. Дядя сказал: - Я пойду осмотрюсь немного, а вы пока ждите тут. - Советник, куда вы собрались? - Лу Шаньшань торопливо поднялась и сказала: - Я пойду с вами. Нин Шу постучала по своим ногам, глядя на Лу Шаньшань. Та была уже уставшей и бледной. Однако она всё равно настаивала на том, чтобы следовать за дядей. Это было впечатляюще. - Нет, я совсем ненадолго. - Но скоро пойдёт снег, - сказала Лу Шаньшань. Когда Лу Шаньшань заговорила, холодный ветер уже начал завывать, неся снежинки. - Я сказал вам ждать здесь. Дядя развернулся и ушёл. Холодный ветер развевал его ветровку, пока он постепенно исчезал в ветре и снеге. Дядя шагал по снегу, держа в руке красную нить. Камень издавал отчётливый пульсирующий звук. Впереди из снега торчала рука. Само тело было погребено под снегом. Прозрачная душа колыхалась на ветру, отчаянно ловя снег, словно это могло утолить её неимоверный голод. Это была Линь Ся, которая убежала и умерла в снегу. Эта душа выглядела даже ещё более тонкой от бушующего ветра и снега, словно она вот-вот рассеется. При виде этой души, камень начал пульсировать интенсивнее, а потом втянул в себя прозрачную душу. Дядя убрал камень в карман, развернулся и ушёл. Когда дядя вернулся, толпа посмотрела на него, как на спасителя. Фань Цзюньян поспешно сказал дяде: - Советник, что же нам делать? Снег становится всё гуще и гуще. Мы тут замёрзнем насмерть в снегу. - А что вы хотите чтобы я сделал? Идти сюда было вашей идеей. У вас уже закончились идеи? - тихо сказал дядя, отряхивая снежинки со своих плеч. - Давайте найдём другой дом, в котором можно поселиться. Снег только усиливается, - сказал Фань Цзюньян. - Но поблизости нет никаких домов. Лу Шаньшань осмотрелась вокруг и почувствовала, что её глаза начинает пощипывать. Она невольно начала тереть глаза. ---------- Веди Себя, Как Мужчина Ветер дул всё сильнее и сильнее. Губы некоторых ребят уже были посиневшими, и они выглядели совсем плохо. Нин Шу чувствовала себя так, словно ветер дует ей уже промеж костей. Она действительно поняла поговорку про холод, пробирающий до костей. Несмотря на то, что она культивировала Непревзойдённые Боевые Искусства, она всё равно не могла этого выносить, не говоря уже об остальных. - Очень холодно. Лу Шаньшань невольно начала тереть свои плечи. Она посмотрела на дядю и сказала: - Если снег не перестанет идти, мы не переживём эту ночь. 795 подошёл к Нин Шу и сказал: - Ты только посмотри, как себя ведёт Лу Шаньшань. Она наверняка хочет, чтобы начальник снял свою ветровку и накинул на неё. Нин Шу прищурилась, глядя на 795. - Не слишком ли ты мелочный? Почему ты постоянно ведёшь себя, словно женщина? Веди себя, как мужчина. К тому же, накинуть на женщину свою одежду — это просто проявление манер, ясно? - Тц, тц, тц... - фыркнул 795. - Ты хоть знаешь, кто она? - Она же из древней эпохи? - спросила Нин Шу. Лу Шаньшань звали лишь тело, внутри была получатель заданий под номером 496. - Ах, если бы. Она - современный человек. Она просто думает, что может выглядеть круто, если будет носить древние одежды, - сказал 795. - И чего ты так привязался к этой женщине? - безразлично сказала Нин Шу. 795 фыркнул. - Мы должны вернуться. Конечно же, Фань Цзюньян некоторое время мялся, прежде чем сказать дяде: - Давайте пойдём обратно. - Ну, ладно, - безразлично сказал дядя, развернулся и пошёл назад. Толпа безмолвно уставилась ему в спину. Так теперь им придётся идти обратно? - Да я лучше замёрзну насмерть, чем вернусь. Я уверен, что умру, если вернусь. Некоторые были против, они стояли, обнимая себя за плечи и дрожа от холода. - Те, кто хочет остаться — оставайтесь. А те, кто хочет вернуться — возвращайтесь, - нетерпеливо сказал Фань Цзюньян. - Ты привёл нас в это проклятое место, так много людей погибло, но у тебя всё ещё хватает наглости так себя вести. Фань Цзюньян, ты ублюдок. Некоторые люди были очень недовольны поведением Фань Цзюньяна. Фань Цзюньян раздражённо взъерошил волосы. - Ну а чего вы хотите? Всё уже и так случилось. Возвращайтесь со мной, если хотите. Нин Шу подняла руку и сказала: - Я хочу вернуться. Несколько человек тоже согласились с этим предложением. У людей есть стадный инстинкт. При виде того, что так много людей захотели вернуться, даже если кто-то и не хотел возвращаться, их сердца всё равно колебались. Теперь им пришлось идти обратно, через холодный ветер и глубокий снег. Нин Шу чувствовала себя беспомощной. Гуляя туда-сюда, они просто зря тратили энергию. Так или иначе, даже несмотря на небольшое расстояние, когда они вернулись к дверям дома старушки, небо уже потемнело. Старушка открыла дверь, увидела группу людей и тут же сказала усталым голосом: - Чего вы опять вернулись, разве вы уже не ушли? Зачем вы вернулись? - Мы не можем уйти в такую погоду. Нам пришлось вернуться. Прошу, дайте нам укрыться от непогоды, - искренне сказал Фань Цзюньян. - Теперь ты заговорил сладкими речами, а до этого пытался ограбить мою внучку. Ты всё ещё планируешь убить нас? - с опаской сказала старушка. - Ничего подобного, - сказал Фань Цзюньян. - Я просто хотел увидеть, что висит на шее у Сяолань. Я и не собирался забирать себе то, что принадлежит Сяолань. Старушка по-прежнему была настороженной и сказала: - Я вам не верю. - Бабуля, пусть остановятся в сарае, - равнодушно сказала Сяолань. Её глаза смотрели прямо и не были сфокусированы. Хоть этот сарай и был помещением, он был простым сараем. Со всех сторон были щели, и он совсем не укрывал от ветра и снега. Народ почувствовал раздражение. Сначала они топали по снегу туда и обратно, а когда вернулись, то смогли жить лишь в протекающем сарае. Эти условия были гораздо хуже, чем прежде. Фань Цзюньян начал уговаривать старушку. - Мы переночуем в зале. Просто дайте нам место, где можно переночевать. В итоге, всё дошло до такой степени, что Фань Цзюньян уже даже был готов угрожать. Наконец, старушка неохотно разрешила им остаться в зале. ---------- Они Оказались Ровно Там Же, Где Начали Нин Шу чувствовала, что нынешний Фань Цзюньян стал очень нетерпеливым и беспокойным. Настолько, что он мог даже угрожать другим людям. Прежний Фань Цзюньян так себя не вёл. Это больше было похоже на загнанного в угол кролика, готового кусаться. Все ребята так замёрзли, что у них из носов текли сопли. Они немного согрелись только после того, как выпили по чаше горячей воды. Теперь, что бы кто ни говорил, они ни за что не уйдут отсюда снова. Всё же, они оказались ровно там же, где начали. И они не знали, что будет дальше. Нин Шу пребывала в ещё большем замешательстве. Неужели дяде было так скучно? Почему он повёл всех на прогулку без причины? Нин Шу крепко задумалась. Она уже очень устала от этой непрерывной игры в убийство. Пора бы уже взять инициативу в свои руки. В любом случае, Нин Шу напрягала голову, но так и не могла понять, кто же убийца. Подозреваемых было несколько, и казалось, что тут все убийцы. Нин Шу посмотрела на шею Сяолань. Что же там висит на красной нити? На ужин ничего не было. Старушка не стала готовить на всех. Так или иначе, но они были в ссоре. Иметь возможность выпить кружку горячей воды, и то уже было хорошо. Нин Шу достала парные булочки из чёрной муки, которые она сохранила с утра. Они были твёрдыми и невкусными. Нин Шу неспешно начала грызть булочку. Толпа народу либо сидела, либо стояла в зале. И хотя всё ещё было холодно, в зале было гораздо удобнее, чем замерзать на снегу. На удивление, ни один человек не жаловался. Нин Шу села у подножия стены. Она даже задумалась о том, действительно ли Сяолань слепая, или это просто контактные линзы? Нин Шу закрыла глаза и стала культивировать. В зале было тихо. Слышался лишь звук дыхания. Неизвестно, сколько она культивировала, когда услышала тихий звук шагов. Нин Шу открыла глаза и увидела, что в доме отсутствуют Фань Цзюньян и Ван Цзэ. Даже лежанка дяди была пуста. Куда они все ушли? Нин Шу на цыпочках вышла из зала. Пока она осматривалась в поисках пропавших людей, она, наконец, нашла две чёрные тени во внутреннем дворе. Нин Шу осторожно спряталась и напрягла уши, чтобы услышать, что говорят эти двое. Она смутно расслышала "Ты посмел пойти против старших?". - Да мне уже всё равно. Дай мне эту штуку. - Фань Цзюньян, ты всего лишь мелкий внешний последователь секты. Как ты смеешь так говорить со мной? Прислушавшись внимательнее, Нин Шу определила, что это был голос Сяолань. - Я умру без этой штуки. После этих слов две тени начали бороться. Посреди драки Фань Цзюньян достал нож. На его лезвии отразился блестящий в ночи снег. Следом послышался звук ножа, вонзающегося в плоть. Сяолань недоверчиво сказала: - Как ты посмел напасть на меня? Фань Цзюньян сорвал верёвку с шеи Сяолань. Сяолань схватилась за сердце и упала. Фань Цзюньян убрал кулон и повернулся к дому. Но в этот момент ему в сердце вонзилась заострённая деревянная палка. Облегчение на лице Фань Цзюньяна застыло, когда он посмотрел на человека перед собой, после чего упал в снег так же, как и Сяолань. Нин Шу: … Что это за ситуация такая? Нин Шу прищурилась, чтобы рассмотреть, кто убил Фань Цзюньяна. Чёрная тень нагнулась и забрала кулон у Фань Цзюньяна. - Давай сюда, - послышался тихий голос дяди. Нин Шу: →_→ Сколько же народу тут прячется? Дядя поднял пистолет. Ван Цзэ поднял руки и спокойно сказал: - Даже если ты и из первых получателей заданий, теперь эта штука моя. Ты не станешь забирать что-то у мелкого получателя заданий начального уровня, вроде меня, верно? Дядя фыркнул: - С какой стати ты решил, что можешь торговаться со мной. Ван Цзэ холодно смотрел на него и долгое время ничего не говорил. Но он не отдал кулон дяде. Нин Шу даже поковырялась в своём ухе. Ван Цзэ — это получатель заданий начального уровня. Но, насколько она помнила, на этом задании получателем заданий начального уровня был только Чжан Цзясэнь, верно? ---------- Сменил Кожу Блять, так Чжан Цзясэнь сменил кожу? Какого чёрта? Если этот ублюдок так смог сделать, то почему Мэй Цзыцин не вернулась? Зачем менять кожу? То, что его убили, было частью его плана? Неужели это всё было ради духовных камней? Какая же польза от этого духовного камня? Нин Шу почувствовала, что она ничего не понимает. В итоге, она мысленно спросила у 2333: - Что за чертовщина творится с этими камнями? Если они действительно ценные, то ей тоже хотелось заполучить такой камень. Она уже потеряла на этом задании свой улучшенный амулет. Теперь её сердце обливалось кровью. - 2333, ты там умер, что ли? Нин Шу долгое время взывала к нему, но 2333 не ответил. Да что с ним случилось? Не может же быть, что он перестал работать, верно? Поняв, что 2333 не отвечает, Нин Шу сдалась и не стала спрашивать дальше. В любом случае, разговор с 2333 был лишь бесполезной тратой времени. Он только и знал, как говорить циничные замечания, и был бесполезен, когда это было нужнее всего. Нин Шу тихо уставилась на дядю и Ван Цзэ. Новичок пытается выхватить мясо из пасти тигра. Это было существо, которое могло уничтожить мир взмахом руки. Если бы она пошла против него, это было всё равно, что пытаться разбить камень яйцом. Когда Нин Шу посмотрела на Чжан Цзясэня, ей захотелось закатить глаза. Проклятье, почему бы ему просто не сдохнуть? Добрый человек долго не живёт, недобрый процветает. Он сгубил всю семью Мяо Мяомяо, чтобы занять высокую должность. Она пришла контратаковать против него. В итоге, он, блять, стал получателем заданий. О, безжалостные небеса! Ван Цзэ, на которого был направлен пистолет дяди, почувствовал беспомощность. Он знал, что у него нет иного выбора, кроме как отдать кулон дяде. Дядя тут же убрал его в карман. Однако он не стал уничтожать Чжан Цзясэня. Вместо этого он развернулся и пошёл прочь. Нин Шу была в полной уверенности, что Чжан Цзясэнь начнёт драку с дядей, но результат был разочаровывающим. Чжан Цзясэнь не стал сопротивляться и сдался. Что за слабак. Нин Шу бегом вернулась в зал. Она села у подножия стены, скрестив ноги, и притворилась, что культивирует. Когда вошёл дядя, Нин Шу слегка приоткрыла глаза, чтобы посмотреть на него. Дядя глянул на Нин Шу и лёг на свой лежак. Когда вернулся Чжан Цзясэнь, его лицо было неописуемо уродливым. Нин Шу была рада видеть, как он страдает. Если ему будет хорошо, то это будет плохо. И хотя она ничего не получила, Чжан Цзясэнь тоже потратил так много усилий впустую. Настроение Нин Шу значительно улучшилось. Чжан Цзясэнь сел рядом с Нин Шу. Нин Шу почувствовала запах крови, идущий от его тела, открыла глаза и отодвинулась в сторону. Чжан Цзясэню было всё равно, что делает Нин Шу. Он не сводил взгляда с дяди и перебирал пальцами. Нин Шу очень надеялась, что Чжан Цзясэнь пойдёт на драку с дядей. Будет здорово, если он снова будет уничтожен. Но Чжан Цзясэнь не стал предпринимать ничего безрассудного. Это было в пределах ожиданий Нин Шу; у Чжан Цзясэнь был терпеливым и мог держать свои эмоции под контролем. Теперь ещё двое умерли, Сяолань и Фань Цзюньян. Два самых подозреваемых человека умерли. Но эти двое были связаны с произошедшими убийствами. Фань Цзюньян пытался украсть кулон у Сяолань, но был убит Чжан Цзясэнем. Бдительность Нин Шу по отношению к Чжан Цзясэню поднялась до наивысшей точки. Он был человеком, который мог без колебаний убивать других людей, даже несмотря на то, что у него не было никакой обиды или ненависти по отношению к ним. У неё с ним такая плохая история, так что он попытается убить её при первой же возможности. Нин Шу снова мысленно окликнула 2333. - 2333, ты там? 2333 словно умер. Нин Шу протяжно вздохнула и растолкала 795. 795 протёр глаза и спросил: - Что случилось? - Как ты думаешь, для чего это сокровище? - спросила Нин Шу. 795 выглядел озадаченным. - Какое сокровище? Нин Шу улыбнулась. - Ложись спать. - Какое сокровище? Ты должна мне сказать! Мы же с тобой спим в одной койке*. Все сокровища мы теперь должны делить поровну, - сказал 795. ______________________________________________________________________ Примечание: * Подразумевается другое значение фразы: "мы с тобой находимся в одной лодке". ---------- Прошу, Прости Меня Нин Шу покачала головой. - Мы с тобой не спали в одной койке. - Да не в этом дело. Дело в том, что в этот раз мы должны получить дополнительную награду за выполнение миссии, - сказал 795. Нин Шу не знала, говорил ли 795 всерьёз или притворялся, но Нин Шу не смела никого недооценивать. А 795 был, к тому же, получателем заданий продвинутого уровня. Нин Шу ни за что бы не поверила, что у него нет каких-нибудь козырей в рукаве. Сколько заданий нужно выполнить, чтобы стать получателем заданий продвинутого уровня? Нин Шу ничего не сказала. Когда придёт время, посмотрим, сможешь ли ты воспользоваться этой информацией. В любом случае, эти камни на руках у дяди. Нин Шу даже не смела пытаться их забрать. Если она попытается это сделать, это точно будет означать, что ей надоело жить. В это время Чжан Цзясэнь повернул голову к Нин Шу и 795 и спросил: - Хотите работать вместе? - Не нужно. Нин Шу тут же отказалась. Чжан Цзясэнь посмотрел на Нин Шу. - Ты всё ещё злишься? -Ох-ох-ох, почему мне нельзя злиться? На лице Нин Шу было саркастичное выражение. Чжан Цзясэнь замолчал на мгновение, а потом сказал: - Без прощения, жизнь будет контролироваться бесконечной ненавистью и местью. На самом деле, у меня не было намерений навредить тебе. Нин Шу: - Говори по-человечески. Чжан Цзясэнь сказал: - Прошу, прости меня. Нин Шу: o (* ≥ ▽ ≤) ツ┏━┓ [Стучит по столу и неистово хохочет!] Нин Шу вынуждена была признать своё уважение к Чжан Цзясэня. Насколько же он толстокожий, что так просто говорит столь бесстыдные слова? Серьёзно, простить его?! Как насчёт того, чтобы она убила его и отправила в загробную жизнь. Тогда, у его могилы, она бы сказала: "Без прощения, жизнь будет контролироваться бесконечной ненавистью и местью. Прости меня." Наверняка, он был бы в такой ярости, что его душа рассеялась бы. Нин Шу безразлично посмотрела на Чжан Цзясэня. - Конечно, я тебе верю. Чжан Цзясэнь ничего не сказал. Возможно, ему даже не было дела до прощения Нин Шу. Для него это было просто небрежное замечание. На следующее утро старушка обнаружила, что её внучка пропала, и тут же перепугалась. - Где моя Сяолань? Сяолань... Старушка везде искала свою дочь, опираясь на клюку. Когда она нашла тело Сяолань на заднем дворе, оно уже было заметено снегом. Старушка бросилась на тело и начала рыдать. - Это всё вы! Вы убили мою Сяолань, - старушка указала на толпу трясущимися руками. - Верните мне мою Сяолань! Сяолань, Сяолань... Чжан Цзясэнь холодно сказал: - А она правда ваша внучка? Она убила Фань Цзюньяна. Нин Шу: →_→ Чепуха. Это же явно он убил Фань Цзюньяна. Способность говорить чушь с серьёзным лицом очень редкая. Чжан Цзясэнь действительно бесстыдный и подлый человек. - Невозможно. Сяолань никого бы не убила. Она же не может видеть. Мы прожили вместе больше десяти лет. Сяолань — моя внучка. Как она может не быть моей внучкой? Старушка обняла труп Сяолань и разрыдалась. Когда она увидела неподалёку труп Фань Цзюньяна, она взяла свою клюку и начала лупить труп Фань Цзюньяна. Она стучала ему по голове и по лицу с такой силой, что его мозги разбрызгались. Люди, которые присутствовали тут, почувствовали отвращение и отвели взгляды. - Что вы за люди? Как вы посмели сделать это с моей внучкой? Подлые твари. Выражение старушки было очень печальным и напуганным. Нин Шу прищурилась, развернулась и тихо вошла в зал. Она тут же проскользнула к комнате старушки, чтобы проверить, есть ли там какой-нибудь механизм для активации туннеля, или что-то вроде этого. В любом случае, всё стало яснее. Тут несколько убийц и сообщников. Фань Цзюньян и Сяолань определённо знакомы. ---------- Вы Убили Мою Сяолань! 795 увидел, что Нин Шу тайком направляется в комнату, и тут же сказал ей: - Я пойду с тобой. Нин Шу кивнула. Они вошли в комнату бабушки. Там было очень темно и сыро, а ещё витал затхлый запах. Маленькое окошко было закрыто занавесками. Нин Шу раздвинула занавески, и в комнате стало светлее. - Скорее, проверь, есть ли тут какой-нибудь рычаг для открытия туннеля, - сказала Нин Шу 795. Сама она начала проверять прикроватный шкаф и выцветшие картины, висящие на стене. - Они уже возвращаются со двора. Нам надо уходить, - сказал 795. Нин Шу тоже услышала шаги. Она вышла из комнаты, закрывая за собой дверь. Взгляд старушки был затуманенным от ручьём льющихся слёз. Она закричала: - Сейчас же уходите из моего дома. Вы убили мою Сяолань! Сяолань всего лишь слепой ребёнок. Зачем вы сделали это с ней? Оставьте мой дом! Уходите... Чжан Цзясэнь усмехнулся и сказал: - Мы уйдём, когда придёт время. Сейчас мы не можем уйти. - Вы просто бесстыдные, - сарушка была так зла, что всё её тело тряслось. - Вы теперь ещё пытаетесь захватить дом? Это мой дом! Чжан Цзясэнь подошёл к старушке, вывернул ей воротник, увидел чёрную нить и тут же сорвал с неё кулон. Нин Шу была немного удивлена, что на теле старушки тоже был такой камень. - Кто вы такие, чтобы брать мои вещи? А ну, верните его мне! Старушка протянула руку, чтобы схватить кулон, но реакцию стареющего тела было не сравнить с реакцией молодого и сильного Чжан Цзясэня. Чжан Цзясэнь пнул старушку в грудь, свалив её на пол. Она долгое время не могла подняться и держалась за сердце. Её лицо становилось всё бледнее и бледнее. - Ах, боже мой. Он пытается меня убить... - простонала старушка, держась за сердце. - Ван Цзэ, ты... Остальные тупо уставились на Чжан Цзясэня. Они явно не ожидали, что Чжан Цзясэнь ударит так сильно, да ещё и старушку. Чжан Цзясэнь положил духовный камень в карман. При этом он тайком глянул на дядю. Лицо дяди было безразличным, и его эмоции невозможно было прочитать. - Все они, старушка и внучка, убийцы, - сказал Чжан Цзясэнь. - Не может этого быть... - Зачем им нас убивать... - Это же старушка и слепая девушка. Им не так легко убить нас... - Разве слепая девушка не мертва? Чжан Цзясэнь не стал объяснять подробнее. Его рука была в кармане и крепко сжимала кулон. Когда Нин Шу увидела, что Чжан Цзясэнь очень обеспокоен этим камнем, у неё на душе заскребли кошки. В чём же выгода этой штуки? Почему Чжан Цзясэнь решил так безрассудно решил добыть камень? - Может, нам тайком напасть на него? 795 сказал: - А ты уверена? Мы же сейчас на миссии. А что, если нас уничтожат? - Тогда забудь об этом. Нин Шу уставилась на карман Чжан Цзясэня. Она никак не могла смириться с тем, что камень попал в руки Чжан Цзясэня. Старушка с трудом поднялась при помощи клюки. Она скрючилась и зловеще обвела взглядом толпу. - Не ждите хорошего конца. Затем она ушла в свою комнату и закрыла за собой дверь. Как же так вышло, что всё пошло в другом направлении? Это же явно дело об убийстве, но почему же это теперь превратилось в охоту за сокровищами? Холодный ветер начал завывать, когда все собрались в зале. - Советник, что же нам теперь делать? - спросила у дяди Лу Шаньшань. - Разве всё не закончилось? Лу Шаньшань пыталась спросить, когда это задание будет считаться выполненным. Нин Шу уставилась на Чжан Цзясэня, который стоял поодаль от дяди. Он явно опасался, что дядя снова заберёт у него кулон. Нин Шу подумала немного, а потом взяла во дворе лопату и начала откапывать землю с пола. ---------- Чувствуешь Запах Крови? Избавившись от слоя земли на полу, обнажились деревянные доски пола. 795 постучал по доске и послышался глухой пустой звук. - Там пустота, - сказал 795. - Вероятно, внизу есть проход. 795 взял лопату из руки Нин Шу и начал убирать слежавшуюся землю с пола. Спустя некоторое время вся земля в зале была убрана, открыв пол, сделанный из деревянных досок. Нин Шу распласталась по полу. Она хотела посмотреть через щели, что находится под ними. Там была лишь темнота, в которой ничего не было видно. - Помогите найти какие-нибудь рычаги поблизости, - сказал 795 остальным. Дядя не сдвинулся со своего лежака. Но Лу Шаньшань начала что-то нашёптывать дяде. - Ты только посмотри на её поведение, - снова сказал 795, обращаясь к Нин Шу. Нин Шу: … Что же такого Лу Шаньшань сделала 795? Нин Шу принюхалась. - Чувствуешь запах крови? 795 пинком открыл дверь соседней комнаты. Нин Шу заглянула внутрь и увидела старушку, стоящую на коленях на полу. Её глазницы были пустыми, а глаза были вырваны. Часть крови ещё была на плоти, торчащей из глазниц и висящей на её лице. Нин Шу посмотрела на неё и отвела взгляд. Это было самое кровавое убийство, которое Нин Шу когда-либо видела. На этом задании смерть каждого человека была невероятно жестокой. - В этом доме должны быть туннели. Мы не видели, чтобы кто-то входил в эту комнату. 795 огляделся по сторонам. Нин Шу коснулась стен. У неё было ощущение, что под этим домом была целая сеть проходов, которые могли вести в любую часть дома. И люди могли ходить через них, оставаясь незамеченными. 795, Нин Шу и Чжан Цзясэнь втроём осмотрели комнату. Наконец, 795 нашёл под кроватью кнопку. Когда он её нажал, под самой кроватью открылся проход. - Тут, - 795 вылез из под кровати. - Отодвинем кровать в сторону. Несколько парней собрались вместе, подняли кровать и убрали её в сторону, после чего заглянули в чёрную дыру. Она была похожа на пасть монстра, который готов был проглотить всех до единого. - Советник, мы пойдём вниз? - спросил 795 у дяди. Пока 795 разговаривал с дядей, Чжан Цзясэнь стоял далеко в стороне. Он пытался как можно меньше выделяться. - Идём внутрь, - сказал дядя и кивнул. - Подождите. Нин Шу подняла руку. - Ты не хочешь идти? Дядя поднял бровь. Нин Шу поспешно сбегала во двор, взяла несколько заострённых палок из сарая и дала одну 795. 795 взвесил в руке деревянную палку и поблагодарил Нин Шу. - Спасибо. Нин Шу хотела дать одну палку дяде, но потом вспомнила, что у него на поясе есть пистолет, нарушающий все правила. Он даже в древние времена носил пистолет, так что она не стала давать ему палку. - Дай мне одну, - сказала Лу Шаньшань. Нин Шу протянула одну палку Лу Шаньшань. Чжан Цзясэнь открыл рот и сказал: - Если мы уходим, то что насчёт остальных в этой комнате? Там оставалось ещё больше десяти человек! - Всё верно. Советник, вы же уходите, а что там тогда делать без вас? - Что, если убийца вернётся? - Почему бы нам не пойти вместе? - Тут страшно. Дядя поджал губы. - Если вы пойдёте вниз, то вас там могут убить. Нин Шу считала, что оставаться в доме тоже небезопасно. Проход, находящийся внизу, мог провести убийцу в любое место и он мог в любой момент появиться и убить этих невооружённых студентов. Но ситуация внизу была тоже неизвестной. Никакой информации. Было невозможно определить, что их ждёт впереди. Эту опасность невозможно было предсказать. ---------- Будь Осторожна - Советник, позвольте нам пойти с вами. Давайте пойдём вместе, - сказала толпа. - Просто оставайтесь тут. Не нужно следовать за нами вниз, - безразлично сказал дядя. - Там внизу опасно. - Нет, советник, мы должны быть с вами. - Это ваш выбор, - безразлично сказал дядя. Толпа тоже последовала примеру Нин Шу, и каждый человек взял себе по палке со двора. Дядя пошёл первым, а за ним последовала Лу Шаньшань. - Будь осторожна, - сказал Чжан Цзясэнь, обращаясь к Нин Шу, и шагнул на ступеньки, ведущие вниз. Нин Шу: … Вы только поглядите на него, ведёт себя так, словно заботится о ней. 795 включил фонарик на телефоне и пошёл вниз. Нин Шу крепко сжала в одной руке деревянную палку, в другую руку взяла фонарик. Когда она вошла в проход, она сказала нервничающим оставшимся членам клуба: - Скорее идите следом. Один за другим толпа спустилась в проход, оставляя после себя пустой дом. Снег тяжело падал с неба, а ветер завывал, словно пытался заглушить все остальные звуки в доме. Нин Шу взяла фонарик в зубы. Одной рукой она вцепилась в край одежды 795, а в другой руке сжимала деревянную палку. Ступенек было много, и в разные стороны отходили проходы. Было неизвестно, куда они ведут, и поэтому было легко потеряться. Кроме того, в проходе были всевозможные ловушки. Стоило только чуть-чуть ослабить бдительность, как можно было лишиться жизни. Пока они идут вперёд, идущие позади люди могут вообще исчезнуть. Они могут попасть в ловушку и никто этого не заметит. Неизвестно, была ли это иллюзия, но Нин Шу казалось, что за ними кто-то наблюдает. Атмосфера в команде была очень мрачной. Слышались даже чьи-то всхлипывания. Ладони Нин Шу вспотели и она сказала 795: - Мне кажется, кто-то играет с нами. Едва только прозвучали её слова, как Нин Шу услышала стук. Она оглянулась назад и увидела, что из земли внезапно появился железный штырь. Его конец был заострён. Парень, который как раз шёл позади неё, наступил на то место, и штырь пробил ему ногу насквозь. Поднявшись выше, штырь пробил его голову и вылез изо рта. - Ааа... Некоторые люди не смогли этого вынести, схватились за головы и закричали изо всех сил. Дядя, идущий впереди, достал пистолет с пояса, прищурился, выстрелил несколько раз в стену, а потом ускорил шаги. Людям, которые шли позади него, пришлось припустить трусцой, но с этих пор больше не было жертв. Их словно окружала неуловимая сеть, словно повсюду были камеры слежения. Дядя теперь всё время держал пистолет в руке. Каждые несколько шагов он поворачивался к новому проходу и несколько раз стрелял без пуль. Нин Шу выпустила своё духовное сознание, но оно было не очень сильным. Она могла лишь сканировать ближайшие окрестности и проверять, нет ли каких-нибудь механизмов и ловушек под землёй. Нин Шу посмотрела на дядю, идущего впереди. Похоже, что он знал направление, потому что шагал прямо в одну сторону и не останавливался. Чжан Цзясэнь коснулся пульсирующего камня в своём кармане. Он плотно сжал губы и посмотрел на дядю, показывающего дорогу. Нин Шу не знала, сколько они шли и сколько поворотов сделали, когда дорога перед ними стала расширяться и появился пронзительно яркий свет. Нин Шу прищурилась, адаптируясь к свету, идущему из входа в пещеру. Она увидела величественное здание с величественными огромными колоннами, расписанными странными узорами. А прямо посредине величественной площади была платформа для жертвоприношений. На платформе была небольшая колонна с круглым кристаллическим камнем. Камень был разноцветным и необычайно прекрасным. - А вот это хорошая штука, очень хорошая штука. 795 резко выдохнул и невольно сделал пару шагов вперёд. Чжан Цзясэнь коснулся камня, который всё больше и больше пульсировал в его кармане, а его взгляд стал глубоким и задумчивым. Нин Шу спросила у 795: - Что это? 795 прошептал: - В бесчисленные количестве миров, есть три тысячи великих закона. Однако, всегда найдётся что-то, что избегает контроля небесных законов. Оно не обеспокоено кармой и может избегать кармических грехов. - А точнее? Он наговорил кучу слов, но всё равно было непонятно. ---------- Избежать Кармических Грехов Лицо 795 покраснело от волнения. - У нас, получателей заданий, тоже есть грехи. Но с этой штукой, мы не только можем спасти свои жизни, но ещё и избегать грехов, которые на нас налагают небесные законы. Если заполучить такой кристалл, то количество душ в этом камне эквивалентно количеству жизней. Даже если ты убьёшь кого-нибудь, даже невинного человека, ты не навлечёшь на себя никакой плохой кармы. Нин Шу: … Срань господня, как может существовать такая читерская вещь? Если получатель заданий получит её, то он не будет бояться уничтожения. В этом случае будет уничтожена душа, содержащаяся в камне, заместив собой получателя заданий. Нин Шу попыталась подавить свои желания. Глядя на этот великолепный камень, она почувствовала, что он ещё великолепнее. И ей очень захотелось его заполучить. Столкнувшись с чем-то столь редким в мире, жадность в душе человека бесконечно увеличивается. Нин Шу сжала кулаки, впившись ногтями в ладони своих рук. Почувствовав боль, Нин Шу немного успокоилась. Глянув на безразличное лицо дяди, она мысленно вздохнула. Её шансы на то, чтобы заполучить этот камень крайне малы. Как ни крути, с таким сокровищем, получатели заданий могут делать практически всё, что захотят и казалось слишком нереалистичным. *Хлоп, хлоп, хлоп* Послышались медленные аплодисменты, которые повторились пещерным эхом. Толпа посмотрела на хлопающего человека и увидела Пань Чэня в белом костюме жреца. С длинным и полами и широкими рукавами, со своим чистым и красивым лицом он выглядел, словно древний образованный и вежливый учёный. - Пань Чэнь... - Разве ты не умер? Пань Чэнь вежливо сказал: - Добро пожаловать в мой Зал Божественного Камня в качестве гостей. - Пань Чэнь, это ты убил всех тех людей? - невольно спросил один из членов клуба. Пань Чэнь кивнул. - Впрочем, я убил не всех. Пань Чэнь опустил голову и начал загибать пальцы: - Нескольких человек убил Фань Цзюньян, нескольких убил я, а некоторых убили те, кто воспользовался хаосом ради собственных целей. Ту, что ездила на деревянной лошадке, убила старушка, а того парня распилила Сяолань. Пань Чэнь вздохнул и пожаловался. - Сяолань оказалась действительно бесполезной. Я даже дал ей пару божественных глаз, но она так просто умерла. Нин Шу: ... Так её глаза были божественными глазами? Это же явно была катаракта дохлой рыбы, ясно? - Ты вообще человек? Мы же все одноклассники. Зачем ты их убил? - негодующе крикнул кто-то Пань Чэню. Пань Чэнь ответил вопросом на вопрос: - А почему я не могу их убить? - Разве ты не почувствуешь вину? - Нет. К тому же, я не убил всех людей, я лишь предоставил некоторые удобства, - сказал Пань Чэнь с робким видом. При виде такого Пань Чэня, толпа невольно почувствовала себя жутко. Он говорил об убийстве так просто, словно бы о еде. - Раз вы, ребята, уже тут, то у меня есть для вас небольшой подарок, - нежно сказал Пань Чэнь. Как только прозвучали его слова, камень на колонне засиял ослепительным светом. Нин Шу тут же почувствовала, как её душа вот-вот покинет тело. Мощная тянущая сила собиралась высосать её из тела. Все схватились за головы, взвыв от боли. Когда душу насильно вырывают из тела, это слишком болезненно. Дядя достал пистолет, прищурился и выстрелил в камень. Свет камня внезапно стал несколько тусклее. Сила, пытающаяся вытянуть их души, тоже исчезла. Пань Чэнь посмотрел на пистолет в руке дяде, нахмурился и спросил: - Что это за пистолет такой? Дядя переместил руку и выстрелил два раза в Пань Чэня, чьё тело дёрнулось дважды и его форма слегка потемнела. - Этот твой пистолет может стирать души? Пань Чэнь выглядел встревоженным. Нин Шу: … Что за чертовщина этот Пань Чэнь? Почему его даже нельзя убить? ---------- Будь Послушным и Подойди Сюда Неужели, Пань Чэнь — это духовное тело? Нин Шу спросила у 795: - Что он такое? 795 выглядел плохо. Он постучал себя по сердцу. - Ох, как это удручает. Кто знает, сколько душ он уже поглотил, чтобы сформировать духовное тело? Я думал, что если мне повезёт, то я смогу заполучить этот камень, но оказалось, что у него уже есть собственное сознание. Нин Шу: … Подобная ситуацию полностью перечеркнула их жадные идеи. Во-первых, не стоит забывать о дяде. Во-вторых, у камня была душа гораздо сильнее, чем у неё. Если бы она попыталась что-то сделать, то её душу просто проглотили бы. Нин Шу схватилась за сердце, как и 795. Её сердце было полно досады. - Тогда почему они перерождались, и всё повторялось снова и снова? - спросила Нин Шу. - Чтобы заставить людей снова и снова переживать смерть. Чем больше боли, тем больше ненависти и больше страха. Семь эмоций бесконечно умножаются, увеличивая силу его души, - сказал 795. Чжан Цзясэнь пристально уставился на Пань Чэня, прищурив глаза. В его взгляде всколыхнулись тёмные волны. - Всем отойти, - безразлично сказал дядя, и толпа тут же попятилась. Дядя поманил к себе Пань Чэня. - Будь послушным и подойди сюда. Пань Чэнь сделал два шага назад и с опаской посмотрел на пистолет в руке дяди. На его красивом и учёном лице отразилось сомнение. - Ты можешь сказать, что это за оружие у тебя в руке? Выражение лица дяди осталось бесстрастным. - Какой непослушный. Он выстрелил ещё два раза в Пань Чэня. Духовное тело Пань Чэня стало ещё немного темнее. Выражение лица Пань Чэня стало серьёзным, когда превратился в поток света и полетел к камню. Дядя выстрели в камень, который слегка пошатнулся, и всё подземное строение начало трястись. От камня пошла мощная всасывающая сила, желающая втянуть души всех присутствующих в камень. Дядя нахмурился. - Бессмысленное сопротивление. Дядя оттянул затвор, слегка повернулся, и его тело сформировало прямую линию с пистолетом, после чего он выстрелил в камень. Нин Шу прикрыла голову и увидела, как пространство слегка исказилось, когда мощная сила ударила по камню. Камень засиял ярким светом, сопротивляясь этой мощной силе, но результат был очевидным. - Уходите, ребята. Я не стану усложнять вам жизнь, - послышался из камня голос Пань Чэня, после чего из камня выстрелил луч света, направленный прямо в лицо дяде. Дядя уклонился в сторону и ещё два раза выстрелил в камень. Появилась фигура Пань Чэня, который посмотрел на дядю. - Ты тоже духовное тело? Мы же с тобой одинаковые, почему ты усложняешь мне жизнь? - недовольно спросил Пань Чэнь. Нин Шу посмотрела на слегка развевающиеся полы чёрной ветровки дяди. У него правда духовное тело? Он же совсем не отличается от настоящего человека, верно? У него явно было физическое тело. 795 просто сел на землю. - Нам тут делать нечего, только смотреть. Нин Шу присела рядом с 795 и шёпотом спросила у 795: - Разве ты не говорил, что этот камень разделён на материнский и дочерние камни? Нин Шу указала подбородком в направлении Чжан Цзясэня. - Какая польза от дочернего камня? 795 глянул на Чжан Цзясэня. - У него такой же эффект, но ему очень трудно обрести сознание. Учитывая его читерские способности, ему невозможно сформировать читерские интеллект. Пань Чэнь не знает, какой шанс у него был обрести сознание. 795 постучал себя по сердцу. - Дерьмо. Я могу лишь смотреть на сокровище перед собой, но не могу его получить. Нин Шу горевала больше, чем 795. Она горевала о том, что Чжан Цзясэнь заполучил эту вещь. Она не знала, каким Чжан Цзясэнь будет в будущем. Хуже того, что не смог заполучить сокровище, только осознание того, что это сокровище заполучил твой враг. Возможно, взгляд Нин Шу был слишком обжигающим, потому что Чжан Цзясэнь обернулся и их взгляды с Нин Шу встретились. Чжан Цзясэнь приподнял уголок рта, глядя на Нин Шу. Нин Шу скривила губы. Чего это он такой самодовольный? Одно дело получить что-то, а вот сохранить — это уже совсем другое дело. ---------- / Мы Можем Договориться Пань Чэнь и дядя боролись друг с другом. Пань Чэнь вскоре обнаружил, что его способ атаки на душу был почти бесполезен против мужчины в чёрном. А вот его собственная душа потеряла много духовной энергии всего после нескольких выстрелов. Столкнувшись с чернильно-чёрным пистолетом, Пань Чэнь почувствовал, как его сердце затрепетало от страха. Даже Небесное Дао не могло его уничтожить. Он ничего не мог поделать. Пань Чэнь вежливо сказал дяде: - Мы можем договориться. - Если я скажу, что следующий выстрел уничтожит твоё тело, ты мне поверишь? - холодно сказал дядя. - Я дал тебе один шанс, так как тебе было непросто сформировать сознание. Но ты его не оценил. Оставлять тебя в живых - это навлечь бедствие на этот мир. Пань Чэнь нахмурил свои изящные брови. - Неужели обязательно всегда быть таким жестоким? Дядя выстрели ещё раз прямо в духовное тело Пань Чэня. Бесшумная сила уничтожила духовное тело Пань Чэня, отчего он стал прозрачным. Пань Чэнь в шоке поднял руку. Его рука тоже была прозрачной. Пань Чэнь тут же вернулся в своё изначальное тело и сказал: - Я сдаюсь. Нин Шу: … Она думала, что они тут устроят целое представление! Но он быстро сориентировался! Пань Чэнь подлетел к дяде, который вытянул руку и поймал камень. У Нин Шу чуть не потекли слюнки. Это такое хорошее сокровище! Убивать людей и не взваливать на себя за это карму, да ещё и можно спастись от уничтожения. Дядя убрал камень. - Давай сюда, - безразлично сказал дядя Чжан Цзясэню. - Подобная вещь не должна быть у какого-то непонятного получателя заданий. Чжан Цзясэнь крепко сжал камень и сделал два шага назад. - Я сам его раздобыл, так что у меня есть полное право забрать его. Ты ведь тоже хотел заполучить его, хоть и давно знал, что это такое? Однако ты позволил им убивать людей, чтобы вывести тебя на эту штуку. Чжан Цзясэнь выглядел серьёзно. Дядя невозмутимо ответил: - И что с того? Выражение лица Чжан Цзясэня стало тоскливым. - Тогда какое право ты имеешь забирать мои вещи? - Мне так захотелось. А кто ты такой, чтобы говорить мне подобное? - безразлично сказал дядя. - Вы тупые? Они же теперь просто души. Кто знает, сколько раз они уже умирали. Вся их плоть, эти тела — это фальшивка, - сказал Пань Чэнь. Нин Шу была немного удивлена. Её тело было фальшивым? Но она чувствовала температуру и сердцебиение. Она также могла дышать. Неужели всё это - иллюзия? - Неужели первое поколение получателей заданий может просто грабить других? Прежде чем Чжан Цзясэнь успел договорить предложение, камень вылетел из его руки. - Это то, что я дал некоторым своим рабам. Ты тоже хочешь стать моим рабом? - сказал Пань Чэнь. - Поможешь мне убивать людей и искать души? А я тебе дарую вечную жизнь. Рука дяди нажала на камень, и Пань Чэнь тут же перестал говорить. Дочерний камень, размером с большой палец, подлетел к дяде, держащему камень. Дядя сказал: - Сколько ещё камней разбросано по миру? Верни их все обратно. - Да... - робко ответил Пань Чэнь. Лицо Чжан Цзясэня стало синим и очень некрасивым. У Нин Шу, при виде того, как Чжан Цзясэнь потерял сокровище, которое он так старательно пытался заполучить, радостно ёкнуло сердце. Она даже захотела встать и зааплодировать. Отличная работа! Ведь с такой вещью ни у кого не будет сдерживающей силы. Люди будут безрассудными и беззаботными. Необузданные получатели заданий нанесут неисчислимое количество ущерба мирам. Без поддержки силы Пань Чэня, пространство начало разрушаться. А толпа получателей заданий почувствовала, как у них всё расплывается перед глазами, после чего они появились в зале. Они почувствовали вибрацию под ногами. Должно быть, зал божественного камня обрушился. ---------- Портал Реинкарнации Нин Шу протяжно вздохнула. Это задание наконец-то закончилось. Она потратила на него улучшенный амулет. Но теперь она была просто счастлива. Получив возможность увидеть, как Чжан Цзясэню не удалось достичь успеха, она решила, что оно того стоило. - Что со мной происходит? - Ах... Тела выживших членов клуба начали постепенно каменеть, пока они, наконец, не превратились в человеческие скульптуры. Души вылетели из каменных статуй и каждая из них превратилась в духовное тело. Нин Шу тоже обрела свою прежнюю внешность. Все получатели заданий восстановились. Тело Лу Шаньшань теперь было облачено в элегантное древнее платье, не говоря уже о том, какой красивой она была. - Ого, а у некоторых из вас отличные души. Мне стоило знать об этом и проглотить вас первыми, - сдавленным голосом сказал Пань Чэнь. Дядя пошевелил немного пальцем в воздухе, и из его кончиков пальцев медленно появилась чёрная дыра. Духовные тела студентов собрались и полетели вглубь этой чёрной дыры. Чёрная дыра постепенно сжалась и, наконец, исчезла. Нин Шу уже видела подобную чёрную дыру, когда она была даосским жрецом Горы Мао и отправляла души в мир иной. - Что это такое? - спросила Нин Шу у 795. - Это портал реинкарнации. Так как эти люди умерли, естественно, они должны войти в цикл реинкарнации, - сказал 795. Нин Шу: … Какого чёрта? Он мог так легко вызывать портал реинкарнации? Нин Шу изобразила вежливую улыбку на лице. В дальнейшем ей нужно держаться подальше от дяди. Кто знает, вдруг ему захочется пинком отправить её на путь реинкарнации? - Возвращайтесь, - равнодушно сказал дядя. Нин Шу внезапно почувствовала головокружение. Когда открыла глаза, она уже была в прежнем Сборном Пространстве. Нин Шу протяжно вздохнула и посмотрела на своё тело, после чего увидела, что её душа значительно потемнела. - Всё в порядке? - спросила Мэй Цзыцин у Нин Шу. Нин Шу повернула голову, увидела Мэй Цзыцин и удивлённо спросила: - Ты всё это время ждала тут? - Ну, задание не будет считаться завершённым, пока вы не вернётесь, - сказала Мэй Цзыцин. Нин Шу с подозрением спросила: - Тут же продаётся улучшенная версия амулета? Почему ты себе не купила такой? Мэй Цзыцин беспомощно сказала: - Я уже долго торчу среди получателей заданий продвинутого уровня, и мне нужно экономить очки заслуг, чтобы повысить уровень. Нин Шу кивнула. Мэй Цзыцин сказала: - Я пойду. Мне нужно посмотреть, сколько очков заслуг я получила в этот раз. Но я умерла рано, так что, полагаю, их будет немного. Но мне всё равно нужно выполнять подобные задания. Похоже, что мне, всё же, придётся купить несколько улучшенных амулетов. Эх... После того, как Мэй Цзыцин закончила предложение, и её фигура исчезла. 795 подошёл к Нин Шу и сказал: - 2333, я тоже ухожу. Добавь мой номер. Вдруг будет шанс снова вместе поработать. - Конечно. Когда несколько получателей заданий ушли, в комнате остались лишь Чжан Цзясэнь, дядя, 496 и Нин Шу. Душа Чжан Цзясэня была невероятно прозрачной, словно он вот-вот рассеется. Похоже, что захват двух тел дорого ему обошёлся. Если Нин Шу сейчас использовала бы какое-нибудь приспособление, то Чжан Цзясэнь мог бы совсем исчезнуть. Чжан Цзяэнь почувствовал злобный взгляд Нин Шу. Он глянул на неё, и его тело исчезло. 496 сказала дяде: - Можешь дать мне кусочек того камня? - Нет, - безразлично ответил дядя. 496 была немного обескуражена. - Тогда можешь дать мне посмотреть? Я только посмотрю. Я ещё не видела подобного камня. - Нет. - Мне нельзя даже посмотреть? Нин Шу смотрела на 496, которая снова вела себя как избалованная девочка перед дядей, несмотря на всю постыдность ситуации. Это было так странно. И всё же, дядя был непреклонен. Даже перед лицом такой красотки он имел холодный вид. Отвергнутая 496 выглядела немного неприятно. Глядя на безразличного к ней представителя первых получателей заданий 496 была раздражена. Но тем не менее, она была полна боевого духа. Нин Шу почувствовала, что ей не стоит оставаться тут. Она мысленно позвала 2333. - Возвращаемся в системное пространство. - Да... - наконец-то ответил прежде притворявшийся трупом 2333. Нин Шу почувствовала лёгкое головокружение на мгновение, когда она покинула Сборное Пространство. ---------- Их Восемь Цифр Был в Серьёзном Конфликте Вернувшись в системное пространство, Нин Шу тут же села на коврик и начала культивировать. В этот раз её душа серьёзно истончилась. Нин Шу перестала культивировать только когда её душа достаточно восстановилась и холодно спросила у 2333: - Ты почему меня игнорировал? Я тебе вопросы задавала, а ты не отвечал. - Я отключился, потому что обновлял свои данные, - ответил 2333. - Я же получил ту систему удачи и законов. Нин Шу не знала, что сказать. Её с 2333 восемь цифр были в серьёзом конфликте*. Их характеры не могли гармонично взаимодействовать и поэтому они никогда не были на одной волне. Нин Шу не стала ничего говорить. Она открыла панель атрибутов, чтобы посмотреть, что она заработала в этот раз. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 11 150 000 Душа: 310 Жизнь: 81 Интеллект: 264 Харизма: 10 Удача: 99 Воля: 170 Боевые искусства: 182 Вера: 2414 (+1000) Способность (адаптивность): 79 Заслуги: 10045 (+3000) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Низкоуровневые Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня, Экзорцист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x5 Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Выполнено особое задание. Получено: 1000 очков веры. Получено: 3000 очков заслуг. Нин Шу протёрла глаза. И это всё? Всего лишь 3000 очков заслуг? Ни очков опыта? Ни очков атрибутов? Это задание просто затроллило её! Нин Шу открыла систему чата и спросила у Мэй Цзыцин: "Как там твой урожай? Сможешь стать получателем заданий супер-уровня?" Мэй Цзыцин: "Увы, мне всё ещё не хватает! Получила совсем немного заслуг. Заслуги очень редко выдаются. Мне всё ещё нужно сделать несколько особых заданий. Но сейчас особых заданий нет. Нин Шу попыталась утешить Мэй Цзыцин: "Не волнуйся ты так. Не спеши." Мэй Цзыцин прислушалась к совету. "Тогда я лучше пойду выполню несколько обычных заданий. Я так устала. Мне надо всё обдумать, когда появится очередное особое задание." Нин Шу ещё немного поболтала с Мэй Цзыцин, и уже собиралась закрыть систему чата, когда услышала "дин-дон" входящего сообщения. Нин Шу открыла его, и увидела, что это был запрос на разговор от 795. Нин Шу приняла запрос. 795 отправил сообщение и спросил: "Как тебе задание в этот раз? Хороший урожай?" "Не идеальный", - ответила Нин Шу. 795 сказал: "За всем стоял Пань Чэнь и это было не то, что мы могли контролировать. Так как мы ничего не могли поделать, вполне естественно, что урожай был меньше." Нин Шу вздохнула. Возможно, будет лучше выполнять обычные задания, поднять очки опыта до двадцати миллионов и стать получателем заданий продвинутого уровня. А что касается повышения до получателя заданий ультра-уровня, то это будет ещё не скоро, поэтому Нин Шу даже не собиралась думать об этом. Послышался очередной звук "дин-дон". Ещё один человек хотел поговорить с ней. Нин Шу открыла запрос и увидела, что он от номера 6457. Это был номер Чжан Цзясэня. Нин Шу без раздумий отказалась. Ей было слишком лень разговаривать с Чжан Цзясэнем, так как им не о чём было разговаривать. В любом случае, Чжан Цзясэнь лишь поджидал возможности убить её, а его мысли всегда были тёмными. Он опять будет говорить ей всякие приятные вещи, а в следующий раз, когда ему представится возможность, снова безжалостно убьёт её. Нин Шу выключила систему чата и взяла с полки книгу Непревзойденных Боевых Искусства. Она открыла её и подумала о том, как сделать так, чтобы эта книга сформировала мир. Что для этого нужно? Она очень хотела иметь собственный мир. ---------- Остался Только Один Бесплатный Вопрос Нин Шу закрыла книгу и вспомнила о сереброволосом мужчине, который всё ещё должен был ей три вопроса. Сереброволосый мужчина был эрудированным и умным. Нин Шу взяла книгу с собой и сказала 2333: - Отправляемся в Сборное Пространство. - Ладно. Нин Шу почувствовала головокружение на мгновение, а потом оказалась стоящей на лазурной каменной плитке. Крепко вцепившись в книгу по Непревзойденным Боевым Искусствам, она отправилась в сторону комнаты консультации. В комнате консультации Нин Шу вдохнула элегантный запах благовоний, чувствуя, как её голова проясняется. Все негативные эмоции на душе постепенно рассеялись, а разум успокоился. Нин Шу начала отчаянно вдыхать благовония. Сереброволосый мужчина вышел из внутренней комнаты и уставился на Нин Шу со спокойным выражением на лице. Он никогда не расставался с книгой, а его длинные серебристые волосы были заплетены. - По какому вопросу ты хочешь проконсультироваться в этот раз? Сереброволосый мужчина сел. Его движения были элегантными и грациозными. Нин Шу положила книгу на стол и спросила: - Что нужно для того, чтобы создать мир? Сереброволосый поднял бровь. - Ты всего лишь получатель заданий среднего уровня, а уже думаешь о строительстве мира? Строительство мира? Насколько она помнила, 795 тоже говорил о строительстве мира. Нин Шу открыла книгу Непревзойденных Боевых Искусств и сказала сереброволосому мужчине: - Погляди. Это может стать миром? Сереброволосый мужчина взял книгу и перелистнул несколько страниц, подняв брови. - Узоры, сформированные силой веры, могут сформировать мир, но всё намного сложнее. В мире должны быть законы, система энергии для поддержания функциональности мира. Там должна быть среда, которая позволит живым существам выживать. Вода, солнечный свет, земля. Также как и у душ есть свой источник, также и у пяти элементов - металла, дерева, воды, огня и земли - тоже должен быть источник. Энергия этих источников и будет поддерживать мир. Нин Шу запомнила слова сереброволосого и спросила: - Так значит, мне нужно заполучить источники энергии этих природных элементов? Сереброволосый мужчина закрыл книгу и подтолкнул её к Нин Шу. - Да. Источники энергии не так-то просто заполучить. Обычно, они забираются у самого мира. С твоей нынешней силой слишком сложно искусственно создать мир. Нин Шу поджала губы. Возможно, она сможет потом раздобыть источник энергии. Нин Шу спросила: - Что означает постройка мира? - Получатели заданий тоже вроде культиваторов. Обычно, когда кто-то становится получателем заданий ультра-уровня, они начинают строить свой собственный мир. Со своим собственным миром в качестве резервного ресурса, их не так-то просто уничтожить, - сказал сереброволосый. Нин Шу кивнула. 795 говорил, что 496 — "получательница заданий ультра-уровня, которая даже не знает, как создать мир". Теперь в этой фразе был смысл. Сереброволосый мужчина сказал: - Ты уже задала два вопроса. У тебя остался только один бесплатный вопрос. - Что? Это же был всего один вопрос, ладно? - спросила Нин Шу с растерянным видом. - Первый вопрос был о том, сможет ли эта книга сформировать свой собственный мир. А второй вопрос был о том, что нужно для формирования мира, - сказал сереброволосый, скрестив руки на груди и приняв сдержанную позу. Нин Шу: … Проклятье. Торговец-грабитель!!! Нин Шу начала усиленно вдыхать благовония. Сереброволосый мужчина закрыл свою книгу и направился во внутреннюю комнату. По пути он обернулся к Нин Шу и сказал: - Плата за благовония будет взыскана согласно проведённому тут времени. Нин Шу подхватила свою книгу и выбежала из комнаты консультаций. Глядя на вывеску у двери ей очень хотелось перевернуть стол. Этот джентльмен элегантен и коварен до мозга костей. Вот что значит, старый хитрый лис! Интересно, сколько уже прожил этот человек. Выйдя из комнаты консультаций, Нин Шу пришла в ресторан, чтобы заказать что-нибудь поесть. Приятно иметь полный стол еды, от которой ты не растолстеешь! Выйдя из ресторана, Нин Шу решила купить улучшенную версию амулета. Тот, который она купила в прошлый раз, уже был потрачен. Нужно купить ещё. __________________________________________________________________ Примечание: * Четыре Колонны Судьбы, в китайском языке означают "восемь цифр" или "восемь слов". Согласно китайской астрологической концепции, судьбу человека можно предсказать при помощи двух цифр шестидесятилетнего цикла, которые характеризуются назначенными человеку годом рождения, месяцем, днём и часом. ---------- Даже Не Знаю Почему Улучшенный защитный амулет стоил 100 очков заслуг. Нин Шу пошла в тот магазин, где раньше покупала его. В тот раз ей удалось купить амулет за 95 очков заслуг, но в этот раз Нин Шу потратила 190 очков заслуг на покупку двух улучшенных защитных амулетов. С этими двумя амулетами Нин Шу почувствовала себя более защищённой. После покупки амулетов, Нин Шу сказала 2333: - Возвращаемся в системное пространство. Вернувшись в системное пространство, Нин Шу взяла книгу с полки и прочитала её. После прочтения, она полила цветы, навела порядок и сказала 2333: - Давай встретимся с поручителем следующего задания. - Хорошо, - ответил 2333. В системном пространстве постепенно появилась фигура. Она была одета в грубую льняную одежду и тряпичные туфли. В волосах у неё была деревянная заколка, а лицо было болезненно-желтоватым и усталым. Её тело было худым, а скулы торчали. С первого же взгляда было ясно, что она — тяжело работавшая крестьянка из древней эпохи. Нин Шу прищурилась и посмотрела на неё. Она немного умела предсказывать будущее, основываясь на чертах лица. У этой женщины было явно благородное лицо. Однажды она явно была богатой. Женщина осмотрела мутным взглядом всё системное пространство. Тут был яркий свет, чистый пол, растения в горшках с каплями воды на листьях, свежие и красивые цветы, книги в шкафу и красивый диван. Женщина подобрала края своего белого платья и сделала два шага назад. Нин Шу обратилась к женщине: - Привет, тебе нужна контратака? - Да, меня зовут Чэнь Эрмэй, - прошептала Чэнь Эрмэй. - Можете помочь мне с контратакой? - Да. Какое у тебя желание? - спросила Нин Шу. Чэнь Эрмэй выглядела немного смущённой и надолго затихла, после чего сказала: - Я хочу отомстить Бай Ицяо. Она испортила мою жизнь, и я не знаю, почему она это сделала. И моему мужу... который обесчестил меня. Говоря о своём муже Чэнь Эрмэй выглядела напуганной. Нин Шу решила сначала посмотреть сюжет, прежде чем отвечать, готова ли она принять задание. Чэнь Эрмэй не знала, почему Бай Ицяо так сильно её невзлюбила. А правда была в том, что Бай Ицяо переродилась. Отец Бай Ицяо был учёным, который за всю свою жизнь так и не смог сдать императорские экзамены. Но даже наличие простого учёного в такой отдалённой деревне всё равно было впечатляющим достижением. А став учёным, ему не нужно было платить налоги. Бай Ицяо родилась красивой. Так как она не работала, её кожа была белой, а сама она носила красивые одежды, чем заметно выделялась среди деревенских девушек и крестьянок. Когда дедушка Бай Ицяо был моложе, он договорился о браке для неё. Её будущим мужем был охотник. Бай Ицяо была высокомерной и, естественно, ей не нравился этот мужчина. Она отказалась от помолвки и уехала в город, чтобы стать наложницей сына из богатой семьи. Это были смутные времена. Фан Юн, который сожалел о том, что его бросили, решил присоединиться к восстанию. Но, прежде чем он ушёл, мать Фан Юна договорилась о другом браке, и в этот раз это была Чэнь Эрмэй. Вскоре после свадьбы Фан Юн ушёл, чтобы вступить в армию. С его ловкими руками и навыками лучника, Фан Юн начал постепенно подниматься в армейских званиях. После того, как на трон взошёл новый император, Фан Юн стал высокоранговым чиновником. Чэнь Эрмэй стала придворной дамой, потому что Фан Юн заработал честь и славу. Бай Ицяо, которая стала наложницей, была подставлена свекровью, после чего её выбросили из дома. В качестве наказания ей переломали ноги, и она была вынуждена зарабатывать на жизнь попрошайничеством. Когда Фан Юн вернулся в свою родную деревню весь одетый в парчу, Бай Ицяо увидела, что Чэнь Эрмэй, которая была хуже неё во всех отношениях, теперь была одета в богатые одежды из золота и серебра. У неё даже были свои служанки. Даже свекровь, которая сломала ей ноги, умоляла её вести себя хорошо перед Чэнь Эрмэй. Когда Бай Ицяо увидела Фан Юна в официальной одежде, она была ошеломлена. Она и не подозревала, что Фан Юн может быть таким героическим. Этот муж и вся его слава стали принадлежать кому-то другому. Чэнь Эрмэй ничем это не заслужила, ей просто повезло. ---------- Настоящая Сучка Зелёного Чая Когда Бай Ицяо ползала по обочине, Чэнь Эрмэй бросила ей в чашу несколько медных монет. Бай Ицяо почувствовала себя посрамлённой и оскорблённой, отчего прикрыла своё лицо грязными и непричёсанными волосами. Глядя на Чэнь Эрмэй и Фан Юна, уезжающих прочь, она видела, что Фан Юн заботится о Чэнь Эрмэй. Бай Ицяо пожалела о том, что отвергла его. В итоге, Бай Ицяо замёрзла насмерть на улице. Когда она снова очнулась, она переродилась и вернулась ко времени до отказа от помолвки. Бай Ицяо решила начать с чистого листа. Она уже больше не была такой тщеславной, как прежде. Она стала более приземлённой. И решила прожить хорошую жизнь с Фан Юном. Нин Шу, после принятия сюжета: … Почему опять эта проблема с перерождением? Как могут люди с таким характером перерождаться? Те, кто страдали от несправедливости и умерли, те, кто страдали от великой боли, у них нет шанса вернуться! Нахуй эту Бай Ицяо! Она настоящая сучка зелёного чая. Единственная причина, почему она решила стать более приземлённой, потому что она знала — рано или поздно Фан Юн добьётся успеха и признания. Бай Ицяо всегда боялась Чэнь Эрмэй, у которой были долгие отношения с Фан Юном. Она боялась, что Чэнь Эрмэй разрушит те идеальные отношения, которые Бай Ицяо наладила с Фан Юном. Бай Ицяо не была добрым или нежным человеком. Будучи наложницей в богатой семье, она провела некоторое время во внутреннем дворе, полном скрытой борьбы и всевозможными постыдными секретами. Нин Шу посмотрела на Чэнь Эрмэй. Трудно было представить, что Чэнь Эрмэй было едва за тридцать, когда она умерла. Настолько она устала от житейских невзгод. Нин Шу сказала Чэнь Эрмэй: - Для контратаки нужно пожертвовать духовную энергию. Ты уверена? Чэнь Эрмэй кивнула. - Я уверена. Я отдам 50% своей духовной энергии. - Так ты желаешь отомстить Бай Ицяо и своему мужу? - уточнила Нин Шу. Взгляд Чэнь Эрмэй был тусклым. Она закусила губы и кивнула. - Да. - Ладно, тогда я берусь за это задание, - сказала Нин Шу. - Спасибо, мисс. Чэнь Эрмэй сделала реверанс Нин Шу, а потом её фигура постепенно исчезла из системного пространства. Нин Шу открыла системный рынок и купила постные пилюли, несколько лекарств и пилюли противоядия. Подумав о смутных временах, Нин Шу решила купить какое-нибудь оружие. И взяла короткий кинжал. Когда всё было готово, Нин Шу сказала 2333: - Начинаем задание. - Хорошо, - ответил 2333. Нин Шу почувствовала головокружение. Она ощутила, как её душа сливается с телом. Затем она почувствовала, как кто-то прижимает её тело и целует в шею. Послышался чмокающий звук и кто-то выдохнул с отвратительным запахом изо рта. Чья-то рука коснулась её и начала снимать одежду. Нин Шу тут же открыла глаза и увидела, что на ней лежит мужчина. В душе Нин Шу всколыхнулось сильное отвращение. Она подняла руку и сделала рубящий удар по шее мужчины. Глаза мужчины закатились и он потерял сознание, упав на Нин Шу. Нин Шу столкнула мужчину с себя и тряхнула рукой. Всего один удар, а её рука уже заболела. Нин Шу яростно пнула мужчину, а потом поспешила застегнуть одежду. Этот мужчина, вероятно, был Ли Гоуцзы, муж изначального хоста. Он был бездельником, который воровал куриц и собак. Люди ненавидели его и он даже выглядел как извращенец. Это был момент, который изменил вторую жизнь Чэнь Эрмэй. Ли Гоуцзы обесчестил Чэнь Эрмэй и их застали в постели. Под всеобщим давлением, даже угрозы самоубийства Чэнь Эрмэй не могли спасти её от свадьбы с Ли Гоуцзы. Нин Шу обулась и достала кинжал. Ли Гоуцзы был просто мерзавцем. ---------- Я Думала, Что Вы Пошли Развлекаться Нин Шу держала острый клинок, намереваясь преподать небольшой урок Ли Гоуцзы, как услышала поспешные звуки шагов за дверью, направляющиеся к ним. - Эрмэй сказала, что пошла в туалет, но её пока никто не нашёл. - Я уже везде обыскалась её. Голоса снаружи становились всё ближе. Звуки шагов становились всё громче и, судя по их количеству, там было несколько человек. Нин Шу быстро обдумала свою ситуацию. Самое важное сейчас было не оказаться замешанной в связи с Ли Гоуцзы. Убрав кинжал, Нин Шу открыла окно, выпрыгнула наружу, а потом закрыла за собой окно. Нин Шу обошла дом и вернулась в зал. На столе в зале были разноцветные нити, из которых вязали красивые плетения. Перерождённая Бай Ицяо была очень хороша в плетении узоров, и видела много различных стилей в крупных семьях. Все женщины деревни пришли к ней учиться. Чэнь Эрмэй тоже пришла со всеми. Но именно в доме Фан Юна её и обесчестил Ли Гоуцзы. Теперь Бай Ицяо и Фан Юн уже состояли в браке. Нин Шу забрала незаконченную вышивку на столе и вышла из пустой комнаты на задний двор, попутно продолжая плести. - Ась? Чего это вы все тут делаете? - с любопытством спросила Нин Шу. - Я так удивилась, что в доме никого нет, а вы, оказывается, все убежали сюда. - Сестра, куда ты подевалась? Девушка из семьи Бай сказала, что ты исчезла, - спросил у Нин Шу какой-то мужчина. Это был брат Чэнь Эрмэй, старший сын семьи Чэнь. Он выглядел, как простачок. Нин Шу посмотрела на Бай Ицяо. - После того, как я сходила в туалет, я вернулась обратно в дом. Хоть Бай Ицяо и была в одеждах крестьянской женщины из деревни, но её одежда была вышита изысканными узорами, отчего даже грубая льняная одежда тут же поднялась на новый уровень. В прежней жизни Бай Ицяо была наложницей, поэтому она знала, как услужить людям при помощи своей внешности. Женщинам нравилось выглядеть красивыми переде теми, кто им нравится. Даже в таких суровых условиях они могли сделать себя красивыми. На лице Бай Ицяо появилось удивление, но потом она улыбнулась и сказала: - Эрмэй почему ты не сказала нам, что ты вернулась? Там пришлось везде тебя искать. А потом она добавила: - Я слышала, что Ли Гоуцзы пришёл навестить тебя. Я даже подумала, что вы ушли развлекаться. Нин Шу тут же замотала головой. - Я не уходила развлекаться с Ли Гоуцзы. Как ты можешь такое говорить, невестка Фан? Я же пришла учиться у тебя. Как я могу идти развлекаться с Ли Гоуцзы? Все в деревне знают, что за человек этот Ли Гоуцзы. Как я могу вообще связываться с ним? Зачем невестка Фан такое говорит? Бай Ицяо мягко сказала: - Да я просто так сказала. - Что вы тут делаете? - Нин Шу протиснулась мимо них в комнату. Она увидела связанного Ли Гоуцзы и с удивлением спросила: - Невестка Фан, почему у тебя в доме посторонний мужчина? Разве это не Ли Гоуцзы? Бай Ицяо неохотно сказала: - Должно быть, он прокрался в эту комнату, чтобы поспать. На лице Нин Шу появилось презрение к Ли Гоуцзы. - Подожди возвращения братца Фан Юна. Когда он вернётся, пусть он преподаст урок этому Ли Гоуцзы. Люди, которые не знают всей ситуации, могли бы подумать. что вы прячете в доме мужчину, невестка Фан. Ваша репутация может быть испорчена на раз-два. Лицо Бай Ицяо немного перекосилось, а взгляд стал резким. Глядя на болтливых женщин с длинными языками, указывающими на неё, Бай Ицяо мысленно прокляла Ли Гоуцзы. ---------- Была Насильно Выдана Замуж За Ли Гоуцзы Когда она услышала, как Нин Шу говорит про Фан Юна, и называет его братцем, Бай Ицяо почувствовала себя несчастной. - Должно быть, это Ли Гоуцзы задумал что-то недоброе. Тайком пробрался в мой дом, чтобы украсть что-нибудь. А в результате заснул, - со спокойным лицом объяснила Бай Ицяо. Нин Шу кивнула. - Этот Ли Гоуцзы — подонок. Поверь мне, невестка Фан, не надо спускать ему это с рук. - Ты права, Эрмэй - сказала Бай Ицяо. Старший брат Чэнь сказал Нин Шу: - Давай вернёмся домой, а то родители наверняка волнуются. Нин Шу улыбнулась и сказала Бай Ицяо: - Прости, невестка Фан, но мне пора домой. Нин Шу развернулась и улыбка на её лице исчезла. Старший брат Чэнь заметил её выражение лица. Как только они ушли со двора семьи Фан, он спросил у Нин Шу: - Сестрёнка, ты себя плохо чувствуешь? - Я в порядке, - сказала Нин Шу, оглядываясь на двор семьи Фан. Она думала о том, что Бай Ицяо была поистине злобной. Прекрасно зная важность репутации женщины, она хотела испортить репутацию Чэнь Эрмэй подобным способом. В изначальной истории много людей видели её, занимающуюся распутными делами с Ли Гоуцзы. Да ещё и Ли Гоуцзы утверждал, что Чэнь Эрмэй соблазнила его. Что это она привела его. Он описывал Чэнь Эрмэй, как очень распутную женщину. И сколько бы Чэнь Эрмэй ни спорила, никто ей не верил. И осуждающие взгляды людей резали словно ножи. Репутация семьи Чэнь была испорчена из-за Чэнь Эрмэй. Её считали несдержанной женщиной и осуждающе указывали на неё, куда бы она ни пошла. Чэнь Эрмэй собирались утопить в свиной клетке, либо приговорить её к стерилизации. Наказание стерилизацией предназначалось в качестве кары за неподобающие отношения между мужчиной и женщиной и для искоренения сексуальных желаний женщины. Это достигалось путём прямого зашивания влагалища. Мир был просто настолько жесток по отношению к женщинам. В это время Ли Гоуцзы вышел вперёд и небрежно сказал, что возьмёт Чэнь Эрмэй в жёны. В данной ситуации, выйти замуж за Ли Гоуцзы было наилучшим выбором. Чэнь Эрмэй бьла насильно выдана замуж за Ли Гоуцзы. Он был настоящим негодяем, которым восхищались все местные хулиганы. Он был бесстыжим, наглым и непристойным человеком, не имеющим ни капли чести. Ли Гоуцзы был из тех, кто брал всё и ничего не давал в ответ. Он не работал ради пропитания своей семьи. В его поле росли сорняки, но ему не было до них дела. Когда в его доме не было еды, он либо воровал её, либо нагло пробирался в чужие дома, чтобы поесть в них. Короче говоря, Ли Гоуцзы был безнадёжно бесчеловечным подонком. Чэнь Эрмэй, которая вышла за него замуж, была вынуждена делать всё по дому. Стирать одежду, работать в поле. Всё это было взвалено на её плечи. Если в семье появлялись хоть какие-то деньги, Ли Гоуцзы забирал их и тратил на выпивку и прочие удовольствия. Он ещё и постоянно избивал Чэнь Эрмэй, говоря ей, что он её спаситель. Если бы он не женился на Чэнь Эрмэй, то её бы утопили в свиной клетке. Чэнь Эрмэй приходилось выполнять всю самую тяжёлую работу, и при этом терпеть бесчеловечное отношение Ли Гоуцзы, от которого у неё даже был выкидыш. Даже когда она восстанавливалась после выкидыша, она вынуждена была заниматься тяжёлым трудом в поле и собирать амброзию. Ли Гоуцзы никогда не помогал ей. Ему было всё равно, жива Чэнь Эрмэй или нет. Иногда он приходил домой, прижимал Чэнь Эрмэй к постели и ему было наплевать на чувства Чэнь Эрмэй. Когда Чэнь Эрмэй умерла от истощения, когда ей было чуть больше тридцати. Нин Шу вздохнула. Неудивительно, что Чэнь Эрмэй хотела отомстить своему мужу в ту эпоху, когда муж считался для жены самым главным. Из-за тиранического издевательства Ли Гоуцзы, Чэнь Эрмэй даже не смела сопротивляться. Даже если она и хотела отомстить, она могла лишь попросить Нин Шу отомстить за неё. Вот так женщины жили в древние времена. Репутация была тяжёлыми оковами на их шее. Даже несмотря на то, что Чэнь Эрмэй явно была жертвой, никому не было дела до того, как страдала Чэнь Эрмэй. Вместо этого они хотели утопить Чэнь Эрмэй в свиной клетке. В то время, как Ли Гоуцзы получил лишь лёгкое наказание. Чэнь Эрмэй была измучена до такой степени, что от неё почти ничего не осталось. Если бы на её месте была Нин Шу, даже если результатом была бы смерть, она бы утащила Ли Гоуцзы с собой на тот свет. Она бы ни за что его не отпустила. ---------- В Жёны Берут По Добродетели Терпение Чэнь Эрмэй не позволит Ли Гоуцзы относиться к ней хорошо. Терпение лишь делает таких людей как Ли Гоуцзы вдвойне мерзавцами. В конце концов, это эпоха, когда женщин угнетали. Нин Шу вернулась домой со своим старшим братом Чэнь Ли. Когда они вошли в дом, отец Чэнь подошёл к Нин Шу замахнулся на Нин Шу своей курительной трубкой. Нин Шу была не из тех, кто станет стоять на месте и позволять другим бить её, поэтому она тут же увернулась. - Как ты смеешь уворачиваться? Глаза отца Чэнь налились кровью от гнева. Матушка Ли стал уговаривать отца: - Да ладно тебе, старик. Эрмэй ведь вернулась домой. Отец Чэнь сел на кровать, выпустил клубы дыма и раздражённо сказал: - Ты же уже большая девочка. Не делай вещей, от которых я не буду знать, куда девать своё лицо. Говорят, что ты близка с Ли Гоуцзы. Нин Шу закатила глаза. - Отец, ну как я могу быть с Ли Гоуцзы. Ли Гоуцзы явно пришёл в дом Фан Юна. Ведь он спал в доме Фан Юна. Какое это имеет отношение ко мне? - Невестка Фан Юн прибегала сюда, чтобы рассказать мне и твоей матери, что вы занимались плетением, а потом ты куда-то пропала. Отец Чэнь взял свою трубку и постучал ей по печке у кровати. - Я просто ходила в туалет, а Бай Ицяо тут же разволновалась. Кто знает, что она задумала? - сказала Нин Шу. - Я больше никогда не пойду к ней в дом, чтобы учиться плести. - Если не хочешь ходить, то не ходи. Вышивкой ты вряд ли что-то заработаешь. Лучше просто занимайся делами по дому, - сказал отец Чэнь. Нин Шу улыбнулась. - Спасибо, отец. - Иди, покорми кур, - сказал отец Чэнь. Нин Шу подняла занавеску и вышла из комнаты. Она собрала в огороде пожелтевшие овощные листья с червоточинами, затем мелко нарезала их и скормила курам. Чэнь Ли стал помогать Нин Шу и сказал: - Я не думаю, что сестрица Бай — злой человек. - Потому что Бай Ицяо красивая, да? Нин Шу посмотрела на Чэнь Ли. Чэнь Ли честно кивнул. - Она очень красивая. Многие говорят, что Фан Юн сжёг множество благовоний, чтобы жениться на дочери учёного. Она добродетельная и красивая жена. - Пфф, - фыркнула Нин Шу. Мужчины видят лишь внешность. Когда дело касается жены, то проверяют её гороскоп. Когда дело касается наложницы, то смотрят только на её красоту. В жёны берут по добродетели, а не по красоте. По мнению Нин Шу, Бай Ицяо продолжала вести себя, как наложница. Она ведь уже вышла замуж за Фан Юна, но она всё равно хотела подставить Чэнь Эрмэй. В прошлой жизни Бай Ицяо застукали изменой. Её нашли спящей в постели с домашним слугой. Они спали на одной постели. Официальная жена использовала эту измену, как шанс, чтобы сломать ей ноги. В этой жизни Бай Ицяо использовала эту тактику против Чэнь Эрмэй. Нин Шу никак не могла этого понять. Почему такие люди получают шанс на перерождение? Бай Ицяо была настоящей сучкой зелёного чая. После перерождения, хоть она и была верна Фан Юну, в прошлой жизни она также пыталась завоевать расположение богатого юного господина. В этой жизни он тоже в неё влюбился. Он даже хотел развестись со своей женой, чтобы снова жениться на ней. Переродившись, Бай Ицяо словно получила читы. Она занялась своим бизнесом. Она знала, что грядёт хаос и что Фан Юн примет участие в восстании, и что ей нужно запастись продуктами. Она часто посылала одежду и еду армии повстанцев, поэтому многие люди в армии повстанцев завидовали тому, какая у Фан Юна хорошая жена. Даже у лидера армии повстанцев, будущего императора, было хорошее впечатление о ней. В этой жизни Бай Ицяо поклялась прожить хорошую жизнь с Фан Юном. Поэтому другие люди её не волновали. В конце концов, Бай Ицяо, естественно, стала легендарной женщиной. Нин Шу: Ха, ха, ха... ---------- Красота - Это Бедствие Её заданием было отомстить Бай Ицяо и Ли Гоуцзы. Естественно, она не позволит Бай Ицяо насладиться таким прекрасным будущим. Даже если ты переродилась, то просто наслаждайся своей второй жизнью. Зачем ты так хочешь испортить жизнь другим? Нин Шу спросила у Чэнь Ли: - Братец, какую бы ты себе хотел жену? Чэнь Ли почесал затылок. - Ту, что будет хорошо со мной обращаться. Но, если она будет ещё и красивой, то так даже лучше. Уголок рта Нин Шу дёрнулся. Без силы, красота — это бедствие. Как для мужчин, так и для женщин. Ситуация Бай Ицяо стала затруднительной, после того, как Нин Шу сказала те двусмысленные слова. Основной проблемой было то, что Ли Гоузцы находился в её доме. Предыдущие замечания Бай Ицяо заключались в том, что Чэнь Эрмэй и Ли Гоуцзы договорились о встрече в её доме. Мол, Чэнь Эрмэй использовала в качестве оправдания занятия по плетению, чтобы на самом деле встретиться с Ли Гоуцзы. Но теперь между Чэнь Эрмэй и Ли Гоуцзы ничего не произошло. Вместо этого её приплели просто в качестве недопонимания. Бай Ицяо невольно мысленно проклинала Ли Гоуцзы за то, что он оказался бесполезным мусором. Когда Фан Юн вернулся домой с двумя фазанами, Бай Ицяо пришлось подумать дважды, прежде чем она рассказала Фан Юну о том, что произошло. Фан Юн был сильным, как Геркулес, поэтому он просто поднял связанного Ли Гоуцзы и избил его, отчего Ли Гоуцзы издавал душераздирающие крики. Бай Ицяо была зла на Ли Гоуцзы, поэтому она позволила Фан Юну избить его, и не стала останавливать. И всё же, Фан Юн был уравновешенным человеком. Преподав урок, он остановился, выбросил Ли Гоуцзы со двора семьи Фан, указал на Ли Гоуцзы и холодно сказал: - Если ты ещё раз посмеешь прийти в мой дом, я тебе ногу сломаю. Услышав о сломанной ноге, у Бай Ицяо ноги рефлекторно похолодели. В прошлой жизни ей сломали ноги, и воспоминания о раздробленных осколках в ногах всё ещё заставляли Бай Ицяо содрогаться. С тех пор, как она переродилась, она всё ещё ощущала себя так, словно она во сне. И что она в любой момент проснётся, лёжа на земле, с разбитой миской перед собой, умоляя проходящих мимо людей, чтобы они дали ей немного денег или еды. Она не собиралась заканчивать свою жизнь подобным образом. Она хотела прожить хорошую жизнь с Фан Юном. Фан Юн был охотником. Он круглый год охотился в горах. С руками в крови, он излучал враждебную ауру. С холодным выражением лица и имеющейся у него силой, он так запугал Ли Гоуцзы, что тот от страха чуть не обмочился. Он даже не посмел ничего сказать. Бай Ицяо сказала Фан Юну: - Ли Гоуцзы сказал, что пришёл сюда на поиски Чэнь Эрмэй, и что у него тут была назначена с ней встреча. Поэтому он проскользнул в ту комнату, но уснул. Фан Юн нахмурил свои густые чёрные брови и с сомнением спросил: - Зачем Чэнь Эрмэй назначать встречу с Ли Гоуцзы в нашем доме? Фан Юн был мужчиной, который сражался со зверями в горах и лесах. Если бы у него действительно не было мозгов, то как бы он смог подняться в армии и достичь славы? Бай Ицяо поджала губы и специально сказала: - Я не знаю. Наверное, отец Чэнь слишком строг с ней, поэтому она вынуждена была воспользоваться таким способом. Фан Юн предупредил Бай Ицяо: - Не верь всему, что говорят люди вроде Ли Гоуцзы. Каждая девушка в деревне избегает его, словно чумы. Чэнь Эрмэй не настолько глупая, чтобы связываться с таким человеком. Бай Ицяо услышала, что говорит Фан Юн, и её сердце тут же безрадостно сжалось. Она всегда считала, что между Фан Юном и Чэнь Эрмэй всё ещё осталась некая неразрывная связь. Всё же, в предыдущей жизни они были мужем и женой, и у них даже были дети. И хотя её сердце было взволновано, Бай Ицяо улыбнулась и сказала: - Так ты настолько хорошо понимаешь Чэнь Эрмэй? - Не могу сказать, что я понимаю Чэнь Эрмэй. Но, если Чэнь Эрмэй не хочет испортить свою репутацию, то она не станет связываться с Ли Гоуцзы. По одному только взгляду на него становится ясно, что он не из тех мужчин, с которым женщина хотела бы связать свою жизнь, - с улыбкой сказал Фан Юн. Фан Юн ущипнул Бай Ицяо за её красивые и нежные щёки. - Почему у меня такое ощущение, словно ты ревнуешь? Ты же моя жена, а Чэнь Эрмэй не имеет ко мне никакого отношения. Я просто говорю факты. Бай Ицяо смахнула руку Фан Юна, притворилась сердитой и сказала: - Я не ревную. Это ты ревнуешь. ---------- Существование Чэнь Эрмэй Было Для Неё Комом в Горле Они некоторое время поддразнивали друг друга и, постепенно, вопрос о Ли Гоузцы сгладился. Фан Юн уже не стал продолжать спрашивать, почему Ли Гоуцзы оказался в доме. Всё-таки, Ли Гоуцзы был известным вором. Не важно было, в каком доме его нашли. Вламываться в чужие дома было для него обычным делом. Бай Ицяо выдохнула с облегчением, и с ревностью спросила: - Тебе нравятся люди вроде Чэнь Эрмэй? Чэнь Эрмэй была словно шип в сердце. Бай Ицяо никак не могла простить её за прошлую жизнь, когда Чэнь Эрмэй в парчовых одеждах бросила деньги ей в миску. Если бы не смерть её отца-учёного, она бы не стала попрошайкой. В прошлой жизни, она была очень высокомерной, полагаясь на тот факт, что она была дочерью учёного. Она плохо ладила с родственниками семьи, и, когда она опустилась и была выгнана на улицу, никто не протянул ей руку помощи. В этой жизни Бай Ицяо сильно изменилась, но существование Чэнь Эрмэй было для неё комом в горле. Поэтому Бай Ицяо была немного чувствительной, когда дело касалось Чэнь Эрмэй. Особенно, когда она слышала имя Чэнь Эрмэй из уст Фан Юна. Но Бай Ицяо не собиралась устраивать истерику. Она прекрасно знала, что мужчины устают от безумных и неразумных женщин. Поэтому она спрашивала у Фан Юна с нежным и ревнивым взглядом. Взгляд Бай Ицяо был очень нежным, одновременно чистым и любящим. Её кожа была белой, совсем не как у крестьянских женщин. От этого чувства Фан Юна к ней только усиливалась. - У меня уже есть такая жена, как Бай Ицяо, мне не нужны другие женщины, - сказал Фан Юн. Фан Юн действительно очень хорошо относился к Бай Ицяо. Он старался работать в доме и вне дома, чтобы Бай Ицяо приходилось делать меньше работы. У него была такая чарующая жена, что он не смел сильно нагружать её работой. Но Бай Ицяо всё равно помогала ему. Бай Ицяо намеревалась прожить с Фан Юном долгую жизнь влюблённой парочки. Естественно, чтобы они поддерживали друг друга, и чтобы поддержать славное восхождение Фан Юна в армии. Бай Ицяо также выслуживалась перед матерью Фан Юна, у которой было плохое зрение, чтобы даже мать Фан Юна была ей довольна. Даже если мать Фан Юна ругала Бай Ицяо, она всё равно терпела это. Так, когда Фан Юн узнает о произошедшем, он будет относиться к ней ещё лучше. Бай Ицяо была очень умной женщиной. Она использовала свой жизненный опыт борьбы во внутреннем дворе в прошлой жизни, чтобы получить преимущества в этой жизни. Нин Шу делала немало утомительных дел по дому, в том числе и занималась готовкой с матушкой Ли. Отец Чэнь и Чэнь Ли никогда не заходили на кухню, так как готовкой должны заниматься только женщины. Тем временем, Нин Шу думала о том, как разобраться с Ли Гоуцзы. Сам Ли Гоуцзы теперь начал отираться вокруг дома семьи Чэнь. Как только он видел Нин Шу, он тут же начинал плотоядно облизываться и бесстыдно говорить ей какие-нибудь вводящие в заблуждение слова. - Почему ты оставила меня в доме Фан Юна? У нас же был уговор... Ты ушла и позволила Фан Юну побить меня, - с обидой в голосе сказал Ли Гоуцзы. - У меня теперь всё тело болит. Нин Шу наклонила голову и с бесстрастным равнодушием посмотрела на Ли Гоуцзы. Ли Гоуцзы смотрел на неё горящим взглядом, а в зубах у него застряли кусочки овощей. Он выглядел словно жаба. Но вне зависимости от внешности, из-за несравненно ублюдочного характера Ли Гоуцзы, Чэнь Эрмэй хотелось покончить с собой. И хотя Чэнь Эрмэй не была красивой и ошеломительной, но её черты лица были правильными, а формы тела умеренными и радующими глаз. Ли Гоуцзы увидел, что Нин Шу безразлична к его словам, и от этого невольно начал нервничать. Ли Гоуцзы считал, что он уже не молод, и что ему пора жениться. Чэнь Эрмэй была неплохим выбором. Ли Гоуцзы знал, что семья Чэнь презирает его, поэтому он кричал Нин Шу с другой стороны забора: - Эрмэй, ты уже забыла, что мы были в одной комнате? У нас же был уговор на встречу. Выражение лица Нин Шу было холодным и строгим. Ли Гоуцзы действительно пытался очернить её и говорил слова, которые могут навредить её репутации. Находившаяся во дворе матушка Ли услышала гнусные слова Ли и покраснела от гнева. ---------- Оказывается, Люди Могут Быть Настолько Бесстыдными - Ли Гоуцзы, если ты посмеешь ещё раз прийти к моему дому и клеветать на Эрмэй, то я тебя не пощажу! Матушка Ли взяла метлу и замахнулась на Ли Гоуцзы. Уворачиваясь от метлы матушки Ли, Ли Гоуцзы бесстыдно кричал: - Мы с сестрицей Эрмэй любим друг друга. Тётушка Ли, у нас же с тобой одинаковая фамилия. Мы должны относиться друг к другу, как к родственникам. Действия Ли Гоуцзы привлекли к себе внимание многих людей. А матушка Ли была так зла, что её всю трясло. - Я тебе рот оторву. Нин Шу почувствовала, что она взглянула на мир с новой перспективы. Оказывается, люди могут быть настолько бесстыдными. Ли Гоуцзы поднял такую шумиху. Наверняка ему кто-то подкинул эту идею. Нин Шу погладила матушку Ли по спине и посмотрела на Ли Гоуцзы. - Ли Гоуцзы. Ли Гоуцзы тут же ответил с радостной улыбкой. - Да? Нин Шу сказала: - Я никогда не договаривалась ни о какой встрече с тобой. Ты сам пробрался в дом семьи Фан. В тот день в доме семьи Фан гостило множество невесток и девушек. Может, ты за ними подглядывал? После этого Нин Шу безразлично добавила: - Как ты попал в комнату семьи Фан? Дверь же была заперта. Как ты пробрался туда? - Но мы же с тобой договорись, - взволновано сказал Ли Гоуцзы. - Мы же с тобой уже близки? Когда Ли Гоуцзы сказал это, Нин Шу тут же почувствовала, как множество людей посмотрели на неё выразительными взглядами. Нин Шу поджала губы. Её кулаки сжимались и разжимались. Нин Шу очень хотелось убить Ли Гоуцзы. Нин Шу спокойно сказала: - В доме невестки Фан? Неужели ты решил, что дом невестки Фан - это бордель на улице красных фонарей? С какой стати нам договариваться о встрече в их доме? Ли Гоуцзы, если ты всё не объяснишь, то нашей семье придётся просить старосту разобраться в этом вопросе. И вернуть невинность невестки Фан. Как невестка Фан могла позволить тебе войти в её дом? Ли Гоуцзы тут же сказал: - Жена Фан Юна ничего об этом не знала. Это мы с тобой договорились. - Пёс. Сукин сын! Как ты смеешь клеветать на мою дочь подобным образом, - матушка Ли взяла метлу и ударила Ли Гоуцзы. - Все знают, какой ты гнилой человек! Как моя дочь могла с тобой связаться? Ли Гоуцзы был не рад. - Тётушка, вы меня расстраиваете. - Мне плевать, расстраиваешься ты или нет. Матушка Ли ударила Ли Гоуцзы по лицу ручкой от метлы, отчего он взывал от боли. Нин Шу молча смотрела на Ли Гоуцзы. Он решительно был настроен на то, чтобы очернить её репутацию, создать неприличные слухи. Поэтому Нин Шу должна создать другой слух. Нин Шу прищурилась и посмотрела на Фан Юна и Бай Ицяо, идущих в этом направлении. Бай Ицяо была в плиссированной юбке и ярком пиджаке и изысканно вышитой жилетке, отчего её лицо выглядело нежным и свежим. Она была похоже на девушку из богатой семьи, и поэтому сильно выделялась среди серой массы толпы. Ткань, из которой была одежда Бай Ицяо, не была намного лучше, чем у остальных, но она умело использовала различные аксессуары и вышивку, чтобы сделать свою одежду красивой. Взгляды множества мужчин повернулись к Бай Ицяо. Фан Юн уставился на Ли Гоуцзы и тихо спросил: - Ты снова создаёшь проблемы? Когда Ли Гоуцзы увидел Фан Юна, он на мгновение съёжился, почувствовав боль в своём теле в тех местах, куда его бил Фан Юн, и невнятно промямлил в ответ: - Я ничего не создаю. Я пришёл сюда найти Чэнь Эрмэй. - А ты не ищи её. Ты только взгляни в зеркало, неужели ты думаешь, что подходишь для неё? Если ты снова ищешь проблем, то я о тебе позабочусь, - холодно сказал Фан Юн. Бай Ицяо сильно нахмурилась. Что имел в виду Фан Юн? Почему он так заботился о Чэнь Эрмэй? Почему? ---------- Если Тебе Так Нравится Сутенёрство... Бай Ицяо была очень недовольна, когда увидела, что Фан Юн решил влезть в это дело. Её выражение лица стало удручённым. Выходит, между Фан Юном и Чэнь Эрмэй есть какая-то неосязаемая связь. Возможно ли, что эти двое всё ещё связаны судьбой? Бай Ицяо невольно захотелось топнуть ногой. - Я... я советую вам не лезть в это дело. Э... это вопрос лишь между мной и Чэнь Эрмэй, - дрожащим голосом сказал Ли Гоуцзы, пытаясь изображать храбрость. Бай Ицяо подала голос и сказала: - Ли Гоуцзы, даже если вы с Эрмэй влюблены друг в друга, вы не должны устраивать такую сцену. Ты портишь репутацию Эрмэй. Лучше найди сваху, чтобы сделать брачное предложение семье Чэнь. Нин Шу закатила глаза и саркастично ответила Бай Ицяо: - Бай Ицяо, ты с ума сошла? Кто это тут влюблён в Ли Гоуцзы? Я думаю, что на самом деле, это ты связалась с Ли Гоуцзы. - Чэнь Эрмэй, думай, прежде чем говорить. Это же чушь! Бай Ицяо была так зла, что её глаза чуть не выпали из орбит. Она резко посмотрела на Чэнь Эрмэй. - А я тебе вот что скажу, если тебе так нравится сутенёрство, то почему бы тебе не пойти работать в качестве мадам в борделе!? Кто договорился о о встрече с Ли Гоуцзы? Ли Гоуцзы явно же пришёл в твой дом. Сколько же он тебе заплатил, чтобы ты использовала свой дом в качестве борделя? Ты обманула всех тех девушек и женщин, заманила в свой дом, сказав, что будешь обучать плетению. Но на самом деле это было сделано для того, чтобы испортить деревенских девушек. Это был не мой с Ли Гоуцзы уговор, а твой уговор с Ли Гоуцзы. Чтобы Ли Гоуцзы пришёл и испортил деревенских девушек и невесток, а ты заработала на этом кучу грязных денег. Слова, льющиеся из рта Нин Шу текли словно бесконечно. От этого Бай Ицяо посинела от злости, особенно, когда она увидела, как на неё смотрят остальные люди. Взгляды некоторых женщин, что приходили к ней домой, были полны подозрения, и женщины стали незаметно отодвигаться от неё. Бай Ицяо чуть не задохнулась от душащего её гнева. Чэнь Эрмэй кусалась, словно бешеная собака. - Чэнь Эрмэй, если ты ещё раз скажешь подобную чушь, то я не буду с тобой вежлива, - сказала Бай Ицяо с холодным выражением лица. Нин Шу небрежно ответила: - Кто это ещё тут чушь несёт? Ты же сама чушь несёшь. Настаиваешь на том, что мы с Ли Гоуцзы влюблённая пара. Какое тебе дело? Я никогда не видела такой бесстыдной сутенёрши. Девушки из публичного дома хотя бы добровольно приходят туда, а у тебя чёрное сердце, раз ты хотела навредить девушке из своей же деревни. Если ты посмеешь очернять моё имя, то я отомщу тебе ещё жёстче. Бай Ицяо холодно сказала: - Чэнь Эрмэй следи за своими словами! Кого это ты называешь сутенёршей? В моём доме было полно женщин, и с ними ничего не случилось. Так почему же Ли Гоуцзы тянется только к тебе? Нин Шу пожала плечами. - Кто знает? Может, ты заключила с ним какую-нибудь сделку. Всё же, Ли Гоуцзы спал в твоём доме, а не в моём. Может, Бай Ицяо, это у тебя любовь с Ли Гоуцзы, но ты решила втянуть меня, в качестве козла отпущения, - беспечно сказала Нин Шу. - Ли Гоуцзы такой уродливый человек. У него в зубах ещё листья овощей застряли и они уже жёлтые. Они там с прошлой ночи, и его дыхание воняет на десять километров. Кому он такой может понравиться? Бай Ицяо, у тебя поистине уникальный вкус. Бай Ицяо была так зла, что её всю трясло. Вены на лбу набухли, и она посмотрела на Нин Шу с особой ненавистью во взгляде. - Чэнь Эрмэй, плохими словами этот вопрос не решить, - Фан Юн прикрыл Бай Ицяо своей спиной. - Не стоит больше обсуждать этот вопрос. - Я и не хотела устраивать сцену. Подумай о том, кто первым начал предполагать всякие гадости? - безразлично сказала Нин Шу. - Если Ли Гоуцзы продолжит приходить к моему дому и создавать проблемы, я буду думать, что на это его подговорила Бай Ицяо. Давай, подходи, я тебе яйца разобью! - Ах, ты... - Ладно, не надо устраивать сцену, - сказал Фан Юн, обращаясь к Бай Ицяо. Бай Ицяо застыла на месте, с недоверием глядя на Фан Юна. Над ней тут издеваются, а её муж защищает не её, а, наоборот, Чэнь Эрмэй. Может, между ними есть какие-то тайные отношения? ---------- Я Сделаю Так, Что Ты Никогда Больше Ходить Не Сможешь - Фан Юн, ты... Бай Ицяо развернулась и ушла. С тех пор, как она переродилась, она заботилась о Фан Юне, поддерживала его, и всегда ставила его на первое место, но в ответ получила такое обращение. Фан Юн потёр свой лоб и яростно сказал Ли Гоуцзы: - Если ты снова устроишь сцену, то я заставлю тебя заплатить. И не думай, что я тут шутки шучу. Если мою Ицяо снова втянут в эту ссору, , я тебе этого просто так не спущу. Фан Юн закончил свою речь и пошёл вслед за Бай Ицяо. - Да кто тебя боится? - как только Фан Юн ушёл, Ли Гоуцзы тут же стал наглым, после чего повернулся к Нин Шу и сказал: - А что касается тебя, я... Нин Шу взяла метлу и с силой стукнула Ли Гоуцзы. - Если скажешь ещё хоть одно слово, то я сделаю так, что ты никогда больше ходить не сможешь. Отец Чэнь и Чэнь Ли вернулись с работы и увидели, что перед их домом собралась такая толпа народу. Они ускорили шаги и увидели, что Нин Шу гоняется за Ли Гоуцзы. Чэнь Ли не стал долго думать, схватил мотыгу, которая была у него на плече, и замахнулся ею на Ли Гоуцзы. Ли Гоуцзы перепугался до чёртиков и тут же убежал. Зеваки постепенно разозлись. Отец Чэнь угрюмо посмотрел на Нин Шу. - Ты только посмотри на себя. Ты хочешь посрамить своего отца? - Я разберусь с этим, - сказала Нин Шу. - Ты разберёшься с этим? Как ты разберёшься, если твоя репутация уже испорчена? - отец Чэнь выглядел раздражённым. - Ты можешь вести себя с большим самоуважением? Ли Гоуцзы пришёл сюда не к кому-либо, а к тебе. Нин Шу холодно сказала: - Тогда я ни за кого не выйду замуж. - Выходить замуж или нет, разве это тебе решать? - отец Чэнь яростно постучал своей курительной трубкой по столу. - Об этом ты подумала? Твой отец уже очень стар, неужели ты хочешь, чтобы он гнил в тюрьме? Если ты не выйдешь замуж до семнадцати лет, то мне придётся сесть в тюрьму. Нин Шу мысленно вздохнула. Она забыла, что это древние времена. Если девушка не выходила замуж до семнадцати лет, то её родители считались виновными! Если мужчина не женился до двадцати, то родители девушки всё равно считались виновными. Таков был моральный кодекс феодального общества, где мужчинам поклонялись, а женщинами пренебрегали. Это также было причиной, почему в древние времена был такой суровый патриархат. Рождение дочери было потерей денег. Если дочь не может выйти замуж, то виноваты всё равно родители. Блять, такой мир лучше просто уничтожить. Отец Чэнь снова рассердился. Он поднял руку, чтобы ударить Нин Шу, но Нин Шу увернулась. - Отец, не бей её. Это просто Ли Гоуцзы приходит, чтобы доставать мою сестру, - Чэнь Ли заступился за Нин Шу. - Если ты изобьёшь сестру до смерти, то ничего этим не добьёшься. Отец Чэнь больше не пытался ударить Нин Шу и лишь раздражённо причитал. - Сплошные убытки, от тебя сплошные убытки. После ужина Нин Шу помыла посуду. Когда всё было сделано, Нин Шу вернулась в свою комнату, села на постели, скрестив ноги, и начала культивировать Непревзойденные Боевые Искусства. Так как в древние времена загрязнения было меньше, а духовной ауры больше, за три дня Нин Шу смогла накультивировать много духовной энергии. Сегодня днём Ли Гоуцзы снова пришёл создавать проблемы. Нин Шу планировала дать Ли Гоуцзы то, чего он так жаждал. Бай Ицяо всячески пыталась свести вместе её и Ли Гоуцзы, поэтому Нин Шу планировала дать ей отведать её же лекарства. Даже если Бай Ицяо и добилась того, чтобы выйти замуж за Фан Юна вместо Чэнь Эрмэй, почему она так обозлилась на Чэнь Эрмэй, что пытается свести её с Ли Гоуцзы? Это было всё равно, что довести Чэнь Эрмэй до смерти. В прошлой Бай Ицяо сама отказалась от собственного обручения. Когда вообще Чэнь Эрмэй делала с ней что-либо такое, что давало Бай Ицяо обращаться с Чэнь Эрмэй подобным образом в этой жизни? ---------- Почему Фан Юн Помогает Чэнь Эрмэй? Бай Ицяо позволила Ли Гоуцзы, этому гнилому человеку, обесчестить Чэнь Эрмэй. Этот трюк был коварным и непристойным, но очень эффективным. Женщина, чья репутация испорчена, могла лишь умереть, или выйти замуж за насильника. Похоже, что Бай Ицяо не могла чувствовать себя спокойно, если не втопчет Чэнь Эрмэй в грязь. Словно она думала, что если Чэнь Эрмэй не закончит свою жизнь в жалком состоянии, то она всё ещё сможет каким-то образом воссоединиться с Фан Юном. Нин Шу ненавидела Бай Ицяо, но Бай Ицяо ещё больше ненавидела Нин Шу. Она была очень недовольна Фан Юном. Почему Фан Юн помогает Чэнь Эрмэй? Теперь ведь Бай Ицяо была женой Фан Юна, а не Чэнь Эрмэй. Бай Ицяо легла на постели спиной к Фан Юну, молча сердясь и жалуясь. Фан Юн вздохнул, положил руку на талию Бай Ицяо и сказал: - Не сердись. Почему тебе так не нравится Чэнь Эрмэй? Она же не имеет к нам никакого отношения. - Тогда почему ты ей помогаешь? - Бай Ицяо перевернулась и с обидой сказала: - Чэнь Эрмэй назвала меня старой... сутенёршей. Фан Юн ответил: - Я сделал всё это ради тебя. Чэнь Эрмэй — незамужняя женщина, которую достаёт Ли Гоуцзы. Чтобы не потерять свою репутацию, она готова будет укусить нас. Всё же, Ли Гоуцзы действительно был в нашем доме, что плохо для твоей репутации. К тому же ты ещё сказала, что они с Ли Гоуцзы любят друг друга, отчего её ситуация только ухудшилась. Я боялся, что от отчаяния она набросится на тебя. Она наверняка потащила бы тебя за собой ради собственной репутации. Я не хочу, чтобы тебя беспокоили из-за слухов. Фан Юн взъерошил мягкие волосы Бай Ицяо. - Ты же хорошая девушка. Не сердись. Если Чэнь Эрмэй снова зайдёт слишком далеко — я не позволю ей издеваться над тобой. Бай Ицяо презрительно поджала губы и сказала: - Я ненавижу Чэнь Эрмэй. С этих пор тебе запрещается разговаривать с Чэнь Эрмэй. - Ладно, ладно, ревнивая ты малышка, - с обожанием сказал Фан Юн. Фан Юн поцеловал Бай Ицяо в лоб. Бай Ицяо нахмурилась. Чэнь Эрмэй всегда была шипом в её сердце. В её прошлой жизни Чэнь Эрмэй наслаждалась богатством и славой благодаря тому, что вышла замуж за Фан Юна, и они с Фан Юном всю жизнь прожили вместе. Однако, оказалось, что с Чэнь Эрмэй было трудно совладать. Да и Ли Гоуцзы оказался бесполезным. Он даже не смог воспользоваться предоставленной возможностью, чтобы овладеть Чэнь Эрмэй. После того, как Бай Ицяо переродилась, она хотела развить свои отношения с Фан Юном, надеясь прожить с ним до конца. Они были помолвлены ещё детьми, и теперь стали мужем и женой, как и положено. В этой жизни она хотела крепко держаться за этого мужчину, не желая быть такой же, как в прошлой жизни, когда она стала чьей-то наложницей и была выброшена на улицу. Нин Шу культивировала до полуночи, а потом прекратила, вылезла из постели. Она надела одежду и обувь, а затем тихо открыла дверь и пошла к дому Ли Гоуцзы. Небо было тёмным и виднелся лишь тонкий месяц. Иногда гавкала пара собак, а на краю поля раздавались звуки лягушек. Нин Шу прошла по полю. Росы было очень много и, когда Нин Шу дошла до дома Ли Гоуцзы, её платье и туфли промокли насквозь. Дом Ли Гоуцзы был очень простым, с дырявой крышей. В самом доме практически ничего не было. У столов и стульев отсутствовали ножки и подлокотники. Нин Шу переступила порог дома. В доме капало с потолка, а когда она подняла голову, то увидела небо. В такой ситуации оказалась Чэнь Эрмэй после того, как вышла замуж за Ли Гоуцзы. В семье даже не было никаких традиционных слов с пожеланием удачи, прикрепленных на стенах по поводу такого счастливого события. В комнате было тихо. Нин Шу вошла в спальню и увидела, что там никого нет. Как и ожидала Нин Шу, Ли Гоуцзы, скорее всего, спит где-то на улице красных фонарей. Ли Гоуцзы был один и его семья не голодала, когда он был сыт. Даже когда он женился на Чэнь Эрмэй, он часто не ночевал дома. Он ел и выпивал где-то в других местах, а потом засыпал, где придётся. Или был у проститутки. Только когда у него заканчивались деньги он возвращался назад, чтобы перерыть все ящики в доме и забрать те деньги, что найдёт. Вот ведь мразь! Никого не обнаружив, Нин Шу развернулась и ушла. Вернувшись домой, она продолжила культивировать. Скоро должно было произойти крупномасштабное восстание. ---------- Жизнь Крестьянина Очень Тяжёлая Не имея достаточной силы, как кто-то мог выжить, не говоря уже о том, чтобы защитить свою семью? Прежде чем Фан Юн примкнёт к армии, Нин Шу должна была разобраться с Бай Ицяо. С умелыми руками Фан Юна и его навыками лучника, он непременно будет выделяться в армии. В любом случае, это задание не имело никакого отношения к Фан Юну, поэтому Нин Шу, естественно, не собиралась создавать ему проблемы. Ей нужно было тайно разобраться с Бай Ицяо. Но, если же Фан Юн захочет отомстить за Бай Ицяо, тогда Нин Шу непременно даст отпор. Нин Шу культивировала всю ночь. Утром следующего дня матушка Ли позвала Нин Шу работать. Стирать и готовить, кормить свиней и кур, делать различные дела по дому. Старик Чэнь и Чэнь Ли отправились на поля очень рано утром. Они работали там до восхода солнца, после чего вернулись завтракать. Они вынуждены были трудиться на полях, в то время как солнце обжигало их спины. В любом случае, жизнь крестьянина очень тяжёлая. К тому же, после выплаты грабительских земельных налогов зерном, семье почти ничего не оставалось есть. Поэтому вся семья питалась скудно. - Ну и погода в этом году, - отец Чэнь сел на кровать, прочистил хриплое горло и с печальным видом продолжил: - Дождя так и не было. Если всё так продолжится, то зерно погибнет от засухи. - Без зерна, как мы сможем заплатить налог? Отец Чэнь был очень обеспокоен. Императорский двор нынче прогнил от коррупции. Злые чиновники бесчинствовали. Если не заплатить налоги, то безжалостные правительственные сборщики налогов не будут вести себя вежливо. Они могут и убить. А даже если их не убьют, то люди всё равно окажутся на грани смерти. В любом случае, трудно было жить в таких обстоятельствах. Как раз во время осеннего сбора урожая и возникнет крупномасштабное крестьянское восстание. Жизни людей зависят от еды, но теперь императорскому двору не было дела до жизней обычных людей. Коррупция пропитала все слои правительства. Чем ниже был слой населения, тем больше он эксплуатировался. Ноша на плечах этих людей была слишком тяжёлой и, чтобы не умереть с голоду, поднять восстание было вполне нормальным явлением. Чэнь Ли сказал: - Отец, хочешь, чтобы я отправился работать в город? Нин Шу посмотрела на Чэнь Ли. Чэнь Ли сможет найти лишь тяжёлую работу. Тяжёлую работу за малые деньги. Нин Шу откусила кукурузный хлеб и сказала: - Отец, сколько денег у нас есть дома? Давайте сходим и купим немного еды. Похоже, что дождя в ближайшее время не будет. Если так пойдёт дальше, то еда обязательно подорожает. Старик Чэнь посмотрел на Нин Шу. - Посмотрим. Может, ещё пойдёт дождь. Чем больше ты цепляешься за нереалистичные надежды, тем больше тебе потом приходится страдать. Нин Шу знала, что она — девушка. У неё не было права голоса в семье. Поэтому она не стала настаивать на том, чтобы старик Чэнь взял семейные сбережения и потратил их на еду. После еды Нин Шу взялась за уборку стола и мытьё посуды. После уборки Нин Шу сказала отцу Чэнь и брату Ли: - Отец, я хочу сходить в город. Старик Чэнь посмотрел на Нин Шу, постучал курительной трубкой по столу и сказал: - Тебе нынче нужно сидеть дома и не бегать, где попало. Иначе тебя опять начнёт доставать Ли Гоуцзы. Не ходи никуда. В городе в последнее время беспокойно. Я слышал, что много женщин пропало. Я не разрешаю тебе идти в город. Жизнь в древние времена была поистине трудной. Расстояние от деревни до города было немалым. На путь туда и обратно уходил день. Без разрешения семьи Нин Шу не смела никуда ходить. Если она куда-нибудь пропадёт надолго, то удар по её женской репутации будет слишком большим. Нин Шу отказалась от своего изначального плана. Она хотела сходить в город, чтобы купить каких-нибудь трав и сделать питательную маску для лица, чтобы продать её, а на вырученные деньги купить немного еды. Но теперь она не могла отправиться в город. Что ей оставалось делать? Идти в горы и собирать самой? После сбора, травы необходимо промыть и высушить соответственно медицинским свойствам, а это очень хлопотно. ---------- В Поисках Трав Чэнь Ли увидел удручённый взгляд Нин Шу и сказал старику Чэнь: - Почему бы мне не сводить мою сестру в город? - Нет. Я же сказал, что не разрешаю идти в город. Значит, вы не пойдёте, - нетерпеливо сказал старик Чэнь. Он переживал из-за урожая в этом году, и проблемы в семье его только раздражали. Чэнь Ли мог лишь беспомощно посмотреть на Нин Шу. Нин Шу улыбнулась и ничего не сказала. Нин Шу вышла из дома, взяла бамбуковую корзину, словно она собралась пойти нарезать амарант. Но на самом деле, она собралась пойти в горы, чтобы поискать там травы. Раз она не могла купить их в городе, то она могла лишь пойти в горы в поисках трав. - Эрмэй, я пойду с тобой, - сказал Чэнь Ли Нин Шу и взял корзину из её рук. - Разве братец не должен пойти на поле? - спросила Нин Шу. - Я сделал всё, что нужно было сделать, - сказал Чэнь Ли. Нин Шу кивнула и позволила Чэнь Ли нести бамбуковую корзину. Сама она взяла серп. Трава в поле была сухой из-за засухи, и даже вода в ручье была мутной и выглядела почти как грязь. Засуха была очень серьёзной. Когда Нин Шу проходила мимо двора дома Фан Юна, она услышала, как во дворе кто-то разговаривает. Это были голоса Бай Ицяо и матери Фан Юна. Судя по всему, они спорили. Нин Шу остановилась и стала прислушиваться к голосам, идущим из-за забора. - Больше не зови этих женщин в наш дом. Ты хоть знаешь, что теперь обо мне говорят люди? Они говорят, что наш дом - это бордель! Этот голос принадлежал матери Фан Юна. Мать Фан Юна овдовела в юном возрасте. Она зарабатывала себе на жизнь стиркой и ремонтом одежды для других. Она сама воспитала Фан Юна. А ещё она страдала от недуга глаз. Стоило только в её глаза попасть хоть малому количеству солнечного света, её глаза начинали неконтролируемо слезоточить. Бай Ицяо ответила: - Свекровь, это всё чепуха, которую наговорила Чэнь Эрмэй. Она оклеветала нашу семью. Она сама творит всякие непотребные вещи, и хочет утащить нашу семью за собой. - Я не хочу думать о том, кто прав, а кто виноват в этом вопросе. Как так вышло, что этот Ли Гоуцзы пришёл в наш дом? Ведь в доме была группа людей! - Кто знает, как Ли Гоуцзы пробрался в дом? - сказала Бай Ицяо. - Я овдовела молодой и моя репутация всегда была чистой. Хоть семья Фан и бедная, но в нашей хорошей репутации никогда не было сомнений. Ты совсем недавно вышла замуж, а уже произошло такое. Хорошую репутацию не так-то легко заработать, а вот испортить её легко. Бай Ицяо скривила губы и глянула на плачущую мать Фан Юна. Она нетерпеливо нахмурилась немного и послушно сказала: - Я поняла, свекровь. Нин Шу слушала всё это снаружи и поняла, что мать Фан Юна была человеком с сильным внутренним стержнем, раз смогла воспитать такого человека, как Фан Юн. В своих действиях он был одновременно мягок и принципиален. Ему достаточно было лишь одной возможности, чтобы засиять и выделиться из своих сверстников. Нин Шу взяла серп и ушла. Чэнь Ли пошёл рядом с Нин Шу. Они отошли на некоторое расстояние, прежде чем он спросил: - Почему жена Фан Юна говорит о тебе такие вещи? Я пойду к ней и оспорю её заявление. - Какая польза от споров с ней? Это ни в чьих интересах поднимать этот вопрос снова, - Нин Шу повернула голову и сказала Чэнь Ли. - Пойдём в горы и посмотрим, есть ли там что-нибудь съедобное. Может, наберём немного диких фруктов домой. Большинство людей, которые любят сплетничать о подобных недопониманиях, всегда стремительны и нетерпеливы. С ними легко бороться, используя их слабые точки. Поэтому эту тему можно было легко отбросить. Если они хотят нанести ответный удар, им нужно быть неуязвимыми. Чэнь Ли не стал возражать. Пока они шли, он постоянно вытирал пот со лба. Погода была слишком жаркой. Когда он увидел, как Нин Шу идёт лёгкой походкой, он не удержался и спросил: - Сестра, ты не устала? - Конечно устала. Нин Шу взяла ветку и начала разгребать траву в поисках растущих там лечебных трав. Она прошлась по всей горе, по всем тем местам, где обычно должны расти нужные травы. Чэнь Ли следовал за Нин Шу и устало дышал. Он спросил: - Эрмэй, что за травы мы тут ищем? - Да просто обычные лечебные травы. - Разве ты разбираешься в лечебных травах? Не дурачься. Отец потом снова устроит тебе выговор, если мы вернёмся поздно. Нынче не стоит злить отца. Из-за этого Ли Гоуцзы и засухи у отца теперь плохое настроение, - сказал Чэнь Ли. ---------- Сильная Удача Главного Мужчины Нин Шу заглянула в корзину. Ей не хватало ещё пары лечебных трав. Она сказала Чэнь Ли: - Ещё немного поищем, а в полдень пойдём обратно. Когда Нин Шу увидела женьшень, она очень удивилась. - А вот это хорошая находка! Едва только Нин Шу произнесла это, как на женьшень наступила нога. Нин Шу подняла голову и увидела Фан Юна, несущего двух кроликов и фазана. Нин Шу: … Она думала, что ей повезло найти женьшень, но оказалось, что это сильная удача главного мужчины. Фан Юн не ожидал повстречать тут Чэнь Эрмэй. Когда она увидел, что Чэнь Эрмэй смотрит на него, он спросил у Чэнь Ли: - Зачем вы пошли в горы? - Я пришёл с Эрмэй, - ответил Чэнь Ли, вытирая пот. - Можешь поднять ногу? - спросила Нин Шу у Фан Юна. Фан Юн сделал шаг назад, и, когда Нин Шу увидела, что листья женьшеня теперь были растоптаны, она тут же огорчилась. Листья женьшеня тоже можно хорошо продать. Нин Шу распласталась на земле, держа в руке серп, и стала осторожно понемногу раскапывать землю, опасаясь попортить корень женьшеня. Женьшень с нетронутыми корнями был более ценным. Фан Юн прищурился. - Это женьшень? - Эрмэй, это правда женьшень?! - удивлённо сказал Чэнь Ли. Его выражение лица было таким, словно они нашли золото. Даже Чэнь Ли, человек, совсем не разбирающийся в лечебных травах, знал великое название женьшеня. В любом случае, женьшень был ценным. Очень ценным. Нин Шу проигнорировала их обоих. То приседая, то вставая на колени, то ложась на землю, крайне осторожно она копала землю, обливаясь потом. Чэнь Ли, когда увидел, как напряжена Нин Шу, стал обмахивать её своей одеждой. Фан Юн стоял в стороне и ждал. У Нин Шу ушёл почти час на то, чтобы выкопать женьшень. Он был размером с её мизинец и у него были густые корни. Корни были нетронутыми и неповреждёнными. Нин Шу протяжно вздохнула. Она была практически парализована от изнеможения и концентрации. Все мускулы тела были напряжены, пока она копала. Она устала даже больше, чем от драки. - Это действительно женьшень. Отлично! Сколько же стоит этот женьшень? Загорелое лицо Чэнь Ли покраснело от волнения. Фан Юн удивлённо поднял брови. Он не ожидал, что Нин Шу действительно выкопает женьшень. Фан Юн посмотрел на Нин Шу. Если бы он был один, то он бы так и прошёл мимо этого женьшеня. Если честно, Фан Юн тоже жаждал заполучить этот женьшень. Если у него появятся дополнительные деньги, то он сможет купить что-нибудь для Бай Ицяо, еду, одежду или украшение. Атмосфера была очень напряжённой. От этой тишины даже Чэнь Ли закрыл рот. Женьшень был только один. Как им его разделить? Фан Юн кашлянул и сказал: - Кто бы мог подумать, что я наступлю на женьшень? Как только Нин Шу услышала слова Фан Юна, она поняла, что он хочет получить свою долю. Нин Шу осторожно завернула женьшень и сказала Фан Юну: - Раз такое дело, те, кто видели, получат свою долю, но никто никому не должен ничего говорить. Возможность найти подобную вещь — это всё равно, что получить божественную удачу. Это может принести немного денег, но много проблем. Особенно в деревне, где, стоит только чихнуть, как вся деревня об этом узнает. Фан Юн кивнул: - Об этом деле будут знать только две наши семьи. - Тогда как мы разделим? Я хочу семь десятых. Я нашла этот женьшень и я его выкопала, - сказала Нин Шу. Фан Юн поджал губы и ничего не сказал. Было очевидно, что он недоволен таким раскладом. ---------- Чтобы Заткнуть Его Нин Шу была немного недовольна и сказала: - Ты же не хочешь разделить поровну? Чем это будет отличаться от грабежа? Неужели он думает, что женьшень его только потому, что он наступил на него? Главный мужчина был поистине благословлён удачей. Нин Шу оббежала всю гору и не встретила женьшень, а он просто так шёл и наступил на женьшень. - Твои семь десятых — это слишком много, - сказал Фан Юн. Нин Шу была несчастна. Она уже нашла женьшень, но Фан Юн лишь наступил на него и теперь хочет разделить деньги за его находку. Нин Шу боялась только привлечь внимание воров из-за того, что в её семье появилось неожиданное богатство. Особенно сейчас, когда мир в таком хаосе. Если в их доме будет женьшень, то люди с дурными намерениями уже на следующий день начнут выползать у них из-под полы. Её семья может лишиться не только женьшеня, но и собственных жизней. Если бы не это, Нин Шу не стала бы давать Фан Юну вообще ничего. Она давала ему три десятых, только чтобы заткнуть его рот. Но Фан Юну, этому ублюдку, даже этого было мало. Ха, ха, ха... - Бери четыре десятых. Это уже немало. Иначе я отнесу женьшень в город, чтобы вручить его почтенному начальнику. Взгляд Нин Шу был холодным. Почтенный начальник был магистратом округа. Фан Юн задумался на некоторое время. Действительно, если бы не Чэнь Эрмэй, этот женьшень ему бы вообще не достался. На долю в четыре десятых можно было согласиться. - Ладно, я возьму четыре десятых, - сказал Фан Юн. - Тогда решено. Мы потом вместе сходим и продадим его, - сказала Нин Шу. - Мы с братом пойдём первые, а ты пойдёшь, когда мы отойдём уже далеко. Фан Юн кивнул. Нин Шу завернула женьшень в тряпку, убрала в корзину, накрыла другими травами и сказала Чэнь Ли: - Идём. Чэнь Ли закинул бамбуковую корзину себе за спину и осторожно пошёл за ней. Когда они вернулись домой, Нин Шу достала женьшень и рассказала старику Чэнь о дележе женьшеня с семьёй Фан. Едва только отец Чэнь увидел женьшень, он был так шокирован, что подпрыгнул на месте. Неожиданное богатство может стать причиной гибели. Нин Шу сказала, что она с братом пойдут продавать женьшень. Как только они продадут его, опасность пройдёт. А иначе к ним начнут каждый день ходить и выпрашивать кусочек женьшеня. ______________________________________________________________________ Нин Шу несла бамбуковую корзину. Она была наполнена плетением, которое ранее сделала Нин Шу. Это было маскировкой для женьшеня. Из деревни в город ходила телега, запряжённая волами. Фан Юн притворился, что просто случайно решил сегодня продать фазанов и кроликов, поэтому поехал в одной телеге с Нин Шу и Чэнь Ли. В телеге были и другие люди, поэтому с самого начала и до конца, Нин Шу и Фан Юн не обмолвились и словом. А Чэнь Ли вообще боялся говорить, потому что он был весь в поту и заикался. Всё же, когда бедным людям вообще могла представиться возможность увидеть такое сокровище, как женьшень? Когда они прибыли в город, Нин Шу первым делом пошла в магазин румян, чтобы загримироваться. Она сделала брови гуще, нарисовала оспины на лице и сделала простую маскировку. После этого Нин Шу пошла в аптеку, чтобы продать женьшень. Нин Шу вошла в аптеку первой, а Фан Юн вскоре зашёл вслед за ней. Он сказал аптекарю, что у него жар и он хочет купить какое-нибудь жаропонижающее средство, которое можно растворить в воде. С самого начала и до конца он не разговаривал с Нин Шу. Нин Шу начала торговаться с аптекарем и, наконец, они остановились на цене в 200 лян серебра. Нин Шу была не очень довольна этой ценой. Всё же, женьшень был свежим. После сушки, его цена определённо будет больше тысячи лян. Женьшень был популярным предметом для покупки, особенно в том районе, где проживают богатые и влиятельные люди. Женьшень был популярным средством. По сути, в каждом доме обязательно был женьшень. Но аптекарь стоял на своём и не давал больше 200 лян. ---------- Нин Шу Чувствовала Себя Преступницей Нин Шу глянула в сторону Фан Юна, который незаметно кивнул, говоря, что он согласен продать за 200 лян. Нин Шу тоже согласилась. 200 лян — это были огромные деньги. Если рассматривать ситуацию семьи Чэнь, то они и за всю жизнь не смогут заработать столько денег. Нин Шу попросила оплату в серебре, а не купюрами. Скоро страна будет в хаосе, и купюры станут просто бесполезной бумагой. Нин Шу взяла тяжёлое серебро и вышла из аптеки. Опасаясь преследования, она пошла в магазин одежды, чтобы купить новое платье. Она смыла макияж с лица и даже изменила причёску, прежде чем выйти из магазина одежды. Нин Шу чувствовала себя преступницей. Деньги явно принадлежали ей, но она вела себя так, словно украла их. Когда живёшь на самой нижней ступеньке социальной лестницы, ты живёшь в хаосе и среди людей, обладающих злыми намерениями. Даже те люди, у которых есть хоть немного власти, могут растоптать таких простолюдинов, как они. Слишком уж просто можно было разозлить людей, которые могут обрушить на них катастрофу, грозящую забрать жизнь. Нин Шу предпочла использовать больше мер безопасности, чем рисковать. Нин Шу тайком выдала Фан Юну его долю в восемьдесят лян. После этого Нин Шу и Фан Юн пошли каждый своей дорогой. Вернувшись в семью Чэнь, Нин Шу выдохнула с облегчением, оставила себе несколько серебряных лян, а остальное дала отцу Чэнь. - Отец, теперь у нас есть деньги, давай купим немного еды, - сказала она старику Чэнь. - Я слышала в городе, что в некоторых местах начались беспорядки. Говорят, что все посевы высохли, а земля сухая и потрескавшаяся. Говорят, в этому году будет великая засуха. Я боюсь, что дождя не будет и из-за хаоса зерно подорожает. - Что ж, тогда я схожу и куплю немного зерна. С деньгами можно решить многие проблемы, и отец Чэнь согласился купить зерна. - Не покупай сразу много. Покупай понемногу, - сказала Нин Шу отцу Чэнь. Отец Чэнь глубоко затянулся курительной трубкой, кивнул и сказал: - Ясное дело. Нельзя показывать, что у тебя есть деньги. После этого он сказал Чэнь Ли: - Ты тоже никому ничего не говори. Чэнь Ли поспешно замотал головой. - Отец, я точно никому ничего не скажу. Абсолютно точно. Из-за выкапывания и продажи женьшеня, Нин Шу так устала, что сказала матушке Ли: - Матушка, я пойду прилягу. - Иди, отдохни, - сказала матушка Ли. Нин Шу рухнула на постель отдохнуть. Когда она только задремала, её растолкали. Открыв глаза, она увидела матушку Ли, которая сказала: - Пришли Фан Юн и Бай Ицяо. Нин Шу подняла бровь. - Что им нужно? У Нин Шу было предположение. Она не сомневалась, что они пришли за деньгами от продажи женьшеня. Нин Шу обулась, вышла в зал и увидела Фан Юна и Бай Ицяо. Лицо Бай Ицяо было белым и румяным. На ней было чистое платье. Сама она была очень чарующей, отчего загорелая и усердно работающая семья Чэнь, собравшаяся в этой комнате, выглядела более примитивной и жалкой. Если честно, Бай Ицяо и Фан Юн были хорошей парой. Фан Юн был героическим и сильным, а Бай Ицяо чарующей и прекрасной. Эти двое не были похожи на людей, зарабатывающих себе на жизнь, копаясь в земле. Проще говоря, у главных мужчины и женщины были выдающиеся характеры. С первого же взгляда было видно, что они не безграмотные крестьяне. Нин Шу перешагнула через порог, вошла в зал и спросила у Фан Юна: - Что такое? Неужели я дала вам не то количество денег? Бай Ицяо сказала: - Деньги за женьшень были разделены неправильно. Они должны были быть разделены 50/50. Нин Шу изобразила улыбку. - Если бы не я, то вы бы не получили и медной монеты, так что не будьте жадными. Я тогда уже нашла его сама, но Фан Юн наступил на него, - сказала Нин Шу. - Не надо спорить по этому вопросу. Спор лишь привлечёт всеобщее внимание, и вам тоже будет от этого плохо. - Если ты хочешь устроить сцену, то у меня не останется иного выбора, кроме как всем усложнить жизнь, - холодно добавила Нин Шу. Бай Ицяо выглядела недовольной. Каждый раз, когда она видела Чэнь Эрмэй, в её душе возникали неописуемые ненависть и страх. Страх перед судьбой, которая позволит Фан Юну и Чэнь Эрмэй сойтись и снова стать парой, как в прежней жизни. ---------- Это Распределение Несправедливо Нин Шу не знала, о чём думала Бай Ицяо. У неё действительно хватило наглости прийти сюда и просить разделить поровну. Разделить поровну? Чёрта с два! Размечталась! Нин Шу спросила напрямую у Фан Юну: - Что произошло? Почему тебя не устраивает метод распределения? - Зачем ты говоришь это Фан Юну? Это же разговор между нами, женщинами! - недовольно сказала Бай Ицяо. Нин Шу: … Ей даже нельзя говорить с Фан Юном? - Это мы с братом и Фан Юном изначально решили, какой будет метод распределения, - фыркнула Нин Шу. - Ты же ничего не знаешь. Так зачем же ты пришла? Бай Ицяо поджала губы, сделала глубокий вдох и, наконец, вежливо сказала: - Чэнь Эрмэй, давай обговорим всё, как полагается и спокойно. Если ты будешь такой саркастичной с другими, то ничего не решишь. Нин Шу тоже вежливо ответила: - Я же явно вижу, что ты пришла сюда не для того, чтобы всё обговаривать. Ты пришла собирать долги, словно семья Чэнь тебе должна. Ты с самого начала вела тут себя странно. Бай Ицяо подавила своё раздражение и спокойно сказала: - Я считаю, что это распределение несправедливо. - Это распределение был согласован с твоим мужем. Теперь ты приходишь сюда, чтобы устроить сцену. Это так ты уважаешь своего мужа? Может, справедливо будет просто отдать все деньги тебе? - безмятежно сказала Нин Шу. Бай Ицяо была шокирована, когда услышала слова Нин Шу. Она просто переживала, что так много денег досталось семье Чэнь. В глубине души она подозревала, что Фан Юн намеренно дал Чэнь Эрмэй так много денег. Но что теперь делала она? Она же сама взяла на себя инициативу найти возможность, чтобы Чэнь Эрмэй и Фан Юн могли подружиться и поговорить. Она постоянно пыталась избежать повторения тех же ошибок, и не позволить Фан Юну и Чэнь Эрмэй воссоединиться, как в её прежней жизни. В её прошлой жизни, когда она была наложницей, она была осторожной и пыталась не позволить мадам атаковать её, но, при этом, выслуживаться перед мужчиной за которого вышла замуж. Это было крайне удушающе. В прошлой жизни, Бай Ицяо была очень горделивой и высокомерной, поэтому она и стала наложницей сына из влиятельной семьи. Она много страдала и усвоила свой урок. Однако, в итоге, она всё равно была выгнана свекровью. В этой жизни она вышла замуж за Фан Юна, который был достойным мужчиной который относился к ней с нежностью. Он очень сильно любил её, и, спустя некоторое время, Бай Ицяо расслабилась. Всё же, она была главной женой, и её муж был с ней каждую ночь. Бай Ицяо считала, что ей нужно смотреть дальше. В будущем, Фан Юн займёт высокое служебное положение, и у него наверняка будут другие женщины. Бай Ицяо хотела, чтобы они были парой на всю жизнь и никогда не расставались. В прошлой жизни она достаточно настрадалась, будучи наложницей и разделяя мужчину с другими женщинами, поэтому она больше никогда не хотела жить такой жизнью. Вопрос пары десятков серебряных лянов был слишком мелочным. На самом деле, у неё у самой были деньги. Она зарабатывала, ведя бизнес с другими. Она управляла рестораном, в котором подавали иностранные блюда вроде жареного мяса, хого* и прочего. Это было необычно и вкусно. Не говоря уже о том, что прийти сюда было всё равно, что пренебрежительно отнестись к Фан Юну. Когда же она потеряла свою способность читать людей? Бай Ицяо наконец-то поняла. В основном, это было, когда дело касалось Чэнь Эрмэй. Её сердце невольно начинало паниковать, отчего она теряла своё обычное спокойствие. Никто не может быть спокойным перед лицом бывшей жены твоего мужа. По крайней мере, Бай Ицяо не могла быть спокойной. Особенно после того, как она вышла замуж и обнаружила, что Фан Юн, который в её прошлой жизни, был грязноволосым мужиком, оказался более ответственным и любящим. Плюс, зная, что в будущем Фан Юн будет великолепным и процветающим, естественно, она влюбилась в Фан Юна. Чем больше человек тебе дорог, тем больше ты боишься его потерять. Бай Ицяо боялась, что между Фан Юном и Чэнь Эрмэй всё ещё есть какая-то нить судьбы. Бай Ицяо глянула на Фан Юна, у которого было нормальное выражение лица и непонятно было, злится он или нет, и сказала Нин Шу: - Раз так сказал Фан Юн, значит разделено должно быть так. Решение Фан Юна — это решение семьи Фан. Фан Юн улыбнулся Бай Ицяо. Бай Ицяо почувствовала себя немного гордой. Мужчины любят свою репутацию. Если удовлетворять гордость мужчины и защищать его репутацию, то все твои проблемы легко решатся. ---------- Мелочное Поведение Наложницы - Это было недопонимание. Мы пойдём, - сказала Бай Ицяо. Нин Шу: →_→ Нин Шу некоторое время в замешательстве смотрела на выражение лица Бай Ицяо, которое несколько мгновений менялось, словно от какой-то неврологической болезни, после чего та быстро поменяла своё отношение. А потом Нин Шу поняла, что Бай Ицяо поменяла своё отношение для того, чтобы это заметил Фан Юн. Нин Шу мысленно рассмеялась. Выходит, Бай Ицяо так и не смогла избавиться от мелочного поведения наложницы. Она всё ещё использовала методы, которым научилась, когда была наложницы, для того, чтобы иметь дело с мужчинами. Настоящие муж и жена советуются и уважают друг друга в равной степени. Но в древние времена это явно невозможно. Однако этот метод позволил Бай Ицяо добиться хороших результатов. Плюс позже, в изначальной истории, она понравилась нескольким высокопоставленным мужчинам, что повысило её ценность и привлекательность. Когда люди за что-то сражаются, это что-то увеличивает свою ценность. Таким образом, Фан Юн обожал её всю жизнь, и никогда больше не взял себе никаких наложниц. Фан Юн встал, протянул двух фазанов Чэнь Ли и сказал: - Это — моя добыча за сегодня. Я вас угощаю. В этот раз у нас произошло небольшое неприятное событие, но мы тут живём по соседству. Нельзя же всё время отворачиваться, при виде друг друга. Иногда мы должны помогать друг другу. Если мы сделали что-то не так, я надеюсь, что вы не станете принимать это близко к сердцу. Чэнь Ли посмотрел на двух фазанов и не знал, принимать ли их ему. Он невольно посмотрел на Нин Шу. Нин Шу незаметно кивнула. Фан Юн заполучил столько денег, ничего не делая. Приняв двух фазанов они прощали его. Чэнь Ли с улыбкой взял фазанов и сказал: - Всё в порядке. Это нормально, что соседи иногда сталкиваются друг с другом. Спасибо за фазанов. Нин Шу: … Даже если бы он перебил всех фазанов на горе, но не смог бы продать их за восемьдесят лян. Фан Юну действительно умел ловко улаживать дела. Он знал, когда наступать и отступать. И не важно, получил бы он больше денег придя к ним домой, или нет. Он хорошо справился бы в любой ситуации. Конечно же, его успех не случаен. В конечном счёте Фан Юн смог добиться невероятного успеха. К тому же, помимо отличных физических навыков, для достижения успеха нужен острый разум. Честно говоря, Фан Юн был достойным мужчиной, которому женщина может доверить свою жизнь. Поэтому Бай Ицяо и была так настойчива в том, чтобы разобраться с Чэнь Эрмэй. Отец Чэнь постучал курительной трубкой по столу и сказал Фан Юну: - Фан Юн, этот вопрос останется только между двумя нашими семьями. Не рассказывай об этом никому. Фан Юн кивнул головой и сказал: - Дядя Чэнь, я знаю. Не волнуйтесь. После того, как Фан Юн и Бай Ицяо ушли, Нин Шу вздохнула. По её мнению, она вообще не должна была делиться с Фан Юном. Но Фан Юн появился в очень удачный для него момент. И те деньги, которые он взял, она дала лишь опасаясь катастрофы. Проклятые обманчивые небеса. Они использовали её руки, чтобы дать деньги Фан Юну. Когда начнётся осень, восстания вокруг станут происходить чаще. С этими деньгами Фан Юн сможет принести пользу, когда присоединится к армии. Нин Шу вспомнила, что в изначальном сюжете, перед присоединением к армии, Фан Юн охотился на белого тигра. Продажа шкуры и костей тигра принесла ему много денег. Ну да ладно. Хоть её сердце и сжималось от того, что пришлось разделить оплату за свой тяжёлый труд по поиску и выкапыванию женьшеня. - Эрмэй, как думаешь, фазанов лучше сварить или пожарить? - спросил Чэнь Ли, подходя к Нин Шу с двумя фазанами. Нин Шу закатила глаза. Вы только посмотрите, какой простачок. Это же всего лишь два фазана, но он выглядит таким восторженным. - Одного - сварить, одного — пожарить, - сказала Нин Шу. Но матушка Ли сказала: - Обоих в суп. У твоего отца уже не такие хорошие зубы. - Ладно, тогда обоих в суп. Чэнь Ли пошёл резать фазанов. _______________________________________________________________ * Примечание: *Хого (или Хо-го; кит. трад. 火鍋, упр. 火锅, пиньинь huǒ guō, буквально: «огненный котёл») — китайский самовар, в котором варят мясо и овощи, имеет два дна и встроенную печь для разогрева. Так же называют китайскую разновидность рагу, причём для его приготовления не всегда используют именно хого, но и другую кухонную утварь: горшки или кастрюли. ---------- Еда Была в Дефиците Погода становилась всё жарче и жарче, а небо оставалось безоблачным. Отец Чэнь всё ещё надеялся, что дождь прольётся на поля, но почва на полях почти вся потрескалась от засухи. Отец Чэнь перестал надеяться на чудо. Он взял немного денег, чтобы купить еды. В этот раз еда стоила на 10% дороже, чем в прошлый раз. Из-за того, что везде возникали восстания, еда была в дефиците. Отец Чэнь немного пожалел, что не купил больше еды в прошлый раз. И дело не в том, что, прожив больше половины жизни, отец Чэнь остался глупым, а в том, что бедняки не хотят тратить те малые деньги, что есть у них на руках. Не говоря уже о том, чтобы покупать на них еду. Нин Шу периодически ездила в город. Из-за случая с женьшенем, у Нин Шу теперь было некоторое право голоса. Если она не просила ничего чрезмерного, то старик Чэнь разрешал это Нин Шу. Периодически она встречала Бай Ицяо, которая тоже ездила в город. Когда Бай Ицяо видела Нин Шу, её выражение лица было спокойным, и она ничего не говорила. И вообще была очень холодна к Нин Шу. Нин Шу не было дела до Бай Ицяо, которая могла делать всё, что ей хочется. Иногда, по ночам, Нин Шу ходила в дом Ли Гоуцзы. Ли Гоуцзы там не было и непонятно было, куда он ушёл. Нин Шу даже начала подозревать, что с Ли Гоуцзы уже разобрался кто-то другой. Нин Шу незаметно глянула на Бай Ицяо, которая ехала с ней в одной телеге. Неужели за исчезновением Ли Гоузы стояла Бай Ицяо? Она постоянно пыталась устроить так, чтобы Ли Гоуцзы и Чэнь Эрмэй стали парой. Бай Ицяо глянула на Чэнь Эрмэй, сидящую напротив неё. Когда Бай Ицяо увидела, насколько спокойной была Чэнь Эрмэй, её наполнило чувство страха. Бай Ицяо обвела взглядом одежду Чэнь Эрмэй. Она была самой обычной, без каких-нибудь разноцветных элементов. Ткань была старой, на теле не было никаких ювелирных украшений, кожа была немного загорелой. Бай Ицяо несомненно была красивее неё. Как же так вышло, что Фан Юн так хорошо относился к ней в прошлой жизни? Она вспомнила, как Чэнь Эрмэй выглядела в её прошлой жизни. Она носила великолепные вышитые одежды и сложную причёску на голове со множеством различных заколок. Это было неописуемо роскошно. Этот образ преследовал Бай Ицяо. Она не сможет успокоиться, пока не изгонит его. Две женщины доехали до города, не обмолвившись ни словом, а потом пошли каждая своей дорогой. Нин Шу отправилась в городскую аптеку, чтобы купить немного лекарств и серебряные иглы. После катастрофы будет пандемия, поэтому она заранее готовила лекарства. Если что-нибудь произойдёт, она не будет паниковать. Поскольку это контратака, она должна быть осторожной. Она не могла потерять жизнь в эти смутные времена. Нин Шу превратит имеющееся на руках серебро в материалы вроде ваты или ткани, она даже купила немного зерна. После того, как восстание начнёт распространяться, даже за золотой слиток вряд ли можно будет купить парную булочку. И хотя Чэнь Эрмэй в будущем наслаждалась славой и богатством, но и страдала она немало. Изначально, когда Фан Юн отправился вступить в армию, это была не просто какая-то армия, а армия повстанцев. Для императорского двора это была восставшая армия, полная предателей. И были чиновники, которые хотели захватить членов семей любых предателй. Чэнь Эрмэй была беременна, когда сбежала к Фан Юну с пожилой и незрячей матерью. Но на полпути мать Фан Юна умерла. Чтобы должным образом упокоить мать Фан Юна, Чэнь Эмрэй кремировала мать Фан Юна и всю оставшуюся дорогу несла ему её прах. В смутные времена, чтобы наполнить желудок, и чтобы выжить, люди делают всё, что возможно. Особенно опасно женщине с ребёнком. На неё может напасть какой-нибудь обезумевший человек, который ест человечину и пьёт кровь. Чэнь Эрмэй приходилось спасать себя и их ребёнка, но ещё и сохранять своё целомудрие. Страдания, которые пережила Чэнь Эрмэй, были невообразимыми. Бай Ицяо увидела лишь как Чэнь Эмрэй наслаждается богатством и славой благодаря Фан Юну. Она даже не задумывалась о том, через какие страдания прошла Чэнь Эмрэй. Даже родителькой семье Чэнь Эрмэй досталось. Им пришлось заплатить двойной земельный налог. Но семья Чэнь была настолько бедной, что у них не осталось зерна даже на своё пропитание. Тот, кто хочет носить корону, должен нести её вес*. В самой изначальной истории, Бай Ицяо отказалась от брака, потому что ей не понравилась семья Фан Юна и то, что он зарабатывает на жизнь охотой. Она решила, что он её не достоин. Когда Фан Юн стал знаменитым, Бай Ицяо увидела Чэнь Эмрэй, одетую в парчовые одежды, она решила, что Чэнь Эрмэй обокрала её. Но на самом деле, Чэнь Эрмэй лишь подобрала то, что было выброшено. После перерождения Бай Ицяо стала женой Фан Юна, и она не страдала, как Чэнь Эрмэй и не вынуждена была страдать в качестве беглянки. ---------- Судьбы Были Совсем Разными Несмотря на тот факт, что они обе оказались в одинаковом положении, их судьбы были совсем разными. Нин Шу ощутила беспомощность. Тот факт, что всё прошло гладко для переродившейся Бай Ицяо, можно было лишь списать на ауру главной героини. Что бы ни делала перерождённая Бай Ицяо, всё шло гладко. У них даже было достаточно денег, чтобы дать взятку правительству. Когда Нин Шу вышла из аптеки, она увидела на улице Ли Гоуцзы. Ли Гоуцзы был одет словно шарлатан** и даже держал в руке складной веер. Выглядело это всё несуразно, и от этого он был похож на обезьяну в одежде. Он посматривал на дверь публичного дома. Нин Шу заметила, что у него на поясе висит мешочек с деньгами. Судя по всему, он был не пустым. Неудивительно, что он в последнее время не приходил домой. Оказалось, что у него водились деньги. Хотя для неё было загадкой, откуда у него вообще появились деньги. Нин Шу опустила голову и прошла мимо Ли Гоуцзы. Протянув руку, она сняла мешочек с деньгами, как раз перед тем, как молодая девушка затащила Ли Гоуцзы в здание. Ли Гоуцзы похотливо улыбнулся и вошёл в здание, даже не заметив, что его деньги украли. Нин Шу положила мешочек в корзину и накрыла его тканью. Нин Шу прищурилась и посмотрела на вывеску публичного дома. Развернувшись, она вернулась в аптеку и купила немного трав специально для Ли Гоуцзы. Ли Гоуцзы нельзя щадить. Она использовала деньги Ли Гоуцзы, чтобы купить лекарство, при помощи которого она разберётся с ним. После покупки трав, Нин Шу отправилась в ресторан, совместным владельцем которого была Бай Ицяо. Этот ресторан назывался "Благоприятное Место" и он был очень элегантно оформлен. Нин Шу вошла и почувствовала запах специй. В зале ресторана было довольно много гостей, не говоря уже о частных комнатах на втором этаже. К Нин Шу подошёл официант и поприветствовал её. - Что желаете заказать? Нин Шу посмотрела на висячее бамбуковое меню. - Три порции жареного мяса и пять порций овощей. Я возьму их с собой. - Хорошо. Нин Шу хотела отведать вкуса ресторанной еды, которым управляла Бай Ицяо, а заодно и оценить, как работает этот ресторан. Судя по всему, дела шли очень хорошо. Неудивительно, что Бай Ицяо смогла открыть филиал и всё равно иметь достаточно денег, чтобы жертвовать их на еду и одежду для армии повстанцев. Так как она знала, что армия повстанцев, в итоге, добьётся успеха в уничтожении правящей династии, она инвестировали в них на ранней стадии. Неожиданно, она привлекла внимание лидера армии повстанцев и будущего императора. Конечно, он не мог похитить жену своего подчинённого, но он всё равно был неравнодушен к Бай Ицяо. У Бай Ицяо действительно были чит-код к жизни. Нин Шу ждала, пока пожарят мясо, когда услышала голос Бай Ицяо: - Чэнь Эрмэй? Нин Шу повернула голову и увидела Бай Ицяо, спускающуюся по лестнице. Нин Шу на мгновение была ошеломлена, потому что Бай Ицяо действительно выглядела очень красивой. - Ты пришла сюда поесть? - спросила Бай Ицяо, подходя к Нин Шу. Нин Шу кивнула. - Да, я давно уже слышала о "Благоприятном Месте", поэтому пришла сегодня сюда, чтобы попробовать вкусной еды и принести немного моим родителям. Услышав слова Нин Шу, лицо Бай Ицяо засияло от самодовольства. Идея открытия ресторана пришла из прошлой жизни, когда в большой семье ей удалось отведать еды иностранных кочевников. С различными специями эта еда была очень вкусной и приятной. Поэтому в этой жизни она подумала об открытии ресторана. Чэнь Эрмэй даже не знала, что этот ресторан принадлежит Бай Ицяо. - Мисс, ваши блюда готовы. Официант принёс ей заказ. Когда Нин Шу уже собралась заплатить, Бай Ицяо сказала: - Запиши это на мой счёт. Чэнь Эрмэй, считай это моим угощением. ______________________________________________________________________ Примечание: * Тот, кто хочет носить корону, должен нести её вес — поговорка, означающая, что с большой властью приходит большая ответственность. **Дословный перевод: человек, а ведет себя, как собака (подразумевается: внешний облик или поведение не соответствует реальности) ---------- Я Угощаю Нин Шу немного удивилась. Бай Ицяо действительно захотела за неё заплатить и угостить её. Неужели солнце сегодня взошло на западе? Нин Шу отказалась. - Да ладно. Я заплачу за себя сама. Нин Шу положила деньги на стойку. Бай Ицяо увидела медные монеты на стойке и на её лице промелькнуло презрение. Она сгребла монеты, взяла Нин Шу за руку и вложила монеты в ей руку. - Я же сказала, что угощаю, значит, я угощаю. Не будь такой вежливой. Я знаю владельца этого ресторана. Нин Шу: … Ах, так она просто пытается выпендриться и обыграть её, словно дурочку. Бай Ицяо явно была владелицей ресторана. Нин Шу убрала деньги, сложила блюда в свою корзинку и сказала Бай Ицяо: - Тогда спасибо тебе. - Не нужно. Лицо Бай Ицяо сияло от удовольствия. Это ощущение снисходительной милостыни было очень приятным. Бай Ицяо почувствовала, что унижение от того, что в её прошлой жизни Чэнь Эрмэй бросила ей медные монеты в миску, было смыто. Нин Шу внезапно спросила: - А ты одна пришла в город? Как так вышло, что Фан Юн с тобой не пришёл? Выражение лица Бай Ицяо тут же стало настороженным. Наполовину бдительно, наполовину хвастаясь, она ответила: - Братец Фан Юн видел в горах белого тигра и планирует выследить его и убить. Белого тигра? Шкура тигра и кости не только принесут деньги, но ещё и позволят Фан Юну усилить его статус. Если его сослуживцы узнают, что он убил тигра, то Фан Юн станет ещё более впечатляющим. Когда Фан Юн добьётся ошеломительного успеха, это станет очередной легендой о нём. Нин Шу взяла свою еду и ушла. Бай Ицяо обеспокоенно посмотрела на удаляющуюся спину Нин Шу. Даже если Чэнь Эрмэй лишь небрежно упомянула Фан Юна, Бай Ицяо подумала, что тут что-то не так. Бай Ицяо сказала официанту: - Я пойду. Передай Вэнь Юю. Сын городского торговца, Вэнь Юй, и Бай Ицяо были деловыми партнёрами, открывшими ресторан. Бай Ицяо больше не хотела оставаться в городе. Вдруг Чэнь Эрмэй украдёт её мужа в деревне пока её нет? Нин Шу вышла из города и направилась к тому месту, где была припаркована телега с волами. Чэнь Ли тоже пришёл, неся мешок с зерном. Нин Шу едва только села в телегу, как Бай Ицяо поспешно прибежала и тоже заскочила на телегу, тяжело дыша. Телега с волами неспешно поехала в деревню. Бай Ицяо глянула на Нин Шу и спросила словно ненароком: - Чэнь Эрмэй, тебе же уже пятнадцать, да? Твоя семья уже назначила тебе замужество? Нин Шу ничего не сказала, но на вопрос ответил Чэнь Ли: - Отец сказал подождать, пока Эрмэй исполнится шестнадцать. Бай Ицяо снова спросила: - А какого бы тебе хотелось будущего мужа, Чэнь Эрмэй? Нин Шу подумала о том, чтобы спровоцировать Бай Ицяо и сказать, что ей хочется кого-то вроде Фан Юна, но потом решила, что одержать преимущество в разговоре — это не будет по-настоящему считаться победой. К тому же, она лишь позволит распускать слухи, которые испортят её репутацию. В этой эпохе, репутация была важнее жизни. Невинность была оковами, которые доводили людей до смерти и могла даже отбросить тень на всю семью. Даже ближайшие родственники не могли вынести людей с испорченной репутацией, не говоря уже об остальных людях. Трудно быть женщиной. По правде говоря, нет ничего плохого в том, чтобы этот мир был уничтожен. Нин Шу ответила: - Как родители скажут и с кем сваха познакомит. Бай Ицяо кивнула и больше ничего не говорила. Повернув голову, она стала смотреть на дорожный пейзаж. Нин Шу вернулась домой, взяла купленные травы и медленно перемолола их в порошок. В древние времена не был специальной машины для перемалывания в порошок, поэтому её порошок было немного зернистым. Если её план не сработает, тогда она силой накормит Ли Гоуцзы этим средством. ---------- Отправилась к Дому Ли Гоуцзы Вечером, оставшись без денег, Ли Гоуцзы, наконец, вернулся домой. Он пришёл весь в ранах. Стало ясно, что когда у него не оказалось денег, чтобы заплатить публичному дому, его побили. Но, даже после того, как его побили — его заставили оставить отпечаток руки на расписке ростовщика. А иначе он не смог бы выйти из публичного дома. Время для оплаты тоже было оговорено. Если он не заплатит деньги, то ему отрежут руки и ноги. На душе у Ли Гоуцзы была горечь. У него же явно были деньги, но кошелёк с деньгами пропал. Какой ничтожный ублюдок, украл его деньги? Вот ведь сволочь! Ли Гоуцзы, который был изрядно побит, вернулся домой и лёг на постель. Всё это время он стонал от боли. Посреди ночи Нин Шу взяла готовый порошок и отправилась к дому Ли Гоуцзы. Она увидела, что Ли Гоуцзы спит, словно мёртвая свинья. В доме даже не было масляной лампы. Нин Шу зачерпнула немного воды в резервуаре возле плиты, высыпала порошок в чашу, а потом подождала, пока крупные частицы препарата осядут, после чего перелила смесь в другую чашу. Нин Шу осторожно отнесла чашу в комнату и поставила её у кровати. Затем она вышла из комнаты и стала наблюдать за Ли Гоуцзы снаружи дома через окно. Опасаясь, что Ли Гоуцзы не выпьет эту воду, Нин Шу достала порошок и подожгла его. Порошок из трав был немного сырым и стал излучать густой дым. Нин Шу прикрыла свой нос платком и стала загонять дым в дом. Она подождала пока смога не будет достаточно, после чего поспешно потушила порошок. Ночью любые искры выглядят очень подозрительно. И хотя все крепко спят, нет никакой гарантии, что кто-то не встанет и не увидит Нин Шу. Живя в такие времена нужно быть крайне бдительным. Нин Шу стала ждать снаружи. Ли Гоуцзы начал метаться по постели и, наконец, проснувшись, сел. Ли Гоуцзы почувствовал сухость во рту, поэтому он встал, чтобы напиться. Он смутно разглядел чашу у изголовья постели, поэтому взял её, сделал глоток, а потом залпом выпил всё. Выпив, Ли Гоуцзы снова лёг, чтобы продолжить спать. Но теперь он почувствовал, что не может уснуть. Ли Гоуцзы стало жарко и он вспотел. Поэтому он встал, чтобы выйти из дома и подышать свежим воздухом. Ли Гоуцзы тяжело вздохнул. Он был должен ростовщику и, если у него не будет денег заплатить, ему отрежут руки и ноги. Ли Гоуцзы боялся смерти, и отрезание рук и ног было очень болезненным. Ли Гоуцзы был из тех, кто полдня будет выть от боли даже из-за простого бумажного пореза. Ли Гоуцзы вытер пот и решил сходить к Бай Ицяо. Он ей помог, и в прошлый раз она ему даже заплатила. Она должна и в этот раз помочь ему. Ли Гоуцзы воспользовался преимуществом темноты и пошёл к дому Фан Юна. Нин Шу последовала за Ли Гоуцзы. Она увидела, как Ли Гоуцзы пришёл к дому Фан Юна и трижды пролаял. Бай Ицяо, которая услышала лай собаки, проснулась и замерла на мгновение с озадаченным выражением на лице. Затем она услышала ещё три собачьих лая и осторожно села на постели. Фан Юн всегда спал чутко, и даже лёгкие движения Бай Ицяо всё равно разбудили Фан Юна. - Что случилось? - спросил Фан Юн у Бай Ицяо. Бай Ицяо прошептала: - Ничего. У меня просто живот немного скрутило. Я схожу в туалет. А ты можешь дальше спать. Фан Юн спросил: - Тебя проводить до туалета? - Не нужно. Бай Ицяо вышла из комнаты, закрыла за собой дверь и вышла во двор, оглядываясь по сторонам. - Сестрица Бай. Ли Гоуцзы внезапно появился, шокировав Бай Ицяо. Она понизила голос и сказала: - Ты чего творишь? - Сестрица Бай, ты должна мне помочь. В прошлый раз я ведь помог тебе разобраться с Чэнь Эрмэй, - сказал Ли Гоуцзы, упрашивая Бай Ицяо. - И у тебя ещё хватает смелости говорить это? Ты же совсем не обесчестил Чэнь Эрмэй. Да ещё и крепко уснул в доме. После этого ты ещё смеешь упоминать об этом? Да ты меня чуть не убил. Бай Ицяо была в ярости. К счастью она теперь была женой Фан Юна. Если бы это был тот скользкий сын из большой семьи из прошлой жизни, то её уже могли запереть в свиной клетке по приказу властной свекрови, или вообще стерилизовать. Вся та ситуация была пятном на её репутации. Она не знала, действительно ли Фан Юну всё равно на произошедшее. Бай Ицяо боялась, что в сердце Фан Юна осталась тикающая бомба, которая в любой момент может взорваться. ---------- Ты Не Можешь Бросить Меня Самой невыносимой вещью для мужчины была измена его женщины. Бай Ицяо не хотела из-за этого инцидента жить отчуждённой жизнь с Фан Юном, а иначе она бы её перерождение было потрачено зря. Бай Ицяо была очень недовольна, что ей приходится тратить время на Ли Гоуцзы. Она понизила голос и сказала: - Больше ко мне не приходи. Ты не можешь сделать даже то, о чём тебя попросили. Ли Гоуцзы боялся, что Бай Ицяо действительно проигнорирует его, а так как он не может вернуть свой долг без её помощи, он с тревогой возразил: - Это была не моя вина. Эта чёртова девчонка, Чэнь Эрмэй, смогла сбежать. Нин Шу скрывалась в темноте. Хоть она и знала заранее, что это всё было спланировано Бай Ицяо и Ли Гоуцзы, но, услышав это лично, она едва смогла сдержать свой гнев. Нин Шу постаралась подавить свою убийственную ауру. Они были недалеко от дома семьи Фан. Фан Юн много охотился в горах и лесах, поэтому он был очень чувствителен к убийственным аурам. Ли Гоуцзы и Бай Ицяо боялись, что Фан Юн узнает про них, и Нин Шу тоже не хотела, чтобы Фан Юн обнаружил их раньше времени. Она хотела подождать, пока всё не будет сделано и будет уже поздно поворачивать назад. - Сестрица Бай, ты не можешь бросить меня. Ли Гоуцзы разволновался и от этого он начал обильно потеть. Его тело было крайне разгорячённым. Когда он почувствовал нежный аромат тела Бай Ицяо, его тело стало ещё более разгорячённым. Ли Гоуцзы сглотнул и хриплым голосом сказал: - Можешь дать мне сотню лян? - Сколько?! Бай Ицяо чуть не закричала в голос. Сто лян? Размечтался! Ли Гоуцзы почувствовал, как его тело становится всё более и более разгорячённым. Когда он вдыхал запах женщины, идущий от Бай Ицяо, из его носа текла кровь. - Меня заставили подписать ссуду под высокий процент. Если я не выплачу, мне отрежут руки и ноги. Ты же не бросишь умирающего человека, да? - взволнованно сказал Ли Гоуцзы. Бай Ицяо холодно сказала: - А мне-то какое дело? Ты же бесполезный мусор. Как ты смеешь просить сотню лян? Кем ты себя возомнил? Ли Гоуцзы разволновался. - Если ты мне не поможешь, то я расскажу всем, что ты хотела навредить Чэнь Эрмэй. Что ты сама нашла меня и попросила обесчестить Чэнь Эрмэй, сказав, что я смогу на ней жениться. Ты сказала, что если я смогу обесчестить Чэнь Эрмэй, то она точно будет моей женой, - пригрозил Ли Гоуцзы. - Ты злая женщина. Злая женщина со злобным сердцем. Бай Ицяо не была напугана угрозой Ли Гоуцзы. Она спокойно сказала ему: - Так иди и расскажи. Посмотрим, кто из нас будет неудачником. Фан Юн изобьёт тебя до смерти. Вспомнив о кулаках Фан Юна, бьющих по его телу, Ли Гоуцзы содрогнулся. Он боялся Фан Юна. Фан Юн мог убить любого зверя. Бай Ицяо развернулась, чтобы вернуться домой. Она уже долго отсутствовала, Фан Юн может что-то заподозрить. Если Фан Юн узнает, что она встречалась с Ли Гоуцзы посреди ночи, то у неё определённо будут проблемы. Несмотря на то, как сильно Фан Юн любит её, он всё равно разозлится. Ли Гоуцзы увидел, что Бай Ицяо уходит и поспешно схватил её за руку. Через одежду он почувствовал её шелковистую кожу, отчего сердце Ли Гоуцзы начало пульсировать, а его нижняя половина напряглась. - Ты что творишь? Как ты смеешь меня трогать? Когда Ли Гоуцзы коснулся её, Бай Ицяо подняла свои красивые брови. На её лице появилось такое отвращение, словно она наступила на собачье дерьмо. Ли Гоуцзы переживал о том, как выплатить залог ростовщику. Он пришёл к Бай Ицяо, чтобы попросить денег. Ответ Бай Ицяо поверг его в невыносимое отчаяние. В сердце Ли Гоуцзы появилась враждебность, плюс, его тело испытывало неприятное напряжение. Ему захотелось овладеть этой гордой и высокомерной женщиной. Даже если ему было суждено потом умереть, он всё равно хотел эту женщину. Более того, переспав с женщиной Фан Юна, он мог таким образом отомстить Фан Юну. Гнев Ли Гоуцзы сделал его безрассудным. Он прикрыл рот Бай Ицяо и потащил её к кукурузному полю неподалёку. Бай Ицяо была в ужасе, но Ли Гоуцзы уже закрыл ей рот. Она никак не могла позвать на помощь. От порыва желания сила Ли Гоуцзы невероятно возросла. ---------- А Как Же Её Счастливая Жизнь с Фан Юном? Ли Гоуцзы посмотрел на женщину под собой. Его тщеславие и звериная натура были на высоте, а запах её тела подпитывал его желание. Лицо Бай Ицяо было смертельно бледным, а в её сердце падало в бездну отчаяния. Переродившись и получив новую жизнь, она теперь будет осквернена таким гнилым человеком, как Ли Гоуцзы? А как же её счастливая жизнь с Фан Юном? Бай Ицяо не прекращала сопротивляться, но всё было тщетно. Она не была крестьянской женщиной, которая занимается фермерской работой или тяжёлым физическим трудом. Наоборот, её тело было нежным словно фарфор, и её было легко завалить. Её гибкая талия была мягкой и казалась бескостной, словно у змеи. Бай Ицяо не имела никаких шансов вырваться. Ли Гоуцзы стащил штаны с Бай Ицяо. Ему не было дело до того, приятно ей или нет. Он тут же вошёл в неё. Когда Бай Ицяо почувствовала Ли Гоуцзы в себе, она ошеломлённо застыла, словно её душа покинула тело. Бай Ицяо почувствовала, как в этот момент её мир рухнул. Её фантазии о лучшей жизни тут же разбились на тысячи осколков. Хоть Бай Ицяо и переродилась, она была на 101% настоящей женщиной из древней эпохи. Сохранение репутации было глубоко впечатано в её кости. Она не могла себе даже представить, что будет с Фан Юном, когда он узнает об этом. Что, если её посадят в свиную клетку? Но самым важным был Фан Юн. Фан Юн из её прежней жизни, одетый в формальную одежду. Этот героический вид глубоко впечатался в её разум. Она хотела быть с Фан Юном, она должна была стоять рядом с ним, пока он не доберётся до вершины жизни. В данный момент, Бай Ицяо была словно бездушное бревно. Она смотрела прямо перед собой, а из её глаз текли слёзы. Ли Гоуцзы ёрзал и продолжал двигаться в теле Бай Ицяо, ничуть не беспокоясь о ней. Вероятно, он был слишком возбуждён, потому как вскоре, он закончил. У Бай Ицяо кружилась голова и её тошнило. От ужасного дыхания Ли Гоуцзы ей хотелось умереть. На мгновение, Бай Ицязо захотелось покончить с собой, откусив язык не сходя с места. Она была в крайнем отчаянии. Вот каким был результат её перерождения. Она всеми возможными способами защищалась от Чэнь Эрмэй. Но она и не думала, что будет испорчена таким гнилым человеком, как Ли Гоуцзы. На самом деле, ей никогда не было дела до Ли Гоуцзы. Как Ли Гоуцзы посмел сделать с ней это! Как он посмел?! Нин Шу пряталась в темноте и безразлично наблюдала за процессом. Ощущение того, как тебя насилует Ли Гоуцзы, неприятное, верно? Только когда это произошло с её собственным телом, Бай Ицяо могла понять, насколько это повергает в отчаяние и безнадёжность. Бай Ицяо, которая всегда была яркой, словно луна, была изнасилована вонючим, словно лужа, Ли Гоуцзы. Спящий в доме Фан Юн внезапно проснулся. Он увидел, что Бай Ицяо не вернулась, поэтому вышел из комнаты и стал её искать. - Ицяо, - тихо позвал Фан Юн. Ли Гоуцзы хотел уже зайти на второй круг, но, когда он услышал голос Фан Юна, то впал в шок. Его спина внезапно покрылась холодным потом. Хоть он и хотел отомстить Фан Юну, он тут же осознал, что Фан Юн очень опасен. Ли Гоуцзы натянул свои штаны и побежал, запинаясь. Фан Юн пошёл в туалет на поиски Бай Ицяо. Когда Бай Ицяо услышала голос Фан Юна, она задрожала от страха. Она была в растрёпанной одежде и лежала в грязи, как ей в таком виде появиться перед Фан Юном? Бай Ицяо постаралась успокоиться. Она быстро нашла решение и надела свои штаны. Скрепя сердце и скрипя зубами, Бай Ицяо безжалостно стукнула себя по лодыжке. Внезапно, послышался тихий хруст кости. Бай Ицяо сдавленно застонала от боли, а по её щекам ручьями потекли слёзы. Хромая на больную лодыжку, она добралась до ручья возле дома и соскользнула в него. Нынче была засуха, поэтому воды в ручье было совсем мало и она была мутной. Бай Ицяо окунулась в мутную воду. Теперь она вся была в грязи. Лёжа в грязной воде она не могла подняться. - Фан Юн, Фан Юн, - закричала Бай Ицяо слабым голосом. - Я тут, Фан Юн. Фан Юн, спаси меня. ---------- У Меня Сильно Болит Нога Фан Юн последовал за голосом Бай Ицяо и увидел, что она лежит в канаве. Он быстро соскользнул к ней, чтобы вытащить её. - У меня сильно болит нога, - сказала Бай Ицяо гнусавым заплаканным голосом. Фан Юн поднял Бай Ицяо на руки, вынес на берег и пошёл к дому. Внезапно, Фан Юн остановился. Сердце Бай Ицяо тут же затрепетало, и она спросила дрожащим голосом: - Что случилось? Фан Юн нахмурился и неуверенно сказал: - Мне кажется, что за нами кто-то наблюдает. - Да как такое может быть? - Бай Ицяо подумала, что Фан Юн говорит о Ли Гоуцзы, поэтому тут же жалобно сказала: - Как среди ночи тут может кто-то быть? Фан Юн, у меня сильно болит нога. Фан Юн тряхнул головой, решив, что ему померещилось. Он отнёс Бай Ицяо в дом, а потом пошёл подогреть воду, чтобы она приняла ванну. Бай Ицяо смотрела на суетящегося Фан Юна, крепко закусив губы. Она не могла перестать плакать. Фан Юн увидел, что её глаза стали красными. - Почему ты плачешь? Бай Ицяо вытерла слёзы, но её руки были в грязи, и теперь лицо тоже было измазано грязью. - У меня нога болит. - Должно быть, это вывих. После ванны я тебе её вправлю и не будет болеть, - Фан Юн стал утешать Бай Ицяо. - Как ты вообще упала в канаву? Бай Ицяо уже придумала хорошее оправдание. - Пока я сидела, у меня затекли ноги. Небо было таким чёрным, а я была такой сонной, что не могла открыть глаза, вот я и шагнула случайно в канаву. - Ах, ты... - беспомощно сказал Фан Юн. Бай Ицяо посмотрела на Фан Юна с яростно бьющимся сердцем. Она уже переродилась и не хотела разрушать своё счастье. Она не хотела иметь бесчестную репутацию и лишиться Фан Юна. Бай Ицяо сжала кулаки. По крайней мере, на какое-то время, этот критический момент пройден. Нин Шу наблюдала за ошеломительным развитием событий, беззвучно смеясь. Похоже, что Бай Ицяо предпочла бы умереть, чтобы скрыть произошедшее. Вот только Ли Гоуцзы был отвратительным паразитом-кровососом. Стоит ему только прицепиться — он высосет всю кровь досуха. Единственный способ остановить его - это убить. Нин Шу тихо вернулась домой. Она не стала культивировать, а просто легла на постель и крепко уснула. После того, как Бай Ицяо помылась, следов насилия больше не было видно. Она всё смыла. Бай Ицяо посмотрела на мужчину, утешающего её. Она никогда не расскажет ему об этом, пока не придёт день её смерти. А Ли Гоуцзы прибежал обратно в свой потрёпанный дом. Он лёг на постель, тяжело дыша. Он и не думал, что сможет переспать с Бай Ицяо. Это был невероятно приятно. Мозги Ли Гоуцзы начали бешено работать. Похоже, что он нашёл способ заполучить деньги. Если он будет угрожать Бай Ицяо произошедшим, то, возможно, сможет вытянуть из неё сотню лян. На следующее утро Ли Гоуцзы пришёл к дверям дома семьи Фан и стал бродить рядом. При виде того, что в семье Фан всё было спокойно, он понял, что Бай Ицяо, эта хитрая женщина, скрыла всё, что произошло этой ночью. Ли Гоузцы чувствовал себя так, словно поймал Бай Ицяо за ахиллесову пяту. Фан Юн увидел Ли Гоуцзы, шныряющего у входа, и тут же яростно сказал: - Чего это ты тут шныряешь? Думаешь, я тебе ноги не переломаю? Ли Гоуцзы немного съёжился. Но, при мысли о прошлой ночи, когда он был на женщине Фан Юна, на его лице тут же появилась пошлая ухмылка. Ли Гоуцзы внезапно почувствовал прилив хорошего настроения. Это было даже лучше, чем занять первое место на императорском экзамене. Фан Юн увидел пошлую и необъяснимо самодовольную улыбку на лице Ли Гоуцзы и невольно нахмурился. Он подобрал деревянную палку, лежащую у стены. Ли Гоуцзы тут же пустился в бега, но при этом он радостно подпрыгивал, словно сошёл с ума. ---------- Это Всё Бездельник Ли Гоуцзы Фан Юн вернулся в дом с унылым выражением на лице. Сердце Бай Ицяо внезапно дрогнуло. После того, что произошло вчера, сердце Бай Ицяо было особенно чувствительным и она была крайне внимательна к настроению Фан Юна. - Что случилось? Бай Ицяо встала. Хоть ночью Фан Юн и вправил ей кость, она всё равно чувствовала боль и пошатывалась, когда стояла. Фан Юн помог ей сесть и объяснил: - Да это всё бездельник Ли Гоуцзы. Бродит возле нашего дома рано поутру. Как только Бай Ицяо услышала имя Ли Гоуцзы, она была так шокирована, что чуть не вскочила со стула. Её сердце начало бешено колотиться, а голос задрожал, когда она спросила: - Он что-нибудь сказал? - Нет. Если я ещё раз увижу этого парня, то побью, - сказал Фан Юн. - Тебе тоже нужно избегать его. Бай Ицяо чувствовала себя так, словно миллион стрел вот-вот перемешают её сердце в комок фарша. Как её жизнь после перерождения может быть такой жалкой. Какой тогда смысл был в её перерождении. Бай Ицяо крепко сжала кулаки. По её телу пробежал холодок, и она никак не могла перестать дрожать. Сперва Фан Юн собирался отправиться в горы, но, когда он увидел такую Бай Ицяо, то передумал. Бай Ицяо нежно сказала: - Я в порядке. Ты, главное, возвращайся сегодня днём пораньше. Бай Ицяо очень боялась, что она не сможет контролировать свои эмоции. Фан Юн кивнул, взял охотничьи инструменты и ушёл. Как только Фан Юн ушёл, Бай Ицяо постучала по своему сердцу. Она широко открыла рот и беззвучно закричала, а из её глаз полились слёзы. Выплакавшись, Бай Ицяо взяла из шкатулки в шкафу серебряную купюру номиналом в 100 лян. Фан Юн ушёл, и Ли Гоуцзы снова вернулся к порогу дома семьи Фан. Бай Ицяо увидела Ли Гоуцзы, но проигнорировала его. Она пошла ко входу в деревню, чтобы сесть на телегу, идущую в город. Ли Гоуцзы замешкался, но последовал за ней в город. Оказавшись в городе, Бай Ицяо осмотрелась по сторонам и отправилась в уединённое место. Ли Гоуцзы последовал за ней. - Ты ждала меня? - небрежно сказал Ли Гоуцзы. Он подошёл ближе к Бай Ицяо и протянул руку, чтобы коснуться её лица. Бай Ицяо холодно посмотрела на него. Она с силой отбила руку Ли Гоуцзы от своего лица. Ли Гоуцзы зашипел, и не удержался, чтобы сказать: - Какая жестокая. Прошлой ночью ты была такой страстной. - Если ты хоть что-то ещё скажешь о прошлой ночи, я тебя убью, - мрачно сказала Бай Ицяо. Ли Гоуцзы беспечно ответил: - Я могу ничего не говорить. Но, если мне отрежут руки и ноги и я не смогу жить, то я не могу гарантировать тебе, что ничего не расскажу. Какой бесстыдник! Бай Ицяо всё ещё трясло от гнева. Бай Ицяо не жалела о том, что спровоцировала Ли Гоуцзы. Она лишь ненавидела Чэнь Эрмэй за то, что она смогла сбежать. Если бы их обнаружили, то Ли Гоуцзы стал бы мужем Чэнь Эрмэй. И чем хуже стала бы её жить, тем лучше. Но теперь, куча грязи прилипла к ней, и Бай Ицяо ещё больше возненавидела Чэнь Эрмэй. - Бери, - Бай Ицяо бросила Ли Гоуцзы серебряную купюру и пригрозила: - Ты получил деньги, так что веди себя хорошо. Если ты посмеешь хоть кому-то рассказать о прошлой ночи, то я точно тебе этого с рук не спущу. Ли Гоуцзы поднял серебряную купюру, и его взгляд тут же засиял. Но он не умел читать, поэтому бесстыдно спросил у Бай Ицяо: - Сколько она стоит? Эта серебряная купюра вообще настоящая? Тебе стоило просто дать мне серебро. Бай Ицяо была так зла, что её лёгкие вот-вот были готовы взорваться. Вены на её лбу пульсировали, когда она с яростью сказала: - Сто лян. Ли Гоуцзы тут же обрадовался. Он убрал серебряную купюру, после чего потянулся, чтобы коснуться руки Бай Ицяо. Бай Ицяо влепила ему пощёчину тыльной стороной ладони. - Проваливай! Если посмеешь снова коснуться меня хотя бы пальцем, то поплатишься за это. Ли Гоуцзы прикрыл лицо рукой и посмотрел на раскрасневшееся лицо Бай Ицяо. А потом сразу же прижал её к стене. - Мы уже один раз этим занимались. Какая тебе разница, если ещё раз этим займёшься? Всё равно Фан Юн уже в зелёной шляпе. ---------- У Тебя Со Мной Роман Бай Ицяо была прижата к стене. Она чувствовала отвратительную вонь Ли Гоуцзы. Запах многодневного пота смешивался с запахом немытого тела, создавая тошнотворную вонь. Когда он разговаривал с ней, открывая рот, полный крупных жёлтых зубов, с застрявшими между ними кусочками овощей и мяса, Бай Ицяо чувствовала, что её глаза вот-вот ослепнут. От мысли о том, что она была осквернена таким человеком, что нечто столь отвратительное было в ней, Бай Ицяо возненавидела свою беспомощность. Она хотела убить Ли Гоуцзы. В этот раз Ли Гоуцзы снова захотел осквернить её. Бай Ицяо была так зла, что её тело затряслось, а глаза налились кровью. - Уйди прочь! Если ты посмеешь не уважать меня, я тебя убью. Бай Ицяо оттолкнула Ли Гоуцзы и попыталась уйти. Ли Гоуцзы не собирался так легко отпускать её. Он встал перед Бай Ицяо и вульгарно сказал: - Ты дашь мне ещё раз. А иначе я начну ходить и рассказывать всем, что у тебя со мной роман. - Да как ты смеешь? Я тебя точно убью, - холодно сказала Бай Ицяо. - Не будь ты такой. Одна ночь любви между парочкой разжигает страсть на сто дней, - бесстыдно заявил Ли Гоуцзы. - Мы всё равно уже с тобой считаемся парочкой. Прошлой ночью было слишком темно, плюс, он был слишком возбуждён, поэтому не насладился моментом как следует. Когда Ли Гоуцзы снова увидел нежное лицо Бай Ицяо, его сердце беспокойно затрепетало. Ли Гоуцзы показал серебряную купюру и сказал: - Хочешь поспорить, что я буду ходить везде и говорить, что ты дала мне деньги, чтобы найти тебе любовника? Бай Ицяо была в такой ярости, что не могла говорить. Она никогда не думала, что в мире существуют такие бесстыдные люди. Бай Ицяо невероятно возненавидела его. Почему она была осквернена этим псом, а Чэнь Эрмэй удачно избежала этой судьбы? Ли Гоуцзы рассматривал ошеломлённое выражение лица Бай Ицяо. Он усмехнулся и протянул руку, чтобы коснуться руки Бай Ицяо. Бай Ицяо ответила тем, что отбросила руку Ли Гоуцзы: - Ли Гоуцзы, если не хочешь погубить меня здесь и сейчас, будь благоразумным. Лицо Ли Гоуцзы вытянулось, и он громко закричал: - Тут развратная сестричка. Похотливая, голодная! Жаждет мужчин и готова даже заплатить за ночь с ней. Слова Ли Гоуцзы тут же привлекли внимание многих мужчин. Они посмотрели в сторону Бай Ицяо с похотью во взгляде и некоторые даже пошли в их направлении. Голова Бай Ицяо закружилась, она чуть не потеряла сознание. Взгляды этих мужчин резали, словно бритвы, обжигая её тело. Бай Ицяо прикрыла лицо длинным рукавом и убежала. Ли Гоуцзы погнался за Бай Ицяо. - Дай мне ещё один раз, и я обещаю, что больше никогда не побеспокою тебя - бесстыдно сказал Ли Гоуцзы. Кровь со всего тела Бай Ицяо хлынула ей в голову. Она посмотрела на самодовольного Ли Гоуцзы. Как может быть человек настолько прогнившим? Если она потеряет такого хорошего мужчину, как Фан Юн, только из-за этого гнилого человека, Бай Ицяо почувствовала себя невыносимо от одной только мысли об этом. Бай Ицяо сделала глубокий вдох и выдохнула сквозь зубы холодный воздух: - Пойдём в гостиницу. - Хорошо, хорошо... - Ли Гоуцзы громко рассмеялся, а потом сказал: - Только дай мне денег, у меня нет денег, чтобы заплатить за постой. Бай Ицяо прикрыла лицо шарфом так, чтобы видны были только пара глаз. Она вошла в гостиницу и попросила комнату. Ли Гоуцзы последовал за ней в комнату и тут же начал тянуться к ней. Бай Ицяо чуть не стошнило от отвращения и она сказала: - Можешь сперва принять ванну? - Хорошо, хорошо... Ли Гоуцзы теперь вёл себя как послушный пёс, делая всё, о чём она просила. Вот только называть Ли Гоуцзы псом — это всё равно, что оскорблять собак. ---------- Почему Её Вторая Жизнь Стала Такой Ли Гоуцзы помылся и влез на Бай Ицяо, которая на протяжении всего процесса пребывала в состоянии ошеломления. Бай Ицяо не могла даже понять, почему её вторая жизнь стала такой. Ли Гоуцзы испортил все её планы. У Бай Ицяо было много вещей, о которых нужно беспокоиться: её репутация, Фан Юн и будущие слава и богатство. У Ли Гоуцзы ничего не было. Впрочем, если подумать, у тех, у кого ничего нет, не боятся потерь. Бай Ицяо была изысканным фарфором, а Ли Гоуцзы — обычным камнем. Пытаться разбить камни изящным фарфором - бесполезное занятие. Бай Ицяо тихо рыдала. Это должны были быть страдания Чэнь Эрмэй, так почему же им подверглась она сама? В своей прежней жизни, у неё были сломаны ноги и она попрошайничала, чтобы выжить, в то время как Чэнь Эрмэй носила красивые одежды и наслаждалась славой. Но в этой жизни её обесчестил такой гнилой человек, как Ли Гоуцзы. Это было величайшей пыткой в её жизни. Ли Гоуцзы протяжно и с удовольствием вздохнул, после чего его потное тело распласталось на Бай Ицяо. Бай Ицяо стошнило и она свесилась с края постели. Ли Гоуцзы ничуть не волновало, что он не нравится Бай Ицяо. Он и сам прекрасно знал, каким человеком он был. Довольный, Ли Гоуцзы разлёгся на постели. Кожа на его груди была обвисшей, а рёбра уродливо торчали. Однако, он всё ещё поедал взглядом стройное тело Бай Ицяо. После того, как Бай Ицяо закончило тошнить, она начала одеваться. Она посмотрела на беззаботно голого Ли Гоуцзы и сказала: - Я хочу, чтобы ты сделал одну вещь. - Да? Ты говори. Если ты не удовлетворена, то мы можем повторить, - похотливо сказал Ли Гоуцзы. Бай Ицяо холодно сказала: - Мы теперь, вроде как, в одной лодке. Если ты посмеешь рассказывать об этом, и Фан Юн узнает, то меня посадят в свиную клетку, а тебя Фан Юн убьёт. Фан Юн возьмёт стрелы, прострелит тебе руки и ноги, а потом прострелит голову. Ли Гоуцзы дёрнулся и почесал голову. Он спросил: - Что ты хочешь, чтобы я сделал? - Чэнь Эрмэй. Разберись с Чэнь Эрмэй для меня. А ещё лучше, сделай Чэнь Эрмэй своей женой. Любыми способами. Ты должен испортить её репутацию. Она должна быть смешана с грязью, - озлобленно сказала Бай Ицяо. Она была обесчещена Ли Гоуцзы и оказалась в столь затруднительном положении. Ещё неизвестно, сколько этот вопрос будет оставаться скрытым. Но Чэнь Эрмэй осталась нетронутой. Бай Ицяо барахталась в сточной канаве, но Чэнь Эрмэй, вся такая чистенькая, стояла на берегу и смотрела. Сердце и душа Бай Ицяо разрывались на части. Она подозревала, что судьба специально разыгрывает с ней такие трюки, чтобы позволить Фан Юну и Чэнь Эрмэй возобновить их прежние отношения, пока она, жена Фан Юна, обесчещена кем-то другим. Если Фан Юн узнает о её ситуации, он непременно бросит её. И тогда Фан Юн снова сможет быть вместе с Чэнь Эрмэй. Чем больше она об этом думала, тем более зловещим становилось её лицо. Она не должна до такого скатиться. В прошлой жизни она была брошена. Если в этой жизни Фан Юн её бросит, она этого не выдержит. Даже в такое время Бай Ицяо всё ещё винила других. Если бы у неё не было намерений навредить Чэнь Эрмэй и она бы не стала искать такого гнилого человека, как Ли Гоуцзы, и не стала бы с ним связываться, то, разве, такое могло бы случиться? Она ведь уже вышла замуж за Фан Юна. Зачем ей так безжалостно обращаться с Чэнь Эрмэй? Ли Гоуцзы не удержался и спросил: - Чем тебя так оскорбила Чэнь Эрмэй, раз ты на неё так ополчилась? - Это не твоё дело. В любом случае, я хочу, чтобы ты решил это дело с Чэнь Эрмэй. Бай Ицяо открыла дверь и ушла. Ли Гоуцзы достал серебряную купюру, радостно улыбнулся, щёлкнул пальцами и сказал сам себе: - Кто бы мог подумать, что эта женщина будет такой богатой? Ли Гоуцзы оделся, взял деньги и пошёл их тратить на выпивку и удовольствия. Что касалось просьбы Бай Ицяо разобраться с Чэнь Эрмэй, он сперва собирался потратить деньги, а потом уже подумать о ней. Бай Ицяо пошла в свой ресторан, чтобы принять там ванну. Потом она сходила в аптеку, чтобы купить немного лекарства от травм в качестве оправдания. Потом она села в телегу, запряжённую волами, чтобы вернуться в деревню. Вернувшись в деревню, Бай Ицяо увидела, что Нин Шу срезает траву в поле. Лицо Бай Ицяо на мгновение превратилось в свирепую гримасу. ---------- Небеса Были Так Несправедливы Когда Бай Ицяо увидела Нин Шу, её тело затряслось от переполняющего её негодования. Она уставилась прямо на Нин Шу. Почему она сама оказалась в таком состоянии, в то время, как Чэнь Эрмэй осталось такой чистой и невинной? Всё, что ей пришлось вынести, должно было произойти с Чэнь Эрмэй. В прошлой жизни, у Чэнь Эрмэй уже были слава и богатство, неужели эта женщина и в этой жизни хочет насладиться ими? Небеса были так несправедливы. В прошлой жизни Фан Юн был её женихом. В прошлой жизни Чэнь Эрмэй вышла замуж за её жениха. В этой жизни с Фан Юном была Бай Ицяо, но её осквернил Ли Гоуцзы. Словно ей было суждено проиграть Чэнь Эрмэй. Нин Шу обернулась и увидела мрачное и угрюмое выражение лица Бай Ицяо. Она ярко, почти ослепительно, улыбнулась Бай Ицяо и поприветствовала её: - Невестка Фан. Нин Шу подошла к Бай Ицяо со своей бамбуковой корзиной на спине и спросила: - Почему невестка Фан так на меня смотрит? Бай Ицяо отвела свой взгляд и проигнорировала Нин Шу. Всё равно эта женщина ещё недолго будет такой самодовольной. Даже если Ли Гоуцзы и осквернил Бай Ицяо, Фан Юн всё равно не достанется Чэнь Эрмэй. Нин Шу улыбнулась и пошла с бамбуковой корзиной обратно. Трава в корзине уже была пожелтевшей из-за засухи. Если всё так и продолжится, то курам и уткам потом нечего будет есть. Поле было таким пересохшим, что земля потрескалась, а семена уже все прожарились. Вернувшись домой, Нин Шу нарезала траву и накормила кур. Затем она попыталась найти контейнер для воды, потому что уровень воды в колодце падал слишком быстро, а без воды жить невозможно. Она купила себе воды перед заданием, но, внезапно доставать из ниоткуда воду — это будет выглядеть слишком подозрительно. Нин Шу могла лишь попытаться сохранить как можно больше воды. Даже если эта вода со временем закончится, она всегда может тайком долить ещё, не вызывая подозрений. В обед Нин Шу сказала старику Чэнь: - Отец, надо постепенно убивать живность во дворе. А то их скоро нечем будет кормить. Если кур, уток и гусей начать кормить купленным зерном, Нин Шу боялась, что отца Чэнь хватит удар. Матушка Ли сказала: - Я тоже думаю, что нам нужно постепенно их убивать. Отец Чэнь вздохнул: - Ох, ну и погода в этом году. Где засуха, там все умирают от засухи; где наводнение, там все умирают от наводнения. Я слышал, что где-то большой потоп и все дома затоплены. А потом отец Чэнь тихо добавил: - Скоро наступит хаос. Если с небом происходили какие-то необъяснимые явления, люди часто связывали это с нечистой силой. Древние люди любили сравнивать природные явления с делами людей. А логика тут была обычная: если с небом беда, то людям не хватает еды, а в сочетании с жёсткой эксплуатацией императорского двора, это всегда приводило к поднятию флага восстания. Но древние люди считали, что это было небесным наказанием. Как бы там ни было, нынешний императорский двор действительно был прогнившим. Пришло время его свергнуть, чтобы дать начало новому правлению. А эта природная катастрофа была лишь скрытой возможностью. Впрочем, всем казалось, что это действительно небесное наказание. Блять, Нин Шу была ошеломлена своими собственными выводами. Чэнь Ли сказал отцу Чэнь: - Отец, а что насчёт земельного налога в этом году? Небо дало такую засуху, они ведь должны освободить нас от него, верно? - Неправильно, - сказала Нин Шу. - Они только удвоят налог. Теперь повсюду хаос, и императорский двор хочет подавить восстание. Им нужны как-то кормить армию. И всё это свалится на наши головы, накапливаясь с каждым чиновником, словно снежный ком. Боюсь, в этом году налоги будут тяжелее, чем когда-либо. Теперь, когда императорский двор оказался несплочённым, каждый чиновник хочет набить себе карманы. И все отчаянно пытаются воспользоваться преимуществом хаоса, чтобы получить прибыль. - Боже мой, как же нам выжить? Лицо Чэнь Ли выглядело взволнованным. - Давайте в этом году заплатим налог деньгами, - сказал отец Чэнь. - Нынче еда невероятно дорогая. Нин Шу ничего не сказала. Перед лицом страны и общей тенденции, сила индивидуальных людей была слаба. ---------- Он Непременно Будет в Восторге Но с деньгами за продажу женьшеня, семье Чэнь не нужно было паниковать. Разобравшись с проблемой средств к существованию, Нин Шу теперь могла должным образом заняться Ли Гоуцзы и Бай Ицяо. Теперь, когда Ли Гоуцзы и Бай Ицяо переспали, учитывая натуру Ли Гоуцзы, он непременно будет снова к ней приставать. Бай Ицяо была владелицей ресторана. Если Ли Гоуцзы узнает об этом, он непременно будет в восторге. Посреди ночи Нин Шу пошла к дому Ли Гоуцзы и обнаружила, что его нет дома. Кто знает, куда он опять делся? Если её догадка верна, то у него теперь есть отношения с Бай Ицяо, и он наверняка уже вымогает из Бай Ицяо деньги. Как и предположила Нин Шу, Ли Гоуцзы теперь был в игорном доме, тратя деньги, которые ему дала Бай Ицяо. Заполучил сто лян, Ли Гоуцзы не пошёл платить ростовщикам. Первым делом, он пошёл в обменник и поменял купюру на серебро, поел вкусной еды и развлёкся с двумя девушками из борделя. Когда он увидел, что денег осталось совсем немного, он пошёл в игорный дом, чтобы отыграть их обратно. И, что неудивительно, он проиграл всё остальное. Оставшись без денег, Ли Гоуцзы пошёл занимать деньги у ростовщика, а потом снова пошёл отыгрываться. В итоге, его выкинули из игорного дома. Оказавшись совсем без денег, Ли Гоуцзы тут же вспомнил о том, что он так и не выплатил долг ростовщику. К тому же, он теперь был должен ещё одну сотню лян. Он невольно почесал свой затылок и тут же вспомнил, что ему отрежут руки и ноги. Наверняка это будет больно. Ранним утром Ли Гоуцзы вернулся в деревню и, словно с огнём в заднице, помчался искать Бай Ицяо. Бай Ицяо была теперь очень взволнована из-за того, что она сделала нечто недостойное ради Фан Юна. В результате, она с особенной нежностью и заботой относилась к Фан Юну. Она боялась быть брошенной, боялась, что она станет такой же, как и в прошлой жизни, боялась, что Фан Юн узнает правду, боялась, что Фан Юн не обрадуется. Прежде она вела себя немного высокомерно и нагло. Между мужем и женой была некая радостная игра. Но теперь Бай Ицяо не знала, как себя вести перед ним. Она могла лишь оставаться скромной, очень и очень скромной. Фан Юн невольно почувствовал, что Бай Ицяо ведёт себя странно. В итоге, он спросил: - Что с тобой случилось? Бай Ицяо невольно вздрогнула, когда услышала это, и с улыбкой ответила: - Ничего. Фан Юн лишь нахмурился и покачал головой. - В последнее время ты похудела и побледнела. Так что, может, мне заняться домашними делами, если ты себя плохо чувствуешь? Бай Ицяо коснулась своего лица, подавляя свою внутреннюю панику, и с улыбкой ответила: - Всё в порядке. Вероятно, это просто из-за жары у меня не хватает сил. Фан Юн просто решил, что Бай Ицяо не может выдержать жаркой погоды, поэтому предупредил её: - Не стой на солнце. Если не можешь что-то сделать, подожди меня, я сделаю. Подожди, когда я убью того белого тигра, тогда я куплю тебе хорошую дышащую ткань и сделаем тебе пару комплектов одежды. В грубой льняной одежде было очень жарко. Бай Ицяо смотрела на Фан Юна и боялась сравнения. В то время, как Ли Гоуцзы шантажировал её, Фан Юн очень хорошо относился к ней. Она не должна потерять Фан Юна. - Тигры очень опасные. Беги, если не сможешь поймать и убить его, - обеспокоенно сказала Бай Ицо. Когда Фан Юн ушёл, а Бай Ицяо увидела, что Ли Гоуцзы снова пришёл к ней, она встревожилась. А когда она услышала, что Ли Гоуцзы просит у неё двести лян, в сердце Бай Ицяо всколыхнулось убийственное намерение. - Разве я не дала тебе сто лян, чтобы ты выплатил долг ростовщику? Бай Ицяо почувствовала в горле металлический привкус словно она вот-вот сплюнет кровь. Ли Гоуцзы сказал: - Сотни лян оказалось недостаточно. Есть ещё проценты на проценты. Я хотел сыграть на те сто лян, чтобы заплатить проценты. Бай Ицяо была так зла, что у неё закружилась голова. Ли Гоуцзы, вот ведь мерзавец. Вот ведь гнилой человек! - Сестрица Бай, поможешь мне выплатить деньги? - сказал Ли Гоуцзы. - Как только ты поможешь мне выплатить долги, я тут же помогу тебе разобраться с Чэнь Эрмэй так, что тысячи людей станут её презирать! - С какой стати я должна тебе доверять? Сердце Бай Ицяо было наполнено всевозможными эмоциями. Там было негодование, страх и печаль. ---------- Не Доводи Это До Взаимного Уничтожения Бай Ицяо знала, каким человеком был Ли Гоуцзы. Он просто пытался обманом выманить у неё деньги. Мразь! Но зачем ей вообще иметь дело с такой мразью? Этот человек явно должен был стать мужем Чэнь Эрмэй. В прошлой жизни Чэнь Эрмэй наслаждалась славой и богатством, поэтому в этой жизни она должна выплатить свои долги. - Ли Гоуцзы, только не думай, что я не знаю, что у тебя на уме! - холодно сказала Бай Ицяо. - Если ты мне не заплатишь, тогда я сделаю так, что это тебя все будут презирать, - пригрозил Ли Гоуцзы. - Ты можешь только довериться мне. Если мне будет хорошо, то и тебе будет хорошо. Не доводи это до взаимного уничтожения. Ли Гоуцзы полагался на тот факт, что держал Бай Ицяо за хвост и поэтому он её шантажировал. Бай Ицяо глубоко вдохнула. - Если ты решишь для меня вопрос с Чэнь Эрмэй, я дам тебе деньги. Когда Ли Гоуцзы услышал, что у Бай Ицяо есть деньги, его глаза загорелись, и он тут же сказал: - Сперва дай деньги, как бы там ни было, на то, чтобы позаботиться о Чэнь Эрмэй потребуется время. Бай Ицяо прожила две жизни, и она знала, что Ли Гоуцзы был поверхностным человеком. Она холодно заявила: - Пока не решишь вопрос о Чэнь Эрмэй, я не дам тебе и медной монеты. - Так мне же ростовщики отрежут руки и ноги. И, пока я не умру, я всем расскажу правду о твоей измене. Расскажу, что ты меня нашла! - Это же явно ты меня осквернил! Бай Ицяо была так зла от слов Ли Гоуцзы, что её трясло. Ли Гоуцзы безразлично сказал: - В любом случае, все будут называть тебя шлюхой. Бай Ицяо уставилась на Ли Гоуцзы, и её глаза налились кровью от ненависти. Видя, что Бай Ицяо не даёт деньги, Ли Гоуцзы неожиданно протянул руку, чтобы обыскать Бай Ицяо, что напугало её. Если их кто-то увидит, то всё будет кончено. Бай Ицяо с негодованием сказала: - Подожди тут. - И не забудь что мне нужно заплатить проценты. Сто лян, - сказал Ли Гоуцзы, потирая подбородок. Бай Ицяо пошатнулась немного, когда вошла в дом, чтобы взять серебряную купюру. Ли Гоуцзы тут же взял серебряную купюру и мгновенно убежал. Как она могла так просто потерять триста лян? Многие люди за всю свою жизнь никогда даже не видели такой огромной суммы денег. Её сбережения сократились вполовину. Бай Ицяо хотела убить Ли Гоуцзы, но, подумав о том, что Чэнь Эрмэй не была ещё обесчещена и измучена Ли Гоузцы, она передумала. Единственный способ добиться желаемого — это заставить Ли Гоуцзы разобраться с ней. Только когда он затащит Чэнь Эрмэй в грязь, между Фан Юном и Чэнь Эрмэй не будет никакой возможности для воссоединения. Чем более отвратительным был Ли Гоуцзы, тем больше Бай Ицяо начинала ценить Фан Юна. Она переродилась, чтобы стоять плечом к плечу с Фан Юном. В этот раз Ли Гоуцзы даже честно выплатил долги ростовщикам. Однако, у него всё равно осталось ещё много денег. Достаточно, чтобы как следует развлечься и поесть. Бай Ицяо каждый день ждала, что Ли Гоуцзы появится и начнёт доставать Нин Шу, порицая её имя, но Ли Гоуцзы так и не появился. Бай Ицяо была так зла, что её лёгкие чуть не взорвались. Ли Гоуцзы появится перед ней, только когда у него закончатся деньги. Ли Гоуцзы просто обращался с ней, как с банком. Сердце Бай Ицяо переполняло слишком много разных мыслей. Она была так обеспокоена, что не могла даже есть. Раньше она была нежной, а теперь выглядела болезненной и бледной. Она находилась под слишком большим давлением. Фан Юн заметил, что Бай Ицяо стала такой и постоянно спрашивал у неё, что случилось. Бай Ицяо всегда отвечала, что всё в порядке. Фан Юн отдавал Бай Ицяо всю добычу с охоты, чтобы укрепить её тело. По сравнению с волнениями Бай Ицяо, жизнь Нин Шу была гораздо проще. Помимо домашней работы, она начала читать книги. ---------- Я Хочу Вступить в Армию Большую часть времени она читала медицинские книги. Чэнь Ли спросил у Нин Шу, знает ли она эти слова. Нин Шу сказала, что не знает, и просто иногда выходит на улицу, чтобы проконсультироваться у местного писца. Когда Чэнь Ли увидел извилистые слова, у него разболелась голова. Ему стало всё равно, что там читает Нин Шу. Он сказал ей: - Эрмэй, я хочу вступить в армию. Нин Шу ответила, не поднимая головы: - Отец не согласится. Ты же единственный сын семьи Чэнь, и должен будешь продолжить семейный род. Так что даже не мечтай. Чэнь Ли: ... - Я просто боюсь призыва. Если всё так продолжится, то и меня призовут, - сказал Чэнь Ли. - А я хочу присоединиться к армии повстанцев. Нин Шу не удержалась и сказала: - Говори тише. Будь то императорская армия или армия повстанцев, люди везде умирают. И, если ты не продолжишь род семьи Чэнь, отец переломает тебе ноги. Не у всех такая удача, как у Фан Юна, который получил столько повышений. С интеллектом Чэнь Ли, он определённо будет использован в качестве пушечного мяса. Простые и честные люди не подходят для долгого выживания в армии. Им приходится сталкиваться не только с врагом, но ещё и с интригами в своём же лагере. Она не могла представить, каким станет Чэнь Ли, оказавшись там. Может, армия его отполирует и он станет опытным ветераном, но для этого сперва нужно выжить. Более того, условия в армии повстанцев были плохими. Они голодали, но у них не было еды; они хотели одеться, но им было нечего надеть. В армию принимали только простолюдинов, потому что они хотели размахивать флагом справедливости. Чэнь Ли вздохнул и ничего не сказал. Не так-то просто выжить в смутные времена, но он ещё и хочет вступить в армию? Людям приходится сражаться за своё будущее, но за что будет сражаться Чэнь Ли? *Бум, Бум, Бум...* Внезапно откуда-то послышались звуки гонга и барабана. Чэнь Ли встал и сказал: - Это гонг правительственных чиновников. Видимо, начальство хочет что-то сообщить. Боюсь, ничего хорошего это не сулит. Чэнь Ли нахмурился. Вскоре к дому подошёл староста. Он выглядел немного беспомощно, когда сказал Чэнь Ли: - Где твой отец? Идите в деревню. Пришёл чиновник из правительства, чтобы что-то сообщить. - Дядюшка староста, что случилось? - спросил Чэнь Ли. - Это по поводу налога на зерно. - Но ещё же не пришло время сбора осеннего урожая, и все посевы погибли от засухи. Почему они сейчас собирают налоги? - не удержался от вопроса Чэнь Ли. - Даже если бы не было засухи, нам всё равно нужно было бы подождать два месяца, прежде чем собирать зерно. Нин Шу поджала губы. По всей видимости, казна опустела, но война стала только более напряжённой. И хотя до их деревни непосредственные последствия ещё не дошли, множество беженцев уже направлялись в эту сторону в поисках убежища. Гонг и барабан становились всё более настойчивыми. Отец Чэнь вернулся с поля ко входу в деревню и присоединился к собравшейся толпе. Нин Шу и матушка Ли тоже пришли туда. В деревню пришли два окружных пристава. У одного в руках был гонг и барабан, а у другого — официальные документы. Нин Шу обвела взглядом толпу и увидела Фан Юна и Бай Ицяо. Она уже некоторое время не видела Бай Ицяо, которая теперь выглядела гораздо хуже. Её лицо было бледным, а сам она выглядела мрачной. В ней уже больше не ощущалось прежней амбициозности и смутного ощущения превосходства. Ли Гоуцзы был мужчиной, безжалостно уничтожающим красоту. Стоит только женщине связаться с ним, как он начинает высасывать всю её кровь и жизнь. Чэнь Эрмэй познала это на себе и умерла в тридцать лет. А теперь такой стала Бай Ицяо. Но Бай Ицяо ещё не отказалась от Фан Юна. Она пыталась придумать способ скрыть всё от Фан Юна, опасаясь, что она его потеряет. Легко можно было представить, какие внутренние мучения она испытывала. Таков вкус её собственного лекарства. Бай Ицяо почувствовала, как на неё кто-то смотрит. Она повернула голову и увидела Нин Шу. Возможно, это была иллюзия, но Бай Ицяо показалось, что Чэнь Эрмэй стала красивее. Хладнокровная и спокойная, не спешащая и не медленная. При виде такой Чэнь Эрмэй, сердце Бай Ицяо наполнилось ощущением кризиса. Сердце Бай Ицяо было очень чувствительным. Ей всегда казалось, что Нин Шу смотрит на Фан Юна, и поэтому она невольно потянула Фан Юна за руку, чтобы привлечь его внимание к себе. ---------- Пришла Пора Платить Налог На Зерно Бай Ицяо сильно потянула Фан Юна за рукав. Она выглядела напряжённой и была вся на нервах. Душа Бай Ицяо пребывала в смятении. Ей нужно было думать о множестве вещей, а её руки и ноги были практически связаны. Ей было тяжело дышать. Фан Юн почувствовал, что Бай Ицяо дёргает его за одежду. Он повернул голову, наклонился к ней и спросил: - Что случилось? Бай Ицяо с трудом улыбнулась. - Ничего. Фан Юн поднял руку, чтобы прикрыть рукавом Бай Ицяо от палящего солнца. На глаза Бай Ицяо навернулись слёзы. Такой заботливый Фан Юн заставлял Бай Ицяо ненавидеть Чэнь Эрмэй и Ли Гоуцзы ещё больше. Она также ненавидела небеса. Почему она не могла добиться всего, чего хотела? Неужели она переродилась только для того, чтобы снова прожить прежнюю жизнь, где её бросили? Нин Шу отвела взгляд от Бай Ицяо и посмотрела на двух правительственных чиновников. - Все собрались, - сказал судебный исполнитель. - Слушайте указ из императорского двора. Пришла пора платить налог на зерно. С каждой семьи по 3 дань* с человека. Если платите серебром, тогда по четыре лян серебра с человека. Будет лучше, если заплатите зерном. Любым зерном, что есть в семье, новым и старым. Услышав о таком тяжёлом налоге, жители деревни взвыли, а на их лицах отразился ужас. Такой большой налог они не смогу выплатить, даже если их избить до смерти. Нин Шу тоже была ошеломлена. Хоть она и знала заранее, что налог может быть очень большим, но она не ожидала, что настолько большим. Один дань — это почти девяносто килограмм, то есть двести цзинь**. Это значит, что с одного человека нужно заплатить почти шестьсот цзинь зерна. Семье Чэнь из четырёх человек придётся заплатить две тысячи цзинь зерна. В древние времена урожайность зерна на один му*** была очень низкой, всего лишь несколько сотен цзинь, не говоря уже о том, что сейчас всё ещё была засуха и зерна не было. Что касалось четырёх лян серебра, то бедным людям не набрать столько денег за год. Нет, даже за два или три года они столько не соберут. С одного человека хотят четыре ляна. Императорский двор действительно считает, что они могут требовать всего, чего захотят. Это же просто принуждение к восстанию. Правительственный чиновник начал говорить о верности и патриотизме, о том, что страна сейчас находится в кризисе, что для развития страны нужно платить. Он также осуждал повстанцев и говорил, что когда их поймают, они будут казнены через тысячу порезов. Магистрат сказал людям, чтобы они шли домой и готовились. Через десять дней они придут, чтобы собрать продукты и деньги. Нин Шу не могла не покачать головой. Если небеса хотят уничтожить людей, сперва они должны свести людей с ума. Императорский двор уже сошёл с ума. Он не давая людям даже возможности выжить. Конечно же, чтобы выжить, люди поднимают восстания, это вполне нормально. Бай Ицяо повернула голову и окинула взглядом Нин Шу. При виде угрюмого выражения лица, она мысленно усмехнулась. У семьи Чэнь было больше сотни лян серебра, но она всё равно притворяется опечаленной. Как это отвратительно. Увидев расслабленные выражения лиц остальных членов семьи Чэнь, Бай Ицяо внезапно сказала: - Брат начальник. Услышав голос Бай Ицяо Нин Шу тут же посмотрела на неё. Она увидела, что лицо Бай Ицяо перекосило от неописуемого жестокого выражения. У Нин Шу тут же возникло нехорошее предчувствие. Бай Ицяо глянула на Нин Шу и сказала магистрату: - Тут есть семья, которая может заплатить налог прямо сейчас. Бай Ицяо указала на Нин Шу. - Семья Чэнь нашла женьшень и продала его за много денег. Когда Бай Ицяо сказала это, все жители деревни уставились на семью Чэнь. Их взгляды были испытующими. Они начали переговариваться между собой и говорить, что семья Чэнь очень хорошо скрывала свои секреты. В деревне не было никого, кто мог бы заплатить свои налоги. Налог был таким большим, что у них не осталось бы еды даже на своё пропитание. Однако семья Чэнь даже продала женьшень. Сколько же денег у них было? Проблемой был не дефицит, а неравномерное распределение. Они не против были жить бедной жизнью и бояться хаоса. Жители деревни хотели заплатить свои налоги и жить спокойно, а семья Чэнь была для них способом спасти себя. Теперь семья Чэнь стала всеобщей целью. ---------- Соглашение Между Двумя Семьями Чиновники услышали и это и в их взглядах загорелась жадность. Выражение лица отца Чэнь стало крайне неприглядным, когда он посмотрел на Фан Юна и Бай Ицяо. Чэнь Ли даже хотел рвануть с места, чтобы избить Бай Ицяо. Чэнь Ли закатал рукава, и его лицо задрожало, когда он закричал на Бай Ицяо: - Бай Ицяо, что у тебя за язык такой длинный, чтобы говорить такую чепуху? Когда Фан Юн увидел это, он поспешно прикрыл Бай Ицяо собой, а Нин Шу со спокойным лицом остановила взбунтовавшегося Чэнь Ли. Фан Юн тоже был шокирован. Он просто не ожидал, что Бай Ицяо скажет такое в подобной ситуации. Этот вопрос был тайным соглашением между двумя семьями. - Ицяо, - прикрикнул Фан Юн и нахмурился. Он никак не мог понять, почему Бай Ицяо решилась так навредить другим, особенно учитывая то, что в этом не было никакой выгоды. Бай Ицяо увидела недовольный взгляд Фан Юна, и её сердце дрогнуло. Она поджала губы и сказала: - Я правду сказала. Нин Шу сделала глубокий вдох и сказала судебному исполнителю, чьё лицо уже было полно жадности: - Семья Чэнь действительно нашла женьшень, но в присутствии охотника Фан Юна. Этот женьшень был продан в городской аптеке за двести лян. Брат начальник может пойти туда и проверить это. А потом эти двести лян были разделены между семьёй Чэнь и семьёй Фан. Судебные исполнители и жители деревни перевели взгляды на Фан Юна и Бай Ицяо. Фан Юн раздражённо потёр лицо. Вот почему он думал, что Бай Ицяо совершила нечто такое, что навредило другим и не принесло никакой выгоды. Он уже знал, что результат будет таким. Едва он только открыл рот, чтобы заговорить, как Нин Шу опередила его. - Мы продали женьшень за двести лян. Но из-за того, что его нашли вместе с Фан Юном, Фан Юн взял себе большую часть: сто пятьдесят лян. А семья Чэнь взяла только пятьдесят лян, - спокойно сказала Нин Шу. Когда семья Чэнь услышала слова Нин Шу, они застыли на мгновение, но ничего не сказали. Семья Фан первыми поступили с ними недобро, поэтому их нельзя было винить за то, что они стали вести себя предательски. Когда Фан Юн услышал слова Нин Шу о том, что семье Фан дали сто пятьдесят лян, его выражение лица стало очень плохим. Бай Ицяо так разозлилась, что её лицо побледнело. Она указала на Нин Шу и закричала: - Чэнь Эрмэй, что ты такое говоришь? Когда это семья Фан получила сто пятьдесят лян? Это же ваша семья взяла большую долю. Нин Шу развела руками: - Вот видишь, ты тоже признала, что ваша семья разделила с нами деньги. Бай Ицяо поперхнулась своими словами. Фан Юн потянул Бай Ицяо. Она пошатнулась, сделала пару шагов и чуть не упала на землю. Бай Ицяо почувствовала обиду. Но она знала, что она облажалась, поэтому опустила голову и замолчала. - Судебный исполнитель, - промолвил Фан Юн. - Брат начальник, - Нин Шу прервала слова Фан Юна, поклонилась двум магистратам и сказала: - Семья Чэнь готова заплатить сто лян серебра, и мы надеемся, что брат начальник сможет соответствующим образом уменьшить налог для каждой семьи в этой деревне. Фан Юн почувствовал себя беспомощным и мог лишь поклониться правительственным чиновникам. - Семья Фан тоже готова отдать более пятидесяти лян. Магистрат недовольно сказал: - Раз вы разделили поровну, тогда почему эти люди могут отдать сто лян, а вы можете отдать только пятьдесят лян? - Вовсе нет... - хотело была сказать Бай Ицяо, но Фан Юн дёрнул её, чтобы она не лезла в разговор. Фан Юн беспомощно сказал: - Просто моя семья совсем обнищала, мы уже потратили часть денег, поэтому у нас осталось так мало. - Давайте сколько есть. Давайте сюда всё. Мы вернёмся и доложим всё своему начальству. Они непременно похвалят обе ваши семьи, - сказал судебный исполнитель. Нин Шу: … Это было всё равно, что пердёж. Она не поверила ни единому их слову. В итоге, Фан Юн отдал семьдесят лян серебра. Два правительственных чиновника, собрали почти пять килограмм серебра за один приход и триумфально ушли. Жители деревни и староста подошли поблагодарить отца Чэнь. Отец Чэнь никогда раньше не был так уважаем. Он разрывался между чувством гордости и сожаления. Ахх, столько денег ушло. Когда все вернулись домой, Чэнь Ли стиснул зубы и сказал: - Эта Бай Ицяо такая нежная на вид, но я никогда не думал, что у неё такое злое сердце. ______________________________________________________________________ Примечание: * дань - мера объёма сыпучих тел, равная 100 л ** цзинь - китайский фунт: 500 грамм *** Му – это китайская единица измерения площади. 1 му = 666.7 метров квадратных. ---------- Она Думала, Что у Неё Полно Денег После такой суматохи, устроенной Бай Ицяо, отношения между семьями Чэнь и Фан упали до точки замерзания. Семья Чэнь потеряла сто лян, а семья Фан потеряла семьдесят лян. Как только правительственные чиновники ушли, обе семьи отвернулись друг от друга и разошлись. Бай Ицяо последовала за Фан Юном, опустив голову. Время от времени она поднимала голову, чтобы посмотреть на героическую фигуру Фан Юна. Она хотела поговорить с ним, но чувствовала тяжёлую энергию, исходящую от тела Фан Юна, поэтому она не смела ничего говорить. В глубине души Бай Ицяо сожалела о содеянном. Если бы она знала, чем это обернётся, она не стала бы говорить тех слов. В тот момент она думала, что у неё полно денег. У семьи Чэнь будут проблемы без денег за продажу женьшеня. Потеря даже нескольких сотен лян не были для неё такой уж большой проблемой. Она заработает их снова за полмесяца или за месяц. Но, если у семьи Чэнь не будет этих денег, их жизнь будет невыносима. Прежде чем что-то предпринять, Бай Ицяо ясно подумала, она действительно всё продумала. Но она очень ненавидела Чэнь Эрмэй. При виде Чэнь Эрмэй её сердце словно начинали грызть миллион муравьёв. Фан Юн не был скупердяем, но он не сказал ей ни слова. Он явно был зол. Бай Ицяо была в ужасе, и слёзы полились у неё из глаз. Услышав звуки плача у себя за спиной, Фан Юн остановился и повернул голову, беспомощно глядя на Бай Ицяо. - Ты даже начала плакать? Бай Ицяо увидела, что Фан Юн обратил на неё внимание и почувствовала себя ещё горше. Она стала плакать ещё сильнее. Она хотела выпустить накопившиеся у неё на душе различные эмоции. Фан Юн вздохнул и посмотрел на плачущую, словно ребёнок, Бай Ицяо. - Если ты в будущем что-то захочешь сделать, то сперва обсуди это со мной, чтобы я был подготовлен. То, что ты сделала сегодня, было неподобающим. Мы отдали правительству семьдесят лян ни за что, да ещё и ухудшили отношения между двумя семьями. - Я знаю, что я неправа, Фан Юн, прости меня. Я найду способ вернуть 70 лян, - сказала Бай Ицяо, вытирая слёзы. Фан Юн вздохнул. - Деньги — это ерунда. Бай Ицяо снова разрыдалась и улыбнулась. Она потянулась, чтобы взять Фан Юна за рукав, и парочка вернулась домой. Когда семья Чэнь вернулась домой, Чэнь Ли стиснул зубы и сказал: - Эта Бай Ицяо такая красивая и изысканная, но я никогда не думал, что у неё такое злое сердце. Матушка Ли тоже добавила: - Как я могла хорошо думать о ком-то вроде неё? В прошлый раз она тоже создавала проблемы, говоря, что у Эрмэй и Ли Гоуцзы роман. У неё очень злое сердце. Нин Шу выпила воды из кружки и ничего не сказала. - У нас было так много серебра. Целых сто лян! Чэнь Ли был так расстроен, что его щёки дрожали. - Считай это тратой денег ради откупа от катастрофы, - сказал отец Чэнь. - Честно говоря, когда в семье было так много денег, я чувствовал себя неспокойно. Богатство ушло, но, по крайней мере, вся семья осталась вместе. Нин Шу подумала также. Так как правительственные чиновники узнали о деньгах, то семья точно не смогла бы сохранить это серебро. Чиновникам нужно было бы заплатить пока они не насытятся. Они не согласились бы ни на десять, ни на двадцать лян. Если бы им не отдали эти деньги, скорее всего, семья потеряла бы и жизнь и имущество. Правительственные чиновники пришли бы к ним в дом, чтобы найти деньги. В таком случае они потеряли бы и все свои продукты. И тогда семье уже было бы не на что жить. Обычные люди не сражаются с правительством. Правительственных чиновников было всего двое, а в деревне так много народу. Но они не стали бить двух человек, потому что обычные люди боятся императорского двора. После потери денег, остальные жители деревни тоже не будут о них думать. Разве не видно было у входа в деревню, как жители деревни смотрели на них красными от жадности глазами? Поэтому, деньги, что у них были, выскользнули из рук. Хорошо, что у них осталось ещё немного денег. Это позволит им какое-то время продержаться. - Ох уж эта жена Фан Юна! - с презрением на лице сказал отец Чэнь о Бай Ицяо. - Больше не общайся с этой семьёй в будущем. Критические ситуации всегда показывают характер людей. Нин Шу поджала губы. Бай Ицяо хотела, чтобы семья Чэнь осталась без денег. Так пусть она сама останется без денег. Посреди ночи Нин Шу пошла к дому Ли Гоуцзы. Ли Гоуцзы всё ещё не было дома. Весь дом был в потрёпанном состоянии, в нём не было следов того, что там кто-то живёт. ---------- Не Знал, Как Ценить Людей Внутри было полно паутины, а потрёпанный шкаф был беспорядочно забит грязной одеждой. Такой человек, как Ли Гоуцзы, не мог жить нормальной жизнью. Чэнь Эрмэй, которая вышла за такого человека, очень много страдала. Она была истощена до такой степени, что её невозможно было понять, человек она, или призрак. Ли Гоуцзы не знал, как ценить людей. Да какое там ценить людей, он только и делал, что бил свою жену. Он ничего не делал и хотел только, чтобы женщины его содержали. Слов "мразь" и "ублюдок" недостаточно для описания Ли Гоуцзы. Не найдя Ли Гоуцзы, Нин Шу развернулась и ушла. Ранним утром следующего дня Нин Шу сказала семье Чэнь, что хочет съездить в город за покупками. Теперь, когда в семье осталось не так много денег, старик Чэнь попросил Нин Шу экономить и не покупать ничего нелепого. Нин Шу взяла корзину и пошла к телеге, запряжённой волами, после чего приехала в город. Нин Шу отправилась на поиски Ли Гоуцзы. Бай Ицяо использовала Ли Гоуцзы для того, чтобы испортить жизнь Чэнь Эрмэй, значит, она использует Ли Гоуцзы против самой Бай Ицяо. Зная, что в семье Фан всё было спокойно, Нин Шу поняла, что Бай Ицяо намерена скрывать этот вопрос. Она даже хотела жить с Фан Юном, словно ничего не произошло. Нин Шу не собиралась говорить с Фан Юном и рассказывать ему о том, что его жена ему изменила. Лучше наблюдать со стороны, как грызутся собаки, в то время как её руки будут чистыми. Нин Шу приехала в город, зашла в магазин румян и купила немного косметики, надела простое платье в качестве маскировки, нарисовала на лице оспины и пошла к игорному дому, чтобы найти Ли Гоуцзы. С деньгами на руках, Ли Гоуцзы наверняка играл в азартные игры. В любом случае, такой человек, как Ли Гоуцзы, не делает ничего достойного. Он либо пристаёт к красавицам на улице, либо играет в игорном доме, либо ест и пьёт в ресторане. Нин Шу вошла в игорный дом. В игорном доме было дымно, шумно и многолюдно. Некоторые мужчины были обнажены до пояса и обильно потели. Помимо жары, в воздухе стояла такая вонь, что душе чуть не отделялась от тела. Нин Шу пришлось прикрыть нос платком. Она стала осматриваться в поисках Ли Гоуцзы. За одним из игорных столов она увидела Ли Гоуцзы. Он пристально смотрел на крупье, трясущего кубики. Глаза Ли Гоуцзы были красными, а лицо очень мрачным. Он явно играл всю ночь. Перед ним было не так уж много денег. Всего пара обломков серебра. Крупье какое-то время потряс кубиками, а потом выдал большое число, в то время как Ли Гоуцзы поставил на маленькое число. Ли Гоуцзы очень расстроился. Его лицо посинело от злости, а глаза покраснели. Однако он продолжил играть, поставив все деньги, которые остались перед ним. Нин Шу прикрыла свой нос и вышла. Она стала ждать Ли Гоуцзы у входа в игорный дом. Он всё равно выйдет, когда у него закончатся деньги. Нин Шу обмахивалась рукавом в качестве веера. Погода была слишком жаркой. От этой жары даже воздух начал искажаться. Вскоре, вышибалы выкинули Ли Гоуцзы из игорного дома. Ли Гоуцзы упал на землю и резко вдохнул воздух от боли. Ругаясь, Ли Гоуцзы поднялся с земли, отряхнул пыль с одежды и почувствовал голод. Он уже собрался пойти в ресторан, чтобы поесть, но потом обнаружил, что у него опять закончились деньги. Кстати, говоря о деньгах, Ли Гоуцзы подумал о Бай Ицяо. Он не мог понять, откуда у Бай Ицяо деньги. В общей сложности она дала ему четыреста лян. Двести лян он заплатил ростовщикам, а остальные деньги растратил. При виде того, как легко Бай Ицяо доставала деньги, он предположил, что у неё есть ещё. Ли Гоуцзы решил, что ему повезло. Бай Ицяо была красивой женщиной с деньгами. Ему больше ни о чём не нужно будет волноваться в жизни! Ли Гоуцзы стал напевать песенку, пока шёл в лапшичную, чтобы позавтракать. Нин Шу проследила за Ли Гоуцзы и увидела, как он зашёл в лапшичную. Нин Шу нашла двух мужчин, дала им немного денег и объяснила, что им нужно будет зайти в лапшичную и кое-что сказать. ---------- Благоприятное Место Нин Шу дала двум мужчинам немного денег. Когда они поняли, что им нужно сказать всего пару фраз, чтобы получить деньги, они с радостью пошли в лапшичную и заказали пару мисок лапши. - Как по мне, так эта лапша просто безвкусная, - сказал один мужчина. - В ней нет ничего хорошего. - Да ладно тебе, она достаточно хорошая. Нынче такие времена, что съесть тарелку лапши - это уже хорошо. А то нынче всё только дорожает и дорожает, - сказал другой мужчина. - Говорю тебе, невкусная тут лапша. Масло не масляное, даже лука нет, только соль. И как такое есть? - первый мужчина отложил палочки. - Ты просто никогда не ел вкусной лапши в "Благоприятном Месте". Вот там блюда действительно вкусные. Чертовски ароматные. - Неужели там настолько всё хорошее? Я слышал о "Благоприятном Месте", но там всё такое дорогое. - А я там ел. Мой двоюродный брат работает слугой в большой семье. Он служил старшему сыну и получил награду, - сказал первый мужчина. - Все люди из богатых семей ходят туда есть. Наверняка "Благоприятное Место" зарабатывают кучу денег. Мясо там обжаривают в масле и добавляют разные приправы, тц-тц, какой вкус... Мужчина выглядел так, словно смаковал воспоминания о вкусе. Ли Гоуцзы слушал разговор этих двух мужчин и тоже почувствовал, что лапша стала просто безвкусной. Он уже не мог её есть. Учитывая то, как Ли Гоуцзы любил тратить, он, конечно же, ел в "Благоприятном Месте", когда у него были деньги. Слушая разговор этих двух мужчин, он ощутил особый голод. Он потянулся к мешочку с деньгами, желая пойти в "Благоприятное Место", чтобы поесть. Но в мешочке было лишь две медных монетки. С такими деньгами ему нечего было делать в том ресторане. Какая жалость! Они пробуждают в людях чувство ненасытности. - А кто открыл это "Благоприятное Место"? Сколько же денег они зарабатывают каждый день! - восхищённо сказал второй мужчина. - Им владеет Вэнь Юй, сын семьи Вэнь. Семья Вэнь уже богата. Они одна из богатейших семей в этом городе. Но я слышал, что этот ресторан открыт в партнёрстве с кем-то, а точнее говоря с женщиной. - С женщиной? - Да, и эта женщина ведёт себя очень тихо. Я слышал, что её зовут Бай Ицяо и что она какая-то крестьянка. Но это лишь слухи, и я не знаю, правда ли это. - Кто знает, ха-ха... Ли Гоуцзы уже хотел уходить, когда услышал это. Его пальцы задрожали, а сердце ёкнуло. Так этот ресторан открыт Бай Ицяо? Эта женщина действительно умеет скрываться. В деревне никто не знает, что она открыла такой прибыльный ресторан. Может, даже человек, который с ней спал, Фан Юн, не знает об этом. Потом он вспомнил о том, как она дала ему несколько сотен лян так, словно это мелочь. Теперь ему всё стало понятно. А иначе, откуда у Бай Ицяо так много денег, чтобы столь небрежно раздавать их? Ли Гоуцзы почувствовал себя так, словно ему стали помогать небеса. Какое облегчение! Ли Гоуцзы бросил две медных монеты на стол и вышел из лапшичной, чтобы отправиться прямо к "Благоприятному Месту". Нин Шу последовала за Ли Гоуцзы к "Благоприятному Месту". Ли Гоуцзы с ухмылкой вошёл в ресторан и внимательно осмотрелся. Чем больше он смотрел, тем более внушительным выглядел ресторан. Множество богатых людей входили и выходили. Ли Гоуцзы потёр подбородок. Похоже, что просить у Бай Ицяо несколько сотен лян — это всё равно, что выпрашивать мелочь. Она была просто курицей, несущей золотые яйца. К Ли Гоуцзы подошёл официант и спросил, чего тот хочет поесть. Когда Ли Гоуцзы увидел кланяющегося ему официанта, приятная волна накрыла его с макушки до пяток. Он почувствовал себя главным героем в какой-нибудь пьесе. В любом случае, его вполне можно было считать мужчиной Бай Ицяо, верно? Ли Гоуцзы не стал есть в общем зале, а взял себе отдельную кабинку. Он заказал самые дорогие и ароматные блюда. Ли Гоуцзы считал, что дни, когда он ел, как даосский монах, подошли к концу. Наевшись до отвала, он вытер масло с уголков рта и пошёл на выход, даже не заплатив. Официант остановил Ли Гоуцзы. - Дорогой гость, вы ещё не заплатили по счёту. - Платить? А мне нужно платить? Ли Гоуцзы уставился на него, пытаясь выглядеть величественно, но от этого он выглядел ещё более комично и нелепо. ---------- Я - Муж Твоей Хозяйки Официант сказал: - Гость ел еду в нашем ресторане, конечно же, вам нужно заплатить. Неужели гость желает уйти из ресторана не заплатив? - Шутить изволишь? Я похож на обычного нахлебника? Послушай, что я тебе скажу. Я знаю твою хозяйку. Знаешь, вообще-то, я - муж твоей хозяйки, так что я тоже считаюсь хозяином этого ресторана. А ты, жалкий официант, смеешь просить у хозяина деньги? Тебе что, жить надоело? Ли Гоуцзы выпрямил спину, используя заявленную связь в качестве устрашения. Выражение его лица было крайне самодовольным. На мгновение он даже задумался о том, каково это было бы, будь Бай Ицяо действительно его женщиной. Официант был ошеломлён. Его хозяйкой действительно была женщина, и она была замужем. И у хозяйки Бай вот такой муж? Официант смерил Ли Гоузцы взглядом, полным подозрения и недоверия. - Что происходит? К ним направился мужчина в парчовых одеждах. Его внешность была нежной, словно нефрит. Он неспешно подошёл к Ли Гоуцзы. Ли Гоузцы почувствовал себя так, словно увидел божественное существо. - Хозяин, этот мужчина сказал, что он — муж хозяйки Бай, - сказал официант. Фэнь Юй осмотрел Ли Гоуцзы с головы до ног. Его выражение лица осталось бесстрастным. Ли Гоуцзы стало немного неуютно. Он почувствовал себя неполноценным. - Вы действительно муж Бай Ицяо? - громко спросил Вэнь Юй. - Ко... конечно, - запинаясь ответил Ли Гоуцзы, чувствуя, что сияние его собеседника заставило его растеряться. У него были хорошая внешность и деньги. Он поистине выглядел божественным воплощением в человеческом теле. Вэнь Юй безразлично сказал: - Тогда считайте это моим угощением сегодня. Не нужно платить. - Вот и хорошо, - Ли Гоуцзы почувствовал себя не в своей тарелке, поэтому развернулся и пошёл к выходу. Вэнь Юй сказал ему вслед: - Я вас провожу. - Ну что вы, не стоит... Ли Гоузцы был польщён. Обычно подобные люди, при встрече с ним на улице, даже не смотрели на него, не говоря уже о том, чтобы провожать его до двери. Тщеславие Ли Гоуцзы воспарило до небес, а в глубине души он всё больше и больше убеждался в том, что нужно крепко держаться за Бай Ицяо. Она не только красивая и с деньгами, но ещё и заставляет таких людей уважать его. Стоя у входа в ресторан, Нин Шу увидела, как провожают Ли Гоуцзы. Она подняла бровь, когда увидела мужчину рядом Ли Гоуцзы. У него была красивая внешность, яркие глаза и красивые брови. Он выглядел, как элегантный сын чиновника. Ох, это же был член группы обожателей Бай Ицяо. Вэнь Юй родился в семье торговца. Он не носил на себе драгоценностей из золота и серебра, но он обладал замечательными личностными качествами. Он совсем не выглядел как торговец. Хоть внешне он и выглядел нежным, словно нефрит, но внутри него был старый хитрый лис-спекулянт. Насколько же велико было очарование Бай Ицяо, что она смогла заставить такого человека влюбиться в себя? Ли Гоуцзы поговорил немного с Вэнь Юем, а потом убежал. Перед лицом Вэнь Юя он чувствовал себя невероятно стеснённым. Он был подавлен его аурой и даже не знал, куда девать руки и ноги. На самом деле, Вэнь Юй изучал Ли Гоуцзы во всех аспектах. При виде лица своего соперника в любви, он невольно стал вести себя более внушительно. Ли Гоуцзы явно был недостаточно хорош. Но Бай Ицяо очень любила своего мужа, если у неё действительно такой муж, ах... Вэнь Юй покачал головой. Скорее всего этот мужчина — не муж Бай Ицяо. Стоит заметить, что Бай Ицяо была осторожна, и никогда не говорила Фан Юну об открытии собственного ресторана. Она тихо сколачивала состояние. Она планировала подождать, пока Фан Юн соберётся отправиться в армию, и тогда устроить ему приятный сюрприз. В прошлой своей жизни Бай Ицяо попрошайничала, чтобы заработать на жизнь, поэтому она очень хорошо знала важность денег. Без тёплой одежды она замёрзла насмерть под снегом. Даже если она и полюбила Фан Юна, у неё всё ещё оставались дополнительные резервы. Всё же, в прошлой жизни её безжалостно выкинули из богатой семьи. ---------- В Будущем, Ему Не Позволено Входить в Ресторан Вэнь Юй прищурился, глядя на спину Ли Гоуцзы. Как муж Бай Ицяо мог быть таким человеком? Без образования и похожим на уличного хулигана. Но выражение счастья на лице Бай Ицяо выглядело неподдельным. Вэнь Юй сказал официанту: - В будущем, ему не позволено входить в ресторан. Вэнь Юй покачал головой, развернулся и ушёл в ресторан. Достигнув своей цели, Нин Шу отправилась в аптеку, чтобы купить немного трав. Так как дома больше не было денег, ей всё ещё стоило сделать оздоровительные маски для лица на продажу. Но она всё равно не знала, сможет ли их продать. Нин Шу не планировала продавать их обычным крестьянкам. Нин Шу также купила кое-какие средства от крыс. Теперь, когда засуха была в разгаре и посевы не могли выжить, крысы начали толпами бегать по сухой и потрескавшейся земле. В домах было полно еды, поэтому людям каждый день приходилось защищаться от набегов крыс. К тому же голодные крысы начинают кусаться. Вирусы, переносчиками которых являются крысы, будут переходить на людей, заражая и их, и приводя к чуме. Купив всё необходимое, Нин Шу также зашла в продуктовый магазин, чтобы посмотреть на цены. Цена на зерно уже взлетели до небес. Даже простая кукуруза стоила в несколько раз дороже, чем раньше. Раньше за одну цену можно было купить пять килограмм зерна, а теперь — максимум один килограмм. Большинство торговцев теперь запасались зерном, планируя воспользоваться засухой и восстаниями, чтобы заработать себе состояние в то время, пока в стране будет суматоха. Со временем зерно будет только дорожать. К счастью, семья Чэнь уже успела запастись продуктами. Нин Шу неспешно вернулась в деревню на телеге, запряжённой волами. Когда пришла домой, она достала все травы, которые накупила. Отец Чэнь увидел Нин Шу, разбирающую травы, и ничего не сказал. Теперь работы в поле не было и отец Чэнь каждый день бродил по дому. Ему нечего было делать. Три приёма пищи в день теперь уменьшились до двух. Отец Чэнь сказал, раз весь день нечего делать, то какой смысл есть так много? Лучше сохранить еду. Неизвестно, что они ещё будут делать потом. Возможно, им вообще придётся ждать следующего сезона сбора урожая. В любом случае, без работы в поле двух приёмов пищи было достаточно. Помимо того, что Нин Шу перемалывала травы в порошки и читала медицинские книги, она присматривала за тем, что происходит в семье Фан. У Бай Ицяо уже развились сексуальные отношения с Ли Гоуцзы, но в семье Фан всё ещё было спокойно. Это явно было заслугой навыков Бай Ицяо. Получив жизненный опыт в битвах внутреннего двора, Бай Ицяо была гораздо умнее, чем обычная крестьянка. И она была гораздо более решительной, когда дело касалось решения проблем. Если бы это была обычная крестьянка, то муж её бы уже поймал на измене. Она могла лишь расплакаться и смириться с тем, что её бросил муж. В то же время, люди стали бы указывать на неё пальцем, и, возможно, утопили бы в свиной клетке. Её жизнь была бы уничтожена. На самом деле, Бай Ицяо приходилось не так просто, как думала Нин Шу. Можно даже сказать, что она была психически и физически измождена. Скрывая всё от Фан Юна, ей приходилось иметь дело с шантажистом Ли Гоуцзы. Например, сейчас Ли Гоуцзы снова стал просить у неё деньги. Он сказал, что она — хозяйка "Благоприятного Места". Бай Ицяо была в шоке. Она никогда никому не говорила об этом. Даже Фан Юн ничего не знал о "Благоприятном Месте". Так откуда же Ли Гоуцзы узнал об этом? - Что ты такое говоришь? Как "Благоприятное Место" может быть моим? Тебе приснился сон и ты ещё не проснулся? - тихо сказала Бай Ицяо. ---------- Этот Мусор Даже Заявил, Что Является Её Мужем Бай Ицяо разговаривала с Ли Гоуцзы, присев у подножия стены, окружённая сухой травой. Она постоянно оглядывалась. Ли Гоуцзы похотливо улыбнулся. - Я знаю, что ты — хозяйка "Благоприятного Места". Я сегодня ходил в "Благоприятное Место" на обед. Я сказал, что я - твой муж, и с меня не взяли денег. Услышав бесстыдные слова Ли Гоцузы, Бай Ицяо так разозлилась, что у неё потемнело в глазах и закружилась голова. Этот мусор даже заявил, что является её мужем. Более того, он сказал это в "Благоприятном Месте". Что за человеком был Ли Гоуцзы? Насколько же он отвратительный и гнилой человек? Бай Ицяо не могла даже себе представить, как она теперь выглядит в глазах Вэнь Юя. Ли Гоуцзы испортил её образ в сердце Вэнь Юя. Так как женщина способна понять чувства, которые к ней испытывает мужчина, Бай Ицяо знала, что у Вэнь Юя были к ней чувства. Но она притворялась, что не знала об этом, и не отвечала на его двусмысленные слова. Однако она всё равно вела себя так, чтобы оставлять едва заметную двусмысленную атмосферу. Бай Ицяо неосознанно использовала расположение Вэнь Юя ради выгоды. Например, каждый раз, когда получала ежемесячные дивиденды, Бай Ицяо обнаруживала, что ей доставалось больше денег, чем записано в бухгалтерских книгах. Даже если она потом настаивала на том, чтобы вернуть их Вэнь Юю, то он не соглашался. Глаза Бай Ицяо налились кровью, когда она посмотрела на Ли Гоцузы. В её сердце всколыхнулось убийственное намерение. - Хозяин Вэй даже лично проводил меня до двери, - самодовольно сказал Ли Гоуцзы. - У меня закончились деньги, дай мне ещё денег. Ли Гоуцзы теперь был близок с Бай Ицяо. Что касалось утомительного задания по очернению Чэнь Эрмэй, то ему было слишком лень этим заниматься. Ему было проще держаться за слабину Бай Ицяо и выпрашивать у неё деньги. - Да кем ты себя возомнил? Думаешь, ты имеешь право просить у меня деньги? Я попросила тебя сделать дело, а ты не сделал, но всё равно хочешь денег. Тебе жить надоело? - холодно сказала Бай Ицяо. При виде того, как Ли Гоуцзы праведно протягивает ей руку и просит денег, Бай Ицяо так разозлилась, что у неё чуть не лопнули кровеносные сосуды. - Нет у меня денег. И я не хозяйка "Благоприятного Места". Я просто женщина. Как женщина может быть хозяйкой ресторана. Бай Ицяо решительно отказалась, думая о том, как лишить Ли Гоуцзы его подлой жизни. Ли Гоуцзы вызывал у неё отвращение. Не могла же она уступать Ли Гоуцзы, а иначе все её страдания окажутся напрасными. Она хотела, чтобы Ли Гоуцзы страдал до тех пор, пока сам не захочет умереть. - Ну же. Я знаю, что ты — хозяйка "Благоприятного Места". А иначе, откуда тогда взялись те деньги, что ты мне дала ранее? Я всё равно уже твой мужчина. Если ты мне не заплатишь, то я пойду и всем расскажу об этом. Я даже знаю, где у тебя есть родинка на груди, - самодовольно сказал Ли Гоуцзы. - Если я расскажу об этом Фан Юну, или расскажу людям о "Благоприятном Месте", сможешь ли ты сохранить своё место? Бай Ицяо разозлилась так, что у неё лицо побледнело. Её желудок перевернулся и ей стало тошно. Ей захотелось сблевать прямо в лицо Ли Гоцузы. Как под небом может существовать такой бесстыдный человек? Вот если бы Ли Гоуцзы так прицепился к Чэнь Эрмэй, как бы это было хорошо! Тогда Чэнь Эрмэй больше не смогла бы быть вместе с Фан Юном. У неё не осталось бы ни единого шанса развить отношения с Фан Юном. В сердце Бай Ицяо всё больше и больше увеличивалась жажда убийства. Ей стоило убить Ли Гоуцзы, когда он осквернил её, а не давать ему второй шанс осквернить её. Так бы она не потеряла столько много денег. В то время она только и думала о том, как свести Ли Гоуцзы и Чэнь Эрмэй. Теперь она уже не могла себе позволить держать Ли Гоуцзы. Он не стал преследовать Чэнь Эрмэй. Вместо этого наоборот начал приставать к ней самой. Ли Гоуцзы прилип к ней, словно банный лист. Рано или поздно это раскроется. Только когда Ли Гоуцузы умрёт, вопрос между ней и Ли Гоуцзы будет скрыт от всех. Что касалось вопроса Чэнь Эрмэй, то без Ли Гоцузы она найдёт какого-нибудь Чжао Гоуцзы. Главное, что она сможет найти мужчину который опорочит репутацию Чэнь Эрмэй. Она так пострадала только из-за Чэнь Эрмэй, поэтому она не могла оставить Чэнь Эрмэй нетронутой. Она не могла потерять Фан Юна, не говоря уже о том, чтобы позволить деловому партнёру, Вэнь Юю, узнать о том, что её осквернил такой человек. Перед таким джентльменом, как Вэнь Юем, она вела себя с чувством приличия. Что теперь о ней подумает Вэнь Юй, раз она общается с таким отвратительным человеком, как Ли Гоуцзы? ---------- Не Стоит Злиться На Мертвеца Бай Ицяо подавила мощное убийственное намерение в своём сердце и с ледяным лицом спросила: - Сколько ты хочешь на этот раз? Это был последний раз, когда она даст деньги Ли Гоуцзы. Это были деньги на покупку его жизни, чтобы на некоторое время избавиться от него. Бай Ицяо очень хотела немедленно убить Ли Гоуцзы. Она больше не могла смотреть на его отвратительное лицо. Ли Гоуцзы увидел, что Бай Ицяо поддалась и тут же растянул губы в улыбке, обнажая жёлтые зубы. Он решил, что его угрозы эффективны, поэтому, подумав, сказал: - Пятьсот лян. Услышав такую огромную сумму, у Бай Ицяо вытянулось лицо. Но теперь она уже даже не злилась. Не стоит злиться на мертвеца. Убийство подобных мерзавцев считается за доброе дело ради простых людям. Бай Ицяо тихо сказала: - Слишком много. У меня столько просто нет. "Благоприятное Место" принадлежит мне только частично, большую часть зарабатывает Вэнь Юй. В прошлый раз я дала тебе несколько сотен лян, теперь у меня не осталось больше денег. - Тогда сколько у тебя есть? - поспешно спросил Ли Гоуцзы. Бай Ицяо сказала: - Двадцать лян. В прошлый раз она дала ему сотни лан, поэтому сейчас, когда Ли Гоуцзы услышал про двадцать лян, он тут же стал недоволен и сказал: - Ты что, издеваешься, что ли? На самом деле, двадцать лян — это были неплохие деньги. Обычные люди за год не видели два или три ляна. Просто Ли Гоуцзы был уже избалован, и его аппетиты стали расти. Хоть Бай Ицяо и сказала себе не злиться, от такого бесстыдства Ли Гоуцзы у неё всё равно заболела печень. - Нравится тебе, или не нравится, но больше денег нет, - с яростью в голосе сказала Бай Ицяо. Ли Гоуцзы тут же пригрозил: - Думаешь, я шутил, когда сказал, что расскажу всем о твоих любовных похождениях? - Вот иди и расскажи. Меня убьют, посмотрим, у кого ты потом деньги будешь просить, - яростно сказала Бай Ицяо. - У тебя правда больше нет? - спросил Ли Гоуцзы. Бай Ицяо покачала головой и больше не стала ничего говорить. - Тогда давай двадцать лян. Ли Гоуцзы взял деньги, которые дала Бай Ицяо и отправился в город, чтобы тратить эти деньги и выпивать. Вскоре после того, как Ли Гоуцзы ушёл, Бай Ицяо тоже отправилась в город. Нин Шу, которая следила за всеми движениями в семье Фан, увидела, что Бай Ицяо отправилась в город и, подумав немного, последовала за ней. Первым делом Бай Ицяо отправилась в "Благоприятное Место", чтобы повидать Вэнь Юя. Вэнь Юй, при виде побледневшей Бай Ицяо, удивлённо спросил: - Ты заболела? Бай Ицяо вздохнула и сказала: - В последнее время меня достаёт негодяй. Местный разбойник, по имени Ли Гоуцзы. Он всем говорит, что он мой муж. Он любит приставать к деревенским девушкам и жёнам и портить их репутацию. Все женщины в деревне обходят его стороной, как только увидят. Я не знаю, где он услышал, что у меня есть доля в "Благоприятном Месте", но он пришёл меня шантажировать. Вэнь Юй кивнул. - Вот и мне показалось, как такой человек мог быть достоин тебя? - Вэнь Юй, у тебя же есть дом, в котором никто не живёт. Я бы хотела у тебя его одолжить, - сказала Бай Ицяо умоляющим голосом, глядя на Вэнь Юя. - Да, есть. Но зачем он тебе? Вэнь Юй взял чашку чая и сделал глоток. - Просто преподать урок Ли Гоуцзы. Если он продолжит говорить всякие небылицы, то моя репутация будет испорчена, а Фан Юн разозлится, - сказала Бай Ицяо. - Как ты хочешь преподать ему урок? - ничуть не обеспокоившись спросил Вэнь Юй, очевидно, ни во что не ставя этого негодяя. - Если для тебя это хлопотно, то я могу решить всё за тебя. - Нет, я сделаю это сама, - сказала Бай Ицяо. - Я буду очень благодарна, если ты сможешь одолжить мне дом. ---------- Пришло Время Поесть Ли Гоуцзы сделал ей очень больно, поэтому она должна как следует проучить его. Бай Ицяо очень не терпелось содрать с Ли Гоуцзы кожу заживо. Вэнь Юй одолжил Бай Ицяо дом, а также выдал ей пару семейных слуг, чтобы они помогли преподать Ли Гоуцзы урок. Потратив двадцать лян на азартные игры, Ли Гоуцзы был выкинут из игорного дома. Двадцати лян хватило Ли Гоуцзы совсем ненадолго. Ли Гоузцы был жаден и хотел выиграть большие деньги, поэтому ставил по-крупному и быстро проигрался. Ли Гоуцзы подумал немного и решил пойти в "Благоприятное Место", чтобы взять деньги там. "Благоприятное Место" такое богатое. В прошлый раз он не заплатил по счёту. В этот раз, если он скажет, что он — муж Бай Ицяо и попросит денег, они наверняка дадут. И, даже если не получится выпросить денег, из-за всех этих азартных игр он проголодался. Пришло время поесть. Ли Гоуцзы направился к "Благоприятному Месту", но, прежде чем он успел дойти, его внезапно схватили двое семейных слуг. Они заткнули ему рот и затащили в какой-то дом. Нин Шу пряталась неподалёку и наблюдала за тем, как Ли Гоуцзы затащили через чёрный ход, после чего дверь плотно закрылась. Нин Шу заподозрила, что Бай Ицяо не выдержала бесконечных вымогательств Ли Гоуцзы и теперь намерена разобраться с ним раз и навсегда. Зачем им заниматься взаимным уничтожением? Нин Шу не хотела, чтобы Ли Гоуцзы умер вот так. Мёртвый Ли Гоузцы не сможет ничего рассказать. Нин Шу мобилизовала свою внутреннюю энергию и запрыгнула на стену двора, после чего спрыгнула внутрь резиденции. Дом был небольшой, но в нём было всё необходимое. Так как в этом доме никто не жил, клумбы заросли сорняками. Различные цветы, ветки и листья росли без присмотра и тут были сплошные заросли. Ли Гоуцзы затащили в комнату. Его раздели до трусов и привязали к постели так, чтобы он не мог пошевелиться. Он был изрядно напуган и хотел позвать на помощь, но ему в рот засунули кляп. О просто не мог закричать. Дверь со скрипом открылась. Когда Ли Гоуцзы услышал этот звук, он покрылся потом. Его лицо дёргалось от спазмов. Он повернул голову, чтобы посмотреть на дверь. Перед его глазами оказалась женская юбка. Красивая плиссированная юбка. Ли Гоуцзы поднял взгляд и увидел миловидное лицо Бай Ицяо. Как только он увидел Бай Ицяо, Ли Гоуцзы внезапно заскулил и в его взгляде появилась мольба. Бай Ицяо холодно смотрела на лежащего на постели Ли Гоуцзы. Его глаза грозились вывалиться из орбит. У Ли Гоуцзы мурашки пробежали от взгляда Бай Ицяо, и он начал пытаться вырваться. - И как тебе такое ощущение? Когда ты лежишь и не можешь пошевелиться, - громко спросила Бай Ицяо. Она достала из-за спины толстую деревянную линейку. Деревянная линейка была обычной, но она вся была плотно утыкана гвоздями. Гвозди были кучно забиты в линейку. Если ударить такой линейкой человека, то это нанесёт жертве множество ран. Так можно превратить человека в дырявое сито. - Ууууууууу... Глаза Ли Гоуцзы округлились, а выражение лица стало невероятно напуганным. Он начал неистово вырываться и трясти головой, глядя на Бай Ицяо. Бай Ицяо лишь безразлично приподняла уголки рта. - Знаешь, как долго я тебя терпела? Да кто ты такой, чтобы обращаться со мной подобным образом? - Уууууууу... Ли Гоуцзы захныкал, глядя на Бай Ицяо и слёзы ручьями потекли по его лицу. - Хочешь, чтобы я тебя пощадила? Когда ты требовал у меня деньги и угрожал мне, разве ты не гордился собой? Бай Ицяо подняла линейку и ударила Ли Гоуцзы по бедрам. Глаза Ли Гоуцзы внезапно выпучились, он захныкал сквозь кляп, а его тело затряслось от боли. Его неконтролируемо трясло, отчего глаза Ли Гоуцзы закатились. Бай Ицяо взяла линейку и вытащила её. Гвозди были в крови, а в бёдрах Ли Гоуцзы появилось несколько окровавленных ранок из которых потекла кровь. Бай Ицяо посмотрела на бледного Ли Гоуцзы и сказала: - Больно? То, через что я прошла из-за тебя, в тысячу, в миллион раз больнее! Она переродилась и должна быть счастливой, но оказалась осквернённой этим гнилым человеком. Быть обесчещенной человеком вроде Ли Гоуцзы — это хуже смерти. Теперь, перед лицом Фан Юна, она уже больше не чувствовала себя такой уверенной, как прежде. ---------- Во Всём Были Виноваты Другие Нин Шу спряталась за окном и наблюдала за тем, как Бай Ицяо издевается на Ли Гоуцзы. Она била его указкой между ног. Это было мужское уязвимое место, и после удара гвоздями, оно превратилось в кровавую массу. Ли Гоуцзы отключился от боли. Глаза Нин Шу округлились. Пока она слушала слова негодования Бай Ицяо, она невольно почувствовала сильное недоверие. Честно говоря, из всех людей, что встречала Нин Шу, Бай Ицяо была самой лучшей в плане переноса вины на кого-нибудь ещё. Во всём были виноваты другие, но никак не она. Для неё не было ничего плохого в том, чтобы вредить другим людям; это было для её собственного счастья и благополучия. Вообще-то, другие люди должны были покорно позволять ей причинять им боль. Какой странный образ мышления. Бог дал ей шанс переродиться; для того, чтобы мучить других? Нин Шу никак не могла понять, почему такой человек получил возможность второго шанса в своей жизни. Что такого плохого сделали другие люди, чтобы над ними так издевались? Какое-то время Бай Ицяо била Ли Гоуцзы. Когда она устала бить, она остановилась и посмотрела на неподвижно лежащего на постели Ли Гоцузы. Он весь был в крови, и в воздухе витал острый запах крови. Бай Ицяо почувствовала такое сильное отвращение, что прикрыла рот и выбежала. Когда Нин Шу увидела, что в комнате никого нет, она запрыгнула в дом через окно. При виде привязанного к постели Ли Гоуцзы, всего покрытого кровавыми дырами, она не знала, сколько он сможет прожить. Первым делом Нин Шу запихала ему в рот постную пилюлю. Как только пилюля растаяла у него во рту, она превратилась в горячий поток энергии, проникший в каждый уголок его тела. Тело, поддерживаемое этой энергией, могло продержаться какое-то время. Также она направила энергию из своего даньтяня в тело Ли Гоуцзы. Эта энергия должна была постепенно восстановить его израненное тело. Нин Шу развязала верёвки на руках и ногах Ли Гоуцзы, после чего завернула его в простыню с постели. Ли Гоуцзы был весь в крови и она текла везде, где она проходила. Подняв Ли Гоуцзы себе на спину и привязав к себе верёвкой, Нин Шу выскользнула из дома. Нин Шу бежала как можно быстрее и принесла Ли Гоуцзы в лечебницу. Она дала доктору лян серебра и положила Ли Гоуцзы в тайную палату лечебницы. Нин Шу попыталась скормить Ли Гоуцзы противовоспалительную таблетку, но сейчас Ли Гоуцзы не мог даже глотать воду. Нин Шу перемолола таблетку и смешала её с водой. Зажав подбородок Ли Гоуцзы она влила эту воду в него, но большая часть воды всё равно вытекла из уголков его рта. Лицо Ли Гоуцзы было пепельно серым, его дыхание было слабым, а сам он выглядел так, словно скоро умрёт. Нин Шу направила всю свою энергию из даньтяня в Ли Гоуцзы. Нин Шу использовала своё духовное сознание, чтобы направить его восстановление ран Ли Гоуцзы. В теле Ли Гоуцзы было множество дыр, поэтому Ли Гоуцзы постоянно истекал кровью. Её энергия могла лишь остановить кровотечение. Но, даже остановка кровотечения уже было неплохим результатом. Доктор из лечебницы взял кровоостанавливающий порошок и посыпал его на раны Ли Гоуцзы. Нин Шу увидела, что уже становится поздно, нужно было возвращаться домой. Если она вернётся поздно, то семья Чэнь будет волноваться. Перед уходом, Нин Шу заплатила за лечение и попросила доктора никому не рассказывать о том, что тут есть этот человек. Как бы там ни было, она не могла позволить. чтобы о нём кто-либо узнал. Перед уходом Нин Шу купила ещё немного лечебных трав. С корзинкой в руках она села на телегу, едущую обратно в деревню. Где-то в другом месте, от отвратительного запаха крови Бай Ицяо тошнило до горечи. А после того, как её перестало тошнить, её тело стало слабым, а голова закружилась. У Бай Ицяо возникло дурное предчувствие. Что это за симптомы? Неужели, она беременна?! Но как такое может быть? Бай Ицяо сильно перепугалась. Если она беременна, то кто будет отцом этого ребёнка? На душе Бай Ицяо были злоба и волнение. Она развернулась и вернулась в комнату, где увидела, что Ли Гоуцзы, который должен был лежать на постели, исчез. ---------- Поздравляю Сердце Бай Ицяо пропустило удар. Её конечности обмякли, и она упала на пол. Как Ли Гоуцзы мог исчезнуть? Как он мог исчезнуть с таким серьёзно израненным телом? Не мог же он сам развязать верёвки. - Войдите, - Бай Ицяо позвала двух слуг, стоящих за дверью. - Где он? Куда он делся? Двое слуг семьи Вэнь удручённо переглянулись между собой. Они всё время охраняли дверь и не видели, чтобы кто-то входил и выходил. Бай Ицяо так разозлилась, что тут же потеряла сознание. Когда Бай Ицяо пришла в себя, она уже была в "Благоприятном Месте". Рядом с её постелью сидел Вэнь Юй. Когда Вэнь Юй увидел, что Бай Ицяо очнулась, он сказал, со сложным выражением на лице: - Поздравляю, ты уже месяц как беременна. Изначально у Бай Ицяо ещё была надежда на то, что она ошиблась с симптомами. Но, когда она увидела доктора у постели и услышала слова Вэнь Юя, она почувствовала себя так, словно кто-то ударил её молотком по голове. В глазах у неё замельтешили звёзды, а потом всё потемнело. - Что случилось? Тебе нехорошо? - спросил Вэнь Юй. Бай Ицяо увидела, что уже поздно, поэтому поспешила сбросить одеяло. Ей нужно было вернуться в деревню. - Я пойду, спасибо. Бай Ицяо встала и немного пошатнулась. Вэнь Юй протянул руку, чтобы помочь ей, но Бай Ицяо оттолкнула его руку. - Спасибо. Я пойду. Бай Ицяо успешно вернулась в деревню, несмотря на боль. Небо уже стемнело, и Фан Юн везде её разыскивал. Прежде чем Фан Юн успел что-либо сказать, Бай Ицяо заговорила первой: - Фан Юн, я беременна. Фан Юн застыл на мгновение, а потом пришёл в себя и сказал: - Почему ты вернулась так поздно? Опасно же. - Я знаю, - ответила Бай Ицяо. Фан Юн протянул руку, чтобы поддержать Бай Ицяо, на что она с улыбкой сказала: - Я не настолько слабая. Фан Юн всё равно стал поддерживать её. Лицо Бай Ицяо лучезарно улыбалось, но на душе у неё было мрачно. Почти наверняка это был ребёнок Ли Гоуцзы, потому что из-за того, что он её осквернил, ей всё было противно и она некоторое время была холодна к Фан Юну. Если бы это действительно был ребёнок Фан Юна, то ещё не должен был пройти месяц. Бай Ицяо посмотрела на счастливое выражение лица Фан Юна, который заботился о ней, и на душе Бай Ицяо стало очень тяжело. Этот ребёнок точно был не от Фан Юна. Как она могла забеременеть от Ли Гоуцзы? От такого отвратительного человека, как Ли Гоуцзы? И она даже не знала куда пропал Ли Гоуцзы. А что, если Ли Гоуцзы сбежал, перепрыгнув через стену? Что если он решил безрассудно рассказать всем о том, что произошло между ними? На душе у Бай Ицяо было тяжело. Её очень сильно тошнило, поэтому Фан Юн, как неопытный отец, не знал что делать. Он мог лишь спросить совета у матери. Чем больше Фан Юн относился хорошо к Бай Ицяо, тем больше Бай Ицяо ненавидела ребёнка в своём животе. В её животе было злое отродье. Она даже не могла представить себе, как будет выглядеть ребёнок, рождённый от кого-то столь уродливого, как Ли Гоуцзы. Бай Ицяо постоянно переживала, что Ли Гоуцзы внезапно появится, но, за последние несколько дней, Ли Гоуцзы словно исчез с лица Земли. Бай Ицяо с облегчением вздохнула. Может, Ли Гоуцзы давно уже умер. Всё же, он был так серьёзно ранен. Вся его нижняя половина была изорвана, так что Ли Гоуцзы не должен выжить. Переживая из-за ребёнка в животе и из-за отца ребёнка, Бай Ицяо хотела избавиться от обоих. Этот ребёнок не должен выжить. Она хотела иметь ребёнка, который принадлежит Фан Юну. Но Фан Юн и его мать очень переживали из-за ребёнка. Фан Юн теперь не позволял ей ничего делать и очень внимательно обходился с ней. Было трудно представить ,как он отреагирует, если она потеряет ребёнка. Более того, мать Фан Юна, несмотря на почти отсутствующее зрение, ходила с палкой по всем дворам и спрашивала старую одежду. Из этой старой одежды она хотела сделать одёжку для ребёнка. Дети рождаются с нежной кожей, а старая одежда, которую носят люди, становится мягкой. Если её постирать и сшить одёжку для ребёнка, то ребёнку будет комфортно её носить. ---------- Его Смерть Должна Быть Полезной Мать и сын семьи Фан очень ждали ребёнка, который был в животе Бай Ицяо, но сердце Бай Ицяо словно жарилось на сковородке. Она испытывала крайнее отвращение от ребёнка, который каждый день рос в её животе. Это был плод насилия. Бай Ицяо не собиралась сохранять его. Бай Ицяо только и думала о том, как избавиться от ребёнка. Его смерть должна быть полезной. Нин Шу узнала о том, что Бай Ицяо беременна, только когда мать Фан Юна пришла к ним домой, чтобы попросить старую одежду. Нин Шу невольно задумалась о том, от кого был ребёнок в животе Бай Ицяо. Однако, Нин Шу заметила Бай Ицяо, постоянно блуждающую неподалёку от дома семьи Чэнь. Бай Ицяо пыталась воспользоваться любой возможностью, чтобы поговорить с Нин Шу, говоря, что хочет перед ней извиниться. Бай Ицяо хотела извиниться перед Нин Шу из-за того инцидента с женьшенем. Нин Шу тут же поняла, что Бай Ицяо боится, что этот ребёнок от Ли Гоуцзы. Теперь Бай Ицяо хочет избавиться от ребёнка и, заодно, подставить её. Нин Шу: … Неудивительно. Бай Ицяо была продуктом интриг внутреннего двора. По сути, она хотела убить двух зайцев одним выстрелом. Таким образом она решила бы проблему нечестивого плода в своём животе, и, заодно, создала бы у Чэнь Эрмэй жестокую репутацию. Что бы сделала Фан с человеком, который убил его ребёнка? Если бы у него и были какие-то эмоции к ней, то это была бы только ненависть. Нин Шу просто проигнорировала Бай Ицяо, закрыла калитку и спряталась в доме. Она её не видела, в физический контакт с ней не вступала, посмотрим, как она сможет всё ещё повесить вину на Нин Шу. Нин Шу попросила членов семьи Чэнь, чтобы они избегали Бай Ицяо, как только её увидят. Бай Ицяо увидела, что семья Чэнь не клюёт на наживку и очень рассердилась. Вскоре после того, как она приходила, Фан Юн уводил её домой. Он переживал, что её накроет тепловой удар, и что её тело не сможет этого выдержать. Поэтому Бай Ицяо была в душе невероятно раздражена его заботой, но она не могла сердить Фан Юна. Нин Шу отправилась в городскую лечебницу, чтобы проведать Ли Гоуцзы. Ли Гоуцзы ещё не очнулся, а все раны на его теле воспалились. Нин Шу ещё раз напоила его лекарством. Всю духовную энергию, что она набрала за прошедшие несколько дней, она вложила в тело Ли Гоуцзы, постепенно излечивая его раны. Нин Шу не намеревалась восстановить Ли Гоуцзы до состояния нормального человека. Ей было достаточно, чтобы он пришёл в себя. В любом случае, после того, как Ли Гоуцзы совершил такой мерзкий поступок, ему не выжить. Фан Юн не из тех людей, которых можно оскорблять. Более того, нынче были смутные времена, никому не было бы дела до убийства одного человека. К тому же, Фан Юн всё равно собирался идти в армию повстанцев. Нин Шу заплатила за лечение, купила разных мелочей и вернулась в деревню. Когда она проходила с корзинкой перед домом Бай Ицяо, Бай Ицяо увидела Нин Шу и её взгляд загорелся. Она тут же помчалась в сторону Нин Шу. Нин Шу отвернулась и убежала прочь, лишь бы не разговаривать с Бай Ицяо. Бай Ицяо: … Нин Шу сделала большой крюк, избегая Бай Ицяо, и вернулась домой. Бай Ицяо: … Бай Ицяо увидела, что Нин Шу поступает таким образом, и не удержалась от того, чтобы ударить кулаком по своему животу. Ох уж эта Чэнь Эрмэй. Чэнь Эрмэй просто отвратительна. Бай Ицяо искренне ненавидела Нин Шу до глубины души. Что бы она ни делала, ничего не шло гладко. Бай Ицяо неподвижно стояла под палящим солнцем. И хотя стояла невероятная жара, тело Бай Ицяо всё равно излучало холод. Как её жизнь могла стать такой? Фан Юн увидел, что Бай Ицяо стоит на жаре и озадаченно спросил: - Ицяо, почему ты снова вышла? На улице так жарко. Фан Юн чувствовал, что Бай Ицяо стала очень странной. Она теперь уже была совсем не такой, как когда они только поженились. Фан Юн взял Бай Ицяо за руку. Рука Бай Ицяо была очень холодной. - У тебя такая холодная рука. Тебе холодно? В такую жаркую погоду у неё такая холодная рука. ---------- Моя Семья Чэнь Не Может Позволить Себе Такой Долг Нин Шу приоткрыла дверь двора и просунула голову внутрь. Она сказала Фан Юну стоящему неподалёку: - Фан Юн, ты мог бы не пускать свою жену постоянно гулять возле нашего дома? Она теперь беременная. Если что-то случится? Не хочу, чтобы наша семья оказалась виноватой. - В прошлый раз возникли проблемы из-за женьшеня, а в этот рез дело касается ребёнка. Это же жизнь человека. Моя семья Чэнь не может позволить себе такой долг, - прямо заявила Нин Шу. - Беременным нужно сидеть дома и заниматься ребёнком, чего она ходит к нашему дому? - сказала Нин Шу, опустив уголки рта. Фан Юн глянул на Нин Шу, потом крепко взял за руку Бай Ицяо и безразлично сказал: - Даже если что-то случится, я не буду винить в этом вас. Ицяо просто хотела извиниться, почему ты говоришь так неприятно? Это она говорит неприятно? Это Бай Ицяо делает неприятно, не она. - Ха, тогда ладно. Я её прощаю. Больше не надо к нам ходить. Нин Шу захлопнула дверь во двор. Перед посторонними Фан Юн, конечно же, защищал Бай Ицяо, но, когда они остались вдвоём, Фан Юн невольно нахмурился и сказал: - Ицяо, что происходит? Ты ничего не хочешь мне сказать? Из-за тебя у меня возникают такие неприятные ситуации. Даже если ты не заботишься о себе, ты должна позаботиться о ребёнке в своём животе. Глаза Бай Ицяо покраснели и из них полились слёзы. - Мне и так нехорошо, а ты ещё груб со мной. Фан Юн беспомощно вздохнул и отвёл Бай Ицяо домой. После этого Бай Ицяо больше не приходила к Нин Шу. Всё же, Бай Ицяо была не настолько глупой и понимала, что Нин Шу опасается её. Бай Ицяо больше не занималась бесполезными вещами. Она должна была найти другой способ избавиться от ребёнка в животе. Видя, что Бай Ицяо покорно сидит дома, Фан Юн почувствовал облегчение, взял свои охотничьи инструменты и отправился в горы. Всё же, тигров не так-то просто убить. Вероятно из-за высокой жары и отсутствия воды, тот блуждающий белый тигр казался необычно раздражённым. Фан Юн долгое время тайно наблюдал за состоянием тигра. Теперь, когда Фан Юну нужно было кормить ребёнка, он хотел добыть шкуру тигра и его кости, чтобы заработать немного денег. После тяжёлой битвы, Фан Юн застрелил белого тигра. Чтобы не испортить целостность шкуры, Фан Юн пустил стрелу прямо в глаз тигра. Более того, он добил тигра своими кулаками. Фан Юн поднял огромную шкуру белого тигра и она оказалась размером с человека. Так он и пошёл домой. Это зрелище привлекло внимание жители деревни. Чэнь Ли сказал Нин Шу: - Фан Юн такой потрясающий. Он даже смог убить тигра. Нин Шу равнодушно отреагировала на это. В убийстве тигра нет ничего славного. Она тоже может убить тигра. Но она была целомудренной юной леди. Чэнь Ли потащил Нин Шу за собой, чтобы посмотреть на тигра. Тигр действительно был очень большим. Шкура тигра была целой, а мех был лоснящимся. Одна только шкура стоила кучу денег, а ещё были и кости тигра. Нин Шу не было дела до тигра, она смотрела на Бай Ицяо. Лицо Бай Ицяо было бледным и худым. Её тело невероятно исхудало, а между бровей витала неописуемая мрачная атмосфера. В ней не было никакой нежности и радости от того, что она становилась матерью. Нин Шу ещё раз убедилась в том, что ребёнок в животе Бай Ицяо был не от Фан Юна. Нин Шу глянула на Фан Юн, принёсшего шкуру и кости тигра. Он выглядел торжествующим. Убийство того, кто считался королём джунглей было доказательством его героизма. К тому же его жена теперь беременна. Жизнь казалась идеальной. Чэнь Ли всё шептал на ухо Нин Шу, говоря о том, какой сильный Фан Юн. Как он тоже хочет изучить боевые искусства, чтобы пойти охотиться. И всё в таком духе. Нин Шу равнодушно пожала плечами, развернулась и пошла домой, чтобы взять лекарство, которое она приготовила для Ли Гоуцзы. Нин Шу завернула лечебный порошок, положила его в корзину и отправилась повидать Ли Гоуцзы. Ли Гоуцзы пришёл в себя, но всё ещё не мог двигаться. Нин Шу не стала появляться перед ним. У неё не было намерения вовлекать себя в отношения между ним и Бай Ицяо. ---------- Пришло Время Собирать Урожай Нин Шу пошла к тому месту, где можно взять напрокат телегу, и арендовала телегу с осликом. Она потратила так много своей энергии на восстановление Ли Гоуцзы, так что теперь пришло время собирать урожай. Ли Гоуцзы был в сознании и мог говорить, так что было вполне естественно отправить его к Фан Юну и Бай Ицяо. Нин Шу сказала владельцу телеги с осликом адрес и попросила его доставить Ли Гоуцзы прямо к двери Фан Юна. Когда Ли Гоуцзы очнулся он был рад обнаружить себя живым. Но потом он услышал, как доктор ему сказал, что он останется инвалидом до конца жизни. Бесплодным инвалидом. У него больше не было нижней половины и теперь он был словно евнух. Из-за гвоздей, которые впивались в его плоть, чтобы предотвратить воспаление, доктору пришлось просто отрезать его нижний орган. Ли Гоуцзы был крайне подавлен. В душе он до смерти ненавидел эту суку, Бай Ицяо. Когда его подняли, чтобы куда-то перенести, Ли Гоуцзы тут же в ужасе спросил: - Куда вы меня несёте? Ли Гоуцзы ненавидел Бай Ицяо, но он также немного побаивался её. То чувство, когда в его плоть вонзались гвозди, было ужасающим. Теперь, когда он был изранен, если Бай Ицяо поймает его, то он точно умрёт. Когда он вылечится, он точно заставит Бай Ицяо заплатить. - Куда вы меня несёте? - спросил Ли Гоуцзы дрожащим от страха голосом. Ли Гоуцзы был трусливым. Хоть он и хотел отомстить Бай Ицяо, он всё равно считал, что его жизнь важнее. Ли Гоуцзы отнесли в телегу, запряжённую осликом, стоящую у двери. Его руки и ноги привязали, чтобы Ли Гоуцзы не двигался. Телега неспешно поехала в сторону деревни. Нин Шу увидела это и тоже поспешила назад. Всё же, она долгое время планировала всё это и пришло время, когда всё раскроется. Нин Шу вернулась в деревню раньше телеги с осликом, а потом стала ждать, когда эта телега приедет ко двору Фан Юна. Ли Гоуцзы был привязан к телеге. Глядя на дорожный пейзаж, он узнал, что это дорога обратно в деревню. Когда он вернётся в деревню, Бай Ицяо его точно убьёт. Он теперь покрыт ранами и просто не сможет сбежать. Чем ближе становился вход в деревню, тем сильнее билось сердце Ли Гоуцзы. Наконец, когда они приехали к дверям дома Фан Юна, телега с осликом остановилась, и возница с телеги постучал в ворота. Фан Юн открыл дверь, и возница с телеги сказал ему: - Я привёз вашего человека. Ли Гоуцзы повернул голову и увидел Фан Юна. Он так перепугался, что у него чуть сердце не выскочило из груди. Фан Юн глянул на Ли Гоуцзы и в его взгляде появилось удивление. Он сказал: - Его дом дальше, в конце деревни. Бай Ицяо подошла и спросила: - Фан Юн, кто там? Когда краем глаза заметила человека на телеге, она присмотрелась, а потом тут же застыла на месте, и вся кровь отхлынула от её лица. Бай Ицяо пошатнулась и тупо уставилась на Ли Гоуцзы, лежащего на телеге. Она шокировано спросила: - Что ты тут делаешь? Сердце Бай Ицяо бешено колотилось. Её словно стукнули палкой по голове, отчего у неё в глазах потемнело. Она чуть не потеряла сознание. Ли Гоуцзы увидел Бай Ицяо и его глаза тут же покраснели. Он вспомнил о том, как Бай Ицяо избивала его. Теперь он больше не мог забавляться с женщинами. Он больше даже не мог считаться мужчиной. - Фан Юн, мне нехорошо. Пойдём в дом. Бай Ицяо взяла Фан Юна за руку и потащила вглубь двора. Она хотела закрыть дверь. - Ась? Разве не вы просили доставить его сюда? Возница телеги был немного озадачен. ---------- Меня Таким Сделала Одна Ядовитая Женщина - Фан Юн, что происходит? К дому подошли несколько человек. С тех пор, как Фан Юн поймал и убил тигра, люди время от времени приходили к его дому, чтобы посмотреть на шкуру тигра, пенис тигра и прочее. Теперь, когда несколько человек собрались у дома, они увидели Ли Гоуцзы, распластанного по телеге. Они спросили у него: - Ли Гоуцзы, что ты такого натворил, отчего тебя избили до такого состояния? - Меня таким сделала одна ядовитая женщина, - сквозь зубы ответил Ли Гоуцзы. Зеваки начали смеяться и говорить: - Ли Гоуцзы, разве тебя не шантажировала женщина с улицы красных фонарей? Может, у тебя не осталось денег на проституток, вот тебя и побили? Лицо Ли Гоуцзы задрожало, а его глаза с ненавистью уставились на Бай Ицяо. Бай Ицяо избежала взгляда Ли Гоуцзы и сказала Фан Юну: - Солнце так жжёт, что у меня живот разболелся. Фан Юн, пойдём в дом, не обращай на него внимания. Бай Ицяо запаниковала и начала толкать Фан Юна в дом. Она выглядела невероятно напуганной. - Что с тобой случилось? - тут же обеспокоенно спросил Фан Юн. - У меня ужасно болит голова. Пойдём в дом. Не разговаривай с таким человеком. В голосе Бай Ицяо были напряжение и страх, которые она не могла подавить. Количество зевак росло, и семья Чэнь тоже присоединилась к толпе. Нин Шу лишь молча наблюдала. Она спокойно присоединилась к толпе зевак. Ли Гоуцзы лежал на телеге и не мог пошевелиться. Однако, он мог винить в этом лишь себя. Ли Гоуцзы был таким жалким, но никто ему не симпатизировал. Было ясно видно, как плохо ему удавалось быть приличным человеком, раз его ненавидели все жители деревни. Гадство! До этого Ли Гоуцзы боялся, но теперь, при виде такого количества врагов, кровь хлынула ему в голову. Особенно при виде Бай Ицяо, которая выглядела нежной и слабой, и вспомнив, как жестоко она с ним обошлась, Ли Гоуцзы неконтролируемо зарычал: - Бай Ицяо, ах ты, сука! Ты посмела покалечить меня?! Бесстыдная сука! Столкнувшись с обвинением Ли Гоуцзы, Бай Ицяо задрожала. Её лицо стало бледным, но она заставила себя успокоиться, отчего её лицо немного перекосилось. Ей стоило вырезать язык Ли Гоуцзы, чтобы он больше никогда не мог говорить. Почему Ли Гоуцзы появился тут? Кто его спас? Страх, паника и гнев едва не разрывали сердце Бай Ицяо. Она даже хотела в этот момент потерять сознание. Фан Юн встал перед Бай Ицяо с холодным выражением лица и обратился к Ли Гоуцзы ледяным голосом: - Ли Гоуцзы, следи за тем, что ты говоришь. Если будешь пороть всякую чушь, то я не буду с тобой вежлив. Ли Гоуцзы усмехнулся и холодно сказал, глядя на множество собравшихся вокруг людей: - Раны не моём теле — это всё дело рук твоей хорошей и добропорядочной жены. Она гвоздями дырявила моё тело, злобная сука! Ли Гоуцзы повернулся к вознице телеги. - Брат, помоги мне расстегнуть одежду. - Я помогу. Множество "добрых" людей протянули руки, чтобы раздеть Ли Гоуцзы. Когда полы одежды распахнулись, все увидели тело Ли Гоуцзы, испещрённое маленькими дырочками. Погода была жаркая и все раны воспалились. Они покрылись белым гноем. Теперь они излучали дурной запах и зеваки тут же отступили на пару шагов. Фан Юн сильно нахмурил свои красивые брови. - Ли Гоуцзы, почему ты обвиняешь в этом Ицяо? Она же женщина. Как она смогла бы справиться с таким крупным мужчиной, как ты? Ицяо нет причин делать этого с тобой. Если ты сейчас не объяснишь всё, то я переломаю тебе ноги, - яростно сказал Фан Юн. На лице Бай Ицяо не было ни кровинки, когда она слабо сказала Фан Юну: - Фан Юн, не слушай его чепуху. Говорить с такими людьми — это пустая трата времени. Я себя нехорошо чувствую. Пойдём в дом. Фан Юн взял Бай Ицяо за руку и сказал: - С этим вопросом нужно разобраться. Я не могу позволить людям клеветать на тебя подобным образом. Если этот вопрос не прояснить, то это плохо скажется на твоей репутации. Я не хочу, чтобы на тебя все указывали пальцами. И я не хочу, чтобы наш ребёнок родился с плохой репутацией. ---------- Она Дала Мне Деньги, Чтобы Я Переспал с Ней Фан Юн хотел всё прояснить ради Бай Ицяо. Эта эпоха была сурова по отношению к женщинам. К тому же, он делал это и ради ребёнка. Чтобы никто не указывал на него пальцем, и не говорил, какая у него мать. И Фан Юн никогда бы не позволил другим людям издеваться над Бай Ицяо. Его жена была не тем, над кем мог насмехаться любой случайный прохожий. - Не бойся. Я же тут. Он не посмеет тебе ничего сделать, - сказал Фан Юн, успокаивая Бай Ицяо. Бай Ицяо вся дрожала. Через её тело прошёл болезненный спазм, и сказала: - Честному человеку не нужно оправдываться. И не важно, что говорят другие. Ли Гоуцзы увидел, что Бай Ицяо запаниковала, и тут же со злорадством сказал: - В каком месте ты честная, Бай Ицяо. Не надо притворяться. Ты просто боишься, что раскроется твоя измена. Ты хотела убить и замучить меня, потому что боишься раскрытия твоих любовных похождений. Бай Ицяо чуть не потеряла сознание, когда увидела первый цветочек*. Фан Юн был достаточно быстрым, чтобы подхватить Бай Ицяо. Фан Юн не поверил словам Ли Гоуцзы. - Если ты посмеешь и дальше нести такую брехню и чушь, то я тебя убью, даже если мне придётся сражаться за свою жизнь. Ли Гоуцзы был очень счастлив, когда увидел, как лицо Бай Ицяо перекосилось от страха. В тот раз он был связан и ничего не мог сделать этой сучке. А теперь настала её очередь. - Она дала мне деньги, чтобы я переспал с ней. Она дала мне несколько сотен лян, - сказал Ли Гоуцзы. - А теперь она боится, что я её раскрою и хочет убить меня. - Это всё чушь, чушь... Бай Ицяо почувствовала странные взгляды окружающих их людей. Мужчины окинули её такими взглядами, что даже без слов было понятно, что они о ней думают. Бай Ицяо подобрала палку у подножия стены и ударила ею по голове Ли Гоуцзы. Ли Гоуцзы в ужасе закричал: - Помогите, она хочет убить меня, чтобы заткнуть. Многие люди, с восторгом наблюдавшие за всем этим, загородили Ли Гоуцзы, и Бай Ицяо больше не могла ничего сделать Ли Гоуцзы. Наглость Ли Гоуцзы только разрослась. - Это правда. Бай Ицяо правда давала мне деньги, чтобы я встречался с ней. Она говорила, что Фан Юн её не удовлетворяет. Ли Гоуцзы открыл рот, чтобы сказать чушь. Так как он лишился своего нижнего органа, он презирал Бай Ицяо и Фан Юна. Нин Шу: →_→ Главный мужчина совсем негодный? Разве у него не должен быть настолько большой прибор и бесконечная выносливость, что женщины просто сходят с ума? Разве без возможности удовлетворять женщин в постели, он вообще достоин быть главным мужчиной?! Однако Бай Ицяо была осквернена Ли Гоуцзы и это факт. Этого Бай Ицяо отрицать не могла. Лицо Фан Юна было таким мрачным, что уже не могло стать мрачнее. Он чувствовал, как множество людей, собравшихся вокруг него, смотрят на его нижнюю половину. Бай Ицяо была так зла, что её тело тряслось. Она в тревоге закричала: - Ли Гоуцзы, я тебя убью! Я покрошу тебя в фарш! Выражение лица Фан Юна было безразличным, а голос тихим, но полный угрозы: - Тебе придётся заплатить за всю ту чушь, что ты несёшь. Даже у чуши должна быть какая-то мера. Ицяо дала тебе несколько сотен лян? Откуда у неё такие деньги. - Ого, а ты точно её муж? Разве ты не знаешь, что она — хозяйка "Благоприятного Места"? "Благоприятное Место" зарабатывает много денег. Эти несколько сотен лян для неё — мелочи. Ли Гоуцзы рассмеялся, а потом сразу же заскрежетал зубами, когда потянул рану на своём теле. Он тут же выругался сквозь стиснутые зубы, а его лицо уродливо перекосилось. Фан Юн застыл на мгновение. Его шея задеревенела, когда он повернул голову, чтобы посмотреть на Бай Ицяо. Бай Ицяо бросила палку, которую держала в руке, и потянулась, чтобы подёргать Фан Юна за рукав. Она начала взволнованно объясняться: - Я не хозяйка "Благоприятного Места". У меня там всего лишь небольшая доля. Несколько лян серебра в месяц. Ты же это знаешь, ах. Не слушай чушь, которую несёт Ли Гоуцзы. Он просто хочет нас шантажировать. ---------- А у Тебя есть Доказательства? На последних словах, голос Бай Ицяо уже звучал умоляюще. Фан Юн неохотно изогнул уголки рта, повернулся к Ли Гоуцзы и яростно сказал: - Не пытайся портить отношения между нами, мужем и женой. У Ицяо есть доля в "Благоприятном Месте" и я это знаю. Рот Ли Гоуцзы дёрнулся. - Несколько лян серебра? Она дала мне несколько сотен лян и даже глазом не моргнула. "Благоприятное Место" открыто меньше года, а она уже могла дать мне так много денег. Фан Юн плотно стиснул губы, отчего его лицо стало немного пугающим и устрашающим. - А у тебя есть какие-нибудь доказательства, что Ицяо давала тебе деньги? И что у тебя было так много денег. - Я взял в долг несколько сотен лян у ростовщиков, а Бай Ицяо помогла мне выплатить долг. Если не веришь мне, то можешь спросить у ростовщиков. Кстати говоря, у меня всё ещё валяются дома расписки о долге. Ли Гоуцзы обнажил свои зубы и улыбнулся. Его рот был полон жёлтых зубов, поэтому, хоть он и улыбался, но его выражение лица было довольно горьким и обиженным. - О, кстати, у Бай Ицяо есть родинка на груди. - Ах... Бай Ицяо прикрыла рот, и её стало тошнить. Она со слезами на глазах зашипела на Ли Гоуцзы: - Ты несёшь чушь. Ты несёшь чушь! После этого Бай Ицяо заплакала и стала умолять Фан Юна: - Фан Юн, не верь ему. Наверняка, он следил за мной в душе и увидел родинку. Не верь ему. Выражение лица Фан Юна стало неописуемым. Он открыл рот, но не смог вымолвить ни слова. - У неё есть родинка не только на груди, но ещё и на внутренней стороне бедра. На правой ноге. Ли Гоцузы зловеще рассмеялся. Когда Бай Ицяо услышала это, она очень рассердилась. У неё закружилась голова, но она взяла себя в руки. Обведя взглядом толпу собравшихся зевак, она увидела презрительные взгляды, направленные на неё. Бай Ицяо увидела и Нин Шу в толпе. Хоть её выражение лица и было простым, Бай Ицяо показалось, что она насмехается над ней. Смеётся над тем фактом, что она вот-вот потеряет Фан Юна. - Кто это сделал? Кто приказал тебе подставить меня? - завопила Бай Ицяо на Ли Гоуцзы. Потом Бай Ицяо указала на Нин Шу и прокричала: - Это наверняка ты, Чэнь Эрмэй. Это точно ты. Ты презираешь меня за то, что я рассказала о женьшене. Поэтому ты подговорила такого гнилого человека, как Ли Гоуцзы, чтобы оклеветать меня. Нин Шу была ошеломлена, когда внезапно указали на неё. - А ко мне это какое имеет отношение? Она была всего лишь зевакой, так почему же Бай Ицяо снова накинулась на неё. Нин Шу была недовольна, поэтому она сказала в ответ: - У тебя явно интрижка с Ли Гоуцзы, но ты решила перекинуть вину на меня. В прошлый раз Ли Гоуцзы пришёл к тебе домой явно потому, что у тебя была с ним договорённость. Но ты настойчиво говорила, что это у меня была назначена встреча с Ли Гоуцзы. Ты даже сказала, что я и Ли Гоуцзы любим друг друга. Что я тебе такого плохого сделала, что ты решила очернить мою репутацию? - Бай Ицяо, тебе не стоит пытаться перекинуть всё на мою сестру только чтобы отвлечь внимание толпы, - Чэнь Ли встал перед Нин Шу, загораживая её. - Не думай, что над нашей семьёй Чэнь так легко издеваться. Бай Ицяо была в ужасе и не знала, что делать. Она могла лишь снова и снова умолять Фан Юна. - Фан Юн, поверь мне, я правда невиновна. Я невиновна. Выражение лица Фан Юна было одеревеневшим, и он стоял, словно идиот, не двигаясь с места. Ли Гоуцзы кашлянул, чтобы привлечь внимание толпы, после чего безжалостно сказал: - Я ничего не делал с Чэнь Эрмэй, я лишь спал с Бай Ицяо. - Заткнись! Я тебя убью! Бай Ицяо накинулась на Ли Гоуцзы. Она с силой ударила его по лицу, отчего он закричал от боли. Женщины из толпы подошли и оттащили Бай Ицяо. Раны на теле Ли Гоуцзы, которые ему оставила Бай Ицяо, открылись и начали кровоточить. Дыры, которые были пробиты гвоздями на его животе, снова начали болеть. Единственная причина, почему Ли Гоуцзы мог говорить, это было лишь благодаря энергии Нин Шу, которая восстановила его тело. Однако теперь, после безжалостных ударов Бай Ицяо, состояние его тело ухудшилось. __________________________________________________________________ Примечание: * В оригинале используется часть пословицы, которая в полном объёме звучит так: один цветок весны не делает, весна приходит, когда распускаются все цветы. В данном случае, можно интерпретировать это в совокупности с нашей пословицей: "это ещё цветочки, а ягодки впереди" ---------- У Бай Ицяо Случился Выкидыш Раны Ли Гоуцзы резко обострились. Отверстия от гвоздей на животе снова начали кровоточить, и Ли Гоуцзы стошнило кровью. Ли Гоуцзы выглядел невероятно ужасающим. Когда он открыл рот, из него полилась чёрная кровь. Его лицо уже стало мертвецки серым. Глаза Ли Гоуцзы округлились, и он уставился убийственным взглядом на Бай Ицяо. - Это она дала мне деньги... - Ли Гоуцзы кашлянул кровью, - чтобы я опорочил Чэнь... Чэнь Эрмэй. Она сказала, что отдаст мне Чэнь Эрмэй... и она станет моей женой. После этих слово Ли Гоуцзы начало ещё интенсивнее тошнить кровью, вперемешку со сгустками крови. Его лицо стало совсем зелёным, а кровь в его животе пузырилась, словно родник. При виде этой сцены, собравшиеся вокруг люди, ненавидевшие Ли Гоуцзы, невольно отвели свои взгляды. Нынешний Ли Гоуцзы был просто слишком жалким. Ли Гоуцзы хотел открыть рот, чтобы позвать на помощь, но изо рта полилось ещё больше крови. На последнем издыхании Ли Гоуцзы ещё два раза обильно стошнило кровью. Потом его тело пару раз дёрнулось, и он умер. Когда Бай Ицяо услышала слова Ли Гоуцзы, она некоторое время пребывала в замешательстве. Потом её разум опустел и она рухнула на землю. Бай Ицяо упала на землю и её платье начало постепенно пропитываться кровью. У Бай Ицяо случился выкидыш. - Ицяо. Фан Юн выглядел так, словно он в замешательстве и находится в затруднительном положении. На его лице сменялись различные эмоции. Бай Ицяо лежала на земле и кровь всё больше и больше пропитывала её платье. - Фан Юн, - мать Фан Юна постучала своей тростью и закричала на Фан Юна:- Занеси Ицяо в дом. Столкнувшись с такой ситуацией, мать Фан Юна сумела сохранить спокойствие. Фан Юн наконец-то пришёл в себя, подобрал лежащую на земле Бай Ицяо. Он отнёс её в дом и уже собрался звать доктора, когда прозвенел гонг и послышался стук барабанов. Только тогда люди отреагировали. Сегодня как раз тот день, когда правительство собиралось прийти собрать зерно. - Итак, вы все собрались тут. Несите продукты и деньги с каждой семьи. В этот раз в деревню пришли несколько судебных приставов и правительственных чиновников. Собравшиеся люди тут же разошлись по домам, чтобы собрать деньги и еду. У некоторых людей не было ни денег, ни еды, поэтому они продавали своих детей правительству. Повсюду слышался плач детей. Нин Шу посмотрела по сторонам и сочла это зрелище действительно жалким. Династия действительно строится на страданиях обычных людей. Она и так подумала, что это абсурдно, когда люди стали отдавать своих детей. Но ещё более абсурдно было то, что правительство действительно принимало детей в качестве оплаты. Родители отдали идентификационные карточки своих детей правительству. Вы что, продаёте их в рабство? Жертвуя одного или двух детей, они обеспечивали выживание всей семьи. Проданные дети были в ужасе. Они плакали и кричали, но их родители уходили, не оглядываясь. Неужели императорский двор уже настолько прогнил, что в открытую покупает людей? Они ведь потом продадут этих детей на рынке рабов! Правительство никогда не упустит возможности нажиться, а из-за необходимости обеспечивать солдат, так и вообще прочёсывали всех мелкой гребёнкой. Фан Юн хотел сходить найти доктора для Бай Ицяо, но его остановил судебный пристав. Судебный пристав сказал Фан Юну: - Я слышал, что ты убил тигра. Его шкура всё ещё у тебя? Начальник округа уже стареет и у него мёрзнут ноги. Ему нужна эта шкура, чтобы накрывать их. Лицо Фан Юна на мгновение стало яростным. Нин Шу была неподалёку и услышала это. Она чуть не лишилась дара речи. Похоже, что судебный пристав даже не особо задумывался над оправданием. Этим летом и так убийственная жара, зачем ещё и шкура для того, чтобы накрыть ноги? Он явно хотел просто забрать тигровую шкуру Фан Юна. Теперь Фан Юн был героем, убившим тигра. Он был известен во всех соседних регионах. Даже люди из правительства округа жаждали заполучить шкуру этого тигра. ---------- Хотят Забрать Его Шкуру Тигра Фан Юн только что получил самый сильный удар в своей жизни. Его жена изменяла ему, и даже ребёнок в её животе может быть не от него. Фан Юн был умным человеком. Он задумался об аномальном поведении Бай Ицяо за всё это время. Она явно не была рада беременности. Сложив это со словами Ли Гоуцзы, Фан Юн не мог не прийти к определённым выводам. Теперь у Фан Юна на душе было огромное негодование, которое ему некуда было выпустить. К сожалению, так уж вышло, служебные приставы были жадными и ненасытными. Всего десять дней назад он отдал им семьдесят лян, а теперь ещё хотят забрать его шкуру тигра. Тигровая шкура была безупречной и стоила как минимум тысячу лян. Тигров не так много, и не каждый человек может с ними сразиться. Фан Юн почувствовал, как кровяное давление ударило ему в голову. Он плотно сжал кулаки. - Чего ты на меня так смотришь? Ты должен почитать начальника округа, как своих родителей. Так что скорее отдавай мне тигриную шкуру. Судебный пристав был немного напуган взглядом Фан Юна. Но всё равно считал, что раз он представитель окружного двора, то эта деревенская дрянь не посмеет его оскорбить. Судебный пристав тут же приосанился, требуя от Фан Юна тигриную шкуру. Фан Юн громко сказал: - Этот простой житель деревни намерен отдать эту тигриную шкуру своей матери. - Эй, ты ещё смеешь возражать? - глаза магистрата округлились. - Веришь или нет, но я расскажу начальнику округа о твоём неуважении. Судебный пристав чувствовал поддержку двора и начальника округа, поэтому храбро сказал Фан Юну: - Будь покорным и отдай тигриную шкуру, а иначе мы заставим тебя заплатить за это. Судебные приставы округа, разоряли семьи, Судебные приставы префектуры уничтожали семьи! В древние времена, поскольку местные чиновники имели право решать гражданские дела, устанавливать налоги, проводить суды и давать образование, если им казалось, что какие-то люди, находящиеся под их управлением, становятся им неприятны, чиновники могли посадить этих людей в тюрьму, или даже уничтожить всю семью. Они не оставляли людям никакой возможности для выживания. Не каждый простолюдин мог отправиться в столицу, чтобы предъявить жалобу императорскому двору. К тому же, нынешняя бюрократия была коррумпированной, мир был в хаосе, повсюду возникали восстания. Кому будет дело до какого-то простого крестьянина? И поэтому магистрат теперь угрожал Фан Юну, чтобы тот понял, с кем связался. Фан Юн сжал кулаки и посмотрел на униженных жителей деревни, которые пытались угодить этим ублюдкам. Затем он глянул на перепуганных и плачущих детей. Он подумал о том, что дома лежит предавшая его жена. Фан Юн не смог подавить негодования, накопившегося у него на душе. Он холодно сказал: - А что, если я не отдам? - Ну ладно. С меня хватит. Судебный пристав достал саблю, висящую у него на поясе, и замахнулся на Фан Юна. Фан Юн легко увернулся и выхватил саблю у судебного пристава. С саблей в руке, Фан Юн почувствовал, как в глубине души закипает неконтролируемая враждебность. Он поднял руку и одним взмахом перерезал горло чиновника. Из шеи судебного пристава хлынула кровь. Перед смертью, выражение его лица стало шокированным и напуганным. Он схватился за горло, выпучил глаза и рухнул на землю. Шумиха привлекла внимание нескольких других правительственных чиновников, которые достали своё оружие и окружили Фан Юна. То, что Фан Юн убил судебного пристава, повергнув жителей деревни в панику. Они думали, что теперь, из-за Фан Юна, вся деревня будет причастна к этому преступлению. Деревенский староста закричал Фан Юну: - Фан Юн, брось оружие. Нин Шу лишь молча наблюдала. Сейчас Фан Юн вставал на путь противостояния императорскому двору. Он присоединится к армии повстанцев, а потом вознесётся к величию. Такова судьба Фан Юна. Фан Юн проигнорировал старосту и только крепче сжал саблю, с лезвия которого на землю капала кровь. Его выражение лица было мрачным и полным убийственного намерения. Он поднял саблю и бросился в сторону чиновников. Фан Юн был охотником, поэтому был ловким. Более того, он даже немного знал кунг-фу. Его нельзя было сравнивать с этими бесполезными людьми, которые только и умели, что есть и напиваться. Фан Юн был безжалостен. Он убил всех бюрократов, включая секретаря начальника округа. Он не пощадил никого из тех, кто приехал собирать налоги. Лицо Фан Юна было запятнано кровью, когда он сказал перепуганным детям: - Идите домой. Дети разбежались. Все жители деревни были в панике и выглядели напуганными. Староста закричал на Фан Юна: - Что ты наделал? Как ты посмел убить чиновников? Как только правительство узнает об этом, вся наша деревня пострадает. Фан Юн вытер кровь с клинка и спокойно сказал: - Я возьму всю вину на себя. Даже если бы передо мной сейчас был сам начальник округа, я всё равно убил бы его, как всех остальных. Нынешний императорский двор лучше сместить. Они не дают нам жить. Я лучше предпочту сделать всё, что в моих силах, чем сидеть тут и ждать смерти. ---------- Ребёнка Уже Не Спасти Фан Юн убил всех судебных приставов, а когда успокоился его взвинченный разум, он вспомнил о лежащей без сознания Бай Ицяо. Подумав о Бай Ицяо, на лице Фан Юна появилось выражение затруднения, после чего он отправился на поиски доктора. Когда Фан Юн вернулся домой, лицо Бай Ицяо было невероятно бледным, а кровь, вытекшая из её нижней половины, пропитала всю постель. Никто не вскипятил немного горячей воды, чтобы обмыть её. Мать Фан Юна сидела у постели. Её зрение почти совсем пропало, поэтому нельзя было рассчитывать на то, что она всё сделает. Когда она смутно разглядела вернувшегося Фан Юна, она спросила: - Ты нашёл доктора? Доктор проверил пульс лежащей без сознания Бай Ицяо, покачал головой и сказал: - Ребёнка уже не спасти. Выражение лица Фан Юна было спокойным. Он вполне ожидал этого. Было пролито столько крови, так что ребёнка точно не получилось бы сохранить. Доктор выписал какое-то лекарство и ушёл. Перед уходом он сказал: - Слишком большая потеря крови повредила телу. В будущем ей будет трудно родить. Фан Юн поджал губы и ничего не сказал. В комнате остались только Фан Юн, его мать и лежащая без сознания Бай Ицяо. - Фан Юн, что ты будешь делать? - спросила мать Фан Юна. - Бай Ицяо... Фан Юн плотно сжал губы. Потом рассказал своей матери о том, что убил правительственных чиновников. Когда мать Фан Юна услышала об этом, она испуганно встала, но потом заставила себя успокоиться. - Матушка, я хочу присоединиться к армии повстанцев, - сказал Фан Юн. - Императорский двор вымогает из людей деньги, взимая непомерные налоги. Мир уже пребывает в хаосе, а сердца людей не различают чёрное и белое, правильное и неправильное. Такой императорский двор рано или поздно падёт. - Значит, ты хочешь присоединиться к армии повстанцев? - мать Фан Юна закрыла глаза. - Тогда иди. Собирай вещи и уходи сегодня же ночью. - Но матушка, если я уйду, а что будет с тобой? - сказал Фан Юн. Мать Фан Юна тихо ответила: - Я уже старая. Я прожила свою жизнь и мне осталось совсем немного. Все надежды семьи Фан только на тебя. Вздохнув, она добавила: - Эти люди не станут же ничего делать такой старой женщине, как я? Фан Юн не был из тех, кто будет стоять в стороне и смотреть, как умирает его мать. Если бы он не убил чиновников, то мог бы просто тайком сбежать, чтобы присоединиться к армии повстанцев. Но он убил судебных приставов, и правительство теперь точно его не пощадит. С его родственниками наверняка обойдутся бесчеловечно. - Матушка, давай уйдём вместе, - спокойно сказал Фан Юн. - Нам обоим нужно жить. У матери Фан Юна не было возражений. Её муж умер, поэтому ей оставалось только слушаться сына. Она спросила: - А что насчёт Бай Ицяо? Фан Юн посмотрел на Бай Ицяо с затруднением во взгляде. - Мне и раньше казалось, что она специально навязывается мне. Но я и не предполагал, что она живёт со мной настолько неискренне. Даже ребёнок в её животе не от меня. Она многое скрывала от меня. Значит, в глубине души она вообще не считала меня своим мужем, - безразлично сказал Фан Юн. - Она не сможет вынести страданий изгнания из-за меня. Я разведусь с ней, и между нами больше ничего не будет. Фан Юн закончил говорить и протяжно вздохнул, после чего пошёл собирать вещи, чтобы покинуть деревню. Когда Фан Юн собирал вещи, он нашёл спрятанную в шкафу шкатулку. В ней было несколько серебряных купюр. Фан Юн лишь самоуничижительно ухмыльнулся и убрал шкатулку на место. ---------- Не Должна Касаться Холодных Вещей Когда Бай Ицяо очнулась, она почувствовала, как у неё болит живот, словно в нём вращали ножом, но на лице Бай Ицяо было лишь облегчение. После всего того хаоса, ребёнок, который был в её животе, наверняка умер. Бай Ицяо почувствовала сухость во рту и ей захотелось пить, но рядом никого не было. Потом она услышала скрип двери, и кто-то вошёл в комнату. Бай Ицяо тут же изменила выражение лица. Её глаза были красными, словно из них были готовы потечь слёзы. На это было больно смотреть. Фан Юн вошёл и увидел жалобное выражение лица Бай Ицяо. - Фан Юн, - Бай Ицяо позвала своего мужа хриплым голосом. - Мне так хочется пить. Можешь налить мне воды? Фан Юн поджал губы, взял стоящий на столе чайник и налил воды в кружку. Вот только эта вода уже была холодной. Бай Ицяо сделала глоток, и её лицо помрачнело. Бай Ицяо в прошлой жизни была наложницей и у неё тоже случался выкидыш. Естественно, она знала, что после выкидыша, она не должна касаться холодных вещей. Но сейчас Фан Юн налил ей кружку холодной воды. Бай Ицяо почувствовала что её нижняя половина была липкой. Приподняв одеяло, чтобы посмотреть, она увидела, что её платье пропитано кровью. Её всё ещё не переодели? У Бай Ицяо возникло дурное предчувствие. С характером Фан Юна, он непременно относился бы к ней тепло. Он бы наверняка позаботился он ней. Но теперь он был безразличным и равнодушным. Должно быть, он поверил словам Ли Гоуцзы. Бай Ицяо пошевелилась, и из её нижней половины стала просачиваться неприятная жидкость. Эта влажная и тёплая жидкость покрыла её бёдра. Лицо Бай Ицяо стало ещё бледнее. Она протянула руку, чтобы подёргать Фан Юна за рукав и сказала: - Фан Юн, не злись. Я правда тебя не предавала. Фан Юн дал Бай Ицяо документ о разводе. Глаза Бай Ицяо задрожали. Она взяла документ о разводе и взволнованно сказала: - Фан Юн, не будь таким. Ты должен верить мне. Неужели ты предпочёл поверить этому мерзавцу, Ли Гоуцзы, чем мне? Я же твоя жена. Ты должен верить мне! При виде документа о разводе, Бай Ицяо почувствовала лишь, что всё: репутация, муж и будущие слава и богатство, теперь ускользали от неё. И какой тогда был смысл в перерождении? Фан Юн был величайшей целью для Бай Ицяо с тех пор, как она переродилась. Она пыталась поддерживать свои отношения с Фан Юном. Фан Юн был достойным человеком. Не говоря уже о том, что в будущем Фан Юн вознесётся до великих высот. Он был ответственным и заботливым мужем. В глазах женщины он был человеком, достойным того, чтобы доверить ему свою жизнь. Фан Юн сказал: - Я убил чиновников. Скоро императорский двор объявит на меня охоту. Если ты останешься со мной, то тоже будешь к этому причастна. Давай просто разойдёмся тобой, чтобы ты могла прожить свою жизнь в мире и спокойствии. Бай Ицяо застыла на мгновение, когда услышала, что Фан Юн убил чиновников. Но ей было всё равно на то, что он сотворил. Она сказала: - Я не боюсь трудностей. Фан Юн, не бросай меня. Она знала, что Фан Юн в будущем добьётся большого успеха. Убийство чиновников было мелочью. Теперь ему наверняка придётся присоединиться к армии повстанцев. Бай Ицяо сказала Фан Юну: - В шкатулке в шкафу есть немного денег. Возьми их. Глядя на такую Бай Ицяо, Фан Юн почувствовал себя немного бессильным и сказал: - Я не терплю предательства. Фан Юн мог смириться со многими вещами. Но он не мог стерпеть того, что Бай Ицяо предала его и того, что она делала втайне. Ли Гоуцзы сказал, что Бай Ицяо заплатила ему за порчу невинности других людей. Фан Юн никак не мог понять, почему Бай Ицяо хотела разобраться с Чэнь Эрмэй. Он чувствовал, что у неё сильная враждебность к Чэнь Эрмэй, но он не мог понять, откуда она взялась. Бай Ицяо расплакалась и сказала: - Фан Юн, я тебя правда не предавала. Ты должен верить мне. Бай Ицяо снова и снова повторяла, что Фан Юн должен верить ей. Фан Юн потёр брови и сказал: - Тебе нужно отдохнуть, как следует. - Раз ты так говоришь, значит, ты веришь мне. Фан Юн, спасибо. Бай Ицяо разрыдалась и улыбнулась. - Я лишь хочу провести с тобой счастливую жизнь. Как я могла связаться с кем-то вроде Ли Гоуцзы? Фан Юн ничего не сказал в ответ. Посреди ночи Фан Юн оставил документ о разводе на столе возле Бай Ицяо, взял свою мать и ушёл. ---------- В Доме Было Тихо На следующее утро, когда Бай Ицяо проснулась, в доме было тихо. Не было слышно никаких движений. С трудом повернувшись, она увидела документ о разводе на столе. На душе у Бай Ицяо возникло дурное предчувствие. Она с трудом поднялась с постели. Низ её живота подёргивало болью при каждом движении. Бай Ицяо прижала руку к животу, выбралась из постели. Она и подошла к столу, чтобы взять лежащую там бумагу. Это был тот самый документ о разводе, который Фан Юн давал ей этой ночью, а потом убрал. Она подумала, что Фан Юн передумал, но теперь документ снова появился. Бай Ицяо открыла шкаф. Вся одежда Фан Юна пропала. Бай Ицяо в панике открыла дверь и закричала: - Фан Юн, Фан Юн... Бай Ицяо обыскала каждую комнату, но не смогла найти Фан Юна. Даже матери Фан Юна не было. Бай Ицяо ошеломлённо осела на пол, прикрыла рот рукой и расплакалась. - Вот этот дом. Это дом предателя Фан Юна. Снаружи послышались голоса людей, после чего в дверь начали ломиться. Ворота двора были беспощадно выбиты, после чего в дом забежали больше десятка судебных приставов в униформе правительственных чиновников. Когда они увидели Бай Ицяо, сидящую на полу, они спросили: - Куда делся Фан Юн? Бай Ицяо сжимала в руках документ о разводе. Когда услышала вопрос, её выражение лица стало озадаченным: - Куда он делся? Бай Ицяо была зла, напугана и в растерянности. Она так много вложила в Фан Юна, но Фан Юн просто оставил ей документ о разводе и исчез. - Обыскать, — приказал чиновник. Более десяти судебных приставов начали обыскивать дом и, в итоге, нашли сотни лян в шкатулке Бай Ицяо. Все судебные приставы преисполнились энтузиазма от такой находки. Они не ожидали такого урожая от этой поездки. Бай Ицяо чувствовала себя лишь обескураженной. Она ни о чём не думала и её ничего не заботило. Даже то, что серебряные купюры забрали, никак не повлияло на её одеревеневшее выражение лица. Она думала о том, как много сделала для Фан Юна, но Фан Юн оказался безжалостным и достаточно жестоким, чтобы оставить ей только документ о разводе и исчезнуть. Это было даже ещё болезненнее, чем если бы Фан Юн ругал и избивал её. Правительственные чиновники забрали серебряные купюры, и их начальник сказал: - Она тоже член семьи предателя. Арестовать её. Два правительственных чиновника без малейшей жалости схватили Бай Ицяо. Затем судебные приставы созвали жителей деревни и зачитали им указ начальника округа. Основной сутью было то, что правительственные чиновники были убиты в деревне, а староста и все жители деревни позволили предателю Фан Юну совершить эти убийства. Неуважение к начальникам - это серьёзное преступление, поэтому жители деревни должны быть использованы в качестве примера. В каждой семье будут призваны все, кто старше 14 лет и моложе 50. Вне зависимости от того, мужчины это или женщины. Они все будут отправлены на ремонт дамбы. В стране было немало мест, где случился большой потоп и размыло берега. Когда Нин Шу услышала новости она была озадачена. Фан Юн сбежал вместе со своей матерью. Когда он убивал чиновников, он говорил так храбро и по-героически, заявляя, что возьмёт всю ответственность на себя. В итоге, он просто сбежал. Из каждой семьи забирали по два человека. В семье Чэнь было всего четыре человека. Если эти двое, которых заберут, будут отец Чэнь и Чэнь Ли, тогда в семье останутся только две женщины: Нин Шу и матушка Ли. Нин Шу не ожидала, что начальник округа так разозлится, что вся деревня будет страдать. Обычно в семьях призывали только мужчин. Но теперь стали призывать и мужчин, и женщин. Да ещё и забирают по двое. К тому же, места потопа далеко отсюда. Что произойдёт по пути ещё неизвестно. И хотя те люди, которых заберут, окажутся не в такой опасности, как пребывание на войне, но их всё равно невыносимые трудности. Их кровь и слёзы уйдут на строительство домов и дорог. Их кости потом похоронят, как мусор. Судебные приставы сказали, что придут через два дня, чтобы забрать призывников, после чего увели Бай Ицяо. Когда они прибыли к начальнику округа, Бай Ицяо была посажена в тюрьму. В этой тюрьме было очень грязно, а обстановка была очень скудной. У Бай Ицяо недавно был выкидыш, и её тело было ослабшим, поэтому, в таких обстоятельствах, она моментально заболела. Когда Вэнь Юй узнал об этом, он заплатил за то, чтобы Бай Ицяо выпустили из тюрьмы. Когда он увидел исхудавшее лицо Бай Ицяо, он спросил: - Что с тобой случилось? Бай Ицяо обняла Вэнь Юя и расплакалась. - Фан Юн развёлся со мной. Вэнь Юй невольно поднял брови, после чего погладил Бай Ицяо по спине и нежно утешил её: - Это потому, что он не смог разглядеть, насколько ты хорошая. ---------- Её Усилия Были Потрачены Впустую Вэнь Юй прислал несколько служанок, чтобы они позаботились о Бай Ицяо, но Бай Ицяо всё время была подавленной и расстроенной. Бай Ицяо оплакивала свою судьбу. Почему, даже после перерождения, она не смогла изменить свою судьбу? В конце концов произошло именно то, чего так боялась Бай Ицяо. Неужели она была обречена потерять Фан Юна? Даже переродивишись, ей всё равно было суждено уступить дорогу Чэнь Эрмэй? Почему? Это было слишком несправедливо. Ни одна женщина не отдаст добровольно своего мужа другой женщине. Вэнь Юй практически не отходил от Бай Ицяо, молчаливо заботясь о ней. Но Бай Ицяо была погружена в свою собственную печаль. Она никак не могла принять того, что её усилия были потрачены впустую. Бай Ицяо была слишком погружена в себя, чтобы обращать внимание на других людей. ______________________________________________________________________ А в деревне, после того, как всем сказали, что они будут завербованы, в семья Чэнь возникла трудная ситуация. - Что же нам делать? Отец Чэнь словно мгновенно постарел на десять лет. Матушка Ли ничего не говорила и лишь молча вытирала слёзы. - Раз это призыв, тогда я должен пойти, - сказал Чэнь Ли. Нин Шу мысленно вздохнула. После того, как она так долго выполняла задание, её впервые в жизни призывают в армию. - Тогда я пойду с братом, - сказала Нин Шу. У неё уже был план в голове. - Обоих наших детей забирают, - внезапно взывала матушка Ли. Лицо отца Чэнь задрожало, а его глаза покраснели. Он стиснул зубы, но ничего не сказал. - Матушка, сшей мне два комплекта мужской одежды. Мне будет неудобно ходить в юбке, - сказала Нин Шу, обращаясь к матушке Ли. Матушка Ли вытерла слёзы, взяла иголку, нить и ткань, чтобы сделать одежду дня Нин Шу. Ей даже не нужно было измерять фигуру Нин Шу. - Это всё слишком поспешно. Если бы я знала заранее, то сшила бы для вас по паре обуви. Матушка Ли вдела нить в иголку и продолжила лить слёзы. Отец Чэнь закусил губы и сказал: - Я пойду с Чэнь Эрмэй. Пусть Чэнь Ли останется дома. Чэнь Ли ещё не продолжил наследие семьи Чэнь. Нин Шу: … В такую хаотичную эпоху даже взрослые не могут сохранить себя. Что уж говорить о выживании хрупкого ребёнка? Это была просто необъяснимая одержимость вопросом семейного наследования. - Ты ведь уже старый, ты даже не дойдёшь до плотины. Ты умрёшь от изнеможения ещё по пути. Куда ты собрался идти? - пожаловалась плачущая матушка Ли. Чэнь Ли встал. - Я не могу этого допустить. Так что пойду я. Нин Шу начала собирать вещи. Она собрала все лекарства, которые запасла и завернула их. Также она взяла свой кинжал, способный резать железо словно масло. Раз она не сможет этого избежать, то почему бы и нет... Нин Шу посмотрела на Чэнь Ли. Возможно, заодно стоит взять и Чэнь Ли в армию повстанцев. Пусть семья Чэнь поднимется. Нин Шу незаметно влила духовную энергию в тело Чэнь Ли. Эта духовная энергия сможет постепенно изменить тело Чэнь Ли. У него улучшатся слух и зрение, а его тело станет чуть более ловким. Нин Шу сказала Чэнь Ли: - Брат, у меня есть тайная книга по боевым искусствам. Хочешь научиться им? Чэнь Ли: →_→ - Эрмэй, хватит дурачиться, - сказал Чэнь Ли. - Ах, вот если бы я ушёл в армию. Он не мог просто сражаться, если ему хотелось сражаться. Сперва ему нужно было пройти через армейский призыв. Но в этой ситуации они могли лишь отправиться заниматься тяжёлой работой. Нин Шу хотела передать ему метод культивации, поэтому она соврала: - Я спасла в городе одного воина, и он поделился со мной этой секретной техникой. ---------- Хочешь Тоже Начать Культивировать? Чэнь Ли не верил ни в какие тайные боевые искусства. Вместо этого он сказал Нин Шу: - Я тебя защищу. Поняв, что Чэнь Ли ей не верит, Нин Шу мобилизовала энергию в своём теле и взошла на забор, с которого совершила кувырок. Она двигалась с лёгкостью и ловкостью. - Эрмэй, - Чэнь Ли открыл калитку и в шоке посмотрел на Нин Шу. - Как ты это сделала? - Разве я тебе не сказала, что культивировала по книге боевых искусств, которую мне дал воин. Хочешь тоже начать культивировать? Нин Шу стряхнула пыль с ладоней. - Да, хочу... Нин Шу рассказала Чэнь Ли, о Непревзойдённых Боевых Искусствах, а потом объяснила, как нужно культивировать. Матушка Ли всю ночь шила одежду для Нин Шу и Чэнь Ли. Она всё время плакала пока шила. Отец Чэнь, тоже не мог всю ночь уснуть. Он не переставая курил трубку. В доме стало так дымно, что невозможно было ничего разглядеть. Два дня спустя, Нин Шу надела одежду, сшитую для неё матушкой Ли, и которая была неожиданно подходящей ей по размеру. Вместо юбки она подвязала штаны. Матушка Ли причесала волосы Нин Шу в мужскую причёску. Нин Шу сняла пуссеты в виде чайных стеблей. Затем она взяла котомку. В котомке были сухие продукты, подготовленные матушкой Ли для неё и Чэнь Ли. Это были ломтики запеканки из белой муки. Семья из четырёх человек пришла ко входу в деревню. Там уже было много народу из окружного правительства. Они записывали призывников. Все семьи были переполнены печалью и скорбью. В этот раз они не знали, когда вернутся призывники, и вернутся ли вообще. Заразившись этой атмосферой, матушка Ли тоже обняла Нин Шу и Чэнь Ли. Она неконтролируемо рыдала. Нин Шу погладила матушку Ли по спине и утешила её: - Матушка, не волнуйся, мы с братом обязательно вернёмся к вам живыми. - Дети мои. Матушка Ли обняла Нин Шу и Чэнь Ли, и отказывалась их отпускать. Отец Чэнь оттащил матушку Ли, закусив губы. Поперхнувшись, он сказал Нин Шу: - Проследи, чтобы твой брат выжил. Нин Шу кивнула. - Я знаю. В душе Нин Шу не было негодования. В эту эпоху женщины были не так важны, как мужчины. Пол дня ушло на подсчёт людей. Затем правительство отправило отряд офицеров и солдат, чтобы сопроводить людей до пункта назначения. Нин Шу оглядывалась на вход в деревню, который становился всё дальше и дальше. Она не знала, какая её ждёт судьба. Она бы предпочла жить собакой в спокойном мире, чем человеком в мире, раздираемом войной. Чэнь Ли увидел, что Нин Шу опустила голову и решил, что она испугалась, поэтому поспешил её утешить: - Эрмэй, не бойся. Твой брат тут. Так что ты будешь в безопасности. Нин Шу улыбнулась и сменила тему. - Как проходит твоя культивация? - Моё тело ощущается таким вялым и онемевшим. А ещё быстрее хочется есть, - сказал Чэнь Ли. Это потому, что клетки поглощают энергию. - Чего это вы там болтаете? А ну, быстрее. Солдат взял кнут и хлестнул кого-то. Поведение офицеров и солдат было очень ужасным. Они не колебались использовать кнут при любой возможности. В толпе было много старых людей. Когда удар кнута попадал по ним, они уже не могли подняться. Однако офицеры и солдаты лишь хлестали стариков ещё сильнее. Чэнь Ли несколько раз порывался вступиться за них, но его останавливала Нин Шу. Она качала головой, как бы говоря Чэнь Ли, что ещё не время. Они ещё только вышли на дорогу. Хоть у людей и были обиды на солдат, но они всё равно терпели. Простые люди — самые терпимые. Если у них есть еда и одежда, их терпимость просто потрясающая. Пока они не достигнут своего предела прочности, они будут всё терпеть. ---------- Она Непременно Вернёт Им Долг Со временем, солдаты становились всё смелее и наглее. Они издевались над людьми по малейшему поводу. По сути, они не давали людям отдыхать. Они постоянно подгоняли их. Если кто-то не поспевал за всеми, то его безжалостно избивали до тех пор, пока этот кто-то не будет покрыт ранами. Погода стояла жаркая, а сопровождение рабочих тоже тяжёлая работа. Солдаты предпочли бы сидеть в казармах, а не заниматься этой тяжёлой работой. Офицеры и солдаты вымещали свой гнев на людях. Они замахивались кнутом при любой возможности. Даже не отстающей Нин Шу досталось несколько ударов кнутом. При виде того, что Нин Шу тоже досталось, Чэнь Ли собирался возмутиться и полезть в драку, но Нин Шу его остановила. Ей досталось всего несколько ударов. В будущем, она непременно вернёт им долг. Некоторые люди не могли этого вынести и пытались сбежать, но их всех поймали. Их привязывали к лошади и тащили по земле, пока они не умирали. И всё же эти офицеры и солдаты горделиво хохотали от восторга, запугивая идущих в толпе простых людей. Чэнь Ли был очень зол. Нин Шу видела, как несколько раз его кулаки сжимались и разжимались, словно он хотел кого-нибудь убить. Нин Шу примерно высчитала место, где находится плотина и когда нужно будет ударить. Она не собиралась строить никаких плотин. Неизвестно, сколько они уже прошли, но обувь Нин Шу уже стёрлась. Среди идущих крестьян начали появляться беспокойные люди, но эти офицеры и солдаты были аномально нервными. Каждый день им нужно было кормить и поить так много народу, да ещё и ходить вместе с ними, когда им нужно было в туалет. Постепенно, солдаты начали фокусироваться на женщинах, идущих в толпе. Они хотели использовать этих женщин, чтобы выместить накопившиеся эмоции. Когда стало темно, офицеры и солдаты разбили лагерь, а крестьянам оставалось лишь кормить комаров. Нин Шу использовала заранее заготовленное средство, поэтому комары её не кусали. - Младший братец, спаси меня... - послышался скорбный женский голос. Нин Шу повернула голову и увидела, как два солдата тащат женщину. Её брат ещё даже не считался взрослым. Его лицо было искажено ужасом и страхом, когда он стал звать свою сестру. Чэнь Ли резко встал. В этот раз Нин Шу не стала его останавливать. Судя по дням, они уже шли полмесяца и были далеко от дома. По дороге она видела много беженцев, а значит, явно были недалеко от пункта назначения. Так много беженцев умирали от голода, однако, вместо того, чтобы дать этим беженцам работу и еду, правительство приводило людей за тысячи километров, чтобы они занимались ремонтом плотины. Неужели у людей нет мозгов, или они думают, что им от этого будет какая-то выгода? Нин Шу потянула Чэнь Ли за руку, и он тут же сказал: - Сестра, я больше не могу с этим мириться. Они же хотят изнасиловать эту женщину. А что, если в следующий раз наступит твоя очередь? Нин Шу слабо улыбнулась. - Надо убить их всех. А ещё подговорить народ, чтобы они помогли убить всех этих офицеров и солдат. Чэнь Ли был ошарашен. - Сестра. Он хотел лишь проучить этих офицеров и солдат, но он не ожидал, что его сестра окажется ещё более безжалостной, чем он. Нин Шу протянула Чэнь Ли кинжал и сказала: - Брат, если мы не окажем сопротивление, то все умрём. Мы не выживем, когда доберёмся до плотины. Когда мы убьём этих солдат, мы пойдём и присоединимся к армии повстанцев. Мы уже давно в пути, и хотя шли медленно, предположительно, мы уже в сотнях километров от дома. В древние времена скорость передачи информации была очень плохой. Даже если по дороге что-то случится, то об этом не скоро узнают. С одной стороны люди будут думать, что солдаты уже дошли до плотины, а на плотине будут думать, что они ещё в пути. Так что, пока они в промежутке, это самое лучшее время дать отпор. К тому же, простые люди ничего не стоят. Их всегда можно призвать ещё. - Сестра, я... На загорелом лице Чэнь Ли появилась борьба, а его щёки задрожали. Чэнь Ли изрядно вспотел. Если он действительно это сделает, то его ждёт неизвестное будущее. Он явно сейчас шёл по краю обрыва. - Разве ты не хотел сражаться на войне? - спросила Нин Шу. Чэнь Ли напрягся, словно тетива, натянутая до предела. Он тихо сказал: - Но это же восстание. Нин Шу сказала: - Нынешний императорский двор словно дерево, выгрызенное изнутри термитами. Что бы двор ни пытался сделать, ему не избежать судьбы уничтожения. Сейчас всё находится в хаосе, поэтому пришло время устроить переворот и создать новый порядок. ---------- Просто Пользуешься Возможностью Чэнь Ли был настоящим человеком древней эпохи. Он до самых костей пропитался обычаями и традициями древней эпохи. Он жил в обществе, где император был богом. Поэтому в глубине души, он не смел восставать против него. Даже если солдаты и превышали полномочия, он хотел лишь преподать им урок. Чэнь Ли действительно не посмел бы по настоящему начать восстание. Нин Шу, которая прожила во множестве миров, мыслила иначе. Исторические перемены — это нормально. Новая жизнь должна заменить уставшую, а традиции будут меняться с каждым поколением. Это правило небес и цикл перерождения. - Брат, ты просто пользуешься возможностью. Это не имеет никакого отношения к восстанию, - сказала Нин Шу. Чэнь Ли: →_→ Не пудри мне мозги. Пока Чэнь Ли мешкал, женщина, которую поймали офицеры и солдаты, устроила им тяжёлое время. Они разозлились из-за её яростного сопротивления. Один из них достал саблю и вонзил ей в живот, после чего пинком сбил на землю. Женщина схватилась за живот и упала на землю. Сквозь её пальцы потекла кровь. - Сестра, сестра… - её младший брат подбежал к ней. – Сестра, не бросай меня. Мне страшно, сестра… Офицеры и солдаты жестоко рассмеялись. Они перестали обращать внимание на умирающую женщину на земле. Распалённые своими же желаниями, они потащили за собой другую женщину, угрожая ей: - Обслужи нас, как полагается. А иначе ты знаешь, что с тобой случится. Женщина была так напугана, что её лицо лишилось цвета. Она запаниковала и умоляла окружающих её людей: - Помогите мне! Нин Шу сделала несколько шагов в сторону офицеров и солдат. Когда они увидели Нин Шу, они тут же начали похотливо поглаживать свои бороды и улыбаться. - Что такое? Хочешь обслужить своих господ вместо неё? Нин Шу слабо улыбнулась и пнула офицера в промежность. Мужчина издал странный гортанный звук, а потом его глаза закатились. Он упал на землю с пеной изо рта. Тело офицера дёрнулось пару раз, после чего он умер от боли. Чэнь Ли: … Окружающие люди на мгновение застыли, а потом остальные офицеры и солдаты пришли в себя. Теперь они были действительно в ярости. - Какая наглость! Ты решила восстать? Чэнь Ли поднял руку с зажатым в ней сияющим кинжалом и крикнул: - Слушайте меня. Все эти безжалостные чиновники считают нас лишь за животных. Они убивают нас как им вздумается. Боюсь, что мы вообще не дойдём до плотины, потому что они всех нас перебьют. Неужели вы хотите умереть вот так? Хотите увидеть, как ваши женщины будут обесчещены этими животными? - Да как ты посмел. Офицер достал саблю, чтобы убить Чэнь Ли. Тот неуклюже увернулся от атаки, а потом провёл кинжалом по шее офицера. Из шеи хлынула кровь. Лицо Чэнь Ли побледнело. Однако, с кровью на руках, в его душе возникло новое чувство. Чэнь Ли громко сказал: - Они тоже люди. Их тоже можно убить. - Вы отплатите мне за сестру, - крикнул младший брат убитой женщины, бросаясь на офицеров солдат. Суматоха в толпе уже больше не была под контролем офицеров и солдат. Слишком много эмоций накопилось в душах идущих людей. Они уже чувствовали себя так, словно сдерживают в своей груди вулкан. Даже хорошо обученные солдаты могут взбунтовать, не говоря уже о людях с менталитетом слепого подчинения. Как только кто-то оказал сопротивление, остальные последовали за ними. Плюс на душе у них накопилось негодование, поэтому они развернули полномасштабную битву со своими похитителями, офицерами и солдатам. В итоге, группа невооружённых людей действительно убила более 20 офицеров и солдат. Нин Шу лишь наблюдала за всем со стороны. Когда все выпустили пар, Нин Шу сказала: - Похороните их. Мы идём на север. В том направлении была армия повстанцев. Несмотря на то, что она двигалась со скоростью улитки, в изначальной истории они всё равно пробились через ворота дворца. Только сейчас, когда люди успокоились, они поняли, что натворили. Они все сильно перепугались. Чэнь Ли сказал: - Мы присоединимся к армии повстанцев. Мы не можем вернуться обратно. Если мы вернёмся обратно, то лишь втянем наши семьи в неприятности. ---------- Нам Действительно Нужно Вступать в Армию Повстанцев? Толпа народу не знала, что делать, поэтому, когда они увидели, что кто-то вышел вперёд и принял решение, хоть они и были в ужасе и замешательстве, они могли лишь принять свою судьбу. Совместными усилиями, толпа крестьян закопала офицеров и солдат. Нин Шу присыпала землёй кровь. Небо было темным. Все сидели на земле, а на их лицах были выражения страха и волнения. Кто-то даже тихо плакал. Чэнь Ли вытер кровь с кинжала и вернул его Нин Шу. - Где ты его взяла? - Я его купила. У меня ничего не было для самозащиты, когда я ездила в город, поэтому я купила его, - объяснила Нин Шу. – Брат, может, оставишь его себе? Чэнь Ли покачал головой. - У меня теперь есть солдатская сабля. Чэнь Ли собрал сабли всех офицеров и солдат, после чего распределил их сухие пайки между крестьянами. Разобравшись со всем этим, Чэнь Ли сел рядом с Нин Шу. Он поджал губы и спросил: - Сестра, а нам действительно нужно вступать в армию повстанцев? Нин Шу подняла бровь: - А разве брат может сам прокормить так много людей? Чэнь Ли не смог ничего сказать в ответ. Он застыл с беспомощным выражением лица. Нин Шу подразумевала, что приведя этих людей на встречу с армией повстанцев, у брата и сестры будет больше преимущества. Некоторые вещи неизменны. Лидер армии повстанцев будет будущим императором. Даже Фан Юн, главный мужчина, не станет императором. Впрочем, нельзя исключать проблему в виде низкого происхождения Фан Юна. С простыми мозгами Чэнь Ли, он, конечно же, не понимал связанных со всем этим трудностей. Попытки прокормить такую кучу людей могут заставить Чэнь Ли плакать горькими слезами. В армии повстанцев будет полно других людей, которые уже побеспокоились о таких вещах. На следующий день Нин Шу и Чэнь Ли повели отряд на север. По пути они не нападали ни на какие окружные управы. Всё же, у их отряда не было какой-либо боевой силы. Когда кто-то в отряде заболевал, Нин Шу доставала лекарства, которые приготовила заранее. Когда они проходили через город, Нин Шу достала немного серебра, которое ей дал отец Чэнь, и купила трав. В такие смутные времена еда и травы всегда в недостатке, стоят очень дорого и не потом всегда могут быть в продаже. Нин Шу не хватало денег, и она ходила по домам крупных семей, чтобы продавать свою оздоровительную маску для лица. Чэнь Ли хотел грабить богатых, чтобы помогать бедным. Но Нин Шу покачала головой. Если они поднимут на уши чиновников, тогда всему отряду грозит лишь одно - смерть. Они и без того уже подозрительная группа людей. У Чэнь Ли не оставалось иного выбора, кроме как отвести нескольких крепких мужчин из их группы, чтобы взяться за предлагаемые тяжёлые работы. Нин Шу: … Блять, почему все её задания такие тяжёлые?! Чэнь Эрмэй вышла замуж за Фан Юна и успешно сбежала. А Нин Шу приходится спасаться таким способом. И вот таким образом, группа крестьян каким-то образом смогла поддерживать себя на протяжении этого путешествия. Хоть это и было утомительно, но, по крайней мере, никто их не мучил по пути, так что это было сносно. Вскоре, Нин Шу увидела флаг повстанцев. Хоть флаг и был потрёпанным, но развевался на ветру не опадая, излучая неописуемую ауру. - Вот мы и пришли, - радостно сказала Нин Шу. Чэнь Ли тяжело выдохнул. Можно сказать, что этот период его жизни был для него самым пугающим. От человека, который только и знает, как следовать за своим отцом на поля, он изменился до человека, который вынужден беспокоится о благополучии целого отряда и разрешать различные неожиданные проблемы в этом отряде. Если отряд уставал, то ему даже приходилось подбадривать их, действуя в качестве психологического советника. Если бы не его младшая сестра, которая была с ним рядом, Чэнь Ли ни за что не управился с этими людьми. Когда они наконец-то добрались до своего пункта назначения, Чэнь Ли сразу понял смысл слов сестры. Как только они присоединятся к армии повстанцев, ему больше не придётся беспокоиться о подобных раздражающих вещах. Он будет отвечать лишь за битвы на линии фронта и осады городов. Нин Шу и Чэнь Ли сели на спины двух единственных лошадей, которые не были проданы. Нин Шу стряхнула с себя пыль, повернула голову к отряду и сказала: - Приведите себя в порядок. Теперь, когда мы здесь, наша судьба может измениться навсегда. Все начали приводить в порядок свою одежду и причёсываться. Выпятив грудь, они были готовы принять свою будущую судьбу. Но даже так они не могли скрыть страх и волнение на своих лицах. Если бы они могли выбирать, никто бы не стал жить такой жизнью с неопределённым будущим. ---------- У Нас Достаточно Большой Аргумент Всю дорогу они плелись, как нищие, и вот, наконец-то, добрались до пункта назначения. Это была заброшенная деревня, в которой временно жили повстанцы. Вход украшали два флага, свободно развевающихся на ветру. Они ошеломительно сияли под палящим солнцем. Эта деревня находилась недалеко от города. Поэтому, при любой возможности, они могли атаковать город. Чэнь Ли нервно спросил: - Сестра, а они нас примут? - Да, примут. Чем больше тут людей, тем больше у них будет возможностей. Не волнуйся. У нас достаточно большой аргумент. Восстание зависит от количества людей и их морального духа. Небольшими группами не добиться ничего значительного. - Вы кто такие? – крикнул им кто-то со стороны входа в деревню. Чэнь Ли приветственно сложил руки и крикнул: - Мы – беженцы. Мы убили офицеров и солдат правительства, которые конвоировали нас. Мы пришли просить помощи у генерала. Лидер армии повстанцев был рождён в военное семье. Его семья была подставлена и убита коррумпированными чиновниками как раз перед тем, как начались стихийные бедствия. Поэтому, подпитываемый своим гневом и желанием отомстить, он воспользовался возможностью, чтобы собрать вокруг себя людей и восстать против императорского двора. - Ждите здесь. Мужчина убежал вглубь деревни. Нин Шу натянула поводья своей лошади и уставилась на вход в деревню. Вся группа вела себя тихо, а атмосфера была в некоторой степени серьёзной. Лишь иногда слышалось фырканье лошадей. Лицо Чэнь Ли было покрыто каплями пота. Его щёки дрожали, и он неровно дышал. Он явно сильно нервничал. Вскоре, из деревни кто-то вышел, и их было несколько человек. Нин Шу прищурилась и сказала Чэнь Ли: - Брат, слезай с коня. Пойдём, посмотрим. Чэнь Ли обратился к стоящим позади них людям. - Ждите здесь, ребята. Эрмэй и я подойдём к ним первыми. Затем, Нин Шу и Чэнь Ли подошли к вышедшей им навстречу группе. Когда две стороны встретились, Чэнь Ли так нервничал, что забыл, как ходить. Бедняга двигал руками и ногами одной стороны. Когда он повернул голову, то увидел безмятежное выражение на лице своей сестры. Он мог лишь сделать глубокий вдох, чтобы успокоить себя. Чэнь Ли не понимал, как его сестра может быть такой спокойной и собранной. Что бы она ни делала, у неё это получалось без усилий, в то время как он всегда был очень взволнован. Нин Шу приветственно сложила руки в сторону лидера группы, и Чэнь Ли поспешил последовать её примеру. - Приветствую вас, генерал Лю, - сказала Нин Шу. Генерал Лю, лидер армии повстанцев, с некоторым любопытством поинтересовался у неё: - Откуда ты знаешь, что у меня фамилия Лю? - Да кто же во всём мире не знает вас? – Нин Шу не упустила возможности польстить мужчине. Генерал Лю с улыбкой покачал головой и сказал: - Это приятно слышать. Боюсь только, что остальные зовут меня предателем. Он был красивым. Так как он родился в семье генералов и командиров, его тело было крепким. Однако сейчас он был одет в грубую льняную одежду и соломенные туфли, отчего совсем не выглядел, как верховный командир армии. Нин Шу покачала головой. Что не так с его внешним видом? Иногда, если перестараться с образом, то можно получить противоположный эффект. Он хотел показать, что страдает так же, как и народ? Конечно же, Нин Шу не стала ничего говорить. - Генерал Лю, это мой старший брат Чэнь Ли. Мой брат и эта скромная девушка привели вам этот отряд, - Нин Шу представила Чэнь Ли генералу Лю. Чэнь Ли поспешно сложил руки в приветствии. - Этот скромный человек приветствует генерала Лю. - Хорошо, хорошо…- генерал Лю лучезарно улыбнулся. – Раз вы пришли сюда, то вы теперь часть семьи. Чувствуйте себя, как дома. Давайте работать вместе, чтобы выжить в эти смутные времена. - Да. Нин Шу наблюдала со стороны за тем, как на лице генерала Лю появилось некоторое затруднение и беспокойная улыбка. Очевидно, ему приходилось беспокоиться о пропитании и средствах к существованию. ---------- Выдели Место Им Для Проживания - Эрмэй, я пойду и сообщу остальным? – спросил Чэнь Ли у Нин Шу, которая в ответ согласно кивнула. Генерал Лю поднял бровь и с намёком в голосе спросил: - Так это ты лидер этой группы? Нин Шу покачала головой. - Я лишь купаюсь в свете славы моего брата. Генерал Лю только улыбнулся в ответ и ничего не сказал. Потом он повернул голову к человеку, стоящему рядом с ним, и приказал: - Выдели место им для проживания. - Да, генерал, - с уважением ответил охранник генерала Лю. Нин Шу и Чэнь Ли отвели группу людей в деревню. В деревне были мужчины и женщины, старые и молодые. Это всё были члены семей солдат. В случае крайней необходимости, они также могли взять в руки оружие и воевать. В смутные времена, возможность оставаться со своей семьёй – это уже роскошь. А возможностей прокормить свою семью и того меньше. Впрочем, у этой палки было два конца. Членов семей можно использовать в качестве заложников, и они также могут сделать солдат более решительными. В конце концов, генерал родился в военной семье. Он легко мог понять, что у людей на уме. Охранник привел Нин Шу к месту их проживания. Чэнь Ли хотел подойти к охраннику, чтобы договориться о лучших условиях, но Нин Шу потянула его за подол одежды. Чэнь Ли повернул голову, чтобы взглянуть на Нин Шу. Она покачала ему головой, и Чэнь Ли передумал говорить. Охранник глянул на Нин Шу и сказал: - Вы будете жить здесь. Это был ряд довольно потрёпанных домов. Повсюду валялся мусор. Нин Шу даже учуяла запах туалета. Повсюду была грязь. По всей видимости, маленькие дети какали просто на землю. Чэнь Ли нахмурился и хотел спросить у охранника, есть ли место получше. В глубине души Чэнь Ли был недоволен. Они прошли такой путь, чтобы вступить в армию. У входа в деревню им сказали, что они теперь семья, но им всё равно дали такое место для проживания. Чэнь Ли уже собрался открыть рот, когда Нин Шу встала перед ним и сказала: - Спасибо, сэр. - Просто зови меня охранник Чжоу, - сказал охранник Чжоу. - Хорошо. Поблагодарите генерала от лица этой скромной девушки за то, что дали нам место, где можно жить, - сказала Нин Шу. Охранник Чжоу и Нин Шу обменялись вежливыми фразами, после чего он ушёл. Как только охранник ушёл, Чэнь Ли спросил: - Почему мы не могли попросить место получше? - Мы же только пришли. Какое право мы имеем просить место получше? У нас нет никаких заслуг. К тому же, нам могут не доверять и даже считать, что в нашем отряде есть шпион, - обеспокоенно сказала Нин Шу. - Мы же все бедные люди, среди нас нет шпиона, - возразил Чэнь Ли. Нин Шу осмотрелась по сторонам и безразлично сказала: - Но с какой стати им доверять нам? Нин Шу повернулась к группе крестьян. - Приберитесь тут. В дальнейшем мы будем жить тут. Наше будущее ещё неопределённое. Может, нас ждёт слава и богатство. Может, мы будем похоронены на поле боя. Если кто-то хочет уйти прямо сейчас, я не буду их останавливать. В отряде было около двухсот человек. Они все стали переглядываться и перешёптываться, но никто не ушёл. После убийства солдат они стали врагами императорского двора. А те, кто уйдёт без еды долго не протянут. - Хорошо, что никто не уходит. А теперь приберитесь в домах, - сказала Нин Шу. Толпа разошлась заниматься делами. Нин Шу тоже взяла тяпку и начала копать яму, чтобы закопать фекалии, которые привлекали сюда мух. Нин Шу взяла обеззараживающий порошок и рассыпала его в каждой комнате. Чэнь Ли присматривал за тем, как люди занимаются своими делами. Нин Шу сказала ему: - Я пойду осмотрюсь. - Хорошо. Будь осторожна. Возьми с собой кинжал, - сказал Чэнь Ли. Нин Шу просто кивнула. Затем она пошла осматривать ситуацию в армейском лагере. У людей не было никакой брони. Наоборот, все они были в грубой льняной одежде. У некоторых даже не было рубашек, что обнажало их загорелые руки. Когда солдаты не атаковали город, они лежали в домах или сидели в тени деревьев. Они совсем не были похожи на обычную армию. Но это можно было понять. Всё же, физические тренировки в армии требуют много энергии. Из-за засухи, еды не хватало даже просто, чтобы наесться, не говоря уже о физической тренировке. Однако, даже такой армией, которая была вооружена тяпками и серпами, без лошадей и без брони, они всё равно смогли победить регулярную армию императорского двора. Вот уж действительно это возможно только при помощи небес. Но это также показывало, в какой упадок пришёл императорский двор. ---------- Какое Совпадение Нин Шу внимательно осматривалась, думая о том, что генерал Лю действительно храбрый. Он кормит не только всех солдат, но ещё и пытается поддерживать их семьи. Нин Шу обернулась и увидела, как генерал Лю разговаривает с кем-то. Нин Шу наклонила голову и внезапно громко рассмеялась. Вот уж действительно судьба! Это был её знакомый, Фан Юн-сама! Фан Юн разговаривал с генералом Лю, когда почувствовал, как на него кто-то смотрит. Он огляделся по сторонам, а потом застыл, когда увидел знакомую фигуру. Генерал Лю проследил за его взглядом, повернул голову, увидел Нин Шу и с улыбкой сказал: - Она к нам сегодня присоединилась. Генерал Лю позвал Нин Шу: - Чэнь Эрмэй. Нин Шу подошла к ним и сложила руки в приветствии перед генералом Лю. - Генерал Лю. Затем она повернулась к Фан Юну и сказал: - Какое совпадение. Она не видела его некоторое время. Фан Юн и без того уже был умелым в боевых искусствах благодаря охоте в горах. А теперь убийственная аура Фан Юна стала ещё сильнее. Он явно был на поле боя и, вероятно, убил много людей. Фан Юн выглядел удивлённым, глядя на мужской наряд и причёску Нин Шу. Он спросил: - Почему ты тут? Нин Шу улыбнулась. - Ну, после того, как ты ушёл, правительственные чиновники пришли в деревню и призвали по два человека из каждой семьи. Потом, на полпути к плотине, мы убили солдат. И вот мы тут. Фан Юн на мгновение застыл на месте. - Я всё же навлёк на всех вас беду, да? Нин Шу кивнула. Тут нечего было добавить. - Вы, ребята, из одной деревни? – удивлённо спросил генерал Лю. – Вот это судьба. Ох, Нин Шу боялась, что это был больше злой рок. Нин Шу обменялась парой любезностей, после чего развернулась и ушла. Найдя свободного человека, она начала расспрашивать о Фан Юне. Фан Юн уже был тут хорошо известен. Он был хорош в боевых искусствах и стрельбе из лука. Под его командованием уже было несколько человек. Нин Шу поняла, что Фан Юн уже начал свой путь наверх. Нин Шу вернулась к тому месту, где они жили, и спросила Чэнь Ли: - Как насчёт того, чтобы обучить Непревзойдённым Боевым Искусствам других людей? Так мы дадим им чуть больше шансов на то, чтобы выжить на поле боя. После чего она тихим голосом добавила: - Брат, однажды эти люди могут быть под командованием нашей семьи Чэнь. Сердце Чэнь Ли дрогнуло, и он смутно почувствовал что-то непонятное. Он кивнул и сказал: - Я понял. Пойду обучать их. - Сфокусируйся на тренировке молодых и сильных ребят, - сказала Нин Шу. Нин Шу как раз собралась проверить, сколько у неё ещё осталось трав, когда к ней подошёл охранник Чжоу, который всегда был подле генерала Лю и сказал, что генерал её ищет. Нин Шу убрала свои вещи и последовала за охранником Чжоу к генералу Лю. Генерал Лю тоже жил в простом доме. Он читал книгу, когда увидел, что кто-то вошёл в его дом, и отложил книгу. Во избежание подозрений или слухов, генерал Лю не стал отсылать охранника Чжоу. Нин Шу сложила руки в приветствии и спросила: - Зачем достопочтенный генерал искал эту подчинённую? Нин Шу очень сознательно вела себя, как подчинённая. Генерал Лю сказал: - Через пять дней будет осада. Как насчёт того, чтобы вы тоже приняли в ней участие? Нин Шу со всей серьёзностью заявила: - Эта подчинённая понимает. Он собирался проверить их боевую эффективность. - Не нужно всё время быть такой серьёзной, - невольно рассмеялся генерал Лю. Но Нин Шу всё равно сохранила строгое выражение лица и позу. - Генерал – лидер армии. Мы не можем пренебрегать необходимыми правилами. А иначе, как генерал может повести за собой армию? ---------- Тогда, Я Буду Откровенной Генерал Лю прищурился и спросил: - Ты только пришла сюда. У тебя есть какие-нибудь предложения об этом месте? Нин Шу покачала головой. - Нет. - Не бойся. Если тебе есть что сказать, то просто скажи, – успокоил её генерал Лю. Нин Шу: →_→ - Тогда, я буду откровенной. Вы не разозлитесь, да? – спросила Нин Шу. - Просто говори, что хочешь сказать, - сказал генерал с напускным сердитым выражением лица. - В первую очередь… Нин Шу просканировала взглядом генерала Лю с головы до ног, и её взгляд остановился на соломенных сандалиях, которые были одеты на босу ногу. Из-за того, что женщина так прямо смотрит на его ноги, генерал Ли почувствовал себя немного неуютно. Он подтянул ноги и кашлянул, прерывая взгляд Нин Шу. - Это всё, что есть у генерала? Нет даже приличной пары обуви, чтобы прикрыть ноги? – спросила Нин Шу. - Да, у меня есть нечто получше, - с некоторым смущением сказал генерал Лю. – Но все ходят в сандалиях. Я не хотел особо выделяться среди них. Нин Шу не выразила никаких эмоций, но в глубине души ей хотелось сплюнуть. В итоге, этот мужчина всё равно привык делать всё по-военному. Любовь к солдатам, как к собственным детям делала из него хорошего генерала, но сейчас он был лидером армии. На него никто не давил сверху. Он должен создать образ превосходства в мыслях солдат, а не вот этот его нынешний образ. - Генерал, сейчас все следуют за вами и почитают вас, как своего кумира. Помимо желания сытно поесть, в глубине души у людей также есть некоторые амбиции. Они надеются выковать своё будущее, подарить своим жёнам титулы и смогут назначить своих сыновей наследниками. Они хотят посадить деревья, которые дадут тень их потомкам, но вы… - Нин Шу снова посмотрела на ноги генерала. – Если вы будете ходить вот так, то к чему тогда стремиться вашим подчинённым? Как вы можете показать своим подчинённым, что им есть к чему стремиться? У особых людей есть особые привилегии. Даже если вы будете есть мясо, а ваши подчинённые – отруби, никто не посмеет вам ничего сказать. Одежды генералов и лидеров сделаны не просто так. Это привилегия. Хоть он и будет легко выделяться на поле боя словно луч света, но также будет и маяком для собственных людей, зажигающим надежду в их сердцах. Какой социальный класс он будет представлять с соломенной обувью на босу ногу? Это же совсем не внушает чувство достоинства. Не нужно оскорблять себя вот так, когда он ходит среди толпы. Им просто всё равно, пока вы даёте им еду. Иногда простой народ не понимает тёплых чувств. Они не жадные. Им главное наесться досыта. Если кто их кормит, тот они признают его хозяином. Однако, если вы не сможете наполнить их желудки, они отвернутся и уйдут. И тогда бесполезно разыгрывать с ними всякие эмоциональные карты. Сначала нужно начать уважать статус, а потом уважать человека. Так было с самых древних времён. Также, как в их отряде, Нин Шу и Чэнь Ли могли ехать на лошадях, потому что они внесли наибольший вклад для отряда и поэтому заняли позицию лидера. Генерал задумался на некоторое время. Наконец, он сказал: - Этот генерал понял. Ты можешь идти. Нин Шу сложила руки в почтительном жесте. - Если эта подчинённая сказала что-то не то, прошу, простите меня, генерал. - Ничего страшного. Генерал Лю махнул рукой и позволил Нин Шу уйти. Нин Шу вернулась к своему месту размещения, оттащила Чэнь Ли в сторону и сказала: - Через пять дней генерал будет атаковать город. Мы тоже примем участие. - Так скоро? Чэнь Ли был ошеломлён. Нин Шу кивнула. Она немного волновалась, потому что у них не было никакого оружия и, похоже, генерал Лю не намеревался им ничего давать. Им придётся самим добывать себе оружие. Насколько бедной была эта армия? - Но они… Чэнь Ли указал на неумело культивирующих людей. Нин Шу тоже почувствовала волнение. Нин Шу подошла к ним и направила прядь энергии в каждого человека. После этого она вошла в дом и взяла нож. Чэнь Ли посмотрел на Нин Шу с кухонным ножом и спросил: - Что ты собираешься делать? Нин Шу ответила: - Мы не можем пойти в бой с голыми руками. Я должна сделать хоть какое-нибудь оружие. Нин Шу была ловкой, словно обезьянка. Она переходила от одного дерева к другому и срубала ветки, ни капли не вспотев. Когда Нин Шу решила, что набрала достаточно, она позвала женщин, чтобы они последовали её примеру и помогли ей выстрогать копья, заострённые на одном конце. К сожалению, металлических наконечников у них не было. - Подойдите все сюда, - позвала Нин Шу людей, находящихся под её управлением. – Теперь, каждый возьмите по палке и тренируйте колющие удары. На данный момент Нин Шу могла лишь работать с тем, что есть. Она изо всех сил старалась обеспечить сохранность жизни этой группы на поле боя. ---------- Почему Так Трудно Изменить Чью-то Жизнь? Нин Шу взяла деревянную палку и вонзила её в пугало, пронзая шею. Она сказала: - Не нужно никаких вычурных движений. Просто бейте в шею и глаза. Там находятся жизненно важные точки. Не нужно бить в грудь, она защищена грудной клеткой, и деревянная палка может там просто застрять. Нин Шу объясняла громко и чётко, а затем вложила палку в руку Чэнь Ли. Чэнь Ли взял палку с серьёзным выражением на лице. Он стиснул зубы, отчего его лицевые мускулы задрожали. Потом неистово вонзил палку в пугало. Нин Шу посмотрела на тренировку людей, а потом пошла в дом, чтобы подготовить травы. Они отправятся в бой, поэтому наверняка будут раненные. Тренировка продлилась весь день. Вечером им принесли ужин: грубые кукурузные лепёшки и пожелтевшие овощи. Лепёшки приходилось запивать холодной водой. Когда Нин Шу ела лепёшку, у неё чуть не поломались зубы. А когда она проглатывала кусок, то царапала горло, словно нож. Это было больно. Нин Шу поспешила запить водой, чтобы проглотить кусок лепёшки, застрявший в горле. Что это за жизнь такая? Почему так трудно изменить чью-то жизнь? После пары дней такой диеты, отряд стал проявлять недовольство. Они пришли жаловаться к Чэнь Ли. - Почему мы едим хуже всех? Мы слышали, что другие люди едят парные булочки. А некоторые - даже булочки с начинкой! Чэнь Ли не знал, что сказать, поэтому посмотрел на Нин Шу. Нин Шу спокойно объяснила: - У тех людей есть военные заслуги. Они ходили в бой и убивали врагов. За их спинами горы трупов и реки крови. Поэтому они едят хорошо. Нам повезло, что мы вообще можем что-то есть. Идите и воюйте. Если сможете выжить, то тоже будете есть, как они. Хоть отряд и испытывал негодование, они ничего не могли возразить. Они должны были пойти в атаку через пять дней, но, внезапно, на третий день был отдан приказ на общий сбор. Было сказано, что они пойдут атаковать город. На завтрак им выдали дополнительную кукурузную лепёшку. Похоже, что они хотели, чтобы все были сытыми. - Разве ты не говорила про пять дней? – спросил Чэнь Ли, нахмурившись. Нин Шу поджала губы. Она знала, что генерал Лю им не доверял. Он мог изменить время, и никто не смог бы его остановить. Чэнь Ли взял двух лошадей. Одну лошадь он передал Нин Шу, а сам вскочил на вторую. На его поясе была сабля, которую он прежде забрал у одного из солдат, которых они убили тогда. В другой руке была заострённая палка. Чэнь Ли выпрямил спину, словно он был готов предстать перед лицом смерти. Но Нин Шу видела, что Чэнь Ли очень нервничает. На тыльной стороне его руки, держащей палку, надулись вены, и это было явным признаком. Перед отправлением Нин Шу позволила команде привести себя в порядок. Они подтянули пояса, причесались, после чего отправились ко входу в деревню. В этот раз Нин Шу всё обсудила с Чэнь Ли, и они взяли с собой только сотню человек. Остальные были либо слишком молодыми, либо слишком старыми. Среди них также было несколько женщин. Нин Шу подъехала верхом на лошади ко входу в деревню. У входа собралось много народу. Нин Шу осмотрелась по сторонам и чуть не поперхнулась слюной. И вот так они собирались атаковать город? У некоторых были тяпки, у других вилы. Тут явно были одни лишь фермеры. Даже нервничающий Чэнь Ли, при виде этой сцены, немного растерялся и стал меньше нервничать. Он всегда думал, что его отряд вооружён хуже всего, но оказалось, что всё не так уж плохо. Хоть они и были вооружены палками, а на теле у них не было брони, но построение всё равно было хорошим. Нин Шу подвела лошадь ближе к генералу Лю и сложила руки в приветственном жесте. ---------- Разве Женщины Тоже Могут Воевать? В отличие от того, как генерал Лю выглядел раньше, сегодня он сиял словно алмаз. У него была серебряная броня, а красные завязки на шлеме сияли в солнечном свете, словно пылающий костёр. Он сбрил свою бороду и отмыл своё грязное лицо. Теперь было видно, что он рождён в военной семье. Его черты лица были правильными и героическими. Стоя на платформе, окружённый развевающимися флагами, он излучал величественную и благородную ауру. Взгляд Чэнь Ли наполнился уважением и восхищением. При виде такого генерала Лю у многих перехватило дыхание. Величественный образ проще создать, чем образ человека, близкого к народу. Не нужно утруждать себя притворством. Достаточно лишь устроить представление. Люди скорее примут такой образ. Нин Шу повернула голову и увидела несколько лидеров армии, сидящих на конях. Фан Юн тоже был на коне. Позади него стоял отряд солдат. Фан Юн повернул голову и глянул на Нин Шу и Чэнь Ли. Посмотрев на отряд позади Нин Шу, он увидел там многих знакомых. Они ведь все были из одной деревни. Фан Юн не ожидал, что эти брат и сестра приведут с собой жителей деревни. Они пришли уже со своим отрядом солдат, в отличие от него, которому пришлось взбираться на свою должность шаг за шагом. Фан Юн держал в одной руке поводья, а в другой – большой лук. Внезапно, он открыл рот и сказал: - Разве женщины тоже могут воевать? Чэнь Ли нахмурился. Он не думал, что первым, кто поставит их под сомнение, окажется их знакомый из деревни. Чэнь Ли ответил: - А почему женщины не могут воевать? Моя сестра не уступает мужчинам в отваге и силе. - Чэнь Ли, я лишь говорю, что мечи на поле боя не имеют глаз. Она – женщина, и ей небезопасно идти туда. Пусть лучше она останется в деревне и будет заниматься прочими делами в бараках, - сказал Фан Юн. – Я не хочу, чтобы в наших рядах была женщина. Она может стать рычагом давления на нас и поводом для насмешек. Когда Фан Юн сказал это, многие нахмурились. С древних времён, власть и поле битвы были местами сражений между мужчинами. Там не было места для женщин. Фан Юн лишь сказал то, что было на уме у большинства людей. Чэнь Ли чувствовал, что ему нужна поддержка сестры. Её разум был гораздо более гибким, чем его. К тому же, так как он впервые шёл на поле боя, ему не хватало уверенности. Чэнь Ли хотел сказать что-нибудь, когда Нин Шу открыла рот и заговорила: - Поднимать оружие и защищать страну – это амбиции и ответственность мужчины. Но в эти смутные времена, мы с тобой оба жертвы социальных переворотов. Так какая между нами разница? Может, это ты не увидишь света следующего дня, так какой смысл забивать себе этим голову? Нин Шу чуть не закатила глаза. Фан Юн прищурился и ничего не ответил, в то время как генерал Лю, стоящий на высокой платформе, сказал: - Выдвигаемся. Армия медленно направилась к воротам города, находящегося неподалёку. Нин Шу с остальными шла в конце. Добравшись до ворот, они увидели, что они заперты. На стенах стояли солдаты, поджидающие их в строгом построении. Слышался стук барабанов. Это был самый большой город в Дачжоу. Если повстанцы смогут пробиться в него, то у армии будет хорошее место для отдыха. Вся армия сможет получить припасы и продукты и это качественно повысит её уровень во всех аспектах. Нин Шу сильно нахмурилась. Атаковать город гораздо труднее, чем защищать его, а они были так бедны, что у них даже не было лестницы, чтобы атаковать город. До сих пор Нин Шу не знала, как эта армия, в итоге, одержала победу. Неужели, разница между их способностями и победой была заполнена человеческими жизнями? Нин Шу прищурилась и увидела лучников на стене, и даже катапульту. Её сердце начало колотиться. Генерал Лю стоял на потрёпанной колеснице. Рядом его сопровождал охранник Чжоу. Генерал Лю держал в руке флаг и размахивал им. Четыре отряда несли к воротам города огромный деревянный таран. Глаза Нин Шу широко распахнулись. Они действительно заполнили разницу человеческими жизнями. Прежде, чем эти отряды дошли до городских ворот, на них пролился дождь из стрел. Люди падали, но кто-то тут же вставал на их место, помогая тарану достичь городских ворот. В одном мгновение поле боя заполнилось стонами и криками павших солдат и свистом стрел. Генерал Лю приказал Нин Шу и Чэнь Ли занять места павших людей, несущих таран. Нести таран – это всё равно, что быть живой мишенью. У них не было надежды на выживание. В их первом же бою генерал Лю приказал им нести таран. ---------- Мы Должны Воспользоваться Моментом - Сестра… Чэнь Ли сильно нахмурился. Если всё так и будет, тогда их отряд может сегодня не вернуться. Нин Шу закусила губы. Если они не будут подчиняться прямому приказу, тогда не смогут упрочить своё положение в армии. Все великие подвиги построены на костях их товарищей и врагов. Фан Юн натягивал тетиву своего лука и выпускал стрелы. Его точность была очень высокой, поэтому с каждым выстрелом он убивал по лучнику на стене. Вероятно, у него была очень тугая тетива. Нин Шу отбилась кинжалом от стрел, летящих в неё. В отряде было уже много раненых, но, благодаря непревзойдённым боевым искусствам, лишь у совсем малого количества людей были опасные для жизни травмы. Деревянный таран с грохотом упал на землю. Нин Шу махнула рукой и больше десятка людей последовали за ней. Нин Шу схватила верёвку, поддерживающую таран, закинула её на плечи, мобилизовала свою внутреннюю энергию и, вместе с другими людьми, понесла таран к городским воротам. Люди, которые культивировали непревзойдённые боевые искусства, имели больше силы, чем обычные люди. Отряд Нин Шу шёл впереди, но был под большим давлением. Противники сконцентрировали свои атаки на них. Нин Шу видела, как её люди падают один за другим, и её сердце обливалось кровью. Внезапно, у неё возникло дурное предчувствие. Она повернула голову и увидела стрелу, летящую прямо в неё. Нин Шу держала в руке кинжал, готовая разрубить эту стрелу. Однако, внезапно, прилетела другая стрела и сбила летящую к ней стрелу. Нин Шу не стала ошеломлённо стоять на месте. Вместо этого она помчалась в сторону городских ворот изо всех сил. Она слышал звук пролетающих мимо её ушей стрел, и звук стрел, попадающих в чью-то плоть. Нин Шу плотно стиснула челюсти, мобилизовала всю энергию в своём теле. С её губ сорвался сдавленный стон, когда она понесла таран вперёд. Расстояние до ворот было словно безграничным океаном. Чэнь Ли уже был ранен, защищая её. - Генерал, похоже, что сегодня атаковать город будет довольно трудно, - сказал охранник Чжоу, обращаясь к генералу Лю. Генерал Лю нахмурился. - Мы должны воспользоваться моментом, а иначе, боюсь, мы растеряем весь моральный дух. В данный момент кровь бурлит в их венах, и они не знают страха. Подожди ещё немного. Нин Шу с трудом несла таран. И в тоже время она не забывала про стрелы. Это было нелегко, но они, наконец, добрались до городских ворот. Нин Шу приложила все силы, чтобы врезаться тараном в городские ворота. Ворота были очень прочными. Однако Чэнь Ли проигнорировал раны на своём теле, и весь отряд приложил усилия чтобы врезаться тараном в ворота. Сила отдачи была такой, что у Нин Шу немного заболели внутренние органы. К счастью, благодаря их совместным усилиям, ворота города были разбиты. Как только ворота открылись, повстанцы тут же получили прилив воодушевления. Они радостно закричали и хлынули в сторону городских ворот. Как только городские ворота были открыты, в бой вступило множество солдат в броне. Они стали убивать тех повстанцев, которым не повезло нести таран. Нин Шу держала в руке кинжал. Она не боялась убивать. Наоборот, она боялась, что не сможет убить достаточно. Нин Шу взяла заострённую палку и ударила солдата в глаза и горло. Он мгновенно умер. При виде того, что их лидер такая спокойная и собранная, остальные тоже взяли свои палки и стали защищаться. Хоть они и делали это неуклюже, по крайней мере, они могли убить одного или двух противников. Городские ворота были открыты, и через них хлынул поток людей, вооружённых тяпками и вилами. Без специальной подготовки, они размахивали тяпками и били наугад, одолевая обученных воинов просто кулаками*. Армия повстанцев действительно вошла в город. Неужели на войне действительно можно сражаться без подобающей тренировки? Скорее всего, этот хаос был лишь временным. Всё непременно будет иначе, когда у них будет достаточно ресурсов. Генерал Лю повёл Нин Шу, Чэнь Ли, Фан Юна и нескольких других командиров в здание правительства. В руках генерала Лю было серебряное копьё, и он лично убивал чиновников. Постепенно, они добрались до толстого чиновника, одетого в официальные одежды. Он был так напуган, что обмочился. Он упал на пол, открыл рот и начал молить о прощении. - Не убивайте меня. У меня много денег и продуктов. Генерал Лю безразлично спросил: - Где? Взгляд чиновника безумно заметался. Генерал Лю угрожающе поднял своё копьё, и чиновник тут же сказал: - Во дворе усадьбы, закопано в земле в кувшине из-под квашеной капусты. - А где зерно? – спросил генерал Лю. - Зерно… Зерно я продал городским торговцам, - тут же сказал чиновник, глядя на копьё, которое было направлено на него. ---------- Если Бы Ты Сказала Мне Об Этом Раньше... Чиновник думал, что его отпустят, но в следующее мгновение он был пронзён насквозь серебряным копьём генерала Лю. - Повесьте этого ублюдка на воротах. Генерал Лю вынул своё копьё и вытер начисто. Следующим шагом было посчитать потери. Нин Шу первым делом занялась лечением Чэнь Ли. Стрела всё ещё торчала у него из плоти. Нин Шу вынула стрелу при помощи кинжала, а потом присыпала лечебным порошком, чтобы перевязать рану. Загорелое лицо Чэнь Ли было бледным и перекошенным от боли. Из-за того, что Нин Шу пришлось приложить много сил, конечности... нет, всё тело Нин Шу болело и ощущалось слабым. Она едва могла двигаться, но несколько солдат ждали спасения своих жизней. Нин Шу набрала лечебного порошка и стала прикладывать его к их ранам. - Ты знаешь, как лечить раны? – с удивлением спросил генерал Лю, когда увидел, что Нин Шу лечит кого-то. Нин Шу вытерла пот со лба. - Знаю немного. - Если бы ты сказала мне об этом раньше… Нин Шу: →_→ Тогда бы он не заставил её нести таран? В конечном счёте, все люди, что творят великие дела, имеют решительные сердца и некоторую чёрствость. Их воля тверда, словно железо. Хоть генерал Лю и выглядел нежным, но это было обманчивой внешностью. Он мог убивать людей, не моргнув и глазом. - Какие травы тебе нужны? Мы только что нашли травы в здании правительства. Просто скажи, что тебе нужно, - сказал генерал Лю и поспешно ушёл. К тому времени, как всё закончилось, Нин Шу была такой уставшей, что не могла поднять руки. Она сказала Чэнь Ли: - Брат, я немного отдохну. Нин Шу прислонилась к стене и закрыла глаза, чтобы отдохнуть. Когда она проснулась, Чэнь Ли охранял её, и она была укрыта его одеждой. Когда Нин Шу пошевелилась, она чуть не застонала. Всё её тело ныло от боли. Нин Шу спросила: - Сколько человек умерли в этот раз? - Тридцать, эх… - ответил Чэнь Ли. Его лицо было немного бледным из-за потери крови. - Мы можем только усилить тренировки, - сказала Нин Шу. Война была мясорубкой, не говоря уже о том, насколько она была жестокой. - Генерал Лю сказал, что армия на некоторое время остановится в Дачжоу. Он сказал, что будет развивать Дачжоу, как столицу страны, - сказал Чэнь Ли. Это был заслуженный кусок земли для будущего императора. Генерал Лю планировал сперва захватить Дачжоу, а потом постепенно поглотить и земли вокруг Дачжоу. Это было хорошо. Если они всегда будут атаковать при помощи тяпок и вил, то далеко не уйдут. Всегда нужно проводить стандартизацию. - Генерал Лю сказал, что, когда всё успокоится, он наградит нас по заслугам, - сказал Чэнь Ли. – Кстати говоря, нам тоже очень повезло. Мы сразились в большой битве едва только прибыли. Нин Шу поняла намерения генерала. Неудивительно, что генерал Лю хотел, чтобы они взялись за такое опасное задание, как несение тарана. Им нужно было продемонстрировать свою верность. - Генерал Лю и остальные уже ушли охотиться на дезертиров. Я был ранен, поэтому не мог пойти с ними, - сказал Чэнь Ли. - Ну и ладно. Такие мелкие заслуги не имеют особого значения. Впереди ещё долгий путь, - спокойно сказала Нин Шу. Он ещё только вступил на эту землю, так что не стоит слишком отсвечиваться. К тому же, Дачжоу лишь небольшое место. Впереди будет ещё много битв. На следующее утро, люди, которые погнались за дезертирами, вернулись. На завтрак давали большие белые парные булочки с мясом. Вся армия наслаждалась угощением. Вдали от дома, Нин Шу впервые ела такую хорошую еду. Вместе с мясным супом, это было бы ещё вкуснее. Нин Шу съела только одну парную булочку, а вторую отдала Чэнь Ли. Сама она съела постную пилюлю, поэтому не испытывала голод. Она поела лишь символически. Если она не будет есть вообще, её примут за демона. - Ешь, - сказал Чэнь Ли, не принимая булочки. – Ты похудела, тебе нужно есть больше. - Я сыта, сам ешь. ____________________________________________________________ Примечание: * В оригинале была поговорка "одолеть мастера своего дела будучи новичком, не придерживаясь принятых правил" ---------- Спасибо, Что Спас Меня Чэнь Ли был немного взволнован, каждый раз, когда он видел, что его сестра ест, словно котёнок. Поэтому он не удержался и сказал: - Вообще-то, тебе не обязательно делиться со мной. - О, я не голодна. Нин Шу встала, чтобы немного прогуляться. Тут был военный лагерь Дачжоу, так что тут должно быть множество всякого оружия и брони. Нин Шу увидела Фан Юна, чистящего свой лук и стрелы. Она немного подумала, а потом подошла и сказала: - Спасибо, что спас меня. В тот раз, когда стрела летела в неё, только у Фан Юна была такая точность, чтобы он смог выстрелом сбить ту стрелу. Фан Юн сказал: - Не за что. Мы ведь на одной стороне, так что я не могу не помочь, когда твоя жизнь в опасности. Атмосфера между Фан Юном и Нин Шу была немного неловкой. Поскольку у двух семей в прошлом были разногласия, нельзя было сказать, что между ними всё было в полном порядке. Нин Шу снова поблагодарила Фан Юна, после чего развернулась и ушла. В следующий раз она отплатит ему за спасение её жизни. Генерал Лю повёл свою армию к богатым и влиятельным семьям города Дачжоу, чтобы попросить еды. Он мотивировал их тем, что позволяет им спонсировать и поддерживать его работу. Однако, если они не давали, тогда он просто грабил и уничтожал их семьи. Генерал Лю нацелился только на богатые семьи. После захвата города он не стал вырезать всех людей в городе. Сперва он поговорил с торговцами зерном из города Дачжоу. Если торговцы хотели доминировать на рынке и раздувать цены на продукты, то генерал Лю тут же отправлял их в ад, а затем спокойно забирал зерно. У него было достаточно авторитета в городе. К тому же, с имеющимися у него солдатами, он мог решить множеств вопросов. Если кто-то богатый не хотел давать деньги или продукты, он бил их до тех пор, пока они не отдавали. Сперва люди в Дачжоу дрожали от страха. Однако, когда армия повстанцев не стала трогать обычных людей, они обрели некоторую смелость. Увидев, что генерал Лю начал ходить и собирать деньги, Нин Шу подначила Чэнь Ли собрать группу. Если следовать за ним, то всегда можно наскрести что-нибудь ещё. И наложить свои руки на какую-нибудь добычу. После захвата города Дачжоу, жизнь их группы стала гораздо лучше. Хоть у них и не всегда было мясо, но они уже не ели прежние твёрдые, словно камень, лепёшки. Теперь у них были парные булочки с мясным бульоном, что уже было довольно неплохо. А ещё у них появилось больше оружия. Это оружие было взято из военного лагеря в Дачжоу. Нин Шу занималась медицинскими материалами, которые ей прислал генерал Лю. Было очевидно, что генерал Лю хотел использовать её как бесплатного доктора. Нин Шу получила несколько хороших средств для остановки кровотечения и восстановления мышц. Генерал Лю выжал все ресурсы из города Дачжоу. Он собрал нескольких лидеров отрядов, включая Нин Шу, и сказал: - Этот генерал решил провозгласить себя императором. Чэнь Ли рефлекторно посмотрел на Нин Шу, но она ничего не сказала. В любом случае, рано или поздно, он будет императором. Она страна, два императора. Страна внутри страны! Нин Шу опасалась, что в императорском дворе будет скандал. Это была провокация. До сих пор они считали, что это просто восстание обычных людей и поэтому они послали на его подавление всего несколько военных отрядов. Но теперь, когда генерал назовёт себя императором, вряд ли императорский двор так просто это допустит. Возможно, это приведёт к яростной контратаке императорского двора. И трудно предсказать, справиться ли с этим армия повстанцев. Нин Шу увидела, что никто ничего не говорит и, естественно, не стала открывать рот. Кто лезет на рожон – соберёт все шишки на свою голову*. К тому же, она была тут как женщина, и поэтому получила бы больше критики. Чэнь Ли увидел, что Нин Шу опустила голову и выглядела так, словно задумалась, поэтому тоже заткнулся и ничего не сказал. Всё помещение затихло на некоторое время, после чего генерал Лю сказал: - Если вам есть что сказать, говорите свободно. - Этот подчинённый выступает за то, чтобы генерал стал императором, - сказал один мужчина и встал. Вслед за ним встали ещё два человека. ---------- Должен Ли я Объявить Себя Императором? Если генерал Лю станет императором, то он явно наградит своих подчинённых. Возможно даже, они станут чиновниками и этого будет достаточно, чтобы почтить своих предков. Фан Юн ничего не сказал. Его лицо было спокойным, и никто не знал, о чём он думает. Чэнь Ли собрал свои брови в кучу, думая о том, какие преимущества есть в том, чтобы признать императора, и какие недостатки. - Чэнь Эрмэй, скажи что-нибудь. Генерал Лю посмотрел на Нин Шу. Все тут же обратили свои взгляды на Нин Шу. Даже Фан Юн невольно посмотрел на Нин Шу удивляясь тому, почему генерал Лю вообще стал её спрашивать. Нин Шу: →_→ Охренеть, ей нужно быть осторожной, а иначе она оскорбит того, кого не стоит оскорблять. - Что у тебя на уме, расскажи мне. Должен ли я объявить себя императором, или нет? - спросил генерал Лю. Нин Шу встала и сложила руки в жесте уважения. - Вообще-то, это подчинённая согласна с решением генерала. Признание вас императором поднимет боевой дух нашей армии. Все захотят получить себе какую-нибудь официальную должность. Но есть один важный вопрос: сможем ли мы в нашем нынешнем состоянии выстоять против регулярной армии, которую отправит императорский двор? Если мы объявим вас императором, то нынешний императорский двор непременно отправит гораздо больше войск, чтобы уничтожить нас, - сказала Нин Шу. – Стоит ли нам продвигаться постепенно, расширяя свою территорию, или мы сейчас же отправимся воевать с императорским двором? Генерал Лю нахмурился и жестом показал Нин Шу, что она может сесть. Нин Шу уважительно поклонилась генералу и села. Остальные тоже задумались. Выходит, признание императором имеет свои преимущества и недостатки. Если они будут неосторожны, то их восстание будет просто раздавлено подавляющей силой. А в истории страны про них останется лишь одна или две строчки. Фан Юн встал и сказал: - Генерал, этот подчинённый думает, что признание вас императором - это не такой уж срочный вопрос. Когда вы поведёте нас захватывать ещё больше земель и сердец людей, тогда мы сможем соблюсти наказ небес. К тому времени, собранные под вашим флагом войска будут иметь больший вес. Генерал подумал немного и кивнул. - Этот вопрос можно пока отложить. Давайте поговорим об этом, когда наступит подходящее время. Выйдя из комнаты, Нин Шу протяжно вздохнула. Чэнь Ли посмотрел на Нин Шу и сказал: - Сестра, ты такая потрясающая. Я ничего такого не знал. - Со временем узнаешь, - сказала Нин Шу. - Через два дня мы пойдём захватывать город Пинчжэнь. Хочешь пойти с нами? – спросил Чэнь Ли у Нин Шу. Пролив чужую кровь, подчинённые Чэнь Ли возмужали и постепенно становились закалёнными бойцами. К тому же, Чэнь Ли позволил им культивировать непревзойдённые боевые искусства, и поэтому теперь солдаты были совсем не такими слабыми новичками, как раньше. Стратегия генерала Лю заключалась в том, что Дачжоу останется центром, а они будут продвигаться вширь, захватывая небольшие города и деревни. Генерал Лю больше не участвовал в сражениях. Вместо этого он только отправлял войска, пока занимался другими делами, ведя себя словно император. Все очень хотели пойти на захват Пинчжэня. Так они могли заработать военные достижения и еду. Если они успешно захватят город, то получат некоторые награды. Чэнь Ли тоже был заинтересован в захвате города Пинчжэнь. Он спросил у Нин Шу хочет ли она пойти с ним. Нин Шу кивнула. - Конечно, пойду. Чэнь Ли выдохнул с облегчением. Ему всё ещё нужна была сестра, чтобы давать подсказки. Хоть они и родились от одной матери, он не знал, почему они такие разные. На следующий день, рано утром, Нин Шу и Чэнь Ли надели броню и сели на лошадей. С ними был отряд почти из двухсот человек и был даже человек, несущий большой флаг. Они выглядели на удивление дисциплинированно и достойно. Чэнь Ли отдал команду о выдвижении, и они отправились в сторону города Пинчжэнь. Едва только отряд дошёл до ворот города, когда они столкнулись с паникующим отрядом. Они несли человека на носилках. - Что случилось? – спросил Чэнь Ли. - Капитан Чэнь, Капитан Фан был ранен стрелой, - доложил солдат. Нин Шу была немного удивлена. Со способностями Фан Юна, как в него вообще могла попасть стрела? Нин Шу слезла с лошади. Она увидела, что Фан Юн на носилках уже без сознания, а в его груди торчит стрела, из-за которой он истекал кровью. Если так продолжится, то он умрёт от потери крови. - Положите его, я посмотрю. Нин Шу достала из сумки лекарства и кинжал. - Мисс Чэнь, эта стрела с зазубринами, - сказал солдат. Они не посмели вытащить стрелу. Нин Шу поджала губы. Если наконечник стрелы с зазубринами, и её неправильно выдернуть, то это может повредить меридианы человека. Обычные люди не смогут пережить такую рану. Если оставить стрелу в теле, тогда тело начнёт отторгать инородный объект, воспалится и начнёт гнить. В таком случае смерти тоже не избежать. ________________________________________________________________________________ Примечание: * В оригинале была поговорка: Стреляют по той птице, что высовывает голову. ---------- Фан Юн Слишком Жаждал Быстрого Успеха - Как он получил рану? – спросил Чэнь Ли. - Мы собирались атаковать округ Ли. Однако мы не ожидали, что у них есть сильный лучник, - ответил солдат. Округ Ли был сравним по размеру с городом Чжоу. Фан Юну нелегко было прожевать округ Ли с таким небольшим количеством солдат и лошадей. Поэтому теперь он был серьёзно ранен. Фан Юн слишком жаждал быстрого успеха. Нин Шу развязала одежду Фан Юна, достала рисовое вино и обмакнула в нём кинжал. Положив рядом с собой лечебный порошок, она сказала солдатам: - Держите его. - Сестра, всё будет в порядке? – спросил Чэнь Ли. – Если с ним что-нибудь случится, мать Фан Юна наверняка обвинит в этом нас. - Я сделаю всё, что смогу*. Если он и правда умрёт, тогда мы заберём себе его солдат. Нин Шу вымыла руки в вине. Солдаты Фан Юна: … Но Нин Шу говорила это просто так. Главный герой ни за что не мог умереть. Нин Шу взяла кинжал и разрезала рану крест-накрест. Благодаря остроте кинжала, разрез был очень аккуратным. - Хнн… От боли Фан Юн пришёл в себя. Он открыл глаза, и увидел Нин Шу. Она фыркнула, показала белые зубы и сказала: - Терпи. Нин Шу продолжила расширять ряну и нашла, в каком направлении находились шипы на стреле. При помощи кинжала она отцепила плоть. Лицо Фан Юна стало белым от боли, а на лбу у него выступили капли холодного пота. - Держите его, я сейчас буду её вытаскивать. Нин Шу крепко схватилась за стрелу, а затем сильно потянула. Со звуком "чафк", стрела вышла из тела. Тело Фан Юна изогнулось от боли. Фонтан крови выплеснулся из раны прямо на лицо Нин Шу. Нин Шу вытерла лицо, поспешно посыпала кровоостанавливающим порошком на рану. Затем она крепко придавила рану тканью. - Брат, идите вперёд. Я вас потом догоню, - сказала Нин Шу, обращаясь к Чэнь Ли. - Хорошо. Нин Шу продолжала давить на грудь Фан Юна, пока ткань не пропиталась кровью, после чего она поменяла её на другой клочок ткани. Когда кровотечение стало уже не таким сильным, Нин Шу взяла нить с иглой и стала зашивать рану Фан Юна под перепуганными взглядами остальных. Фан Юн тоже был крепким. Даже после всего этого он не потерял сознание. Его взгляд был усталым и мрачным, когда он смотрел на то, как Нин Шу зашивает его, словно одежду. Он был в полной растерянности. Закончив зашивать, Нин Шу завязала узелок, взяла ножницы и отрезала нить. Теперь рана была закрыта. Нин Шу убрала все инструменты и проинструктировала его: - Не мочи рану и регулярно меняй повязку. Затем она закинула сумку на плечо, вскочила на свою лошадь и погналась за Чэнь Ли. Она догнала Чэнь Ли на полпути к городу. Чэнь Ли спросил: - С Фан Юном всё будет в порядке? - Он не умрёт, - Нин Шу вытерла кровь со своего лица и спросила: - Ты знаешь какова ситуация в городе Пинчжэнь? - Поживиться там нечем. Они относительно бедные, - сказал Чэнь Ли. В противном случае, ему бы не удалось взяться за это задание. Остальных этот город не заинтересовал. Им достаточно было лишь прийти и продемонстрировать свою военную силу. Записать город Пинчжэнь во владения Дачжоу было легко. Когда они добрались до города Пинчжэнь, ворота были закрыты. Сверху за ними наблюдала группа людей. Нин Шу натянула поводья и уставилась на людей над воротами. - Вы из армии повстанцев? – громко крикнул кто-то со стены. ---------- Из Искры Может Разгореться Пожар Выражение лица Чэнь Ли было чёрствым. - Да, и вы должны открыть ворота в течении четверти часа. Иначе мы вас атакуем. Люди на стене собрались в кучу, тихо что-то обсуждая. Вскоре после этого кто-то крикнул: - Мы можем открыть ворота, но вы не должны убивать жителей города. - Повстанцы не убивают простых людей, - сказал Чэнь Ли. - А какие у вас есть гарантии? Чэнь Ли громко ответил: - Я могу гарантировать вам всё, что сказал. Армия повстанцев не убивает обычных людей. Можете быть спокойными. Слова Чэнь Ли оставляли простор для манёвров. Если кто-то будет не простолюдином или злодеем, то он их точно не пощадит. Последовала долгая дискуссия на стене и, наконец, с громким скрипом ворота открылись. Чэнь Ли махнул рукой и въехал в город. Вопреки ожиданиям, на его лице не было никакой радости. То, что город получилось так легко захватить, означало, что в нём нет ничего ценного. Нин Шу с улыбкой сказала: - Это ведь хорошо. То, что они не сражаются и сдаются армии показывает, что в своих сердцах люди поддерживают восстание. Из искры может разгореться пожар**. Чэнь Ли беспомощно сказал: - Я лишь боюсь, что в этот раз никакой добычи нам не видать. - В каждом городе всегда есть люди, которые богатые и коррумпированные. У этих людей всегда найдётся какая-нибудь добыча, когда мы их убьём, - сказала Нин Шу. Глава города Пинчжэнь принял брата и сестру семьи Чэнь. Чэнь Ли посмотрел на толстого главу города с жирным лицом. Более того, он был одет в шелка. Боясь за свою жизнь, он открыл ворота города. Поэтому, Чэнь Ли захотелось убить главу города. Нин Шу остановила Чэнь Ли. Чэнь Ли взялся за копьё и сказал: - Сестра, ты только посмотри на него. У него наверняка полно денег, которые он украл у людей. Зачем оставлять в живых такого человека? - Брат, поскольку этот глава города сам решил сдать город Пинчжэнь и он уже так долго занимался его управлением, - сказала Нин Шу. – Он самый подходящий человек для управления городом Пинчжэнь. Но мы всё равно должны напугать его примером, чтобы он боялся нас. Когда имеешь дело с такими людьми, если вы сильны, то они будут вам верны. И пока вы сильны, в их душе не посмеют появиться мысли о предательстве. Город Пинчжэнь достаточно близок к Дачжоу. Поэтому у главы города точно не хватит крепости яиц, чтобы быть непокорным. Чем больше таких людей, как глава города Пинчжэнь, тем легче им будет атаковать и захватывать города. Чэнь Ли задумался об этом, потом позвал своих подчинённых. Он приказал им обойти весь город от двери до двери и узнать, есть ли в этом городе какие-нибудь тираны, которые притесняют простой народ и которые не позволяют людям выступать против себя. Чэнь Ли отвёл своих солдат, чтобы убить этих тиранов. Таким образом, солдаты, находящиеся под его командованием, смогли привыкнуть к виду крови. Если бы они этого не сделали, то зря приехали сюда. Заодно они забрали их деньги, а об их преступлениях рассказали всем жителям. Толстый глава города был так напуган при виде брата и сестры семьи Чэнь, что чуть не обмочился. Он не посмел задавать вопросы Чэнь Ли и Нин Шу. Разве они не обещали не убивать простых людей? А что насчёт доверия между людьми? Глава города поднял руки и поклялся в верности армии повстанцев. Затем достал все ценности из своего дома. Их набралось почти два сундука драгоценностей и серебра. Чэнь Ли показал свои белые зубы и рассмеялся, чем напугал главу города чуть не до слёз. Чэнь Ли покрутил в руках своё окровавленное копьё и сказал: - Я надеюсь, что глава сможет хорошо управлять городом. Я надеюсь, что у каждой семьи будет достаточно еды. Глава города знает, что делать, верно? - Я знаю, я знаю. Не волнуйтесь, не волнуйтесь. Чэнь Ли и Нин Шу забрали зерно и серебро, которые набрали. Когда они вернулись в город Дачжоу, они наградили своих подчинённых. - Сестра, в следующий раз я пойду сам. Ты ведь женщина, это слишком опасно, - сказал Чэнь Ли. Нин Шу покачала головой и сказала: - Ну, и ладно. В нынешние времена было естественно мужчине идти на поле боя. После создания страны, женщины должны сидеть дома, вышивать и ждать своих мужей. По сути, когда страна только основана, это самое терпимое время. Приходится мудро использовать это время, чтобы заработать какие-нибудь привилегии. Чэнь Ли ничего не сказал. Естественно, он надеялся, что его сестра будет рядом. Одна голова хорошо, а две – лучше. Всегда можно обсудить. Разобравшись со всем, Чэнь Ли отправился с докладом к генералу Лю. Генерал Лю кивнул, когда услышал, как Чэнь Ли разобрался с ситуацией. - Хорошо сделано. Это была идея твоей младшей сестры, верно? Чэнь Ли внезапно улыбнулся. Он почесал затылок и признался: - Это была идея Эрмэй. - Жаль, что твоя сестра - не мужчина, - с некоторым сожалением сказал генерал Лю. ______________________________________________________________________ Примечание: * В оригинале была поговорка "лечить мертвую лошадь как будто она живая", то есть, не сдаваться до последнего/идти на крайние меры ** "Из искры может разгореться пожар" цитата Мао Цзэдуна ---------- Откуда у Твоей Сестры Такие Хорошие Медицинские Навыки? Генерал Лю считал, что девушка по имени Чэнь Эрмэй была проницательной и вдумчивой. Если бы она была мужчиной, то в будущем определённо стала бы чиновником нового императорского двора. Но, будучи женщиной в этом мире, где доминируют мужчины, она не могла ничего изменить одной только своей силой. В итоге, это было потраченным впустую талантом. Чэнь Ли тоже вздохнул. Он был мужчиной, но у него не было мозгов сестры. - Твоя сестра знает медицину. Я слышал, что она спасла Фан Юна. Откуда у твоей сестры такие хорошие медицинские навыки? – спросил генерал Лю. Чэнь Ли ответил: - Я не знаю. Она просто читала медицинские книги. Выражение лица генерала Лю было растерянным. Неужели можно получить медицинские навыки просто читая медицинские книги? Он махнул рукой в сторону Чэнь Ли. - Можешь идти. Чэнь Ли сложил руки в приветствии и вернулся в лагерь. Когда он увидел, что Нин Шу раскладывает лечебные травы, он подошёл к ней и спросил: - Откуда взялись эти лечебные травы? Нин Шу ответила, не поднимая головы: - Фан Юн прислал их. Сказал, что это в качестве оплаты за то, что я спасла ему жизнь. Кто бы мог подумать, что Фан Юн набрал так много хороших трав? - Я думал, что ты злишься на Фан Юна и не станешь его спасать, - сказал Чэнь Ли. – Из-за того, что произошло в деревне. На душе у Чэнь Ли всё ещё была обида на Фан Юна. Он считал, что поступки Бай Ицяо были поистине злобными. - В прошлый раз, когда мы атаковали этот город, он заблокировал стрелу, летящую в меня. Поэтому я отплатила услугой за услугу, - безразлично сказала Нин Шу. Хоть между ними и было немного враждебности, она бы не позволила человеку просто умереть. К тому же, если бы у них была грызня между собой, генерал Лю не позволил бы им ссориться. Иначе они бы не смогли работать с другими отрядами. Межличностные отношения такие сложные. Чэнь Ли кивнул. - У тебя такой широкий кругозор. Неудивительно, что генерал Лю похвалил тебя. Нин Шу лишь изогнула уголок рта. Она была спокойной и безмятежной. Нин Шу перебрала лечебные травы и приготовила некоторые лекарства, необходимые для армии: средство от дизентерии, от теплового удара и прочих мелких проблем. Так как Нин Шу спасла Фан Юна, люди теперь знали, что у Нин Шу есть медицинские навыки. Поэтому они почти каждый день приходили к ней и просили лекарства. Конечно же, это было бесплатно. Иногда они давали ей деньги, либо какие-нибудь экзотические вещи, но Нин Шу принимала всё. Нин Шу дала Чэнь Ли два флакона специально сделанного целебного эликсира, который мог быстро остановить кровотечение. Чэнь Ли теперь мог предложить их генералу Лю, чтобы брат и сестра могли освежить свою ценность перед генералом Лю. Пока они ценны, они могут оставаться в армии. Когда нечего было делать, Нин Шу отправлялась с Чэнь Ли атаковать ближайшие города. Теперь Чэнь Ли командовал почти тремя сотнями человек в отряде. С Нин Шу, которая была рядом с ним, он действовал всё более и более уравновешенно. Каждый раз, когда они атаковали город, первым делом они пытались убедить город сдаться, чтобы с минимальными потерями захватывать города и деревни. Сталкиваясь с сопротивлением, им приходилось использовать силу. Каждый раз, когда они возвращались в главный лагерь, они были с головы до ног в крови. Всё больше и больше людей в их отряде достаточно занимались культивацией, чтобы в их телах появлялась прядь энергии культивации. Отряд становился всё более и более сильным. Им не важно было количество человек в отряде, потому что каждый из них был лучшем из лучших. Каждый из них мог в одиночку победить десять человек. К тому же, генерал Лю не позволил бы кому-либо управлять более чем 500 солдатами, чтобы гарантировать нахождение власти в своих руках. Генерал Лю использовал ресурсы Дачжоу, чтобы начать делать броню и оружие и тренировать боевых лошадей, чтобы их боевая сила увеличилась. В целом, все города и деревни близ Дачжоу были захвачены и признали правление генерала Лю. Они не слушали приказов императорского двора, признавали лишь генерала Лю. Всё же, любого, кто отказывался принимать его, просто уничтожали. Конечно, чтобы завоевать сердца простых людей, пришлось применить различные льготы. Например, никто не собирал с них налоги. Если армии нужны были деньги, он выжимал их из коррумпированных чиновников и богатых торговцев. ---------- Как Же Ты Потом Сможешь Выйти Замуж, Ааах... Ожидая подходящей возможности, генерал Лю собрал почти сто тысяч человек, чтобы напасть на крупный город возле Дачжоу и постепенно расширить свои земли. Генерал Лю не спешил стать императором. Вместо этого он придерживался стратегии постепенного расширения своей территории, захватывая каждый метр земли. Они вели войну, чтобы была возможность прокормить войну. Всё же для того, чтобы прокормить так много народу, нужно было захватывать всё больше земель, убивать коррумпированных чиновников и выжимать деньги из богатых и влиятельных. Нин Шу принимала участие в каждой битве. Помимо того, что она убивала врагов, она также носила с собой ящик с медикаментами. Если какой-нибудь важный для армии человек был ранен, Нин Шу также должна была спасать его и лечить на месте. Хоть это и было утомительным занятием, Нин Шу чувствовала, как её статус в армии значительно вырос. Всё же, никто не мог гарантировать, что не будет ранен. Сражаться на войне очень опасно. Никто не может гарантировать, что останется в живых, не говоря уже о ранениях. Но вот Чэнь Ли был в замешательстве. Он долгое время размышлял, а потом решил возразить Нин Шу: - Сестра, ты видела так много мужских тел. Как же ты потом сможешь выйти замуж в будущем, ааах… Нин Шу ответила: - С моими заслугами, я могу просто не выходить ни за кого замуж, и никто не посмеет мне ничего сказать. - Но женщина же должна обязательно выйти замуж за кого-нибудь, - сказал Чэнь Ли. – Неужели ты хочешь остаться старой девой? Уголки рта Нин Шу дрогнули. - В нынешней ситуации, за кого, как ты думаешь, я смогу выйти замуж? Сейчас был период войны и царил хаос. Кто вообще будет говорить о свадьбе? Чэнь Ли вздохнул. - Если женщина, в итоге, не выйдет замуж, то её начнут порицать. - Пусть порицают, - спокойно сказала Нин Шу. Она не могла изменить статус женщины. Она не станет выходить замуж и позволять какому-то мужчине сдерживать её. Нынче смутные времена. Какой ублюдок посмеет арестовать родителей за то, что они не выдали свою дочь замуж в семнадцать лет? Неужели её заслуги не позволят ей самой выбирать свою жизнь? Попытки Чэнь Ли уговорить свою сестру никогда не удавались, поэтому он просто сменил тему разговора и сказал: - Сестра, прошло уже больше двух лет. Скоро будет три. Может, напишем письмо домой? Наши родители, наверное, волнуются. Нин Шу на мгновение впала в транс. Сама того не осознавая, она прожила в этом мире уже так долго. Подумав немного, она сказала: - Подожди немного. - Это же просто письмо. Чего тут ждать-то? – озадаченно спросил Чэнь Ли. - Подожди, пока генерал Ли объявит себя императором. Мы получим награду, а потом уже напишем письмо родителям, - сказала Нин Шу. Чэнь Ли спросил: - Разве генерал не решил подождать с тем, чтобы объявить себя императором? - Генерал Лю захватил уже три десятых части страны, так что теперь он может назвать себя императором, - сказала Нин Шу. – Разве ты не заметил начало строительства? Нин Шу считала себя довольно глупой, но она не ожидала, что голова Чэнь Ли будут ещё более пустой, чем у неё. Генерал Лю всегда был одержим идеей стать императором, и сейчас пришло время пожинать плоды. Чэнь Ли скривился. - Я же не живу в голове генерала Лю. Откуда мне знать, о чём он думает? Чэнь Ли отправился тренировать солдат. После того, как он ушёл, Фан Юн пришёл с травами, положил их на стол и сказал Нин Шу: - Дай мне десять флаконов золотого целебного зелья. Фан Юн пододвинул травы в сторону Нин Шу, явно в качестве аргумента для обмена. Нин Шу великодушно приняла травы и дала Фан Юну десять флаконов золотого целебного зелья. Фан Юн принял лекарство, посмотрел на Нин Шу и сказал: - Чэнь Эрмэй, я думаю, тебе больше подойдёт быть военным доктором. Иногда, спасение жизней полезнее, чем убийство людей. Нин Шу улыбнулась. - Спасибо за совет. Я подумаю. Фан Юн кивнул, взял зелья и ушёл. После того, как Фан Юн ушёл, Нин Шу подперла подбородок. Она и так это знала, но ей нужно было заработать побольше военных заслуг. Чэнь Эрмэй, вероятно, тоже больше подошла бы для рутины военного доктора. Однако Нин Шу не знала, сможет ли Чэнь Эрмэй смириться с необходимостью смотреть на тела мужчин. Нин Шу взяла книгу, натёрла чернил и стала записывать пропорции различных медицинских порошков, необходимых для лечения болезней, возникающих во время маршей и битв. Она записывала, как с ними справляться и как лечить некоторые раны. ---------- Мрачная и Радостная Атмосфера Когда не происходило ничего важного, Нин Шу записывала все медицинские знания, которые у неё были, и которые можно было применить для армии в древние времена. Когда она уйдёт, эти навыки останутся в теле изначального хоста. При должной тренировке, хост сможет сделать их своими собственными. Хоть в последнее время битв не было, но в воздухе одновременно мрачная и радостная атмосфера. Чэнь Ли прибежал к Нин Шу и тихо сказал: - Эрмэй, генерал Лю действительно собирается объявить себя императором. Я слышал, что генерал Лю уже приказал вышивальщицам поскорее сделать мантию дракона и официальную униформу. - Чего и следовало ожидать. Нин Шу даже не подняла голову. Она держала в руке кисть и окунала её в чернильницу. Чэнь Ли сел напротив Нин Шу и выжидательно спросил: - Эрмэй, как думаешь, какие должности нам дарует генерал Лю? Нин Шу неохотно отложила кисть и сказала: - Не важно, какие это будут должности, всё равно милость императора безгранична. Старшему брату стоит быть более осторожным в его словах. Лучше быть более молчаливым, чем более болтливым. Держи свои мысли при себе. - Да, милость императора широка и велика, - сказал Чэнь Ли. - Раз он решил объявить себя императором и создать империю, тогда у него обязательно будут гражданские чиновники. С ними нужно будет общаться умеренно и осторожно, - сказала Нин Шу. – Брат, когда у тебя будет свободное время, больше читай книги. Выражение лица Чэнь Ли было довольно беспомощным. Пока будут эти строгие гражданские чиновники, Нин Шу чувствовала, что у неё не будет возможности войти в императорский двор. Её заслуги позволят ей, в лучшем случае, лишь насладиться некоторыми привилегиями. Не так-то просто этого добиться. Вскоре после этого, генерал Лю объявил дату своего восхождения на престол. Он сказал всем приготовиться. Все были заняты постройкой более-менее достойного дворца перед принятием императора. В это время генерал Лю повёл всех в атаку на очередной город. Нин Шу тоже пошла с ними. Возможно, это будет последняя битва, прежде чем он станет императором. Все были просто в неистовстве. Они старались изо всех сил, чтобы в надежде получить высокие должности. Боевой дух был высоким, и город был сломлен всего за полдня. С одной стороны, их противники не особо хотели сражаться, с другой стороны, войска генерала были стимулированы желанием добиться славы и богатства. Каждый нападающий желал лишь, чтобы ему хватило сил в одиночку убить всех врагов. Со стимулом в виде награды, всегда найдутся храбрые люди, готовые рискнуть своими жизнями. В назначенный день погода была солнечная, флаги развевались на ветру, а барабаны стучали. Бесчисленное множество солдат ровными рядами стояли перед высокой платформой. В воздухе витала торжественная и величественная атмосфера. Нин Шу и Чэнь Ли сидели на своих лошадях, а отряд семьи Чэнь находился позади них. Рядом с Чэнь Ли был Фан Юн, он смотрел прямо на вершину высокой платформы. - Бум, бум, бум… - разносился по окрестностям стук барабанов. В ритм стука барабанов появился генерал Лю. На нём была корона императора, чёрная мантия дракона. На мантии дракона были вышиты золотыми нитями парящие золотые драконы и благоприятные облака. Он поднялся на колесницу, словно был сыном бога. Восемь величественных лошадей потянули колесницу, медленно продвигаясь к высокой платформе. Генерал ступил на красные ступеньки и, шаг за шагом, медленно и уверенно поднялся на высокую платформу, откуда посмотрел на собравшихся сверху вниз. Нин Шу, сидящая на лошади, тут же слезла. Все генералы и солдаты преклонили колени и громко прокричали: - Да здравствует император, да здравствует. Да здравствует император, да здравствует… Их радостные крики донеслись до небес, заглушив даже стук барабанов. После того, как крики закончились, послышался лишь трепет флагов на ветру. Генерал Лю прокричал: - Всем подняться. - Благодарим, мой император… Стоящий рядом с генералом Лю охранник Чжоу открыл императорский указ и стал зачитывать его: - Этот император прошёл через все невзгоды, и воевал вместе со своими любимыми подчинёнными на протяжении несколько лет. Наконец, мы совершили наше великое деяние. Из всех людей, любимые подчинённые этого императора собрались вместе, чтобы посадить этого императора на трон. Они говорили, что этот император добродетелен и достоин процветания, что его любят люди и что он оставит после себя потомкам добрую славу. Навеки благословлённый небесами, этот император принял божественный указ. Сегодня, все мои любимые подчинённые объединили свои силы, чтобы потрясти этот мир своими великими достижениями. Этот император очень польщён иметь такую поддержку. У нас много великих целей, но только одна великая страсть. Следуя небесной воле, в десятый день девятого месяца этого года, этот император в храме предков и начал новую эпоху процветания. Эта династия будет называться Янь. Этот император обещает проявлять искренность, поддерживать честность и добродетельность, быть снисходительным и доброжелательным, и поддерживать мир и процветание. Сим объявляется этот указ исполненным... - Да здравствует император, да здравствует… ---------- Династия Янь! Династия Янь! После долгой и сложной церемонии, следующим шагом было дарование статусов министров за их выдающие заслуги. Нин Шу видела, что Чэнь Ли возбуждённо дрожит. Охранник Чжоу открыл очередной императорский указ и стал объявлять дары. Нин Шу внимательно слушала и услышала, что Фан Юну даровали должность Генерала Вэй, генерала третьего ранга. Эта награда была довольно высокой. Фан Юн преклонил колени и принял броню, после чего крикнул "да здравствует император". Когда пришла очередь Чэнь Ли, ему присвоили должность Генерала, Который Завоевывает Восток, одного из четырёх военных генералов. Это была должность третьего класса, на два-три класса ниже, чем у Фан Юна. У Фан Юна действительно было больше достижений, чем у Чэнь Ли. У него были выдающиеся навыки полководца и стрелка. Его работа, как человека, была выдающейся. Нин Шу не могла этого отрицать. И то, что Чэнь Ли получил такую награду, уже было хорошо. После того, как были награждены все военные лидеры, пришла очередь Нин Шу. Охранник Чжоу посмотрел на Нин Шу и прочитал указ: - Этой женщине, Чэнь Эрмэй, за выдающиеся военные заслуги, даруется должность Генерала Нинъюань. Нин Шу встала на колени и поблагодарила: - Милость императора широка и велика. Все посмотрели на Нин Шу. Чэнь Ли невольно нахмурился. Генерал Нинъюань был генералом пятого класса. Несмотря на множество её заслуг, ей дали всего лишь генерала пятого класса. Даже Фан Юн невольно поднял брови. Её заслуги требовали большего, чем эта должность. Нин Шу мысленно вздохнула. Чтобы женщина получила такую же награду, как и мужчина, ей нужно трудиться в два раза, в пять раз больше, нет во множество раз больше, чем мужчинам… - В дополнении к этому, Чэнь Эрмэй даруется почётный значок амнистии и жалование принцессы, - продолжил охранник Чжоу. Нин Шу застыла на мгновение. А потом, с яркой улыбкой на лице прокричала: - Милость императора широка и велика. Она была единственной из всех присутствующих, кто получил почётный значок амнистии. До определённой степени, этот значок был равнозначен карточке бесплатного освобождения из тюрьмы. Пока она не совершит великого предательства, её не лишат этого статуса. Нин Шу приняла почётный значок амнистии, на котором были выгравированы её деяния. Больше всего там было деяний по спасению людей. Нин Шу опустила голову и краем глаза глянула на императора, стоящего на высокой платформе. Она задумалась. Похоже, что он больше не хотел, чтобы она принимала участие в битвах и убивала врагов. Он хотел, чтобы она взяла на себя роль доктора. Когда страна создана, никто не потерпит, чтобы женщина вмешивалась в законные дела императорского двора. Тем не менее, ей могло было даровано особое отношение, вроде жалования принцессы. В голове Нин Шу мелькали разные идеи, пока она пыталась понять мысли человека, стоящего наверху. Но в семье Чэнь теперь два генерала, и это уже здорово. Таким образом, можно сказать, что император Янь признал её заслуги, но не мог дать ей более высокую должность. На самом деле, официальная должность Нин Шу была лишь номинальной. Ей не нужно было ходить на заседания императорского двора. Когда императорский двор был стабилизирован, Чэнь Ли и остальные снова отправились на войну. Нин Шу больше не воевала на передовой. Вместо этого она носила медицинскую коробку и спасала людей. Нин Шу взяла на себя инициативу сказать императору Янь, что она хочет натренировать несколько военных докторов. Иногда раненных слишком много, чтобы она могла справляться одна. Император Янь согласился и сказал, что если у неё нет подходящих кандидатов в ученики, то он может порекомендовать несколько учеников. Нин Шу: →_→ Нин Шу лишь сказала, что у неё есть кандидаты. Люди, порекомендованные императором Янем, будут верны ему. Нин Шу не знала, будут ли они по-настоящему признавать её, как учителя. Нин Шу выбрала несколько подростков, чтобы научить их медицине, но император Янь, в итоге, порекомендовал ей ещё двоих парней. Нин Шу не могла их прогнать, поэтому просто начала учить всех. ---------- Твой Статус Теперь Другой Когда она объяснила ученикам базовые вещи, и эти ученики смогли заниматься простыми ранами, Нин Шу сказала императору Яню, что скучает по своим родителям и хочет съездить домой. Она не знала, как там поживают старики семьи Чэнь и не знала, когда к ним придёт письмо. Поездка домой может оказаться быстрее, чем письмо. Император Янь с готовностью согласился. Это была небольшая просьба. К тому же, она заслужила особое отношение. Он также выделил отряд для сопровождения Нин Шу домой. Нин Шу отсалютовала и сказала: - Не нужно. Эта подчинённая сама может дойти домой. На линии фронта сейчас тяжело, так что не нужно выделять боевую силу ради такой банальное мелочи, как эта подчинённая. - Если ты вернёшься домой не как богатая и знаменитая, то это будет глупо. Ты достигла своей славы благодаря собственным усилиям. Ты имеешь право приехать домой с богатством и славой, - сказал император Янь. – Твой статус теперь другой. Ты не должна вести себя как обычный человек. В какой социальной иерархии так поступают? Нин Шу: … Дерьмо, это всё из-за того, что она сказала императору Янь тогда? И теперь он ей мстит? - Эта подчинённая сказала глупость. Ваше Величество, простите меня. Нин Шу согнулась пополам и сложила руки в жесте уважения. - Всё в порядке. Мы не будем принимать это близко к сердцу, - сказал император Янь. Нин Шу: … Проклятье, а кажется, что этот ублюдок, всё же, затаил обиду. В этот момент к ним подошли две дворцовые служанки с подносами. На одном из них лежало роскошное алое платье. А на втором подносе были всевозможные ювелирные украшения. - Так как ты женщина, то возвращайся в женской одежде, - сказал император Янь. Нин Шу поклонилась. - Эта подчинённая благодарит императора за его милость. Нин Шу сказала Чэнь Ли, что поедет домой. Он хотел отправить своего лейтенанта, чтобы сопроводить Нин Шу, но она отказалась. На следующий день Нин Шу возглавила процессию по грандиозному возвращению домой. Они очень быстро приехали в город, который был недалеко от деревни, где был её дом. Она уже давно не была дома. Нин Шу почувствовала некоторую тоску по дому. В городе Нин Шу немного освежилась и переоделась в женскую одежду. Служанка причесала Нин Шу и вставила в причёску роскошные заколки с подвесками. После того, как Нин Шу наложили макияж, она стала выглядеть грациозно и величественно. Покинув гостиницу, Нин Шу села в карету. Карета была со всех сторон закрыта занавесками, а по углам висели блестящие колокольчики, которые звенели при каждом движении. Так как это зрелище было довольно заметным для такого маленького города, на улицах было полно народу. Нин Шу небрежно обвела взглядом толпу. Неожиданно, она увидела там Бай Ицяо и Вэнь Юя. Они стояли очень близко друг к другу, словно у них были тесные отношения. Неужели Бай Ицяо и Вэнь Юй теперь вместе? Они не виделись три года, и Нин Шу чувствовала, что Бай Ицяо совсем не прожила их счастливо. Её лицо было омрачено волнениями и беспокойствами. Когда их группа прибыла ко входу в деревню. Нин Шу вышла из кареты и направилась к дому семьи Чэнь. Матушка Ли несла бобы в плетёной корзине на голове. Глаза Нин Шу немного защипало от слёз. Она не знала, были ли это её собственные эмоции, или эмоции изначального хоста. Она открыла рот и крикнула матушке Ли: - Матушка. Матушка Ли застыла на мгновение и с подозрением оглянулась. Нин Шу подошла к матушке Ли. - Матушка, это я – Эрмэй. Корзина выпала из рук матушки Ли и упала на землю. - Эрмэй? Правда? - Это правда я. Матушка Ли повернулась и побежала в дом. Она закричала и позвала отца Чэнь: - Старик! Эрмэй, Эрмэй вернулась. ---------- Бай Ицяо Отец Чэнь вышел из дома и увидел Нин Шу. Он не посмел верить своим глазам. Его голос дрожал, когда он спросил: - Эрмэй? - Да… - хрипло ответила Нин Шу. Матушка Ли тут начала плакать. Она хотела обнять Нин Шу, но, когда она увидела одежды Нин Шу, она убрала протянутые руки. Нин Шу сама обняла матушку Ли. Матушка Ли неистово разрыдалась, пока отец Чэнь не разозлился и не приказал ей вести себя тихо. Нин Шу рассказала родителям Чэнь обо всём, что произошло, когда они ушли из дома. Когда отец Чэнь узнал, что Чэнь Ли стал генералом, его изначально худое и постаревшее лицо покрылось здоровым румянцем. - Значит, твой брат уже женат? У него наверняка есть ребёнок. Он должен продолжить нашу родословную… Нин Шу: … Матушка Ли слушала, что рассказывала Нин Шу. Пока она слушала, она не отпускала рук дочери, а губы постоянно нашёптывали молитвы Бодхисатве. У входа в деревню всё ещё ждал отряд. Нин Шу достала серебро и выдал его солдатам в качестве награды. Матушка Ли сказал, что приготовит хорошей еды, чтобы принять гостей. Отец Чэнь радостно зажёг благовония, чтобы почтить своих предков. Нин Шу даже увидела, что отец Чэнь ущипнул себя за бедро. Когда он почувствовал боль, он радостно рассмеялся, после чего выскользнул за дверь. Спустя некоторое время, вся деревня узнала новости. Некоторые жители деревни, из тех, что оказались под командованием Чэнь Ли, тоже добились признания и славы. Нин Шу раздала письма семьям солдат. Вскоре, по всей деревне разнёсся шум праздничных фейерверков. Нин Шу спросила у матушки Ли про Бай Ицяо. Когда дело дошло до Бай Ицяо, выражение лица матушки Ли стало равнодушным. - Похоже, что разойдясь с Фан Юном, она сошлась с хозяином "Благоприятного Места". Нин Шу подняла брови. Она действительно сошлась с Вэнь Юем. - Так они поженились? – спросила Нин Шу. - Я не уверена насчёт этого, - сказала матушка Ли. – Может, Бай Ицяо не суждено иметь такую жизнь. Фан Юн тоже пережил трудные времена и теперь у него должность выше, чем у твоего брата. Нин Шу кивнула. - Ей просто не суждено, - сказала матушка Ли. Нин Шу улыбнулась. Фан Юн воспользовался смутными временами и пошёл на повышение, но слава и богатство теперь не имеют к Бай Ицяо никакого отношения. Фан Юн написал документ о разводе, перед тем как ушёл от Бай Ицяо. Бай Ицяо всегда хотела растоптать в грязи Чэнь Эрмэй. Однако теперь Чэнь Эрмэй стала генералом, и ей даже выдали значок амнистии. У неё теперь были слава и богатство. Интересно, что же стало с Бай Ицяо? Когда Бай Ицяо узнала, что на в той роскошной карете приехала Чэнь Эрмэй, она была в невероятном шоке. История семьи Чэнь и семьи Фан свели с ума весь город. Бай Ицяо не ожидала, что семья Чэнь окажется ещё в более престижном положении, чем в её прошлой жизни. Этот глупый Чэнь Ли даже стал генералом? В одной семье теперь было два генерала. Ох, Чэнь Эрмэй стала генералом даже будучи женщиной? Бай Ицяо думала, что она сможет изменить свою судьбу и быть с Фан Юном, но судьба благоволила Чэнь Эрмэй. Из благородной леди, она стала женщиной-генералом. Ей дали значок амнистии, и она теперь получала зарплату принцессы. Почему? Вот почему?! Неужели Фан Юн и Чэнь Эрмэй снова вместе? Руки Бай Ицяо так крепко стиснули края её платья, что у неё костяшки побелели. Она бы никогда не позволила этому случиться. У неё и Ли Гоузцы необъяснимым образом возникли отношения. Наверняка это дело рук Чэнь Эрмэй. Фан Юн, о, Фан Юн! Как только Бай Ицяо повторила его имя, у неё заболело сердце. Самой главной её заботой после перерождения был Фан Юн. Она не могла забыть о всём том времени, что она прожила с Фан Юном. А ведь она должна была счастливо жить с Фан Юном. Бай Ицяо сделала глубокий вдох. Она открыла шкаф и начала собирать вещи. Когда Вэнь Юй вошёл и увидел, что Бай Ицяо собирается, он не удержался от вопроса: - Куда ты собираешься? - Я собираюсь на поиски Фан Юна. Он не может со мной так поступить, - уверенно сказала Бай Ицяо. Вэнь Юй расстроился. Он сказал: - Фан Юн уже развёлся с тобой. Ты только выставишь себя на посмешище, если пойдёшь к нему. Бай Ицяо сделала глубокий вдох. - Мы с Фан Юном не можем так просто разойтись. Фан Юн – это всё, что у меня есть. Вэнь Юй не ожидал, что, пробыв с Бай Ицяо почти три года, он так и не смог войти в её сердце. Он сопротивлялся давлению своей семьи и собирался жениться на брошенной женщине Бай Ицяо, которая даже не была девственной. Но Бай Ицяо всё равно не дала своего согласия. В её сердце был только Фан Юн. - Вэнь Юй, спасибо тебе. Ты хороший человек. Ты обязательно встретишь женщину, которая по-настоящему полюбит тебя, и чьё тело и разум будут принадлежать тебе, - сказала Бай Ицяо. – Я тебе не подхожу. ---------- Как Бы Там Ни Было, Я Люблю Фан Юна Бай Ицяо извинилась перед Вэнь Юем, а потом взяла сумку и пошла к выходу. Вэнь Юй схватил Бай Ицяо за руку и тихим голосом спросил: - Ты действительно хочешь уйти? Бай Ицяо оттолкнула руку Вэнь Юя и сказала: - Вэнь Юй, я знаю, как ты ко мне хорошо относишься, но тёплые чувства – это не любовь. Ты встретишь девушку, которая тебя действительно полюбит. Вэнь Юй плотно поджал губы. - Ты действительно думаешь, что Фан Юн снова женится на тебе? - Как бы там ни было, я люблю Фан Юна, - уверенно сказала Бай Ицяо. На лице Вэнь Юя на мгновение появилось непримиримое выражение. В итоге, он сказал: - Тогда я желаю тебе счастья. Если мы с тобой встретимся в будущем, я притворюсь, что не знаю тебя. С этих пор мы с тобой не знакомы. - Вэнь Юй, я тебя подвела. Бай Ицяо обняла Вэнь Юя за талию, и её слёзы капнули на грудь Вэнь Юя. Даже перед уходом, Бай Ицяо всё равно совершила такой двусмысленный поступок. Бай Ицяо поспрашивала, когда Чэнь Эрмэй будет возвращаться в столицу. Проведя дома пару дней, Нин Шу забрала родителей семьи Чэнь и родителей нескольких генералов из деревни с собой, в столицу. Тем семьям, солдаты из которых умерли, Нин Шу выдала соответствующую компенсацию. Отец Чэнь и матушка Ли давно уже хотели повидать Чэнь Ли. Когда Нин Шу сказала им, что отвезёт их в столицу, они не стали возражать. Они забили весь домашний скот и приготовили его для солдат, которые сопровождали Нин Шу. Они даже устроили банкет на весь день и пригласили на него всех жителей деревни. Нин Шу отвела двух стариков в город, чтобы купить им хорошую одежду. Она купила для матушки Ли немного драгоценностей и нанесла оздоровительную маску на лицо. Перед отправлением два старика почти не спали всю ночь, завершая дела, которые у них остались тут. Однако, на следующий день они съели две тонизирующие пилюли и почувствовали, что они полны энергии. Они втроём сели в карету и отправились в столицу. Отец Чэнь и матушка Ли были из тех людей, которые никогда не путешествовали так далеко. Поначалу им всё было в новинку, но спустя долгое время, для них это стало невыносимо. Их начало укачивать. Нин Шу выдала им освежающие лечебные мешочки. Чтобы старики нюхали их, когда им станет нехорошо. На середине пути, один солдат подошёл к Нин Шу и сказал: - Генерал, за нами кто-то следует. Они следуют за нами всю дорогу. Нин Шу подняла бровь. - Иди и спроси, кто это. Солдат быстро вернулся и сказал Нин Шу: - Это женщина, которая говорит, что её фамилия Бай, и что она тоже направляется в столицу. Она сказала, что хочет кого-то найти в столице. Нин Шу чуть не рассмеялась вслух. Бай Ицяо, вероятно, собиралась в столицу, чтобы найти там Фан Юна. На мгновение, Нин Шу почувствовала злорадство. Скорее всего, приезд Бай Ицяо создаст много шумихи. Вот почему Бай Ицяо была двуликой сучкой. Все те годы, пока Фан Юна не было, у неё был хороший мужчина, который о ней заботился. Но, как только она нашла кого-то получше, Бай Ицяо тут же бросила Вэнь Юя. У Бай Ицяо было очень большое эго. Она считала, что только Фан Юн достоин её. На самом деле, она смотрела свысока на Вэнь Юя. Вэнь Юй был всего лишь бизнесменом, человеком низкого класса. Хоть он и был богатым, но он не мог заставить людей кланяться ей. Вся её суета была из-за того, что она чувствовала себя неудовлетворённой, и считала, что заслуживает большего. - Пусть следует, раз ей так хочется. Не волнуйтесь из-за неё. Когда они прибыли в столицу, Нин Шу привела стариков в особняк, который был дарован ей императором Янь. Старики семьи Чэнь никогда не жили в таком большом доме. Тут даже были служанки, готовые им услужить. Каждый день старики семьи Чэнь чувствовали себя так, словно они во сне. ---------- Она Тоже Должна Была Владеть Этим Особняком Так как Чэнь Ли был занят захватом очередного города, его не было дома. Нин Шу составила компанию двум старикам. Бай Ицяо, которая следовала за отрядом, тоже добралась до столицы. Она поспрашивала у людей и разузнала, где живёт Фан Юн. Так как Фан Юн тоже был в экспедиции, в особняке Фан Юна была только его мать. Бай Ицяо хотела навестить мать Фан Юна, но её остановили у ворот. Старая леди, не выходила из особняка, так что у Бай Ицяо просто не было возможности повидать старую леди. Изначально, она тоже должна была владеть этим особняком. У неё были деньги, чтобы купить особняк, но тогда это несло бы совсем другой смысл. Бай Ицяо пришлось ждать полмесяца, прежде чем Фан Юн, Чэнь Ли и остальные с триумфом вернутся. Бай Ицяо стояла на обочине дороги, глядя на Фан Юна, сидящего верхом на коне. Она вспомнила, что в прошлой её жизни он выглядел таким же героическим. Когда армия вошла в город, простые люди выстроились вдоль улицы и стали их приветствовать. Некоторые молодые женщины даже бросали вышитые мешочки в сторону неженатых Фан Юна и Чэнь Ли. Бай Ицяо с силой сжала свой платок. Кто знает, сколько ещё человек заинтересованы в таком успешном Фан Юне? Когда Чэнь Ли только пришёл домой, матушка Ли обняла Чэнь Ли и искренне разрыдалась. За обеденным столом, отец Чэнь начал поторапливать Чэнь Ли, чтобы он женился. Но как Чэнь Ли мог думать о женитьбе? Сейчас шла яростная война между двумя странами. Столкнувшись с мощным давлением со стороны родителей, Чэнь Ли мог лишь попросить помощи у Нин Шу, которая сказала: - Отец, мать, брат сейчас генерал Которые Завоёвывает Восток. Есть множество девушек, которые готовы выйти замуж за брата. Но не так-то просто найти хорошую невестку. Давайте вы сначала выберете её. А после того, как выберете, у брата не будет возражений, верно, брат? - Да, вы, сперва, поищите, как следует, - повторил за ней Чэнь Ли. Потом тема разговора перешла на замужество Нин Шу. Родители стали спрашивать у Нин Шу, в какую семья она хочет выйти замуж. Нин Шу ничего не сказала, и её выражение лица было равнодушным. В любом случае, это будет не её забота. Когда Фан Юн вернулся домой, его мать рассказала ему, что Бай Ицяо приходила искать его. Когда он услышал её имя, Фан Юн нахмурился. Он сказал своей матери игнорировать её. Бай Ицяо почти каждый день приходила к дверям особняка, чтобы навестить его. Фан Юн теперь был самым лучшим кандидатом в мужья. У него были очень простые семейные обстоятельства: никаких братьев и сестёр, нужно было прислуживать только одной его матери. Слишком многие желали заполучить Фан Юна. Бай Ицяо немного запаниковала. Она даже потратила немного денег на то, чтобы распространить слухи о том, что она была женой Фан Юна. Но Фан Юн всё равно игнорировал её. Даже если они встречались, Фан Юн притворялся, что не знает её. Бай Ицяо была практически моноспектаклем. Она глубоко верила в то, как сильно она любит Фан Юна, насколько она невинна. Поэтому он должен её простить. Потом она начала придумывать способы заставить Фан Юна быть нежным к ней, в надежде, что Фан Юн вспомнит их прежние счастливые дни и его холодное сердце растает. Но лицо Фан Юна по прежнему было словно каменным. Он никак не реагировал. Фан Юн был человеком сильных идеалов и твёрдых убеждений. Стоило ему принять решение, и он почти никогда не колебался. Так как Фан Юн никак не отвечал на её попытки сблизиться, Бай Ицяо начала волноваться. Она даже стала обвинять Фан Юна в том, что добившись славы и богатства, он бросил свою обездоленную жену и вёл себя, как Чэнь Шимэй*. Бай Ицяо была очень настойчивой, она использовала всевозможные способы: демонстрировала слабость, угрожала, притворялась жалкой, ранила себя и угрожала, что повесится перед домом семьи Фан. Она использовала один трюк за другим. В любом случае, это было очень оживлённое представление. Множество людей шутили об этом за послеобеденным чаем. Нин Шу чуть не поставила лавочку у дверей Фан Юна, чтобы наблюдать за этим представлением. Сейчас шла война, но Нин Шу, по сути, больше не участвовала в ней. В место неё на поле боя теперь бегали её ученики. Даже если они и получат высокие должности, её доля в этом тоже будет. Энергии веры меньше не станет. - Динь, задание выполнено, желаешь покинуть мир задания? – прозвучал в голове голос 2333. Прошло немало времени с тех пор, как она пришла в этот мир. Если посчитать, нынешней Чэнь Эрмэй было уже 18 лет. Нин Шу кивнула. - Уходим. После лёгкого головокружения, она вернулась в своё системное пространство. Нин Шу почувствовала себя очень уставшей. Первым делом она легла спать. Война может уничтожить всё. Самым утомительным было идти в бой и убивать других. Измождение просачивалось прямо в её душу. #комментарий анлейта: Вот и закончилась арка. Надеюсь, ва понравилось и вы хотите узнать, что произошло с Чэнь Эрмэй после ухода Нин Шу! ______________________________________________________________________ Примечание: * Чэнь Шимэй - персонаж китайской оперы и синоним бессердечного и неверного человека в Китае. Он был женат на Цинь Сянлянь, что также переводится как Ароматный лотос. Чэнь Шимей предал Цинь Сянлянь, женившись на другой женщине, и пытался убить ее, чтобы скрыть свое прошлое. Об этой вымышленной паре тоже ходят легенды. ---------- Спасибо Нин Шу легла на постель, закрыла глаза и стала мысленно читать очищающую сердце мантру, чтобы успокоиться. После чего постепенно заснула. Она почувствовала себя полностью отдохнувшей, к тому времени, как проснулась. После пробуждения, Нин Шу села на постель и начала поглощать духовную энергию из системного пространства. Когда культивация почти закончилась, Нин Шу открыла глаза и, внезапно, увидела девушку, которая появилась прямо перед ней. Девушка смотрела прямо на неё. Нин Шу была ошарашена, но постаралась сохранить своё выражение лица спокойным. Она была бы большим посмешищем среди людей, если бы кто-то узнал, что она испугалась, будучи в своём собственном пространстве. Гостем оказалась Чэнь Эрмэй. Душа Чэнь Эрмэй была теперь гораздо более тёмной и прозрачной, чем раньше. Она явно уже заплатила свою цену. Нин Шу была немного удивлена и спросила: - Разве вы ещё не вернулись? Чэнь Эрмэй поклонилась Нин Шу и сказала: - Я хотела прийти и встретиться с вами, прежде чем вернусь. Я хотела сказать вам "спасибо". Нин Шу вернула ей приветствие, согласно древним традициям и вежливо сказала: - Не нужно благодарить, и вы, и я получили то, что нам нужно. Я тоже делаю это, чтобы выполнять задания. Главное, чтобы вы были удовлетворены. - Всё равно спасибо, мисс, - Чэнь Эрмэй снова отсалютовала. - В этом нет необходимости, - сказала Нин Шу. Чэнь Эрмэй улыбнулась. Изначально уставшее и старое лицо постепенно превратилось в юное, когда она приготовилась уходить. Её фигура постепенно исчезла из системного пространства. Нин Шу невольно улыбнулась. Хоть она и сделала это просто ради выполнения заданий, но услышать личную благодарность от поручителя было приятно. На душе у неё стало теплее. Нин Шу открыла панель характеристик, желая увидеть, какой урожай она получила в этот раз. По крайней мере, очков веры должно быть немало, ведь она так усердно трудилась на поле боя, чтобы заработать военные достижения. Очков опыта и очков атрибутов тоже должно быть много в этот раз. Нин Шу теперь хотела заработать 20 миллионов, чтобы стать получателем заданий продвинутого уровня. Ей нужно было попасть в более продвинутые миры, чтобы найти там материалы для создания собственного мира. Если создание мира пройдёт успешно, тогда она больше не будет переживать о том, что может быть уничтожена. От мыслей о собственном мире, Нин Шу очень разволновалась. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 11 150 000 (+4 000 000) Душа: 310 Жизнь: 81 Интеллект: 264 Харизма: 10 Удача: 99 Воля: 170 Боевые искусства: 182 Вера: 3414 (+1000) Способность (адаптивность): 79 Заслуги: 13045 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Низкоуровневые Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня, Экзорцист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x5 Улучшенный Защитный Талисман х2 Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Генерал-Основатель Страны (Благословение Чэнь Эрмэй) Выполнено желание Чэнь Эрмэй: отомстить Бай Ицяо и отомстить Ли Гоуцзы. Степень выполнения задания: 100% Получено: 4 миллиона очков опыта. Получено: 80 очков атрибутов. Получено: 1000 очков веры. Получено: благословение Чэнь Эрмэй. Нин Шу улыбнулась. В этот раз урожай был действительно хорошим. Теперь у неё было уже 15 миллионов очков. Если она выполнит ещё одно-два задания, она может стать получателем заданий продвинутого уровня. Восемьдесят очков атрибутов! Это было самым большим количеством на её памяти. Она могла распределить их, как хотела. Ей больше не нужно было экономить, как это было раньше. ---------- А Что Именно Делают Эти Ореолы? Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 15 150 000 Душа: 310 (+10) Жизнь: 81 (+10) Интеллект: 264 (+10) Харизма: 10 Удача: 99 (+20) Воля: 170 (+10) Боевые искусства: 182 (+10) Вера: 3515 Способность (адаптивность): 79 (+10) Заслуги: 13045 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Низкоуровневые Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня, Экзорцист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x5 Улучшенный Защитный Талисман х2 Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Генерал-Основатель Страны (Благословение Чэнь Эрмэй) Нин Шу посмотрела на свою коллекцию ореолов. Они не выглядели особо полезными, поэтому она спросила у 2333: - А что именно делают эти ореолы? 2333 объяснил: - Тот, кто даёт тебе благословение, верит в тебя. Поэтому они увеличивают твои очки веры. Нин Шу охнула. Так ореолы генерируют очки веры. Нин Шу села на диван, скрестив ноги и сказала: - Давай посмотрим, что произошло после возвращения Чэнь Эрмэй. - Ладно. Перед Нин Шу появился экран, а на экране появились Чэнь Ли Чэнь Эрмэй. Чэнь Эрмэй читала книгу, изучая травы. Чэнь Ли, стоящий рядом, спросил у неё: - Сестра, в городе так много мужчин, желающих взять тебя в жёны. Ты уже не молодая, и наши родители начинают волноваться. Скажи, кто тебе нравится? Ивой брат тут же его для тебя доставит. Но ей было просто всё равно. - Какие мужчины? Те мужчины, которые просто хотят использовать мою славу и богатство, но при этом думают, что, женившись на мне, они ранят своё мужское эго? Те мужчины, у которых на лицах вечное страдальческое выражение, отчего на них невозможно смотреть без раздражения? Чэнь Ли беспомощно кивнул. - Мужчины просто не могут выдержать твоей ауры. Когда Чэнь Эрмэй отправлялась на поле боя, почти все генералы дрались между собой за право позвать её пойти с его армией. Особенно теперь, когда её медицинские навыки стали ещё лучше. Однако, никто не просил её стать его женой. - Ты имеешь в виду тех мужчин, которые всё ещё осуждают меня за то, что я такая способная? – Чэнь Эрмэй понюхала травы. – Они просто хотят использовать меня ради собственной выгоды, но при этом хотят, чтобы я была нежной и не амбициозной, чтобы удовлетворить их эго. - Ты станешь старой девой, если вскоре не выйдешь замуж. Неужели ты хочешь, чтобы все сплетничали о тебе, куда бы ты ни пошла? – спросил Чэнь Ли. - Независимых и самостоятельных всегда будут критиковать. Мужчины презирают заслуги таких женщин, как я. Все женщины завидуют, что я могу управлять своей собственной судьбой, а они – нет. Они клевещут и атакуют меня из-за горечи в их собственных сердцах, - сказала Чэнь Эрмэй, ничуть не беспокоясь. Чэнь Ли: … Он ничего не мог сказать в ответ на это. Чэнь Эрмэй была довольна своей нынешней жизнью. После того, как Ли Гоузцы замучил её до смерти, она уже больше не хотела мужа: каким бы хорошим ни казался мужчина. Некоторые вещи просто крепко укоренились в сердцах мужчин. Чэнь Ли был просто в растерянности. Он достал портрет, открыл его перед Чэнь Эрмэй и сказал: - Взгляни на него. Это – сын министра юстиций, талантливый мужчина, который известен во всём городе. Чэнь Эрмэй глянула на портрет. Подумав немного, она кивнула. - Кажется, я его видела. Это было на каком-то банкете. Взгляд Чэнь Ли засветился. - Что ты о нём думаешь? - О, он публично заявил, что я – мегера, женщина-дьявол с руками по локоть в крови. Тот, кто женится на мне, совершит ужасный грех, - сказала Чэнь Эрмэй. ---------- Хорошую Женщину Легко Найти... Чэнь Ли: Дерьмо… Чэнь Ли бросил портрет на пол. - Я ему этого так просто не спущу! Называет тебя женщиной-дьяволом с руками по локоть в крови?! Мы ещё посмотрим, кто тут на самом деле дьявол! Чэнь Ли достал ещё один портрет. - А что насчёт этого? Старший сын премьер-министра Ли. Я слышал, что он интересовался тобой. Он даже подходил ко мне и спрашивал о тебе. Он неплох. В будущем он планирует занять должность отца. В данный момент он оттачивает свои навыки в Министерстве Этикета. Я слышал, что он талантлив и его будущее безгранично, - сказал Чэнь Ли. - Ты слышал? Вот только это не обязательно должно быть правдой, - выражение лица Чэнь Эрмэй было холодным. – А ты слышал, что у него есть близкая подруга, но его отец приказал ему жениться на мне? Сейчас, пока завоевания продолжаются, военные чиновники набирают власть. Поэтому премьер-министр Ли хочет женить сына, чтобы укрепить своё положение. Юный господин Ли так сладко говорит, что хочет привести меня домой и поставить на постамент, словно глиняного Бодхисаттву, а потом он сможет продолжить свои любовные делишки со прежней подругой. Брат, я с таким трудом добилась этой жизни. Я прошла через гору трупов и море крови ради этого... а ты хочешь отдать меня такому человеку? На лице Чэнь Эрмэй появилась беспомощность. Чэнь Ли: Бляяяя… Чэнь Ли бросил портрет на пол и с силой топнул по нему обеими ногами. - Вот ублюдок… Выражение лица Чэнь Ли тоже стало беспомощным. - Но сестра, мужчина должен жениться, а женщина должна выйти замуж, наши отец и мать… Раз уж все эти вышитые подушки* не годятся, почему бы тебе тогда не выбрать кого-нибудь из военных? - Но все эти мужчины просто не те люди, которым я могла бы доверить свою жизнь. Неужели я должна выйти замуж только ради того, чтобы угодить остальные? Брат, я так не хочу. Я не боюсь смерти. Я боюсь оказаться запертой во внутреннем дворе, где мне позволено лишь заботиться о муже, - сказала Чэнь Эрмэй. – Я заплатила огромную цену за то, чтобы избежать этой судьбы, а вы, ребята, отчаянно пытаетесь меня снова туда запереть. Чэнь Ли посмотрел на свою сестру с покрасневшими глазами и вздохнул. Он сказал: - Не плачь. Я не стану тебя принуждать. Но ведь приятно иметь человека, который тебя любит. Вот как моя жена. Она очень крепко меня любит, и это очень приятно. Чэнь Эрмэй продолжила перебирать травы. - Хорошую женщину легко найти, а вот хорошие мужчины вымерли. Чэнь Ли: … Чэнь Эрмэй неискренне сказала: - Может, однажды, я смогу встретить мужчину, за которого я захочу выйти замуж. Выражение лица Чэнь Ли было растерянным. - Никто не идеален. Ты всегда критикуешь каждый недочёт человека. Как же ты тогда сможешь встретить хорошую пару? - Это ты мне скажи. Какой из упомянутых тобой ранее мужчин стоит того, чтобы его терпеть? С какими обидами я должна смириться? – спросила Чэнь Эрмэй. Чэнь Ли: … - Мне нужно проверить моих воинов, я пойду. Чэнь Ли развернулся и ушёл. Чэнь Эрмэй закатила глаза и продолжила перебирать травы. Вопрос между Бай Ицяо и Фан Юном так и не был решён. Бай Ицяо продолжала считать себя женой Фан Юна, и продолжала создавать много шума. Это даже дошло до императорского двора. Император Янь спросил у Фан Юна об этом. Фан Юн объяснил, что они были мужем и женой, но брак был расторгнут, так что теперь они больше не имеют друг к другу никакого отношения. Мать Фан Юна чувствовала раздражение из-за Бай Ицяо, и решила найти новую жену для Фан Юна. Бай Ицяо тоже на месте не сидела. У Фан Юна была сила. У него в подчинении были солдаты, поэтому он мог очень легко избавиться от такой простолюдинки, как она. Она хотела раздуть эту драму до такой степени, чтобы Фан Юн уже не посмел убить её, желая скрыть правду. Вот почему она объявила всем, что она – жена Фан Юна. Она хотела убить двух зайцев одним выстрелом. Но, какие бы способы ни использовала Бай Ицяо, она не могла растопить застывшее сердце Фан Юна. И мать Фан Юна тоже ни на что не соглашалась. Когда у Бай Ицяо случился выкидыш, из-за большой потери крови, у неё теперь было меньше шансов зачать ребёнка. Более того, Фан Юн теперь был совсем другим человеком. Если у него не будет детей и внуков, то какой ему был смысл так отчаянно строить свою карьеру? Он рисковал своей жизнью, чтобы построить карьеру и обеспечить активы для будущих поколений. Если у него не будет будущих поколений, то ради чего он старался? ---------- Предательство Матери Фан Юна очень не нравилось неспособность Бай Ицяо понять своё место. Иногда, Чэнь Эрмэй тоже вовлекалась во всю эту драму. Когда у неё было свободное время, она наряжалась в яркие платья, садилась в роскошные и дорогие кареты, чтобы поехать туда, где чаще всего бывает Бай Ицяо. От этого лицо Бай Ицяо бледнело от чистой ярости. Каждый раз, когда Бай Ицяо видела такую Чэнь Эрмэй, у неё клокотало в сердце. Словно волна гнева накатывала снова и снова, добавляя новые раны, поверх старых. Бай Ицяо очень хотела накинуться на эту женщину и расцарапать ей лицо, не говоря уже о том, что она не хотела видеть самодовольное выражение лица этой женщины. Но Чэнь Эрмэй была не только окружена охранниками, она сама была генералом. Поэтому Бай Ицяо могла лишь смириться с этим. Её сердце обливалось кровью, когда она наблюдала за тем, как перед ней маячит Чэнь Эрмэй. Однако Бай Ицяо всё равно мечтала о том, чтобы разобраться с Чэнь Эрмэй, поэтому она тайно распространяла слухи. Что Чэнь Эрмэй не знает стыда и всё в таком духе. Но вскоре, те, кто распространяли эти слухи, оказались в тюрьме. Перед лицом абсолютной силы, любые интриги и хитрости можно уничтожить грубой силой. Это было так просто и жестоко, что Бай Ицяо закашлялась кровью. Ну и что, что Чэнь Эрмэй использовала свою власть для того, чтобы подавлять других людей? Она прошла через горы трупов и реки крови, так что имела полное право использовать свою власть так, как ей вздумается. Бай Ицяо была опечалена и в депрессии, когда она встретила в столице Вэнь Юя. В тот момент, как она увидела Вэнь Юя, сердце Бай Ицяо наполнилось обидами, которые она хотела ему высказать. Бай Ицяо давно привыкла к тому, что Вэнь Юй утешал её, когда ей было плохо, что она инстинктивно решила обратиться к нему, когда её сердце наполнилось горечью. Но потом она увидела, что Вэнь Юй покупает заколку в магазине и вставляет её в причёску женщине. Эта женщина радостно улыбнулась ему в ответ. В сердце Бай Ицяо тут же всколыхнулась волна гнева, а за ней последовало ощущение предательства. Вэнь Юй говорил ей, что она ему нравится, и что он её любит, но теперь он был с кем-то ещё. Подсознательно, Бай Ицяо надеялась, что Вэнь Юй сохранит себя для неё, что он он ни на ком не женится, и его сердце всю жизнь будет принадлежать ей. Она никогда не думала о том, что Вэнь Юй найдёт другую женщину, которая сделает его счастливым. Ей было бы достаточно, если бы он любил только её. Бай Ицяо была просто Мэри Сью, сучкой зелёного чая, с головы до пят. Вэнь Юй повернул голову и увидел, что Бай Ицяо смотрит прямо на него. Он на мгновение ошеломлённо застыл. Женщина, которая была рядом с ним, спросила его "что случилось?" Вэнь Юй был в шоке лишь на мгновение. Он повернул голову к женщине, сказал "ничего", а потом он ушёл с ней, не оглядываясь назад. Как он мог так спокойно уйти?! Он говорил, что будет вести себя с ней, как с незнакомкой, но он действительно повёл себя так, словно не знает её? Подобное игнорирование со стороны Вэнь Юя было для Бай Ицяо тяжелее, чем насмешки. Означает ли это, что Вэнь Юй её больше не любит? Самое жестокое в мире, это потерять то, что, как ты полагаешь, навсегда будет твоим. А Бай Ицяо была твёрдо уверена, что Вэнь Юй будет всегда принадлежать только ей. Она думала, что заставит Вэнь Юя полюбить её настолько, что любовь к ней будет навечно выгравирована у в его сердце. Но теперь, когда Вэнь Юй так легкомысленно отнёсся к ней, Бай Ицяо начала сомневаться в том, что Вэнь Юй действительно её любил. Но как могли три года, что Вэнь Юй провёл рядом с ней, быть обманом? Бай Ицяо хотела догнать и спросить Вэнь Юя. Спросить его о том, действительно ли он любил её? Но, при виде женщины, которая шла рядом с ним и слушала его, опустив голову, Бай Ицяо не смогла сделать ни шагу. Эта нежность должна была принадлежать ей! Бай Ицяо почувствовала себя так, словно её бросил весь мир. То, что принадлежало ей, теперь пропало. У неё ничего не осталось. Небеса действительно несправедливы! Лицо Бай Ицяо исказилось от негодования. Нин Шу выключила экран. В итоге, из-за жадности Бай Ицяо осталась ни с чем. Никто не будет терпеливо ждать, чтобы стать вторым шансом, пока она гуляет, чтобы найти что-то получше. Она хотела получить все преимущества без каких-либо недостатков. Как это вообще возможно? ______________________________________________________________________ Примечание: * Вышитая подушка - внешне красивый, а на деле никчемный; одна видимость, пустышка ---------- Кто-то Хочет с Ней Поговорить Нин Шу было интересно, сможет ли Чэнь Эрмэй, в итоге, найти себе партнёра, но для кого-то вроде неё это будет не так-то просто. Да и сама Чэнь Эрмэй похоже, не собиралась выходить замуж. Главное, чтобы она была счастлива. Раз Чэнь Эрмэй дала так много очков опыта и очков атрибутов, это означало, что она явно удовлетворена выполнением задания. Нин Шу достала с полки книгу по Непревзойдённым Боевым Искусствам, в которой теперь становилось всё больше и больше узоров энергии. Ей нужно постепенно строить свой мир. Но, раз она даже не могла найти даже источник мира, её путь будет ещё долгим! Она положила книгу обратно на полку, а потом открыла систему чата и услышала звук "дин-дон" системы чата. Кто-то хочет с ней поговорить. Нин Шу открыла меню, чтобы проверить. Какое-то мгновение Нин Шу смотрела на номер 6457. Нин Шу: →_→ Разве это не Чжан Цзясэнь? Она очень опасалась этого номера. Всё же, этот человек уже убил её однажды. Её ненависть к нему была огромна! Нин Шу не могла понять, почему Чжан Цзясэнь был так настойчив в том, чтобы поговорить с ней и чего он ожидает от этого разговора. Какой во всём этом смысл, если они уже открыто проявили взаимную враждебность? Нельзя было отрицать, что Чжан Цзясэнь был полон злого умысла по отношению к ней. Чжан Цзясэнь продолжал постоянно извиняться, попутно подыскивая возможность вонзить ей нож в спину. Как только он увидит возможность убить её, он ею воспользуется. Такая толстокожесть – это большая редкость в мире. Похоже, что ей нужно быть готовой к следующей встрече с Чжан Цзясэнем. Она явно не будет простой. Ощущение того, что за ней следит злобный волк, словно за добычей, было не очень приятным. Явно же единственным выбором будет первой убить этого волка. Нин Шу немедленно ответила отказом на запрос Чжан Цзясэня о разговоре. Она вообще не хотела разговаривать с Чжан Цзясэнем. На разговор требовалось тратить очки. Это будет просто бесполезная трата очков! Нин Шу посмотрела, не прислал ли ей ещё кто сообщений, но там ничего не было! Глядя на пустой интерфейс чата, она подумала о том, что у неё очень мало друзей. Но ей не стоит волноваться. Ей просто нужно время на то, чтобы найти людей, которые имели бы схожий с ней образ мышления. Нин Шу выключила интерфейс чата. Она взяла с полки книгу и планировала уже собралась начать её читать, когда система 2333 внезапно начал кашлять так, словно заболел туберкулёзом. - Кхм... Кхм, кхм, кхм… - прокашлял 2333. Нин Шу подняла бровь и спросила: - Ты что, вирус подхватил? - Давай сделаем следующее задание с системой, ладно? – спросил 2333 у Нин Шу. Нин Шу закрыла книгу и спросила: - С какой системой? - Ха-ха! Я урвал задание про систему любимой наложницы, - радостно сказал 2333. – Как ты знаешь, мне нужны данные и удача, чтобы улучшить себя. Чтобы улучшить свои данные. Нин Шу тупо уставилась в пустоту. - И какое отношение твои улучшения имеют ко мне? Ты всё равно останешься бесполезным даже после повышения. Зачем мне тратить на это время и усилия, если ничего не изменится? Мне не нравится работать на тебя. Нин Шу испытывала отвращение к тому, насколько бесполезным был 2333. - Не будь такой! Мы же, можно сказать, девушки из одного борделя: нас растопчут, если мы будем слишком слабыми, поэтому нам нужно помогать друг другу, - поспешно сказал 2333. - Это всё неважно. Даже если ты станешь сильнее, то я никакой выгоды от этого не получу, - безразлично сказала Нин Шу. По сути, задача 2333 лишь в том, чтобы появиться один раз за задание и объявить, что оно закончено и она может покинуть мир. Продвинутая система оповещений, это всё равно лишь система оповещений. 2333 сказал: - Разве ты не хочешь знать, кто такие тот дядя и сереброволосый мужчина? Когда я стану сильнее, я смогу взломать основную систему, и ты узнаешь всё, что захочешь! ---------- Ого, Это Потрясающе! - Ого, это потрясающе! Так значит, всё, на что ты способен - это взламывать, чтобы узнать личности людей? Какое мне дело до того, кто они и в каких отношениях состоят? Даже если они геи, ко мне это не имеет никакого отношения. К тому времени, когда ты станешь достаточно сильным, чтобы взломать главную систему, я, возможно, уже смогу сама выбить из этих двоих всё дерьмо, - сказала Нин Шу с усмешкой. Когда она станет достаточно сильной, чтобы достичь их уровня, она и так узнает, кто они. Она сама будет вращаться в их кругах, так что ей не понадобится какое-то там тайное взламывание от 2333! Когда она была слабой, что-то она не видела, чтобы система оказывал взаимную поддержку. А теперь, когда она обрела некоторую ценность, система начал вести себя вот так? Как это раздражает. Как говорится, люди замечают тебя только тогда, когда ты имеешь для них ценность. Но она и 2333 связаны вместе, как единая сущность. Однако система так и не удосужился научить её чему-нибудь, или даже просто быть добрым к ней. Чувства появляются из того, как люди общаются. У Нин Шу не было никаких дружеских чувств к 2333. Они были просто человеком и системой, насильно связанными друг с другом. Выполнять задание только потому, что этого захотел 2333? Она отказывается. 2333 затих на некоторое время, после чего вздохнул. - Если ты не хочешь, тогда забудь. Я не буду тебя заставлять. - Даже если ты будешь меня заставлять, я всё равно не буду. Нин Шу продолжила читать книгу, которую держала в руках. Её сердце было спокойным, словно пруд. В системном пространстве было так тихо, что атмосфера стала немного гнетущей. Но Нин Шу ничуть не беспокоилась из-за этого. Она просто дочитала книгу, а потом продолжила заниматься своими делами. А насчёт того, разозлился ли система, или нет... Нин Шу не было до этого никакого дела. Система игнорировал её до такой степени, что не выполнял даже свою основную работу. Иногда он даже не отвечал на её вопросы во время задания. Но при этом всё ещё хотел прокачаться? Пусть мечтает дальше. Даже если он хочет прокачаться, это произойдёт только тогда, когда она сама решит помочь. Она будет выполнять задания, которые захочет делать, а не те, которые ей сказали выполнять. Система был не более чем помощником. Даже если бы у Нин Шу не было никакой системы, или была бы самая слабая система из возможных, это не имело бы никакой разницы. Нин Шу взяла лейку и стала поливать цветы в горшках, напевая песенку. Она снова услышала "дин-дон" системы чата. Нин Шу продолжила поливать, параллельно открыв систему чата. Это было сообщение от Чжан Цзясэня. В этом сообщении он просил её прийти в ресторан в Сборном Пространстве. Он также сказал, что в Сборном Пространстве драки запрещены, поэтому ничего ей не сделает. Он просто хотел кое-что обсудить с ней. Нин Шу: Ха. Ха. Ха… Нин Шу равнодушно выключила систему чата. С какой стати она должна идти, чтобы повидаться с ним? Она не хотела видеть Чжан Цзясэня. Рано или поздно она его убьёт. Чжан Цзясэнь был зловещим и хитрым. Даже если в Сборном Пространстве и запрещены драки, он найдёт способ навредить ей. Это не в стиле Нин Шу, подходить к тому, про кого она знает, что он замышляет о ней недоброе, чтобы позволить нанести по ней удар. Как только Нин Шу выключила систему чата, пришло ещё одно сообщение. Конечно же, это всё ещё был Чжан Цзясэнь. Он снова сказал, что хочет обсудить с ней кое-что важное. Нин Шу прищурилась, а потом открыла системный рынок. Она уже приняла решение убить Чжан Цзясэня, так что она может сделать это сейчас. Нин Шу пролистала системный рынок в поисках каких-нибудь предметов, которые помогут разобраться с Чжан Цзясэнем в его духовном состоянии, но при этом она сможет остаться незамеченной. В Сборном Пространстве запрещены драки, поэтому ей нельзя попадаться. Взгляд Нин Шу остановился на духовном гвозде. Духовный гвоздь забивался в душу и поглощал духовную силу человека, пока всю её не поглотит. Это был некий способ похищения духовной энергии других людей? Это был довольно зловещий предмет. И он был очень дорогой: он стоил 1000 очков заслуг и 2000 очков веры. Описание продукта было очень привлекательным: до тех пор, пока кто-то находится в духовном состоянии, он не сможет избежать духовного гвоздя. И духовный гвоздь будет передавать духовную энергию своему владельцу. Этот духовный гвоздь эквивалентен среднему конвертеру энергии. Она могла его купить, но... трата 1000 очков заслуг и 2000 очков веры только для того, чтобы разобраться с Чжан Цзясэнем? Стоило ли оно того? ---------- Наверху, Должно Быть, Очень Свежий Воздух Нин Шу посмотрела на духовный гвоздь. Он был такой дорогой! От этой мысли у неё всё тело заболело. Очки заслуг и веры – это то, что труднее всего добыть. Иногда на заданиях она даже не получает ни одного очка заслуг. Хоть у неё теперь и был постепенный приток очков веры, но две тысячи очков веры? Это слишком много! Что касалось 1000 очков заслуг, она вспомнила, как Мэй Цзыцин говорила о том, что для повышения до получателя заданий ультра-уровня, ей очень трудно было накопить очки заслуг. Было очевидно, что они попадаются невероятно редко. Проклятие. Стоит ли Чжан Цзясэнь того, чтобы заплатить за него такую цену? Даже если она и хочет его убить, она не может использовать нечто столь дорогое. Она не может себе этого позволить! - Кхм… - подал голос 2333. – Нин Шу, я тебе советую не покупать таких вещей, как духовные гвозди. Большинство получателей заданий, которые покупали такие вещи, уже ни на что не годные. - Как так? – спросила Нин Шу. - Духовный гвоздь захватывает духовную энергию других людей. Это очень простой процесс, из-за которого получается, что духовную энергию слишком легко добыть. Поглощая духовную энергию, получатели заданий становятся сильнее. - объяснил 2333. – Предполагается, что получатели заданий будут исполнять желания поручителей, чтобы получить духовную энергию, но духовный гвоздь действует как короткий путь. Духовные гвозди позволяют получателям заданий красть энергию у других людей, когда им вздумается. Это ощущение вызывает зависимость. Некоторые получатели заданий начинают убивать людей в мире задания, чтобы добыть духовную энергию и усилить себя. В итоге, они заканчивают тем, что их уничтожают. 2333 продолжил объяснение: - Что ещё более важно, когда поручитель отдаёт духовную энергию, она проходит очистку и становится чистой энергией. Но при прямом поглощении духовной энергии собранной через духовный гвоздь, означает, что эта духовная энергия загрязнена семью грехами. Различные обиды и примеси душ могут оказывать очень сильное разрушительное воздействие на разум. Нин Шу содрогнулась. Она поняла, что этот гвоздь крайне зловещий, едва только она его заметила. Бесплатных обедов не бывает. Нин Шу нахмурилась и спросила: - Если эта штука такая опасная, тогда зачем оставлять её в системном рынке? - А почему его нельзя там оставлять? Заслуги и вера – это хорошие вещи, которые нужны всем. Те, кто не могут удержаться от соблазна силы, выбирают этот путь. Это означает, что их воля слаба и они заслуживают того, чтобы быть уничтоженными. Сильные выживают, а слабые – уничтожаются. Мир непостоянен и имеет полно возможностей для получения прибыли. Если у тебя нет твёрдой веры, как ты станешь великолепным получателем заданий? Как иначе ты станешь сильным человеком? Тон 2333 был очень холодным. - Пойти лёгким путём - это их собственный выбор. Какое отношение к этому имеют духовные гвозди? Ладно. Она не могла оспорить эту логику. Нин Шу глянула на духовный гвоздь. Это всего лишь инструмент. А раз это инструмент, то он сделан людьми. Нин Шу не верила, что нельзя было сделать духовный гвоздь с функцией очищения духовной энергии от примесей. Значит, его намеренно сделали с такими недочётами, чтобы потроллить людей. Но он всё равно был чертовски дорогим… Похоже, что Администрации, нет дела до получателей заданий, им всё равно, если получатели заданий умрут. И не будет шанса начать снова, если те, кто стоит у власти, решат, что кто-то должен быть уничтожен. Нин Шу закрыла системный рынок. Жизнь полна троллей. Выполнять задания и без того достаточно трудно, однако Администрация всё равно готова троллить своих людей. Всё было так запутанно. Чем выше ты поднимаешь, тем меньше там народу. После нескольких слоёв отсеивания, слой за слоем, наверх пробирается всё меньше народу. Наверху, должно быть, очень свежий воздух. Нин Шу с радостью забралась бы по этой лестнице, чтобы посмотреть на всё с высоты. ---------- Подожди, Пока я Буду в Настроении "Дин-дон!" Система чата оповестила об очередном сообщении. Нин Шу мельком заглянула в систему чата. Это всё ещё был Чжан Цзясэнь... Нин Шу внезапно почувствовала себя беспомощной. Как кто-то может быть настолько одержимым? Что же Чжан Цзясэнь задумал? Хочет отомстить, или пытается получить что-то от неё? Но, что бы там ни задумал Чжан Цзясэнь, Нин Шу не собиралась подыгрывать ему. Нин Шу оскалилась в насмешливой улыбке, и просто добавила Чжан Цзясэня в чёрный список. Покедова… Тем временем, система чата оповестила Чжан Цзясэня, что сообщение не может быть доставлено. Он невольно поднял брови, а потом выключил систему чата. Его выражение лица было равнодушным. Если его собеседница придёт, то это хорошо. Если нет, то это не важно. Он просто попытался. Нин Шу сказала 2333: - Давай встретимся со следующим поручителем. 2333 долгое время мялся. - Ты правда не хочешь сделать задание с системой? - Не хочу, - ответила Нин Шу без малейшего промедления. – Подожди, пока я буду в настроении. - Ты же будешь выполнять задание не только ради меня! Ты тоже получишь очки опыта и атрибутов! Почему ты так упрямишься? – спросил 2333. Нин Шу улыбнулась. - Я не против задания, я против тебя. 2333 внезапно зазвучал мило. - Нин Шу, не будь такой... - Где твой хребет? Хоть немного твёрдости характера? - Нин Шу всё ещё улыбалась. – Вот как я, например. Ты мне всегда не нравился. Эта позиция твёрдая и никогда не изменится. Ты всегда был просто хламом. 2333: … В системном пространстве постепенно появилась фигура. Гостем была девушка, которой на вид было около шестнадцати лет. Она была одета в парчовые одежды. И хотя материал был немного старым, но Нин Шу видела, что это был хороший материал. На голове были заколки, но они были старомодные. Девушки в таком возрасте не носят подобные украшения. Эта девушка была красивой: у неё были ясные глаза, фигурные брови, чистая кожа и вишнёвые губы. Одного взгляда было достаточно, чтобы объявить её красоткой. Но в ней была некая робость, которая сразу снижала её красоту с твёрдой девятки до жалкой четвёрки. Даже сейчас она низко опустила голову, отчего выглядела очень скованной. Она поклонилась Нин Шу: - Цинцянь скромно приветствует леди… Нин Шу вздохнула, уже чувствуя боль в зубах. Это снова была древняя эпоха. Нин Шу очень не нравилась древняя эпоха. Слишком много ограничений для женщины. Это всегда было большой помехой для выполнения задания. Нин Шу отсалютовала в ответ и сказала: - Вам нужна контратака. - Да, я бы хотела попросить о контратаке, - Фэн Цинцянь подняла голову и сказала Нин Шу: - Я предлагаю 70% своей духовной энергии. Я не хочу быть объектом сострадания! Я хочу вернуть своё тело, а своих родителей... Я их ненавижу! Нин Шу посмотрела на эмоционально возбуждённую Фэн Цинцянь и попыталась её утешить: - Прошу, говорите медленно и отчётливо, чтобы я могла понять, чего вы хотите. Фэн Цинцянь сделала глубокий вдох, а потом посмотрела на Нин Шу своими прекрасными глазами. - Я хочу, чтобы моё тело снова стало моим. Я не хочу, чтобы она владела моим телом. При виде такого заявления Фэн Циньцянь, Нин Шу решила сперва посмотреть, какой сюжет был в этом мире. Это была история о королеве убийц, трансмигрировавшей в древние времена. Ин Су была высококлассной женщиной-убийцей. Она была холодной, величественной и правила миром. В итоге её предали и утопили в океане. Она трансмигрировала в трусливую, неумелую и наивную в любви Фэн Цинцянь. Когда Ин Су впервые пришла в себя, она обнаружила, что это тело было утоплено. Потом она разузнала, что мать этого тела была убита главной женой семьи. Ин Су прищурила красивые глаза, и в них мелькнул яростный свет. Тепло взгляда изначального хоста застыло. Она презирала изначальную владелицу этого тела за то, что она была "бесполезной" и "позволяла" другим издеваться над ней. Она сказала: "Я проживу хорошую жизнь за тебя. Я заставлю всех этих людей заплатить за издевательства над тобой стократно, нет, тысячекратно. Если бы изначальный хост могла сама жить, то зачем бы ей хотеть, чтобы кто-то другой жил за неё? Это нелепо. Складывалось такое ощущение, что изначальный хост существовала только для того, чтобы пожертвовать своё тело этой воровке. Никто в мире не не согласился бы на такую судьбу добровольно. ---------- "По Доброте Душевной" Ин Су решила отомстить за это тело и за её мать "по доброте душевной". И вот так королева поколения киллеров начала издеваться над всякими мерзавцами на своём пути к вершине жизни. По пути она повстречала могущественного и двуличного мужчину, который её очень полюбил. Рука об руку, они вдвоём присматривали за своим королевством. Поручителем была изначальная владелица тела: ребёнок, проживший меньше шестнадцати лет и умерший, чтобы передать своё тело Ин Су. Теперь Фэн Цинцянь хотела предложить часть души, чтобы вернуть своё тело. Целью всего существования изначального хоста было послужить фоном для Ин Су. Изначальный хост была трусливой и влюблённой глупышкой, а Ин Су была крутой и холодной. Изначальный хост была робкой и чувствовала себя неполноценной, а Ин Су была смелой и необузданной. Изначальный хост была презираема своим женихом, а Ин Су привлекала к себе внимание множества мужчин. Даже несмотря на то, что Фэн Цинянь умерла, её всё равно постоянно сравнивали с Ин Су. Все, кто встречали великолепную Ин Су, говорили: "Э? Она совсем не такая, как про неё говорят слухи! Как интересно. Девушка, ты успешно привлекла внимание этого принца! Бла-бла-бла…" И как тут Фэн Цинцянь не быть травмированной?! К тому же, во всей резиденции Фэн не было ни одного хорошего человека! Отец был подонком, главная жена была кокетливой шлюхой, которая постоянно мучила дочерей наложниц, когда у неё было свободное время. Все её сёстры были сучками зелёного чая, постоянно пытаясь украсть её мужчин. Слуги были хулиганами, которые обижали слабых. Короче говоря, вся семья Фэн была ужасной. Когда Ин Су почти покончила с гнездом подонков, которым была семья Фэн, вернулась мать-наложница изначального тела, которая считалась мёртвой. Оказалось, что её мать была благородных кровей, принцессой даже, а её отец был даже ещё более потрясающим. Оказалось, что она вовсе не ребёнок семьи Фэн! Неудивительно, что в семье Фэн над ней все так издевались. Отец и мать вернулись к страдающей дочери, чтобы выразить ей всю свою любовь в качестве компенсации. Но их дочь уже умерла. И вся эта любовь была щедро потрачена на самозванку в теле их ребёнка. И как тут Фэн Цинцянь не быть удручённой?! Они не появлялись, пока Фэн Цинцянь была жива, но, стоило ей умереть, как они тут же появились. Поэтому Фэн Цинцянь возненавидела своих настоящих родителей. Семья Фэн не очень хорошо относилась к ней, но они кормили и растили её. И за всё это время, её биологические родители даже не удосужились спросить, как у неё дела. Её мать подделала свою смерть, когда Фэн Цинцянь была ещё ребёнком, чтобы она могла отправиться на поиски своего мужчины. Нин Шу, которая закончила получать сюжет: … Нин Шу повернула голову, чтобы посмотреть на Фэн Цинцянь, и даже не знала, что сказать. - Итак, вы желаете вернуть своё тело? – спросила Нин Шу. Фэн Цинцянь кивнула. Этой демонице, надевшей её кожу, нельзя позволять буйствовать на свободе. Фэн Цинцянь закусила губу и добавила: - Если возможно, то я бы хотела защитить семью Фэн. Кто знает, где бы я была без них. - Разве семья Фэн не издевалась над тобой? Нин Шу подняла брови. По мнению Ин Су, семья Фэн была просто гнездом подонков. Фэн Цинцянь покачала головой: - Да, я не ребёнок семьи Фэн. Но отец, генерал Фэн, принял меня и мою мать. Когда моя мать умерла, генерал Фэн не выбросил меня. Я знаю, что я сама трусливая и бесполезная, но семья Фэн была единственным моим убежищем на протяжении пятнадцати лет. Да, это правда, что над Фэн Цинцянь издевались в семье Фэн, но это было её личным делом. Ин Су не имела права разбивать всю семью Фэн, размахивая флагом правосудия. Ин Су была высокомерной и мстительной. Она всегда хотела поквитаться с ними, а они, естественно, хотели того же. Эти обиды стали достаточно глубокими, чтобы после нескольких раундов оскорблений всё дошло до убийства. У такой взаимной ненависти всегда должны быть причины. ---------- Ин Су Нин Шу считала, что Фэн Цинцянь была доброй. Или, по крайней мере, она просто не видела различий между правильным и неправильным. В древние времена женщины без семьи и без клана становились рабами или работали в борделях. - Вы можете помочь мне в контратаке? – спросила Фэн Цинцянь у Нин Шу. Нин Шу кивнула. - Да, но за контратаку нужно будет заплатить духовной энергией. Вы уверены, что хотите контратаковать? - Я уверена. Фэн Цинцянь кивнула, после чего её фигура медленно исчезла. После того, как Фэн Цинцянь ушла, Нин Шу открыла системный рынок и купила постные пилюли, воду и некоторые базовые медикаменты. После этого она сказала 2333: - Отправляемся в мир задания. Во внутреннем дворе семьи Чэнь был небольшой домик. Он был немного потрёпанный, и в нём лежала девушка в мокрой одежде с прилипшими водорослями. Её волосы были растрёпанными, а лицо – бледным. Она лежала в мокрой одежде на постели, и её даже не переодели в сухое. В этот момент пальцы девушки задрожали, веки задёргались, а глаза под веками начали двигаться, после чего резко распахнулись. Эти глаза были несравненно холодными и ясными, словно далёкие мерцающие звёзды в ночном небе. Ин Су нахмурилась. Когда она так делала, это означало, что её характер был очень холодным. Сама она ощущала невероятный холод во всём теле. Она ведь явно умерла? Тот мужчина так усердно работал, чтобы подобраться к ней поближе и ему, наконец, удалось убить её. Все мужчины по своей натуре – лжецы. Она всего один раз доверилась мужчине, и в итоге, всё закончилось вот так. Ин Су ощутила импульс боли. Воспоминания этого тела нахлынули на Ин Су, которая невольно потёрла брови после того, как получила воспоминания. Изначальная владелица этого тела действительно… Она была вот так просто убита? Во взгляде Ин Су промелькнул снежный блеск. Раз у неё появился шанс на новую жизнь, она должна прожить её по-другому. Первым делом нужно разобраться со служанками, которые выслуживались перед другими, воруя её деньги. Ин Су услышала шаги у двери и села. Её спина была прямой, а взгляд – строгим. Люди не смели смотреть прямо на неё, так как, стоило только пересечься с ней взглядами, как по их спинам проходил холод. Служанка по имени Чжи Тао вошла в комнату. Как только она увидела, что мисс, которая изначально перестала дышать, теперь поднялась, она закричала от ужаса. - Заткнись, - холодно сказала Ин Су, глядя на Чжи Тао ледяным взглядом. Чжи Тао перестала кричать и, запинаясь, спросила: - Мисс… Вы, вы, вы… Почему вы живы?! Она только что ходила сообщить мадам, что мисс перестала дышать, но теперь мисс ожила? - Чжи Тао, кто, как ты думаешь, твоя хозяйка? – холодно спросила Ин Су. Чжи Тао была озадачена. Что делала её хозяйка? Непонятно. Чжи Тао обеспокоенно сказала: - Естественно, мисс – хозяйка этой служанки. Сейчас мада… - Дерзость! Вот как ты относишься к своей хозяйке? Брови Ин Су поднялись, отчего она стала выглядеть особенно строгой. Ин Су больше всего ненавидела таких неверных и бесчестных людей. Как будто она не знала, что эта Чжи Тао хотела подняться по служебной лестнице. Когда ей нечего было делать, эта служанка постоянно бегала в главный зал, чтобы услужить законной дочери. - Мисс, мадам и вторая мисс идут сюда, - сказала Чжи Тао. - Эта служанка поможет вам сменить одежду. Чжу Тао протянула руку, чтобы развязать мокрую одежду Ин Су. Чжи Тао хотела привести в порядок юную леди прежде, чем придёт мадам. Если мадам это увидит, тогда она точно накажет служанку. Чжи Тао по-прежнему хотела сменить хозяйку. Если она не докажет, что она достаточно компетентна, то с какой стати мадам будет благосклонна к ней? Ин Су раньше была киллером. И её больше всего раздражало, когда кто-то приближался к ней. Вот почему, как только Чжи Тао небрежно потянулась к ней, Ин Су тут же схватилась Чжи Тао за запястье и сильно её сжала. После того, как она с силой выкрутила руку, послышался хруст кости. ---------- Вы Одержимы? Чжи Тао не ожидала, что такое произойдёт, и что её запястье хрустнет. Её лицо внезапно побледнело, она тут же взвыла от боли и закричала: - Рука, рука, рука… Моя рука… Рука Чжи Тао обмякла. Во взгляде Ин Су промелькнуло отвращение и она отпустила руку Чжи Тао. Чжи Тао подхватила свою покалеченную руку здоровой и спросила: - Мисс, что вы делаете? Что вы творите? Без какой-либо причины, её госпожа сломала ей запястье. - Ненавижу, когда меня кто-то трогает, - холодно сказала Ин Су. Из-за боли в запястье Чжи Тао закричала: - Мисс, вы одержимы призраком? Как вы могли сделать такое?! - Это ты одержима призраком. Ин Су встала, подошла к Чжи Тао, хрустнула костяшками и влепила Чжи Тао две пощёчины. - Ты кем себя возомнила? В это время снаружи послышались звуки шагов, вслед за чем в дом вошла ухоженная леди в парчовых одеждах. На вид ей было около тридцати лет. Это была мадам Фэн, вслед за которой вошла её родная дочь, Фэн Фэйянь. Фэн Фэйянь была очень красивой. Её одежда была качественно сшита, ювелирные украшения тоже были тщательно подобраны, чтобы сочетаться с одеждой. Она была словно женщина, окутанная яркой дымкой. Прекрасная и яркая! Мадам Фэн посмотрела на Ин Су. Её одежда была мокрой и в водорослях, а волосы не были причёсанными. Мадам невольно нахмурилась и строго сказала: - Ты только посмотри на себя. Скорее переоденься. Фэн Фэйянь осмотрела Ин Су с головы до ног и с озабоченным видом сказала: - Четвёртая сестра, как ты можешь ходить в такой мокрой одежде? Если тебя увидят люди, то ты испортишь всю репутацию. - Скорее переоденься, - сказала мадам Фэн. – Это так тебя обслуживают служанки? - Мадам, мадам, вы должны справедливо отнестись к этой служанке! - Чжи Тао встала на колени и закричала. – Эта служанка хотела переодеть мисс, но мисс сломала ей запястье и даже влепила ей пощёчину. Это всё не потому, что служанка плохо делала свою работу. Выражение лица Ин Су становилось всё более и более безразличным. А при взгляде на Чжи Тао, оно стало ещё холоднее. Мысленно, она полностью отказалась от Чжи Тао. Обычно та пренебрежительно относилась к изначальной владелице тела, а теперь ещё и выдала свою госпожу, желая выслужиться. Мадам Фэн увидела необузданный взгляд Ин Су, который совсем не был похож на взгляд прежней Фэн Цинцянь. Мадам не удержалась и спросила: - Ты что, одержимая? Что это за взгляд такой? Фэн Фэйянь не могла не влезть в разговор. - Моя матушка задала тебе вопрос, почему ты не отвечаешь? - Переодень четвёртую юную леди. Мадам Фэн махнула рукой, подавая сигнал стоящим за ней служанкам, чтобы они переодели Ин Су. Брови Ин Су нахмурились, и она стала использовать свои боевые техники чтобы отбиться от этих служанок. Её движения были чёткими и несравненно резкими. Её руки были безжалостными, и каждое её движение было нацелено либо на жизненно важную точку, либо на перелом конечностей. Мадам Фэн посмотрела на стонущих от боли служанок и сильно нахмурилась. - Фэн Цинцянь, я думаю, что ты серьёзно больна. После того, как ты упала в воду, похоже, что вода затекла тебе в мозги. - Я упала в воду, и всё благодаря кому? - холодно сказала Ин Су. Фэн Фэйянь не удержалась от вопроса. - Фэн Цинцянь, что ты хочешь этим сказать? Неужели ты хочешь сказать, что тебя кто-то толкнул? Фэн Цинцянь, ты же всего лишь дочь наложницы, как ты смеешь так говорить с моей матушкой? И ты даже не сделала реверанс, когда увидела мою матушку, - Фэн Фэйянь отчитала Ин Су. ---------- Ты Заграбастала Моё Тело Спина Ин Су выпрямилась. - Я не стану кланяться перед женщиной с таким злобным сердцем. Я преклонюсь перед небом и землёй, но не перед такой женщиной. Мадам Фэн словно почувствовала головную боль и была вынуждена потереть свой лоб. - Кажется, у тебя с головой не всё в порядке. Так как служанки не могли подняться с пола, мадам Фэн вынуждена была попросить свою дочь: - Фэн Фэйянь, иди и приведи больше служанок и помощниц. Пусть они придут и свяжут её. Нельзя позволять ей вести себя так безумно. И позови доктора, чтобы он пришёл и взглянул на голову Фэн Цинцянь. - Да, матушка, эта дочь пойдёт. Фэн Фэйянь фыркнула в сторону Ин Су, приподняла подол платья и уже собралась перешагнуть порог, чтобы отправиться выполнять поручение. Ин Су холодно сказала: - Это не у меня проблемы с головой. Это у вас проблемы. Ин Су сделала подсечку мадам Фэн и Фэн Фэйянь, отчего те свалились на пол. Мадам Фэн, которая никогда ещё не испытывала такой боли, упала на пол и схватилась за поясницу. Она не могла подняться. Ин Су усмехнулась, отряхнула руки и холодно сказала: - В будущем, не связывайтесь со мной, а иначе я заставлю вас съесть ваши слова. Фэн Фэйянь поспешно поднялась с пола, помогла своей матери подняться и закричала на Ин Су: - Фэн Цинйянь, ты совсем с ума сошла?! Как ты смеешь обращаться так с моей матушкой? У мадам Фэн болела спина. Она закусила губу и сказала Фэн Фэйянь: - Идём. В сопровождении служанок они покинули потрёпанный двор так, словно сбегали. - Мисс, вы, вы… - Чжи Тао была ошеломлена. – Вы сошли с ума? - С сегодняшнего дня, ты мне больше не служанка. Можешь идти и прислуживать кому хочешь, - чётким голосом сказала Ин Су и холодно посмотрела на служанку. Хоть это и было то же самое тело, но из-за смены души весь темперамент изменился. Лицо явно было тем же, но с первого же взгляда был очевидно, что это другой человек. - Выметайся, и больше не появляйся передо мной снова, а иначе в следующий раз я тебе ногу сломаю, - накричала Ин Су на Чжи Тао, и выпустила жёсткую убийственную ауру в лицо Чжи Тао. Чжи Тао вся похолодела. Она посмотрела на Ин Су, словно та была призраком, а потом развернулась и выбежала из комнаты. Как только Чжи Тао вышла, Ин Су расслабилась. У неё действительно было слабое здоровье. Ей стало неуютно всего после пары ударов. Она переволновалась и запыхалась. Ин Су открыла шкаф, нашла относительно простую одежду и переоделась, чтобы сменить свою влажную одежду. Чувствуя усталость, она решила лечь на постель, чтобы отдохнуть. После отдыха, когда у неё будет достаточно энергии, она сможет начать готовить план для своей новой жизни. Ин Су только на мгновение закрыла глаза, когда внезапно села. Она схватилась руками за голову, потом что почувствовала сильную боль. Голова болела так, словно вот-вот взорвётся. Необъяснимая сила пыталась выдавить её душу из этого тела. - Что ты такое? – сказала Ин Су, закусив губу. - А ты что за блуждающая душа? Я – Фэн Цинцянь, и ты заграбастала моё тело. Нин Шу по-настоящему растерялась. Она не ожидала, что окажется на один шаг позади и душа Ин Су уже займёт тело Фэн Цинцянь. Более того, Нин Шу обнаружила, что хотя душа Ин Су и не считалась сильной, у неё была мощная аура из ярости и обиды, отчего её душа казалась крайне агрессивной. Нельзя сказать, что Нин Шу никогда раньше не видела душ, но она никогда раньше не видела настолько тёмную душу. Это была душа киллера, чьи руки были запятнаны множеством человеческих жизней. Она убивала всех, будь они добрыми или злыми. Как женщина, которая стала королевой киллеров могла быть добродетельной? Прошло много времени, но Нин Шу так и не смогла слиться с телом Фэн Цинцянь. Из-за присутствия злобной энергии в душе Ин Су, душе Нин Шу было очень неуютно. Нин Шу мобилизовала свою духовную энергию и постепенно внедрила свою душу в тело Фэн Цинцянь. Ин Су схватилась за голову. Боль была просто невероятной. Стиснув зубы, она сказала: - Фэн Цинцянь, ты уже умерла. Вместо того, чтобы жить так трусливо, разве ты не предпочтёшь, чтобы я прожила за тебя блистательную жизнь? ---------- Я Помогу Тебе Прожить Ин Су чувствовала себя так, словно её голова вот-вот взорвётся. В её мозги словно вонзались миллион стальных игл. Боль была невыносимой. Было такое ощущение, словно какая-то сила собиралась отделить её от тела. В сердце Ин Су возник страх. Ей было не так-то легко переродиться. Наконец-то теперь ей не нужно было каждый день только и делать, что убивать. Наконец, она могла начать новую жизнь, после того, как её всю жизнь воспринимали лишь как машину для убийств. Ин Су схватилась за голову и стиснула зубы. Она с трудом сказала: - Фэн Цинцянь, я помогу тебе прожить оставшуюся жизнь. Я не позволю, чтобы над тобой издевались. Ты будешь словно переродившийся феникс искупавшийся в огне*. Это будет началом новой жизни для тебя. Она ещё не полностью слилась с телом. Если бы она не вошла в это тело совсем недавно, то с натурой Ин Су, она бы просто не удосужилась разговаривать с Нин Шу в такой вежливой манере. Нин Шу лишь хмыкнула и тихо рассмеялась. - Это моё тело и моя жизнь. То, как я живу – это моё личное дело. Какое тебе до этого дело? Те вещи, о которых ты говоришь, это то, как ты хочешь прожить свою жизнь, какое это имеет отношение ко мне? Если я откажусь от своего тела - я умру. Зачем мне сдаваться? Нин Шу нахмурилась. Она почувствовала, как её душа заражается потоком обиды, отчего она сама становилась раздражённой. Поток холодной энергии хлынул в её душу, пронзая её душу болью. Душа Ин Су была довольно крепкой и волевой. Она была киллером, для которой убить так же просто, как и поесть. Без решительного разума она бы не стала королевой киллеров. Ин Су поняла, что Нин Шу не сдаётся, и сказала: - Если бы не я, то тебя бы убили. Нин Шу не удержалась и фыркнула. - Хмф… Ты так говоришь, словно я смогу жить, если отдам тебе своё тело. Ты просто бесстыдный одинокий призрак, захвативший чьё-то тело и заявляющий, что это её достижение. Да я лучше умру, чем позволю тебе захватить моё тело. Если я умру, а ты будешь использовать моё тело, разве меня можно будет считать живой? – сказала Нин Шу, пока мысленно читала очищающую сердце мантру, чтобы развеять мрак и обиду в своей душе. Выражение лица Ин Су было холодным, а вены на её лбу надулись. Она была решительно настроена на то, чтобы не покидать это тело. Ин Су вытерпела боль, идущую из её души, и холодно сказала: - Если бы у меня был выбор, думаешь, я бы стала входить в твоё слабое тело? Нин Шу безразлично ответила: - Ах, тогда можешь покинуть это тело. Причина, почему изначальный хост прожила лишь до этого возраста, была в том, что это тело было специально приготовлено для Ин Су. Изначальный хост была безразлична семье Фэн, и это стало причиной для Ин Су, чтобы отомстить семье Фэн. Ой-ой, весь мир полон всяких мелких сучек, так что у неё не было иного выбора, кроме как пройти против небес и показать им, что она сама распоряжается своей жизнью, а не небеса. Если ты пойдёшь против небес, то с какой стати небеса тебе что-то должны? Она открыла бордель и построила лагерь для тренировки киллеров. Она даже сделала оружие и бомбы в эпоху холодного оружия. Её путешествие было крайне гладким. В итоге, она объединила весь континент при помощи своих людей. Небеса сделали так, чтобы у неё были все читы, она даже смогла пойти против небес. Как небеса могли позволить переродиться такому человеку, как она? Должно быть, небеса были по-настоящему слепы. Нин Шу внедрилась в тело Фэн Цинцянь, но она никак не могла выгнать Ин Су из тела. Душа Ин Су имела злую ауру, отчего Нин Шу чувствовала себя очень неуютно. Это противостояние продолжалось некоторое время, после чего Ин Су вздохнула с облегчением. Её голова больше не болела. Она почувствовала слабость. Всё её тело было вялым, словно её только что вытащили из воды. Она лежала на постели и не двигалась. - Раз ни ты, ни я ничего не можем сделать друг другу, то пусть так и будет, - сказала Ин Су, обращаясь к Нин Шу. Рано или поздно она сотрёт эту душу из этого тела. Нин Шу думала точно так же. Ей нужно было вернуть контроль над этим телом. - Хорошо, - безразлично сказала Нин Шу. Она начала мысленно читать очищающую сердце мантру. Нин Шу чувствовала невидимую душу, находящуюся рядом с ней. Она не видела лица, но чувствовала, что та была напряжена, словно тигр, и бдительно следила за ней. От этой физической борьбы Ин Су почувствовала себя очень уставшей и очень голодной. Она не удержалась и крикнула: - Кто-нибудь, принесите что-нибудь поесть. На улице уже было темно, плюс, Ин Су сломала руку своей служанке Чжи Тао. Из-за этого поблизости не было никого, кто мог бы её обслужить. ---------- Нужно Же Всего Лишь Сделать Несколько Шагов До Кухни Ин Су с насмешкой сказала Нин Шу: - Хмф, всё никак не можешь отпустить это тело? Ты только посмотри, какую жизнь ты живёшь. Хоть ты и мисс, но тебя просто игнорируют. Если тобой будут так пренебрегать, то ты будешь голодать без еды. Люди, которые живут, как ты - просто жалкие. Нин Шу: →_→ - Если меня никто не обслуживает, неужели я не в состоянии найти еду самостоятельно? – невольно спросила Нин Шу. Нужно же всего лишь сделать несколько шагов до кухни. - Жалкое зрелище. Тон голоса Ин Су был полон печали и гнева, но в нём также был намёк на отвращение. Нин Шу: … Наёмная убийца, у которой развился такой крайне высокомерный характер, неужели никто не хотел тебя побить? Иногда люди просто слишком высокого о себе мнения. У Ин Су не осталось иного выбора, кроме как встать и пойти самой найти что-нибудь поесть. Выйдя из дома и оглядев потрёпанный двор, она усмехнулась. - И какая леди будет жить в таком потрёпанном дворе? Если Нин Шу правильно помнила, Фэн Фэйянь жила во дворе с отделкой здания, которую можно было назвать элегантной и изысканной. Нин Шу ничего не ответила. Люди с разными характерами, естественно, видят вещи по-разному. Фэн Цинцянь была человеком немногословным. Её мать умерла, отец был генералом, военным человком, который большую часть времени проводил в военных лагерях. Таким образом, все основные решения по дому принимала мадам Фэн. Неужели вы ожидаете, что главная жена будет относиться к дочери наложницы так же, как и к собственной дочери? Кормят только того ребёнка, который плачет. Фэн Цинцянь ничего им не говорила. Неужели вы хотите, чтобы мадам Фэн сама насильно давала ей что-нибудь? Если Фэн Цинцянь ничего не говорила сама, то мадам Фэн просто делала вид, что ничего не замечает. Глядя на всё это Ин Су считала, что мадам Фэн жестоко обращается с дочерью наложницы, и у неё злобное сердце. Ин Су дошла до кухни, украла немного еды, а потом вернулась обратно в свой двор. Ин Су легла на постель, чтобы отдохнуть. Нин Шу задумалась на некоторое время, а потом, пока Ин Су спала, Нин Шу стала бороться за контроль над телом. Нин Шу постепенно захватывала контроль над телом и, неожиданно, ей это действительно удалось. Нин Шу открыла глаза и сжала кулаки. Как же приятно ощущать физическое тело. Вот честно, когда два две души вжаты в одно тело, это всё равно, что быть втиснутыми в узкую стеклянную бутылку. Это было крайне неудобно. - Фэн Цинцянь, что это ты делаешь? Ин Су лишь задремала ненадолго, а эта девушка воспользовалась моментом и захватила тело. Ин Су яростно стала бороться, чтобы вернуть своё тело. Она действовала так агрессивно, что Нин Шу вскоре почувствовала, как она теряет контроль над телом. Ин Су почувствовала самодовольство. Будучи таким слабым человеком, Фэн Цинцянь всё ещё хотела захватить своё тело обратно? Даже если она захватит тело, ей всё равно придётся прожить жизнь, полную издевательств. Так какой в этом смысл? Ин Су ненавидела подобных людей, которые могли лишь плакать, когда их обижают. Ин Су была из тех людей, которые предпочтут сами отвернуться от всего мира, чем ждать, пока весь мир отвернётся от них. Настолько у неё был яростный и решительный характер. Те, кто обижали её и кто доставляли ей неудобства, должны быть наказаны тысячекратно, даже если на это потребуется время. Нин Шу потеряла контроль над телом и не удержалась, чтобы сказать: - Это не твоё тело. Ты не можешь всегда им управлять. Я тоже хочу им пользоваться. - Ты должна сидеть в теле и внимательно наблюдать за тем, как я живу. Нужно бороться за то, за что нужно бороться. А иначе какая разница между тем, чтобы жить, как ты, и между тем, чтобы умереть. Ин Су холодно рассмеялась. ____________________________________________________________ Примечание: * Фамилия Фэн переводится как "феникс", поэтому фраза Ин Су о перерождении феникса очень символична. ---------- Сталкивалась с Вознесением Душ Нин Шу выслушала доминирующие слова Ин Су, но ничего не сказала. Она ещё не готова была сражаться с душой Ин Су. Душа Ин Су была не только сильной, она была наполнена обидой, яростью и даже плохой кармой, поэтому Нин Шу просто не хотела её трогать. Хоть все эти вещи и обернулись вокруг души Ин Су, но они же помогали её душе быть более агрессивной. Все эти эмоции были очень вредными для души. Нин Шу была даосским жрецом Горы Мао и сталкивалась с вознесением душ. Нин Шу молча читала заклинания вознесения, которые постепенно внедрялись в душу Ин Су. Хоть некоторая часть ярости и рассеивалась, но эффект был очень слабым. По сравнению с количеством плохой кармы, обернувшейся вокруг души Ин Су, это была просто капля в море. Нин Шу хотела вознести бессознательные души, обернувшиеся вокруг души Ин Су. На самом деле их нельзя было даже считать душами, они просто инстинктивно обернулись вокруг Ин Су. И не важно, какой доминирующей была Ин Су, её душа была невероятно тяжёлой. Поэтому она не могла спокойно спать по ночам. Вероятно, сама она объясняла это тем фактом, что, как киллер, она должна спать чутким сном. Нин Шу продолжала постоянно повторять заклинания. Из-за этих штук душа Ин Су была агрессивной. Без них душа Ин Су была не такой сильной. Более того, она ведь пересекла пространственный барьер, так что её душа ещё уменьшилась. Возможно, из-за того, что Нин Шу избавлялась от эти злых душ, Ин Су хорошо выспалась и утром проснулась в приподнятом настроении. С десяти лет она не спала так хорошо. Ради выживания ей приходилось убивать животных и людей, проходить различные жестокие испытания и тренировки. И всё ради выживания. Теперь, когда она переродилась, ей не нужно было жить подобной жизнью. Так как они были в одном теле, Нин Шу смутно ощущала, что происходит в голове Ин Су. После убийства стольких людей, она всё равно изображает жертву и заявляет, что делала это только ради выживания? →_→ Может, она должна сказать Ин Су, что та усердно работала и страдала? Раз она делала такие вещи ради выживания, то не стоит быть такой претенциозной. Ни у кого нет лёгкой жизни. Нин Шу смотрела на то, как Ин Су переодевается в свободную одежду и тренируется, боксируя с тенью во дворе. Нин Шу не удержалась, и спросила: - Почему бы тебе сейчас не сходить и не выразить своё почтение Матери? Фэн Цинцянь была дочерью наложницы. По сути, каждое утро она должна была приходить к мадам и выражать ей своё почтение. Даже если она никак не проявляла своего присутствия, и всего лишь смотрела на то, как другие сёстры общаются и смеются. Но, по крайней мере, она выражала своё отношение. Когда Ин Су услышала слова Нин Шу, она усмехнулась. - Сейчас твоя мать может даже не подняться с постели. У неё уйдёт сто дней на то, чтобы выздороветь. Нин Шу застыла на мгновение. Неужели что-то случилось перед тем, как она пришла? - Ты пошла против Матери? Ты напала на законную жену? В голосе Нин Шу был намёк на недовольство. Судя по мстительному характеру Ин Су, она наверняка так и сделала. - В первую очередь мадам Фэн – старшая в семье. Избиение законной жены – это не проявление дочернего благочестия. Как теперь люди будут смотреть на меня в будущем? В этом феодальном обществе, где честь была важнее всего, женщины, которые теряли свою честь, либо высылались из семьи в храм, либо были убиты, чтобы доказать их невинность. Действия Ин Су практически бросали вызов феодальной системе. Она была настолько бесшабашной, что не преклонилась бы даже перед императором. Она бы сказала, что преклонится только перед небесами и землёй, но не перед каким-либо человеком. А потом начал бы нести какую-нибудь чушь о том, какие древние императоры противные. И главному мужчине это, блин, даже нравилось. Он баловал её, позволяя делать всё, что она захочет. Главным героям поистине благоволят небеса. ---------- Перемены Не Происходят Так Легко - Педантичная и упрямая, - холодно сказала Ин Су, и её выражение лица было полно презрения. – Я делаю то, что хочу. Никто не смеет управлять моей судьбой. Кому какое дело до того, как мир меня воспринимает? - Нужно нести ответственность за слухи, когда живёшь в месте, где репутация крайне важна. Я не знаю, какой была твоя жизнь прежде, но такова жизнь, которой я живу. Есть три устоя и пять незыблемых правил*. И есть чёткое различие в классах общества, - сказала Нин Шу. Может ли один человек пошатнуть систему, которая принята всеми? Из-за этого принятия, если кто-то пытался бросить вызов системе и выскочить из неё, то его наказывали и приговаривали к осуждению. Не у всех была такая хорошая жизнь, как у Ин Су. Более того, женщины в эту эпоху были вынуждены жить в этой системе, чтобы выживать. Именно поэтому Нин Шу не нравились миры древней эпохи. Ограничения для женщин были слишком велики. Нин Шу также знала предел своих способностей. Это невозможно было изменить. Подобные перемены не происходят так легко. Феодальные устои слишком укоренились в мыслях людей. Даже в современном развитом обществе, в жизни осталось много мужского шовинизма. Считается, что женщины должны заводить детей, заниматься домашней работой, не иметь никакой личности. Жить как куклы и усердно работать, не жалуясь. Общество презирало и принижало ценность женщин. Было очевидно, насколько сильно укоренились эти идеи в сознании людей. Нин Шу слабо улыбнулась. К чёрту всех этих мужчин. Пусть они никогда не найдут себе женщину за всю свою жизнь. Её задачей была контратака. По завершении задания, она просто уйдёт. - Ох, какая жалость. Так вот, что такое жалкая женщина, которая зависит от мужчин, чтобы выжить? Вам дорог лишь ваш мужчина. Это просто жалкое зрелище. Где ваше хоть какое-то самоуважение? Группа женщин, живущая во внутреннем дворе, сражается за одного мужчину. Речь Ин Су становилась всё более и более презрительной. Она вытерла платком пот с лица и шеи. Нин Шу не знала, что сказать в ответ. В этом времени женщины были естественным образом подавлены и скованы. Такова была их жизнь по умолчанию. Кто бы добровольно захотел жить такой жизнью? Не надо использовать свою удачу, чтобы презирать неудачи других людей. Не все женщины могут повстречать мужчину, который согласится быть верным только им. Древние времена гораздо более жестокие, чем можно себе представить. Эти женщины, живущие во внутреннем дворе, если их поместить в современное время, кто из них станет элитными сотрудниками офиса? Неужели Ин Су действительно думала, что древняя аристократия воспитывала женщин только для услужения мужчинам? Да, да, конечно же ты самая лучшая, Ин Су. Силой раздавишь всех педантичных и закостеневших древних людей… Ин Су проигнорировала Нин Шу и начала переодеваться. Она взяла несколько кусков серебра из шкатулки. Ин Су оделась в мужской наряд и подвязала волосы наверх. Теперь она была похожа на парня с красивыми бровями. Нин Шу снова спросила: - Ты хочешь выйти? Ты же должна пойти к законной жене, чтобы выразить своё почтение. Что бы там ни случилось, ты должна повидать мадам Фэн и признать свои ошибки. - Ха-ха-ха. Признать свои ошибки. Шутишь, что ли? – Ин Су была полна презрения. – Фэн Цинцянь, ты тупая? Люди над тобой издеваются, а ты приходишь извиняться? Позволяешь этой старухе показывать свой авторитет только потому, что она старше? Ты что, идиотка? Неудивительно что ты живёшь такой жизнью. Кого ещё в этом винить? Как же мне просто хочется выкинуть тебя из тела. Раз ты такая, то можешь просто умереть. Ты просто напрашиваешься на то, чтобы над тобой издевались, жалкая сучка. Ты заслуживаешь того, чтобы быть убитой. Ин Су взяла серебро, подошла к стене двора и перелезла через неё. Жалкая? Нин Шу лишь улыбнулась. Она ничуть не разозлилась. Не у всех есть право быть своевольными. Даже если ты хочешь разобраться с людьми, то тебе нужно стоять на стороне разумных доводов, иначе тебе не устоять. Ин Су не заботила репутация, но вот Нин Шу она заботила. Изначального хоста она тоже заботила. Особенно учитывая её нежный и чувствительный характер. Столкновение с подобными вещами может её просто сгубить. Фэн Цинцянь была даже обручена принцем. Она потом выйдет замуж в императорскую семью, так что ей нужно быть особенно осторожной и скрытной, чтобы поддерживать репутацию императорской семьи. Не имея хорошей репутации, что бы ты ни делала, на тебя будут нападать. Куда бы ты ни шла, люди будут указывать на тебя пальцами. Не каждая женщина может встретить терпимого мужчину, который будет бесконечно баловать их, говоря, что они во всём правы. Так будет поступать только очень сильный и безмозглый мужчина. ______________________________________________________________________ Примечание: * три устоя этических норм древнего Китая: абсолютная власть государя над подданным, отца над сыном, мужа над женой. Пять основные нормы [человеческих] отношений (между правителем и придворными, отцом и сыном, старшим и младшим братьями, мужем и женой, между друзьями). ---------- Такие Разные Жизни Такое необузданное высокомерие было несравненным. Но, в итоге, с ней ничего не случилось. Нин Шу готова была выразить своё восхищение. Они имели такие разные жизни, несмотря на то, что были одним человеком. Нин Шу окинула взглядом душу Ин Су и мысленно прочитала заклинание для вознесения. Она постепенно очищала душу Ин Су. Ин Су была одета в мужскую одежду и держала в руке веер. У Фэн Цинцянь изначально было субтильное телосложение, так что, даже в такой одежде она не могла притворяться мужчиной. Но Ин Су всё равно настаивала на том, чтобы вести себя величественно и храбро. Проходя мимо публичного дома Ин Су даже хотела зайти внутрь. Нин Шу презрительно скривила губы. По всей видимости, посещение борделя было обязательной частью программы для всех трансмигрантов в древние времена. С таким мировоззрением, как у Ин Су, было удивительно, что её ещё не убили за то, что он делает в этом мире, всё что захочет. Ин Су потом тоже откроет публичный дом. Однако он будет в стиле современного клуба. Она будет зарабатывать деньги и одновременно собирать информацию. Ин Су хотела войти внутрь, чтобы посмотреть, как там внутри, но, нащупав в своём кармане всего несколько кусков серебра, она нахмурилась. Это были жалкие деньги, которые бываю только у попрошаек. С такими деньгами ничего толком не сделать. Ин Су ещё раз глянула на публичный дом, развернулась и ушла. Она собиралась заняться более важными делами на этой прогулке. В семье Фэн не было никого, кто бы принадлежал ей. Она хотела тренировать людей, которые будут верны ей. Ин Су отправилась в то место, где продавали рабов. Люди сидели в клетках, либо были связаны верёвками. На груди у них были таблички и их продавали, словно питомцев. Вот какой жестокой была жизнь в древние времена. Именно так обращались с людьми, у которых не было семьи или клана, который мог бы их приютить. Семья Фэн не выгнала Фэн Цинцянь. Наоборот, они предоставили ей кров и еду. А иначе, среди этих рабов сейчас была бы связана и продана сама Фэн Цинцянь. Когда у вас нет абсолютной власти, то вы можете только адаптироваться. Ничья жизнь не бывает идеальной. Сама по себе Фэн Цинцянь была не из тех, кто выслуживается перед другими, поэтому было вполне естественно, что ей пренебрегали. Даже сражаясь за свои вещи она должна делать это оправданно. Ей нужно демонстрировать свою силу, чтобы другие не могли поймать её за слабые места. Ин Су всегда говорила, что Фэн Цинцянь была глупой и бесполезной. Нин Шу тоже хотела использовать насилие, чтобы решать все свои проблемы. В мире, где всё решается через жестокость и насилие, Нин Шу не будет вести себя вежливо и с радостью использует насилие, чтобы решить свои конфликты. Но, к сожалению, этот мир был не таким. Можно даже сказать больше: от этого мира ей хотелось плакать. Единственное, что она сейчас могла делать - это молиться о том, что в следующий раз ей достанется мир, в котором она сможет убивать, когда ей захочется. Тогда всё будет гораздо проще. У Нин Шу складывалось ощущение, что задания действительно становятся всё труднее и труднее. Приходилось учитывать слишком много разных вещей. У Нин Шу было такое ощущение, что ей не хватает интеллекта. Будет ли контратака считаться успешной зависит от множества аспектов. Нин Шу протяжно вздохнула. Ей было скучно наблюдать за тем, как Ин Су выбирает раба. В любом случае, её выбор будет потрясающим. Более того, она сможет выбрать себе либо самого лучшего киллера, который временно находится на самом дне жизни, или затаившего сильную ненависть к кому-нибудь. А так как она главная женщина - то после того, как она купит раба, он станет крайне верен ей. Ин Су взглянула на пару из брата и сестры, которые были заперты в клетке. Взгляд парня был холодным и осторожным. Он явно защищал свою сестру. Ин Су повернулась к продавцу и спросила: - Почём продаются эти двое? - Десять лян серебра. У Ин Су не было десяти лян серебра, поэтому она с усмешкой сказала: - Кто из них такой дорогой? Мне нужен только парень, а не девушка. - Дорогой гость, эти двое идут в комплекте. Либо покупайте их вместе, либо не покупайте вообще. Как насчёт восьми лян? – сказал продавец. Эти двое были для него просто залежалым товаром. Каждый раз при взгляде в холодные волчьи глаза парня, он невольно чувствовал, как по спине пробегает холодок. Продавцу очень хотелось избавиться от них. - Три ляна. - Семь лян. - Четыре ляна. - Пять лян. Я продам за пять лян, не меньше. Ин Су купила брата и сестру за пять лян серебра и сказала им: - Следуйте за мной. Я смогу добиться всего того, чего вы желаете в глубине души. Следуйте за мной, и у вас будут силы, чтобы отомстить. Ин Су видела обиду и ненависть во взглядах брата и сестры. Те переглянулись между собой и спросили со скепсисом: - С чего это мы должны доверять вам? ---------- Сила Величественной Ауры - А вам не нужно сомневаться, - уверенным и громким голосом сказала Ин Су. Она звучала так уверенно, что люди невольно верили ей. Брат и сестра переглянулись между собой, а потом рухнули на колени. - С этого дня, мисс – госпожа для этих брата и сестры. Нин Шу: … Главная женщина такая крутая и доминирующая. Ей достаточно было лишь немного выпустить свою величественную ауру и вдруг, о чудо, у неё появилось два подчинённых. Ей достаточно было всего лишь вести себя круто. Нин Шу это ничуть не убедило. Как, блин, это работает? Эти брат и сестра были из другой страны. Парня звали Пэй Юань, а сестру – Пэй Чжэнь. Ин Су дала Пэй Юаню несколько лян серебра и сказала: - Сперва найди место, где можно поселиться. Через пару дней я дам тебе большую сумму денег. Мы с Пэй Чжэнь вернёмся в семью Фэн. - В семью Фэн? – Пэй Юань застыл на мгновение, а его лицо стало немного неприятным. – Это семья того самого Фэн Чана? - Значит, мисс из семьи Фэн? – поспешно спросила Пэй Чжэнь. Ин Су прищурилась. - Неужели у вас какая-то обида на семью Фэн? Пэй Юань упал на колени и сказал Ин Су: - Спасибо вам, мисс, что спасли нас из такой беды. Мы, брат и сестра, непременно вернём вам деньги. Прошу, простите нас за то, что мы не сможем служить и следовать за мисс. Ин Су не сдвинулась с места. - Расскажите мне, что произошло? - Наш отец умер из-за Фэн Чана, - сказал Пэй Юань. Если говорить коротко, две страны воевали. Отец Пэй Юаня проиграл и после этого его допросил император. Как это обычно бывает при дворе, его соперники подливали масла в огонь, скидываю вину на него. В итоге, всё докатилось до того, что отца Пэй Юаня обвинили в предательстве, после чего обезглавили. Мать увела врагов подальше от брата и сестры, чтобы дать им шанс на выживание. Они долго были в бегах, но потом, когда они были на грани смерти, их поймали работорговцы. Выслушав их историю, Ин Су безразлично сказала: - Я никогда не считала себя членом семьи Фэн. На самом деле, моё положение в семье Фэн не лучше вашего. Только стоя на вершине власти вы сможете добиться того, чего желают ваши сердца. Месть требует силы, - сказала Ин Су. – Когда придёт время и вы захотите отомстить, я точно не стану вас останавливать. У нас с вами одинаковая цель. Брат и сестра семьи Пэй переглянулись между собой. В итоге, Пэй Юань принял серебро Ин Су. - Я надеюсь, что мисс сдержит слово. Когда придёт время, мисс не станет останавливать нас на пути нашей мести. - Не стану. Пэй Юань взял серебро и исчез. Пэй Чжэнь осталась вместе с Ин Су, чтобы работать на неё в качестве служанки. Нин Шу: … Какого хрена? Их отец проиграл в битве, но они винят во всём семью Фэн? Это же явно император и министры их собственной страны убили их семью. Даже если они знали, что этот вопрос не имеет никакого отношения к семье Фэн, их разум отказывался принимать этот факт. Они переложили часть ненависти на семью Фэн. И всё же, эти брат и сестра, в итоге, помогли главному мужчине и главной женщине объединить континент под своим правлением. Таким образом они смогли в полной мере отомстить своей прежней стране. Нин Шу наблюдала за тем, как Ин Су смело приняла Пэй Чжэнь. Ей даже пришлось остаться в резиденции Фэн в качестве служанки. Почему Ин Су так враждебно настроена к семье Фэн? Если кто и должен быть враждебно настроен, то лишь изначальный хост. Ин Су даром получила тело, и поклялась отомстить за изначального хоста. Теперь, даже если Нин Шу просит её не мстить, Ин Су вероятно, снова обругает её, назвав трусихой, хах… Такое ощущение, что семья Фэн была для Ин Су словно деревня новичков, в которой она будет тренироваться сражаться с монстрами. Проблема в том, что к ней будут подходить всевозможные идиоты, чтобы спровоцировать её. А потом она будет решать проблемы взмахом руки. А если возникнут проблемы, которые она не сможет решить, то появится сильный мужчина, который во всём ей поможет. ---------- Семья Фэн Не Очень Хорошо Ко Мне Относится Нин Шу вздохнула и продолжила читать мантру. Первым делом нужно восстановить здоровье этого тела. Ин Су привела Пэй Чжэнь обратно в семью Фэн, и Пэй Чжэнь была ошеломлена, когда увидела, что двор Ин Су был таким потрёпанным. Пэй Чжэнь тоже когда-то была из богатой семьи, и она жила в гораздо более приличном дворе, чем этот. Она спросила: - Неужели юная мисс живёт в таком дворе? - Ага. Как видишь, семья Фэн не очень хорошо ко мне относится, - ничуть не обеспокоившись ответила Ин Су. – Раз ты здесь, тебе придётся изменить своё имя. Какое имя ты хочешь? - Прошу, дайте мне имя, мисс, - Пэй Чжэнь сложила руки в жесте уважения. - Тогда буду звать тебя Пэй Лань. В этот момент прибежала Чжи Тао со сломанной рукой. Она поспешно поклонилась и отсалютовала, а потом сказала Ин Су: - Мисс, к нам пришёл второй принц. Генерал тоже вернулся. Хотите их повидать? Ин Су увидела небрежный поклон Чжи Тао, и её лицо помрачнело. К тому же Чжи Тао так долго не появлялась перед ней, а теперь взяла и прибежала. - Что это ты тут делаешь? Разве я тебе не сказала, что ты больше не моя служанка? Проваливай… - строго сказала Ин Су. Чжи Тао закусила губы и сказала: - Эта служанка была рождена служить юной мисс, и она умрёт ради юной мисс. Мадам попросила меня заботиться о мисс, поэтому я должна о ней хорошо заботиться. Во взгляде Ин Су промелькнул сарказм. - Ха. Я уже нашла, кто мне будет служить. Ты мне больше не нужна. Можешь идти. Чжи Тао глянула на Пэй Лань, стоящую в стороне, и спросила: - Кто она? Откуда она взялась в резиденции Фэн? В семье Фэн нет записей о её покупке! Мисс, мадам её накажет за это. - Она – мой человек, так что никто не смеет её наказывать, - высокомерно сказала Ин Су. Пэй Лань поклонилась Ин Су. - Эта служанка благодарит мисс за её заботу. Лицо Чжи Тао немного перекосилось. Она подумала о том, как мисс сломала ей запястье и вообще нехорошо обошлась с ней. Было очевидно, что мисс сама была бесполезной, но винила в этом служанку. Чжи Тао всё равно вспомнила, что мадам поручила ей, поэтому сказала Ин Су: - Мисс, вам лучше поскорее переодеться. Генерал и второй принц ждут. - Они могут ждать, сколько им влезет. Можешь прямо сказать им, что я не пойду, - безразлично заявила Ин Су. Чжи Тао уставилась на неё так, словно увидела призрака, и сказала: - Мисс, вы сошли с ума? Генерал и второй принц ждут вас, как вы можете не пойти? Ин Су усмехнулась: - Это же они меня ищут, так с какой стати мне к ним идти? Только не думайте, что она не знает о том, что второй принц на самом деле желает познакомиться с первой сестрой. Изначальная владелица этого тела была дурой. Она совсем ничего не понимала. Нин Шу: … Только не забывай, что в тебе ещё одна душа. Ин Су усмехнулась и мысленно обратилась к Нин Шу: - И это твой мужчина? Как отвратительно! Нин Шу поджала губы. Кто знает, какого чёрта Фэн Цинцянь, которая была дочерью наложницы, была обручена со вторым принцем, да ещё и в качестве главной жены? Может, это для того, чтобы предоставить Ин Су возможность для контратаки? Чжи Тао тупо уставилась на свою юную госпожу. Когда она очнулась после падения в воду, она стала вести себя очень странно. Словно она лишилась рассудка. А теперь она говорит такие дерзкие вещи. Мисс действительно сошла с ума. ---------- Она Просто Пытается Заработать Себе На Жизнь Ин Су сделала глоток чая и сказала, без тени сомнения: - Просто скажи им, что я не приду. - Мисс… Чжи Тао всё ещё хотела уговорить её. Если она позволит мисс снова вести себя подобным образом, то мадам снова отчитает её. Когда же она сможет покинуть этот двор? Она всё равно не хотела служить четвёртой юной госпоже. К тому же, четвёртая госпожа жестоко сломала ей запястье. Какая неверность и неправедность? Она просто пытается заработать себе на жизнь. Немного поразмыслив, Чжи Тао поняла, что ей слишком лень проявлять заботу об Ин Су. Она развернулась и вышла из комнаты, чтобы отчитаться перед мадам. Вскоре Чжи Тао снова прибежала и взволнованно сказала Ин Су: - Мисс, если вы сейчас не придёте, то генерал разозлится. Если вы будете пренебрегать императорской семьёй, то Император накажет Резиденцию Фэн. Ин Су осталась равнодушной. - И какое это имеет отношение ко мне? Раз они пришли повидать меня, то пусть идут в этот двор. Или что? Этот двор слишком потрёпанный, чтобы принимать людей? Чжи Тао была ошеломлена и с недоверием посмотрела на Ин Су. - Мисс, они же мужчины. Как они могут войти во внутренний двор? Ин Су фыркнула и рассмеялась. - Ну, я не хочу к ним идти. Они не могут прийти. Тогда пусть проваливают. Чжи Тао покачала головой и ушла. Она больше не хотела служить четвёртой мисс. Изначально четвёртая мисс обладала самым тихим характером среди всех мисс в Резидениции Фэн. Её практически не существовало. И какое тогда будущее ждало Чжи Тао, если бы она последовала за такой госпожой? К тому же, она чувствовала, что госпожа её недолюбливает. Нин Шу не удержалась от вопроса. - Почему ты не хочешь идти? Неужели это действительно было нормально, вести себя так высокомерно? - А с какой стати я должна идти? Я не из тех, кто прибегает по первому зову. Выражение лица Ин Су было безразличным. Нин Шу: … Вскоре за дверью послышались звуки шагов, после чего несколько человек вошли в дом. Впереди шёл мужчина средних лет с длинной бородой, густыми бровями и крупными глазами. Он был крепкого телосложения. Вслед за ним шёл юноша в парчовых одеждах и с нефритовой короной. Его лицо было красивым и изящным. Вся его внешность была благородной и величественной. От него так и исходила аура императорской семьи. В этот момент он осматривался по сторонам и хмурился. Ин Су увидела Фэн Чана и второго принца и не удержалась от усмешки. - Это поистине великая честь, приветствовать двух выдающихся гостей в моём захудалом дворе. Слова Ин Су были полны сарказма. Фэн Чан невольно пристально уставился на неё. - Что ты творишь? Почему ты не пришла в главный зал, когда тебе велели? Голос Фэн Чана был громким. Он повернулся к Ин Су и начал её отчитывать. - Ты только посмотри на себя! Как ты выглядишь? Его Высочество второй принц всё ещё ждёт тебя. - Пэй Лань, пойди и налей какого-нибудь чая почётному гостю, - приказала Ин Су. – Простите, в моём дворе нет хорошего чая. Второй принц нахмурился и сказал: - Не нужно мне никакого чая. Генерал Фэн, в этот раз я пришёл сказать вам одно, я хочу отменить помолвку с четвёртой мисс. - Почему? Этот свадебный контракт был подписан Его Величеством, как Ваше Высочество может вот так просто отказаться от брака? А Его Величество знает об этом? – громко спросил Фэн Чан, качая головой. – Ваше Высочество, вы не можете так поспешно отказываться от брачного контракта. Второй принц не удержался и сказал: - Генерал Фэн. Мы с четвёртой мисс просто не совпадаем. Подобный брак просто слишком абсурден. Ему действительно не нравилась эта Фэн Цинцянь. Ин Су холодно улыбнулась. - Отказываетесь от брака? Да он просто подонок. Ин Су встала, и стала выглядеть очень строго. - Я вам не нравлюсь и вы не хотите на мне жениться. Как я могу позволить этому произойти? Вы мне больше не нравитесь, поэтому, даже если вы и хотите отказаться от брака, это я должна разбить помолвку. Второй принц, я, Фэн Цинцянь, отказываюсь от всех уз с вами. С этих пор между нами ничего нет. Ин Су слегка приподняла подбородок, гордая, словно феникс, воспаривший на девятое небо. Её сияние было ослепительным. Она была яркой и красивой, а прежние трусость и комплекс неполноценности полностью исчезли. Второй принц застыл, глядя на Ин Су. А потом он осознал, что эта Фэн Цинцянь, эта женщина, действительно хотела расторгнуть с ним брачный контракт. Какая-то "женщина" отказалась от него? ---------- Он Нисколько Не Интересует Ин Су была первой женщиной в истории, которая расторгла свою помолвку с мужчиной. Она слегка приподняла подбородок, словно считала второго принца никудышным образцом человека. Когда её слова прозвучали, они ошарашили всех находящихся в комнате. У генерала Фэна челюсть отвалилась. Но потом он быстро сложил руки в уважительном жесте в сторону второго принца и признался: - Моя дочь заговорила не подумав, прошу, смилуйтесь, Ваше Высочество. Я непременно воспитаю её, как следует. Ин Су услышала слова Фэн Чана и саркастично заметила: - Ха… воспитаешь? Меня никогда не воспитывали и не обучали. Выражение лица второго принца было полно отвращения и сарказма. Он взмахнул рукавом и холодно заявил: - Генерал Фэн, я действительно не могу себе позволить жениться на такой женщине. - Фэн Цинцянь, говори разумно, - отчитал Фэн Чан, повернувшись к Ин Су. – Неужели ты действительно хочешь отказаться от брака с Его Высочеством? - И что с того, если я хочу расторгнуть помолвку? Он такой нерешительный человек. Меня, Ин… Фэн Цинцянь, он нисколько не интересует. Неужели отец хочет, чтобы я вышла замуж за такого человека? Неужели отец хочет продать свою дочь ради славы и богатства? Саркастичное выражение лица Ин Су было ошеломляющим. От этого даже второй принц позеленел от негодования. Фэн Чан, который привык лишь воевать на поле боя, был растерян и мог лишь снова и снова извиняться перед вторым принцем. - Да кем ты себя возомнила? Как ты смеешь расторгать помолвку с этим принцем? - второй принц стиснул зубы. – Фэн Цинцянь, ты у меня погоди! Нин Шу: (╯°Д°)╯︵┻┻ Нин Шу была ошеломлена и использовала всю свою силу в борьбе за владение телом. Женщины не бросают мужчин. Только главная женщина могла так сделать. Тем самым она бросала вызов небесам и демонстрировала, что у неё есть характер. Это становилось поводом, чтобы мужчины сражались за неё. Но если так будет поступать второстепенный персонаж, то это равносильно великому позору. Если Нин Шу позволит Ин Су таким образом расторгнуть брачный контракт, тогда позже, когда она выгонит Ин Су из тела, изначальный хост вернётся и будет вынуждена столкнуться с полной потерей репутации. Женщина, которая отказалась от брака с императорской семьёй. Никто не посмеет жениться на ней. Нин Шу никак не могла понять, почему Ин Су сразу не убили за такое высокомерие? Нин Шу почувствовала, как множество стальных игл вонзились в её голову, пока она постепенно захватывала контроль над телом. Но её душа стала одержима с несколькими слоями обиды, и крайне холодная аура стала просачиваться в её душу. Это было основной причиной, почему Нин Шу решила некоторое время не сражаться с Ин Су. Быть опутанной подобными вещами – это очень плохо для кармы, но в данной ситуации было необходимо вступиться. - Фэн Цинцянь, ты сумасшедшая? Как ты посмела захватить моё тело? – сердито закричала Ин Су ледяным тоном, пытаясь выдавить Нин Шу из тела. – Что делать? Лезешь, когда над тобой так издеваются? Ты же слабачка! Проваливай! Я сама со всем разберусь. Голова Нин Шу болела так сильно, что вены вздулись на её лбу, но она проигнорировала крики Ин Су, а потом поклонилась второму принцу и Фэн Чану. - Фэн Цинцянь приветствует второго принца, и приветствует своего отца. Второй принц холодно фыркнул. - Фэн Цинцянь, если ты не дашь этому принцу ответ сегодня же, то этот принц обвинит тебя в преступном предательстве и казнит. Нин Шу приходилось терпеть головную боль, когда она ответила: - Предыдущая тирада была из-за того, что эта скромная девушка была шокирована тем, что Ваше Высочество так внезапно решил отказаться от брака. - Хмф… Лицо второго принца всё ещё было искажено от гнева. Нин Шу спокойно продолжила: - Ваше Высочество пришёл отказаться от брака. А Его Величество знает об этом? - Не знает. Если ты откажешься от брака со мной, то этот принц компенсирует тебе это, - сказал второй принц. ---------- Он Просто Не Хотел Жениться На Фэнь Цинцянь Фэн Чан слегка покачал головой, поэтому Нин Шу добавила: - Этот брак – вопрос, связанный с репутацией между семьёй Фэн и императорской семьёй. Если Цинцянь откажется от брака с вашим высочеством без причины, то репутация Цинцянь будет потеряна. Неужели его высочество хочет заставить Цинцянь покончить жизнь самоубийством? – сказала Нин Шу с холодным выражением лица. - Это… - второй принц на мгновение замешкался. – У этого принца не было такого намерения. Если его отец узнает, что он заставил свою невесту умереть, тогда ему тоже придётся пострадать. К тому же, у семьи Фэн по-прежнему на руках сосредоточена военная власть. Он хотел жениться на женщине из семьи Фэн. Но он просто не хотел жениться на Фэн Цинцянь, потому что Фэн Цинцянь была дочерью наложницы. - Неужели Цинцянь сделала что-то, что унизило императорскую семью или репутацию Вашего Высочества? – поинтересовалась Нин Шу. - Нет, - сказал второй принц. Ему просто не нравилось её робкое поведение. - Тогда, выходит, Цинцянь выглядит уродливо, отчего вашему высочеству неприятно на неё смотреть? Нин Шу слегка повысила голос, глядя прямо на второго принца. Взгляд второго принца прошёлся по Нин Шу. Её лицо было чистым и приятным, словно прекрасный цветок. Спустя долгое время, он ответил: - Мисс Фэн не уродливая. Голос Нин Шу был озадаченным: - Тогда почему ваше высочество хочет отказаться от брака? Вы же знаете, Ваше Высочество, что как только эта помолвка будет расторгнута, Цинцянь больше никогда не сможет выйти замуж? Как тогда Цинцянь будет жить с потерянной репутацией? - Это… - лицо второго принца побледнело, после чего он, наконец, сказал: - Мисс Фэн, вы хорошая девушка. Но у этого высочества уже занято сердце. Нин Шу едва смогла проконтролировать выражение своего лица, чтобы не показать презрения. Мужчины действительно подонки. Они вводят всевозможные правила и предписания, вынуждая женщин подчиняться им. А потом мужчинам хватает наглости говорить, что такие женщины им неинтересны. Они жалуются, что эти женщины сделаны по одному шаблону. Что все они одинаковые и у них нет никакой индивидуальности и характера. Однако, стоит только женщине проявить хоть немного индивидуальности и характера, то они сразу говорят, что она не добродетельная. Какого хрена? Эти мужчины должны все отправиться прямиком в ад! Головная боль стала очень сильной, пока Ин Су боролась за контроль над телом. Нин Шу почувствовала, как её душе становится невыносимо больно, а всё тело покрылось потом. Нин Шу сделала глубокий вдох и сказала: - Если Ваше Высочество хочет отказаться от брака, то нет ничего невозможного. Но вы должны будете всё объяснить перед Его Величеством. Цинцянь хочет прояснить это не только ради собственной репутации, но также и ради репутации всей семьи Фэн. Это также касается репутации всех женщин из семьи Фэн. Если сёстры Цинцянь не смогут выйти замуж из-за этого случая, тогда даже смерти Цинцянь будет недостаточно, чтобы расквитаться за этот грех. Нин Шу спокойно добавила: - К тому же, мы не можем позволить, чтобы наш отец из-за этого стал посмешищем. Он хочет отказаться от брака? Разве это может быть настолько легко? Даже если она и согласится на это, она должна заставить его пострадать. В эту эпоху репутация для женщин была крайне важна. Если в семье есть женщина, которая оскорбляет репутацию семьи, то жениться на ком-то из этой семьи будет уже неблагоприятным поступком. Поэтому Нин Шу и связала весь этот вопрос с семьёй Фэн вообще и с Фэн Чаном в частности. Принц хотел пинком под зад прогнать Фэн Цинцянь, а потом жениться на первой дочери из семьи Фэн? Размечтался. Фэн Чан сложил руки в уважительном жесте перед вторым принцем и сказал: - Ваше Высочество, прошу вас передумать. Этот брак связан с репутацией обеих семей. Второй принц нахмурил брови. Изначально он думал о том, что сможет отменить брак, но подумав, он понял за его невестой не числилось никаких промахов, поэтому у него нет оправданий для отмены этого брака. Его Отец-Император, скорее всего, не примет такой бездумный отказ. Если этот вопрос действительно вызовет внимание Отца-Императора, то даже если расторжение брака действительно будет успешным, Отец-Император может не дать своё согласие на женитьбу на первой дочери семьи Фэн. А ещё были и другие принцы, которые могли захотеть заполучить связи с семьёй Фэн. В голове второго принца начали мелькать различные идеи. Наконец, его взгляд остановился на Фэн Чане. Если он сможет уговорить его выдать первую дочь в качестве заменяющей невесты, тогда всё будет хорошо. Если уж на то пойдёт, то можно придумать план, как испортить репутацию Фэн Цинцянь. Тогда его отказ от брака будет оправданным. Нин Шу заметила злобное намерение во взгляде второго принца. Похоже, что он не отказался от своей идеи отказаться от брака. Кто знает, что он теперь задумал? ---------- Делая Первый Ход Столкнувшись с задумчивым взглядом второго принца, Нин Шу решила сделать первый ход. Эта эпоха была слишком сурова с женщинами, но очень терпимо относилась к мужчинам. Что бы ни произошло, действия мужчин легко прощались. Даже поход в публичный дом можно было описать, как кокетливый и лихой. Идите на хуй. Так как второй принц не достиг своей цели, он был не в самом хорошем настроении. Блять, да он бы предпочёл встретиться с женщиной, которая вскакивает и кричит, что она сама откажется от брака с ним. Тогда он мог бы праведно отказаться от этого брака. И ей пришлось бы принять на себя удар за порчу своей репутации. Но теперь он находился в невыгодном положении. Семья Фэн управляла сценой. Но замена Фэн Цинцянь на Фэн Фэйянь всё ещё казалась доступным вариантом. Как говорится, нет ничего лучше благоразумия. К тому же, семья Фэн не была из тех, кого он мог запугать только потому, что он был принцем. Второй принц повернул голову и посмотрел на Нин Шу. Он попытался рассердить её: - Фэн Цинцянь, у этого высочества уже есть любимая женщина. Я надеюсь отказаться от этого брака, чтобы быть с по-настоящему любимой женщиной. Нин Шу равнодушно поклонилась: - Цинцянь запомнит это. Какая любимая женщина? Он явно думает, что она – просто дочь наложницы и у неё нет никакого ценного статуса. Дочь главной жены явно превосходит её в статусе. У неё не было весомого статуса в семье Фэн и её слова не имели никакого веса. В момент нужды она бы не смогла заставить семью Фэн встать на его сторону. Разве это не просто стремление к вышестоящему положению? Второй принц увидел, что Нин Шу никак не отреагировала, поэтому мог лишь взмахнуть рукавами и уйти. - Второй принц, я вас провожу. Фэн Чан глянул на Нин Шу и пошёл провожать второго принца со двора. Как только эти двое ушли, Нин Шу уже больше не смогла стоять на ногах. Она распласталась в кресле, покрытая потом. Как только она чуть расслабилась, Ин Су тут же перехватила контроль над телом. Нин Шу не стала спорить с ней, она лишь посмотрела на её душу, запятнанную чёрным дымом. Этот чёрный дым кружил возле её души, отчего Нин Шу испытывала дискомфорт. Подобные вещи могут пробудить в её душе негативные эмоции. На самом деле, Нин Шу была сейчас изрядно раздражена. Нин Шу стала читать заклинание вознесения, чтобы уничтожить чёрный дым в её душе. - Фэн Цинцянь, ты действительно… - Ин Су была так зла, что смахнула чайный набор со стола на пол. – Ты действительно неисправимая дешёвка. Ты всё ещё не можешь отказаться от такого мужчины? Неужели ты планируешь полагаться на свою наивную доброту, в надежде заставить сердце этого мерзавца растаять? Ин Су испытывала отвращение к Нин Шу. - Зачем тебе вообще пытаться выживать? Ты такая слабая, что над тобой может издеваться кто угодно. Нин Шу холодно сказала: - Сама ты дешёвка, и вся твоя семья – дешёвки. Даже если я слабая, неужели должна отказаться от своего тела? Только потому, что я слабая, я должна умереть? Если я не действую так безрассудно, как ты, то я должна умереть? Знаешь что? Ты – бесчестная и у тебя злое сердце. Ты мстительная и недальновидная. Вот, я сказала это. Почему бы тебе самой не умереть? Люди вроде тебя рождаются только для того, чтобы причинять боль как себе, так и другим людям. Иди к чёрту! Дерьмо. Почему это она заслуживает жизни, а другие люди должны умереть, хах? - Фэн Цинцянь, как ты смеешь так грубо разговаривать со мной? Если у тебя есть способности кричать, так почему же ты не накричала на второго принца, а? Перед лицом второго принца ты сжалась, словно черепаха. Он пришёл к тебе, чтобы отказаться от брака, а ты всё равно ведёшь себя уважительно. Это просто отвратительно, - холодно заявила Ин Су. - Я не посмела накричать на второго принца, и что ты с этим сделаешь? Его отец может загнать всю семью Фэн в могилы. Нин Шу задыхалась от гнева. Ин Су думала, что всё будет в порядке, если она просто великодушно откажется от помолвки с принцем? Без ауры главной женщины, уже в следующей сцене она будет в двух метрах под землёй. В эту эпоху репутация была важнее жизни. Вот почему так много женщин были убиты или доведены до самоубийства, лишь бы только не навредить репутации других женщин из семьи. - Какая разница? Все мы - люди. Моя жизнь принадлежит мне, а не небесам. Нин Шу лукаво сказала: - Да, все мы – люди. Тогда почему ты хочешь, чтобы я отказалась от своего тела и умерла? Двойные стандарты не должны быть слишком уж очевидными. Для Ин Су, пока это было ей на пользу, это было правильно. ---------- Почему Бы Тебе Не Упокоиться с Миром? Фэн Цинцянь предпочла бы умереть и позволить своим костям сгнить, чем видеть, как Ин Су захватывает её тело. - Ты уже мертва, чего ты вообще вылезаешь тут? Ты что, не можешь просто упокоиться с миром? – раздражённо сказала Ин Су. Когда такой человек внезапно вылезает, это мешает ритму её работы. - А разве ты сама не блуждающий дух? Почему бы тебе не упокоиться с миром? – риторически спросила Нин Шу. Нин Шу не стала продолжать ругаться с Ин Су. Она сконцентрировалась на чтении заклинания, чтобы уничтожить чёрный дым в её теле. И в то же время, она вынуждена была наращивает свою силу, чтобы захватить тело и разобраться со вторым принцем. Второй принц явно не имел добрых намерений. В эту эпоху эффективнее всего было разобраться с женщиной, путём порчи её репутации. И ему даже не нужно разбираться с ней. Семья сама сделает это за него. Они не потерпят женщину с испорченной репутацией. Проклятье, что за подлый человек! Фэн Чан, который проводил второго принца, вернулся и сказал Ин Су: - Иди в главный зал. Я хочу тебе кое-что сказать. - Не пойду. Ин Су закинула ногу на ногу, взяла чайную чашку и стала небрежно пить чай. Фэн Чан: … Фэн Чан выглядел ошеломлённым. Как так вышло, что когда он вернулся, она уже изменилась? Фэн Чан холодно сказал: - Я смотрю ты съела сердце медведя и смелость леопарда, раз смеешь отказываться от брака со вторым принцем? Если Его Величество обвинит нас, семья Фэн не сможет этого вынести. - Ох… - безразлично сказала Ин Су. – А какое это имеет отношение ко мне? - Куда подевались все те правила, которым ты училась? Фэн Чан нахмурился. Даже несмотря на то, что он сам был довольно грубым человеком и не особо заботился об этикете, ему не нравилась такая Ин Су. - Это так ты разговариваешь со своим отцом? - Ты меня вырастил, но не воспитал. Мне даже еды не хватает, какой смысл говорить о правилах и манерах? – саркастично сказала Ин Су. Ин Су взмахнула рукой, подразумевая весь двор. - Я же четвёртая юная госпожа, а живу в таком дворе, без единой служанки. К тому же, меня хотят продать в императорскую семью ради славы и богатства для семьи Фэн. По крайней мере, надо хотя бы кормить меня вдосталь. Неужели, вы хотите ездить на коне и не давать ему есть траву? Чего хорошего вы тогда хотите добиться? – безразлично сказала Ин Су. Пока Ин Су разговаривала с отцом, она мысленно обратилась к Нин Шу: - Ты такая тупая. Ты не только не знаешь, как бороться за себя, но ещё даже считаешь деньги за людей, которые тебя продали. Нин Шу просто проигнорировала её, ускоряя очищение собственной души. Подобные вещи в теле – это всё равно, что бомба замедленного действия. Но процесс очищения шёл очень медленно. Нин Шу обнаружила, что использование заклинания очень медленно возносило эти обиды. Эффект был незначительным. Фэн Чан снова поперхнулся от слов Ин Су. Он уставился на неё взглядом тигра. - Где это ты наслушалась такой чепухи? - Ха. Разве я не живу в потрёпанном дворе? Разве это не означает, что семья Фэн пренебрегает мной? – возразила Ин Су. – А теперь вы выдаёте меня замуж за какого-то нерешительного подонка ради богатства и славы семьи Фэн. Вот уж действительно, готовы опуститься на любой уровень. - Что за чушь ты говоришь? Слава и богатство семьи Фэн были добыты в бою. Что касается твоего брака со вторым принцем, то это твоя мать договорилась о помолвке со Знатной Наложницей Ду. На лбу Фэн Чана подозрительно надулись голубые вены. - Ха. Моя мать умерла, поэтому вся вина теперь ложится на её голову? Мёртвые не могут подняться и возразить, что бы вы ни сказали. Ин Су вела себя так, словно затаила обиду на весь мир. Фэн Чан: … - Сиди дома и думай над своим поведением. Фэн Чан развернулся и ушёл. Ин Су было всё равно. Она не собиралась позволять семье Фэн использовать её ради политического брака. Она собиралась сама решать, как прожить свою жизнь. Она не такая слабая и робкая, как Фэн Цинцянь. ---------- Ладно, Я Приму Вскоре после того, как Фэн Чан ушёл, пришли слуги и служанки, которые стали вносить вещи. Это была разная новая мебель и туалетные столики, а также несколько подносов с ювелирными украшениями и заколками. Кормилица, прислуживающая мадам Фэн, поклонилась Ин Су. - Это подарок от мадам для мисс. - Тогда спасибо, - неискренне сказала Ин Су. Ох, все эти вещи тут для того, чтобы их мог увидеть Фэн Чан. Мадам просто хотела использовать брак Фэн Цинцянь в обмен на богатство и славу для семьи Фэн. Ин Су хотела набраться силы, чтобы защищать тех людей, которых она хотела защитить. Если бы ей пришлось идти на жертвы, ради того, чтобы сохранить богатство и славу, тогда она предпочла бы вообще их не иметь. Сила нужны для защиты, а не для жертвы. Эта мадам хотела, чтобы Ин Су пожертвовала собой всего лишь за несколько подарков в качестве взятки, хах? Хмф... Что бы ни делала семья Фэн, Ин Су была полна сарказма и полна злого умысла. Выражение лица кормилицы стало неприятным, когда Ин Су сказала ей унести вещи. Ин Су безразлично сказала: - За все эти годы я уже так привыкла пользоваться потрёпанными вещами. Я не привыкла к таким хорошим вещам. Отправьте их обратно. Нин Шу: … - Эй, что с тобой не так? Ты же постоянно говоришь, что хочешь бороться за то, чего заслуживаешь. А теперь отсылаешь всё это обратно, потому что хочешь отказаться? – не удержавшись спросила Нин Шу. Ин Су действительно была претенциозна. Выражение лица Ин Су было холодным. Ей не нравились эти вещи из семьи Фэн. Они же явно пытаются использовать эти вещи, чтобы она осталась с этим изменяющим и нерешительным мужчиной до конца своей жизни? Семья Фэн слишком презирала её. В современном мире, она видела и не такие ювелирные украшения. Как у королевы киллеров, у Ин Су было достаточно денег на руках. Ин Су никогда не ценила деньги или прочие подобные материальные ценности. Даже оказавшись в древних временах, она всё равно могла зарабатывать деньги. Когда кормилица услышала, как дочь наложницы отказывается от подарков, отправленных ей законной женой, её лицо посинело. Однако у Ин Су статус был выше, чем у неё, поэтому она не смела выражать своё недовольство. Её лицо напряглось, и она сказала: - Четвёртая мисс, это подарки от Генерала и Мадам. - О, это от них? Значит, я должна их принять? Тогда ладно, я приму их, - безразлично сказала Ин Су. – Положите их тут и можете идти. Слуги и служанки сложили вещи. Их лица были немного недовольными. Им было так тяжело нести всё это сюда, но они даже не получили немного денег в награду. Кормилица увела слуг и служанок. Судя по выражению лица кормилицы, она, вероятно, пожалуется об этом мадам Фэн. Нин Шу была в растерянности. Королева киллеров была такой крутой. Она просто не обращала внимания на то, что происходит в мире. Ей даже не нужно было задумываться о таких вещах. Если главная женщина не смогла вас в чём-то убедить, то она продолжит это делать, пока вы не передумаете. А если вы продолжите настаивать на своём, то вас просто убьют… Ин Су схватила горсть драгоценностей из шкатулки. - Пэй Лань, собери все эти вещи, а потом отнеси в магазин и продай. - Мисс, это же подарок от мадам, разве можно такое продавать? – спросила Пэй Лань. Ин Су ответила: - Нам нужны деньги, чтобы увеличить нашу силу. Раз это всё было нам подарено, то эти вещи остаются на наше усмотрение. - Да… Пэй Лань начала складывать драгоценности и заколки. ---------- Кусать Руку, Которая Тебя Кормит Нин Шу не удержалась и заговорила: - Да кто ты такая, чтобы продавать эти вещи? По сути, все эти вещи всё ещё принадлежали семье Фэн. То, что они их прислали сюда, могло означать лишь то, что ей дали право ими пользоваться. Всё же, эти вещи записаны в реестре семьи Фэн. - Ха-ха. Раз они их сюда прислали, то почему их нельзя использовать? – безразлично сказала Ин Су. Нин Шу: … Использовать деньги семьи Фэн, чтобы увеличить свою силу и разобраться с семьёй Фэн. Нин Шу чувствовала отвращение к праведному поведению Ин Су; это было всё равно, что кусать руку, которая тебя кормит. Нин Шу задумчиво посмотрела на душу Ин Су. Ей нужно было как можно скорее найти способ уничтожить карму агрессивного негодования в душе Ин Су. Не потому ли Ин Су была такой безрассудной, что она могла так долго доминировать в этом теле? Нин Шу задумалась о том, что сила её заклинания была слишком слабой. А иначе, поэтому оно не срабатывало на том чёрном дыме, что преследовал Ин Су? Эти эмоции просто слишком плотно обернулись вокруг её тела. Что бы Нин Шу ни делала, они отказывались рассеиваться. Нин Шу ощущала себя глупцом, пытающимся сдвинуть гору. Если пытаться силой перехватить тело из под контроля Ин Су, это приведёт только к заражению её собственной души. Нин Шу не хотела, чтобы её душа была очернена этими призраками. Если её разум будет потемневшим, то это повлияет на её эмоции. Если она не сможет контролировать эмоции, то это будет сильно мешать ей при выполнении заданий. - Кхм… - внезапно прозвучал в мыслях Нин Шу голос 2333. – Нин Шу, у меня есть решение. Хочешь послушать его? - Говори. Нин Шу подняла бровь. Это было впервые, когда она видела 2333 таким полным энтузиазма. Вероятно, он пытался ублажить её, чтобы она пошла делать какое-нибудь системное задание, чтобы он мог улучшить свои данные. - Плохую карму можно убрать при помощи заслуг, - сказал 2333. – Но у этой убийцы много плохой кармы. Для этого, вероятно, потребуется много очков заслуг. Нин Шу внезапно оказалась в затруднительном положении. Всё же, делать добрые дела было не так-то просто. И, даже если она их делала, то не всегда получала очки заслуг. Неужели ей было так необходимо использовать свои заслуги для улучшения кармы Ин Су? Станет ли она избавиться от кармы, имеющейся у Ин Су, вместо неё? До этого Ин Су уже обзывала её глупой и слабой. А теперь она собирается использовать свои заслуги, чтобы убрать плохую карму Ин Су? Дерьмо. Ей больше не хотелось выполнять это задание! Сперва Нин Шу использовала часть заслуг на то, чтобы рассеять чёрный дым, прилипший к её душе. В тот же момент нити из золотого света влетели в её душу. Чёрный дым на её душе внезапно начал таять словно лёд. Вскоре, душа стала чистой и ясной, а сама она почувствовала долгожданное облегчение. Это было действительно хорошо. Когда Нин Шу посмотрела на душу Ин Су, её сердце начало обливаться кровью. Она действительно не хотела использовать заслуги ради Ин Су. - Моя душа защищена заслугами, так что она не сможет атаковать меня, верно? – спросила Нин Шу у 2333. - Полагаю, что нет. Даже боги не смеют лезть к душе, у которой есть защита великих заслуг. Но вот насчёт этих бессознательных обид и негодования, я не знаю, как они отреагируют - сказал 2333. – К тому же, духовная жемчужина буйствует. Она хочет попытаться сожрать душу Ин Су. - Духовная жемчужина? – Нин Шу стало немного любопытно. – Зачем ей хотеть сожрать душу Ин Су? - Ну, если бы я её вовремя не сдержал, то она бы уже вырвалась наружу. В таком случае, и твоя душа, и душа Ин Су были бы вместе поглощены духовной жемчужиной, - сказал 2333. – Духовная жемчужина любит пожирать всевозможные души: с великими достижениями, с плохой кармой, со всевозможной энергией негодования. - Давай подождём, пока я не захвачу это тело. Нин Шу начала захватывать контроль над телом. - Фэн Цинцянь, ты чего это опять начинаешь лезть? Ин Су схватилась за голову, чувствуя, как её голова вот-вот взорвётся. - Чем это ты опять недовольна? Я всё сделаю за тебя, ясно? Чего ты всё продолжаешь доставать меня? - Мисс, что с вами? Пэй Лань увидела болезненное выражение лица Ин Су. В этот момент у неё были красные глаза, а дёсны начали кровоточить от того, как сильно она стиснула зубы. Нин Шу постепенно боролась за контроль над телом. Её душа была защищена заслугами, поэтому чёрная энергия в душе Ин Су теперь мало чем могла повлиять на неё. - Мисс… - крикнула Пэй Лань. Нин Шу резко подняла голову и посмотрела на Пэй Лань. Пэй Лань была ошарашена взглядом Нин Шу и снова спросила: - Мисс, вы в порядке? - Да, я в порядке. Не нужно пока продавать эти вещи. Мы поговорим об этом позже. Нин Шу достала платок и стала вытирать холодный пот со лба. ---------- Прерывистая Мания Пэй Лань была озадачена. До этого мисс сказала, что хочет продать эти вещи, а теперь говорит, что не хочет. Когда это мисс стала такой нерешительной? Нин Шу увидела, что Пэй Лань неподвижно застыла, подняла брови и спросила: - В чём проблема? - Но мисс только что говорила… - Я это не всерьёз сказала. Сейчас неподходящее время продавать что-либо, - безразлично сказала Нин Шу. Посмотревшись в бронзовое зеркало, Нин Шу поправила одежду и отправилась на поиски Фэн Чана. - Мисс, куда вы идёте? Пэй Лань была ошарашена. Мисс, которую она знала, была не такой. Она, словно, стала совсем другим человеком. - Ты пока приберись тут, а мне нужно кое-что сделать, - сказала Нин Шу, после чего повернулась и ушла. - Поняла… - ответила Пэй Лань с озадаченным выражением на лице. Нин Шу пришла к кабинету Фэн Чана и поздоровалась с двумя охранниками. Они стояли у входа в его кабинет и остановили её, когда она подошла ближе. Нин Шу вежливо попросила: - Не могли бы вы доложить о моём присутствии? Как у генерала, у Фэн Чана наверняка в кабинете есть важные и конфиденциальные вещи, вроде карты страны. В древние времена такие вещи являлись важной стратегической информацией. Один из охранников вошёл в кабинет. Нин Шу подождала и, спустя некоторое время, Фэн Чан вышел из кабинета и отправился в сторону главного зала. Нин Шу молча последовала за ним. Лицо Фэн Чана было хмурым. Даже когда они уже пришли в главный зал, он даже не глянул на Нин Шу. Вместо этого он сперва решил взять чашку чая со стола. Его движения были сдержанными, но, увы он выпил чашку чая одним глотком. У генерала действительно были совсем другие манеры, по сравнению с учёными мужами, которые обладали некой внутренней элегантностью. Нин Шу поклонилась Фэн Чану. - Эта дочь приветствует отца. - Ну, и чего ты от меня хотела? – спросил Фэн Чан. Нин Шу сказала: - Отец, после того как эта дочь упала в колодец, её разум немного затуманился. Если эта дочь случайно сказала что-то не то, эта дочь скромно просит отца не винить эту дочь. Фэн Чан поднял свои кучные брови и спросил: - Что это за болезнь такая? Ты показывалась доктору? - Отец, я в порядке, это всего лишь прерывистая мания, - спокойно сказала Нин Шу. Ин Су зарычала. Она изо всех сил пытаясь захватить контроль над телом и крикнула: - Фэн Цинцянь, ты что, смерти ищешь? Нин Шу почувствовала некоторую головную боль из-за действий Ин Су, но она смогла это вытерпеть. - Когда это ты заболела? – спросил Фэн Чан. – Не распространяйся об этом. Никому не рассказывай. Второй принц не должен об этом узнать, ты поняла? - Эта дочь понимает, - Нин Шу сделала реверанс, а потом сказала: - Отец, у этой дочери такое ощущение, что второй принц хочет аннулировать помолвку со мной. - С поддержкой семьи Фэн он не сможет этого сделать, - небрежно сказал Фэн Чан. Нин Шу промолвила: - Второй принц считает, что статус этой дочери, как дочери наложницы, недостаточно хорош для него. По моему, он хочет аннулировать помолвку со мной и вместо этого попросить руки первой дочери семьи Фэн. Фэн Чан прищурился. Резко глянув на Нин Шу, он возразил: - Не говори чепухи. - Но это правда, что статус этой дочери недостоин такого благородного господина, как второй принц, - сказала Нин Шу. – При виде того, как второй принц решительно настроен на то, чтобы отказаться от помолвки, эта дочь тоже хочет отказаться от помолвки со вторым принцем. - Этот брак был оговорен твоей матерью и матерью второго принца, знатной супругой Ду. Его Величество дал своё согласие на это, - сказал Фэн Чан. Как мать изначального хоста, которая была наложницей, могла быть связана с благородной супругой во дворце? Единственная возможность была в том, что знатная супруга знала о том, что мать изначального хоста была принцессой из другой страны. ---------- Любовь Всегда Найдёт Путь Нин Шу спросила: - Как тётушка смогла познакомиться со знатной супругой Ду и даже договориться о помолвке с сыном знатной супруги? - Твоя мать однажды спасла жизнь знатной супруге Ду, - объяснил Фэн Чан. - Знатная супруга Ду договорилась об этой помолвке, чтобы отплатить за ту доброту, которая проявила твоя мать. Услышав эти слова, Нин Шу чуть не лопнула от смеха. Какая ещё благодарность за спасение жизни? Нин Шу не поверила ни слову. Благородная супруга действительно согласилась бы женить своего сына на дочери наложницы генерала? Разве не видно, как её собственному сыну это не нравится? Он ведь пытается отказаться от брака. Нин Шу улыбнулась и сказала: - Отец, я всё ещё хочу аннулировать помолвку. Может отец позволить этой дочери повидать Его Величество? - Почему ты так настаиваешь на том, чтобы отказаться от помолвки? Если ты волнуешься о том, что второй принц попытается отказаться от помолвки, то знатная супруга Ду не позволит второму принцу этого сделать. Так что можешь быть спокойна, - заверил её Фэн Чан. Нин Шу могла лишь беспомощно сказать: - Но эта дочь очень не нравится второму принцу. Что если он начнёт клеветать на меня, чтобы испортит репутацию и иметь повод отказаться от брака? Тогда эта дочь останется с испорченной репутацией, а он получит того, чего хочет. Это может повлиять даже на вас, отец. - Конечно же, он не станет заходить так далеко. Ему это совсем невыгодно, верно? Фэн Чан задумался об этом. Тех, кто побывал не на одном поле боя нельзя назвать по-настоящему тупыми. Фэн Чану было не сложно просчитать все возможные повороты. Если репутация будет испорчена, то второй принц окажется жертвой, а виноватой будет семья Фэн. И если второй принц захочет попросить женить его на другой женщине из семьи Фэн, то его просьба будет вполне оправданной. Лицевые мускулы Фэн Чана задрожали, и он спросил: - Когда ты увидишь Его Величество, что ты собираешься ему сказать? - Конечно же, эта дочь собирается помочь второму принцу быть с его возлюбленной. Всё же, любовь всегда найдёт путь, - ответила Нин Шу, словно это было само собой разумеющимся фактом. Фэн Чан: ??!?!? - Похоже, что ты всё ещё больна. Возвращайся к себе и веди себя хорошо. Больше не говори об этом. Фэн Чан махнул Нин Шу, давая ей понять, что она свободна. - Отец! - воскликнула Нин Шу. - Иди к себе, - решительно сказала Фэн Чан. Его тело излучало хладнокровное величие военного генерала. Нин Шу могла лишь откланяться и отступить. По пути назад Ин Су буйствовала. - Это же просто какой-то мужчина, а ты даже хочешь помочь ему быть с той, кого он любит? Фэн Цинцянь, я никогда не встречала столь отвратительного человека, как ты! От такого мужчины можно избавляться не глядя, - холодно сказала Ин Су. Нин Шу лишь улыбнулась. - Ты тоже самый отвратительный человек, из тех, что я встречала. Даже без каких-либо соревнований. Хочешь приз? Когда Нин Шу вернулась в свой двор, Пэй Лань сказала ей: - Мисс, я всё прибрала и рассортировала. Вот список. Нин Шу улыбнулась и взяла список. Ин Су начала отчаянно сражаться за контроль над телом. Нин Шу почувствовала, как она постепенно теряет контроль над телом, после чего она его полностью потеряла. В итоге, главной женщине благоволят Небеса. Когда она занимает тело, то у неё всё складывается удачно и всё происходит гладко. А когда очередь доходит до Нин Шу, то она тут же становится злой мачехой. Как только Ин Су захватила тело, она тут же приказала Пэй Лань: - Продавай всё, что в этом списке. - Мисс? Пэй Лань была немного в замешательстве. Её хозяйка так резко меняла решение, поэтому Пэй Лань не знала, что делать. - Мисс, вы действительно хотите это всё продать? – спросила Пэй Лань. Ин Су хлопнула списком по столу. - А зачем это всё хранить? Продавай! - Я поняла. Когда Пэй Лань уже потянулась к списку на столе, на список легла рука. Пэй Лань повернула голову и в замешательстве посмотрела на владелицу руки. - Не нужно продавать, - с улыбкой сказала её госпожа. Пэй Лань: ???? Пэй Лань кое как подавила раздражение, бурлящее в ней, и тихо спросила: - Мисс, так продавать или нет? - Продавай. Всё продавай, - сказала её госпожа с перекошенным лицом и стиснутыми зубами. Пэй Лань: ???? - Тогда, мисс, эта служанка действительно должна всё продать? – снова спросила Пэй Лань, чтобы убедиться. Неужели её госпожа больна? - Не нужно продавать. Пусть пока всё лежит там, где ты положила. Я скажу, когда придёт время продавать. Пэй Лань почувствовала, как в её груди нарастает гнев. Она нетерпеливо спросила: - Мисс, так продавать или нет? Мисс может дать точный ответ, чтобы эта служанка начала действовать соответствующим образом! ---------- Мои Деньги Будут и Твоими Деньгами Пэй Лань была в замешательстве относительно того, что делать. Сперва госпожа говорит, что нужно продавать, а через несколько секунд говорит, что не продавать. Нин Шу сказала Ин Су: - Если ты посмеешь продать эти вещи, то я клянусь, что умру и заберу тебя вместе с собой. Она хочет использовать эти деньги для увеличения своей силы? Пусть продолжает мечтать! - Фэн Цинцянь, ты тупая, что ли? Мои деньги будут и твоими деньгами. Почему ты себя так ведёшь? – раздражённо сказала Ин Су. - Мне просто нравится не соглашаться с тобой, - сказала Нин Шу. Если все эти вещи продать, то как она потом будет отвечать перед семьёй, когда её спросят об этих вещах? Не говоря уже о группе киллеров, которые были организацией, которую Фэн Цинцянь не сможет контролировать. Они могут даже начать кусать руку, которая их кормит, особенно учитывая то, что брат и сестра из семьи Пэй настроены враждебно по отношению к семье Фэн. - Больная на всю голову. Ин Су бессильно махнула рукой. - Ладно. Не продавай. Пэй Лань: … - Хорошо, мисс. Пэй Лань осталась стоять неподвижно, ожидая, что Ин Су снова передумает. - Мисс, вы действительно не хотите продавать? – спросила Пэй Лань. - Мм. Не продавай. Ин Су чувствовала, что ей становится всё труднее и труднее удерживать контроль над телом изначальной владелице, а у Фэн Цинцять всё легче получается его перехватывать. Неужели она действительно может исчезнуть? Хоть она и ненавидит это тело, но она не хотела его покидать. Если она его покинет, то неизвестно, сможет ли она вообще выжить? Пэй Лань вздохнула и сказала: - Тогда эта служанка пойдёт готовить еду, мисс. ______________________________________________________________________ Вскоре после того, как второй принц приходил отказываться от помолвки, по столице начали ходить слухи. Они гласили, что четвёртая юная госпожа семьи Фэн страдает от какого-то расстройства и просто не подходит для того, чтобы быть невесткой для императорской семьи. Скорее всего, эти слухи распространял второй принц. Второй принц хотел распространить и какие-нибудь более пышные слухи, но он подумал о том, что Фэн Цинцянь всё ещё номинально считается его невестой, поэтому не посмел вешать на себя зелёную шляпу. Когда Нин Шу услышала эти слухи, она чуть не лишилась дара речи. Неудивительно, что этот парень не сможет стать императором. Раз он был таким близоруким и ограниченным, то у него, по крайней мере, должно быть немного жестокости и терпения, но у него ничего этого не было! - Тц, тц, тц, Фэн Цинцянь, ты только посмотри на своего мужчину… - крайне саркастично сказала Ин Су. – Ты всё ещё считаешь такого мужчину сокровищем? Нин Шу: Он не мой мужчина… Пришёл Фэн Чан и сказал Ин Су: - Приведи себя в порядок. Мы пойдём во дворец. - Я не пойду, - безразлично сказала Ин Су. Фэн Чан не обратил внимания на её ответ. Он просто подумал, что у этой девушки был всего лишь очередной приступ обострения мании. Он приказал Пэй Лань: - Одень свою госпожу в приличную одежду. - Да, - сказала Пэй Лань и сделала реверанс. Она едва смогла подавить ненависть в своём голосе. Теперь, когда её враг стоял прямо перед ней, она просто не могла полностью подавить своих внутренних эмоций. - Скорее собирайся, а иначе я попрошу кого-нибудь затащить тебя в карету, - сказал Фэн Чан. Ин Су было хмурой даже когда она была готова и последовала за Фэн Чаном из дома. На веранде она встретила первую дочь, Фэн Фэйянь. Фэн Фэйянь увидела, что её отец уходит куда-то с этой дочерью наложницы, и спросила: - Отец, куда вы её ведёте? Почему вы не берёте меня? - Будь хорошей девочкой, отцу нужно кое-что сделать во дворце, - нежно ответил Фэн Чан своей дочери. Разумеется, в его голосе было полно любви к своей дочери. Ин Су наблюдала за всем этим со стороны с очередным выражением насмешливого презрения на лице. - Четвёртая сестра, ты свела свою мать в могилу, почему ты её совсем не навещаешь? – спросила Фэн Фэйянь у Ин Су, пока она провожала Фэн Чана. Ин Су усмехнулась и просто проигнорировала Фэн Фэйянь. ---------- Упала На Колени - Это что ещё за отношение? – лицо Фэн Фэйянь перекосилось. – Отец, вы только посмотрите на неё. Дочь наложницы даже не сделала реверанс, когда увидела меня! Какая грубая девушка. - Видишь ли, меня вообще не учили никаким правилам, поэтому я их не знаю. Прости, но я не буду тебя приветствовать. Выражение лица Ин Су было холодным, а взгляд был высокомерным и безразличным. Фэн Фэйянь так разозлилась, что её лицо посинело. Она топнула ногой и крикнула на Фэн Чана. - Отец, вы только посмотрите на неё! - Будь послушной, Фэйянь. Все объяснения подождут до того момента, когда я вернусь, - сказал Фэн Чан. Фэн Чан отвёл Ин Су во дворец на встречу с Его Величеством. Ожидая у дверей дворца, Фэн Чан сказал Ин Су: - Второй принц настаивает на том, чтобы отказаться от брака с тобой, когда ты увидишь Его Величество, ты же знаешь, что сказать, верно? - Конечно же я знаю, - сказала Ин Су. Из зала вышел евнух и сказал: - Генерал Фэн, император призывает вас. Фэн Чан отвёл Ин Су в зал. Фэн Чан встал на колени на пол и поприветствовал императора, но Ин Су осталась стоять на ногах и смотреть прямо на императора. Фэн Чан повернул голову и был ошарашен, когда увидел что Ин Су не сдвинулась с места. Он поспешно прошептал: - Встань на колени и прояви уважение перед Императором. Ин Су холодно усмехнулась: - Я… Бух! Нин Шу упала на колени на пол. Она упала так сильно, что её колени начали пульсировать от боли. – Эта скромная девушка выражает своё почтение Вашему Величеству. Да здравствует Император! Нин Шу громко прокричала и склонила голову. - Фэн Цинцянь, ты что, умрёшь, если не вылезешь наружу?! – зарычала Ин Су, снова потеряв контроль над своим телом. Фэн Чан выдохнул. Похоже, что аннулирование брака было верным выбором. Учитывая странное поведение Фэн Цинцянь, второй принц всё равно с ней разведётся. - Генерал Фэн пришёл повидать нас . С какой целью? – спросил император, глядя на доклад. Император уже был в зрелом возрасте. Его лицо было спокойным, без каких-либо явных эмоций. - Это… Фэн Чан немного замешкался. - Генерал, можете быть откровеным. Император отложил доклад и поднял брови. Фэн Чан сложил руки в жесте уважения и, наконец, вздохнул и сказал: - Я пришёл просить у Вашего Величества отменить помолвку между вторым принцем и моей дочерью наложницы. - О, - император поднял брови, а его тон голоса стал опасным. – И почему же? Наш сын недостаточно хорош для твоей дочери? Фэн Чан поспешно начал кланяться. - У второго принца благородный и божественный статус. Это моя дочь недостойна второго принца. - Генерал Фэн, мы не хотим слышать ваших оправданий, - император сфокусировал свой взгляд на Нин Шу, которая всё это время стояла коленях, прижимая голову к полу. – Расскажи нам , почему ты хочешь отказаться от этой помолвки. Нин Шу на мгновение съёжилась. - Простите, Ваше Величество, эта скромная девушка знает, что её статус скромный, и его недостаточно, чтобы удовлетворить Его Высочество. Более того, у Его Высочества уже есть женщина, которая ему нравится, поэтому он тоже надеется, что эта дочь откажется от помолвки. Фэн Чан встал на колени и сказал: - Второй принц уже приходил в семью Фэн, чтобы обсудить этот вопрос. Я решил, что Цинцянь действительно недостаточно хороша для Его Высочества, поэтому я пришёл сперва просить Ваше Величество решить этот вопрос. - И какая же женщина нравится второму? Императору особо не было дела, так как он продолжил листать доклады одной рукой, а другой рукой перебирать нить с круглыми белыми бусами нефрита. - Этого... Этого подчинённый не знает, - сказал Фэн Чан. - Так как этот брак был оговорен знатной супругой Ду, идите и позовите её сюда. А заодно и второго принца, - отдал приказ своим евнухам император. Вскоре после этого пришла знатная супруга Ду. Она увидела Фэн Чана и Нин Шу. Пройдясь взглядом по Нин Шу, она поклонилась императору. - Знатная супруга, семья Фэн желает отказаться от помолвки, По всей видимости, у второго уже есть женщина, которая ему нравится? - сказал Император. Знатная супруга Ду была одета в грациозное и роскошное дворцовое платье. Ей было уже больше тридцати лет, но её лицо всё ещё выглядело, словно прекрасный цветок. Услышав слова императора, она застыла на мгновение, посмотрела на Нин Шу, и тут же сказала: - Насколько эта супруга знает, у второго принца нет никакой любимой женщины. Затем знатная супруга Ду повернулась к Фэн Чану: - Генерал Фэн, этот брак был оговорен между этой супругой и матерью Цинцянь. Теперь, когда матери Цинцянь больше нет, мы должны следовать желанию умершей. ---------- Отмена Помолвки - Ваше Величество, хоть этот брак и вопрос, стоящий между двумя семьями, но, в итоге, молодой паре потом с этим жить. Второй принц явно сказал, что ему не нравится Цинцянь. Более того, Цинцянь, всё же, дочь наложницы. Ей не хватает знаний этикета и правил поведения. Этот подчинённый опасается, что это дискредитирует императорскую семью. Фэн Чан чувствовал себя несколько беспомощно. Если бы второй принц не стал распускать повсюду слухи, то генерал не стал бы приходить к императору и просить об отмене помолвки. Второму принцу было около шестнадцати лет. Он разыграл это всё так по-детски, что старые и более опытные люди, вроде Фэн Чана, легко могли увидеть его насквозь. - Этикету и правилам можно постепенно научиться. Даже если она сейчас их не знает, подождите до свадьбы. Они постепенно поймут друг друга и будем жить во взаимной поддержке, - сказала знатная супруга Ду. – Эта супруга непременно будет любить Цинцянь, как свою родную дочь. - Это дитя так сильно нравится знатной супруге? Император поднял брови. Его выражение лица было спокойным, поэтому невозможно было понять, что происходит у него на уме. Знатная супруга улыбнулась. - Эта супруга и мать Цинцянь были подругами, но она так рано покинула нас. Эта девочка осталось без матери в таком юном возрасте, вполне естественно, что я должна проявить к ней больше любви. Император приподнял уголок рта и ничего не сказал. Вошёл евнух, поприветствовал императора и сказал: - Ваше Величество, второй принц ожидает у дверей дворца. - Впусти его. Второй принц застыл на мгновение, когда вошёл и увидел Фэн Цинцянь. Он явно не ожидал, что дочь наложницы из дома генерала будет тут. - Этот покорный сын приветствует Отца-Императора. - Дочь из семьи Фэн говорит, что у тебя уже есть женщина, которая тебе нравится. Она хочет отказаться от брака, чтобы позволит тебе жениться на той женщине, которая тебе нравится, - безразлично сказал император. Второй принц встал на колени. - Отец-Император, у этого сына действительно есть любимая женщина, это… - Ваше Величество, у Сюй'эра* нет женщины, которую он любит, - прервала слова второго принца знатная супруга Ду и неохотно улыбнулась. Второй принц почувствовал некоторую растерянность. Но, при виде строгого взгляда своей матери, он понял, что его мать злится, поэтому он покорно замолчал. - Ваше Величество, этому генералу есть что сказать, и я бы хотел поговорить с Вашим Величеством наедине, - сказал Фэн Чан. Знатная супруга Ду повернула голову, чтобы посмотреть на Фэн Чана. Её лицо стало очень неприятным. Император кивнул. - Да, все остальные пусть пока выйдут. Нин Шу встала, чувствуя, как её ноги онемели, и вышла из дворца. - Цинцянь. Ах, если тебе кажется, что с тобой поступили несправедливо, то ты могла просто прийти и сказать этой супруге. Зачем поднимать такую шумиху и говорить, что ты отказываешься от брака? – с горечью сказала знатная супруга Ду, беря Нин Шу за руку. – Если Сюй'эр издевался над тобой, то ты могла сперва сообщить этой супруге. - Я непременно тебя защищу, - добавила знатная супруга Ду. Нин Шу ухмыльнулась. Благородная супруга с таким вниманием относится к дочери наложницы из семьи генерала. Это слишком аномально. У неё наверняка есть какие-то скрытые намерения. И они явно были нацелены на принцессу, изначального хоста. - Ненавижу, когда люди трогают меня. Рука знатной супруги Ду была отброшена. Знатная супруга Ду в шоке посмотрела на девушку, чьё поведение резко изменилось. Второй принц, стоящий рядом с ней, увидел высокомерное и надменное выражение лица, и холодно сказал: - Фэн Цинцянь, вот именно такое твоё поведение мне и не нравится. Да кем ты себя возомнила? - Сюй'эр! - знатная супруга Ду прикрикнула на второго принца. Затем повернула голову. Её лицевые мускулы дрожали, когда она сказала: - Цинцянь, никто не проживает всю свою жизнь с другим человеком, ни разу не поссорившись. Послушайся эту тётушку, не доводи всё до точки, после которой уже ничего не исправить. Отказ от помолвки плохо скажется на твоей репутации. ---------- Всевозможные Эмоции - С каких это пор ты моя тётушка? Я и не знала, что у меня есть какая-то тётушка, - сказала Ин Су и фыркнула. Во взгляде знатной супруги Ду промелькнул резкий свет. Её заткнула та, кто младше неё, дочь наложницы из семьи генерала. От этого знатная супруга Ду была в ярости. Из зала вышел евнух и сказал всем троим: - Его Величество призывает Ваше Величество и второго принца войти. Мисс Фэн вы тоже входите. Три человека вошли в зал. Знатная супруга Ду встретилась с глубокомысленными неподдающимся расшифровке взглядом императора, на душе у неё невольно стало тяжко. Император прочистил горло и спокойно сказал: - Раз оба этих дитя не хотят быть вместе, даже если знатная супруга Ду желает позаботиться о ребёнке подруги, то нет необходимости в помолвке. Если тебе так хочется, то ты можешь взять эту девушку приёмной дочерью. - Это… - знатная супруга Ду тут же сказала: - Обручение этих двоих детей уже ведь стало достоянием общественности. Так что отказ от брака плохо скажется на репутации Цинцянь, верно? - Когда эти двое были помолвлены? Ты просто пытаешься позаботиться о дочери скончавшейся подруги так, словно это твой ребёнок. Помолвка – это была просто шутка, - сказал император с холодным выражением лица. Лицо знатной супруги Ду побледнело. А вот второй принц, наоборот, выдохнул с облегчением, потому что ему не нужно жениться на такой женщине, как Фэн Цинцянь. - Поклонись и вырази свою благодарность Его Величеству, - Фэн Чан встал на колени, чтобы поблагодарить императора. Когда он увидел, что Ин Су стоит прямо, у него глаза чуть не выскочили из орбит. Он потянул Ин Су, чтобы она встала на колени, и придавил голову Ин Су в поклоне. - Благодарим Императора за вашу доброту. Ин Су: … Знатная супруга Ду сделала глубокий вдох и поклонилась императору. - Эта супруга поняла. Цинцянь – моя приёмная дочь. Император кивнул и взмахнул рукой. Все присутствующие в зале попятились и покинули дворец. Знатная супруга Ду развернулась, холодно фыркнула и ушла. Второй принц последовал за ней в её дворец отдыха. Оказавшись в своём дворце отдыха, знатная супруга Ду первым делом сделала глоток чая. Этот чай был уже холодным. Она так рассердилась, что разбила чайную чашку. Второй принц успешно избавился от нежеланного брака, поэтому он был всё ещё радостным. При виде своей матери в таком состоянии, он сказал: - Матушка-наложница, не сердись. - А ты, смотрю, счастлив? Знатная супруга Ду прищурилась, глядя на второго принца. Второй принц честно кивнул. - Этот сын не был доволен Фэн Цинцянь. Она - дочь наложницы, скрытая от глаз людей. На неё неприятно даже просто смотреть! - Идиот. Знатная супруга Ду влепила пощёчину второму принцу, и тот в шоке прикрыл лицо. - Матушка! - Как же мне хочется забить тебя насмерть. Ты идиот. Я так усердно работала, планируя всё для тебя, а ты вот так всё испортил! Знатная супруга Ду была так зла, что её всю трясло. - Эта Фэн Цинцянь – не просто дочь наложницы в семье Фэн. Она – дочь старшей принцессы из Страны Алого Пламени. Нынешний император Страны Алого Пламени – это её родной дядя. Я устроила для тебя этот брак, потому что Фэн Цинцянь временно скрывается под личиной дочери наложницы генерала. Это помогло бы тебе притупить бдительность своих братьев и позволить твоему отцу думать, что у тебя нет никаких амбиций. Мы бы подождали, пока ты и Фэн Цинцянь поженитесь, после чего ты мог бы попытаться связаться со Страной Алого Пламени и заручиться их поддержкой в твоём восхождении на трон. Я не ожидала, что ты начнёшь так сопротивляться этому. Если бы ты спросил меня заранее, то у нас ещё был бы шанс сохранить эту помолвку до того, как её отменили. Знатная супруга Ду была так зла, что у неё заболели сердце и печень. Второй принц был озадачен. Он открыл рот и сказал: - Но ты никогда не говорила мне об этом, матушка. В душе у второго принца теперь возникли всевозможные эмоции, отчего ему стало тяжело дышать. До этого он был рад, а теперь почувствовал крайнее разочарование. - Кто бы мог подумать, что дочь наложницы генерала – это дочь старшей принцессы? Этот сын непременно заставит Фэн Цинцянь принять этого сына снова, - торопливо сказал второй принц. Хоть Страна Алого Пламени и была небольшой страной, которая редко влезала в конфликты соседних стран, но их люди были хороши в производстве ядов. Это позволяло ей выживать и процветать среди множества других стран. - Не нужно пытаться. Тебе уже не осталось шансов сойтись с Фэн Цинцянь. Знатная супруга Ду не удержалась и потёрла свой лоб. На её лице появилось изнеможение и разочарование вторым принцем. ________________________________________________________________________ Примечание: * на всякий случай напомню, что эр - это термин выражения нежности. Можно воспринимать как уменьшительно-ласкательный суффикс. ---------- Недостатки Теперь Стали Выгодными Сторонами Второй принц открыл рот, а потом закрыл его. Он словно упал с небес в ад. Изначально он хотел отказаться от брака, чтобы жениться на первой дочери из семьи Фэн. Он не ожидал, что потеряет выкинет алмаз, подбирая камень. - Матушка, я непременно уговорю Фэн Цинцянь принять меня снова. Она уже так много лет была обещана мне и все это знают. Никто не захочет на ней жениться, - сказал второй принц сжимая кулаки. Знатная супруга Ду покачала головой. - Она решила отказаться от брака с тобой, сильно рискуя своей репутацией. Она явно не хочет выходить за тебя замуж. Твой отец тоже не согласится на это. Боюсь, что этот Фэн Чан, старый солдафон, рассказал твоему отцу о том, кто на самом деле Фэн Цинцянь. И, чтобы лишить нас с тобой надежды, император всучил Фэн Цинцянь мне в качестве приёмной дочери. Так что ты больше не сможешь жениться на Фэн Цинцянь. Пока знатная супруга Ду объясняла, ей захотелось снова ударить своего сына. - Ты не только идиот, ты ещё и эгоцентричен. Ты - мой сын. Неужели ты думал, что я стала бы выбирать какую-то дочь наложницы тебе в жёны? – холодно спросила Ду Гуйфэй. Второй принц всё равно был больше раздражён, чем знатная супруга Ду. Теперь застенчивая и не имеющая собственного мнения Фэн Цинцянь стала выгодной парой. Её недостатки теперь стали выгодными сторонами, потому что в будущем, когда они поженятся, она будет делать всё, что он скажет. Второй принц растерял всё своё прежнее воодушевление и радость. Он сел в кресло, безмерно скорбя. Наконец, он проворчал: - Эта Фэн Цинцянь, почему она не сказала мне, что она – дочь принцессы? Она это специально сделала? - Вероятно, она сама даже не знает о своём настоящем происхождении, - вздохнула Ду Гуйфэй. – А ты вот так взял и испортил больше десяти лет планирования. Любой человек, вызванный из Страны Алого Пламени был бы экспертом ядов... - Матушка, я не хотел… - проворчал второй принц. - Ну и что с того, что ты не хотел? Подумай о своём отце, прежде чем делать что-либо. Он сидит высоко и всё отчётливо видит, - знатная супруга Ду взмахнула рукой. – Иди, погуляй, дай мне прояснить мысли. Знатная супруга Ду совсем не хотела его сейчас видеть. С другой стороны, как только Ин Су покинула ворота дворца, Фэн Чан запихал её в карету. Они вернулись в резиденцию Фэн как можно скорее. После этого он сказал Ин Су: - Веди себя тихо, сиди у себя во дворе и никуда не выходи. - Да кто ты такой, чтобы запирать меня? Я могу идти, куда пожелаю. Это не твоё дело, - сказала Ин Су с холодным выражением лица. На лице Фэн Чан можно было отчётливо прочитать ты опять больная? Но он не стал обращать на это внимания и сказал: - Просто сиди тихо дома. Ин Су мысленно выругалась. Теперь она была всего лишь сумасшедшим человеком, который говорит только чепуху. - Генерал, вы вернулись как раз к обеду. Цинцянь, ты тоже тут? Давайте поедим вместе, - сказала мадам Фэн, когда вышла из резиденции. Когда она увидела Ин Су её лицо заметно напряглось, но она всё равно вежливо пригласила Ин Су. Ин Су усмехнулась. Неизвестно, сколько ненависти сейчас на душе у мадам Ли, но она всё равно может улыбаться и приглашать её на обед. Какое лицемерие. - Я не могу себе позволить есть такие деликатесы. Я пойду есть свои кукурузные лепёшки, - намеренно насмешливо сказала Ин Су. Выражение лица мадам Фэн немного вытянулось. Она невольно посмотрела на Фэн Чана, после чего сказала: - Тогда я попрошу слуг принести еду тебе во двор. - Ой, да не будь ты такой! Просто игнорируй меня, как раньше. Не надо тут изображать из себя благодетельную. Я уже устала видеть тебя. Ин Су махнула рукой и прошла мимо мадам Фэн, чьё лицо уже не могло перекоситься сильнее. Фэн Чан обратился к мадам Фэн: - Мадам, не обращай на неё внимание. Если она скажет что-нибудь неприятное, просто игнорируй её. - Генерал, прошу не вините эту жену. Цинцянь разумная и тихая девушка. Обычно она ничего не говорит, даже если что-то случится. Этой жене приходится управлять всеми делами в семье Фэн, поэтому эта жена неизбежно пренебрегает ею, - стала объясняться перед Фэн Чаном мадам Фэн. – Цинцянь стала совсем ненормальной с тех пор, как упала в воду. Может, нам нужно найти даосского жреца, чтобы изгнать зло? По сравнению с прежней Цинцянь, она совсем другой человек, без малейшего чувства того, как нужно себя вести. Мадам Фэн не забыла о том, как Ин Су сбила её с ног на виду у свиты из слуг. Это было крайне унизительно. Как ей после этого с достоинством управлять внутренним двором? - Ничего страшного, я тебе верю. Фэн Чан отвёл её обратно в дом. Нин Шу не удержалась и спросила: - Ты вообще можешь вести себя, как приличный человек? Неужели это действительно нормально, вести себя так холодно и круто? - Ох, разве ты не знаешь поговорки: "бойтесь людей, приносящих дары"? У них наверняка недобрые намерения*, - холодно ответила Ин Су. – Если я буду общаться с такой лицемерной женщиной, боюсь, у меня начнётся несварение желудка. - С чего это она лицемерная? – спросила Нин Шу. Неужели она должна была нелицемерно проклинать Ин Су? Разве люди не хотят сохранить своё лицо? ---------- Как Это Можно Называть Великодушием? - Фэн Цинцянь, твоя мать так зло относится к тебе, а ты всё рано за неё заступаешься. Она мучает всех дочерей наложниц, поэтому она лицемерная и злобная, - голос Ин Су был полон насмешки. – Вот уж действительно, древние люди такие жалкие и педантичные. Нин Шу: … - Хочешь сказать, что мадам Фэн недостаточно великодушная? – спросила Нин Шу. - Как это можно назвать великодушием, если она не может даже терпеть дочь наложницы? И такую женщину всё ещё хвалят за то, что она хорошо управляет семьёй, - холодно сказала Ин Су. Нин Шу: →_→ Великодушие? С точки зрения Ин Су, быть враждебным – это не означает быть великодушным. А с точки зрения мадам Фэн, её муж вернулся с триумфом и беременной женщиной. Он стал отцом дочери наложницы, но она всё равно это всё стерпела. Ха-ха. Когда дело касается других людей, Ин Су не считает это великодушием. Однако сама Ин Су совершенно безжалостна, когда дело доходит до того, чтобы разбираться со своими врагами. Она никогда не сдерживалась, убивая всех тех бесстыдных сучек, которые приближались к её мужчине. Она могла принять только мужчину, который полностью принадлежит ей... Почему она тогда не подумала о том, чтобы вести себя великодушно? Двойные стандарты не должны быть слишком непомерными. Она считает правильным только те вещи, которые выгодны ей. Ха-ха... - Раз ты такая великодушная, то почему бы тебе не позволить своему мужу иметь других женщин? - спросила Нин Шу. - Да как такое возможно? Мой муж может быть верным только мне. Если он когда-либо заведёт себе наложницу, то он не заслуживает того, чтобы быть моим мужем, - фыркнула Ин Су. – Я хочу только того мужчину, который будет телом и разумом принадлежать исключительно мне. Ха-ха… Нин Шу стало лень разговаривать с ней. Это просто было бессмысленно. Ин Су была крайне эгоистичной. Она считала, что она поступает только правильно. Нин Шу начала захватывать тело. Нин Шу обнаружила, что каждый раз после захвата тела у неё наступал период усталости. Этому телу было слишком утомительно менять хозяев. Если говорить словами Фэн Чана, её прерывистая мания становилась всё серьёзнее. Нин Шу сжала кулаки, пошевелила шеей и безразлично сказала: - Мне тоже хочется подышать воздухом. - Мисс, из главного двора прислали еду, желаете покушать? – спросила Пэй Лань. - Конечно. Нин Шу кивнула. Вошла служанка с коробкой еды и расставила на столе несколько ароматных и восхитительных блюд. Нин Шу взяла палочки, после чего взяла каждое блюдо и принюхалась к нему, чтобы проверить, не добавили ли туда чего-нибудь лишнего. Нин Шу стала медленно есть, тщательно всё пережёвывая и проглатывая. С тех пор, как она пришла в этот мир, она впервые ела. Если выпить горячего супа и согреть свой желудок, то жизнь человека может стать счастливее. Когда Нин Шу закончила есть, служанка, которая принесла еду, собрала тарелки. Нин Шу вытерла губы и сказала: - Поблагодари от меня мадам. Служанка застыла на мгновение, после чего поклонилась и сказала: - Эта служанка запомнит. Наевшись досыта, Нин Шу потянулась и начала гулять во дворе, игнорируя все возмущения Ин Су. ______________________________________________________________________ Примечание: * В оригинале поговорка звучит как: хорёк поздравляет курицу с Новым Годом. В русском языке есть фраза с аналогичным смыслом "бойтесь данайцев, дары приносящих". Подразумевается, что человек замышляет что-то недоброе. ---------- Каждые Несколько Минут Меняет Личности Пэй Лань с подозрением посмотрела на гуляющую Нин Шу. Она не знала, кажется ли ей всё это или что-то ещё, но ей постоянно казалось, что её мисс каждые несколько минут меняет личности. Сейчас у неё был такой холодный и отстранённый вид. Совсем не как у мисс, которая с презрением смотрит на весь мир. Что происходит? Пэй Лань чувствовала сильное затруднение. Она не знала, как ей поговорить с Ин Су о её брате. Её брат доверил ей спросить у их мисс насчёт планов на будущее. Мисс сказала, что даст деньги на развитие, но она потом больше не поднимала эту тему. До этого она говорила продать ювелирные изделия, но теперь её поведение кардинально изменилось. Пэй Лань задумалась на некоторое время, а потом подошла к Нин Шу и нерешительно спросила: - Мисс, мой брат хочет знать о дальнейших планах. Нин Шу остановилась и внезапно спросила: - Если вы двое станете сильными, станете ли вы мстить семье Фэн? Пэй Лань застыла на мгновение, а потом сказала: - Разве мисс не говорила, что она не будет мешать нам мстить? Нин Шу приподняла уголки рта. - Зачем брать ненависть всей страны и вешать её на семью Фэн? Даже без генерала Фэн были бы и другие генералы, победившие вашего отца. Ненависть к семье Фэн была немного странной и необъяснимой. Если пользоваться этой логикой, то Пэй Лань должна также ненавидеть и императора. Всё же, именно император начал войну. Ненависть к одной только семье Фэн была способом для Ин Су и детей семьи Пэй иметь одну цель. И, в результате, брат и сестра будут следовать за Ин Су до самой смерти. - Если я позволю вам двоим уйти далеко-далеко, вы согласитесь? – спросила Нин Шу. Пэй Лань тут же встала на колени и повторила клятву: - Эта служанка и брат уже были куплены мисс. Теперь их жизнь принадлежит мисс. Они будут служить мисс до самой смерти и после неё. Они поклялись в верности мисс. Нин Шу лишь небрежно улыбнулась. - А если я не позволю вам отомстить семье Фэн, будете ли вы по-прежнему служить мне? - Это… Пэй Лань на мгновение растерялась. Долгое время она не отвечала. Её мысли пребывали в замешательстве. Она не знала, говорит ли мисс просто так, или она намеренно проверяла её верность. Пэй Лань долгое время не знала, как ответить. Но Нин Шу и не ждала ответа от Пэй Лань. Теперь, когда она сдерживала Ин Су, у них было недостаточно денег на развитие группы киллеров. Дети семьи Пэй зависели от Ин Су. Без Ин Су они не смогут подняться. Проще говоря, они были просто младшими последователями Ин Су. После короткой прогулки, Нин Шу решила пойти к Фэн Чану и попросить сменить ей двор, потому что скоро должен появиться ещё один впечатляющий принц. Принц Синь был принцем с другой фамилией. Он был дилеммой для императорской семьи. Более того, он был из того же поколения, что и нынешний император. Поэтому люди вроде второго принца, вынуждены были называть его Дядя-Император, когда встречали принца Синь. У принца Синь была своя собственная армия. Правящий император неоднократно хотел от него избавиться, но принц Синь был настолько потрясающим, что его никак не могли убить. Честно говоря, у этого принца Синь и у Ин Су были схожие характеры. Можно было даже сказать, что они одного поля ягоды, и им суждено было пожениться. Скоро принц Синь приедет в столицу, чтобы поздравить с днём рождения вдовствующую императрицу. Император воспользуется тем, что принц Синь покинет свою территорию и отправит асассинов, чтобы убить его. В итоге, принц Синь окажется раненым и попадёт во двор Ин Су. По удобному стечению обстоятельств, Ин Су спасёт принца Синь. И с тех пор принц Синь будет думать о ней. Он придёт к ней ночью, словно грабитель, чтобы воспользоваться ею. У Ин Су сильный характер. Перед лицом провокации и стимуляции принца Синь, конечно же, она ни за что не признает поражение. Она будет настаивала на том, чтобы отомстить. Однако, принц Синь лишь с нежностью будет смотреть на то, как она обнажает клыки и размахивает когтистыми лапами. ---------- Посланник Правосудия Долгое время Ин Су ничего не сможет поделать с этим грубияном. К тому же, он будет постоянно отправлять ей людей и деньги без каких либо отговорок. Когда с Ин Су несправедливо обращались в семье Фэн, он постоянно прибегал к ней на защиту, полагаясь на свой статус. После этого он говорил, что Фэн Чан уже совсем ослеп на старости лет, а мадам Фэн – это злобная женщина. Короче говоря, между этими двумя была сильная химия. Они демонстрировали свою любовь всему миру, ослепляя прохожих и зевак. Нин Шу ухмыльнулась. Она подумала о том, что, будь она мадам Фэн, то предпочла бы умереть и прихватить с собой в могилу Ин Су. Жаль только, что разница в силе и влиянии была слишком велика, поэтому, естественно, мадам Фэн проиграла. Если честно, тот факт, что она смогла стать главной женой и главой семьи говорило о том, что у неё есть способности видеть картину в целом. Она бы не стала тратить своё время, пытаясь сделать что-то серьёзное дочери наложницы. Всё же, Фэн Цинцянь была всего лишь дочерь наложницы, а не сыном наложницы, которому достанется часть семейной собственности. Мадам Фэн нужно было лишь приготовить приданное для дочери наложницы и выдать её замуж. На самом деле, Фэн Цинцянь можно было даже использовать в политическом браке на благо семьи. Нынешнее состояние жизни Фэн Цинцянь было обусловлено её характером. К тому же, несмотря на то, что она была дочерью наложницы, Фэн Цинцянь всё равно была обручена со вторым принцем. Остальные сестры естественно, изолировали её из зависти. Сама по себе Фэн Цинцянь осознавала это, но, когда пришла Ин Су, она записала всех людей из семьи Фэн себе во враги. Ин Су считала себя настоящим посланником правосудия. Нин Шу стояла у входа в кабинет Фэн Чана и ждала, пока он выйдет. Она не имела права входить в кабинет Фэн Чана. - Что случилось в этот раз? Тебе уже стало лучше? Приходи поговорить со мной, когда тебе станет лучше, - прямо сказал Фэн Чан. Нин Шу: … - Этой дочери уже лучше →_→, - сказала Нин Шу. Нин Шу не стала вежливо ходить вокруг, да около. - Отец, эта дочь хочет сменить двор. Мой двор немного протекает. Фэн Чан глянул на Нин Шу. - Ты снова хочешь мне сказать, что семья Фэн относится к тебе слишком грубо, да? - Отец, эта дочь вовсе так не считает, - сказала Нин Шу, складывая руки в жесте уважения. Она просто пыталась избежать встречи с раненым Синь Ваном, который спрячется в этом дворе. - Эта дочь просто хочет немного обновить тот двор. В нём немного сыровато, - сказала Нин Шу. – На самом деле, эта дочь знает о своём рождении. Эта дочь всегда была благодарна отцу за то, что он дал ей место, где можно жить. - О? – Фэн Чан удивлённо поднял брови. – Когда ты это поняла? Это твоя мать тебе сказала? Нин Шу ничего не сказала. Фэн Чан выпил чай, задумался на некоторое время, и сказал: - Можешь поселиться вместе с Фэйянь. С Фэн Фэйянь? Нин Шу с некоторым смущением сказала: - Отец, из-за внезапно вспышки болезни, эта дочь недавно напала на свою мать и толкнула её. Поэтому теперь эта дочь боится, что вторая сестра не позволит ей жить в своём дворе. - Ты, ах. Ты… - Фэн Чан указал пальцем на Нин Шу. – Как бы там ни была, ты столько лет называла её "матушкой". Какой бы неразумной ты ни была, ты не можешь так поступать. Тебя вообще больше не заботит твоя репутация? Ты толкнула мою жену! - Мне очень жаль, - Нин Шу низко поклонилась, после чего добавила. – Отец, вы можете найти мне другое место? Вторая сестра наверняка не захочет тесниться со мной в одном дворе. - Есть ещё Сад Орхидей, можешь поселиться там. Фэн Чан ушёл, сложив руки за спиной. - Отец. Нин Шу окликнула Фэн Чана, который повернул голову и посмотрел на неё. - Ну, что ещё? Нин Шу: →_→ Его поведение было таким, словно ему было слишком хлопотно возиться с ней. - Отец, скоро будет день рождения Вдовствующей Императрицы и в городе будет очень много людей, так что отец должен послать больше людей, чтобы патрулировать резиденцию. Фэн Чан лишь согласно хмыкнул. Нин Шу вернулась в свой двор, чтобы собрать вещи и подготовиться к переезду. Ин Су продолжала рычать в её голове. - Фэн Цинцянь, ты даже посмела извиниться перед ним? Ты действительно заслуживаешь того, чтобы над тобой издевались. Ты просто дешёвка, - Ин Су была так зла, что практически кричала в голове Нин Шу. – Я была достаточно добра, чтобы преподать урок тем, кто над тобой издевался, но ты взяла и пошла извиняться. Ин Су холодно рассмеялась. - Ты просто живёшь скромно и жалко, пока твои ресурсы крадут те, кто сильнее. Ты не изменишься. Слабые люди вроде тебя не достойны жизни. ---------- Ресурсы Крадут Те, Кто Сильнее? Ресурсы крадут те, кто сильнее? Это всего лишь оправдание, чтобы что-то украсть. - Сильные забирают ресурсы у слабых, да? Ладно, с этим я соглашусь. Нин Шу наклонила голову. Фэн Цинцянь предложила свою душу ради контратаки, так что Ин Су будет той, кому придётся свалить из этого тела. - Тебе всегда так нравиться орать на людей? – безразлично спросила Нин Шу. – Ты чувствуешь себя сильной, потому что даже не опасаешься, когда говоришь такие вещи? Ин Су фыркнула. - Иметь смелость говорить – это тоже навык. Погляди на себя; ты даже одного слова вымолвить не можешь. Ты заслуживаешь того, чтобы над тобой издевались. Нин Шу лишь усмехнулась. Думай, что хочешь. Собаки, которые не лают, а кусают - самые сильные. Постойте, зачем она называет себя собакой? Нин Шу вернулась во двор и сказала Пэй Лань собирать вещи, чтобы переехать в Сад Орхидей. Она не хотела связываться с принцем Синь. Двор Сада Орхидей имел такое название, потому что в нём росли орхидеи, и он выглядел очень хорошо. Нин Шу спокойно поселилась тут. Нин Шу проинформировала Фэн Чана, что она хочет выйти прогуляться и подышать воздухом. Фэн Чан разгладил свою пышную бороду и прямо сказал ей, что она слишком больная, чтобы бегать по улицам! Нин Шу: … Но Нин Шу всё равно вышла, чтобы купить кисть для киновари и немного киновари. При окончательном анализе, ситуация с Ин Су была результатом одержимости призраком. Поэтому Нин Шу придётся воспользоваться даосскими методами горы Мао, чтобы разобраться с Ин Су. 2333 сказал, что заслуги могут уничтожить плохую карму Ин Су, но Нин Шу не собиралась вот так небрежно разбазаривать заслуги, которые она с таким трудом заработала. Потому что ей приходится едва сводить концы с концами на заданиях. К тому же, духовная жемчужина пускала слюни на душу Ин Су, желая поглотить её. Предположительно, духовную жемчужину интересовала злая энергия инь и плохая карма в душе Ин Су. В любом случае, уничтожение её при помощи заслуг будет неправильным ходом. Нин Шу закрыла лицо вуалью, когда покупала инструменты для рисования талисмантов. Она не стала задерживаться на улицах и быстро вернулась в резиденцию семьи Фэн. - Фэн Цинцянь, что это ты делаешь? – спросила Ин Су, глядя на то, как Нин Шу рисует на бумаге. – Только не говори мне, что ты хочешь заняться экзорцизмом? - Ты правильно угадала. Это и есть экзорцизм духа. Нин Шу мысленно прочитала мантру, собирая духовную энергию неба и земли на кончике кисти для киновари. Ей было нелегко успешно нарисовать талисман. Каждый раз её тело уставало на середине процесса рисования. - Фэн Цинцянь, если ты думаешь о том, что ты сможешь выгнать меня из тела этими фальшивыми даосскими фокусами, то ты размечталась! Ин Су изо всех сил попыталась захватить контроль над телом, но обнаружила, что это очень трудно. Золотой свет души её соперницы не пропускал душу Ин Су, отчего ей было неуютно. И она понятия не имела, что это был за золотой свет. - Фэн Цинцянь, тебе обязательно быть такой? – Ин Су не смогла захватить тело, и она начала паниковать. – Фэн Цинцянь, что ты получишь, если выгонишь меня из тела? - Конечно же, у этого есть множество преимуществ. В этот момент Нин Шу услышала снаружи звуки шагов, прервавшие её рисование талисмана. Нин Шу убрала все вещи. - Разве ты не говорила, что это тело принадлежит тому, кто сильнее? Теперь я собираюсь выгнать твою душу из этого тела, - безразлично сказала Нин Шу. Ин Су застыла и тут же сказала: - Ты не Фэн Цинцянь. Фэн Цинцянь не стала бы использовать такую тактику. Мы с тобой обе посторонние. Кто ты такая, чтобы выгонять меня из этого тела? Ты не имеешь на это права. - Ресурсы крадут те, кто сильнее, помнишь? - с улыбкой ответила Нин Шу. ---------- Письмо Вошла Пэй Лань и увидела свою мисс, которая стояла у стола с лёгкой улыбкой на губах. Неизвестно почему, но Пэй Лань почувствовала, как у неё по спине пробежали мурашки. Сейчас явно было лето, но она всё равно почувствовала холод. - Мисс, Сяо Цуй вам что-то принесла. Пэй Лань сделала реверанс перед Нин Шу. Сяо Цуй была простой служанкой-помощницей, подметающей дворы. Она быстро огляделась по сторонам, когда вошла и поклонилась Нин Шу: - Эта служанка приветствует четвёртую мисс. Второй Принц попросил эту служанку передать четвёртой мисс вот это. Нин Шу посмотрела на вещь в руке Сяо Цуй. Это была изящная сумочка ярких цветов, на которой были вышиты пионы. Сяо Цуй держала сумочку так, словно она держала цветок. Нин Шу принюхалась, и почувствовала элегантный аромат, идущий от сумочки. Нин Шу кивнула Пэй Лань, которая взяла подарок. Сяо Цуй выжидательно посмотрела на Нин Шу. Нин Шу дала ей немного денег в награду, после чего Сяо Цуй радостно ушла. Нин Шу открыла сумочку. Внутри был нефритовый кулон. А если точнее, то это была половина кулона. По всей видимости, у этого кулона была пара, и другая половина наверняка была на руках у второго принца. Ещё внутри было письмо, написанное вторым принцем. Нин Шу взглянула на его содержимое. Там было всего лишь извинение за отказ от помолвки и несколько сладких слов. Ничего провокационного. Нин Шу не удержалась и закатила глаза. Неужели второй принц считает, что он настолько популярен среди девушек? Вероятно, он узнал, что мать изначального хоста – принцесса, и что император – её дядя, и теперь хочет спасти их развалившиеся отношения. Неужели он действительно думает, что всё будет настолько просто? Более того, он вот так, тайком, отправил слугу. Он действительно был подонком. Вероятно, он решил наладить с ней тайные отношения. Нин Шу сложила нефритовый кулон и письмо обратно в сумочку, а потом отнесла её к Фэн Чану. Прочитав письмо, Фэн Чан поднял свои густые брови и сказал: - Тебе не нужно переживать по этому поводу. Я всё улажу. - Спасибо, отец. Нин Шу сделала реверанс и едва заметно улыбнулась. Если бы второй принц узнал, что это письмо попало в руки Фэн Чана, то какое бы у него было выражение лица? Второй принц, видимо, считал всех остальных идиотами. Сперва он был решительно настроен на отказ от брака. После того, как он заполучил то, чего желал, он узнал о благородном статусе своей бывшей невесты. Теперь же он хочет вернуть свой прежний статус. Короче говоря, он словно прямым текстом говорит, что хочет ей воспользоваться. Охренеть, неужели он думает, что он - единственный умный человек на всём свете, а все остальные умственно отсталые? После этого происшествия Фэн Чан наказал Сяо Цуй, доставившую письмо, тем, что продал её. Он понятия не имел, что в их резиденции живёт такая служанка. Если бы кто-то захотел что-то сделать с леди из его дома, то этим людям нужно было бы лишь дать этой служанке немного денег, и она сама бы всё сделала. Если оставить у себя такую служанку, то что случится с репутацией всех девушек семьи Фэн? После этого Нин Шу больше никогда ничего не получала от второго принца. Нин Шу спокойно и с комфортом жила в Саду Орхидей. Она ничем не занималась, кроме того, что рисовала талисманы. Ин Су постоянно пыталась перехватить контроль над её телом, но ей это ни разу не удалось. - Фэн Цинцянь, кто дал тебе право захватывать это тело? – Ин Су невольно зарычала на Нин Шу. - Ресурсы получает сильнейший, - безразлично сказала Нин Шу. - Ты не Фэн Цинцянь. Ты не имеешь права быть хозяйкой этого тела, - сказала Ин Су. Почему её соперница становилась сильнее и сильнее с каждой секундой? Ин Су чувствовала, что какая-то необъяснимая сила рано или поздно выдавит её из этого тела. - Ресурсы получает сильнейший. - Ты… Ин Су была так зла, что её душа чуть не взорвалась. Наконец, она смягчила голос. - Но ведь нет смысла, если мы обе проиграем. - Нет, смысла как раз много, - ответила Нин Шу с ухмылкой. Ин Су больше ничего не сказала и сконцентрировалась на том, чтобы захватить тело. Нин Шу тем временем, взяла талисман, прочитала заклинание и налепила его себе на лоб. - Ах… - Ин Су тут же закричала, и в её голосе слышалась боль. – Прекрати! Фэн Цинцянь, прекрати! Из тела Нин Шу вырвались густые клубы чёрного дыма, после чего талисман на лбу Нин Шу рассыпался и превратился в чёрный пепел. Нин Шу не удержалась и покачала головой. Сила талисмана была слишком слабой, чтобы одолеть Ин Су за один заход. - Фэн Цинцянь… - голос Ин Су был очень слабым. – Зачем ты хочешь меня выгнать? Я могу покинуть это тело, если ты этого так хочешь. Ты просто должна помочь мне найти замену. Всё же, мы не имеем друг к другу никакого отношения. Как тебе такой вариант? ---------- Думаю, Мы Можем Договориться Ин Су уставилась на Нин Шу. Она наконец-то поверила, что Нин Шу знает некоторые даосские техники. А с тем ударом, который сейчас ослабил её душу, её уверенность была на самом дне. Она знала, что в битве в лоб у неё мало шансов на победу, поэтому она отступила. Ещё один такой талисман сейчас мог разорвать её душу на части. Та боль проникла в самые глубины её души. - Фэн Цинцянь, я думаю, что мы можем договориться, - сказала Ин Су. Только теперь Ин Су сочла Нин Шу равной себе и захотела провести переговоры. До этого её поведение всегда было снисходительным. - О чём тут договариваться? Есть лишь одно тело, так что может быть только одна душа. И этой душой будет либо ты, либо я, - сказала Нин Шу, вытирая пот со лба. После этой борьбы её тело очень ослабло. Подумав немного Нин Шу села на постель и начала культивировать. В любом случае, Ин Су уже знала, что она – не Фэн Цинцянь, так что ей уже нечего было скрывать. - Эй, Фэн Цинцянь… Ин Су увидела, что соперница игнорирует её, поэтому попыталась перехватить контроль над телом, но её попытка, как и прежде, была отбита золотым светом души Нин Шу. Ин Су была просто в неописуемой ярости. Это что ещё за свет такой? Проклятье! Этот золотой свет может автоматически атаковать и защищать. Почему? Не может же этот человек тоже быть трансмигратором? Она тоже хотела захватить это тело? Какое бесстыдство. Она даже притворилась Фэн Цинцянь. Когда в даньтяне сформировалась прядь энергии, Нин Шу перестала культивировать. Она сжала кулаки и почувствовала, что это тело стало сильнее. Затем она достала бумагу для талисмана и продолжила рисовать. Ин Су увидела, что Нин Шу снова начала заниматься этими талисманами, и не удержалась, чтобы сказать: - Фэн Цинцянь, давай поговорим. Нам же не обязательно быть врагами? Наоборот, мы можем сотрудничать. Ты можешь оставить себе тело Фэн Цинцянь. Как насчёт того, чтобы помочь мне найти другое тело? Нин Шу взяла в руку кисть для киновари и риторически спросила: - А с какой стати мне тебе помогать? Для неё будет катастрофой, если она поддастся на любезное отношение Ин Су. Если Нин Шу действительно найдёт для неё тело, то первым делом Ин Су придёт уничтожать Фэн Цинцянь. Ин Су верила в в то, что людям нужно отплачивать в тысячекратном объёме. - Думаешь, я такая милая? – с ухмылкой сказала Нин Шу. – Разве не ты недавно говорила, что надо мной легко издеваться? Я прислушалась к твоему совету и взяла с тебя пример. Теперь я решительно настроена больше не быть хорошим человеком. Ин Су: … Нин Шу стала игнорировать Ин Су. Держа в руке кисть для киновари, она мобилизовала свою внутреннюю энергию и плавно нарисовала на бумаге талисман. Когда Ин Су увидела готовый талисман, её душа дрогнула. Она яростно сказала: - Фэн Цинцянь, неужели ты действительно хочешь умереть вместе со мной? Если ты будешь такой злобной, то я не отпущу тебя, даже если умру. Нин Шу проигнорировала её угрозы. Она прочитала заклинание и прилепила бумажный талисман себе на лоб. - Ааах… Фэн Цинцянь, я заберу тебя вместе с собой! Ин Су яростно зарычала и в отчаянии накинулась на Нин Шу. Нин Шу продолжила читать мантру, чувствуя сильное столкновение между душами её и Ин Су. Вся её душа словно могла обрушиться в любой момент. Хоть Нин Шу и было плохо, Ин Су было ещё хуже. Сила талисмана, плюс золотая энергия поедали душу Ин Су. Её душа уже стала почти прозрачной. Взревев от боли, она долгое время рычала, после чего остановилась. Было непонятно, испугалась ли она или просто набиралась сил, но Ин Су больше не издавала ни звука. Нин Шу вытерла пот и убрала инструменты. За дверью стояла Пэй Лань, которая спросила у Нин Шу: - Мисс, уже время обеда. Хотите поесть? Нин Шу согласно хмыкнула. Пэй Лань вошла с коробкой для еды и увидела, что лицо Нин Шу было немного бледным. Она спросила: - Мисс, вы в порядке? - Не обращай внимания. Нин Шу взяла палочки и стала есть. Пэй Лань стояла в стороне, время от времени поглядывая на Нин Шу. По ней было видно, что она хочет что-то сказать, но не осмеливается. ---------- Меняется, Словно Погода Её мисс просто совсем не выглядела так, словно она планирует совершить что-то крупное. Она разительно отличалась от того, как она вела себя, когда покупала брата и сестру. День за днём она сидит, запершись в доме. Никто не знал, чем она занимается, и она не позволяла никому входить. Неужели мисс ей не доверяет? Какой смысл держать её вот так в подвешенном состоянии? Неужели она не может конкретно заявить о своём решении? Нин Шу закончила есть, вытерла рот и спросила у Пэй Лань: - Что такое? - Мисс, брат просто хочет узнать, какие у мисс планы? В итоге, Пэй Лань, всё же, решила сказать то, что было у неё на уме. Они последовали за мисс, потому, что она сказала, что даст им силы отомстить. Но теперь мисс даже не выходит из своей комнаты, не говоря уже о том, чтобы мстить кому-либо. Теперь у её брата больше нет денег на еду. В прошлый раз мисс дала несколько лян серебра, поэтому он смог продержаться какое-то время. Но теперь у него совсем закончились деньги. Мисс так и не сообщила о своих дальнейших планах. Она должна, по крайней мере, выдать хоть какое-то объяснение. В последнее время её поведение меняется, словно погода, отчего Пэй Лань была в полном замешательстве. Нин Шу холодно сказала: - Я ещё не думала об этом. Когда подумаю – сообщу вам. Ин Су основала группу киллеров и открыла бордель. Несмотря на то, что она была женщиной, Ин Су была так жестока к другим женщинам. Она пыталась выдать бордель за приют для бездомных женщин, но кто, будучи в своём уме, поверит в это? Под влиянием властной ауры Ин Су и ауры протагониста, эти девушки отдавали свои тела и с улыбкой продавали своё достоинство . Они ложились под множество мужчин только ради великого начинания своей хозяйки. Это звучит так трогательно, не правда ли? Когда Пэй Лань услышала, что Нин Шу ещё ни о чём не думала, и на её лице промелькнуло неудовольствие. Она вела себя так небрежно. Неужели мисс считает, что эта служанка - слепая? Пэй Лань встала на колени перед Нин Шу и сказала: - Мисс, эта служанка и её брат не боятся трудностей и усталости. Стоит только мисс приказать, и брат служанки и эта служанка пересекут любые горы и моря, только чтобы выполнить желание мисс. Выражение лица Нин Шу осталось прежним. - Я уже сказала, что я ещё не думала об этом. Если тебе не терпится, то ты можешь уйти. - Мисс, это… Выражение лица Пэй Лань было довольно беспомощным. - Унеси тарелки, - безразлично сказала Нин Шу. Пэй Лань поднялась с пола, сложила тарелки в коробку и вышла. На её лице была нерешительность. Было ясно, что её сердце начало колебаться. Она не знала, остаться ей или уйти. ________________________________________________________________________ День рождения вдовствующей императрицы был уже совсем близко. В столице стало более оживлённо, поэтому император отправил дополнительных людей на патрули в город. В резиденции Фэн тоже усилили меры безопасности по периметру. Принц Синь тоже прибыл, как и предполагалось. Однако, он был не один. Он привёл с собой армию почти в тысячу человек, которые разбили лагерь за пределами города. Причина, почему он привёл так много солдат, была якобы в том, что они просто разбирались с бандитами на дороге. Принц Синь знал, что не нравится императору, поэтому не смел приходить без мер предосторожности, чтобы отпраздновать день рождения вдовствующей императрицы. Ему было всё равно, что он рискует вызывать подозрения императора. Во что бы то ни стало, он должен был привести своих людей. Если у него не будет поддержки, то он может не выбраться из столицы живым. А раз уж император всё равно недолюбливает его, то можно заодно и припугнуть его немного таким большим количеством солдат. Нин Шу не спала всю ночь, сидя на постели и культивируя. Посреди ночи она услышала тихий звук шагов по черепицам крыши. Кто-то явно ходил по крыше. Нин Шу: … Она ведь даже сменила двор, почему он всё равно пришёл к ней? Сила сюжета поистине не чих собачий. Ин Су тоже вела себя довольно тихо в последнее время, не издавая даже ни звука. Однако, в этот момент, она внезапно попыталась перехватить контроль над телом. Вероятно, она долгое время восстанавливала силы, потому что душа Ин Су стала немного сильнее. Нин Шу предположила, что Ин Су использовала те бессознательные души с энергией инь, которые оплели её собственную душу, а иначе откуда у неё появилась такая сила на захват тела. Она хотела воспользоваться любыми методами, чтобы перехватить контроль над телом. Ха… Появился принц Синь и Ин Су теперь пыталась захватывать тело. Было ясно, что сюжет хочет осуществить встречу между главным мужчиной и главной женщиной. Ин Су копила силу и ничего не говорила Нин Шу. Она копила силу, чтобы захватить тело. Нин Шу увидела, как мимо окна промелькнула чёрная тень. В то же самое время душа Ин Су учетверила свои усилия! ---------- Ну и Ладно, Умрём Вместе Нин Шу усмехнулась. Она теперь лишь ещё решительнее была настроена на то, чтобы не позволить этим двоим встретиться. Нин Шу прочитала мантру, сложив руки на груди, а потом прилепила бумажные талисманы себе на грудь и на лоб. В то же время она использовала несколько очков заслуг. От такой двойной атаки, из тела Нин Шу вырвались густые чёрные клубы энергии инь и злобной энергии. Ин Су зарычала от боли в её голове. - Фэн Цинцянь, я тебя не отпущу! Я уничтожу это тело! Никто из нас не сможет жить! Нин Шу холодно усмехнулась. - Ну и ладно. Умрём вместе. Нин Шу принюхалась и почувствовала сильный запах крови. В воздухе также витала аура убийственного намерения. Нин Шу мобилизовала свою внутреннюю энергию и выпрыгнула в окно. Она совсем не хотела встречаться с принцем Синь. - Стой, кто идёт? – крикнул Нин Шу один из патрулирующих людей. Нин Шу вышла из тени со словами: - Это я. Я пойду на поиски своего отца. А вы ребята, продолжайте патрулировать. Нин Шу отправилась в сторону главного двора. Была уже полночь и в резиденции Фэн всё стихло. Все крепко спали. Когда Нин Шу разбудила Фэн Чана, он посмотрел на неё с недовольным выражением лица: - У тебя что, приступ посреди ночи? - Отец, кто-то пробрался в нашу резиденцию, - сказала Нин Шу. Фэн Чан тут же накинул пиджак. - Не надо поднимать шум. Пробрался кто-то в резиденцию или нет, не стоит об этом распространяться. Да, уж. Если император узнает, что они приняли у себя раненого принца Синь, тогда семью Фэн будут подозревать в сговоре с принцем Синь. Фэн Чан возглавил отряд охранников и пришёл к Саду Орхидей, где жила Нин Шу. Они зажгли лампу и обнаружили кровь на земле. Взмахнув рукой, Фэн Чан приказал обыскать дом. Весь покрытый ранами, принц Синь нахмурился и вынужден был стиснуть зубы и сбежать из особняка Фэн. За ним гналось много народу. Он хотел сбежать из города, чтобы воссоединиться со своей армией, но ворота города уже были закрыты, поэтому он мог лишь залезать в дом простолюдинов. Он взял женщину в заложницы и заставил её обработать его раны. В изначальной истории, это Ин Су обработала раны принцу Синь. Как киллер, она определённо знала, как иметь дело с ранами. Ин Су тогда даже не переменилась в лице, убирая кровь в своей комнате. Это спокойствие и лицо, на котором не было видно слабостей, и привлекли внимание принца Синь. Но теперь принц Синь вынужден был похитить другую женщину. Как у этой женщины мог быть опыт подобных ситуаций? Она была крайне озадачена и в ужасе. Более того, она не знала, как обработать его раны. Лицо принца Синь становилось всё бледнее и бледнее. В ранах был яд, который заставлял раны неконтролируемо кровоточить. Император был поистине безжалостным. Синь Ван посмотрел на женщину, которая дрожала от страха, и так рассердился, что у него чуть не лопнула голова. Он вынужден был снова пуститься в бега. Фэн Чан отправил кого-то, чтобы разобраться со следами крови в доме. Всё это было улажено тихо, не потревожив других обитателей резиденции. После того, как Фэн Чан вернулся, он спросил у Нин Шу: - Как ты узнала, что кто-то проник в резиденцию? - Меня одолела жажда среди ночи. Я встала, чтобы попить, и увидела какую-то фигуру, промелькнувшую мимо окна. Мне стало страшно, поэтому я и пошла на поиски отца, - испуганно сказала Нин Шу. – Отец, может, мне снова переехать? Я боюсь. - Кровь уже убрали. Скорее всего, этот человек уже не вернётся. Можешь спать спокойно, - Фэн Чан взмахнул рукой. – Это должно остаться только между нами, понимаешь? ---------- У Тебя Всё Ещё Случаются Приступы? - Да. – Нин Шу стала непрерывно кивать. – Но, что если он вернётся? Фэн Чан тут же сказал: - Если тебе настолько страшно, оставайся в главном зале. Можешь просидеть там до конца ночи. Всё равно уже скоро рассвет. Нин Шу: … Фэн Чан не ушёл спать. Он взял чашку чая и стал пить. На его лице остались следы тревоги. Так или иначе, эта его небольшая хитрость со скрытием следов всё равно могла выйти наружу. Нин Шу села на стул, глядя на Фэн Чана. Фэн Чан заметил пристальный взгляд Нин Шу и спросил: - Как твоё здоровье в последнее время? У тебя всё ещё случаются приступы? Нин Шу ухмыльнулась и сказала: - Всё в порядке. В последнее время вспышек ярости почти не было. Думаю, через пару дней всё совсем пройдёт. Фэн Чан кивнул и поставил свою чайную чашку. - Хочешь пойти повидать своего дядю, раз ты уже знаешь о своём происхождении? Ты думала о том, чтобы вернуться в Страну Алого Пламени? - Но эта дочь не знает своего дядю. Она никого не знает из Страны Алого Пламени, - сказала Нин Шу. Страна Алого Пламени была очень далеко. Даже если бы она и хотела отправиться туда, ей всё равно пришлось бы ждать, пока вернётся её родная мать-принцесса, чтобы забрать её. Если Нин Шу сама прибежит туда, то она может даже и не увидеть своего дядю императора. Если она примчится туда и начнёт говорить, что она – дочь старшей принцессы, то люди лишь сочтут её сумасшедшей. - Отец, эта дочь хочет остаться в семье Фэн, - сказала Нин Шу. Фэн Чан кивнул. - Если хочешь оставаться, то оставайся. Можешь навестить свою мать, когда у тебя будет свободное время и признать свои ошибки. Изначально это всё были дела внутреннего двора, а ты пришла напрямую ко мне. Ты и так уже очень расстроило свою мать. Нин Шу, конечно, знала, что она была не права. Однако мадам Фэн недолюбливала её. Если бы Нин Шу пришла к ней, то та просто не обратила бы внимания на дочь наложницы. Поэтому Нин Шу могла прийти лишь к Фэн Чану. Нин Шу кивнула: - Эта дочь понимает. Ну, было бы странно, если бы у мадам Фэн не было обид на душе. Нин Шу лишь надеялась, что когда она уйдёт, мать-принцесса, убежавшая на поиски любви, сможет прийти и забрать изначального хоста. Мадам Фэн была хозяйкой внутреннего двора. При желании, она может серьёзно усложнить жизнь изначальному хосту. - Как следует извинись перед своей матерью. Я найду время рассказать ей о твоём происхождении, так что она не должна будет доставлять тебе больше хлопот. В будущем, не сходи с ума и думай, прежде чем говорить. Ты теперь дочь семьи Фэн и все твои поступки отразятся на репутации семьи Фэн, - сказал Фэн Чан. Нин Шу кивнула. - Это дочь постарается в дальнейшем быть менее безумной. Фэн Чан поставил на стол свою чашку. - Оставайся тут. Отец пойдёт немного поспать. Завтра во дворце будет празднование дня рождения вдовствующей императрицы. Кстати, ты, как приёмная дочь знатной супруги Ду, тоже должна прийти на банкет. У тебя есть подходящие платья? Какого хрена? Что же ты раньше об этом не сказал? Нин Шу улыбнулась и ответила: - Отец, у меня нет подходящих платьев. У изначального хоста действительно не было ничего красивого, что можно было надеть на такое событие. Фэн Чан охнул и сказал: - А ведь верно. Впрочем, у тебя только что был расторгнут брак, поэтому тебе лучше оставаться дома. Тебе не нужно идти. Нин Шу: … Нахрена он тогда вообще заговорил об этом?! После того, как Фэн Чан ушёл, Нин Шу тоже вернулась в Сад Орхидей. Когда она вошла в комнату, крови на полу уже не было, но запах крови всё равно остался. Нин Шу обыскала всю комнату, чтобы убедиться в том, что в доме больше никого нет, после чего села на постель и стала культивировать. - Фэн Цинцянь, чего ты хочешь? – послышался тихий голос Ин Су. Ин Су ощущала неописуемого чувство утраты, грызущее её сердце, словно она упустила что-то невероятно важное. И от этого ощущения Ин Су было крайне неуютно. - Фэн Цинцянь, мы же можем сотрудничать. Помоги мне найти другое тело и я покину это тело. Нам с тобой нет смысла постоянно сражаться друг с другом. Так мы только обе проиграем. Ин Су начала спокойно вести переговоры с Нин Шу. Она уже больше не насмехалась над Нин Шу, как раньше. Нин Шу риторически спросила: - С какой стати мне тебе помогать? Если я тебе помогу, ты придёшь мстить мне. Зачем мне кормить тигра, который потом придёт и укусит меня? Ин Су начала клясться небесами. - Я, Ин Су, клянусь небесами, если ты поможешь мне найти тело, то я ни в коем случае не стану тебе мстить. Нин Шу улыбнулась. Она не поверила ни единому слову клятвы. Ин Су была из современного мира, где люди просто не верят в небесное наказание или, что им придётся столкнуться с карой, если они не сдержат слово. Ин Су сама даже на секунду не воспринимала всерьёз клятву, которую только что дала. ---------- Ответная Записка Хоть Ин Су и поклялась, она наверняка думала о том, как бы отомстить и вернуть Нин Шу все страдания вдвойне. Нин Шу лишь улыбнулась. Ин Су дейсвтительно не стоит принимать других людей за идиотов. Такие мстительные люди, вроде Ин Су, режут под корень, при малейшем оскорблении. Ин Су была крайне безжалостной. Учитывая то, как ужасно Нин Шу обошлась с Ин Су, было бы странно, если бы Ин Су решила отпустить её. Имея дело с людьми вроде Ин Су, нужно уничтожать их до конца. К тому же, нельзя помогать Ин Су найти тело. Ин Су сможет легко покалечить изначального хоста, учитывая жалкие способности изначального хоста. Это всё равно, что оставить изначальному хосту заведённую бомбу. - Фэн Цинцянь, я уже поклялась, так что теперь можешь быть спокойна, - сказала Ин Су. Нин Шу безразлично ответила: - Нет. Я не собираюсь быть у тебя на побегушках всего лишь из-за какой-то там клятвы. Я не такая глупая, как ты думаешь. Нин Шу закрыла глаза и продолжила культивировать, игнорируя крики Ин Су. Рано утром следующего дня, пожилая служанка, обслуживающая мадам Фэн принесла комплект одежды и немного ювелирных украшений. С напряжённым лицом, пожилая служанка сказала: - Четвёртая мисс, это одежда, которую прислала мадам. Пожалуйста, приведите себя в порядок и отправляйтесь во дворец, чтобы отпраздновать день рождения Вдовствующей Императрицы. Нин Шу вежливо сказала: - Спасибо, что принесли мне всё это. И поблагодари от меня матушку. Пожилая служанка кивнула, всё с тем же напряжённым лицом, но, если присмотреться, то в глубине её глаз можно было разглядеть отвращение и презрение к Нин Шу. Нин Шу было плевать на отношение пожилой служанки. Даже если бы та чувствовала ещё больше возмущения, она всё равно ничего не смогла бы сделать четвёртой мисс из семьи Фэн. Она могла хоть наизнанку вывернуться, но не посмела бы ничего сделать. Пожилая служанка привела нескольких служанок, чтобы они привели Нин Шу в порядок и одели её. Нин Шу взглянула на человека в бронзовом зеркале. Она выглядела очень красиво. Изначальный хост была красавицей, вот почему Ин Су потом выросла такой великолепной. Если бы основа была бы плохой, то как бы она тогда смогла привлечь к себе так много мужчин? Всё же, мужчины оценивают женщин по внешности, и лишь потом решают, копать ли дальше и находить ли внутреннюю красоту. С собранными в пучок волосами и с заколками, Нин Шу вышла из резиденции Фэн. Фэн Чэн и мадам Фэн ждали Нин Шу. Когда Фэн Фэйянь увидела Нин Шу, она саркастично сказала: - Четвёртая сестра действительно очень нежная. Заставила отца и мать ждать. Мадам Фэн обвела взглядом Нин Шу и обратилась к Фэн Фэйянь, сидящей в карете. - Достаточно, Фэйянь, отправляемся. Фэн Фэйянь гневно уставилась на Нин Шу, но Нин Шу было плевать. Подобные конфликты вполне обычные между маленькими девочками. Нин Шу не собиралась переживать из-за слов какой-то девочки, которая была на порядок моложе неё. Нин Шу склонила шею и извинилась перед Фэн Чаном. - Эта дочь опоздала. - Просто не забывай о своих манерах на банкете, и сообщи мне, если тебе что-то понадобится, - сказал Фэн Чан и поехал вперёд на своём коне. Нин Шу села в карету и отправилась вслед за всеми в самом конце процессии. В паланкине была какая-то коробка. Это был подарок на день рождения, который семья Фэн приготовила со своей стороны, чтобы вручить его вдовствующей императрице. На протяжении всего банкета Нин Шу вела себя тише воды и ниже травы. По сути, она ни с кем не разговаривала, и никто её не замечал. Но был один человек, который не сводил с Нин Шу своего проникновенного взгляда. Он выглядел так, словно хотел сказать ей какую-то очередную чушь. Второй принц постоянно подмигивал Нин Шу, но она просто игнорировала его. Второй принц хотел поговорить с Нин Шу наедине, поэтому его очень удручало то, что она никак не реагировала. Да и тот нефритовый кулон, который он отправлял в прошлый раз, был возвращён. Вдобавок, там была ещё ответная записка, написанная грубым и корявым почерком. В ней говорилось: "Второй Принц, у этого подчинённого уже есть жена и семья". ---------- С Какой Стати Ему Говорить Нежности Фэн Чану?! Лицо второго принца стало синим в тот момент, когда он прочитал ответ. Неужели это написал старик Фэн Чан? Ответ Фэн Чана чуть не заставил второго принца выплюнуть свой ужин. С какой стати ему говорить такие нежности Фэн Чану?! После этого он пытался отправить и другие вещи в резиденцию семьи Фэн, но всё было возвращено. Даже когда он передавал что-то для первой дочери семьи Фэн, Фэн Фэйянь, это тоже не принимали. Более того, Нин Шу совсем не выходила из дома, поэтому у второго принца не было возможности поговорить с Нин Шу, не говоря уже о том, чтобы флиртовать с ней. Теперь же, во время банкета, второй принц пытался сигнализировать ей до тех пор, пока у него глаза не разболелись, но Нин Шу ни разу даже не глянула на него. Нин Шу незаметно просканировала взглядом весь банкетный зал. Она заметила принца Синь. Его лицо было очень бледным, но это не мешало ему выглядеть очень стильно. Как у главного мужчины, один только вид принца Синь ошеломлял всех присутствующих людей своим сиянием. Куда бы он ни шёл, он привлекал к себе внимание. Судя по его состоянию, он вероятно, был не в лучшем состоянии. Нин Шу мельком глянула на него и отвела взгляд. Она не хотела связываться с принцем Синь. При виде принца Синь, душа Ин Су начала неистово бунтовать. Было очевидно, что мир хочет встречи главного мужчины и главной женщины. Нин Шу, естественно, не позволила этим двоим встретиться. Если эти двое встретятся, то небо перевернётся. Эти двое повергнут весь континент в хаос, после чего успешно объединят его. Ни у кого не будет выбора, кроме как склониться перед их силой. Нин Шу опустила голову и стала мысленно читать заклинание для подавления бунтующей души Ин Су. Голос Ин Су был полон негодования. - Фэн Цинцянь, ах ты, подлая сучка. Я тебя убью. Нин Шу проигнорировала её проклятия. После долгого ожидания банкет, наконец, подошёл к концу. До самого окончания банкета второй принц так и не нашёл возможности поговорить с Нин Шу, поэтому он был очень взволнован. У него не осталось иного выбора, кроме как остановить паланкин Нин Шу на обратном пути. - Сестра, - крикнул второй принц через дорогу, обращаясь к Нин Шу в паланкине. - Мы же с тобой брат и сестра. У меня так и не выдалось времени вручить тебе подарок. Составишь мне компанию в ресторане, чтобы я мог угостить тебя чашечкой чая? Второй принц услышал кашель, прозвучавший в паланкине, после чего пара белых рук приподняла занавеску. Второй принц всё ещё немного нервничал и его рот был полон слюны. Он пристально уставился на поднятую занавеску. К его ужасу, перед ним внезапно появилось пузырящееся чёрное лицо с бумажным талисманом, прилепленным ко лбу. Призрачное лицо зловеще улыбнулось ему и тихо закричало на второго принца: - Ваше Высочество! - Призрак, ааа… Второй принц закричал так, словно его ударило молнией. Он был так напуган, что рухнул на землю, перекатился на живот и пополз прочь. Оказавшись на приличном расстоянии, он вскочил на ноги и побежал, крича изо всех сил, что тут призрак. Нин Шу опустила занавеску и спокойно сказала вознице кареты: - Возвращаемся в резиденцию. Разобравшись с мелочами, Нин Шу приготовилась к окончательному изгнанию Ин Су из её тела. Ин Су вела себя тихо с тех пор, как Нин Шу использовала на ней бумажный талисман. Нин Шу выпустила своё духовное сознание, чтобы посмотреть на Ин Су. Теперь душа Ин Су была относительно тонкой, но её тело всё ещё окружали густые клубы чёрного дыма и мощное негодование. Ин Су заметила, что кто-то шпионит за ней, и тут же закричала: - Фэн Цинцянь, это ты? Чего ты хочешь? Нин Шу ничего ей не ответила. - Разве мы должны вредить друг другу подобным образом? – слабо сказала Ин Су. – Я знаю, что ты не Фэн Цинцянь. Никто из нас не является изначальной владелицей этого тела. Ты можешь использовать это тело, но помоги мне найти новое тело. Как насчёт того, чтобы разобраться с этим, чтобы нам больше ничего не мешало. Нин Шу зажала талисман между пальцев и спокойно сказала: - Я тебе не верю. Я не верю ни единому твоему слову. - Фэн Цинцянь, разве тебе необходимо выгонять меня и доводить до смерти? Неприятное предчувствие сжало сердце Ин Су, она почувствовала, насколько серьёзно сейчас была настроена её соперница. Почему? Почему она так решительно настроена на то, чтобы убить её? ---------- Остановись, Или Мы Обе Умрём Нин Шу прилепила талисман на лоб, затем сложила пальцы в виде магического знака. Она проигнорировала злые крики проклятий Ин Су, и стала постепенно изгонять Ин Су из этого тела. Ин Су зарычала, отказываясь покидать тело. Она пронзительно закричала: - Фэн Цинцянь, если ты продолжишь настаивать на том, чтобы зайти так далеко, клянусь, я заставлю тебя страдать. После этих слов Ин Су вцепилась в тело с неимоверной силой. Нин Шу тут же почувствовала такую головную боль, словно у неё голова была готова взорваться. На её лбу надулись голубые вены. От этого мощного давления глаза Нин Шу налились кровью и стали красными. Она почувствовала, как её глаза словно вот-вот лопнут. - Фэн Цинцянь, остановись, или мы обе умрём, - голос Ин Су был необычно мрачным. – Если до этого дойдёт, то я уничтожу это тело и мы обе окажемся простыми призраками. Нин Шу закусила губы. Она достала ещё один талисман и прилепила его себе на лоб. Она продолжила читать заклинание и игнорировать угрозы Ин Су. Ин Су увидела, что Нин Шу была непоколебимой, словно скала. Она тоже прекрасно понимала, насколько болезненным было сражение душ. Вероятно, это было похоже на пытки восемнадцатого уровня ада. Но её соперница всё равно была настроена крайне решительно, отчего сердце Ин Су сжалось от страха. Ин Су всегда считала, что она отличается от всех остальных. Она пришла в этот мир и ещё даже не начала новую карьеру. Она не начала жизнь, где она была бы свободной от убийств людей. Она не начала жить ради себя и не успела заполучить от жизни всего, чего ей хотелось. Она никогда не думала, что внезапно появится другой человек, который начнёт выгонять её из тела, отказываясь даже думать о сотрудничестве. Этот человек был решительно настроен на то, чтобы окончательно добить её. Что, чёрт побери происходит? Вскоре талисман на лбу почернел и рассыпался. Нин Шу прилепила ещё один, в этот раз даже использовав несколько очков заслуг, чтобы выгнать Ин Су из тела во что бы-то ни стало. Чем дольше она затягивает, тем больше вероятности, что ситуация изменится. Нужно уничтожить Ин Су, пока не стало слишком поздно, и не позволить ей встретиться с принцем Синь. Особенно сейчас, когда главный мужчина, принц Синь, находится в столице. Нин Шу увеличила давление, и Ин Су стала постепенно оказываться в невыгодном положении. Ин Су начала паниковать. Если у неё не будет тела, она ведь развеется постепенно и умрёт окончательно? - Фэн Цинцянь, Фэн Цинцянь… В голосе Ин Су теперь послышались нотки мольбы. Даже сейчас, несмотря на то, что она начала умолять, в её голосе ощущалось превосходство и даже снисходительность. Вероятно, это было из-за того, что она никогда раньше никого не умоляла. Нин Шу почувствовала, как её душу пронзают тысячи тонких игл. Она вся покрылась потом. Из последних сил она достала последний бумажный талисман, невероятно сложный светящийся талисман, который излучал мощную силу. Это был последний козырь Нин Шу. Нин Шу выдавила кровь из пальца, размазала её по бумажному талисману, а затем прилепила его себе на лоб. - Ах… - закричала Ин Су, чувствуя мощную силу, которая выталкивает её душу из тела. Комната наполнилась яростным ветром, от которого окна начали со стуком открываться и закрываться. - Мисс, что случилось? Может, этой служанке войти? – прокричала Пэй Лань из-за двери. - Нет, не входи, - ответила Нин Шу сквозь стиснутые зубы. Ин Су была почти выдавлена из тела, но она с такой силой сопротивлялась, что Нин Шу показалось, будто её тоже сейчас вытащат из тела. Нин Шу прочитала мантру и, в итоге, Ин Су была изгнана из тела. Её душа больше не имела защиты тела, и она съёжилась, когда начала парить посреди комнаты. ---------- Мы Можем Сотрудничать и Заработать Много Денег - Фэн Цинцянь, ты… Ин Су больше не могла успокоиться. Пребывая в отчаянии, она невольно начала умолять Нин Шу: - Фэн Цинцянь, я уже покинула это тело. Прошу, помоги мне найти другое тело, и мы сможем работать вместе. Нин Шу вытерла пот, стекающий по её векам, и сказала 2333: - Дай мне духовную жемчужину. В то же мгновение, в руке Нин Шу появилась невероятно чёрная и холодная жемчужина, которая могла поглотить всё, словно чёрная дыра. Эта духовная жемчужина проглотила душу призрачного короля, а также проглотила девятое пламя бездны. Теперь духовная жемчужина имела ещё более чёрный и чистый цвет. Она была холодной до такой степени, что если долго держать её в руке, пальцы начинало пощипывать. Как только появилась духовная жемчужина, душа Ин Су инстинктивно задрожала, словно она столкнулась самой страшной вещью в мире. - Фэн Цинцянь, не будь такой. Мы можем сотрудничать, - голос Ин Су испуганно дрожал. – Я могу сделать оружие, бомбы, мыло и много чего ещё. Я могу сделать вещи, которых не существует в эту эпоху. Мы можем сотрудничать и заработать много денег. Мы можем сломать оковы этой эпохи и вознестись на вершину власти. Как раз благодаря всем этим вещам Ин Су и смогла успешно взойти на трон. Вместе с принцем Синь, они были известны, как два Императора. Однако, если бы не тот факт, что она была главной героиней, её бы же давно поймали и использовали ради обогащения. Наличие множества талантов навлекает катастрофу. Нин Шу было лень препираться с Ин Су, она хотела как можно скорее разобраться с ней. Стоит только протагонисту столкнуться с какой-нибудь невероятной опасностью, всегда найдётся какой-нибудь сильный человек, который придёт на помощь. - Фэн Цинцянь, ты… Ин Су посмотрела на духовную жемчужину. Её душа дрожала от неконтролируемого страха. Хоть она и не знала, что это такое, но в её душе зародился невероятный страх. Ин Су попыталась улететь, но Нин Шу бросила жемчужину в Ин Су. Как только духовная жемчужина коснулась души Ин Су, она тут же начала поглощать её душу. Ин Су изо всех сил сопротивлялась, но всё было тщетно. Из последних сил она прокричала: - Ты сука! Я проклинаю тебя умереть ужасной смертью! Проклинаю тебя остаться одинокой навсегда. И пусть над тобой издеваются до конца твоей жизни! Выражение лица Нин Шу было спокойным. Она просто не приняла это проклятие близко к сердцу. Не стоит забывать, что у неё было сопротивление всем проклятиям, благодаря ауре веры. Извини, что разочаровала тебя! Ин Су глянула на Нин Шу с яростным негодованием..Она умерла прежде, чем успела чего-либо добиться. Она бы прославилась на весь мир, но этот человек внезапно появился и все её планы пошли прахом. Хоть Ин Су и не сдавалась, но, в итоге, духовная жемчужина поглотила её душу. После поглощения души жемчужина слегка вздрогнула. Нин Шу вытянула руку, и духовная жемчужина прилетела обратно в ладонь Нин Шу. Нин Шу рухнула в кресло. Её тело было полностью измождено. Выпив две чашки чая, Нин Шу раскрыла ладонь и посмотрела на духовную жемчужину. Она выпустила своё духовное сознание, чтобы исследовать, что внутри. Внутри жемчужины была лишь темнота. Она не смогла ничего там найти, кроме бесконечной темноты. Она почувствовала, что жемчужина поглощает её духовное сознание и тут же поспешила прекратить исследование. *Бам!* Послышался звук шагов по черепицам на крыше. Нин Шу попросила 2333 убрать жемчужину, после чего подняла голову и пристально уставилась на крышу. - Кто там? Кто посмел… - холодно крикнула Нин Шу. Сразу же после этого в окно запрыгнул седой, но очень моложавый и бодрый старик. Как только он вошёл, он тут же просканировал взглядам всю комнату и, наконец, остановился на Нин Шу. На лице старика появилось озадаченное выражение. Он стал осматривать Нин Шу со всех сторон, сложив пальцы, и вращая ими, словно какой-то даосский монах, который предсказывает что-то. Прикидывая что-то в уме и складывая пальцы, он продолжал смотреть на Нин Шу, словно его что-то беспокоило. ---------- Тут Было Дитя Небес На лице старика не было и намёка на морщины и у него было хорошее телосложение. Он был больше похож на бессмертного даоса, который множество лет культивировал в уединении. В этот момент на его лице было озадаченное выражение и он пробормотал себе под нос: - Нет. Оно было здесь. Фиолетовая энергия ци выстрелила в небо именно отсюда. Тут было дитя небес. Старик посмотрел на Нин Шу и покачал головой. - Нет, это не эта девушка. Нин Шу лишь молча наблюдала за его размышлениями вслух. Этот старик наверняка был учителем Ин Су. Вероятно он увидел, что она обладает огромной удачей, или их характеры совпали, но он настоял на том, чтобы стать её учителем. Этот старик обладал невероятными навыками и умел вычислять судьбы. Он также знал способы поддержания хорошего здоровья. Он стал учителем Ин Су и обучил её множеству вещей. Нин Шу не могла не праздновать в глубине души. К счастью, она не стала отвлекаться на болтовню с Ин Су и решительно избавилась от её души. Если бы её спас этот учитель, явившийся словно рыцарь в сияющих доспехах, тогда Нин Шу утонула бы в своих слезах. В будущем, что бы она ни делала, ей нужно действовать решительно. Никогда нельзя быть уверенной в успехе, потому что неизвестно, что может случиться в следующий момент. - Старик, не очень-то прилично вот так вламываться в женскую спальню, - сказала Нин Шу с холодным выражением лица. Она знала, что Пэй Лань снаружи, так почему же та не издала ни звука? Старик сильно нахмурил свои длинные брови. - Девочка, ты… Старик озадаченно покачал головой. - Забудь. Я лучше поищу где-нибудь ещё. Но ведь было очевидно, что фиолетовая энергия ци взлетела в небо прямо отсюда. Фиолетовая энергия ци, летящая в небо? Он был в этом так уверен? Разве это не были злобная энергия инь и энергия ярости, летящие к небу? Фиолетовая энергия ци означала, что Ин Су суждено стать императором. Старик увидел только фиолетовую энергию ци, летящую к небу, но не увидел злобной энергии инь и энергии ярости, летящих к небу? - Доброй вам дороги, извините, что не провожаю, - безразлично сказала Нин Шу. С озадаченным видом старик выпрыгнул в окно. Нин Шу поспешно открыла дверь и увидела, что Пэй Лань спит на земле. Она подобрала маленький камешек и бросила его в Пэй Лань, отчего спящая Пэй Лань резко очнулась. - Мисс, что со мной случилось? Пэй Лань ошеломлённо распахнула глаза. Нин Шу прищурилась. Болевые точки боевых искусств кажутся довольно полезным. Было бы неплохо владеть такой техникой, надо будет найти возможность её выучить. - Ничего, ты просто упала на землю и уснула. Нин Шу развернулась и вернулась в дом. Пэй Лань осталась снаружи, озадаченно нахмурившись. Нин Шу помассировала шею, чувствуя себя изрядно уставшей. Она легла на постель, чтобы отдохнуть. В любом случае, разобравшись с самой большой проблемой в виде Ин Су, она могла позволить себе расслабиться. С самого её проникновения в этот мир она была напряжена. Ей приходилось постоянно быть начеку, чтобы Ин Су не перехватила контроль над телом. Нин Шу сказала Пэй Лань, чтобы её не беспокоили и что она будет отдыхать. После этого она, психологически измождённая легла в постель и крепко уснула. Неизвестно, как долго она спала, но, когда Нин Шу открыла глаза, перед ней было величественное лицо, так пристально смотрящее на неё, что у человека могло развиться косоглазие. - Старик, а ты не слишком стар, чтобы похищать мою розочку, а? - спокойно спросила Нин Шу. - Был ли раньше в этой комнате кто-то ещё? – спросил старик. Его пророчество было верным, и он сам видел, как фиолетовая энергия ци вылетела из этого места. Так почему же она так внезапно исчезла без следа? Он также был уверен, что эта девушка перед ним – не тот человек. В ней почти не было фиолетовой энергии ци. В ней было немного, но это, вероятно, от того, что она имела родственную связь с императорской семьёй. А та фиолетовая энергия ци была очень интенсивной. И её было бы заметно с первого взгляда. ---------- Жаль Будет Терять Вашу Целостность в Таком Возрасте Нин Шу была немного ошарашена. Старик явно был равнодушен к мирским делами. Так зачем же ему нужно было найти человека с фиолетовой энергией ци? Неужели он получит какую-то выгоду, если его ученик объединит весь континент? Зачем ему так суетиться, если ему не будет с этого никакой выгоды? - Чего это ты на меня так смотришь? Старик увидел, что эта девушка пристально смотрит на него странным взглядом, и невольно спросил: - Ты смотришь на меня так странно. Ты, девушка, явно необычный человек. Обычные люди уже начали бы на него кричать, они бы ни за что не смогли оставаться такими спокойными. - Я обычный человек. И я просто хотела спросить, моя служанка снова потеряла сознание? – спросила Нин Шу. Старик кивнул. - Ага. - Почему вы всё говорите, что ищите человека с фиолетовой энергией ци? Зачем он вам? – беззаботно спросила Нин Шу. Старик покачал головой. - Да незачем. Просто хотелось взглянуть на то, как выглядит дитя небес. Нин Шу лишь вежливо усмехнулась. - Я не видела никакой фиолетовой энергии ци, летящей в небо, - Нин Шу приподняла уголок рта. – Старик, пожалуйста, уходите, А не то вас арестуют за похищение девичьих цветков. Жаль будет терять вашу целостность в таком возрасте. Старик разгладил свою бороду и не удержался от вздоха. После этого он выпрыгнул в окно. Уходя, он бросил маленький камешек в Пэй Лань. Пэй Лань с озадаченным видом поднялась с земли. Она не знала, почему она снова оказалась лежащей на земле. Нин Шу села на постели. Не то, чтобы она не хотела пойти в ученицы к этому старику и обучиться его технике болевых точек боевых искусств, но этот старик явно искал что-то конкретное и ни за что не принял бы её в качестве ученика. Он хотел ученика, которому суждено величие. Нин Шу не поверила в то, что старик пришёл только посмотреть на сына небес. Она просто не знала, какая ему с этого была выгода. - Мисс, вы проснулись? – Пэй Лань вошла в комнату, подошла к постели, где сидела Нин Шу, и спросила: - Мисс, вы хотите поесть? Нин Шу кивнула и попросила Пэй Лань принести еду. Пока она ела, Пэй Лань постоянно смотрела на Нин Шу. Она выглядела так, словно хотела что-то сказать. - Говори, что там у тебя опять? – спросила Нин Шу. Пэй Лань наверняка хотела попросить ещё денег. - Мисс, неужели вы уже забыли? – Пэй Лань встала на колени. – Разве мисс не говорила, что она хочет создать армию, которая сможет защитить её и поможет ей взобраться на вершину. Так почему же мисс до сих пор не предприняла ничего? Пэй Лань явно была недовольна тем, что Нин Шу, за это время, ничего не сделала. Нин Шу глянула на Пэй Лань, чувствуя, что нынешняя Пэй Лань уже больше ей не верна. Ин Су подчинила её себе, но теперь, когда Ин Су больше нет, вполне нормально, что у Пэй Лань появились другие мысли. - Я сама знаю, когда и что мне делать. Унеси тарелки. Нин Шу махнула рукой в сторону Пэй Лань. Пэй Лань была немного раздражена и это было заметно по её лицу. Она явно устала делать то, что должна делать служанка. Она задумалась о том, когда у них появится сила, чтобы отомстить. Проведя в резиденции Фэн столько времени, Пэй Лань осознала, что Фэн Чан очень хитрый и мудрый. И что ей с братом никак не отомстить ему. Они явно погибнут, если будут сражать одни. Брат и сестра возложили все свои надежды на Фэн Цинцянь, но она теперь, похоже, больше не жаждет добиться власти. Она теперь была просто хорошей девушкой из семьи Фэн. Пэй Лань поджала губы и собрала тарелки со стола. Когда Пэй Лань ушла, Нин Шу убрала шкатулку с макияжем с туалетного столика. Она также убрала все ценные ювелирные изделия и всё серебро. Изначально Нин Шу сделала это в качестве меры предосторожности, а также, чтобы обезопасить себя от Пэй Лань. Но она не ожидала, что Пэй Лань действительно прокрадётся ночью в комнату и станет обыскивать её. Нин Шу села на постели, молча наблюдая за тем, как Пэй Лань роется в комнате, держа в руке масляную лампу. Проклятие. У одного человека действительно разные жизни. Когда Ин Су управляла телом, все готовы были ей услужить. Когда пришла очередь Нин Шу, служанка решила её обокрасть. Небеса так несправедливы! Удача в её теле уменьшалась со стремительной скоростью. Если говорить точнее, то это у Ин Су была огромная удача. Как только Ин Су покинула это тело, у этого тела осталась лишь незначительная второстепенная роль. ---------- Просто Пришла Проведать Мисс Пэй Лань какое-то время искала, но когда она ничего не нашла, она встревожилась и тут же развернулась, чтобы уйти из комнаты. Когда Пэй Лань увидела днём ювелирные украшения на туалетном столике, на её душе появилось какое-то беспокойство, но теперь их там не было. Когда Пэй Лань проходила мимо постели, она приподняла масляную лампу, чтобы проверить, спит ли Нин Шу или нет. Она была в шоке, когда увидела в тусклом свете призрачное лицо, которое смотрело прямо на неё. Пэй Лань была так напугана, что чуть не закричала и выронила лампу из руки. - Мисс… - Пэй Лань рухнула на колени и постаралась как можно спокойнее сказать. – Мисс, я пришла проверить, спите ли вы. Может, вам что-нибудь нужно? - Мне ничего не нужно. А что сейчас делала? - равнодушно спросила Нин Шу. - Я…. Я просто пришла проведать мисс. Уже осень и по ночам стало холодно, поэтому служанка пришла проверить, не нужно ли накрыть мисс одеялом. Голос Пэй Лань немного дрожал. - Раз мисс ничего не приказывает, тогда эта служанка пойдёт. Пэй Лань унесла масляную лампу и в панике выбежала, по пути закрыв дверь. Нин Шу: Ха. Ха… Нин Шу вылезла из постели, готовая пойти за Пэй Лань. Она не собиралась оставлять Пэй Лань при себе. Без фиолетовой энергии ци от удачи главной героини, она просто не смогла бы удержать под контролем брата и сестру из семьи Пэй. Она не сможет успокоиться, когда рядом с ней будут люди со злыми намерениями. Нин Шу отправилась в комнату Пэй Лань. Её комната была слабо освещена, но, когда Нин Шу открыла дверь и вошла, она обнаружила, что внутри никого нет. Нин Шу нахмурилась. Не может же быть, что Пэй Лань сбежала, верно? - 2333 включи систему отслеживания, - сказала Нин Шу. Она же потратила на неё пять очков заслуг, и, если она не будет ей пользоваться, значит, она потратила их зря. В сознании Нин Шу появилась красная точка. Нин Шу воспользовалась подсказками системы и, в итоге, нашла Пэй Лань в поддельной пещере сада камней. Пэй Лань сжалась в комочек, но, оказавшись в свете фонаря Нин Шу, она тут же встала и побежала. Нин Шу схватила её за воротник. - Чего это ты сидишь тут посреди ночи? Только не говори мне, что ты тут какаешь? Пэй Лань не знала, что имела в виду Нин Шу под словом "какаешь", но, поскольку Нин Шу схватила её за воротник, дурное предчувствие только усилилось. Она попыталась вырваться из хватки Нин Шу, но та потащила её в сторону Сада Орхидей. Вернувшись в Сад Орхидей, Нин Шу закрыла дверь, села на стул и безразлично посмотрела на Пэй Лань. Технически говоря, это Ин Су купила Пэй Лань. Сама Нин Шу не была хозяйкой Пэй Лань. Но теперь Пэй Лань была виновна в том, что пыталась украсть, поэтому Нин Шу решила воспользоваться возможностью, чтобы избавиться от этой служанки. Пэй Лань встала на колени на пол и поклонилась Нин Шу. - Зачем ты решила украсть мои вещи? – спросила Нин Шу. Пэй Лань подняла голову, чтобы посмотреть на Нин Шу. Её глаза были полны слёз, и она долгое время ничего не говорила. Нин Шу никуда не спешила. Всё равно на коленях стояла не она. Она комфортно сидела на стуле и пила воду. - Эта служанка очень сожалеет, мисс, но её брат не может ждать. Мы хотим иметь силу, чтобы отомстить, - закричала Пэй Лань. Нин Шу: - Воровство может дать вам силу отомстить? Нин Шу не могла этого понять. ---------- Теперь Это Её Вина? Конечно, эти некоторые люди рождаются, чтобы поддерживать главных героев. Когда главный герой сильный, эти люди тоже могут подняться. Но теперь Ин Су мертва и у этой Пэй Лань появились другие мысли. Теперь она решилась на кражу у неё. - У брата больше не осталось денег. Брат долго ждал, пока мисс пришёл инструкции, но мисс так ничего ещё и не сделала, - сказала Пэй Лань. – Сперва мисс сказала нам, что у нас будет сила отомстить, но… Нин Шу: Хм…. У них нет денег? Неужели мужчина не может заработать себе деньги на пропитание? Им было слишком лень заниматься тяжёлой работой. Проще украсть вещи, чтобы добиться своей цели. Что это за логика такая? Она освободила их от рабства, но теперь это её вина в том, что она не выполнила их желания? Это всё по большей части вина хвастовства Ин Су. Её слова завысили ожидания брата и сестры от Ин Су. Но Нин Шу была не Ин Су, у неё не было никакого желания основывать какую-либо группу киллеров или бордель. - Мисс, прошу, простите меня… - Пэй Лань поклонилась Нин Шу. – Эта служанка никогда больше не подумает о таком. Нин Шу ухмыльнулась и тут же пошла на поиски мадам Фэн, чтобы сообщить ей, что она собирается продать свою служанку. Подобные дела касались внутреннего двора, поэтому Нин Шу не стала искать Фэн Чана. Фэн Чан был не очень терпеливым, и из-за такой мелочи мог отчитать Нин Шу. Мадам Фэн была очень холодна к Нин Шу, и, когда она услышала, что Нин Шу хочет продать свою служанку, она спросила о причине этого желания. Нин Шу сказала, что Пэй Лань что-то украла. Мадам Фэн равнодушно попросила слугу позвать торговца рабами, после чего сказала Нин Шу: - Это твоя служанка и её продажа это не забота семьи Фэн, так что можешь разобраться с ней сама. Когда Пэй Лань услышала, что Нин Шу собирается её продать, она встала на колени у ног Нин Шу и стала умолять: - Мисс, не продавайте эту служанку. Этой служанке действительно очень жаль. Она не хотела больше возвращаться в тот грязный дом рабов, где её продадут, словно животное, безо всякого достоинства. Она ведь тоже была дочерью генерала, но пережила в доме рабов много страданий. Вот почему ненависть в её душе была такой сильной, что она хотела отомстить несмотря ни на что. А теперь, ей придётся вернуться в дом рабов. Пэй Лань невольно вздрогнула от этой мысли. Только теперь она осознала, что жизнь в резиденции генерала была не такой уж плохой. Всё познаётся в сравнении. Но Нин Шу не изменилась в лице. Такого человека, как Пэй Лань, нельзя оставлять при себе. Пэй Лань была верна Ин Су, и она очень хотела отомстить семье Фэн. Только глупец оставил бы при себе такого человека. - Мисс, вы не держите своё обещание. Вы отказываетесь от своих слов! – закричала Пэй Лань, когда увидела, что Нин Шу ведёт себя безразлично. – Мисс, вы обещали мне и моему брату, что если мы будем вам верны, то вы поможете нам отомстить. Но теперь вы так просто бросаете нас? - Вы же всего лишь рабы, за которых я заплатила. Какое ты имеешь право допрашивать меня? – сказала Нин Шу, нахмурившись. Чем больше вам даёшь, чем больше вам обещаешь, тем больше люди думают, что имеют право на что угодно. Всё потому, что Ин Су пообещала им всяческие хорошие перспективы в будущем. Пэй Лань больше не хотела честно работать служанкой в семье Фэн. Её заботила лишь месть. Она хотела иметь силу, чтобы отомстить! Нин Шу махнула рукой и сказала торговцу рабами, чтобы тот увёл Пэй Лань. Пэй Лань стала всячески проклинать Нин Шу, чтобы её жизнь плохо кончилась. Нин Шу: … Все они так сильно её проклинали, тц, тц… Нин Шу сказала торговцу рабами: - Продай её как можно дальше. Не позволяйте ей оставаться в столице. - Не волнуйтесь, четвёртая мисс, - заверил её торговец рабами. Пэй Юаню придётся зарабатывать деньги, чтобы выкупить свою сестру, но цена будет немаленькой. Эти два человека существовали только из-за Ин Су. Без Ин Су они не смогут подняться. Проще говоря, они должны были прокатиться на хвосте главной героине и добиться успеха в жизни. Разобравшись со всем этим, Нин Шу поклонилась мадам Фэн и уже собралась уходить из главного двора. Мадам Фэн безразлично произнесла: - Так не пойдёт, чтобы у тебя не было никакой служанки. У тебя наверняка есть подходящие кандидатки. Можешь повысить какую-нибудь служанку до твоей личной служанки. Передо мной отчитываться не обязательно. Нин Шу заметила, что мадам Фэн явно не желает заводить с ней глубокой дружбы, поэтому она просто поблагодарила её и ушла. ---------- На Исцеление Травмы Нужно 100 Дней Нин Шу вернулась в Сад Орхидей и увидела, что её прежняя служанка, Чжи Тао, ждёт её у дверей. Нин Шу подняла бровь, подошла и спросила: - Зачем ты здесь? Чжи Тао сделала реверанс. - Эта служанка – личная служанка мисс, она должна быть рядом с мисс и заботиться о ней. Эта девушка так внезапно появилась. Нин Шу закатила глаза и презрительно поджала губы. Раз такое дело, то где эта служанка пропадала всё это время? Чжи Тао увидела, что Нин Шу ничего не говорит, а её выражение лица странное, поэтому быстро сказала: - У этой служанки раньше была сломана рука, поэтому она восстанавливалась. Теперь её рука почти зажила, и служанка пришла, чтобы служить мисс. - О, на исцеление травмы нужно 100 дней. Тебе лучше вернуться и продолжить восстанавливаться, - безразлично сказала Нин Шу. Служанка ушла восстанавливаться от травмы, не сказав ни слова. Чжи Тао рухнула на колени. - Мисс, эта служанка теперь непременно будет должным образом служить мисс. Прошу вас, дайте этой служанке ещё один шанс. Нин Шу сказала: - Просто делай, что должна. Я же не требую от тебя какой-то особой верности. Эти служанки, если говорить проще, просто работники. Вполне нормально, что они хотят занять более высокое положение. - Да, да. Эта служанка понимает. Чжи Тао тут же расплакалась от радости. Нин Шу снова заговорила: - Теперь иди подметать во дворе. Будешь теперь обычной служанкой-уборщицей. Личных служанок выбирают тщательно, поэтому такой вопрос нельзя решать небрежно. Всё же, личные служанки знают о положении своей хозяйки лучше, чем её родители хозяйки. Можно сказать, что они самые близкие люди для своих хозяев. Нин Шу намеревалась некоторое время проверять Чжи Тао. Всё же, Чжи Тао всегда была служанкой Фэн Цинцянь. Нин Шу не знала, как Фэн Цинцянь поступит с этой служанкой после её возвращения. Когда Чжи Тао услышала, что Нин Шу понизила её до обычной уборщицы, её лицо вытянулось. Но она, в итоге, поклонилась Нин Шу. - Эта служанка понимает. Нин Шу кивнула, махнула рукой давая Чжи Тао понять, что она свободна. После этого Нин Шу разулась и села на постель, чтобы культивировать. Из-за той битвы, что произошла между Нин Шу и Ин Су, в функционировании тела Фэн Цинзянь теперь были проблемы. Мощная энергия инь Ин Су нанесла немало повреждений этому телу. У Нин Шу не было иного выбора, кроме как культивировать и постепенно восстанавливать это тело. А иначе, когда Фэн Цинцянь вернётся, её продолжительность жизни будет укорочена. Нин Шу оставалась в резиденции Фэн и никуда не выходила. А в столице происходили важные события. Принц Синь совершил покушение на убийство императора, и теперь весь город был перекрыт, пока армия обыскивала каждый дом. Атмосфера в столице была довольно напряжённой. Конечно же, принц Синь не делал это сам. Император пригласил вассальных принцев, приехавших в столицу, чтобы вручить подарки на день рождения, во дворец пообщаться, послушать песни, посмотреть на танцовщиц и выпить. Чарующие танцовщицы внезапно достали белоснежные мечи и стали рубить озадаченных вассальных принцев. Двух они убили на месте, а некоторых ранили. Пока некоторые танцовщицы замахнулись своими мечами на императора, другие танцовщицы закричали принцу Синь "Господин, уходите. Эти подчинённые поклялись защищать своего господина ценой своей жизни" и прочее бла-бла-бла. Они продолжали кричать всякие трогательные слова о верности и смерти, а потом случайно выронили жетон. На верхней части жетона было крупно написано "Синь". В тот момент лицо Синь Вана потемнело. Он был окружён несколькими красивыми танцовщицами, которые делали вид, что пытались защитить его и увести прочь. Синь Ван обернулся и увидел, что император был ранен в ногу и был в ярости. Ранение в ногу – это мелочь. Раз уж у них есть способности, то стоило целиться в сердце. Судя по такому кривому прицелу было ясно, что это был заговор с целью повесить на принца Синь обвинение в покушении на императора. Полагаясь на свою собственную силу (ореол главного героя), принц Синь избавился от танцовщиц и сбежал из дворца. Император с повязкой на ноге был очень зол. Он поклялся поймать принца Синь. Весь город был поднят по тревоге, а городские ворота были закрыты. ---------- Ах, Как Коварно Однако Фэн Чану уже был отдан приказ найти предателя. Поэтому у Фэн Чана не было иного выбора, кроме как отправиться на поиски предателя. Нин Шу даже растерялась. Поведение императора практически прямым текстом гласило, что он целенаправленно пытался подставить принца. Не повезло даже вассальным принцам. Предположительно, император хотел провести чистку среди тех, кто косо на него смотрел, после чего забрать земли этих вассальных принцев. Ах, как коварно. Но это всё не имело к Нин Шу никакого отношения. Когда у неё было свободное время, она культивировала и направляла свою духовную энергию в каждый уголок тела, чтобы эта энергия постепенно восстанавливала это тело. Однако, Фэн Чану не удалось поймать принца Синь. Какой старик спас принца Синь и вывел его из города, чтобы принц Синь смог встретиться со своими войсками. Так как Фэн Чану не удалось поймать предателя, он и прочие участвовавшие в поисках, были наказаны императором. Фэн Чана оштрафовали на половину годовой зарплаты. Фэн Чан был не в самом лучшем настроении, поэтому подчинённые и семья Фэн вели себя очень осторожно, ходя по тонкому льду, и не смея говорить ему слово поперёк, опасаясь, что он может взорваться. Нин Шу обеспокоенно посмотрела на Фэн Чана и утешающе сказала: - Отец, это же всего лишь половина годовой зарплаты. У какой семьи из числа чиновников нет нескольких магазинов? Разве на жалкую зарплату военного можно содержать целую семью? Фэн Чан глянул на Нин Шу. - Ты так недальновидна. Кто сказал, что меня беспокоит этот штраф? Меня беспокоит то, что принц Синь в этот раз сбежал. Он наверняка не простит за этот инцидент и скоро наступит хаос. Он явно переживал из-за этого штрафа. Нин Шу вздохнула. В это время было основано так много стран. Таков уж путь мира. Те, кто объединены, в итоге, разделятся. Те, кто разделён, в итоге, объединятся. Просто этот процесс объединения теперь будет немного трудным. Особенно сейчас, когда Ин Су была поглощена духовной жемчужиной. Она не создаст никакого современного оружия. Полагаясь лишь на копья и дубинки, объединить так много стран, кажется задачей просто нереалистичной. В любом случае, с войной придут боль и разрушение. Разрушение приведёт новой жизни, но пострадают, как всегда бессильные простолюдины. Кто знает, сможет ли Фэн Цинцянь увидеть результат объединения в своей жизни? Однако этот процесс непременно начнётся при её жизни. Если грядёт война, тогда это будет касаться семьи Фэн. Если что-то случится с Фэн Чаном, то семья Фэн тоже падёт. Вот почему Фэн Чан был таким обеспокоенным. Честно говоря, теперь Фэн Чан должен подумать о проблеме следующего наследника семьи Фэн. И заняться тренировкой этого наследника. Но Нин Шу ни с кем не обсуждала эти вещи. Всё же, её не считали частью семьи Фэн, поэтому, если посторонняя женщина станет вмешивать в такие вопросы, то Фэн Чан непременно снова гневно посмотрит на неё. Нин Шу теперь больше беспокоило то, когда появится принцесса-мать, являющаяся родной матерью изначального хоста. Если принцесса-мать появится, то жизнь изначального хоста, вероятно станет лучше. Но неужели, если главная женщина, Ин Су, умерла, то принцесса-мать уже и не появится? Такое ощущение, что эта мать была матерью Ин Су, а не матерью Фэн Цинцянь. Нин Шу было слишком лень беспокоиться о том, что происходит снаружи. Когда у неё было свободное время, она либо культивировала в Саду Орхидей, либо писала медицинские книги, либо записывала Непревзойдённые Боевые Искусствах. Если кто-то потом использует то, что она написала, то это может даже сгенерировать для неё очки веры. Когда изначальный хост вернётся, она тоже может научиться им. Очень важно иметь свои собственные навыки, особенно в такие смутные времена, которые скоро наступят. Лучше полагаться на себя, чем на кого-то другого. Нин Шу всё ждала, пока появится принцесса-мать изначального хоста, но, в итоге, дождалась лишь оповещения 2333: - Задание завершено. Желаешь покинуть мир задания? Нин Шу кивнула: - Уходим. Нин Шу на мгновение почувствовала головокружение, после чего вернулась в системное пространство. Раз она смогла покинуть мир задания, то это означало, что задание успешно завершено. Но Нин Шу сожалела о том, что так и не встретила мать Фэн Цинцянь. У неё было такое подозрение, что мать Фэн Цинзянь уже умерла. Если бы это была Ин Су, то она была бы жива. Означает ли это, что только у Ин Су была способность активировать родителей этого персонажа? ---------- Холодное и Одинокое Сердце Киллерши Принцесса-мать прежде никак себя не проявляла, но, едва Ин Су трансмигрировала, принцесса-мать появилась, словно обожающая матушка с несравненным чувством вины. Она любила и баловала Ин Су. Это помогло исцелить и наполнить холодное и одинокое сердце киллерши, и она наконец-то ощутила на себе тепло семьи. Прежние страдания Фэн Цинцянь были вдвойне скомпенсированы для Ин Су. Нин Шу не удержалась и выдавила пару сочувственных слезинок за Фэн Цинцянь. Затем она открыла панель атрибутов, чтобы посмотреть, как много очков она заработала в этот раз. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 15 150 000 + 3 000 000 Душа: 320 Жизнь: 91 Интеллект: 274 Харизма: 10 Удача: 119 Воля: 180 Боевые искусства: 192 Вера: 3515 Способность (адаптивность): 89 Заслуги: 13045 (-100) Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Низкоуровневые Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня, Экзорцист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x5 Улучшенный Защитный Талисман х2 Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Военачальница-Основательница (Благословение Чэнь Эрмэй) Выполнено желание Фэн Цинцянь: Вернуть своё тело. Степень выполнения задания: 100% Получено: 3 миллиона очков опыта Получено: 40 очков атрибутов Получено: 2000 очков веры Вычтено: 100 очков заслуг В этот раз очков за задание было не так много, потому что заданием было лишь вернуть тело. К тому же, она потеряла 100 очков заслуг. У неё сердце кровью обливалось! Награда не стоит потерь, увы! Иногда даже за несколько миров не получается заработать очки заслуг. А в этом мире она даже использовала 100 очков разом. От этого её сердце так болело, что её всю трясло. - Ты использовала эти заслуги на себе, так что они не совсем потрачены впустую, - сказал 2333. – Хорошо иметь заслуги и благодетели, закреплённые в твоём теле. В таком случае, законы мира будут слегка предрасположены к тебе, поскольку те, у кого есть заслуги, обычно добродетельные люди. Ох, ну, так ей стало легче. Постойте, так она добродетельный человек?! Нин Шу распределила сорок очков атрибутов. Номер: 2333 Имя: Нин Шу (Получатель Заданий Среднего Уровня) Возраст: 27 Опыт: 18 150 000 Душа: 320 Жизнь: 91 Интеллект: 274 (+10) Харизма: 10 Удача: 119 (+10) Воля: 180 (+10) Боевые искусства: 192 (+10) Вера: 3515 Способность (адаптивность): 89 Заслуги: 12945 Способности: Навык Стрельбы Пяти Колец, Дрянной Навык Ближнего Боя, Новичок в Непревзойденных Боевых Искусствах, Базовые Ядовитые Смеси, Низкоуровневые Знания Управления Бизнесом, Программист Начального Уровня, Юрист Начального Уровня, Экзорцист Начального Уровня Приобретенные Титулы: Богиня Войны, Предок-Альтруист Предметы: Ореол Спокойствия, Ореол Веры, Защитный Талисман x5 Улучшенный Защитный Талисман х2 Ореолы: Благожелательная Мать Мира (благословение Императрицы), Сестрица Образцовая Работница (благословение Чэнь Си), Аура Вождя (благословение Цао), Подруга На Всю Жизнь (благословение Мяо Мяомяо), Исцеляющая Рука (Благословение Чжу Сунян) Военачальница-Основательница (Благословение Чэнь Эрмэй) ---------- Две Стороны Одной Медали Нин Шу сказала 2333: - Давай посмотрим, как там дела у Фэн Цинцянь после возвращения? Если честно, с характером Фэн Цинцянь, если она не попытается что-то изменить, то её жизнь будет такой же, как прежде. Проживёт ли человек хорошую жизнь, зависит только от самого человека. Перед Нин Шу появился экран. Вскоре после того, как Нин Шу ушла, появилась "умершая" мать Фэн Цинцянь. Фэн Цинцянь последовала за свой матерью в страну Алого Пламени. Однако отношение Фэн Цинцянь к своим новым родителям было относительно холодным. Всё же, на душе у Фэн Цинцянь остался неприятный осадок. Когда ей было нечего делать, она изучала оставленные Нин Шу записи. Вдобавок к этому, так как в стране Алого Пламени все хорошо умели обращаться с ядами, Фэн Цинцянь стала ученицей какого-то старого мастера, и каждый день изучала яды. Яд и лекарство - это две стороны одной медали, а Фэн Цинцянь была тихой и спокойной, так что она смогла довольно быстро во всём разобраться. Однако характер Фэн Цинцянь остался прежним. Она мало говорила и никак особо не выделяла своё присутствие. Впрочем, это можно понять. Характер человека меняется с трудом. Главное, что у неё были способности для самозащиты. Всё же, именно поэтому Ин Су смотрела так свысока на Фэн Цинцянь. Потому что у Фэн Цинзянь не было никаких навыков. Человек, не имеющий способностей, это человек полный недостатков. Теперь Фэн Цинцянь умела спасать и убивать людей, поэтому её тихое спокойствие теперь выглядело как сдержанность и уравновешенность. Нин Шу выключила экран, села на диван и стала поглощать чистую духовную энергию из системного пространства. Когда она закончила культивировать, Нин Шу потрогала свою душу. Она чувствовала, что теперь её душа становилась всё сильнее и сильнее. До этого она словно касалась пушистого хлопка, а теперь она касалась чего-то похожего на желе. Текстура стала гораздо более плотной. Но она всё ещё была недостаточно сильной. Даже желе можно легко проткнуть чем-нибудь острым. Её душу только тогда можно будет назвать по-настоящему сильной, когда никакое оружие не сможет нанести ей вреда, а она снова будет обладать физическим телом. Нин Шу невольно задумалась, каким было тело дяди школьного доктора: оно было сделано чисто из его души, или это новое физическое тело. Если это тело, разве это не отвратительно, каждый день носить один и тот же наряд? Разве он не гермофоб? Нин Шу выдернула себя из уходящих всё дальше и дальше мыслей и спросила у 2333: - Лучше оставаться в таком духовном состоянии, или лучше снова иметь физическое тело? - Ограничения физического тела слишком велики. Все получатели заданий – это души, - сказал 2333. – Это же просто кожа. Это звучало логично. Тогда возникает вопрос, как трахаться в духовном состоянии? Мысленно?! - Среди получателей заданий тоже есть парочки, верно? Тогда как же им трахаться... нет, я имела ввиду, как им обмениваться своими чувствами? – спросила Нин Шу. - Ухх… - в голосе 2333 послышалась явное презрение. – Получатели заданий выше всяких этих низменных удовольствий плоти. Нин Шу даже немного растерялась. Как обсудить этот вопрос с 2333? Но ей всё равно было любопытно. - Разве нет какого-нибудь элегантного способа обмениваться эмоциями? - Неужели нет другого способа, кроме как трахаться? – раздражённо спросил 2333. - Вся любовь, которую я видела, постоянно крутится вокруг секса, - ответила Нин Шу. Величайшая цель мужчин и женщин – это размножение. Вся эта любовь, разбитые сердца, сладкие речи и погоня за романтикой были лишь способами для мужчины убедить женщину в их способности стать парой. Главная цель – это размножение. Ради того, чтобы размножение проходило успешно и чтобы заставить людей заводить как можно больше потомства, половой акт был сделан так, чтобы приносить удовольствие. 2333: … - Мы можем сменить тему разговора? – спросил 2333. Нин Шу кивнула. - Хорошо. Но ты не сказал, есть ли более элегантный способ обмениваться эмоциями? - Ухх… Ну, парочки получателей заданий могут отправляться на одно задание, а потом наслаждаться обычной жизнью мужчины и женщины, - сказал 2333. - Оо… - в голосе Нин Шу было такое же презрение. – И это ты называешь элегантным способом обмениваться эмоциями? ---------- Каким Будет Этот Мир? Нин Шу было слишком лень разговаривать с 2333. Она достала свою книгу по Непревзойдённым Боевым Искусствам. Теперь книга стала толще и тяжелее. Её уже было тяжело держать в руке. Нин Шу медленно пролистала книгу. В будущем, она должна в каждом мире оставлять Непревзойдённые Боевые Искусства. Если кто-то будет их культивировать и дойдёт до того, что сформирует прядь духовной энергию, то она будут получать часть энергии веры. Нин Шу начала фантазировать, обнимая книгу о Непревзойдённых Боевых Искусствах. Если они действительно смогут сформировать мир, то каким будет этот мир? Будет ли это мир начального уровня, среднего, продвинутого или даже ультра уровня? - Все миры проходят через процесс эволюции, постепенно улучшая свои законы. Ты хочешь сразу получить мир ультра уровня? Размечталась! Я тоже хочу сразу стать ультра-интеллектом, - сказал 2333. Нин Шу раздражённо поджала губы и положила книгу на полку. Будет не так-то просто сформировать мир. Для этого требуются силы источника. Ведь ей нужен был мир, в котором можно жить, а не просто пространство, в котором будет пустота. Если у неё будет собственный мир, то она будет получать много очков веры. Более того, этот мир будет плотно связан с ней самой. Только после создания мира можно будет считать, что она по-настоящему избавилась от оков получателя заданий. В таком случае, если её убьют, это всё равно, что убить всех живых существ в мире. А это эквивалентно уничтожению мира. Это очень большой грех. Но, когда это произойдёт, наверняка для неё найдётся новый способ наказания, верно? Вероятно, об этом ещё было рано беспокоиться. До сих пор Нин Шу даже не видела ни одно из пяти источников мира, так что ей ещё рано задумывать о о постройке мира. А что касается добычи источника энергии мира, то в этом плане Нин Шу была в ещё большем неведении. Может, сходить в Сборное Пространство и посмотреть, можно ли его где-нибудь купить. Если его можно купить, то так будет проще. Нин Шу встала у входа и сказала 2333: - Отправляемся в Сборное Пространство. В то же мгновение Нин Шу оказалась стоящей на древней улице с голубой брусчаткой. Нин Шу отправилась прямо в торговый зал Сборного Пространства. Помимо официального торгового зала был ещё чёрный рынок. С таким количеством разных получателей заданий, собранных вместе, вполне естественно, что тут есть люди разных интересов и профессий. Это сформировало другую форму соревновательных отношений, мир, где правят сильные. Первым делом Нин Шу пошла в торговый зал. Она стала смотреть на огромную витрину во всю стену, на которой были всевозможные вещи, которые продавали получатели заданий. Чего тут только не было. Тут также были люди, которые устанавливали свои ларьки в торговом зале. Нин Шу стала просматривать один ларёк за другим. Она увидела всякие странные и экзотические вещи. На глаза Нин Шу попался цветок в горшке. Лепестки цветка был безупречно белыми. Каждый цветок бы размером с большой палец, но они были очень изысканными и пахли особенно элегантно. Этот запах был похож на благовония, которые Нин Шу вдыхала в комнате консультаций. Запах позволял разуму успокоиться, а на душе становилось спокойно. Когда она спросила цену, то оказалось, что он стоит 20 000 очков опыта и два очка заслуг. Прощайте. Она не собирается такое покупать. Какого хрена? Это же просто цветок! У них вообще есть право ставить такую цену? Нин Шу потеряла 100 очков заслуг на прошлом задании. Тратит очки заслуг на цветок? Она была не настолько богатой. Эти очки заслуг и очки веры лучше сэкономить для повышения до получателя заданий ультра уровня. Более того, она не понимала, как вообще заработать больше очков заслуг. У Нин Шу было десять тысяч очков заслуг только благодаря тому, что она спасла мир. Но ей, блин, пришлось спасти мир, чтобы заработать эти 10 тысяч! Нин Шу даже захотелось уничтожить мир, чтобы проверить, вычтут ли у неё за это все очки заслуг. Однако скорее всего, у неё просто появится множество кармических помех. От одной только мысли об этом ей захотелось скулить от страха. - Сэр, продай мне этот горшочек с цветком. Нин Шу всё ещё мысленно ругалась на то, насколько этот цветок дорогой, когда её ушей достиг знакомый голос. Нин Шу повернула голову и увидела улыбающуюся Мэй Цзыцин. Мэй Цзыцин взяла цветок и протянула его Нин Шу. - Это подарок тебе. ---------- Подарки - Спасибо, но нет. Он слишком дорогой, - отказалась Нин Шу, а потом спросила: - Разве тебе не нужно экономить очки заслуг? Мэй Цзыцин с трудом собирала очки заслуг, чтобы пройти повышение до получателя заданий ультра уровня. Использование двух очков заслуг на покупку цветка – это тоже очень затратно. Вот как в её прошлом мире, вместо того, чтобы заработать немного очков заслуг, она наоборот потеряла сотню очков заслуг. Нин Шу была словно обиженная женщина, которая постоянно ноет о том, сколько очков заслуг она потеряла. - Я ходила на ещё одно задание с починкой мира. Я заработала немало очков. Ещё одно задание и я смогу пойти на повышение, так что эти два очка не проблема, - Мэй Цзыцин вложила цветочный горшочек в руку Нин Шу. – Дарю тебе. - Я не могу просто так принять нечто подобное, - сказала Нин Шу. – Может, тебе что-то нравится? Я заплачу. Они с Мэй Цзыцин едва перешли грань дружелюбных знакомых. Их отношения ещё не дошли до такой степени, чтобы принимать такие дорогие подарки. Поэтому она должна была подарить что-нибудь в ответ. Мэй Цзыцин осмотрелась по сторонам и, в итоге, увидела в ларьке нить с колокольчиками. За колокольчик просили три очка веры. Нин Шу великодушно оплатила счёт. Очки опыта и очки веры она получала каждый раз, но вот очки заслуг были не в каждом мире. Когда Мэй Цзыцин увидела, что нужно заплатить очки веры, она планировала отказаться. Когда она увидела, что Нин Шу оплатила счёт, Мэй Цзыцин с удивлением спросила: - Ты же, вроде всего лишь получатель заданий среднего уровня? Откуда же у тебя очки веры, чтобы заплатить по счёту? - Когда я выполняю задания, иногда я получаю немного очков веры, - объяснила Нин Шу. Мэй Цзыцин подняла брови, глядя на Нин Шу странным взглядом, но ничего не сказала. Она повесила колокольчик себе на пояс, и, когда она двигалась, колокольчик издавали неожиданно приятный звук. У людей, которые слышали этот звук, прояснялось в голове. Нин Шу держала в руке цветочный горшок, и они с Мэй Цзыцин вышли из торгового зала. Мэй Цзыцин повернулась к Нин Шу и спросила: - Ты пришла в торговый зал, потому что хотела что-то купить? - Я хотела спросить об источнике мира, - сказала Нин Шу. Мэй Цзыцин покачала головой. - Подобные вещи настолько ценные, что никто во всём Сборном Пространстве их не видел. Те, у кого есть подобные вещи - все находятся на вершине пирамиды силы. - У получателей заданий ультра-уровня тоже их нет? – спросила Нин Шу. Нин Шу думала о том, что она могла обменять на Источник Мира. Думая об этом, она пришла к выводу, что у неё нет ничего ценного. Духовная жемчужина считается? Но Нин Шу не хотела обменивать духовную жемчужину. Духовная жемчужина ей очень помогла в двух мирах. Она не могла даже думать о том, чтобы отдать её! - Ты считаешь, что получатели заданий ультра-уровня очень сильные? – спросила Мэй Цзыцин. Нин Шу кивнула. - Ага. - Иногда числа не означают способности. Уровень получателей не всегда означает их способности, - сказала Мэй Цзыцин. – Просто, когда ты поднимешься на вершину, ты сможешь насладиться лишь некоторым особым отношением к тебе. Мэй Цзыцин вздохнула. Получатели заданий ультра-уровня тоже не могут управлять своей судьбой. Мир полон опасностей. Даже получатели заданий ультра-уровня могут исчезнуть без следа. - Всё делается постепенно. Нин Шу была не очень убеждена словами подруги. Она прошла через такое множестве миров, видела столько разных миров, прожила так много разных жизней. Изначально она должна была просто умереть, но вместо этого она получила такую возможность. Это уже победа. Если она может жить, тогда она будет усердно работать, чтобы жить. Однако, если она действительно умрёт... Охренеть, как она вообще может умереть?! Нин Шу поняла, что Мэй Цзыцин много чего знает, поэтому она пригласила Мэй Цзыцин в ресторан на обед. Но, оказавшись в ресторане, Нин Шу увидела знакомое лицо. Это был Пань Чэнь, дух камня. В этот момент Пань Чэнь пристально смотрел на получателей заданий, входящих в ресторан. У него практически текла слюна. Он явно жаждал заполучить души этих получателей заданий. ---------- Можете Угостить Меня? Пань Чэнь был камнем Разве дядя не забрал его? Почему он тут шляется? И этот жаждущий взгляд, словно он хочет поглотить все души тут. Вероятно, он чего-то опасался, поэтому мог лишь смотреть на получателей заданий и беспомощно пускать слюни. Нин Шу и Мэй Цзыцин переглянулись между собой, намереваясь тихо уйти из ресторана. - О, дамы. Когда Пань Чэнь увидел Нин Шу и Мэй Цзыцин, его взгляд просветлел, и он поспешил к ним. - Как насчёт обеда? У меня нет очков. Можете угостить меня? – Пань Чэнь робко посмотрел на них. – Я хочу попробовать то, что вы едите. Каждый раз, когда Нин Шу видела застенчивого и робкого Пань Чэня, который убивал людей и высасывал их души, у неё начинали болеть яйца. Более того, он даже не навлёк на себя никакой отрицательной кармы. Даже если он уничтожит мир, ему ничего не будет. Откуда у него такие читы?! Пань Чэнь бессовестно сел вместе с Нин Шу и Мэй Цзыцин, затем взял меню и заказал себе полный стол еды. После этого его взгляд начал метаться между Нин Шу и Мэй Цзыцин. Он смотрел на них, словно на еду. Нин Шу спросила: - Что ты тут делаешь? Разве можно оставлять его в Сборном Пространстве? Это же всё равно, что пускать волка в овечий загон. - Я просто гуляю, - с улыбкой ответил Пань Чэнь. Пань Чэнь был очень красивым. Он выглядел словно чистый и нежный студент колледжа. Он казался очень безвредным. До такой степени, что даже краснел, стоило ему сказать пару слов. Но это всё было лишь притворством. Когда принесли блюда, которые заказал Пань Чэнь, он взял палочки и начал есть, довольно причмокивая. - Этот вкус очень хороший. Вам тоже стоит поесть. Нин Шу взяла палочки и стала есть. Она же собиралась за это заплатить, так почему бы им не поесть? Нин Шу проигнорировала Пань Чэня, сидящего рядом с ней, и спросила у Мэй Цзыцин: - Ты знаешь, у кого может быть Источник Мира? Мэй Цзыцин покачала головой. - Подобная вещь, даже если и будет у кого-то на руках, они не станут всем кричать об этом. Такие штуки очень редкие. Это было верно. Пань Чэнь ел и поглядывал на Нин Шу с Мэй Цзыцин, после чего спросил: - О чём вы разговариваете, девчата? - Ни о чём, - ответила Нин Шу. Пань Чэнь протянул свою чистую и стройную руку и положил её на плечо Нин Шу. Он даже немного сжал плечо Нин Шу, словно проверяя, какая на вкус душа Нин Шу. Нин Шу двинула плечом, смахивая руку Пань Чэня. - Ты уверен, что хочешь это сделать? Если он хотел поглотить духовную энергию, то ему сперва нужно было её поймать. - Твоя душа очень хорошая, - Пань Чэнь вежливо похвалил Нин Шу, но это прозвучало так, словно он хвалил вкус фуа-гра. Лицо Нин Шу дрогнуло. Нин Шу думала о том, какой у неё был шанс на победу против этого парня. Шансов, вероятно, почти не было. - Зачем ты здесь? – спросила Мэй Цзыцин у Пань Чэня. Пань Чэнь робко улыбнулся. - Тут так много душ. Мэй Цзыцин: … ---------- Молча Воображала Любовную Историю - Сюда иди, - прозвучал безразличный голос. Лицо Пань Чэня вытянулось, когда он услышал этот голос. Повернув голову, он увидел в дверях дядю в чёрной ветровке. Пань Чэнь отложил свои палочки и удручённо пошёл в сторону дяди. Пань Чэнь чувствовал себя довольно неуютно. Он не хотел слушаться дядю, но при этом он боялся силы дяди, которая с лёгкостью могла сокрушить его. Ему, как камню, было нелегко наконец-то развиться настолько, чтобы получить интеллект. Нин Шу посмотрела на этих двоих, она молча воображала любовную историю с извращённым дядей сверху и робким Пань Чэнем снизу. Дядя обвёл взглядом Нин Шу и Мэй Цзыцин. После чего увёл Пань Чэня. Пань Чэнь всё ещё оглядывался, облизываясь на души других получателей заданий. Как только Пань Чэнь ушёл, Мэй Цзыцин вздохнула с облегчением: - С такой штукой может совладать только первое поколение получателей заданий. Куда бы он ни пошёл, это будет приводить к катастрофе. Нин Шу поджала губы. В конце концов, она была недостаточно сильной. Когда она будет достаточно сильной, она сможет сжать этот камень в руке и сломать его, после чего выбросить. Тогда ей будет не о чём переживать. Нин Шу некоторое время пообщалась с Мэй Цзыцин. Она не стала больше спрашивать об Источнике Мира. Но теперь она была уверена в том, что в торговом центре таких вещей просто не бывает. Может, они есть на чёрном рынке. Но она может столкнуться с ситуацией, где её специально заманят, чтобы ограбить. Так что это было небезопасно. Той силы, что у неё была сейчас, было недостаточно для защиты от чего-то подобного. В любом случае, её дорога довольно длинная. Нужно просто проверять миры задания, на случай, если там есть Источник Мира. А ещё ей нужно пять типов источника энергии для мира. Их тоже нелегко добыть. Неудивительно, что мир не так-то просто создать. Поев, Нин Шу попрощалась с Мэй Цзыцин. Нин Шу собралась сходить посмотреть на чёрный рынок. - Я советую тебе пока не ходить туда. Подожди, пока ты станешь сильнее. Как минимум, до тех пор, пока ты не станешь продвинутым получателем заданий. Чёрный рынок - это не то место, куда любой может войти. Минимальный порог вхождения – это получатели заданий продвинутого уровня, - сказал 2333. Нин Шу: … Какая дискриминация! Нин Шу могла лишь беспомощно сказать: - Тогда, полагаю, я не пойду туда. Возвращаемся в системное пространство. Нин Шу почувствовала лёгкое головокружение не мгновение, после чего вернулась в системное пространство. Нин Шу поставила цветок, который ей купила Мэй Цзыцин, на кофейный столик. Во всём системном пространстве теперь был лёгкий и элегантный аромат, который заставлял людей, вдыхающих его, чувствовать себя невероятно комфортно. Нин Шу достала книгу с полки и стала неспешно читать её. После того, как она закончила читать, она вернула книгу на полку, села прямо и сказала 2333: - Давай посмотрим на следующего поручителя. 2333 кашлянул и сказал: - Может, выполнишь задание с системой любимой наложницы? - Прошлый мир был в древнюю эпоху. Я пока не хочу выполнять задания в древней эпохе, - устало сказала Нин Шу. – Давай поговорим об этом в следующий раз. 2333 немного разочарованно ответил: - Ладно. Нин Шу сидела на диване и ждала поручителя. В системном пространстве постепенно появилась женщина. У неё были утончённые черты лица, но её лицо было бледным, а фигура немного толстой. Она выглядела довольно молодой. Нин Шу предположила, что ей около двадцати пяти лет. Её взгляд был пустым, а руки сложены кольцом перед собой, словно она укачивала младенца. Однако перед ней ничего не было. Нин Шу прочистила горло и сказала: - Привет. Но её собеседница ничего не ответила. Нин Шу невольно подняла брови. - Привет? Только после этого собеседница посмотрела на Нин Шу, но всё равно ничего не сказала. Нин Шу впервые столкнулась с таким клиентом. Прежние клиенты, с которыми она общалась, выражали ненависть, печаль или сожаление, но у неё ещё не было такой. Словно она уже погрузилась глубоко в пучину отчаяния. Она выглядела совсем безжизненно. Через что же она такое прошла? Нин Шу спросила: - Вы хотите попросить о контратаке? - А какая разница? Почему меня перенесло в такое место после того, как я умерла? – сказала Чэнь Нин. С самого начала она так и не изменила положения рук, словно продолжала держать младенца. - Контратаковать? Мне уже не за что контратаковать. Что это изменит? – спросила Чэнь Нин, нахмурившись. Нин Шу глубоко вдохнула чтобы успокоиться. Она решила сперва посмотреть сюжет этого мира. Девушку перед ней звали Чэнь Нин. Она была обычной женщиной. Самой простой женщиной без каких-либо талантов. Её можно было назвать просто обычной женщиной. Однако она оказалась немного старше, чем думала Нин Шу. Ей было 28 лет. Через сватовство она познакомилась со своим мужем Ань Цзиньвэем. Ань Цзиньвэй был служащим на государственном предприятии. У него был свой дом. Со стороны казалось, что у него довольно неплохие условия. Чэнь Нин была уже довольно взрослой, поэтому её родители были очень оптимистично настроены по поводу Цзиньвэя. Получив свадебный подарок в размере 100 000 юаней, семья выдала Чэнь Нин замуж за Ань Цзиньвэя. ---------- Послеродовая Депрессия Два человека сошлись без какой-либо эмоциональной основы. Чэнь Нин работала по дому в качестве жены на полную ставку. Годом позже она родила дочь, малышку Наньнань. После рождения дочери Чэнь Нин впала в серьёзную послеродовую депрессию. Более того, так как она родила дочь, это расстроило свекровь, и вся семья Ань стала пренебрегать ребёнком. Чэнь Нин, молодая мать, вынуждена была самостоятельно заботиться о ребёнке. Она пребывала под сильным давлением, была психологически вымотанной и поэтому стала эмоционально нестабильной. Иногда у неё случались истерики без причины, а иногда она тихо плакала. Но Ань Цзиньвэй демонстрировал лишь раздражение. "Я и так вас всех кормлю, что тебе ещё надо? Ты знаешь, как тяжело мне приходится на работе?" Чэнь Нин знала, что она больна, но её свекровь лишь жаловалась, что невестке очень трудно угодить. Свекровь жаловалась, что она никогда не встречала такой невестки, как она. Семья кормит и одевает её, а она ещё жалуется на депрессию. Как неразумно! Свекровь любила сплетничать, а свёкру всегда было наплевать. Муж же всегда был безразличен. Вся семья холодно обращалась с невесткой, доводя её до отчаяния, отчего её разум словно подвергся жестким истязаниями и пришёл в негодность. Когда малышке Наньнань было полгода, Чэнь Нин, которая с таким отношением просто не смогла выбраться из депрессии, не могла избавиться от этой психологической опухоли. Отчаявшись и исстрадавшись, она взяла свою дочь, завёрнутую в пелёнки, и забралась на крышу дома. Чэнь Нин решила покинуть этот мир вместе со своим ребёнком, чтобы её дочка никогда не столкнулась с тем, что пережила её мать. Послеродовая депрессия вызвала у неё серьёзную бессонницу. Чэнь Нин не могла уснуть ночью и прошло уже несколько недель, с тех пор, как она хорошо спала. Чэнь Нин постоянно пребывала в изнеможении и тревоге, и она больше не могла этого выносить. Ничто не поддерживало в ней жизнь, и её дух был полностью уничтожен. Стоя на краю крыши, Чэнь Нин наблюдала за тем, как семья Ань кричит на неё, словно она совершила какое-то ужасное преступление. А тем временем, её муж просто стоял в стороне, и его выражение лица было было холодным и устрашающе мрачным. Чэнь Нин обняла своего ребёнка и без колебаний спрыгнула вниз. Когда Нин Шу получила сюжет, она открыла рот и не смогла произнести ни слова. Чэнь Нин дошла до такого состояния потому, что её никто не поддерживал. Никто её не понимал, и она была изолирована в своём отчаянии. Самой главной проблемой было то, что семье Ань было абсолютно наплевать на свою невестку. Чэнь Нин чувствовала себя неполноценной и обвиняла в этом себя. В результате, у неё постоянно возникали суицидальные мысли и попытки покончить с собой. Нин Шу глянула на тихую и молчаливую Чэнь Нин и спросила: - Чего вы желаете? Чэнь Нин повернула голову и спросила в ответ: - А что вы можете? - Какого результата вы хотите добиться? Должно же быть желание, которое нужно исполнить, верно? На лице Чжан Нин появилось странное выражение. - А что вы знаете? Вы понимаете мою боль? Верните мне мою Наньнань! Нин Шу вздохнула. - Так вы не хотите контратаковать? - Хочу. Я готова предложить всю свою духовную энергию, - сказала Чэнь Нин, и непонятно было, то ли она плачет, то ли смеётся. - Тогда чего вы желаете? – снова спросила Нин Шу. - А вы, как думаете, что мне нужно? Нин Шу сильно нахмурилась. В данный момент Чэнь Нин просто ничего не волнует. - Чтобы ваша дочь была счастливой? – с опаской спросила Нин Шу. - Какое счастье может быть у женщины? Они могут только выйти замуж, рожать детей, чтобы потом их игнорировали и топтались по ним. Выражение лица Чэнь Нин было бесстрастным. Нин Шу почувствовала некоторую беспомощность. Даже несмотря на то, что общество развилось до современных правил, женщин всё равно презирают за одно только их существование. Сколько же мужей по-настоящему уважают своих жён? Мужчины действительно отвратительные существа. ---------- Должны Всегда Быть "На Связи" - Так и чего же вы хотите? – спросила Нин Шу. Ей уже не хотелось выполнять это задание. Сейчас она была всего лишь наблюдателем, но даже просто глядя на поручителя, у неё возникала тяжесть на душе. Настолько большая тяжесть, что на сердце Нин Шу легла тень. Таково нынешнее состояние этой женщины. Вы должны быть женой на полную ставку. Вы должны работать 24 часа в сутки. Вы и мать. Вы и жена. Вы и дочь. Вы и невестка. Вы и будильник. Вы и повариха. Вы и водитель. Вы и горничная. Вы и учительница. Вы и официантка. Вы и няня. Вы и медсестра. Вы и разнорабочий. Вы и эскорт. Вы и консультант. У вас нет выходных. У вас нет больничных. У вас нет отпусков. Вы работаете круглые сутки. Вы должны всегда быть "на связи". Но в качестве оплаты вы получаете лишь: "И что ты делала весь день?" Даже если у вас есть работа, вам всё равно ещё нужно делать всё вышеперечисленное. Нин Шу: Ха-ха… - Так вы собираетесь контратаковать? – спросила Нин Шу, мысленно читая мантру очищающую сердце. Подобная жизнь была пыткой. Несостоявшегося брака достаточно, чтобы люди потеряли всякую уверенность в себе и храбрость продолжать подобную жизнь. Честно говоря, в душе Нин Шу сейчас была неконтролируемая злость. - Да, я хочу контратаковать, - сказала Чэнь Нин. Её руки всё ещё были изогнуты, и она всё время стояла в такой позе, словно держала младенца. - Тогда чего вы желаете? Если не будет желания, тогда как контратаковать? Должна же быть какая-то цель. Без цели, как контратаковать? Кто знает, чего желает эта женщина? - Я просто хочу поскорее освободиться. Если ваша контратака позволит мне прекратить чувствовать эту боль, тогда контратакуйте. Чэнь Нин было на всё наплевать. Она хотела лишь освободиться от своего нынешнего духовного состояния. Она стала душой, но её сознание продолжило существовать. Эта боль отпечаталась у неё в душе. Если бы у Чэнь Нин была возможность выбирать, то она бы предпочла, чтобы её душа была уничтожена. Психологическая опухоль может быть более опустошающей, чем физическая опухоль. Это не просто боль, это психологическая боль. Голос 2333 прозвучал в голове Нин Шу: - Нин Шу, давай откажемся от этого задания. - Почему? Нин Шу удивлённо обвела взглядом Чэнь Нин. - Потому что уже были люди, которые пытались контратаковать за неё, но они все потерпели неудачу, - сказал 2333. Нин Шу ещё больше удивилась. - Это задание такое трудное? - Самые мучительные вещи в мире – это банальные мелочи. Некоторые получатели заданий просто убивали всю семью Ань, а иногда даже доходили до крайности, убивая всю семью Чэнь Нин. Нин Шу: Боже мой… Насколько же сложное это задание? Такой простой брак заставил нескольких получателей провалить задание. Нин Шу протяжно выдохнула. - Я хочу попробовать. Каких только миров она не повидала? - Я даже не знаю, как это задание оказалось назначенным нам. Ты уверена? Если ты не выполнишь задание, то потеряешь амулет. А амулет стоит очки заслуг, - голос 2333 растягивая слова. – Как насчёт того, чтобы выполнить задание с системой любимой наложницы? Почему бы нам не уничтожить эту систему любимой наложницы, чтобы улучшить мои данные? - Неее, я должна попробовать, - сказала Нин Шу. Если она не попробует, то как она узнает, справится она или нет? Когда у неё вообще были простые задания? Поручители не предлагают свои души получателям заданий, чтобы те отправлялись на отпуск в их миры. - Тогда ладно. Как пожелаешь. 2333 больше не издал ни звука. - Вы уверены, что хотите отдать всю свою духовную энергию ради контратаки? – снова спросила Нин Шу, глядя на Чэнь Нин. – Как только вы подтвердите оплату, это уже нельзя будет изменить. Я считаю, что вам нужно это обдумать, как следует. ---------- У Меня Нет Никаких Желаний Заплатить всей духовной энергией – это немного перебор. Источник души остаётся, но без духовной энергии после реинкарнации не будет никаких преимуществ. Очень немногие люди готовы предложить всю свою духовную энергию. Нин Шу показалось, что Чэнь Нин просто не понимает всей важности духовной энергии, или ей просто всё равно. Поэтому Нин Шу решила, что надо предупредить об этом. Чэнь Нин повернула голову, чтобы посмотреть на Нин Шу. Её глаза были тёмными и пустыми. - Спасибо, тогда я предложу три четверти моей духовной энергии. - Вы уверены? – спросила Нин Шу. Чэнь Нин кивнула. - Тогда чего вы желаете? – в очередной раз спросила Нин Шу. - У меня нет никаких желаний. После этих слов фигура Чэнь Нин постепенно исчезла из системного пространства. Нин Шу: … Нин Шу сделала глубокий вдох и открыла системный рынок. Она хотела купить постных пилюль, но обнаружила, что кнопка покупки окрашена в серый цвет и на неё никак нельзя нажать. Нин Шу спросила: - Почему я не могу купить эти обычные вещи? 2333 ответил: - Это крайне мирный и спокойный мир. В нём нет недостатка еды и одежды, не говоря уже о медицине. Поэтому система закрыла доступ к покупке этих вещи. Вот почему ты не можешь их купить. Нин Шу: … Это был мирный и спокойный мир, но у Нин Шу на душе возникло совсем не хорошее предчувствие. Нин Шу выключила системный рынок и успокоилась, прежде чем сказала 2333: - Давай войдём в мир. - Хорошо… - ответил 2333. На мгновение Нин Шу почувствовала головокружение, а потом почувствовала, как она втискивается в тело. Когда она полностью слилась с телом, она услышала звук детского плача. Она также почувствовала запах дезинфекции. Она явно была в больнице. Нин Шу почувствовала очень сильную боль в животе. И от каждого движения, её словно обжигало болью. А ещё она была покрыта липким потом. Когда Нин Шу открыла глаза, она увидела малышку, лежащую в колыбельке рядом с койкой. Её лицо было ярко красным. Это, вероятно была дочь изначального хоста, которая прожила только полгода. Нин Шу хотела пошевелиться, но в результате почувствовала невыносимую боль в животе. Неужели ей сделали кесарево сечение? Нин Шу: … Выходит, изначальный хост только что родила? Твою мать, так ей ещё придётся пережить послеродовой месяц отдыха? Нин Шу почувствовала себя крайне некомфортно, ослабленной и измученной. Свекровь Чэнь Нан вернулась, сходив за водой. Она холодно сказала Нин Шу: - Ты проснулась. Поставив чайник у изголовья, она посмотрела на малышку в колыбели. Свекровь Чэнь Нин выглядела довольно молодо. У неё были вьющиеся волосы, похожие на лапшу быстрого приготовления. Но в данный момент, когда она посмотрела на свою невестку, только что родившую ребёнка, её лицо не выглядело хорошо. Свекровь взяла малышку из колыбели и пробормотала: - Почему это девочка? От того, что она сделала после этого, Нин Шу чуть не вскочила с койки. Свекровь взяла ребёнка за одну ногу, перевернула вверх тормашками и слегка встряхнула. - Сбрось сына, сбрось сына… Фраза "сбрось сына" прозвучала словно молитва. Свекровь подразумевала, что следующим ребёнком должен быть мальчик. Малышка только родилась, всё её тело было слабым, даже шея ещё не окрепла. Малышка была очень хрупкой, поэтому, когда её схватили за лодыжку и перевернули, её лицо покраснело, и она начала выть и плакать. Нин Шу была так зла, что у неё разошлись швы на животе. когда она попыталась подняться. От этой боли у Нин Шу задрожало всё тело. ---------- Эмоциональное Насилие Пищеварительная система малышки была ещё не очень хорошей. От такой тряски её стошнило. Порошковое молоко выплеснулось наружу, затекая в нос и стекая по лицу. Пока свекровь Чэнь Нин держала малышку, Нин Шу с трудом поднялась, взяла ребёнка и завернула угол своей больничной одежды, чтобы вытереть рвоту малышки. Часть молока затекла в нос, отчего малышка начала кашлять. Её лицо стало синеть. - Эй, что с ней? – спросила свекровь Чэнь Нин, стоя рядом с ней. В сердце Нин Шу всколыхнулся неконтролируемый гнев. Да что это за человек такой? Нин Шу наклонилась, взяла нос малышки и осторожно всосала жидкость, затёкшую в нос. Если она попадёт в горло, тогда малышка задохнётся насмерть. Нин Шу перевернула малышку, нежно похлопала её по спине, после чего нажала кнопку возле своей койки. Вскоре после этого пришли медсестра и доктор. Нин Шу рассказала им о состоянии ребёнка. Доктор отчитал свекровь Чэнь Нин, отчего её лицо перекосилось. - Это моя внучка. Как некоторые люди могут относиться к своим внучкам подобным образом? Даже ореол спокойствия Нин Шу не мог успокоить пламя в её сердце. Когда доктор забрал ребёнка на осмотр, Нин Шу осознала, что её больничная одежда пропиталась кровью на животе. У неё разошлись швы и её нужно было снова зашивать. Она чувствовала себя так, словно кто-то разрывает её раны. Это было чертовски больно. От боли в животе Нин Шу обильно потела. Нин Шу увезли в операционную. Возможно из-за того, что её душа стала сильнее, чем прежде, но даже под анестезией, Нин Шу чувствовала, как игла с нитью проходит через её плоть. Нин Шу испытывала необъяснимое желание расплакаться. Это было желание изначального хоста, потому что она рыдала до изнеможения. После того, как Нин Шу очнулась после операции, она сразу сказала медсестре: - Дайте мне обезболивающее. Если они не дают людям обезболивающее, неужели они хотят, чтобы люди умирали от боли? Свекровь, которая сидела рядом с койкой, тихо пробормотала: - Это же всего лишь девочка, но ты всё равно так привередничаешь. На лбу Нин Шу вздулись вены, но она проигнорировала её. Свекровь продолжила говорить: - Если сможешь сэкономить, нужно экономить. Цзиньвэю так непросто зарабатывать деньги, а ты родила девочку. Потом надо будет сделать ещё одного ребёнка. Она только что родила, а эта женщина уже хочет от неё второго ребёнка! Только после того, как Нин Шу лично прошла через этот опыт, она по-настоящему боль изначального хоста. У неё даже не было возможности спокойно отдохнуть месяц. Её постоянно тыкали в самое больное. Она была истощена физически и психологически, рожая ребёнка, но теперь к ней относятся подобным образом, да ещё и говорят, что она родила бесполезного ребёнка. Это было эмоциональное насилие. Женщинам приходится сталкиваться не только с презрением и притеснением со стороны мужчин, но ещё и с унижением со стороны женщин. Женщин, которые унижают, чтобы угодить мужчинам. Троякая покорность и четыре достоинства* - это всё было придумано для принижения женщин. Чтобы угодить мужчинам, женщины должны всячески заботиться о них и обращаться с ними, как с богами. Между собой женщины сражаются до смерти за малейший недостаток, а мужчинам позволяется делать всё, что им вздумается. Нин Шу глубоко вдохнула. - Дайте мне обезболивающее. Свекровь выглядела недовольной и постоянно что-то бормотала. Нин Шу беспокойно уснула. Это тело было слишком уставшим. Это вполне нормально, учитывая, что она страдала от послеродовой депрессии и психологического или эмоционального насилия. Из-за гормональных изменений во время беременности и родов, у женщин часто развиваются эндокринные расстройства. Это вызывает резкие перепады эмоций, общую апатию, плач, сниженная самооценка и изнеможение. Это изнеможение может быть как психологическим, так и физическим и может дойти до такой степени, что становится даже трудно думать. Поэтому и говорят, что беременность отупляет на три года. Днём Ань Цзиньвэй пришёл с работы в больницу, чтобы повидать Нин Шу. Ань Цзиньвэя нельзя было назвать красивым, максимум – приемлемым. Он не обладал крепким телосложением. Он был высоким, худым и носил очки. Когда он вошёл и равнодушно сел на койку, Нин Шу почувствовала озноб. Этот парень был крайне холодным и эгоистичным. Он женился на Чэнь Нин только потому, что ему нужно было на ком-то жениться. Между ними не было настоящей страсти. ______________________________________________________________________ Примечание: * троякая покорность женщины: в юности — отцу, в замужестве — мужу, в старости — сыну четыре достоинства женщины: добродетель, скромность в речах, женственность, трудолюбие — традиционная формула требований к женщине в древнем Китае ---------- Равнодушные и Эгоистичные Демоны Этому мужчине было просто наплевать на Чэнь Нин. Его жена родила, а он всё ещё на работе. Если бы она спросила, почему так, он наверняка ответил бы, что-то вроде "если я не буду ходить на работу, то как я смогу всех вас прокормить?" В любом случае, тот факт, что у него была работа делал его таким потрясающим, что он мог смотреть на неё свысока. Если он, блин, не может себе позволить обеспечить семью, тогда зачем он вообще женился и решил завести ребёнка? Семье Ань просто нужна была невестка, чтобы продолжить семейную родословную. Они не считали Чэнь Нин равной себе. Особенно учитывая, что Чэнь Нин сидела дома и "ничем не занималась". Она полагалась на поддержку Ань Цзиньвэя. Когда Ань Цзиньвэй увидел, что Нин Шу пристально смотрит на него, его взгляд стал немного острее, и он с некоторой неохотой спросил: - Тебе всё ещё больно? - Да как ей может быть больно? Ей дали обезболивающее, - тут же сказала мать Ань Цзиньэя. – Она даже не знает, как быть бережливой ради семьи! Ань Цзиньвэй поджал губы и ничего не сказал. Подойдя к колыбели, он вытянул палец и коснулся щеки малышки. В его взгляде появился намёк на радость. Ань Цзиньвэй некоторое время пробыл в палате, после чего поднял запястье, чтобы взглянуть на наручные часы и сказал, что ему нужно идти на работу. Он проинструктировал Нин Шу, чтобы она отдохнула, как следует. Бессердечный муж, бессердечная свекровь! Эта семья - просто безразличные и эгоистичные демоны. Впрочем, нет, их безразличие было направлено только на Чэнь Нин, их невестку. Существование Чэнь Нин было только для того, чтобы рожать детей, кормить их и растить, а также помогать с физиологическими нуждами Ань Цзиньвэя. Помимо этого у неё не должно быть личной жизни. Ей не нужна никакая личная жизнь. В этом браке, который для посторонних казался нормальным, была боль, которую только Чэнь Нин могла понять. Нин Шу мысленно прочитала очищающую сердце мантру, немного успокоилась, а потом начала культивировать Непревзойдённые Боевые Искусства. К сожалению, в современном мире духовной энергии было мало, а тут, в больнице, где собрались пациенты, энергии было ещё меньше. Нин Шу культивировала всю ночь, но смогла сформировать только маленькую и слабую прядь энергии. Но и это было лишь благословением, которое она получила благодаря своим атрибутам боевых искусств и Непревзойдённым Боевым Искусствам. Уж очень мало тут было духовной энергии. Нин Шу использовала всю свою духовную энергию на то, чтобы починить разрез на животе. Он очень болел. Чтобы сходить в туалет нужно очень медленно подняться, и ни в коем случае нельзя напрягать живот. Нин Шу не ожидала, что однажды она станет такой хрупкой и слабой. Это тело страдало от послеродовой депрессии, шума в ушах, потери аппетита. У неё было мало молока, но мать Ань Цзинвэя всё равно настаивала на том, чтобы Нин Шу кормила малышку грудью. Свекровь говорила, что порошковое молоко стоит сотни юаней и это слишком дорого. Даже если малышке не хватало грудного молока, они всё равно не покупали порошковое молоко. От этой ситуации Нин Шу хотелось выругаться. Но она ничего не могла поделать, так как у неё самой не было никаких денег. Зарплата Ань Цзиньвэя никогда не доходила до её рук. Даже на покупку овощей ей приходилось просить деньги у его матери. Социально-экономическая основа определяла постройку. Только при экономической независимости можно было добиться подлинной свободы и достоинства. Нин Шу каждый день старалась есть как можно больше. Однако вся еда была куплена в небольшом ресторанчике рядом с больницей, так что о гигиене не могло быть и речи. Более того, еда была не особо питательной и была очень безвкусной. И как ей при таком раскладе иметь достаточно молока? А потом до Нин Шу дошло, что несмотря на то, что сама она была девственницей, ей приходилось волноваться о том, как кормить ребёнка грудью. От такого стыда Нин Шу очень хотелось найти какую-нибудь дыру и исчезнуть в ней. Теперь она действительно пожалела о том, что взялась за это задание. Такие боль и страдания. Нин Шу внезапно поняла, почему некоторые получатели заданий просто убивали эту семью. После рождения малышки, отец Ань Цзиньвэя пришёл в больницу повидать её. Потом он ушёл обратно в парк, чтобы продолжить играть в шахматы с другими стариками из их квартала. ---------- Только Потому, Что Она Не Была Мальчиком? Мать Ань Цзинвэя была не очень довольна тем, что ей нужно заботиться о девочке, поэтому Нин Шу приходилось самой обнимать малышку, когда она ложилась спать. После предыдущего инцидента, Нин Шу по-настоящему увидела, насколько эта женщина безразлична и жестока. Как она могла обращаться подобным образом с собственной внучкой? Она же тоже женщина. Спустя три дня, мать Ань Цзиньвэя, эта великолепная свекровь, попыталась выписать Нин Шу из больницы. Прошло всего три дня, и у Нин Шу ещё даже не убрали швы, но мать Ань Цзиньвэя уже спешила увести Нин Шу домой, чтобы запереть её там. Оставаться в больнице – это просто зря тратить деньги. Нин Шу лежала в койке и игнорировала её. Доктор сказал, что прежде, чем выписывать, нужно убрать швы. Мать Ань Цзиньвэя перестала пытаться выписать невестку. Но даже так, она всё равно продолжила бормотать себе под нос о том, как они растрачивают деньги. Неизвестно, было ли это из-за прошлых действий матери Ань Цзиньвэя, которые в прошлый раз напугали малышку Наньнань, но она плакала всю ночь. Люди на соседних койках в палате жаловались, отчего мать Ань Цзиньвэя стала ещё более нетерпеливой. Она даже отчитала малышку за то, что она создаёт проблемы. Нин Шу попросила свекровь сменить подгузник и вымыть попку малышки, чтобы на коже малышки не появилось раздражение от мочи, но свекровь отказалась это делать. Нин Шу задумалась о том, действительно ли эта малышка – внучка свекрови. Какой менталитет нужно иметь, чтобы быть такой нетерпимой и пренебрегать своей собственной внучкой? Наньнань была её кровной родственницей. Но свекровь не любила её только потому, что она не была мальчиком? Как люди вроде матери Ань Цзиньвэя, которые ценят больше мужчин, чем женщин, всё ещё могут существовать в эту эпоху? Они лишь поддерживают злокачественную опухоль, называемую "феодальная идеология". Когда Ань Цзиньвэй приходил проведать Нин Шу и ребёнка, от плача ребёнка у Ань Цзиньвэя болела голова. Он так никогда и не оставался на ночь. Каждый раз, когда Ань Цзиньвэй приходил в больницу, мать Ань Цзиньвэя говорила ему возвращаться. Она говорила, что ему на следующий день идти на работу, и поэтому ему нельзя сильно уставать. И вот так Ань Цзиньвэй повторял этот цикл каждый день, словно выполняя задание. Он приходил в больницу навестить Нин Шу и малышку, не вкладывая в это много времени или энергии. Нин Шу глубоко дышала, чтобы утихомирить головокружение. Она лежала на боку, утешая малышку, а сама тихо нашёптывала очищающую сердце мантру, в надежде успокоить напуганное сердце малышки. Пока Нин Шу читала мантру, у неё из глаз текли слёзы. Она не хотела плакать, но слёзы текли сами по себе. Печаль и раздражение нависли над её душой словно облако, из-за которого не было видно света дня. И оно никак не рассеивалось. Нин Шу изогнула уголки рта, пытаясь улыбнуться сквозь слёзы. Но даже с улыбкой она продолжала плакать. Изнеможение этого тела заразило её разум и душу. Отчаяние было словно вирус. Сперва он проник в тело, а потом вторгся в душу. Нин Шу мурлыкала мантру очищающую сердце, и нежно поглаживала малышку одной рукой. Малышка плакала и хныкала, но, в конце концов, заснула. После того, как малышка заснула, Нин Шу закрыла глаза и начала культивировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Как бы там ни было, важнее всего было позаботиться о собственном теле. Она ничего не могла сделать без здорового тела. Она обильно потела, особенно учитывая то, что сейчас было лето. Из-за кесарева сечения она не могла принять ванну, поэтому она вся пропиталась запахом пота. Мать Ань Цзиньвэя не хотела вытирать попку малышки, так как её можно было заставить вытереть пот с тела невестки? Как свекровь могла услуживать своей невестке? Сама эта идея была просто слишком нелепой. На шестой день после родов Нин Шу удалили швы и теперь её можно было выписать из больницы. Ань Цзиньвэй приехал в больницу, чтобы забрать Нин Шу, мать и дочь домой. Нин Шу надела на себя ещё пару вещей, жилет и шляпу, чтобы не заболеть родильной горячкой. Если она заболеет родильной горячкой, то страдать будет только она, потому что остальным будет всё равно. Вернувшись домой, Нин Шу набрала воды, чтобы вытереть пот со своего тела, после чего занялась восстановлением. Она воспользуется этим временем, чтобы начать планировать своё будущее. Дома Нин Шу снова увидела, как семья Ань пренебрегает ей. Беременная женщина вроде неё должна есть мягкую, легкоусвояемую и питательную пищу. Но что ели в семье Ань? Они наполнили её тарелку рисом с овощами. Нин Шу усмехнулась, взяла тарелку и стала тщательно пережёвывать. Ей некогда было тратить энергию на обиды. ---------- Можешь Завести Второго Ребёнка На следующий день после выписки из больницы, семья Чэнь Нин пришла с подарками для послеродового отдыха. Они принесли яйца и свиное бедро. Мать Чэнь Нин села у постели, глядя на малышку в колыбели, и сказала Нин Шу: - Ничего страшного. Если ты позаботишься о себе, то можешь завести второго ребёнка. Нин Шу: … Она была уставшая после родов, физически и психологически вымотанная, а ей говорят о том, чтобы завести второго ребёнка? Эта женщина точно её настоящая мать? - Давай поговорим об этом позже, - безразлично сказала Нин Шу. - Ты – моя дочь. Конечно же, я тебя люблю, но женщинам всё ещё нужно родить мальчика, чтобы иметь стабильное положение в доме, - сказала мать Чэнь. Нин Шу протяжно выдохнула. Они же женщины. Они должны знать, что вынашивание ребёнка сильно вредит телу. Это всё равно, что после того, как тебя пырнули ножом, эти люди будут радостно обсуждать, когда снова пырнуть её ножом. По крайней мере, они могли бы подождать, пока её тело восстановится. В такой ситуации Нин Шу была просто поражена. - Мам, у тебя есть деньги? Одолжи немного денег. Нин Шу решила сменить тему разговора. Мать Чэнь нахмурилась. - Зачем тебе нужны деньги? Неужели семья Ань ничего тебе не даёт? - У твоего брата теперь есть девушка и они собираются пожениться. Все деньги были потрачены на украшение нового дома, - сказала мать Чэнь. Нин Шу ухмыльнулась. Вот каково быть женщиной. После замужества, в своей родной семье она уже посторонний человек, а в семье мужа – она всё ещё посторонняя. Для неё нет места ни в одной из семей. - Дочь, позаботься о своём здоровье. Если ты хочешь что-то поесть, скажи об этом своей свекрови, - мать Чэнь не хотела говорить о деньгах. – Подожди три года, пока надрез заживёт, и роди сына для семьи Ань. Нин Шу лежала на постели и ничего не говорила. Мать Чэнь задумалась на некоторое время, после чего достала двести юаней и положила их на подушку Нин Шу. - Купи себе чего-нибудь поесть. - Спасибо, - тихо сказала Нин Шу. Мать Чэнь хотела продолжить разговор с Нин Шу, но увидела, что Нин Шу не особо горит желанием отвечать. Мать Чэнь коснулась щёк малышки, после чего ушла. Вечером, когда Ань Цзиньвэй вернулся с работы, Нин Шу прямо сказала ему: - Я хочу суп со свиного бедра. У меня не хватает молока, чтобы кормить малышку. Ань Цзиньвэй ничего не сказал, а вышел из спальни, чтобы поговорить со своей матерью. Мать Ань Цзиньвэя тут же громко сказала: - В доме нет свиного бедра. - Моя мама только этим утром принесла яйца и свиное бедро. Куда они подевались? – сказала Нин Шу. Ань Цзиньвэй нахмурился, и в его голосе появилось раздражение. - Мам, просто сделай немного супа для неё. Я прихожу домой, а вы тут шумите. Это очень неприятно. Я устаю на работе, а когда прихожу домой, мне приходится разбираться с такими банальными вещами. Ань Цзиньвэй также обвинял Нин Шу в том, что от неё одни хлопоты. На лице Нин Шу ничего не отразилось, но в глубине души она говорила "ха-ха"… И за каждым "ха-ха" были бесчисленные "иди на хуй". Она родила для него ребёнка и кормила её, но он реагирует подобным образом, когда она хочет тарелку супа. Он был донельзя избалован своими родителями и стал равнодушным и эгоистичным. Он был самым настоящим мужским шовинистом. Помимо работы, дома он был практически бесполезен. Это было всё равно, что "протяни руки и тебя оденут, открой рот и тебя накормят". Только потому, что он ходил на работу, все должны потворствовать ему. Словно ходить на работу было чем-то впечатляющим. ---------- Когда Я Родила... Почему бы ему не попробовать остаться дома и позаботится о детях, заняться стиркой, готовкой и уборкой? А она, блин, будет ходить на работу. Он не сможет продержаться и один день. - Раньше такого не было. Когда я родила, я начала работать уже через три дня после родов. А ты сейчас просто лежишь в постели и привередничаешь в еде, - недовольно сказала мать Ань Цзиньвэя. На лице Ань Цзиньвэя появилось нетерпение. Оно явно было направлено на Нин Шу, потому что подняла эту тему. Она не переставала создавать проблемы. По мнению Ань Цзиньвэя, его жена должна все делать хорошо, чтобы, когда он возвращался с работы, у него не было никаких волнений и он мог спокойно отдохнуть. Нин Шу проигнорировала Ань Цзиньвэя и стала утешать малышку. Только её собственная эмоциональная стабильность позволит малышке почувствовать себя в безопасности, Если малышка будет чувствовать себя в безопасности, она не будет рыдать каждый день. Тогда Нин Шу тоже будет легче. Когда пришло время ужина, ей дали тарелку свиного супа, но там было очень мало мяса. Только немного жирной кожи, без малейшего намёка на нормальное мясо. Нин Шу улыбнулась и вышла с тарелкой из комнаты. Она подошла к обеденному столу и увидела, что кастрюля со свиным бедром стояла посреди стола. Нин Шу тут же вылили свой суп в кастрюлю и зачерпнула себе мяса из кастрюли. Вся семья Ань, сидящая за обеденным столом, тупо уставилась на Нин Шу. Нин Шу достала кусок мяса и положила его себе в рот. Ань Цзиньвэй нахмурился. - Что ты делаешь? - Ем, конечно же. А то чего это вы едите мясо, а я – пью водичку. Если вы так будете делать, то мы с вами не сможем поладить. Нин Шу облизнула жир со своих пальцев. - Ну ты даёшь… Ань Цзиньвэй с отвращением посмотрел на Нин Шу с лицом перемазанным в жире. Он был очень недоволен тем, что Нин Шу создала очередную проблему. - Чэнь Нин, тут же старшие сидят за столом. Как ты можешь так себя вести? – мать Ань Цзиньвэя выглядела недовольной. – Если бы у нас тут были гости, то из-за тебя семья Ань потеряла бы лицо. Даже если тебе всё равно, нам не всё равно. Нин Шу даже не использовала палочки. Она просто брала мясо руками и ела. Когда она услышала слова свекрови, она сказала: - Знаете, когда я увидела, как вы едите роскошные блюда, в то время, как мне достался только суп, мне очень захотелось перевернуть стол. Может, в следующий раз я так и сделаю... - Чэнь Нин, ты с ума сошла? Как ты смеешь такое говорить? Мать Ань Цзиньвэя была так зла, что её всю трясло. Она чувствовала себя так, словно её авторитету был брошен вызов. - Вообще-то, я больна. Вы это знаете? – Нин Шу изобразила на лице озадаченное выражение. – У меня серьёзная послеродовая депрессия. Может, в следующий раз я сделаю что-нибудь неконтролируемое. Нин Шу наклонила голову и ухмыльнулась. - Вообще-то, перевернуть стол – это мелочи. Я боюсь, что сделаю что-то, чем наврежу людям. Нин Шу улыбалась Ань Цзиньвэю. И хотя это была сияющая улыбка, в ней был пробирающий до костей холод. Сердце Ань Цзиньвэя сильно ёкнуло, а в его голове действительно зародилась мысль. Его жена по-настоящему больна. - Чего тут проблемы создаёшь? Неужели тебя удовлетворит только если эта семья окажется в смятении? – наконец-то заговорил свёкор, которому обычно ни до чего не было дела. Он посмотрел на Нин Шу. - Будучи невесткой, ты должна вести себя, как невестка. Ты должна стремиться создать стабильную и мирную семью. Нин Шу изогнула рот в улыбке и молча рассмеялась. Эта мирная и стабильная семья подразумевает, что кто-то другой должен терпеть все обиды и жертвовать собой ради других. Любая малейшая просьба всё равно, что убийца семейной гармонии. Этот отец и его сын имели одинаковые ценности. Они ожидали, что кто-то другой будет заботиться о них, терпеливо снося все обиды. Они оба вели себя словно императоры. Подобный мир поддерживается жертвами определённых людей в этой семье. Чэнь Нин была тем человеком, которого принесли в жертву. Принесение себя в жертву ради мира и согласия в семье ещё не означает, что вас будут уважать. Они считали, что это её долг. И она должна принять участие в этой шутке? Нин Шу положила руку на сердце. - Ах, в моём сердце такая печаль. Я так зла! Мне очень хочется перевернуть этот стол! После этих слов Нин Шу стала поднимать стол одной рукой. По мере того, как она поднимала его, тарелки на столе начали сползать на край. Родители Ань Цзиньвэя побледнели. Ань Цзиньвэй вытянул руку, чтобы одёрнуть Нин Шу. Нин Шу отпустила руку. Стол упал на своё место и вздрогнул. Суп пролился на стол, отчего теперь на столе появился беспорядок. Мать Ань Цзиньвэя была ближе всего к кастрюле с супом. Так как Нин Шу быстро подняла свой край стола, а потом опустила, суп из кастрюли пролился на свекровь. Та тут же отскочила и быстро взяла бумажные полотенца, чтобы вытереть с себя суп. ---------- Я Тоже Жалею, Что Вышла За Тебя Замуж - Чэнь Нин, мне кажется, ты приняла не то лекарство. Как ты смеешь творить такое? Мать Ань Цзиньвэя сердито уставилась на Нин Шу. Её дорогое платье теперь было испорчено. И в то же время она была в шоке. У Чэнь Нин не было никаких проблем с характером и она всегда усердно работала. Даже когда она была беременной, она выполняла некоторую лёгкую работу по дому. Но теперь она стала просто невыносимой. Это очень рассердило мать Ань Цзиньвэя С каких пор эта невестка получила права разводить подобную суету? - Чэнь Нин, что с тобой? Зачем ты создаёшь так много проблем? – Ань Цзиньвэй сильно нахмурился, чувствуя беспокойство. – Ты видела, как те себя ведёшь? Я очень жалею, что женился на тебе. Нин Шу сказала: - Я тоже жалею, что вышла за тебя замуж. Вы тут едите мясо, а я – пью жидкий суп. Не забывай, мне нужно ещё кормить ребёнка молоком. Я так зла! Мне так больно! Нин Шу взяла тарелку со стола и безжалостно разбила её об пол. Внезапно весь пол оказался усыпан осколками фарфора и залит супом. - Ах… - закричала мать Ань Цзиньвэя, ошарашенная внезапным поступком Нин Шу. Ань Цзиньвэй увернулся от осколков и с нетерпением посмотрел на Нин Шу. - Сколько ещё ты собираешься вести себя неразумно? - Ува, ува, ува… Малышка Наньнань в спальне услышала их голоса и расплакалась. - Ты не собираешься успокоить ребёнка? - сказал Ань Цзиньвэй, глядя на Нин Шу. – Это ты разбудила ребёнка. Нин Шу взяла тарелку со стола и грохнула её об пол. - Это же явно вы её разбудили, но всё равно говорите, что я её разбудила. Нин Шу забрала последние куски мяса из кастрюли, положила их в свою тарелку и вернулась в спальню. Она закрыла за собой дверь, оставляя нескольких человек в гостиной с перекошенными лицами. Нин Шу поставила тарелку с мясом у кровати. Она взяла малышку с постели и стала её утешать. Вероятно, почувствовав запах матери, малышка постепенно успокоилась. К тому же, Нин Шу теперь была в очень хорошем настроении, и малышка, похоже, почувствовала радостное настроение Нин Шу. Оказавшись на руках Нин Шу, малышка перестала плакать. Нин Шу утешала малышку, попутно поедая мясо. Ань Цзиньвэй вошёл в спальню и увидел Нин Шу с полным ртом мяса. Ему очень не понравилось, как это выглядит. Нин Шу мельком глянула на него, игнорируя отвращение на лице Ань Цзиньвэя. Она не смогла купить постных пилюль для этого задания, а культивация Непревзойдённых Боевых Искусств требует энергии. Если она не будет наедаться досыта, то откуда у неё возьмутся силы на культивацию? К тому же, даже накопив немного энергии при помощи культивации, Нин Шу не только тратила её на заживление своего разреза, но ещё и передавала часть энергии в тело малышки, усиливая её тело. Таким образом малышка будет здоровой и меньше болеть. Ань Цзиньвэй подошёл к Нин Шу и сказал: - Чэнь Нин, тебе не стоило делать того, что ты сейчас сделала. Ты – моя жена. Ты должна учитывать мою репутацию каждый раз, когда ты что-то делаешь. Из-за твоего поступка я почувствовал себя очень плохо. Они – мои родители. Ты должна их уважать. Нин Шу проглотила то мясо, которое было у неё во рту. - Они не мои родители. Они меня не рожали. Я выросла не на вашем рисе. - Как ты можешь такое говорить. Ты вышла замуж в семью Ань, мои родители – это теперь твои родители, - Ань Цзиньвэй выглядел недовольным. – Да, ты выросла не на рисе семьи Ань, но ты вышла замуж в семью Ань, и теперь ешь её рис. Теперь, когда ты полагаешься на поддержку семьи Ань, ты не можешь быть такой своенравной. Я надеюсь, что сегодняшнее событие больше не повторится. Нин Шу наклонила голову и молча посмотрела прямо на Ань Цзиньвэя. ---------- Прости, Я Не Могу Себя Контролировать - Я с тобой разговариваю, - сказал Ань Цзиньвэй. Нин Шу прикрыла уши малышки одной рукой, прижала её к себе. А потом… *Шлёп* Нин Шу использовала свою жирную руку, чтобы влепить Ань Цзиньвэю мощную пощёчину. Голова Ань Цзиньвэя мотнулась в сторону, а его очки слетели и упали на пол. Ань Цзиньвэй словно отупел от этого удара. Он долгое время не мог прийти в себя. Нин Шу недоверчиво посмотрела на свою руку и со слезами на глазах начала извиняться перед ним: - Дорогой, прости. Я не могу себя контролировать. Тебе больно? Дорогой, прости, я не знаю, почему я это сделала. У меня в голове было пусто, когда я ударила тебя. Прошу, прости меня. Нин Шу выдавила пару слезинок из глаз. Ань Цзиньвэй повернул голову. Его ноздри были раздуты от гнева. - Чэнь Нин, это специально сделала? - Нет, я это не специально. – Нин Шу начала мотать головой и отчаянно моргать, вызывая слёзы. Она схватилась за край пиджака Ань Цзиньвэя. - Ты должен меня простить. Я не хотела этого делать. Ты должен мне поверить. Ты должен мне проверить, но ты мне не веришь... Мне от этого так грустно. Нин Шу вытянула ногу и пинком сбила лампу, стоящую у постели Ань Цзиньвэя. Та внезапно разбилась, усыпав пол осколками стекла и пластика. Когда Нин Шу пинала, она постаралась изо всех сил прикрыть уши малышки, прижимая её к своей груди, чтобы не напугать малышку. Ань Цзиньвэй ошеломлённо посмотрел на Нин Шу и на образовавшийся бардак. - Ты совсем рехнулась. - Прости, Цзиньвэй, у меня так тяжело на сердце. Если ты будешь со мной так разговаривать, то я не смогу себя контролировать. Мне так грустно, я не могу этого вынести… Нин Шу открыла рот и взвыла. Лицо Ань Цзиньвэя задрожало. Половина его лица покраснела от пощёчины Нин Шу. Ань Цзиньвэй с ненавистью уставился на Нин Шу и ушёл, хлопнув дверью. Нин Шу вытерла слёзы и начала напевать песенку малышке. *Бах* Дверь спальни снова распахнулась и в комнату вломилась мать Ань Цзиньвэя. Она стала указывать на Нин Шу и ругать её. - Ты дрянь! Как ты смеешь бить своего мужа? С печальным выражением на лице Нин Шу снова прикрыла уши малышки. - Свекровь, я не хотела. Иногда я не могу контролировать своё поведение. Мне очень плохо. - Ты… - мать Ань Цзиньвэя указала пальцем на Нин Шу, а потом увидела осколки на полу. – Эта лампа очень дорогая. Мы ей совсем недолго пользовались. Ты, расточительная дрянь, сперва разбила тарелки, а теперь и лампу. Неужели ты собираешься весь этот дом разнести? Нин Шу тут же замотала головой. - Нет, я же не смогу сдвинуть диван. Свекровь, можете отвезти меня в больницу? Мне кажется, я очень больна. Может, я даже убью вас, не осознавая этого. Вы знаете, я не могу себя контролировать. Нин Шу сделала два шага в сторону матери Ань Цзиньвэя, держа на руках малышку. Мать Ань Цзиньвэя тут же отступила назад и сказала дрожащим голосом: - Не пугай людей так. А не то я скажу, что ты одержима демоном… Нин Шу сделала ещё два шага в её сторону. Мать Ань Цзиньвэя тут же отступила на два шага назад. Нин Шу агрессивно сказала: - Матушка, я – человек, который никогда не врёт. Я чувствую себя такой уставшей, а весь мир в моих глазах стал таким бесцветным. Ваше лицо теперь такое уродливое, перекошенное, яростное и уродливое. Словно у злобной старухи. - Ты... ты теперь ещё и обзываешь меня? Мать Ань Цзиньвэя была в ярости. - Я вам правду говорю, почему вы мне не верите? – Нин Шу тут же подняла брови с очень раздражённым видом. Нин Шу шаг за шагом подходила ближе к матери Ань Цзиньвэя. ---------- Не Притворяйся Сумасшедшей Нин Шу с холодным выражением на лице продолжила подходить к матери Ань Цзиньвэя. Та была немного напугана видом Нин Шу, но она не хотела терять своего достоинства, как свекрови. Она указала на Нин Шу. - Чэнь Нин, говорю тебе, не притворяйся сумасшедшей. - Я не притворяюсь сумасшедшей, - снова сказала Нин Шу с печальным выражением на лице. – Свекровь, вы должны меня спасти. Мне так плохо и так больно на душе. - Ты… - на какое-то время мать Ань Цзиньвэя была ошеломлена меняющимся поведением Нин Шу. – Чэнь Нин, говорю тебе, если ты снова так сделаешь, я скажу Цзиньвэю, чтобы он с тобой развёлся. - Что вы сказали? – Нин Шу тут же равнодушно глянула на мать Ань Цзиньвэя. – Вы хотите, чтобы Цзиньвэй развёлся? Нин Шу посмотрела прямо на неё. - Я не расслышала, что вы сказали. Нин Шу быстро подошла к матери Ань Цзиньвэя. - Что вы сказали? - Я… Мать Ань Цзиньвэя развернулась и выбежала из спальни. Нин Шу закатила глаза. Эта старуха просто из тех, кто обижают слабых, а сильных боятся. Вот поэтому люди, которые ведут себя добропорядочно и оказываются теми, над кем издеваются. А когда человек становится свирепым, люди уже не смеют ничего с ним делать. Нин Шу заперла дверь спальни. Когда дверь закрылась, Нин Шу тихо зашипела. Разрез от кесарева ещё болел. Нин Шу покормила малышку, положила её в колыбель, села на постель скрестив ноги и начала культивировать. Ей нужно было больше духовной энергии, чтобы восстановить тело. Она не сможет ничего сделать, не имея силы. Она боялась, что в будущем эта семья действительно сочтёт её сумасшедшей и свяжет. Это будет плохо. Если она несчастна, почему они должны быть счастливы? Нин Шу не будет вести себя, как Чэнь Нин. Она не будет тихо плакать наедине с собой и терпеть всё, в надежде, что её бессердечный муж, в итоге, проявит к ней заботу. Она отказывалась страдать в одиночку. Если у неё всё будет плохо, и у них всё будет плохо. Когда у всех всё плохо - это будет по-настоящему хорошее окончание. Мать Ань Цзиньвэя, напуганная Нин Шу, сказала своему мужу: - Эта невестка всерьёз сошла с ума. Она даже назвала меня старой каргой! Мать Ань Цзиньвэя была так зла, что её лицо покраснело. - Я действительно была ею обманута поначалу. Я не ожидала, что она окажется таким человеком. Прежняя Чэнь Нин была не такой. Раньше Чэнь Нин была очень покорной. - Не могла же она так изменится, потому что родила девочку, верно? Мать Ань Цзиньвэя без конца жаловалась своему мужу. - Ну, хватит. Перестань болтать. Я уже устал тебя слушать, - недовольным тоном сказал отец Ань Цзиньвэя, и мать Ань Цзиньвэя тут же заткнулась с обиженным выражением на лице. Мать Ань Цзиньвэя посмотрела на Ань Цзиньвэя, сидящего на диване и сказала: - Ты должен преподать своей жене урок. Какая жена так поступает? Как она посмела ударить своего мужа? Она только и делает, что ест и пьёт весь день напролёт. Чего ей ещё надо? Ань Цзиньвэй с раздражённым выражением на лице поджал губы. Половина его лица немного опухла от удара Нин Шу. - Ты же сама вначале говорила, что у Чэнь Нин хороший характер, что на ней можно жениться и она будет заботиться о семье. Я прислушался к тебе, а теперь Чэнь Нин словно безумная жена. Услышав, что сын обвиняет её, мать Ань Цзиньвэя тоже разгорячилась. - Откуда мне было знать, что она такая? Её характер раскрылся только после того, как она родила. До этого она только притворялась. Она решила, что после рождения ребёнка она прочно обосновалась в семье Ань. Поэтому она стала высокомерной и наглой, - сказала мать Ань Цзиньвэя. ---------- Ты Сейчас На Удивление Здравомыслящая Ань Цзиньвэй подумал и сказал: - Завтра всё равно выходные. Отведём её в больницу, чтобы проверить, действительно ли она сумасшедшая. Ань Цзиньвэй выглядел очень недовольным. Чэнь Нин избила его и до сих пор не пришла извиняться. Он так усердно работал, чтобы поддерживать жену и дочь. Он усердно трудился ради этой семьи, но она всё равно подняла суету. - Да какая это может быть болезнь? Она просто притворяется сумасшедшей, - сказала мать Ань Цзиньвэя, закатывая глаза. Ань Цзиньвэй проигнорировал жалобы своей матери и решил пойти в спальню, чтобы поговорить с Нин Шу о том, чтобы сводить её в больницу на проверку. А ещё он хотел, чтобы она перед ним извинилась. В результате, он обнаружил, что дверь в спальню заперта. Лицо Ань Цзиньвэя перекосилось. Что она там делает? Ань Цзиньвэй попросил свою мать принести ключ от спальни. Когда он открыл дверь, он увидел, что мать и дочь преспокойно лежат в кровати и спят. Ань Цзиньвэй не считал себя злым человеком. Но сейчас он так разозлился, что грубо растолкал Нин Шу. Нин Шу открыла глаза и посмотрела прямо на Ань Цзиньвэя. - Из-за тебя у меня заболела рана. Мне больно. Мне очень больно. Ань Цзиньвэй отпустил плечо Нин Шу и сказал: - Завтра пойдём в больницу на осмотр. - Но у меня же ещё месяц послеродового отдыха. А что, если меня продует и у меня начнётся послеродовая горячка? – спросила Нин Шу. - Ты сейчас на удивление здравомыслящая, - голос Ань Цзиньвэя сквозил сарказмом. Лицо Нин Шу покрылось румянцем. Она опустила голову и робко сказала: - Моя мать сказала позаботиться о своём теле, чтобы родить тебе сына. - Ещё рано говорить о рождении сына, - несколько нетерпеливо сказал Ань Цзиньвэй. - Что? - Нин Шу тут же выпрямила спину. – Ты не хочешь завести со мной сына? Ты решил прислушаться к своей матери и развестись со мной? Выражение лица Нин Шу было холодным и насмешливым. Она скривила губы. - Я знаю, что ты не любишь меня из-за того, что я не родила тебе сына. Ань Цзиньвэй посмотрел на Нин Шу, которая вела себя подобным образом, и у него на душе появилось мрачное предчувствие. Эта женщина была слишком нестабильной. - Давай завтра сходим в больницу, - сказал Ань Цзиньвэй и вышел из спальни. Он всё равно не так много времени проводил дома. Она даже не знала, уходил ли он на работу или ещё куда-то. Нин Шу пожала плечами. Это был всего лишь осмотр. Это не имело никакого значения. В любом случае у неё была серьёзная послеродовая депрессия. Нин Шу вылезла из постели, вышла из спальни и сказала матери Ань Цзиньвэя. - Я голодная. Я хочу съесть мясо. - Ты же совсем недавно обедала, и уже снова проголодалась. Как ты можешь так много есть? Мать Ань Цзиньвэя недовольно посмотрела на свою невестку, которая теперь приказывала ей. Она действительно стала ходячей проблемой. Это было невероятно. Человек с самым низким статусом в их семье теперь командовал ей подобным образом. Невестка хочет приказывать своей свекрови, делать дела? Нин Шу сказала: - Я же теперь на послеродовом месяце. Как я могу не проголодаться на послеродовом месяце, вы же знаете, что я должна кормить Наньнань. Как я могу кормить малышку, если сама не буду достаточно есть? Неужели свекровь не хочет меня кормить? Нин Шу нахмурила брови. - Почему вы не даёте мне еды? Я голодная, очень голодная. Свекровь, вы что, пытаетесь заморить меня голодом до смерти? – обиженно сказала Нин Шу. - Дай ей чего-нибудь поесть. А то это уже раздражает. Отец Ань Цзиньвэя вышел из дома, сложив руки за спиной. В доме остались свекровь, невестка и малышка, которая ещё ничего не понимала. - Свекровь, я хочу мяса, - сказала Нин Шу, обращаясь к матери Ань Цзиньвэя, после чего развернулась и закрыла за собой дверь спальни. Она села на постель и начала культивировать. Мать Ань Цзиньвэя была очень зла, что ей приходится обслуживать свою невестку. Когда она была невесткой, она должным образом обслуживала свою свекровь. Как ей не повезло повстречать такую невестку. У матери Ань Цзиньвэя было чувство превосходства "прежде покорной невестки, которая однажды станет доминирующей свекровью". Она теперь стала свекровью, поэтому её невестка должна покорно обслуживать её. Те, кто приходят в семью Ань, должны подчиняться правилам семьи Ань. Эта женщина только родила дочку и ожидала, что свекровь будет прислуживать невестке? Мать Ань Цзинвэя почувствовала, как её авторитет свекрови был оскорблён. ---------- Роль Женщины Нин Шу использовала всю свою духовную энергию, чтобы заживить разрез на своём животе. Кесарево сечение нужно, чтобы безопасно вытащить ребёнка. Если бы мужчина только увидел это, он бы перепугался до чёртиков. Вынашивание ребёнка на протяжении девяти месяцев - это болезненный и мучительный процесс. Однако мужчины считают, что это само собой разумеющийся процесс. Роль женщины – это рожать детей, воспитывать их, а потом обслуживать физиологические потребности мужчин. Помимо этого, у женщин не должно быть иной цели. У них не должно быть собственной жизни. Благодаря духовной энергии, разрез заживал очень быстро. Теперь Нин Шу могла бегать кругами по дому без угрозы для жизни. Но это не означало, что Нин Шу теперь будет суетиться и искать себе работу по дому. Раз она должна быть на послеродовом месяце отдыха, то она с радостью так и сделает. Она точно не собирается быстро выздоравливать только для того, чтобы начать обслуживать семью, когда она поправится. Ключевой момент в том, что они не будут благодарны, даже если она будет их обслуживать. Нин Шу посмотрела на малышку в колыбели и вздохнула. Мать Ань Цзиньвэя постучала в дверь Нин Шу, после того, как приготовила еду. Мать Ань Цзиньвэя приготовила кастрюлю мяса, и Нин Шу съела всё подчистую, озадачив тем самым мать Ань Цзиньвэя. Нин Шу сыто рыгнула, начав постепенно переваривать пищу. По её конечностям начало распространяться тёплое чувство. Мать Ань Цзиньвэя не удержалась от того, чтобы отчитать её: - Прожорливая и ленивая. Ты так много ешь и всё равно ничего не делаешь. Где ты видела таких невесток, как ты? Должно быть, семья Ань накопила неудачу восьми поколений, раз мы приняли в семью такую невестку. Отношения между свекровью и невесткой теперь были довольно натянутыми. Да и другие члены семьи Ань не относились к ней хорошо. Потому что она был непослушной и не добродетельной, а одна сплошная проблема. Нин Шу проигнорировала ругательства матери Ань Цзиньвэя. Она закрыла дверь спальни и вернулась в комнату, чтобы сперва поменять подгузник малышке, а потом продолжить культивировать. Из-за всего того, что произошло в течении дня, Ань Цзиньвэй был изрядно недоволен Нин Шу. Он не стал входить в спальню и спал в другой комнате. Он пытался помучить Нин Шу такой формой пренебрежительной холодной войны. К тому же, в спальне был ребёнок и женщина, которая редко мылась в период лактации. В комнате стоял очень неприятный запах, а ребёнок просыпался по несколько раз за ночь. Он просто не мог отдохнуть в таких обстоятельствах. Нин Шу было просто наплевать на поведение Ань Цзиньвэя. Он мог делать всё, что ему хочется. Кто вообще захочет спасть с ним в одной постели? Если он не будет спать рядом с ней, то она сможет продолжить культивировать. Этот метод молчания был любимым способом пыток в семье Ань. Когда они тобой недовольны, они начинают игнорировать тебя. Они даже не смотрят на тебя, отчего вся семья создавала некоторое давление до тех пор, пока ты не сможешь этого выносить и признаешь свою вину. На следующее утро семья Ань повела Нин Шу на проверку к психотерапевту, чтобы проверить, не сошла ли она с ума, и нет ли у неё каких-либо психологических расстройств. Вероятно, из-за того, что этот вопрос был связан с будущим семьи, в этот раз отец Ань Цзиньвэя тоже пошёл с ними. Трое шли впереди, а Нин Шу толкала коляску позади них. Было очевидно, что они были семьёй, а она лишь посторонней. Складывалось такое ощущение, что Чэнь Нин существовала только для того, чтобы служить этой семье. Несмотря на это, поведение семьи Ань всё равно было высокомерным. У неё не было работы, поэтому семья Ань кормила её. Выполнение домашней работой - это долг невестки. Кто просил тебя полагаться на поддержку семьи Ань? Что за фигня? Складывалось такое ощущение, что семья Ань просто держит в семье служанку, но при этом не платит зарплату! ---------- Я Боюсь, Что Мой Муж Разведётся Со Мной Группа людей приехала в больницу на машине. Они отправились в акушерско-гинекологическое отделение. Доктор стал спрашивать Нин Шу о её состоянии. - Как вы себя чувствуете? - Я чувствую себя очень уставшей. Мне хочется плакать. Я грущу безо всякой причины. Я не могу контролировать свой темперамент и поэтому я чувствую сильное раздражение и депрессию. Я беспокоюсь о здоровье и будущем своей малышки. Я боюсь, что мой муж разведётся со мной, потому что я не родила ему сына. Доктор невольно покачал головой, слушая Нин Шу. - Вы хорошо питаетесь? - Я слишком много ем. Я не могу себя контролировать. Но я боюсь, что растолстею. Боюсь, что мой муж разведётся со мной из-за моего ожирения, - сказала Нин Шу с пустым взглядом. Ань Цзиньвэй слышал каждое слово Нин Шу о том, что она боится развода с ним. От этого он почувствовал сильное раздражение. Словно на него теперь давил камень, отчего он стал особенно недовольным и почувствовал, что он тянет за собой тяжёлую ношу. На лице матери Ань Цзиньвэя появилась гордая ухмылка. Всё же, эта девушка по прежнему была женщиной. А все женщины боятся быть брошенными мужчиной. Поэтому в сердце матери Ань Цзиньвэя появилось желание, чтобы её сын бросил Нин Шу. При виде жалкого и брошенного вида невестки, умоляющей не бросать её, в душе матери Ань Цзиньвэя появилось необъяснимое удовольствие. По правде говоря, эта Чэнь Нин, родившая ребёнка, вела себя слишком возмутительно, поэтому ей нужно было преподать урок. Доктор выслушал слова Нин Шу и посмотрел на её лицо, которое было словно в трансе. Он невольно покачал головой и сказал: - Мать страдает от серьёзной послеродовой депрессии, но это не является невротическим депрессивным синдромом. Ань Цзиньвэй не хотел выслушивать весь этот врачебный жаргон, его заботило лишь то, можно ли это вылечить. - Это можно вылечить? - Как правило, нет необходимости в медикаментозном лечении, но матери необходимо психологическое вмешательство, чтобы она пребывала в счастливом настроении, - сказал доктор. Ань Цзиньвэй нахмурился. На его лице появилось раздражение. Он женился на женщине, чтобы она занималась всеми делами по дому. Но теперь у неё эта болезнь, какая-то требовательная послеродовая депрессия или что-то вроде того. Она ничего не делала, но ей, при этом, ему всё ещё нужно было делать её счастливой. Ань Цзиньвэй уже чувствовал, что настроение его жены стало резко меняться. Может, в следующее мгновение она взорвётся. Это очень раздражало. Эта женщина не только не в состоянии заниматься домашними делами, но её ещё и нужно обслуживать, словно почтенного предка? Это как так? Ань Цзиньвэй был недоволен. Старики из семьи Ань тоже были недовольны. На обратном пути из больницы вся семья молчала. Нин Шу толкала коляску. Она прошептала Ань Цзиньвэю: - Цзиньвэй, ах, ты же не разведёшься со мной, верно? Ань Цзиньвэй сильно нахмурился и ни чего не сказал. - Ты же не разведёшься со мной, да? – снова спросила Нин Шу, словно ей обязательно нужно было услышать ответ. Ань Цзиньвэй посмотрел на настойчивую Нин Шу, которая словно пыталась сдерживать своё раздражение. От этого Ань Цзиньвэй был очень и очень раздосадован. Она допрашивала его, словно преступника. - Цзиньвэй, ты же не бросишь мать и ребёнка, верно? - взволнованно спросила Нин Шу. Глядя на лицо Ань Цзиньвэя, перекошенное так, словно у него запор, она едва могла сдерживать смех. - Нет. Голос Ань Цзиньвэй едва протиснулся сквозь его зубы. Его тон был неохотным и небрежным. Однако Нин Шу улыбнулась и довольно кивнула. - Я знала, что ты со мной не разведёшься, что ты не бросишь нас, мать и дочь. Однако Ань Цзиньвэй почувствовал себя совсем нехорошо. По мнению Ань Цзиньвэя – депрессия была психическим расстройством. Если его коллеги из компании, узнают, что у его жены психическое расстройство, кто станет его уважать? Как он сможет получить повышение в компании, под странными взглядами своих коллег? Ань Цзиньвэй был крайне раздражён. В его сердце было необычное раздражение и нетерпение при виде Нин Шу. Он даже почувствовал отвращение к собственной дочери. У Ань Цзиньвэя, на самом деле, не было никаких глубоких чувств к своей дочери. Он ни разу не менял ей подгузники. Он лишь пару раз подержал её на руках и всё. Когда он обнимал Наньнань, малышку начинали окружать незнакомые запахи. От этого малышка не чувствовала себя в безопасности и начинала плакать. После очередного такого происшествия Ань Цзиньвэй просто больше не хотел обнимать свою дочь. Нин Шу только родила дочь, однако у неё теперь появилась какая-то странная послеродовая депрессия. Он не знал, когда ей станет лучше. Если всё так продолжится, то он не только будет занят на работе, но ещё и будет тащить за собой этот совершенно бесполезный багаж. ---------- Свяжи Её После того, как Нин Шу диагностировали серьёзную послеродовую депрессию, атмосфера в семье Ань была очень беспокойной. Ань Цзиньвэй был теперь ещё более нетерпелив по отношению к Нин Шу. Он хмурился при виде неё и даже не говорил ей ни слова. То, что Ань Цзиньвэй не разговаривал с Нин Шу, её не волновало. Но он также не обращал внимания на свою дочь. С самого рождения малышки, Нин Шу единолично заботилась о ней. Благодаря тому, что Нин Шу вливала в малышку духовную энергию, та каждый день хорошо ела и спала, и плакала лишь когда ей было неприятно от того, что она обкакалась. Это означало, что малышка была, по сути, невидимой в семье Ань. Чтобы не дать Нин Шу снова начать буйствовать, как только они вернулись из больницы, Ань Цзиньвэй сказал своей матери: - Свяжи её. Нин Шу, которая держала малышку: … Это единственное, что ты смог придумать? Это не то, что ты должен был сделать. Мать Ань Цзиньвэя фыркнула, глядя на Нин Шу, и отправилась на поиски верёвки. Не найдя верёвку, она взяла обычный провод-удлинитель, чтобы связать Нин Шу. Нин Шу тут же поджала губы. - Ань Цзиньвэй, как ты можешь со мной так поступать? Я же просто больная, а не сумасшедшая. - А ведёшь себя, как сумасшедшая, - раздражённо сказал Ань Цзиньвэй. На его лице было лишь безразличие. Нин Шу: … Нин Шу взяла малышку, прижала руку ей к спине и направила немного духовной энергии в тело малышки, чтобы малышка крепко уснула. После чего Нин Шу положила малышку в коляску. Нин Шу посмотрела на членов семьи Ань, которые смотрели на неё глазами тигра, и холодно спросила: - Неужели вам обязательно это делать со мной? - Это ради твоего же собственного блага. Всем неуютно, когда ты вот так создаёшь проблемы. Мне нужно каждый день работать. Я не могу позволить тебе поднимать шумиху, иначе на следующий день мне придётся идти на работу уставшим, - сказал Ань Цзиньвэй. Ань Цзиньвэй посмотрел на Нин Шу. - Теперь вся семья Ань полагается только на мою поддержку. Ты теперь не только не заботишься о семье, но ещё и добавляешь хаоса. Разве ты не понимаешь, под каким давлением я нахожусь? Я работаю, словно пёс в компании, а когда прихожу домой, тут такой бардак. Неужели ты не можешь подумать обо мне? Нин Шу: (⊙0⊙) Подумать о нём? Неужели Чэнь Нин должна думать только о нём? Что за эгоистичный человек. Как говорится, такой муж – это не тот человек, с которым можно разделить невзгоды. Подобная послеродовая депрессия требует помощи обеих сторон, чтобы всё стало лучше. Он должен хоть немного помогать. Если ребёнок заплачет, то помочь утешить. Это же простые вещи. Но, когда что-то происходит, Ань Цзиньвэй начинает обдумывать плюсы и минусы, свою репутацию и свою карьеру. Нин Шу видела, что Ань Цзиньвэй всё ещё хочет развестись. В этом мире полно женщин, на которых он мог бы жениться. Он может найти ту, что будет заниматься всеми домашними делами, в то время как он сможет наслаждаться отдыхом после работы, словно большой босс. Такой статус жены – хуже, чем у нянечки. Нянечка, по крайней мере, получает деньги. Жена работает за просто так, но ещё и греет ему постель, рожает детей и называет родителями людей, которые ей на самом деле не родители. - Когда тебе станет лучше, мы перестанем запирать и связывать тебя, - сказал Ань Цзиньвэй. Нин Шу была ошеломлена. Она не знала, что сказать. Неужели болезнь можно вылечить таким отношением? Нин Шу могла лишь восхищённо встать на колени перед этими людьми. ---------- Мне Так Грустно, Так Грустно Нин Шу быстро подошла к Ань Цзиньвэю. Она подняла ногу и пнула Ань Цзиньвэя прямо в промежность. Ей уже надоел этот эгоистичный мужчина. Мужчины коварны. Пока женщины строят интриги по мелочам, интриги мужчин достаточно зловещие, что могут уничтожить человека. Ань Цзиньвэй, которого Нин Шу пнула промеж ног, внезапно упал на пол и закатил глаза. Он сжался в позу креветки и стиснул ноги. Из его рта раздался стон боли. - Угх… - Цзиньвэй, как ты можешь поступать так со мной? Мне так грустно, так грустно… Нин Шу схватилась за лицо Ань Цзиньвэя. Вены на лбу Ань Цзиньвэя набухли и пульсировали. Его рот не мог произнести целого предложения, и лишь хватал воздух. - Сучка, как ты посмела ударить моего сына! Мать Ань Цзиньвэя взяла электрический провод и замахнулась им на Нин Шу. Нин Шу тут же увернулась от удара, отчего провод ударил по телу Ань Цзиньвэю. Ань Цзиньвэй закричал от боли. Его лицо было ужасным. В его взгляде загорелась враждебность. Он протянул руку, схватил Нин Шу за лодыжку и силой дёрнул. Нин Шу с грохотом упала на пол. Нин Шу издала сдавленный стон. Она почувствовала сильную боль в разрезе на животе. Ань Цзиньвэй крепко держался за лодыжку Нин Шу. - Как ты посмела сделать это со мной?! Я не могу позволить себе такую женщину! Ты за это заплатишь. Затем Ань Цзиньвэй крикнул своей матери: - Скорее свяжи её, она опять сошла с ума. Мать Ань Цзиньвэя тут же взяла провод и попыталась связать Нин Шу. Нин Шу врезала кулаком в глаз матери Ань Цзиньвэя, отчего та застонала от боли. Ань Цзиньвэй был очень зол и ему было очень больно. Он потянул Нин Шу за лодыжку. Он глубоко впился ногтями в кожу Нин Шу, отчего даже расцарапал её, и у Нин Шу тут же пошла кровь. Выражение лица Ань Цзиньвэя было необычно зловещим и наполнено глубокой ненавистью. Изначально у Ань Цзиньвэя не было никаких чувств к Чэнь Нин. Их союз был лишь благодаря договорённости двух семей. А теперь эта женщина стала такой неразумной. Ань Цзиньвэй презирал и ненавидел Нин Шу. С такой женщиной, неизвестно сколько косых взглядов он почувствует от других людей. Наступил момент, когда Ань Цзиньвэй действительно захотел, чтобы эта женщина исчезла. Нин Шу с силой пнула руку Ань Цзиньвэя второй ногой. От пинка Нин Шу на руке Ань Цзиньвэя содралась кожа. Отец Ань Цзиньвэя, который сидел у стены, тоже вскочил, чтобы утихомирить Нин Шу. Нин Шу мобилизовала свою духовную энергию и очень сильно пнула по руке Ань Цзиньвэя, которая держала её. Сразу же после этого послышался тихий хруст костей, идущий из руки Ань Цзиньвэя. Рука Ань Цзиньвэя онемела от боли, и у него больше не было сил удерживать Нин Шу за лодыжку. Нин Шу перекатилась и поднялась с пола. Она схватила тарелку для фруктов, стоящую на кофейном столике, и грохнула её об пол. После этого она перевернула кофейный столик. Мраморный кофейный столик упал на пол и разбился на части. - Ты, ты правда посмела… Мать Ань Цзиньвэя указала на Нин Шу. Её сердце сжалось от боли, а взгляд потемнел. - Ты - позорище. Краем глаза мать Ань Цзиньвэя заметила блаженно спящую малышку, не ведающую о всём том хаосе, что творился рядом. Она внезапно направилась к коляске, взяла Наньнань и со злобой в голосе крикнула Нин Шу: - Если ты посмеешь разбить хоть одну вещь, то я не отдам тебе ребёнка. Я не хочу, чтобы моя внучка была с психопаткой. Мать Ань Цзиньвэя крепко держала малышку. Малышке стало очень неудобно, она проснулась и начала плакать. Мать Ань Цзиньвэя даже не стала утешать плачущую малышку. Вместо этого она наоборот раздражённо закричала: - Чего ты разревелась? Ты же просто нахлебница. Ты и твоя мать – просто нахлебники. Семья Ань, должно быть, накопила неудачу восьми поколений предков, раз ей не повезло иметь таких мать и дочь. Малышка разревелась ещё громче. - Чэнь Нин, поставь эту вазу, - крикнула мать Ань Цзиньвэя на Нин Шу. Нин Шу сделала глубокий вдох. Она действительно освежила своё восприятие безжалостности семьи Ань. Неужели малышку Наньнань теперь использовали в качестве заложницы, чтобы угрожать ей? Эта малышка их кровная родственница. Она ведь их дочь и внучка. Но только из-за того, что это девочка, они относятся к ней так небрежно и игнорируют её. ---------- Хладнокровные Утилитаристы Если бы это был мальчик, допустила бы свекровь, чтобы он вот так плакал? Она даже не удосужилась попытаться утешить малышку. Если ребёнок будет слишком сильно плакать, то у него разовьётся грыжа. В душе Нин Шу появилось чувство, которого у неё ещё никогда не было. Люди - это существа, которые размножаются для выживания. Но какая тогда польза в продолжении рода подобных людей? Они просто хладнокровные утилитаристы*. Только не надо говорить о благополучии всего человечества. Когда люди не могут даже свою жизнь прожить хорошо, то будет ли им вообще дело о благополучии всего человечестве? Ох, раз мы все пришли в этот мир, то мы все должны выживать. Терпеть, терпеть тысячу раз, пока не станем словно сталь. И так до тех пор, пока жизнь не закончится. Главное - умереть с пышными похоронами, и тогда эта жизнь будет считаться успешной. Нин Шу держала в руках вазу, а семья Ань противостояла ей, используя её родную кровь в качестве угрозы, словно она какая-то посторонняя. Они используют её материнскую любовь к ребёнку против неё же. У Нин Шу снова обновился нижний предел допустимого. Оглядев всех троих из семьи Ань, она поставила вазу и сказала: - Сперва отдайте мне малышку, она же плачет. У малышки уже всё лицо покраснело. Ань Цзиньвэй поднялся с пола, держась за стену. Его очки уже потрескались, а на его лице остались следы царапин от Нин Шу. Он выглядел изрядно потрёпанным. - Не двигайся. Сперва мы тебя свяжем, а иначе ты сойдёшь с ума и навредишь ребёнку. Ань Цзиньвэй двигался слегка странно, сведя бёдра вместе. - Из-за послеродовой депрессии ты можешь навредить ребёнку. Ты совсем сумасшедшая. Я тебе не доверяю, - сказал Ань Цзиньвэй. Эта сцена переговоров была действительно… забавной и печальной. - Позвольте мне сперва успокоить малышку, - спокойно сказала Нин Шу. – Сейчас я чувствую себя спокойной. Я очень спокойная. Нин Шу почувствовала боль в лодыжке. Посмотрев вниз, она увидела, что в том месте, где её расцарапал Ань Цзиньвэй, текла кровь. Она стекала по её лодыжке прямо в обувь, отчего туфля теперь была сырой и тёплой. - С какой стати мне тебе верить? Кто знает, вдруг ты внезапно снова сойдёшь с ума? - холодно сказал Ань Цзиньвэй. Он встал перед своей матерью, загораживая свою мать и ребёнка, чтобы не дать Нин Шу рвануть и схватить ребёнка. Нин Шу теперь не могла видеть малышку, и могла только слышать, как малышка кричит до хрипоты. - Чэнь Нин, раз ты пришла в себя, тогда давай поговорим о разводе, - сказал Ань Цзиньвэй. – Ты мне не подходишь. Выражение лица Нин Шу было равнодушным. Ей было немного больно стоять, поэтому она села на диван. Когда Нин Шу сдвинулась, семья Ань невольно сделала шаг назад. Похоже, что в глубине души, они всё ещё изрядно побаивались, что Нин Шу сойдёт с ума. - Развод? Зачем тебе нужен развод? – Нин Шу зачесала назад волосы и изобразила невинность на лице. – Неужели ты думаешь, что сможешь получить развод когда захочешь? Послушай, что я тебе скажу. Согласно закону о браке, мужчина не имеет права предлагать развод женщине в период беременности, в год после рождения или в течении шести месяцев после аборта. Даже если ты это сделаешь, суд не примет твоего заявления. Нин Шу указала на себя пальцем. - Суд согласится на развод только тогда, когда я его предложу. Нин Шу закинула ногу на ногу. - Более того, у меня сейчас серьёзная послеродовая депрессия. Как думаешь, ты сможешь избавиться от этого брака? Разводись, если хочешь развестись. Он просто хочет хочет избавиться от ответственности. Как только что-то перестаёт служить ему, он тут же от этого избавляется. И в этом нет никаких человеческих эмоций или любви. Они были женаты почти два года. Ань Цзиньвэй никогда ничего не покупал для Чэнь Нин. Он даже не дарил ей что-нибудь на день рождения. Но это всё не относится к делу. Получала ли она что-то от Ань Цзиньвэй или нет, это не так уж важно. Он даже ни разу не сказал ей слова благодарности за её тяжёлую работу. Он лишь принимал это как должное. - Ты… - Ань Цзиньвэй в шоке посмотрел на Нин Шу. – Откуда ты всё это знаешь? Ань Цзиньвэй сам не знал таких подробностей. Он просто думал, что что сможет получить развод в любой момент. Он не ожидал, что будет столько хлопот. Неужели ему придётся терпеть эту сумасшедшую целый год? Какой год, он не хочет терпеть это и день. Какой день, даже просто оставаться с этой безумной женщиной под одной крышей уже невыносимо. ---------- Брак - Это Не Детские Игры Ань Цзиньвэй был чертовски раздражён. Нин Шу посмотрела на Ань Цзиньвэя с робкой улыбкой. - Потому что я боялась, что ты захочешь со мной развестись, поэтому проверила всю информацию об этом. Так или иначе, когда-то она была адвокатом. Ань Цзиньвэй увидел, как Нин Шу улыбается ему, и у него по спине пробежал холодок. Даже если она сейчас и улыбалась прекрасной улыбкой, она всё равно была безумной женщиной. К тому же, эта женщина была не очень красивой. Ань Цзиньвэй отвёл взгляд и сердито сказал: - Тогда чего ты хочешь? Чего ты хочешь в обмен на развод? Нин Шу тихо сказала: - Сперва отдайте мне малышку. Пока моя малышка плачет, я не могу гарантировать, что ничего не сделаю. - Ни за что, - Ань Цзиньвэй отказал, даже не задумываясь. – Если ты согласишься на развод, я отдам тебе ребёнка. Нин Шу: … - Цзиньвэй, ах, я не разведусь с тобой, даже если умру. Нин Шу перестала выпрашивать малышку. Ань Цзиньвэй был раздражён грубым поведением Нин Шу. Вены на его лбу набухли. - Но я тебя ненавижу. Я не хочу с тобой жить. Нин Шу взмахнула рукой и сказала в старомодной и серьёзной манере: - Не будь таким своевольным. Брак – это не детские игры. Отдай мне малышку и поговорим об этом. Ань Цзиньвэй: … Сумасшедшая женщина! Её настроение меняется со скоростью перелистывания страниц книги. Ань Цзиньвэй потёр свой лоб, повернулся к матери и сказал: - Отдай ей ребёнка. - Нет. Пока она не согласится на развод, - сказала мать Ань Цзиньвэя, крепко держа малышку. Ань Цзиньвэй глянул на Нин Шу, которая расслабленно сидела на диване, скрестив ноги. В его голосе была невероятная угрюмость, когда он сказал: - Сперва отдай ей ребёнка. - Отдай ты ей ребёнка. Она же не какое-то там сокровище, - раздражённо сказал своей жене отец Ань Цзиньвэя. Его выражение лица было таким же, как и у его сына: полным раздражения. Он явно был изрядно недоволен тем, что Нин Шу создаёт проблемы. Мать Ань Цзиньвэя посмотрела на Нин Шу, но не посмела подходить к ней. Всё же, ей недавно достался удар кулаком и её глаз всё ещё был опухшим. - Ты сам отдай. Я не хочу такой невестки. Мать Ань Цзиньвэя протянула малышку Ань Цзиньвэю. - Мам, как ты хочешь, чтобы я передал ребёнка? Эта безумная женщина пнула его промеж ног и ему было так больно, что он не мог ходить. У матери Ань Цзиньвэя не осталось иного выбора, кроме как протянуть малышку Нин Шу, после чего она поспешно отошла от Нин Шу, опасаясь, что Нин Шу снова её ударит. Нин Шу принялась утешать малышку, которая расплакалась до икоты. Та постепенно перестала плакать, вероятно из-за того, что почувствовала запах матери. Нин Шу направила в малышку немного духовной энергии, чтобы успокоить её и усыпить. Три члена семьи Ань лишь смотрели на Нин Шу и не смели пошевелить ни единым мускулом. Вот и наступил разрыв отношений между мужем и женой. Чэнь Нин и Ань Цзиньвэй не были посторонними друг другу, но всё равно взаимно ненавидели друг друга, словно незнакомцы. Нин Шу тихо прошептала успокаивающую сердце мантру и усыпила малышку. Нин Шу подняла голову и посмотрела на них. У всех трёх были холодные выражения лица, и они с опаской смотрели на Нин Шу. Нин Шу встала, с малышкой на руках, и Ань Цзиньвэй сказал: - Давай поговорим о… Прежде чем Ань Цзиньвэй успел закончить предложение, он застыл, глядя на то, как эта безумная женщина взяла ребёнка и побежала изо всех сил. Она опять сошла с ума? Ань Цзиньвэю пришлось терпеть боль между ног, но он всё равно погнался за Нин Шу. Нин Шу помчалась по лестнице на крышу здания, а три члена семьи Ань преследовали её по пятам. Нин Шу на бегу сняла туфли. Она размазала кровь по своим лодыжкам и икрам, а потом неистово взъерошила свои волосы, чтобы они выглядели беспорядочными, словно куриное гнездо. __________________________________________________________________ Примечание: * Утилитаризм - Деятельность, в основе которой лежит грубый материальный расчет, стремление из всего извлекать выгоду. ---------- Если Ты Подойдёшь, Я Спрыгну Нин Шу забежала на самый верхний этаж с малышкой на руках. Она встала на краю крыши и посмотрела вниз. Блять, тут настолько высоко, что у неё аж голова закружилась! Откуда у Чэнь Нин взялось столько смелости, чтобы спрыгнуть тогда? Ань Цзиньвэй догнал её. Он тяжело дышал, а его лицо было бледным. Вскоре прибежала пара стариков. Отец Ань Цзиньвэя с посеревшим лицом сказал: - Неужели ты хочешь устроить такую сцену, что о ней узнает весь дом? Ань Цзиньвэй пошёл к Нин Шу и тихо сказал: - Хватит создавать проблемы. Нин Шу прикрыла уши малышки и пронзительно закричала: - Не подходи! Если ты подойдёшь, я спрыгну. Нин Шу немного сдвинулась к краю. Ань Цзиньвэй остановился и стал ругать её: - Чэнь Нин, иди сюда. Не выставляй себя на посмешище. Если ты хочешь что-то сказать, давай вернёмся и всё обсудим. - Я не разрешаю тебе подходить ко мне. Не подходи ко мне! - пронзительно кричала Нин Шу. Ань Цзиньвэй мог лишь остановиться. Громкие вопли Нин Шу привлекли внимание всего района к происшествию на крыше. Вполне естественно, что они сбежались посмотреть на забаву. Особенно учитывая, что это была драма с прыжком с крыши. Вскоре, под домом собралось много народу. Многие даже забрались на крышу, и крыша тут же стала оживлённой. Лица семьи Ань перекосились. Лицо Ань Цзиньвэя было полно отвращения и ненависти к Нин Шу, особенно когда он услышал, как люди сплетничают о нём. Он был так зол, что его всего трясло. Он крепко сжал кулаки. - Чэнь Нин, будь хорошей. Давай обговорим всё, когда вернёмся, - нежно сказал Ань Цзиньвэй. Он упрашивал Нин Шу, но его взгляд был полон отвращения и нетерпения. Нин Шу в ужасе покачала головой. - Я не пойду назад. Я не пойду назад. Как только я вернусь, вы снова меня свяжете и порежете меня чем-нибудь. - Чэнь Нин, да кто тебя резал вообще? – не удержавшись закричала мать Ань Цзиньвэя. - У меня нога болит. Нин Шу коснулась лодыжки и измазала руку в крови. Толпа зевак начала предполагать, откуда взялась эта рана. Они начали перешёптываться, а кто-то даже вызвал полицию. - Мать Цзиньвэя, что не так с вашей невесткой? – спросила какая-то женщина у матери Ань Цзиньвэя. Мать Ань Цзиньвэя потемнела лицом. - Кто знает? Она сумасшедшая. - Я не сумасшедшая. Доктор сказал, что у меня небольшая послеродовая депрессия. Что мне не нужно принимать лекарства. Лечение не требует много денег. Не надо меня связывать, не надо со мной разводиться, - сказала Нин Шу вытирая слёзы. Её рука была перемазана в крови и от этого она размазала кровь по лицу. - Хах….? Собравшиеся вокруг люди стали смотреть на семью Ань крайне странными взглядами. Что же эта семья натворила, что подтолкнуло их невестку на грань самоубийства? Нин Шу демонстрировала своё искреннее намерение умереть, а все обычно симпатизируют слабым. Нин Шу бухнулась на колени. Её лицо исказилось от боли. Мамочки, как же больно. - Цзиньвэй, муж, ах, не разводись со мной. В следующий раз. В следующий раз я непременно рожу мальчика. Я обязательно рожу мальчика для семьи Ань, - жалобно закричала Нин Шу. – Я сама могу воспитать Наньнань. Только не разводись со мной, ах, ах, ах, ах… Собравшиеся люди услышали это прекрасное выступление. Они не удержались и стали спрашивать у матери Ань Цзиньвэя: - У вашей невестки ещё не прошёл месяц отдыха после родов, верно? Как же так вышло, что она докатилась до такого? - Это не имеет отношения к моей свекрови. Доктор сказал, что у меня небольшая послеродовая депрессия. Иногда я немного ворчливая, - Нин Шу вытерла слёзы. – До тех пор, пока Ань Цзиньвэй не разведётся со мной, я смогу позаботиться о себе. Я также смогу позаботиться и о малышке. Подождите, пока кесарево заживёт. Я обязательно рожу мальчика для семьи Ань. Я непременно рожу мальчика. ---------- Скорее, Подойдите и Утащите Меня Отсюда Скромное и жалкое поведение Нин Шу что очень злило семью Ань. Ань Цзиньвэй не смог выдержать некоторые взгляды людей, собравшихся вокруг него. - Хватит уже, Чэнь Нин. Я никак не понимаю, откуда у тебя такие способности. Кто ты такая, что пытаешься угрожать нам таким образом? Вот ведь безумная женщина. Как ему теперь быть, если об этом узнают в компании, где он работает? Нин Шу поспешно встала. Она прижала малышку к себе и немного сдвинулась к краю. Затем она жалобно сказала: - Ты всё ещё хочешь развестись со мной, ведь так? Я правда не сумасшедшая, у меня просто послеродовая депрессия. Почему ты так хочешь развестись со мной? Нин Шу: Блин, она больше не может двигаться к краю. Ещё один шаг, и она упадёт. Вдалеке послышались приближающиеся звуки полицейских сирен. Вскоре на крышу поднялся офицер полиции. Он стал советовать Нин Шу: - Не отказывайтесь от своей жизни так легко. У вас же ещё ребёнок на руках. - И что с того, что у меня ребёнок? Семье, в которую я вышла замуж, нет дела до этого ребёнка. Они никогда не проявляли заботы к малышке. Они не меняли ей подгузники. Она не мальчик, а семья Ань хочет мальчика. Нин Шу продолжала нести подобную чепуху, что семья Ань вот так себя ведёт. Слова Нин Шу чертовски разозлили семью Ань. Нин Шу не будет как Чэнь Нин, которая просто покончила со всем, спрыгнув с крыши. Семье Ань тогда было наплевать и на них это не оказало никакого влияния, они продолжили жить, как обычно. Но теперь это будет выглядеть, словно они вынудили свою невестку умереть. После этого ни одна семья не посмеет выдавать свою дочь замуж в эту семью. А даже если они и согласятся продать свою дочь, то наверняка заставят семью Ань заплатить столько, что их будет тошнить кровью. Они ведь так жёстко настроены на то, чтобы невестка родила сына. Какая женщина может гарантировать, что она с первого раза сможет выносить сына? К тому же, рождение мальчиков и девочек – это всё полностью зависит от мужчины. Полицейский почувствовал некоторую беспомощность. Он прошептал Ань Цзиньвэю: - Успокойте эмоции своей жены. Скажите ей, что вы не будете разводиться. Не будет разводиться?! После такого происшествия, он просто обязан развестись! Ань Цзиньвэй поджал губы и сжал кулаки. Он долгое время не мог из себя выдавить ни слова. Нин Шу распахнула глаза, в ожидании глядя на Ань Цзиньвэя. Через некоторое время её выражение лица стало меняться на разочарование. - Я так и знала, что ты хочешь со мной развестись. А всё потому, что я не родила мальчика. У меня всего лишь небольшая послеродовая депрессия. Мне просто нужно немного времени, чтобы снова прийти в себя. Потом я снова буду в порядке. Почему не можешь подождать даже немного? Поэтому тебе так не терпится развестись со мной? Когда ты разведёшься, ты снова женишься. Тебе не нравится мой ребёнок. Когда ты снова женишься, у малышки будет приёмная мать. Что же тогда будет с моей малышкой? - Нин Шу взвыла. – Лучше ей умереть со мной прямо сейчас. Тогда ей не придётся в будущем страдать. Окружающие люди посмотрели на семью Ань ещё более странными взглядами. Полицейский вынужден был сказать Ань Цзиньвэю: - Ваша жена только родила ребёнка. Неужели вы не можете её хоть немного понять? Скорее скажите ей, что не будете разводиться с ней. Ань Цзиньвэй открыл рот и, наконец, сказал: - Я не буду с тобой разводиться. Теперь ты довольна? - Правда? Нин Шу радостно рассмеялась и сделала два шага вперёд. Сразу после этого её лицо переменилось, и она сделала шаг назад. - Ты наверняка обманываешь меня. Обманываешь, чтобы я вернулась. Потом ты свяжешь меня и я никогда больше не смогу выйти за дверь. - Тогда почему бы тебе просто не спрыгнуть, Чэнь Нин? Не смей издеваться над людьми. Ань Цзиньвэй был очень зол на Нин Шу за то, что она сошла с ума и вылила ведро дерьма на головы семьи Ань. Репутация семьи Ань внезапно была разрушена этой женщиной, и она сделала это специально. Нин Шу моргнула, заставляя слёзы потечь из глаз. - Ты меня настолько ненавидишь за то, что я не хочу развода, что готов позволить мне умереть? Лин, на крыше сильно дует ветер. И этот ветер холодный. Скорее, подойдите и утащите меня отсюда. Полицейский отказался от мысли позволить Ань Цзиньвэю успокоить Нин Шу. Глядя на поведение Ань Цзиньвэя, он понял, что невестка находится в очень плохой ситуации в этом доме. Никто не хочет ей помогать, даже несмотря на то, что она ранена. ---------- Ты Не Разведёшься Со Мной? После многократных заверений полиции, а им даже пришлось пообещать навещать дом раз в три дня, чтобы убедиться, что семья Ань ничего не сделает Нин Шу, Нин Шу сдалась. Несмотря на то, что с нынешней силой Нин Шу, семья Ань на самом деле ничего не могла сделать Нин Шу, она всё равно нерешительно спрашивала: - Правда? Они не будут связывать меня проводами? Лицо Ань Цзиньвэя в этот момент было слишком мрачным и неприглядным. Семейный скандал вылез наружу, стал предметом насмешек для всех соседей и темой для их сплетен. Это было безумие… Полицейский осторожно подошёл к Нин Шу, постоянно заверяя её: - Мы непременно проследим за вашей безопасностью, не волнуйтесь. Полицейский дотянулся до Нин Шу и оттащил её от края в безопасное место. Нин Шу выдохнула с облегчением. Наконец-то ей больше не нужно стоять на ветру и ожидать, пока её сдует. Нин Шу после этого сказала Ань Цзиньвэю: - Муж, ты сказал, что ты не разведёшься со мной? Ань Цзиньвэй угрюмо посмотрел на Нин Шу, развернулся и пошёл прочь. Вот только его походка была немного странной, он шёл вразвалку, словно гусь. Нин Шу моргнула и тихо всхлипнула. Семья Ань развернулась и пошла вниз по лестнице. Никто не подошёл к Нин Шу, чтобы помочь подержать ребёнка. Нин Шу всерьёз довела семью Ань. То, что они не убили её, уже считалось сильным самоконтролем. Нин Шу опустила голову, отчего стала выглядеть очень одинокой и напуганной. Она хромая пошла с малышкой вниз по лестнице. Полицейские отвели Нин Шу обратно в семью Ань, и проинструктировали семью Ань, чтобы они не смели издеваться над своей невесткой. Нин Шу занесла малышку обратно в спальню и положила её в колыбель. После этого она встряхнула своими руками. Она так долго держала малышку, что у неё затекли руки. Нин Шу сходила в ванную, чтобы смыть кровь с ноги. Она осмотрела рану на лодыжке. Нин Шу сильно ударила Ань Цзиньвэя, и он тоже не стал сдерживаться в ответ. Между ними теперь была глубокая ненависть, и они оба желали друг другу смерти. В семье Ань был беспорядок Нин Шу заперлась в спальне, поэтому работа по уборке пала на плечи матери Ань Цзиньвэя. Если у Чэнь Нин был самый низкий статус в этой семье, то у матери Ань Цзиньвэя был предпоследний, вот почему матери Ань Цзиньвэя так нравилось использовать превосходство над Чэнь Нин. Мать Ань Цзиньвэя убирала мусор, разбитые осколки стекла и фарфора, а отец и сын семьи Ань просто сидели на стульях, пребывая в растерянности. - Пап, я хочу развестись с Чэнь Нин. Семье Ань не нужна такая невестка, - сказал Ань Цзиньвэй. – Мы должны развестись, и не важно, что для этого потребуется. Отец Ань Цзиньвэя покачал головой. - Сейчас не самое лучшее время для развода. Она создала столько проблем. Если мы сейчас же разведёмся, то как люди будут на нас смотреть? Мы же находимся в невыгодном положении. Что если она начнёт нас шантажировать? – сказал отец Ань Цзиньвэя. - Она не посмеет нас шантажировать. Мы и так достаточно щедрые, чтобы не заставлять её выплатить нам обратно те 100 000, что мы за неё заплатили, - негодующе сказала мать Ань Цзиньвэя. – Насколько же бесстыдной она должна быть, чтобы посметь шантажировать нас? Отец Ань Цзиньвэя указал на неё пальцем и начал отчитывать. - Это и твоя вина, ленивая женщина. Почему ты не потратила немного времени на то, чтобы помочь ей заботиться о ребёнке? Почему ты только и делала, что играла в маджонг и ходила на танцы со своими соседками-подругами? - Ты тоже каждый день уходишь играть в карты и шахматы, - возразила мать Ань Цзиньвэя. - У меня есть пенсия. А у тебя она есть? К тому же, такими вещами должны заниматься женщины. Или ты хочешь, чтобы я, как свекор, заботился о своей невестке? Как ты посмела даже подумать об этом? - отец Ань Цзиньвэя продолжил указывать на неё. – Как ты смеешь мне возражать? Мать Ань Цзиньвэя была очень обижена. - Я себя так не вела, когда родила и была на послеродовом отдыхе. Как она может вести себя так надменно и даже пытаться покончить с собой? Должно быть она сделала это специально. ---------- Подожди Ещё Немного - Как бы там ни было, теперь я просто хочу развестись с ней, - сказал Ань Цзиньвэй. – Я не хочу и минуты жить с такой женщиной. - Подожди ещё немного. Пока не утихнет буря, - вздохнул отец Ань Цзиньвэя. Нин Шу открыла дверь и сказала трём членам семьи Ань: - Я проголодалась, я хочу съесть мяса. - Дерьма поешь! - выругалась мать Ань Цзиньвэя, глядя на Нин Шу. – Как ты ещё смеешь хотеть есть? Нин Шу посмотрела на семью Ань наклонив голову и с бесстрастным выражением лица. Отец Ань Цзиньвэя тут же отчитал мать Ань Цзиньвэя: - Иди готовить. Чего ты тут стоишь в прострации? Мать Ань Цзиньвэя ещё даже не успела прибрать весь мусор в гостиной. А теперь ей приказали идти готовить. Она была так раздражена, что гневно бросила метлу, которую держала в руках, и ушла на кухню готовить. Нин Шу глянула на телефон Ань Цзиньвэя, лежащий на столе, и подбежала, чтобы схватить его. Ань Цзиньвэй тут же встал и закричал: - Чэнь Нин, ты что, опять сошла с ума? - Ты хочешь со мной развестись. Это всё из-за другой женщины? Нин Шу начала рыться в телефоне, но потом Ань Цзиньвэй выхватил его. - Чэнь Нин, я тебя предупреждаю, не испытывай моё терпение, - Ань Цзиньвэй положил телефон в карман. – Не думай, что я боюсь и поэтому не разведусь с тобой. Нин Шу ответила, не изменившись в лице. - Но до этого тебе придётся терпеть моё переменчивое настроение в течении года. Вот сейчас я мыслю ясно, но я не знаю, что сделаю в следующую секунду. Может, я захочу умереть, а может, я захочу утащить вас всех с собой, чтобы мы умерли вместе. Нин Шу улыбнулась и спросила: - Дорогой, ах, разве мы не можем просто жить счастливой жизнью? И вот это ты называешь счастливой жизнью? Ань Цзиньвэй ушёл, хлопнув дверью. Нин Шу закричала в спину Ань Цзиньвэя: - Дорогой муж, сегодня же выходной. Куда ты пошёл? Ань Цзиньвэй проигнорировал Нин Шу и ушёл, не оглядываясь. Нин Шу равнодушно пожала плечами. Она повернула голову и увидела, что отец Ань Цзиньвэя пристально смотрит на неё. Она спросила: - Свекор, вы хотите что-то сказать своей невестке? - Ты же сейчас не выглядишь так, словно хочешь покончить жизнь самоубийством. Какой смысл был устраивать всё это представление? – сказал отец Ань Цзиньвэя. – Разве нельзя просто сказать, если у тебя есть какие-то обиды? Неужели обязательно нужно было создавать такие проблемы? Даже если бы она высказала свои обиды, им было бы просто наплевать. Они бы лишь обвинили её в том, что она создаёт проблемы. Нин Шу ответила: - Депрессия она такая. В любой момент могут возникнуть суицидальные мысли. Может, я захочу прыгнуть и умереть, может, внезапно, я снова передумаю, а потом снова совершу попытку самоубийства. И так будет снова и снова. Свекор, как думаете, это больно? Тон голоса Нин Шу был лёгким, с невысказанной мрачностью. Это явно была болезнь, но никому не было до этого дела. Почему? Потому что женщины находятся в уязвимом положении. Эта семья будет только считать, что она притворяется и создаёт проблемы. Помимо самой депрессии, ситуация усугубляется ещё тем, что многие люди не воспринимают её всерьёз. В этой семье нет справедливости. Она полагается на жертвы некоторых людей, ради поддержания мира и красоты. И эти жертвы никак не компенсируются. - Ты действительно хочешь жить с Цзиньвэем? – спросил у Нин Шу отец Ань Цзиньвэя. - Да, я хочу жить с ним. Но он не хочет жить со мной, - Нин Шу усмехнулась. – Развестись не так-то просто. Нин Шу обнажила свои зубы в улыбке. - Супруги на одну ночь – это сто дней благодати, свекор. Проще разбить десять храмов, чем брак. Вы же не позволите Цзиньвэю развестись со мной, верно? Отец Ань Цзиньвэя посмотрел на улыбку Нин Шу. Теперь он по-настоящему понял, почему его сын должен развестись с ней. Она действительно сумасшедшая и её выражения лица менялись каждое мгновение. Её характер был непредсказуемым: то она плачет и буянит, то угрюмая, словно призрак. Как утомительно жить с такой женщиной? Более того, она ничего не делает ради семьи. Они её просто даром кормят. ---------- Потому Что Ты Плохая Жена Отец Ань Цзиньвэя был очень недоволен своей невесткой. Он выбросил в пепельницу сигарету, которую держал в руках. Комната наполнилась густым дымом. Нин Шу развернулась и пошла в свою комнату. - Подожди,- отец Ань Цзиньвэя окликнул Ни Шу. – Есть ещё вещи, которые нужно прояснить. Вообще-то, это должна была тебе сказать твоя свекровь, но она такая ленивая и безответственная. Отец Ань Цзиньвэя покосился в сторону кухни. - Ты знаешь, почему Цзиньвэй настаивает на том, чтобы развестись с тобой? – спросил отец Ань Цзиньвэя. Почему он хочет развестись? Он боится хлопот, боится лишиться репутации… - Потому что ты плохая жена. У всех в этом мире случаются разногласия, но ты устраиваешь проблему при малейшей обиде. Ты даже не задумываешься о чести семьи, - сказал отец Ань Цзиньвэя. – Чего хорошего ты добьёшься, если будешь устраивать подобные сцены? Нин Шу ухмыльнулась. Конечно же у этого есть свои преимущества. Иначе зачем бы она это делала? - Свекор, я могу быть хорошей невесткой, но семья, которая приняла меня – плохая семья. Я могу терпеть обиды. Но сейчас, когда я опустилась до низшей точки в своей жизни, вы собираетесь меня бросить. Тогда ради чего мне терпеть те обиды, от которых я страдала? – безразлично сказала Нин Шу. – Где несправедливость, там неизбежен и протест. Раз она должна в любом случае это терпеть, то она должна терпеть это, даже если ей обидно? - Если ты хочешь, чтобы семья тебя приняла, почему ты не можешь перетерпеть немного? Только если ты перетерпишь эти обиды семья сможет принять тебя в качестве полноценного члена семьи. Но погляди, что ты теперь творишь, - сказал отец Ань Цзиньвэя. – Вне зависимости от того где ты, на работе или в семье, только жертвы могут принести тебе результат и заставить людей принять тебя. Из-за того, что ты сделала, мы не можем тебя принять. Выйти замуж, чтобы внести свой вклад в семью, чтобы терпеть обиды и умолять семью принять её?! Это ещё что за логика такая?! - Ха-ха-ха-ха… - Нин Шу не удержала смех. – Как семью можно сравнивать с работой. По крайней мере, обиды на работе позволяют мне зарабатывать деньги ради выживания. Но обиды в семье продолжаются бесконечно и каждый день. К тому же, мне нужно рожать детей. И я должна всё это сделать только ради того, чтобы ваша семья меня приняла? Нин Шу мысленно прочитала Амитабха Будда. К счастью, она уже умерла и стала получателем заданий. Она избавилась от необходимости выходить замуж ради продления рода, как делают все обычные люди. Жертвоприношения и самоотверженность тоже зависят от того, стоят ли они своих усилий. Особенно когда дело касается людей, которые не состоят с человеком в кровном родстве. Если бы она встречает хорошего человека, то она более чем рада сделать что-то для него. Но если она встречает хладнокровного человека? - Неужели наша семья тебя не кормит? – с мрачным видом спросил отец Ань Цзиньвэя. - В еде недостатка нет, но я всего лишь попрошайка, получающая милостыню. Я спокойно могла бы найти работу, зарабатывать себе на пропитание и жить в большем комфорте, чем обслуживая весь ваш дом. Нин Шу внезапно осознала, что с таким мировоззрением, она обречена на одинокую жизнь! Обычно успех женщины зависит от того, скольким мужчинам она нравится, и сколько мужчин её любит. Так что в этом плане она выглядит совсем неудачницей. Какого бы успеха ни добилась женщина, какой бы успешной ни была её карьера, если она не нравится ни одному мужчине, то над ней все будут насмехаться. Глядите, сколько денег она зарабатывает, это потому, но у неё всё равно нет мужчины, который её любит. Она не может выйти замуж, и её никто не хочет. Нин Шу: … - Если тебе кажется, что семья Ань обидела тебя, приняв в семью, тогда разводись с Цзиньвэем и найти себе место, где ты не будешь чувствовать себя обиженной, - сказал отец Ань Цзиньвэя. Сколько бы слов ни было сказано, он всё равно хотел бросить эту бесполезную невестку. Нин Шу сделала глубокий вдох, и слегка улыбнулась. - Свекор, вы говорили, что я должна терпеть обиды и сидеть молча. Но я же сейчас ещё нахожусь в послеродовом месяце, а вы заставляете меня развестись с вашим сыном. Как можно такое стерпеть? Нин Шу подняла руку и отмахнулась от сигаретного дыма. - Свекор, вам нужно меньше курить. В доме сейчас недавно родившая мать и ребёнок. Разве вы не можете пойти на небольшие жертвы ради семьи? Тц, тц… Нин Шу развернулась и ушла в спальню. Семья Ань просто никогда не практиковала то, что они проповедуют. Вернувшись в спальню, Нин Шу достала сотовый телефон и позвонила Ань Цзиньвэю. ---------- Почему Ты Ещё Не Вернулся? - Алло, ты где? Почему ты ещё не вернулся? Если ты не вернёшься, я возьму малышку и пойду тебя искать. - Чэнь Нин, с чего это тебе вдруг стало дело до того, что я делаю вне дома? – голос Ань Цзиньвэя был очень злым. – Чэнь Нин, я тебе прямо скажу, я не хочу сейчас видеть твоё лицо. Ты не имеешь права лезть в мои дела. Тон Ань Цзиньвэя практически кричал "кто ты и какое право ты имеешь контролировать меня?". Нин Шу пожала плечами и повесила трубку. Кому, блять, надо тебя контролировать? Нин Шу открыла систему позиционирования и проследила, где сейчас находится Ань Цзиньвэй. Система показывала, что он был в гостинице. В гостинице? Нин Шу прищурилась. Места вроде гостиницы очень хорошо подходят для того, чтобы ловить изменщиков на месте преступления. Нин Шу отложила телефон в сторону, посмотрела на малышку в колыбели, а потом начала культивировать Непревзойдённые Боевые Искусства. Сила была очень важна. Если бы у неё не было даже такой малой силы, то семья Ань уже связала бы её, и она больше не увидела бы солнца. После драмы с прыжком с крыши, семья Ань временно не смела ничего делать с ней. Однако слухи всё равно расползались. Попытка самоубийства была большим происшествием. Её родители тоже услышали новости. Вскоре мать Чэнь Нин примчалась повидать Нин Шу. Первой её фразой было: - Зачем ты пытаешься развестись? Не надо разводиться. Со спокойным выражением лица Нин Шу ответила: - После такого происшествия, уж лучше развестись, чем жить вот так. - Если ты разведёшься и вернёшься домой, то где ты будешь жить? Твоей прежней комнаты больше нет. Твой брат и его жена сказали, что их комната слишком мала, поэтому мы объединили две ваши комнаты в одну, - сказала мать Чэнь Нин. Нин Шу: … Это было слишком нелепо. - Что такого произошло, что ты захотела развода? Неужели ты не можешь потерпеть? Отступи немного, и подожди, пока всё пройдёт, - сказала мать Чэнь Нин. – Когда двое живут вместе всегда возникают какие-нибудь споры, но, разве они не забываются после пары драк? Все так живут. Нин Шу растерялась, чувствуя, что даже начинает задыхаться. Только потому, что все так живут, не означает, что и она должна так жить. Только когда она сама пережила это, она поняла, насколько это болезненно. С самого начала этого задания, она едва сдерживала свой гнев. Ей только и говорили, что женщина должна терпеть, а потом продолжать терпеть до бесконечности. Она даже не знала, ради чего это? К чему стремиться? Ради какого будущего? Нин Шу небрежно сказала: - Я знаю. Я это прекрасно понимаю. - Вот и хорошо, что ты понимаешь. У тебя родился ребёнок. Теперь все твои мысли должны быть о ребёнке, - сказала мать Чэнь Нин. – Ань Цзиньвэй – хороший человек. У него стабильная работа, и у него нет недостатков. Но несмотря на это ты поднимаешь шумиху и заявляешь, что ты хочешь развестись. Ты же сама понимаешь, что создаёшь слишком много проблем, верно? Если ты не носишь туфли на своих ногах, ты лишь смотришь на них и говоришь, что эта обувь красивая, хорошая и качественная. Чем же ты недовольна? Подумай о ребёнке. Самое раздражающее – это заводить разговор о ребёнке. Когда ребёнку исполнится 18 лет, он сможет начать новую жизнь, но женщина должна терпеть всё это до самой смерти. Десятилетиями. Нин Шу была не особо знакома с матерью Чэнь Нин. Она предположила, что мать Чэнь Нин боится, что после развода, её дочь станет обузой для семьи. Куда бы она ни шла, ей нигде не рады. Так как она не имела никакой ценности, куда бы она ни пошла, её везде считают обузой. ---------- Все Так Живут Нин Шу ещё некоторое время разговаривала с матерью Чэнь Нин. Мать Чэнь Нин уговаривала её не устраивать истерики и не разводиться. Потому что развод будет словно землетрясение для обеих семей. Изначально дружелюбные отношения двух семей станут враждебными. Мать Чэнь Нин также смутно добавила, что те 100 000 юаней, которые были выкупом невесты со стороны семьи Ань, уже были потрачены на ремонт дома и прочие вещи. Смысл был в том, чтобы заставить Нин Шу терпеть из-за этих 100 000 юаней. Если семья Ань потребует обратно эти 100 000, то у семьи нет таких денег, чтобы их вернуть. Нин Шу: … - Чэнь Нин, ты с самого детства не давала своей семье поводов для беспокойства. Ты же разумная. Если ты чувствуешь себя обиженной, подумай о ребёнке. Ребёнок ведь ещё такой маленький, - мать Чэнь Нин погладила Нин Шу по голове. - Женщины просто так живут. Все так живут. Лицо Нин Шу одеревенело, и она кивнула: - Я знаю. Я понимаю. - Твой младший брат скоро женится, так что не создавай хлопот своему мужу. А то семья твоей невестки расстроится, - сказала мать Чэнь Нин. Нин Шу небрежно спросила: - А дата уже определена? - Мы ещё обсуждаем дату. Мы пригласим тебя и твоего мужа на церемонию. Так что веди себя хорошо и сообщи ему об этом, - сказала мать Чэнь Нин. Нин Шу согласно угукнула. Мать Чэнь Нин оставила ещё немного яиц, после чего сказала Нин Шу заботиться о своём теле. Нин Шу изогнула уголки рта и ответила: - Спасибо. Перед тем, как уйти, мать Чэнь Нин снова проинструктировала Нин Шу не ссориться со своим мужем. Нин Шу очень неискренне угукнула пару раз. Что касалось свадьбы брата изначального хоста, Нин Шу ещё не решила, идти ей или нет. Нин Шу не видела брата Чэнь Нин, но она чувствовала себя очень безразлично по отношению к нему. Сестра родила ребёнка, но он даже не пришёл её повидать. А ещё на деньги с выкупа сестры он решил сделать ремонт и жениться. Увы! Похоже, что женщины, по сути, так и живут сейчас. Нин Шу содрогнулась. Почувствовав усталость, она легла на постель, чтобы отдохнуть. Что касалось вопросов о семье хоста, то Нин Шу было всё равно. Она должна развестись. Неужели они действительно думают, что она хочет жить с Ань Цзиньвэем? Первый, кто показывает своего туза, обычно проигрывает. Потому что по закону, в течении первого года Ань Цзиньвэй не имеет права на развод. Даже если он обратится в суд с иском, его не примут. В данный момент у неё преимущество. Спящая Нин Шу проснулась от какого-то звука. Открыв глаза, она увидела, что Ань Цзиньвэй вытаскивает свою одежду из шкафа и складывает её в чемодан. Ань Цзиньвэй обвёл взглядом Нин Шу. Он выглядел крайне отстранённым и раздражённым. Он положил все свои галстуки. рубашки и пиджак в чемодан. Нин Шу спросила: - Куда это ты собираешься? - Я больше не хочу оставаться дома. Когда ты будешь готова дать согласие на развод, позвони и сообщи мне, - холодно сказал Ань Цзиньвэй. Нин Шу было всё равно. Кому какое дело до того, куда он пойдёт? Он опять использовал свой обычный подход: игнорировал людей в качестве пытки. Нин Шу не сказала ни слова, и лишь посмотрела на малышку в колыбели. Ань Цзиньвэй был разозлён холодным отношением Нин Шу. По мнению Ань Цзиньвэя, раз он сказал, что уходит из дома, она должна испугаться и почтительно умолять не уходить. Что хорошего в этой женщине? - Чэнь Нин, я тебе уже сказал, я обязательно с тобой разведусь, - сказал Ань Цзиньвэй. – Если мы расстанемся надолго, я тоже смогу подать в суд иск на развод. Наши прежние чувства завянут. ---------- Желаю Тебе Всего Наилучшего Наши прежние чувства завянут? Какие это тут чувства вообще есть, чтобы было чему вянуть? Нин Шу кивнула. - Тогда желаю тебе всего наилучшего. Будет даже лучше, если он съедет и будет жить один. Больше некому было подать ему чай и воду. Некому будет готовить и стирать. Посмотрим, насколько хватит его зарплаты. Ань Цзиньвэй глубоко вдохнул. - Не смей испытывать моё терпение. Рано или поздно, я выкину тебя из этого дома. Ань Цзиньвэй захлопнул крышку своего чемодана, а потом поднял его и вышел. Мать Ань Цзиньвэя повисла на нём, не давая ему уйти. Она умоляла Ань Цзиньвэя не съезжать. И в то же самое время ругала Нин Шу. Мать Ань Цзиньвэя была в слезах. Ань Цзиньвэй никогда раньше не покидал дом, поэтому она очень переживала за него. Ань Цзиньвэй был решительно настроен уйти. Он оторвал от себя руки матери, и ушёл вместе с чемоданом. Мать Ань Цзиньвэя примчалась в комнату Нин Шу. Она посмотрела на Нин Шу с ненавистью во взгляде. - Как ты посмела заставить Цзиньвэя уйти? Нин Шу взяла малышку на руки и закрыла ей уши, чтобы так не была напугана хриплым голосом матери Ань Цзиньвэя. - Если кто-то и должен уйти, то это должна быть такая женщина, как ты! Чэнь Нин, ты явно осмелела! Скорее догони и верни его, - зарычала мать Ань Цзиньвэя на Нин Шу. Выражение лица свекрови было полно отвращения. Нин Шу сказала: - Это его ноги. Я не могу помешать ему идти куда он захочет. Неужели я должна отрубить ему ноги? - Ты ещё смеешь огрызаться?! - закричала на Нин Шу мать Ань Цзиньвэя. – Иди и верни его. Даже если тебе придётся умолять, стоя на коленях, уговори его вернуться. Лицо Нин Шу было равнодушным. - Я ещё на первом месяце отдыха после родов. А вы хотите, чтобы я вышла на улицу и стала кого-то там искать? Во всём винили её. Но и умолять на коленях о возвращении тоже должна она. Невероятно. Нин Шу обняла малышку и проигнорировала мать Ань Цзиньвэя. Мать Ань Цзиньвэя продолжала ругать Нин Шу, обзывая её всякими неприятными словами. - Свекровь, вы меня так сильно ругаете, мне от этого так неуютно на душе. Нин Шу обнажила зубы и улыбнулась матери Ань Цзиньвэя, демонстрируя ей свою белоснежную улыбку. Нин Шу обняла малышку и встала с постели. Мать Ань Цзиньвэя побледнела от страха, развернулась и быстро вышла из комнаты. Нин Шу фыркнула, последовала за свекровью из комнаты и сказала ей: - Свекровь, почему вы убегаете? Я ещё не закончила с вами разговаривать. Я хочу сегодня редисного супа. А на ужин я хочу тушёной редиски и свиные котлеты, сделаете? - Иди и поешь дерьма. Разозлив Цзиньвэя, как ты смеешь просить еды? Размечталась, – мать Ань Цзиньвэя помчалась на кухню и схватила кухонный нож. – Не думай, что я тебя боюсь. Не думай, что ты можешь запугать меня тем, что сойдёшь с ума. Ты довела моего сына. Как ты вообще смеешь показывать мне своё лицо и требовать еды? Только потому, что у тебя какая-то там болезнь, ты хочешь, чтобы все остальные тебя терпели? Если ты хочешь умереть, то подходи и умрём вместе. Нин Шу наклонила голову и ничуть не обеспокоенно сказала: - Что такого постыдного в том, что я хочу есть? Ваш сын ушёл сам по себе. Это не имеет ко мне никакого отношения. Не думайте, что я боюсь вас только потому, что у вас в руке нож. Я всё равно не хочу жить, так что давайте умрём вместе. - Если бы ты не расстроила Цзиньвэя, если бы ты не заставила его выглядеть плохо перед всеми людьми, то с чего бы ему уходить? - глаза матери Ань Цзиньвэя покраснели. – Он никогда раньше не уходил из дома. Это всё из-за тебя. Нин Шу закатила глаза. - Уходил он раньше из дома или нет, это не имеет ко мне никакого отношения. - Ты безжалостная и бессердечная женщина, которой плевать на своего мужа и которую заботит только собственное счастье. Семья Ань, должно быть, накопила неудачу за восемь поколений, раз они приняли в семью такую женщину, как ты, - мать Ань Цзиньвэя подняла руку и хлопнула себя по колену. – Ты не имеешь права передавать наследие семьи. Ты всего лишь родила дочь, а ведёшь себя словно богиня. Выражение лица Нин Шу было равнодушным: - У вас у самой даже не фамилия Ань, однако вы постоянно упоминаете семью Ань, тц, тц… - Что опять за шум? Ни минуты покоя, - курящий на балконе отец Ань Цзиньвэя вошёл внутрь и увидел противостояние между свекровью и невесткой. – А ну быстро положи нож на место! ---------- Теперь Ты Довольна? Отец Ань Цзиньвэя увидел хаотичную атмосферу в семье и очень расстроился. Он был очень недоволен своей женой и Нин Шу. - Если вы хотите драться, уходите отсюда. - Чего это ты кричишь на меня? Мой сын ушёл, неужели я всё ещё не могу сказать несколько слов? Мать Ань Цзиньвэя со звоном бросила кухонный нож на пол. Она закрыла лицо руками и в слезах убежала в комнату. Лицо отца Ань Цзиньвэя помрачнело ещё больше. Глядя на Нин Шу, которая держала малышку, он сказал тихим голосом, полным негодования: - Теперь ты довольна? Тебе обязательно было создавать в этой семье такую удручающую обстановку, чтобы быть счастливой? - С какой стати я должна быть довольна? Я просто голодная и попросила покормить меня, пока я на послеродовом месяце, - беспечно ответила Нин Шу. – А свекровь взяла кухонный нож и сказала, что умрёт вместе со мной. Нин Шу покачала головой и изобразила беспомощность на лице. - Я просто пока не могу готовить сама. Почему она ведёт себя так, хотя я лишь попросила немного еды? Почему она не может немного потерпеть ради семьи? Зачем обязательно нужно поднимать такую шумиху? Нин Шу вернулась в свою комнату, даже не глядя на лицо свекра. Нин Шу вернулась в комнату и закрыла дверь. Она покормила малышку грудью и села на постель, чтобы культивировать. Теперь, когда её раны почти зажили, она использовала духовную энергию с культивации на то, чтобы усилить своё тело, или влить немного духовной энергии в малышку. Малышка ещё ни разу не заболела с момента, как их выписали из больницы, что избавило Нин Шу от немалого количества хлопот. Во время культивации Нин Шу смутно слышала звуки спора в противоположной комнате. По всей видимости, родители Ань Цзиньвэя ругались. Можно было даже немного расслышать пронзительный голос матери Ань Цзиньвэя. - Я работала словно корова и лошадь для этой семьи… - А теперь вынуждена заботиться о своей невестке… - Чёртов старик, как ты можешь так издеваться надо мной… Нин Шу скривила губы. Свекровь была служанкой для семьи Ань, и она думала, что теперь очередь Чэнь Нин всем прислуживать. Похоже, что в семье Ань всегда был такой образ мышления. Мать Ань Цзиньвэя которая прежде была угнетённой, теперь сама стала угнетателем. Нин Шу закрыла глаза и продолжила культивировать, отключившись от шума внешнего мира. Неизвестно, сколько она культивировала, но культивация Нин Шу была прервана звуком чего-то разбившегося. Этот звук также смешался со звуком ругани отца Ань Цзиньвэя. - Ты только посмотри на себя. - Почему я должна прислуживать ей, невестке? Недостаточно того, что я прислуживаю отцу и сыну? Теперь ещё и служить этой женщине? - завопила мать Ань Цзиньвэя. – У меня же первым ребёнком был Цзиньвэй. Я родила семье мальчика. Я никогда не вела себя так неразумно, но должна прислуживать ей? Я ведь свекровь. Понимаешь? Свекровь! Нин Шу открыла дверь и увидела, что отец Ань Цзиньвэя выходит из их комнаты. На его лице были отметины от царапин. Его явно поцарапала жена. Отец Ань Цзиньвэя глянул на Нин Шу, а потом направился прямо ко входной двери. Нин Шу заглянула в противоположную спальню и увидела мать Ань Цзиньвэя, сидящую на постели и плачущую. Нин Шу почувствовала, что это всё поистине бессмысленно. Была уже современная эпоха, но складывалось впечатление, что семья Ань всё ещё живёт в феодальные времена. Мать Ань Цзиньвэя страдала, когда она была молодой. А теперь, когда у неё появилась невестка, она решила, что теперь всю работу должна делать невестка и она должна заботиться о семье. А свекровь теперь могла почувствовать превосходство, используя свою невестку. Нин Шу закрыла дверь, а потом продолжила культивировать. Делайте, что хотите. Проблемы этой семьи её не заботили. Стабильность и мир зависят от жертв людей, это одно из невысказанных правил. Как только кто-то не желает поддерживать такие правила, всё уже не может оставаться таким спокойным и тихим, как прежде. Отец Ань Цзиньвэя ушёл из дома и не вернулся, когда на улице стало темно. Изначально мать Ань Цзиньвэя была довольно сердита, но, когда она не смогла никого дождаться, она начала паниковать и звонить всем знакомым в попытке найти его. ---------- Стокгольмский Синдром Мать Ань Цзиньвэя была так взволнована, что заливалась слезами. Она сидела в гостиной и плакала. Её сын и муж ушли. Что же ей делать? Мать Ань Цзиньвэя стала указывать на Нин Шу, проклинать её и рыдать. - Это ты, это всё ты. Ты - злобный дух, который породил зло. С того дня, как ты родила ребёнка, в семье Ань не было ни единого дня покоя. Ты - злобе бедствие! Выражение лица Нин Шу было равнодушным. Чего тут плакать-то? Неужели настолько взрослый мужчина может потеряться? У матери Ань Цзиньвэя вероятно, развился стокгольмский синдром. Отец Ань Цзиньвэя плохо с ней обращался, но она не могла уйти и зависела от него. Эта пара из отца и сына очень умело использовали холодное насилие. Вроде того, что происходило сейчас. Не сказав ни слова, они сбежали. На дворе уже темно, а они всё ещё не вернулись. Они специально заставляют её волноваться и мучить себя. Мать Ань Цзиньвэя теперь волновалась из-за того, что может случиться с её мужем. А ещё она волновалась о том, не залез ли он в постель какой-нибудь другой женщины. Она взволнованно металась кругами по гостиной. Нин Шу не имела желания спорить с матерью Ань Цзиньвэя. Она закрыла дверь, а потом включила систему позиционирования, чтобы проверить, где находился Ань Цзиньвэй. Когда у неё будет свободное время, надо будет проверить гостиницу. Наверняка что-нибудь случится. Мать Ань Цзиньвэя начала неистово стучать в дверь. - Чэнь Нин, открой дверь. Нин Шу открыла дверь и спросила: - Редисный суп со свиными котлетами уже готов? - Еда, еда, ты только и говоришь о еде, - мать Ань Цзиньвэя протянула руку и стала дёргать Нин Шу за руку, яростно крича: - Пойдём со мной, будем искать твоего свекра. Он же старый. На улице так поздно, вдруг он в опасности. Нин Шу выкрутилась из хватки матери Ань Цзиньвэя. - На улице ночью холодно. Я ещё на своём послеродовом месяце. - Неужели послеродовой месяц для тебя важнее, чем найти человека? Чэнь Нин, я никогда раньше не видела такого жестокого человека, как ты. Мать Ань Цзиньвэя с ненавистью посмотрела на Нин Шу. Нин Шу закатила глаза. - Он же не трёхлетний ребёнок. Как с ним может что-то случиться? - Я позвонила всем его друзьям по соседству, и они сказали, что он не приходил. - Но вы ему всё лицо исцарапали. Как он может пойти в гости к своим друзьям? Мужчины семьи Ань очень ценили свою репутацию. Они бы предпочли умереть, чем лишиться лица. - Скорее всего, он сейчас с вашим сыном. Когда Нин Шу проверяла систему позиционирования, она видела две красные точки, которые были рядом. Предположительно, это был Ань Цзиньвэй и его отец. Нин Шу было на это абсолютно наплевать. Эти люди не имели к ней никакого отношения. Даже если они умрут прямо перед ней, Нин Шу и глазом не моргнёт. Поскольку ей было всё равно, то она и не волновалась. Холодное насилие можно было применять только к тем людям, которым ты дорог. Мать Ань Цзиньвэя услышала слова Нин Шу и тут же позвонила Ань Цзиньвэю. Вероятно, узнав, где её муж, она протяжно выдохнула и села на диван. Нин Шу посмотрела на неё. До этого мать Ань Цзиньвэя выглядела так, словно небеса упали, а теперь была расслабленная, словно из неё всю душу выкачали. Однако, она была всего лишь очередным человеком, порабощённым семьёй Ань. Она желала лишь превосходства над своей невесткой. Нин Шу сама отправилась на кухню, чтобы найти себе какой-нибудь еды. Поев, она ушла в свою комнату и закрыла дверь, игнорируя драму. Нин Шу снова включила систему позиционирования. Она снова обнаружила, что две красные точки находятся вместе. Похоже, что отец и сын действительно были вместе. Следующие несколько дней они оба спали в гостинице. Муж не возвращался домой, и мать Ань Цзиньвэя выглядела раздражённой. Когда она звонила своему мужу, тот всё время бросал трубку. От этого глаза матери Ань Цзиньвэя становились красными. А Нин Шу было всё равно. Каждый день она хорошо ела, хорошо спала и культивировала. Теперь её тело стало сильнее. Обычно, в такой ситуации, первой сдаётся самая уязвимая сторона. В итоге, мать Ань Цзиньвэя сама прибежала в гостиницу, чтобы вернуть своего мужа. ---------- Иди и Верни Цзиньвэя Неизвестно как, но мать Ань Цзиньвэя убедила своего мужа вернуться обратно. Вероятно, она просто продемонстрировала свою слабость и задобрила его приятными словами. Как только мать Ань Цзиньвэя вернулась домой, она сказала Нин Шу: - Иди и верни Цзиньвэя. Ты хоть знаешь, как Дзиньвэю тяжело жить в гостинице? Там некому стирать его одежду. Он вынужден тратить много денег и даже не может нормально есть. Мать Ань Цзиньвэя практически уже кричала на Нин Шу. - Он же семейный человек, а всё равно вынужден жить в гостинице. Люди только и будут говорить, что ты, его жена, никуда не годная. Нин Шу глянула на отца Ань Цзиньвэя. - Если вы смогли вернуть обратно свекра, как же так вышло, что вы не вернули своего сына? Хотите подождать, пока я сама схожу и верну его? Хотите, чтобы я встала перед ним на колени и поклонялась ему, словно императору? - Тебе всё равно бесполезно ходить. Цзиньвэй сказал, что вернётся только когда ты согласишься развестись с ним, - холодно сказал отец Ань Цзиньвэя, после чего развернулся и направился к двери. - Куда ты снова уходишь? – поспешно спросила мать Ань Цзиньвэя. - Меня бесит оставаться дома. Я пойду играть в шахматы с друзьями. Отец Ань Цзиньвэя ушёл, сложив руки за спиной. - Возвращайся днём на обед. Мать Ань Цзиньвэя глянула на Нин Шу. Она не смела создавать проблем Нин Шу, вероятно опасаясь снова взбесить своего мужа. Вместо этого она просто пошла на кухню, чтобы приготовить обед. Нин Шу вернулась в комнату, включила систему позиционирования и обнаружила нечто интересное. Рядом с красной точкой Ань Цзиньвэя была ещё какая-то красная точка. Эта точка преследовала его, словно тень. Они ходили в ресторан и в кино. По сути, они делали всё то, что обычно делают влюблённые парочки. Нин Шу подвязала малышку себе на спину, готовясь пойти в гостиницу и посмотреть, что там делает Ань Цзиньвэй. - Куда это ты собралась? Мать Ань Цзиньвэя с опаской посмотрела на Нин Шу, опасаясь, что Нин Шу снова побежит на крышу, чтобы прыгать. Нин Шу ответила: - Разве вы не хотели, чтобы я пошла умолять Ань Цзиньвэя вернуться? Я пойду исполнять великую церемонию преклонения. Честное слово. Нин Шу ушла из дома с малышкой на спине. Нин Шу последовала инструкциям системы позиционирования и дошла до гостиницы. На улице ещё было светло, и Ань Цзиньвэй ещё не вернулся в гостиницу. Нин Шу пошла в магазин напротив гостиницы и купила себе чего-нибудь поесть. Нин Шу дождалась, когда на улице зажглись фонари. Благодаря системе позиционирования, Нин Шу узнала, что Ань Цзиньвэй возвращается в гостиницу. Нин Шу увидела, как Ань Цзиньвэй входит в гостиницу, а какая-то женщина держала его за руку. Нин Шу последовала за ними в гостиницу. Благодаря системе позиционирования, ей не нужно было спрашивать у регистратора, в какой комнате остановился Ань Цзиньвэй. Но Нин Шу встала у дверей гостиничного номера. У неё не было ключа, и она не могла войти. Она не знала, приступили ли эти двое к основному процессу. По идее, они должны принять душ и создать подходящую атмосферу. Как бы там ни было, ей нужно подождать, пока они переоденутся в пижамы. Нин Шу ждала у двери. Она ждала целых десять минут, после чего позвонила в дверной звонок со словами: - Дорогой гость, ваше вино доставлено. Два человека, находящихся в комнате, уже приняли ванну и были в халатах. Женщина чарующе лежала на постели и Ань Цзиньвэй уже собрался сделать кое-что, когда услышал, что обслуживание гостиницы прислало им вино. На его лице появилась озадаченное выражение. Он не заказывал вино. Ань Цзиньвэй открыл дверь и увидел Нин Шу, держащую телефон. Он тут же попытался закрыть дверь, но Нин Шу толкнула дверь ногой и вошла в номер. - Что ты тут делаешь? Убирайся! Ань Цзиньвэй попытался вытащить Нин Шу из номера. Нин Шу стряхнула руку Ань Цзиньвэя и навела телефон на женщину в постели, снимая видео. Женщина в постели тут же закуталась в халат, закрывая своё обнажённое тело, а потом выбежала из номера, опустив голову и закрывая лицо. Голос Нин Шу был шокированным и взволнованным: - Ань Цзиньвэй, ты заказал себе проститутку и не заплатил? ---------- Может, Он Вернётся Позже - Как ты смеешь снимать это на видео? Отдай мне телефон. Лицо Ань Цзиньвэя потемнело. Он потянулся, чтобы забрать телефон Нин Шу. Нин Шу убрала телефон в сумочку. Она не стала разговаривать с Ань Цзиньвэем и просто выбежала из номера. Ань Цзиньвэй хотел погнаться за Нин Шу, но на нём был только банный халат, а под ним – ничего. Ань Цзиньвэй стиснул зубы, оделся и беспорядочно запихнул свою одежду в чемодан, после чего выписался из гостиницы и помчался домой. Самое важное, что хотел сделать Ань Цзиньвэй – это не позволить тому видео распространиться. В глубине души Ань Цзиньвэй хотел убить эту безумную женщину. Как она посмела снимать его на видео? Нин Шу взяла свой телефон, сохранила видео на своей электронной почте и вернулась домой. Мать Ань Цзиньвэя увидела, что Нин Шу вернулась домой одна и презрительно сказала: - Я так и знала, что ты не сможешь вернуть Цзиньвэя домой. Нин Шу вяло улыбнулась. - Может, он вернётся позже. У неё на руках теперь было доказательство измены Ань Цзиньвэя. Будет странно, если Ань Цзиньвэй сможет спокойно сидеть на месте. В течении получаса Ань Цзиньвэй стремительно примчался домой. Как только он вошёл в квартиру, он поднял чемодан и швырнул его в сторону Нин Шу. Его лицо перекосилось от гнева и отвращения. Нин Шу не стала стоять на месте и позволять чемодану ударить её. Она мгновенно увернулась. Чемодан с грохотом ударился об пол, отчего у него отвалились колёсики. Такое внезапное поведение Ань Цзиньвэя заставило стариков семьи Ань переглянуться между собой. Мать Ань Цзиньвэя поспешно спросила: - Что с тобой случилось? - Лучше спроси у неё, что она сделала, - Ань Цзиньвэй посинел от гнева и указал пальцем на Нин Шу. – Только не думай, что можешь угрожать мне только потому, что у тебя есть такое видео. - Что такое? – спросил отец Ань Цзиньвэя, нахмурившись. Нин Шу достала свой телефон и включила им запись, которую она сделала. - О, он говорит об этом. Нин Шу жалобно добавила: - Мне стало так плохо, когда я застукала тебя с другой женщиной. Как ты мог так поступить со мной? - А почему я не могу найти себе другую женщину? Ты же беременная и сейчас на послеродовом месяце. Мне тоже нужно как-то отводить душу, - сказал Ань Цзиньвэй с холодным выражением на лице. Отец Ань Цзиньвэя спросил: - Кто эта женщина? - Мы просто познакомились в интернете. Решили разок провести вместе время без вреда для семьи, - тихо сказал Ань Цзиньвэй. – На следующий день все бы разошлись своей дорогой. Нин Шу поняла, что они договорились о свидании на одну ночь в интернете. Интересно, это был первый раз для Ань Цзиньвэя, или их было уже много? - Цзиньвэй, что это была за женщина? – вежливо спросила мать Ань Цзиньвэя. Ей хотелось узнать, подойдёт ли эта женщина на роль невестки. - Это не та женщина, которую я стал бы приводить домой, - сказал Ань Цзиньвэй. – С такой женщиной можно лишь развлечься, чтобы помочь друг другу пережить одиночество. Если бы я хотел найти женщину, я бы нашёл хорошую женщину. Нин Шу: … Вся беда в том, что мужчины любят развлекаться. Они хотят с жёнами и подружками других людей, но надеются, что их подружки и жёны будут девственницами. - Вот и правильно. Ты должен жениться на добродетельной женщине. Потому что такие женщины только создают хаос в доме, - кивая сказал отец Ань Цзиньвэя. Нин Шу: Ха-ха. Ха-ха. Ха. Ха. Ха… Разве сам Ань Цзиньвэй сделал что-то хорошее? Разве это не является изменой? Это же измена! Нин Шу кашлянула: - Ань Цзиньвэй, ты изменил своей супруге. - Да, я изменил. Можешь со мной развестись, - усмехнулся Ань Цзиньвэй в ответ на высказывание Нин Шу. – Чэнь Нин, а у тебя, оказывается, твёрдый характер. Если ты думаешь, что я тебя предал, разводись со мной. ---------- С Кем Это Ты Собираешься Развестись? - Если тебе кажется, что ты больше не сможешь терпеть и захочешь развестись, то я полностью с тобой согласен. Ань Цзиньвэй уставился на Нин Шу взглядом полным презрения. Очевидно, он считал, что у Нин Шу не хватит смелости развестись. Нин Шу: Охренеть, как же я зла! Она никогда не видела чтобы изменник вёл себя так праведно. Неужели он думал, что может использовать эту возможность, чтобы развестись? Нин Шу равнодушно подняла ногу и встала на диван. Она только что записала все его бесстыдные слова. Интересно, какие бы комментарии были, если бы она выложила это в интернет? - Что ты такое говоришь? Ты собираешься со мной развестись? – выражение лица Нин Шу было безразличным. – Повтори ещё раз. С кем это ты собираешься развестись? Нин Шу нагнулась и взяла яблоко. Она стала беззаботно подкидывать его в руке. Казалось, словно её рука в любой момент может дёрнуться и яблоко полетит в Ань Цзиньвэя. Взгляд Ань Цзиньвэя следил за траекторией яблока. Он невольно сдвинулся в сторону, готовясь к прыжку, после чего угрюмо закричал на Нин Шу: - Чэнь Нин, ты опять сходишь с ума? Положи его. - Мне очень грустно, что ты хочешь со мной развестись. Я этого не вынесу. Прошу, не разводись со мной, - взмолилась Нин Шу, но она выглядела мрачно, словно вот-вот бросится в драку. - Чэнь Нин, насколько же ты дрянная? Ты всё равно не хочешь со мной разводиться, даже несмотря на всё это? Я с тобой разведусь. Взгляд Ань Цзиньвэя был особенно презрительным. - Кого это ты назвал дрянной? Нин Шу посмотрела на Ань Цзиньвэя, наклонив голову. Яблоко резко врезалось в Ань Цзиньвэя. Ань Цзиньвэй был уже давно готов к броску Нин Шу, но, несмотря на его попытку увернуться, яблоко всё равно попало в него. Ань Цзиньвэй зашипел от боли, чувствуя себя так, словно в него кинули камнем. В месте попадания было горячо и его словно прижгло. Но он не успел выдохнуть с облегчением, потому что в него врезалось следующее яблоко. Ань Цзиньвэй тут же закричал от боли. Мать Ань Цзиньвэя, увидев, что её сына избивают подобным образом, внезапно покраснела от гнева. - Чэнь Нин, что ты творишь? Её сына, которого она даже пальцем не смела тронуть, снова и снова избивала эта безумная женщина. Мать Ань Цзиньвэя уже давно хотела разорвать на части эту женщину. Мать Ань Цзиньвэя вытянула руку, чтобы ударить Нин Шу, но та увернулась от этого удара. - Как ты смеешь уворачиваться?! Мать Ань Цзиньвэя широко распахнула глаза, которые налились кровью, и яростно посмотрела на Нин Шу. - Вы сами не можете попасть, но всё равно вините меня? Как вы можете быть такой неразумной? – ответила Нин Шу с безучастным выражением на лице. - Чэнь Нин, если ты хочешь что-то сказать, говори. Не надо прибегать к насилию, - сказал отец Ань Цзиньвэя с серьёзным видом. Нин Шу спокойно ответила: - Я и так уже достаточно вежлива тем, что не отрезала его самое драгоценное. Может, когда я сойду с ума, я действительно ему отрежу. Я слышала, что с психологическими заболеваниями убийство не считается преступлением. У меня серьёзная послеродовая депрессия. Я часто впадаю в транс. Даже шагая с крыши, я буду думать, что иду по ровной земле. Прошлый раз, когда я была в ванной, у меня возникло ощущение, что я заперта. Я не могла выбраться из ванной, не могла закричать. Я могла лишь отчаянно стучать по стене. Кажется, я уже сошла с ума. - Ты… Ань Цзиньвэй в ярости посмотрел на Нин Шу. Он невольно прикрыл руками свою промежность, потому как действительно опасался, что Нин Шу отрежет его самое драгоценное. Даже люди, которые не боятся смерти, боятся сумасшедших. Кто знает, что могут сделать эти сумасшедшие? Ань Цзиньвэй кашлянул. Он попытался смягчить свой голос, и сказал: - Чэнь Нин, мы можем поговорить нормально? Эта ссора не принесёт никакого результата. ---------- Пусть Мой Дорогой Муж Вымоет Яблоко - Тогда говори со мной нормально. А то я нихуя не слышу от тебя разумных слов. Разве измена – это оправданное поведение? Если я ещё раз это услышу, то ещё раз ударю тебя, - Нин Шу села на диван и указала на яблоко, лежащее на полу. – Вымой для меня яблоко, а то у меня в горле пересохло. Семья Ань замерла. Нин Шу снова указала на яблоко на полу. - Помой его. Чего это ты замер в оцепенении. Разве ты не говорил, что хочешь нормально поговорить? Я сейчас хочу съесть яблоко. Так что помой его для меня, - Нин Шу выпятила вперёд подбородок и посмотрела на Ань Цзиньвэя. – Давай, поспеши. - Помой ей яблоко, - отец Ань Цзиньвэй повернулся к своей жене и сказал ей. – Иди. Мать Ань Цзиньвэя поджала губы и наклонилась, чтобы подобрать яблоко. - Ты действительно возомнила себя императором. - Пусть мой дорогой муж вымоет яблоко, - Нин Шу указала на Ань Цзиньвэя. – Иди и помой его. Я всегда обслуживала тебя, так что сегодня твоя очередь обслуживать меня. Нин Шу переменилась в лице. - Что такое? Не будешь мыть? Ань Цзиньвэй глубоко вдохнул. Он взял яблоко из руки своей матери и отправился на кухню, чтобы вымыть яблоко. - Начисто отмой. Я не буду его есть, если оно не чистое. И мы не начнём говорить нормально, если я его не съем, - лениво сказала Нин Шу, подпирая подбородок. Ань Цзиньвэй вымыл яблоко и протянул его Нин Шу. Она взглянула на яблоко. - На нём вода. Ань Цзиньвэй взял бумажную салфетку и вытер воду с поверхности яблока, после чего протянул его Нин Шу. Нин Шу взяла яблоко пальцами и начала с шумом его грызть. - Теперь говори, - сказал Ань Цзиньвэй. – Прежде, чем мы всё обсудим, сперва отдай мне видео. - Я ем яблоко, - беззаботно ответила Нин Шу. Семья Ань пристально смотрела на то, как Нин Шу в гордом одиночестве грызёт яблоко. Мать Ань Цзиньвэя смотрела на неё так, словно хотела прожечь насквозь взглядом. Нин Шу протянула оставшийся огрызок яблока Ань Цзиньвэю. - Что ещё тебе надо? – с подозрением спросил Ань Цзиньвэй. - Ты же не думаешь, что я буду держать огрызок яблока, пока мы разговариваем, верно? – Нин Шу вытянула руку в сторону Ань Цзиньвэя. – Выбрось его за меня. Ань Цзиньвэй был так зол, что ему пришлось глубоко вдохнуть. Он взял огрызок яблока из руки Нин Шу и выбросил его в мусорную корзину. Он сел напротив Нин Шу, состроив недовольную гримасу. Те места на его теле, в которые попали яблоки, теперь стали красными, опухшими и горячими. - Ну, давай поговорим, - Ань Цзиньвэй посмотрел на Нин Шу и сказал. – Ты действительно хочешь вот так жить со мной? - А почему мы не можем так жить? Ты хочешь развестись со мной, потому что я больна? – Нин Шу подперла подбородок и сказала: - Ты просто хочешь избавиться от меня, чтобы избежать проблем. Но ты не можешь просто так бросить меня. - Тогда чего ты хочешь? Семья Ань не желает иметь такую недостойную невестку, как ты, - громко сказала мать Ань Цзиньвэя. – Как ты вообще смеешь всё ещё жить в этом доме? Нин Шу проигнорировала разглагольствования свекрови, обвела взглядом отца и сына семьи Ань, после чего с безразличным выражением лица сказала: - Можете тянуть всё так долго, как сможете. В любом случае, вы не сможете получить развод в течении года. Более того, с изменой вы будете виновной стороной при разводе. Как думаете, какой итог вас ждёт в суде? Нин Шу подняла свой телефон. - Если я покажу содержимое этого телефона судье и потребую развода из-за измены, интересно, как на тебя будут смотреть коллеги? - Ты мне угрожаешь? – сказал Ань Цзиньвэй с ледяным выражением на лице. Нин Шу кивнула. - Да, я тебе угрожаю. - Тогда наверняка есть что-то, чего ты хочешь потребовать. Так чего же ты хочешь? – Ань Цзиньвэй посмотрел на телефон в руке Нин Шу. – При определённых условиях, я смогу удовлетворить твою просьбу. - Ты хочешь со мной развестись, в этом нет ничего невозможного. Но вот если ты хочешь получить вещи с этого телефона, это будет зависеть от той цены, которую ты предложишь, и буду ли я удовлетворена этой ценой. Заметь, это ты покупаешь у меня, так что цену устанавливаю я, - беззаботно сказала Нин Шу. ---------- Сколько Ты Хочешь? Пока Нин Шу говорила, она ковыряла свои ногти. Покрутив своими руками, она разглядела их со всех сторон. Потом она щёлкнула языком и сказала: - Мы с тобой женаты меньше двух лет. Моё лицо пожелтело, а руки огрубели. Да и спина теперь болит. - Мне это не интересно. Чего именно ты хочешь? Сколько ты хочешь? - нетерпеливо сказал Ань Цзиньвэй. - Сначала посмотрим, какую цену дашь ты, - сказала Нин Шу. - Двадцать тысяч юаней, - Ань Цзиньвэй вытянул два пальца. Нин Шу: … - Ох… - Нин Шу щёлкнула пальцами. – Двести тысяч, малышка останется с вами. Или никакого развода. - Двести тысяч? Почему бы тебе сразу не отправиться на небеса? - мать Ань Цзиньвэя испуганно подскочила. – Это же целых двести тысяч, всего лишь за замужество и развод? Ты мошенница? Мать Ань Цзиньвэя указала на Нин Шу пальцем. - Хочешь сама уйти, а ребёнка оставить? Возьмёшь двести тысяч, чтобы жить счастливой жизнью? Размечталась. Думаешь, что ты вся такая Ян Гуйфэй*? Думаешь, ты столько стоишь? Нин Шу прочистила уши. - Сколько раз мне нужно вам это повторить? Это я тут продаю. Вы покупаете репутацию вашего сына. Разозлите меня, и завтра же это видео будет выложено в интернет и отправлено по электронной почте его коллегам. Кстати, после развода вам же ещё нужно будет снова жениться, верно? Новая жена должна хорошо обращаться с моей дочерью, а иначе я вернусь, и заставлю всех страдать, - с ухмылкой сказала Нин Шу. Ань Цзиньвэй был так зол на Нин Шу, что его грудь стремительно поднималась и опускалась. На его лице было строгое выражение. Он с отвращением сказал: - Ты действительно отвратительная женщина. Ты можешь даже бросить свою плоть и кровь. Двуличная и тщеславная. Почему я вообще женился на тебе? - Разве я не могу начать всё с начала? Я не хочу повторно выходить замуж и быть вынужденной заботиться о ребёнке от предыдущего брака. К тому же, в Наньнань течёт кровь вашей семьи, - небрежно сказала Нин Шу. В глубине души она была в шоке. Ань Цзиньвэй не мог даже выполнить обязанности отца. Но он всё равно требовал от женщины, чтобы она проявила свою материнскую любовь и заботу о ребёнке. Если ты не любишь ребёнка, то ты плохая женщина. Выбирая между домом и ребёнком, мужчина непременно выберет дом. Женщина может родить ещё ребёнка, а вот дом – вещь очень дорогая. Нин Шу стала играть со своим телефоном. - Если вы продолжите мешкать, то я опубликую видео. - Цзиньвэй, пойдём со мной, я хочу тебе кое-что сказать, - мать Ань Цзиньвэя потянула своего сына за одежду. Ань Цзиньвэй последовал за своей матерью на балкон. Мать Ань Цзиньвэя начала шептать: - Цзиньвэй, этот тупой ребёнок не может тут оставаться. Если ты действительно сможешь развестись с Чэнь Нин, то потом ты непременно снова женишься. А с ребёнком в доме, другие девушки не захотят прийти в твой дом, чтобы стать мачехой. Непременно отдай девочку Чэнь Нин. И ещё, двести тысяч – это слишком много. Она хочет двести тысяч? Мы не можем их ей дать. Мы ни в коем случае не должны столько отдавать. Когда мать Ань Цзиньвэя заговорила о деньгах, её лицо начало дрожать от душевной боли. - Я знаю. Ань Цзиньвэй кивнул. Он вошёл в гостиную, сел на диван и сказал Нин Шу: - Я дам тебе пятьдесят тысяч, и ребёнок остаётся с тобой. - Похоже, что больше не смысла продолжать эту дискуссию, - Нин Шу встала и лениво потянулась. – На самом деле, я не хочу развода. Что касается твоей измены, я смогу это стерпеть. Давай вместе растить Наньнань, чтобы у неё была счастливая семья, что думаешь? А насчёт видео, если ты всё ещё будешь с кем-то встречаться, то в следующий раз я выложу его на районном форуме, чтобы все указывали на тебя пальцем, как только ты выйдешь из квартиры. Нин Шу улыбнулась Ань Цзиньвэю тёплой улыбкой и повернулась, чтобы вернуться в свою комнату и отдохнуть. - Подожди минутку. Раз ты не удовлетворена, давай снова обговорим цену, - сказал Ань Цзиньвэй. ---------- В Этом Ребёнке Течёт Кровь Вашей Семьи Нин Шу нетерпеливо сказала: - Ты что, не понимаешь человеческого языка? Тут я продаю. Давая так мало денег, ты что, решил, что меня можно купить этой подачкой для бедняков? Ты предложил мне цену, я не продаю за неё. К тому же, в этом ребёнке течёт кровь вашей семьи, так почему вы настаиваете, что я должна её воспитывать? Нин Шу закатила глаза. - Не делай вид, что ты такой великий и всемогущий. Я же всё равно больна. Я буду полагаться на тебя до тех пор, пока могу. Нин Шу ухмыльнулась, и добавила: - Кстати говоря, с этих пор, я не буду делать никакой работы по дому. А то вдруг я сойду с ума и забрызгаю вам лица раскалённым маслом. Отец Ань Цзиньвэй уставился на Нин Шу и сказал: - Сядь, мы ещё не договорились. Раз ты не удовлетворена этой ценой, мы добавим ещё. Нин Шу наклонила голову и села обратно. - Я хочу двести тысяч и ни юанем меньше. И ребёнок остаётся вам. - Восемьдесят тысяч и ребёнок твой, - сказал Ань Цзиньвэй. – Мы не хотим этого ребёнка. Этот ребёнок повлияет на мой последующий брак. То, что семья Ань не хотела ребёнка ничуть не удивило Нин Шу. С самого рождения малышка была нежеланным ребёнком. Нин Шу, конечно же, придётся забрать эту малышку. Можно было легко догадаться, что будет с этой малышкой, если она останется. Каким будет к ней отношение в будущем. Нин Шу тут же покачала головой. - Нет, двести тысяч. И я не хочу ребёнка. Я хочу найти своё счастье. Ребёнок повлияет на мой последующий брак. Я не хочу, чтобы она помешала моему следующему браку. Разве я смогу выйти замуж за мужчину, который будет готов воспитывать чужого ребёнка? Так или иначе, это твой ребёнок. Если я буду одна и с ребёнком, то как мне потом жить? Нин Шу изобразила презрительное недовольство. - Я не хочу этого ребёнка. - Ты же её мать, почему ты не хочешь её? Мать Ань Цзиньвэя посмотрела на Нин Шу взглядом полным презрения. - Вы же её бабушка, дедушка и отец, почему бы вам не вырастить её? Нин Шу закатила глаза. - Сто тысяч. И ребёнок останется с тобой. А ещё ты отдашь мне видео, - сказал Ань Цзиньвэй. – Это моё последнее слово. Если ты не согласишься, тогда я буду ждать год, чтобы развестись с тобой. Тогда ты не получишь вообще ничего. Нин Шу безразлично пожала плечами. - У меня займёт всего полминуты, чтобы загрузить это видео на районный форум. Если я буду настаивать на том, что не хочу разводиться, что я готова терпеть твои ошибки и терпеть твою измену, тогда судья не даст нам развод. Ань Цзиньвэй глубоко вдохнул и выдохнул. Вероятно, он был до такой степени раздражён бессовестностью Нин Шу, что не мог говорить. - Чэнь Нин, не заходи слишком далеко, иначе мы потом будем не в хороших отношениях, - сказал отец Ань Цзиньвэя. Нин Шу была удивлена. - Как это мы потом можем быть в хороших отношениях? Мы уже враги, как мы можем остаться друзьями? Это ведь вполне нормально, что люди не общаются друг с другом до старости, верно? - Тогда чего ты хочешь? – Ань Цзиньвэй раздражённо ослабил свой галстук. – Двести тысяч – это невозможная сумма. Чэнь Нин, не дави на людей слишком сильно. Сто пятьдесят тысяч и ребёнок остаётся с тобой. Это моя последняя цена. Если ты не согласна, тогда забудь об этом. Я смогу придумать другие способы. И тогда я уже не могу гарантировать, что с тобой случится. Нин Шу обвела взглядом лица семьи Ань. Вероятно, это действительно был нижний предел для семьи Ань. Нин Шу надула губы. - Сто восемьдесят тысяч, и я не хочу ребёнка. - Сто пятьдесят тысяч, и ребёнок остаётся с тобой, - сказал Ань Цзиньвэй. Нин Шу изобразила на лице скуку. - Сто пятьдесят тысяч и я не хочу ребёнка. Раз ты не хочешь ребёнка, то решил просто спихнуть её на меня? ______________________________________________________________________ Примечание: * Ян Гуйфэй: Ян — китайский фамильный знак, буквально "тополь", гуйфэй — титул императорской жены 1-го ранга, буквально «драгоценная жена») — героиня поэмы великого китайского поэта Бо Цзюйи "Вечная печаль". Была известна как одна из четырёх красавиц древнего Китая. ---------- Сто Пятьдесят Тысяч Юаней В любом случае, они договорились на цену в сто пятьдесят тысяч юаней. Теперь осталась проблема с тем, кому останется ребёнок. Семья Ань не хотела ребёнка, а Нин Шу уже устала от детей. Теперь малышка была словно мяч, который кидали из стороны в сторону. Никто её не хотел. - Сто пятьдесят тысяч, и я отдаю тебе ребёнка. Завтра утром пойдём оформлять заявление на развод, - сказал Ань Цзиньвэй. - Не пойду. Ты хочешь заполучить сперва сертификат о разводе. А что, если ты не отдашь мне деньги? Ребёнок останется у меня, кому мне потом плакаться? Нин Шу закатила глаза. - У тебя всё ещё будет на руках видео меня, - сказал Ань Цзиньвэй, потирая лоб. Нин Шу покачала головой. - Иногда люди не боятся стать бесстыдными. Если ты сперва разведёшься, то тебе уже будет наплевать на видео. - А если я дам тебе деньги, то ты не станешь разводиться, - сказал Ань Цзиньвэй. - Как только ты дашь мне деньги, я непременно разведусь с тобой и тут же отдам тебе карточку памяти, - сказала Нин Шу. Ань Цзиньвэй снова потёр лоб. - Если ты меня обманешь, то я пойду в дом твоей матери и подниму там шумиху. Никому не будет спокойно. - Договорились. В любом случае, монах убежать может, а его храм – нет, - Нин Шу зевнула. – Тогда завтра пойдём в банк переводить деньги. Нин Шу стала уходить, но потом остановилась и повернула голову. - Я пойду спать. Кстати, даже не думай приходить ночью и пытаться украсть мой телефон. У меня нож под подушкой. Если я кого-нибудь пырну им, пока я в трансе, то никто не сможет гарантировать, что произойдёт. Доброй ночи и всем приятных снов. Последние слова Нин Шу сказала с кокетливой улыбкой. Нин Шу отнесла малышку обратно в спальню. Глядя на спящую малышку, она вздохнула. Малышка ещё совсем ничего не знала об этом мире. Нин Шу положила малышку в колыбель, а потом села на кровать и стала культивировать. Она отдыхала и культивировала до самого утра. Утром Нин Шу сменила малышке подгузник, накормила её молоком и вышла из спальни с ребёнком на спине. Несмотря на раннее утро, семья Ань сидела за обеденным столом. На столе были ютяо, соевое молоко и рисовая каша. Нин Шу села и стала завтракать. Лица семьи Ань выглядели не очень хорошо. По всей видимости, им не особо спалось этой ночью. Мать Ань Цзиньвэя смотрела на Нин Шу взглядом, острым как нож. Когда она услышала звук того, как Нин Шу ест кашу, она не удержалась и сказала: - Семья Ань, должно быть, собрала неудачу восьми поколений, раз мы встретили такую невестку, как ты. - Да, должно быть это потому, что в вашей прошлой жизни вы совершили много плохих деяний, - с улыбкой ответила Нин Шу. – Я всё ещё не хочу забирать ребёнка. Вы правда не хотите оставить ребёнка себе? В ней же течёт кровь семьи Ань. - Да кому нужен этот тупой ребёнок? С тех пор, как эта девочка родилась, в семье Ань никогда не было хорошей жизни, не было ни одного спокойного дня. Она – сплошное бедствие, нахлебница, - с отвращением сказала мать Ань Цзиньвэя. Нин Шу скривила губы. Хорошо, что сейчас малышка ничего не понимает. Если бы она могла запомнить и понять эти слова, что бы она почувствовала? В такую современную эпоху семья Ань всё ещё была такой патриархальной? В семье Ань невероятно душно. Не ощущается никакого семейного тепла. Лишь безразличие и крайне утилитарная иерархия. ---------- Если Ты Заплатишь, Я Отдам - Неужели вы настолько хотите впихнуть её мне? – Нин Шу была очень недовольна и снова сказала Ань Цзиньвэю: - Потом пойдём в банк переводить деньги. После завтрака семья вышла из дома. Когда они дошли до входа в банк, Ань Цзиньвэй сказал: - Если ты меня обманешь, то я тебя точно не пощажу. - Если ты заплатишь, я отдам, - безразлично сказала Нин Шу. – У меня нет работы, мне нужно кормить ребёнка. Мне очень нужны деньги. Зачем мне тебе лгать? Ань Цзиньвэй глубоко вдохнул, спросил у Нин Шу номер её банковского счёта и пошёл к стойке, чтобы перевести деньги. Нин Шу села на стул и стала ждать. Спустя несколько минут Нин Шу получила текстовое сообщение от банка, что на её карту поступили сто пятьдесят тысяч. - Отдавай видео. Ань Цзиньвэй протянул руку и Нин Шу отдала Ань Цзиньвэю телефонную карточку памяти. - Я не уверен, что у тебя нет запасной копии, - сказал Ань Цзиньвэй. - Можешь проверить телефон. Нин Шу отдала телефон Ань Цзиньвэю. Ань Цзиньвэй взял телефон и глянул на Нин Шу. Он порылся в телефоне и несколько раз всё перепроверил, прежде чем отдать телефон Нин Шу. - Идём в ЗАГС, - холодно сказал Ань Цзиньвэй. Нин Шу закатила глаза. Они вдвоём пришли в ЗАГС. Ань Цзиньвэй, похоже, боялся, что Нин Шу пожалеет и передумает, поэтому хотел как можно скорее получить сертификат о разводе. Нин Шу как можно скорее записала себя единственным опекуном Наньнань и подписала все документы. С этих пор Наньнань была её ребёнком, и она не имеет никакого отношения к семье Ань. Выйдя из ЗАГСа, Ань Цзиньвэй вздохнул с облегчением. Нин Шу тоже мысленно вздохнула с облегчением. Ей было нелегко добиться такого результата. - Теперь иди домой, собирай свои вещи и немедленно покинь мой дом. Ань Цзиньвэй тут же сел в машину и уехал, даже не глядя на Нин Шу. Нин Шу безразлично посмотрела ему вслед. Первым делом она нашла гостиницу, где можно остановиться. Сначала Нин Шу сняла номер, и только потом неспешно вернулась домой. Оказавшись дома, Нин Шу увидела свои одежды, лежащие в гостиной беспорядочной кучей. Чемодан был брошены на пол, а мать Ань Цзиньвэя сидела на диване с самодовольным видом. - Теперь, когда ты получила деньги, проваливай из моего дома. Нин Шу равнодушно сказала: - Тот, кто разбросал мою одежду очень меня расстроил. А когда я расстроена, я не знаю, что могу сделать. Когда я схожу с ума, я даже сама себя боюсь. Сложите мои вещи в чемодан, а иначе я сегодня же разобью всё, что можно разбить в этом доме. Нин Шу выглядела так, словно ей очень хочется это сделать. Лицо матери Ань Цзиньвэя потемнело. Она всё ещё хотела продемонстрировать своё превосходство. Вот только она не ожидала, что эта женщина, которая вот-вот провалит из их дома, будет всё ещё вести себя настолько высокомерно. - Собери для неё вещи, - сказал своей жене отец Ань Цзиньвэя с некоторым нетерпением в голосе. – Не создавай проблем. Мать Ань Цзиньвэя могла лишь начать складывать разбросанные одежды и укладывать их в чемодан. Она была очень недовольна. Её муж не позволил ей даже немного сохранить лицо перед посторонними. - После того, как заберёшь свои вещи, уходи скорее. Семья Ань не может позволить себе принимать такую важную тебя, - сказал отец Ань Цзиньвэя. - Вы не можете терпеть меня? Моё будущее обширно, словно звёздное небо. Я не предназначена для того, чтобы суетиться у плиты. Нин Шу села на диван, взяла яблоко, вытерла его об одежду и стала грызть. Отец Ань Цзиньвэя посмотрел на высокомерную Нин Шу. - Как человек, старше тебя по возрасту, советую тебе – измени свой характер. Не важно, в какой семье ты бы ни оказалась, ты не сможешь жить хорошей жизнью. Ты действительно думаешь, что сможешь хорошо жить после того, как покинешь семью Ань? - Да, я думаю, что у меня будет хорошая жизнь, после того, как я покину семью Ань, - Нин Шу кивнула. – Как минимум, мне не придётся обслуживать вашу семью, что уже можно считать хорошим результатом. И не надо говорить мне о том, что должна делать, как невестка. Я вам уже не невестка. Есть полно вещей, которые я могу делать, чтобы выжить в обществе. Почему я обязательно должна жить под вашим командованием, словно рабыня? Нин Шу бросила огрызок яблока в мусорку. Отец Ань Цзиньвэя состроил гримасу. - Я бы хотел посмотреть, какая семья сможет стерпеть твой сильный и непрощающий характер. ---------- Не Надо Принимать Женщин За Дур — Хе-хе, а мне бы хотелось посмотреть, какую невестку вы сможете себе снова найти. Которая не будет жаловаться, не будет сожалеть и будет только усердно работать — с улыбкой сказала Нин Шу. – Не надо принимать женщин за дур. — В любом случае, эта невестка будет не такой, как ты, — мать Ань Цзиньвэя захлопнула крышку чемодана и бросила его в сторону Нин Шу. – Забирай и проваливай. Нин Шу встала, взяла чемодан и пошла к выходу. Мать Ань Цзиньвэя последовала за Нин Шу, подождала, пока Нин Шу выйдет, чтобы сказать ей: — Катись к чёрту. После этого она с силой хлопнула дверью. Нин Шу едва заметно улыбнулась, опустила чемодан на пол, а потом начала колотить в дверь и выть: — Свекровь, не прогоняйте меня, умоляю! Я обязательно научусь контролировать свой характер и свою депрессию. Я обещаю, мне станет лучше! Свекровь, не прогоняйте нас, мать и дочь. Куда мы теперь пойдём? Нин Шу отчаянно колотила по двери, крича во всё горло. — Моя болезнь непременно пройдёт. Мне не нужно принимать лекарства от моей болезни. Это не будет стоить вам денег. Просто дайте мне немного времени приспособиться. Свекровь, муж, вы не можете просто так выгонять мать и ребёнка. Крики Нин Шу и её стук разбудили малышку у неё на спине, которая тоже стала реветь. Соседи напротив начали открывать двери и смотреть на Нин Шу, лежащую у двери в слезах и соплях на лице. Люди начали спрашивать её: — Невестка семьи Ань, что с тобой случилось? — Мой муж больше нас не хочет. Он заставил меня развестись с ним. И теперь я не знаю, куда мне идти с ребёнком, — Нин Шу постучала в дверь. – Матушка, прошу, впусти нас. Мать Ань Цзиньвэя открыла дверь, увидела, что весь коридор наполнен людьми, собравшимися наблюдать за представлением. — Чэнь Нин, тебе не стыдно? Ты уже развелась с Цзиньвэем. Что ты тут всё ещё делаешь? Ты же получила деньги, так что уходи отсюда. Неужели тебе недостаточно ста пятидесяти тысяч? Нин Шу заплакала и сказала: — Матушка, не прогоняйте нас. Я же больна, я не могу одна позаботиться о малышке. Умоляю. — Проваливай. Я никогда не видела такой бесстыдной женщины, как ты, — сердито сказала мать Ань Цзиньвэя. Она была так зла, что её всю трясло. Она с громким стуком захлопнула дверь. Нин Шу успокоила плачущую малышку, взяла чемодан и ушла, плача и вытирая слёзы. Выйдя из здания, Нин Ну поймала такси и уехала в гостиницу. Нин Шу положила малышку на постель, а сама первым делом приняла ванну. После этого она обняла малышку и уснула. Если она не будет спать, то долго не протянет. Хоть она и культивировала всё это время, но, всё же, человеческий разум не способен долго продержаться без сна. Биологические часы человека установлены на подъём на рассвете и отдых на закате. Наконец, она смогла как следует выспаться. Нин Шу и малышка проспали до следующего утра. После пробуждения Нин Шу проверила телефон и увидела множество пропущенных звонков. Все они были от матери Чэнь Нин, которая, по всей видимости, узнала о разводе. Нин Шу вышла с малышкой из гостиницы, позавтракала и купила несколько подарков в виде продуктов для поддержания здоровья, после чего вернулась в дом своей матери. Нин Шу позвонила в дверной звонок. Мать Чэнь Нин открыла дверь. Когда она увидела лицо Нин Шу, её лицо перекосилось и она тут же сердито затащила Нин Шу внутрь. — Что я тебе говорила? Почему ты не предупредила свою семью? Ты просто пошла и развелась, да ещё и оставила себе ребёнка? – яростно сказала мать Чэнь Нин. — Я же тебе говорила, что у семьи Ань Цзиньвэя очень хорошие условия. У него хорошая работа, множество субсидий. После всех вычетов, у него остаётся неплохая зарплата. Пенсию он тоже будет потом получать хорошую. К тому же, он – единственный ребёнок в семье. Так что, всё наследие семьи Ань останется не только ему, но и тебе, — мать Чэнь Нин была очень раздражена. – Как ты могла сделать такое, не обсудив со мной и своим отцом? Женщинам нельзя разводиться. Разведённые женщины никому не нужны. А у тебя, к тому же, ещё и ребёнок. Ты совсем тупая? Нин Шу спокойно выслушала причитания матери Чэнь Нин, и не издала ни звука. В любом случае, она лишь жаловалась на развод дочери. ---------- Я Слышал, Что Ты Развелась Младший брат Чэнь Нин вышел из комнаты в тапочках и со взъерошенными волосами. Похоже, что он ещё не проснулся. Когда он увидел Нин Шу, он поздоровался со своей старшей сестрой, а потом сел за стол, чтобы позавтракать. — Сестра, я слышал, что ты развелась и муж дал тебе сто пятьдесят тысяч юаней, — спросил у Нин Шу младший брат Чэнь Нин. Нин Шу безразлично ответила: — Ничего подобного. Это просто семья Ань пыжится, разыгрывая из себя богатых. — Сто пятьдесят тысяч? Правда сто пятьдесят тысяч? – спросила у Нин Шу мать Чэнь Нин, а потом добавила: — Где ты была прошлой ночью? Я тебе всю ночь звонила и очень переживала за тебя. — Я остановилась в гостинице. Я не вернулась домой, потому что для меня тут нет свободной комнаты, — сказала Нин Шу. Брат Чэнь Нин поскорее проглотил ютяо и спросил у Нин Шу: — Сестра, можешь одолжить мне несколько тысяч? После свадьбы мне пришлось устроиться на работу и ходить туда пешком. На машине мне будет гораздо удобнее. Нин Шу равнодушно посмотрела на него. — Как я тебе одолжу. У меня нет никаких денег. — Разве бывший муж не дал тебе сто пятьдесят тысяч? – брат Чэнь Нин нахмурился и сказал: — Не жмись, я обязательно их тебе верну. Нин Шу: Вернёшь? Ха-ха… Денег за выкуп невесты вам оказалось недостаточно? Теперь ты ещё хочешь купить машину. Это всё равно, что выжимать все соки из людей. — Чэнь Нин, если у тебя правда есть сто пятьдесят тысяч, одолжи их своему брату, — сказала мать Чэнь Нин. Нин Шу риторически спросила: — С какой стати я должна ему одалживать? Я же теперь разведённая женщина. Если я дам вам деньги, на что я буду жить? Мне ещё ребёнка воспитывать. Разве вы позволите мне жить у вас дома? — Вы же брат и сестра, вы должны заботиться друг о друге, — сказала мать Чэнь Нин. — С какой стати я должна давать ему деньги? Он же просто мой брат. Я ему не мать. Разве я обязана отдавать ему всё? – Нин Шу вложила в руки матери те продукты для поддержания здоровья. – Я купила это для тебя и для папы. Обязательно съешьте их. Нин Шу не собиралась жить в семье Чэнь. К тому же, для неё тут не было места. Она бы просто жила за их счёт, да ещё и с ребёнком. — Я пойду. Брат скоро женится и в этой семье будет невестка. Невестка и сестра, живущие под одной крышей. Наверняка сестру будут постоянно критиковать. Она только и будет поводом для слухов. — Я же просто хотел одолжить у тебя немного денег. Я бы тебе их обязательно вернул. Чего ты такая жадная? — недовольно сказал брат Чэнь Нин. — Да, я просто жадная. Даже если бы у меня были деньги, я бы тебе их не одолжила. В этом обществе чувства людей мало что стоили. Это был мир материалистов. Такие сантименты, как любовь и прочее не могли сравниться с деньгами. Нин Шу развернулась и ушла. Она уже мысленно составила план. Она хотела уехать из этого города, чтобы начать своё развитие где-то в другом месте. А иначе, эти ребята будут постоянно заглядываться на её деньги и находить различные способы, чтобы вытянуть у неё все сбережения. Хоть они и будут говорить, что всё вернут, но, в результате, ничего они не вернут. Они даже не задумывались о том, как ей выживать в качестве разведённой женщины с ребёнком. Если она вернётся в семью Чэнь у неё просто не будет никакого статуса. Что бы она ни делала, она бы навлекала на себя недовольство других людей и их презрительные взгляды. — Мам, я ухожу. Не забывайте есть эти продукты. Я кое-как наскребла на них деньги, чтобы почтить своих родителей. Нин Шу развернулась и ушла. ---------- Судьба — Это Замкнутый Круг Нин Шу положила купленные подарки на диван, развернулась и ушла. Она не хотела связываться с семьёй Чэнь Нин. Всего за одну ночь семья Чэнь узнала, что она развелась, и узнала, что у неё теперь есть сто пятьдесят тысяч. Нин Шу иногда думала, что судьба это замкнутый круг. Чэнь Нин родилась в такой семье, и магнитное поле судьбы привело её к таким людям, как семья Ань. Судьба это круг. Ты думаешь, что сворачиваешь за угол, но на самом деле, ты просто никак не можешь выпрыгнуть из этого замкнутого круга. Сколько бы ни было поворотов на жизненном пути, на самом деле, всё по-прежнему. Выбравшись из одной ямы, можно очень скоро провалиться с другую яму. Некоторые люди падают в такие ямы и перестают выползать. Они остаются в этой яме страданий. А кто-то падает и упорно начинает всё с начала. Но, всегда есть возможность, они упадут в очередную яму, набивая синяки. Сколько бы изначально ни было борьбы, люди, в конечном итоге, возвращаются в свою колею. При такой судьбе, всегда есть мощное влияние внешнего мира, но у них также есть и свои собственные причины. Из-за того, что они идут на всяческие компромиссы и испытывают беспомощность. Нин Шу вздохнула и вышла из квартиры с малышкой за спиной. — Чэнь Нин, почему ты уходишь? – мать Чэнь Нин попыталась остановить Нин Шу. – Ты уже завтракала? Твой отец вышел прогуляться. Он скоро придёт. Дождись его. Мать Чэнь Нин потянула Нин Шу за руку. — Если ты уйдёшь, то где ты будешь жить? Возвращайся жить дома. Нин Шу сказала: — Для меня тут всё равно нет комнаты. Вы ведь уже снесли стену? Я не буду ждать возвращения папы. Передавайте ему от меня привет. Нин Шу выкрутилась из рук матери Чэнь Нин. — Мам… — с некоторым нетерпением сказал брат Чэнь Нин. – Она не хочет жить дома, так зачем ты её удерживаешь? Она боится, что мы её ограбим и оставим без денег. Брат Чэнь закатил глаза и сказал: — Если она хочет идти, то отпусти её. Нин Шу равнодушно кивнула. — Я думаю, что мой брат прав, — Нин Шу фыркнула. – Вот честно, мне так сильно хочется его поколотить. Я просто боюсь, что этот вампир, высосет из меня все деньги. Ты — бесполезный неудачник, который всё ещё живёт с родителями. Ты просто бесполезная трата денег. Брат Чэнь Нин со стуком поставил тарелку на стол и холодно сказал: — Кого это ты называешь неудачником? Чего это ты такая самодовольная? Ты же просто брошенная женщина. Разведёнка. Мать Чэнь Нин тут же начала отчитывать своего сына. — Что ты такое говоришь? Твоя сестра только что развелась. Ты тычешь ей в больное место своими словами. Что ты за младший брат такой? Мать Чэнь Нин закончила преподавать урок своему сыну, а потом повернулась к Нин Шу и сказала: — Вы же брат и сестра, вы должны поддерживать друг друга в будущем. Даже если ты захочешь в будущем выйти замуж, тебе всё равно придётся полагаться на поддержку своей семьи. Когда Нин Шу услышала это, она чуть не сплюнула презрительно. Над ней издевались в семье Ань, но приходил ли к ней брат? Она не услышала ни слова заботы. Когда она чуть не спрыгнула, из её семьи пришла только мать Чэнь Нин, но она лишь попросила её не разводиться. И при этом они надеются, что она будет их поддерживать? В следующей жизни, в следующей жизни… Уж лучше полагаться только на себя, чем на кого-то другого. Нин Шу развернулась и ушла. Когда она спускалась по лестнице, она встретила на лестничном пролёте отца Чэнь Нин. Отец Чэнь Нин застыл на мгновение, когда он увидел Нин Шу, а потом спросил: — Куда ты идёшь? Возвращайся со мной. — Я схожу по делам. После этого Нин Шу подняла голову и ушла. ---------- Малышка, Мы Улетаем Когда она вернулась в гостиницу, Нин Шу достала свой чемодан, купила себе билет через интернет и приготовилась к отъезду. Нин Шу повернула голову к спящей у неё на спине малышке и сказала: — Малышка, мы улетаем. Нин Шу вышла с чемоданом, выписалась из номера, и покинула гостиницу. Она смотрела на подъезжающие и уезжающие автомобили. Она стояла одна и выглядела очень одинокой. Однако она была очень счастлива. Наконец-то ей не нужно общаться с этими людьми, жить с ними рядом и не чувствовать тепла. Уж лучше быть одной. Нин Шу взяла такси до аэропорта. Пока она ждала самолёта, Нин Шу выложила на районный форум свои записи. Хоть она и отдала видео Ань Цзиньвэю, у неё осталось аудиозапись того, как Ань Цзиньвэй заявлял ей о том, что он имел полное право на измену. Нин Шу с улыбкой выложила запись на форум, а потом её телефон зазвонил. Это была мать Чэнь Нин. Нин Шу взяла трубку. Из неё донёсся упрекающий голос матери Чэнь Нин: — Где ты? Скорее возвращайся. Нам есть что обсудить. Не бегай с ребёнком по городу. Возвращайся и сиди дома месяц. У тебя же ещё не закончился послеродовой месяц. Может твой брат и говорит о тебе плохо, но такой уж у него характер. В глубине души он всё равно считает тебя своей сестрой. Скорее возвращайся с ребёнком. Это же твой первый ребёнок. Ты хоть знаешь, как заботиться о ребёнке? — Мам, я какое-то время буду жить в загранице. Не волнуйся за меня, — безразлично сказала Нин Шу. Мать Чэнь Нин тут же недовольно сказала: — Да куда же ты пойдёшь? Ты же женщина с ребёнком. Не ходи никуда – это очень опасно. Не устраивай сцен и скорее возвращайся. Твой брат скоро женится. Разве ты не хочешь прийти к нему на свадьбу? — Ты же моя дочь. Неужели ты хочешь разрушить отношения с нами, поступая так? – сердито сказала мать Чэнь Нин. – Я же тебя вырастила, а ты развелась, не сказав об этом мне и своему отцу. Взяла и сама приняла решение. Ты ведь думаешь, что твои родители настолько мелочные, чтобы пересчитывать деньги в твоём кармане, верно? Конечно, Нин Шу ответила: — Я просто хочу сменить обстановку. Вы, ребята, не переживайте за меня. Я уже сажусь на самолёт, так что вешаю трубку. Нин Шу повесила трубку, а потом вытащила сим-картку и выбросила её в мусорку. Аэропорт объявил о начале посадки на самолёт. Нин Шу села в кресло с малышкой и выглянула в иллюминатор, на голубое небо и белые облака. Иногда родственники – это обуза. Все люди вынуждены жить ради других. Всего несколько лет. Дайте ей всего несколько лет на себя, чтобы делать то, что хочет она. Если она вернётся в дом родителей, то будет весь день делать то же самое, что делает невестка, но при этом вынуждена будете сталкиваться с бесконечными упрёками и нападками. Нин Шу посмотрела на белую и нежную малышку у неё на руках. Она уже сбилась со счёту, сколько раз она оказывалась няней для детей. Она и прежде воспитывала детей, но в этот раз она была настоящей матерью и ей приходилось кормить малышку грудью. Нин Шу смотрела на небо за иллюминатором и протяжно вздохнула, выдыхая всю депрессию и раздражение, накопившиеся на душе. Даже несмотря на то, что Нин Шу не считала Ань Цзиньвэя своим мужем, она всё равно рассердилась. Легко было представить, в каком отчаянии была Чэнь Нин, которая зависела от своего мужа и во всём полагалась на него. Нин Шу наконец-то освободилась от него. Люди создают семью потому что хотят тепла и поддержки друг для друга. С такой холодной комбинацией, как в семье Ань, люди будут чувствовать лишь боль и отчаяние. Нин Шу повидала много разных миров. Она считала, что нет ничего лучше, чем жить самостоятельно. Жить со своим собственным достоинством. Люди говорят, что иметь хороший брак — это лучше, чем иметь хорошую работу. Возникает вопрос: Что легче "хорошо выйти замуж", или "хорошо работать"? Женщинам всё равно нужно уделять внимание саморазвитию. А иначе, брак, от которого они так зависят, долго не протянет. ---------- Новая Жизнь Зависимые от брака долго не протягивают. И тут снова возникает вопрос… Зачем, блять, мне нужно выходить замуж, если у меня и так всё хорошо? Я сама могу прокормить себя. Зачем мне обязательно выходить замуж? После долгого перелёта, Нин Шу наконец-то прибыла в выбранный ей город. Экономика города процветала, тут было множество возможностей. Что ещё более важно, в городе было множество университетов. Нин Шу тщательно подсчитала как тратить имеющиеся у неё деньги. Этих денег ей хватит на несколько лет. За это время Нин Шу была намерена заняться самообучением и получить степень бакалавра. А потом она собиралась получить лицензию адвоката. После долгих размышлений, Нин Шу всё же, решила стать адвокатом. Если заниматься бизнесом, то у неё недостаточно денег, а ведь ещё нужно заботиться о малышке. Ей придётся сперва потратить сто тысяч, прежде чем она сможет начать работать. По общественным нормам, для всех видов профессий требуются документы об образовании. В отличии от древних времён, Нин Шу не могла открыть ларёк с предсказаниями или делать какие-нибудь традиционные китайские оздоровительные маски. В современные времена всё ограничено. Без документов об образовании ничего нельзя сделать. Нет документов – нарушаешь закон. Нин Шу не хотела быть арестованной и попасть за решётку. Первым делом Нин Шу всё равно была вынуждена снять комнату в небольшой гостинице. Она купила сим-карту и вставила её в телефон. Нин Шу взяла малышку с собой на поиски места дальнейшего проживания. Ей нужно было поселиться в каком-нибудь доме. Жильё в центре города было слишком дорогим, поэтому Нин Шу не планировала селиться в центре. Она сняла домик на окраине города. В нём была одна гостиная, одна спальня и ванная комната. Аренда была больше тысячи юаней в месяц. Нин Шу была очень довольна этим домом. Она вполне неплохо могла бы жить тут с малышкой. Подписав контракт с домовладельцем, Нин Шу вернулась в гостиницу и перенесла чемодан с вещами в арендованный дом. Когда домовладелец увидел, что Нин Шу была всего лишь женщиной с ребёнком, он не удержался и спросил: — Вы будете жить одна? А где ваш муж? — Я разведена, — сказала Нин Шу. Домовладелец посмотрел на Нин Шу с некоторой жалостью, но, конечно, в его взгляде было и немного презрения. Такое уж это общество. Если ты разведена, то все думают, что это настолько нежеланная женщина, что её не захотели принять даже родители мужа. Нин Шу спокойно проигнорировала взгляд домовладельца. Уж лучше встречать такие взгляды, чем умирать от мучений в семье Ань. Никто не идеален в этом мире. Нин Шу отправилась в супермаркет, чтобы купить различные вещи для дома. Она много чего накупила. После этого она отмыла каждый уголок квартиры и в комнате тут же стало свежо и чисто. У Нин Шу началась новая жизнь. Ей было трудно скрывать радостное возбуждение. Ведь ей теперь не нужно было каждое утро открывать глаза, чтобы увидеть ту приводящую в ярость семью. Там её присутствие просто игнорировалось. Поселившись, Нин Шу начала выбирать юридический колледж. У Чэнь Нин был только аттестат о среднем образовании. Обычно девушка, окончившая школу, могла лишь пойти работать, чтобы заработать хоть какие-то деньги, а потом выйти замуж и завести детей. Многие женщины не сомневаются в том, что делать в жизни, потому что все так живут. Как только они достигают определённого возраста, их родители стараются поскорее выдать дочь замуж. Если ты не живёшь так, как все, то тебя будут презирать и распускать о тебе слухи. Нин Шу выбрала колледж самообразования в котором занятия проводились по вечерам. Днём Нин Шу изучала учебники по юриспруденции, которые купила заранее. ---------- Это Всё Было Лишь Временно У Нин Шу уже были навыки работы адвокатом. Она ходила на эти занятия лишь для того, чтобы получить документы. Чтобы работать адвокатом, нужно сдать экзамен. Но Нин Шу теперь была в довольно неловкой ситуации. Когда она ходила на занятия, она была вынуждена брать малышку с собой. Ей приходилось сталкиваться со странными взглядами людей. А иногда малышка плакала. В таких случаях Нин Шу могла лишь извиняться перед учителем. Но было и ещё нечто более неловкое. Однажды у Нин Шу промокла одежда на груди из-за лактации и набухшей груди. Когда занятия заканчивались, Нин Шу уходила в туалет, чтобы накормить малышку. Нин Шу сидела только на последних партах в классе. По крайней мере, это всё было лишь временно. Дальше всё будет лучше. Немного страданий сейчас – ради лучшего будущего. Днём она заучивала законы, сидя дома, а вечером ходила на занятия. Когда был экзамен, то Нин Шу относила малышку в детскую комнату на несколько часов. После экзамена Нин Шу забирала малышку обратно. Когда Наньнань впервые оказалась в детской комнате, она много плакала, потому что Нин Шу никогда раньше её не оставляла одну. Наньнань теперь спала меньше. Большую часть времени она смотрела по сторонам и размахивала руками. Она лопотала на своём детском языке, пока Нин Шу читала учебники. Иногда Нин Шу трогала маленькие ручки и ножки малышки. Наньнань была очень здоровой девочкой. Ей было чуть больше двух месяцев, и она уже могла приподнимать голову и осматриваться по сторонам. У Нин Шу было лишь одно ощущение: "твою мать, как же тяжело быть няней". Так как у Нин Шу были навыки адвоката, и она раньше работала адвокатом, судебные заседания были для неё очень лёгкими. Что касалось бомбы, которую Нин Шу бросила перед отлётом, то жизнь Ань Цзиньвэя стала жалкой. Нин Шу выложила запись на форум. Это был районный форум для собственников жилья. Там обычно выкладывались различные жалобы, слухи и прочие развлечения. То, что выложила Нин Шу, вызвало оживлённую дискуссию, и множество людей в комментариях говорили о том, что Ань Цзиньвэй – подонок и шовинист. Он был неблагодарным человеком, который заставил больную жену развестись, да ещё и бросил ребёнка. До этого семья Ань чуть не довела свою невестку до прыжка с крыши, а теперь Ань Цзиньвэй ещё и изменил ей. Однако он вёл себя так бесстыдно, когда его раскрыли. Каждый раз, когда Ань Цзиньвэй выходил из дома, он чувствовал, что соседи как-то косо на него смотрят. Некоторые из них перешёптывались между собой, но при этом указывали пальцем на него. В компании тоже были люди, которые тоже косо на него посматривали. И так продолжалось до тех пор, пока отец Ань Цзиньвэя не пошёл играть со знакомым стариком-соседом, который поднял эту тему. Этот старик стал расспрашивать отца Ань Цзиньвэя о том, как они заставили свою невестку развестись, но при этом отказались от ребёнка и всякое такое. По сути, он сказал, что его сын изменник и теперь все об этом знают. Отец Ань Цзиньвэя был человеком, который очень ценит репутацию. Услышав эти слова, он так разозлился, что сразу вернулся домой и всё рассказал Ань Цзиньвэю. Ань Цзиньвэй открыл районный форум и увидел пост Нин Шу. Это был очень популярный пост и в нём было очень много обсуждений. Многие женщины говорили, что Нин Шу правильно сделала, что развелась. Уж лучше умереть, чем быть замужем за таким подонком. Мало того, что изменяет, так ещё и такой высокомерный. Ань Циньвэй смотрел на пост. Чем больше он читал, чем более уродливым становилось его лицо. Большинство комментариев под постом осуждали его. Ань Цзиньвэй был так зол, что его всего трясло. Он взял телефон и позвонил Нин Шу. Вот ведь сука, он явно заплатил ей, но она не сдержала своего слова. Она даже выложила такое в интернет. Мало того, что она снимала его, но ещё и записывала их разговор. Она словно вылила ему на голову ведро дерьма. Оказалось, что номер телефона недоступен и Ань Цзиньвэй не смог дозвониться. Он так разозлился, что разбил свой телефон. Отец Ань Цзиньвэя теперь был крайне удручён. Он стал очень редко выходить играть в шахматы. Ань Цзиньвэй был в ярости. Он побежал к семье Чэнь, чтобы найти Нин Шу. Он хотел, чтобы Нин Шу объяснилась перед ним. Она взяла его деньги, но нарушила обещание и раскрыла скандал. Когда Ань Цзиньвэй пришёл к дому Чэнь, ему сказали, что Нин Шу тут нет. Ань Цзиньвэй не поверил им. Он просто вломился в дом, чтобы обыскать его. Но он так и не смог найти Нин Шу. ---------- Должно Быть, Взяла Его Деньги и Сбежала Ань Цзиньвэй не поверил, что Нин Шу нет дома. Хоть ему и не нравилась Чэнь Нин, но он всё равно немного понимал её. Она из тех людей, что если разведутся, то кроме как возвращения в родной дом им больше некуда пойти. И помимо родного дома, Ань Цзиньвэй тоже не мог придумать, куда бы могла пойти Чэнь Нин. Ань Цзиньвэй думал, что Чэнь Нин просто где-то спряталась от него. Поэтому он тайком караулил возле дома семьи Чэнь, ожидая возвращения Чэнь Нин. Но, прождав несколько дней подряд, он так и не увидел её. А потом Ань Цзиньвэй услышал, что даже семья Чэнь не знает, куда пропала Чэнь Нин. Ань Цзиньвэй решил, что эта сумасшедшая женщина, должно быть, взяла его деньги и сбежала с другим мужчиной. Выражение лица Ань Цзиньвэя было холодным. Ему сейчас хотелось кого-нибудь убить. Из-за того, что он не был владельцем того поста, он никак не мог его удалить. Поэтому он попросил администратора форума удалить тот пост. Но потом он обнаружил, что этот пост есть не только на этом форуме. Некоторые люди скопировали этот пост в другие места, поэтому оказанное этим постом влияние становилось всё больше и больше. Ань Цзиньвэй ненавидел Нин Шу до мозга костей. Если бы она сейчас оказалась перед ним, он мог бы даже убить и съесть её. Мать Ань Цзиньвэя была ещё более раздражена. Обычно она играла с соседками по дому в маджонг. Эти тётушки обещали, что познакомят её с новой невесткой, чтобы потом назначить встречу для двоих молодых. Но теперь люди просто отказали ей, говоря, что нашли для девушки другого жениха. Для Ань Цзиньвэя это был второй брак. На самом деле, второй брак – это не такая уж и проблема. Хоть у него и есть ребёнок, но этот ребёнок остался у бывшей жены. У Ань Цзиньвэя была стабильная работа, и его можно было считать хорошим кандидатом. Но Нин Шу раскрыла его сущность. Ань Цзиньвэй вынуждал жену спрыгнуть, а потом изменил ей и вёл себя так, словно имеет на это полное право. Он бросил свою больную жену, все теперь считали, что такому мужчине доверять свою жизнь не стоит. Кто мог гарантировать, что их жизнь будет без болезней и катастроф? Ань Цзиньвэй был из тех, кто бросит свою жену, как только такое случится. Он был крайне холодным и безжалостным. До этого мать Ань Цзиньвэя выбирала жену для своего сына, словно наложницу для императора. Она проводила тщательный отбор, потому что она не могла женить своего сына на очередной женщине вроде Чэнь Нин. Зачем ей такая бунтарская и раздражительная невестка, которая будет бить людей. Мать Ань Цзиньвэя даже тайком вынашивала идею, что нужно сперва позволить её сыну сперва завести ребёнка с другой девушкой. Если родится мальчик, тогда можно будет оформить брак. А заодно проверить, нет ли у девушки послеродовой депрессии. Но теперь мать Ань Цзиньвэя была удручённой и встревоженной. Прошлая невестка избила её, и ещё они потеряли сто пятьдесят тысяч. Плюс предыдущие сто тысяч на выкуп невесты. Женитьба на этой женщине стала потерей двухсот пятидесяти тысяч. Мать Ань Циньвэя только и думала о деньгах, и поэтому не могла спать по ночам. Но теперь её никто не знакомил с молодыми девушками. Её знакомили только с разведёнными женщинами, да ещё и с детьми от прежних браков. Мать Ань Цзиньвэя была так зла, что едва сдерживалась, чтобы не перевернуть стол. С какой стати семья Ань должна воспитывать чужих детей? Её сын слишком хорошо, чтобы жениться на разведённой женщине. Мать Ань Цзиньвэя почувствовала себя оскорблённой. И все эти женщины приходили, чтобы говорить плохие вещи о её сыне. Поэтому, как только мать Ань Цзиньвэя слышала, как обсуждают её сына, она взрывалась и осыпала людей проклятиями, словно из пушки. Другие люди говорили, что мать Ань Цзиньвэя – злая свекровь, которая заставила своего сына развестись с невесткой. От этого её репутация становилась всё хуже и хуже. ---------- Это Всё Твоя Вина Мать Ань Цзиньвэя была очень зла. Это же явно их невестка расхаживала по дому и ничего не делала целыми днями. Как же так вышло, что она стала злой свекровью? Из-за всех этих слухов мать Ань Цзиньвэя уже не очень хотела выходить из дома. Пара стариков теперь целыми днями сидела дома и смотрела друг на друга. Мать Ань Цзиньвэя изначально думала, что без Чэнь Нин жизнь в семье Ань станет лучше. Но атмосфера всё равно осталась такой же неприятной, как и прежде. Отец Ань Цзиньвэя всегда очень дорожил репутацией. Он мог голодать и замерзать, но не мог потерять лицо. Он не ожидал, что после целой жизни чести и уважения, на старости лет он будет страдать от таких вещей. Отец Ань Цзиньвэя чувствовал себя неуютно, поэтому злился на свою жену. - Это всё твоя вина. Не смогла даже позаботиться о невестке в послеродовой месяц. До этого с ней всё было в порядке, а потом она заболела. - И это я должна заботиться о болтушке, которая родила дочь? Ты не говорил мне заботиться о ней. Она тебя самого бесила же, - агрессивно возразила мать Ань Цзиньвэя. - Я тебе сказал всего пару слов, а ты уже огрызаешься в ответ. Если бы ты была добрее к ней, она бы себя так не вела,- сказал отец Ань Цзиньвэя, сердито глядя на неё. – Она и сама была нехорошей. Сделала с нами такое. У неё просто злобное сердце. - Вот именно. Она просто бессердечная. Мать Ань Цзиньвэя начала причитать о том, что натворила Нин Шу, постоянно проклиная её. И хотя их репутация теперь была не очень хорошей, но Ань Цзиньвэй ни капли не снизил свои стандарты к выбору супруги. Это должна быть хорошая женщина с нежным характером, которая будет вдумчиво относиться к нему и будет хорошей женой. Она не должна быть такой сукой, как Чэнь Нин. Ань Цзиньвэй не спешил снова жениться. У него не было недостатка в женщинах, с которыми он знакомился через интернет. Он всегда мог найти женщину, с которой можно развлечься. Нин Шу не знала ничего о происходящем в семье Ань. Она сдала юридический экзамен. Теперь ей нужно было найти юридическую фирму, чтобы пройти стажировку, а потом получить лицензию адвоката. Если она станет стажёром, то малышка станет проблемой, потому что её придётся брать с собой на работу. Стоит только женщине выйти замуж и завести детей, как ей приходится пожертвовать множеством вещей. Всё это ради семьи и ради детей. Малышка была ещё маленькой и её нельзя было оставлять просто так. Но, если Нин Шу не будет работать в юридической фирме стажёром, то как ей потом получить лицензию адвоката? Нин Шу начала просматривать в интернете юридические фирмы. Но кто вообще захочет взять себе на работу человека с ребёнком? Нин Шу вздохнула. Однако Нин Шу увидела фирму, чьей владелицей была женщина. Нин Шу решила, что она может попытаться. Всё же, если это женщина, то она может посочувствовать ей больше, чем мужчина. Нин Шу могла согласиться на более низкую зарплату. Ей лишь нужна была стажировка, чтобы она могла получить лицензию адвоката. Нин Шу приготовилась записаться в эту юридическую фирму. С опытом у неё проблем не было, проблема была только с ребёнком. Нин Шу пришла записываться в качестве юриста-стажёра, но, когда люди услышали, что она будет приводить ребёнка на работу, они даже не хотели думать об этом и сразу же отказались. Это не детский сад, тут работают профессиональные элитные адвокаты. Такая женщина с ребёнком превратит хорошую юридическую фирму в овощной рынок. Но Нин Шу ещё не сдалась. Не в каждом месте могут принять на работу женщину с ребёнком, потому что ей нужно заботиться о ребёнке, откуда у неё время на работу. Нин Шу стала ждать у входа в юридическую фирму. Она хотела дождаться начальницы этой юридической фирмы, чтобы поговорить непосредственно с ней. Начальница фирмы приехала на красной спортивной машине. Она была одета в красивые одежды, а её волосы были вьющимися и красиво уложенными. На ней были солнцезащитные очки-авиаторы. Это была яркая и красивая женщина. Она была словно пылающий шар огня. Начальница вышла из спортивной машины и Нин Шу поспешно подбежала к ней и протянула свою визитку. Хоть она ещё и не считалась адвокатом, Нин Шу всё равно притворилась, что уже адвокат, и распечатала несколько визиток. Начальница поправила очки на носу, взглянула на визитку в руке Нин Шу и ясным голосом прочитала: - Юрист-стажёр, Чэнь Нин? ---------- Не Каждая Женщина Живёт Той Жизнью, Которую Заслуживает Начальница глянула на визитку, обвела взглядом Нин Шу, на мгновение остановившись на малышке за спиной у Нин Шу. - Я тебя не знаю. Если ты что-то ищешь, позволь сказать тебе, что мне жаль. Мне ещё нужно заниматься разбирательством в суде, так что я пойду. Начальница взяла свою сумочку и ушла. Её фигура была стройной и очень красивой. Но красота – это было не самое главное. В этой женщине чувствовалась несравненная уверенность. Красота её уверенности превосходила красоту её лица. Начальница сказала, что собирается в суд. Нин Шу решила сходить в зал суда, чтобы понаблюдать за ней. В зале суда начальница уже была переодевшаяся из своего огненного платья в деловой костюм. Её волосы были аккуратно уложены. Она говорила красноречиво. Её слова резали, словно нож. Нин Шу была крайне очарована ею. Если бы Нин Шу была мужчиной, то она бы отчаянно гонялась за такой женщиной. Не каждая женщина может жить той жизнью, которую заслуживает. Глядя на заседание суда, Нин Шу ёрзала от волнения. Она уже давно не была в суде. Вербальная битва, которая тут происходила, была просто слишком крутой. Две стороны противостояли друг с другу. Они не ругались, а полагались на профессиональные навыки, чтобы найти недостатки друг друга и тем самым превзойти противника. Начальница спокойно вела это дело. Было видно, что этот процесс был довольно лёгким для неё. Заседание продлилось более двух часов, и, наконец, противоположная сторона попросила о том, чтобы всё было улажено в частном порядке. Если они не смогут договориться, тогда подадут на аппеляцию. Когда начальница вышла из суда, Нин Шу подхватила малышку и помчалась вслед за ней. - Я хочу пить. Тебе купить кофе? - сказала начальница, глядя на Нин Шу. Нин Шу кивнула. - Да. Начальница отвела Нин Шу в кафе и спросила её: - Что ты хочешь пить? - Латте, пожалуйста, - сказала Нин Шу. Начальница посмотрела на Нин Шу. - Так обыденно. Ты уверена? - Вообще-то, я не пью кофе, - сказала Нин Шу. – Мне же ещё малышку молоком кормить. - Официант, принесите мне латте и стакан сока. Сделав заказ, начальница спросила у Нин Шу: - Говори, чего ты от меня хочешь? Нин Шу ответила: - Я хочу устроиться в качестве юриста-стажёра в юридическую фирму, и я хочу приносить свою малышку на работу. Когда принесли кофе, начальница стала помешивать его. Она сделала глоток, прежде чем сказать: - Зачем мне тебя нанимать? У тебя на руках ребёнок. Разве не будет лучше тебе подождать, пока ребёнок подрастёт? - Я разведена. Считайте, что я разыгрываю карточку жалости. Малышку оставили мне. Мой родной дом в другом городе. В этом городе я сама по себе, - с улыбкой сказала Нин Шу. - И какую ценность ты для меня имеешь, если я приму тебя с ребёнком на работу? – безразлично сказала начальница, помешивая кофе. Нин Шу ответила: - Как только я смогу пройти стажировку в вашей юридической фирме и получить лицензию адвоката, я смогу сразу же отправиться в суд и сражаться там. - Так уверена в себе. – начальница подняла брови. – А что если ты не сможешь? - Вы ничего не теряете, если попробуете. Если я не получу лицензию, вы можете просто уволить меня, - прямо сказала Нин Шу. - Тогда я проверю тебя немного на предмет знания законов и дел. Расскажешь мне, как бы ты разбиралась с исками. Начальница стала задавать Нин Шу вопросы. Нин Шу внимательно слушала и выдавала ответы и конкретные решения. Нин Шу провела с начальницей в кафе пол дня. Начальница показала Нин Шу все дела на своём ноутбуке. Там были коммерческие и криминальные дела, дела о разводах и споры о наследствах. У неё были всевозможные дела. Начальница выбирала наугад и спрашивала у Нин Шу, какой бы она разработала план. Нин Шу могла объяснить каждое решение согласно положениям закона. Начальница и Нин Шу были словно противники, проводящие заседание в суде. Так они просидели в кафе полдня. ---------- Обеспечила Себе Стажировку Нин Шу очень восхищалась этой начальницей. Многие женщины позавидовали бы такой жизни. Они обе говорили так много, что из снова начала мучить жажда. В итоге, выпив два стакана воды, начальница сказала Нин Шу: - Завтра уже можешь выходить на работу в моей юридической фирме. С таким уровнем ты уже можешь идти в суд. Скорее получай свою лицензию после того, как закончится период стажировки. - Спасибо, начальница, - с благодарностью сказала Нин Шу. - Меня зовут Цю Ли. Все зовут меня сестра Ли, так что ты тоже можешь так меня звать, - сказала сестра Ли. Нин Шу с удивлением сказала: - Сестра Ли, возможно, я буду даже старше тебя. Мне уже почти тридцать. - А мне – тридцать два, - сказала сестра Ли. Нин Шу улыбнулась и прокричала: - Сестра Ли. Мысленно Нин Шу вздохнула с облегчением. Наконец-то она могла начать работать. Ей даже разрешили брать малышку на работу. Нин Шу порадовалась, что она - умелый адвокат. Если бы она не смогла сегодня пройти проверку сестры Ли, то где ещё бы ей позволили работать? Сестра Ли сказала Нин Шу, что она может идти, и что завтра она должна прийти в юридическую фирму без опозданий. После этого она ушла. Нин Шу вышла из кафе и пошла в торговый центр, чтобы купить подобающий костюм офисной леди. Юридическая фирма располагалась в центре, в то время как Нин Шу сняла квартиру на окраине города. До фирмы нужно было ещё успеть добраться, так как дорога занимала полчаса на машине. Эта сестра Ли действительно была способной женщиной. Фирма находилась в центре города, где трудно было добыть каждый сантиметр земли. На аренду офиса наверняка требовалась куча денег. На следующее утро Нин Шу привела себя в порядок и принесла малышку на работу. Нин Шу сделала глубокий вдох. Она уже сделала первый шаг вперёд. В будущем всё непременно будет лучше и лучше. То, что Нин Шу принесла ребёнка на работу в фирму привлекло множество странных взглядов. Так как она была юристом-стажёром, то работой Нин Шу было просто бегать по поручениям и организовывать документы. Сестра Ли тоже не относилась к Нин Шу как-то по-особенному. Когда она сталкивалась с Нин Шу в юридической фирме, она практически игнорировала её. Но Нин Шу было всё равно. Она ещё не создала никакой ценности для этой фирмы. Для неё возможность прийти в эту фирму уже была хорошим стартом. Но ей было очень трудно работать с малышкой. Та внезапно начинала плакать из-за того, что ей нужно сменить подгузник или она проголодалась. Как только малышка начинала плакать, Нин Шу вынуждена была вылетать из кабинета, держа малышку. Она не могла создавать лишний шум для работающих в кабинете людей, иначе они могли пожаловаться. Нин Шу проработала неделю. Многие коллеги ходили к сестре Ли, чтобы пожаловаться на Нин Шу, но сестра Ли всех затыкала. Иногда в туалете Нин Шу слышала, как какие-то сплетницы говорят нехорошие вещи о ней у неё за спиной. Они говорили, что она совсем бедная и сумасшедшая, раз носит ребёнка на работу. Она влияет на рабочее настроение всех. Нин Шу была немного в растерянности. Все эти люди без какой-либо вежливости приказывали ей работать, и она всё делала, как положено. Большинство нападок, которые ей приходилось терпеть, были со стороны других женщин. Нин Шу открыла дверцу туалета, посмотрела на женщин, прихорашивающихся у зеркала, и тихо сказала: - Хоть я бедная и сумасшедшая, но я не думаю, что вы сами никогда не забеременеете и не будете иметь детей. Несколько женщин с презрением посмотрели на Нин Шу. Кстати говоря, эти женщины были не очень подходящими для этой работы. Как максимум, они были секретаршами и занимались бумажной работой. У действительно способных людей просто нет времени на сплетни. Они были заняты разбирательствами с исками, заняты в суде, заняты со своими клиентами. Как только у неё закончится период стажировки, она получит свой сертификат адвоката и сможет работать в суде. - С какой стати разведёнка ведёт себя так высокомерно? Ты же просто старая карга, которая уже давно не в самом расцвете сил, - презрительно сказала какая-то женщина. – Чего это ты там прячешься? Кормишь ребёнка грудью? Пфф… ---------- Система Нин Шу не могла понять, почему её коллеги называют её старой каргой. Она не обижала этих людей, и не создавала им проблем на работе. Она всегда хорошо выполняла свою работу. Будучи стажёром, она была человеком, которому сотрудники могли приказывать бегать по поручениям. Некоторым просто было неприятно смотреть на неё. Некоторые люди просто любят искать возможности атаковать других людей. Атакуя людей, которые слабее них, они получают психологическое удовлетворение. В этой юридической фирме была своя иерархия. Те, кто были золотыми адвокатами в фирме, стояли на самом верху. Секретарши, вроде этих женщин, были на самом нижнем уровне системы. Нин Шу была всего лишь юристом-стажёром. Хоть она и значилась адвокатом, на самом деле, она просто выполняла всякие странные поручения. Она делала всё, что скажут. Более того, она была разведённой женщиной с ребёнком, от которой постоянно пахло молоком. Эти люди считали себя выше Нин Шу, и поэтому проявляли своё чувство превосходства. Нин Шу равнодушно сказала: - Да, я старая карга, но я не думаю, что вы сами не станете старыми. Скоро вы тоже будете старыми ведьмами. Нин Шу подошла к раковине, вымыла руки и ушла. Раз у вас есть свободное время, то лучше займитесь чем-нибудь полезным. Как только закончится её стажировка, она сможет получить лицензию адвоката. Сестра Ли периодически спрашивала у Нин Шу, как ей работается в юридической фирме. Нин Шу лишь кивала и говорила, что всё хорошо. Нин Шу проработала в качестве стажёра в юридической фирме больше полугода. После этого сестра Ли отправила Нин Шу сдавать экзамен на лицензию. Когда Нин Шу пошла сдавать экзамен, сестра Ли взяла на себя инициативу помочь Нин Шу и присмотреть некоторое время за её малышкой. Теперь Наньнань был один год, и она могла ползать. Она могла держаться за стену и немного ходить. По сравнению с изначальным сюжетом, где она прожила всего полгода, дела этой малышки шли хорошо. По крайней мере, теперь она была жива. Теперь, когда малышка подросла, она начала есть детское питание и каши. Нин Шу почувствовала облегчение. Честно говоря, ей не очень нравилось кормить малышку грудью. Нин Шу очень хорошо сдала экзамен. Прошло совсем немного времени и она получила лицензию адвоката. Как только Нин Шу получила документ, она не смогла скрыть радостного возбуждения. Она теперь сделала первые шаги к изменению своей судьбы. В будущем будет только лучше и лучше. В юридической индустрии, пока у тебя есть сильные профессиональные навыки, ты можешь зарабатывать деньги. Честно говоря, с законом чаще всего играли богатые люди. Богатые и властные люди использовали закон в качестве инструмента, при помощи которого можно выигрывать дела и добиваться больших выгод. Получив лицензию адвоката, Нин Шу пригласила сестру Ли на обед. Сестра Ли была вежливой и, вероятно опасаясь, что Нин Шу не сможет заплатить, так как она зарабатывала не так уж много, позволили Нин Шу самой выбрать ресторан. Нин Шу нашла китайский ресторан с неплохой обстановкой. Сестра Ли подняла брови и спросила: - У тебя достаточно денег, чтобы пригласить меня в подобное место? Еда тут не из дешёвых. Нин Шу обняла малышку и с улыбкой сказала: - Как бы там ни было, я должна хорошо угостить тебя, чтобы поблагодарить за то, что дала мне возможность. - Да ладно, моей фирме всё равно не хватает хороших адвокатов, - беззаботно ответила сестра Ли. – Должно быть трудно воспитывать ребёнка одной, да? - Довольно трудно, но я могу лишь продолжать двигаться вперёд, - сказала Нин Шу. Что бы она ни делала, с ребёнком её руки были словно связаны. Не зря говорят, что с ребёнком карьера женщины будет простаивать. - Быть женщиной трудно, - сказала сестра Ли со вздохом. Нин Шу не удержалась и рассмеялась. - Вообще-то, я тебе завидую. - Чему тут завидовать? Мне каждый день приходится волноваться из-за фирмы. Скажу тебе правду, я тоже разведённая, - сказала сестра Ли. ---------- У Всех Нелёгкая Жизнь - А я всегда думала, что ты ещё не была замужем! – с удивлением сказала Нин Шу. Сестра Ли покачала головой. - Женщина не может избежать судьбы замужества. До того, как я вышла замуж, мой бывший муж преследовал меня. Он говорил, что я – красотка закона. Ему нравилось, как я выгляжу в суде. Но после свадьбы он всё равно мне изменил. Мой бывший был довольно богатым. Так что я вышла замуж в богатую семью. Эх… Сестра Ли вздохнула. - Как только я пришла в богатую семью, я словно попала в море измен и интриг. И так повторялось каждый день. Его преследовало слишком много женщин. Меня это утомило и он устал от меня. Он знал, что я – адвокат и не хотел идти со мной в суд. Вместо этого он выдал мне круглую сумму денег, сказав, что это компенсация. Я использовала эти деньги, чтобы открыть эту юридическую фирму. Мой отец был преподавателем права в колледже. У него были кое-какие контакты, и моя фирма начала постепенно развиваться. - Да уж, у всех нелёгкая жизнь, - вздохнула Нин Шу, а потом спросила: - А ты когда-нибудь думала о том, чтобы ещё раз выйти замуж? - Ха… - выражение лица сестры Ли стало довольно презрительным. – Моя мать каждый день водила меня на свидания вслепую. Те мужчины осматривали меня с головы до ног и презирали меня за то, что я уже была замужем. Но, стоило им только услышать, что я владею юридической фирмой, как они тут же горделиво заявляли, что хотят работать со мной и управлять моей фирмой. Сестра Ли закатила глаза. - Я бы не дала свои деньги таким мужчинам, даже если бы я отдавала их на благотворительность. Я та, кого никто не хочет. И не собираюсь опускаться до того, чтобы выходить замуж за таких мужчин. Я не умственно отсталая. Нин Шу кивнула. - Некоторые мужчины те ещё дешёвки. Они думают, что мы, женщины, просто обязаны выйти за них замуж. - А что насчёт тебя? Как ты развелась со своим мужем? – спросила сестра Ли, принимаясь за еду. Нин Шу небрежно рассказала: - Я родила дочь, а родители мужа предпочитают сыновей, а не дочерей. Плюс, у меня была серьёзная послеродовая депрессия. Родители мужа не хотели присматривать за мной, и хотели, чтобы мы развелись. - Ну и ладно. Это всё в прошлом. Работай усердно, чтобы твоя малышка могла вырасти здоровой и счастливой, - сестра Ли утешила Нин Шу. Нин Шу кивнула. - Спасибо, сестра Ли. Поев, они прошли мимо магазина детской одежды. Сестра Ли купила платье для Наньнань. Нин Шу приняла его и поблагодарила сестру Ли. Сестра Ли была очень добра к ней. С одной стороны, она понимала, что чувствует женщина. Но, с другой стороны, она также надеялась, что Нин Шу будет усердно работать в её юридической фирме. Нин Шу не планировала переходить в другую фирму. Сестра Ли была к ней крайне добра. Теперь Нин Шу была адвокатом. Сперва сестра Ли дала Нин Шу небольшое дело, чтобы Нин Шу сперва попрактиковалась, а потом уже постепенно бралась за крупные дела. Нин Шу с готовностью приняла назначение. Хоть она и смогла бы справиться с крупными делами, но ей всё равно было полезно дойти до этого постепенно. Эти дела нужны были ей для опыта. Чем больше побед, тем лучше. Когда Нин Шу в первый раз пришла в суд, сестра Ли пришла в зрительскую галерею, чтобы послушать. Когда Нин Шу была мужчиной-адвокатом, она провела множество дел. Так что она совершенно не нервничала от того, что находится в суде, но она всё равно отнеслась к делу со всей серьёзностью. Она с лёгкостью выиграла это дело. После того, как судебное заседание закончилось, сестра Ли сказала Нин Шу: - У нас вечером состоится вечеринка для адвокатов нашей фирмы, ты тоже должна сходить. - Хорошо. Нин Шу кивнула. Она прекрасно знала, что ей нужно войти в социальные круги адвокатов этой фирмы. Тем вечером Нин Шу пошла на вечеринку, и сестра Ли представила Нин Шу адвокатам фирмы. Так как Нин Шу решила осесть в этой юридической фирме, то прежняя квартира в пригороде ей уже не подходила. Она решила найти новый дом поближе к фирме, чтобы не тратить каждый день время на дорогу туда и обратно. После этого Нин Шу провела несколько дел и все выиграла. Сестра Ли выделила для Нин Шу личный кабинет. Теперь у Нин Шу было то, что можно было считать собственной территорией. В этом кабинете, когда дверь была закрыта, она могла делать всё, что захочет. Что касается тех сотрудниц, которые прежде говорили всякие плохие вещи о Нин Шу, теперь, поскольку они были простыми секретаршами, пришла их очередь приносить документы Нин Шу. Каждый раз, когда они видели Нин Шу, их взгляды были особенно странными. ---------- Стабильный и Постепенный Прогресс После нескольких судебных разбирательств на руках у Нин Шу постепенно стало собираться больше денег. Жизнь тоже стала насыщеннее. Когда у неё было свободное время, она заходила на юридический сайт и выдавала небольшие бесплатные консультации, чтобы улучшить свою репутацию. Нынче была эпоха интернета, многие люди, столкнувшись с проблемами, ищут ответы в интернете. Там всегда были адвокаты, которые им ответят. Касательно вечеринок юридической фирмы, Нин Шу посещала их лишь изредка. Ей было неудобно ходить туда с малышкой. Сестра Ли не принуждала Нин Шу, прекрасно понимая, что Нин Шу нужно позаботиться о малышке. Но на важные собрания среди коллег, сестра Ли всё равно хотела, чтобы Нин Шу приходила. В таком случае Нин Шу оставляла Наньнань на несколько часов в детской комнате. Когда вечеринка заканчивалась, Нин Шу забирала малышку. Пока что Нин Шу занималась делами, которые ей давала сестра Ли, но потом ей нужно будет находить своих собственных клиентов. Поэтому, когда Нин Шу приходила на банкет, она приносила с собой пачку визиток. Если кому-то требовался юридический совет, Нин Шу также великодушно подсказывала людям решение и просчитывала возможность победы или поражения в данном деле. Люди иногда просто спрашивали совета. Это не обязательно приводило к получению работы, но Нин Шу тоже не особо переживала по этому поводу. Может, в следующий раз они сами будут её искать. В каком бы обществе вы ни жили, жизнь всегда имеет свои трудности. После рождения, единственной разницей были удобные или неудобные условия жизни. Даже если за работу платят недостаточно, чтобы нормально жить, он вам всё равно нравится работа, вы будете испытывать счастье. Если работа не приносит ни того, ни другого, то зачем продолжать на ней работать? Всё время отдыха Нин Шу проводила с Наньнань. Теперь Наньнань уже могла говорить "мама". Девочка росла белой и нежной, отчего выглядела особенно милой. Сестре Ли тоже нравилась эта девочка. Каждый раз, когда она навещала Нин Шу, она приносила какие-нибудь незначительные мелочи для девочки. Когда им было нечего делать на выходных, сестра Ли и Нин Шу ходили по магазинам. Они приходили в торговый центр, мерили разные одежды или покупали что-нибудь для Наньнань. Маленькая девочка в красивом платье выглядела исключительно мило. Каждый раз сестра Ли спокойно тратила деньги, скупая множество брендовых вещей. По её словам, она для того и зарабатывает столько денег, чтобы тратить их. Нин Шу смеялась и тоже тратила часть денег на относительно дорогие вещи для себя. Она накупила изысканной одежды и сумочек. В первую очередь это было потому, что она могла себе это позволить. Во вторую, по причине того, что в адвокатской индустрии, она постоянно общалась с богатыми и влиятельными людьми. Красиво, но комфортно одеваться было также базовым правилом этикета. После покупок, они вдвоём приходили в салон красоты и тратили свои деньги там, живя комфортабельной жизнью. Сестра Ли сказала, что несмотря на то, что она хочет выйти замуж за хорошего мужчину, лучше быть реалистичной и заработать побольше денег, чтобы жить с комфортом. Нин Шу была с ней согласна. Говорят же, хорошая работа – это хуже, чем хороший брак. Проблема лишь в том, сможешь ли ты найти хорошего мужчину. Многие женщины снова и снова встречают подонков. Они снова и снова получают травмы. Эти обстоятельства можно жестоко описать одной фразой: рыбак рыбака видит наверняка. Одинокие люди находят других одиноких людей, но они всё равно говорят, что одиноки. Вместо того, чтобы попытаться изменить обстоятельства, они просто изнывают в жалости к себе. Нин Шу не была в списке тех, кто получал в фирме больше всех. Но у неё был самый большой процент побед. По сути, она выигрывала почти каждое дело, что у неё было. Иногда сестра Ли поручала Нин Шу какое-нибудь важное дело, а потом они вдвоём устраивали дискуссию. По большей части юридические фирмы зарабатывают деньги на крупных коммерческих разбирательствах. А также на разводах богачей, в которых обычно обе стороны пытаются разорвать друг друга на части. С приезда Нин Шу в этот город прошло больше двух лет. Она постепенно крепко обосновалась в этом городе. На самом деле, два года – это очень мало. Просто Нин Шу немного сжульничала. Она использовала навыки прежней жизни адвокатом, чтобы без особых усилий снова стать адвокатом. Хорошо, что она сама изучала всё это и у неё остались знания. Вещи, которые могут казаться не особо полезными в один момент, могут сыграть огромную роль в другой. Взять, к примеру это задание. Если бы у не неё не было навыков адвоката, то она бы не смогла вести такую спокойную жизнь. #комментарий анлейта: Перевод ЗХиИ иногда очень воодушевляет. Взгляд на жизнь, описанный тут, конечно же, перекошен, но в главах часто указывают на некоторые более важные вещи в жизни и вдохновляют на самосовершенствование. Это приятное напоминание, что некоторые источники стресса, с которыми я сталкиваюсь день за днём, довольно банальны в масштабах вселенной. Спасибо всем за то, что продолжаете со мной это путешествие. Без вашей поддержки мне бы не удалось зайти так далеко. :) ---------- Место, Которое Можно Назвать Домом Нин Шу даже не успела потратить 100 000 из тех денег, что ей заплатила семья Ань, но теперь у неё было ещё больше денег. Нин Шу решила купить тут дом. Только когда она купит свой собственный дом, у неё будет место, которое действительно можно назвать домом. Но покупка дома была трудной задачей, поэтому она её постоянно откладывала. Сестра Ли предложила Нин Шу сделать сперва первый взнос, чтобы потом ей уже было легче платить ежемесячные платежи. Нин Шу взяла 100 000, которые остались от того, что заплатила семья Ань, добавила те деньги, что она заработала за прошедшие два года и этого хватило на первый взнос. Сестра Ли спросила у Нин Шу, достаточно ли у неё денег. Если не хватит, то она может одолжить. Нин Шу покачала головой. Она искала небольшую квартиру. Хоть это и была небольшая квартира, но там было достаточно места, чтобы ей жить с малышкой. Хоть квартира и была маленькой, но из-за её расположения цена всё равно была очень высокой. Нин Шу заплатила первый взнос, чтобы получить сертификат на жильё. Её прописка тоже сменилась на этот город. С таким долгом Нин Шу пришлось работать усерднее. Она теперь брала ещё два дополнительных дела в месяц. Постепенно, некоторые клиенты стали сами приходить к Нин Шу, чтобы она защищала их в суде. Некоторые дела имели очень низкую вероятность успеха, практически никакую. Нин Шу не бралась за такие дела. Она не хотела портить свой высокий процент, являющийся, по сути, её визиткой. К тому же, некоторые дела явно были незаконными, поэтому не стоило тратить на них время. Она прожила в этом городе почти три года. В канун Нового Года, Нин Шу решила съездить обратно. Все эти годы Нин Шу не вступала в контакт с семьёй матери Чэнь Нин. Да и зачем с ними было связываться? Чтобы они затащили её обратно в грязную канаву жизни? Она бы предпочла потратить несколько на усердную работу. После столь долгого отсутствия, Нин Шу, всё же, решила съездить назад. Так как близился Весенний Фестиваль, Нин Шу с трудом смогла купить билет на самолёт. С Наньнань на руках, Нин Шу снова появилась в знакомом городе. Нин Шу сделала глубокий вдох, а потом отправилась искать отель, в котором можно оставить вещи. Прежде чем отправиться к семье Чэнь, она зашла в торговый центр, чтобы купить подарки. Нин Шу держала большую сумку в одной руке, а Наньнань – в другой. Дочери было уже почти три года, и она скоро начнёт ходить в детский сад. Нин Шу позвонила в дверной звонок, но даже после нескольких звонков дверь никто не открыл, поэтому Нин Шу продолжила беспощадно давить на кнопку. - Да иду я уже, иду, чего торопите-то? Молодая женщина открыла дверь. У неё были крашенные в жёлтый цвет волосы. Причёска была растрёпанной, а на самой девушке была мешковатая пижама и тапочки. Должно быть, это её невестка. Нин Шу мысленно усмехнулась. Пока Нин Шу разглядывала девушку, девушка разглядывала Нин Шу. Чем больше она смотрела на Нин Шу, тем ярче становился её взгляд. Женщина вся была одета в брендовую одежду. Взгляд невестки остановился на сумке Нин Шу, после чего она кашлянула и спросила: - Простите, а кого вы ищете? Нин Шу не обратила внимания на её волчий взгляд, пожирающий её. - Я – твоя невестка, пришла с подарками. Нин Шу вошла и сняла обувь. Невестка всё ещё пялилась на туфли, которые она сняла. - Невестка? Девушка застыла на мгновение. Она не смела в это поверить. Да, конечно, она слышала, что в семье Чэнь была женщина, но она развелась и уехала. Больше никто с ней не общался. И эта женщина, одетая во всё брендовое, старшая сестра её мужа? Невестка была так взволнована, что чуть не подпрыгнула. Раз у этой женщины так много брендовых вещей, то она, должно быть, очень богатая. ---------- Твоя Сестра Вернулась - Подождите, я приведу Чэнь Аня, - поспешно сказала невестка, а потом услужливо добавила: - Вы пока присядьте на диван. У нас есть фрукты, угощайтесь. Невестка вернулась в комнату и начала трясти Чэнь Аня, который всё ещё спал. - Твоя сестра вернулась. Чэнь Ань был ещё ошеломлённым после сна, поэтому озадаченно спросил. - Кто? - Твоя сестра, - возбуждённо сказала невестка. – Хватит уже спать, вставай. - Ну вернулась и вернулась. Наверное, она просто больше не с могла выживать одна, - беззаботно сказал Чэнь Ань, натягивая на себя одеяло. - Чепуха. Твоя сестра вся одета в брендовую одежду. Что её одежда, что сумочка, всё выглядит дорогим. Вставай скорее. Невестка потянула Чэнь Аня. Чэнь Ань на мгновение застыл. - Да как такое может быть? - Сам поймёшь, когда увидишь её. Чэнь Ань поспешно поднялся, открыл дверь и глянул на Нин Шу, сидящую в гостиной. Он протёр глаза, словно не смея узнавать Чэнь Нин. Эта женщина действительно его сестра? Да это не может быть она, ясно? Та женщина из прошлого и эта женщина, они же словно из разных миров. Чэнь Ань подошёл к Нин Шу и сказал: - Сестра, ты вернулась. Когда он увидел малышку, прижавшуюся к руке Нин Шу, он охнул. - Наньнань уже стала такой большой! Наньнань, я - твой дядя. Нин Шу хмыкнула в ответ, а потом холодно спросила: - Где мама и папа? - Мама пошла за продуктами, а папа пошёл на прогулку, - тут же ответил Чэнь Ань, ошеломлённый силой, исходящей от Нин Шу. Он осмотрел её. Она теперь выглядела очень официальной и смотрела на него свысока. - Сестра, где ты была все эти годы? Мы умирали от волнения, - сказал Чэнь Ань. – Как так вышло, что ты ни разу не позвонила своей семье? Нин Шу было лень с ним разговаривать. Таково уж было это общество. Когда ты развиваешься и чего-то добиваешься, братья и сёстры начинают выслуживаться перед тобой. Если же ты ничего не можешь, то братья и сёстры презирают тебя и используют тебя в качестве ступеньки, чтобы продемонстрировать своё превосходство. Поклонение сильным – такова природа человека. И никаких чувств. Нин Шу разговаривала только с Наньнань, просто игнорируя молодую парочку. Невестка посмотрела искоса и быстро подмигнула Чэнь Аню, который тоже был взволнован. Он взял фрукт с тарелки на столе и протянул его Наньнань со словами: - Держи, Наньнань, дядя даст тебе яблоко. Наньнань посмотрела на Нин Шу и озадаченно спросила: - Мам, он правда мой дядя? Что такое "дядя"? Почему я никогда его раньше не видела? Нин Шу нежно объяснила: - Дядя – это младший брат мамы. Все эти годы твоя мама была в другом городе и не видела твоего дядю. Это вполне нормально, что ты его не знаешь. Невестка тут же подошла к ним и сказала: - Наньнань, верно? А я – твоя тётя. - Старшая сестра, вам не хочется пить? Давайте я налью вам стакан воды, - спросила невестка у Нин Шу. Нин Шу махнула рукой. - Не нужно суетиться. Я просто дождусь, пока вернутся мама и папа. Выражение лица Нин Шу было безразличным. Если бы она сегодня оделась во что-то обычное или дешёвое с ней бы так не обращались. Чэнь Ань увидел, что Нин Шу очень холодна к нему. Он осмотрел с головы до ног одежду на Нин Шу и Наньнань. Всё это была изысканная одежда, и платье было известного бренда. Малышка Наньнань выглядело очень красивой. С её одеждой и маленькими кожаными туфельками она выглядела словно маленький ангелочек. Чэнь Ань наклонился к Нин Шу и спросил: - Сестра, где ты была все эти годы? - Нигде я не была, - безразлично ответила Нин Шу. – Позвони маме, пусть скорее возвращается. Я не буду долго задерживаться и скоро пойду. - Зачем тебе так рано уходить? Почему бы тебе не остаться дома на несколько дней? – тут же спросил Чэнь Ань. – Мама и папа скучают по тебе. Оставайся дома на несколько дней. Мама скучала по тебе до слёз. ---------- Остаться Дома? Нин Шу пропустила его слова мимо ушей. Она с насмешкой спросила: - Остаться дома? И где же мне жить? - Будешь спать с мамой, а я потеснюсь с папой, - сказал Чэнь Ань. – Так ты сможешь поболтать с мамой и Наньнань поближе познакомится с бабушкой. Нин Шу расхохоталась. Она посмотрела на невестку и спросила: - А где тогда будет жить невестка? Ты же не можешь позволить твоей жене спать на полу, верно? Лицо невестки перекосилось от недовольства. Её щёки задрожали, и она сказала: - Я могу поспать на диване. Нин Шу многозначительно сказала: - Спать на диване в такие холода? А ты не замёрзнешь до смерти? Я сняла номер в гостинице, так что не буду спать дома. Как раз в это время мать Чэнь Нин вернулась из магазина и на мгновение застыла, когда она увидела Нин Шу в гостиной. Нин Шу поприветствовала свою мать, и мать Чэнь Нин с некоторой неуверенностью откликнулась. - Чэнь Нин? - Это я, - ответила Нин Шу. Мать Чэнь Нин с недовольным видом сказала: - Где ты пропадала? Почему не звонила домой? - Мама, - тут же вмешался Чэнь Ань, чтобы не дать матери Чэнь Нин сказать грубые слова, опасаясь, что это расстроит Нин Шу. – Сестра вернулась и принесла тебе много подарков. Мать Чэнь Нин увидела, что её сын подмигивает ей, и тут же со вздохом сказала: - Как хорошо, что ты вернулась. Я пойду и куплю ещё продуктов. - Матушка, купите для старшей сестры то, что ей нравится, - сказала невестка матери Чэнь Нин. – Кстати говоря, это же впервые, когда я повстречала старшую сестру. Нин Шу подняла бровь. Неужели она напрашивается на красный конверт? Нин Шу взяла свою сумочку с дивана и достала из него красный конверт, со словами: - Я не была на вашей свадьбе, так что вот мой подарок вам. - Спасибо, старшая сестра. Невестка радостно приняла деньги, а на лице Чэнь Аня появилась улыбка. Невестка отвернулась, открыла красный конверт и заглянула в него. Её лицо тут же вытянулось. В конверте было лишь пятьсот юаней. Это была просто милостыня для бедняков, в то время как сама она была одета в модные одежды стоимостью в десятки тысяч юаней. Как она могла дать так мало денег? Чэнь Ань глянул на деньги в красном конверте, и его лицо тоже вытянулось. Нин Шу проигнорировала вытянутые лица парочки, и сказала матери Чэнь Нин: - Не нужно много готовить. Можешь совсем немного. Не ходи за продуктами в такой холодный день. Вскоре вернулся и отец Чэнь Нин и стал обвинять Нин Шу, упрекая, мол "ох, она теперь стала такой независимой". Вероятно из-за малого количестве денег в красном конверте, но Чэнь Ань теперь не стал заступаться за Нин Шу. Нин Шу не сказала ни слова, лишь выслушала речь отца Чэнь Нин. - Не сбегай опять. Раз уж вернулась, то живи тут, - сказал отец Чэнь Нин. – Найди кого-нибудь, с кем можно хорошо прожить жизнь. Нин Шу безразлично сказала: - Я уезжаю через несколько дней. Мне надо возвращаться на работу, так что я пока не хочу никого искать. - Сестра, а кем ты теперь работаешь? – спросил Чэнь Ань. Нин Шу безразлично посмотрела на Чэнь Аня. - А как думаешь, кем я работаю? - Сестра, ты же не… Выражение лица Чэнь Аня стало немного странным. А вот выражение лица Нин Шу стало ещё холоднее. - Забудь свои всякие гадкие мысли, я работаю в юридической фирме. И не занимаюсь теми гадостями, о которых ты подумал. Чэнь Ань всё равно не поверил ей, и на его лице всё ещё остались подозрения. Отец Чэнь Нин не удержался и сказал: - Что ты будешь делать, если не выйдешь замуж. Ты же женщина. Не очерняй семейный образ жизни семьи Чэнь. Я не могу позволить себе потерять лицо. - Когда это я очерняла вашу семью Чэнь? – Нин Шу обняла свою ничего не ведающую дочь. – Папа, как ты можешь говорить такое своей дочери? ----------