Морозный принц. Падение Севера Evva Smith Алану, охотнику с большим опытом, поручают то, от чего не отвертеться: найти и прикончить Морозного Короля, который уже несколько веков держит в страхе Северные горы. Но при личной встрече Алан видит, что враг совсем не тот, кем его малюют. Между ними возникает неожиданная связь, и они решают вместе скинуть безжалостного монарха, захватившего трон королевства. Только на их пути стоит Торра — рыцарь, помешанный на том, чтобы покончить с Морозным Королём. ==================== Летняя метель “Жизнь – это скульптура, которую вы создаёте, когда делаете ошибки и учитесь на них” (RM/Ким Намджун) *** Музыка, звучащая из таверны, разносилась по округе, завлекая всех прохожих. Девы пускались в пляс под руку с кавалерами. Музыка уносила их в заоблачные дали под громкое и зазывающее звучание. Рыцари и бравые воины кружили своих спутниц, успевая в промежутках урвать несколько глотков высококлассного эля. Заходящее за окнами Солнце окрашивало бесконечно-широкий небосвод яркими красками. Будто художник брызнул на небо всеми возможными оттенками, создав свой незабываемый величественный узор. Ветер гулял среди макушек хвойных деревьев, раскачивая их в лесной тишине. Где-то в этой глуши угукнула сова и несколько птиц взлетели вверх с громкими криками. Лес очень тесно граничил с городом, окружённым высокими каменными стенами. Обычно с заходом Солнца жизнь в нём затихала и останавливалась, но не сегодня. Праздник осеннего солнцестояния, выпавший на начало осени и ознаменовавший сбор богатого урожая, оживил городок, на чьих улицах собрались толпы людей, странников, воинов и рыцарей, что просто проезжали мимо, но увидели приготовления к гуляниям, начавшимся ещё с утра, и не могли пройти мимо. Жители города декорировали все дома, особенно Центральный собор, осенними оттенками багрянца и золотистых тонов. Каждая, даже самая узкая улочка, ярко сияла разнообразием этих цветов. С самого утра по городу разносилась музыка и смех. Люди радовались празднику, который в конце обязательно завершится молитвами к богам, осенним песнопением и надеждами на будущий урожай. Мелисса, смешавшись с толпой, начала разносить напитки и угощения. Когда посетители таверны стали оживляться, подстраиваясь под гул музыки, девушка не заметила, как сама оказалась в танце, полностью погруженная в атмосферу веселья. Она ловко перемещалась между столиками, продолжая угощать постояльцев. Притопывая и пританцовывая в такт музыки, раздававшейся в таверне под смех пьяных гостей, Мелисса неожиданно ойкнула. Бравый воин толкнул её в плечо с ухмылкой на лице и громким смехом потянул в танец. Девушка с радостью вдыхала запахи веселья и, наклонив голову, была увлечена ритмом, в то время как её партнёр, смеясь, кружил её вокруг себя. Ноги сами несли её в пляс, унося всё дальше под быстрый звук музыки. Вся таверна кружилась в хаотичном танце. На небольшой сцене играли музыканты, а из-за барных стоек слышался плеск эля и звуки, когда посетители чокались своими пинтами. Люди в заведении весело развлекались, делая его центром радости. Мелисса откинула голову назад, позволяя другим рукам перехватывать себя и также быстро и незамысловато закружить. Музыка её окрыляла и уносила куда-то далеко, как и много раз до этого в такие же весёлые дни. Внезапно девушка врезалась в кого-то и её смех затих, стоило наткнуться взглядом на того, кто прижал её к своей груди. Высокий, статный воин с белыми волосами до плеч, мужественным лицом и пронзительным взглядом мило улыбнулся ей, взял за руку. Он поднёс к своим губам ладонь Мелиссы, оставив на ней мягкий поцелуй. Это вызвало у неё тихий смех и лёгкий румянец на щеках. Лезущую в глаза чёлку она смахнула со лба и, недолго думая, снова пустилась в танец. Беловолосый воин влился в танец, широко улыбаясь партнёрше, ловко закружил её по всему залу под смех и аплодисменты других танцующих. Девушка в его руках напоминала грациозную кошку: настолько быстро и легко она танцевала, прикрыв глаза и отдаваясь моменту. Подол её платья путался в ногах, но это совершенно не мешало Мелиссе плясать под руку со своим кавалером. Она улыбалась, а её волосы, что вились как пружина и хаотично подскакивали при любом движении, прилипли шее, заставляя кожу гореть, а дыхание спираться от духоты и быстрого танца. Другие девушки с разноцветными подолами платьев и босыми ногами смеялись ярче всех, кто был в таверне, стараясь не отставать от своих партнёров. Они кружились в их руках, полностью отдаваясь моменту… Музыка не стихала до глубокой ночи. Таверна, что стояла в отдалении от города, стала центром веселья и пьянства. Многие парочки, которые сформировались за этот вечер, предпочли уединиться… Мелисса вытянула своего кавалера из таверны, и они вместе побежали к мосту, что разделял два берега реки Вантис. С её губ не сходила чудесная, обворожительная улыбка, заставляющая сердце беловолосого воина трепетать и сжиматься плотными тисками от столь обворожительной девушки. Ночь сегодня была особенно завораживающей и прекрасной. На широком небосводе светили яркие точки первых звёзд и полумесяц, что отражались в водах реки своим безмерным ночным сиянием… Мелисса остановилась на середине неширокого моста. Волшебство этого места было не передать словами. Над самой рекой летали светлячки, кружась в таком же незамысловатом танце, как и Мелисса ранее. Девушка усмехнулась и только сейчас поняла, где и в какой ситуации оказалась. Её лицо раскраснелось от выпитого эля и танца, а тело не прекращало покачиваться в такт музыке, что звучала из таверны, оставшейся где-то позади. Кристофф, а именно так звали юношу, положил свои ладони на её талию, восстанавливая сбившееся от бега дыхание, и зацепился взглядом за её порозовевшие щёки, которые было видно даже сейчас – в ночной темноте. Он нагнулся к ней ниже, подцепив пальцем подбородок, притянул Мелиссу к себе, накрыв её губы в нежном, мягком поцелуе. Кристофф прикрыл глаза, дождавшись, пока его спутница не отойдёт от лёгкого шока, вызванного его действиями, и углубил поцелуй, мазнув языком по губам Мелиссы. Девушка ответила на него, поражаясь холоду губ мужчины. Холоду, что моментально потряс её сознание. Мелисса поддалась порыву и обвила руками шею воина, чувствуя такой же холод от его рук, скользящих по её талии вниз. Но холод этот был очень приятен и будоражил её сознание, заставив сердце уноситься вскачь… На следующее утро Мелисса не обнаружила рядом с собой никого. Лишь холодную смятую постель и еле уловимый аромат елей, что ночью она ощутила в полной красе. Голую спину девушки грели лучи восходящего солнца. Мелисса соскочила с кровати, удерживая мягкое одеяло на груди, и босыми ногами пробежала к окну, которое моментально распахнула. Ворвавшийся в комнату прохладный ветер растрепал волосы Мелиссы. Из-за него кожа девушки покрылась россыпью мурашек. Снаружи было пусто и безлюдно. Прямо под окном постоялого двора пробежала чёрная кошка и скрылась в подворотне. Мелисса закрыл окно, прикусив губу, и с сожалением посмотрела на пустующую половинку кровати. Ещё ночью она была в объятиях Кристоффа… Очень быстро одевшись, Мелисса бегом спустилась вниз, спотыкаясь о подол собственного платья. Девушка выскочила в холл, до которого они, как оказалось, добрались вчера, как-то незаметно для Мелиссы. Она привлекла к себе ненужное внимание, беглым взглядом осматривая всю таверну и сжимая платье в районе груди. За стойкой и столиками сидело несколько гостей, что завидев её, перешёптывались и как-то косо посматривали на девушку. Мелисса отшатнулась, уперевшись спиной в барную стойку, за которой стоял управляющий. Его рука внезапно легла на плечо Мелиссы, и девушка взвизгнула, отпрянув в сторону. Её беглый взгляд замер на мужчине с седой бородой и добрым взглядом. – Вы… вы не видели воина с серебряными волосами? Куда он пошёл? – девушка сглотнула, подходя к стойке поближе на слегка дрожащих ногах. Она оперлась на неё локтями, мимолётно оглянувшись на полупустой зал. Управляющий окинул её цепким взглядом, взяв в руки стакан, и, вытирая его, покачал головой. – Нет, не видел, – мужчина услышал обречённый вздох. Он поднял глаза на Мелиссу, с толикой сожаления посмотрев на девушку. Она вздохнула, покачав головой. Её плечи ссутулились, и она спокойно посмотрела в сторону дверей. – Но этот молодой человек заплатил за вашу ночь, – снова заговорил управляющий, продолжая чистить бокалы. Мелисса усмехнулась, подобрала платье, и вышла из таверны. На улице не было ни души. Абсолютная тишина и спокойствие. Шаркая ботинками о каменную кладку, девушка направилась к воротам, чтобы вернуться в таверну. Сейчас произошедшее вчера казалось далёким сном… *** Дни после празднества потянулись как и обычно. Город погрузился в свою привычную рутину, переживая зиму совершенно не голодая. Осень принесла много любезных даров, которые помогли жителям пережить эту зиму. Зиму, что в отличие от остальных была холоднее и морознее. Лёд с реки Вантис не сходил аж до середины весны. Это создало некоторые трудности в торговле с соседними городами, в которые весна пришла намного раньше. Товары и провизию пришлось доставлять на лодках, в то время как в прошлые года в середине весны реку без труда по мелководью можно было перейти верхом. С последней поставки прошло три недели. Тогда Мелисса прикупила детские вещи, кроватку и люльку. Своё интересное положение девушка узнала через несколько недель и кто отец этого ребёнка поняла сразу. У неё была всего одна единственная ночь с мужчиной за всю жизнь. Ребёнок должен был родиться в начале лета, а пока у Мелиссы было ещё несколько недель, чтобы подготовиться к появлению на свет своего первенца. Беременность для неё стала неожиданностью, но неожиданностью приятной. До этого она ни разу не задумывалась о том, чтобы иметь малыша. Но он стал подарком для девушки. Ребёнок… тёплое слово особенно для такой молодой мамы как Мелисса. Малыш развивался и рос у неё под сердцем, а она нередко разговаривала с ним и гладила живот. Девушка мягко улыбнулась, коснувшись его в очередной раз. – Мелисса, – немного замечтавшуюся девушку подозвала знахарка. Женщина с приятной внешностью доброй бабушки. Подол её старого платья был разорван, а фартук запачкан в муке, оставшейся после выпекания хлеба, что сейчас стоял и исходил паром на подоконнике кухонного окна. – Что? – Мелисса повернула голову в полоборота, посмотрев на старушку. – Ты не знаешь, куда делись мои специи? – знахарка упёрла руки в бока, сощуренным взглядом посмотрев на Мелиссу. Та лишь замотала головой, на что старушка закатила глаза и, тихо что-то шепча себе под нос, по новой принялась искать эти самые специи на кухонных полках. Узнала Мелисса о ней из слухов, которые подслушала в таверне, когда ещё работала там. Старушку несправедливо оклеветали в использовании магии, потому как какой-то проезжающий мимо находящегося за пределами города домика, услышал причудное пение. Лично Мелисса не замечала ничего странного в поведении старушки за всё то время, что они были знакомы. Знахарка наоборот показалась ей милой и любезной. Девушка стиснула в руках пяльце и легонько улыбнулась, смотря на вышитую на ткани одинокую хижину посреди зимнего леса. Несмотря на снег, мороз и холод на этой вышивке от хижины шли тепло и уют. Из трубы дома выходил дым, а вокруг было тепло и солнечно… Только самой себе Мелисса готова была признаться, что именно о таком домике в лесу она мечтала. – На этом можно неплохо заработать, – сзади раздался голос старушки. Девушка и не заметила, как знахарка оказалась у неё за спиной, и громко вскрикнула от неожиданности. Старушка рассмеялась. Её смех больше напоминал карканье ворона. – Что ж ты так пугаешься. Не съем я тебя, – старушка похлопала Мелиссу по плечу, пока сердце девушки не отошло от испуга и она не вздохнула спокойно. – Не пугайте так, – несмотря на своё ворчание Мелисса улыбнулась с первых слов старушки. Она прижала вышивку к себе, а когда снова посмотрела на неё, улыбка стала шире. – Я не смогу продать эти вышивки. Они слишком мне дороги… Знахарка села за стол напротив Мелиссы и с любопытством посмотрела на неё. – И почему же? – старушка подперла подбородок рукой и из-за этого морщины на её лице стали ещё заметнее. – Понимаете… – Мелисса подняла на неё взгляд, пытаясь подобрать слова, чтобы всё объяснить. – Вот на этой вышивке, например, я вышила тот домик, в котором хочу жить, а на прошлой то что… – но договорить ей не дали. Старушка резко подняла руку и покачала головой. – Если это и правда что-то очень важное для тебя, можешь не рассказывать, – знахарка вздохнула, расправив складки на своём платье и встав из-за стола. Это заявление ввело Мелиссу в короткий ступор. Она проследила за женщиной неотрывно, а когда та взяла корзинку и надела платок, девушка встала, придерживая живот, который стал как шарик, и собиралась было пойти с ней, но снова была бесцеремонно остановлена. – Останься дома. Я скоро вернусь, – и после этих слов, не удостоив Мелиссу и толикой короткого взгляда, старушка вышла за дверь, оставив девушку в тишине дома. Мелисса повернулась к окну, из-за которого доносился городской шум, и вздохнула. Ветер, влетевший в комнату, растрепал её волосы, сдув их с плеч, и в тот же момент солнечный свет наполнил пространство, проникая сквозь окно. Весна была в самом разгаре, и тёплые деньки уже брали верх над холодом, не так давно сковывающим реку. Мелисса вернулась за стол, и её взгляд снова упал на вышитую картину. Внутри поселилась тоска. Мелисса понимала, что мечте о таком домике в глуши леса никогда не сбыться. На неё совсем скоро лягут обязанности матери и вырваться из города станет в разы труднее. Ладонь девушки легла на живот, который стал как шарик. Вышивала Мелисса абсолютно всё, что случалось с ней в жизни. Всё, кроме одного. Она не вышивала его. Память о тех моментах, проведённых в объятиях Кристоффа, она хотела оставить как светлую память. Кто отец ребёнка не знал никто из друзей Мелиссы. Даже знахарка об этом не ведала. Будто и не было этого мужчины в её жизни… Но он был, и подтверждение этому развивалось и росло под сердцем Мелиссы… *** Ночь оглушил громкий крик, вырвавшийся из горла Мелиссы. Её тело стало сосредоточением боли и мук, охвативших её полность. За окном хлестал дождь, а она рожала, мучаясь уже не один час. Вокруг суетилась знахарка, пытаясь успеть и там и тут. Она прибежала, едва услышав стоны боли, которые в тот момент пронзали Мелиссу. Знахарка специально оставалась на ночь все последние дни чтобы успеть принять новую жизнь в этот мир. А у Мелиссы изнутри всё рвало и испепелялось. Девушку выгнуло от ещё одного резкого спазма. Она уже не могла терпеть, громко вскрикнула и скомкала в пальцах промокшую от пота простынь. – Уже скоро. Ты молодец, – знахарка всячески старалась её утешить, но понимала, что это абсолютно бесполезно. У неё самой детей не было никогда, но роды у других она уже когда-то принимала. Для Мелиссы это «скоро», по ощущениям, превратилось в несколько долгих часов. Она не могла сдерживать криков и стонов, пока в один момент всё это не прекратилось и девушка не услышала детский плач. Укутав ребёнка в одеяльце знахарка положила его на грудь Мелиссы. – Это мальчик, – женщина тепло улыбнулась, с толикой тоски смотря на Мелиссу, что теперь держала малыша на груди. Крохотные ручки младенца сжались в кулачки, а личико, всё сморщенное, разгладилось, и малыш утих, открыв глазки… Старушка замерла, смотря в окно. Недавний дождь сменился снегопадом. Небо затянулось чёрными тучами и поднялся сильный ветер, что разносил теперь весь снег по окрестностям. Снег уже покрыл землю тонким слоем. Оставив Мелиссу в доме, знахарка быстро оделась, накинув шаль и выскочила на улицу. Женщина не могла поверить своим глазам. Снег был повсюду. Он кружился в порывах ветра крупными хлопьями, опадая и покрывая землю слой за слоем. – Не может быть, – женщина сжала в пальцах шаль. Снег среди лета… Такого не было никогда на памяти знахарки. Женщина улыбнулась и оглянулась на дом. В её жизни чудес не случалось никогда, но это, пожалуй, было самое настоящее чудо. Явление природы, совершенно не ожидаемое для лета, и младенец, родившийся в него… Старушка готова была поверить, что малыш станет кем-то, кто перевернёт и изменит их мир к лучшему. Она вернулась в дом, тепло улыбаясь при виде Мелиссы и малышу, что сладко причмокивал губками и, сжимая кулачки, посапывал на груди матери. Мелисса поцеловала малыша в макушку, в блаженстве прикрыв глаза. – Спасибо вам, – девушка тепло улыбнулась и посмотрела на знахарку, которая привалилась плечом к дверному косяку и с любовью, присущей только пожилым людям, смотрела на Мелиссу. – На улице снег, – женщина тоже улыбнулась, а Мелисса рывком повернула голову, посмотрев в окно. На её лице отразилась гамма чувств: от шока до испуга. – Не переживай. Это хороший знак, я уверена, – женщина подошла ближе к Мелиссе и присела рядом на кровать, потянувшись к малышу, чтобы погладить его по головке. – Ты уже придумала ему имя? – от её прикосновений кроха немного поморщился, но глазки не открыл, продолжая сладко спать. – Альпин, – совсем тихо прошептала девушка, ещё раз поцеловав сына в макушку. – Красивое, – старушка растянула губы в ещё более мягкой, доброй старческой улыбке. – Да, – согласно кивнула девушка. Она не могла оторвать от своего малыша глаз. Белые волосики малыша были мягкими как пух и завивались у кончиков. Знахарка встала и протянула к Мелиссе руки чтобы взять у неё кроху. Старушка бережно прижала к себе малыша, что тихо похныкивал себе под носик из-за потревоженного сна. Девушка проводила их взглядом. Знахарка отнесла малыша в купальню, оставив Мелиссу в тишине комнаты. На душе девушки было невероятное спокойствие. Она повернула голову к окну, за которым не прекращал идти снег. Мелисса поджала губы в тонкую линию и их коснулась лёгкая улыбка. Её сын родился в такую погоду… Это, пожалуй, поражало её даже меньше чем то, что она стала мамой. Мама. Одно слово, а сколько в нём тепла. Собственных родителей девушка не помнила. Они погибли, спасая её из удушающего смрада пожара. Мелисса выросла на улицах этого города. Она – его дитя, а скоро и её сын станет сыном этого города, который Мелисса любила всем сердцем и душой. Её сын будет самым счастливым, и Мелисса готова была преподнести малышу хоть весь мир к его ногам. Девушка встала с кровати, укутавшись в халат, и подошла к окну. За ним снегопад сменился парящими в воздухе редкими хлопьями. Вершины гор вдалеке острыми шпилями вонзались в тёмные тучи. Они как великаны возвышались над землёй, взирая на всё вокруг свысока. Мелисса верила, что и её сын сможет достичь таких высот. Она была готова проложить ему дорогу к успеху. Её Альпин… У малыша было только светлое будущее, сверкающее яркими солнечными лучами на горизонте за горами. Восход нового мира, в который Мелисса была уверена, произошёл именно сегодня... ---------- Лохматое чудовище Плата за индивидуальность, – одиночество… *** Мелисса поджала губы, прикусив нижнюю. Она шла за знахаркой уже довольно долго, но на её вопросы, куда именно они идут, старушка не отвечала. Девушке пришлось идти следом за ней, неся спящего сына на руках. Альпину на днях исполнилось три месяца, и малыш уже научился сидеть. А ещё его глазки… они очень напоминали Мелиссе о том мужчине, с которым она провела поистине прекрасную ночь. Уже год миновал с их встречи. Больше она не слышала о нём. Так же, как внезапно он появился в её жизни, так внезапно и исчез, оставив после себя одно единственное напоминание в лице ребёнка. Всё это время Мелисса задавалась одним единственным вопросом: будь у неё возможность удержать этого мужчину рядом, пошла бы она на этот шаг и к чему бы это привело?.. Были бы они счастливы или это было бы лишь мимолётное виденье?.. Этого Мелисса уже и не рассчитывала узнать. Из раздумий её вывело похныкивание Альпина. Малыш открыл глазки, цветом напоминающие морскую волну, и скривил губки так, будто собирался расплакаться, но мягкий поцелуй, что оставила Мелисса на щёчке Альпина, тут же вызвал у него улыбку, и малыш весело агукнул. Они шли сквозь лес, но эту дорогу Мелисса увидела впервые. Высокие сосны стенами возвышались с двух сторон, как сказочные гиганты. – И всё же, куда мы идём? – наверное уже в сотый раз поинтересовалась девушка, прижимая Альпина к себе. Теперь малыш сидел у неё на руках. – Сейчас увидишь. Мы почти пришли, – старушка повернулась в полоборота и мягко улыбнулась им. На тропе не было даже следов копыт. Мелисса доверяла знахарке, которая только и делала, что помогала ей с малышом. Старушке очень хотелось как-нибудь отплатить, но вот как, девушка пока не придумала. Шум Вантиса в купе с природой, навевал лишь душевное спокойствие и тишину. Мелисса шла за старушкой, пока среди деревьев не разглядела очертания дома. Девушка тут же ускорилась и поспешила туда, обогнав даже знахарку, с чьего лица не сходила счастливая улыбка. Мелисса остановилась, и тёплый августовский ветер сдул с плеча её волосы. Девушка остолбенела, а на её лице застыло удивление. Дом перед ней стоял на берегу Вантиса и был окружён прекрасными клумбами, высокими плодоносными деревьями, среди которых Мелисса разобрала яблоню, краснолистный барбарис и рябину большими гроздьями. У самого берега рос камыш, а к маленькой пристани была приставлена лодка, что раскачивалась на волнах. Сам дом имел очень красивые резные ставни, крыльцо с разноформенной резьбой и разных деталей, что делали дом скорее похожим на домик из сказки. – Это мой тебе подарок, Мелисса, – неожиданно подошедшая сзади старушка сказала девушке.. Она сцепила руки за спиной, слегка покачивая бёдрами. Глаза Мелиссы расширились и стали напоминать две огромные монеты. Такого, что глаза стали напоминать две огромные монеты. – Что?.. – девушка удивлённо смотрела по знахарку, стараясь понять не ослышалась ли, и не послышалось ли ей это. – Да. Ты не ослышалась, – старушка улыбнулась ещё шире. – Вы, должно быть, шутите, – девушка не могла поверить своим глазам. – Я хоть раз шутила? – поинтересовалась женщина. На мгновение её лицо стало очень серьёзным, но в следующую секунду она снова улыбнулась и подтолкнула Мелиссу в сторону дома. Запутавшись в собственных ногах, девушка пошла туда. Ступени к крыльцу дома были выгравированы так, будто над ними постарался лучший мастер. От шероховатости перил под ладонью на деша девушки в мгновение ока расцвела радостью и счастьем. Она открыла дверь дома и шагнула за порог. Альпин на её руках с любопытством завертел головкой, прикусив свой маленький кулачок. Дом внутри оказался будто в разы больше чем снаружи. Стоило войти и Мелисса поразилась обилию света и пространству. Девушка поджала губы и обернулась на вошедшую следом за ней знахарку. В груди приятно потянуло от простого осознания, что всё это для неё сделала старушка. – Спасибо вам, – Мелисса, улыбаясь от удовлетворения, осмотрела свою комнату, в которой было всё, что необходимо для комфортного проживания: кровать, тумбочка, стол и несколько шкафчиков, прикрепленных к стенам. – Теперь это наш с тобой дом, Альпин, – девушка развернула ребёнка так, чтобы тот смог всё осмотреть. Да, теперь это их дом. *** – Мама, – Альпин вбежал в дом, широко улыбаясь. В ручках у мальчика был букет из больших подсолнухов и полевых цветов, которые он сорвал, когда гулял в поле. Которое было наполненном всеми звуками природы и миров и спокойствием. Мелисса вышивала по обыкновению сидя у окна, но как только в комнату вбежал Альпин, она отвлеклась и посмотрела на сына. Длинные волосы девушки струились по её плечам и спине, касаясь кончиками до поясницы. – Это тебе, – мальчишка, чьи белые волосы вились у кончиков, с пляшущими в глазах искорками протянул маме букет подсолнухов. Мелисса без сомнений приняла цветы и нагнулась, поцеловав Альпина в лобик. Она прижала их к груди, медленно наполняя грудь «солнечным» ароматом цветов, золотые лепестки которых будто светились так же ярко как солнечный свет. – Спасибо, родной, – девушка улыбнулась сыну. – Беги собираться, – она подтолкнула Альпина в сторону его комнаты, а сама встала и поставила цветы в вазу, оставив их на подоконнике. Маленькие пылинки витали вокруг букета, как снежинки. В этом году Мелисса обещала Альпину отвести его в город заранее до начала Осеннего фестиваля. Мелисса поджала губы, посмотрев на широкую реку за окном. Река покрылась у берегов тонким слоем льда и в воздухе отчётливо чувствовался мороз… Но в других местах, даже в недалёком поле подсолнухов, всё ещё было тепло, а в полдень даже жарко. Это отчасти настораживало Мелиссу. Ранний холод, снег среди лета и долгая зима стали после рождения Альпина в этих местах особенно частыми. За все восемь лет, что они здесь жили, её сын нередко поражал девушку своими «способностями». Альпин не единожды приводил с собой северных оленей, что спускались с гор и приходили в их леса. Белые волки и полярные совы стали такими же не редкими гостями в их доме. Знахарка никак всё это не комментировала, но и она замечала особенности Альпина. В его день рождения всегда на несколько миль от их дома приходил мороз, а в ночь перед этим шёл снег. И это в самый разгар лета… Это породило среди людей огромное количество слухов, начиная от самых нелепых и заканчивая возвращением Морозного Короля… Кем же был отец Альпина, из-за которого мальчику и передались все эти способности? Мелисса знала, что уже никогда не получит ответ на этот вопрос. Вряд ли у них будет ещё один шанс встретиться. Девушка так глубоко ушла в свои мысли, что не услышала как её несколько раз позвал Альпин. Она заметно вздрогнула, когда сын потянул её за рукав. Мелисса обернулась на него и её губы тронула мягкая улыбка. – Готов? – девушка взяла Альпина за ладошку, дождавшись его кивка, и они вместе вышли на улицу. Знахарка уже приготовила для них повозку. – Долго там не задерживайтесь, – попросила старушка, помогая Альпину забраться на облучок и получила согласный кивок от Мелиссы. Девушка села рядом с сыном на место возницы, взяв вожжи в руки. Знахарка отошла назад, немного улыбнувшись им, и Мелиссы пришпорила запряжённую кобылу. Чем дальше они отдалялись от дома, тем гуще становился лес и тем теплее становилось вокруг. Здесь лес всё ещё сохранял первозданную красоту и осеннюю тёплую свежесть. В его верхушках щебетали птицы, а дорога вела маму с сыном всё дальше и дальше в сторону города… За высокими стенами звучала громкая музыка. Несколько повозок, гружённых овощами и фруктами, пересекли мост и въехали без проблем в город. Прямо вдоль главной улицы, ведушей в сторону Центрального собора, лежали на прилавказ все привезённые овощи и фрукты, наполняя своим чудесным запахом весь город. Мелисса покинула повозку, Альпин спрыгнул следом, когда они остановились рядом с книжным магазином, расположенным на краю площади. Взгляд мальчика тут же зацепился за нескольких детей, бегающих и играющих вокруг фонтана. Их звонкий смех заражал, и Альпину тут же захотелось присоединиться к ним. – Мама, – мальчик обогнул повозку и подбежал к маме, которая подошла к двери книжного магазина и собиралась уже войти. – Можно я погуляю? Мелисса взялась за ручку двери, повернувшись к сыну. Она улыбнулась ему и коротко кивнула, получив в ответ тут же засиявшие глаза своего ребёнка, широкую улыбку до ушей и моментально вспыхнувший восторг. Через мгновение Альпина на прежнем месте уже не было. Он рванул к играющим у фонтана детям… Заметив, что к ним кто-то бежит, ребята приостановили игру. Внимательными взглядами посмотрели на Альпина, который остановился напротив них, отдышиваясь после бега. На него глазели сразу несколько пар глаз, а на лице Альпина появилась улыбка. – Можно с вами? – он с интересом и восторгом смотрел на них, не замечая немного хмурые взгляды на себе, но всё же они решили с ним поиграть. Время в игре пролетело совершенно незаметно. Небо окрасилось в закатные цвета, и только тогда из книжного магазина вышла Мелисса. Она выглядела вымотанной и усталой, но завидев играющего с другими детьми сына, усталость как рукой сняло. Она широко улыбнулась, спустившись с крыльца и подобрав подол платья. Громкий визг Альпина и тут же последовавший за ним смех других детей привлёк внимание не только Мелиссы, но и прохожих. Альпин свалился в фонтан. Мокрая одежда неприятно прилипла к телу, а издевательский смех ребят раздражал ещё больше. Над ним смеялись будто он клоун в цирке. Мальчишка недолго сидел в холодной воде. Он быстро поднялся и перелез через ограждение фонтана. С одежды струями бежала вода, а смех детей всё не затихал. Он раздражал и выводил из себя! Альпин сжал кулаки и в два широких шага подошёл к мнимому лидеру этих ребят, поравнявшись с ним и, вскинув голову, зло уставился на него. – Чего тебе? – бросил мальчишка, явно не ожидавший такой реакции, отошёл на несколько шагов назад. Очень вовремя, потому что прямо перед его лицом пролетел кулак Альпина. Мелисса поспешила к сыну, пока следующий его удар не достиг цели. Она перехватила его руку как раз вовремя, а мальчишки немного попятились, со страхом поглядывая на Альпина. Подул ветер с Севера… *** Альпин задыхался от кашля. У него горело и ломило всё тело, а от озноба не прекращало колотить. Мальчишка лежал под несколькими слоями одеяла, истекая потом. Промеж бровей у него залегла морщинка, а лицо было искажено от жара и боли. Новый приступ кашеля пробрал до костей, и Альпин болезненно сморщился, сжимая на груди одеяло. Мелисса промокнула влажной тряпочкой лицо сына и поцеловала его в лоб. – Скоро тебе полегчает, потерпи немного, – прошептала девушка, огладив щёчку Альпина. Тот всхлипнул, и его грудь с придыханием опустилась. Знахарка, стоящая в дверях с тазом, посмотрела в окно. За ним поднялась метель. Ветер гнул деревья к земле, будто собираясь выдрать с корнем многовековые деревья. Старушка подошла к кровати, поджав губы и посмотрев на Альпина. Погода была словно отражением состояния этого ребёнка… Старушка поставила таз на прикроватную тумбу и промокнула тряпку, что была на лбу Альпина, в холодной воде. Ей хватило едва коснуться, чтобы понять – он горит. Меж бровей залегла морщинка и знахарка поняла, что обычное лекарство тут вряд ли поможет. Она выпрямилась и снова посмотрела на метель за окном. Мелисса, сжимающая пальчики Альпина в своих, перевела взгляд на старушку. Девушка нахмурилась, когда сильный порыв ветра ударил в стекло, чуть не распахивая окно. – Я должна уехать, – произнесла знахарка, обратив внимание на Мелиссу. – Куда? – девушка встала с кровати, поравнявшись со старушкой. – За лекарством ему и… Альпин слегка повернул голову и прислушался. Из-за бушевавшего за окнами ветра он мало что смог разобрать. Услышал лишь хлопок двери в своей комнате и вздох матери, что подошла к окну и зашторила его. Единственная свеча на столе у окна погасла, погрузив комнату в темноту. Мелисса забралась в кровать, легла около сына, оставила на его лбу мягкий поцелуй и прижала его к себе. Одежда Альпина прилипла к спине и промокла до нитки. Мелисса была готова сделать всё, чтобы её сыну полегчало и он поправился… Ночью Альпин продолжал мучаться от высокой температуры и озноба, поэтому Мелиссе пришлось несколько раз менять ему одежду. Каждый раз, когда она вставала, метель за окнами не прекращалась. Вьюга будто чувствовала состояние мальчика и подражала ему. На утро Альпину немного полегчало и температура сбилась, но слабости и недомогания это не отменяло… Он чувствовал вялость и в горле неприятно саднило, но в целом он ощущал себя лучше, чем вчера. Мама не отходила от него всю ночь, и, казалось, Альпину это придавало новые силы. Мальчишка скорчил болезненную гримасу, приподнялся на локтях и посмотрел в окно. Там снег застелал землю белым ковром… Альпин спустил ноги на холодный пол, уперевшись ладонями в край кровати, и обернулся на спящую рядом маму. Улыбка невольно сама собой появилась на его лице. Альпин встал с налёженного места, подошёл к окну и положил на него ладонь. Альпин вздохнул, смотря на улицу. Снег… Всегда, сколько он помнил себя, шёл снег. В любое время года. Даже летом… Особенно в его день рождения. Иногда это были полноценные метели, что на много недель отрезали их дом от города. Кто он и что он такое?.. Каждый день Альпина мучал этот вопрос. Вопрос, что уже не первый год засел в подкорку сознания. Мальчик выдохнул, и от его пальцев на окне расползся иней. Альпин отдёрнул руку, прижал её к себе, будто обжёгся, и в шоке уставился на тонкий узор морозца, что от тепла в комнате стал медленно таять и стекать вниз. На улице внезапно что-то громко треснуло, испугав мальчишку, и он вскрикнул, отпрянув назад. Сердце в груди громко заколотилось, отдаваясь гулом в ушах. От инея на окне не осталось и следа, а Альпин юркнул обратно в кровать, прижавшись к маме, которая тут же притянула его к себе и обняла, укрывая одеялом. Он ещё долго не мог уснуть, но вскоре снова поднявшаяся температура заставила Альпина провалиться в сон. Мелисса распахнул глаза. Несколько секунд она с недоразумением смотрела на сына пока её взгляд не упал на окно, покрытое инеем. Мелисса окончательно разлепила сонные веки, протёрла глаза и приподнялась на локтях. Она вздохнула, видя за окном медленно падающий снег. Да, такое для неё перестало быть чем-то необычным. Её сын всегда притягивал к себе холод, мороз и снег. Даже летом… Альпин спал около неё, сжав пальчики в кулачки и негромко причмокивая губками. Мелисса убрала упавшую на его лоб чёлку, и её губы тронула улыбка. Поначалу она боялась, что Альпин везде, где бы он ни находился, будет привлекать к себе снег и холод, но теперь это происходит не так часто. Когда он был совсем ещё маленьким, снег шёл каждый раз, когда Альпин плакал. Благо, сейчас он плакал не так часто… Мелисса встала с кровати и вышла из комнаты, оставив её в полной темноте и тишине. Она не услышала, как проснулся Альпин и как он проводил её взглядом из-под полуоткрытых век. Мальчишка присел на кровати, привалился к спинке и посмотрел в окно. Он выдохнул облачко пара, понимая, что этот снег… Он… Что-то особеннее нежели обычный. Он что-то иное. Что-то, что тесно связано с ним самим. Эту связь Альпин стал замечать ещё в совсем маленьком возрасте. В детстве Альпин часто замечал, что его настроение влияло на погоду. Он сел, свесив с кровати ноги и уперевшись ладошками в её края. Тучи, снег, ветер… Альпин такое не любил. Он не любил холод и зиму. Ему больше по душе было тепло и свет. Ну а кому это может не нравиться? Альпин поднялся, тихо покинув комнату и спустившись на первый этаж, откуда приятно тянуло чем-то вкусным, что готовила мама. Также тихо прошмыгнув на кухню, он забрался с ногами на табурет и потянулся ручками к оладушку, от которого ещё поднимался белый пар, он схватил оладушек, но пальцы не обжёг, а наоборот – оладушек показался Альпину прохладным… Альпин слез с табурета, чуть не упав, когда тот неустойчиво покачнулся. Закружилась голова, и Альпина качнуло. Резкий удар ветра в окно заставил его вздрогнуть, мир вокруг замер, а сердце бухнуло в пятки. Мальчишка замер как запуганный зверёк, видя как ставни хлопают из-за порывов ветра. Но испугало его не это. Снаружи кто-то был, и это точно не мама! Альпин отступил назад, когда чёрное высокое существо обернулось. Его глаза сверкнули… Смертью. Тёмная густая шерсть сбилась в колтуны лишая существо какой-либо формы. Оно было высокое, ссутулившееся, с крючкообразными пальцами. Оладья выпала из пальцев Альпина, и он отвлёкся, а когда вернул взгляд на окно – существа уже и след простыл. Кто это был? Что это было? Мальчишка рванул обратно в свою комнату, перелетая сразу через несколько ступенек под гул собственного сердца. Он влетел внутрь, сразу спрятался под одеяло, содрогаясь в немом плаче. Таких чудовищ он никогда не видел! Бешено колотящееся сердце, казалось, остановится сейчас, стоит повернуться или сдвинуться хотя бы на миллиметр. Альпина трясло, и он не чувствовал собственного тела. Мальчишка сжался, прижав колени к груди и дыша через раз. Он чертовски сильно боялся вылезти из-под одеяла и не прекращал плакать. Альпин не решался вылезти пока снаружи его укрытия не стало слишком светло. Солнце встало, а он так за всю ночь и не сумел выглянуть… Мальчик высунул свой носик, когда услышал, как открылась дверь в его комнату. Мама осторожно подняла край одеяла, и Альпин тут же бросился ей на шею, припадая к ней и крепко обнимая. У него колотилось сердце, но именно в объятиях мамы страх отступил, позволяя спокойно выдохнуть и забыть на несколько секунд про жуткого монстра. На долю мгновения тот монстр показался жалким наваждением больного сознания. Хотелось бы в это верить… Чувствуя, как содрогается её сын, Мелисса встала вместе с ним, вышла из комнаты и спустилась по лестнице на первый этаж. Она прошла и посадила Альпина за стол, наливая малышу немного горячего чая, и Альпин пригубил чашку с парящим напитком, убрала с его лица мешающую чёлку. – Тебе что-то приснилось, да? – она присела перед сыном на корточки и подула на чай. В ответ девушка получила лишь мотание головой и опущенный взгляд Альпина. – Ну я же вижу, что тебя что-то мучает… – Всё хорошо! – для того, у кого действительно всё хорошо, Альпин слишком яростно вскинул голову и посмотрел на маму. Мелисса немного удивилась такой реакции, но виду не подала. Она мягко улыбнулась Альпину и, встав с корточек, подошла к окну, за которым были видны снежные сугробы. – Зима рано пришла в этом году…– заключила Мелисса, вздохнув. – Не хочешь убрать снег? – она обернулась снова к сыну с не сходящей с губ улыбкой. Она хорошо понимала, что Альпин даже в свои нынешние восемь лет, ничего особо рассказывать не станет, если его что-то волнует. И за это Мелисса гордилась им. Её сын был, есть и будет её гордостью, даже с учётом всей его необычности. Альпин сел, поджав ноги под себя, и неловко улыбнулся. – Но я не знаю как, – это прозвучало тихо и неуверенно. Мальчик поелозил на месте, неловко подмяв под ноги ладошки. – А давай попробуем вместе, – Мелисса тепло улыбнулась сыну и поцеловала в лобик, убрав с него несколько прядочек, что упали вниз. Альпин склонил голову на бок, несколько мгновений обдумывая, но потом закивал, полностью соглашаясь с мамой. Девушка улыбнулась, сжав коленку сына, встала с корточек, подошла к столешнице, налила Альпину полную кружку горячего чая и передала своему малышу, чмокнув его в лобик. – Мы со всем справимся, – с уверенностью произнесла Мелисса, пока Альпин пригубил кружку. – Главное не бойся и доверяй мне. Она снова поцеловала Альпина и покинула кухню, чтобы принести тёплые вещи. Когда Альпин допил, они оделись и вышли на улицу. Метель к этому моменту улеглась, но небо всё равно было затянуто густыми серыми тучами из-за которых не было видно Солнца. Мелисса спустилась по ступенькам вниз к причалу, на который была привязана лодка. Вода от берега покрылась тонким слоем льда, а изо рта Мелиссы валил пар. Альпин вжал голову в плечи, пряча покрасневший носик за краем шарфа. – Я не справлюсь, – он видел, что натворила его магия и это нельзя было считать прекрасным или достойным хоть чего-то… Деревья на противоположном берегу… Их не было видно из-за тумана, что распростёрся во все стороны от реки. Не было слышно даже птиц. Только снег. Повсюду. Куда не глянь… Мелисса повернулась, посмотреть на Альпина, и её губ коснулась мягкая беззлобная улыбка. – Справишься, – она кивнула, протянув к сыну раскрытую ладонь. – Поверь, если не мог, то мы бы уже давно все превратились в ледышки. Она знала, о чём говорит. За столько лет Мелисса давно заметила, как спокойна погода, когда спокоен и её сын. Сейчас Альпину было страшно, поэтому она знала, что всё, что она могла сейчас дать и показать Альпину – свою поддержку и любовь. Мелиссе пришлось задрать голову, чтобы заглянуть своему сыну в глаза. – Не бойся. Ты справишься, – она продолжала протягивать к нему раскрытую ладонь. Альпин чувствовал, как внутри у него всё сжимается и… Ему было по настоящему страшно. Ужасно и до дрожи в коленях. Но он спустился на причал, взявшись за руку матери, и даже сумел выдавить из себя улыбку. Никто кроме него не смог бы остановить этот холод, и он это понимал. Поэтому… Мальчишка поднял раскрытые ладони к небу, и по его щекам от внезапно поднявшегося ветра побежали слёзы. Это его магия. Она принадлежит ему. Мама была рядом, и он успокаивал бурю ради неё. Мама не должна была пострадать. Она не заслуживала того, чтобы хоть как-то страдать из-за своего сына. Ветер задрал Мелиссе юбку, и девушке пришлось отступить назад. Вокруг её сына поднялся настоящий ураган из всего, что попадало в эту воронку: опавшие листья, обломанные прутья веток. Она слышала, как в конюшне в беспокойстве заражала кобыла, но то, что по настоящему завладело её вниманием это… Закатное небо, рассеивающееся от бескрайних туч. С каждой секундой поднявшийся до небес вихрь вокруг Альпина стягивал в себя всё больше и больше облаков, пока небо не стало ярко-красным, а на западе не показался диск Солнца. Мелисса невольно ахнула, когда вихрь стал уменьшаться. Вот он полностью рассеялся, пропали и облака. Девушка замерла, глядя в спину своего сына, что остался в том же месте, где стоял. Она услышала негромкий всхлип и не успела подойти к Альпину, как тот развернулся. От взгляда на его заплаканные глаза, сердце Мелиссы сжалось. Но её сын… Он улыбался и не просто, а счастливо. Девушка тоже улыбнулась, прошептав одними губами «Ты справился». Альпин всхлипнул и кивнул, переводя взгляд ей за спину, где у самого горизонта Солнце садилось, пропадая в самой воде, в самых её глубинах, обещая вернуться. На Альпина подул тёплый ветер, и он в блаженстве прикрыл глаза. Ветер пробрался под одежду, будто безмолвно вознаграждая мальчика. Альпин справился, и это для него было важнее всего. – Спасибо, – его лицо приобрело спокойные, тихие черты и наконец-то стало расслабленный. *** Альпину на днях исполнилось пятнадцать. Он вырос и окреп, прекратив напоминать того слабого, маленького мальчика, пусть подростковые черты лица сохранились. Альпин возмужал, как бы обыденно яэто не звучало. После случая шесть лет назад он каждый день помаленьку учился управлять своей магией. Старался держать под контролем и своё настроение, чтобы ненароком не вызвать бурю. Это хоть и случалось, но достаточно редко, так что тренировки пошли на пользу. Что не могло не радовать Альпина, ведь теперь его силы не вызывали беспокойства у мамы. Частично, но он собой даже гордился. – Готов? – поинтересовалась Мелисса, выходя из дома. Она спустилась по лестнице к воротам, около которых уже стояла телега, запряжённая двумя лошадьми. Животные, чьи гривы и хвосты развевались от любого дуновения ветра, были наглядным воплощением изящества и грации. Их лебединые шеи, широкая спина, блестящий круп, густые фризы… Всё это пленило взгляд. – Да, – кивнул Альпин, удерживая одну из двух лошадей за уздцы и дожидаясь пока в телегу сядет мама. Жалко было этих благородных животных… Они уж точно не были предназначены, чтобы тягать телеги. Альпин приобрёл этих коней на рынке год назад. Продавец тогда поведал ему их печальную историю, и парень не смог попросту пройти мимо, потратив на них пятьдесят тысяч золотых. В прошлом эти лошади были гордостью конюшни одного герцога, олицетворяя собой совершенство в мире верховой езды. Однако после того, как герцог лишился всего своего состояния в результате пожара, он принял решение продать этих прекрасных животных и построить новое поместье. Альпин много работал, помогал в кузнице лучшему в городе мастеру. Тот без вопросов взял Альпина под своё крыло в обмен на то, что парень будет отдавать часть зарплаты, как только парень обучится кузнечному мастерству. Альпин принял решение, осознавая, что терять ему нечего, и это предложение — наилучшее из всех, что он получал. Работа, которую ему предложили, позволит им с матерью не просто сводить концы с концами, а жить в достатке и спокойствии. К этому кузнецу, как Альпин потом выяснил, прорваться в ученики было очень сложно. Его оружие снабжало королевскую оружейную, большую часть приближённых короля и принца. Так что Альпин гордился тем, что смог удостоиться такой чести. Парень поднялся на козлы, взял поводья и тронул телегу. Путь до города занял не так много времени: уже через полчаса они пересекли стены города. Перед въездом их осмотрели вдоль и поперёк. К сожалению, этому подвергались все въезжающие в город. Из-за разбойников, что повадились нападать, пробираться в города и устраивать погромы. Проезжая мимо стражи, Альпин заметил, что это не обычные стражники города, а королевские солдаты. Их сверкающие на Солнце доспехи, сделанные из прочной адамассовой кожи, переливались, то чёрным, то синим. Но больше всего внимание приковывал выгравированный на груди герб королевской семьи. Когда в их краях только-только появились солдаты, Альпин подумывал о том, чтобы податься в их ряды, в которые брали с четырнадцати, но не мог оставить маму одну. Парень остановил телегу напротив входа в книжный магазин, куда по традиции всегда заходила мама, но сам Альпин сюда не ходил. Он не был любителем книг, а вот мама… Её домашняя библиотека превысила уже двести книг. Для этого пришлось выделить отдельную комнату с высокими шкафами. Там было всё. От истории и науки до тайн Вселенной. Альпин по этим книгам обучился чтению, письму и арифметике. Как-то раз даже нарыл книгу по фехтованию. Мелисса спрыгнула с телеги, поправила свою юбку и улыбнулась сыну. Альпин уже давно перерос её. – Справишься тут сам? – поинтересовалась Мелисса, повернувшись к дверям книжного и собираясь войти. – Конечно, – Альпин смахнул с лица прядь белой чёлки и улыбнулся, когда мама скрылась за дверями книжного. Сегодня они приехали лишь за тем, чтобы купить продуктов, книг и ткани. Последними двумя обычно занималась/ брала на себя сама Мелисса, но ей нездоровилось, и поэтому Альпину предстояло выбрать и ткани, пока мама присматривала себе несколько книг. Отведя лошадей на постой, Альпин направился к центру города, где были самые большие таверны, в которых можно было закупиться продуктами, и лавки с тканями. Мама сама шила им всю одежду, будь то тёплые куртки на зиму или лёгкие вещи на лето. Ей удавалось иногда даже продавать их, получая немалую выручку. На центральной площади шумела толпа, солдаты, звучала музыка из таверн. Альпин не любил оживлённые места, стараясь обходить их стороной. Но, похоже, не сегодня. Натянув на голову капюшон, парень проталкивался через толпу, что сбилась куда-то к Центральному Собору. – Она ведьма! Казнить её! – громко крикнул кто-то, когда Альпина толкнули в плечо. И он прислушался, повернувшись туда, куда все смотрели. Парень опешил и замер, не обращая внимания на гул и шум вокруг. У самого крыльца Собора стояла девушка на ведьмином костре. Босая, привязанная к столбу, с опущенной головой, будто она смирилась со своей участью. Альпин не мог пошевелиться, смотря на девушку, чьи волосы полностью закрыли её лицо, спущенные рукава платья оголяли острые ключицы. Парень не понимал, почему остановился, уставившись на это зрелище. – Во имя Бога Вандара, я, епископ всея Вантис, приговариваю эту женщину, – епископ, в чьих руках был горящий ярким пламенем факел, махнул в сторону девушки. Её голова безвольно повисла, а сама девушка не реагировала ни на что. – К смертной казни через сожжение! – он широко улыбнулся, и толпа оживлённо-одобрительно загудела. Как они могли быть такими жестокими? Решать чью-то судьбу, чувствовать себя выше мира всего…Разве их можно считать людьми? Небо за несколько секунд затянули тёмные тучи, подул ветер с севера. Епископ вскинул руки к небу, прикрыв глаза в удовольствии… Но в следующее мгновение его тело превратилось в лёд. Воцарилась тишина. Люди замерли. Несколько мгновений – и тишину разорвали крики и вопли. Альпин замер, в ужасе уставившись на то, ЧТО он сделал. Статуя епископа стояла неподвижно, с занесённым над головой факелом, покрываясь толстым слоем льда. У Альпина по спине пробежал холодок. Некоторые люди стали оборачиваться и указывать на него, перекрикивая шум. На этот гул сбежались королевские солдаты и взяли площадь в окружение. – Это он сделал! – стоящий рядом с Альпином парень в ужасе указал на его руку, и Альпин увидел, что его пальцы покрыты тонким слоем льда и от них шёл пар. На небе сверкнула вспышка молнии, на мгновение озарив всю площадь и обнажив все самые гадкие очертания стен Собора. Альпин рванул, но не прочь от толпы, а к девушке, но путь перегородили солдаты. – Не с места! – направили мечи и копья. Альпин остановился, поскользнулся на брусчатке и чуть не упал назад, но резкий холода за спиной и взявшаяся из ниоткуда опора удержали его. Сердце громыхнуло в пятки, когда под его ладонью оказался лёд. Магия вышла из-под контроля и, когда Альпин отдёрнул руку, в солдат полетели ледышки, что пронзили и тяжело ранили некоторых. Парень сглотнул, в ужасе смотря на то, что сделал. Раненые солдаты повалились на землю, а остальные бросились на него, занося мечи. Альпин ринулся назад, отмахиваясь от них руками. Вот прямо перед ним возникла стена изо льда. Люди кричали, унося своих детей подальше от «монстра»... Всё тело Альпина дрожало, а мозг лихорадочно пытался понять, что вообще происходит. Его магия не боялась, она готова была пойти против этих людей. Но не сам Альпин. Он не хотел ей навредить! – Убейте его! – крикнули из толпы, и солдаты успели оббежать ледяную стену. – Н-нет, я… – голос Альпина предательски дрогнул. Юноша отступил назад, поняв, что оказался прижатым к стене Собора. Солдаты бросились на него с громкими возгласами. В мгновение в ладонях Альпина появился длинный ледяной меч, и Альпин смог отразить удар, что летел прямо в голову. Следующий солдат бросился вслед за первым. Альпин не успел отразить удар, и меч полоснул его по плечу. Из раны брызнула кровь. С громким криком парень, увернулся от третьего и бросился бежать к противоположной стороне площади. Что делать?! Как ему быть?! Он не хотел сдаваться и покидать Вантис, но податься ему было уже некуда. Вернуться домой, чтобы подвергнуть маму опасности, он не мог. Он всего лишь хотел помочь девушке, а в итоге бросил и её, и сам сейчас убегает… Бросая маму. Альпин покинул город, заставив солдат гнаться за ним многие мили. Он уводил их всё дальше и дальше, чувствуя, что вернуться домой он не сможет ещё многие годы, а возможно, всю жизнь… От этого по щекам непрерывно бежали слёзы, а мороз, что шлейфом тянулся за ним в лесу, скрыл следы Альпина, оставив солдат ни с чем. Сердце Морозного Короля в ту ночь впервые покрылось первым слоем льда, скрыв настоящего его от мира сего… ---------- Логово врага «Жизнь не заканчивается, когда что-то начинает меняться» *** События разворачиваются спустя 207 лет после событий второй главы *** Тёмные улицы города освещались тусклыми фонарями, что отбрасывали на дорогу уродские тени. Где-то вдалеке был слышен стук копыт бегущих по гравию лошадей и ругань пьяницы, что мочился прямо на мостовой, игнорируя мимо проезжающие телеги. Алан выругался, натянул капюшон и его лицо скрылось в темноте. Пляшущие тени придавали фигуре скрытности. Он быстро преодолел мост, переброшенный через шумную реку, что разделила город пополам, и оказался на другом берегу. Своим внешним видом Алан напоминал саму смерть, что пришла за душами всех грешников этого мира: чёрный плащ, скрытое в тени капюшона лицо и висящий за поясом меч, что своей формой напоминал косу. Бедный пьяница попятился, испугавшись, что это пришли по его душу. Алан закатил глаза, скрывшись в темноте переулка. Гравий под его ногами хрустел, пока парень спешил побыстрее добраться до нужного места. Рандал был местом, где в ночи царствовало беззаконие. Город находился на пересечении торговых путей, связывающих столицу и мелкий порт, находящийся к югу от города. По ночам улицы становились оплотом для всей гнили, что «обитала» здесь. Матери не выпускали своих детей на улицы, боясь, как бы их чад никто не забрал и не продал в рабство. Алан пересёк улицу и вошёл в таверну, что находилась на углу. На первый взгляд её яркая вывеска ничем не отличалась от остальных: выгравированная на железе пони с высеченными на ней буквами «K&B». Ничего необычного, но каждый знал, что эта таверна – притон для теневой стороны Рандала, и Алан не горел желанием идти сюда, пока его не вызвали и не приказали явиться. Стоило Алану войти, как в нос ударил запах алкоголя и табака, что мгновенно забивал лёгкие… Парень поморщился и направился вглубь таверны, проталкиваясь сквозь толпу. Туда-сюда здесь сновали куртизанки, обслуживающие столы посетителей. За барной стойкой сидело несколько рослых мужчин, предпочитающих компанию крепкого алкоголя больше, чем происходящее вокруг. Алан прошёл до лестницы в дальней части таверны, его не волновало ни это сборище, ни то, что ни делали. Парень снял с головы капюшон, зачесав упавшие на лоб волосы назад, и поднялся по ступеням. Впереди него лежал тёмный с красными стенами коридор. Алан вздохнул, по привычке (так он делал каждый раз, когда оказывался здесь) проведя пальцами по стене. С одной стороны коридора были двери, напротив каждой – картина. Раньше, когда Алан только попал сюда, он не рисковал подниматься на второй этаж, но сейчас, идя мимо всех этих картин, он не чувствовал того же страха. Его не было, от слова «совсем». На каждом из этих произведений искусства была изображена смерть в разных её воплощениях – очень подходило этому месту. Пройдя чуть дальше, Алан остановился напротив высокой дубовой двери, украшенной резными рисунками. Помедлив несколько секунд Алан взялся за ручку двери, надавил на неё и вошёл в комнату. Её освещали только несколько тусклых ламп и слабо горящий в камине огонь. У противоположной от входа стены находилось окно, из которого прекрасно был виден причал, корабли и здания на другом берегу реки. Оказавшись в кабинете Алан прикрыл за собой дверь и распрямившись, сцепил руки за спиной. Парень терпеливо ждал, пока Версталь – мужчина, который сидел в кресле спиной к нему, – не заговорит первым. Он были будет оставаться главой наёмников, в числе которых был и Алан. – Давно ты сюда не приходил, – кресло развернулось и парень слабо улыбнулся Версталю. Тот поднялся и, обойдя стол, подошёл к Алану. – Да, несколько месяцев, – Алан приложил правую ладонь к сердцу и слегка склонил голову. Они хоть и были обычными наёмниками, но понятие чести знали. Особенно перед теми, кто старше. Версталь сжал меж губ сигару, из-под густых бровей посмотрев на Алана. У мужчины были побелевшие от седины виски, притом основная часть оставалась угольно-чёрной, его лицо было усеяно мелкими шрамами, особенно выделялся один, на переносице, в уголках глаз собрались морщинки, а на шее, скрывшись за воротом одежды, был виден ещё узор шрамов. Сколько их точно Алан не знал, но их было гораздо больше, чем казалось на первый взгляд. Парень стойко выдержал взгляд Версталя, выпрямив спину. Тяжёлый меч оттягивал пояс вниз. Версталь довольно хмыкнул, вернувшись к столу, и, привалившись на него, сложил на груди руки, что бугрились мышцами. Несмотря на свой возраст, мужчина оставался в отличной форме. – Зачем вы меня позвали? – поинтересовался Алан, оставаясь на месте. Он решил не тянуть с этим. Парень сжал губы в тонкую линию, слушая из открытого окна шум с улицы. Версталь выдохнул облачко дыма, окинув Алана цепким взглядом, и в следующее мгновение бросил ему свёрток, перетянутый кожаным шнурком. Парень поймал его одной рукой и развернул. Внутри оказался лист бумаги с изображением человека. Из-за времени бумага пожелтела и даже покрылась тонким слоем пыли. Алан вопросительно изогнул бровь, посмотрев на изображение молодого человека на рисунке. – Кто это? – поинтересовался он, переведя взгляд на Версталя. Мужчина, меж бровей которого по обыкновению залегла складка, вздохнул и посмотрел на дверь за спиной Алана, когда та внезапно открылась. Распахнувшаяся дверь чуть не снесла Алана с ног. Он чудом успел отскочить в сторону. Парень рефлекторно схватился за рукоять меча, встав в боевую стойку, но когда понял, что вошли другие наёмники, тут же распрямился, положив руку на сердце, как сделал это при приветствии Версталя. В кабинет вошли трое человек. Рослые, коренастые, все с широкими плечами и бугрящимися под одеждой мышцами. Теперь нахмурился Алан, посмотрев на всех троих внимательно. Он в росте им не уступал, даже оказался выше одного из них чуть ли не на голову. Все излучали собой силу и выносливость, что копилась в них явно не один год. Их сила чувствовалась, казалось, за километр. Алан краем глаза заметил улыбку Версталя, и это заставило его ещё больше насторожиться. Он не был знаком с этими людьми, хотя ему доводилось встречаться с другими наёмниками. Алан знал многих, но этих не узнавал. – Добро пожаловать, – Версталь улыбнулся шире, и тот человек, что шёл впереди, снял с головы капюшон и обменялся с Версталем рукопожатиями. Остальные двое положили ладони на сердце, немного поклонившись. Алан не знал о пришедшей компании ничего. Другие двое тоже сняли с голов капюшоны и парень удивился, поняв, что одна из них – девушка с тёмными короткими волосами. Рядом с ней стоял молодой человек с огненно-рыжей шевелюрой и на голову выше всех здесь присутствующих. У того, кто приветствовал Версталя, были длинные волосы, заплетённые в три тугие косы, доходящие до плеч, а на шее у него виднелся шрам, который спускался вниз, на спину. Алан оставался стоять в стороне, и никто не обращал на него внимания. Юноша предпочёл оставаться в тени, чтобы понять, кто эти люди, зачем они пришли сюда, а главное для чего? – Благодарю, – мужчина с косичками приложил ладонь к груди и коротко кивнул. – Познакомься, Алан, – Версталь посмотрел на парня, и тому ничего не оставалось, кроме как подойти ближе. Его заметили только сейчас, и все трое гостей повернулись к нему. Лицо девушки оказалось обезображено глубоким шрамом, а у рыжеволосого правый глаз был полностью белым. – Это Кайн, – Версаль указал на мужчину и коротко кивнул. Алан пожал Кайну руку. – Рад познакомиться, – Алан приложил ладонь к груди, посмотрев новому знакомому прямо в глаза, а на лице Кайна мелькнуло подобие улыбки. – Я Элара, – на плечо Алана легла ладонь девушки, и он повернулся к ней. – А это Тэлон, – коротко представила она своего второго спутника и даже улыбнулась, что можно было посчитать хорошим знаком. Что ж неплохое было начало. – Рада знакомству, – она тоже приложила ладонь к груди в знак приветствия и уважения. Алан в ответ тоже склонил голову и пожал протянутую Тэлоном руку. Версталь отошёл к столу, когда Алан поздоровался с Тэлоном и повернулся к своему наставнику. Тот прислонился на край стола и сложил руки на груди. – Я собрал вас здесь по делу, – начал он, сразу переходя к делу. – Убейте Морозного Короля, – взгляд Версталя пронзал насквозь и, казалось, смотрел в самую душу. Кайн нахмурился, посмотрев на Версталя так же пронзительно. – Это приказ нашего короля. Морозный Король должен быть убит. Алан завёл и сцепил руки за спиной, хмуря брови и внимательно слушая Версталя. У того на лице не было ничего кроме холодной серьёзности. В народе ходили слухи о Северных горах, но все они сводились к одному: там ждала только смерть от мороза и льда. Никто не выжил, и никто не испытывал судьбу с тех пор, как появились слухи о владениях Короля. Только самоубийцы отправлялись в те края. Алан осознавал, почему их государю так необходимо было устранить Морозного Короля. Эти земли имели большое значение из-за своей протяжённости и стратегического расположения. – Каждый из вас – обученный годами и множеством боёв убийца. Вы точно справитесь и доставите голову Короля к ногам его величества, – Версталь довольно ухмыльнулся, посмотрев на Алана, руки которого до сих пор оставались сцепленными за спиной. – Вы получите щедрую награду и возможность стать наемниками при дворе короля… Алан сложил на груди руки и вздохнул, посмотрев на Версталя ещё более пристально. Иными словами, король не хотел, чтобы они вернулись оттуда живыми. Это самоубийство. – И как бы грустно это не звучало, друзья мои, но, – продолжил он, – вы не можете отказаться. Это засчитают за измену, – вздохнул мужчина и выудил из кармана трубку.. Кайн сложил на груди руки и отошёл к окну позади кресла за столом. – Убить его не удавалось ещё никому. Более того, никто не видел его уже много лет. Король не спускается с вершин Северных гор, и не факт, что он ещё жив. Его не видели уже очень давно, – мужчина повернулся и посмотрел тяжёлым взглядом на собравшихся. – Значит, вам нужно будет найти его тело и принести какое-либо доказательство его смерти, – произнес Версталь, ставя в разговоре точку. – Короля не волнует, как именно вы справитесь с задачей. Вам нужно принести его тело или любое другое доказательство смерти Короля, а не вернуться с пустыми руками Алан вырос, как и его предшественники, на историях о Северных горах и силе, которая там обитает. Эта сила способна обратить в лёд всё, к чему прикоснётся, и когда-то она стала причиной гибели множества жизней. Эти истории служили предостережением для детей, чтобы они не ходили в лес. После своего таинственного исчезновения много лет назад Морозный Король стал легендой, и никто не знал, жив ли он до сих пор. Лишь старики продолжали рассказывать о нём и сохранять в памяти людей истории об истинном Морозном Короле. Если Король жив, то почему не появляется и не заявляет о себе? Возможно, он умер… Но и этого никто не знал, не осмеливаясь подниматься в Северные горы. Говорили, там до сих пор стояло его поместье… *** – Лошади готовы. Можем выдвигаться, – Кайн поправил походную сумку на крупе своей лошади и оглянулся на вышедшего из притона Тэлона. – Где ты был так долго? – у мужчины между бровями залегла хмурая складка, и он окинул Тэлона цепким взглядом. У того в руках была пустая бутылка от рома. – А что, тебе уже не терпится отправиться во владения Короля на собственную смерть? – Тэлон явно этого не хотел. По крайней мере, умирать уж точно. Он отвязал свою лошадь и, взяв дорожную сумку, сел в седло. На голову он накинул капюшон, который защищал его от холодного дождя, шедшего уже несколько часов. Версталь дал им на сборы ровно день и не минуты больше. Отчасти, потому что подгонял король, отчасти, из-за собственной прихоти… Алан оглянулся на Тэлона и Кайна и, вздохнув, забрался в седло, развернув лошадь в сторону выезда из города. Скоро Рандал останется позади, а Алан лишь надеялся, что вернётся в родной город когда-нибудь, а не падёт смертью храбрых при Короле. – Ты куда торопишься? – Тэлон пьяно ухмыльнулся, посмотрев на Алана, и состроил такое лицо, будто увидел не Алана, а какую-то противную тварь, от которой его тошнило или, того хуже, вообще не переносил. Но на это Алану было более чем плевать. Тэлон, Кайн и Элара – последние люди, которые его волновали, хоть они и находились сейчас в одной ситуации и должны были сплотиться, а получалось совершенно наоборот… – Вас долго ждать, – беззаботно бросил Алан, перехватив поводья удобнее и пришпорив лошадь. – Ах ты ж! Куда? – крикнул ему вслед Тэлон, чуть не сыпля проклятиями. – Мне нужно кое-куда ещё заглянуть. Встретимся через час у северных ворот! – обернувшись, крикнул Алан, ударил лошадь по бокам ещё сильнее, и та пустилась галопом по улицам Рандала. Перед тем как отправиться в путь, юноша хотел разобраться, правильно ли он поступает. Не станет ли его решение смертельной игрой, которая заведёт его в ловушку собственной судьбы? Дождь и ветер хлестали по лицу, пока Алан гнал лошадь по улицам города. Сердце готово было выпрыгнуть из груди и умчаться далеко вперёд. Было ли Алану страшно? Безумно. Неизвестность всегда внушала ему страх, поэтому он решил проверить то, что могло принести ему хотя бы каплю спокойствия и подарить надежду. Алан резко остановил лошадь у Собора – самого высокого здания в Рандале. Величественный каменный фасад, вызывающий трепет и благоговение, возвышался над городом, как страж. Юноша спешился, быстро запахнул плащ и вошел в дубовые двери. Внутри Собора царили изысканность, роскошь и тревожный полумрак, будто из-за каждого угла кто-то следил за прихожанами. От этого зловещего сочетания у Алана по спине пробежал холодок. И это было не лёгкое чувство настороженности — это было нечто более глубокое, леденящее, вселяющее настоящий ужас чувство. Парень вздохнул, проходя под величественными сводами, которые хранили в себе историю начала и окончания Великой войны, длящейся сто лет. Война унесла сотни тысяч жизней, и день её окончания вспоминали во всей стране минутой молчания в честь погибших… Два огромных, высеченных в камне великана держали на руках скульптуру книги, что хранила в себе всю историю. Всё, что когда-либо происходило в мире записывалось в неё само собой: секреты, история и даже то, что только должно было произойти, – и хранилось в этом древнем фолианте. Только обычным людям прочесть эту книгу было невозможно – она находилась в столице, в саркофаге, глубоко под землёй. Доступ к ней не имел никто кроме Стражей, что и духом и телом защищали эту реликвию. Алан прошёл к алтарю, перед которым горело сотня свечей, поклонился, приложив руку к сердцу и выпрямился, втягивая в себя пыльный воздух. – Величие, спокойствие, умиротворение… – к Алану со спины подошёл пожилой священник, облачённый в чёрную рясу и с чётками в руках. – Всё это благодаря нераскрытым тайнам Священной книги. – Да, – согласно кивнул парень и поджал губы в тонкую линию. Раскрывать тайны Священной книги было самым тяжёлым преступлением. Если бы книга попала не в те руки, то этот человек стал бы властителем мира. – Зачем пожаловали сюда, молодой человек? – священник повернулся к Алану. – Вы не похожи на того, кто пришёл сюда, чтобы просто помолиться. Алан ухмыльнулся и сунул руки в карманы плаща. – Вы правы. Мне нужно в библиотеку, – произнёс парень истинную причину своего визита сюда. В соборе Рандала, величественном оплоте веры и знаний, находилась единственная в городе библиотека. Здесь, под сводами, украшенными фресками и витражами, хранились тысячи книг, привезённых из дальних земель. Несмотря на дурную славу Рандала как пристанища преступников, его библиотека считалась величайшей в стране. Столица отправляла сюда свои книжные сокровища, дабы сохранить их в безопасности и передать будущим поколениям. – Тогда пройдём за мной, – священник заложил руки за спину, проходя мимо алтаря, огонь свеч на котором подёрнулись лёгким колыханием. Алан оглянулся на прихожан, сидящих на скамьях напротив алтаря и молящихся о чём-то своём. Когда-то и он был в их числе… Парень отогнал от себя лишние мысли и пошёл за священником. Они пересекли длинный коридор, связывающий целлу и другие части Собора, и прошли к винтовой лестнице, что вела вниз. На стенах горели факелы, стало заметно прохладнее. Священник шёл впереди, подол его рясы колыхался от ветерка. Алан старался не отставать и не считать по привычке ступеньки. По спине пробежался холодок, тронул затылок и умчался дальше. Охотник не знал, сколько они уже так шли, он потерял счёт ступенькам где-то на двухсотой, но то, что они оказались под Собором, было ясно как день. Наконец, прямо перед ними показался просвет, загороженный кованной калиткой. Священник подошёл к ней, достал из-под рясы ключ, что-то бормоча себе под нос, и открыл замок, проходя внутрь. Вдоль стен тут тоже горели факелы, прямо перед входом в библиотеку стоял большой дубовый стол, а позади него начинались огромные стеллажи с книгами. Их тут было тысячи. От одного взгляда на стеллажи можно было почувствовать себя крошечным муравьём. Алан так себя и ощутил. У него перехватило дух. За все свои двадцать пять лет, охотнику ни разу не удавалось побывать здесь, хоть проход сюда и был для всех свободен. – За последнее время сюда почти никто не приходит, вот мы и закрыли проход, – пояснил священник, пройдя к столу и смахнув с него пыль. Алан подошёл к нему ближе и втянул пыльный воздух. Тут пахло книгами и старостью. – Какая книга тебя интересует, юноша? – поинтересовался священник, поправив очки и со скучающим выражением лица посмотрев на охотника. – Про Северные горы и Морозного Короля, – произнёс парень и вздохнул. Он не хотел, чтобы кто-то узнал причине его визита в библиотеку, но священнику сказать об этом можно было. – Понятно, – протянул священник и задумчиво посмотрел на стеллажи. – Это третья секция восьмой стеллаж. Сейчас принесу. Подожди здесь. И священник ушёл. Алан проводил его взглядом и вздохнул, из-за чего несколько пылинок взвились вверх. Несмотря на тусклый свет факелов, тут было достаточно светло, чтобы не потеряться. Охотник подошёл ближе к столу, на котором горела одинокая свеча и лежала развёрнутая толстая книга. Алан сдул с неё пыль и провёл ладонью по страницам. Текст был написан на древнем языке, который парень видел только один раз в жизни. Насколько же старые книги тут хранились? Услышав, что священник возвращается, Алан отпрыгнул от стола и отошёл назад, пропуская мужчину к столу, который он нёс большую стопку книг. Священник с грохотом положил их на стол, подняв в воздух пыль, и вытер со лба крупинки пота. – Вот всё, что я смог найти. Надеюсь, юноша, тебе будет это полезно. – Благодарю, – Алан сел за стол, открыв первую книгу и погрузившись в чтение. Времени у него осталось не так уж много… *** Сумрак над лесом сгущался с каждой минутой всё сильнее. В кронах сосен угукала сова и гулял северный ветер. Алан сильнее натянул на голову капюшон и укутался в плащ. Ветер дул порывами, сметая снег и закручивая его в вихри. – Нам лучше остановиться и переждать, пока погода не наладится! – крикнул Тэлон, который ехал позади Алана. Лошади утопали в снегу чуть ли не по грудь, и продолжать идти в самый разгар бурана, становилось ещё опаснее. К тому же темнело быстро, и солнце уже успело скрыться за горами. Погода резко ухудшилась, когда они пересекли границу Северных гор, что как стражи окружали их со всех сторон. – Нужно найти, где укрыться! – Кайн развернул своего коня, и бедное животное чуть не рухнуло в снег. Ветер с каждой минутой становился только сильнее. Алан не видел почти ничего кроме деревьев и снега. Разглядеть очертания остальных членов команды становилось всё труднее. – Тут недалеко есть пещера. Можем укрыться там! – крикнула Элара и поравнялась с Аланом. – Ты уверена? – поинтересовался Кайн, щурясь от летящего в глаза снега. – Да, – девушка уверенно кивнула и ударила свою лошадь по бокам, направляя глубже в лес. Теперь она ехала впереди, и её кобыла протаптывала для остальных тропу. Бедное животное с трудом делало это, пыхтя. Алан хотел было нагнать девушку и предложить, чтобы он пошёл первым, но лес закончился очень неожиданно, сменившись скалами и голыми камнями. Сильный ветер яростными порывами сдувал его и уносил в сторону леса. Зато горы… Они словно великаны возвышались над миром, охраняя его. – Почти пришли! – крикнула Элара, не рискуя пришпоривать свою лошадь, чтобы та ненароком не поскользнулась на камнях. Алан с толикой облегчения выдохнул и скинул с головы капюшон, собрав волосы в хвост на затылке. Среди снега, ветра и темноты, опустившейся на мир что-либо рассмотреть было крайне сложно. Сколько прошло времени, Алан не знал, но, когда они добрались до пещеры, стало совсем темно, и буря немного поутихла, сменившись плавным снегопадом. Лошади от усталости опустили головы, от животных клубился пар и белым облаком окутал пространство пещеры. Алан спешился, достал из дорожной сумки одеяло и постелил на пол. Конь притопнул ногой и помотал головой, явно давая понять, что крайне недоволен. – Разведём костёр и согреемся, а потом каждый по очереди будет дежурить. Встаём на рассвете, – распорядился Кайн и вышел наружу. Лошадей было решено оставить у входа в пещеру, чтобы животные не мёрзли и смогли продолжить путь на следующий день. Вернулся Кайн с охапкой хвороста, похоже, срезанного прямо с деревьев. – Ветки сырые, но, надеюсь, разожгутся. Тэлон, займись этим! Алан, дежуришь первый, – Алан согласно кивнул и привалился к стене почти прямо у входа. Благо, ветер и снег сюда почти не попадали, а если и попадали, то лошади загораживали его. В разговоры парень не вслушивался, смотря лишь на снег, что плавно падал с неба, создая какую-то чарующую красоту. Это напомнило ему о прошлом, в котором Алан был ещё совсем мальчишкой и также, как сейчас, любовался снегопадом. Тогда он жил в деревне у берега моря, и снег там был редкостью. Если и выпадал, то почти сразу же таял… Алан сидел на крыльце дома и смотрел, как мир окутывала чарующая белая пелена. Снег был очень пушистый. Мягкий, но такой холодный. Мальчик положил подбородок на руки, сидя около окна и смотря на эту красоту. Даже моря не было видно за этой белой стеной. Не было ни шума прибоя, ни крика чаек, ни разговоров прохожих. Полная тишина. Деревня будто замерла, уснула. Внезапно в комнате включился свет. Он резанул по глазам мальчишки, из-за чего Алан отвлёкся и зажмурился. – Не спишь? – в комнату вошла его мама. Алан повернулся к ней и виновато посмотрел. – Прости, просто на улице так красиво. Утром снега уже почти не будет, – мальчик немного пододвинулся, когда мама села рядом. Её теплый поцелуй в макушку тут же развеял все страхи, что мгновение назад поселились в душе мальчика. Его могли наказать, но не сделали этого, а наоборот поцеловали. – Я тоже так сидела когда-то. Мир становится другим в такие моменты, – она ласково улыбнулась сыну и погладила его по макушке. У Алана ёкнуло в груди, когда он заметил на лице мамы новый синяк. Снова… – Д-д… да, – отвернувшись обратно к окну, кивнул Алан и, будто соглашаясь с ним, в комнату залетел ветер, принеся с собой несколько снежинок. Мир и правда становился другим в такие моменты. – А ты знаешь, кто управляет снегом и приносит нам его как награду за год упорной работы? – поинтересовалась у Алана родительницы, всё ещё поглаживая сына по волосам. – Нет. А… Его кто-то приносит нам? – недоверчиво спросил Алан, с детским любопытством посмотрев на маму. – Конечно, – она усмехнулась. – Это работа Морозного Короля. Именно он приносит нам снег, и мы можем несколько дней отдохнуть, – мама посмотрела на падающие с неба белые хлопья. Морозный Король… Алан часто слышал о нём с приходом первых заморозков, когда снег выпадал всего на одну-две ночи, а потом снова таял днём. Несмотря на это эти дни, когда погода снова не начинала радовать солнечными днями, вся работа в деревне прекращалась. Все отдыхали, и это было своеобразным началом нового года. Прошло уже пятнадцать лет, а для Алана жизнь приняла крутой оборот именно той зимой. Парень прикрыл глаза. Все остальные уже спали после маленького ужина из поджаренных на огне грибов. Алан открыл глаза, пустым взглядом посмотрев на снег, так и продолжающий идти. Охотник вздохнул и поднял свой меч к лицу, посмотрев в собственное отражение на клинке: растрёпанные волосы, небольшие синяки под глазами и уставший вид. Всё это даже самому парню не внушало ничего хорошего. Ему, как и его спутникам, понадобятся силы. И много… В предстоящей борьбе против Морозного Короля. У них не было выбора кроме как выполнить этот приказ, каким бы опасным он ни оказался. Морозный Король… Алан часто слышал с приходом первых заморозков, когда снег выпадал всего на одну-две ночи, а потом снова таял днём. Охотник мотнул головой, отгоняя лишние мысли. Прошлое давно осталось в прошлом, хоть чувство вины всё ещё преследовало юношу… В какой-то момент Алан задремал, а когда проснулся услышал волчий вой. Совсем близко от пещеры. Лошади беспокойно топтались у входа и фыркали. Внезапно на плечо Алана легла чья-то ладонь, и парень дёрнулся, выхватив меч из ножен. – Тихо, – Тэлон приставил палец к губам. Кайн затушил, костёр, снаружи снова раздался вой. Волки были совсем близко. Алан застыл, когда прямо напротив входа среди деревьев увидел их горящие в свете луны глаза. Он слышал из разговоров других путешественников и тех, кто отваживался заходить на территорию Короля о том, что земли его охраняла стая волков, вдвое больше обычных по размеру. Алан встал с пола, держа меч наготове. Всё вокруг замерло. Только сейчас парень заметил, что снег прекратил идти, и на небе высветился полумесяц. – Что делать? – тихо поинтересовалась Элара у Кайна. Алан обернулся на них и заметил, как Кайн был напряжён, а в глазах девушки плескался страх. – Надо их всех прикончить, – подал Алан голос и подошёл ближе к Кайну. Только вот они в ловушке и, скорее всего, зверей было ещё больше. Кайн и Элара согласно кивнули и переглянулись. Девушка вытащила из своего колчана стрелу, насадив её на тетиву. Кайн же достал из-за спины секиру, а Алан, вернув внимание ко входу, поднял меч выше. Он не заметил ещё одного кивка Кайна и Элары за спиной. Тэлон держал всех четырёх лошадей под уздцы и тоже кивнул им, мол, действуйте. Алан бесшумной походкой подошёл ближе, видя, что волки подошли уже совсем близко. Теперь парень мог без проблем рассмотреть их. Эти волки были в точности, как их и описывали: белая шерсть, что скрывала их от лишних глаз в снегах Северных гор, сверкающие в темноте глаза, ощетинившиеся загривки, что делали их ещё крупнее и массивные лапы, которыми они, кажется, могли с легкостью раздробить кости одним ударом. Настолько крупных хищников парень никогда не видел. Охотник перехватил меч поудобнее и вышел наружу. Снег под ногами похрустывал, а изо рта вырвалось облачко пара. Парень выдохнул и, услышав рычание волка, справа повернулся в эту сторону, но, не успел хищник напасть, как спину Алана внезапно пронзила острая боль. Мгновение спустя такая же боль пронзила и его руку. Алан заорал и обернулся. От боли голова пошла кругом, ноги подкосились, и он рухнул на колени, хватая ртом воздух. Парень поднял глаза и заметил, как Кайн, Тэлон и Элара верхом покинули пещеру. Он смог протянуть к ним только руку, опираясь на меч, но рухнул в снег, чувствуя как по спине течёт что-то тёплое. Волки перескочили через него и рванули за тремя охотниками с громким рыком. Вскоре Алан потерял их из виду. Перед глазами всё поплыло. Алан ощутил, как ладони коснулся тёплый нос одного из волков, а затем перед ним, так и грозящими закрыться, появился поражающий своей красотой белоснежный олень. Такой белый, что казалось, он светился, точно упавший с неба осколок луны… Прежде чем темнота окутала Алана, парень увидел, как олень опустился в снег, и с его спины кто-то сошёл. ---------- Морозный Король “Жизнь — это не поиск себя. Жизнь — это создание себя” — Джордж Бернард Шоу *** Всё происходящее вокруг проносилось мимо Алана. Он изредка приходил в себя, чувствуя во всём теле жар и боль, что поглощала его с головой. Парень всегда слышал и ощущал рядом чьё-то присутствие. Присутствие кого-то, кто, кажется, волновался за него. Последнее, что помнил парень, это как его посадили на оленя. Он помнил человека перед собой, который и помог ему это сделать. Он не разглядел его лица, но его силуэт намертво въелся в память. Тогда мужчина показался Алану кем-то, кто снизошёл к нему, чтобы… забрать душу. Алан снова погрузился во тьму, которая облепила его со всех сторон вязкой тиной. Очнулся он когда в комнате была тишина. Парень открыл глаза, поднял руку, закрываясь от яркого света, который бил прямо в глаза из камина, освещая яркими всполохами всю комнату и наполняя её теплом. Он посмотрел на огонь, пляшущее в камине, и приподнялся на локте, но тут же рухнул обратно, зашипев от боли, которая прострелила спину и руку. Левая рука была зафиксирована повязкой и прижата к телу. Алан помнил, как в неё угодила стрела. Парень поморщился и бросил попытки подняться. Он осмотрел пространство, в котором оказался: кроме камина, у окна стоял стол, рядом высокий книжный шкаф, а пол устилал густой ворсистый ковёр. За окнами, украшенными витиеватой решёткой, гудела метель. Ветер лёгким холодком проникал в комнату, колыша пламя свечи, стоящей на столе. Алан повернул голову в сторону окна и сощурился. Где он? По спине от догадки пробежали мурашки. Парень, превозмогая боль, сел, опустил ноги на пол и поразился мягкости ковра. Дверь внезапно открылась – О, ты проснулся. – и в комнату, держа несколько полотенец, вошла девушка-прислуга. – Ты три дня не приходил в себя. – Она прошла к столу и положила полотенца туда. Алан напрягся, и от напряжения у него по спине побежал холодок. Парень сжал руки в кулаки, пристально смотря на девушку. Она не боялась и спокойно подошла ближе, положив ладонь на его лоб. – И температуры совсем нет. – Служанка мягко улыбнулась, заглянула Алану в глаза, а тот внезапно перехватил её руку и сжав будто в тисках, оттолкнул от себя. – Вообще-то больно, – девушка выдернула руку и прижала её к груди. – П… прости. – Алан виновато поджал губы и снова осмотрелся. – Где я, и что это за место? – поинтересовался он, на секунду отвлёкшись на камин. – Где-где… в замке Морозного Короля. Глаза Алана расширились, напомнив две круглые монеты. Девушка отошла к столу и, взяв полотенца, начала раскладывать их по полкам второго шкафа, стоящего в углу. Парень неверяще посмотрел на служанку и только сейчас заметил, что она принесла его вещи, которые теперь висели у изножья кровати. – Давай я тебе помогу. Одной рукой тебе одеться будет сложно, – она закончила с работой и подошла к вещам, посмотрев на Алана, который в свою очередь смотрел на неё лишь с недоверием. – Я не кусаюсь. Давай, – девушка улыбнулась и, дождавшись кивка от Алана, взяла рубашку и помогла одеться. Юноша с благодарностью посмотрел на неё и попытался вторить улыбке, но тут же снова насторожился, когда она взяла шнурок и завязала его волосы на затылке. – Вот. Теперь похож на человека, – девушка улыбнулась и потрепала Алана по волосам, довольная своей работой. – Теперь не стыдно и перед Королём показаться, – она развернулась, похоже, чтобы уйти, но Алан схватил её за руку. Сжал не крепко, но ощутимо, чтобы она остановилась и посмотрела на него. – Что-то хочешь? – Н… нет. Иди, – Алан отпустил её, одними губами поблагодарив за помощь. – Пошли. Король приказал привести тебя к нему сразу, как очнёшься. Так что некогда нам тут рассиживаться, – с мягкой улыбкой на губах служанка теперь уже сама протянула ему руку. Парень поднял на неё глаза, вздохнул и встал с кровати не без её помощи. Спину прострелило резкой болью, и его лицо исказилось. Девушка заметила это и позволила Алану опереться на себя. Они вышли из комнаты, попадая в широкий коридор. Юноша стиснул зубы. Каждый шаг приносил лишь неудобство и стреляющую боль в спине. Алан краем глаза осматривал окружение, но взгляд ни за что не цеплялся. Коридор тянулся, казалось, бесконечно. У охотника по спине тёк пот, а каждый шаг давался очень тяжело. – Долго я… проспал? – выдавил Алан из себя. Перед глазами всё расплывалось, но он старался сильно не наваливаться на девушку. – Три дня. Когда Реджис тебя привёз, ты уже был без сознания, – рассказала служанка и толкнула дверь в конце коридора, которая вывела их в другой широкий коридор, но уже гораздо шире и выше, с арочными сводами. Такие же арочные окна были вдоль одной стены, а этот коридор, как и прошлый, казался бесконечным. Несмотря на то, что окна не имели стекла, в коридоре не было холодно. Даже пара не было, хотя на улице шёл снег и гудела метель. Алан остановился, заворожённый тем, что увидел. На окнах была будто бы пелена, что укрывала от ветра. – Завораживает, да? – с улыбкой на лице поинтересовалась служанка, рассматривая профиль Алана. – Да. Это… удивительно, – согласно кивнул юноша, и они продолжили идти. Он никогда в жизни не видел такого. Окна без стёкол, но хранящие тепло… Поразительно! Пока они шли по длинному коридору, охотник не прекращал осматриваться, забыв о боли. В глазах у него горело детское любопытство, которое вызывало у служанки улыбку: непривычно было видеть чужаков, которые не пытаются убить, а просто удивляются всему необычному, как маленькие дети. Алан не заметил, как они дошли до конца коридора. Перед ними появилась высокая дверь с замысловатыми узорами. – Дальше пойдёшь сам. Сможешь? – поинтересовалась девушка, попробовав отпустить Алана. Тот сначала пошатнулся, не ожидая, что потеряет опору так скоро, но устоял на ногах, удерживаемый девушкой под руку. – Думаю, да, – кивнул парень и выпрямился, но боль не позволила сделать этого полностью и прострелила спину. На лбу выступила испарина, которую Алан стёр рукавом. – Хорошо, – с мягкой улыбкой на лице кивнула девушка, отошла в сторону, положила ладонь на ручку двери и, слегка надавив, приоткрыла её. – Я буду здесь. Снова кивнув, Алан подобрался, передёрнув плечами, и вошёл в проход. Дверь за ним закрылась, и парень оказался в тёмном помещении. Единственным источником света здесь был камин, от которого пышело жаром. У огня стояло кресло, в котором Алан не сразу заметил, что кто-то сидит. Парень привалился спиной к двери и сглотнул. Отступать было поздно… Окна в комнате были плотно зашторены, и напротив них стоял широкий стол, заваленный чем-то, что Алан не мог рассмотреть в темноте. – В мире существует только две вещи, на которые можно смотреть вечно. Угадаешь? – незнакомец задал вопрос, и его голос оказался очень мелодичным и спокойным. – Нет… – тихо ответил Алан, даже не подумав над ответом. Он мелкими шагами стал подходить к сидящему, прижимая руку к себе. Оружия в случае чего у него не было. – Огонь и, – мужчина сделал паузу. – то, как утекает время. Охотник остановился в нескольких шагах от того, кто сидел в кресле. Нога, которую только и мог видеть, Алан ритмично покачивалась, закинутая на другую. Её обладатель оставался максимально спокоен. Он не боялся того, что на него могут напасть. Внезапно кресло повернулось к Алану, и парень отшатнулся на несколько шагов. Он не ожидал этого и нахмурился, когда увидел перед собой красивого юношу примерно того же возраста, что он сам, с белыми волосами до плеч и голубыми пронзительными глазами, в которых будто замерли вековые льды. Осознание, что перед ним Морозный Король, пришло к Алану только сейчас. Он остался стоять на месте, хотя весь образ Короля внушал благоговение и трепет, сковывающий всё нутро. Из легенд и сказок Алан представлял Короля старым, дряхлым стариком, но никак не прекрасным юношей в расцвете сил. Алан опустил глаза. Всё внутри него сжалось. Он кожей ощущал на себе взгляд Короля и не мог перед ним даже пошевелиться, оставив в поле зрения только всё так же ритмично покачивающуюся ногу. Благоговейный трепет… – Откуда ты? – голос Короля оставался спокойным, он перестал качать носком ботинка. Почему-то это вселило в сердце и душу охотника ещё бóльшее напряжение. – Из Рандала, – сглотнув, ответил он и заметил, что Король встал с кресла, подходя к нему чуть ли не вплотную, но Алан всё так же не решался поднять голову. – А что ты делаешь в моих землях? – поинтересовался он, оглядывая Алана с ног до головы. Как только этого парня доставили в поместье, его лишили всего оружия. Реджис – один из приближённых Короля, – предложил кинуть его в темницу и потом, как Алан придёт в себя, допросить его. Но спорить, когда Король приказал отнести охотника в комнату и позаботиться о нём, он не стал, молча приняв это как должное. – Я здесь по… поручению моего короля, – коротко ответил Алан, рискнув поднять голову. Оказывается, Король стоял около камина и смотрел на пляшущие огоньки пламени, а не напротив него, как думал Алан. Магия? – Вот как. Он поручил убить меня? – Король повернул голову и сощурил глаза, проникая в самую душу. Это было похоже на безмолвный выпад. Казалось, Король видит Алана насквозь, и от этого парню стало не по себе. Он отвёл глаза в сторону, понимая, что не может вынести взгляд Короля. Когда Алан услышал вздох, то рискнул посмотреть на Короля. Он думал, что охота на него будет очень простой и не составит никакого труда. Теперь он видел и чувствовал, насколько сильно ошибался. И хоть он и пока не видел все владение Короля, но то, что и земли и магия этого древнего существа огромна, он в полной мере понял только сейчас. Это Король сделал заслон от холода на окнах в коридоре, это он укрывал свои земли под вековыми снегами… Его могущество было велико. Даже больше, чем Алан прочитывал из книги в библиотеки в Соборе. Там, кажется, не была описана и половина способностей, которыми владел Король. – Ваше величество, – Алан рухнул перед ним на колени, уперевшись руками в пол. – Позвольте мне служить вам. Прошу. Обратно мне дороги нет, но я могу рассказать вам, что мне известно! Алан и правда мог. Вряд ли Король знал и ведал о тех изменениях в мире, которые произошли. Его земли были отрезаны от земель людей, а обратно Алана уже вряд ли отпустят. Король повернулся к Алану, окинув его таким взглядом, будто обжёгся. Меж бровями у него залегла морщинка. – По-твоему, я не знаю, что творится за границами моих земель? – он почувствовал в голосе угрозу. Парень сглотнул, но подняться с пола не посмел. – Встань и не смей больше падать ниц передо мной. Охотник поднялся, выпрямляясь, и посмотрел на Короля. Тот всё так же стоял у камина. – Позвольте мне быть рядом с вами? Если вернусь назад, меня убьют. «Без вашей головы», – мысленно добавил Алан. Король окинул его цепким взглядом и вздохнул, отворачиваясь к камину. Охотник разглядел на его лице толику смятения, но предпочёл смолчать. Прошло несколько минут, и Король наконец повернулся к нему и коротко кивнул. – Хорошо. Ты станешь моим стражем, но ровно до того момента, пока не провинишься где-нибудь, – он снова уставился на языки пламени. Алан положил руку на сердце и коротко поклонился Королю. – Буду верен вам, покуда бьётся моё сердце, – он выпрямился и поднял глаза на его величество. Спину Короля покрывала голубая мантия, белоснежные волосы едва касались лопаток, а голубые пронзительные глаза смотрели в самую душу. Король отпустил Алана, и, когда охотник покинул тёмный кабинет, на пороге его уже ждали. Высокий статный мужчина, с длинными, чёрными как смоль волосами, струящимися по спине, и в таком же чёрном плаще. Он повернулся на звук открывшейся двери и окинул Алана холодным взглядом своих фиолетовых глаз. Он был выше Алана чуть ли не на голову и гораздо крепче сложен. – Пройдём за мной, – он двинулся по арочному коридору, а к Алану подошла та служанка и жестом показала, что всё хорошо и он может идти. Охотник недолго мялся и пошёл за мужчиной, от которого уже сильно отстал. – Реджис, не гони. Подожди Алана! – крикнула ему вслед служанка и хмыкнула, когда Реджис в недоумении повернулся к ней и остановился. Алан заметил, как Реджис закатил глаза и сложил руки на груди. Охотник догнал мужчину и поравнялся с ним. Реджис и правда пошёл медленнее, когда заметил, что охотник за ним просто не поспевает. Алан бы шёл с ним наравне, но раны давали о себе знать. – Куда мы идём? – поинтересовался парень, повернув голову к воину, на чьём поясе висел обсидиановый меч. Мужчина бросил на него короткий взгляд и молча ускорил шаг. Алан закатил глаза, и ему пришлось тоже ускориться. Коридор с большими арочными окнами оборвался и перед Аланом открылся вид на чудесный зимний сад. В центре росло высокое дерево, а земля вокруг него была усыпана песком, на котором красиво выведены узоры и замысловатые рисунки. Обойдя сад, они оказались в другой части поместья и шли по другому коридору, тут уже пелена на арочных окнах не укрывала от холода. Мороз покалывал, и Алан остановился, обхватив себя за плечи. Реджису было всё равно. От него, кажзалось, шёл пар?.. Возможно, Алану только показалось, и он молча поспешил пойти следом за мужчиной. Арочный коридор закончился большой дубовой дверью, и Реджис остановился напротив неё и постучал. На уровне его глаз отодвинулась задвижка и тут же сразу закрылась. Послышался звук открывающегося замка, и дверь распахнулась. По ту сторону стоял такой же высокий воин, рядом с которым Алан в который раз почувствовал себя мелким и ничтожным. – Вот. Привёл к тебе человечка. Введи его в курс дела и пусть пройдётся с тобой по казарме. – Реджис отошёл в сторону, дав Алану пройти вперёд. Парень оказался под цепким прицелом глаз воина. Золотые волосы струились по плечам мужчины, а за спиной находился массивный двуручный меч. – Король назначил его своим телохранителем. Проверь навыки и расскажи тонкости. Только аккуратней с ним. У него ранения… – Какой смысл мне сейчас ему всё рассказывать, Реджис? – Расскажи про правила, порядок. Я тебе объяснять должен что ли? – Хорошо. Раз это приказ Короля, то я сделаю, – светловолосый заложил руки за спину и отошёл в сторону, пропуская Алана внутрь помещения. Дверь за ним закрылась. Охотник оказался в ещё одном коридоре. Только на этот раз в нём не было окон, а на стенах горели факелы, что освещали длинный проход. – Иди за мной. – Воин поманил его за собой. – Меня Реем звать. А тебя как? – Алан, – парень посмотрел по сторонам. По вискам у него тёк пот, и ему пришлось замедлиться. Раны жгло огнём. Рей оглянулся на него и вздёрнул подбородок. Воин замедлился, чтобы у Алана была возможность его догнать. – Давай-ка. Вот так, – Рей закинул на себя его руку и помог парню пойти на своих двоих. – Реджис убьёт меня, если с тобой что-то случится, – пробурчал себе под нос Рей, не отпуская Алана. – Я отведу тебя в лазарет. – Хорошо. Перед глазами у Алана всё плыло, и он почти не разбирал дороги. Парень не заметил, как они прошли по коридору, но понял это, когда в глаза ударил солнечный свет. Парень поморщился, прикрыв глаза ладонью. От снега отзеркаливался свет, что ещё сильнее слепило глаза. Но что поразило Алана сильнее всего, так это то, что тут находилась площадка для тренировок и конный манеж. На обеих площадках тренировались воины. Их было очень много, как и всадников, которые отрабатывали манёвры. Алан остановился, и его взгляд зацепился за девушку, которая тренировалась на площадке около манекена. Её меч входил в мешок под идеальным углом, а движения были такими плавными и быстрыми, будто молнии, рассекающие ночное грозовое небо. – Зачем столько воинов? – с крупицей удивления поинтересовался Алан, посмотрев на Рея, который остановился с ним и не торопил парня, давая ему осмотреть площадки. – Охрана границ. Наш Король беспокоится о своих землях. Ты узнаешь обо всём позже. Идём, – и Рей потянул парня дальше. Алан будто попал в совершенно другой мир... ---------- Статуя в саду “Каждый хочет изменить человечество, но никто не задумывается о том, как изменить себя” — Лев Николаевич Толстой *** Громко цокая каблуками по бетонному полу замка, Торра направлялась на аудиенцию к королю. За спиной девушки хаотично развевался плащ с гербом её страны, а сама она была облачена в доспехи, что защищали всё её тело. Приказ явиться на аудиенцию поступил от генерала. Торра не имела понятия, зачем король вызвал её к себе, но у неё не было привычки задавать лишние, ни к чему ненужные вопросы. Она всегда безропотно исполняла все отданные ей приказы. Даже если в них было что-то, что задевало её чувства... Столица, как и страна, процветала. К ней присоединялись всё новые земли. Иногда приходилось использовать силу, чтобы присвоить эти земли, но были и те, кто добровольно подчинялся власти короля. Его величество Кайвин был завоевателем. Во время его правления страна очень сильно разрослась и расцвела, несмотря на нередкое недовольство граждан, но это никак не мешало ему продолжать расширять свои владения. Под королевским за́мком хранилась книга, таящая в себе всю историю мира, и Торра прекрасно ведала, что король всю жизнь хотел завладеть этой книгой и с её помощью найти то, что дарует ему бессмертие и безграничную власть, но сколько бы он не пытался добраться до фолианта, так и не смог. Книгу надёжно охраняли Хранители, чья власть была больше и обширнее, чем у него. Каждый житель столицы знал об этом сокровище под замком, но никто не смел идти против Хранителей. Говорили, что они могли испепелить взглядом человека или сделать его калекой на всю жизнь. Даже самый смелый вор предпочитал не соваться к Хранителям, чтобы остаться целым и невредимым, ведь никто не знал об истинной силе этих людей... Торра подошла к двери кабинета короля и постучала. – Войди, – отозвался Кайвин, и девушка зашла внутрь, встала по стойке смирно, приложив ладонь к сердцу, и поклонилась. – Звали, ваше величество? – девушка выпрямилась, посмотрев на короля, что сидел за столом, сложив руки в замок. – Да, – он показал жестом, чтобы Торра присаживалась в кресло напротив него. Что рыцарь и сделала. – Давно же ты ко мне не заходила, – на лице короля появилась ухмылка, которую он даже не пытался скрыть. – Была в делах. Не гневайтесь, государь, – Торра ответила ему такой же слащавой ухмылкой и протянула руку, сжав протянутую руку Кайвина. Его пальцы были усеяны кольцами. Девушка наклонилась и коснулась губами перстней. – Я восполню всё, обещаю, – она прищурилась, подобно кошке, и пряди её рыжих волос упали на вторую ладонь короля, которую он тоже протянул к ней. – Я не буду гневаться на тебя, Торра, – государь провёл пальцем по её щеке, и его губы растянулись в ещё более хитрой ухмылке, когда девушка немного отстранилась. – Прошу прощения, мой король, – Торра склонила голову и ещё раз поцеловала перстни. Дряхлая рука сжала ладонь девушки, а сам король наклонился ближе к ней и поцеловал в губы. Рыцарь подавила в себе сразу же возникший рвотный позыв и попробовала ответить на поцелуй, но ничего не вышло, и она отстранилась. – Сюда может зайти ваша супруга. Я не хочу, чтобы она застала нас целующимися, – как можно мягче ответила Торра. – Ты права, – государь отстранился и убрал от Торры руки. Его величество вздохнул и повернул голову к карте, что висела на стене над диваном. На ней были изображены границы страны и новые захваченные земли, что не так давно присоединились. – Мой король, зачем вы меня звали? – девушка выпрямилась и положила ладонь на меч, когда-то давно подаренный ей старшим братом. Девушка начищала этот меч до блеска каждый раз, перед тем, как использовала его. Она не могла просто взять и отказаться от этого меча, хоть он и не выглядел таким хорошим, как другие рыцарские клинки. Этот меч был для неё памятью о старшем брате, которые погиб, отдав жизнь за свою страну. Девушка сглотнула, посмотрев на правителя. Его седые волосы, струящиеся до плеч, выглядели как ручьи чистого серебра, обрамляя его лицо. Золотая корона, венчающая его голову, была усеяна крупными рубинами, зелеными изумрудами и алмазами, сверкающими так ярко, что, казалось, их свет мог ослепить каждого, кто осмеливался смотреть на властелина. Его мантию из бархата, насыщенного тёмно-красного цвета, обрамлял мягкий муар, а её тяжёлые складки мерцали золотыми нитями, когда он двигался. Словно они сами были оплетены солнечными лучами. На камзоле, расшитом изысканными витиеватыми изгибами, сверкали драгоценные металлы, что подчеркивали его статус – он был не просто правителем, а живым символом силы и богатства. – Помнишь, я говорил тебе, что обратился к охотникам из Рандала? – когда король говорил, его голос звучал как тихий, но пронзительный раскат грома, присутствие правителя было настолько сильным, что, казалось, всё вокруг погружается в его ауру. Торра кивнула, и Кайвин продолжил: – От них нет вестей уже как полтора месяца. Версталь молчит. Ничего не может сказать, – он сложил руки на груди, и его золотые пряди качнулись. Он снова устремил взгляд на карту, рассматривая свои разросшиеся владения. Рыцарь тоже посмотрела туда. Если не считать свободную территорию на юге, от которой остался лишь маленький кусочек, то всё остальное уже находилось под властью и правлением короля. Почти всё… Северные горы всё ещё отмечались на карте, как свободные. Кайвин не имел на них власти, сколько бы ни пытался завоевать их, но все, кого он туда отправлял, не возвращались. Морозный Король, которого не видели уже много-много лет, всё ещё, похоже, сохранял там своё влияние. Торра прекрасно знала, что правитель не остановится, пока все земли, изображённые на этой карте, не окажутся под его властью. У него были слишком большие амбиции. – Ты отправишься туда и лично принесёшь мне голову Короля, – после недолгой паузы произнёс государь, чем ввёл девушку в ступор. Она ожидала чего угодно, но точно не этого. – Ваше величество, я… – рыцарь замялась, смотря на короля, и по спине у неё пробежался холодок. Иногда девушке казалось, что вокруг него вилось что-то… тёмное. Нечто, что могло с лёгкостью лишить её жизни за одно лишь лишнее слово. Она замолкла, не желая накликать на себя беду. Кайвин обернулся, посмотрев на Торру, и на лице его появилась ухмылка, знакомая ей ещё с детства, когда она только впервые увидела его. Что тогда, что сейчас эта ухмылка напоминала оскал дикого зверя, но никак не тёплую улыбку. – Не смей перечить мне, Торра, – король потянулся к ней, протянув руку, и с мягкостью провёл ладонью по щеке. Внутри рыцаря всё сжалось, но лицо её оставалось непроницаемым и сохраняло равнодушие и спокойствие. – Прошу простить, – Торра слегка поклонилась и встала чтобы отойти от короля на шаг. Её рыжая чёлка спала на лицо и прикрыла лоб, пряча в своей тени проблески страха в глазах девушки. – Ступай и без головы Короля не возвращайся, – Кайвин отпустил её, и, снова слегка поклонившись, рыцарь покинула кабинет на дрожащих ногах. *** В поместье Морозного Короля Алан находился уже месяц. Ему дали время восстановиться после полученного в лесу ранения и прийти в себя. Рука и спина уже почти не болели, но при резких движениях их всё ещё пронзало болью. Охотнику дали полную свободу передвижения, и Алан ходил по поместью, где ему было угодно. Парня совершенно не волновало, что кто-то мог увидеть его и сдать Королю. Весь этот месяц юноша бродил по поместью, самому себе напоминая скитающегося пса, но о его комфортном пребывании здесь подумали. Выделили отдельную комнату, дали одежду и позаботились о его ранах… За всё это Алан был безмерно благодарен. Не только лекарям и воинам, но и Королю, который позволил остаться охотнику в своих владениях. По сути, незнакомцу, который и убить мог. – Алан! – парня внезапно нагнал Рей, с которым он сблизился за этот месяц больше, чем с остальными. Воин закинул руку на плечо Алана и широко улыбнулся. – Сегодня будет вечер сказаний. Придёшь? Король тоже там будет. – Вечер сказаний? Что это? – Алан с интересом посмотрел на Рея. – Это время, когда кто-нибудь делится историями и легендами, которые знает. Соберётся всё поместье. Приходи. Обещаю, скучно не будет, – воин отстранился немного, не прекращая улыбаться. – Хорошо, я приду, – охотник кивнул, посмотрев на выложенные в узор под ногами каменные плитки. – Замечательно, – Рей похлопал Алана по плечу. – О, уже совсем не морщишься! Тогда скоро приступим к тренировке, – воин с хитрым прищуром ухмыльнулся, и волосы спали на плечи. – Что-то мне подсказывает, что наставника хуже тебя мне не видать, – хохотнул Алан и получил удар в бок от отпрянувшего Рея. – Это бьёт по моему самолюбию. Ты остр в словах, – воин закатил глаза и сложил руки на груди. Алан и Рей остановились посреди сада, обсаженного вишнёвыми деревьями. – Ну, а если серьёзно, Алан, то прежде, чем ты станешь стражем Короля не только на бумагах, но и в жизни, я должен проверить твои навыки и, где понадобится, улучшить их. – Хорошо. Я понял, – согласно кивнул охотник и напоследок помахал Рею рукой и узнал, где будет проходить Вечер сказаний. Ему доверяли жизнь Короля. Но Алан точно был уверен в том, что Король не нуждается в защитнике. Если легенды не врали о его могуществе и силе, то зачем тогда его величеству страж? Для чего?.. Алан спустился по широкой винтовой лестнице, вдоль каменных стен центральной части поместья. В воздухе парили, медленно устилая тонким покрывалом землю, снежинки, из рта шёл пар. Когда Алан оказался уже в самом низу, его внимание привлекла каменная, покрытая тонким слоем снега, статуя, на которую Алан впервые наткнулся. Она была облачена в мантию, покрывающую её голову, и возносила руки к небу, будто в молитве. Подойти к ней Алан никак не мог: статуя была отгорожена каменными перилами, и над её головой раскинулись ветви могучего дерева, что цвело ярко-розовыми бутонами. Это зрелище поразило Алана в самую глубь души. Он подошёл ближе, оперевшись о перила, протянул к ветке руку. На ладонь упало несколько снежинок, что сразу растаяли… Их жизнь была скоротечна, самым коротким мигом. Парень убрал руку, опустив взгляд на землю, и только сейчас заметил, что в ногах статуи находился каменный саркофаг, накрытый белым полотном с гербом Короля. Алан замер, рассматривая постамент полностью. Статуя приобрела для него иное значение: ангел, воспевающий молитвы об усопшем… – Это могила моей матушки, – слева от Алана внезапно раздался голос Короля. Глубокий, чистый, мелодичный, но в то же время суровый и твёрдый. Охотника больше поразил сам голос, нежели то, что только что было произнесено. Облик Короля был воплощением могущества, что виднелось невооружённым взглядом, чувствовалось в воздухе, витало около него, как невидимая пелена, что заставляла восхищаться и всё внутри трепетать. Алан, недолго думая, склонил голову, приложив ладонь к сердцу. – Я не знал, – охотник распрямился и отвёл взгляд от Короля, не стремясь рассмотреть его. Ему этого и не требовалось. Один только облик Его Величества внушал животрепещущее благоговение и почтение. – Прошу меня простить, если потревожил её… – Всё хорошо. Я сам дал тебе разрешение ходить, где угодно. Пройдёмся? – Король дружелюбно повёл ладонью в сторону, приглашая Алана с собой. Направившись следом за его величеством, Алан не отставал, идя позади, как настоящий страж. Парень втянул прохладный воздух носом и выпустил облачко пара. Они молча поднялись от места, где находился саркофаг, и оказались на длинной аллее, с обеих сторон обсаженной кустами роз и высокими елями. Эта аллея вела к воротам за территорию поместья. Значит ли это?.. Нет, вряд ли. Алан мотнул головой. Ему пока не стоит даже думать о таком. – Ваше величество, позвольте поинтересоваться? – начал парень, заложив руки за спину. – Говори, – ответил Король размеренным, неспешным шагом идя вдоль кустов роз, которые, несмотря на холод и снег, цвели. – Для чего вам страж, если ваши силы соразмерны армии из сотен бойцов? – парень прикусил губу и немного замялся. Сердце, кажется, готово было выпрыгнуть из груди. – Сотням, говоришь, – На лице Короля появилась лёгкая улыбка. – Ты ошибаешься. Мои силы не безграничны. Всё в этом мире имеет свойство заканчиваться. – Но в легендах говорилось, что вы можете замораживать огромные территории, превращать всё в лёд и умерщвлять земли одним лишь касанием своей руки… – А ты, похоже, знаток легенд? – Его величество вскинул бровь и искоса посмотрел на охотника. – Нет, но… Я вырос на легендах о вас. Мама рассказывала мне, откуда к нам приходит холод и снег, откуда с наступлением морозов приплывает рыба, – Алан не успел договорить, как его губ коснулся палец Короля, и парень замер, вытаращившись на Его Величество во все глаза. – Легенды врут. Я не связан с погодой. Да, она зависит от моего настроения, но лишь в том месте, где я нахожусь. Не дальше, – голос Короля отдавался сталью, а меж бровей залегла морщинка. Алан не нашёл, что ответить. Не только потому, что не ведал, но и потому, что палец Короля до сих пор находился на его губах. Сердце так и норовило выпрыгнуть из груди. – И всё, что рассказывала обо мне твоя мама, скорее всего, ложь, – продолжил Король и только сейчас отнял палец от губ Алана. И почему-то охотник был склонен поверить в сказанное Королём… Снова наступила тишина. Кусты роз размеренно покачивались на ветру, и их благоуханный аромат разносился по всей аллее, наполняя её чарующим запахом, что попадал в нос. – Ваше величество, – тихо произнёс Алан и остановился, посмотрев в спину отдаляющемуся от него Королю. Тот тоже остановился и обернулся к парню. У охотника в голове было очень много вопросов, но с какого начать, Алан не знал. Это место и его обитатели поразили Алана за этот короткий месяц, они показали ему не только ту сторону жизни, где нужно убивать ради того, чтобы выжить, но и то, как простые радости, наподобие тренировок, готовки и вкусной еды, могут приносить свет даже в самый непроглядный сумрак. Алан видел улыбки на лицах служанок, видел, с какой теплотой и братской заботой Рей проводил каждую тренировку, как обычная пелена на огромных арочных окнах спасала людей от магии и силы Короля. Его величество заботился о жителях поместья. Несколько раз парень видел, как прямо к Королю без страха подбегали дети конюхов и предлагали ему вкусные ватрушки, а Король не гневался, не отгонял детей. Наоборот, он принимал все их угощения и улыбался им. Дети бегали и прыгали вокруг него, рассказывая о своих «скучных» днях, а его величество слушал внимательно и приободрял детей, сооружая им с помощью магии горки и снеговиков. Это место было не таким, каким его описывали люди из Рандала и путешественники. Оно очень сильно отличалось от устоявшегося образа… – Мой король! – К Королю подошёл Реджис, который оддерёнул и вывел Алана из задумчивости. Мужчина бросил на охотника короткий взгляд и как можно тише прошептал что-то на ухо Королю. Алан уловил, как изменилось выражение лица его величества. Как оно посерьёзнело. – Подведи моего коня, Реджис, – меж бровей Короля залегла морщинка, а глаза блеснули будто ярким всполохом пламенем. Воин коротко кивнул и поспешил в сторону ворот.Алан даже не заметил, как они дошли до них. – Что-то случилось, ваше величество? – поинтересовался охотник, видя, что Реджис уже вёл белоснежного коня. – Ничего серьёзного. Оставайся тут, – Король отошёл от него и забрался в седло, натянув поводья. Конь под ним встал смирно, а сам Король задержался взглядом на Реджисе, дождался его кивка и, дёрнув за поводья, поехал в сторону ворот, оставив Алана с ещё бо́льшим количеством вопросов в голове… *** Алан вышел из своей комнаты, прикрыв за собой дверь. Кларисса – служанка, что позаботилась о нём в первый день пребывания здесь, – поправила охотнику воротник камзола, стряхивая с него невидимые пылинки. – Вот, теперь на человека похож, – улыбнулась она и отошла на шаг назад. Девушка приподнялась на носочках, убрав мешающую Алану прядку чёлки. Парень положил ладони на её талию и поцеловал девушку в лоб. Алан осознавал, что эти отношения были мимолетными и не принесут ничего значительного, но он не мог подавить в себе нежность и глубокую благодарность, которые переполняли его сердце. Может быть, он поступал неправильно, но это то немногое, что Алан мог сделать в благодарность Клариссе. – А до этого не был похож? – вскинув бровь, поинтересовался он. Ещё днём Рей принёс ему обшитый нитями цвета изумруда камзол, который Алан надел на этот вечер. Кларисса тихо хмыкнула и покачала головой. – Нет, скорее на гоблина из детских сказок. – Ну спасибо, – буркнул Алан и поцеловал ладонь девушки, прежде чем уйти. На ужине Рей ему все уши прожужжал про Вечер сказаний, на который соберутся все жильцы поместья. Алан впервые попадёт на такое мероприятие, и это напрягало его. Пройдя привычным путём до арочного коридора, Алан завернул направо и вышел в другой коридор, который привёл его к широкой поляне на заднем дворе поместья. Уже на подходе Алан услышал громкую музыку, что лилась из самых разных инструментов и создавала весёлый лад. На поляне собралось очень много людей, которые смеялись и танцевали вокруг костра, горящего высоким пламенем в центре поляны. Алан впервые видел столько людей в одном месте здесь. – Алан! – внезапно на плечо Алана легла ладонь, и он вздрогнул, обернулся и чуть было не врезал Рею в лицо. – Совсем дурной так пугать?! – возмутился Алан, дёрнув плечом и сбросив руку Рея. – Прости-прости, – Рей вскинул руки и неловко улыбнулся. Его золотые волосы были собраны в тугой хвост на затылке, а сам он был одет в чёрный жакет, расшитый золотыми нитями. – Боялся, что ты не придёшь, – признался он и нервно усмехнулся. Прохладный ветер сдул прядь его волос с плеча. – Да, конечно. Как я мог тут появиться, – закатил глаза Алан и тоже улыбнулся. Хоть он и знал Рея всего-то месяц, но ощущение было будто бы всю жизнь. Ты же не проел мне все уши этим вечером. Рей потёр затылок и хохотнул, закинув руку на плечо Алана. – Пойдём. Нечего тут столбом стоять, – Рей потянул охотника в толпу. Алан не успел даже и слова сказать против, как оказался среди танцующих людей. Охотник не ожидал встретить Реджиса среди танцующих. Тот словно магнит притягивал к себе девушку, которая кружилась вокруг него, как грациозная птица, парящая в небе. Постепенно Алан тоже погрузился в эту атмосферу веселья, полностью забыв о времени. Девушки кружились вокруг него, их пышные юбки колыхались в ритме музыки, а головы украшали венки из полевых цветов. Это было настоящее чудо — ведь всё вокруг, куда бы ни упал взгляд, было покрыто снегом. Лишь в круге костра снег немного растаял, придавая месту особую теплоту. Ноги сами уносили Алана в ритмичный танец. Он с легкостью кружил танцовщиц, наполняя их движения энергией. Музыка не прекращала звучать; вскоре люди вокруг начали хлопать в ладоши, создавая атмосферу праздника. Алан не заметил, как оказался рядом с Клариссой, увлекая её в танец. Её яркая улыбка и звонкий смех заполнили пространство вокруг них. Их движения были стремительными, но в то же время изящными, словно они были частью единого потока. Сердце Алана билось в такт музыке. Но оно сбивалось с ритма, когда перед ним являлась неземная красота Клариссы. Девушка завораживала своей грацией, а венок из незабудок делал её ещё более очаровательной. Она светилась радостью и легко удерживала шаг. Алан с восторгом подкинул её в воздух, поймал и закружил вокруг себя. В мгновение ока они замерли, прижавшись друг к другу, словно дышали одним воздухом. В их глазах горел яркий свет, готовый вырваться наружу. В тот самый момент, когда Алан очнулся от волшебства танца, Кларисса приподнялась на носочках и нежно поцеловала его в губы, игриво хихикая. Не дождавшись его реакции, она отстранилась и побежала прочь. Охотник остался стоять в недоумении, переполненный смущением от внезапной дерзости Клариссы. Тепло её поцелуя сохранялось на его губах, словно воспоминание о чём-то чудесном. – Чего же ты не сказал, что ты нравишься Клариссе? – Рей подошёл к Алану сбоку с задорной ухмылкой на лице. Алан хмыкнул и покачал головой, пройдя к столу, полному угощений. Несмотря на взошедшую луну, веселье и не думало заканчиваться. Охотник взял горсть винограда и закинул в рот сразу несколько ягод. Верхние пуговицы на камзоле он расстегнул, а собранные до этого в тугой хвост волосы растрепались из-за долгого танца. Изо рта шёл пар, но Алан не ощущал холода. Наоборот, его тело горело от жара. Рей увязался за ним хвостиком, когда парень отошёл к стоящим в стороне нескольким пустым скамейкам. Пустым, потому что никто и не думал садиться. Люди были подхвачены весельем, что бурлило у них в крови. Алан вытянул ноги и откинулся назад, прикрыв глаза и притопывая ногой в ритм незатихающей музыке. – Что-то это всё не похоже на Вечер сказаний, – с улыбкой на лице заметил Алан. Он ожидал совершенно другого. Севший рядом Рей хохотнул и взял у Алана несколько виноградинок. – Короля ещё нет. Он так и не вернулся. Не знаю уж, что случилось, но если Реджис позволяет себе танцевать, то волноваться не о чем, – пожал плечами воин, не отрывая глаз от танцующих. – Понятно, – кивнул Алан и тоже направил свой взгляд на толпу. – А… можешь рассказать, как собрались тут все эти люди. Лицо Рея приобрело серьёзный вид, меж бровей залегла морщинка, но, похоже, он собирался обо всём рассказать. – Не знаю точно про всех, но я попал сюда ещё ребёнком, – воин вскинул глаза к небу, усеянному звёздами и ярким диском белоснежной луны. – Я набрёл на земли Короля, когда бежал из своей деревни около Эльдарна. Проделал весь этот путь, чтобы найтиубежище. И нашёл. Король принял меня и укрыл здесь. Он позаботился обо мне, накормил и обогрел. Больше я не захотел возвращаться к людям… В смысле, к людям за пределами этих гор. Здесь я нашёл свой дом и стал верой и правдой служить его величеству, – последнее Рей произнёс с улыбкой, заставив Алана задуматься ещё больше. Для него этот мир и это место тоже открылось совершенно с другой стороны. Направляясь сюда месяц назад, Алан ожидал чего угодно, но точно не того, что видел сейчас перед своими глазами. Всё разительно отличалось от того, что охотник знал про Короля и его земли… Он ехал сюда, чтобы убить Короля, представлял его дряхлым стариком, которого прикончить будет раз плюнуть. Он рассчитывал на то, что сможет вернуться в Рандал и получить свою награду, но сейчас, когда он пропал, а его отряд, похоже, был убит, дорога «домой» ему заказана. Скорее всего, его уже ждут или объявили награду за голову, так что Алан понимал, что лучше всего ему остаться здесь и заслужить доверие Короля, стать верным ему и не заставлять думать о том, что он может предать. – Алан, ты же… ехал сюда, чтобы убить Короля? – будто прочитав его мысли, внезапно спросил Рей, и у охотника внутри всё похолодело. Алан сам побледнел, а музыка и веселье ушли куда-то далеко. – Да. Я и ещё несколько охотников. Мы направлялись сюда чтобы прикончить его, но… – Не рассказывай. Я всё знаю, – перебил его внезапно Рей. Взгляд воина потяжелел, и Алан пожалел о том, что сказал. – Реджис был тем, кто спас тебя. Это он привёз тебя сюда и всё мне рассказал. Алан посмотрел на свои сцепленные в замок руки на коленях и понурил голову. Всё, что помнил охотник о той ночи, это оленя и мужчину, что спешился с него, но он не видел его лица. – Мне надо его отблагодарить, – тихо произнёс Алан, посмотрев на Реджиса, который так и не прекращал танцевать. – Брось. Каждый из нас поступил бы также. Это правило Северных гор. Не бросать тех, кто нуждается в помощи. Ты нуждался в ней, Реджис тебя спас, а Король излечил… – улыбнулся Рей и повернулся к Алану, похлопав его по плечу. – Так что не бери в голову. Уверен, на нашем месте ты поступил бы точно также. Алан сомневался, но всё же кивнул. Внезапно музыка стала тише, пока вовсе не затихла. Люди замерли и устремили свои взоры на невысокий помост, на котором стоял один единственный стул. Только теперь он не пустовал. На нём сидел Морозный Король, окидывая светлым взглядом свой народ. Раньше взгляд этих голубых глаз казался Алану холодным и пронизывающим. Сейчас он видел в нём тишину морской глади и голубизну бескрайнего неба. – Ваше величество! – на помост забралась девочка и чуть ли не бегом направилась к Королю, бросившись к нему в объятия. Король подхватил ребёнка и посадил на колени. – Ну что? Готовы слушать сказание? – поинтересовался его величество, окинув людей тёплым, заботливым взглядом. Вокруг помоста уже расставили скамейки и люди расселись, готовые слушать. ---------- Пожар “Веди себя так, будто ты уже счастлив, и ты действительно станешь счастливее” — Дейл Карнеги *** Следующий день после Вечера сказаний выдался тихим и спокойным. Обычно оживлённое поместье сегодняшним утром было заметно спокойным. Никто не сновал туда-сюда, как это обычно бывало. Не было слышно ничьих голосов, только ржание лошадей из конюшни нарушало тишину этого утра. Алан встал с кровати, подошёл к окну и по привычке вгляделся в небо, затянутое облаками. Будто вот-вот пойдёт снег. Значит, Король сегодня не в самом лучшем расположении духа… Охотник надел вчерашний зелёный камзол и повесил на пояс меч, который ему подарил Король после Вечера сказаний. В знак доверия. Гарда меча была украшена серебряной розой, эфес имел белую рукоять, а лезвие – длинное и прямое – отлито из металла, добытого в самих Северных горах. Парень покинул свою комнату и по длинному коридору направился в кабинет правителя. Король попросил его явиться утром сразу после пробуждения. Алан заведомо проснулся рано. Холод пробирал до костей. Ледяной ветер и снег пригибали к земле деревья и тревожили гладь пруда, который находился в саду поместья. Арочные окна застилала прозрачная магическая пелена так, что холод не проникал в коридор. Алан остановился у дверей кабинета Короля и после короткого стука вошёл внутрь с поклоном, приложив ладонь к сердцу. Он застыл в дверях, так как совершенно не ожидал увидел короля в кресле за столом, напротив него сидел Рей, а в стороне у окна - Реджис. – Ваше Величество, так больше продолжаться не может! Мы должны что-то предпринять, если не хотим потерять свои земли! – Рей хлопнул ладонью по столу, за которым сидел Король. – Я знаю, Рей, – с мёртвым спокойствием произнёс Король и заметил Алана. – Проходи, – он указал рукой на диван, стоящий около стены, позволяя сесть. – Скажи, Алан, – Король подпёр кулаком голову. – Кто приказал тебе убить меня? Охотник сел на диван и поднял глаза на Его Величество. Король сидел, расправив плечи, сцепив пальцы в замок, с локонами, струящимися по плечам, и на лице его было умиротворённое спокойствие. Он не давил, но один его взгляд заставлял беспрекословно подчиняться. – Король Кайвин, – коротко ответил Алан. – От него приказ поступил моему учителю Версталю Лавранскому. – Главарь охотников за головами, – с явной неприязнью выплюнул Реджис, стоящий у окна. Он искоса посмотрел на Алана, и по его выражению лица парень всё понял: Реджис ему не доверяет. – Ваше Величество… Он собирался уже что-то сказать, но Король поднял руку, и воин умолк. – Мы доверяем ему, друг мой, – спокойным голосом произнёс он, и Реджис коротко кивнул, соглашаясь с этим решением. – Но те люди явно были не простыми охотниками за головами, – покачал головой Рей. Алан заметил, как у него сжались кулаки. – Да вы и сами это понимаете, Ваше Величество. – Успокойся, Рей, – отрезал Король и вздохнул, откинувшись на спинку кресла. Воин тоже вздохнул, но замолкать не собирался: – Судя по донесению нашего шпиона, Северные горы и Вантис – единственные земли, которые ещё не находятся во власти короля. В Вантисе Кайвину искать нечего, а сюда он может скоро наведаться. Что тогда будем делать? – Рей нахмурился, стискивая кулаки до побеления костяшек. – Кто-то уже устроил поджог в поселении. Конечно, нельзя исключать вероятности, что это лишь случайность, и пожар правда произошёл по ошибке, но мне кажется, что это не так. Поселение, пожар, ошибка, шпион… Расслабленность покинула Алана. Он стиснул зубы и насторожился. Что-то произошло, и раз обсуждение этого не вынесли дальше кабинета Короля, значит, другие пока знать ничего не должны. А охотнику доверяли. – Да, это был не просто поджог, – задумчиво кивнул Его Величество, находясь будто не здесь, а где-то в своих воспоминаниях. Повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине. Наконец, спустя несколько минут, Король встал, посмотрев на всех собравшихся сверху вниз. В его взгляде не было высокомерия. Лишь сухая решимость. Рей, сидящий в кресле напротив Короля, подобрался. Тоже самое сделал и Алан. Реджис обошёл стол и встал напротив, скрестив руки на груди. – Вы трое поедите со мной в поселение. Нужно ещё раз допросить людей и понять, что вчера произошло, – вынес он вердикт и покинул кабинет. Голубая мантия колыхалась в такт его быстрому шагу. Рей, Реджис и Алан вышли следом. Королю не нужна была корона, чтобы показать свою власть. Это охотник понял сразу же с первой встречи. Его Величество всегда держался статно и чинно, только один раз нарушив и полностью перечеркнув свой образ в сознании Алана – в момент, когда поднёс к губам Алана палец и заставил его замолчать… Охотник старался не думать об этом, но невольно поёжился. Погода к этому моменту совсем испортилась. Снег валил крупными хлопьями, а небо было застелено тяжёлыми серыми тучами. Они дошли до конюшни по длинному арочному коридору. Лошади недовольно топтались на месте и фыркали. Длинный проход вёл к самому дальнему стойлу, в котором на месте стоял белоснежный конь. – Твой конь этот, – привлекая внимание охотника, произнёс Реджис, показав на гнедого коня рядом со своим чёрным. У Рея же был рыжий жеребец. Алан подошёл к стойлу и, открыв калитку, вошёл внутрь. Конь мотнул головой и отошёл на пару шагов от незнакомца. Недолго думая, Алан взял седло, находящееся прямо в стойле, и надел на спину жеребца поверх вальтрапа. Животное топнуло ногой и посмотрело так, – мол, что ты со мной делаешь, человек? Услышав цокот копыт, Алан выглянул из стойла и обнаружил, что Король уже в седле и выехал из конюшни. Реджис на своём вороном тяжеловозе последовал за ним, а Рей уже досёдлывал своего коня. Охотник не стал тянуть, и его конь вскоре тоже был в амуниции. Алан забрался в седло и выехал наружу. Ветер не унимался, снег продолжал валить, из-за чего дороги почти не было видно. Благо, в самой конюшне парень нашёл тёплый плащ специально для езды в такую погоду, который частично укрывал его от летящего в лицо снега. Пока Алан надевал плащ, Его Величество и воины уже подъехали к воротам поместья, и те, открываемые стражниками, распахнулись. Король пришпорил коня и рванул по сугробам вперёд. Все трое поскакали за ним. *** Когда Алан заметил столб дыма, устремляющийся в серое небо, и несколько белых холмиков, из которых поднимался этот дым, они замедлили свой ход. Приблизившись, охотник разглядел, что холмики на самом деле были шатрами, покрытыми шкурами животных. Их было множество, и из каждого шёл дымок. Реджис, едущий впереди, отделился от них и поехал в сторону. То же самое сделал и Рей, повернув в противоположную. Только Король ехал вперёд, и Алану пришлось слегка пришпорить коня, чтобы догнать Его Величество. Из шатров повыходили люди, что явно не ожидали прибытия Его Величества, но встретили его короткими поклонами и улыбками. – Добро пожаловать! – Приветствуем! – Здравия вам, мой Король. Король в долгу тоже не остался – он кивал людям в знак приветствия, приложив руку к сердцу. Алан же повторял за ним, надеясь, что делает всё правильно и не вызовет какой-то ошибкой гнев этих людей. Король встал посреди круглой площадки, окружённой шатрами со всех сторон, и спешился. Мантия колыхнулась и водопадом заструилась по его спине. Охотник тоже слез с коня и взял обеих лошадей под уздцы. Скрипя снегом при каждом шаге, к ним вышел старец, опирающийся на клюку, и поклонился Его Величеству. – Что привело вас сюда так скоро, мой Король? – спросил он хриплым от старости голосом. Алан всю дорогу думал и задавался вопросом, о каком поселении тогда шла речь, в кабинете. Сейчас же вопросов у него стало лишь больше, но охотник не стал вмешиваться. Потом расспросит у Рея. Сейчас же Алан просто предпочёл наблюдать. – Я хочу снова взглянуть на то, что осталось от ваших сгоревших домов, и допросить того, кто первый сообщил о пожаре, – с мерным спокойствием проговорил Король, заложив руки за спину. Старец согнулся в поклоне ещё сильнее и закивал, указав Королю на ближайший шатёр. Его Величество скрылся за пологом, а следом за ним вошёл и сам старец. Алан остался снаружи, держа лошадей, что недовольно топали ногами от пронизывающего холода. Охотнику оставалось лишь ждать. Некоторые разошлись по своим шатрам, а остальные искоса поглядывали на парня, пока занимались своими делами. Алан не знал, сколько времени вот так вот простоял, но лошадей уже засыпало снегом, сам охотник ёжился от холода, но ни Король не выходил из шатра, ни Рея с Реджисом нигде не было видно. Они будто сквозь землю провалились… – Это может долго продлиться, – внезапно раздался голос Рея, и Алан от неожиданности и испуга аж подпрыгнул на месте . Воин гортанно рассмеялся и стряхнул со спины белого коня снег. – Не пугайся. Идём, поедим. Там приготовили угощения в честь нашего прибытия… – Рей перехватил у Алана поводья и направился в сторону от шатра, куда вошёл Его Величество. Охотник поплёлся за Реем, сунув руки под плащ, чтобы хоть как-то согреть заледеневшие пальцы. Отдав коней в руки местному конюху, Рей повёл Алана в один из шатров, из которого в прояснившееся небо поднималось гораздо больше дыма, чем из других. Стоило парням ступить за порог, как их тут же обдало теплом. В самом центре стоял большой котёл, в котором варилась какая-то еда. Пол шатра был устлан шкурами животных, а стены изрисованы местным орнаментом: узорами, состоящими из геометрических фигур, что складывались в причудливые формы. Внутри кроме них был уже и Реджис. Воин отложил в сторону свой меч, откинувшись назад и протянув ноги к огню. Он прикрыл глаза, явно наслаждаясь теплом. – Садись. Я положу нам еды. У тебя точно появились вопросы, – заметил Рей, ухмыльнувшись одним уголком губ. Алан сдержанно кивнул и сел справа от Реджиса, сразу потянувшись к огню, чтобы согреть руки. – Итак, – воин предложил Алану чашку с похлёбкой и такую же налил себе и Реджису. Тот в благодарность кивнул и, подобравшись, приступил к еде. – Задавай любые вопросы… Алан уселся поудобнее и на несколько мгновений прикрыл глаза. – Что это за место? – Поселение, которое находится под защитой Его Величества. Тут беженцы и маги прячутся от Кайвина, – отхлебнув из чашки, коротко ответил Рей, ничего не став утаивать. Алан задумчиво прикусил губу, его взгляд был прикован к кипящей похлёбке в котле. Встреча с магами в их стране была редким явлением, почти невероятным. Магов и ведьм здесь не любили с давних времён, ещё до правления короля Кайвина. Ведьм публично сжигали на кострах, а магов казнили на плахе. Родиться магом означало практически верную смерть. Родители, не имея другого выхода, отдавали своих детей королю, и о их дальнейшей судьбе никто ничего не знал. Те, кто пытался скрыться, уходили в горы, где власть короля не достигала. Северные горы стали убежищем для тех, кто был вынужден покинуть родные земли, спасаясь от преследования и казни. Охотник не нашёлся, что ответить, и просто продолжил есть свою похлёбку, опустив взгляд в пол. – Значит, все люди здесь – маги? – Алан удивлённо посмотрел на Рея. – Да. Каждый тут владеет магией. Кто в бóльшей степени, кто в меньшей… – воин вздохнул и лёг на пол, подложив руку под голову. – Но она есть абсолютно у каждого. – Даже у тебя? – вопрос вырвался сам собой. Алан прикусил язык, когда Рей посмотрел на него, вскинув бровь. Воин кивнул. – Да, у меня тоже. И у Реджиса. – Ему незачем это знать, – строго произнёс Реджис, закончив со своей порцией и хмуро смотря на этих двоих. Рей замолчал. Его длинные золотистые волосы рассыпались по плечам и полу. – Да, – спустя несколько минут молчания согласился он с Реджисом. Алан мог лишь нахмуриться в этот момент и не лезть в разговор. Раз говорят, что не должен знать, то значит не должен. – Незачем, но сам подумай, друг мой, – продолжил Рей, обращаясь к Реджису, чьё хмурое лицо стало мрачнее тучи. – Алан единственный, кто здесь не имеет магических сил. Неужели на его месте ты бы не интересовался? – Если это не моё дело, то нет, – сказал, как отрезал, Реджис и, поднявшись на ноги, покинул шатёр. Полог колыхнулся, впустив внутрь холодный ветерок. Рей долго смотрел Реджису вслед, а потом продолжил есть, как ни в чём не бывало. Алан же ощущал толику вины за то, что Реджис ушёл. – Не бери в голову, Алан, – не поднимая головы, произнёс Рей. – Я понимаю твоё любопытство, но если хочешь спросить про магию, то лучше спрашивай меня, а не Реджиса. Он в этой теме немногословен… – воин бросил короткий взгляд на полог шатра. Охотник понял – у Реджиса были причины не говорить о своих магических способностях. – Почему вы не применяете свою магию? – начал Алан. – Почему это? Я применяю. Просто это не что-то такое, что повергнет тебя в восторг. Просто способность, что облегчает мне жизнь. Я могу говорить с животными. Это не всегда полезно, но иногда пригождается, – пожал плечами Рей, закончив со своей похлёбкой и посмотрев на Алана. – Вот оно как, – охотник опустил глаза. – Но лучше тебе больше ни у кого не спрашивать про их магию. Вряд ли тебе кто-то расскажет, – Рей рывком поднялся и подошёл к пологу шатра. Алан на это лишь коротко кивнул. – Мы здесь, скорее всего, до вечера. Если что случится, я тебя позову, – и он покинул шатёр, оставив Алана наедине с похлёбкой. Охотник отставил тарелку в сторону и посмотрел на мерно пляшущие языки пламени. Значит, все, кто здесь жил, – маги… Всегда, сколько Алан себя помнил, магов выставляли монстрами, способными спалить весь мир дотла. Так ли это было на самом деле?.. Он запутался лишь сильнее. Закончив с едой, охотник вышел из шатра. Вместо бушевавшего ветра за шатром царила тишина и умиротворение. Природа будто замерла. Солнце слепило глаза, и снег от его лучей искрился мириадами звёзд. Все эти люди, занимающиеся своими делами, живущие в холоде и морозе, окружённые горами, как стражами порядка… Разве они могут быть опасны? Тут и дети, и старики. Обычные люди, живущие самой обычной жизнью. Только под защитой Морозного Короля. Чужим тут смотрелся сам Алан. Охотник уловил на себе чужие взгляды, от которых по спине пробежался холодок. Алан опустил глаза в землю и поджал губы. Он не хотел вызывать подозрения у этих людей или, чего хуже, чтобы они ополчились против него. Но сильнее всего парень не хотел подставлять Его Величество, ведь тот ему доверял… Алан остановился на окраине поселения, втягивая в лёгкие морозный воздух и выдыхая облачко белого пара. Парень устремил взгляд вперёд, туда, до куда доставал его взор. Ему открылись бескрайние снежные просторы, что лежали как на ладони. Горы, поля, леса… Мир казался невероятно необъятным и огромным, а люди в нём – мелкими существами. Неужели в этом мире не найдётся места магии? Людям, владеющим ей? Охотник не знал, но, кажется, для себя он нашёл место в этом мире. Всё, что он делал до этого, было неправильным. Алан вырос в Рандале – городе преступности и криминала, но родился и первые годы своей жизни провёл в совершенно другом месте, далёком от ужасов остального мира. Его родина знала лишь тишину морских прибоев и звук волн. Место, где люди жили бедно, но счастливо. Алан помнил, как мать радовалась каждому дню, каждому мгновению, что ей довелось провести в этом мире. Несмотря на бедность, люди там ценили, что имели. Они не чурались никакой работы, принимались за любую и находили в ней ту толику радости, что была чужда людям Рандала. Попав туда Алан сразу ощутил разницу. Она была везде, куда бы он ни взглянул. Воздух серый, тяжёлый, каждый житель города – мрачный и суровый. Не было той лёгкости, что Алан ощущал дома. Постепенно и он сам стал таким же. Таким же серым, мрачным, суровым… Он стал таким же, как жители Рандала. Его жизнь превратилась в один сплошной серый день. Охотник приложил ладонь к груди, где в тоске сжималось сердце. Его дом разрушен, и возвращаться было некуда. Некуда идти… Лишь здесь, в поместье Короля, он ощутил частичку того, что казалось давно утерянным. Частичку дома. Хлопанье крыльев вывело Алана из задумчивости. Прямо к нему летел большой белый орёл. Могучая птица ловко маневрировала в потоках ветра и через несколько мгновений приземлилась на локоть девушки, что стояла недалеко от Алана. Орёл щёлкнул клювом, получив свой кусочек мяса. Алан непроизвольно сделал несколько шагов к девушке, но остановился, когда та заметила это и попятилась. Охотник неловко улыбнулся и шагнул назад. Что его потянуло к этой могучей птице, он не знал, но орёл пленил своим взглядом. Девушка всё же подошла к Алану, кивком головы дав понять, чтобы он протянул свою руку вперёд. Он так и сделал. Орёл перелетел на руку Алана, издав негромкий клёкот. Охотник протянул к нему ладонь, и птица позволила себя коснуться. Орёл взмахнул крыльями, задрал голову к небу и несколько раз издал свой клич… И девушка, что до этого стояла молча, округлившимися глазами посмотрела на Алана и заулыбалась, приложив ладонь к груди и поклонившись охотнику. Тот растерялся, но поклонился в ответ. В этот момент прямо над головой Алана пронеслась падающая звезда, прочертив небо ровной белой линией… Он ощутил на себе не только взгляд девушки, но и других жителей этого поселения. Все как один смотрели с неким восхищением, причин которому охотник не знал. – Ты ему понравился, – с улыбкой произнесла девушка и хлопком по плечу приказала орлу вернуться. Птица перелетела обратно к девушке, и та ушла, оставив Алана в одиночестве. Охотник вернулся в шатёр, упал на подстилку, что заменяла стул, и вытянул ноги. Алан не заметил, как задремал, убаюканный потрескиванием поленьев в огне. *** – Мой Король, мы не можем так рисковать, – взбеленился Рей, стоящий с другой стороны большого круглого стола. – На кону будет ваша жизнь! – Рей, – Альпин потёр переносицу и опустил взгляд на карту, разложенную перед ними. – Послушай. Если мы хотим остановить Кайвина и не навлечь беды на эти земли и наш дом, то должны рискнуть и отправиться в Эльдарн. – Но… Это рискованно, Ваше Величество, – воин сложил руки на груди. Реджис кивнул, стоя около Рея, соглашаясь с ним. Кроме них троих тут был ещё старейшина поселения, но он лишь наблюдал со стороны. Стол, что находился в центре шатра, со всех сторон окружал большой очаг, дым от которого выходил из отверстия вверху. Этот шатёр принадлежал старейшине и был самым большим во всём поселении. Во главе стола сидел Альпин, справа и слева от него Рей и Реджис. Староста расположился напротив Короля, держа руки на посохе с навершием в виде орлиного пера. Его лицо было испещрено рубцами мелких шармов, что уходили под воротник, на плечах лежал плащ из белого зверя, а на руках были того же цвета наручи. Несмотря на возраст он выглядел ещё суровее, чем Реджис. – Мы должны попробовать. Ради магов. Подумай о них, мой друг. Сколько лет уже люди ущемляют тех, кто не такой, как они? Сколько ещё это может продолжаться? – Альпин заложил руки за спину, выпрямившись и окинув Рея взглядом голубых, как лёд, глаз. – Разве не из-за притеснений ты расстался со своей семьёй? Их бы убили, узнай кто, что ты владеешь магией. Пришло время поставить точку и прекратить издевательства над магами. И первое, что я хочу сделать, – договориться с королём Эльдарна. Взяться за оружие мы всегда успеем. – Не считаете, что это бесполезно? Кайвин захватил уже все земли, кроме наших. Мы как бельмо на глазу для него. Он только и ждёт, когда мы сдадимся, – Реджис держал одну руку на эфесе меча. – А мы не сдадимся, – серьёзно произнёс Король, сжав руки в кулаки. – Будем стоять до конца. Спустим людей в Вантис и поможем им там обосноваться. – Но город давно разрушен, – заметил Рей, угадывая ход мыслей своего Короля. – Да. Эльдарнцам нечего там искать. Это последнее место, куда они могут наведаться, – Король опустился на стул во главе стола, потерев переносицу. – Друг мой, расскажи, почему произошёл пожар? Староста поселения вышел вперёд, опираясь на свой посох. – Я не знаю всех подробностей, мой Король. Слышал лишь, что кричали «Пожар!» И всё. Причину никто ещё не смог выяснить. Этим уже занимаются, но пока безуспешно, – покачал головой староста и вздохнул. – Понятно, – Альпин склонился над столом, вглядываясь в контуры карты. – Как что-то узнаете, сразу отправьте мне орла. – Слу-… Но не успел он староста договорить, как с улицы раздалось громкое «Пожар!» Альпин вскинул голову, когда услышал это, и выбежал из шатра, широко распахнув полог. – Мой Король! Горит ваше поместье! – громко оповестил подбежавший к ним житель поселения. Альпин обратил взор в том направлении, где находилось поместье. И чёрным облаком валил дым. *** Погода бушевала снежными вихрями, видимость испортилась. Да так, что дорогу было не разобрать на расстоянии пары метров. Алан щурился, стараясь не отставать от Рея, замыкая строй. Они мчались обратно в поместье. Сорвались туда сразу же, как только услышали про пожар. Лес обступал со всех сторон. Силуэт товарища изредка мелькал впереди. Алан гнал лошадь, что есть мочи. Среди этой метели лишь столп чёрного дыма выделялся на фоне неба, но даже сейчас охотник чётко ощущал стойкий запах гари и дыма. Ворота поместья распахнулись перед ними. Внутри творилась настоящая паника! Кто-то таскал воду, кто-то помогал тем, кто не успел выбраться из поместья. Такой большой пожар не затушить… Поместье полыхало всё, полностью. Король спешился сразу, как оказался на территории поместья. Тут запах гари был таким сильным, что дышать было почти невозможно. Алан закрыл рот и нос ладонью и тоже спешился. – Кто-нибудь ещё остался внутри?! – чуть ли не крича спросил Король, схватив пробегающего мимо конюха. – Нет! – ответил тот. – Точно? – Да! – мужчина кивнул и повёл лошадей в безопасное место. Его Величество вышел на середину площади, прикрыв глаза. Вокруг него всполохом взметнулся голубой свет, что напоминал мириады льдинок. Он вихрем закружился вокруг Короля и в следующий миг взвился в небо столбом ослепительно-голубого пламени, вонзился прямо в облака и прорвался сквозь них. Во все стороны разошёлся такой же свет, он словно молниями прорезал облака и, когда достиг самого горизонта, внезапно замер, и с неба потоком посыпался снег. Он обволакивал всё собой, окутывая в мягкие объятия, и медленно, но верно тушил пламя, что сдавалось под его натиском… Алан как зачарованный смотрел на это. Ничего прекраснее он в жизни не видел. Настолько чарующее волшебство. Магия, окутывающая весь мир в материнские объятия. Тихая, безмятежная… Пламя затухло. Суета успокоилась. Заворожённо смотрел не только Алан, но и каждый, кто стал свидетелем этого события. Охотник услышал звук падения и обернулся. Король стоял на одном колене, тяжело дыша, а с его губ срывались капельки крови. Реджис среагировал первым и подорвался к Королю, помогая тому встать и предстать перед своими людьми в добром здравии. – Всё закончилось! – Его Величество вскинул руку к небу и по площади разнёсся победный клич. Теперь Алан понял, почему эти люди последовали за Королём… Его Величество никогда не оставит их в беде. В этот момент Алан осознал, что хочет быть для Короля надёжной опорой и сильным плечом. И так до конца своих дней. Пока люди ликовали никто и не заметил тень, мелькнувшую между деревьями за поместьем в лесу и скрывшуюся между ними. ---------- Новый дом? Самое тёмное время — перед рассветом. *** От поместья остались лишь почерневшие от копоти стены, которые требовали ремонта и оставаться там было нельзя. Крыша, стены, потолки. Всё требовало ремонта… Людей одного за другим выводили через ворота, где уже были готовы повозки с запасами и личными вещами жителей. Его Величество ушёл, но ни Реджис, ни Рей не пошли за ним, а остались помогать людям собирать остатки вещей. Алан свои уже собрал и погрузил свои немногочисленные вещи на лошадь. С серого неба мягкими хлопьями падал снег, погружая обугленные стены поместья в снежную тишину… – Алан, – к охотнику быстрым шагом приближалась расстрёпанная и уставшая Кларисса, которую он сразу заключил в объятия, зарывшись пальцами в её волосах. – Как ты? Всё в порядке? – поинтересовался Алан, отстранившись спустя несколько долгих секунд. Кларисса кивнула, поджав губы в тонкую линию. – Хорошо. Поезжай со всеми. Я буду с Королём сопровождать и охранять вас, – Алан поцеловал её в макушку. Кларисса, мягко ему улыбнувшись направилась к остальным готовиться к отъезду. Алан выдохнул облачко пара и посмотрел в ту сторону, куда ушёл Король. Пока другие были заняты работой, охотник направился туда… Его Величество он обнаружил стоящим напротив каменной статуи своей матери. У её ног находился саркофаг из серого камня, укрытый голубой мантией – в цвет мантии Короля. Она колыхалась в такт не сильному ветру, что нарушал тишину этого места. Король и сам напоминал статую: не двигался, склонив голову и прижав руки к груди. Охотник тихо встал позади, не желая тревожить покой Его Величества. Тот стоял, не двигаясь. Замер, будто и не живой вовсе. Король, что только что лишился единственного своего пристанища. Своего дома… Охотник мог представить, что ощущает Король. Ведь сам Алан когда-то лишился своего дома и потерял всех близких людей. Но всё же тишину, что кружила вокруг этого места, он не желал нарушать, давая Его Величеству побыть в одиночестве. Наконец Король поднял голову и положил ладонь на каменный саркофаг, провёл ладонью по ткани, что укрывала его, и отвернулся, а когда заметил, что не один, замер. Меж бровей его заложилась морщинка. – Давно тут стоишь? – голос его звучал холодно и в какой-то степени отрешённо. – Нет. Я пришёл сказать, что всё готово, мой Король, – спокойно ответил Алан, подойдя на шаг ближе к Его Величеству. – Хорошо. – Король коротко кивнул и широким шагом пошёл обратно на площадь. Охотник, бросив последний взгляд на статую, направился следом. Раздумья куда именно отправиться чтобы место смогло вместить в себя всех жителей сгоревшего и требующего ремонта поместья тянулись недолго. После недолгих разногласий выбор пал на Вантис. Город, путь до которого был недолгим, вёл сквозь лес и холмы, хоть и был давно заброшен и оставлен людьми всё ещё мог послужить надёжной крепостью и укрыть от холодов, дождя и непогоды, став временным пристанищем. Вантис ещё и не был занят Кайвином и относился к землям Короля так что люди маги могли быть там в полной безопасности и не опасаться врагов… Алан прошёл вслед за Королём, не отставая от него ни на шаг. Снег перестал идти, но в какой именно момент, охотник не заметил. Его Величеству подвели коня. Он сел верхом и пришпорил животное, заставив того выбежать за ворота, где своего Короля ждали люди. – Друзья мои! – Его громкий голос прокатился над всеми, кто собрался перед воротами. Наступила тишина. – Сегодня нас лишили дома, но я обещаю, что найду вам новый! Вы не останетесь без крыши над головой! Доверьтесь мне! В ответ Алан увидел, как все люди приложили руку к сердцу и поклонились, выражая то, что говорили их сердца. Слова были излишни. Они расступились, образовав проход, и Король пришпорил коня, проезжая между двумя рядами. Рей и Реджис двинулись за ним, как два немых стража, что ни за что не оставят своего государя в беде. Рей обернулся и поймал взгляд Алана, дав понять, чтобы он ехал за ними. Охотник пришпорил коня и поскакал за ними, ловя на себе недоумённые взгляды людей, которые явно не ожидали, что наравне с двумя могучими воинами выступит простой охотник. *** Торра вздохнула, убрав кинжал в ножны. Она поправила стремена на своей вороной кобыле и под уздцы вывела её на улицу. На востоке начинало светать. Небо медленно окрашивалось в фиолетовый и оранжевый, в ветках деревьев во всю пела ночная птица. Рыцарь забралась в седло. Кобыла под ней недовольно мотнула головой. Не успела Торра натянуть поводья, позади раздался знакомый голос: – Уже уезжаешь? – Лиам, – девушка улыбнулась, помахав ему ладонью. – Да, уезжаю. Его величество отправил меня по одному важному делу. – Настолько важному, что не попрощаешься с другом? – Лиам развёл руки в стороны и, когда Торра спешилась и подошла к нему, заключил её в объятия. Щекой она прижалась к нагрудному доспеху Лиама, обвив руками торс. Холод металла обжигал. – Я не хотела тебя будить. Прости. Девушка виновато посмотрела на друга. Лиам был выше неё на голову и в два раза шире в плечах. Красив, статен, волосы до плеч, правильные черты лица. Единственное, что выделялось в его внешности, – это шрам на левой скуле, который уходил под ворот одежды. В остальном Лиам не уступал даже принцу, считавшемуся эталоном красоты в Эльдарне. – Чушь не неси. Пройдёмся? – предложил Лиам, щёлкнув подругу по носу. – Давай. – Взяв кобылу под уздцы, Торра пошла вдоль аллеи, ведущей к воротам замка. – Как ты узнал, что я уезжаю? – Ты же знаешь, как быстро расходятся слухи. Лиам завёл руки за спину, поджав губы. Его ровный профиль и правильное лицо нередко зачаровывало многих красавиц. Сама Торра засматривалась на друга, с которым была знакома сколько помнила себя. Лиам также знал её брата. Вместе с Тристаном они обучались военному искусству, и в тот роковой день именно Тристан прикрыл ему спину и спас. В тот день Торра не только потеряла близкого человека, но и Лиам. Они разделили одно горе. Стали опорой друг для друга. И точно так же, как сближает счастье, их сблизило горе. Торра помнила тот день, как будто он был вчера. День, в который она узнала навсегда изменившую её правду… – Снова ты в своих мыслях, – Лиам усмехнулся, держа ладонь на эфесе меча. Они медленно брели вдоль аллеи. – Привычки всё те же. – Он искоса глянул на неё. – Прости. Ты прав, – Торра кивнула. – Снова я ушла в себя. – Тебе не нужен помощник? Справишься сама с заданием короля? – Лиам остановился на месте, взяв Торру за локоть и заставив её замереть на месте. – Справлюсь, – рыцарь уверенно кивнула, подняв глаза на друга. – Ты о себе лучше позаботься, – Торра хмыкнула, а её вороная кобыла мотнула головой. – Я вернусь, и глазом моргнуть не успеешь. Девушка потянулась к щеке Лиама и прикоснулась кончиками пальцев к шраму. Ей всегда было любопытно, как именно её друг заполучил его, но она не лезла к нему в душу, не спрашивала, привыкнув к этой особенности Лиама. – Обещаешь? – Лиам потянулся, касаясь её щеки, и улыбнулся уголками губ. – Я всегда выполняю свои обещания, ты же знаешь. – Девушка вторила его улыбке, привстала на носочках и поцеловала его в губы. Лиам наклонился ниже и притянул Торру к себе, накрыв её губы в долгом поцелуе, от которого у девушки заколотилось сердце и подкосились ноги. Она была готова простоять так вечность, разделяя этот момент с Люцием. – Торра. – Прозвучавший из-за спины голос заставил девушку отстраниться рывком, оттолкнув Лиама от себя. Рыцарь обернулась в сторону, откуда её позвали. – Ваше высочество. Лиам и Торра поклонились идущему в их сторону наследному принцу Эльдарна. – Слышал, ты покидаешь Эльдарн по приказу моего отца. – Принц Эрвин подошёл к ним, заложив руки за спину. Белый камзол идеально сидел на нём, подчёркивая широкие плечи, а коротко стриженные золотистые волосы вились мягкими локонами, что принцу тщательно укладывали каждое утро. – Да, это так, мой принц, – Торра кивнула. – И куда отправляешься? – Разыскивать Морозного Короля, – коротко ответила рыцарь, забравшись в седло и посмотрев на мужчин сверху вниз. Перед принцем она могла делать всё, что угодно. Ей это позволялось. – Коварное же существо тебе дано изловить, – усмехнулся его высочество, погладив кобылу по лоснистой шее. – Да. Так и есть, – согласилась девушка. – Позвольте, коли я не нужна, отправиться в путь, мой принц. – Отправляйся. – Эрвин отошёл на пару шагов назад. Лиам же всё это время смотрел только на Торру. Он моргнул ей и немного улыбнулся. Этого хватило рыцарю для прощания. Она пришпорила лошадь и пустилась галопом к воротам замка. *** – Осмотрите здесь всё. Найдите укрытие и крышу над головой. – Реджис спешился с коня, раздавая указания солдатам. – Проверьте город… Алан не торопился слезать с лошади. Спустившись с Северных гор и войдя в разрушенный Вантис, охотник на собственной шкуре ощутил разницу в погоде. В горах следом шёл мороз, но чем ниже они спускались, тем теплее становилось. Снег уже не следовал за ними, уступив место тёплому солнцу и безоблачному небу, а под разрушенными крышами зданий то и дело было слышно птиц. Город пал под натиском Эльдарна много лет назад. Вантис был захвачен, но вскоре оставлен во владения местной знати. Его сочли непригодным для жизни. Близкое соседство Северных гор и Короля не понравилось эльдарнцам, и город быстро опустел много лет назад. Каменные здания покосились от старости, местами обрушились, а где-то вообще заросли, отдавшись во власть природы. По пустующим улочкам гулял ветер, где-то в домах поселились дикие животные… Алан спешился с лошади и стёр со стены пыль, и под ним проглянулся детский рисунок, нарисованный красками. Удивительно, что он ещё сохранился. Единственный след давно ушедшей из этого города жизни. Охотник вздохнул, держа под уздцы лошадей. Люди разбредались по городу кто-куда, постепенно занимали дома и зажигали свечи в окнах, которые взяли с собой. Алан отдал лошадей конюху Меркарию, а сам направился к пустующему домику, который все проходили мимо, предпочтя выбирать дома вглуби города. Двухэтажное здание покосилось, как и многие другие, но стены оставались крепкими. Дверь со скрипом отворилась, и изнутри резко пахнуло сыростью. Алан прошёл внутрь, прикрыв за собой дверь. В доме было пусто, не считая стульев и стола со сломанными ножками, покосившихся. Алан остановился у входа на кухню. По крайней мере, похоже, что это была она, судя по столу и печи с обрушенной трубой. Входная дверь распахнулась, заставив охотника обернуться и схватиться за меч. – Ой, простите. Я думал, тут свободно. – Мужчина спешно поклонился и вышел, закрыв за собой дверь. Алан убрал руку от меча и посмотрел на закрывшуюся дверь, отметив про себя, что нужно бы её подлатать, если они задержатся здесь надолго. На сколько именно, Алан не знал. Поместью требовался ремонт, а с такой погодой, как в горах, он может затянуться… Дверь снова открылась. – Ну что ещё? – Охотник развернулся, закатив глаза. – А, это ты, Рей, – Алан пригладил волосы, выйдя к воину на крыльцо дома. – Что-то случилось? – Нет. Идём, Его Величество ждёт. – Рей спустился по ступенькам и пошёл по улице. Алан последовал за ним, держа одну руку на эфесе меча, что не укрылось от Рея. – Знаешь историю этого города? – поинтересовался воин, когда Алан поравнялся с ним. – Слышал, что город был оставлен во власти Короля после осады. Эльдарн не решился забирать его себе в связи с близким соседством с Северными горами. – Так-то оно так, – согласно кивнул Рей. Его волосы покачивались в такт шагу. – Но этот город ещё и родной город Его Величества, – воин повернул голову к Алану, удовлетворённо хмыкнув, когда заметил на его лице удивление. Охотник прочистил горло, кашлянув. – Кстати, тебе известно настоящее имя Короля? – Нет, – Алан покачал головой, шумно втянув в себя воздух и затаив дыхание. – Альпин. Фамилии у него нет. Его мать была обычной девушкой, насколько знаю, ни знатной фамилии, ни приданого из этого города, а отец… О нём Его Величество не говорит, – Рей вздохнул и завернул на узкую улочку, что в ширину вмещала только одного человека. – А что случилось, что он ушёл в горы? – поинтересовался Алан, стараясь не отставать. – Вот сам сейчас и спросишь. – Рей отошёл резко в сторону, и охотник увидел, куда они пришли: на небольшую площадь, со сломанным посередине фонтаном. Судя по царящей здесь тишине, сюда никто ещё не дошёл. Алан сглотнул, посмотрев на спину Короля, который стоял в центре площади, смотря в переулок перед собой, где Алан заметил силуэт человека. Реджис держался в стороне, держа ладонь на рукояти меча, готовый атаковать в любой момент. – Я рассчитывал потянуть время, но ты, – Король смотрел в тёмный переулок на другой стороне площади. Алан только сейчас заметил там какой-то силуэт. Он положил ладонь на эфес меча, готовый в любой момент выхватить оружие. – Не оставляешь мне выбора! Кто ты такой? – требовательным тоном произнёс Король, и Алан заметил, что кончики его пальцев покрылись тонким слоем льда. Силуэт не двигался с места. Наступила тишина, в которой можно было услышать игры ветра в окнах старых домов. Человек поднял ладонь, и на ней вспыхнуло пламя. Алан остолбенел, разглядев на лице чужака ухмылку, и в следующий миг огненный шар метнулся в их сторону. Охотник рефлекторно увернулся, закрыв голову руками. Но, прежде чем достичь цели, шар врезался в ледяную стену, что от удара пошла глубокими трещинами. Король успел закрыть их от атаки. Из-за столкновения льда и пламени от стены вздыбился пар, устилая землю. Когда Алан посмотрел в переулок, противника уже и след простыл. – Гадёныш. – Король утёр пот со лба и отшатнулся от собственноручно воздвигнутой стены, осев на бортик поломанного фонтана. Рей и Реджис похватались за мечи и бросились в переулок. Алан же остался на месте. – В-ваше Величество, кто это был? – заикаясь, поинтересовался Алан, подойдя ближе и переведя взгляд на Короля. Тот тяжело дышал, но поднял на охотника цепкий взгляд. – Элементаль. Такой же, как я. Только управляет пламенем. – Король сжал пальцы в кулаки, покосившись в переулок, в котором скрылись Рей и Реджис. – Сильный, – прошептал он, признавая силу появившегося из ниоткуда противника. – Давно я с таким не сталкивался… На лбу Короля залегла морщинка, и он встал, пройдя мимо Алана, но прежде чем скрыться, коротко бросил: – Иди готовиться. На рассвете выдвигаемся в Эльдарн. Алан кивнул, наконец убрав ладонь с эфеса. Он уставился туда, где несколько минут назад стоял элементаль, и по спине пробежал холодок.Тот был элементалем огня… Одним из четырёх сильнейших. Охотник усмехнулся. Скоро и с остальными он познакомится. Будет иронично. Четыре стихии — огонь, земля, воздух и лёд — обладали неповторимой мощью, а их хранители неизменно входили в число величайших магов. В мире существовало ровно четыре таких носителя, по одному на каждый элемент. В отличие от прочих магических сил, эти дары невозможно было уничтожить: они лишь находили новых владельцев. Кто‑то получал силу по наследству, кому‑то она доставалась случайно. Магия не знала предпочтений — лишь требовала того, кто сможет её вместить. Алан расправил плечи и вздохнул, направившись туда, куда убежали Рей и Реджис. По приказу Короля. Охотник перешёл на бег, но сколько бы он ни пытался выйти на след, ничего не вышло, и ему пришлось вернуться в дом, но долго в четырёх стенах Алан пробыть не смог и, выйдя на улицу, отправился на поиски воинов. Уже смеркалось, и постепенно ночь брала власть над днём. Около дверей заселённых домов, которые ещё были пригодны для жилья, стали зажигаться фонари, а в окнах – свет, а ветхие, заброшенные дома с дырами в стенах и крышах оставались тёмными и безжизненными. Когда они покидали поместье, с ними поехали только слуги и солдаты и на первый взгляд их было совсем немного, но, идя сейчас по улице, Алан видел, что людей оказалось гораздо больше. Свет горел во многих окнах. Пускай на такой короткий промежуток времени (Алан надеялся, что они надолго не задержатся здесь), но в Вантисе снова жизнь появилась. *** Алан поджал губы, стоя на крыльце дома и ожидая Короля. Вчера ему так и не удалось отыскать ни Его Величество, ни Рея с Реджисом. Поэтому охотник просто вернулся в дом и завалился отдыхать. Так он и проспал до утра. Несмотря на рассвет, в городе всё ещё было тихо. Его новые жители отдыхали после долгого пути, но Алан был уверен, что скоро Вантис оживёт, по-новой впустив на свои улицы жителей и став им домом. Охотник втянул носом морозный воздух, подставив лицо восходящему солнцу. В воздухе витала утренняя прохлада и запах свежести. На травинках капельками лежала роса, а в деревьях играл ветерок. Алан снова заметил разницу, очевидную между Рандалом и заброшенным Вантисом, что мог бы стать хорошим укрытием для магов. Местом, где они могли бы жить тихо и мирно, местом, где они почувствовали бы себя в безопасности. – Идём, – прогремел голос Короля, и Алан вздрогнул от неожиданности. Похоже, он так глубоко погрузился в свои мысли, что не услышал шагов правителя, ведущего под уздцы свою белую лошадь. Алан спустился по ступенькам и взял свою лошадь, что стояла осёдланная около крыльца, под уздцы и слегка улыбнулся Королю, собираясь уже идти, но, когда заметил, что Его Величество не двигается с места, остановился и обернулся с немым вопросом в глазах. – С этого момента ты должен обращаться ко мне по имени – Альпин. Алан такого не ожидал, но быстро кивнул, и Альпин забрался в седло. Охотник сделал тоже самое и они пустили лошадей лёгким галопом. Вскоре Вантис остался позади, а они – лишь вдвоём. Впереди неизвестность, но возвращаться назад было бы хуже из-за совершённого покушения… ---------- Месть - блюдо холодное Люди вспоминают твоё прошлое только тогда, когда их пугает твоё настоящее *** Алан старался не отставать от Альпина, держа лошадь в таком же темпе, что и Король. Они были в пути уже пару-тройку дней, и дорога сейчас вела через широкие поля, усеянные высокими золотыми колосьями ржи. Солнце стояло высоко в безоблачном небе и пекло, как если бы сейчас была середина лета. Но лето клонилось к закату, уступая место приближающейся осени. Охотник не успел заметить, как из человека, который хотел убить Короля, превратился в того, кто охраняет его жизнь в этом путешествии. Он был польщён тем, что Альпин доверял ему до такой степени. Алану было глубоко приятен этот факт, что выбрали не кого-то, а именно его. Ему доверяли, его уважали, как стража и просто, как человека. В Рандале такого не было. Сейчас Алан чувствовал разницу – в Рандале он был будто не на своём месте. Может, об этом как-то давно говорила ему мать? «Иди туда, где тебя уважают, любят и ценят», – её слова всплыли в голове приятным воспоминанием. – Ну ты чего там телепаешься, Алан? – Альпин хмыкнул, приостанавливая свою лошадь. Охотник вздрогнул от неожиданности и пришпорил её, догоняя Короля. – Прошу прощения, – Алан виновато улыбнулся, опустив голову. – Давай без опущенных голов. Представь, что это простой поход, в который ты отправился с друзьями или семьёй. У тебя есть друзья? Внезапный вопрос выбил у Алана почву из-под ног. Дома были, но давно остались в прошлом. – Нет. Нету друзей, – коротко ответил Алан, покосившись на Альпина. Тот сначала погрустнел, а потом немного улыбнулся. – Вот поэтому и представь, что мы с тобой друзья и просто пошли в поход. Алан поднял на Альпина глаза, и его губ коснулась лёгкая улыбка. Охотник посмотрел в сторону полей, золотившихся под ярким солнцем. Лёгкий ветерок играл с его волосами и ласкал лицо. У Алана были друзья, но это было очень и очень давно. Когда он ещё был мальчишкой, пока не предал свой народ и пока из-за него они все не погибли… – Сегодня на море особенно сильно непогодится, – обнимая себя, произнесла Кристер. Девушка сидела на каменистом берегу, притянув ноги. Алан покосился на неё, но ничего не сказал. – Как думаешь, они выйдут на берег? Ветер с моря теребил причёску Кристер. Взгляд её был устремлён далеко, к самому горизонту, плечи расправлены, спина прямая. Весь её образ так и кричал о том, что она свободна. Дух её не сломлен бесконечной работой и тяжёлой судьбой. Кристер оставалась всё такой же красивой, как помнил её Алан при первой встрече. Что-то в этой девушке притягивало его, заставляло чувствовать себя собой… Её образ много раз заставлял Алана идти вперёд, не чураясь никакой работы. Она была его маячком в непроглядной ночи. – Не знаю. – Алан стоял позади Кристер, заложив руки за спину, подобно стражу. – Они давно не показывали себя. – Да, – Кристер кивнула и поднялась с насиженного места, обернулась к Алану и протянула к нему ладонь, что легла на его голову. Девушка мягко улыбнулась и обошла Алана, направившись обратно к деревне. Алан же остался стоять на месте, устремив свой взгляд на горизонт… Тогда Кристер была единственной, благодаря кому Алан держался на плаву. Охотник поднял глаза на спину Короля, ехавшего впереди. Он давно и безвозвратно понял, что его место рядом с Альпином. Его место там, где у него появился шанс смыть грехи прошлого и доказать, в первую очередь самому себе, что он не повторит ошибок прошлого и на его руках больше не будет крови близких людей. – Расскажи о себе, Альпин. – Алан пришпорил коня, поравнявшись с Королём. Тот покосился на него и расправил плечи. – Что ты хочешь услышать? – поинтересовался Альпин. Его синюю мантию теперь заменял простой серый плащ, но он не портил красоты королевского лика и не затмевал ясность голубых глаз. Наоборот, на фоне простого покроя глаза и лицо выделялись особенно сильно. – Всё, что ты можешь мне поведать, – спокойно ответил Алан. Он не собирался давить и выпытывать, но наконец любопытство взяло вверх. Охотник давно хотел узнать всё о Морозном Короле. – Что ж… – Лицо Альпина стало задумчивым. – Ты уже знаешь, что Вантис – мой родной город, но родился я не в нём, а в хижине одной пожилой женщины, которая заменила мне – бабушку. Она вырастила меня как родного внука, но однажды исчезла. Моя мать не смогла её найти… Несколько лет мы жили спокойно, моя магия крепла, и сдерживать её становилось всё труднее. Однажды мы с мамой поехали в город, и тогда же у Собора собирались казнить девушку, которую обвинили в колдовстве, – голос Короля стал твёрдым. – Я хотел спасти её, но моя магия вышла из-под контроля, и мне пришлось бежать. Бросить маму и бежать, спасая свою жизнь. Я не знаю, выжила ли та девушка, я не видел… Но позже и моей маме пришлось покинуть Вантис. Алан слушал внимательно, не перебивая и не вмешиваясь, понимая, что это часть жизни Короля что-то личное и ценно для него. – Я нашёл её много лет спустя, но не смог спасти. Её убили у меня на глазах. Она даже не успела увидеть меня. Ей всадили стрелу в сердце. – Алан физически ощутил, как взгляд Альпина стал тяжёлым. – И тогда я отомстил. Убил каждого, кто посмел прикоснуться к ней. Их кровь залила весь пол Собора. Я возненавидел всех, кто посмел прикоснуться к ней, и тех, кто притеснял магов. Мне приходилось скрываться. Магов сжигали на кострах и хоронили в общих могилах, как скот. Меня тоже закопали с ними. Но магия залечила мою рану и остановила кровотечение, и я смог выбраться. Я заморозил тех мерзавцев, которые сбросили меня и других магов в ту яму… Я поджёг их трупы, и это стало сигналом к восстанию для всех, кто обладал хоть каплей магии. Маги восстали. Ради будущего нашего рода и спокойствия детей. Альпин поднял глаза к небу. Алан видел, что он смотрит не на безоблачное небо, а за него. Как будто он находится не здесь, а где-то в другом месте, в мире своих воспоминаний. – Но мы проиграли. Силы оказались неравными. Люди переманили на свою сторону Хранителей и элементалей, слишком магов погибло в том сражении… Я пытался договориться с братьями о союзе, но они лишь посмеялись надо мной и уничтожили то, что я так долго и упорно строил. Они предали меня и всех остальных магов. Они решили убить нас ради своей выгоды. Обрекли нас на верную смерть, – Альпин вздохнул и на мгновение прикрыл глаза. – Меня «убили» в той битве, но когда я понял, что выжил, я решил, что лучше не вступать в прямое противостояние с ними в этой войне, а спасти тех немногих магов, которые остались в живых… И вот, история повторяется. Элементали снова напали, и, похоже, это было сделано, чтобы выманить меня. Они ждут, когда я явлюсь к ним. Это противостояние длится уже не один десяток лет, – Альпин повернул голову и посмотрел на Алана. – Но на этот раз мы не проиграем. Даю слово. И этому слову Алан готов был поверить. Он ни на миг не сомневался в словах Альпина. Поверил ему так же, как сам Король поверил когда-то в него и дал шанс на жизнь. – Только в прошлый раз элементаль огня был другой, – Альпин отвернулся к дороге, заломив брови. – Что ты имеешь ввиду? – поинтересовался Алан, посмотрев внимательно на Альпина. – Другой человек управлял огнём, – голос Короля приобрёл стальные нотки. – Это значит лишь одно: тот, кто был до него – мёртв. Магия элементов может быть только у одного носителя, и для того, чтобы её передать, прошлый хозяин должен умереть… Я знал предыдущего обладателя магии огня, но не этого. Враг неизвестен. Какой мощью он владеет, оствалось загадкой.т тоже оставалось загадкой. Алан поджал губы в тонкую линию и покосился на Альпина. У того на лбу из-за жары, которой пышело солнце, выступила испарина. – И что нам делать? Ждать следующего их шага? – охотник склонил голову на бок. За полями раскинулся густой хвойный лес, что уже виднелся на холме. Сегодня место их ночёвки там. – Да, – Альпин коротко кивнул. А больше им ничего не оставалось. *** Костёр с тихим похрустыванием горел размеренными языками пламени. Влажная после дождя земля неприятно хлюпала под ногами. Алан разложил на земле еловые ветки, накрыл их дорожным плащом и уже удобно устроился на подстилке. Они успели добраться до леса до начала дождя, и хвойные кроны любезно укрыли их от непогоды. Альпин сел прямо на сырую землю, зацепившись взглядом за пламя костра. Лицо Короля выражало глубокую задумчивость, и Алан решил об этом узнать. – О чём задумался? – поинтересовался он, подложив под голову руки и посмотрев на Альпина. Тот встрепенулся и неловко улыбнулся, заправив за ухо выбившуюся прядь мокрых волос. – Да так. Прошлое вспомнил, – с улыбкой ответил Альпин, снова переведя взгляд на огонь. – Вечера у камина с мамой, как она рассказывала сказки, сидя у моей кровати, или читала книгу… Это было очень и очень давно. Всего и не вспомнить уже, – вздохнул Альпин, положив голову на согнутые колени. Алан немного улыбнулся и перевёл взгляд в тёмное ночное небо. После дождя воздух стоял очень густой, но свежий и пахнущий дождём и мокрой хвоей. На небе сверкали маленькие угольки звёздочек. Временами он тоже вспоминал свою маму и, чего уж скрывать, тосковал по ней. Она погибла в тот же день, в который жизни лишилась и Кристер. Этот день Алан никогда не сможет забыть. – Скажи, Алан, что тебя заставило стать охотником? – вдруг поинтересовался Альпин, посмотрев на своего стража. Алан такого вопроса не ожидал и приподнялся на локтях. – Ну… После того, как мой дом разрушили сирены и погибла моя семья, идти мне было некуда, и я случайно набрёл на охотников за головами. Вернее, на их притон, – Алан сел на подстилке. Теперь настала его очередь смотреть задумчиво на пляшущее пламя, погрузившись в воспоминания. – Версталь взял меня под своё крыло и стал обучать… – Алан хотел было продолжить, но его смутила внезапно наступившая тишина вокруг. Ни звука. Всё будто бы замерло и остановилось, – время, жизнь и вся Вселенная. Замерла, погрузившись в мрачную тишину, от которой по спине Алана пробежался холодок. – Что происходит… – прошептал вопросительно охотник и не успел договорить, как небо озарила яркая вспышка, и сверху на него обрушился, рассекая воздух, широкий меч. Алан увидел его, словно замерзшего в изваянии. Охотник чудом успел отскочить в сторону и выхватить свой меч. Он выставил клинок и оскалился, видя перед собой тёмный силуэт, с чьей головы спал капюшон. Длинные красные волосы парня были затянуты в тугие косы. Он склонил голову на бок, покосившись на Алана. Глаза его блеснули, а на лице появилась ухмылка, которую моментально хотелось стереть. Противник перехватил меч и ринулся вперёд, на… Альпина. Тот успел соскочить с земли, и меч нападавшего вонзился в землю. Король уже приготовился атаковать, но услышал внезапно смех, который заставил его замереть. Альпин поднял меч перед собой, а на кончиках пальцах заискрился иней, что тонким льдом покрыл их. – Кто ты такой? – Альпин шумно втянул носом воздух, зыркнув, прищурившись, на противника. – Не узнаёшь? – Смех стих, а враг выпрямился, расправив плечи. Он ухмыльнулся, и шрам на его лице, который Альпин не заметил до этого, исказился. Альпин не узнавал его и просто покачал головой, держа меч наготове. – Жаль, Ваше Величество, – мужчина покачал головой и вздохнул, проведя ладонью по волосам. – А вот я вас помню, – он ринулся на Альпина, замахнувшись мечом, но его клинок не нашёл цели. Алан опередил его и отразил атаку. От столкновения стали посыпались искры. Потом подумают, кто это! Сейчас главное обезвредить противника. Алан хотел было ринуться в атаку, но громкое «Стой!» от Альпина заставило охотника замереть, не отводя взгляда от врага, что также вопросительно посмотрел на Короля. – Я тебя вспоминал, – голос Короля прозвучал глухо. Он опустил меч, не собираясь больше атаковать. Его взгляд… В нём было сожаление. – Вспомнил и хочу попросить у тебя прощения за то, что сделал. Красноволосый замер, посмотрев на Альпина, как на какого-то дурачка. – Думаешь, мне нужны твои извинения? Ошибаешься, – прошипел парень, и его лицо исказилось в гримасе чистой ненависти. Он ринулся в атаку, а Альпин опустил меч… – Альпин! – Алан не успел, и остриё меча вошло в грудь Альпина, пронзив её насквозь. Охотник ощутил, как земля уходит у него из-под ног. Он задохнулся, а красноволосый замер, поражённый не меньше. Альпин протянул к нему руку и провёл по щеке, еле стоя на ногах. Юноша ещё больше замер, не шевелясь. – Я вспомнил тебя, – внезапно Альпин притянул его к себе и обнял. – Господин Альпин! – К Королю на всём лету подбежал мальчишка, что заметил его ещё на подходе к поселению. – Я вас ждал! Валькор накинулся на Альпина с объятиями, как если бы Король был его отцом. – Валькор, я так рад тебя видеть. – Альпин подхватил мальчика на руки и улыбнулся ему. Валькор с их последней встречи очень вырос. – Да я смотрю, стал совсем взрослым! – Да. Я теперь почти достаю до верхушки дуба. – Валькор попросил поставить его на землю и взял Альпина за руку. Дуб рос уже несколько лет на территории военного лагеря. Его посадили те, кто не так давно погиб в битве при Рос-Адели. Этот дуб – символ их отваги и несгибаемости перед напором врага. Альпин уезжал на несколько месяцев по поручению Совета, руководящего этой войной. Совет магов, готовый отстаивать права и выступать в защиту всех магов. Война длилась уже несколько лет, и кто одерживает в ней победу, пока оставалось неизвестным. – Ты уже совсем вырос, – повторился Альпин и потрепал мальчика по волосам, улыбнувшись ему. Он тогда ещё не знал, чем обернётся его доброжелательность… Альпин направился к шатрам, что стояли в сердце лагеря. Отодвинув полог, он вошёл внутрь, где собрались все члены Совета. В воздухе искрилось напряжение, которое Альпин кожей ощутил. – Рассказывай, что узнал, – потребовал глава Совета – седой мужчина в возрасте с уродливым шрамом на пол-лица. Альпин сцепил руки за спиной и выпрямился, окинув пять членов Совета цепким взглядом. Он знал, что каждый из них желает ему смерти. Они боялись его, но убить не могли, какой бы ненавистью не горели. Альпин был и оставался единственным из четырёх элементалей, который остался на их стороне. Другие трое предпочли собственную выгоду жизням людей… Альпин сглотнул и после нескольких секунд затишья рассказал им о положении дел, что ему удалось выяснить: элементали вместе с королём готовили войска для осады лагеря; элементаль огня, Микос, перешёл на сторону врага, сочтя Совет недостаточно компетентным, чтобы решать вопросы мироздания, а Орикс и Дрексан поддержали его. Альпин же остался, желая дать Совету последний шанс, чтобы они показали из себя не зазнавшихся вельмож, а тех, за кем люди могли идти безропотно и доверяя. Маги относились к нему с уважением и почтением, коим Альпин старался соответствовать. За одно это Совет не любил его… Члены Совета переглянулись. Альпин смолчал о том, что виделся с Микосом и что тот пытался переманить Альпина на свою сторону. Он не собирался переходить границу собственного принципа – защищать тех, кто нуждается в защите, – и остался там, где остался. Пускай его братья бросили людей на верную гибель, если Альпин будет единственным, на кого они могут положиться, то он готов отдать за них и свою жизнь. Даже за Совет… Лишь бы спасти, как можно больше людей. Это всё, чего хотели сердце и душа молодого принца Северных гор. – Что ж, Альпин, ты молодец, – глава Совета поднялся со своего места во главе стола и обошёл его, подойдя к Альпину, который был почти на голову выше него. Мужчина похлопал его по плечу и жестом предложил пройти за ним, что Альпин и сделал, выйдя с главой на улицу, где завывал меж верхушек шатров ветер. – Ты хорошим человеком был, хорошо выполнял свою работу, и на тебя можно было положиться, – уже тогда Альпину стоило бы заподозрить неладное, но он предпочёл выслушать главу. – Теперь тебе пора уступить место нам… Альпин не успел и шага сделать в сторону, как в его грудь оказалось воткнуто лезвие кинжала, с которого капали зелёные капли яда. – Ч-что?.. – он отшатнулся, хватаясь за грудь, которая будто бы полыхнула пламенем. Ледяной ветер моментально взвился вокруг Альпина, укрывая его своим морозным покрывалом. Предатели. Альпин оступился, опустился на колени, на снег. На белое полотно брызнула кровь, что прекрасным красным узором растопила снег. Он поднял голову на главу Совета, что кричал людям о том, что Альпин попытался на него напасть. Ложь. Наглая ложь. Альпин неотрывно смотрел на главу несколько секунд, и уже вокруг замельтешили стражи, окружив морозного принца плотным кольцом и направив на него остриё копий. Люди поверили главе, моментально забыв всё, что для них делал Альпин… Принц поднялся на ноги, вытащив лезвие из своей груди и откинув его в сторону. Рана покрылась тонким слоем льда. Альпин ухмыльнулся и вскинул ладонь, взметнув вверх сноп снега, что ринулся во все стороны, отбросив стражников в стороны. Его об этом предупреждал Микос. Предупреждал, что люди бывают алчными и жестокими и что попытаются избавиться от него при первой же возможности. С криками стражники попадали в снег, и их накрыло сугробами. Альпин же твёрдой походкой и широкими шагами направился к шатру Совета. Глава уже скрылся и вбежал туда. Совет явно не рассчитывал, что у них не выйдет его убить. Альпину не дали дойти до шатра напавшие со спины стражники. Принц отбросил их силой своей магии, и те снова попадали в снег кто-куда. Он хотел было шагнуть дальше, но внезапно со стороны услышал громкий плач ребёнка. Валькор тряс одного из стражника за плечи, пытаясь привести его в чувство, но тот не вставал, а из его груди шла на белый снег кровь. Стражник неудачно упал на торчащий из земли столб, что пробил его насквозь. Плач Валькора вывел принца из транса, в котором тот был, и заставил замереть. Этого стражника принц видел очень часто рядом с мальчиком, их отношения всегда согревали душу принца… Но сейчас стражник был мёртв. Альпин убил отца Валькора… – Валькор, – прошептал одними губами Альпин, проведя ладонью по щеке юноши. Тот замер и одним движением вытащил меч из рассечённой груди Морозного Короля. Альпин обмяк, и ноги его подкосились. Алан подхватил его, прежде чем Король упал. Охотник оттащил его в сторону, зажимая рану руками. – Ну вот зачем надо было бросаться на него? – Алан зажал рану Альпина. Тот, не отводя взгляда, смотрел на Валькора. Валькор опустил меч, посмотрев на свои испачканные в крови ладони. Он поджал губы в тонкую линию и вернул меч в ножны, надев на голову капюшон. – Ещё встретимся, – пообещал юноша и скрылся в темноте леса. Только когда его силуэт полностью пропал в лесу, Альпин перевёл взгляд на ночное небо, подёрнутое лёгкой пеленой облаков. – Не шевелись, – Алан откинул руку Альпина, когда он потянулся за тем, чтобы коснуться раны. – Кто это был? – охотник не знал, что делать. Он сам получал когда-то раны, но не такие серьёзные. Альпин всё же коснулся раны, и она покрылась тонким слоем льда, который остановил кровь. – Валькор, – ответил Альпин, шикнув от боли, что пронзила его грудь. Он повалился обратно на подстилку, находящуюся под кронами пышной ели. – От моих рук погиб его отец, – Альпин поднял глаза к небу, Алан же встал и подвёл к ели лошадей, которые всё это время стояли под деревьями поодаль. – И он решил сейчас отомстить тебе? – охотник накинул вальтрап на спину сначала одной лошади, потом другой. Затем в ход пошло седло и подпруга, а потом и уздечка. Алан быстро справился с оседловкой лошадей и вернулся к Альпину. – Похоже на то. – Король поморщился и скривился от боли, но позволил помочь себе поднять. Альпин опёрся о спину своей лошади и с помощью Алана смог забраться в седло. Сам Алан не стал садиться на свою лошадь. Он, не медля, забрался в седло позади Короля, придерживая его, чтобы тот не упал при движении. Им нужно было найти лекаря. Альпин временно остановил кровь, но рана всё равно требовала внимания. ---------- Враг близок «Цена любой вещи – это количество жизней, которое ты за неё отдаёшь» — Г.Д. Торо *** Зачем он явился и показался Морозному Королю, Валькор не знал. Как и не знал того, ради чего всё это сделал. Он столько лет жил тихо, спокойно и мирно, а сейчас решил, что ему обязательно надо показать себя и заявить о себе. Валькор не понимал зачем… Когда-то очень давно, будучи ребёнком, он восхищался Его Величеством. Тот был для него примером. Они много времени проводили вместе и были близки. Как отец и сын. А потом случился тот злополучный день, и вся его жизнь пошла под откос. – Отец! Прошу тебя, открой глаза! Валькор держал на руках обмякшее тело, не в силах сдерживать льющиеся из глаз слёзы и раскачиваясь из стороны в сторону. Он пытался докричаться до него, достучаться ло него, но тот не реагировал. Никак. Будто и не был живым минуту назад. Валькор заорал во всё горло от раздирающей его грудь всепоглощающей боли. Он не знал, куда себя от неё деть. Его отец мёртв. ОнИ больше не встанет, не обнимет Валькора, не скажет, что гордится им, не потреплет по волосам. Это конец. Это ощущалось, как конец… Валькор поднял глаза, красные от слёз и вспыхнувшей ненависти, глаза на того, кто сделал это. На того, кто лишил его самого дорогого в мире человека. Он выхватил отцовский меч и бросился на Морозного принца с криком, от которого, кажется, сотряслись небеса. Стражники окружили Альпина окружили со всех сторон стражники. Ветер поднимал снопы снега вокруг Принца поднимал снопы снега и швырял его в солдат. Он не хотел вредить…, но не всегда получалось атаковать и защищаться без вреда. Принц не сразу услышал крик, ринувшегося на него Валькора, а когда меч пронзил его плоть, стало поздно. Альпин задохнулся от боли, пронзившей тело, и обернулся на Валькора, от которого так сильно разило яростью, что Альпин чувствовал это кожей. – Валь–... – Сдохни, – прошипел юноша и вогнал меч сильнее. Валькор мотнул головой, отгоняя неприятные воспоминания. В тот день он похоронил не только отца, но и Альпина, что был ему стал ему тогда очень дорог. И вот… История повторилась. Снова он кинулся на Альпина с мечом, снова из-за желания отомстить и снова это произошло спонтанно. В глубине души он надеялся, что Альпин увернётся. Что Его Величество поступит умнее и не даст пронзить себя. Теперь же Валькор испытывал муки совести за свой поступок. Он несколько дней следил за Королём и его спутником, не показывался и о нём не знали. Так и надо было продолжать… Валькор встал с земли и отряхнулся, подняв отцовский Меч. Уже дважды его остриё пронзало плоть Морозного Короля и оба раза юноша жалел. Жалел то ли о том, что не мог добить, то ли о том, что не добил. Он и сам не знал, чего ему хотелось больше. Думал, что все тёплые чувства затмили, ушли и бесследно испарились спустя столько лет. Оказывается, нет. – Почти прибыли, – вдалеке послышался голос спутника Короля. Валькору не составило труда последовать за ними. – Не отключайся. Валькор заметил двух бегущих рысцой лошадей издалека и спустился с небольшого пригорка к ним. От внезапности его появления лошади испугались и чуть было не поскидывали своих седаков. Алан схватился за меч сразу, как только понял, кто перед ним. Второй рукой он держал Альпина, который уже похоже был на грани сознания. – Чего тебе?! Уйди с дороги! – крикнул Алан, выхватив вынув меч из ножен и направив на Валькора. Лошадь под ним в беспокойстве перебирала ногами на месте, а вторая дергала головой в попытке убежать. Валькор же, как только спрыгнул на землю поднял руки вверх в сдающемся жесте. – Вам нужен следопыт, чтобы добраться до ближайшей деревни и найти лекаря. Я знаю эти места, как свои пять пальцев. Позвольте помочь, – голос его звучал твёрдо и уверенно, но, похоже, недостаточно, раз на лбу Алана залегла такая чёткая складка. – Уйди с дороги! Иначе убью! – прорычал Алан, но ближе лошадь не подводил. – С чего мы должны тебе верить?! Ты чуть не убил Его Вел… Альпина! – Убивай! Только проку от этого будет мало! – Валькор развёл руки в стороны, показывая, что полностью открыт для атак. – Этот лест так просто не пересечь. И деревню быстро не найти, если не знать дороги. Вы заблудитесь, и он умрёт! – Ты его и так чуть не убил! – парировал Алан, не опуская меч. – Выбирай. Либо я показываю вам дорогу, и мы быстрее выбираемся отсюда, либо я ухожу, а вы скитаетесь здесь до скончания времён! Заблудиться в этом лесу было легко. И даже не потому, что он густой. В нём очень много тропинок, протоптанными людьми, что если ступить не на ту, она приведёт совершенно в ненужное место. Алану ничего не оставалось, кроме, как согласиться. Он передал лошадь свободную Валькору, но сам держался на расстоянии. Валькор же лишь самолично хотел убедиться, что лекаря Морозному Королю найдут без проблем. *** Ближайшая после леса деревня Руткис встретила путников музыкой и пением. По её улицам шествовала толпа, выкрикивая что-то про свободу и отмену притеснения магов. Алан не вслушивался, он галопом гнал лошадь следом за Валькором к ближайшей таверне, где был лекарь. Охотник ощущал медленно покидавшую Альпина жизнь. Тот уже не отзывался, если Алан звал его. Валькор остановил лошадь у таверны с громким названием «Прислужник обители». Алан последовал его примеру и спешился первым с лошади, аккуратно сняв Его Величество следом и подхватив его на руки. – Жди здесь. Я узнаю, есть ли здесь лекарь, – Валькор не успел договорить, как Алан широким, быстрым шагом прошёл мимо него. – Ну да. Зачем меня слушать… – проворчал Валькор и вошёл в таверну следом. Алан поспешил к стойке бармена. – Нам нужен лекарь, – голос охотника звучал твёрдо, но взволнованно, а сам он и всем своим видом показывал, что лучше не злить его и не задавать лишних вопросов. Бармен кивнул и ретировался за дверь позади себя. У Алана появилась минута, чтобы выдохнуть и осмотреться. Только сейчас он заметил направленные в их сторону взгляды посетителей, что сразу отворачивались, стоило столкнуться глазами с Аланом. Бармен вернулся быстро и попросил пройти за ним на второй этаж. Там их уже ждал лекарь. – Кладите его, – попросил Алана лекарь, когда они вошли. Охотник готов был сделать всё, о чём его бы не попросили. Валькор остался внизу и не пошёл за ними, решив сначала сдать лошадей на постой. Они в этой таверне точно задержатся на пару дней. Лекарь быстро осмотрел рану Короля и начал с её обработки. – Он очнется? – с искренним беспокойством поинтересовался Алан, оставаясь в стороне, чтобы не мешаться лекарю. – Я сделаю всё возможное, – отчеканил мужчина. У охотника же сжалось сердце… Алан покинул комнату, попросив лекаря сообщить, как он закончит. Он знал, что от такой раны Его Величество вряд ли умрёт, но страха это не отменяло. Да и Алан хотел отплатить Королю хотя бы так. Альпин спас ему тогда жизнь… Парень спустился на первый этаж таверны и плюхнулся за барную стойку, попросив у бармена еды и алкоголя. Ему бы поспать по-хорошему, но Алан знал, что не сможет. Из-за волнения, из-за страха… Да и как он может спать, когда тот, кто когда-то спас его, находится сейчас без сознания? Через несколько минут бармен подал Алану омлет и полную пинту эля. Валькора охотник нигде не увидел, осмотревшись по сторонам. Зато заметил обращённый к нему взгляд девушки на себе и поспешил отвернуться. Он не успел её рассмотреть, но в глаза сразу бросились её яркие рыжие волосы. Как у Валькора, но светлее. Алан продолжил свою трапезу, запивая омлет элем. Последние сутки они провели в дороге. Охотник не разрешал останавливаться и поэтому ни на еду, ни на сон не было времени. Лёд, прикрывший рану Его Величества, вскоре растаял, и ничто не мешало крови вытекать наружу, а сам Альпин был к этому моменту уже в отключке. Он не реагировал на попытки Алана привести себя в чувства и не приходил в себя даже, когда дорога становилась особенно ухабистой. Лошадям было трудно пересекать эту местность. Парень быстро покончил с едой, наконец-то устранив надоедливое чувство голода. И только он расслабился, как к нему кто-то подсел. Повернувшись к севшему рядом человеку, Алан замер, поняв что рядом была та девушка, которая и рассматривала его, когда он только вошёл сюда. – Видела, твой спутник тяжело ранен, – проворковала девушка, повернувшись к Алану. Её огненно-рыжие волосы были стянуты в тугую косу, а зелёные, как изумруд, глаза ярко контрастировали на фоне веснушчатого лица. Охотник не сразу заметил висящий на её бедре меч. Алан сглотнул и подобрался, коротко кивнув. Её глаза… Глаз ярче, чем эти, Алан готов был поклясться, он не видел. – Да, но он… За ним присматривает смотрит лекарь, – Алан подпёр щёку кулаком и повернулся к девушке. – Ты что-то хочешь, раз подсела ко мне? – Да нет. Ничего, – девушка улыбнулась слегка и подняла на Алана глаза. Она прищурилась, заломив брови. – Куда вы держали путь? – поинтересовалась она будто невзначай. Охотник не знал, стоит ли говорить ей об этом, но мягкий взгляд девушки дал понять Алану, что ей можно доверять. Алан улыбнулся ей в ответ и зачесал волосы назад. – В столицу. Там нас ждёт родня, – парень не стал говорить об истинной причине. Хоть внешность девушки была ему приятна, но он не настолько ещё ей доверял чтобы раскрывать секреты. – Я тоже направляюсь в столицу! Как на счёт того, чтобы поехать вместе? – девушка улыбнулась шире, а Алан был этому удивлён. – Меня Торра зовут, – и она протянула Алану ладонь. – Алан, – представился охотник и пожал ей ладонь. Внезапно двери таверны распахнулись, и на пороге оказался Валькор, держа за спиной большой мешок припасов. Он заметил Алана и в несколько широких шагов сократил между ними расстояние, обходя соседние столики. – Ты почему не с ним? – голос Валькора прогремел на всю таверну, и на него стали оборачиваться другие посетители. Алан ощутил поднимающееся к горлу раздражение и поджал губы в тонкую линию, развернувшись к парню, что как скала навис сверху над ним. – А ты куда уходил? – как можно более спокойно попытался поинтересоваться Алан. – Не твоё дело, – прошипел Валькор, закатив глаза. – А ты кто? – его голос звучал очень резко, но исправлять это как-то Валькор не пытался. – Торра. Мы вместе пойдём в столицу, – девушка ему мило улыбнулась и заправила выбившуюся из причёски прядь за ухо. – В смысле? Ты кто вообще такая? – Валькор опешил, посмотрев на Торру широко распахнутыми глазами. Торра поднялась со своего места, прижав ладонь к сердцу, и встав в стойку, в которой обычно стоят рыцари. Она цокнула пятками и накрыла ладонью эфес меча, который висел у неё на поясе. – Позвольте представиться официально! Моё имя Торра, и я рыцарь Эльдарна. Служу короне и нашему королю! – её голос раздался на всю таверну. Алан замер, переглянувшись с Валькором, который был шокирован не меньше него. – А что тут делать рыцарю? – Валькор прищурился, подойдя к Торре очень близко. Девушка хоть и была ниже него, но не дрогнула, вскинув на парня подбородок. – Я в отпуске. Вот и гуляю здесь, – Торра встала, уперев руки в бока, и между ними словно пробежали искры; напряжение стало ощутимым, ощущаясь на коже. – Да что ты? Что-то не похоже. Рыцари в обычное время не ходят с мечами, – парировал Валькор. – Нам это не запрещено, – Тора не собиралась отступать. Алан решил вмешаться и просунул руки между ними, чтобы разошлись. – Мы и так привлекли много внимания. Перестаньте! – охотник жестом попросил Торру вернуться на место, а Валькора отправил наверх, в комнату. Чтобы не мешался здесь. – Слишком он бойкий у вас, – Торра проводила его равнодушным взглядом, отпив из пинты Алана остатки эля. – Есть такое, – охотник нервно хохотнул. Он не доверял Валькору, не понимал зачем тому идти с ними и помогать. Поэтому относился к нему с опаской. – Вам нужно пару дней на то, чтобы ваш спутник восстановился, так что я приду через дней пять, – Торра откланялась и покинула таверну, а Алан лишь проводил её взглядом. Ей он тоже не особо доверял, но уж точно больше, чем Валькору. Торра не сделала им ничего плохого и поэтому вызывала меньше вопросов. Алан решил вернуться в комнату. Внутри стоял мягкий аромат трав и крови. Лекарь о чём-то беседовал с Валькором, стоя около небольшого окна у противоположной стены. Алан прошёл к кровати, на которой лежал Альпин. Тот выглядел бледно даже с учётом и без того белой кожи. Король лежал без верхней одежды, грудь его туго была стянута бинтами, но, благо, дыхание оставалось ровным. Охотник присел на край кровати, но так, чтобы не потревожить сон Альпина, чьи волосы разметались по подушке. Кажется, они стали ещё длиннее. – Скоро он очнётся? – задал вопрос Алан, подняв взгляд на лекаря. Тот посмотрел на охотника, прекратив разговор с Валькором. – Должен скоро, – лекарь подошёл ближе к Алану и протянул руку к Альпину, но тот резко открыл глаза, и рука лекаря замерла в воздухе. Тот резко её отдернул и отошёл на пару шагов назад. – Н-ну вот. Как я и сказал, – мужчина стал собирать все свои вещички медицинские в чемоданчик и поспешил уйти. Валькор замер, на его лице пролегла тень, но подойти он не решался, оставшись стоять в стороне. – Долго я спал? – поинтересовался Альпин, прикрыв веки. Да, он был элементалем, но заживали на нём раны также, как у обычных людей. – Нет, но мы уже успели добраться до Руткиса. Тебе оказали помощь, – Алан улыбнулся. – Хорошо. Встану на ноги, продолжим путь, – и Альпин снова провалился в сон. *** Лиам поклонился, прошедшей мимо знатной даме, приложив ладонь к сердцу. Он и улыбнулся ей, вежливо склонив голову. Сегодняшний бал, устроенный королём Кайвином, собрал всех придворных дам и господ, что не спеша прибывали во дворец на поклон., а Лиаму было поручено встречать их приветливо на самом пороге. – Добро пожаловать, – он поклонился следующим гостям, приложив ладонь к сердцу, а другую держа на эфесе меча. – Лиам, давно я тебя здесь не видела, – взошедшая по ступенькам знатная дама протянула свою руку ладошку в перчатках, и усеянную кольцами, к Лиаму. Он взял её в свою и невесомо поцеловал. Когда-то она была близкой подругой его матери и частой гостьей в их доме. – Я тоже очень рад встрече, госпожа Селестия, – вежливо произнёс парень и проводил её до самых дверей. Зал был полон гостей в разноцветных нарядах и пестрел разными цветами. Свои негативные мысли о сборище этом Лиам предпочёл отогнать и не думать об этом. – Король так и не сказал тебе причину этого бала? – поинтересовался подошедший к Лиаму Кай. – Нет, – Лиам нахмурился, когда в лицо внезапно ударил порыв холодного ветра. Зима была не за горами. Король Кайвин обычно не устраивал таких пышных пиршеств без причины, но в этот раз, у кого бы Лиам ние спросил, причины торжества никто не знал. Даже наследный принц, находящийся сейчас среди гостей. – Странно, – Кай почесал затылок и учтиво поклонился новым гостям, любезно проводив их до самых дверей. Лиам поднял глаза к небу, выдыхая облачко пара. От чего-то на душе его было неспокойно и тревожно. То ли от туч, что затянули небо, предвещая скорый дождь, то ли от чего-то другого, причины которого он не знал. Когда все гости прибыли и были проведены в главный зал, призывно заиграли музыканты, приглашая всех к танцу. Знатные дамы и господы, подхваченные общим ритмом веселья, закружились в танце, а те, кто оставался в стороне, хлопали им, этот танец поддерживая. Происхождение Лиама позволяло ему участвовать в таких танцах, приглашать дам и потом утягивать их в пикантные места, но он предпочитал держаться в стороне. У дальней стены на своём троне сидел его величество король Эльдарна Кайвин Третий. Король, чьё правление началось с крови и бойни. Он зарезал собственного старшего брата, прямо в день коронации, и по неимению выбора королём сделали его. Тот день жители Эльдарна прозвали Закатом корней. Многие не одобряли восход Кайвина. И дальнейшая жестокость, что применял король к своему народу, это лишь подтвердила. Но никто не мог его остановить. Никто не решался. И только поэтому этот тиран до сих пор восседал на своём троне. К нему шли на поклон знатные семьи, лишь бы не вызвать гнева правителя. Его боялись, а Кайвин в этом людском страхе людском купался. Рядом с королём восседал его старший сын. Старший наследный принц Эрвин. Двух своих младших сыновей король не жаловал так, как наследного принца. Эрвина его величество обучал всему сам: письму, верховой езде, ведению боя. Среди своих детей Кайвин выбрал Эрвина своим наследником и следующим правителем Эльдарна. Внешне Эрвин был очень похож на отца, и это видел каждый, кто замечал их вместе. Сейчас это было особенно видно для всех. Лиам прикрыл глаза. Его не отпускало тревожное чувство того, что что-то могло случиться. Несмотря на это, бал шёл как обычно. Гости танцевали, веселились и смеялись. Кто-то вышел в сад, кто-то предпочёл обосноваться у пышно накрытого стола, а кто-то пил, громко смеясь. Лиам был из числа первых, кто вышел в сад, предпочтя шумному залу уединение. Он мог бы остаться там и вести беседы с каким-нибудь графом, но это было не то, что нравилось Лиаму. Все эти балы и банкеты никогда не прельщали его. Прогулка по саду, – вот что истинно нравилось воину. Парень остановился на середине тропинки, втянув морозный воздух. Его мысли то и дело возвращались к Торре. Прошло всего несколько дней с момента, как девушка покинула Эльдарн, но Лиам уже начинал беспокоиться. Они были близки с самого детства, и Лиам будет глупцом, если не признает того, что Торра ему очень симпатична. Это не любовь в привычном её понимании. Это глубокая симпатия между ними больше напоминала любовь, как между братом и сестрой. Собственной сестры у Лиама него не было, и поэтому ему Лиаму оставалось только надеяться, что свои чувства он истолковал верно и, что сама Торра их разделяла их. Услышав шаги позади себя, Лиам обернулся, и его губ коснулась улыбка. – Давно здесь стоишь? – поинтересовался его высочество принц Эрвин, заложив руки за спину. Его камзол сидел на нём, как влитой и являлся лишь красивым дополнением к его лицу. – Нет, ваше высочество. Только вышел, – коротко ответил Лиам, кивком головы поприветствовав Эрвина кивком головы. – Пройдёмся тогда? – предложил Эрвин. Луна сегодня светила особенно ярко, освещая тропинку кустов роз. – Давайте, – Лиам согласно кивнул и положил руку на эфес меча, направившись неспешным шагом по аллее. Эрвин также, не торопясь, шагал рядом с ним. – Луна сегодня красивая, да? – внезапно спросил Эрвин, покосившись на Лиама. Лиам же немного улыбнулся и кивнул. Диск луны и правда был сегодня будто бы в разы ярче и больше. Эрвин вторил его улыбке и выдохнул облачко пара. Они дошли до конца аллеи, где росло высокое дерево ивы. Находилось оно у берега небольшого пруда, в чьих водах серебрилась луна. В этой части сада Лиам бывал редко и помнил эту иву ещё совсем низким деревцем. Сейчас же её густые кроны раскинулись пышным куполом, а у самой поверхности пруда летали светлячки, создавая иллюзию тишины и безмятежности. Досюда не доносились звуки из замка. Сад будто оказался отрезанным от всего остального мира. Лиам подошёл к кромке воды и присел на корточки, проведя по водной глади ладонью. Эрвин, стоя за спиной Лиама, не подходил ближе, оставался на месте и просто любовался прудом издалека. – Я слышал, что ваша матушка почила., – Лиам поднялся на ноги, обернувшись к принцу, и прищурился. – Мне очень жаль. Королева много болела, после последних тяжёлых родов, последнего принца и позавчера ночью по замку разошлась весть о её кончине. Но вместо горя по умершей супруге король устроил бал, где собрал всех дам и господ. О королеве никто даже и не вспоминал. Лиам не знал смеяться ему над абсурдностью этой ситуации или нести траур. Всё-таки на какое-то время королева была Лиаму, как матушка, которой парень лишился несколько лет назад. Нередко после кончины собственной матери Лиам нередко наведывался к королеве и проводил около неё по несколько часов. До самой поздней ночи, засыпая на её коленях. Тогда он был ещё совсем ребёнком и без материнского тепла рядом ему было сложно. Потом в его жизни появились Торра и Тристан, с которыми Лиам стал очень близок. Они могли проводить часами на улице, играть, резвиться, вместе тренироваться. Так и выросли. Но потом, уйдя на очередную вылазку по поимке магов по приказу короля, Тристан не вернулся с неё… Это было несколько лет назад, но временами Лиам до сих пор видел грустное лицо Торры, не в силах что-то сделать и как-то ей помочь. – Умерла и умерла. Со всеми рано или поздно случится, – принц пожал плечами, подходя к кромке воды, а Лиам замер, шокированный его словами и равнодушием. – Но она всё же ваша матушка, мой принц, – голос Лиама дрогнул. Он не мог поверить, что кто-то о королеве может отзываться так равнодушно о королеве. – И что? – Эрвин посмотрел на Лиама и немного улыбнулся, держа руки сцепленными в замок за спиной. – Все мы умрём в своё время. Что, теперь, плакать из-за всех подряд? Лиам опустил глаза и всмотрелся в воды пруда, в которых мелькали силуэты карпов. Не Лиаму указывать Эрвину, как реагировать на смерть матери не Лиаму указывать Эрвину, но он искренне не понимал, как можно отреагировать так сухо. – Идём лучше дальше, – позвал его Эрвин, отошедший на несколько шагов от Лиама. Лиам обернулся и пошёл за принцем, всё ещё находясь в некой прострации и горе. У него складывалось чёткое впечатление, что он – единственный, кого правда расстроила смерть королевы. – Куда мы направляемся? – поинтересовался Лиам, вскинув голову, когда они дошли до небольшого помещения, что находилось поодаль от замка, но из-за дверей короткого тонкой полоской пробивался свет и доносились какие-то голоса. Эрвин толкнул дверь и, та легко ему поддалась. Источником света был горящий прямо около неё факел, приделанный к каменной стене. Вниз от самого входа вела лестница. – Иди за мной, – коротко произнёс Эрвин, и тон его голоса стал особенно твёрд и мрачен. Он больше звучал, как приказ, ослушаться который Лиам не имел никакого права. Он молча пошёл за принцем, держась за шероховатую и влажную от бегущих по ней струек воды, стену, чтобы не навернуться. По мере того, как они спускались всё ниже и ниже, голоса и шум становились всё более разборчивыми и чёткими. Среди них Лиам различил голоса короля Кайвина и первого министра. – Думаете, он потянет? Это неоспоримая и огромная мощь, – первый министр звучал взволнованно, и его голос приобрёл хриплые нотки. Он явно сейчас вытирал выступивший пот на лбу своим носовым платком. – Вот сейчас и узнаем. Эрвин дол–… – король прервался на полуслове, обернувшись на вошедших Лиама и Эрвина. – Вот и вы, – он широко улыбнулся, запахнув свою мантию. Лиам поклонился ему и первому министру, осмотрев помещение, в котором они оказались. Несколько факелов освещали небольшую комнату, больше смахивающую на темницу. Стенами в ней служили тяжёлые решётки, а в самом центре находился каменный алтарь. У Лиама по спине невольно пробежался холодок. – Можем начинать, – Эрвин тоже поклонился королю, приложив ладонь к груди и обернулся к Лиаму. Тот стоял и пытался понять, что происходит и, что он тут вообще делает. Зачем его сюда привели? Все инстинкты так и кричали, чтобы Лиам прямо сейчас отсюда ушёл и как можно быстрее. Внезапно из-за одной из решёток раздался оглушительный рёв и кто-то ударился об них с такой силой, что с потолка посыпалась пыль. Лиам невольно вздрогнул и отшатнулся, оглянувшись в сторону решётки. В темноте за ней просматривался человеческий силуэт, схватившийся за прутья клетки. Лиам в ужасе смотрел на человека, заточённого там, что и на человека похож не был. А скорее на зверя, которого загнали в ловушку и лишили собственной воли. Лиам сглотнул, отойдя на пару шагов назад. Он посмотрел на короля, первого министра и принца Эрвина, и их невозмутимые лица насторожили его ещё сильнее. – Что?.. – только договорить ему не дали. Позади послышался шум, напоминающий трущееся друг о друга железо. Лиам обернулся и замер. Клетка с зверем открылась. Парень отступил назад и вынул меч из ножен, выставив его перед собой. Страх внутри оплетал его вязкой паутиной, но Лиам старался его гнать его, не позволяя владеть собой. – Держитесь позади, я вас… – но услышав позади спокойный вздох, Лиам замер, а когда повернулся, то и не обнаружил никого. Помещение опустело. Ни короля, ни принца, ни первого министра не было. Тем временем зверь издал тихий рык и вышел из клетки, щёлкая на Лиама своей огромной пастью. Волосатый, клыкастый, с огромными когтями и весь покрытый шрамами он напоминал помесь медведя и волка. Лиам догадывался, что говорить с ним было абсолютно бестолку, что это лишь зверь, но всё же произнёс: – Стой на месте! В ответ лишь тихий рык, и в следующий миг зверь он уже бросился на Лиама в попытке его схватить, но рыцарь успел вовремя увернуться, и пасть щёлкнула в нескольких от него сантиметрах от его головы. Тварь передвигалась быстрее, чем это казалось на первый взгляд. Зверь разрезал воздух своими когтями, но не задел Лиама, что, кажется, сильнее разозлило его. Парень же замахнулся, для того чтобы ударить тварь в спину, но не успел. Зверь Тот перехватил меч, и в следующий миг тот разлетелся на осколки. Раскололся, как спичка! Лиам ошалело посмотрел на зверя, но не растерялся. Вывернулся и толкнул его, отскочив в сторону, чтобы перевести дух и оглядеться. Ему отсюда не выбраться. Он заперт в этой темнице со зверем, который. И тот хочет его убить. Такая перспектива не радовала Лиама. Парень выпрямился и вынул из-за пазухи длинный кинжал, бросившись в атаку. Чудовище кинулось на него в ответ, и Лиам чуть было не замер, когда позади зверя вверх взвился пол, подобно дикому змею. Он ринулся на Лиама, нацелившись ему на грудь, но весь удар на себя принял кинжал, который парень выставил перед собой, когда до столкновения оставалось несколько сантиметров. Змей рассыпался в прах в следующий миг, но прямо из-за него выскочил зверь и повалил Лиама, оскалив свою пасть. Парень и тут не оплошал: успел выставить кинжал и угодить им прямо в пасть зверю. На нём сомкнулась его челюсть, но ярости, коей пышела тварь, это не убрало. Он громко зарычал, высоводив кинжал, и из пасти вместе со слюной потекла кровь. Зверь отшатнулся. Кинжал похоже сильно его ранил, что тварь аж заскулила. Воспользовавшись этой его заминкой Лиам соскочил и отпрянул назад, только сейчас обнаружив глубокую рану на своём плече. Парень держал кинжал перед собой. Пол под ногами оказался весь будто бы перерыт, а пламя в факелах на стене дрожало, грозясь потухнуть в любой момент. Лиам шумно втянул носом пыльный воздух и тихо выдохнул. Зверь не прекращал скулить, прикрывая свой нос лапой. Сейчас он стоял на четырёх ногах, как настоящий зверь. Тем не менее Лиам не ослабевал бдительность. Убивать зверя он не хотел и краешком сознания надеялся, что ему не придётся. Но внезапно зверь взревел сильнее, чем до этого, и кинулся на Лиама, вырывая лапами клочья земли. Лиам не стал отходить. Замахнулся для удара и вогнал кинжал по самую рукоять в грудь зверя. Тот издал хриплый стон-рык, и его тело обмякло, навалившись всем весом на Лиама. Воин отошёл в сторону, вынув кинжал из груди зверя и смахивая с него остатки крови. Лиам посмотрел на поверженную тварь сверху-вниз и ухмыльнулся. – Браво! Это было великолепное зрелище, – откуда ни возьмись вышел король, хлопая в ладоши. Лиам думал, что они ушли и он остался один на один со зверем, но откуда они вышли? Лиам в шоке смотрел на вернувшихся короля, принца Эрвина, первого министра и… мужчину, чьё лицо было скрыто в тени капюшона и его он не мог рассмотреть. Он не мог подойти ближе к королю. Их разделяли толстые прутья, что также тогда отделяли зверя от них. Алтарь находился со стороны короля и сейчас на нём были многочисленные подношения. Только кому? – Что происходит? – Лиам нахмурился. После стычки со зверем его камзол пришёл в негодность, волосы растрепались, а шрам на лице напоминал о себе неприятным натяжением. – Только веселье, мальчик мой. Только веселье, – король ухмыльнулся, и тени нелицеприятно исказили его лицо. После этих слов позади Лиам услышал за спиной шум. Он обернулся и замер, выставив окровавленный кинжал перед собой. Прямо из зверя выплыл маленький зелёный маленький огонёк. Такой крохотный, что сначала Лиаму показалось, что это иллюзия. Пока он не всмотрелся. Огонёк завис в воздухе, легонько сотрясаясь от колыхания ветра в помещении. Лиам опустил кинжал, пытаясь внимательнее рассмотреть огонёк…всмотревшись в огонёк. Но не тут-то было! Огонёк рванул в его сторону и в следующий миг растворился в груди. Лиам не успел что-либо понять, как его тело охватила такая агония, что, казалось, ему сейчас сломают все кости и вывернут тело наизнанку. Лиам заорал от боли, пронзившей его и рухнул на колени. Мир вокруг исказился, стал невидим, а внутри всё полыхало и горело пожирающим тело и разум пламенем такой агонией, что невозможно было передать словами! Лиам метался по полу, пытаясь сбежать от этой боли. Казалось, он готов был вырвать себе сердце лишь бы прекратить эту пытку агонию, но постепенно боль стала утихать,сходить на нет и Лиам хватал воздух ртом, как рыба. Парень смотрел в потолок немигающим взглядом, стараясь отдышаться. В груди жгло и пекло, как не в себя. Он не мог вздохнуть полной грудью. Настолько было больно. Лиам не знал сколько прошло времени, но когда боль сошла на нет его тело обмякло и он упал на землю. Последнее, что увидел Лиам перед тем, как тьма завладела его сознанием, – это до боли знакомое лицо Тристана у мужчины, что до этого стоял в капюшоне. ----------